Черноозеро

Глава 1 Странности

Ощущая себя цирковым силачом и одновременно воздушным акробатом, я, едва удерживая две трёхлитровые банки в руках, шипя от напряжения и ругаясь сквозь зубы, вылезла из погреба, не очень-то ловко балансируя на старенькой скрипучей лестнице с пятью перекладинами, помнившей юной ещё мою бабушку. Пыхтя, как паровоз, поставила банки на пол, поспешно вылезла из погреба и закрыла тяжеленую крышку, вцепившись в верёвочную ручку. С трудом переведя дыхание, по одной перенесла банки на стол, плюхнулась на табуретку, мутным взором оглядывая добычу — консервированные помидоры и компот с клубникой внутри.

Руки дрожали, ко лбу прилипли волосы, м-да, мне бы доставать банки по одной, но лень было дважды подниматься и спускаться с лестницы. Да и лезть в погреб стоило перед тем, как полдня намывала дом сверху донизу в приступе маниакального припадка проведения внеплановой генеральной уборки, а не после. Боже мой, и это первый день долгожданного отпуска! А я уставшая, грязная и вымотанная. И всё потому, что у Ника отпуск начинался с опозданием в два дня, и я решила немного заняться домом, м-да! Молодец, Настя! План перевыполнила.

Я вздохнула, повела зябко плечами и покосилась на закрытую крышку погреба. Мои мысли сами собой перескочили на другую тему. Там внизу, в сумерках, мне постоянно казалось, что рядом кто-то стоял. Дурное ощущение, но оно ввинчивалось в позвоночник холодом, а в душе поднималась необъяснимая паника. Лампочка в погребе перегорела, и я, чтобы отыскать нужные банки, подсвечивала фонариком на смартфоне, после сунула его в карман и поднималась в рассеянном свете, льющимся из кухонного окна.

— Расклеилась совсем, соберись, погреба испугалась, надо же, — недовольно буркнула я, глубоко вздохнула и продолжила: — Главное, притащила вкусняшки к ужину. Осталось доползти до плиты, нажарить картошки и терпеливо ждать своего голодного парня с работы, — смиренно протянула, со вздохом ухмыльнулась и закончила с нотками ехидства: — Хорошо, что завтра готовить его очередь.

Хотела было вытереть взмокший от стараний лоб, но вовремя заметила грязь и паутину, прилипшие к рукаву домашнего свитера. На паутине восседал её хозяин, восьминогий, волосатый и огромный, ей-богу размером со спичечный коробок. Пауков я перестала бояться лет в десять, осознав, что глупо визжать от страха при виде насекомого в сотни раз меньше меня. Поэтому я встала, нетвёрдым шагом подошла к окну, от усталости до сих пор пошатывало, а тело слушалось плохо. Повозившись со стареньким шпингалетом, распахнула створку окна и стряхнула паука на улицу в пожелтевшую траву, пусть обживает новое место жительства.

С наслаждением вдохнула свежий осенний воздух, не сдержавшись, широко зевнула, потянулась и тут же, морщась, скорчилась, потирая поясницу. С обеда небо затянуло тучами, предвещающими ночью дождь, а меня скоро начнёт неудержимо клонить в сон, как обычно, в такую погоду и после тяжёлой физической нагрузки. Только в этот момент я спохватилась, вспомнив, что вчера поставила на подоконник вазочку с мелкими белыми хризантемами. Открывая створку, я должна была смахнуть несчастную вазу на пол, но стука и звона не было, интересно, почему… Закрыла окно и осмотрела подоконник, керамическая ваза в виде белой сумки с ручками, лежала у самой стенки, цветы рассыпались по подоконнику.

Моргнула, потёрла глаза. Да быть такого не может! Взяла вазу в руки, хризантемы я ставила по центру, в этом я уверена. Самолично рвала их на огороде после ухода Ника у забора, и с тех пор к окну не подходила. Кот с утра дрых в спальне, за закрытой дверью. Это я его там заперла, чтобы под ногами не мешался, не лез в ведро с мыльной водой, не нападал на веник и швабру и не навернулся в погреб.

Я хмуро собрала цветы, сунула их в вазу, поставила обратно на подоконник, но прежде, вытерла лужицу воды. Последние несколько дней в доме начали происходить странные и необъяснимые вещи. Мелкие и на первый взгляд незначительные, но чем больше их становилось, тем сильнее я начинала нервничать. Нику о них ничего не говорила, ещё подумает, что у меня воображение шалит.

Сначала книга с моей тумбочки переместилась на стиральную машинку в ванной. Я обшарила весь дом, а обнаружив пропажу, посетовала на собственную безалаберность и вернула на место. На следующий день фотография Ника в красивой деревянной рамке оказалась в нижнем ящике комода, среди пижам и ночных сорочек. Вчера утром обнаружила, что дверцы вещевого шкафа в прихожей распахнуты и часть зимних курток валяются на полу, и ещё несколько похожих происшествий… Я же говорю, незначительных, но они выбивались из привычного и обыденного течения наших будней. Глупость — фото, вещи, но я их точно ставила на места, а не рассовывала, куда и как придётся. Шкаф не открывала и вещи не сбрасывала. И кота в подобном обвинить невозможно, у него, как известно лапки! Остаётся предположить, что в доме завелся домовой и таким образом решил обозначить своё присутствие? Неплохой вариант, помог бы по хозяйству.

Я усмехнулась. Ха, вот уж размечталась! Нет, пора поговорить с Ником, может, действительно он чудит по рассеянности… И самолично едва не смахнула вазу с подоконника, но умудрилась подхватить в полёте и, закрыв окно, аккуратно поставила на место.

Стукнула калитка, я вынырнула из своих мыслей. Ник вернулся, очень вовремя. В спальне завопил кот, напоминая нерадивой хозяйке о голодном узнике.

— Настя, ты только посмотри, что я обнаружил! — заорал Ник, едва войдя в дом.

Входная дверь осталась, открыта нараспашку, внутрь ветром замело несколько пожелтевших листьев яблони. Ник, прыгая на одной ноге, пытался стянуть ботинок. Я со вздохом прошла в прихожую, ладонью упёрлась рукой в плечо парня, ногой толкнула дверь, она с мягким хлопком закрылась. Шумно выдохнув, Ник, наконец, стянул упрямый ботинок. Сунул мне в руки тонкую измятую картонную папку, как раз мешавшую ему нормально разуться, и быстренько стащил ветровку и лёгкий шарф. Тёмные волосы стояли дыбом, щеки раскраснелись, а глазищи сияли, как у нашего рыжего кота при виде полной миски его любимого корма или приоткрытой форточки. Я даже немного удивилась, с чего это парня так распирает? Несомненно, работа в пыльном архиве — дело нужное, но никак не способствующее возвышенному времяпровождению, скорее уж крепкому здоровому сну в уголке за рабочим столом. Народ в его подземелье заходил чрезвычайно редко, а разбор завалов закончил ещё несколько дней назад. Я просто понять не могла, что нового он умудрился там раскопать. С интересом покрутила в руке папочку, ведь, скорее всего, ответ лежал внутри.

— И что здесь? — хмыкнула я, заглядывая в папку и разглядывая чёрно-белый снимок, лежавший поверх желтоватых листов бумаги. Дорога, бревенчатые тёмные дома, сумрачный лес. Жутковато, от фото веяло заброшенностью безлюдного места. Фотография обгорела с одного краю и была покрыта сетью мелких заломов и трещин. — Пояснишь? — я указала на фотографию.

— Непременно! — заверил Ник, хитро подмигнул, сцапал папку и шустро потопал на кухню.

Я задумчиво шла следом за ним, предчувствуя, что судьба нас втягивает в очередную волнительную и, конечно же, жуткую историю. Наше приключение в усадьбе парня здорово встряхнуло. Он переехал ко мне и вплотную самолично занялся ремонтом дома, доставшегося ему в наследство от деда. По первой дело шло туго и травмоопасно, а я разорилась на бинтах и перекиси водорода, но постепенно руки у некоторых начали расти из правильного места, и работа сдвинулась с мёртвой точки. Он уже доделал полы и крыльцо дома. Прогресс!

— Эй, Ник, стой! Да, что там за деревня такая? — выдохнула я.

Ник развернулся и целомудренно чмокнул меня в нос.

— Как ты провела первый день отпуска? — спросил Ник, приобнял меня за талию и повёл на кухню.

— Каюсь, день у меня вышел чересчур плодотворный, настолько, что я не успела пожарить картошки, очень уж увлеклась уборкой. И пожалуйста, не уходи от темы разговора! — не сдавалась я, прекрасно знала, как ловко Ник умеет лукавить и подогревать интерес на ровном месте.

— Ты добралась до чердака? Судя по пыли в волосах и паутине, — ухмыльнулся Ник, уходя от ответа, как я и ожидала. Бросил папку на кухонный стол, узрел банки и понятливо кивнул. — А, не до чердака, а до погреба. Насть, я бы сам за банками слазил, зачем спешила! Тем более там со светом беда! — он умолк и прислушался. — Где кот орёт?

— Говорю же, забылась в пылу уборки и очнулась уже в погребе, ну и подумала, не вылезать же с пустыми руками. Заняла их банками. Кот орёт в спальне, ох, Ник, выпусти арестанта на волю, — попросила я, проникновенно.

Ник, хмыкнул, изменил направление движения, вышел в коридор и распахнул дверь спальни. Кот опрометью кинулся к миске с сухим кормом и принялся жадно лопать. Как будто неделю там просидел, а на несколько часов, большую часть из которых, дрых на кровати. Прохиндей ушастый!

— Я решил слинять пораньше и на завтра взял отгул, который плавно превратится в отпуск. Пока ты, сидя дома одна, не начала переклеивать обои и перекрашивать двери и батареи, так и знал, что без дела не усидишь. Нет бы, спокойно книжку почитать в саду, за столом. — Попенял Ник. – Бабье лето на дворе! Второе, по-моему, или третье в этом году, со счёту сбился.

— Ой, Ник, не нуди. Я хотела, честно! — заверила я. — Даже стопку книг приготовила, но до сада не дошла.

— До погреба, зато дошла! — хохотнул Ник. — Что же, Настён, ремонт оставляем до лучших времён! У нас есть чем заняться в отпуске! — просиял Ник, косясь со значением на папку.

Далась же она ему! Огонёк интереса во мне потух, так особо и не разогревшись, от усталости, сменившись глухим раздражением. Сейчас лично меня с каждой секундой всё больше занимали закрытые крышками банки и до сих пор непожаренная картошка. В животе противно ныло от голода, ведь я не удосужилась с самого утра время даже чайку попить.

— Иди в ванну, я, в отличие от тебя, бодр и полон сил! О содержимом папки поговорим после ужина, — наконец заметил Ник голодный блеск в моих глазах, поднялся со стула и, развернув меня кругом, дошёл до коридора и легонько подтолкнул в направлении ванной комнаты.

Жадно ловя витающие в воздухе ароматы жарящейся картошки, я в рекордные сроки приняла душ и, натянув чистую пижаму, опрометью помчалась на кухню. Ник как раз заканчивал с готовкой. Я заплела волосы в косу, упала на стул и одним пальцем подтянула к себе папку.

— Так что за деревня, рассказывай! — воскликнула я.

— Ага, любопытство проснулось! Заброшенная и окутанная легендами и жуткими историями, — загробным голосом прошипел он.

— Опять? — округлила я глаза. — Усадьбы тебе было мало?

— Поработай над интонацией, — заявил с укоризной Ник, раскладывая картошку по тарелкам. — В твоём голосе доля возмущения слишком мала, а вот интерес зашкаливает. Как по мне, так то приключение вышло на славу, я не прочь повторить. С тех пор три с половиной месяца уже прошло!

— Ага, помню! — Я смиренно вздохнула, возразить было нечего ни по одному пункту. Открыв папку, я вновь взглянула на снимок.

— Кстати, усадьбу собираются отреставрировать и по весне с почётом вручить в пользование местному краеведческому музею, — сказал Ник.

— И правильно, призраков там всё равно уже нет, а их место займут экспонаты по стенам и бабульки с вязанием. Надеюсь, в этой, новой истории больше фактов, чем глупых слухов. Деревня далеко, в глуши, и нарыть информацию, покопавшись в архиве, не выйдет, если он в той местности вообще существует. В любом случае, доступа к документам нет и вряд ли, они возникнут сами по себе, из небытия, — с сожаления вздохнула я.

— И не надейся, здесь в наличии одни лишь слухи и вымыслы, никакого архива, как ты правильно заметила, нет, и не было в помине. В той местности в наличии только: лес, болото, озеро, заброшенная деревня. Реальный факт один: существовала до семидесятых годов прошлого столетия эта деревня, под названием Черноозеро, и в один…

Ник умолк на середине фразы, сел напротив, хищно облизнулся, открыл банку с помидорами и принялся вылавливать их большой ложкой, перекладывая в миску. Я схватила его самый первый улов — жёлтую сливку и дольку чеснока. Едва не застонала от удовольствия, отправив в рот первую вилку картошки и куснув помидор. Вкуснятина, ух!

—…ужасный день или ночь, не менее ужасную, все её жители исчезли в неизвестном направлении, — закончила я, скорчила постную мину. — Банально! Как ты сказал, что там за название у деревни?

— Черноозеро, — отрапортовал Ник и пожал плечами. — Оригинальных страшилок вообще мало. Так что не привередничай.

— И по какой же причине жители исчезли из деревни? Что там любители страшилок насочиняли, — прожевав следующий помидор, уточнила я.

— Нечисть утянула на тот свет! Как тебе такая версия? — жизнерадостно проинформировал Ник, не забывая бодро работать вилкой.

— Не оригинальна! А почему утянули? Что они натворили такого лютого, вон даже нечисть до крайности довели? — я вопросительно подняла брови.

— В этом и загадка! Непонятно в чём была причина. Не досочинили местные, упущение, конечно… — Ник отложил вилку и вытянул из папки вырезку из газеты с неровно оборванными краями. Да уж, источники информации своим внешним видом прекрасно вписывались в историю с призраками. — И какая именно нечисть разбушевалась, тоже нигде не указано.

— И ты хочешь туда отправиться и расспросить эту самую нечисть? — съязвила я.

— Насть, меня другое взволновало, — посерьёзнел Ник. — В тех краях есть ещё две деревни, и многие жители с тех самых пор стабильно строчат жалобы местным властям, чтобы чёртово место сравняли с землёй. И причины пишут одна другой занимательнее. Можно сборник страшилок напечатать по этим письмам, легко! Если оставить в покое фольклор в виде многочисленных леших и водяных и прочей мифической нечисти, то в основном пишут о густом непроглядном тумане, за считанные секунды затягивающем проклятую местность, колокольном погребальном звоне, что разносится над поверхностью озера, видимо чёрного уж очень. И шныряющих по деревне призраках исчезнувших жителей, они, якобы, утаскивают путников, забредших в те места, на тот свет. Приплюсуй в копилку: мертвенные огни и заунывный, жуткий вой. Понимаю, в чём-то это преувеличение, но и совсем уж на пустом месте такие истории возникнуть не могли?

— Не поспоришь! Но ошибочка вышла, в пункте повествующим о призраках, учитывая, что жители просто исчезли, каким бы образом они умудрились призраками вернуться. И, кстати, много их там шныряет? — деловито уточнила я.

— Этого не пишут, не считали, видимо, — пригорюнился Ник.

— Зря! Стоило бы. А тебе, по-видимому, не дают покоя лавры писателя? — фыркнула я, намекая на обещание Ника настрочить историю местной усадьбы, а также о её призраках, так и не воплотившееся в жизнь, но, впрочем, может, и написал втихаря от меня, он любитель сюрпризов.

— Вот ещё, — отмахнулся парень. — Покой дают, я всё записал и даже в стол положил, на будущее. Как раз хотел отдать тебе в отпуске почитать, оценить моё творчество!

— Ага, так и знала! — возопила я, проглотив помидор. — Партизан, написал и молчит! Почитаю, конечно, с удовольствием, на то нам и дан отпуск, хотя у тебя на этот счёт иное мнение, уже рвёшься нарыть материала для продолжения, — шутливо протянула и ткнула вилкой в направлении папки. — Так где ты её нашёл, скажи на милость?

— В архиве! — многозначительно ответил он, но как-то неуверенно, поковыряв картошку в тарелке. — На верхней полке стеллажа возле входа. И это непонятно, ведь я точно знаю, что ещё вчера её там не было и в помине.

— Занятно! Ты в этом уверен? — удивлённо уточнила я.

— Угу, — кивнул Ник. — Я утром менял лампочку в патроне, и именно на ту полку сначала положил новую лампочку, а потом перегоревшую, и поверь, кроме слоя пыли, ничего там не было. Кто же её туда заботливо подложил, я знать не знаю и не ведаю. Но честно признаюсь, дважды бросал архив на произвол судьбы, не заперев дверь. Ключ реечный, древний, заедает вечно. Около одиннадцати я сбегал в пекарню за булкой и кофе, отсутствовал больше получаса, очередь была удручающе длинная и двигалась медленно. И ещё без четверти четыре вышел минут на десять-пятнадцать, мусор выбросил и воздухом свежим и непыльным подышал.

— Значит, и у тебя в архиве начались загадочные явления? Папки невесть откуда берутся? Надо же! Везде и всюду нечисть шалит? — покачала я головой и неосознанно покосилась на тёмный коридор.

— В каком смысле? У нас дома что-то похожее происходит? Папки подкидывают? — удивился Ник заметив мой взгляд.

— Нет! Всё гораздо прозаичнее, но я хотела с тобой поговорить, — и подробно рассказала о нескольких мелких странностях, которые первыми пришли на ум.

Глава 2 Незваные гости

Ник почесал кончик носа, кривовато ухмыльнулся, встал, поставил пустую тарелку в раковину. Развернулся и задумчиво постучал пальцами по кастрюле, прислонившись боком к краю плиты.

— Насть, я отнекиваться не буду, признаюсь, что, задумавшись, я иногда начинаю откалывать ещё те номера. Однажды пришёл домой, в голове крутились мысли всякие, а, очнувшись от дум, увидел, что пытаюсь запихнуть куртку в холодильник. Так что мог, конечно, и с книгой в ванную утопать, и фото спрятать, но я этого совсем не помню.

— Вот и я не помню! Не отрицаю, рассеянность всем нам знакома! На первый взгляд, незначительные происшествия, но я все же решила с тобой поговорить, может, вместе до чего-нибудь путного додумаемся. С цветами ты, кстати, вне подозрений, я их поставила сразу после твоего ухода, — и снова взглянула на вазу.

— Угу, но куртки в прихожей я точно не валял, вообще в шкаф не заглядывал, до зимы еще далековато. Осенняя ветровка на вешалке, у двери висит, — он вдруг хитро улыбнулся. — Или у нас завелся домовой!

— И я не заглядывала, других дел по дому навалом. Так что, домовой, — фыркнула я, покивав, — вполне себе версия. Себя я, кстати, из подозреваемых не исключаю.

— Трое основных подозреваемых, я, ты и домовой! Занимательный список! Рыжую морду, Остапа нашего с хвостом, как ни странно, в список внести не получится, рамки и книги не его срезя. Хотя просочиться в шкаф и повялять куртки кот очень даже мог, — Ник хохотнул и растрепал волосы, запустив в них пятерню. — Предлагаю, не снимать с него подозрений полностью. Что же, лестно, в такой необычной компании я ещё никогда не оказывался! Домовой, а может, он же, пробрался в архив и подкинул папку, прыткий какой!

— Напару с котом, — поддакнула я шутя.

— Или у меня на рабочем месте архивный завёлся, — продолжил Ник, скорчив серьёзную мину, но в уголках его губ притаилась улыбка. — И он собирал информацию о деревне? Необычное посмертное занятие, не находишь?

— Ник, тебя куда понесло? — я помахала на него вилкой, не выдержала и засмеялась. — Притормози писательскую фантазию!

— Ладно, уговорила, но на время! Кстати, мой дед постоянно ставил угощение для домового на кухонный шкаф: стопку и кусок чёрного хлеба. Суров у нас в доме был хозяин. Насть, а в твоем доме существовала когда-нибудь похожая традиция, я как-то не интересовался.

— Моя бабушка наливала в блюдце молока и клала рядом пару конфет, — сказала я, улыбаясь нахлынувшим из закромов памяти воспоминаниям.

— А ты эту традицию не продолжаешь? — уточнил Ник.

Я отрицательно помотала головой. Ник подошёл ближе и ткнулся лбом в мой лоб, глядя прямо в глаза. Моё сердце не ожидало такого подвоха и, чувствительно шибанувшись о рёбра, зачастило пунктиром телеграфа. Его сердце вторило в унисон моему, а мы стояли и глупо улыбались.

— Предлагаю душевно отдохнуть и выполнить план по задабриванию домовых, уставших девушек, голодных парней незамедлительно и с добавкой. Как считаешь?

— Ничего крепче молока у нас нет! — засмеялась я и полезла в верхний шкаф за луком.

— Раз ваш домовой привык к молоку и конфетам, не будем столь кардинально менять его рацион, — подмигнул мне Ник, жестом фокусника извлекая из холодильника пакет с молоком и поставил его на стол у плиты.

Полился свет из холодильника, возле стола в дальнем углу соткался тёмный плотный подвижный силуэт, свет тут же погас, после того как Ник захлопнул дверь. Я крепко прижала к себе, короб с репчатым луком, моргнула, чувствуя, как из потаенных глубин души поднимается суеверный страх, растекаясь липкими щупальцами по коже, проникая в самое сердце. В памяти внезапно всплыли события двухнедельной давности: нажатие на кнопку брелока от машины, вспышка...

Охнув, я едва не впечаталась головой в распахнутую дверцу шкафчика. Ник обернулся, заметил, что со мной нечто нехорошее творится, и нахмурился.

— Ты чего? Насть! Куда смотришь? — спросил он. — Мыши, пауки, домовой?

Проследив за моим взглядом, Ник уставился в угол, но, видимо, не заметил ничего странного. А на меня снизошло внезапное и несколько запоздалое озарение, схожее с ведром ледяной воды на голову: усадьба, моя машина, припаркованная напротив ворот, ослепляющий свет фар, пронзающих сгущающуюся ночную тьму, вытянутая пугающая тень…

— Ой, как же я сразу-то не поняла! Мамочки! Н-ник, в усадьбе было пять призраков, и, по их словам, они выйти за пределы усадьбы не могли, ведь так? — выдавила я, язык слушался плохо, мысли играли в чехарду.

— Да, они сами это сказали, но не пойму, к чему ты ведешь? — договорил он и умолк, но постепенно на его лице недоумение сменилось пониманием. Ник вспомнил мой рассказ и фотографии.

— Я видела ещё один силуэт возле машины! За воротами! — наконец промямлила я, делая шаг назад и ткнула пальцем в угол. — Как же я могла не сообразить! И, по-моему, если я скоропостижно не чокнулась, сейчас эта тень стоит в углу кухни.

Ник склонил голову к плечу и прищурился, вновь рассматривая темноту в углу за холодильником. Тень дёрнулась, обозначив туманные очертания, более густые, нежели привычные вечерние сумерки, и скользнула по пустой стене, кухонным шкафчикам, двери и скрылась в коридоре. Мы испуганно шарахнулись в сторону плиты, проследив за передвижением тени и ошарашенно переглянулись. Кот, сидевший у порога, что показательно, и ухом не повёл.

— Так, то есть мы притащили из усадьбы потустороннего гостя — три месяца назад, — констатировал Ник, с печальным вздохом. — И сами этого не заметили. Ого, ай да мы! Это уже не просто рассеянность, Насть! И, что самое интересное, понятия не имеем кто он. Из усадьбы призраки исчезли, ровно пятеро, а других жутких историй связанных с усадьбой или прилегающей территорией, я не знаю.

— Угу, я тоже, — кивнула я, не сводя взгляда с провала дверного проема, но страх понемногу схлынул, оставив после себя отупение, слабость и дрожащие колени. — Зато понятно, что чудит вовсе не домовой, а призрак! Задачка решена, блестяще. Но появилась другая проблема, что с ним теперь делать?

— Успокоиться, и не бояться, он безвредный, ну, почудил немного, с кем не бывает! — ободряюще улыбнулся Ник, возвращаясь к чистке картошки.

— М-да, в этом ты прав, поздновато бояться. Столько времени с ним рядом живем и не заметили. Молодцы, что тут скажешь. Кстати, кот на него вообще не реагирует!

— Кот у нас очень храбрый или слишком равнодушный. А, скорее всего, Остап решил, что так и надо. В конце концов, он поселился у нас позже призрака и воспринимает его частью новой жизни. Спокойной, сытой и сухой, а призрак ему в кресле спать не мешает и еду не ворует, что ещё надо?

— Для кота, ничего, это верно. Печенье с молоком ставить точно не вариант, это не домовой, а призракам угощение ни к чему! Налью молока коту, — я тяжко вздохнула. — Надо нам с призраком общение наладить. Понять бы, как именно?

Ник отобрал у меня короб с луком, вручил упаковку молока, и снял с полки в шкафу старенькое блюдце украшенное цветочками по оконтовке, отданное в пользование домашнему рыжему ушастому жильцу. Кот, узрев пакет с молоком, примчался голопом и начал, громко мяукая, крутиться возле моих ног.

Этот обормот проник в мой дом через окно во время грозы. Мелкий, грязный, мокрый и громко орущий от голода, он вот уже целых пару месяцев считаелся нашим домашним котом. Так как на расклеенные по городу объявления, о находке рыжего негодника никто не откликнулся, пришлось смириться, купить лоток, дралку и гору игрушек. Нарекли его Остапом Никодимычем, а он прижился и обустроился здесь быстро и легко, оттяпав любимое кресло Ника, полку на верхотуре в шкафу и половину компьютерного стола.

— Обязательно попытаемся, надеюсь, получится! Есть парочка идей: стуки «да, нет», спиритическая доска, её можно на принтере распечатать и наклеить на картонку, блюдце у кота отберём, естественно, после того, как он долакает молоко. Или вызовем медиума по объявлению! — он, шмыгнув носом, высыпал с доски резанный картофель и лук на сковородку и начал активно помешивать лопаткой. — Шучу и не грози мне кулаком, я в отражении чайника тебя вижу! Но сначала поедим, нам в такой нервной обстановке вторая порция жизненно необходима, тогда и голова заработает как надо. Пока что кроме глупостей ничего в неё не лезет.

— И зачем он чудил? Какие-то тонкие намеки? Как считаешь, стоит попытаться их разгадать? — спросила я со вздохом.

Налила молока и поставила блюдце на пол, едва не водрузив его на макушку кота, который постоянно мне мешался. Но я уже привыкла к его вывертам и умудрилась установить блюдце на пол, после чего с умилением наблюдала, как кот с жадностью лакает.

— Или он общается детскими шарадами? Какое название у книги, помнишь? — предположил Ник и помахал лопаткой.

— Да, Тайна третьей планеты, Кира Булычева, — с готовностью ответила я.

— Час от часу не легче, полеты на космическом корабле и пираты! Причем здесь призрак и территория усадьбы... — начал было Ник, но его прервал стук в дверь. — Я открою! — вздохнул он, передал лопатку мне, снял фартук, бросив его на стул и вышел в коридор.

Я, гадая, кого это принесло в гости, с любопытством выглянула из кухни. Ник распахнул дверь. За ней обнаружился смутно знакомый парень. Худой, в очках, облаченный в брюки с наглаженными стрелками, белую рубашку и великоватый ему на пару размеров пиджак. Он неловко переминался с ноги на ногу, кусая губу.

— Вечер добрый! — поздоровался вежливо Ник. — Что вы хотели…

— Добрый вечер, я оставил в архиве папку, то есть хотел вам показать, но забыл, а в ней информация... — тараторил с несчастным видом парень, и на щеках его появились красные пятна.

— Я папку нашёл! Признаться, интригующее начало, — протянул Ник, но тут же посторонился, пропуская гостя в дом. Парень с облегчением выдохнул, смущённо просочился в прихожую переступив порог, запнулся о коврик, и закрыл входную дверь. Стянул с ног начищенные, но довольно растоптанные ботинки, оставшись в тонких черно-синих полосатых носках. Ник деликатно ногой подпихнул в его сторону тапки. — Проходи на кухню, папка там лежит, и подробно обо всем нам расскажешь, — Ник, лучась доброжелательностью, указал гостю направление.

Оказалось, за спиной гостя застыла на деревянной поверхности тень, но тут же метнулась к вешалке, и исчезла из виду. Я, с каменной физиономией, виду не подавая, что заметила призрака, подождала, пока Ник и гость покинут прихожую. Грозно взглянула в угол, вошла на кухню, поставила на плиту чайник, зажгла огонь. Парень мне показался знакомым, но я никак не могла понять, откуда.

— Присаживайся! — сказал Ник. — Мы как раз собирались продолжить ужин, так что присоединяйся.

Парень заметил лежащую на столе папку. Кивнул и, кашлянув, представился и затараторил, от волнения, без пауз, на одном дыхании:

— Виктор Дементьев, вы меня скорее-всего не помните. Но мы мимолетно виделись в кабинете у Клары Ивановны несколько месяцев назад. Она и подсказала мне к вам обратиться за помощью, после того, как я от отчаяния попросила у неё совета. Я сразу побежал вниз, в подвал. Дверь была открыта, но, вас Николай, в архиве не нашел, — он бросил взгляд на Ника. — Я папку на стеллаж положил, наверх, больше было некуда, и хотел позже еще раз зайти, но у меня совещание было на втором этаже, с ней идти не мог. Совещание закончилось позже, чем я рассчитывал. Все ушли по домам. Я совсем растерялся, думал папка в архиве осталась, за закрытой дверью. Пришлось сунуть нос в записи отдела кадров, хоть это и запрещено, — он устало вздохнул, вытащил из кармана брюк платок, обычный тканевый, клетчатый и промокнул лоб. — Вот и отправился по адресу, без папки, на удачу…

— Виктор, вы успокойтесь. Объясните, что у вас такого случилось, раз вы так отчаянно стремились встретиться со мной, то есть с нами, — спросил Ник. — То, что связана ваша история с заброшенной деревней, догадаться не трудно.

— Д—да. Понимаете ли, моя сестра Нина и два её одноклассника Роман Шахов и Олег Демешов, решили снимать видео о местах с призраками и отправились в эту деревню.

— Давно? — серьёзно спросил Ник.

— Чуть меньше недели назад, если быть точнее, прошло пять дней. По приезде в эту глушь она мне прислала сообщение, связи нормальной там нет и в помине. И на этом всё, после они пропали, больше от них нет никаких известий.

— Раньше нечто подобное бывало? Эта поездка ведь не первая? — догадалась я

— Вы правы, они с начала года постоянно колесят по аномальным местам, как говорила моя сестра. Из тех поездок она мне звонила ежедневно, взахлёб делилась впечатлениями. Засыпала фото и видеосъёмками, то есть они в подобных путешествиях не новички. Я же не просто так встревожился. Эту папку я обнаружил в столе сестры, она с друзьями, заходя готовились к поездке, собирали информацию о том поселении. Ну, то есть небылицы и завиральные байки. Видео в сети тоже не появилось, и это настораживает, с чего такая задержка и молчание? Доехать на машине до места, где будет сеть дело несложное. Я не понимаю, как мне быть… нужно выяснить, что с ними случилось, возможно они просто остались без связи. Вот только бросить всё и уехать не хотят, а может, не могут. О худшем варианте я и помыслить боюсь, ведь места там дикие.

Мы с Ником слушали его, не перебивая. Я заварила крепкий чай и, сдобрив его четырьмя кусочками коричневого сахара, сунула кружку в руки Виктора. Он наконец умолк, обхватил кружку ладонями и сделал большой глоток. На сковороде уютно шкварчала картошка. Я, разлив чай еще в две кружки, села напротив парня за стол.

— А Клара Ивановна сказала, что вы тоже сталкивались с мистической историей и способны помочь в сложной ситуации, — он с надеждой переводил взгляд с меня на Ника и обратно. — В отличии от моей сестры, я человек нерешительный, а в этой ситуации совсем растерялся.

— Да, было дело, — не стал вдаваться в подробности Ник. — Мы и сами уже заинтересовались содержимым папки, любопытно взглянуть на эту деревню, — признался он. Он с шутовской серьезностью взглянул на меня. Я сдержанно кивнула. Ник закончил: — Хорошо, постараемся найти потеряшек. В том случае, если они действительно просто увлеклись, если их не будет на месте, мы сообщим тебе. И после этого стоит обратиться в соответствующие органы.

Виктор поправил очки, покраснел и, заикаясь, промямлил:

— Я бы хотел с вами поехать, если это возможно, мало ли что. Завтра напишу заявление на бессрочный отпуск, сегодня начальник рано уехал, — зачастил Виктор.

— Разбирайтесь с заявлениями, а мы рано утром отправимся к озеру. Мало или немало что, это на месте видно будет. В машине мы всё заднее сиденье вещами забьём под завязку. Некуда тебя будет усадить, но можешь отправиться своим ходом, как сможешь, на машине, поезде или автобусе.

— Да, хорошо, — выдавил Виктор допил чай, поставил кружку на стол, поправил очки сползшие на кончик носа.

— Мы доедем, осмотрим заброшенную деревню, а дальше — по обстоятельствам. Путь, по времени займёт часа три-четыре, в зависимости от проходимости дороги ведущей к Черноозеру. Не исключено, что мы найдём твою сестру и ее друзей сразу по приезду, без связи, и просто сопроводим до цивилизации. Или, напротив, не обнаружим никого, в таком случае попробуем найти хотябы какие-то следы, постепенно расширяя круг поиска. А ты, незамедлительно отправишься в ближайший полицейский участок.

— Да, я согласен, — с готовностью покивал Виктор и протянул Нику клочек бумаги, — Х-хорошо, я с нетерпением буду ждать от вас вестей. Я записал для вас мой номер телефона, сестры и ребят.

Разговор на этом практически завершился. Отчаянно краснея и смущаясь, Виктор, отвечал односложно на немногочисленные наши вопросы, и в конце концов мы отстали от человека. Выпив еще две кружки чая и в рекордные сроки сметя с тарелки картошку с соленьями, Виктор отравился восвояси.

Глава 3 Дорога

Проснулись по звонку будильника, вернее, восстали с кровати сонные, едва соображающие, со стонами и причитаниями. Но при этом, даже более-менее целенаправленно передвигались по дому, хоть и с энтузиазмом весенних улиток после зимней спячки. После кофе глаза распахнулись пошире, но мыслительный процесс яснее не стал. По крайней мере, у меня, до тех пор, пока я не выползла на свежий осенний воздух. Он бодрил намного лучше, и мысли в голове появились, а при взгляде на машину, они, к тому же, обзавелись восклицательными и вопросительными знаками. Ник, как и обещал, утрамбовал в нашу «Ниву» такое количество вещей, что я, честно говоря, забеспокоилась: мы на ней вообще с места сдвинуться сможем? Или наше путешествие закончится, не начавшись, а колеса увязнут в земле.

— Ты решил, что мы в заброшенной деревне на постой остаться собираемся? Примерно недели на три или сразу на месяц? — с усмешкой протянула я, стоя у распахнутой задней двери машины, удерживая в руках спортивный рюкзак, набитый едой, и кофр с фотоаппаратом.

— Настя, не бухти, я сложил самое необходимое, едем-то в какую-то глушь! — легкомысленно отмахнулся Ник. — Деревня расположена в лесу, до ближайшего жилья — пара локтей по карте. Рядом из достопримечательностей — не забывай об этом — лесное болото, озеро! Что означает сырость и холодные ночи. Ещё наверняка старое кладбище где-нибудь обнаружится, куда же без него! Туман, комары, и это если нам с погодой повезёт! Если нет, поездка превратится в экстремальный вираж по грязи и лужам на промозглом ветру.

— Спички, соль, фикус, настольную лампу, кресло и резиновую лодку не забыл взять? — ехидно уточнила я.

— Лампа у нас одна и к тому же — раритет! Боюсь предположить, какого она года выпуска. В музей бы сдать эту древность, но она замечательно смотрится на столе, иногда даже работает, правда, не дольше часа, проверено, — наставительно поднял вверх указательный палец Ник, сохраняя серьёзность.

— И не поспоришь! Я эту лампу с разорванным абажуром нашла на чердаке, в пыли и паутине, и уж точно не надеялась, что она ещё и рабочая. Отмыла её, заштопала абажур и водрузила возле компьютера. Немного поупрямившись, лампа потрещала и заработала! — похвасталась я.

— Ага! Фикус же у нас домосед, я на лавку его недавно вынес, когда подоконник укреплял, так он за пару часов на солнце чуть не завял. Кресло попытался уложить, но не сдвинул с места, оно, по-моему, у тебя к полу прибито. Это по одной версии. По другой, его облюбовал не только кот, но и призрак. Узрел, что я к нему подбираюсь, к креслу, стало быть, и применил свои паранормальные способности, нам не известные.

— Да? Или ради кота расстарался? — предположила я со смешком.

— Всё возможно! — деланно серьёзно согласился Ник. — Коты великие дрессировщики людей и призраков. А вот лодку я прихватить не забыл! И вёсла со спасательным кругом, вдруг по озеру поплавать для чего-то придётся. Согласись, в лодке лучше, чем самим плескаться в холодной водичке, — широко улыбнулся он и, дождавшись моего утвердительного кивка, воодушевлённо продолжил: — У меня список давненько составлен для подобных выездных мероприятий, отработан и выстрадан ошибками, забывчивостью, а также спешкой. Начал я его писать со времён нашего первого классного похода в местный лес, ты его пропустила, с семьей куда-то уехала.

— На юг, в соответствии с отпуском папы, пришлось выпросить даже у директора школы дополнительные каникулы, — подсказала я.

— Ну а я втянулся, даже записался в туристический кружок! Список за последние годы я дополнил, и, признаюсь, спасал он меня не раз! — Ник вытащил из кармана потрёпанный и пожелтевший двойной листок в клеточку, вырванный из обычной школьной тетради. — Я зануда и педант, скрытый!

— Удивительно, конечно! — я как-то умудрилась пристроить рюкзак на гору всего самого необходимого, поправила, чтобы в пути не завалился в дальний угол. — Но я постараюсь пережить это открытие! Фотоаппарат прихвачу с собой, вместе с термосом и бутербродами.

— Вот и хорошо! И молодцы, что вышли пораньше, успеем проехать по трассе без нервов, до дачных пробок! — довольно заявил Ник и уселся на водительское сиденье.

Я заняла пассажирское, удобно пристроив на коленях корзинку с едой и кофр. Рассеянно глядя на проносящиеся мимо машины, дома и лесопосадки, я в полудреме прокручивала скудную информацию о заброшенной деревне и о призраке невесть кого, которого мы оставили дома. Его, в отличие от кота, сплавить соседям на время нашего отсутствия, не вышло бы.

Часть ночи, мы с Ником честно пытались наладить с потусторонней сущностью подобие контакта, но всё безуспешно. Призрак затаился, не отвечал и на глаза не показывался. Кот при этом наверняка решил, что мы сбрендили: сначала перенесли гору вещей из дома в машину. Потом бродили кругами по дому и кого-то надрывно звали, и нет, не кота к миске! Безобразие! А он-то просидел возле неё, таращась на нас с Ником обиженными глазами. Утром я его, с упаковкой корма, отнесла тёте Вале. Он и не подумал надуться, интуитивно видимо учуял, что соседка любит котов самозабвенно, балует и откармливает.

— Насть, не переживай, вернёмся — непременно разузнаем хоть что-то о нашем призрачном госте! Осталось придумать, как это сделать, — подал голос Ник, после того как мы выехали на трассу, под нависшими дождевыми тучами до самого горизонта.

— Да я не очень уж и п-переживаю, — откликнулась, зевая. — Ведёт он себя не агрессивно, а сейчас и подавно остался в гордом одиночестве. Если мы его с собой не прихватили? — я указала рукой на заднее сидение. — Ты призрака в машину по запарке не запихнул?

— Намеренно — нет, — отрицательно помотал головой Ник. — Но он тихушник, мог и просочиться. Будь добра, дай бутерброд!

— Ник, мы только из дома вышли, после завтрака! — возмутилась я, прижимая к себе ревностно корзинку.

— Я не выспался, с таким-то ранним подъёмом и ночными попытками пообщаться с незваным гостем, а с едой держать глаза открытыми как-то проще и веселее! — резонно возразил он.

— Ох, не преувеличивай, легли мы около часа ночи, встали в шесть тридцать — не так уж страшно. Для начала, давай разберёмся с маршрутом до Черноозера, — постановила я, вытаскивая из бардачка карту. — Я вчера потыкала в навигатор телефона. Так вот, не доезжая заброшенной деревни, по пути есть поворот к населённому пункту — Красные горки. Тоже деревня, но, кстати, вполне себе жилая, судя по схематичному рисунку, ещё и приросла новыми домами за последние годы по окраинам. Очевидно, там и водятся доносчики и жалобщики на некую нечисть. Предлагаю для начала ненадолго в неё зарулить, вдруг наши потеряшки всё же выбрались из лесу и сидят у кого-то из местных на постое.

— Думаю, в таком случае сестра Виктора, нашла бы возможность с ним связаться и сообщить, что всё с ними в порядке! Хотя ты права, лучше отсечь этот вариант сразу. И если горе-исследователей паранормального в деревне не будет, разузнаем, может, заезжали ранее. В магазин, например, за продуктами или в поисках свидетелей появления нечисти у Черноозера, — одобрил моё предложение Ник. — Нам около часа ехать, а потом главное — поворот не пропустить!

— После обеда обещают дождь! — я кивнула на едва слышно работающее радио.

— Значит, постараемся не затягивать и сократить до минимума общением с аборигенами. Как там деревня называется? — уточнил Ник.

— Красные горки! — я ткнула пальцем в карту, развернув её поверх корзины.

Добрались мы до поворота к Красным горкам за сорок минут, уничтожив подчистую запасы провианта, но бодрости нам ни кофе, ни еда не прибавили. Из-за пасмурной погоды и низко нависающих туч сонливость не проходила. Радио давно издавало только статический треск, а мы, прилагая нечеловеческие усилия, чтобы не клевать носами, высматривали нужный указатель и поворот. Понемногу начал накрапывать мелкий дождь, за окнами потемнело. Ник сбросил скорость до минимума, благо, что дорога после того, как мы свернули с шоссе, была совершенно пустынна. За потоками воды и движением дворников обзор стал минимален.

— Ник, впереди указатель! Ага, Красные горки! Сворачивай! — я первая заметила дорожный знак с названием.

С поиском самой деревни мы справились, а вот найти на её улицах жителей — не очень. Миновали новые кирпичные дома на окраине и въехали в старую часть Горок. Поколесив бездумно по улицам, полюбовались на вывески «Закрыто» на дверях магазина и почты. Дождь постепенно перешел в ливень, смывая потоками воды с небес видимость за лобовым стеклом.

Деревня была жилая, в этом сомнений не возникло: кое-где сияли пятнами света окна, лаяли собаки, доносилась ругань и музыка. Мы колесили по асфальтовым дорогам в ямах и рытвинах, насчитали шесть улиц, полюбовались на погост, мелькающий в просветах между домов и огородов. Но меня всё сильнее донимало, пронизывая до самого сердца, неприятное чувство. Деревенские дома пытались скрыть неумолимое умирание, прикрываясь слоем свежей краски, прячась от непогоды под металлическими крышами и выставляя на показ редкие пластиковые окна, скрывая под густыми лозами винограда старые деревянные, потрескавшиеся от времени наличники. А почерневшие, покрытые мхом фундаменты, покосившиеся бревенчатые стены прятали за заборами и буйно разросшимися кустами сирени и смородины с побуревшими листьями. В нашей деревне я тоже видела несколько старых домов, но подобного отталкивающего впечатления они не производили. Мелькнула мысль, что соседство с проклятым местом так или иначе наложило свой отпечаток и на Красные горки.

Наконец, почти потеряв надежду, заметили в пелене дождя человеческую фигуру, сидевшую под скошенным козырьком над крыльцом в три ступени, у дома, выкрашенного в белый цвет поверх старой деревянной обшивки стен. Забор в метр высотой начинался сбоку от крыльца и защищал, как мог, палисадник с чахлыми пестрыми астрами и мелкими белыми хризантемами.

Ник остановил машину, и мы, накинув на плечи дождевики, а на головы — капюшоны, бегом рванули к этому человеку. При ближайшем рассмотрении фигура обрела черты худой, сгорбленной старухи. Смотрела она на нас сурово, не выказывая особого радушия. Одета она была в тёмную юбку в крупный горох, кофту ручной вязки, теплые носки, калоши. На голове был повязан черный платок с яркими, крупными цветами и бахромой.

— День добрый! Меня Николай зовут, а это Настя, — широко, но неискренне улыбнулся Ник, понимая, что старуха их появлению не обрадовалась.

— И вам не хворать, — буркнула недовольно старуха, но представиться не соизволила.

— У нас один вопрос, вы уж ответьте, пожалуйста! — продолжил Ник, старательно игнорируя её недовольство. — К вам в деревню троица подростков не заезжала? Около недели назад, а может, позже?

— Чай, очередные смельчаки полезли в чёртово место и пропали с концами? — догадалась старуха, перекрестившись. — И чего, скажите на милость, этих дурней туда несёт.

— Значит, вы не знаете точно, заезжали или нет? — сделала я логичный вывод из её слов.

— Не видала, да и продавщица в магазине не рассказывала ни о каких подростках, а она балаболка та ещё, — снизошла старуха до объяснений.

Я, не удержавшись, полюбопытствовала:

— А что, много людей в заброшенной деревне пропало? У окрестностей Черноозера…

Старуха громко цикнула. Я осеклась и недоуменно моргнула. Она поднялась с лавки, развернулась, потянула за ручку двери, ведущей в дом, и, не оборачиваясь, неприязненно бросила:

— Значитца, послушайте доброго совета, вам там делать нечего. Ежели кого проклятое место к себе прибрало, назад боле не возвернет!

Дверь за её спиной с грохотом захлопнулась, стукнул о косяк металлический крючок. Загрохотал гром, ветер рвал полы дождевиков, пытаясь сдуть нас с крыльца. Нам ничего не оставалось, как вернуться к машине и, со скоростью звука стянув дождевики, нырнуть в салон.

— Ну хоть не зря заехали! Наверное, если этот разговор воспринимать всерьез и поверить старухе, — пропыхтела я, пытаясь свернуть дождевик и не залить водой всё вокруг, включая сиденье, себя и Ника. — Жуткая деревенька, а ведь не заброшена! Старуха, судя по всему, из тех, кто прекрасно осведомлён о каждой мелочи, что происходит в деревне, по крайней мере в её старой части. Вон как ловко припомнила о разговорчивой продавщице. Хорошо бы еще с кем-нибудь поговорить, с той же продавщицей лично, но не повезло с погодой, а впереди нас ждет еще более зловещее зрелище! — вздохнула я. — Поехали, пока дождь немного уменьшился и дорогу лесную окончательно не развезло.

— Ох! Боюсь уже поздно, развезло и неслабо. Ладно, попробуем преодолеть, как-нибудь, — ответил Ник, рукавом кофты протерев запотевшее боковое стекло, и, нажав на кнопку, опустил его на пару сантиметров. В салон просочились потоки свежего воздуха. — Придется двигаться с черепашьей скоростью, иначе доедем максимум до ближайшего дерева, а до Черноозера отсюда ещё далековато.

— Судя по карте, дорогу прокладывали как бог на душу положит, петляя меж деревьев. Она серпантином вьётся через лес, так что в любом случае не разгонишься, — пожала я плечами. — Ты рули, я буду направлять и следить за дорогой. И молиться, чтобы дерево на пути не упало, как тогда будем обратно в Красные горки возвращаться за помощью? Задним ходом?

— Вот уж не хотелось бы туда сегодня возвращаться! Хоть задним, хоть нет, — проникновенно признался Ник. — Доедем до нужного пункта, обязательно. Лес, насколько я вижу не в этой части, такой уж и непроходимый. Деревья на приличном расстоянии друг от друга растут и кустов мало.

— Ник, уверяю дальше будет хуже, местность там заброшенная, безлюдная. Ладно, не будем переживать заранее, — закончила я примирительно, заметив его многозначительный взгляд.

Виляние автомобиля по лесу проходило со скрипом тормозов и рычанием мотора, бурчанием под нос Ника и моими командами. Я вошла в роль рулевого и навигатора в одном лице, активно размахивая руками, едва не упираясь носом в окно. Видимость была нулевая, даже дальний свет фар не очень-то помогал. Дорога петляла таким серпантином, что все повороты мы совершали практически вслепую, опасаясь налететь на поваленное дерево, упавшие ветки или ухнуть передними колесами в яму. По крыше и дверям стучались и царапались ветки. Мои щеки овевало ветерком, и падали мелкие капли из приоткрых окон. Вскоре впереди появился просвет. Мы синхронно перевели дыхание, не скрывая облегчения. Ник прибавил газ, тем более, что в этом месте дорога перестала закладывать головокружительные виражи и вела относительно прямо.

Выехав из леса, Ник резковато надавил на тормоз, чтобы избежать столкновения с автомобилем, припаркованным совсем недалеко на обочине. Старенькие «Жигули», пятерка, красного цвета, но даже за стеной дождя мы видели, что салон пуст.

— Ага, машина здесь, — обрадованно возопил Ник. — Осталось найти молодёжь, немного осмотреться, не зря ведь ехали сюда. Жаль только, из-за дождя мало что видно.

— Видно, просто нечётко. Не повезло нам катастрофически с погодой, — охнула я, осматривая окрестности.

Озеро терялось в полумраке и легкой туманной лымке, что стелилась по берегам и над водой. Тут и там на вдоль кромки леса были разбросаны избы, штук сорок или около того. Из-за взвеси дождя и темноты они больше походили на темные пятна без особых отличительных черт, подчеркнутые кривыми линиями старых, полузавалившихся заборов. В стороне, на окраине заброшенной деревни, у самой кромке воды виднелась часовня фантастическая иллюстрация к страшной книге. Я улыбнулась и зашуршала дождевиком, пытаясь понять, как его половчее развернуть в салоне и нацепить поверх свитера, и при этом не вымокнуть.

— Дождь понемногу утихает, — Ник, скрючившись за рулем, взглянул на небо. — Насть, подожди немного. Да и над озером светлеет. В багажнике есть резиновые сапоги и нормальные плащи из брезента. Не думал, что они по пути пригодятся. Вот и сунул в бардачок дешевые, пластиковые на всякий случай.

— Продуман! — оценила я и сунула мокрый ком полиэтилена в пакет, а его соответственно под сиденье. Клятвенно пообещав себе не забыть его оттуда извлечь. — Молодёжь скорее всего пережидает непогоду в одном из домов…

— Насть, — Ник кашлянул, рассматривая «Жигули». — Не хочу быть вестником плохих вестей, но на дверях и лобовом стекле налипли листья и мелкие ветки. Ливень смыл часть, но их всё ещё многовато. Эх, ладно, дождь закончился, вылезем и ищем бедовых искателей приключений.

— Вот и мне это кажется странным, что… впрочем, идём, — я распахнула дверь и с хлюпом спрыгнула на травку, вернее прикрытую зеленью грязь.

Кроссовки тот же час увязли в жиже. Приложив усилия, я, удерживая равновесие, добралась до багажника и, подождав, пока Ник извлечёт из залежей необходимые при такой-то погоде вещи, переобулась в резиновые сапоги, накинула плащ на плечи и двинулась к красной машине. Провела пальцем по боковому стеклу: даже дождь не смог смыть налет пыли. Нахмурившись, огляделась, дома выплывали из сырой взвеси, потрепанные временем, непогодой и бесконечным, горьким, как полынь, одиночеством. Ни единого намека на присутствие других людей.

Меня оглушил громкий автомобильный сигнал. Инстинктивно пригнувшись, я резко обернулась. С верхушек деревьев вспорхнула стая ворон, оглушительно каркая на всю округу. Прекрасное звуковое сопровождение! Ник захлопнул водительскую дверь и с виноватым видом подошёл, протянув мне фонарик.

— Извини! Каюсь, я это проделал специально, но не подумал, что ты так испугаешься, — повинился он.

— Я и сама не думала, что такая пугливая стала, — криво усмехнулась я. — Похоже зря гудел, сигнал больше никого не испугал и не привлек.

— Давай быстро и поверхностно осмотримся, заглянем в дома, поищем молодёжь или любые следы их пребывания. Присмотрим заодно самый целый и более-менее подходящий для ночлега дом, потом перенесём туда часть необходимых вещей, — махнув рукой на остовы деревенских строений, Ник неторопливо пошёл по заросшей травой, едва заметной тропинке. — Только, Насть, разделяться не будем. Дома в аварийном состоянии, спешка нам совершенно не нужна. Иначе присоединимся к сонму здешних призраков и ребят не найдём!

Пока он разглагольствовал, мы дошли до первого более-менее сохранившегося дома.

— Ник, успокойся! Я и сама это прекрасно понимаю! — отмахнулась я от его бурчания и включив фонарик, посветила им на ступени крыльца дома. — Дерево вроде бы целое, а вот дверь разбухла от сырости и очень сильно покоробило её всю!

— Отойди-ка! — Ник, проверяя ногой каждую ступеньку, осторожно поднялся по ним и подёргал дверь. Она не сдвинулась ни на миллиметр, зато навес подозрительно скрипнул и немного покосился. Ник в два прыжка соскочил на тропинку. — Давай в окна посветим, попытаемся что-нибудь разглядеть.

Глава 4 Осмотр домов

Для этого нам даже сильно стараться не пришлось, фундамент осел, и окна были как раз на уровне нашего роста. Посветив сквозь пыльные стекла, убедились, что внутри нет ничего интересного, кроме старой панцирной кровати и табуретки, лежащей на боку. Пробежавшись по улице, мы нашли лишь пять домов, в которые получилось бы в теории войти, но, посовещавшись, решили придерживаться проверенной стратегии, то есть не испытывать удачу на прочность, как и полы домов. Зато, не отлынивая, фонариками осветили все окна, а это было нелегко, учитывая, что до некоторых приходилось пробираться через полусгнившие заборы, заросли растительности, завалы досок, кирпичей и всяческого огородного мусора. Везде, внутри домов, мы лицезрели примерно одно и то же: покосившуюся мебель, нехитрую утварь, разбросанную по периметру комнат в произвольном беспорядке, и скопившуюся за прошедшие десятилетия пыль. И ни одного подтверждения истории о внезапном исчезновении людей в деревне, скарба и вещей маловато.

К некоторым домам даже побоялись подойти, стены уже начали рушиться, а крыши сползали к земле. Одно неловкое движение — всё обрушится, и хорошо если не на нас. А те из строений, что представляли собой руины, обошли по окружности, изучив заросли буйной травы по пояс и одичавших плодовых насаждений. Когда наши поиски начали вызывать глухое раздражение от бесплодности и утомительности, в доме, расположенном предпоследним на улице, совсем неподалёку от кромки леса, лучи фонариков выхватили помимо мебели: рюкзак, горелку на столе, три кружки с давно остывшим чаем и разбросанные по полу кусочки сахара-рафинада.

— Пока у нас улик полно, а потеряшек нигде нет, — пригорюнился Ник. — Пойдём, думаю в этот дом можно войти без опасения провалиться в подпол. Заодно осмотрим найденные вещи.

— Ох, у меня в голове крутятся жуткие предположения, куда эти отважные исследователи могли подеваться. Озвучивать их не буду, на всякий случай! — я перешла на шепот, шагая следом за Ником в дом.

— Ага, спасибо Настя, а то у меня версий своих с избытком! Устал их игнорировать, — с сарказмом протянул Ник.

По стеклам, стоило нам, миновав сени, войти в прихожую, опять застучали капли дождя. Я поёжилась от всепроникающей сырости, поплотнее завернулась в плащ, но лучше не стало. Ночлег нам предстоит бодрящий. С тоскливым вздохом "предвкушения", посветила фонариком вниз, уставилась на пол, а заодно и на свои ноги...

— Ник, мы сейчас грязи прорву натащим, — охнула я.

— М-да, чернозём на улице что надо! — хохотнул Ник. — Вернёмся ко входу!

Уперевшись спиной о косяк входной двери и кое-как счистив об порог с сапог тонну налипшей земли, миновали прихожую и прошли на кухню.

— Ну, точно в доме нет никого, а я надеялась, — выдохнула я. — И как назло дождь, с усердием, смывает все следы. Куда же они могли подеваться?

— За печкой, к сожалению, не спрятались, — покивал Ник. — Насть, я подгоню к дому машину, ты оставайся в доме, — он захлопнул поплотнее дверь ведущую из прихожей на кухню. — Останемся здесь, переночуем. И если местность не развезет в болото, то утром, займёмся осмотром окрестностей озера и леса. Сейчас что-либо предпринимать бесполезно, измучаемся и промокнем, а просушиться на ночь особо и негде. На часах уже половина седьмого, пока устроимся наступит ночь.

— Иди, я пока пройдусь по дому и пороюсь внутри, — кивнула я, указав на объёмистый рюкзак. — Поищу хоть какие-то документы, подсказки, ну хоть что-нибудь!

Стоило Нику покинуть дом, я опустилась на колено и вытащила из рюкзака моток веревки, пачку чая, потрепанную библиотечную книжку (Истории с призраками), нож, два почерневших яблочных огрызка и завернутую в полиэтиленовый пакет краюху белого хлеба в плесени. Остатки еды и их испорченность надежду не внушали, для подобного результата требовалось как минимум несколько дней. Ощупала придирчиво карманы, прокладку и даже швы, подсвечивая фонариком, но ничего больше не нашла. И куда ребята запропастились? Вариантов, конечно, много, но о большинстве думать вовсе не хотелось.

Ко всему прочему, я ежесекундно оборачивалась и испуганно таращилась на темноту, притаившуюся в углах и за печкой. Меня не оставляло чувство, что я в комнате не одна! Прямо как дома! Интересно — это означало, что здесь действительно водятся призраки или у меня развилась острая паранойя? Как по мне, лучше уж первое, но если они и находились в доме, показываться не спешили.

С тревогой вслушиваясь в стук дождя по крыше и окнам, наконец вернув вещи в рюкзак (кроме хлеба и огрызков, их нужно было выбросить, а не пихать обратно), поставила его на подоконник, обошла две спальни, кухню и сени. Домик был совсем небольшой, с низким беленым потолком и покосившимися дверными проёмами вровень с моей макушкой. Нику приходилось пригибать голову, чтобы не врезаться в косяк лбом, да и у меня срабатывал тот же инстинкт, неосознанно. Кроме стола, наличиствовал платяной шкаф с не закрывающимися дверцами на внутренней стороне одной из них висело мутное зеркало в полный рост, прогнившее кресло с торчащими пружинами, ведро и в углу, на подоконнике цветочный горшок с землей. Не густо, зато пока я ходила по дому нервозность отпустила, да и согрелась немного. Стоило вернуться на кухню, по окнам мазнули отсветы фар и послышался шум мотора. Ник приехал, наконец-то!

С подоконника свалился рюкзак прямо мне под ноги. Вздрогнув, я замерла у окна, прижимая руку к сердцу. Медленно обернулась, но в комнате никого не было. Кашлянула, переставляя ватные ноги, подняла рюкзак и поставила, плотно придвинув к стеклу, подперев горшком, и опрометью выбежала на улицу. Бормоча как заведенная, дескать, надо же Нику помочь!

Вдвоем мы быстро решили, что из скарба в машине стоит переместить в дом. Под оглушительные раскатистые отголоски грома и вспышки молний справились с задачей в рекордные сроки, всегда бы так! Обращать внимание на собственные мысли и переживания возможности не представилось. Вскоре луна скрылась из виду, заброшенная деревня и её окрестности погрузились во мрак. Спустя четверть часа, я одеялом в руках, поднялась на крыльцо вслед за Ником и притормозив обернулась.

Стало нестерпимо страшно, вот так в одночасье очутиться в десятке верст от людей, многоэтажек и бесконечного шума машин. Там, где властвуют лишь шорох ветра в кронах сосен, туман, луна и древний, потаенный ужас беззащитного человека, который столкнулся с природой один на один, без успокоительного морока городской и поселковой жизни. Ник, приобнял меня за плечи и потянул в дом. Стряхнув жуткое наваждение, я улыбнулась и шутлво поинтересовалась:

— Кто у нас дежурный по кухне?

— Я, конечно, ты с проходной горелкй никогда дела не имела, а домов в более-менее жилом состоянии у нас и без того нехватка!

— Тогда, я отвечаю за обустройство ночлега, — вызвалась я.

Спустя час мы, восседая за походным металлическим столом при зыбком свете двух восковых свечей, на раскладных туристических стульях, завернувшись в тёмные пледы, попивали горячий чай и лопали походную перловую кашу с тушёнкой, которую Ник сварганил на нашей горелке. На удивление ловко и быстро. Пока я, вооружившись тряпкой, ведром и веником (Ник все это притащил с собой), навела на кухне относительный порядок. В окно светила полная луна, дождь к этому времени закончился. Ветер рьяно завывал в печной трубе и гнал тучи над лесом по направлению к городу.

— Спать предлагаю сидя, стулья вполне удобные, завернемся в одеяла, будет тепло, обуемся в зимние ботинки, вон они у двери стоят, — потягивая горячий напиток, предложил Ник и, не удержавшись, зевнул.

— Да, в резиновых и тем более кроссовках ночью не выжить. Ох, я сейчас даже стоя готова спать! — едва удерживая глаза открытыми, сообщила я ему. — Свежий воздух, острые ощущения и пробежки меж домов здорово помогают от бессонницы. Ну если, конечно, обещанные тобой и папочкой призраки, черти и прочая деятельная нечисть не является по наши души с наступлением полуночи!

— Ты спи, а я еще посижу, пораскину мозгами, где же искать потеряшек, и что делать если мы их так и не найдём, — сказал Ник.

— Нечем тут раскидывать! Нужно вызывать Виктора, а после, полицию, от нас заявление они не примут, — пробормотала я, сытая сонливость растаяла и уступив место новой волне грызущей тревоги за ребят.

— Многовато времени он ждал, надо было раньше забить тревогу. Но по крайней мере, мы точно знаем, ребята сюда приехали. Машина стоит у леса, рюкзак в доме, кстати в отличии от Жигулей, рюкзак не запылился, значит из дома они ушли совсем недавно, эх, если бы не дождь!

— Внутри пропавшие продукты, яблочные огрызки и хлеб! — добавила я.

— Для рюкзака набор вполне нормальный, я в своем тоже плесневые делянки периодически нахожу и совершенно не помню, когда еду туда запихивал, — отмахнулся Ник, и протянул задумчиво: — Хорошо, что мы не нашли ни следов насилия, ни борьбы в доме, сахар только рассыпан, но это тоже объяснимо.

— Куда они вообще могли подеваться? — выдохнула я.

— Например, если включить пессимизм: упасть в яму, болото, озеро или залезть в один из домов и провалиться в подпол, или их утащила нечисть! Последнее, как мне кажется, наиболее вероятно, — пошутил Ник, оттарабанив варианты, ни один из которых мне решительно не нравился. — Дома в деревне придется снова осмотреть, при дневном свете, — Он поставил кружку на стол и потянулся. — На завтра обещают пасмурную погоду, но без дождя, это радует. Связи в округе нет, я проверил, что впрочем, было ожидаемо, не ставят сотовые вышки в таких местах. Если за завтрашний день у нас ничего и никого найти не получится, отправляемся в Красные горки, вызываем Виктора, а он уже поисковиков. Насть, ты себя нормально чувствуешь? Что-то увидела?

— Да или нет, — слишком быстро ответила я отводя взгляд от проема в соседнюю комнату. — Мне померещилось какое-то движение или у меня от страха воображение слишком разыгралась. Ещё ще мне постоянно кажется, что на меня смотрят, пристально, непрерывно. Ну вот, пока рассказывала, Ник, сонливость как рукой сняло. Вряд ли я теперь усну в такой нервной обстановке. Ночью и подавно, темень, тишина, лучше бы заняться чем-то, а не сидеть, скручивая нервы в узел…

— Давай всё-таки попробуем поспать, Насть. Мне тоже не по себе, место-то безлюдное, пугающее и этих фактов не изменить, как ни крути, но мы же сюда не ради пустого интереса приехали, — напомнил Ник.

— Угу, — согласно кивнула я.

Ник принес ботинки и разлил по кружкам остатки чая. Стящив резиновые сапоги, мы переобулись, натянули толстовки и укутались в одеяла по подбородок. Вместе со стулом Ник переместился ко мне поближе и, неловко извернувшись, крепко обнял. Момент, когда я уснула, в моей памяти не сохранился, а вот пробуждение, напротив, во всех мельчайших подробностях. Никто меня уже не обнимал, я дрыхла в кресле, съехав пониже и вытянув ноги в ботинках на меху. Разбудил меня колокольный звон, громкий, чистый звук его разносился над озером и крышами, угасая в чаще. Открыв глаза, я уставилась на фигуру Ника, он стоял сбоку от окна, выглядывая украдкой на улицу. Свечи он затушил, в комнате было очень темно. Я попыталась изменить положение тела, морщась от неприятного покалывания и общий одеревенелости в конечностях, откинула плед и вцепившись в подлокотники, осторожно поднялась. Ник услышав возню, повернулся ко мне и приложил палец к губам. Я кивнула и пошатываясь, на цыпочках подошла к нему, заглянув через плечо в окно.

Заброшенная деревня политая луным светом, обманчивым, призрачным, пряталась от наших глаз в завесу тумана, наползающего из леса и со стороны озера. Колокольный звон стих.

— Быть не может на колокольне колокола, там крыша провалена, из далека видно! — шепнул Ник.

— Да, я обратила внимание, и от соседней деревни доноситься не может, она в противоположной стороне, за лесом. Может пройдемся? — выпалила я, удивив саму себя. — Тишина вон какая, гробовая, вдруг услышим еще что-нибудь страш... Ой, странное или увидим что-нибудь?

— Какая точная оговорка, — оценил Ник, с иронией. — Идём! — ещё более неожиданно согласился он. — Только оденемся потеплее, в куртки и шапки, сырость пробирает похлеще мороза! И прихвати фотоаппарат, поснимаем, на всякий случай. Так, на удачу.

Утеплившись, с фонариками в руках вышли из дома и остановились на дороге, внимательно прислушиваясь и оглядываясь по сторонам. Ни звука, ни движения! Дождь идти перестал, оставив лужи на дороге, с навеса крыльца капала вода, собираясь в ручеёк, утекающий в траву. Я вытащила фотоаппарат из кофра и нащелкала несколько кадров, для пробы. В гнетущем молчании мы прошлись до въезда в лес, осмотрев еще раз машину ребят. Поверхность озера затягивал туман, просачиваясь сквозь заросли камышей и кустарника на берег. Но я не ощутила ни намека на дуновение ветерка, полный штиль. Луна скрылась за пеленой дождевых туч, оставив вокруг лишь черно—серые застывшие кадры.

Ник посветил фонариком внутрь. В его ярком луче с левой стороны заднего сидения проявлялись неаккуратно сваленные сумки, пакеты с неизвестным содержимым, и все это было присыпано сверху обертками от конфет, бумажными стаканчиками и пустыми пластиковыми бутылками. Обиталище подростков.

Понадеявшись, что вне помещения нервозность немного утихнет, я очень сильно заблуждалась. Стало только хуже, от непрерывного верчения головой заломило шею, мне постоянно казалось, что я вижу на периферии взгляда движение. Но ни ребят, ни призраков я так и не заметила, но ощущение, что некто находится рядом и наблюдает за нами, усиливалось с каждой минутой. Вернулись мы в дом около часа спустя, едва переставляя ноги от усталости. В голове плыли выхваченные светом фонарика комнаты брошенных домов. В одном из них, в спальне, судя по обстановке, луч фонаря отразился от зеркала, и мне опять показалось, что уловила белесый росчерк в воздухе возле кровати, но стоило опустить фонарь, комнату поглотила тьма. На всякий случай я сделала несколько фотографий, понимая, что вряд ли выйдет из этого толк, не настолько камера чувствительная.

— Давай спать, иначе утром толку от нас будет мало! У меня даже мыслительный аппарат приказал долго жить, от этой гнетущей, странной и жуткой тишины, — устало потирая покрасневшие глаза предложил Ник.

— Ни одного возражения, — заверила я.

Упав в стулья мы отключились, оставив на подоконнике зажжённый фонарик, хорошо, что батареек с собой привезли много. Яркий свет, похожий на упавшую звезду, одна, на много верст вокруг.

Продрав глаза с утра, я со стоном, выбралась из кресла, встала и сделала шаг, пнув что-то ногой. Раздался металлический грохот, стук и непонятный шорох. Опустила голову и осмотрела лежащие на полу рюкзак, глиняный щербатый кувшин ледащий на боку и прихват с длинной ручкой. Он то откуда здесь взялся? У печи ч его не видела, да и в доме при осмотре тоже. Я осоловело поморгала.

Как оказалось, Ника в доме не было. Со стороны улицы доносились отзвуки шагов, ага он раньше проснулся. Помотав головой, я потянула носом, его коснулся аромат свежего кофе. Развернулась на запах и узрела на столе кружку от которой поднимался пар и пачку печенья. Схватив нехитрый завтрак, и запихнув в карман фонарик с подоконника (он уже не горел), я бодро вылетела из дома, спустилась крыльца, прошлепала по лужам и с облегчением уселась на лавку у заборчика, на которой лежал кусок брезента. Поставила кружку рядышком и, вскрыв упаковку, с удовольствием вгрызлась в печенье. Взглянула на экран смартфона, девять утра, ох, рано. Пасмурно, мокро, но дышалось невероятно легко. Над смешанным сосново-лиственным лесом стелились мглистые испарения от сырости.

Завтракая, я следила за перемещением Ника, он бродил у дома напротив, вросшего в землю практически по окна. Пусть и не сразу, но он заметил меня, помахал рукой и убрёл куда-то в заросли крапивы, но вскоре показался с другой стороны дома. Постучал в стену, подергал оконные створки и с миной разочарования вернулся ко мне.

— Внутрь попасть не вышло, я прошелся по деревне, и опять ничего и никого, одни вороны, и, по—моему, их стало больше, — пожаловался он, указывая на стаю черных птиц, рассевшихся по веткам деревьев неподалёку от красных Жигулей.

— Сейчас я кофе допью и помогу, — пообещала я. — Озеро в этом месте открыто, берег песчаный, не заросший, искать особо и негде.

— Угу, в лесу шляться тоже надо с умом, а не методом тыка. Одно понятно, ребят в деревне нет, — вздохнул Ник. — Эх, сюда бы поисковиков с собакой! Надо бы все же сообщить Виктору обо всем, и пусть вызывает помощь! От нас в подобной ситуации толку мало. Давай для очистки совести пройдемся вместе, и дорога немного подсохнет, а к обеду на машине доберемся до точки на трассе, где связь восстановится.

— Ник, рюкзак ребят опять на полу валяется и ухват с кувшином, — брякнула я, дозрустев печеньем. — Не твоя работа?

— Ухват и кувшин на полу? Не кидал, точно. И не видел ничего подобного, когда встал. Рюкзак стоял на подоконнике, обратил внимание, когда фонарик выключал, — удивился он. — Занимательно! Пойдём, глянем.

В комнате, все было по-прежнему, вещи на полу, а возле рюкзака добавился четкий отпечаток ботинка изпачканного в золе. Размера тридцать восьмого, немного смазанный.

— Отпечатка ботинка я не помню, — сразу заявила я, стискивая холодными пальцами пустую кружку.

— Комья земли сырые, но след расположен носком к двери и он один, — сказал Ник, присаживаясь на корточки. — Факт на полу, но куда его приложить вместе с ухватом...

Я поставила кружку на стол, схватила фотоаппарат, непослушными пальцами выудила его из кофра и сняла валяющиеся вещи и след. Ругая себя за забывчивость, это нужно было сделать до выхода из дома. Что-то негромко стукнуло по стеклу. Мы разом вздрогнули и повернули головы. На подоконнике, откуда-то взялся криво вырванный из ученической тетради, листок в клеточку.

— И его тоже не было, всего секунду назад! — Ник поднялся, почесывая макушку. — Так, на нечисть не очень похоже, да? Листочки, следы, горшки, а вот на шалости пропавших подростков, очень даже. И они не заставили себя долго ждать.

— Да, как бы странно это не звучало, но если это проделывает призрак, то неясно, что нам пытаются сказать. Или действительно шутят так неумно! — я взяла листок в руки и покрутила его, но он был пуст. — Только кто именно, каким образом и где они прячутся?

— Вариант с шуткой, по-моему вполне себе реален! Там более, из сеней есть выход на задний двор, дверь не закрывается, замок проржавел. К забору лес подступает впритык и навалено всего, доски, металлолом и много еще интересного, — со вздохом, Ник забрал у меня листок, покрутил его в руках и вернул обратно, на подоконник. Кашлянул, включил камеру на смартфоне, подошёл к своему стулу, спрятал его в карман плаща. Карман был неглубоким и глазок камеры остался снаружи. Подмигнув мне, он громко и чётко сказал: — Хорошо, ребят, мы приехали, чтобы вам помочь и если вы где-то обретаетесь неподалёку, то неплохо бы получить намек получше пустого листочка, падающего рюкзака, следов и утвари на полу. Нам нужно оттолкнуться от чего-то в поисках, там более если дело нечисто!

— Пойдем, будем действовать как запланировали, обойдем дома, похоже им удобнее без нашего внимания, подавать знаки, — со вздохом сказала я, растерянно.

— И в любом случае, пока мы не нашли всех троих, сидеть сложа руки нам точно не стоит. Хочу начать с часовни, — предложил Ник на улице, все также — громко, а потом добавил тише: — Звон ты тоже наверняка слышала. Заодно предоставим свободный доступ к дому и сами осмотримся повнимательнее, мы-то все по улице ходили, за часовней нырнем в лес и подойдём к дому со стороны огорода.

— Да, Ник, не спеши, подожди, давай по пути просмотрим фотографии, хотябы на экране. Потом вернемся в дом, следуя твоему коварному плану. Вдруг, действительно заметим что-то интересное, мне очень хочется уже хоть кого-то найти, а то ерунда какая-то происходит. Они в беду попали или заметив нас, решили устроить розыгрыш с призраками и записочками о помощи, этакий квест в реальных декорациях,, — многозначительно кивнув на дом, прошипела я.

— Кстати, ты права, мы могли их случайно сфотографировать, но лучше прихватим с собой ноут, — Ник вытащил ключи от машины из кармана и открыв заднюю дверь, порылся в вещах, нашарив сумку с ноутбуком. Бросил взгляд на окно и вытряхнув из большой спортивной сумки тёплые вещи, переложил в нее ноут обернув своим свитером. — Батарейка заряжена, да и перекинуть и просмотреть фото много времени не займет, зато на экране можно рассмотреть фото в хорошем качестве и с приближением.

Шаная неспешно и старательно не оглядываясь, пошли к часовне. Полуразрушенная, старая с тонкими березками растущими в дверном проеме и на проваленной крыше. Воды озера омывали кирпичный фундамент с правой стороны от входа. Заглянув внутрь и убедившись, что никого там нет, кроме пары голубей, под потолком. Обойдя часовню, пробежались по берегу озера и нырнули в заросли у кромки леса.

— Вот прекрасный, удобный пенек и поваленное дерево, — прошептал Ник. — Присаживаемся, ой, подожди свитер подстелю, дерево мокрое.

— Я постою, фотографий совсем мало, сам понимаешь, камера не настолько хороша, чтобы осилить качественную ночную съёмку сквозь грязные окна, — вздохнула я. — Ник, мне почему-то все это совсем не нравится.

Но начать просмотр мы не успели. Послышался звук мотора, низкий, хриплый рев, спугнувший с деревьев воронье. Ругаясь сквозь зубы, Ник подхватил ноутбук, а я свитер и мы припустили к деревне. Возле нашей машины, остановилась девятка и из нее выпал наш заказчик — Виталий! Бледный, с запотевшими очками и какой-то очень дерганный. Вовремя! Нет, действительно, мы очутились на перепутье истории, где она либо свернет в сторону — подростки неудачно пошутили, либо — мистика на грани существования параллельных миров, что нам было с Ником отчасти знакомо. Или же делом займутся поисковики, если в доме шутить изволит некто другой, считая что мы очередные искатели призраков и острых ощущений. В таком случае, стоит привлечь к поиску ребят официальные власти.

— Надо же, — присвистнул Ник, поднимаясь с бревна и захлопнув ноутбук. — Прискакал ты очень вовремя, молодец, не ожидал. Ох, но немного не вовремя, спугнул он нам засаду. Идем, отчитаемся и заглянем в дом, вдруг шутники успели накидать новых подсказок, соберем, поизучаем.

Глава 5 Странности

Черновик!!

Виталий заметил нас и, распахнув водительскую дверь, нырнул в салон машины, но вскоре появился вновь с рюкзаком в руках. Накинул лямки на плечо и запер машину на ключ. Он ждал, пока мы до него дойдём, снова и снова протирая стекла очков тканевым платком и подслеповато оглядываясь вокруг. Заметив наше приближение, немного расслабился, даже водрузил очки на нос и изобразил на физиономии тень улыбки.

— Ну вот, одной проблемой меньше, не придётся искать по лесам связь и ждать его приезда, — с облегчением проговорила я.

— Насть, а меня больше удивило, что он на этом ржавом черном ведре неопознаваемой марки вообще добрался до Черноозера, по дороге, да к тому же после дождя, — шепнул Ник, кивая на машину Виктора.

— Тебе его из грязи на буксире не вытягивать, вот и ладненько! — так же тихо поддела я.

Не успели мы приблизиться к Виктору, как он затараторил:

— Попросил на время машину у друга. Не смог сидеть на одном месте ровно и терпеливо ждать вашего звонка. К сожалению, я и так затянул с поисками сестры и ее друзей до предела, раньше бы стоило начать разводить панику и уж точно не перекидывать ответственность на вас, — бормотал он как заведённый, комкая несчастный платок. — Вы их не нашли? Машину сестры я видел, у леса стоит!

— Не нашли, но в доме, вот в этом самом, — покачал головой Ник и указал рукой на строение. — Происходит нечто непонятное. Мы там обнаружили по приезду несколько вещей, скорее всего, принадлежащих троице исследователей, а сегодня невесть откуда появился ухват, отпечаток ботинка на полу и лист бумаги, вырванный из тетради. Вчера, да и рано утром, в доме вроде бы никого, кроме нас, не было, но с полной уверенностью утверждать этого невозможно. Перед нами таким образом стоит дилемма, отнести эти находки к дурной шутке подростков или потусторонним знакам.

— Ох, — Виктор, поразмышлял над словами Ника пару мгновений, открыл рот, закрыл и развернувшись, потопал к дому.

Нам и самим было жуть как любопытно, появилось ли там хоть что-то новенькое. Никаких движений подозрительных я, например, ранее не заметила, но мы сидели в отдалении, в лесу за часовней, а вид на дом закрывали хилые деревца и машина. Миновав сени, мы ввалились друг за другом в комнату. Я сразу же увидела на подоконнике еще один небольшой клок разлинованного листочка с корявой надписью, сделанной карандашом так неаккуратно, что в нескольких местах листок был прорван: — "Мы в доме!"

— Правда или шутка! Вопрос интересный, — протянул Ник, отдал мне листок и прихватив фонарь, вышел на задний двор, изучая подходы к двери.

— Как это выяснить? — воскликнул Виктор заглянув перез плечо Ника на листок.

— Придумаем! — твердо сказал Ник. — Но для начала перевернем дом и округу вверх дном. Не понимаю, зачем бы им прятаться, но не проверить эту версию - глупо. И хорошо, что ты приехал, Виктор, будет возможность официально запросить помощь, если мы так и не найдём ни ребят, ни более реальных следов их присутствия в деревне.

— Д-да, конечно, я тоже об этом подумал, взял отпуск на работе, — смущенно ответил он.

— Вот и отлично, — Ник покрутился на месте, осматривая комнату. — Разделимся! Ищем намеки на присутствие посторонних, а так же входы в подвал и чердак.

— Я бы хотел для начала, осмотреть машину сестры, — возразил Виктор, выглянул в окно. — Попытаюсь понять чего именно внутри не хватает. Я из дома прихватил запасные ключи, но ее стал открывать сразу, решил поговорить с вами.

— Да, хорошая идея! — кивнул довольно Ник. — Не забывай подглядывать по сторонам, вдруг заметишь нечто подозрительное! Или пропавших!

Виктор покивал, вытащил из кармана связку ключей и, стряхнув с плеча свой рюкзак, поставил его на подоконник и вышел из дома. Рюкзак безотлагательно сверзился на пол. Я переставила его к печке ко второму рюкзаку, а на подоконник поставила пустую металлическую кружку. Упадёт — будет слышно и очень отчётливо, не пропустим.

— Я сам осмотрю дом, а ты фотографии, — предложил Ник, сунул мне ноутбук, почесал затылок, подмигнул и громко добавил со значением: — Не стоит терять время в пустую. Если уж Виктор здесь, может и ребята дурить перестанут, конечно, в том случае, если это дурят именно они....

Замолчал и, настороженно прислушиваясь, заглянул в соседнюю комнату. Половицы под его ногами негромко поскрипывали. Я тоже затаилась, но ни единого постороннего звука услышать не удалось. Проследив за уходом Ника, я уселась на стул и включила ноутбук, приступила к просмотру отснятых фотографий, морщась при каждом щелчке мышки. Да, качество снимков ужасное, темные, смазанные, призраков там можно было насчитать сколько душе угодно, было бы желание. Даже при полном отсутствии воображения, а уж с моим особо буйным, ух! Однако я ответственно долистала фото до самого конца, но всё без толку. Напротив меня на стул устало плюхнулся Ник, стирая пыль с ладоней лица влажной салфеткой.

— Ничего! Нашел и чердак, и подвал, но там лишь подшивки газет, проржавевшая мышеловка, жуткие банки с засолкой прошлого века, мерзкий запах, в подвал влага просачивается и, окаменевшая картошка, в гнилом ящике. Вокруг дома тоже ни следа, я пллащил по зарослям травы.

— Я нашла пару сотен призраков и это не особо старалась! — ответила я со смешком. — Не выходит у нас поиск! И вон, дождь опять накрапывает.

На кухню вошел Виктор, стряхивая с куртки мелкие капли дождя. Очки его запотели, он щурился и подслеповато моргал.

— Запасов провианта нет, фототехники тоже, только запасная одежда, да и то парней и в скудном количестве, — пропыхтел он. — И дождь пошел.

— Давайте пересидим его в доме, — я закрыла ноутбук, прислушиваясь к шороху дождя. — Обед на носу, перекусить не помешает.

— Да, я бы поел, из дома вылетел рано и гнал без остановки, — Виктор взглянул на подоконник, но не заметив там свой рюкзак, взглянул на меня. Я молча указала на печку.

На улице началась гроза, под его какофонию, мы молча привели комнату для ночёвки в более-менее уютный вид и перекусили. Поговорить из-за грохота грома и шума ливня было просто невозможно. Как ни странно, но времени на это ушло немало. После Ник и Виктор засели в углу на надувном матрасе с ноутбуком, считая призраком по-моему примеру. Занимательное времяпровождение! Я убрала со стола и прошлась по дому с фотоаппаратом, посто делая атмосферные снимки, надо же использовать возможность. У фотоаппарата и так не часто за последнее время выпадали рабочие часы. В доме совсем стемнело, бросив взгляд на часы, включив экран смартфона, я хмыкнула: 00:00. Красиво и символично! Взглянула на окно и подавилась воздухом. Вот вам и символ, ох! Там, на улице был день, пасмурный, с мелкой моросью, точками усеивающее стекло. Это в полночь-то!

— Ник! Ты только посмотри! — зашипела я, промчавшись мимо парней и кинулась к выходу.

Они мигом выскочили на ноги и рванули за мной. По инерции проскакав по ступенькам, притормозили на дороге. В ошеломлении, изумлении и ужасе осматривая ожившую деревню. По улице ходили люди, но их лиц я рассмотреть не могла, с лаем бегал пес за парой курей. Со стороны дома, в котором мы ночевали, слышались злобные крики и надрывный истошный женский визг. Чёткость была не очень хорошая и дело было не в мелком дожде, я попыталась поморгать, но не помогло. Словно старая пленка, выцветшая от времени. Я, бес остановки нажимала на кнопку фотоаппарата, отщелкивая кадры.

— Ох, — Виктор схватился за сердце, потом за очки и опять за сердце. — Действительно жуть!

И рухнул на земельку, без чувств. Мы с Ником находясь в ступоре, остолбенело проследили за его падением. Мимо скользнула фигура старухи, но она, не обратив на нас внимания, пошла к лесу. Ник опустился на корточки, похлопал по щекам парня. Очки Виктора при падении упали и валялись чуть в стороне у травы. Пробежал пес, прямо по этому месту, но очки остались невредимы и не потревожены.

— Да, что же такое, а! Сейчас воды принесу! — всплеснула я руками и бегом пропустила к дому.

— Насть, подожди, — крикнул Ник мне в след, но я неслась без остановки.

Распахнула дверь в дом и со всей дури в кого-то врезалась. Послышался девичий визг, мы покатились по полу. Но далеко укатиться нам не позволили. Кто-то, как мне показалось из было двое, подняли нас с пола и выпихнули на улицу. Обнимая фотоаппарат и трепетно прижимая его к сердцу, я таращилась на троих ребят, с помятыми, перекошенными лицами. Светловолосый парень лет восемнадцати, упал на колени, закрыв лицо руками. Девушку с длинной темной косой, придерживал под локоть второй парень, высокий крепкий, спортивный. Вот они потеряшка наши!

— Вить, что с тобой! — заголосила Нина, узрев брата валяющегося на дороге и потянула к нему высокого парня, как бульдозер, не смотря на малый рост и худобу. — Шахов, да отпусти меня! — возмутилась она и вырвав локоть, подбежала к Виктору, упала на колени и запричитала: — Прости, мы попались как идиоты в ловушку, не только деревня, но и домик с сюрпризом оказался. В него после полуночи ввалились, от страха, перепугались до смерти когда увидели, что местные как живые по деревне шляются, а обратно выйти не смогли. Додумались записки подсунуть и вещи скидывать, хорошо, что у нас это получилось!

Пока она тараторила как заведённая и пыталась привести брата в чувство, двое парней и мы с Ником настороженно следили за тем, как деревню затягивает непроницаемая пелена тумана. Он надвигался со стороны озера, неся с собой жуткий всепоглощающий страх.

— Скоро страх пройдёт, — сказал спортивный парень, судя по всему, фамилия его была Шахов. — Только в дом не входите, и не переживайте, туман тоже быстро исчезнет! А мы уже попались разок в ловушку, больше не хочется!

Он говорил все тише, туман окрушил нас со всех сторон, молочной, влажной пеленой. Паника совместно с инстинктом, едва позволяли стоять на месте, но приходилось терпеть. Постепенно, туман начал редеть и растаял, ночь вступила в свои права. На нас обрушилась тишина и ночной холод, но после слов Шахова бежать в дом никому не хотелось. Хм, да и в любой другой дом в деревне тоже. Новую группу поиска организовывать будет просто не кому.

— И что делать? После такого, — Ник указал на опустевшую улицу. — Я лично, отсюда никуда не двинусь, пока не пойму, что происходит и почему! Не ночевать же на улице, машин у нас три, но они вещами забиты под завязку.

— Ну, вообще-то, в первую ночь, мы по очереди дежурили у крыльца, — неуверенно сказал Шахов. — Менялись вне дома, туман и люди не появлялись и все прошло спокойно.

— Проверим! — Ник решительно пошел к крыльцу. — Дежурство в любом случае идея прекрасная, одному в машине и вещи не помеха.

Выдохнул и зашел в дом, мы, переглядываясь замерли у порога. Шаги пару минут удалялися, потом загрохотали к двери. Ник спокойно вышел на крыльцо.

— Теперь, я выхожу, а вы в дом! — раскомандовался он, но возражений не последовало.

Все устали, вымотались и перенервничали, поэтому дружно ввалились в дом. Троица ребят, скованно жались у порога кухни, понятно, они и без того слишком долго просидели в ловушке. Загадку которой нам еще предстояло понять, завтра!

— Эй, я останусь на ночь в машине, а вы отсыпайтесь… — начал он.

— Я сменю через пару часов, — вызвался Роман Шахов.

— А я к утру, — добавил второй парень, Олег. Я наконец вспомнила его имя. — Я бы этот дом за версту бы обходил, надоел, но в других может быть не лучше, а то и похуже.

— Местные призраки в него не наведывались? — спросил Ник, прислонившись к опоре навеса.

— Нет, — ответила Нина. — Мы тоже обратили на это внимание. Этот дом они стороной обходят, да и сам он не меняется, во время явления призраков, — она усмехнулась.

— А какой он, дом. внутри ловушки, как выглядел? — продолжил Ник.

— Такой же, по крайней мере я разницы не заметил, — Роман махнул рукой на печь. — Но с вашим появлением, вещи начали появляться, словно ниоткуда, вот мы и решили их ронять и писать записки, в надежде, что этот процесс двусторонний, угадали! На самом деле повезло, что вы приехали, продуктов мы с собой не прихватили на несколько месяцев и так тянули как могли.

— Виктор нас настойчиво попросил найти потеряшек в заброшенной деревне, — усмехнулся Ник.

— Извини Вик, — вздохнула девушка, ткнув локтем брата в бок. — Мы ожидали конечно мистики и жути, а на деле, попались как мыши в мышеловку.

— А уж хотели спасателей вызывать, но для начала решили убедиться, что с вами действительно что-то случилось. И тут эти записки и непонятности, то ли вы и правда застряли не пойми где, то ли шутки с нами шутите, — вздохнул Ник.

— Что же это за невидаль такая? — протянул Виктор.

— Из дома мы выйти не могли, хотя признаться честно, очень хотелось, — сказала Нина. — Непонятно, это пространственный карман в самом доме или он намного больше? Откуда он взялся? И почему?

— Давайте сегодня отдохнем, а завтра всеми вместе возьмёмся за загадки, — Роман зевнул. — С ног валюсь.

— Завтра нужно доехать до ближайшего магазина, продуктов подкупить, — внес дельную мысль Олег.

— И с деревенскими пообщаться не помешало бы, — поддакнула Нина. — Нам не повезло в ливень приехали.

— Вот и у нас та же неприятность, — сказала я. — Утречком встанем, разделимся.

Он держался скромно, но в шаговой доступности от Нины. Впрочем они все сильно отличались от образа слепленного мною в головушке. Не отчаянные подростки с дурью, перехлестывающей через края, а степенные и серьезные ребята. А мы из в розыгрыше подозревали!

— Слушайте, вы уж извините, но вы на искателей приключений на пятую точку не смахиваете, зачем вообще приехали сюда?

— Полевые исследования, научные, — улыбнулся Олег. — Идея была моя, всегда мечтал побывать в месте, о котором рассказывают мистические небылицы и проверить насколько они реальны. Поделился с Ниной и Ромкой, а они тоже загорелись. Прошерстили интернет, передовицу районную и остановили выбор на этой деревне. Не так далеко, историй хоть отбавляй, идеально!

— Все, я ухожу, если будет что странное устрою раннюю побудку! — пообещал Ник и убрел к машине.

На ночлег разбрелись быстро, троица потеряшек долопали параллельно принесенные в дом запасы провианта и уже через полчаса все крепко спали. Кроме меня, сон не шел, мысли бродили разные, неспокойные, разгоняя дрему на подступах. Ко всему прочему, было жестко и холодно, я лежала на запасном надувном матрасе, который надули за пять минут парни по очереди нажимая ногой на насос. Закуталась в одеяло по самый нос, не помогало, по полу скользили сквозняки и запах подвала, неистребимый и бесящий. Не укрыться от него, ни отключиться. Тихонько застонав, я прихватила одеяло и на цыпочках вышла из дома и пробралась к машине и постучала в боковое водительское окно. За стеклом появилась физиономия Ника, ни капельки не сонная. Он вылез на улицу, и задумчиво глядя на тёмную улицу сказал:

— Никак не могу придумать, как проверить на пространственные карманы остальные дома? — он потер подбородок.

— Дельная мысль в середине ночи, — оценила я с долей ехидства. — Ничего странного не происходило?

— Э-э, — протянул недоуменно Ник. — Я так увлекся своими размышлениями, что провалился куда-то…

— В свой карман? — поддела я.

— Ага, мысленный! — улыбнулся Ник. — Из него тоже не легко выпадать, без посторонней помощи.

Внезапно улыбка сползла с его лица, а глаза округлились. Смотрел он на дом. Я в панике обернулась и рот открыла от изумления которое быстро переросло в ужас. Дом исчез! Словно его и вовсе никогда не бывало. Ни забора, ни огорода, ни строй рухляди на заднем дворе, ни самого здания. Только ровное место заросшее травой. Ник сглотнул и как лунатик побрел к опустевшему пространству. Я дергано перевела взгляд на другие дома, они никуда не исчезли. А Ник далеко не ушел, он обо что-то споткнулся, а потом боком облокотился на… воздух.

— Забор на месте, — заявил он и с оглушительным грохотом рухнул на землю.

— Ник! — завопила я и в два прыжка оказалась возле него, но зацепилась обо что-то невидимое ногой и чуть не прилегла рядышком.

— Что происходит? Ой! Это как?

Послышались шаги, скрип двери, из дома вылетел Роман, и застыл в воздухе, судя по всему стоя на невидимой верхней ступеньки крыльца. Выглядело это ну очень странно. Пару минут он рассматривал ошарашено Ника, пытающегося подняться со сломанного невидимого забора, меня, хватающую его за шкирку и бормочущую как заведённая о занозах и гвоздях и полное отсутствие старого дома. Следом за парнем, никто не показался, видимо разбудили мы лишь его одного. Над деревней разнесся печальный удар колокола, низкий, жуткий, пробирающий до самого сердца. Стая воронья сорвалась с ветвей деревьев, кружа над нами с карканьем. Второй удар колокола, воронье чёрной тучей взмыло в небо и вскоре скрылась из виду, со стороны озера донесся плеск. Третий удар колокола. Ник сполз с покорёженных досок, умудрившись особо и не пораниться. Белый как простыня Рома, опустился со стоном на возникнувшую из небытия ступеньку. Дом стоял как ни в чем не бывало! Ой!

— Часы остановились, по времени чуть больше двух часов, — прохрипел Ник, поднимаясь на ноги и пытаясь отряхнуться от грязи и хлопьев старой краски, по-моему, зеленого цвета. — Нужно запомнить, завтра ночью будем поджидать эти сверхъестественные явления.

— Остальные спят? — спросила я Рому, он кивнул.

— Я самостоятельно проснулся, в горле пересохло, вдруг услышал грохот и ваши вопли, — парень потер лоб. — Чуть не чокнулся, стою вроде бы на крыльце дома, а его нет!

— Явления ведь по идее должны развиваться, раз уж зрителей наехало, — неуклюже пошутила я.

— Не обязательно это связано с нами, часто зачарованные места, по слухам, отыгрывают свои бесконечно повторяющиеся кадры, по замкнутому кругу, но временные отрезки могут быть разными, — рассудительно заметил Рома. — Это я сужу не по личному опыту, — добавил он: — Просто любитель мистических историй, как и Олег. Он нам кстати утров выволочку устроит, за то, что мы его не разбудили.

— Да, если бы могли! Непременно подняли всех на уши! — заверил Ник.

— Я даже на камеру не додумалась сфотографировать пропажу здания и огорода, — расстроилась я.

— Уверен, завтра нам предоставится такая возможность, приготовимся заранее, — Роман поёжился и сонно зевнул. — У нас с собой пара камер расставим в обзорных местах.

— Отсыпайся, завтра будет та еще ночка! И Олега будить не стоит, — махнул парню на дом Ник. — Я установлю смартфон и камеру в машине, мало ли что случится, до утра времени полно.

— Я с тобой останусь, — шепнула я, когда Рома скрылся в доме.

— Придется дремать сидя! — попытался меня напугать Ник.

— Ничего страшного! — горячо заверила я его. — В доме я не усну ни сидя, ни лёжа, тем более после случившегося. Что ты там говорил о проверке других домов на…

— Пространственные карманы! Но поговорим чуть позже, — закончил Ник, галантно открыв для меня пассажирскую дверцу. — Я мигом в дом и обратно, камера твоя там осталась.

Я уселась на кресло, достала смартфон из кармана и задвинув за навигатор приставила к стеклу камерой. Нервно оглядываясь на вход в дом. Вдруг они там все застрянут, мне их вызволять при… Ник выскочил обратно, а я с облегчением перевела дыхание. Раскрыла камеру на экране и устроилась на кресле поудобнее. Дрожа от ночной прохлады, Ник уселся на водительское место и установил фотоаппарат между сумками, хорошенько его закрепил, чтобы не упал и поставил в режим видеосъёмки. Я только сейчас осознала, что все это время не мерзла потому, что до сих пор не рассталась с одеялом! И не мешало оно мне, вот что удивительно!

— Да, я тоже заметил, твоё необычное одеяние, но теплое, а это немаловажно, — он натянул на себя плед и вздрогнув, вытащил из сумки шоколадку. — Кофе нет, будем бодриться натуральным шоколадом! Я твою плитку последнюю из дома утянул.

— Молодец! — искренне похвалила я, с наслаждением ощутив вкус шоколада на языке. — Я по приезду еще сварганю! Насчет карманов, хочешь сказать, что тут выбор небогатый, оставим кого-то снаружи, ловушка не сработает, ничего выяснить толком и не выйдет. Если всем скопом ввалимся, а карман там есть, то застрянем и вот на этот раз нас вытащить будет уже некому.

— Отлично расписала проблему! — хрустнул плиткой шоколада Ник и протянул мне большую половину. — При том, что мы вообще не понимаем, почему именно таким образом карман срабатывает. Один на улице, и пожалуйста, нет никакого кармана. Или есть, но мы разницы не улавливаем…

Он кашлянул и с виноватым видом на меня покосился. Нашел о чем переживать.

— Ой, не ты один до этого додумался, — отмахнулась я. — Ужасы и я умею генерировать, по миллиону в час. Зато компания у нас отличная, научная и серьёзная.

— Несмотря на нереальность темы изучения, — Ник протер ладонью запотевшее стекло и чуть опустил его вниз. В салон проник свежий ветерок.

— Я морально готовилась к боданию с упертыми подростками, а оказалось, у нас прекрасная команда! — я подавила зевок.

— Подреми! — сочувственно предложил Ник. — У меня сна ни в одном глазу, а ты мастер балансирование на границе сна и яви.

— Не всегда, частенько сон побеждает, — зевнула я и отключилась

Глава 6 Беспокойная ночь

— Да, что же такое, а! Сейчас воды принесу! — всплеснула я рукой и поудобнее перехватив фотоаппарат, бегом пропустила к дому.

— Насть, подожди, — крикнул Ник мне в след, но я пропустила его крик мимо ушей и неслась как оглашенная.

Распахнула дверь в дом и со всей дури в кого-то врезалась. Послышался девичий визг, мы с этим кем-то, крепко вцепившись друг в друга, покатились по полу, фотоаппарат оказался ровнёхонько между нами и чудом уцелел. Но далеко укатиться нам не позволили. Кто-то, как мне показалось, их было двое, подняли нас с пола и резво, без экивоков выпихнули на улицу. Я таращилась на троих ребят с помятыми, испуганными, перекошенными лицами. Светловолосый парень лет восемнадцати с всхлипом упал на колени, закрыв лицо руками. Девушку с длинной темной косой, с которой я, видимо, недавно столкнулась в дверях дома, придерживал под локоть второй парень, высокий, крепкий, спортивный. Вот они, потеряшки, наши! Нашлись!

— Вить, что с тобой! — заголосила внезапно девушка, узрев валяющегося на дороге Виктора, и, сорвавшись с места, потащила к нему высокого парня, как бульдозер, несмотря на малый рост и худобу.

— Нина, — промямлил чуть слышно лежащий без сознания Виктор.

— Шахов, да отпусти меня, в конце концов! — возмутилась Нина и, вырвав локоть из хватки, подбежала к брату, упала на колени и запричитала: — Прости, мы попались как идиоты в ловушку, не только деревня, но и домик с сюрпризом оказался. В него после полуночи ввалились, от страха перепугались до смерти, когда увидели, что местные как живые по деревне шляются, а обратно выйти не смогли. Додумались записки подсунуть и вещи скидывать, хорошо, что у нас это получилось!

Пока она тараторила как заведённая и пыталась привести брата в чувство. Двое парней и мы с Ником настороженно следили за тем, как деревню затягивает непроницаемая пелена тумана. Он не мглистой рассеянной дымкой, как ранее, а жуткой плотной стеной надвигался на нас со стороны озера. Глядя на его приближение, я чувствовала, что страх захлёстывает с головой, хотя никаких очевидных причин для этого не наблюдалось.

— Скоро страх пройдёт, — сказал спортивный парень, судя по всему, фамилия его была Шахов. — Только в дом не входите, и не переживайте, туман очень быстро исчезнет! Мы уже попались разок в ловушку, больше не хочется!

— И что там было в ловушке? — спросил Ник.

— Да, ничего особенного, тот же дом, только темнота за окнами, дождь льет, часы остановились, и выйти было невозможно. Хорошо, еды с лихвой внутрь натащили. Нам сперва казалось, что прошло всего-то пара суток. Однако вы спустя какое-то время начали крутиться внутри, но ни доораться, ни коснуться вас не получалось, как ни старались, мешала некая незримая преграда. Зато когда появился Виктор, мы наконец-то догадались, что дней прошло гораздо больше, ох и перепугались ужасно.

— А вещи вы как умудрились подкидывать и рюкзак ронять? — поинтересовалась я.

— Какие еще вещи? Ничего мы не подкидывали и не роняли, — прошипел второй парень, глядя на нас с Ником с недоумением. — Мы только записку оставили, положили на подоконник, на удачу. Глядим, а вы её нашли, прочитали. Видеть вас мы видели, но голосов не слышали. Картинка без звука...

Он говорил все тише, туман окружил нас со всех сторон, молочной, влажной пеленой. Паника совместно с инстинктом, едва позволяли стоять на месте, но приходилось терпеть. Постепенно, туман начал редеть и растаял. День и нечеткие фигуры людей исчезли, ночь вступила в свои права. И это после обеда! На нас обрушилась тишина и ночной холод, но после слов Шахова бежать в дом никому не хотелось. Ох, да и в любой другой дом в деревне тоже. Новую группу поиска организовывать будет просто не кому. Виктор наконец соизволил прийти в сознание, пошарил руками по траве, нашел очки, нацепил их и увидев сестру, хрипло выдавил:

— Нина, ты нашлась! — он резво уселся и тут же зашипел, потирая макушку.

— Ударился? — деловито спросила Нина, пытаясь наклонить парню голову.

— Вы где были! — отмахнувшись и не слушая её возопил Виктор.

— В доме, — она невесело усмехнулась и громко припечатала, обрывая его возмущение. — Прости, братишка, связь там не ловила.

— Как это в доме, вы там прятались что ли... — с недоумением моргнул Виктор.

— Витя, давай разговор перенесем на попозже, — проникновенно попросила девушка и крепко обняла брата. — Происходит черти что! Мы почти не спали, перенервничали, едва на ногах стоим. Но не представляешь, как я обрадовалась, когда тебя увидела.

— И что делать? После вашего рассказа, — Ник указал на опустевшую улицу. — Я лично, не горю желанием в доме застрять, нужно понять, что происходит и почему! Но не ночевать же прямо на улице, машин у нас три, но наша, например, вещами забита под завязку.

— Ну, вообще-то, в первую ночь, мы по очереди дежурили у крыльца, на всякий случай, — неуверенно протянул Шахов. — Менялись вне дома, на крыльце. Туман и люди не появлялись и все прошло спокойно. Застряли мы следующей ночью, когда ввалились в дом все вместе.

— Проверим! — Ник решительно пошел к крыльцу. — Дежурство в любом случае идея прекрасная, одному в машине и вещи не помеха.

Выдохнул и зашел в дом, мы, переглядываясь замерли у порога. Шаги пару минут удалялися, потом загрохотали к двери. Ник спокойно вышел на крыльцо.

— Теперь, я выхожу, а вы, дружно, идете в дом! — раскомандовался он, но возражений не последовало.

Все устали, вымотались и перенервничали, поэтому дружно ввалились в дом. Троица ребят, скованно жались у порога кухни, понятно, они и без того слишком долго просидели в ловушке. Загадку которой нам еще предстояло понять, завтра!

— Эй, я останусь на ночь в машине, а вы отсыпайтесь… — начал он.

— Я сменю через пару часов, — вызвался Роман Шахов.

— А я к утру, — добавил второй парень, Олег. Я наконец вспомнила его имя. — Я бы этот дом за версту бы обходил, надоел, но в других может быть не лучше, а то и похуже.

— Местные призраки в него не наведывались? — спросил Ник, прислонившись к опоре навеса.

— Нет, — ответила Нина. — Мы тоже обратили на это внимание. Этот дом они стороной обходят, да и сам он не меняется, во время явления призраков, — она усмехнулась.

— А какой он, дом. внутри ловушки, как выглядел? — продолжил Ник.

— Такой же, по крайней мере я разницы не заметил, — Роман махнул рукой на печь. — Но с вашим появлением, вещи начали появляться, словно ниоткуда, вот мы и решили их ронять и писать записки, в надежде, что этот процесс двусторонний, угадали! На самом деле повезло, что вы приехали, продуктов мы с собой не прихватили на несколько месяцев и так тянули как могли.

— Виктор нас настойчиво попросил найти потеряшек в заброшенной деревне, — усмехнулся Ник.

— Извини Вик, — вздохнула девушка, ткнув локтем брата в бок. — Мы ожидали конечно мистики и жути, а на деле, попались как мыши в мышеловку.

— А уж хотели спасателей вызывать, но для начала решили убедиться, что с вами действительно что-то случилось. И тут эти записки и непонятности, то ли вы и правда застряли не пойми где, то ли шутки с нами шутите, — вздохнул Ник.

— Что же это за невидаль такая? — протянул Виктор.

— Из дома мы выйти не могли, хотя признаться честно, очень хотелось, — сказала Нина. — Непонятно, это пространственный карман в самом доме или он намного больше? Откуда он взялся? И почему?

— Давайте сегодня отдохнем, а завтра всеми вместе возьмёмся за загадки, — Роман зевнул. — С ног валюсь.

— Завтра нужно доехать до ближайшего магазина, продуктов подкупить, — внес дельную мысль Олег.

— И с деревенскими пообщаться не помешало бы, — поддакнула Нина. — Нам не повезло в ливень приехали.

— Вот и у нас та же неприятность, — сказала я. — Утречком встанем, разделимся.

Он держался скромно, но в шаговой доступности от Нины. Впрочем они все сильно отличались от образа слепленного мною в головушке. Не отчаянные подростки с дурью, перехлестывающей через края, а степенные и серьезные ребята. А мы из в розыгрыше подозревали!

— Слушайте, вы уж извините, но вы на искателей приключений на пятую точку не смахиваете, зачем вообще приехали сюда?

— Полевые исследования, научные, — улыбнулся Олег. — Идея была моя, всегда мечтал побывать в месте, о котором рассказывают мистические небылицы и проверить насколько они реальны. Поделился с Ниной и Ромкой, а они тоже загорелись. Прошерстили интернет, передовицу районную и остановили выбор на этой деревне. Не так далеко, историй хоть отбавляй, идеально!

— Все, я ухожу, если будет что странное устрою раннюю побудку! — пообещал Ник и убрел к машине.

На ночлег разбрелись быстро, троица потеряшек долопали параллельно принесенные в дом запасы провианта и уже через полчаса все крепко спали. Кроме меня, сон не шел, мысли бродили разные, неспокойные, разгоняя дрему на подступах. Ко всему прочему, было жестко и холодно, я лежала на запасном надувном матрасе, который надули за пять минут парни по очереди нажимая ногой на насос. Закуталась в одеяло по самый нос, не помогало, по полу скользили сквозняки и запах подвала, неистребимый и бесящий. Не укрыться от него, ни отключиться. Тихонько застонав, я прихватила одеяло и на цыпочках вышла из дома и пробралась к машине и постучала в боковое водительское окно. За стеклом появилась физиономия Ника, ни капельки не сонная. Он вылез на улицу, и задумчиво глядя на тёмную улицу сказал:

— Никак не могу придумать, как проверить на пространственные карманы остальные дома? — он потер подбородок.

— Дельная мысль в середине ночи, — оценила я с долей ехидства. — Ничего странного не происходило?

— Э-э, — протянул недоуменно Ник. — Я так увлекся своими размышлениями, что провалился куда-то…

— В свой карман? — поддела я.

— Ага, мысленный! — улыбнулся Ник. — Из него тоже не легко выпадать, без посторонней помощи.

Внезапно улыбка сползла с его лица, а глаза округлились. Смотрел он на дом. Я в панике обернулась и рот открыла от изумления которое быстро переросло в ужас. Дом исчез! Словно его и вовсе никогда не бывало. Ни забора, ни огорода, ни строй рухляди на заднем дворе, ни самого здания. Только ровное место заросшее травой. Ник сглотнул и как лунатик побрел к опустевшему пространству. Я дергано перевела взгляд на другие дома, они никуда не исчезли. А Ник далеко не ушел, он обо что-то споткнулся, а потом боком облокотился на… воздух.

— Забор на месте, — заявил он и с оглушительным грохотом рухнул на землю.

— Ник! — завопила я и в два прыжка оказалась возле него, но зацепилась обо что-то невидимое ногой и чуть не прилегла рядышком.

— Что происходит? Ой! Это как?

Послышались шаги, скрип двери, из дома вылетел Роман, и застыл в воздухе, судя по всему стоя на невидимой верхней ступеньки крыльца. Выглядело это ну очень странно. Пару минут он рассматривал ошарашено Ника, пытающегося подняться со сломанного невидимого забора, меня, хватающую его за шкирку и бормочущую как заведённая о занозах и гвоздях и полное отсутствие старого дома. Следом за парнем, никто не показался, видимо разбудили мы лишь его одного. Над деревней разнесся печальный удар колокола, низкий, жуткий, пробирающий до самого сердца. Стая воронья сорвалась с ветвей деревьев, кружа над нами с карканьем. Второй удар колокола, воронье чёрной тучей взмыло в небо и вскоре скрылась из виду, со стороны озера донесся плеск. Третий удар колокола. Ник сполз с покорёженных досок, умудрившись особо и не пораниться. Белый как простыня Рома, опустился со стоном на возникнувшую из небытия ступеньку. Дом стоял как ни в чем не бывало! Ой!

— Часы остановились, по времени чуть больше двух часов, — прохрипел Ник, поднимаясь на ноги и пытаясь отряхнуться от грязи и хлопьев старой краски, по-моему, зеленого цвета. — Нужно запомнить, завтра ночью будем поджидать эти сверхъестественные явления.

— Остальные спят? — спросила я Рому, он кивнул.

— Я самостоятельно проснулся, в горле пересохло, вдруг услышал грохот и ваши вопли, — парень потер лоб. — Чуть не чокнулся, стою вроде бы на крыльце дома, а его нет!

— Явления ведь по идее должны развиваться, раз уж зрителей наехало, — неуклюже пошутила я.

— Не обязательно это связано с нами, часто зачарованные места, по слухам, отыгрывают свои бесконечно повторяющиеся кадры, по замкнутому кругу, но временные отрезки могут быть разными, — рассудительно заметил Рома. — Это я сужу не по личному опыту, — добавил он: — Просто любитель мистических историй, как и Олег. Он нам кстати утров выволочку устроит, за то, что мы его не разбудили.

— Да, если бы могли! Непременно подняли всех на уши! — заверил Ник.

— Я даже на камеру не додумалась сфотографировать пропажу здания и огорода, — расстроилась я.

— Уверен, завтра нам предоставится такая возможность, приготовимся заранее, — Роман поёжился и сонно зевнул. — У нас с собой пара камер расставим в обзорных местах.

— Отсыпайся, завтра будет та еще ночка! И Олега будить не стоит, — махнул парню на дом Ник. — Я установлю смартфон и камеру в машине, мало ли что случится, до утра времени полно.

— Я с тобой останусь, — шепнула я, когда Рома скрылся в доме.

— Придется дремать сидя! — попытался меня напугать Ник.

— Ничего страшного! — горячо заверила я его. — В доме я не усну ни сидя, ни лёжа, тем более после случившегося. Что ты там говорил о проверке других домов на…

— Пространственные карманы! Но поговорим чуть позже, — закончил Ник, галантно открыв для меня пассажирскую дверцу. — Я мигом в дом и обратно, камера твоя там осталась.

Я уселась на кресло, достала смартфон из кармана и задвинув за навигатор приставила к стеклу камерой. Нервно оглядываясь на вход в дом. Вдруг они там все застрянут, мне их вызволять при… Ник выскочил обратно, а я с облегчением перевела дыхание. Раскрыла камеру на экране и устроилась на кресле поудобнее. Дрожа от ночной прохлады, Ник уселся на водительское место и установил фотоаппарат между сумками, хорошенько его закрепил, чтобы не упал и поставил в режим видеосъёмки. Я только сейчас осознала, что все это время не мерзла потому, что до сих пор не рассталась с одеялом! И не мешало оно мне, вот что удивительно!

— Да, я тоже заметил, твоё необычное одеяние, но теплое, а это немаловажно, — он натянул на себя плед и вздрогнув, вытащил из сумки шоколадку. — Кофе нет, будем бодриться натуральным шоколадом! Я твою плитку последнюю из дома утянул.

— Молодец! — искренне похвалила я, с наслаждением ощутив вкус шоколада на языке. — Я по приезду еще сварганю! Насчет карманов, хочешь сказать, что тут выбор небогатый, оставим кого-то снаружи, ловушка не сработает, ничего выяснить толком и не выйдет. Если всем скопом ввалимся, а карман там есть, то застрянем и вот на этот раз нас вытащить будет уже некому.

— Отлично расписала проблему! — хрустнул плиткой шоколада Ник и протянул мне большую половину. — При том, что мы вообще не понимаем, почему именно таким образом карман срабатывает. Один на улице, и пожалуйста, нет никакого кармана. Или есть, но мы разницы не улавливаем…

Он кашлянул и с виноватым видом на меня покосился. Нашел о чем переживать.

— Ой, не ты один до этого додумался, — отмахнулась я. — Ужасы и я умею генерировать, по миллиону в час. Зато компания у нас отличная, научная и серьёзная.

— Несмотря на нереальность темы изучения, — Ник протер ладонью запотевшее стекло и чуть опустил его вниз. В салон проник свежий ветерок.

— Я морально готовилась к боданию с упертыми подростками, а оказалось, у нас прекрасная команда! — я подавила зевок.

— Подреми! — сочувственно предложил Ник. — У меня сна ни в одном глазу, а ты мастер балансирование на границе сна и яви.

— Не всегда, частенько сон побеждает, — зевнула я и отключилась