Что такое "человек"?

Глава 1

Моя жизнь воистину ужасна! Каждый день я сижу дома ничего не делая. Мои хобби это смотреть в окно, мечтая о лучшей жизни, и зевать. За свою жизнь я, кстати, научился филигранно и крайне мелодично зевать. Могу делать это стоя и лёжа, в прыжке и в кровати, на боку и даже вверх ногами. Мои покои не шибко велики, однако я и не жалуюсь: места хватает. Моя одёжка давно изношенна, потрёпанная судьбой и временем, но я не хочу её менять, ведь каждая заплатка, шёв, ниточка и дырка служит мне напоминанием о том, какую прекрасную историю я храню за своими плечами.

—Здарова! – Крикнул человек, заходя в комнату.

—Привет, дружище! Как жизнь?

—Да, нормально, лучше скажи что делаешь? Неужели ты опять сидишь, смотришь в окно, да зеваешь?

—Да не в жизни! Вот, лучше, посмотри, какую книгу я нашёл! – Сказал хозяин дома, показывая пальцем на полку.

—Ого, вот это старь... Антиквариат!

—Язык твой антиквариат! А это... Ну это... Просто шедевр! Взгляни, взгляни! Каждая заплатка, шёв, ниточка и дырка говорит о том, какая великолепная история у этой книги!

—А это не та книжонка, что месяц валялась в подъезде, пока ты не взял её по пьяни?

—Во первых - нет, а во вторых - вообще то да.

—Слушай, а выглядит и вправду очень неплохо... О чём она хоть?

—А я не знаю! Как взял её, так и не открывал, однако уверен, что нам было суждено встретиться!

—Ну ты и чудак... А давай, почитаем её вместе? – Заворожённым голосом произнёс друг хозяина дома, смотря на книгу.

—Нет, прости, никому не позволю её читать.

—Да брось! Ну хоть аннотации автора! Ну хоть название!

—Нет!

Всё также друг безумно смотрел на книгу, думая лишь о ней. Хозяин это понимал и поэтому взял ручку со стола в руку, как нож. Секунда, вторая, десятая...

—Дай мне её прочесть...

—Нет, не дам...

Гость набросился на своего друга и стал душить его, а тот в свою очередь проткнул ему глаз ручкой.

—Люди - такие мерзкие существа... – Думала в этот момент книга, смотря на бой двух давних друзей. – Они, кажется, знают друг друга всю жизнь, однако из-за какой то ерунды готовы убить друг друга.

Ламинатный пол, красно-зеленый ковёр с изображением льва, дизайнерский, стеклянный кофейный столик, кожаный диван, кресло из синтетической ткани - всё было порушено и залито кровью, кроме, пожалуй, люстры, состоящий из трёх лампочек и бронзового абажура, держащегося на изогнутых металлических конструкциях, представляющих собой что-то вроде стеблей дерева. Эта квартира стоила порядка двух миллионов, а её владелец лишился этого всего за пару секунд, что находился в драке.

—Прочту... Обязательно прочту её! – Бубнил окровавленный гость, поднимаясь с пола.

В его левом глазу торчала ручка, шея вспорота, желтая рубашка разорвана, одна туфля закатилась под обломки кофейного столика, а сам он еле ковылял на четвереньках, подползая к книжному шкафу, где сидела книга, смотря на него с высока.

—Какая мерзость. Есть ли зверь хуже человека? Если так подумать, то человек - это единственное животное, которое по умолчанию ненавидит себе подобных. Готов убить своего собрата, лишь бы заполучить желаемое... Как жаль, что как бы он не пытался вглядываться, все равно ничего не увидит, ибо вот-вот умрёт от потери крови.

Так и случилось. Всё что умирающий гость успел сделать - это коснуться переплета, оставив на нём пару капель красного.

—Ха... А если подумать, то что у меня, книги, является кровью? Моя кожа - обложка, страницы - органы, а что тогда означают слова, записанные во мне? Они не движутся, но наполняют меня. Могу ли я назвать себя живым? Нет, пожалуй, ибо я выше жизни. Я - вечное, я - это то, что будет почитаться всегда, в любое время и в любом месте. Меня можно сжечь, но моя кровь не исчезнет никогда.

Через три часа, когда жена вернулась домой и увидела что здесь случилось, то сразу же вскрикнула и убежала звать на помощь полицию. Владелец дома остался жив, но был госпитализирован.

—Пока вели расследование, меня обнаружили и забрали, ведь я имел отпечатки того безумца. Эх, не скоро мне удастся увидеть эти старые, просоветские желтые стены... Теперь, всё что я буду видеть - склад вещдоков.

День, другой, неделя. Время летит так незаметно, пока ты занимаешься любимым делом...

—Моя жизнь воистину ужасна! Каждый день я сижу на металлическом столе ничего не делая. Мои хобби это смотреть в окно, мечтая о лучшей жизни, и зевать. За свою жизнь я, кстати, научился филигранно и крайне мелодично зевать. Могу делать это стоя и лёжа, на боку и даже вверх ногами. Мои покои не шибко велики, однако я и не жалуюсь: места хватает. Моя одёжка давно изношенна, потрёпанная судьбой и временем, запачканная чужими грехами, но я не хочу её менять, ведь каждая заплатка, шёв, пятно, ниточка и дырка служит мне напоминанием о том, какую прекрасную историю я храню за своими плечами...

Каждый день, каждое утро эта книга повторяла одно и тоже, пока однажды...

—Господи, что за район! Никаких крупных дел! Не террористы, не наркобароны, не хотя бы что-то интересное! Вот, как на прошлой неделе алкаши подрались, так ничего и не происходит! Пострадавший вроде сказал, что всё началось из-за книги... Никто же не будет против, если я её прочту? Я аккуратно: даже перчатки одену...

Стажёр, следивший за складом, одел специальные перчатки, не оставляющие следов, и медленно достал книгу из конверта, а после так же неспешно открыл её.

—Так, и что у нас здесь? Артиас Пиэс, цена души или что такое "человек"? Это психология? Ненавижу такое, однако мне хочется хочется узнать о чём эта книга... Ух ты, первая страница - аннотации! Что тут у нас?..

"Нет, не читай её, прошу!"

"Лучше сожги её, выкинь, отдай кому-нибудь другому, но не читай!"

—Что это за бред? Целая страница исписана наискосок всего двумя предложениями. Ладно, а что у нас дальше...

"[Отступ] Моя жизнь воистину ужасна! Каждый день я сижу дома ничего не делая. Мои хобби это смотреть в окно, мечтая о лучшей жизни, и зевать. За свою жизнь я, кстати, научился филигранно и крайне мелодично зевать. Могу делать это стоя и лёжа, в прыжке и в кровати, на боку и даже вверх ногами. Мои покои не шибко велики, однако я и не жалуюсь: места хватает. Моя одёжка давно изношенна, потрёпанная судьбой и временем, но я не хочу её менять, ведь каждая заплатка, шёв, ниточка и дырка служит мне напоминанием о том, какую прекрасную историю я храню за своими плечами...

...

—Господи, что за район! Никаких крупных дел! Не террористы, не наркобароны, не хотя бы что-то интересное! Вот, как на прошлой неделе алкаши подрались, так ничего и не происходит! Пострадавший вроде сказал, что всё началось из-за книги... Никто же не будет против, если я её прочту? Я аккуратно: даже перчатки одену...

Стажёр, следивший за складом, одел специальные перчатки, не оставляющие следов, и медленно достал книгу из конверта, а после так же неспешно открыл её... "

—Что это за бред!? Как здесь может быть написано то, что я уже сделал!? – Кричал стажёр на весь склад. – Этого не может быть! Это не может быть правдой!.. Что с моими пальцами? Они дрожат... Я замерзаю? Мне страшно!? Почему мне так страшно!?

Блондин с короткой причёской и очками со зрением на +2 упал на землю, прижав колени к груди и бормотая что-то несвязанное.

—Ничего удивительного... – Думала книга. – Просто ты не способен справиться с грузом настоящего, не говоря о будущем, вот и сошёл с ума, не сумев принять истину собственной судьбы. Все люди - это просто книги, которые довольно легко читать. Я - книга, способная читать судьбы людей, Артиас Пиэс. Как жаль, что ты не осмелишься перевернуть меня на 442 страницу:"Комментарии разработчика". Тогда бы мы с тобой даже могли бы побеседовать, но ты сам избрал этот путь: никто не заставлял тебя открывать свою душу.

Где-то через час вошёл другой полицейский, чтобы сменить его вахту, однако он сразу же ушёл и позвал на помощь других. Долго они пытались уложить психа на переноску, но в конечном итоге врачам это удалось. Стажёр выжил, но следующие двадцать лет будет лежать в психиатрической лечебнице. День, другой, неделя, месяц, первоначальный хозяин книги оправился после драки, порешал все дела в суде и попросил вернуть книгу.

—Ну что, сволочь, довольна? – Обращался пьяный мужик к Артиасу, выходя из полицейского участка. – Ошибся я, когда сказал что нам суждено встретиться! Прощай!

С этими словами владелец выкинул книгу в мусоровоз, проезжающий рядом. Неведомым чудом книгу не спрессовали и её выкинули на городскую свалку. День, другой, неделя, месяц, год... Время летит так быстро, когда занимаешься любимым делом... Тишина, покой, умиротворение... Её нарушителем был только гул машин, возня крыс и прочие незначительные шумы: главное, что книгу никто не трогал...

—Юр, двай быстрее!

—Шя, пгди! Ого, какая книха! Подарю внучке... – Сказал рабочий свалки, взяв "книху" с собой.

Моя жизнь воистину ужасна! Каждый день я сижу дома ничего не делая. Мои хобби это смотреть в окно, мечтая о лучшей жизни, и зевать. За свою жизнь я, кстати, научился филигранно и крайне мелодично зевать. Могу делать это стоя и лёжа, в прыжке и в грязной кровати, на боку и даже вверх ногами. Мои покои уж больно малы, однако я и жалуюсь! Места не хватает: я то и дела падаю! Моя одёжка давным-давно изношенна, потрёпанная судьбой и временем, но я не хочу её менять, ведь каждая заплатка, шёв, пятно, ниточка и дырка служит мне напоминанием о том, какую прекрасную историю я храню за своими плечами. С того момента прошло три месяца, начался новый год и меня подарили маленькой девочке лет двенадцати, которая не могла разговаривать. Она жила с отцом пьяницей, матерью стервой и бабушкой, которая вечно сидела у себя в комнате и кричала на малютку, если та заходила к ней. Просаленные волосы, оттопыренные вбок короткие косички, белый, слепой, правый глаз и зеленый левый, побитая щека, треснувшие губы, на которых была одна лишь печаль, отсутствие пары передних зубов, костлявое тельце, которое у дьявола бы вызвало жалость, если б он её увидел. Запачканное, белое платье в красный горошек и красные туфельки. Так выглядела моя новая владелица. Похоже, она не умеет читать, ведь за всё то время, что мы знакомы, она ни разу не попыталась меня открыть. Девочка играла в куклы и постоянно использовала меня как подставку, как сцену для своей игры. И вы не поверите: я не хотел зевать от скуки. Она - первый в мире человек, чью судьбу Я хотел прочитать. Только открой меня, только открой первую страницу! Я напишу тебе:"Посвящается моей единственной ________ (Напиши своё имя)". Я подарю тебе целый мир золотых роз, я напишу Тебе поэму, расскажу самую прекрасную сказку, я знаю всю литературу мира, только открой меня! Я всё отдам, лишь бы узнать твоё имя! Хочешь, будем вместе играть в куклы? Хочешь, я расскажу тебе что нужно сделать, чтобы родители тебя не обижали, чтобы тебя удочерили по настоящему любящие родители!? Просто открой меня, открой мой мир, залитый мыслями веков! Я - книга, я - знаю всё, что во мне записано! А во мне - записано всё! От великого до советов. Умоляю, открой меня! Но как я её не зову - я всего лишь книга, которая пылится на полке... И нет никому дела до того, чтобы Меня прочитать...

Моя жизнь воистину ужасна... Каждый день я сидел дома, смотрел на боль и унижения и ничего не делал. Мои хобби это смотреть в окно, мечтая о лучшей жизни для своей хозяйки, и грустить. За свою жизнь я, кстати, почти никогда не грустил. Но я не могу делать этого более... Моя одёжка давно изношенна, потрёпанная судьбой и временем, но я не хочу её менять, ведь каждая новая заплатка, шёв, ниточка и дырка служит мне напоминанием о том, какие прекрасные и ужасные истории я храню за своими плечами...

А что до девочки? Она всё таки меня открыла... Открыла, прочитала... Но после положила меня на верхнюю полку шкафа и кое как, ломаным голосом сказала:

—Спасибо, Артиас, но мне это не нужно...

В тот день моя кровь встала... Содержание перестало меняться и я просто умер, став обычной книжкой, повествующий о своей собственной судьбе...