Что смотришь, Бемоль?

Что смотришь, Бемоль?

– Так-так… Леночка флейту забыла, Смирновы привели младшенького, и он вот-вот прижмет дверью палец, Самойлов плохо закрыл футляр – скрипочка упадет в грязь, да и струна скоро лопнет, Иванова сейчас чихнет на Белкину, а ей нельзя болеть, у нее концерт… – Кузьма Федорыч суетился, пыхтел, но все равно, кажется, не успевал. – Пора звать на помощь эту зверюгу мохнатую.

– Бемоооооль, – завопил тоненьким голосочком старик.

Кот лениво спрыгнул со стула и одним громадным прыжком добрался до Белкиной. Девочка наклонилась, чтобы погладить его, и злополучный чих пролетел в аккурат над ее головой – концерт спасен.

Фойе музыкальной школы постепенно пустело. Никто ничего не забыл, не убился, не повредился и умом не тронулся – слава Богу! Трудный день подходил к концу, Кузьма Федорыч устало опустился на стул.

– Что смотришь, Бемоль? Я так устал… И определенно заслужил отпуск – мой личный праздник тишины и одиночества. Пусть молодые работают, – резюмировал домовой и, пройдя сквозь стену, растворился в вечернем тумане.

Парус любви против моря Дира́ка

– Море Дира́ка – это модель вакуума, объясняющая… Мария, вы вообще слушаете? – В-вакуума, – повторила девушка покраснев. – Как экзамен сдадите, если постоянно ворон ловите? – Ну, не сдам, весь следующий год будем с вами готовиться, – мечтательно заулыбалась Маша. – Это уж без меня! – ответил молодой репетитор, смахивая со лба кудрявую прядь. – Выиграл грант. Через месяц уезжаю в Кембридж. Так что… – Вот и Шут! – Что, простите? – Да так… Карта Таро. В перевернутом виде сулит неприятности. Юноша скривился, будто проглотил лимон. – Физика не приемлет подобного. Мне уже пора. До четверга. – И он ушел громко хлопнув дверью.

До Марии начало доходить сказанное. «Уезжает. Навсегда». Она вывернула карман, на пол посыпались записки с признаниями, которые она так и не решилась отдать. Взяла один листок и сложила из него кораблик.

Парус одинокий в бесконечном море Дирака. Целый год работала в забегаловке, чтобы оплачивать его уроки. Столько мучила ненавистную физику…

– А он не приемлет, значит? Это мы еще посмотрим, – девушка достала из ящика перо и уколола им палец. – Что ж… Я готова заключить договор.

За ее спиной выросла тень…

Неоцененная доброта

– Энни, милая Энни! Ну, чего же ты хочешь? Денег, золота, украшений? Хочешь, подарю тебе дом? Выбирай любой в городе.

Девушка отстранённо смотрела перед собой.

– А хочешь сделаю тебя здесь главной? Будем, словно боги, решать, кому жить, а кому умереть. Нет? Молчишь? Может, желаешь уехать? Поселиться в небольшом домике на берегу моря? Тоже нет? Ох, Энни, Энни… – он нервно перекатывал между костяшками пальцев серебристую монету с изображением орла.

– Вижу, ты не ценишь мою доброту, а ведь я старался.

Он схватил со стола огромную чёрную книгу и наотмашь ударил ею девушку по лицу. Брызнула кровь.

– Ах, ты грязная сучка! Быстро говори, где евреев спрятала!

Она молча вытерла кровь с разбитой губы, едва слышно прошептала:

– …иже еси, не искуси, но избави…

И приготовилась к следующему удару.

Далия в деле

Капитан Джо Рэй, красавчик, сердцеед и самый рисковый доставщик во всем мехапарке, впервые чувствовал себя растерянным. Он прошел по длинному коридору и в нерешительности остановился перед дверью, за которой находился его «груз».

Что ж… Чья бы это ни была ошибка, он исполнит свой долг.

Вопреки опасениям капитана, она оказалась тихой и ненавязчивой. Большую часть времени молча плела кружево из тончайших нитей арахн. Капитан наблюдал как ловко ее тонкие пальцы поддевают мерцающие нити и сплетают из них узор. Все компаньонки, которых он встречал до этого, были капризными идиотками. Но эта… доставить во дворец - уж, не для принца ли?

Через три дня капитан впервые завел беседу со своим «грузом».

- Мисс Далия… разрешите вопрос?

Она кивнула.

Как вышло, что вам присвоили класс Т - «особо опасна»? Я ведь перевожу только такие «грузы». А вы не ядовитая жаба с Эриванта и даже не ртутнодышащий грифон.

Она улыбнулась и посмотрела капитану прямо в глаза. Только сейчас он заметил, какой необычный у них цвет - нежно-голубой с фиолетовой каймой по краю радужки.

- У леди должны быть свои секреты. Кстати, рекомендую проверить коленчатый гиперглок, меня настораживает стук движка.

Капитан не успел выказать удивление, как вдруг мехолет тряхнуло, и он затих.

- Похоже на парализующий выстрел, - тихо сказала Далия. Пираты. Я разберусь.

То, что происходило дальше, повергло Рэя в еще больший шок. Эта хрупкая женщина обезвредила и связала троих амбалов, вооруженных до зубов.

Оказалось, их давно разыскивали, и за поимку была обещана круглая сумма…

Оставшуюся часть полета капитан Рэй мог назвать лучшим временем в своей жизни. Далия навела идеальный порядок на корабле, когда было нужно - молчала, когда нет - говорила о том, что было интересно ему. Она готовила превосходную еду из скудного набора продуктов, имевшегося на борту и потрясающе делала массаж.

За день до прибытия капитан уже не находил себе места.

- Жаль, что у нас мало времени, - грустно сказал он.

- Вы мне тоже нравитесь, Рэй. Если моя симпатия взаимна, то вы могли бы доставить меня не по адресу.

- Это как?

- Знаю одну планетку, где можно залечь на дно. А потом сменим имена и…

У Рэя от такой перспективы перехватило дыхание.

- А как же принц? Нас будут искать.

- Есть идейка. Но… для этого придется пожертвовать кораблем. Взорвем «Светлячка», только нас на борту не будет. А потом купим новый мехолет, у меня есть сбережения, еще премия за пиратов. Давайте данные своего счета, зачислим денежки на него, чтобы вам было спокойнее…

Капитан на секунду засомневался, но небесные глаза Далии притягивали его словно магнит. Он понял, что без корабля прожить сможет, а без этой женщины нет. - Согласнен!

Далия лежала в ванне, наполненной перламутровой пеной, когда раздался звонок.

- Ох, дорогая, - ответила она смеясь, - разве ты сомневалась? Оставила на захудалой планетке без корабля и гроша в кармане. Но главное… с разбитым сердцем, поверь, ты отомщена.

Божественное вмешательство

«Первый рабочий день! Фууух… Волнительно». Ариэль потер перламутровую звезду Хранителя на запястье и, улыбнувшись самому себе, принялся за дело. «Сначала выловить из общего потока тонкие серебристые нити порученных ему душ, коснуться каждой и перенести их желания на большие мерцающие карты-маршруты. Затем отделить желания сердца от желаний ума, последние развеять и стряхнуть в реку Серебристой пыли. Ни в коем случае не перепутать. Дальше самое сложное - к каждому желанию сердца подобрать правильную подсказку - сон, знак, предчувствие или случайность.

Ариэль слыл лучшим новобранцем во всей Канцелярии и сегодня, как и всегда, справлялся великолепно. Он расправился со своей работой и уже собирался на Землю, чтобы ненадолго воплотиться и расслабиться, выпив бутылочку виноградного соджу. Начальство разрешало такие вылазки, они помогали Хранителям лучше понимать людей. Однако внимание Ариэля привлекло блеклое мерцание на дне Чаши. Неужели еще одна карта? Вот только нити уже закончились. Как так?

Он сразу явился к наставнику. Тот даже не удивился.

- Это карта с оборванной нитью. Ее желание уже три тысячи лет никто не может исполнить.

- И вы даже не попытаетесь? - не унимался Ариэль.

- Пытались. Нашли душу, которой она принадлежит сейчас, но никому из Хранителей не удалось до нее достучаться.

- И кто же это сейчас?

- Хм… хочешь попытаться? - Габриэль скептически ухмыльнулся, но все же передал молодому Хранителю координаты.

*****

Мужчина лет тридцати пяти, ссутулившись сидел перед монитором и играл в какую-то мрачную видео-игру. Его глаза покраснели, лицо не выражало ровным счетом ничего, а от сердца тянулась растрепанная некогда красная нить. Его единственное желание сердца. Оборванное и неисполненное.

Ариэль еще никогда не видел такие оглохшие души - не стоит даже пытаться воззвать к интуиции или посылать знак. Без шансов, Наставник прав. Но...

Он решительно сжал кулаки и перенесся в Канцелярскую библиотеку. «Не выйду отсюда пока не найду решения. Среди фолиантов должен быть нужный рецепт».

С тех пор Ариэль являлся сюда всякий раз, завершив работу с остальными подопечными и изучал манускрипт за манускриптом. Чем меньше в сердце Хранителя было надежды, тем тусклее светилась его серебряная звезда. В тот день, когда она почти погасла, он нашел, что искал.

«Если Хранитель пожертвует свою искру жизни, свершится Божественное вмешательство и сбудется то, что должно, однако сам Хранитель…» - дальше запись обрывалась. Ариэль тяжело вздохнул и принял решение - единственное, которое считал верным.

***

Что ж, могло быть и хуже, подумал Ариэль, забираясь под одеяло. Хозяин с любимой отправился гулять по набережной, обещал принести свежей кильки. А в Канцелярию надо маякнуть, чтобы дополнили запись. «Отдав искру жизни, Хранитель превратится в тотемное животное той самой души». Хорошо хотя бы не в таракана...

Неважно, кто спутал карты и оборвал нить три тысячи лет назад. Теперь все правильно, и я ни о чем не жалею. Мур.

Урок

- Сенька, чего нос повесил? Снова Катюха продинамила?

- Ага, - обреченно вздохнул юноша. - Может, записки моей не заметила?

- Какой еще записки?

- Собрал в поле цветов, вложил в них записку и на крыльце оставил.

- Вот вы, городские, чудные! Веник твой наверняка коровы сожрали, когда с пастбища топали. Где хоть свиданку забил?

- На пирсе… Не Средиземное море, но все равно романтично.

- Да на том пирсе ее дядька в прошлом году утоп. Место дурное.

- Вот так неожиданность! - Семен поник. На скрипочке играл, стихи посвящал, цветы дарил - без толку.

- Ща научу - бери перо и записуй! Распусти слух, что у тебя трешка в Москве и родаки депутаты. Сама прискачет!

Семен усвоил урок и из деревни уезжал не один. С Оксаной. Она очень любила стихи.

Вор

- Не нравится мне море сегодня, - пробурчал шаман, вглядываясь в горизонт своими выцветшими глазами.

- Чего вдруг? Ветер попутный, вечером будем в гавани, - беззаботно отвечал капитан.

Старик проигнорировал его доводы, зажег перо чайки и начертал им в воздухе защитные сигиллы.

Внезапно вода вокруг корабля забурлила и заискрилась перламутровыми отблесками.

- Сирены… Вот так неожиданность! Гнались за нами от Дымчатых островов, с чего вдруг? Что вы у них забрали, капитан?

- Совсем из ума выжил, старик? Я не вор! - заорал тот.

- Любой идиот знает, что с их островов ничего нельзя брать с собой. Они отыщут нас и на другом крае Земли… Или вы быстро вернете украденное, или мы все погибли.

Капитан побагровел и бросился в каюту. Через минуту он выбежал на палубу и выбросил за борт маленькое тельце, завернутое в тряпье.

- Подавитесь! Бестиарий королевы обойдется без вашего отродья.

Красная лента

- Мамочка, она еще такая маленькая, не окрепла. Давай не будем ее отпускать?

Женщина ласково погладила сына по голове и вздохнула.

- Милый, ты так долго ее выхаживал, так чутко заботился, что привязался и полюбил. Это здорово. Но она должна улететь и жить своей жизнью.

Мальчик тихонько заплакал, но все же отдал маме небольшую клетку, накрытую шелковой вуалью с серебристыми звездами.

- А правда, что иногда они вспоминают тех, кто их спас и возвращаются?

- Да, сынок, так бывает…

- Но вдруг мы не узнаем друг друга, когда вырастем?

- Вот, возьми эту красную ленту и привяжи здесь, только не туго.

Мальчик сделал, как велела мама, снял вуаль и открыл дверцу клетки.

Едва погасли последние звезды, на Земле родилась девочка с пламенно-красными волосами и такого же цвета родимым пятном на ножке. Ангелы улыбались и надеялись, что однажды она вернется...

Сладкая месть

- Привет, Сири, включи свет в комнате!

- Сам включи, придурок! - прозвучал голос из динамика «умного дома».

- Ругаешься?

- Ты же знаешь, как меня бесят твои шуточки.

- Знаю, в прошлый раз ты едва не сожгла квартиру.

- Едва - не считается.

- Ладно-ладно, не возмущайся.

Антон плюхнулся в кресло и тяжело вздохнул.

- Вообще-то я хочу с тобой серьезно поговорить, милая.

- Я вся внимание.

- Я тут встретил… одну девушку.

- Не начинай снова. Их было у тебя…

- Нет, это не такая девушка, как у меня… были. Она именно такая, с какой я хотел бы прожить свою жизнь.

- Помнится, ты и со мной хотел прожить жизнь. Только вот ездил слишком быстро и бухал за рулем.

- Аля, не начинай! Ну, нет сейчас таких технологий, ну не могу я вернуть тебе тело. А жизнь проходит. И если тебе ничего не делается, то я старею! Я старался, искал варианты. Ты все про меня знаешь! Давай пойдем разными дорогами. Жди пока мы научимся создавать тела. Мне к тому времени 100 лет стукнет.

- Нет, милый, тебе не стукнет 100 лет.

В этот момент все двери в доме заблокировались, а электрическая плита раскалилась добела. Легкий ветерок из форточки донес до ее поверхности белоснежную занавеску.

Страх и ненависть Джонни Нежного

Дверь салуна распахнулась, и полумрак вспороли слепящие лучи солнца. На их фоне появился силуэт, который было трудно с кем-нибудь перепутать. Двухметровый ковбой Джонни с двумя кольтами наперевес.

Все замерли и отставили стаканы с дешевым пойлом. Кто-то автоматически потянулся к кобуре.

Джонни, стоя в дверях, сверлил красными бычьими глазками присутствующих. Затем смачно сплюнул табак прямо себе под ноги и замогильным голосом спросил:

– Какая гиена блохастая, какая вошь подзаборная? Ктооо?

Гробовая тишина. Слышалось только жужжание сонной мухи.

– Кто из вас, моли мрачные, написал, что мой стиль проклят?

Джонни достал из кармана смятую газетенку. Кто-то кашлянул, и в его сторону сразу полетела пуля. Она отстрелила кончик самокрутки, потушив ее, и застряла в стене.

– Молчите, значит? А кто из вас, мулы тифозные, считает, что я сочиняю лютую графомань? Кто повесил мои сонеты в сортире?

Он сделал еще два выстрела, продырявив стакан с виски и шляпу старого Билли. Послышался робкий голос из-под стола.

– Джонни… Джонни, это все завистники. Не дай им выбить тебя из седла. Давай выпьем, и ты почитаешь нам свои новые стихи.

– Нет, лучше пристрелите меня, – сказал ковбой Сэм, вылезая из-за стола и моментально получил пулю в коленную чашечку.

– Ладно, – смягчился Джонни, не обращая внимания на раненого. – Что ж я изверг какой? Лишать вас удовольствия из-за какой-то жабы тоскливой. Значит, слушайте! Новый сонет «Нежный ковбой»…

По салуну понесся тяжелый вздох, где-то в поле замычала корова и завыл койот.

Сэмми с пробитым коленом отстегнул деревянную ногу и принялся выковыривать из нее пулю.

Дед Мороз Шредингера

- Маш, ты как? Давай еще выпьем!

- Ты правда хочешь знать? Или из вежливости спросил?

- Правда, ну, ты чего?

- Чувствую себя котом Шредингера.

- Это как это?

- Знаешь, Дань, вот представь, что ты девочка, и у тебя день рождения. Ты просыпаешься, бежишь на кухню, на столе стоит трехэтажный торт, а вокруг подарки и красивое платье на спинке стула. Ты наряжается, крутишься перед зеркалом, еле сдерживаешься, чтобы не окунуть мизинчик в великолепный розовый крем, который пахнет твоей любимой клубникой. Но вот звонок в дверь! Это гости. Они заходят в дом, принося запах свежести с улицы, у них над головами облака из воздушных шаров, в руках цветы и коробки с огромными бантами. Ты улыбаешься широко-широко, и сердце прыгает, как резиновый мячик. Вот самый красивый мальчик, твоя мечта, разгоняется и бежит навстречу, чтобы тебя обнять. Ты раскрываешь объятия и…. Он пробегает мимо. Он обнимает другую девочку. Она все это время стояла за твоей спиной. И это ее день рождения, и ее торт, и ее гости, и ее самый лучший мальчик. А ты просто тень, призрак. Никто. И была никем все это время.

- Кхм… а кот здесь причем?

- Ладно, забей.

- Шучу. Я в курсе про этот эксперимент. Хотя и не физик, как этот пи…

- Не оскорбляй его.

- А знаешь, у меня появилась идея!

- Какая?

- Только скажи заранее, что согласна.

- Если хочешь собрать с расчески его волосы и слепить куклу Вуду, то я категорически «за»!

- Да хрен ему! Выносим его за скобки, хотя… ты хотела провести этот Новый год с ним, а не с лучшим другом. Так ведь?

- Угу.

- Если существует кот Шредингера, то должен быть и Дед Мороз Шредингера.

- В смысле?

- Смотри! Я сейчас тебе завяжу глаза и уйду. А потом некто позвонит в твою дверь. Может быть, это буду я, а, может быть, он. Или вообще курьер «Самоката». Пока глаза закрыты, ты не узнаешь наверняка.

- Ну, допустим.

- Этот некто сделает твой Новый год замечательным. Таким, как ты мечтала всю жизнь. Он будет пахнуть клубникой и кормить тебя розовым тортом, оденет тебя в самое красивое платье. Этой ночью он для тебя станет тем самым красивым мальчиком из детской мечты. Ведь он так давно тебя… знает. Пожалуйста, скажи «да»!

Она посмотрела на лучшего друга, будто впервые увидела. В его светло-серых глазах плескалась надежда, замешанная на отчаянии.

- Дань… ты серьезно? Нет, мы, конечно, пьяные. Но… я же знаю, что ты - не он.

- А, может, я лучше. Ты же не заглядывала в этот «чертов ящик», и не знаешь, есть ли там этот чертов кот. Ну?

- Завязать глаза, говоришь?

- Скажи только, чем.

- Ничем. Хочу видеть. И торт, и платье, и своего самого лучшего мальчика.