Дед мороз

Глава 1

Белоснежный, слепящий свет кабинета не спасал. На душе все равно было темно и холодно. Холод разливался от сердца до самых кончиков пальцев, и Андрей никак не мог согреться. Коротко прозудел телефон. Бросил на него взгляд. Валя прислала фото грамоты - цветастая синяя бумага. Увеличив, разглядел - «за первое место в конкурсе новогодних поделок». Подпись к фото: «Твоя заслуга)))». Вспомнил, как клеил на дежурстве бумажные звезды для ее ребенка в детский сад. Быстро набрал: «Кажется, ты переоцениваешь мое участие в этом :)».

Потом дома пришлось клеить своим.

Одинокая мать. Так хочется всем помочь, но можно ли каждому стать своим, близким человеком? У него даже с ней ничего не было, хотя народ сразу начал распускать слухи.

Весь день приходили малознакомые люди, что-то требовали, некоторые кричали. Ремонт отделения. Воняющие перегаром сантехники спорили с плотниками, кто должен установить раковины.

Время вышло.

Вышел на улицу, мороз сразу сковал все тело. Изо рта пар. Машина с неохотой повизжав стартером, завелась. Вечером мотался по делам. Автомобили стояли в пробках в белом тумане выхлопов, как паровозы на путях.

Опять телефон.

– Андрей, где ты? - голос раздраженный, высокий.

– Оля, я еду, – сказал тяжело, делая паузу между словами и выдыхая. – Дел навалилось. Сейчас буду.

Прости. Дети уже ждут, - голос ее вдруг стал внезапно уставший. – Просто, сам понимаешь, Новый год, такое тревожное время».

– Тревожное?

– Что тревожное?

– Ты сказала «тревожное время».

– Нет, я сказала беспокойное, предновогодняя суета, и все такое… Ладно, мы ждем.

Заскочил домой. Жена метнулась бесплотной тенью по неосвещенному коридору к Андрею.

– Привет, – коротко чмокнула в щеку. – Вот, одевайся. В руке пакет. Принялась доставать белоснежные валенки, красный колпак и кафтан. Андрей безропотно надевал.

– Держи бороду.

– Оль, она какая-то совсем позорная. Из ваты что ли? Разваливается вся.

– Андрей, какая есть.

Нацепил бороду, завязав резинки на затылке, и натянул красный с ватной опушкой колпак. Взял в одну руку мешок, в другую посох и вошел в комнату.

Господи, как ярко. В желтом электрическом свете искрилась мишурой в углу елка, уже подвыпившие друзья с красными лицами замерли с неестественными улыбками, смотря на Деда Мороза.

«Здравствуйте, дети!» - искусственным басом начал Андрей. – «Хорошо ли вы себя вели?»

Стихи. Подарки из мешка. Сережка, младший сын, подозрительно смотрел, лукаво улыбаясь. Прочитал стих, подошел.

– Папа, я тебя узнал!

– Нет, что ты, Сережа, я Дед Мороз, а твой папа на работе, наверное, скоро придет.

– Да нет, Папа, это же ты.

Он дернул за бороду - как больно, зацепилась, наверное, за щетину.

– Сережа, если будешь себя плохо вести, я обижусь и в следующем году не приду к тебе! – голос действительно начал напоминать бас.

Подошла жена.

– Ну, Сережа, что ты говоришь, это настоящий Дедушка Мороз, вот же твой папа! – она виновато улыбалась.

– Дедушка Мороз, извини, что я думал, что ты мой папа, – прошептал малыш. – Вот мой папа!

Он протянул ручонку к двери. По спине пробежал неприятный холод. Андрей медленно повернулся.

И увидел себя.

Много лет назад он слышал, что встреть ты своего двойника, то никогда б не узнал в нем себя. Ведь на то, что мы видим в зеркале, накладывается изрядная доля наших эмоций, собственных представлений о себе, субъективного опыта.

Но в дверях стоял он сам. Тот самый Андрей, до того, как надел бороду из ваты, колпак и красный кафтан. В тех же светлых джинсах, которые купил неделю назад перед корпоративом, свитере с высоким воротом, со светлой растрепанной шевелюрой, небритый. С темными пятнами под глазами, которые не сходили из-за постоянной бессонной работы уже несколько лет.

На ватных ногах поднялся от ребенка. Мальчонка, зажав в руках кулек с подарком, побежал к такому знакомому незнакомцу.

– Папа, посмотри, что мне Дедушка Мороз подарил!

Глядя на себя, не мог произнести ни слова.

«Ну, ребятки, Дедушке Морозу нужно спешить к другим ребятам», – Ольга приобняла детей и повела их в другую комнату. На секунду оглянулась, посмотрев испуганно. Черты лица жены показались ему чужими и незнакомыми. Его окружили шумные разгоряченные люди. Толкали в руку фужеры с шампанским, шутили. Словно в тумане, он поднял мешок, взял посох и вышел в коридор. Железная дверь за ним гулко захлопнулась.

В подъезде было темно и влажно, за стеной громко смеялись, играла музыка.

Поправив шерстяной колпак, подбитый белоснежной шкурой полярного волка, вышел на улицу. Тяжело вздохнул, выдохнул с шумом холодный воздух из груди, но уже без привычного облака пара. Провел ладонью по богатой бороде, с которой с сухим серебристым звоном посыпалась изморозь. Набросил тяжелый мешок на спину и шагнул вперед.

Впереди его ждали только тьма и холод.