Дань тебе

Глава 1

Дань тебе

Я не знал люблю ее или ненавижу. Не понимал, какие чувства испытываю, глядя на рисунок незнакомой девушки. Мне хочется взять ее голову и размозжить об асфальт, или привлечь поближе и никогда не отпускать? Кто ты? И почему продолжаешь посещать мои сны?

Это случилось пару месяцев назад. Не знаю, какое именно событие повлияло на причину появления незнакомки в каждом сновидении. Она не была ключевой фигурой во снах. На самом деле, они были стандартными: так же, как и тысячи людей, я тонул, убегал от маньяка, водил машину. Но всегда краем глаза видел ее или ощущал ее присутствие. У нее черные, завязанные в небрежный хвост, волосы. Соблазнительная родинка над губой. Дерзкий взгляд и заразительный смех. Но я никак не мог понять какого цвета ее глаза. Она всегда в белом платье с длинными рукавами. У него широкий вырез снизу и при ходьбе открываются стройные ножки. Платье украшает черный корсет, подчёркивающий талию.

Когда я вижу ее, она танцует, полностью отдавшись одному ей известному ритму. Или стоит, спрятавшись за деревом и лишь изредка выглядывает. Если я ее замечаю, то она улыбается, потупляет взор и изящно поправляет за ухо выбившуюся прядь.

Неужели это моменты из моего прошлого? Почему я их не помню? Или зачем придумал то, что никогда не существовало?

Я стал безумен. Рисовал портреты этой девушки каждый божий день. Углем, карандашом, акрилом. Сотни ее портретов висели на обшарпанных стенах моей квартиры, ещё больше валялись под ногами. Ее прекрасно-неизвестные глаза глядели на меня с любопытством, они дразнили и манили меня, заставляя хотеть раскрыть ее личность.

Я просыпаюсь с тяжелым чувством тревоги где-то внизу живота и обречённо бреду в ванную комнату. Я сломлен, разбит и уничтожен. Эта тайна высасывает из меня жизненные силы. Я чувствую, что должен узнать правду.

Какая же гнетущая атмосфера. Что я вообще делаю в этой полуразрушенной квартире? Как здесь оказался? Не помню... Вроде друг разрешил пожить пару месяцев. Или она досталась мне от родителей? Ай, неважно.

Опираюсь на эмалированную поверхность раковины. Она неприятно холодит руки и этот холод просачивается в самый мозг. Ладонями я ощущаю сколы и трещины. Грязь и пыль уже успела заполонить их и умывальник имеет непрезентабельный вид. Вокруг слива налет ржавчины, по всему периметру какие-то тошнотворно-бурые потёки.

Всматриваюсь в заляпанное потрескавшееся зеркало. Боже, какие мешки под глазами. Как давно я не брился? Откуда у меня появился этот потерянный взгляд? Каждое утро мне приходится понимать кто я. Я перестал узнавать человека в зеркале. Даже попытка вспомнить собственное имя с каждым разом даётся все сложнее. Диллан. Да, я Диллан О'Хара. Хах, моя жизнь настолько скучная, что мне приходится вспоминать ее.

Мне кажется моя жизнь была совершенно обычной. До одного момента, шепчет внутренний голос. Верно, неожиданно отвечаю я. Тогда произошла встреча с ней. Но кто она? И что с нею стало? Умерла ли? Растворилась в этом мире? Или её никогда не существовало? Чтобы понять кто я, мне нужно было вспомнить ее.

Я пытался искать информацию в интернете, расклеил ее портреты по всему городу, подходил к прохожим и спрашивал не видели ли такую девушку. Надо мной смеялись, называли странным и грозились отправить в психушку. Ведь я даже не знал имени той, которую так отчаянно искал.

Я не предполагал, что буду делать, когда увижу ее. Мои чувства по-прежнему в беспорядке. Почему я люблю ее и за что хочу убить? И как она поведет себя, когда предстану перед ней? Кинется в объятия или в ужасе попытается сбежать? Скажи мне, Адалин.

Стоп. Кто такая Адалин? Среди моих знакомых не было девушки с таким именем. Так откуда же оно взялось а моей голове? Сомнений нет. Оно может принадлежать только одному человеку.

Весь следующий день я пытался выдавить из себя хоть капельку воспоминаний. Я повторял твое имя тысячу раз, пока меня не стало тошнить от него. Но мне так и не удалось выяснить хоть что-то. С горечью, от постигшего проигрыша, я лег спать. Сон не заставил себя долго ждать. И я снова видел тебя, Адалин. Но тебя было двое. Одна взрослая и статная женщина, а вторая — совсем девочка, такая которой ты всегда мне снишься.

Та, что старше, недовольна мной. Она кричит и злится. Ее по-взрослому красивое лицо покрывается красными пятнами, а ногти впиваются мне в руку. Даже во сне я чувствую эту боль и унижение. Она называет меня "гадким ребенком" и куда-то тащит. А я же дрожу от страха и плачу.

Затем эта жуткая женщина пропадает и на сцену выходишь ты. Как же ты свежа, молода и обольстительна. Не перестаешь улыбаться. Я горд тем, что самая прекрасная улыбка на Земле предназначается только для меня. Но меня ты не любишь, как и я не люблю тебя. Наш союз нежен и крепок, но в нем отсутствует страсть, в большинстве своем выступающая в качестве коррозии для пар.

Мы были с тобой противоположностями. Не лёд и пламя, которые взаимно уничтожают друг друга, но шторм и штиль. Наша непохожесть объединяла. Как недостающие кусочки пазла, мы нашли друг друга, чтобы идеально подойти.

Но я по-прежнему не помнил тебя. Адалин, я знал о тебе все, но не понимал, кто ты такая. Знал о родинках, образующих большую медведицу у тебя на ключицах, и был в курсе того, какой вредной девочкой ты была в детстве.

Я видел тебя любую: в гневе, плачущей, раздетой, пьяной. Мы были близки настолько, что знали о шрамах друг друга все: как на теле, так и на сердце. Но все эти события были как кусочки мозаики, разбросанные по глубинам моей памяти. И эта мозаика никак не хотела складываться в цельную картину. Не хватало сердцевины.

Проснулся я в гораздо лучшем расположении духа. Сегодняшний сон, хоть на шаг, но приблизил меня к тебе. На душе стало очень радостно. Неизвестность пугала, и я предвкушал момент, когда узнаю наконец всю правду.

Радостный, я уже стал направляться в ванную комнату, но краем глаза заметил, что телевизор работает. Забыл выключить, когда ложился спать. Какая-то женщина давала интервью. Это была постаревшая ты, Адалин. Я навсегда запомнил эту самодовольную ухмылку. Когда я плакал, она всегда появлялась на ее лице.

Черт, как же болит голова. Кажется, вот-вот и она лопнет как переспелый арбуз. Схватился руками за голову и упал на колени. На пол капала слюна. Мой крик, наверное, слышал весь дом. Воспоминания беспорядочной массой заполнили голову. Теперь я понял все.

Та женщина в телевизоре — моя мать и причина, по которой я ненавидел тебя. Она человек, которого я ненавижу и презираю. Человек, из-за которого я мог бы сесть в тюрьму. Говорят, чтобы жить счастливо, нужно простить своих обидчиков. Наглая ложь. Я был бы безмерно рад, если бы эта женщина вдруг исчезла, сгнила где-нибудь в канаве.

Моя собственная мать ненавидела меня и не могла принять факта, что я таков, каков есть. Она желала изменить меня. Ломала жёстко, не взирая на мои мольбы. Но сломить полностью ей меня не удалось.

Ты, Адалин, была моим якорем, что возвышая, в то же время погружал на дно. Как иронично. Спасшая меня, была так похожа на мать. Я не думал, что жизнь сыграет со мной настолько злую шутку.

Я так скучаю по тебе, Адалин. Моя тихая гавань в этом бушующем и непостоянном мире. Но мы больше никогда не сможем увидеться. Я понял почему забыл ту единственную, которую ни за что не хотел забывать.

Нас объединяла общая страсть: раскопки. Мы не были профессиональными археологами, скорее двумя энтузиастами. Нам с тобой предложили в составе экспедиции отправиться в Грецию. Там нашли затерянный храм богини плодородия, погребённый под землёй. Это было опасное путешествие, но мы не мешкали ни секунды. Тебе очень понравилась мысль отправиться в Грецию, а куда ты, туда и я. Мы были связаны и наша связь была крепче, чем родственные и любовные узы.

Во время экспедиции случилась катастрофа. Одна из колон храма рухнула и погиб член группы. Это была ты, Адалин. Я пытался остановить тебя, пытался предостеречь. Но ты была восхищена величием забытой постройки, ты отдавала дань уважения неизвестному архитектору. И поэтому храм выбрал жертву, решил, что ты его собственность.

Не помню как я возвращался в Америку. Помню лишь как меня держали пятеро мужчин, а я вырывался, желая разрушить то, что забрало тебя у меня. Это несправедливо! Почему я не умер вместе с тобой? Это было бы в нашем стиле. Быть погребенными под достоянием истории. О нас бы сложили легенды, как о преданных возлюбленных, а мы бы смеялись где-то там в потустороннем мире, потому что мы ведь друзья. А люди как всегда все слишком романтизируют.

Домой ты вернулась только через пару месяцев. Были проблемы с перевозкой тела. Боже, не могу признать того факта, что больше не обращусь к тебе по имени, и ты больше не скажешь со своей милой ухмылочкой: "Что, Диллан?". Как же я хотел умереть вместо тебя. Ты заслуживаешь жизни больше меня. И не потому, что ты якобы будешь полезнее обществу или сделаешь больше добрых дел, чем я. Плевал я на это общество. Нет. Все дело в том, что мне ты была дороже, чем я.

А я ведь так и не посетил твою могилу. Ты закопана на кладбище Вудлон. Прошло уже так много времени. Просто я не мог вспомнить тебя. Потрясение было настолько сильным, что, казалось, будто это я умер, и продолжаю "жить". не зная об этом. Решено. Сегодня же проведаю тебя.

Ветер сегодня был особенно безжалостен, он игрался с листьями, срывал ветви деревьев. Люди предпочитали в такую погоду отсиживаться дома, но мне было все равно, у меня была цель. Я не знал, где находится твоя могила и поэтому искал ее еще минут тридцать.

А между тем ветер все нарастал и нарастал, он вырвал из рук букет ромашек, которые я собирался преподнести тебе.

— Это дань, — прошептал я безмолвным могилам. Думаю ветер донесет тебе подарок.

Наконец цель пути была достигнута. Могила была вырыта недавно. Земля ещё не успела зарасти зелёной сочной травой. Надгробие сияло своей новизной. Я долго смотрел на выгравированное имя. Все эмоции были отражены на моем лице. Я плакал. Плакал как ребенок.

— Янтарно-медовые, — неожиданно сказал я, — Твои глаза были янтарно-медовыми.

***

Женщина в больших черных солнцезащитных очках уверенно шла к кладбищу, цокая каблучками своих полусапожек. Яростный ветер подгонял ее, заставляя держаться за шелковый шарфик, которым она покрыла голову. Все это мешало выделить какие-то характерные черты внешности. Женщина не оглядывалась, не останавливалась в заминке. Было понятно, что она не раз ходила к могиле, которую и сегодня хотела посетить.

Но ее походка была неестественно энергичной и пружинящей. Даже механической. Она как будто заставляла себя идти твердо. Особенно сильный порыв ветра все же сорвал платок с головы и разметал черные непокорные волосы. Женщина приподняла очки, посмотрела на то, как ветер уносит вещь, недавно принадлежащую ей, в ее янтарно-медовых глазах не было сожаления.

— Это дань, — прошептала она безмолвным могилам.

Наконец цель пути была достигнута. Могила была вырыта недавно. Земля ещё не успела зарасти зелёной сочной травой. Надгробие сияло своей новизной. Женщина долго смотрела на выгравированное имя. Ни один мускул не дрогнул на лице, казалось, она совсем не жалеет того, кто похоронен под землёй, но в глазах стояли слезы.

— Что же ты наделал, Диллан?