Чёрный Человек

Глава 1

Утро выдалось пасмурным. Лиза проснулась с трудом, едва осилила крепкий чай и пару бутербродов, оделась и вышла из квартиры. Ключи сухо скребанули в замочной скважине, звук показался слишком резким и неприятным. Девушка зевнула и начала спускаться. В самом низу, на первом этаже, где обычно ставили велосипеды и коляски, она увидела кое-что необычное. Лиза остановилась, рассматривая большое, овальное зеркало в старинной, тяжёлой оправе. Его поверхность казалась тёмной, однако, стоило девушке подойти, как она увидела своё отражение, и вполне чёткое. Подъезд за спиной в этом отражении выглядел расплывчатым, но это Лизу не удивило. Ей всегда казалось, что она живёт в на редкость унылом месте. Быстро поправив причёску, девушка толкнула дверь подъезда и вышла под тяжёлое, свинцовое небо.

Сонливая погода донимала весь день. Запах кофе из аппарата настолько пропитал весь офис, что, казалось, его можно было собирать в стаканы и пить по второму разу. Помогало плохо, но хоть как-то успокаивало совесть. Едва досидев до конца рабочего дня, Лиза попрощалась с вяло собирающимися домой коллегами и ушла одной из первых.

Моросило, на улицах начали скапливаться лужи. Лиза заскочила в супермаркет за продуктами на вечер и поспешила домой, пока не начался дождь. Когда она открыла дверь подъезда, то заметила, что зеркало никуда не делось. За весь день его никто так и не забрал. Пожав плечами, Лиза посмотрела на своё отражение и поправила волосы.

С тех пор это превратилось в её особый ритуал. Она смотрелась в зеркало утром перед работой и вечером – после. Иногда по утрам она встречала в подъезде Петра, соседа, жившего на два этажа выше. Он был крупным мужчиной, завсегдатаем местного спортивного зала. Пётр выглядел опасным громилой, но на самом деле всегда готов был помочь и при встрече обычно здоровался первым. Утром он выводил на прогулку свою собаку Бусинку. Это было мелкое недоразумение из пород «кошки и то крупнее», тощее, на вечно трясущихся лапках. И эта Бусинка отчаянно, до хрипоты облаивало зеркало каждый раз, когда проходила мимо с хозяином. Лиза даже боялась, что псинку хватит удар, так бешено та кидалась на тёмную поверхность в тусклой раме.

После того унылого утра зарядили дожди. Небо спряталось за влажными, серыми тучами, солнце, казалось, ушло на заслуженный покой и больше не собиралось светить вообще. Уныние стало постоянным, как и сонливость. Порой Лиза подолгу замирала перед зеркалом, не столько прихорашиваясь, сколько пытаясь собрать разбегающиеся мысли. И тогда ей начинало казаться, что её отражение расплывается. Девушка списывала это на погоду, освещение и усталость.

А ещё через неделю беспрерывных дождей поведение Бусинки изменилось. В то утро Лиза опять замерла перед зеркалом, разглядывая своё отражение. Пётр спустился по лестнице, вяло поздоровался. Бусинка тем временем заскулила, присев на задние лапки, и попятилась назад.

– Ума не приложу, что с ней. Вчера даже описалась, – пожаловался Пётр.

– А чьё оно? – Лиза с любопытством посмотрела на Бусинку. Та отчаянно скулила и пятилась, натягивая поводок.

– Да не знаю я, – пожал массивными плечами Пётр. – Пойду я, а то вот она…

Он кивнул на Бусинку и подхватил её одной рукой, второй толкнув дверь подъезда.

Следующий день был выходным, Лиза позвонила старой подруге и пригласила в кафе. Ника ещё в университете увлекалась всякой эзотерикой и мистикой, а сейчас вообще делала расклады Таро, люди записывались к ней по знакомству за три месяца. Друзья считали, что она разбирается во всяком таком. Во всяком каком, обычно не уточняли.

Сначала поболтали о жизни, общих знакомых, прошлом. Вспомнили пару потерявшихся друзей. Потом Лиза спросила про зеркало – ненавязчиво, подведя разговор.

– Кто мог такое выбросить? Оно же должно быть дорогим, – пожала плечами Лиза, делая вид, что ей это совсем не интересно. – И стоит уже давно. Никто не забрал.

– И правильно. Вообще, зеркала – опасная шутка. Мощный инструмент в умелых руках. А в неумелых… Опасная вещь. Особенно старые, – веско произнесла Ника, поставив чашку с травяным чаем на столик. Выглядела она немного странно – длинный разноцветный шарф, вязаная шапка непонятной формы, зелёные пряди и множество амулетов и браслетов. Хотя Ника так выглядела всегда, и ей это очень шло. – А подъезд – тоже место особое. Это растянутый Порог, понимаешь?

– Кажется, нет, – Лиза нахмурилась и отпила свой латте.

– Порог, – так же веско произнесла Ника. – Не улица, не дом. Промежуток. Место, где человек беззащитен. Вот что я тебе скажу. Держись от этого зеркала подальше. Не трогай и – главное – не заглядывай в него.

– Хорошо, – рассеянно кивнула Лиза, допивая латте.

Во всю эту мистику она не верила, спросила просто потому, что как-то пришло в голову. Удивило её поведение Бусинки, вот и всё. Всерьёз принимать слова чудаковатой подруги она не собиралась. Поболтав ещё немного и распрощавшись, Лиза пошла домой. Когда она уже подняла руку, чтобы открыть дверь подъезда, дверь распахнулась сама. В неё едва не врезался Даня, мальчик с третьего этажа. Глаза ребёнка были выпучены, а рот приоткрыт.

– Что случилось? – спросила Лиза, останавливая мальчика, который едва не упал. Врезавшись в неё.

– Зеркало! Оно страшное! – выпалил Даня.

– И что в нём такого страшного? – Лиза улыбнулась. Уже второй раз за день ей говорили о том, что зеркало опасно. Но ведь она столько раз в него смотрелась – и ничего не происходило!

– Если долго в него смотреть, отражение расплывается! – выпалил Даня. Лиза кивнула. Почему-то от его слов ей стало неуютно. Она и сама это замечала не раз. – А потом появляется Чёрный Человек. Он очень страшный!

– Тебе показалось, Дань, – улыбнулась Лиза, ободряюще взъерошив мальчику волосы.

– Не показалось! – упрямо сжал кулаки Даня, вырвался из её рук и убежал.

Лиза пожала печами и открыла дверь подъезда. Зеркало стояло, где и всегда, и отражало только её. Хмыкнув, девушка поднялась к себе.

К концу следующей недели дожди отступили, горожане уже начали робко надеяться, что в выходные совсем распогодится. Первый выходной Лиза решила посвятить уборке и готовке. На приведение квартиры в порядок она потратила большую часть дня. До готовки – большой, на полнедели точно – руки дошли только к вечеру. Закончила она, когда за окном небо стало огненно-рыжим. Лиза посмотрела в мусорное ведро – заполненное до краёв – и поняла, что до утра его лучше не оставлять. Вздохнув и наскоро одевшись, она вышла на улицу.

Закат оказался на редкость красивым, так что дорога до мусорки и обратно заняла много времени. Лиза не спешила, любуясь яркими красками садящегося солнца. К подъезду она подошла, когда двор уже начал погружаться в темноту, а закат почти догорел. Лиза открыла дверь, её взгляд упал на зеркало. Она остановилась, повинуясь скорее привычке, чем необходимости. Последние отблески заката бросили золотые искры на тёмную поверхность. Лиза уже собиралась отвернуться и пойти к себе, когда заметила, что её отражение расплылось. Вместо него в зеркальной поверхности появилась незнакомая чёрная фигура. Фигура явно была мужской. Лиза почувствовала, как по спине стекает струйка холодного пота. Она хотела было обернуться, но не смогла.

На чёрном, точно вырезанном из самой тьмы лице приближающейся с каждым шагом фигуры выделялись глаза – они были ещё чернее, хотя, казалось, это вообще было не возможным. Лиза попыталась пошевелиться, открыть рот и закричать, но ужас сковал её, она не могла даже моргнуть. Её тело застыло, точно облитое льдом. Мысли едва ворочались, волосы на затылке поднялись. Она не могла кричать, не могла отвести взгляд. И с каждым неровным, заполошным ударом её готового разорваться от ужаса сердца Чёрный Человек подходил всё ближе. В его глазницах шевелилась тьма, такая абсолютная, такая древняя, что осмыслить и принять её было просто невозможно. Чего-то такого не могло, не должно было существовать. Лиза почувствовала, что эта тьма затягивает её. Разум сопротивлялся, отказываясь признавать сам факт того, что она видела. Но противиться долго чему-то столь абсолютному она просто не могла. Лиза смотрела на Чёрного Человека, подошедшего вплотную к поверхности зеркала. Она вглядывалась в тьму его глаз, и эта тьма стирала её из реальности, поглощала, растворяла в себе. Чёрный Человек протянул руку и коснулся поверхности зеркала, и оно треснуло.

07.09.2026, поезд № 86 (Москва-Пермь), купе 1.