Демон скряга и вестник смерти.

Глава 1

В переулке вечной тени, где даже фонари горели с неохотой. Даже жители не ходили в этот переулок. Там стоял дом, который кричал о богатстве и никого не подпускал из бедных.

Обшивка из чёрного мрамора, также золотые водосточные трубы в виде драконов и змей прям кричали о богатстве. Окна- витражи выходили на прекрасный вид, и на крыше был флюгер в видео золотого слитка. Внутри тоже царила роскошь: полы из серебра и драгоценных камней, гобелены с живыми сценами битв, люстры из слез феникса и мебель.

Но хозяин этого великолепия, Векс Мракохват, постоянно сидел в самом тёмном углу, на скрипучем табурете, и пересчитывал монеты. Для него это было важное дело, и ничто не могло отвлечь от него… Даже роскошь своего убранства и дома не мог оценить! Главное, только больше заработать деньги!

Векс был тощим и маленьким на вид, как скелет после диеты, с крючковатым длинным носом, на котором вечно сползали очки в массивной золотой оправе. Даже очень хотелось разбить очки или продать на черном рынке. Очки же дорогие! Его кожа вечно отливала болотной зеленью, а редкие седые волосы торчали в разные стороны. Их было очень сложно уложить, что даже руки уже опускались!

Одевался постоянно он в бархатный халат, расшитый драгоценными камнями в основном рубинами, но весь в пятнах от супа. Характер имел — хуже адской крапивы, даже гончей собаки. Он проклинал соседей и знакомых за громкое дыхание, ругал облака за то, что закрывают солнце и мешают смотреть на небо. Даже плевался ядом, если кто-то осмеливался попросить у него даже ржавую монетку, медяк. Свою самую близкую родню, сына с внуком, выгнал десять лет назад, заявив: «Вы слишком много едите и хотите наследство! Идите и зарабатывайте свои деньги сами… И покупайте дом! Я вам помогать не буду. Не дождётесь! Уезжайте»

В один из серых дней, когда тучи плевались противным дождём, на совете жителей разгорелся скандал. Совет собрался в ратуше в центре города— в обшарпанном здании с вечно кашляющим камином и пыльном. Обсуждали грядущий фестиваль огней — это был праздник, когда каждый житель обязан был помочь. И любая помощь принимается с большим удовольствием… Кто деньгами или вещами, кто руками, кто магией. Каждый старался помочь… Староста, демоница по имени Гризельда с лицом жабы, обратилась к Вексу с требованием и недовольством:

— Уважаемый сосед, мы просим лишь немного золотых монет на фейерверки и ваши умелые руки для декораций. Я слышала, что вы бы раньше лучшим мастером… Вы же раньше делали такие украшения, что ангелы плакали от зависти! Может вы поможете.

Векс побагровел от злости и гнева так, что его очки запотели.

— Мои руки?! Вы шутите, — взвизгнул он. — Я этими руками теперь только купюры пересчитываю! А украшениями пусть занимаются бездельники и бедняки, которым заняться нечем! Денег не дам! Вы и помощи не ждите… Сами виноваты, что бедные! Пусть ищут дополнительную работу.

— Но вы же сами живёте в золотом дворце! Вы должны понимать наше положение. Вы, старик, оглохли на оба уха. Зачем только этого скупердяя пригласили, знали, что толку от вас не будет, — пискнул кто-то тихо и язвительно.

— А вы завидуете? Завидуйте молча! Я на вас всех плевал. Мне ваша жизнь не важна и ваши проблемы, — Векс вскочил резко, опрокинув стул. — Всё! Ноги моей здесь больше не будет. Обойдётесь без меня! И больше не зовите на эти мероприятия. Вечно вы тратите время зря… И мое, и свое! И обязательно без моих денег! Чтоб ваш фестиваль провалился в Бездну. Или сгорел до угольков.

Он сразу-же вылетел из Ратуши, хлопнув дверью так, что с потолка посыпалась штукатурка. С того дня он совсем перестал выходить из дома и не отвечал на приветствия, даже письма. Соседи наконец-то вздохнули с облегчением: тишина. Но за две недели до праздника с ним случилось самое неожиданное…

Ночью демону-скряге приснился странный сон. Не просто сон, а липкая, густая тьма, в которой он стоял по щиколотку в пепле. И будто находился в глине и болотной тине одновременно. Перед ним возвышалось надгробие из чёрного обсидиана, и на нём золотыми буквами было высечено: «Здесь покоится Векс Мракохват. Скупердяй и миллионер». Он внезапно захотел закричать, но голос пропал. И тут из мрака выступила фигура. Она пугала одним только присутствием!

Это был высокий демон в плаще, сотканном из теней и паутиной, которые меняли свою форму. Его лицо напоминало безликую маску: безупречно красивое, но с пустыми глазами. Без души и эмоций. Улыбка — тонкая, но сдержанная, как серп луны, и такая же острая. Это не была улыбка дружелюбия… В нее верить нельзя! От него веяло таким холодом, что Векс почувствовал, как его скупость сжимается в ледяной ком. Теперь сильнее был не скупердяй, а таинственный демон!

— Нравится эпитафия? Хотел бы такую на свою могилу сейчас и в будущем! — произнёс незнакомец голосом, похожим на шорох осенних листьев. — Я — Хранитель ваших жизней и вашей смерти. Можно просто Смерть с косой. Но ты не бойся, я пока за тобой не пришёл. Я пришёл показать тебе, что будет, если ты не перестанешь быть тем, кем стал. Знаешь, на тебя очень много жалоб… и самое главное не только от живых! Их погибшие родственники даже жалуются. У меня такой случай впервые!

— Я... я никого не боюсь! — прохрипел он, пятясь незаметно для себя. — Это просто сон! Изыди! Наступит утро и я проснусь. И забуду этот кошмар!

— Сон, который станет явью быстрее, чем ты думаешь, — Смерть обошёл надгробие и провёл пальцем по надписи. — Смотри: ты умрёшь в одиночестве, и даже твой сын не прольёт слезы. А знаешь почему? Думаю, что знаешь ответ… Какие твои ценности на самом деле? Потому что ты построил стену. Стену из золота, злости и страха. Для тебя самое главное деньги и благополучие…Ты запер себя в ней и решил, что так безопаснее. Но стена стала твоей тюрьмой. Даже дом твоя тюрьма…Ну, только слишком роскошная

— Зато у меня есть богатство! — огрызнулся Векс. — Оно не предаст! Сыну нужны были лишь деньги и комфорт. И я не один! У меня есть партнеры по бизнесу и коллеги.

Смерть рассмеялась, и от этого смеха пепел под ногами взметнулся вихрем.

— Богатство? Ты им даже не наслаждаешься. Кто так ценит достаток… Ты сидишь в темноте и дрожишь над каждым медяком. А ведь раньше ты умел создавать красоту. Почему обесценил все свои преимущества… Только потому, что не приносит деньги! Помнишь, как делал фонарики для праздника? Как радовался твой сын, когда ты дарил ему и его друзьям игрушки ручной работы? Ты оттолкнул его. Ты оттолкнул внука. Ты оттолкнул всех, кто мог бы сидеть у твоей постели в последний час… И твои лучший друг — это одиночество.

Векс молчал. В груди что-то предательски заныло. Было страшно признать правду и реальность. Самое простое было закричать в ответ и выплеснуть весь гнев и всю боль.

— Я даю тебе шанс, — продолжила Смерть, и её звёздные глаза приблизились. — Сломай стену. Извинись и помоги. Потрать свои проклятые деньги на что-то, кроме собственного страха. Или я вернусь, и тогда уже без предупреждения. И тебя ждут адские испытания, которые будут повторяться снова и снова. А теперь — просыпайся.

Векс подскочил на кровати, обливаясь холодным потом. За окном уже светало. Он схватился за сердце, потом за кошелёк — оба были на месте. Но надгробие стояло перед глазами. И страх смерти никак не уходил, только глубже проникал в душу!

— Чтоб вас всех... Будь вы прокляты! — прошептал он, и это было началом его извинений.

Через час Векс ворвался в Ратушу, где как раз собрались жители. На самом деле после ссоры его приход не ожидали. Жители очень были удивлены. Он выглядел дико: халат наизнанку, волосы дыбом. А в одной руке мешок с золотом, в другой — коробка с инструментами для рукоделия.

— Я... я пришёл! Как… бы сказать, — рявкнул он, и все замерли. — Проклятье вам на головы, я помогу! Забирайте деньги, демоны вас раздери! И дайте мне эти дурацкие декорации! Если кто-то скажет, что я плохо делаю, я лично его прокляну! Услышу хоть один едкий сарказм прекращу помогать!

Гризельда осторожно взяла мешок.

— Вы... серьёзно? А как же «ноги моей здесь не будет»? Странно, но удивительно. Как за одну ночь можно измениться. Вот, чудеса! Даже вопросы задавать не буду.

— Передумал! — Векс стукнул коробкой по столу. — Мне тут сон приснился... Никто из вас не видел свою смерть. Сами будете также вести себя бешено и с паникой! Черт бы вас… В общем, давайте ваши блёстки, пока я снова не стал вредным!

Следующие две недели превратились в цирк. Одно только приготовления вызывали море удивления! Векс, ворча и проклиная все вокруг, который даже демонов склеит». Мастерил украшения и понемногу вспоминал старые времена. И, надо признать, делал это гениально! Его пальцы, давно не державшие ничего тяжелее монеты, вспомнили былую ловкость.

Из-под рук выходили ажурные фонари в виде драконов и змей. Также были звёзды из проволоки и магических кристаллов, и еще гирлянды из цветов. Соседи поначалу шарахались, но потом стали подходить, предлагать помощь, подносить чай. Векс ругался, но чай пил. Он даже немного успокаивал.

— Что вы мне принесли? Это ромашка и мята? Я похож на того, кто пьёт ромашку. Тащите чёрный чай с перцем! А то кофе мне осточертело, — кричал он, но в голосе уже не было злобы.

Кульминацией стало его примирение с сыном. Он, скрепя сердце, отправил внуку приглашение на фестиваль с корявой припиской: «Приходите. Я испёк пирог. Если не придёте, я пойму». Конечно, надежда на примирения с сыном была очень слабой. Сын, ошарашенный, пришёл — и увидел отца, который с головой в блёстках клеил огромную луну. И был весь в блестках! Внук, маленький демонёнок с рожками, засмеялся и побежал помогать. Он буркнул: «Только не сломайте! Хотя я еще новую сделаю… Вот внучок твоя кормушка и шкатулка» — но сам едва сдерживал улыбку.

В день Фестиваля площадь сияла. Декорации Векса оказались такими великолепными, что даже из соседних кругов пришли посмотреть. Сам богач стоял у главного фонаря, весь в блёстках (они намертво прилипли ко всей одежде). И принимал поздравления. Когда его спросили, что заставило его измениться, он ответил:

— Приснилась одна наглая смерть и сказала, что я дурак. А я не люблю, когда мне указывают. Поэтому я решил сделать всё наоборот и стать... чуть менее дураком. Ну, или глупцом, но счастливым.

— Но вы же до сих пор ворчите. Все-таки вы не исправимы. Хорошо, что хоть не кричите на всех подряд, — заметила Гризельда.

— Ворчу, потому что вы всё равно делаете всё не так! Но теперь я ворчу с пользой. А это совсем другое дело!

Праздник удался. Сын с внуком остались ночевать в старом доме, и старик впервые за десять лет не запирал свою комнату. Он по-прежнему считал монеты, но теперь часть откладывал «на всякую ерунду вроде фонариков и других мероприятий». А когда через год снова встал вопрос о помощи, он сам вызвался делать декорации, заявив:

— Только попробуйте опять дать мне тупые ножницы! Я в прошлый раз чуть не проклял всё правление! Я уже заранее наборы заказал, это будут качественный вещи для рукоделия.

И все рассмеялись, потому что поняли: Векс остался Вексом, но стена рухнула. А блёстки на его халате так и не отмылись, став символом того, что даже самый вредный скряга может засиять — если его как следует напугать во сне.