Дело № 6130_Пм

Глава 1

Пока Алексей Петрович складывал назад в портфель разрешительные документы и удостоверения личности, молоденький сержант с видимым усилием поворачивал тяжелый штурвал толстой металлической двери. Покраснев от натуги, он потянул за ручку и наконец открыл проход, отдал честь. «Кто их только берет сюда, немощных…» - мельком подумал майор, перешагивая через порог и проходя в помещение. Пройдя длинный, хорошо освещенный коридор, он подошел к следующей двери. Там охраны не было. Он нажал на кнопку, услышал привычное «Смотрите в центр круга и не моргайте» и через некоторое мгновение «Доступ разрешен». Послышался звук спускаемого воздуха и дверь открылась.

Третий пост он не любил. «Встаньте в круг» - сказал тот же механический голос. Он встал. «Поднимите руки и повернитесь к аппарату спиной». Он поставил портфель у ног, поднял руки и повернулся спиной. "Закройте глаза". Он закрыл. Его обдало химией и он, не сдержавшись, закашлял. Потом его обдало поочередно струей горячего и холодного воздуха и разрешили идти дальше.

За этим постом был уже обычный коридор со множеством дверей канцелярского вида, но без табличек. Он без труда нашел нужную, открыл ее и зашел внутрь.

В центре комнаты стоял стол и два стула. Спиной к двери сидел парень. Даже объемный оранжевый комбинезон не мог скрыть какой он худенький. Он сидел, развалившись на стуле и положив голову на сложенные на столе руки.

Алексей Петрович обошел стол, еле заметно кивнул своему отражению в зеркале и сел напротив парня. Из портфеля достал диктофон, блокнот с неясным оттиском на обложке и выложил несколько ручек с разными цветами чернил.

- Добрый день, Серёжа, - поздоровался он.

Парень пробурчал что-то.

- Я включу диктофон с твоего разрешения.

- Я не давал разрешения, - парень поднял голову.

- Тем не менее я его включу, - Алексей Петрович нажал на красную кнопку. И видео- и аудиозаписи включались автоматически, как только мальчика вводили в комнату, но на получение этих записей нужно было потратить некоторое время, а Алексей Петрович любил прослушать запись сразу по возвращении со встречи. А уже потом, повторно, просмотреть видео своего разговора с парнем, анализируя мимику, жесты и движения Сергея.

- Опять от вас пахнет чем-то… Снова об одном и том же спрашивать будете? – парень убрал руки со стола, потянулся.

- Да, я опять попрошу тебя рассказать, что произошло. Причем с самого начала, с самого утра как ты проснулся.

- О боже, ну сколько мооожно…. – простонал парень, запрокинул голову и совсем сполз со стула.

- Для начала представься, имя, фамилия, дата рождения. Ну, ты знаешь, что делать.

- Когда вы меня уже отпустите? – Сергей подтянул ноги и сел ровно. – Я хочу увидеть маму, друзей. Я поесть хочу нормально, в конце концов!

- Тебя плохо кормят? – удивился Алексей Петрович

- Я чипсы просил. Два дня назад. А мне их не приносят!

Алексей Петрович взял ручку с красными чернилами и сделал пометку в блокноте.

- Принесут. А теперь начинай.

Парень вздохнул, сложил руки на груди и начал говорить монотонным голосом, глядя в стенку

- Сергей Николаевич Лозовский. 13 лет. Родился…

- Погромче, пожалуйста.

- Родился пятого июля 2008 года, - повысив голос, продолжил Сергей. - где проживаю рассказывать? – с издевкой спросил он

- Обязательно, - серьезно ответил Алексей Петрович.

- Проживаю в городе Москва, на ул. Грибовская д. 2 кв. 68. Не помню в каком роддоме родился… Отца не знаю, жил всегда с мамой. Детство обычное, друзья, казаки-разбойники…

- Сегодня я попрошу тебя опустить рассказ о детстве и начать непосредственно с того самого дня.

- Тот самый день начался хреново. Я проспал. Матушка ушла на работу, а будильник то ли не сработал, то ли я выключил и не помнил. Проснулся я за пятнадцать минут до начала уроков. Толком не умывшись я схватил свой рюкзак, затолкал в него учебники, куртку, бутерброды, котлеты какие-то из холодильника, один бутер сунул в зубы, и побежал на занятия в школу. Бежать мне было недолго, школа через дорогу находится, опоздал всего на десять минуточек. Но географичка наша как взбеленилась, разоралась на меня, как будто я ее любимый глобус разбил…

- Как зовут учителя географии? – прервал его Алексей Петрович.

- Людвиг, - рассмеялся Сергей, - а на самом деле Людмила Викторовна Гудвина. Ну она вообще ничего такая… - он смущенно поерзал на сиденье. – Но иногда на нее находит, невыносимая становится.

- Итак, ты зашел в класс, - напомнил Алексей Петрович.

- Ну да, зашел. Она поорала, не разрешила мне сесть на свое место, и отправила на «камчатку», на последнюю парту. Якобы в наказание. А мне наоборот в кайф. Я спрятался за широкой спиной Лёхи, что сидит передо мной… Алексея Мохова, - поправился парень, - достал из рюкзака куртку, разложил на парте и решил доспать, раз такое дело… Тут-то всё и началось.

Мальчик помолчал.

- Продолжай, - подбодрил его Алексей Петрович.

Сергей встал, потянулся, прошелся по комнате, подошел к зеркалу и скорчил рожицу. Алексей Петрович терпеливо ожидал продолжения.

Вернувшись к столу, Сергей легонько попинал стоявший на полу портфель, спросил: «Так у вас на самом деле нет чипсов?», вздохнул и сел на свое место.

Алексей Петрович молчал.

- Ну так вот… - продолжил Сергей.

***

Сергей проснулся от боли в шеи. С трудом подняв голову с парты он со стоном несколько раз покрутил головой из стороны в сторону, потер шею рукой и открыл глаза.

Сначала он подумал, что все еще спит и это всего лишь его сон.

Кабинет был полностью разрушен. Вокруг были разбросаны остатки столов, доска со стены слетела и лежала на полу, среди горы битого кирпича. На стенках с отвалившейся штукатуркой были глубокие выбоины. Стекол не было и в окна дул холодный воздух.

Сергей, не поверив своим глазам, встал и подошел к ближайшей груде деревяшек, которая раньше, несомненно, была партой. Потрогал ее. Ущипнул себя. Ничего не поменялось. Он поднял куртку с пола, надел ее, взял рюкзак и пошел к дверному проему, осторожно пробираясь среди обломков. В бывшем школьном коридоре также царила разруха. К тому же там было темнее чем в классе из-за ветвей разросшихся деревьев за окнами. Одна ветка, толстая как его бедро, просунулось сквозь окно и занимало половину прохода.

Сергей обошел ветку и прошелся по коридору. На его пути в полу встретился провал. Осторожно подойдя к краю он заглянул в него и сквозь переплетенные стержни арматуры увидел нижний этаж с грудой разбитого кирпича и камней. Не рискнув обходить провал по краям – а вдруг обвалиться – Сергей развернулся назад и пошел к лестнице.

Лестницы как таковой не было. Был проем с остатками ступеней и перекрученными металлическими перилами, который уходил в темноту. Сергей достал телефон, включил фонарь и посветил вниз. Внизу что-то маслянисто отсвечивало. Сергей взялся одно рукой за остатки перил, подергал их, проверяя на прочность и сделал шаг ближе к провалу. Держась одной рукой за перила, вторую руку с телефоном он выставил как можно дальше к проему. Нога соскользнула с камня, он дернулся и не удержал телефон. Тот выскользнул у него из рук и упал вниз. Чертыхнувшись, Сергей чуть было не кинулся вслед за ним, но вовремя удержался за перила. Он наблюдал как телефон, медленно покачиваясь, погружался в зеленую жижу, затопившую проем, освещая все перед собой. И вдруг Сергей замер от ужаса. Свет фонаря осветил череп, лежащий на дне, затем второй, затем показался скелет, на котором еще сохранилось остатки одежды. На другом скелете, частично погруженном в песок на дне, одежды не сохранилось, рядом лежало еще несколько костей. Достигнув дня, фонарь на телефоне несколько раз мигнул и погас. Переведя дыхание, Сергей медленно отошел от проема.

Он вернулся назад в коридор и выглянул в окно. Прямо перед собой он увидел остатки здания. Судя по грудам обломков, лежащих рядом, раньше оно было многоэтажным, но сейчас сохранились лишь два первых этажа. Голые оконные проемы были черны, кое-где на остатках руин прорастали деревья. Внизу была заросшая дорога, посмотрев по сторонам он увидел все те же руины.

Сергей подошел к ветке дерева, раскинувшейся в коридоре, прикинул расстояние от окна до самого дерева и решил, что он вполне сможет проползти по ветке, а затем по дереву спуститься вниз. Он залез на ветку, встал на четвереньки и медленно пополз к дереву. Ползти было тяжело, ветка под порывами ветра раскачивалась, и пару раз ему приходилось останавливаться и пережидать пока сила ветра ослабеет. Спускаться по дереву было проще. В детстве он часто лазил по деревьям, поэтому это не составило для него труда.

Спрыгнув на землю, он осмотрелся. Ничего не напоминало прежний школьный двор. Асфальтное покрытие давно потрескалось, футбольное поле было перерыто и не было ни одного целого здания, одни руины.

Осматриваясь по сторонам, Сергей пошел к своему дому.

Фасад его дома почернел от копоти, все окна были выбиты, но, заглянув в парадную, он увидел что лестница цела. «Что же здесь произошло?» - пробормотал он, поднимаясь к себе на пятый этаж. Дверь в его квартиру была завалена каким-то деревянным щитом. Отодвинув щит настолько смог, Сергей протиснулся в щель. Квартира была пуста, только валялись какие-то камни, осколки кирпичей и деревяшки. Сергей прошел к себе в комнату. Она так же была пустой, но относительно чистой. На стенах сохранились остатки обоев, не знакомых Сергею и обрывок какого-то постера. Сергей вышел из квартиры и пошел смотреть остальные квартиры.

Через некоторое время он выяснил, что во всех квартирах открыты настежь двери, либо двери вообще сняты с петель и лежат рядом. Все квартиры полностью пусты. Не было ни мебели, ни напольных покрытий, обои были содраны со стен. Даже ванные комнаты стояли пустые, только торчали из стен водопроводные трубы.

- Ты видел следы присутствия людей? Остатки костров или какой-то бытовой мусор – вскрытые консервные банки, или что-то наподобие? – спросил Алексей Петрович.

Сергей помотал головой.

- Ничего такого я не видел. Только груды битого кирпича, камни, щебень и дерево.

Он долго ходил по развалинам близлежащих домов в тот день. Пытался понять, что здесь произошло, искал людей. Катастрофа, видимо, прошла очень давно, некоторые груды щебенки покрывал тонкий слой земли, на котором уже прорастал мох и какие-то почвопокровные растения. Сквозь развалины проросли деревья, некоторые из них уже были достаточно высокими, а одно, проросшее посреди окна упавшей на землю стены дома, было в обхвате больше самого Сергея.

Становилось темно. Поднял голову, он увидел, что небо затягивает черными тучами. Нужно было искать убежище.

Он вернулся к своему дому, поднялся в квартиру. Затащил деревянный щит к себе в комнату и прикрыл им окно, чтобы не так сильно дуло. Походив по дому, собрал охапку деревяшек и в углу своей комнаты спичками разжег костер, для розжига выдрав листы из учебника.

- Вы только маме не рассказывайте, что у меня спички… что я курю… курил… - в который раз попросил Сергей. И в который раз Алексей Петрович обещал не рассказывать.

Сергей расчистил себе место для ночлега, доел оставшиеся бутерброды.

Ночью началась гроза. Он сидел на полу, кутаясь в свою курточку, вздрагивал и съеживался от раскатов грома и молний, и молился чтобы от порывов ветра не упал его с таким трудом водруженный на окно деревянный щит. Потом хлынул ливень. Жажда превозмогла страх, и Сергей пошел в соседнюю комнату, выставил на улицу открытые ладошки и слизывал с них дождь, жалея, что не во что набрать воду.

Дождь шел два дня. Все эти дни Сергей просидел в квартире, прислушиваясь к разбушевавшейся стихии за окном. Есть хотелось немилосердно, но еды не было. Но зато воды было вдоволь.

Как только ливень стих, он попытался выбраться из дома. Улица представляла из себя реку. Потоки грязной воды протекали перед самым подъездом его дома. О том, чтобы куда-то идти, не было и речи.

От скуки он стал исследовать дом. Бродил по полуразрушенным этажам, заглядывал в квартиры, но везде видел одно и тоже – пустые комнаты, выбитые окна, оголенные стены. Он забрался на самый последний этаж, у которого не было крыши, преодолев страх высоты, подошел ближе к краю и окинул взглядом окрестности. Его окружали руины. Местность окутывал густой туман, но там, где Сергей мог рассмотреть, не было ни одного уцелевшего здания. Он поискал глазами продуктовый магазин, там, где он его помнил, но на его месте увидел небольшое озеро. Вздохнув, вернулся назад к себе в квартиру, кое-как устроив себе лежанку, уснул.

Сергей проснулся от холода. За дровами идти не было сил, и он достал из рюкзака учебники, тетради, сложил их домиком и поджег. Стало немного теплее. Он потерял счет дням, но прекрасно понимал, что без еды и без теплой одежды долго не выдержит. Нужно было искать людей. Жажда мучала его. Побродив по комнатам, он нашел небольшую лужицу под окном, и попил из нее.

За сутки вода на улице ушла, оставив после себя непроходимое болото. Прыгая от камня к камню, Сергей кое-как добрался до школьного двора. Он решил более подробно исследовать здание школы, возможно найдет какие-нибудь приборы связи или хотя бы информацию о том, что же здесь, в этом мире, произошло. С трудом забравшись на дерево, он по ветке дополз до окна и спрыгнул на пол в помещение. Прошелся по разбитому коридору и вдруг с изумлением остановился – в одном из дверных проемов стояла целая дверь, резко выделяясь своей свежей белой краской среди полной разрухи. Он подошел к двери, погладил ее, толкнул и вошел в класс.

На него смотрели двадцать пар изумленных глаз школьников, а у доски стояла преподавательница географии Людмила Викторовна.

- Лозовский, - придя в себя от изумления, произнесла учитель, - что вы себе позволяете? Вы в каком виде пришли на занятия?

Сергей рассмеялся, услышав ее вопрос, а рассмеявшись, не смог остановиться, все смеялся и смеялся, пока истеричный смех не перешел в бурные рыдания.

***

- Разрешите? – спросил Алексей Петрович, открывая дверь в кабинет.

- Проходи, проходи, Петрович, - хозяин кабинета стоял у окна, - Чай будешь?

Не дожидаясь ответа, он подошел к столу, нажал на кнопку вызова и попросил секретаря принести чай.

- Я что тебе пригласил, Алексей… дождавшись, пока секретарь расставит приборы на столе и удалится, продолжил хозяин, -ты мне можешь без официального доклада, в двух словах, рассказать, что там у нашего мальчика, ну того, который внезапно пропал и так же внезапно появился.

- Конечно, Игорь Вячеславович, но в этом деле мне похвастаться нечем, - майор сокрушенно развел руками.

- Ну давай тогда с самого начала.

Алексей Петрович открыл ноутбук, подключил его к проектору. Ввел пароль, код доступа и открыл нужную папку.

- Дело № 6130_Пм - начал он.

- Лозовский Сергей Николаевич, 2008 года рождения, - он щелкнул мышкой и на экране появилась фотография Сергея, - 22 апреля сего года пришел на занятия в школу, но из школы так и не вернулся, а пропал на семь дней.

- Кто первый обнаружил что он пропал?

- Его друг, Виктор Коновалов. – щелк мышкой и фото Сергея сменилось на фото светловолосого улыбчивого мальчика. - Они всегда сидят вместе, но в тот день Сергей опоздал и его посадили на последнюю парту. Тогда Виктор и видел его в последний раз. Ближе к концу занятия у Виктора скрутило живот, и он, с трудом дождавшись окончания урока, побежал в туалет, где и просидел до конца перемены и зашел в класс на следующий урок только со звонком. Сергея не было, он подождал некоторое время, потом написал ему сообщение, но тот не ответил.

Предвосхищая вопрос, тут же ответил:

– Узнали, сообщение отправлено, но не получено адресатом.

- После занятий Виктор пошел к нему домой, но дома была только его мать. Она сильно встревожилась, стала обзванивать всех знакомых, но никто не знал где мальчик.

Алексей Петрович щелкнул мышкой и на экране появилось фото женщины.

- Татьяна Николаевна Лозовская, 1985 года рождения…

- Давай без подробностей… - поморщился генерал, - просто скажи, есть что?..

- Нет, ничего нет, совершенно обычная женщина, живет обычной жизнью. На следующий день после его исчезновения она подняла тревогу. Обратилась в полицию. Те сначала отказались принимать заявление, но она устроила такой скандал, что заявление всё-таки приняли. Запросили съемку с камер. Вот камера № 1.

На экране было видно бегущего мальчика, вот он перебегает дорогу и забегает во двор школы.

- Камера № 2, это уже в самой школе, - мальчик бежит по коридору, вслед ему что-то кричит уборщица.

- А вот последняя запись от 22 апреля. Камера, установленная в том самом кабинете.

На съемке видно, как Сергей заходит в класс, топчется у порога, потом, насупившись, идет прямо на камеру и скрывается где-то за ее пределами.

- Там слепое пятно, - вздохнул Алексей Петрович, - руки бы пообрубать тем, кто так камеры ставит… Мы это видео по пикселям разобрали, Игорь Вячеславович. Нет того, чтобы Сережа покидал помещение, и окна и двери хорошо просматриваются на записи. И ничего необычного в классе ни в этот день, ни накануне, не происходило. Просто испарился и всё.

- Подделка записи исключается?

- Нет, не исключается, но зачем? Это должна быть подделка очень высоко уровня, и ради чего? Тринадцатилетнего мальчишки?

Генерал помолчал.

- Давай дальше, Алексей.

- Искали его всем миром, и полиция, и волонтеры, и ребята из «Лизы Алерт», всё без толку. Пока он сам двадцать девятого апреля не ввалился в тот же кабинет на урок географии. Грязный, всклоченный, у учительницы чуть удар не случился, когда она его увидела. Нажала на тревожную кнопку, прибежала охрана, вызвали медиков, те ему успокоительных вкололи, потому что у мальчика истерика была. Сообщили в полицию и его матери.

В полиции капитан толковый работает, ему это дело покоя не давало. И как только ему сообщили что Сергей вернулся, он тут же запросил данные с камер наблюдения, а после их просмотра сообщил нам.

- Вот камера с коридора – пусто, а вот камера с кабинета – Сергей входит в класс. То есть появился из ниоткуда. Но в этом случае данные с камер сняли буквально минут через пятнадцать после его появления, ну невозможно за такое время подменить запись.

- Если только охрана не замешана, - пробурчал генерал.

- Проверили на сто рядов, - махнул рукой Алексей Петрович.

- В каком состоянии был мальчик?

- Сильное истощение организма, обезвоживание, простуда. Ушибов, травм нет. Одежда фонит сильно…

- Радиация?

- Да, но недостаточная для того, чтобы причинить сильный вред организму. Отправили одежду нашим экспертам, но заключение они еще не дали.

- Слушай, а это точно Сергей?

- Точно, Игорь Вячеславович. Его мать прибежала, как вцепилась в него, не растащишь. Она в него, он в нее, оба голосят, ревут, та еще картинка… Да и все друзья, учителя, ни на миг не усомнились что это он…

- Дааа, дела… - генерал встал, подошел к окну, - и что, он утверждает, что провел все это время в разрушенном городе?

- Так точно, - Алексей Петрович щелкнул мышкой и запустил слайд-шоу. – Наш художник нарисовал, несколько дней с мальчиком работал.

Некоторое время они помолчали, рассматривая сменяющиеся друг друга картинки.

- А не мог наш мальчик все это придумать? Сидел все это время где-то у друга, играл в видеоигры, а потом, чтобы не попало от мамы, сочинил эту сказку?

- И такой вариант рассматривали, - вздохнул Алексей Петрович, - но наши психологи в один голос твердят, что мальчик не сочиняет. Он не путается при рассказе, показания его не меняются, только добавляются или исчезают незначительные детали, например, сегодня назвал прозвище учителя географии, раньше не называл… Ну и к тому же записи с камер…

Генерал побарабанил пальцами по столу.

- Я почему позвал-то тебя… Мамаша его отпустить требует. Сначала телефоны обрывала. Потом пикеты там у полиции стала устраивать, прессу обещает привлечь… я уже вижу заголовки «Кровавая гебня силой удерживает ребенка в своих застенках!». Только этого нам сейчас не хватает… Как считаешь, можем мы его отпустить?

- Можно и отпустить, - Алексей Петрович пожал плечами. – Наблюдение установим, может какие новые зацепки появятся.

- Ну вот и хорошо, - генерал встал, - готовь документы.

Майор отключил ноутбук, взял его подмышку, щелкнул каблуками и пошел к выходу.

- Петрович, - остановил его генерал у самой двери, - а вот внутреннее твое чутьё что говорит? Есть что-то в этом мальчике настораживающее, ну неправильное что-то?

- Нет, Игорь Вячеславович, ничего такого. Абсолютно обычный ребенок.

***

Алексей Петрович стоял спиной к окну в комнате мальчика и наблюдал, как Сергей собирается домой. На столе в беспорядке лежали пакеты с новой одеждой, книги, фрукты.

- Вы видели, какую мне одежду выдали? – похвастался мальчик, - джинсы зачётные, а куртка вообще улёт, ребята обзавидуются…

- Завтра уже в школу пойдешь?

- Не, один день до каникул остался, мама сказала, что можно не ходить…

- Чем займешься на каникулах?

- В столицу хочу съездить, мама обещала отпустить с друзьями. Ну, обещала она, конечно, до всего этого, сейчас может и заартачится…

- В столицу? – удивился Алексей Петрович, он подхватил падающее яблоко и положил его на стол.

- Ну да, в столицу нашей родины. Мама возила меня туда на поезде, трое суток ехали… Я тогда совсем мальком был, лет девять, наверное. Но я всё помню! Какая там красота! – Сергей восторженно закатил глаза.

- В столицу… - тупо повторил Алексей Петрович и сел на кушетку.

- Вот где жизнь! – глаза у парня блестели, - вы там были? – спросил он. Алексей Петрович помотал головой. – Съездите обязательно, - снисходительно сказал мальчик. – Сколько там возможностей, мама всю свою жизнь копит деньги, чтобы туда переехать. Говорит, что только там можно чего-то достичь в жизни, а не в нашем захолустье… Угораздило же родиться в Москве…

Сергей надел куртку, проверил карманы, взял рюкзак и закинул его на плечо.

- Ну что, идем? – спросил он.

- Серёжа… - голос неожиданно дал осечку, Алексей Петрович откашлялся и спросил – Скажи, а какой город у нас в России является столицей?

- Опять проверяете? – с подозрением спросил мальчик. – Это даже дошколята знают.

- Ну всё же…

Сергей еще раз с подозрением окинул взглядом Алексея Петровича, потом вдруг вытянулся по струнке, задрал подбородок и с восторгом отчеканил:

- город-герой Омск является столицей нашей необъятной Родины!