Чувствуй

Глава 1

Развидь меня я в этом мире

Проявленной быть не хочу

Я ничего не слушаю не вижу

И обо всем молчу

Аня сидела на пляже и очень боялась.

Песок был тёплым, солнце - жарким, подруга Машка радостно орала и махала ей руками из воды, но Аня реагировала слабо. Она и на Машку уже не злилась, и себя ругать перестала, ибо на злость нужны силы. Анины силы сначала уходили на то, чтобы разобраться, во что же она вляпалась, сегодня - на то, чтобы никто не заметил, что с ней происходит.

Мимо Ани промчался мальчик, обдал её песком и с разбега кинулся в воду. Его с криками догоняли ещё трое, догнали уже в воде. Стоявшую у берега Машку накрыло брызгами и визгом, она махнула рукой на Аню и тоже нырнула. Аня тут же про нее забыла.

Ей было страшно. Из жаркого июньского дня её затягивало во что-то непонятное, Машка назвала бы это другим измерением, тонким планом... Тонкий это план или толстый, Аня не знала, но там было странно, непривычно и непонятно. Да и не хотела Аня ни в какие измерения. Жила себе спокойно, доучивалась, скоро диплом, потом работа... И в целом понятная жизнь. А тут Машка с её вечным любопытством и общей восторженностью. Машка, лучшая подруга... и, скажем честно, единственная.

Аня знала про себя, что она человек закрытый и не шибко общительный. То есть часами сидеть в кафе и болтать она не будет, скучно это. И обсуждать сокурсниц и сокурсников, и их отношения тоже скучно. А рассказывать о чем-то своём Аня не хотела. И не потому, что считала своих приятельниц глупыми или боялась их реакции. Просто не хотела. Так её родители приучили. Чем меньше о тебе знают - тем тебе спокойнее. Но Машка... Она довольно легко прошла тот барьер, который Аня установила для окружающих. Не так - Машка этот барьер просто не заметила. Она хотела подружиться - и подружилась. Сначала Аня все ждала, когда же Машке, живой, весёлой и эмоциональной, надоест анина холодная отстранённость. Не дождалась. Машка болтала за двоих, причём иногда выдавала такое, что Аня вздрагивала. Машка не обращала внимания ни на анину подозрительность, ни на её периодические задумчивость и мрачность, что-то узнавала, куда-то Аню тащила... И, как ни странно, Ане это нравилось.

До той встречи, будь она неладна.

Машка прибежала с вытаращенными глазами и заорала с порога:

- Ты посмотри, кто к нам приезжает!... Это же чел из "Битвы"... этих самых... Ну, ты понимаешь!!.

Аня понимала. Машка была девушка в целом восторженная и в частностях склонная к некоторому мистицизму. Жили они в городке небольшом, но и в нем имелись йогини, которые по утрам медитировали на ковриках в парке, пара бабушек, к которым бегали гадать и снимать порчу, полуподвальный магазинчик "Лавка ведьмы", в котором продавалось много свечей, карт Таро и наборов рун в мешочках, а также скрутки трав, амулеты и талисманы. Машка покупала свечи, коллекционировала колоды карт и даже ездила на фестивали, которые Аня называла «просветлянскими». Машка обижалась, но не оставляла попыток завлечь подругу на очередной слёт «просветлян». Аня держалась стойко, но на челе из "Битвы..." дала слабину.

Ведь чувствовала, что не стоит. Как посмотрела видео, в котором тот обещал погрузить желающих в бездны тонкого мира и поднять на другие уровни - так сразу и поняла, что не хочет ни на какие уровни. Ещё сны эти начали сниться... Тогда было ещё не страшно - просто непонятно. У Ани были свои отношения с мистикой. Вернее - Аня очень старалась, чтобы этих отношений не было вовсе.

Чувствовала, что не стоит. Но пошла.

Машка выбралась из воды, отжала волосы и подошла к Ане.

- Уффф, как хорошо... Ты чего тут сидишь, пошли в воду, жарко же, - Машка мокрой рукой шлёпнула подругу по голой спине. Аня вздрогнула и испуганно оглянулась, но тут же взяла себя в руки:

- Не хочу. Не так и жарко.

- Да ладно. Не жарко?? Ты часом не заболела?

Аня пожала плечами и отвернулась. Ей было скорее холодно, и холод этот был не физический, а... Может, действительно искупаться? Нет, не сейчас. Возможно, позже она решится. Не хотелось признаваться себе, что она боится войти в речку, в которой купалась практически с рождения. Но да, она боялась. Не самой речки и не воды. А того, кто может войти в воду вместе с ней, Аней. Нет, ну надо ж так вляпаться! Толпы народа кочуют по этим фестивалям и практикам, просветляются в своё удовольствие, и ничего с ними не случается. Вон Машка - сидела рядом с ней, погружалась в бездны и поднималась на планы - и ничего. Ничегошеньки в Машке не изменилось. Везет же людям.

Аня оглядела подругу с подозрением. Разлеглась на полотенце, словно она одна на пляже, подсыхающие волосы золотятся на солнце, голубые внимательно разглядывают подругу.

Аня затосковала и отвернулась. А Машка продолжала рассуждать:

- Какая-то ты, Анхен, странная последнее время. Хотя что уж, скажем прямо - странная ты аккурат после той волшебной, незабываемой, охренительной встречи с тем... Ну, ты понимаешь.

Аня опустила голову. Незабываемая, ага. Ох, договорится сейчас Машка, выдаст свою версию...

И Машка не преминула. Она вытаращила глаза и наставила на Аню указательный палец:

- Он твой краш!!

Аню передернуло. Уж если Машка что придумала... Аня скрипнула зубами, сделала над собой мощное усилие и сказала ласково:

- Ну что ты, ты в этом деле первая, я перетопчусь уж как-нибудь.

Машка кивнула и мечтательно зажмурилась. А Аня опять погрузилась в воспоминания. Она пыталась понять, где была та точка, после которой все пошло не в бездны и высоты, а... И могла ли она избежать этой точки? Или просто повернуть назад?

Итак, смотрели они с Машкой видео, Аня отвлекалась на что-то, Машка её дёргала... Парень на экране говорил негромко, крутил на пальцах серебряные перстни, откидывал с лица черные кудри... В стандартный текст насчёт открытия третьего глаза, гармонизации чакр и потока родовой энергии она особо не вслушивалась. Потом... Потом парень оставил в покое кольца, наклонился к камере и сказал после паузы:

- А теперь для тех, кто ухмыляется и хихикает. Допускаю, что вам ровно на чакры и потоки энергии. И что двух глаз вам вполне достаточно. Но ведь вы чувствуете, знаете (это слово он выделил интонацией), что в мире все не так просто. Что есть энергии, и что они хранят информацию, и что эту информацию можно получить. Что сны - это больше, чем простой отдых тела и сознания. Что мы - больше, чем тело. Но вам проще хихикать и обесценивать. Ну что ж, ваше право. Встреча в субботу в 19 часов.

Видео закончилось, Машка восторженно выдохнула, а Аня поняла, что попалась. Он ее зацепил. Потому что Аня была как раз из тех, которым проще... вот это самое.

Она никогда не назвала бы себя экстрасенсом, но что-то такое видела, ощущала и иногда знала. И парень из этой самой "Битвы..." поймал её на желании оказаться среди своих, среди тех, кто тоже знает и понимает. Впервые Аня задумалась, чего она лишилась, когда плотно закрыла дверь в непонятное и потому пугающее.

Надо признать, что в анином родном городке люди жили просто, пожалуй даже материалистически просто. Вот есть конкретные понятные вещи: работа, еда, мебель, семья, пенсия. Телевизор, баня, интернет, в конце концов. Все это можно потрогать, увидеть, услышать, съесть, наконец. Маленькая Аня не вписывалась в эту социалистически-материалистическую картину. Она как раз и получала информацию... из окружающего её пространства. И быть бы ей сначала изгоем, а потом и городской сумасшедшей, периодически полёживающей в местной психушке, но ей очень повезло с родителями. Они её любили. И честно старались не пугаться, когда дочка по дороге из садика говорила, что дома их ждёт дядя Петя, он недавно пришёл. Или спрашивала, когда же папа подарит ей то, что вчера купил. Или по дороге из садика же говорила, что хотела не дыню, а арбуз. Спрашивать, откуда дочка узнала про дыню, было бесполезно, все равно не ответит. Родители смирились с тем, что девочка у них странная. Что-то видит, что-то слышит, что-то просто знает. Смотрит на пустой угол так, как будто там кто-то есть, чуть не головой ему кивает. Родители вздыхали и отвлекали дочку чем-то простым и понятным.

Девочка же легко считывала эмоции окружающих её людей, тем более - любимых родителей. И довольно быстро поняла, что в её поведении их расстраивает и пугает. И то - кому понравится, когда твой ребёнок на мирный вопрос: "Когда же наконец придёт этот мастер??" спокойно отвечает: "А он не придёт. Он же умер, вы разве не чувствуете?". И чем старше она становилась - тем реже она смотрела в ту сторону, которая так не нравилась ее родителям. Она их тоже любила.

В школе и особенно в вузе взрослеющей Ане сильно мешала эта её способность - чувствовать чувства окружающих. Она знала, что называется это эмпатией. Слово красивое, а вот само явление... Иногда это было полезно, но в целом... И она постепенно, но целенаправленно стала сокращать круг общения, оставила нескольких человек, чьи эмоции её не напрягали. Вот Машку, кстати, тоже.

К последнему курсу у Ани была репутация мрачноватой и странноватой девушки. Это её не волновало, скорее нравилось, потому что так было... безопаснее? Да, пожалуй. Родители мягко, но планомерно внушали ей, что её странности могут не нравиться людям, и лучше перед ними, людьми, особо не раскрываться.

Но "Битву..." она иногда смотрела, ей все же было интересно. Не примеряла на себя, нет. Хотя иногда прикидывала, как она решала бы очередную задачу. Так, чисто по приколу. Ей было интересно.

А тут... То, что говорил чёрный парень на видео, как будто что-то в ней включило. Она почувствовала, как разворачивается внутри то, чему она не давала имени и старалась не замечать. И Аня подумала, что она могла бы попробовать. Дотянуться до него... его сознания... его ощущений... Своим сознанием, нет, это что-то другое... это как рука неосязаемая, как... В этот момент перед глазами - внутренними глазами - Ани мелькнуло недовольное лицо, нет, ощущение недовольного лица парня, и её как будто выкинуло обратно в привычное состояние. Машка что-то спрашивала и теребила её за рукав, а Аня очень чётко поняла, что не надо идти ни на какую встречу. И смотреть в ту сторону не надо. Никогда особо не смотрела - не стоит и начинать.

Глава 2

Я загляну совсем немного

На это странное плато

Одним глазком меня и не заметит

Никто

С одной стороны - Аня была в некотором потрясении. Потому что помнила чёткое ощущение контакта. Она могла бы сказать, что он её просто выкинул из... своего сознания? Или куда она там влезла. Но это означало бы принятие всего произошедшего за правду. А из этого следовало... Нет, думать дальше Аня категорически не хотела.

С другой - ей было страшно. Куда она полезла, зачем?? У Ани было ощущение, что она стала видима и... ощущаема. Правы были родители, ой, правы. Чем меньше ты заметна - тем спокойнее. С другой стороны - что может ей сделать этот парень из телевизора? Он её знать не знает, никогда не видел и никогда не увидит. Ни на какую встречу она, конечно, не пойдёт, пусть Машка другую дуру найдёт. До воскресенья ещё три дня, успеет.

А ночью ей приснился сон. В этом сне она никак не могла попасть домой. Подходила к подъезду, открывала дверь... и попадала в соседний подъезд. Снова подходила к подъезду, открывала дверь, поднималась на второй этаж, шла на свой третий... и проскакивала сразу на четвёртый. Снова подходила к подъезду, открывала дверь... и оказывалась на пятом этаже. И так раз за разом. В свою квартиру она так и не попала. Что-то или кто-то её не пускал.

День прошёл суетливо. Иногда Аня возвращалась мыслями к странному сну, вспоминала ощущение присутствия кого-то или чего-то, - не враждебное, не пугающее, но все равно неприятное. Что с этим делать - она не знала.

И снова всю ночь Аня пыталась войти в свою квартиру. И снова что-то - или кто-то? - кружил её по всему дому, по этажам родного подъезда. Когда наконец усилием воли Аня буквально проломилась к своей двери - за ней оказалась чужая квартира. Утром ей показалось, что она и не спала вовсе, а всю ночь с кем-то боролась. И все равно проиграла.

Что делать - Аня не знала. С кем посоветоваться - тоже. Воскресенье неумолимо приближалось, но Аня уже не была так категорична. Возможно, думала она, этот чел из "Битвы..." скажет что-то такое, что наведёт её на нужную мысль, а то и случайно подскажет что-то умное. Высовываться она не будет, он её и не разглядит, зато она все услышит и увидит. Хорошо, Машке не успела объявить, что не пойдёт.

На встречу они пришли заранее, подруга хотела сесть поближе, Аня - подальше. Машка от возбуждения чуть не подпрыгивала. Народу в небольшой зал ДК набилось не так уж и мало, стоимость входного билета организаторы предусмотрительно поставили невысокую. В итоге подруги нашли компромисс - Машка в конце пятого ряда, Аню рядом прикрывает колонна.

Аня огляделась. Ну конечно, лучшие люди города. В первом ряду хозяйка "Лавки ведьмы", естественно, вся в чёрных одеждах и серебряных украшениях, йогини... Блогеры местные, журналисты... Подростки, подростки, подростки... У мероприятия возрастной ценз пятнадцать плюс, хорошо хоть детей нет... Тут на сцену вышел ведущий, радостно рассказал, "кого мы сегодня так ждём", прошло ещё минут пять, и наконец зал оживлённо зааплодировал.

Парень оказался невысоким и худым, но кудри были черны, а перстни сверкали. Впрочем, слушать его было довольно интересно. Правда, в первую часть рассказа, традиционную, - о сложном детстве, первых проявлениях силы, непонимании и неприятии со стороны окружающих, а потом о встрече с мастером, после которой вся его жизнь изменилась, Аня особо не вслушивалась. Машка тыкала её локтем и восторженно вздыхала.

Аня задумалась о своём детстве, вернее, о том, каким бы оно было, если бы не родители, которые её ограждали от контактов с этими самыми окружающими, может, иногда слишком даже... А теперь она сама себя огородила... Тут Аня услышала, что интонации говорившего изменились, теперь он был вкрадчив и властен. Говорил о том, что грань между мирами достаточно тонка, и преодолеть её могут многие, только не все об этом догадываются. Хотите ли вы, вопрошал парень, прямо сейчас, с моей помощью сделать это? Обещал провести мимо всех ловушек тонкого мира, сопроводить и привести обратно. "Кто не боится, кто готов расширить пределы сознания и восприятия - смело за мной, слушайте мой голос, я буду вести вас..." Аня хмыкнула, но послушно закрыла глаза. Общий скептицизм никуда не делся, но Аня всегда была девочкой послушной. И потому автоматически начала вслушиваться в голос и делать то, что он говорил.

"Представьте себе место, в котором вам комфортно... Это может быть место, в котором вы бывали, и вам там было хорошо, и хочется вернуться... Это может быть место, о котором вы знаете и хотите попасть... Главное - чтобы оно было безопасным... Чтобы вы могли сосредоточиться на том, куда вы двинетесь дальше... Это место - ваш тыл, та точка, в которую вы всегда можете вернуться..."

Аня снова потянулась сознанием? мыслью?.. той самой несуществующей виртуальной рукой, а потом и всей собой туда, в эту точку, где есть только она, и где поэтому безопасно. Она оказалась в странном месте, сразу было понятно, что это не настоящее место, в толстом, так сказать, мире его не существует. Это было горное плато, небольшое, с одной стороны Аня видела горы, другая терялась в тумане. Там было скорее пасмурно, хотя неба и облаков Аня не видела, наверх взгляд просто не поднимался. Под ногами - каменная пыль и мелкие камни. Ветра не было, дышалось... А дышала ли она вообще в этом месте? И кто, собственно, "она"? Какая часть её, Ани, стояла сейчас на этом плато? Ну, неважно, потом разберёмся.

Она была там одна, это точно. Это место было только для неё... Точнее - это было её место.

"Огляделись? Запомнили место? В памяти должно остаться не только то, как ваше место выглядит, но и то, какие ощущения оно вызывает, какие образы рождает, с чем связано оно для вас..."

Аня задумалась, вернее - заощущалась. Её плато было спокойным, пустым, дремлющим. Оно всегда было готово принять её. И позволить остаться - ненадолго. Не то это место, чтобы оставаться надолго.

"Теперь оглядитесь. Из этой точки вы можете двинуться в разных направлениях. Что вы видите? Это может быть дорожка, тропинка, проход в стене, дверь, ворота, пролом, наконец. Куда вам открыта дорога, куда вас зовут?"

В анином месте не было ни тропинок, ни стен с воротами. Она огляделась. Скалы не думали раздвигаться, туман не расступался. Более того - двигаться физически Ане не хотелось. В этом месте шагать, лезть на скалы было как-то... неправильно, неуместно. И не нужно. Это был тот самый тонкий мир? В котором тела не было. А что было? Что стояло на камнях, оглядывало скалы? Рассуждало, куда и как двигаться? Эээ... Астральная проекция?.. Эфирное тело? Ладно, это тоже позже. Куда тут двигаться и как тут двигаться?

Ощущения, здесь важны ощущения. Аня начала не оглядываться, а... ощущаться. Туманный край плато её почему-то не испугал и не заинтересовал, уходящие ввысь скалы тоже. ...Хотя один невысокий уступ привлёк её внимание. Что-то в нем было не так... Что-то лишнее... Ане захотелось заглянуть за уступ, она потянулась к нему... и оказалась рядом с уступом, гораздо выше плато. Теперь Аня могла рассмотреть плато сверху, и оно показалось ей уютным и ...родным?

А вот уступ чем дальше - тем меньше Ане нравился. Вернее, не сам уступ, а ощущение от него... Нет, не от него, а от того, что находится за уступом. Или кто.

Аня попятилась, но недалеко. Разгуляться здесь было негде. То, что было за уступом... насторожилось. Оно нащупало Аню... чем-то. Ощутили они друг друга. Аня запаниковала. Увидеть и быть увиденной ей не хотелось. Ей стало страшно.

Эта штука за уступом начала тянуться к Ане, как будто пробуя их связь на прочность. Аня неожиданно для себя качнулась к уступу. Эта штука поймала её на крючок и теперь выбирает леску. Аня была на рыбалке, видела, как это делается. И теперь она забилась, как рыбина на конце лески. Она не хотела за уступ. И встречаться с этой штукой - тоже.

Штука её мнением не интересовалась и знай тащила Аню к себе. Аня рванулась в другую сторону, но вспомнила, что здесь, в этом месте не надо бежать и рваться. Она просто захотела вернуться в зал ДК, за свою колонну, и чтоб рядом Машка, и никаких уступов, и того, что за ними. Очень захотела...

Аня отвлеклась на эти мысли и неожиданно оказалась за уступом. Там кто-то стоял, маленькая серая фигурка. Ребёнок? Здесь? Или это... не ребёнок? Аня зашарила взглядом по фигурке. Во что-то замотан, личика почти не видно. И тут Аня увидела его глаза. Она бешено рванулась, увидела почему-то Машку, пристальный взгляд её ярких голубых глаз...

И наконец оказалась в ДК. Колонна была на месте, рядом с восторженным выражением лица сидела Машка и поглядывала по сторонам из-под прикрытых век. По напряжённым позам блогеров было понятно, что они устали изображать вдохновение и просветление под бдительным оком экстрасенса и очень сожалеют, что не сидят за колонной.

Глава 3

Не глюк не бред не наважденье

Не сон дурной

Я наяву и эта штука

Идет за мной

Остаток дня прошёл странно.

Аня как можно быстрее утащила Машку из ДК. Экстрасенса плотно обступили подростки, и даже Машка признала, что сквозь них не пробиться.

Аню мотало между радостью от того, что она снова в привычном мире, и ощущением контакта, который не прервался. Машка взахлёб рассказывала, как она оказалась в любимой кофейне, и какой совершенно офигенный латте она пила там, на тонком плане... Аня слушала вполуха, она пыталась понять, ей со страху кажется, что она притащила что-то с собой с того серого уступа, или... Лучше бы показалось. Она напряжённо всматривалась в привычные улицы, с детства знакомые дома вокруг, пока не услышала окончание машкиного монолога:

- ...конечно, в глаза не надо смотреть, если не хочешь, чтобы тебя поймали.

- Что?? - Аня резко остановилась: - Ты о чем??

- А?.. - Машка безмятежно улыбнулась. - Я говорю, что когда врёшь человеку, не надо в глаза ему смотреть, а то на вранье сразу поймают. Ты чего вскинулась, Аннет? Я про то, что сегодня родокам врать буду...

А ночью Ане приснился сон.

Она снова шла домой, вошла в подъездную дверь и оказалась в деревенском доме. Классический такой деревенский дом, Аня в таких бывала, когда ездила на практику на втором курсе.

Была она там не одна, экскурсию по дому ей проводил молодой человек, риэлтор, она этот дом собиралась покупать. С нею был ещё кто-то из родни, Аня не поняла, кто именно.

Они прошли сени, вошли в комнату. Аню удивляло общее запустение - было убрано, но очень пыльно. Ничего не валялось на полу, но было понятно, что сюда давно не заходили. Потенциальные покупатели удивлялись, риэлтор делал вид, что так и надо. Дальше в комнате было возвышение, оно было отделено занавеской. За занавеской было что-то вроде детской - там была лежанка и колыбель. Также все покрыто пылью. Но когда покупатели подошли к колыбели, они увидели там ребёнка. Он был завернут в серые пыльные пелёнки, лицо было прикрыто краем пелёнки. Аня подошла к колыбели и поняла, что ребёнок жив, что бы это ни означало. Она начала распелёнывать ребёнка, убрала край пелёнки, и он посмотрел ей в глаза.

Следующее, что Аня увидела, - это они с риэлтором идут дальше по дому, а ребёнок, - или то, что имело вид ребёнка, - выбралось из колыбели и идёт за ними. Они шли по дому, осматривали кухню, подпол, хозпостройки, - а маленькая фигурка, закутанная в тряпки, следовала за ними. Аня не видела лица этого ребёнка и ничуть об этом не жалела. Их небольшая группка покинула дом, риэлтор уехал в одну сторону, Аня с родственником - в другую.

А утром Аня проснулась и обнаружила, что ребёнок из сна идёт за ней наяву.

Это было странное ощущение. Она видела его не тем зрением, котором мы смотрим обычно. Но она видела его. Он просто шел. Следовал за ней туда, куда пошла она. Просто шел.

Она пыталась не смотреть. Убедить себя, что это ей показалось, что это игра света и тени.

Но нет. Маленькая фигурка в серых тряпках, поверх которых крест-накрест была повязана серая пуховая шаль, упорно шла за ней. Аня не помнила, была ли эта шаль там, во сне. Не мог же он... оно повязаться этой шалью? Или могло.

Днем было не очень страшно. Аня выходила на солнечный свет, в котором фигурка терялась, отвлекалась, иногда даже забывала. От этой потусторонней штуки веяло таким холодом... холодом, ужасом и безнадёжностью... Аня вздрагивала и искала место, где жарко и солнечно. Чем ближе день двигался к вечеру, тем хуже становилось Ане. Машка вытащила её на пляж, день действительно был жаркий, но в воду Аня так и не решилась зайти.

Что это такое?? Почему оно выглядит, как ребёнок? Что это был за дом, и почему Аня собиралась его купить? Что за родственник был с ней в этом сне?

Аня чувствовала, что начинает паниковать. Она могла отличить обычный сон, в котором подсознание переваривает дневные впечатления, от того сна, в котором душа спящего путешествует в том самом тонком мире, и может попасть в самые разные ситуации. И от того, когда в твой сон может прийти кто-то или что-то.

Сон прошлой ночью был вот такой. Она, вернее, её душа попала куда-то, в место явно не очень хорошее. Хотя само плато Аня вспоминала, пожалуй, спокойно. Оно ей понравилось. Там было... безопасно. А вот лезть на скалы не стоило, ой не стоило. Где-то там проходила граница безопасности, и она к ней подошла. И встретилась с чем-то - или кем-то. Сейчас, когда у Ани была возможность вспомнить и сравнить ощущения от той штуки за выступом скалы в её видении и от "ребёнка", она вынуждена была признать, что это скорее всего одно и тоже... создание? одна и та же сущность? В общем, это была та самая штука. И ощущение контакта усилилось.

Тогда получается, что она зацепила Аню там, над плато, и нашла в её, анином, сне...

Кошмар. Просто кошмар.

Что это такое, чего оно хочет? Чем это грозит Ане? И главное - что с этим делать??

Ну вот не было у нее такого жизненного опыта. Не сталкивалась она с жуткими потусторонними псевдо детьми в серых тряпках. Она и с посюсторонними, настоящими, не часто общалась. У родителей Аня была одна, и в близком окружении младенцев не было. Представить, что это реальный ребёнок? Но при мысли о том, что с этой штукой придётся контактировать, Ане поплохело.

Сумерки сгущались, ночь была неизбежна. Штука неумолимо шла вслед за ней по прекрасно освещенной центральной улице, мимо магазинов, жилых домов и фонарей. Агрессии не проявляла, расстояние выдерживала. Просто шла. И Аню это никак не успокаивало.

Плохо было то, что обратиться с такой своеобразной проблемой Аня не могла ни к кому. Да что обратиться. Рассказать, - и то некому. Порадовать хозяйку "Лавки ведьмы", накупить у неё свечей и оберегов? Светлее, конечно, станет, но и только. Потому что ведьма она по чисто внешним признакам: стилю одежды, украшениям и общему загадочному выражению лица. Йогини вообще не из этой песни, вряд ли они пригодны для конкретных действий. Мелькали у Ани мысли об экстрасенсе с чёрными кудрями, с которого, собственно, все и началось. Но он, как доложили общественности блогеры, покинул их гостеприимный город ещё вчера вечером. Растворился где-то в просторах родины и был для Ани потерян.

Родители жили летом на даче, в квартире Аня была одна, и это прибавляло ситуации драматизма.

Нет, она не собиралась ничего рассказывать родителям, да и их присутствие рядом вряд ли что-то изменит. Но все равно... Одной страшнее.

Но и проще. Аня понятия не имела, может ли эта штука, этот ребёнок как-то воздействовать на людей, на предметы. Не понимала, насколько он опасен, но предпочитала прикидывать худшие варианты. В голове крутились сцены из фильмов, страшилки о полтергейстах, злобных призраках и прочих популярных эзотерических персонажах. Мелькнула малодушная мысль о том, что можно поехать переночевать на дачу, но Аня очень ясно представила себе, что будет с мамой, когда из темного угла к ней выступит этот... хм... ребёночек... Увидеть его мама, наверное, не увидит, но мало ли. Эта картина резко привела Аню в себя.

Попаниковала - и будет. Ясно же, что никто ей не поможет. Ну, во всяком случае, сегодня.

Завтра она что-нибудь придумает и сделает. А сейчас надо как-то пережить ночь.

Понятно одно - спать ей нельзя. Во сне эта штука быстро её сцапает, на её территории Аня мало что сможет сделать. Не умеет она действовать во сне как наяву, знает только, что называется это осознанные сновидения, как-то так.

Нет, совсем уж девственной в этом смысле Аня не была. О снах она кое-что знала. Случались у неё и ясновидческие сны - как, например, когда мама потеряла любимую кружку, они искали её по всему дому, а Ане приснилось место, где эта кружка лежит. И она нашла её именно там. И общение с покойными родственниками, когда они ночь за ночью приходили к ней, пока она не понимала, чего они хотят и не делала этого. И очень реалистичные сны, в которых действовала она, Аня, но она могла в них быть и мужчиной, и старухой, место действия бывало разное, и времена тоже не всегда бывали современные. Ане приходили мысли о том, что это её душа вспоминает прошлые воплощения. И она никому об этих снах не рассказывала.

Да, часто во сне она осознавала, что это сон. Иногда могла действовать, а не только подчиняться сну. Но этого явно было недостаточно. Прошлой ночью она смогла попасть к своей двери и открыть её, но эта штука легко её переиграла. Домой Аня все равно не попала.

Вот в этом сне тоже важно разобраться. Раньше ей никогда не снился путь в квартиру. Почему в том сне ей так важно было попасть домой? В общем-то, ничего пугающего или угрожающего там не было. Ну, блуждала она по подъездам и этажам. Ну, не смогла найти свою квартиру. Попала к левым людям. Ничего страшного вроде бы не произошло. И днём она не чувствовала каких-то изменений. Зато следующей ночью ей приснилось, что она хочет купить себе дом. И пришла прямиком к этой штуке.

Аня вошла в квартиру, тщательно заперла дверь и пошла на кухню, даже не посмотрев, следует ли эта штука за ней, так её увлекли собственные рассуждения. Итак, сначала её всеми силами не пускают в родную квартиру. Для чего? Или почему?

Собственно, что такое родной дом? Это место, которое знаешь ты, и которое знает тебя. Безопасное место. Надёжное. Пропитавшееся твоей энергетикой, твоими эмоциями и твоей информацией. В порядочном родном доме ещё и домовому полагается быть.

Тут Аня встрепенулась. Она не могла утверждать, что в их квартире жил прямо-таки домовой - или скорее квартирный. Но что-то похожее имелось. Аня помнила несколько случаев, когда он обнаруживал себя. Выключал плиту, когда маленькая Аня оставляла огонь под сковородкой или кастрюлей. Подкидывал потерянные вещи прямо под нос Ане - если она прочувствованно просила его помочь. Да и замечала она его иногда краем глаза.

Оччень интересно. Получается, что во сне Аню не пускали в какое-то виртуальное отражение реальной квартиры. Ну не виртуальное, а то, которое в тонком мире. Астральное, что ли. Ну не важно. А если бы она смогла там попасть домой - то квартирный защитил бы её от этой штуки? Нет, не квартирный, Аня почувствовала, что это не то слово, оно неправильное...Домовой бы защитил... Но она не попала... Зато следующей ночью она попала во всех смыслах.

Аня огляделась, но, естественно, домового не увидела. Она попробовала его почувствовать. Прощупала кухню, комнаты, прихожую. Он был в шкафу в прихожей. Аня заглянула в шкаф, но опять ничего не увидела. Надо привыкать не только руками щупать и двумя глазами смотреть. Аня потянулась к нему так же, как тогда к чернявому экстрасенсу, это получалось у неё все лучше. Домовой вздрогнул, как будто она коснулась его рукой. Странное ощущение. Но контакта не прервал, и Аня поняла, что надо делать. Надо просить помощи.

- Помоги мне сегодня не заснуть. Буди меня, как сможешь. Ну и не сразу же на меня эта штука накинется, как только я засну. Как думаешь, дотянем до утра?

И Аня отчётливо почувствовала его согласие.

Ночь прошла нескучно. Штука затаилась в темном углу кухни. Аня сидела за столом с ноутбуком, пила чай и кофе, смотрела фильмы. Засыпала, конечно, но сразу просыпалась, как от толчка, и не забывала благодарить домового. Один раз начала было погружаться, увидела даже пыльную серую дорогу, на которой стояла фигурка в серых тряпках, но тут же проснулась от грохота - со стола упала на пол металлическая кружка. Штука недовольно пошевелилась в своём углу, а Аня торжествующе хмыкнула.

А ещё она искала в интернете того, кто может ей помочь.

Просмотрела всех более-менее подходящих специалистов в родном городе. Читала эзотерические форумы. Даже пару книг просмотрела.

К экстрасенсам и бабкам она идти не хотела, термин "чистка" вызывал у неё серьёзные сомнения. Ну хорошо, уберёт бабка от неё, Ани, эту штуку каким-то образом. Очистив её от чего-то, что дало возможность (или стало причиной) появиться штуке. Но поскольку Аня понятия не имела, что привело её к этому, и продолжала бы жить по-прежнему, то очевидно через какое-то время очистительный эффект бабки закончится, и штука появится снова. Это Аню совершенно не устраивало. Она хотела понять, в чем косяк. И устранить его. И снова жить спокойно.

Из того, что писали на форумах, её заинтересовали духовные расстановки. Об этой технике она и раньше слышала, и от разных людей. Да вот та же Машка на одном из фестивалей была на таком сеансе и осталась под большим впечатлением. Но сейчас мысль о том, что в процессе расстановки можно будет просто считать с этой штуки информацию и понять наконец, что происходит, очень её возбуждала. Где только найти такого расстановщика. Или расстановщицу.

Аня с трудом дождалась приличных девяти часов утра и начала обзванивать немногочисленных местных психологов. Увы, системные расстановки не были популярны в их городке. Отчаявшись, Аня вытащила Машку в кафе и принялась расспрашивать о том психологе, на чьей расстановке та побывала на фестивале.

Машка вытаращила глаза от восторга и принялась рассказывать.

Рассказ был довольно бессвязен, но Аня уже несколько лет слушала эмоциональную Машку и умела добывать из подруги нужные сведения. Во-первых, убедилась, что психолог проводила именно системные расстановки, а не какой-нибудь там сеанс когнитивно-поведенческой терапии, с Машки станется и перепутать. Во-вторых, услышала от подруги нужны слова: "Она, прикинь, вставала за фигуру этого покойного родственника, ну, замещала его фигуру... Ну, в общем, ты поняла. И говорила за него, прикинь, за чела этого упокоенного, ну, родственника, ну, ты понимаешь!.." И в-третьих - заставила Машку найти визитку психолога.

Она тут же отцепилась от подруги и уставилась на визитку. Психолог жила и принимала клиентов в городе, до которого было всего два часа езды на автобусе. Аня выдохнула.

Так, теперь - попасть на прием как можно скорее. Аня лихорадочно навела камеру смартфона на куар код, перешла на сайт и зашарила в поисках расписания и записи на приём. Машка заинтересованно наблюдала за ней, прихлебывая капуччино.

Есть!! Есть сегодня окошко в 18.30, последний сеанс. Аня кинулась искать расписание автобусов. Ура! Есть подходящий. Аня купила билет, записалась на приём и облегчённо припала к своему капуччино. В конце её тоннеля забрезжил свет.

Машку однако отшить не удалось. Ей было интересно, с чего вдруг подруга расспрашивает про расстановки, да ещё с таким жаром рвётся на приём. Да ещё в другой город. Брать её с собой Аня не хотела. Что-то объяснять - тоже. Машка аниных метаний, как всегда, не заметила, полезла в смартфон и заказала ещё один билет, себе.

Глава 4

Из чащи вышла нашла избушку

Окончен путь

Ты поклониться черепу

Не забудь

В автобусе Аня немного успокоилась. Она не приглядывалась к тёмным углам салона, не пыталась углядеть серую фигурку. Даже подремала немного под бессвязный, но восторженный рассказ Машки о том, как бездны и глубины она ощутила во время встречи с экстрасенсом.

Аня лучше начинала управлять собой. Вот и сейчас - как будто поставила внутри себя флажок - что надо проснуться, как только чуть глубже погрузишься в сон. И просыпалась, как ни странно.

Город встретил их солнцем и жарой, но Аня не обращала внимания ни на что. Принимала психолог в бизнес-центре, в небольшом кабинете. Добрались до места на полчаса раньше, вошли и устроились в холле на первом этаже, и даже аппарат с кофе там имелся. Девушки взяли по стаканчику мокаччино для разнообразия и уселись в кресла. Минут через пятнадцать мимо них прошла женщина лет сорока, она всхлипывала и по сторонам не смотрела. Аня посидела ещё немного, переглянулась с Машкой, решительно встала и двинулась в сторону нужного кабинета. Машка посылала ей вслед воздушные поцелуи.

На стук в дверь откликнулись сразу. Аня вошла и осмотрелась.

Кабинет был уютным, психолог - неожиданно маленькой и кудрявой. Она предложила Ане сесть в жёлтое кресло и села в кресло рядом.

И вот тут Аня поняла, что рассказать левому человеку о себе, об этой штуке, и том, что ей, собственно, нужно, - не так и просто. Не было у неё навыка не то, что говорить о таких вещах, - даже внутри себя проговаривать. Родители своё дело знали, и Аня чувствовала себя разведчиком в тылу врага - не выдаст она тайну, никому не расскажет о том, что иногда видит и знает...

Но сейчас ситуация была другая. Ей угрожали не люди, не принимающие тех, кто от них отличается. Не современная инкарнация средневековой инквизиции. Она вступила в контакт с тем, о чьём существовании предпочитала не задумываться. Все эти сущности, энергетические образования, Господи боже мой, сущности в виде гномика. Как, как об этом рассказывать, чтобы тебе не вызвали карету скорой помощи и не увезли прямиком в психушку? Кстати, а почему до сих пор называю каретой обычную газель? Ну, это я обдумаю позже, решила Аня по примеру Скарлетт о`Хара. Сейчас надо решить жизненно важную проблему. Реально жизненно.

Психолог смотрела на нее с интересом. Аня вздохнула и спросила:

- А вы можете понять, что хочет от меня сущность??

Психолог только хмыкнула.

- Деточка, - сказала она, - не могла бы ты подробнее рассказать? Сущность твою я чувствую, вот она, в том углу, - она махнула рукой в угол, где притулилась серая фигурка. - Но что ты хочешь от меня? Что мне с ней сделать, с этой твоей сущностью?

И Аня выдохнула.

Она рассказывала, а психолог становилась все более задумчивой.

- Я стараюсь оставаться в рамках традиционной психологии, - сказала наконец она, - но иногда приходится за рамки выходить. Думается мне, ни гештальтом, ни даже психодрамой мы эту задачу не решим, придётся использовать все возможности. Так что ты хочешь получить в итоге, деточка?

Аня задумалась. Что было бы для неё достаточно хорошим результатом? Чтобы эта штука просто исчезла? Но Аня уже додумалась до того, что её способности, как их не игнорируй, могут неожиданно проявиться. Хотелось, конечно, спихнуть ответственность на того чела из "Битвы..." Но Аня понимала, что ее просто немного подтолкнули, делала-то всё она сама. А вот что именно она делала, и что привело к появлению вот этого... Это обязательно надо понять, чтобы ещё раз что-то такое ненароком не сделать и не оказаться снова в такой вот интересной ситуации.

Конечно, достаточно хорошим результатом было бы понять все про себя, полностью освоить все свои возможности и стать совершенным человеком. Как уж там у Шварца? «Выполоть грядки, посадить под окнами семь кустов роз, познать самоё себя и намолоть кофе на семь недель...» Ну ладно, это на будущее. А прямо сейчас она хотела бы узнать, что эта штука от неё хочет.

Психолог кивнула:

- Это можно. Что ты знаешь про расстановки? Обычно с вопросами типа порчи, сглаза и проклятий идут к другим специалистам.

Аня удивилась:

- Это порча? Или... проклятие??

- Иногда преследование человека такой вот, как ты выражаешься, штукой выглядит для людей не сильно посвящённых как проклятие. С человеком начинают происходит всякие незапланированные происшествия, психика страдает и здоровье в целом... Можно сказать, что это один из вариантов проклятия - конечно, когда это сделано намеренно, когда кто-то её на человека натравил, точнее, связал её с человеком. Ещё возможно самопроклинание, это гораздо чаще случается. Ну, это технические детали. Так почему ты не пошла... к профильному специалисту? На чистку?

- Потому что хочу понять, как это все работает. Ну почистят меня, но потом же все вернётся, если я буду жить как раньше. Да и где найти качественную ведьму... И ещё: у меня ощущение, что я где-то там проявилась, на этих планах или как их назвать. Короче, меня увидели.

- Ага, - психолог снова кивнула и задумалась.

- А скажите, откуда вы это знаете, ну про проклятия и прочее? Вы же не экстрасенс.

- Я психолог, а современная психология часто работает на стыке с эзотерикой... - рассеянно сказала психолог. - Те же расстановки, особенно которые про родовую систему, там без некоторого навыка воспринимать невербальную информацию никак... Способности экстрасенсорные вообще штука полезная, и в работе, и по жизни. Так что пришла ты правильно. А кстати, - оживилась психологиня: - Что ты знаешь о расстановках? Раньше бывала?

- Не бывала, знаю только то, что на форумах прочитала.

- Ну тогда расскажу немного. Потерпит твоя... штука, - она глянула в угол.

- Всё в нашей жизни можно представить как систему. Есть базовые, вроде родовой и семейной систем. Есть временные системы. Из базовых ты никуда не денешься, во временные ты постоянно входишь и из них выходишь. Вот сейчас у нас с тобой образуется временная система «психолог-клиент», она будет существовать, пока мы будем её подпитывать, то есть я буду чувствовать себя твоим психологом, а ты себя моим клиентом. Элементы систем - это не только люди. Это предметы, процессы, чувства. Любой элемент системы - это фигура, и с ней можно работать. Вот ты как элемент системы «психолог-клиент» испытываешь эмоции. Какие?

- Страх, нетерпение, надежду, - Аня задумалась совсем немного.

- Я, пожалуй, - интерес и азарт, они похожи. Эти чувства тоже части нашей с тобой системы. Твой страх можно поставить отдельной фигурой, посмотреть, насколько он твой, насколько он... монолитен, или в нем несколько разных страхов. Можно посмотреть, для чего он тебе нужен, от чего защищает или что помогает получить... И можно что-то с ним сделать. Что ты хочешь сделать со своими страхами, Аня?

Последний вопрос произвёл на девушку неожиданное действие. Она как будто увидела свою жизнь со стороны, нет, скорее сверху. И не просто увидела, а... Как будто к обычному зрению присоединилось ещё что-то, что позволило добавить к зрению ощущения... и знания. Получилось то, чему Аня названия не знала. Крутилось в голове что-то вроде "целостный образ", но уверена Аня не была.

Так вот, в таком варианте жизнь её Ане не очень понравилась. Потому что при таком способе... восприятия ей стало очевидно, что именно страхи ею и управляют. Они - та основа, на которой её жизнь, собственно, и строится. Да, страхи не столько её, сколько родителей, но она ведь их приняла как свои. Не сомневаясь в том, что надо скрывать многие свои стороны, не откровенничать ни с кем, не заводить ни с кем близких отношений, бояться людей. Дааа, неприглядная ощутилась картинка. Построить всю жизнь на том, чтобы скрывать... себя? Прожить по возможности незаметно, не проявляясь... То есть определить направление на кладбище и потихоньку двигаться туда, стараясь не отсвечивать. Можно ли назвать это жизнью?

Психолог наблюдала за Аней молча, она явно понимала происходящее с ней. Ничего не говорила, не подсказывала и не утешала. Ждала, когда Аня заговорит.

- Нне знаю, - с запинкой ответила та, - мне нужно обдумать, я первый раз с этой стороны себя увидела... Сейчас мне важнее вот это, - она кивнула на фигуру в углу.

- Хорошо, - сказала психолог. - Итак, что же мы будем делать? Я пока не готова вступать с ней в прямой контакт, поэтому сейчас мы за неё поставим... вот этот стул, - и она вынесла на середину комнаты обычный офисный стул. Подумала - и переставила немного к стене.

- А как же... - Аня обвела рукой комнату, - мы вдвоем только будем? А эти, как их? заместители? Мне Машка ... Подруга моя, она была на вашей расстановке на фестивале в прошлом году... Она рассказывала про толпу народа, которые участвовали, она сама даже за кого-то стояла...

- И как ей, понравилось? - улыбнулась психолог.

- Даа, она мне недели две подряд рассказывала.

- Видишь ли, расстановки бывают разные. Классические, большие - с заместителями. Это когда некоторое количество людей сидят вот тут по стенкам, и заказчик расстановки выбирает на каждую роль заместителя, который кажется ему подходящим, соответствующим. Они все встают в расстановочном поле, находят себе место, принимают ту позу, которую им подсказывает та фигура, за которую они стоят. Потом по ходу расстановки они живут, двигаются, говорят, принимают решения, совершают действия... Все это происходит в границах той расстановки, которую заказал клиент, но заместители и что-то своё прорабатывают, какие-то узлы развязывают. Знаешь, считается, что на роль заместителя конкретной фигуры попадёт только тот человек, для которого актуальна похожая проблема. Подобное притягивается к подобному. И такая расстановка - это как проигрывание ситуаций и процессов. Это терапевтично, это зрелищно. Но, как ты заметила, толпы народа у нас тут нет.

Аня кивнула. Она не была уверена, что обрадовалась бы толпе народа.

- Воот. И для такого случая существует камерный формат расстановок. Это когда мы фигуры замещаем не людьми, а предметами. То есть вот мы стулом обозначили фигуру этой твоей штуки, проявили её в поле. Таким же образом мы зафиксируем в поле и остальные фигуры. Живым, то есть активным, заместителем буду я. Я буду замещать по очереди все фигуры и считывать с них нужную нам информацию. Может быть, поставлю в поле тебя, пока не решила. И действовать за все фигуры тоже буду я. Этот формат, конечно, не так интересен для зрителей, но часто более эффективен.

Аня закивала головой. Сейчас она обеими руками была за эффективность. И быстроту.

- Итак, - психолог задумалась, глядя на одинокий стул на расстановочном поле. - Мы ставим тебя.

Она взяла второй стул и поставила его ближе к другой стене, посмотрела на Аню и спросила:

- Что изменилось для тебя, когда я поставила первый стул и когда второй?

Аня задумалась. Глянула в угол - и не обнаружила в нем фигуры.

- Ой... Она ушла?

- По ощущениям - ушла, я же её не вижу, только чувствую. Ей, похоже, не понравилось то, что мы её фигуру в поле вынесли, интересно... Ну, нам это не помешает и не поможет. Так что? - психолог выжидающе смотрела на Аню.

- Когда встал первый стул - мое внимание ушло к нему, я отвлеклась от угла, даже не заметила, когда эта штука пропала... Когда второй... Знаете, мне кажется, его надо немного не сюда поставить...

Психолог послушно взялась за спинку стула и спросила:

- Куда?

Аня показала. Стул, то есть заместитель Ани, встал еще дальше, по диагонали от первого стула.

- Ну хорошо, начнем... Садись сюда, в кресло. Смотри, слушай. Если будет что сказать - говори.

Глава 5

Забудь чему тебя учили

Закрой глаза и посмотри

Как этот мир устроен

Внутри

Психолог убрала второй стул и пошла к тому месту, где он стоял.

- Сейчас я замещаю тебя, - пояснила она Ане. - Посмотрим, что там у тебя...

Движения её замедлились, она не сразу встала на место, как будто нащупывала, как именно встать. Аня затаила дыхание. Странные ощущения охватили её. Ей показалось, что воздух внутри расстановочного поля изменился. Более того - теперь она чётко знала, где границы этого поля. Она это и ощущала, и... видела. Тем, другим зрением.

Психолог наконец перестала топтаться и замерла. Тело её расслабилось, лицо постепенно теряло выражение. А потом как будто зацепила что-то - тело снова стало совершать небольшие движения, как будто уточняя позу, а лицо задвигалось, пытаясь повторить чужое выражение. И тут Аня почувствовала себя ещё более странно. По ней побежали внутренние мурашки, не по коже, а внутри, это было какое-то странное отражение мурашек.

- Извините, - пискнула Аня. - А что вы делаете? Это же вы со мной делаете, да?

Психолог открыла глаза и снова стала собой.

- А ты что-то почувствовала, да? Ну, в общем-то, странно бы было... Если бы ты не почувствовала. Я немного к тебе подключусь, войду в твою систему. Посмотрю, какая у тебя картинка... И расскажу тебе, каким ты видишь мир и себя в нем.

И Аня приготовилась слушать. И смотреть.

Психолог, подвигавшись еще немного, вдруг замерла. Поза была странная, настороженная и напряжённая. Она вытянулась, как суслик, который уловил приближение опасности, но ещё не понял, откуда конкретно и что именно прилетит. Хотя... Сусликов Аня видела, но от них, надо признать, не исходило такой тревоги и такой... обречённости. Этот суслик понимал, что постоянно уворачиваться у него не получится. Вопрос его ловкости и внимательности. И времени.

- Я чего-то боюсь, - негромко говорила между тем психолог, - причём чего-то конкретного. Мне нужно очень внимательно ко всему прислушиваться и приглядываться, чтобы не пропустить сигналы. Я не могу ни на что отвлекаться, не могу расслабиться. Я не должна пропустить сигналы. Об опасности. Это похоже на...

- Суслика, - сказала Аня, - над которым коршун или орёл кружит, а он наверх не смотрит, по сторонам только.

- Да, пожалуй, - психолог с интересом глянула на Аню. - Вопрос: что или кто этот орёл в жизни твоей? Может быть, эта картинка что-то тебе напоминает?

Аня задумалась. Она понимала, что ориентироваться надо на ощущения. Что же кружит над ней, а она не замечает? В том, что она и есть этот суслик, Аня не сомневалась. Она действительно часто так себя чувствовала. А кстати, когда она первый раз ощутила себя настороженным сусликом? Не с рождения же. Ну ладно, это потом. Хотя нет, не потом. Обострилось это чувство с появлением штуки. Вернее, с того момента в видении, когда между ними установился контакт, когда ее, Аню, увидели. Получается, что хищник - это кто-то или что-то на тонком плане? Или сам тонкий план? Господи, как же это правильно называется-то...

- С началом твоей речи согласна, - кивнула психолог, когда Аня довольно сбивчиво ей изложила, - а вот логические выводы исключим. Логика нам здесь не помощник, мы идём на ощущениях, то есть через тело. Вот и давай продолжим ощущать.

Она снова вернулась в Аню, это было видно: у неё менялась пластика, движения, выражение лица и поза.

Сейчас тревоги и настороженности меньше не стало, но они стали более направленными, адресными. Психолог-Аня медленно, но чётко повернулась к стулу, замещающему штуку.

- Ух ты... - Аня поёжилась, - стало как-то... Не очень хорошо. Как будто меня снова увидели. Ууууу...

-Давай я отойду от неё немного, - сказала психолог и отошла на три шага, - Сейчас как?

- Лучше, - признала Аня. И не утерпела: - Что вы там чуете, в штуке этой??

Психолог молчала. Аня смотрела на нее сбоку. На месте стула она видела серую фигурку, другим зрением видела, она даже вспомнила, как это красиво называлось в какой-то книге: на внутреннем экране. Так вот, этим внутренним зрением она различала, что фигура более прозрачная и не такая... интенсивная, как обычно. Психолог просто стояла и смотрела на фигурку. А та - на психолога. А Аня сидела и ждала окончания этого диалога.

Наконец женщина пошевелилась и повернулась к Ане.

- Не очень-то она разговорчива. Могу сказать, что она за тебя конкретно зацепилась, но потому, что вы с ней совпали... У тебя есть то, что ей нужно, это её слова... Вернее, то,что она мне передала. По ощущению - не ты ей нужна, но то, что у тебя есть. Точка совпадения.

- Уффф. Хорошо, что не я. - Аня немного успокоилась. - Так что за точка-то?? В чем совпадение? Кстати - она стояла там, полупрозрачная такая, а сейчас опять пропала.

- Мне кажется, ей было немного неуютно... Не готова она оказалась к такому общению. Ну, ничего, - психолог вышла из поля и села в свободное кресло.

- "Из тебя", если так можно выразиться, могу сказать следующее. Ты её, конечно, боишься до усрачки, прости за грубую, но точную лексику. Это с одной стороны. А с другой - есть в тебе часть, которая её не боится. Более того - этой твоей части, как бы это сказать... Прикольно ей. Она свои силы пробует, развлекается даже где-то в глубине себя.

Аня возмутилась:

- Как это не боюсь??.. Ну то есть - не боится??

- Да вот так... оговорка у тебя прям по Фрейду, - психолог улыбалась.

Аня притихла. Представила, что на встрече с экстрасенсом такое вот видение постигло бы одну из йогинь... Об этом сразу узнали бы все, сидящие в зале, орала бы она громко и долго. А сны эти? Ей даже в голову не пришло рассказать кому-то, посоветоваться... Она не сильно и испугалась, удивилась только. А уж когда эту штуку увидела... Она была ошеломлена - но скорее тем, что её так неожиданно и грубо втолкнули в тот мир, которого она избегала старательно и, как ей казалось, вполне удачно. Она же только чуть-чуть заглянула - и её сразу поймали.

В этот момент Аня заметила чуть насмешливый взгляд психолога, а затем - неожиданно увидела себя со стороны. Не в переносном смысле, не "а вот ты представь, как ты выглядишь со стороны". Тут она буквально взглянула на себя глазами сидевшей напротив женщины.

И так же стремительно вернулась обратно, в себя. Но перестать видеть это Аня уже не могла. Девочку, обиженно топающую ножками на тех, кто не оценил её старания, и кто специально, вот специально подкарауливал, когда она чуть-чуть позволит себе, чтобы её поймать.

- Ух ты... - потрясенно выговорила Аня. Она не понимала, что сильнее её поразило - то, что она, оказывается, ведёт себя как маленькая капризная девочка, или тот фокус, который с ней провернула психолог. Что это было?? Она что, подключила Аню к себе как... как к компьютеру? А Аня...

- И что же тебя так поражает? - осведомилась психолог. - Настолько явная детская позиция? Ну, это дело обычное и в принципе достаточно легко поправимое. Или то, что ты смогла посмотреть через меня?

- Нне знаю... - сказала Аня с запинкой. - Не ожидала я, что так тупо себя веду. Хотя, если поанализировать, - то да, я вся такая невиноватая и пойманная коварными силами. А если рассудить - то и чел тот не при чем, и эта штука, и тем более Машка... Я сама захотела, сама пошла, никто меня никуда не тащил и тем более не заманивал... Уффф, тяжело перестроиться. Тут-то я вроде сижу и ничего не делаю, а все делают со мной, а я только невинно страдаю... А надо... - Она задумалась.

- Тут ты пассивная... - подсказала психолог, - сама ничего решаешь и не делаешь, только отвечаешь на то, что делают по отношению к тебе.

- Ага... Надо стать активной. И тогда... Но я же вроде и так решаю и делаю? Вон - решила пойти на встречу с этим, век бы его не видать, и пошла!!

- Пошла. А там как действовала?

- Нууу... Сначала смотрела и слушала, потом он начал говорить, что делать, и я начала делать... Ух ты!

Аня вскочила с кресла и забегала по кабинету.

- Да, я помню, что сидела, слушала его, потом отвлеклась... И потом включилась, когда он уже таким уверенным и властным тоном заговорил...

- А ты у нас девочка послушная... - подхватила психолог.

- Ну да, - в некотором замешательстве глянула на неё Аня. - Но это же хорошее свойство, меня мама всегда хвалила...

- Хорошее, а как же. Но для ребенка. И то в меру, - психолог смотрела на нее без улыбки. - Но ты-то у нас скорее взрослая, чем ребёнок. Вон, в другой город приехала к психологу. Деньги за сеанс заплатила, - все, как у больших. А кого должен слушаться взрослый человек?

Аня перестала бегать и стала медленно ходить. Так-то да, она себя ощущала взрослой. Хотя жила с родителями, но они в её жизнь практически не вмешивались. Она училась и работала, у неё был какой-никакой, но план на ближайшие лет пять... Она не советовалась с мамой по каждому поводу, у неё, как правило, было своё мнение, не отпрашивалась у родителей куда-то пойти, вон как Машка... Но если подумать... Посмотреть на её жизнь пошире, вот как раз со стороны...

Аня села и мрачно уставилась на психолога. Ей совсем не понравилось то, что она увидела.

- Взрослый - не знаю, и этот вопрос в данный момент меня не... волнует. Я тут поняла, что не шибко взрослая.

Психолог уселась в кресле поудобнее:

- Излагай.

Глава 6

Все ваши роли, ваши игры

Ловушки слов

Я чётко вижу с этой грани

Между миров

И Аня начала сумбурно излагать.

- Ну вот если так смотреть, чисто на поверхности... То я вполне самостоятельная, от родителей почти не завишу, ну, живу с ними только. Учусь, работаю, себя, можно сказать, обеспечиваю. У них своя жизнь, у меня своя, и они в мою не лезут совсем. Нет, мы любим друг друга, и если вдруг что - однозначно поддержим... Но вот сейчас когда я думаю о том, как я живу, по каким принципам, какая у меня основная идея... Смысл, что ли... Так вот, получается, что эта основная идея - не моя, родительская.

- И в чем она заключается?

- Не выделяться, не вылезать, ни с кем особо не сближаться, ни о чем важном не говорить, чтобы люди не поняли, что я не такая, как они, - чётко отбарабанила Аня. Столько раз в самых разных вариантах ей это говорили родители, что реально от зубов отскакивало.

- Чтоб не объявили ведьмой и на костре не сожгли? - хмыкнула психолог.

- Типа того, - кивнула Аня. - Я всегда была... странной. Иногда мне кажется, что они меня боятся, родители.

- Но любят, - кивнула и психолог. - Очень.

- Да. Думаю, да.

- И чем же ты их напугала-то? - психолог встала, принесла графин с водой и два стакана. Аня обрадованно припала к своему.

- Уфф, как пить, оказывается, хотелось. Ну чем... Я помню моменты некоторые из раннего детства. Как папа ведет меня из садика, а я его тороплю, мол, пойдем быстрее, там кукла в красном платье. А он, наоборот, останавливается и начинает выяснять, откуда я про неё знаю. Он её мне на день рождения купил, заранее. А что я могла объяснить, мне года четыре было, ну, может, пять. В садике не знала, это помню. А потом он стал меня одевать, потом за руку взял и повел... И я узнала про куклу эту, увидела её, ощутила чуть не в руках. Это я сейчас понимаю, что он, наверное, думал про эту куклу, вспоминал её, а я считала с него. Я этот случай запомнила, потому что папа реально труханул. Я помню, как он смотрел на меня, - Аня покачала головой.

- Потом через пару лет в деревню поехали, в гости, там старый дом. Подходим к дому, идём к калитке. Смотрю - из-за забора смотрит на нас мужчина с большим желтым лицом. Я и спросила, что за дяденька на нас глядит вон оттуда. Тут уж они оба были готовы обратно бежать, но вышли навстречу хозяева. Я им говорю: "На нас дядечка смотрел, а потом ушел. Мама с папой испугались, а он добрый, просто посмотреть на нас хотел".

- Прекрасно, просто прекрасно. Как отреагировали хозяева?

- Спокойно, кстати. Сказали что-то вроде "не бойтесь, это наш домовой", мои неуверенно так заулыбались, и хозяева перевели все в шутку.

- Старый дом, говоришь? Наверное, родительский?

Аня отпила ещё немного и кивнула:

- Да, хозяйка в нем жила с рождения, а потом унаследовала. Они с мужем его, конечно, обустроили, расширили, пристрои там всякие. Но в центре остался старый сруб.

- Тогда понятно. Хозяйка с этим домовым всю жизнь общается. А он на тебя решил посмотреть? И как, понравилась ты ему?

Аня неуверенно пожала плечами.

- Ночью спала хорошо? Вещи не пропадали? Мелких и средних неприятностей с тобой не случилось, пока ты была в этом доме? - уточнила психолог.

- А... Нет, не было ничего такого. Наоборот, мне там было очень легко и хорошо. Но родоки капитально психанули тогда. Помню, затащили меня в комнату, которую нам выделили, и страшным шёпотом просили меня такие вещи не говорить никому. Ну, если еще кого увижу. Им, родокам, можно. А посторонним нельзя.

- Твоих родителей можно понять, - психолог тоже отпила из своего стакана. - Они в родном ребёнке столкнулись с тем, чего не понимают и чего в них самих нет. Они, кстати, могли подавлять это в тебе, запрещать, наказывать... Твои же родители, хоть и испугались, поставили себе целью обезопасить тебя, - так, как это понимали.

- Да. И я не сомневалась, что это правильно. Я живу, как разведчик в тылу врага - лишнего не говори, себя не раскрывай, ни с кем не сближайся. Как я с Машкой-то ухитрилась подружиться, удивляюсь просто. Но Машка, она такая... Ещё вопрос, кто с кем подружился... Главное - это же их, родительское, представление о том, какой мир вокруг, и как мне надо жить. Мне в голову не приходило, что я сама могу думать иначе, хотеть чего-то другого. Вот и получается, что в главном-то я не повзрослела.

- Какие твои годы, - хмыкнула психолог. - Сегодня ты сделала главный шаг - увидела свою систему со стороны, за этим в основном и приходят к психологам и прочим специалистам. Остальное - дело техники и усилий. Давай-ка вернёмся к нашей главной задаче на сегодня, - и она кивнула на угол, в котором снова образовалась серая фигура.

Теперь Аня смотрела на неё по-другому, да и фигурка изменилась, стала более проявленной и активной, что ли. Ане захотелось её рассмотреть, понять, что она такое и чего от неё, Ани, хочет.

Психолог с удовольствием потянулась, встала, и подошла к ней.

- Давай в своё кресло садись, - сказала она, - а я порасспрашиваю нашу гостью. Твоя задача - смотреть и слушать... всеми глазами и ушами, не только вот этими, физическими, - она кивнула на лицо Ани. - Я буду тебя спрашивать, но если придут мысль ценная или ощущение интересное - говори.

Аня послушно уселась в кресло, а психолог постояла немного и подошла на шаг к фигуре. Та вроде как не обрадовалась и немного съёжилась. Психолог тут же отступила на шаг. И снова замерли, постояли, глядя друг на друга. Аня пожалела, что сидит неудобно, лучше бы сбоку смотреть. Она осторожно перебралась из кресла к стенке и села на пол. Психолог на неё не глянула, только головой повела.

Теперь Аня обоих участников расстановки видела в профиль, а если немного нагнуться - то и в лицо можно заглянуть. Ну, или что там имеется у этой штуки.

У психолога лицо было даже не сосредоточенное, а какое-то... устремлённое к серой фигурке в углу. И Аня понимала - нет, скорее, ощущала - что та прощупывает оппонента, ищет, какая ниточка отзовётся, что заставит их гостью заговорить... Ну, или что она там делает.

В поле тем временем наметились некоторые изменения. По всему судя, договорённость была достигнута. Психолог немного расслабилась, а фигурка начала бледнеть и пропадать. Психолог очень медленно подходила к тому месту, где ещё виднелась фигурка, и Ане показалось, что психолог как будто впитывает её в себя. Аня поежилась.

Вот психолог встала в углу и повернулась лицом к комнате. Аня впилась в неё напряжённым взглядом и даже дыханье затаила.

- Не бойся, - пробормотала психолог, - я просто дам ей внутри себя немного места.

Её лицо снова стало спокойным и пустым, тело начало осторожно и медленно двигаться, нащупывая что-то. Вот движения тела замедлились, оно как будто нашло нужную точку. Лицо тоже менялось, на нем появлялось одно выражение, его сменяло другое, как будто хозяин лица не мог определиться, какую эмоцию испытывает в данный момент. Психолог примеряла на себя ощущения серой фигуры, её состояние и её эмоции, - так же, как делала это с Аней в начале сеанса.

Наконец она замерла в позе солдатика - напряжённая, смотрит куда-то вперёд, руки бессильно висят вдоль тела, на лице выражение жалобное, покорное и обречённое. Всматривается во что-то, прислушивается напряжённо - и в какой-то момент опускает глаза, плечи поникают, колени подламываются, - и фигура медленно опускается на пол и ложится на бок: колени подтянуты, руки прижаты к груди, кулаки стиснуты. Аня смотрела на неё и чувствовала, как её захлёстывают волны отчаяния и безнадёжности. Она понимала, что это не её чувства, ей ничего не вспоминалось и не отзывалось в душе, но было невероятно жаль это существо, - так, что по щекам потекли слезы. У Ани, которая плакала редко и по существенному поводу.

В поле опять что-то изменилось. Фигура пошевелилась, и не так уже напоминала умирающего младенца, - кулаки медленно разжались, голова поднялась, она медленно села и устало посмотрела вперёд. Увидела там что-то, что буквально подбросило её. Она вскочила, снова встала солдатиком - тело вытянуто в струну, руки вдоль тела, на лице надежда, такая, что Аня судорожно вздохнула.

И снова - плечи поникают, надежда гаснет, лицо становится обречённым и покорным, и фигура опускается на пол в прежнюю позу. Только отчаяние сильнее, и обречённости больше.

Тут в поле что-то изменилось, и Аня поняла, что перед ней уже не фигура, а человек. Психолог решительно встала с пола, поставила на освободившееся место стул и подошла к Ане.

- Уфф, надо передохнуть, - сказала она, усевшись в кресло и налив себе полный стакан воды. - Ну, что скажешь?

- Офигеть, - честно ответила Аня.

- Этот пень - ясень, - хмыкнула психолог. - А по существу? Что-то зацепило, что-то показалось знакомым? Что-то вспомнилось?

- Нет, - уверенно ответила Аня. - Смотрела как очень интересное кино, но ничего такого не проскочило даже мельком. Мне ужасно жаль её. Или его. Кто это, вы поняли?

- Судя по всему, это ребёнок, вернее - душа ребёнка. Очень ждала воплощения и вроде бы даже конкретного, ну, она знала, у кого воплотится, а потом что-то пошло сильно не так.

- Ээ... Выкидыш? Аборт? - предположила Аня.

Психолог покачала головой:

- Не похоже. Она как будто и не воплотилась, и не смогла уйти для другого воплощения. Это странно.

- А что странного? Как это бывает... обычно?

- Обычно все проще, - ответила психолог. - Души договорились, воплощение состоялось, потом по ходу беременности или тело матери понимает, что не сможет выносить этого ребёнка, или душа по каким-то причинам решает не воплощаться в этом теле и уходит, - то есть происходит самопроизвольный выкидыш. Или все идёт по плану, и ребёнок рождается.

- Ух ты, первый раз слышу, чтобы так говорили о беременности и выкидышах, в таком плане. А тут что?

- А тут, во-первых, был вроде бы договор, но было ли воплощение, я не поняла. Во-вторых - после, так сказать, отказа ощущения были ужасные, меня как в могилу медленно опускали, - психолог покачала головой.

- А обычно?..

- А обычно между воплощениями душам легко и хорошо. Потому что душа - это энергия плюс некоторая информация, и, конечно, ей проще, легче и радостнее пребывать в виде энергии.

- А... зачем они тогда воплощаются? Если в теле им хуже?

- Потому что миссия и задачи, - не очень понятно ответила психолог и посмотрела на часы, висевшие на стене: - Мы с тобой не укладываемся во время консультации, ты готова доплатить? Нам осталось не так много работы, но бросать её сейчас нельзя.

- Да, конечно, я так и думала, - ответила Аня, радуясь тому, что девушка она самодостаточная и работающая.

- Отлично. Удачно, что у меня сегодня последний клиент, никто не подпирает... Лекцию о причинах и нюансах воплощений душ я сейчас тебе читать не буду, хотя тема, несомненно, интересная. Вернёмся к нашей конкретной душе, чью фигуру пока замещает вон тот стул. Есть ещё и в-третьих: её снова позвали на воплощение, и снова до воплощения дело не дошло, а ощущения были ещё хуже.

- Куда уж ещё-то, - пробормотала Аня, но психолог хмыкнула:

- Поверь, совершенству нет предела . Ну что, посмотрю, что там дальше было. Может пойму, что за прыжки такие.

Она встала и медленно двинулась через комнату по направлению к углу и стулу в нем. Ане казалось, что она идёт как сквозь воду или очень плотный воздух, и с каждым шагом что-то меняется в поле расстановки. Когда психолог дошла до угла, медленно убрала стул и легла на бок, сжавшись в комочек, это была уже не психолог.

Ане трудно было смотреть на неё, отчаяние и безнадёжность, горечь и непонимание наплывали на неё, грозя захлестнуть с головой. И когда фигура вздрогнула и сжалась ещё сильнее, Аня поняла, что её снова позвали.

"Она не хочет идти", - поняла Аня. - " Не верит, не хочет... Но пойдёт. " Фигура медленно, очень медленно начала подниматься. Аня не видела её лица.

Встала, ссутулившись и глядя исподлобья на кого-то перед собой. Потом снова улеглась на полу, отвернувшись на этот раз к стене, и Аня успела поймать её взгляд. И шарахнулась назад, чуть не выпав из кресла, такой злобой обжёг её этот взгляд. Злобой бессильной и не имеющей выхода - пока.

- Ух ты... - выдохнула Аня, и психолог села в углу, сбросив с себя чужую личность. Потом встала и встряхнулась.

- Я поняла, что это за могила, в которую опускают, а потом вытаскивают, и так несколько раз. Это заморозка эмбриона.

Глава 7

Меня поймали,

Я не знаю, куда идти

Я не могу ни воплотиться

Ни уйти

Аня сидела в кресле, психолог ходила по комнате.

Вот тебе оборотная сторона медицины, - говорила она. - Особенно если медицина эта учитывает только телесные аспекты, если относится к человеку как к механизму. Не работает сустав - заменим его, забились сосуды - прочистим... Не получается забеременеть - не вопрос, обойдём это препятствие механически, просто закинем в матку эмбрион... Ах, нет возможности выносить ребёнка сейчас - ну так заморозим эмбрион, остановим процесс и возобновим при подходящем случае. Или даже так - сделаем это на всякий случай, ведь замороженные эмбрионы хранятся долго, а кто ж знает, когда придёт фантазия родить ребёнка... Но всё намного сложнее.

Психолог утратила обычное спокойствие, эта тема её явно волновала.

- Термин "психосоматика" в нашем обществе не сильно любят, хотя психосоматика это основа любой медицины. Почему наш организм на внешние факторы реагирует именно так, как реагирует? И можно ли сделать так, чтобы он реагировал иначе? Применительно к нашей проблеме: почему некоторые женщины не могут забеременеть, хотя с точки зрения медицины у них все в порядке? Человек религиозный спросит: "Почему Бог не даёт этой женщине детей?" Я же спрошу: "Почему организм этой женщины не хочет вынашивать и рожать ребёнка? Что в её жизни обусловило такое решение её организма?"

Психолог наконец села, но на самый краешек кресла:

- Потому что именно наша жизнь, наши мысли, желания и нежелания и формируют наше настоящее. Человек, которого не устаивает та точка, в которой он находится, должен пересмотреть свое мировоззрение, отношения с миром и людьми, свои реакции и желания. Только тогда появляется возможность изменить будущее.

Психолог умолкла, а Аня задумалась.

- Тогда получается... - сказала наконец она, - что вот женщина жила как-то, ну.. неправильно, и её организм решил не иметь детей... Или её мужчина накосячил, а данном случае это не принципиально... И вот они не могут зачать, и вместо того, чтобы проанализировать, подумать и найти причину, решают проблему... механически.

- Да. - психолог кивнула. - Но есть ведь и вторая сторона - душа, которая хочет воплотиться. И вот, скажем, выбрала эта душа тех самых родителей, которые вместо того, чтобы понять косяки свои, исправить их и принять душу, - просто оплатили программу ЭКО... Она вошла в этот эмбрион, назовём это так... А тут рраз - и все меняется... И эмбрион замораживают. У меня фантазии не хватает представить, что она при этом ощущает. Я только краешком зацепила её ощущения, и то, знаешь ли, впечатляет... Потом опять что-то меняется - и её снова зовут, и опять впустую. И снова заморозка... Я понятия не имею, что за обстоятельства у них там сложились, но повторялось это не меньше трёх раз. И к третьему разу душа была уже очень зла.

- Дааа, - подхватила Аня, - Я видела её взгляд, в нем было столько злобы - ужас.

- Ага. А я эту злобу чувствовала. Что же там дальше-то было? И как это связано с тобой?.. - психолог встала и снова направилась в угол.

Против ожидания, она не легла на пол. Встала в углу, руки бессильно опущены, взгляд устремлён вниз, на неведомую точку на полу. Несколько раз покачала головой, как будто отказываясь от чего-то. Потом подняла голову - и в глазах и позе её были растерянность и недоумение. Взгляд шарил вокруг - и не мог ни за что зацепиться, тело пыталось двинуться - и не могло. Как будто эта душа потеряла все ориентиры, и при этом окончательно лишилась возможности двигаться. Аня прерывисто вздохнула. Она поняла, что с несостоявшимися родителями что-то произошло, что окончательно лишило душу возможности и воплотиться у них, и двинуться дальше, к следующему воплощению. Померли они там, что ли...

Фигура, между тем, снова менялась. Она перестала рваться и шарить взглядом по сторонам, замерла в одной позе, взгляд устремлён вперёд. И Аня с некоторым ужасом даже видела, как постепенно жизнь её покидает, а вместо жизни и надежды фигуру заполняет злоба. Настолько беспросветная и безнадёжная, что Аня вжалась в своё кресло. Какое счастье, что она, Аня, лично этой штуке не нужна.

Фигура постояла ещё в этой безнадёжной неподвижности, а потом начала немного двигаться. Эти движения были какие-то... внутренние. Эта штука менялась.

Взгляд стал отвлечённым, выражение лица отстраненным, она явно смотрела теперь в свою глубину. Вспоминала что-то, и тогда выражение лица немного менялось. Становилось то более детским, беззащитным и наивным, то по-пацански бесшабашным, то по-девичьи застенчиво-кокетливым. Это прежние воплощения она вспоминает, поняла Аня. Ну да, если нельзя вперёд, то пойдём назад. Но что она будет делать, когда пересмотрит все свои воплощения, да ещё по несколько раз?

И точно, фигура снова менялась. Сквозь эти уже случившиеся воплощения проглядывала знакомая Ане злоба - как сполохи огня мелькают в окнах уже загоревшегося, но ещё не полностью охваченного пожаром дома. И эта злоба явно становилась сильнее и основательнее, что ли... Как будто именно в злобе эта штука нашла опору.

Аня вдруг поняла, что уже некоторое время смотрит на разворачивающееся перед ней действо не физическим зрением, не двумя её красивыми и ясными карими глазами, а тем самым внутренним зрением, которое включалось у неё редко и ненадолго. "Третий глаз прорезался", - хихикнула она про себя. Но смешно ей не было. На неё волнами накатывало возбуждение и, пожалуй, восторг. Сейчас она не помнила, почему всю жизнь избегала эзотерики, почему не смотрела в эту сторону, не развивала способности, не пользовалась ими... Сейчас все её тело трепетало от восхищения, купаясь в запретных ранее энергиях, психика искрилась, как бенгальский огонёк, от того, что понимала все, что происходит, вся она, Аня, наслаждалась происходящим... Это было похоже на то, как после жаркого длинного утомительного дня ты наконец входишь в прохладную воду, чувствуя, что именно это тебе и надо было для счастья.

Да, ей все это нравилось. Она не наблюдала интересный спектакль - она понимала, чувствовала все, что происходило здесь, в кабинете психолога. И да - она начала чувствовать эту штуку. Конечно, не так, как это делала хозяйка кабинета. При мысли о том, чтобы впустить в себя что-то чужое, особенно такое, Аню потряхивало. "Дать ей немного места", ага... И что потом с ней делать? Что вообще можно с ней сделать? Сейчас Аня уже не хотела просто избавиться от нежданного и страшноватого спутника. Она желала понять, чего эта штука добивается и... да, она хотела помочь.

Она открыла для себя новое измерение, увидела, что у каждого явления реальности есть и "тонкая" составляющая, его энергетическая подложка, и неизвестно ещё, что важнее, что первично. Энергии влияют на твёрдый мир, или твёрдый мир влияет на энергии, Аня пока не разобралась, но поняла, что надо смотреть на подложку.

ЭКО, экстракорпоральное оплодотворение, которое, казалось бы, осчастливило кучу народа, на деле оказалось сомнительным процессом. Человек - это не только тело. Сейчас, своим прозревшим третьим глазом, она видела души, которые не смогли воплотиться так, как надо, полностью. Так, чтобы душа вошла в зародыш, чтобы тело матери приняло эту душу и согласилось выносить, родить и вырастить. Эти души вошли в зародыши, но потом что-то не сложилось, или сложилось не так. И некоторое количество душ застряло, зависло в промежуточном состоянии, они частично воплотились, а частично не смогли. Нарушался порядок воплощения, да и практика замораживания эмбрионов давала такой эффект. Аня видела своим вдруг ставшим острым внутренним зрением этот сонм не до конца воплотившихся душ. Тела развивались, человек жил, но душа, до конца не воплотившаяся, имела недостаточное влияние на тело, и результат этот Аня чётко видела... Всё возрастающее количество людей, у которых телесное превосходило духовное... Как повернуть обратно этот процесс?..

И тут Аня встретилась глазами с фигурой, которая обрела уже и форму, и содержание, которые проявились там, на непонятном плато в непонятных горах. Нечеловеческие глаза поймали её взгляд и уже не отпустили. Аня снова попалась.

Глава 8

Ты что стоишь между мирами

Ты можешь дать мне умереть

Переведи меня через границу

И в смерть

В этот раз все было по-другому. Аня лучше понимала эту штуку, чувствовала ее. И меньше боялась. И хотела помочь.

Психолог неожиданно оказалась у Ани за спиной. Фигура стояла в углу, но уже сама по себе. Стояла и неотрывно смотрела Ане в глаза. Психолог раскинула руки в стороны, и Аня почувствовала, что за её спиной появилось ещё что-то.. Нет, ещё кто-то.

- Чувствуешь род? - шепнула психолог, и Аня поняла, что да, за ней стоит кто-то, и этот кто-то не один. Сколько раз она слышала о том, что мол род стоит за твоей спиной, но сейчас действительно это ощутила. Это было так, как будто с обеих сторон, с правого и левого плеча, её подпёрли незнакомые, но надёжные люди. Она мельком оглянулась, и с удивлением увидела - внутренним зрением, третьим глазом, - бесконечный ряд стоящих за её левым и правым плечами и уходящий куда-то вдаль и темноту. Психолог проявляла их, делала более ощутимыми и... живыми. Это были её предки, люди из её рода, те, которые знали и любили её - просто потому, что она была их, РОДная. Их энергия, родовая, просилась в её тело, и Аня её впустила.

Ощущение было мало с чем сравнимым. Её физическое тело не изменилось, но другое, тонкое, тело расширилось, увеличилось, принимая поток. Аня вспомнила, что раньше часто бывало у неё странное состояние. Она одновременно ощущала три варианта своего тела, вставленные друг в друга, как матрёшки. Своё физическое тело, глубоко внутри него маленькую, но очень концентрированную, даже какую-то тяжёлую, фигурку, и ещё одну, третью копию физического тела - вокруг него. Гораздо менее плотная, она была почти прозрачной и какой-то лёгкой. Сейчас родовая энергия наполнила это третье, лёгкое и прозрачное тело.

Ей показалось, что ещё немного - и она начнёт левитировать, её даже как будто приподняло немного над полом.

- Ух ты!!!!

- Хорошие у тебя родЫ, - шепнула за спиной психолог, - оба. Ну, что будешь делать с этой штукой? Не бойся, род поможет. Он всегда помогает.

Аня глубоко вздохнула, и сама посмотрела штуке в глаза.

Её ударило болью, безнадёжностью, злобой и... надеждой. Энергетический удар приняло на себя подпитываемое родом третье тело, Ане показалось, что она держит в руках большой щит, и по этому щиту ударили тараном. Щит выдержал, но дрожь прошла по всей системе.

- Помни - это не твои эмоции, не твоё состояние, - услышала она шёпот, - не впускай их в себя, не ослабляй защиту. Твоя задача - считывать информацию. И получить ответ на вопрос.

И Аня начала считывать.

Сначала она пыталась услышать слова, как это делали - или изображали - участники "Битвы...", но быстро поняла, что способности яснослышания у неё нет. Зато Аня все чувствовала. И она начала разбирать тот вал эмоций, который на неё обрушился.

Больше всего было злобы. На всех - на тех, кто засунул её сюда, в это непонятное место, из которого нет выхода, на тех, кто не видит её и не слышит её криков, на тех, кто должны были стать её родителями и предали её.

Под злобой была безнадёжность, под ней - отчаяние. А под отчаянием был страх. Аня едва заглянула в этот страх, но ей хватило. Эта душа оказалась в невозможных, ужасных условиях.

...Когда она поняла, что в этот раз воплощения не случится, то была готова уйти туда, где души пребывают между воплощениями и ждать следующей возможности. Почему не случилось - не поняла, но это было неважно, важно было движение вперёд. Она воплощалась много раз, и не сосчитать, помнила и счастливые воплощения, и неудачные, когда приходилось покидать еще только создающееся тело... А в этот раз уйти не смогла.

Она почему-то воплотилась частично, совсем маленькой частью, - но эта часть держала её крепко. Тогда она попыталась всё-таки воплотиться, установить связи со своим будущим телом - но тела не было. Было... что-то. Та самая часть.

Тогда она стала ждать. Сначала спокойно, потом все с бОльшим недоумением. Страха ещё не было, но пришло беспокойство. Движения вперёд не было. Покинуть место и посмотреть, что происходит с выбранными ею людьми, она не могла, но чувствовала их все слабее. И когда услышала зов, еле слышный, то с радостью пошла по нему и увидела наконец ту, кого она выбрала себе в матери. Сразу поняла, что воплощения не будет. Её позвали прощаться.

Жизни в женщине осталось совсем немного, она уже никого не могла выносить и родить. Её тело... Душа просмотрела его, оно было... неправильным, энергия не могла проходить свободно, а в некоторых местах энергетические потоки просто обрывались... Она поняла, что такое тело жить не способно, что-то помогало ему не умирать... Она чувствовала что-то чужое в этом теле, но это чужое давало возможность жить. И ещё - исступлённое желание женщины что-то сделать, вернее - завершить. Женщина так хотела этого ребёнка, что желание попрощаться не давало её телу умереть. Душа наконец дотянулась до души женщины, она хотела понять, что произошло. Душа женщины была в смятении, у неё не было ответов. Она показала , что произошло. Движение, потом что-то летит навстречу, потом все разлетается и уже не может собраться.

- Автокатастрофа, - еле слышный шёпот заставил Аню дёрнуться. - Я смотрю через тебя, всё нормально, не отвлекайся.

Аня тут же забыла о психологе, и снова нырнула в странный мир, который показывала ей эта штука.

Душа тоже не понимала, почему так случилось. Она просматривала вероятности, души между воплощениями занимаются этим постоянно, они ищут тех, у кого они могли бы воплотиться. У каждой души есть свой путь, своя задача, и каждое воплощение выбирается именно так: души ищут тех людей, которые могут дать им лучшие условия для реализации этой задачи. Эта пара была хороша: женщина и мужчина любили друг друга, очень хотели ребёнка, имели некоторое представление об энергиях и о том, что главное не тело, а душа. Они не стали бы ломать воплотившуюся душу, подстраивая её под непонятные требования, их любовь дала бы душе возможность максимально реализоваться, оставаться на своём пути и сделать ещё один шаг для приближения к цели. Были вероятности, которые ей не нравились, но они были маловероятны... Что же случилось, почему реализовался именно этот вариант? Мужчину она не чувствовала вовсе, он умер. Женщина жива, но это ненадолго...

Впрочем, это не так важно. Вмешались какие-то факторы, и развитие ситуации пошло по-другому. Она много раз это проходила, в этом не было трагедии, надо просто двигаться дальше... Но дальше двигаться она не могла.

Сейчас ее держала умирающая женщина. Она хотела попрощаться и получить прощение. Душа не понимала, что это такое. Ей тоже было жаль, что это воплощение не случилось, но будут и другие. Что такое прощение? Она чувствовала желание женщины получить одобрение её поступкам, и признание её усилий. Она так хотела, так старалась... Для души это было странно - ты или сделал, или не сделал. Хотела, старалась... Ты или сделал, или нет.

Но это держало эту женщину и не давало её телу умереть, а душе её двинуться дальше, к новому воплощению. Что она хотела услышать, что ощутить? Что то, что случилось, - не ее вина? Что это не помешает их душам двигаться дальше по воплощениям, к выполнению миссии? Душа не знала ответов. Вероятностей великое множество, эта внезапная смерть чему-то помешает, но чему-то и поможет. Стоит ли гадать?

Но женщина страдала, душа это чувствовала. Чувствовала её исступлённое желание увидеть своего ребёнка - того, который уже не родится. И душа поддалась, уступила этому желанию. Ей захотелось успокоить ту, которая не стала ее матерью, помочь ей перейти границу. Она вошла в её разум и увидела, что женщина грезила не просто о ребёнке, но о семейном очаге, о доме, в котором живут несколько поколений, к которому выросшие дети пристраивают пару комнат и проводят туда супругов. В котором дети видят круговорот жизни как он есть - и рождающихся детей, и умирающих стариков, и полных жизни и любви молодых людей. В котором ребенок никогда не остается один - вокруг большая семья, дети, подростки, молодые люди, зрелые мужчины и женщины, старики и старухи. Он знает, что он часть большой системы, и эта система ему всегда поможет. Род стоит за тобой и стоит за тебя. Твоя душа приходит из рода и уходит в род.

Душа воплощалась в таких родах, раньше, давно. Это было хорошо, и это было правильно. Потом странные люди, которые говорили, что души нет, и есть только тело, перевернули всё, весь извечный порядок. Кто сейчас помнит о родах, кто что-то знает о душах, об их воплощениях? Люди живут телом, и над словами "Миссия души, предназначение" они только смеются. Телам нет дела до тонких ощущений, энергий, уровней, их желания просты и краткосрочны. Но эта женщина жила не только желаниями тела, она чувствовала свою душу, она помнила, как было раньше. "Как жаль, что она не станет моей матерью, - ощущала душа, и желание помочь становилось все сильнее. Она увидела очередную картинку, образ, который мелькнул у женщины в голове: крепенький ребёнок в валенках и полушубке, закутанный в серую шаль, несётся на расписных деревянных санках с ледяной горки и вопит от восторга, внизу его принимает в объятия отец, мать стоит рядом и улыбается. Душа поймала этот образ, и именно в виде такого ребёнка показалась умирающей. Говорить не пришлось, женщина просто смотрела на своего желанного ребёнка, на неслучившуюся жизнь, и не помнила уже о том, что жизни этой не осталось вовсе. Ребёнок подошёл к кровати, робко улыбнулся, мать улыбнулась в ответ и умерла.

Теперь её душа дождётся похорон и начнёт понемногу разрывать связи с этим воплощением. Тело будет распадаться, и все, что было привязано к телу, постепенно исчезнет. Душа отправится туда, где пребывает между воплощениями, личность, наработанная душой в этом воплощении и в этом теле, превратится в дух, который уйдёт в род, будет хранить память об этом воплощении души и иногда являться потомкам, желающим что-то узнать о своих предках.

Душа тоже готовилась уйти в межмирье, в пространство между воплощениями, но снова оказалась в том странном месте, из которого не было выхода. Образ не изменился, ребёнок, прибежавший с зимней прогулки и оставивший санки у порога избы. Остался только образ, она уже не чувствовала ни радости, ни любви, пропало ощущение стоящих вокруг и за спиной родных людей. И снова потянулось ожидание.

Беспокойства не было, его сменил страх. Она начала понимать, что такое "нет выхода". Женщина, которая призвала её, и которую она выбрала, умерла. Она не могла никого почувствовать, не могла никуда двинуться, не чувствовала связи ни с кем и ни чем, не понимала, сколько времени прошло, не знала, что ей делать. Но хуже было то, что ее состояние менялось, она ничего не могла с этим поделать, ей становилось хуже - более тесно, душно... и холодно. Ей, душе, казалось, что она умирает.

За что так исступлённо просила прощения умиравшая женщина? Что сделала она, желая осуществить мечту о доме и ребёнке? Поему она, душа, не может уйти? И тут она снова почувствовала зов, непривычный, неправильный. Пошла на зов, и увидела людей, которые просто не могли позвать её на воплощение. Она чувствовала, что их телесное полностью вытеснило духовное. Попробовала дотронуться до душ - и нащупала пустоту. Души их были так глубоко, так давно забыты, что и сами дремали, дожидаясь смерти тел и возможности уйти в безмирье.

Ей стало страшно. Эти люди не видели и не чувствовали её, они не признавали, что душа существует. Они обращались к той маленькой части, к которой она была привязана, хотели просто поместить её в тело женщины, которая тоже не знала, что душа - главное в человеке...

В ужасе она захотела, чтобы эти люди забыли об этой частице - и они забыли. Она вернулась в то место.

Ужас вернулся с ней.

Её звали ещё несколько раз. Теперь она не боялась - на смену страху пришла злость. Злость давала ей ощущение жизни. Она пыталась вспоминать прежние воплощения, но это место не пускало её в воспоминания. Её облик ребёнка с санками постепенно менялся, как менялась и она. Яркие краски поблёкли, одежда становилась серой и тусклой. Яркой была только злоба.

Иногда в её место проникало что-то. Что-то или кто-то подходил так близко, что она могла их почувствовать. Она была слишком зла, чтобы вступать в контакт, и боялась утратить злость.

А потом рядом кто-то появился. Пришелец пришёл не к ней, его место было похоже на её, она легко могла до него дотянуться. Этот кто-то отличался от прежних, он чем-то её зацепил. Что-то такое было... знакомое. Душа начала вспоминать себя, ей хотелось понять, что привлекло её, что она почувствовала в пришельце. Она слегка зацепилась за него, пошла по этой связи и смогла выйти за пределы проклятого места. Но она даже не успела обрадоваться - чем ближе она была к пришельцу, тем сильнее было ощущение связи, и то, что она не могла понять природу этой связи, было мучительно. Она оказалась в невысоких горах, серых и спокойных. Двинулась туда, куда вела связь - и почувствовала, что пришелец тоже её почувствовал. Это было прекрасно. После всего этого безрадостного и тоскливого времени почувствовать живое прикосновение, такое сладостное, такое... знакомое и... да, желанное

Ей важно было понять. Это не была душа той женщины, её она бы узнала. Это вообще была не душа... Скорее, живой человек, который смог какой-то своей частью проникнуть в эти пространства.

Она выглянула из-за скалы, но ничего не увидела - это было не её место. Зато она чувствовала. Молодую женщину, вернее - девушку. Она осторожно коснулась - и её окатило волной чувств, живых и ярких. Страх, азарт, восхищение - и блаженное чувство, что ты наконец дома. Что же так её трогает, что кажется знакомым и таким... щекочуще радостным?

Она чуть-чуть, совсем невесомо потянула пришелицу к себе - так чтобы только заинтересовать, не испугать. И почувствовала ответный интерес. Ощущения нарастали - пришелица осторожно приближалась.

Она потянула сильнее... Её затопила волна такой яркой и сильной любви - любви родителей к своему ребёнку, что она перестала чувствовать все остальное. Это было как возвращение к себе. Она вспомнила, кто она, как сюда попала - и о своей миссии. Эта пришелица, забредшая сюда случайно, но одарённая исключительной родительской любовью, могла помочь ей выбраться.

Она притягивала её к себе, вложив всю себя в это усилие. Из-за скалы появилась фигура, она не всматривалась в нее, ловила взгляд. Взгляда будет достаточно.

Глава 9

Я вижу тех, кто слаб, потерян

Один во тьме

Возьми протянутую руку

Иди ко мне

- Перерыв! - объявила психолог и пошла ставить чайник.

Она копалась в ящиках и тумбах стола, вытаскивала на стол чашки, чайные пакетики, сахар, печенье и зефир, бормоча что-то вроде: "Сейчас бы габа отлично зашла, но увы, увы...", а Аня сидела в кресле и приходила в себя.

Молча взяла чашку горячего и очень сладкого чая, вгрызлась в печение. Как, оказывается, хочется пить. И есть.

Выпили по две чашки, съели все печенье и конфеты.

- И что, у вас каждый раз такое вот на приёме бывает? - спросила наконец Аня.

Психолог мотнула головой:

- Не каждый. Иначе я бы себе другую вывеску повесила, - и она, понизив голос, тягуче произнесла: «Приворожу, заворожу, испорчу...»

Аня неуверенно хмыкнула:

- А вы не того... не ворожите?

- Не ворожу, - твердо сказала психолог, - но просмотреть вероятности могу.

- А...

- Погоди, - сказала психолог, - о том, что делаю я, поговорим как-нибудь потом. У нас тут, видишь ли, проблемка. Которую надо решить.

- Ну да, - Аня заставила себя посмотреть в угол. Фигура стояла там и смотрела на них.

Она изменилась, и теперь уже не так походила на деревенского ребёнка непонятного пола и возраста.

Стала выше и тоньше, исчезла серая шаль, линялые тряпки стали похожи на платье или балахон из тонкой серо-голубой ткани, светлые волосы обрамляли лицо, которое почему-то не удавалось разглядеть. И ощущение от неё изменилось - не было больше ни злобы, ни страха. Зато появилось спокойствие, даже умиротворение. Как будто она - эта штука, эта душа - доверилась им, и сейчас просто ждала, что эти две женщины, которые смогли её услышать и понять, сделают так, чтобы все снова стало правильно.

- И как решать будем? - неуверенно спросила Аня, у неё самой никаких идей не было.

- В общем-то, всё уже решено, - сказала психолог и встала с кресла, - посуду потом уберём. Давай, соображай. Чего эта душа лишена оказалась? Что ей так необходимо? За что она зацепилась в тебе?

- Воплотиться ей не дали. Уйти дальше...

Психолог нетерпеливо тряхнула кудрявой головой:

- А потом? Призвавшая её пара погибла, но успела подготовиться к ЭКО. Видимо, женщина очень хотела дать жизнь этому ребёнку, пусть и таким путём... А потом её пытались использовать ну очень сомнительные люди...

Аня задумалась, потом неуверенно заговорила:

- Души ведь приходят не просто так, не к любой женщине приходит рандомная душа, так ведь? Это выбор, они должны в чем-то совпасть, договориться, так?

- Или души приходят в конкретный род, раньше в основном так и бывало. Род веками жил на одном месте, пропитывал его своей энергией, и души предпочитали воплощаться в этом же роду. А тут?

- А тут полная ерунда получилась. И родителей выбранных нет, и в род не попасть, и уйти на следующее воплощение нельзя. А тут я...

- А тут ты - со всех сторон хороша. И оба рода у тебя сильные и проявленные, и родительской любовью ты полна, хотя и привыкла к ней и поэтому не чувствуешь... И способностями боги тебя не обидели... То есть можно до тебя докричаться.

- Так что делать-то?? - Аня вскочила. После всего увиденного, вернее, почувствованного, она была полна решимости помочь этой душе.

- Пойдём поговорим со старшими, - сказала психолог и в очередной раз пошла на расстановочное поле.

- С какими стар... - начала было Аня, но тут же сообразила: - Вы хотите поговорить с моими родАми??

Психолог уже стояла на своём месте. Аня, не дожидаясь приглашения, встала перед ней, глядя на фигуру.

За её спиной стоял род. Сейчас Аня не разделяла их на род отца и род матери, её подпирала могучая сила, которая была готова действовать.

- Обернись, - шепнула психолог.

Аня повернулась, глянула за раскинутые руки психолога и обомлела. Они действительно стояли - тесно, плечом к плечу, и обе колонны терялись где-то в туманной глуби, куда она побоялась вглядываться. Стояли молодые парни и зрелые могучие мужчины, веселые молодые женщины, за руки их держали дети, старики и старухи ничуть не казались немощными и слабыми.

- Оба твоих рода готовы принять эту душу. Говорят - это честь для них. Выбор они предоставляют ей.

- Почему честь? - автоматически спросила Аня, она была настолько поражена увиденным, что соображала туго.

- Обернись, - сказала психолог, и Аня снова обернулась.

Фигура завершила трансформацию. Перед ними стоял... кто-то, очень высокий, тонкий и какой-то... легкий. Тончайшая серо-голубая ткань струилась вдоль тела, светлые волосы обрамляли тонкое лицо - нет, скорее, лик - черты этого лица туманились, менялись... Лишь большие серо-голубые глаза мерцали, и они были неизменны. Фигура немного светилась сама по себе, она как будто состояла из серо-голубого светящегося тумана.

- Кто это??? - выдохнула Аня, но тут фигура плавно двинулась к ней.

Оба рода за аниной спиной замерли, ожидая решения. Фигура на мгновение замерла рядом с Аней, и та почувствовала легчайшее касание, как будто её погладили по щеке. А потом материнский род разочарованно дрогнул, а отцовский возликовал.

Аня повернулась вслед за фигурой и успела увидеть, как из плотной людской шеренги выдвинулся мужчина и с поклоном повёл фигуру в род. Её напоследок окатило волнами силы и любви обоих родов - и все закончилось. Расстановочное поле схлопнулось, и Аня заплакала.

Слезы текли по щекам, но она чувствовала, как всхлипывания переходят в истерический смех. Психолог обняла её, и Аня с облегчением зарыдала ей в плечо.

Потом она выпила стакан воды, умылась, ещё попила и стала способна к членораздельной речи.

Психолог пила чай с сахаром вприкуску, ибо все остальное было съедено, и вид у неё был умиротворённый и довольный.

- Это был ангел? - гнусаво спросила Аня, и в очередной раз высморкалась.

- Ну, это было то, что люди называют ангелом, - кивнула психолог. - То есть душа такого уровня.

- Офигеть, - только и сказал Аня. - Это ж надо было так ангела довести...

Психолог хмыкнула, но тут Аня снова забеспокоилась:

- Погодите, а как же... Она же была привязана к замороженному эмбриону, и поэтому не могла уйти никуда... А как же тогда?..

- Ты недооцениваешь силу рода. Тем более, что и ангел наш тоже неслабый, ему нужно было совсем немного помочь, и в основном любовью и принятием.

- И как теперь... Эмбрион этот??

Психолог с хрустом раскусила кусок сахара:

- Думаю, эмбрион у них просто испортился.

Когда они с психологом покинули наконец кабинет и вышли в фойе, то увидели безмятежно спавшую на диване Машку.

Психолог остановилась и внимательно на нее посмотрела.

- Помню я эту девочку, - сказала она наконец. - И расстановку помню. И скажу тебе: интересная у тебя подруга...

Машка вскинулась, раскрыла глаза, которые показались Ане неожиданно тёмными и яркими, и хрипло спросила:

- Ну что, проводили?

Аня с психологом переглянулись и в один голос спросили:

- Кого проводили? И куда?

Машка моргнула, потёрла лицо, поправила кудри, и ответила привычным своим голоском:

- Ну, вы же расстановки проводили... Вот я и спрашиваю - провели?...

11.09.2025