Черника

Глава 1

Каждый день в доме напротив в одно и то же время в одной и той же комнате загорался свет. И каждый раз в венах девушки по имени Василиса застывала кровь. Она поворачивала голову без охоты, но будто по принуждению. Она смотрела на ту, что так явно смотрела на нее. И внутри Василисы распускался бутон навязчивого страха. Ей так хотелось кричать и бежать прочь! Спину то и дело холодком щекотали мурашки, но глаз от окна было попросту не отвести. Ведьма — так окрестила соседку Василиса.

Семья девушки не так давно поселилась в загородном коттедже, где дома выдавали статус людей. Однако именно ей посчастливилось стать соседкой крохотной старой постройки, из которой наотрез отказывалась переезжать старуха, сколько бы денег не предлагали. Женщина прожила здесь всю свою жизнь и не хотела оставлять воспоминания, что окружали ее повсюду, даже в запахах леса. Выглядела она как самая обычная бабушка: седые волосы в косе, заколотые в пучке; ворох морщин; не новые, но опрятные одежды. Главное, женщина оставалась в здравом уме, да и чувствовала себя прекрасно. Но эти ночные странности...

Каждый раз старуха включала свет, ставила табурет в центре комнаты, садилась на него и смотрела в окно. Разве видела она то, что находилось по ту сторону в темноте? Но Василиса чувствовала ее взгляд. Чувствовала даже сквозь стены!

Сегодня Василиса заблудилась в лесу. Довольно часто она выходила за огражденную территорию коттеджей, чтобы прогуляться и подышать чистым воздухом. Девушка легко находила общий язык с природой: тропы сами разворачивались перед ней и указывали путь то к земляничной полянке, то к пню, усеянному опятами. Но не сегодня. Василиса стояла посреди леса и абсолютно не понимала, куда нужно идти. Девушка достала из кармана смартфон, включила геолокацию, открыла карту.

— Здравствуй, Василисонька!

Девушка обернулась. Перед ней стояла старушка-соседка с небольшим лукошком.

— Алевтина Степановна?! Здравствуйте.

— Да ты никак заблудилась, милая?

— Вроде того. Сейчас гляну...

Но на Василису смотрел чёрный экран. Странно, ведь заряда аккумулятора совершенно точно хватило бы на несколько часов. Девушка даже постучала по смартфону — безуспешно. Она подняла взгляд и обнаружила на лице старухи ухмылку.

— Я тебя выведу, — тут же последовало сомнительное предложение. Сомнительное потому, что Василиса чуяла неладное всем своим телом.

— Да я еще хотела черники пособирать, а уж потом выйду из лесу, не впервой.

— А где здесь черника? Покажешь?

Василиса широко натянуто улыбнулась:

— Покажу.

Девушка пошла вперед, старуха ступала следом. Вокруг за деревьями будто кто-то ходил, наблюдал, парил в воздухе. Василиса хотела как можно скорее закончить эту прогулку. Она немного ускорила шаг, остановилась у сосны, положила на нее ладонь и закрыла глаза.

— В этом лесу никогда не росла черника, — подметила Алевтина Степановна, и это правда.

— Вот же она, — указала Василиса под дерево, где, в самом деле, в изобилии росла ягода.

— Черника? Настоящая? — старуха поспешила сорвать плод, но вместо того, чтобы положить в рот, раздавила меж пальцев. — Э, нет, милочка! Это белладонна. И не стыдно тебе?

— О чем Вы?

— Вот так просто решила отравить человека!

— Да о чем Вы? Это черника!

— Да, ты преобразила ее, но внутри ягода прежняя.

— Преобразила? Вы в своем ли уме?

— Тогда ешь.

— И не подумаю! Стану я потакать причудам полоумной старухи?!

— Еще и обзываться удумала?

— Ну хватит с меня, я домой!

Как только развернулась Василиса, все вокруг затянул колючий терновник. Кто-то незаметный снова бродил рядом да около. Девушка перепугалась, глаза ее округлились. Бежать некуда, кричать без толку.

— Да что Вам от меня нужно?

— Правда.

— Какая еще правда?!

— О тебе правда.

— Я не понимаю, что Вы хотите!

— Думаешь, я не вижу? Не чую? Я, милочка, живу-то поболее твоего. Ты зачем в лес ходишь?

— Чего?! Гуляю я!

— А в ночи с зеркалом, о чем разговариваешь?

— Да Вы сумасшедшая!

— Полно, милочка, полно... Давай по-хорошему?

— Да Вы просто полоумная старуха! — сорвалась на крик Василиса.

На девушку тот час налетели вороны, забили крыльями, захватали за волосы. Василиса визжала, отбивалась, но птицы не отступали. Кое-как до сосны шагнула, кулаком на уровне груди стукнула, дерево затрещало, да повалилось наземь. Василиса немедля в полый ствол, что остался стоять, забралась. Поскребла девушка длинным маникюром по коре, да как взмыла в небо на только что сотворенной ступе. Вороны бросились следом. Развернула ступу Василиса, повела в лобовое столкновение, зашибла ворон. Вдруг кто-то ударил девушку по хребту. Смотрит Василиса, а Алевтина Степановна рядом парит на кривой трухлявой палке, да в руке держит такую же.

— Ты почто птиц обижаешь?

— А зачем Вы их на меня натравили?

— Ведьма проклятая!

— Ой, да кто бы говорил!

— Значит так, милочка, этот лес мой: места силы, животные, птицы — все под моею защитой. Еще раз посмеешь здесь кости закапывать, землю мою воровать для обычаев своих темных, здесь же, рядом со своею «черникою», и найдешь потом смерть.

— Слушай сюда, старая, ты немножечко время попутала, твой срок на исходе уже — так я ускорю. И лес твой моим станет не сегодня, так завтра. Дом твой я сожгу, а все схроны отрою — исчезнешь с концами! — Юная красавица продемонстрировала средний палец.

— Чем больше Сатане потакаешь, тем скорее придет он по твою душу. Только ты, глупая, меня не слушаешь, оттого сегодня и сгинешь.

Василиса плюнула в сторону ведьмы и понеслась прочь в ступе над лесом. Алевтина Степановна спокойно опустилась на землю, принялась искать и собирать в лукошко сбитых ворон.

Домашние Василису очень любили: умница дочка, первая красавица, красный диплом. Вот только не знали они, что прабабка ей свои знания завещала, а внучка стала применять их для обогащения. Заикнется отец о новой сделке, дочь поколдует и все идет гладко; поделится проблемами (конкуренты мешают), те сразу мрут. Сегодня мать проболталась о проверках с налоговой, о некоем Иванове Иване Ивановиче, который тщательно копает под их семью. Недолго думая Василиса нашла о нем информацию в интернете, распечатала фото на принтере и поздним вечером вышла на «пробежку». Не забыла девушка и о ведьме-соседке, указала своим собакам растерзать старуху, если та посмеет за порог ступить. Прибежала Василиса в темный лес и пошла во тьму по тропинкам, что ей ясно виделись. Она давно создала из камней лабиринт: мелкие камни, разложенные закрученной улиткой, позволяли дойти до самого центра. Василиса развернула ладони вниз и пошла кругами. В центре лабиринта стоял старый пень, поросший мхом. Под него девушка закапала очередную кость с фото, а на пень положила золотое украшение и конфету, связанные вместе черной нитью. Василиса раскрыла ладони вверх и шагнула в обратный круговой путь. На нее тут же налетели вороны, заставили сойти с лабиринта в сторону.

— Ах ты, ведьма проклятая! — чертыхалась себе под нос девушка, отбиваясь от птиц.

Ветви деревьев зашелестели, заскрипели и послушно помогли Василисе отогнать ворон. Птицы закружили в небе, продолжая громко надрывно кричать. Девушка оглянулась: лабиринта не видно, хоть тот и должен быть рядом.

— Дорогу мне покажи! — приказала Василиса лесу.

Ветер подтолкнул девушку в сторону, она поддалась. Но путь Василисе показался неверным. Она остановилась:

— Это твои козни, ведьма проклятая! — крикнула она в темноту. — Старая дура, портал не закрыт!

Кружащие в небе вороны сменили гаркающий тон на насмешки.

— Ну, погоди! — зло буркнула девушка и зашагала вперед нервным и быстрым шагом.

Василису толкнула ветка березы, подставил корень молодой дуб. Девушка упала на землю. Перед глазами оказалась черника, а за спиной прозвучал голос старухи:

— Это твои плоды. Угощайся!

Василиса стиснула зубы, хотела подняться, но ее запястья и лодыжки уже прочно обхватили корни растений.

— Говорила я тебе, не делай зла!

Земля содрогалась. Из густой темноты леса приближалось существо похожее на медведя, только тело его покрывал мох, когти сверкали золотом, а заместо головы на плечах стоял пень. Кора его двигалась, играла лунным светом, обретала суровые черты глаз и губ.

— Смотри, кого прикормила. Как думаешь, ты ему по вкусу придешься?

— Отпусти меня, старая дура!

— Так не я же тебя держу. Ты у Леса прощения проси за свои деяния, кайся, может, поверит.

Но Василиса лишь чертыхалась. Подошло существо к юной девушке, склонилось над ней. Провело лапой по ягодам, все они теперь лежали на ладони. Обхватило лицо Василисы, и она послушно открыла рот — плоды белладонны оказались мгновенно разжеваны и проглочены. Существо отпустило девушку и ушло в темноту леса.

Василиса обнаружила на щеках слезы, даже не заметила, как начала плакать. Корни больше не сдерживали ее. Девушка обернулась, вокруг не было никого. Она неуверенно встала, но тут же обессилила и упала на землю. Веки закрылись.

Василису нашли в лесу под утро вызванные родителями спец.службы. Девушку тут же осмотрели, и уже скоро она вернулась домой.

— Ах, я так волновалась! Так волновалась! — причитала мать.

— Это все из-за поганой старухи! — сорвалось с языка.

— Какой старухи?

— Этой, — Василиса качнула головой в сторону старого домика. — Полоумная Антонина Степановна накормила меня белладонной...

— Какая Антонина Степановна?

— Соседка, ну! — уже в раздражении рукой указала дочь.

— Ты что-то путаешь. Здесь живут Карповы, все молодые...

Василиса недовольно закатила глаза и причмокнула, но взглянув в окно, обнаружила вместо домика очередной коттедж. Девушка нахмурилась и нервно закусала губы.

— А Иван Иваныч уже сдох?

— А должен?

— Конечно должен! Кто папе мешает, тот сразу дохнет!

— Ты о чем, солнышко?

— Петров, Кузнецов, Ермолин — все друг за другом ушли…

— Куда ушли? Все живы, здоровы, просто с папой больше дел не имеют, разными путями пошли.

Василиса почувствовала раздражение и напряжение, схватила смартфон, прошерстила интернет. С воплем отчаяния девушка бросила гаджет в стену, и тот разлетелся на несколько частей. Она схватилась за голову и заметалась по кухне в криках.

Изо дня в день Василиса сидела посреди комнаты на табурете и смотрела в окно. Она не говорила, не пыталась куда-то ходить. Санитары кормили ее с ложки, и пытались увидеть хоть какие-то изменения в остекленевших глазах пациентки, но тщетно. Василиса жила? Разве только ее бренная оболочка, за которой стучало прогнившее сердце.