Человек и тень

От автора

Так... Кажется я тут впервые. По крайне мере, не помню, чтобы когда-то писал на этой платформе. Все записи уходили в стол. Такое у многих же бывает, правда?

Когда пишешь, рисуешь или что-то мастеришь, но думаешь, что это не достаточно хорошо или интересно для того, чтобы показывать кому-то еще. Сам посмотрел и хватит. Однако это же совсем не значит, что нам не нравится то, что мы делаем. Нас радует сам процесс и результат. Мы вкладываем в это сердце, душу, наши чувства... Мы любим то, что делаем. Нужно просто немного уверенности, чтобы решиться сделать шаг.

И вот я тут. Решился. Надеюсь, что и ты, мой дорогой читатель, сможешь сделать шаг на пути к своей мечте.

О чем мечтал я, раз оказался здесь? Писать для людей, рассказывать им свои истории и видеть их реакцию на прочитанное. Это сделало бы меня счастливым.

Согласитесь, нельзя увидеть чувства, вызванные прочитанной историей, если эта самая история всегда будет лежать в столе, висеть в сохраненных документах на компьютере или жить только в мыслях своего создателя. Да даже если история случилась в реальности - она существует только для тех, кто был ее участником или наблюдателем. Для других она станет реальностью только тогда, когда ее расскажут.

Так что слушайте. Это истории моего бестиария.

*тихо смеюсь, наливая в кружку зеленый чай*

Солнечный ветер

От неё пахло лавандой и морем. Тем самым, сияющим, как драгоценность на рассвете, ещё не тронутым в эту раннюю пору людьми, а потому удивительно чистым и свежим.

От нее пахло медом, травами и молоком. Похоже на утро у бабушки где-то в деревне. Солнечные лучи проникают в комнату через неплотно задернутые цветочные занавески, ты лежишь на мягкой подушке, сладко потягиваешься и вдыхаешь аромат... Свободы? Пусть будет так. Впереди еще целое лето, куча планов и новых историй. На кухне тебя ждет гора свежих оладий, сладкий джем и стакан парного молока. Скоро пойдешь с друзьями на рыбалку, а вечером разведете костер...

От нее пахло ветром и солнцем, как от шерстки котенка. Так уютно, приятно, точно коснулся весны. Ощущение первого тепла и скорых гроз, когда воздух особенно сладок, а сердце просит чего-то нового, толкая на безумные поступки. По весне особенно сильно хочется жить, творить, возможно влюбиться. Да, так ярко и на всю жизнь, как влюблялся в школе, на второй день строя планы на всю предстоящую жизнь.

Да, такой уж она была. Напоминающей стихию, не добрую и не злую, просто прекрасную и в покое и в гневе. Однако казалось, что она совсем не умеет злиться, будто когда всем раздавали этот навык, она, эта странная девчонка, наслаждалась восходом, танцевала под музыку с виниловых пластинок, рисовала пастелью на цветной бумаге и пекла панкейки на старой бабушкиной сковородке.

Она красила волосы в сиреневый, вплетала в косы ленты со стеклянными бусинами, ловящими солнце, носила рваные джинсы и кеды с разными шнурками и носками. На её кофтах и майках всегда были смешные картинки, а на джинсовке значки, смысл которых был зачастую не ясен и ей самой. Кактус в кепке, кот в костюме хот-дога, целующиеся помидоры и буррито с улыбкой..

Она слушала старые песни, писала стихи в тетрадях в клетку и мечтала однажды уехать путешествовать по всему миру. Хотела влюбиться, чтобы всю жизнь и с одним. Но из сказок в детстве больше всего любила русалочку с плохим концом.

Умела смеяться, так заразительно и ярко, но стеснялась своей улыбке, прячась за спины тех, кто только изображал бурную радость. Плакала горько, словно наелась полыни, показывала слезы лишь близким, хотя и от них хотела все спрятать, но не умела, ведь доверяла больше, чем самой себе.

Сушила травы, строила из себя ведьму, а по вечерам кормила бездомных кошек и часами сидела на лавочке, решая для других задачи по математике, будто репетитор, только бесплатно.

Такой уж она была... Безгранично доброй. Я же просто был. Рядом.

Садился позади нее, стоял вроде вместе со всеми, но чуть поодаль, словно не звали. Да, я тот самый друг, который на узкой дорожке уступает место и плетется позади, думая о чем-то своем. О дружбе, каше на завтрак или той пухлой вороне, что каркает сидя на ветке. Думал, что с собой делать, чтобы прекратить соглашаться на чужие просьбы и откладывать свои планы ради других. Как научиться общаться и не думать, что всем неинтересно мое мнение.

Хах, если бы меня спросили, с чем я ассоциировался у самого себя, я сказал бы с Алисой, что потерялась в Стране Чудес и даже не встретила ни Шляпника, ни Кота, ни Королеву.

- Ты пахнешь апельсинами. Так сильно их любишь? - так начался наш первый разговор с девочкой, с которой мы жили в разных мирах. От нее пахло лавандой, морем и солнцем, а от меня...

- Люблю, - и улыбнулся, по-детски, глупо. Мне хотелось сказать что-то еще, но как назло не находилось слов. Будто кто-то большой схватил меня и вытряс все дельные мысли, оставив лишь пустоту. Ну, максимум, что было в моей голове - это перекати поле и куча песка.

В голове моей опилки... Да-да-да!

-И я. Обожаю цитрусы. От них пахнет летом. А еще я представляю море, ясное небо и корабли. Помнишь, какие вчера были облака? Вот такие же огромные белые корабли!

Я помнил. Любовался ею, пока она смотрела на небо вместе с остальными. Облака были так низко, что казались флотилией, уходящей за горизонт. Думал о пиратах, сокровищах и приключениях, как на страницах романов. Как здорово было бы стать капитаном, открыть новые земли, найти затерянные сокровища...

-Мне они тоже напомнили корабли...

Да, с кораблей и апельсинов началось наше общение, а не нахождение в одной компании. Мы придумывали истории, создавали "секретики", рассказывали друг другу сны. Часто встречались по выходным и гуляли по городу, любили дурачиться, бегать по фонтанам и мороженное одного и того же вкуса. Самое дешевое, шоколадное в стаканчике.

Мы глупо смотрелись в ресторане, смеялись в кино и с радостью катались на колесе обозрения в парке.

Все было бы идеально. Мы были счастливы, строили, как дети, планы на будущее. Думали о том, какой будет наша совместная жизнь. Даже выбирали имена коту и собаке. О детях не думали. Все же мы были хорошими друзьями, а что-то большее еще немного пугало. Боялись, что чувства все могут испортить, и в тоже время не могли представить рядом кого-то другого.

Наивные для взрослых, но уже и не дети. Неопытные, немного странные, но нашедшие друг друга. Что может пойти не так?

Да уж... Я и не думал о плохом, хотя стакан для меня всегда пуст, а то, что там плещется на дне вряд-ли вода. Ха-ха. Тот еще пессимист. Но в том, что случилось не было ни чьей вины.

Так однажды она уехала. Честно, не помню уже почему. Может. что-то с родителям, может с учебой. Память странная штука - стирает то, что казалось никогда не забудешь. И все, что у нас осталось - это письма. О, их мы писали так много, что из них можно было бы построить небольшой домик или обклеить ими всю Великую Китайскую стену. Часто шутил, что если меня выгонят из дома, то мне будет где жить, и не придется дремать на скамейке в парке или драться с бродячим котом за коробку. Она смеялась, говоря, что у кота все же придется отбирать еду. Я соглашался, шутил о своих планах. Все время договаривались о встречи...

Так бы и произошло, честно. Я копил деньги на билет и жилье, собирался приехать в ее новый город на лето. Я и приехал, но... Мы так и не встретились.

Не помню, когда именно все пошло не так. Наверное, где-то весной, еще в апреле. Точно, тогда еще была сильная гроза, а до нее пару недель небо было хмурым, точно это именно у него было плохое настроение, а не у меня. Смотрел, как сверкают молнии, слушал плеер... Что-то такое тоскливое, будто на душу уронили кучу кошек, и они теперь ищут выход. Скребут и скребут. а выхода нет. Эта комната заперта, ребята, в ней жила девушка, что пахла лавандой, солнцем и морем. Она не умела кататься на велосипеде, любила танцевать на рассвете и смотреть страшные фильмы. Ее письма стали приходить реже. И в ту грозу я понял, что в них стала повторяться одна и таже фраза: "Солнечный ветер".

Солнечный ветер...

Интересно, что это такое?

Может, какой-нибудь шифр? Загадка? Что-то известное только нам?

Я искал, но никак не мог ничего найти. Фраз же становилось все больше и больше. Мне порой казалось, что я схожу с ума.

Ветер. Солнечный ветер.

Какого черта? Скажи уже прямо!

"Что такое "солнечный ветер"? Почему ты об этом постоянно пишешь?"

Написал. Стал ждать. Может, после этого все станет нормально?

"Что? Но это ты мне про него постоянно пишешь! С той грозы и сейчас... Чуть ли не в каждом абзаце. Вот, смотри...".

Она прислала обратно одно из моих писем. Лист был исписан моим почерком. Но... Я не помню, чтобы писал все это. Так много фраз. Зачем, почему? Для чего? Черт возьми? Я был готов сорваться с места, но что-то меня останавливало. И я просто отправил еще одно письмо, вложив в конверт один из ее листов с "солнечным ветром".

Да уж. Мы не знали, что делать. Каждый был уверен, что не писал ничего такого, но бумага... Письма говорили об обратном.

Нужно всего лишь дождаться лета. Нужно... Такими мыслями я убеждал себя со страхом ожидая следующего письма, боясь, что в нем не будет ничего от нее, от этой прекрасной девушке, пахнущей морем. Боялся, что все листы будут исписаны одной и той же фразой. Наверное, она думала о том же.

Почему-то казалось, что когда это случиться, то будет невозможно хоть что-то исправить. Будто мы исчезнем, растворимся, оставив после себя только ветер...

Помню, как купил билеты, собирал сумки, упаковывал все самые нужные вещи и подарки. Когда меня спрашивали, куда это я, я говорил о ней. Сначала на меня смотрели озадаченно, потом начинали припоминать, просили передать ей привет. Правда, не могли вспомнить имени.

Я сам уже его позабыл, но тогда помнил очень отчетливо. Оно было роднее всего для меня, ближе и приятнее моего собственного. Сейчас же остался только образ и запах. Я всегда лучше всего чувствовал ароматы. Зрение же и слух порой подводили, а осязание... Хах, не всевозможно потрогать. Многие люди явно будут против.

За пару часов до моей поездки пришло письмо. Я боялся его открыть, а потому просто засунул за пазуху, решив вскрыть конверт уже в автобусе. У меня не было много денег, потому придется трястись больше суток, умостившись на сиденье. Не люблю спать сидя, но почему-то ощущал сильную усталость, словно не отдыхал уже несколько суток.

Устроился около окна, смотрел, как знакомые места сменяются лесами и полями. Холмы, города, реки... Так много всего, но так не спокойно, не смотря на эти пасторальные пейзажи. Трясущимися руками достал конверт, вскрыл его и выронил почти сразу.

Солнечный ветер...

Ветер!

Ничего кроме этого чертового ветра. Я рассматривал письмо несколько часов, искал хоть что-то от нее, что-то, что могла написать она. Прошу... Я уже еду к тебе. Я ждал этого так долго. Все ведь еще можно исправить?

Зачем ты уехала?

С тяжелыми мыслями я приехал в тот город. Такой небольшой, явно не рассчитанный на туристов. Но люди были обычными, даже дружелюбными, а, может, это мне так везло. Мне быстро помогли найти нужный адрес. По дороге я купил какие-то цветы, но в этом не было смысла.

Никто, совсем никто не знал о ней. Не видел, не слышал, не встречал. По ее адресу жили другие люди. Им же я вручил цветы и вроде бы конфеты. Спросил про предыдущих жильцов, но узнал лишь то, что они уже несколько лет назад купили этот дом у молодого человека, не особо старше меня. Здесь всю жизнь жили его родители, но он решил забрать их поближе к себе. Дочери же у них не было, как сказали другие соседи.

Не тот адрес? Быть того не может. Я проверил все сотню раз, а она не стала бы мне врать. Тем более, мои письма до нее доходили...

Там меня на чай позвала женщина, живущая этажом ниже. Пожилая, волосы заплетены в две косы, седые, только к концам отливают сиреневым. Сказала, что очень хотела цветные волосы в молодости, но тогда это было невозможным. Вот начала чудить на старости лет. Рассказала много про город, про всякие легенды, показала мне своего кота и фотографии сына. Сказал, что он похож на ее первую любовь больше, чем на мужа... Потом хлопнула себя по лбу и умчалась в другую комнату за чем-то важным, по ее мнению.

Вернулась с письмом. От той, кого я искал. Сказала, что ее попросили передать, но она не может ничего больше рассказать. Просто уверена, что там есть ответы на все мои вопросы. Почему она так уверена? Чувствует. Чувствует, понимаете?

говорила что-то еще, грустила о прошлом, а у меня все чесались руки открыть этот злосчастный конверт. Почему она мне ничего не сказала? Почему... Столько всего в голове. Даже не знаю, что думать.

Быстро распрощался с женщиной и умчался куда-то в парк. Плюхнулся на скамейку и разорвал конверт. Лучше бы я поговорил с ней еще. Лучше бы... Да что уж теперь.

"Тут должно было быть приветствие, но мне сейчас слишком грустно, и я не смогла его придумать. Кто ты для меня? Друг, любимый, просто случайный встречный? Да, наша встреча была случайна и даже невозможна, если так подумать. Совсем скоро никто из твоих друзей не вспомнит меня. Да и сам ты забудешь все, что было. И мне хочется плакать. Кричать от этой несправедливости.

Я не хочу забывать тебя. Хочу вечно помнить то время, что мы провели вместе. Хочу говорить с тобой, хочу слышать твой голос, видеть улыбку. Помнишь? Помнишь, как нам было весело?

Помнишь наши планы и мечты? Я все это помню, и не могу представить рядом кого-то другого. Все же будет неправильным и ненастоящим, если не с тобой.

Но... Мои крики и слезы ничего не изменят. Так мне сказали. Это все солнечный ветер. Странная аномалия, которая на время может связать два времени или два мира между собой. Сшить их на год или чуть больше, а потом разорвать все связи. Это как... Ахах, вспомнилось, что ты сравнивал себя с Алисой. Но в нашей истории ею оказалась я. Алиса в зазеркалье. В другом времени или мире. Столько всего смогла сделать, чего, как мне кажется, не смогу в своем мире. Мои волосы уже выцвели, одежда кажется какой-то другой, слишком строгой. Скоро я вспомню о своем месте и забуду тебя. Как же я этого не хочу! Я пишу везде, где только могу, о наших воспоминаниях. Боюсь, что все мои слова заменятся на ту фразу. Храню твои письма, надеясь, что они не исчезнут.

И прошу о невозможном. Помни меня".

Отходил пару часов, не знал, что делать. Может, у той женщины есть хоть какие-то ответы? Откуда у нее это письмо? А ветер? Она хоть что-то знает о нем? Девушка, что дала ей письмо, хоть что-то говорила? Это все какая-то шутка? Да?

Поздно. Опять.

Я стучал в дверь, просил, но... Она уехала почти сразу, как я ушел. И никто не знал куда. Квартиру она продала, сегодня был последний день, когда она находилась здесь.

Вернулся к себе, казалось, что выгорел. Никак не мог объяснить. куда ездил, ведь никто не помнил о ней. Только еще некоторое время приходили письма с одной и той же фразой.

Я их все еще храню. Думаю об этой аномалии, которая сделала меня самым счастливым и самым несчастным человеком.

Надеюсь, что когда-нибудь я найду ответы, а пока буду искать. Собирать другие странные истории. Ждать, что еще встречу ее не только во снах.

Сущность№1: солнечный ветер. Представляет собой пространственно-временную аномалию. "Пришивает" случайного человека в другой мир или время, создавая ему ложные воспоминания о прошлом. После разрыва контакта всем участникам стираются воспоминания. Причина возникновения неизвестна.

Танцующие дети

В тот день небо было цвета сигаретного дыма. Хотелось прикурить, да только давно уже бросил. Не помню зачем, но решил, что так будет правильно. Впрочем, я не знал, зачем вообще начал. Кажется в подростковом возрасте, как все в компании.

Не хотел выделяться. Хах, кого я обманываю. Не умел я быть каким-то особенным, что тогда, что сейчас. Предпочитал наблюдать, точно кот. Смотрю, смотрю, смотрю... И на этом хватит. Все как-нибудь решиться само, без моего участия.

Вздохнул и вышел на балкон. Хотелось подышать свежим воздухом и привести мысли в порядок. Но какой уж там... Шум города, запах асфальта, разговоры соседей. Раньше и не замечал, как редко бываю наедине с собой. Всегда кто-то есть рядом. Даже когда я в своей собственной квартире, слишком тонкие стены напоминают, что совсем рядом люди. Да, им все равно на меня и мои мысли, но...

Не знаю, как объяснить. Просто. чего-то не хватает.

Закрываю глаза, думаю о том, как было бы здорово научиться летать. Расправить руки-крылья и вверх, куда-нибудь выше этих туч. Туда, где небо цвета лазури, а ветер играет в волосах.

Но, как мы знаем, Икар разбился. А в дождь не летают даже птицы. Он, конечно, еще не пошел, но совсем скоро небо должно было разразиться дождем. Я это чувствовал что-ли. Похоже на то. И если честно, то я был бы разочарован, если бы ни одна капля не упала на землю.

Вот сейчас пойдет дождь, и воздух приобретет чудесный запах свежести. Все же чудесно пахнет очищающаяся от городской пыли зелень и прибитая каплями земля. Прекрасно...

В детстве, когда начиналась гроза, я бежал на балкон и смотрел. Меня завораживали молнии и то, как на миг вспышки изменяется небо. Оно становится невероятно объемным, я бы даже сказал глубоким настолько, что в нем хочется утонуть. Падать в этот омут, как в кроличью нору.

Главное не забыть проснуться.

Я улыбнулся своим мыслям и вытянул вперед руку подставляя под крупные, но редкие капли ладонь. Как в детстве, я ловлю дождь. Как в детстве...

Когда я был маленьким, бабушка запрещала мне выходить из дома во время дождя. Сейчас я понимаю, она боялась, что я заболею. Но тогда простуды меня не пугали, и она по секрету поведала мне о танцующих детях.

Танцующие дети...

Да, именно так она назвала этот феномен.

Слушай, Сашенька. Бери печеньку и слушай. Рассказал мне об этом еще мой дед. Представляешь, как давно это было? Нет, малыш, динозавров он не видел. Они еще старше. Но мы же не о них? Или ты не хочешь слушать? Вот и хорошо. Кушай, сладенький, кушай.

Рассказал мне об этом еще мой дед. Суровый он был человек, серьезный, а потому врать бы не стал. Жил он в те времена в деревне. Считал себя очень взрослым в свои двенадцать лет. Да и как тут не считать? Старших всего двое братьев, а младших мал мала меньше, целая толпа. В семье их уже тогда было девятеро. Не слушал, в общем, он никого, был себе на уме. Да и махнула на него мать, решила, что ничего страшного не будет.

Только вот постоянно повторяла, что если услышит, как кто-то на дудочке играет в дождь, так чтобы сразу домой бежал. А то уведут его и заставят танцевать в каждый ливень. Мокнуть под дождем и исчезать вместе с ним, как вода из луж испаряется на солнце.

Но кто же будет играть в дождь? Тем более на улице. Делать ему что-ли нечего?

Как оказалось нечего. Услышал однажды, как кто-то играет за окном, да и вышел во двор. Припал к щели в заборе и стал ждать. Ну, кто там деревенский дурень? Кого завтра можно будет дразнить?

Музыка все ближе. Слышны шаги - кто-то шлепает по лужам. Один, два... Сколько же их там? Неужели все сговорились. Вот он сейчас им задаст! Как выскачет и...

Сам сидит. Страшно от чего-то. Ох, как неспокойно было у него на душе. злиться, а сам дрожит, как заяц. Прячется.

Однако не уходит, все ждет. Шутка же? Сейчас он увидит, кто это ходит, играет, и все опять будет хорошо. Может, даже посмеются вместе.

Но не слышно ничего, кроме музыки и шагов. Ни голосов, ни смеха. А обычно, когда они играли или просто ходили, то стоял такой шум! Ох, сколько шума они производили! Все улицы на ушах стояли. Соседи ругались, бегали с прутьями, а ребятне все трынь-трава. Детство оно такое, беззаботное, яркое.

Так где же голоса? Где этот развеселый шум? Ничего нет.

Вот на горизонте появилось несколько фигур. Идут, танцуют под эту игру на дудочке. Двигаются так странно, эти яркие пятна. Не помнил он, чтобы в его деревне носили столь чудные наряды.

Процессия все ближе, а он не может узнать лица. Ладно бы взрослые, но тут... Из взрослых лишь музыкант, а все остальные дети. Но он не помнил их лиц. Откуда же они?

Только вот в самом конце увидел мальчишку с окраинной улицы. Его все знали, тот еще шалопай. Но сейчас он был странным. Молча танцевал и шел не пойми куда. Надо, наверное, закричать. Позвать его за собой, не дать уйти. Но...

Страшно.

Так и просидел, пока процессия не скрылась за горизонтом. А потом молчал обо всем, что видел, ведь после дождя того мальчишку так и не нашли...

Я покачал головой, кинув беглый взгляд на улицу. Внизу припаркованы машины. На светофоре стоит высокий человек и на чем-то играет, а вокруг него танцуют дети. А на горизонте вон кто-то потерял зонт. Стоп. Что? Моргнул пару раз и вновь глянул туда, где находится светофор.

Никого.

Покажется же такое.

Вздохнул и ушел с балкона. Вслед мне донеслась музыка. Похоже кто-то играл на дудочке.

Сущность№2: танцующие дети. Данная аномалия проявляет себя в дождливую погоду. На улицах города (поселка, деревни или иного населенного пункта) появляется человек с дудочкой и начинает играть. Предположительно это мужчина средних лет, но точнее сказать невозможно, так как показания свидетелей разнятся. Его жертвами становятся дети до 12 лет, которые оказываются на улице без присмотра во время появления музыканта. Дети добровольно присоединяются к процессии, а после исчезают. Дальнейшая судьба "потеряшек" неизвестна. Необходимы дальнейшие исследования.

Дверь в никуда

Так вышло, что когда я был ребенком, моя семья довольно часто переезжала. Мы снимали дома, квартиры, комнаты... Порой оставались у родственников или знакомых. Некоторые из них были мягко сказать необычными. Но если говорить о всех этих местах, где нам довелось пожить, то явно не хватит одного поста, а то можно будет написать и целую книгу. Однако не все из них были особенными. А потому на их фоне несколько запомнились особенно четко.

Например, когда мы жили в коммуналке (снимали или гостили, сейчас уже не скажу), я опасался ходить на общую кухню. Нет, не было в ней ничего такого уж ужасающего, чтобы в дрожь от одного вида кидало. Просто... Она была действительно огромной, особенно для ребенка. С этой печкой, облицованной цветной плиткой, старинным буфетом с необычной посудой и странной дверью, которая никуда не вела. Ну, по идее ей некуда было вести, ведь за той стеной был только двор. Однако открыть ее не представлялось возможным, как бы все не пытались. У нее было несколько разнообразных ручек: маленькая стеклянная, кособокая деревянная, простая железная, костяная, парочка заляпанных красками... Была даже совсем крохотная, точно для мышонка. Или кота, который на отрез отказывался к ней приближаться. Шипел только, да носу на кухню не казовал.

Я тоже лишь мельком заглядывал, когда там были люди. Чем больше людей, тем спокойнее. Однако кроме меня и кота, никто ничего необычного не замечал. Жили себе, как обычно. Не обращали на дверь никакого внимания. Будто и нет ее вовсе.

Но она была. В этом я уверен. Да и на паре общих снимков я ее вижу. Например на том, где отец сфотографировал матушку с подносом печенья. Такого простецкого молочного печенья, но почему-то безумно вкусного. Этот огромный поднос улетал практически мгновенно.

Так что дверь была. Порой ночью из-за этой нее доносился странный шум. Я бы даже сказал тревожный. Иногда мне казалось, что я слышу то шелест ветра, то раскаты грома, когда за окном ясная погода, а то и голоса. Они звали кого-то, искали, но я не мог понять кого. И голосов этих было очень много. Они взывали на разных языках. По крайне мере, мне так казалось. Тогда я и свой родной не особо хорошо знал. Больше чувствовал, нежели понимал.

Садился где-нибудь в коридоре и настороженно слушал, опасаясь не пойми чего. Или прятался в ванне, иногда выглядывая, чтобы проверить - на месте ли дверь. Не пропала ли куда? Не привиделась ли?

Смотрел как она отражается в плитке, точно разбивается на маленькие кусочки. Представлял, как смеялись строители, устанавливая эту непонятную дверь. Но шутка от чего-то казалась совсем не смешной. Может, от того, что я был маленьким? Хотя и сейчас подобное не вызывает улыбки.

Однажды сосед, который жил в этой квартире дольше всех, наверное с самой ее сдачи, прошел на кухню. Он редко выходил из своей комнаты. И я, если честно, видел его тогда во второй раз. Знаю только, что и в его комнату кот не ходил. Дверь была постоянно закрыта, а старик кряхтел и постанывал, жалуясь на свои больные ноги и спину. Сейчас же он выглядел вполне бодро. Не скажешь, что мучается от боли.

Он выпил стакан воды и разговорился о чем-то сам с собой. Я подошел чуть ближе, хоть и боялся, что старик меня заметит. Не знаю, зачем мне это было нужно, просто... Может, он мне казался особенно одиноким в этом огромном помещении. А может, мне просто было любопытно узнать его. Я же со всеми уже успел познакомиться, все меня знали и периодически угощали чем-нибудь вкусным.

Я уже хотел обратиться к старику, когда он подошёл к двери. Меня аж передернуло, когда он провел по ее поверхности суховатой рукой и откашлявшись, постучал.

Он постучал так, словно знал некий пароль. Раз-раз-два-три-раз. Да, именно так. Как тот секретный кодовый стук, который мы изобретали с друзьями, чтобы отличать своих от случайных и нежеланных гостей. Старик вздохнул от чего-то так тяжко и сказал, что придет вечером, чтобы открыть костяную ручку. Я ничего не понял, но решил проследить. Поиграть в детектива.

И потому ночью я не спал. Ждал, пока сосед пойдет на кухню, чтобы узнать. зачем ему открывать неработающую дверь. И главное, как. Я ведь и сам ее дергал - тщетно.

Старик появился внезапно - может, я задремал, ведь было совсем не понятно, как он прошел мимо меня, и оказался около двери. Прокашлялся и дернул за ручку. Дверь поддалась, легко, будто ее постоянно открывали и в этом не было ничего особенного.

В проеме же была лишь темнота. Такая клубящаяся и очень плотная. Она мне не нравилась, но старик без колебаний зашел в нее, и тьма поглотила его фигуру. После этого дверь захлопнулась, но мне от чего-то казалось, что за мной еще некоторое время наблюдали. Смотрели в тот маленький неправильно расположенный глазок в центре.

И я от этого дрожал и не мог сдвинуться с места. Когда же ощущение прошло, я умчался к себе. По дороге подхватил кота, который и не думал сопротивляться. Накрылся с головой с одеялом и лежал с котом. Мы не сомкнули глаз до самого утра. Он мурчал, а я пытался унять дрожь.

На утро же, когда настало время завтрака, я увидел в окне скорую. А дверь в комнату старика была распахнута. Кто-то плакал. И только мы с котом знали, что произошло.

По версии же врачей, у старика просто остановилось сердце. Старость, не более. Хотя он и был долгожителем, целых сто два года как никак, но все равно было грустно. Да и куда он ходил ночью?

Сущность№3: Дверь в никуда. В некоторых квартирах или на улице можно встретить двери, за которыми ничего не находится. Порой у них несколько ручек, замков, створок, назначение которых не всегда понятно. Каждая из таких дверей обладает своими особенностями. Так, некоторые двери могут вести в разные места планеты, некоторые показывать различные временные промежутки (прошлое, будущее) или соединять миры (живых, мертвых, параллельные). А потому Дверь в никуда принято внести в базу не просто как отдельную сущность, а как класс. Класс№3, объединенный формой сущности и ее изначальным функционалом. При встрече с сущностью необходимо соблюдать два правила: не открывать, не проходить сквозь нее.

Автобус

Почти каждый день я ездил по одному и тому же маршруту на одном и том же автобусе. Это довольно скучно, когда привыкаешь. Знаешь каждый поворот, каждое дерево, вздыхаешь, если что-то меняется и ощущаешь странный приступ ностальгии. Не знаю, почему. Просто... Так получается.

Остановка, на которой я садился, была чуть покосившейся, исписанной кучей невнятных надписей и стихов. Все они имели смысл только для своих авторов и, может, пары их друзей или врагов. В юности все только черное и белое. Есть добро и зло, как в детских сказках. Люди делятся на группы - хах, я бы сказал, что масштабно это хорошие и плохие, но тут все несколько сложнее. И если честно, я не совсем в них разбирался. Наверное, я все же был тем скучным ботаником или кем там еще... Ну, тем человеком, который всегда на своей волне и чаще проводит время на едине с собой, чем в компании. Я называл себя мечтателем, но все мы понимаем, что для подростков это значит совсем другое.

Еще на той остановке была маленькая лавочка, где я сидел с какой-нибудь книжкой. Главное было, если шел дождь, сесть с краю, так как центр немного заливало. Похоже в крыше была брешь. Так ее было не видно, но воду не обмануть. Проржавевший мусорный бак всегда был заполнен, хотя кроме себя я встречал здесь всего несколько человек. Высокого мужчину, подслеповатую старушку... Впрочем, уже и не важно, кто именно это был. Они все равно не садились в тот же автобус, что и я. За все время, что я на нем ездил, на этой остановке садился только я. Все остальные ее словно не замечали.

Но это и не удивительно, я так же реагировал на другие остановки. Ждал, пока назовут интересующую меня и только тогда шевелился.

До моего дома было ровно шесть поворотов и 15 остановок. Но я все равно почему-то ждал, пока прозвучит название остановки, прежде чем встать.

Еще так выходило, что я всегда садился на одно и тоже место - одиночное, почти в самом конце. Я садился туда и смотрел в окно. скучное зрелище. Одни и те же дома, остановки, ларьки... Порой рассматривал людей или считал машины одного цвета. Если набиралось ровно загаданное в самом начале число, то я загадывал желание. Они не всегда сбывались, но процент удачи мне льстил и давал надежду.

Вот если мне встретится семь красных машин, то.... Вот если я найду хотя бы две желтые, то... Загадывал всякую ерунду и ждал. Это как на новый год пишешь бумажку, поджигаешь и кидаешь в шампанское, чтобы это все выпить. И нужно еще успеть написать и сжечь, пока бьют куранты.

Сколько людей вообще делают это?

Да уж. Первая моя бумажка тонула в лимонаде. Очень уж мне хотелось исполнения желания, а пить еще было нельзя. Когда же стало можно, то я понял, что явно не стану ценителем. Вкус оказался совсем не таким, как я представлял. И это разочарование сделало меня довольно полезным непьющим другом. Со временем, конечно. Сначала я наслушался всякого.

Так что рассматривал проезжающие мимо машины. Смотреть на пассажиров наскучило уже на второй день. Одни и те же люди каждый раз. Это мне только так везет? Или нет? Все время одинаковые действия, привычные слова. Кажется, я выучил все, что там происходило.

Первая остановка от моей - зайдут две женщины с собачкой, которая вырвется из рук и забьется под сиденье. Неужели нельзя что-то придумать, если это происходит каждый раз?

Звать и обещать ей угощение они будут еще пару остановок. За это время в автобус зайдет еще пара человек.

Пятая остановка - чуть подвыпивший мужчина. Как всегда будет говорить кондуктору, что у него проездной. Вот, смотрите! А проездного-то и нет. Тю-тю, так сказать. Денег? Какие деньги, если проездной? И привычный спор, чтобы он все же заплатил. И не надоело же ему. Да и кондуктор постоянно ведет себя так, словно в первый раз встречает такого пассажира. Вздыхает, закатывает глаза.

О, а вот здесь зайдет музыкант. Хоть бы репертуар сменил...

Я терпеливо сносил все это, и сходил на нужной мне остановке. Кстати, я ни разу не видел, чтобы выходил хоть кто-то другой из пассажиров. Неужели им всем в одно и тоже место?

Проверить свою теорию я решил только в свою последнюю поездку. Мы вновь переезжали, а значит, если не посмотрю сейчас, то никогда не узнаю.

Когда озвучили мою остановку, я решил не сходить. Автобус стоял дольше обычного, будто намекая, что мне пора. Я же делал вид, что ничего не замечаю. Хотя, если честно, меня это сильно насторожило. Ну, вот какой водитель будет ждать десять минут, чтобы до одного пассажира дошло, что он доехал?

Не дошло. Поехали дальше. И вскоре мне пришлось уступить. Старушка явно бы не простояла до конечной. Да и банальное уважение к старшим, как учат всех. В итоге стоял я. Ждал, пока освободится хоть одно место, но как на зло этого не происходило.

Я не особо крепкий, а если долго стоять, то дает о себе знать поврежденная нога. С возрастом это прошло, но тогда это было довольно неприятно. И как же я был счастлив, когда объявили конечную! Первым рванул к выходу и на автомате прошел еще пару шагов, прежде, чем понял, где именно оказался.

Кладбище.

Зачем им всем сюда на ночь глядя? Растерянно огляделся, но никого не увидел. Автобуса словно и не было. Ни его, ни пассажиров. Пустота.

Спустя полчаса сел на другой и доехал до центра. Там я хотя бы знал, как и на чем добраться до дома. Мама была явно недовольна тем, что я загулял, но ругать не стала - у меня поднялась высокая температура. А мой рассказ про автобус сочли горячечным бредом. Сошел раньше конечной, вот и не увидел больше никого. Конечная же и, правда, была в той стороне, только через пару остановок.

Такие дела. Однако я тверда знал, что именно там была объявлена конечная у этого автобуса. Вот только проверить уже не мог. И если честно боялся.

Сущность№4: призрачный транспорт. Класс сущностей, представляющий собой так называемый "след" душ, прикрепленных к определенному транспорту. Возникает во время автокатастроф и других массовых людских смертей в транспорте (теракт, убийство). Можно выделить несколько групп: теневые - повторяют последний день из жизни людей. Не могут навредить живому человеку, так как существуют на другом слое реальности. Человек может проехать на таком транспорте без вреда для себя; хищные - охотятся на одиноких путников и поглощают их. Тут можно выделить две подгруппы: поедающие и стирающие. Последние полностью уничтожают память о человеке, вычеркивая его из мироздания так, что для всех, кто его знал, он даже не рождался. пространственные - переносят человека в другое место/время/пространство.

Обещание

Я люблю слушать истории людей. Зачастую они интереснее фильмов и книг. В них нет излишней наигранности и той предсказуемости, когда уже через несколько минут понимаешь, кто герой, а кто его враг. В жизни все не вертится вокруг одного человека, а, значит, нет избранных, как нет и пророчеств. В жизни каждый исполняет все роли сам в зависимости от ситуации и окружения.

Да-да. Все мы: вы, они и я сами себе и рыцарь, и дракон, и принцесса. Порою осел, если вы понимаете о чем я. Но все это лирика и психоанализ, которым не всегда есть время заниматься. Мы либо думаем о жизни, либо живем - другого не дано.

Жаль, что слова эти принадлежат не совсем мне. Их мне сказала старушка, у которой я одно время снимал комнату.

Этой пожилой женщине было лет за восемьдесят, но она всегда следила за собой. Каждый день подбирала наряды - скорее на ощупь, так как даже в очках видела довольно плохо. Чувствовала материал, искала суховатыми пальцами узоры на ткани. Это было довольно сложно, но она не сдавалась. Медленно, но у нее все получалось.

Слушала радио, пекла, читала книги для слепых. Она жила на едине с собой, хотя больше всего любила общение. Выход на улицу, чтобы посидеть там на лавочке и поговорить с соседями, был чуть ли не большей радостью в ее жизни. И я сам невольно улыбался, когда видел с каким счастьем в глазах она рассказывает что-то другим.

И так, незаметно для себя, я стал присоединяться к ее прогулкам. Слушал, иногда вступал в диалог. В хорошую погоду же помогал пройтись вокруг дома. Это ничего не стоило для меня, но делало ее день чуточку лучше.

Малость. Всего лишь посильная помощь - настроить радио, помочь приготовить или посоветовать, какой наряд подобрать. Выслушать, когда это необходимо. Знаете, старикам особо много не надо - внимание, да и только. Они отдают все, не прося ничего взамен, а потому заслуживают получить хоть немного помощи и тепла. А лучшая благодарность - это уважение.

И я его проявил. Обо мне заботились, а я ответил тем же. И за это мне открылись. Рассказали свою историю, за что я безмерно благодарен. Пусть это и похоже больше на сказку. Впрочем в такую я бы с удовольствием верил.

Сказка о принцессе в башне и рыцаре в кирзовых сапогах...

Ее молодость пришлась на тяжелое время. Жизнь тогда остановилась, ведь за нее пришлось бороться. Сражаться за каждый вздох, за свой дом и за свою Родину. Сражались за страну, обменивая жизни на дорогу к победе. каждый человек становился кирпичиком, материалом, из которого ковали оружие, чтобы сразить врага.

Чего стоит молодость, если за ней не последует беззаботная старость? Чего стоит будущее, если в нем все рабы, а родная земля сожжена? Ничего, ни единого медяка.

И ребята платили своей молодостью, чтобы их потомки спокойно жили. И возвращались, если могли, они стариками. Они старели так быстро... Седели за миг, ведь видели то, что лучше даже не представлять.

Юнцы с глазами древних старцев.

Выжженная земля, разрушенные дома, улицы залитые кровью... Что молодость, если по городам и селам гуляет война? Что молодость, если она в форме цвета хаки и в грязи? Что молодость...

Такое время тогда было. Но даже война не способна убить в человеке то, что делает его живым. Она не способна уничтожить надежду и чувства. И в войну было место для дружбы и любви.

На это время пришлась ее юность. Не женщина, всего лишь девчонка. Маленькая, хрупкая, совравшая про свой возраст, чтобы приносить пользу. Отец ушел на фронт в числе первых, старший брат погиб, когда взорвался снаряд, а мать денно и ночно пропадала на заводе. И она сама не могла быть обузой, такой уж ее воспитали.

Быть в тылу? Проедать скудные запасы? Эту синюю картошку, хлеб по талону... Нет, нет, это явно не по ней. Она боец, как ее и учил отец. Она...

Снайпер.

Не женщина, всего лишь девчонка, которую учили стрелять. Отец не знал, что будет война, но любил охоту. А она умела учиться. Как оказалось не зря.

И в тот день она уповала лишь на этот навык. Залегла в башне и ждала. Как смешно, что именно этот дом со шпилем, которым она когда-то любовалась, мог стать ее могилой. Помпезно, как у царей, о которых она читала в детстве.

-Ну, что? Вот ты и принцесса. Но дракона нет, все придется делать самой...

Враги наступали. Хватит ли пуль?

Раз.

Два.

Вдох-выдох. Никогда не думала, что придется убивать людей. Но можно ли их считать таковыми? Она не знала, что ответить, а потому откладывала все мысли на потом. Кроме одной - совсем скоро ей будет нечем стрелять.

Вот еще немного и все. А затем она постарается продать свою жизнь как можно дороже. Жаль только не увидит победы. То, что все закончится их победой, она даже не сомневалась.

-Последний... - тихий шепот. Зажмурилась, вслушиваясь. Невольно думала, что могла бы сказать на прощанье родным. Встретит ли брата?

Тихо. Так тихо, что если не открывать глаз, то кажется, что вот-вот запоют птицы. Чувствуется тепло солнца, слабый ветерок. Только пахнет пеплом и гарью. Так не пахнет в мирное время. Но...

Что там? Почему так тихо?

Мысль, всего лишь мысль, а за тишиной наступил взрыв. Мир раскрасился пламенем, которое было видно даже с опущенными веками. А потому на него хотелось взглянуть. На огонь, на стену пепла, и на того, кто появился из-за завесы дыма. Человек, ставший для нее настоящим спасением. Он, как рыцарь, пришел за принцессой в башне.

Знал ли он о ее существовании? Скорее всего нет. Просто так совпало. Однако девчонка на то и девчонка, чтобы верить в сказки. Пусть и без драконов.

Рыцарь же пришел с небольшим отрядом, ударившим врагу в тыл. Он вел наступление, пытался отвоевать кусочек родной земли. Он не думал, что будет потом, ведь для него существовало только здесь и сейчас. А потому он мог быть героем.

Купил для нее еще один день.

-Разве можно было не влюбиться? - смеялась старушка. Она держала в руках альбом с фотографиями, на которых была она и незнакомый мне мужчина.

У нее не было патронов. Ей не чем было помочь. А рыцарь и его отряд были явно в меньшинстве. Неожиданность - да. на их стороне, но... нужно еще чудо, которого явно нет.

И вот сейчас... Сейчас рыцарь падет.

Но принцесса не могла этого позволить. Она действовала на автомате. Вскочила, закричала и...

Мир покачнулся. Стал одновременно очень ярким и мутным. А звуки... Как же громко. Выключите их кто-нибудь, пожалуйста...

Принцесса не умела быть слабой. Ее растили как бойца. И за жизнь учили платить жизнь, а иначе никак.

И вскоре рыцарь поднялся на башню к своей принцессе. Он хотел найти того, кто его спас. Кто отвлек врага? Солдат, где ты? Старый воин, бесшабашный юнец?

Девчонка. Хрупкая, раненая... Сколько ей осталось? Час или день?

-Я знала, что не жилец, - вздохнула старушка. Умирать было страшно, хоть я и храбрилась. Я боялась того, что будет после. И... очень хотела жить.

И я этому верил. Потому и ценна их жертва - они отдавали то, что было дорого.

Рыцарь опустился на колени и сгреб ее в охапку.

-Живи, глупышка, живи. -Только если женитесь, - слабо улыбнулась. У принцессы почти не было сил. -Женюсь, только выживи. Женюсь! Обещаю. -Тогда придется жить. Не брошу же я вас.

-Представляешь? Попросила его жениться, хотя умирала. И ведь выжила...

-Это обещание, глупышка, - сказал рыцарь и понес ее куда-то. Куда она не знала, ведь мир погрузился во тьму.

Проснулась она уже в лазарете. От рыцаря было только письмо с обещанием.

Сущность№5: Обещание. Это созданная человеческим словом аномалия способна на невероятные действия, включая исцеление, защиту от бед или невероятную удачу. Дав обещание от всего сердца, человек вкладывает в слова силу, оживляя их и воплощая в жизнь. Однако существует и обратная сторона медали, ведь невыполненное обещание разрушает самого человека.

Тень

В одной из комнат, где я спал, была тень. Всегда одинаковая, а потому и неправильная. Она была прям напротив кресла, а если точнее, то напротив меня. Могла быть где угодно, но всегда падала на заднюю стенку шкафа.

Ее не интересовали другие предметы в комнате: эти разнообразные полки, стул и, кажется, зеркало. Обычная комната, ничего особенного. На полках книги, пара статуэток, игрушечная машинка и кактус в крошечном горшочке. На стене плакаты из журналов, какие-то наклейки и исписанные листки бумаги, а на стул накинуты вещи.

Так же у всех? Все, что носишь, медленно перебирается из шкафа на стул, который вскоре становится похожим на невнятную кучу. В детстве такой стул обычно кажется монстром. Однако у меня была тень. Мог ли с ней сравниться какой-то стул или подкроватный монстр? Да, и кровати у меня не было, только кресло с заедающим механизмом. Так что все мое внимание занимала задняя стенка шкафа.

Особенно ясно тень было видно ночью, когда за окном горели фонари. И этот свет, силуэты веток и, возможно, что-то еще рисовали образ мужчины в шляпе и плаще. Он был неподвижным даже тогда, когда ветви дерева качал ветер. Она оставалось со мной и когда, когда я задергивал кружевные занавеси. Толку от них... Только если для некоего уюта.

Я все думал, как же ветки создавали именно этот образ. Искал объяснение, но никак не мог найти, а потому боялся. Представлял, что стоит мне потерять бдительность, как мужчина сойдет со своего привычного места. Боялся представить, что он может сделать.

Навредить мне? Превратить меня в тень, а самому занять мое место? Как в тех книгах, которые я любил читать. Или там было зеркало? Не помню, да и не важно это было. То же книги, а это вот тут, рядом.

Я внимательно следил за ним. Смотрел, стараясь не отводить взгляда. Пытался придумать, чем себя можно защитить.

Помнится я однажды стащил с кухни солонку, чтобы начертить вокруг себя барьер. Только соль просыпал, но был собой горд, пока не заставили все убрать. Да еще и получил за свою самодеятельность. Был наказан и провел наедине с тенью больше времени, чем хотел.

Не помогло. После этого я только уверился в том, что в той комнате кто-то или что-то живет. Я явно был не один. И возможно, что там была не одна только тень. И это пугало еще больше, ведь тень я хотя бы видел, и как думал, мог на нее влиять - всего лишь нужно смотреть, чтобы она не двигалась.

А вот ощущения...

Они меня пугали еще больше.

В итоге я стал просить родителей сказать, что чувствуют они. Просил их смотреть на тень, прислушаться к тому, что порой шумит по ночам. Отец тоже пытался найти то, что отбрасывает тень, но все без толку. Он, как и я, не понимал, почему тень от веток складывается в этот силуэт.

Мать же решила, что это домовой балуется. Сказала, что он не навредит мне, что с ним можно подружиться, и тогда он перестанет меня пугать.

И так я стал ставить под шкаф блюдце с молоком. Как ни странно, но от этого стало гораздо легче. Он же стал моим другом, а друзьям не вредят. Так я думал, а потому даже стал иногда разговаривать с этой тенью. Рассказывал всякую ерунду, делился какими-то секретами.

Так было проще. И лучше.

А когда переехали даже грустил, ведь там остался мой друг. В той комнате, где было кресло, заваленный одеждой стул и шкаф с тенью на задней стенке.

Всего лишь воспоминание из детства, но не так давно я вновь стал замечать свою тень: мужчину в плаще и шляпе. Он всегда где-то позади. Я ощущаю присутствие, вижу мельком среди других теней его силуэт. Порой я ощущаю, как кто-то касается меня со спины. И это не игра, нет, а скорее некое любопытство и желание напомнить о себе.

Но я помню, однако не знаю, что делать.

Он просто есть, но не понятно, что ему нужно.

Может, у каждого из нас есть такой невидимый спутник? Но только не все придают этому значение...

Сущность№6: тень. Тень, которая падает вопреки всякой логике. Может возникнуть, как ночью, так и днем. Может падать в противоположном направлении от других теней или без отбрасывающего ее объекта. Часто привязывается к человеку, с которым может состоять, как в дружественных, так и в паразитических отношениях. В первом случае будет оказывать привязанному объекту помощь или просто играть с ним, как котенок - дергать, прикасаться, перетаскивать мелкие вещи. Во втором же способна оказывать негативное влияние - такое, как головная боль, бессонница, кошмары, проблемы с памятью и другое.

Кошка и ведьма

Малым я порой гостил в деревне. Родители отвозили меня в конце весны или начале лета, а забирали уже под осень. И там для меня открывался совсем другой мир. Мне почему-то казалось, что я попадал в прошлое, и потому представлял себя отважным исследователем.

Изучать особо было нечего, если честно. Маленький бревенчатый домик, состоящий из сеней, кухни, зала и двух комнат, одна из которых была совсем крошечной. В ней собственно я и спал. Обнимал мягкую игрушку и уговаривал себя, что все хорошо, когда было страшно. А страшно мне становилось часто, благодаря прямолинейному деду и соседским ребятишкам, которые будучи на пару лет старше, мнили себя всезнайками и травили жутковатые байки.

Бабушка, конечно, их ругала, успокаивала меня, угощая сладостями, но и на ее лице периодически проскальзывала тревога. Что-то явно было не так, и я пытался понять что. Но, как я уже говорил, ничего особо интересного найти не мог.

Окна с наличниками, как на всех других домах, низенький заборчик, огородик, палисадник перед домом, собачья будка... Пес тоже был, правда, очень старый. Лаял он редко, да и то скорее по привычке. Он позволял бродить по себе наглым курам, а кот и вовсе мог утащить у него кусок мяса.

Кот и кот. Рыжий, драчливый, мурчащий, как трактор, когда я брал его на руки и чесал за ухом. Котом бы мы его и считали, если бы одним летом он не притащил котят.

-Вот же... - удивлялась ба. - Кошка. Рыжая, как та ведьма. Поди не зря так поздно окотилась, служила небось той - вот и злая была. Мурчи теперь, мурчи. -Да не поминай ты, старая, - тут же вскидывался дед. - Не поминай!

И они замолкали. Оглядывались нервно, крестились, да на икону косились, будто проверяли на месте ли еще та. А я все гадал, что не так с кошкой и кому та служить могла. Помнится у зверюги еще спрашивал, будто верил, что та ответить может.

Не могла. Зато соседские ребятишки охотно поделились байкой.

Пришла как-то в деревню женщина, измученная, грязная. Просила защиты, не для себя, но для ребеночка своего. Замерзнет ведь, не переживет зимы и голода. Молока своего у нее как на зло не было, а скотина в ее родном доме вся полегла. От болезни какой или еще чего - не ведала. Но страха в глазах было столько, что и расспрашивать ее было грех.

Нищенка в лохмотьях кидалась каждому в ноги. Дитя же прижимала к своей груди крепко, точно величайшую драгоценность. Не показывала, а прятала, выискивая того, кому сможет довериться. Заглядывала собравшимся на крики о помощи людям в лица. Испуганная, трясущаяся. Поди сама мерзла, зима как никак, но говорила лишь о ребенке. Не женщина, а волчица, в человеческой шкуре.

-Ведьма бремя свое принесла, - шептались старухи, косясь на нее. - Сгубила свою деревню, за чужую приняться хочет. Юбку ей задерите - хвост небось прячет. - Да не, наша б карга тут же явилась. Ан видишь, нет ее. Не ведьма девка. Поди от цыгана нагуляла при своем мужике, вот ее и погнали. А теперь на жалость давит. С какой деревни пришла, а? -А черт ее знает, что натворила. Пустишь такую, может, и с нами что случится. - А не пустишь, так проклянет. Век потом платить будешь. Вот только человечье ли дитя?

-Мое дитя! Моя кровиночка...-женщина еще крепче прижала ребенка. - Людского племени. Люди мы. будьте и вы людьми. Не берите грех на душу.

-А вдруг все же ведьма? Да задерите вы ей юбку, делов-то.

Охотников не нашлось. Все косились друг на друга, пока староста не решился. Прокашлялся, да и проговорил: -Не звери мы. Умирать не оставим, но слово дай, что вред не причинишь. А по утру отправимся с мужиками, да узнаем, что с твоей деревней приключилось. Коли ведьма окажешься, то знай, иди себе дальше. А коли человеком, то милости просим. Не звери мы. Не звери.

Да только звери порой лучше людей бывают.

Поселили женщину в староством доме. Умыли, одели в старое, но добротное старостихино платье, да накормили. Платье было хорошо, да самой хозяйке уже давно не в пору. После очередных родов та располнела, обрюзгла так, что муж и замечать ее почти перестал. Спал рядом. да тепла не давал. Говорил строго и по делу, часто уходил в лес с мужиками или с детьми на реку. А раньше... Вот бы ей фигуру, как у этой голодранки.

А нищенка ела жадно, но с дитя глаз не спускала. Смотрела, как суют ее девчонке налитую молоком грудь, как тянутся к чужой женщине маленькие ручки. И кололо от этого у нее в сердце, да разум понимал, что то необходимость. Здесь их спасут, ведь здесь тепло и люди. С людьми не пропадут. И то, что шло по их следу отступит.

Шло от самого дома, выло и плакало. Пришло из лесу с охотниками, потерявшими своего побратима, поселилось на погосте и косило жизни. Сначала скотина пропадать стала - отбивалась от общего стада. Искали, а после находили уже обглоданный труп рядом с крестами. А после старики да дети. Были на дворе, пока за ними следили, но стоило отвернуться, как все, пусто.

Пытались понять, что происходит, да не могли. Не проклятье то, да и не зверь из плоти. Нечто страшнее. Да только кто его с собой позвал? Голодное, жестокое... Озлобленное на людей.

Неужели случилось что дурное с теми охотниками?

Женщина не знала, но верила, что здесь уж точно такого не повторится. Люди добрые. Ведьму свою тоже за зря не обижают. Не на отшибе поселили, как они свою. Значит. в первых рядах не сгинет. найдет если что решение. Отвадит зло.

И вера эта была столь сильна, что "волчица" позволила себе расслабиться. приручиться, пригревшись у огня. Спала себе мирно в сенях, пока дитя уложили с остальными карапузами. Те грелись друг об друга у печки, да сладко посапывали. Стерегли их обереги, да внимательный кот. Не обидят.

Ребенка не тронут, да вот мать его... Надругался над ней староста, а жена его все видела, да только не о том думала. Как ушел муж за порог, так та не успокаивать гостью стала, а проклинать.

-Ведьма рыжая, - шипела старостиха. - Мужика чужого увести хотела! Своего сгубила, так за моего взялась? Приворожила? Приворожила! Будь ты проклята!

Кричала, не слыша оправданий. Кричала, да услышана не была. Со старостихой никто не спорил, каждый знал, что будет после.

А на следующее утро вернулись мужики со старостой во главе. С дурными вестями - нет больше деревни. Сгубило ее что-то. В живых никого, все дома брошены так, словно хозяева вышли на минуту, да только давно это сделали - все сгнить успело. Обед на столе, рассада на подоконниках... Да скот мертвый всюду лежит. Людей только нет.

Пусто без людей, страшно. Как только женщина спастись смогла? Видать благословил ее кто. И так в этой мысли уверился староста, как и в своей любви, что решил жену свою бросить, да уйти к гостье, сделав ее хозяйкой своего дома. А ребетенок... Так у него своих полно, еще один тут явно проблемой не станет.

Не станет.

Да только по возвращению узнал, что его новую любовь хоронить собрались. Сразу все понял и сник. Но на кладбище пришел, чтобы убедиться. Зря пришел, боль только ощутил.

Лежала в гробу, как живая. Только ногти поломаны.

Все слышали, как ее старостиха проклинала, каждый знал, что случилось, а потому потом шептались, что сама на себя старостова жинка беду накликала. Не виновную, значит сгубила.

После похорон дети ее болеть стали часто, только сиротка здорова была. Злилась старостиха на дитя, да так, что чуть не придушила подушкой, как ее мать. А потому вскоре забрала к себе дитя ведьма. Рассудила, что коли мать не спасла, так хоть просьбу ее выполнит. Говаривал же староста, что они не звери.

-Да токмо звери в стократ лучше, - вздыхала ведьма. - Они дитяток на своих и чужих не делят. И кошка кутят вырастить может. а тут погляди, что творит... Так и на наш дом беду накликает. Злилась бы мамка твоя, так не было бы давно нас тут. А она, лежит себе мирно, отпустила той грех. А от греха все равно не деться. Думать надобно было. Да ума у бабы нет. Токмо и может. что завидовать, да злословить. Тьфу, да и только.

Говорила правильно, но люди все воспринимали иначе. Думали, что придет по их души рыжая женщина. Встанет из могилы и отомстит всем тем, кто слышал ее просьбы о помощи, но делал вид, что ничего не замечает. Отомстит всем тем, кто знал, что творят староста и его жинка. Не в первой же им, не в первой...

Гасли, как спички старостовы дети. Спивался сам мужик. А старостиха все места себе не находила. Изводилась вся, боялась, что заберет ее семью к себе рыжая ведьма. Тряслась от страха. В каждой видела свою жертву и тут же неслась домой. Закрывалась в своей комнате, пряталась, но избавиться от видения не могла. А особенно пугала ее подрастающая девочка, воспитанница карги. Так похожа она была на свою мать, что это пугало не только одну старостиху. Маленькая девочка, совсем еще кроха, а уже этот взгляд и рыжие волосики...

Не выдержала старостиха мук этих, да повесилась. А за ней в канаве нашли тело старосты. Да зашептались сильнее, думали, что вернулась мстить удушенная женщина. Вселилась в тело своей дочери и следит за ними.

Глаза у страха велики. И если бы не ведьма, то совершили еще один грех. А кога карга померла, то поздно уже что-либо делать было. Новая хозяйка у домика была, а без ведьмы им нельзя было. Пока помирать не соберется, да силы свои не выпустит, терпеть придется. Терпеть ее колкости и издевательства. Терпеть и понимать, что платят за свое равнодушие.

Такие дела творились. Вот только кошка мне никогда не казалась злой. Всегда ластилась ко мне и мурчала. Давала себя гладить и брать на руки. К старикам же стала идти только после того, как окотилась.

Котят же раздали, оставив себе одного - угольно черного и лохматого. Этот, как и кошка, шел только ко мне. Со мной и уехал. Не специально, просто так вышло.

Сущность№7: плата мертвеца. За свои деяния порой приходится платить. Не каждый мертвый согласится спокойно лечь в могилу, может затребовать и свою плату. Он способен вернуться и взять причитающиеся жизнями, или защитить то, что ему дорого, а там уже рикошет сработает на того, кто со злым умыслом придет. Так и пропадали целые деревни или гасли за пару дней от неизвестной хвори здоровые люди.

Земля, исполняющая желания

Жил я тогда в общаге, старался найти свое место в жизни, когда впервые услышал, что старожилы дом один обходят. Говорят с каким-то трепетом, точно о лорде, которого называть нельзя. Голос понижают, будто боятся, что кто-то услышать может. Странные становятся какие-то.

А дом тот стоит чуть ли не в самом центре города, проходимость огромная, место просто отличное, а эту развалюху никто и не трогает. Снести бы, чтобы вид не портила. Ну, или отремонтировать на крайний случай.

По виду, правда, в нем не живут уже лет тридцать, если не больше, и вряд-ли когда-нибудь станут. Весь покосившийся, черный, точно обуглился. Крыша полуразрушена, бревна торчат как кости разлагающегося чудовища, стекла повыбиты, да эти дыры окон досками забиты. Забор же почти сгнил, а потому видно, что участок крохотный совсем зарос.

Слышал, что ночевали там раньше бездомные, да каждый раз беда случалась. То угостят их какой отравой, что на утро только тела остывшие находят, то замерзнут, окоченеют, что на снеговиков похожи становятся. А вот в последний раз их и вовсе кто-то поджег. Злые люди, жестокие, не думают, что всякое может случиться и с ними самими. Все же не все из бездомных из-за алкоголя до такой жизни дошли.

Говаривали, что и преподаватель один там был. От стресса замкнулся, ушел в себя, а жена в это время другого нашла. Развод, какие-то разбирательства, а он весь в своих мыслях. В итоге обобрали его, как липку. А там увольнение, долги, долги и... Все. Одиночество, улица. Тот дом.

А тот дом явно ни с чем хорошим не ассоциируется. Люди гибнут, собак и голубей рядом постоянно сбивают. Да и если смотреть на прохожих, то рядом никто подолгу не задерживается, а то и вовсе на другую сторону дороги уходят. Мало ли что.

Мне же это всегда казалось странным. Ну ничего я не чувствовал. Ничего. И ходил себе спокойно, пока от соседа не услышал историю. После же невольно стал пробирать холодок.

Было это давненько, когда не город, а село стояло, да некоторые раны не зарастают, только гноится начинают. Выглядят мерзко. Лечить бы, да боязно. Вдруг само пройдет? Не проходит. Вот и дом стоит. Разрушается, но не исчезает.

Построил его для своей супруги мужик один. На сносях та была, да со свекровью разругалась настолько, что жить под одной крышей стало невмоготу. Та в крик вечно, всем недовольна, а супруга в слезы да к веревке тянется. Так что съезжать было пора, пока до чего не дошло.

Чем дальше, тем роднее. Успокоятся, поди и в гости ходить будут. Хорошо заживут. Вот и отец согласен был. Помогал дом строить, знахарку притаскивал, чтобы та почитала на удачу, да словом помогла, от зла защитила новое пристанище молодой семьи.

Дочурка у них была малая еще, так та ни братика не хотела, ни переезжать. В бабку пошла, такая же упрямая. Вот с ней-то и водилась. Жаловалась, что маменька с папенькой везут в плохое место. Кто же только ребетенка слушать будет? Как скажет глава семейства, так и решено.

Перед переездом, правда, все помирились, плакались друг другу, говорили, что расставаться не хотят, однако мужики понимали, что это все временное, завтра опять из-за чего-то поцапаются. По правде нужно было давно отделяться, но строиться не так далеко, чтобы поддержка была, но тут землю почти за гроши отдавали. Грех было не взять.

Говаривали, правда, что там раньше зверье закапывали. Но это ничего. Зверье все ж не люди.

Вот и переехали. Кота запустить первым хотели, так тот ни в какую. Уперся, кричит дико, точно режут его живьем. Делать нечего, оставили животину в покое. Так убег. Только хвост его и видели. Хозяин сам первым вошел, стал родным хоромы показывать. Всем доволен был, сам собою горд. Супруга тоже оценила, порадовалась тишине. А вот дочь опять в нюни. Хнычет, к бабушке просится.

Ничего, привыкнет. Уже пятилетие справила. Скоро и понимать начнет, что все ради детей родители делают.

С соседями поладили, но рассказы о своей земле не любили. Не слушали, когда те советовали другую знахарку искать, мол привезенная с родной стороны совсем бессильная, раз ничего не почувствовала. А земля тут плохая.

-Ничего и не плохая, - отвечал сам себе хозяин дома, вскапывая огородик. - Вот сейчас засадим овощи и бед знать не будем. Огурчики свои, помидорчики опять же. А капуста? Без капусты никак.

Податливая земля была, жирная. В такой все уродится.

Кур принес, козу. К ним в охрану взял щенка от старостового "сторожа". Тот был ох как хорош, а значит, и потомство похожим вырастет. Кота заводить пытался, да только какого не приносил, каждый орал дурнем, да убежать норовил. Плюнул в итоге на это дело. И без кота проживут. Мышей и так нет, а коли заведутся, так тогда и думать станут.

Разбил палисадник - все же жена цветы любит. Вот пусть теперь любуется, когда сидит у окна да вяжет или вышивает. Все одежку для деток мастерит. Совсем скоро семья пополнится. Скоро.

Да только соседи все громче шепчутся. Не уж-то не видят, что все нормально? А заходить в гости так и вовсе опасаются. Если приходится, то стараются поскорее уйти. Чувствуют себя неуютно, будто следит кто. Редко кто проявляет благоразумие и остается на чай.

Глупость, да и только. Да вот жена что-то хворать начала. На боли в животе жалуется, того и гляди с малышом что случится.

Повитуху приглашал, к ведьме обращался, да все одно - руками разводят, говорят, что не жилец уже ребетенок. Живот вскрывать надо, если хочет жену спасти.

А он в отказ. Знает же, что решение должно быть. Обязательно должно быть. Вот и стал искать.

Ведьма только говорила, чтобы не думал ни о чем. Спасал жену, а потом брал свою семью и увозил. Нечего тут быть, плохая земля. Пока время не пройдет, не успокоится. А коли останутся, так не только на себя беду накличут.

Слушал он ее, да не слышал. Смотрел, как страдает жена. Злился, да проклинал всех, особенно себя за беспомощность.

-Земля, говорите, особая, может что сделать? Так пусть спасет мою жену и сына, все отдать за это готов! - прокричал он как-то ночью, когда не выдержал страданий возлюбленной, ее слез и боли. Не чувствовал он больше, как пинается малыш, не слышал его сердечка. Скоро же родить должна была, скоро...

-Особая. Сильная, - кивнула неизвестная старуха, топчась у забора. - Желания исполнять может. Те, кто раньше тут жил, знают об этом. Все почти сюда приходили, пока земля вашей не стала. Каждый мог загадать то, чего хочет. Вот потому вас и выпроваживают, касатик. -Земля исполняет желания? И все это знали?! -Знали, милок, знали. И молчали. -Вот же ж..., - выругался. Не хотели, значит, чтобы желания им достались. Все себе загрести желали. Ну ничего, попляшут они у него еще. Это теперь его земля. Только его. Никому больше не отдаст.

Помялся немного, не зная, с чего это старухи с ним делиться.

-Дак помру я скоро. Родных же никого нет. Одна живу. Да и ни в чем уже не нуждаюсь. А вот тебе явно помощь нужна. Так что попроси у земли, а цена простая будет. Жизнь за жизнь. Корми землицу кровушкой, а она радовать тебя станет. А коли нет... -То что будет? -Коли нарушишь сделку, то сама свое возьмет. Чай земелька не беспомощна, о себе позаботиться может. А за благо и грех не ответить милостью. Заберет она у смерти твоего малыша и жинку. Ты же всегда помни, кому обязан.

Подумал и решил попробовать. Выбора то и не было особо. Зарубил курицу, прикопал и попросил. Пусть сработает, пусть, а он хоть каждое воскресенье по курице отдавать будет.

Подумал и успокоился.

А супруга в самом деле вскоре на поправку пошла. Исчезла ее бледность и измученность, лицо округлилось и покрылось здоровым румянцем. А вскоре и сына родила. Здорового, крупного, всем на радость.

Только ведьма недовольна была. Кричала, что пробудил он зло. Мол они так долго его в сон загоняли, ждали, пока исчезнет, а он все испортил.

Прогнал он ведьму. Нечего тут. Сама помочь была не в силах, так пусть идет себе мимо. Хотел ту старуху отблагодарить, так не нашел. Будто и не было никогда.

Кормил землю. Рубил кур. Собирал урожай. Да радовался, как растут дети.

Так и шло время, пока год голодный не настал. Кур совсем мало стало, да все несушки. Нельзя рубить их. Да и лет уже сколько прошло. Его малышке уж двенадцать минуло. Того гляди жениха искать пора настанет. И сын уже как хорош. Жена опять на сносях.

Нет, тут рубить никак нельзя. Исполнен договор. И так дольше нужного кормил. Полно будет.

Вот только срок никто не оговаривал.

Земля взяла все сама. На следующее утро после того, как должен был принести жертву, хозяин дома увидел, что все куры полегли. Подушил их кто или зверь какой. Без яиц остались. Нужно думать что делать. Да вот мыслей никак нужных не находилось.

О земле он не думал. Только ловушки ставил, чтобы козу не подрали. А пес скулит, но толк не приносит. Как пропустил врага? Почему не залаял, когда кур душили?

Или все же не зверь-то был? Видать кто-то из соседей. Знакомый, тот, кого пес спокойно подпустит.

Стал зло коситься на всех, искать того. кто устроил подлость. Да только понять не мог, зачем это было. Для чего кур губить?

Не понимал. а через неделю и пса закопал и козу. Подрал их кто-то.

А после и у соседей стали куры, да собаки дохнуть. Коты пропадали. Тогда и задумался хозяин дома о желании своем и плате. Где бы старуху ту найти?

Да искать и не пришлось. Сама явилась.

-И чего ты, касатик, обещание свое нарушаешь? -Так время же? -А сын твой жив еще? -Живехонек! Богатырем растет, нас радует. -Так пока живет, платить придется. В брюхе он уже мертвым был, а желание твое его с того света вернуло. Как платить перестанешь, так и он вернется туда, где быть должен. Предупреждение вот получил, милок, больше не балуй. Жертву поболе теперь неси. А иначе еще раз сама возьмет, а после и сделку расторгнет. -Это какую жертву? -А так ту, о которой подумал. Только теперь не филонь. А то ты знаешь, что будет.

Поговорил, послушал. Жене ничего не сказал. Это его желание, а значит, ему и решать. Все хорошо будет. Купил еще кур, заняв денег. Работать стал больше, да с людьми сближаться. Вместе же проще. Переживут и эту напасть.

Переживут.

-Все хорошо будет, все еще разрешится, - говорил он, когда скот помирал. Говорил это, когда и пара пьяниц пропала. И ему верили. Ему, а не ведьме, что чуть ли не кричала о проклятье и плакала.

Напоминала всем историю из прошлого. О том, как сожгли на этой земле цыганку с ее старой матерью, а та и прокляла их, сказав что они своими же желаниями себя в могилу сведут.

Не слушали. Верили работяге с крепкой семьей, а не ведьме. Верили и тогда, когда стали пропадать дети. Думали, что в лесу кто завелся. Устраивали патрули и охоту. А о проклятой землице все позабыли. Вон ведь сколько уже живут люди, да здравствуют. Значит, врала все ведьма. Запугивала, чтобы с ней считались.

А она все знала. Пыталась защититься. Найти способ отменить желание. И даже нашла. Да воплотить не смогла. Повешенной ее отыскали. Укоряющей.

Знала она, что будет. Всех мужик сгубит ради сына своего. Пока тот растет, то другим житья не будет. Написала она письмо старосте перед смертью, но читать тот не стал. Засунул в ящик, да и все.

Все ведь и так хорошо будет. И без ведьмы.

Да так все и шло, пока только на паре дворов дети не остались. У всех других пропали, да померли. И почти взрослые, и совсем младенцы. А найти не могут: ни живых, ни мертвых. Кого подозревать? На кого вину вешать?

Всем, у кого дети живы, досталось. Заперли их в доме старосты на время, чтобы проверить, да как назло в день кормежки. Как ни вырывался мужик, как ни оправдывался, оказался заперт со всеми.

На утро же, когда выпустили, кинулся к дому. А там беда... Дочь его родная вся в крови на заднем дворе.

Кинулся он на старосту чуть ли не с пеной у рта. Стал называть убийцей, да чуть не проговорился. Чуть... Но были и те, кто заподозрил не ладное. Да понять не мог что. И староста все не решался письмо ведьмы прочесть, пока через неделю и его сын не пропал.

Прочел и ночью пришел к дому мужика вместе с еще парой человек. Посмотрел, где землю недавно копали, да стал разрывать. Там и нашел свою кровиночку, как и многие другие. Все пропавшие дети там лежали... В земле той проклятой.

Не долго думали мужики - перекрыли все выходы из дома, да подожгли. Пусть вернутся туда, где уже давно быть должны. Негоже мертвецам по земле ходить. Негоже на их недели чужие жизни обменивать.

Тот дом сгорел дотла. Да только земля лучше не стала. Сколько не строили, так каждый раз беда случалась. Будто все еще живет там нечто и ждет очередную жертву. Всегда же найдется тот, кто захочет получить желаемое любой ценой.

Сущность№7: проклятье желанием. Не каждый человек задумывается, что самое тяжелое проклятие - это позволить исполнить свое желание. Ведь порой страшна не только плата, но и последствия исполнения.

Я придумал

Я придумал себе человека. Все привычки его прописал. Знал, какой была его внешность, каким тембром он мог говорить. Цвет волос, рост, улыбка, одежда... И глаза обязательно синие, как моря или вечные льды. Или лучше пусть будут черными, точно бездна иль угли костра?

Прописал ему фразы, напридумывал цели, мечты. Представлял, как он стал моим другом. Сколько планов должны совершить! И гулять мы будем по городу, и болтать всю ночь напролет. Сериалы смотреть и смеяться, точно знали друг друга всю жизнь.

Я продумал все его слабости, все успехи и даже семью. Знал, что чай он пьет с двумя ложками сахара, а еще обожает вишневый пирог. Есть толстовка любимая, есть дневник под столом, а еще у него шрам маленький на левой брови. Он смеется всегда всем бедам на зло, хоть боится высоты и собак.

Он, как я, только капельку лучше. Я придумал его, чтобы не быть одному. Делал снимки и верил, что он рядом со мной. Жаль, что видел его только я.

- Вот, а здесь я в музее. Здесь в галерее. О, а тут я смотрел корабли и ел в ресторане. Был в парке, у фонтанов, в цирке... - показывал ворох снимков сестре. Шутил, скрывал, что придумал друга, чтобы все посетить, не боясь.

-А с тобой это кто? Почему не представил? Я ж боялась, что ты вечно один, - озадачено посмотрела она. - Высок, симпатичен, хорош. И глаза толи черные, толи синие, понять не могу.

Я придумал себе человека, а он взял и ожил.

Билет без места

Подрабатывал я одно время тем, что статьи про разные заброшенные деревни писал. Что-то наподобие обзоров. А к ним фотографии стоящие нужно было делать. Это сейчас в интернете все отыскать можно, а тогда же за нужным кадром охотились. Потому я всегда был в разъездах. С поезда на автобус, с автобуса на машину. Ну, и на своих двоих километры наматывал.

Ворчал почем зря, хотя самому все безумно нравилось. Дорога эта... Особенно поезд. Слушаешь шум колес, смотришь на то, как проносятся мимо поселки, леса и реки, а сам отдыхаешь. Чай опять же таки пьешь из этих стаканов в красивых подстаканниках. Все себе домой такой хотел, да видно не судьба.

О, еще и люди особенно разговорчивы. Обстановка будто располагает к откровениям - столько всего наслушаешься, что и сериалы потом смотреть скучно, и материалов на целую книгу наберется. А может и на несколько.

Иногда слушаешь - волосы дыбом встают. Думаешь так про себя, что быть такого не может. А на лицо человека взглянешь, и понимаешь, что было все. Было! Это другие пусть не верят, а вы правду сами знаете. Киваете друг другу и молчите, потому что не для чужих ушей все было сказано.

Это точно тебе доверили тайну, которая жива, пока находишься в поезде. Имеет свое очарование она только в этой обстановке. Так же как прекрасны разговоры до рассвета на кухне. Столько искренности и неприкрытых чувств, точно душа обнажена до самой своей сути. А потом день, и вы опять незнакомцы, будто не было той пары часов, когда доверяли все тайны и выставляли на обозрения скелетов из дальних шкафов.

Для всего свое время и место. И потому мне все это так нравится.

И в тот раз я был в прекрасном расположении духа. Сел в поезд уже после полудня, просмотрел сделанные снимки и остался крайне доволен. Хорошая была деревушка. Жители дружелюбные и разговорчивые. В основном старики остались, для них всякий гость был в радость. Говорили о своих детях и внуках, ну и пару легенд рассказали. Куда же в деревне без них? Но о них напишу как-нибудь позже. Про болотный цветок, поющую церковь и девичьи слезы.

Я запомнил все, честное слово. Тогда же снимки сложил по порядку - каждый в свой конверт с подписью, и спокойно пил чай с пирожками. Их мне дали целую гору: с картошкой, с зеленью и яйцами, с мясом, с вареньем... Отказывался, отказывался и смирился. Просто так старики не отпускали. Звали заезжать еще. А я что? Я заезжал. И не один раз. Привозил из города гостинцы, был для всех них чуть ли не внуком.

Чай тоже хорош был. Травяной, бодрящий. Ягод еще насыпал немного, чтобы аромат еще лучше стал. Думал, как долго буду один сидеть. Когда я только зашел на верхней полке уже спал человек, да поговорить я с ним не успел - проснулся на следующей станции и тут же вышел. С другими отсеками только парой фраз перебросился, да ни к какой теме подключиться не смог.

Так что ловил минуты покоя и думал о своем. Мерно стучали колеса, тихо разговаривали люди, да проводница слушала по радио какую-то классическую музыку.

Сосед же у меня появился пару станций спустя, считай уже посреди ночи. Щуплый, невысокий, в помятых штанах. Теребил ручку чемоданчика, больше похожего на ящик с ручкой. Посмотрел неуверенно на свое место, сравнил тысячу раз с билетом и наконец-то, выдохнув, сел.

-Это же мое место? - посмотрел на меня. -Наверное, ваше, - пожал я плечами. -Я ж не смотрел ваш билет. -И то верно...

Странный он был, честное слово. Нервный очень. Постоянно оглядывался, будто ждал, что сейчас придет кто и выгонит его.

-Вот, смотрите, - протянул мне билет. -Третий вагон, шестое место? -Все верно, - кивнул. Человек не ошибся. Да и проводница сама его сюда проводила. Посмотрела укоризненно, когда паспорт еще раз проверяла и белье выдавала. Похоже впервые у нее был столь странный пассажир, работает не так давно. -Ох, хорошо, - улыбнулся незнакомец. - Просто понимаете, в чем дело...

Михаил, а именно так его звали, был журналистом. Не то, что я - для него это не заработок, а единственный источник дохода. И выпало ему как-то написать про сельскую школу. Мол есть одна такая, чем-то особенная. Толи дети с какими-то мутациями, толи учитель их чем-то известен, не помнит уже. Статью он так и не написал, а дело вот в чем.

Когда он приехал на вокзал, то к своему разочарованию узнал, что билеты уже распроданы, а следующий поезд только послезавтра вечером. У него же сроки горят. Не сдаст вовремя, так вылетит, как миленький. И так начальник на него косо смотрит и припоминает предыдущий провал.

Что же делать? Может выкупить у кого билет? Он заплатит если надо двойную цену. Вот бы согласился кто, вот бы... Да все ни в какую. Всем, видите-ли сегодня надобно.

Стал уже и с работой прощаться - не зайцем же ехать, ей богу, когда подошла к нему женщина. Толи цыганка, толи еще кто. Одета довольно прилично, но в глазах есть нечто такое...особое. Он бы сказал даже хищное. И шарахнулся бы он от нее, да отошел куда подальше, если бы она тут же не предложила ему продать свой билет.

Интуиция вопила, что бежать надо, пока не поздно. А он что дурак? Конечно. Купил.

И вот заходит с этим билетом в поезд. Ищет свое место, а его и нет... Нет такого номера, хоть убейте. Вагон седьмой? Седьмой. А места нет.

Проводница тоже в недоумении. Билет, говорит, правильный, а места все равно нет. Бред какой-то.

Бред, не бред, а делать что-то надо. Рассказал о своей ситуации, попил вместе с ней чаю. Посмеялись, да и временно распределили его на свободное место. Как-нибудь разберутся.

Сел у окна, смотрит, а вид непривычный какой-то. Места незнакомые, хотя ездил он здесь довольно часто. И темно все, хотя когда заходил, еще и пяти не было. Неужели стемнело так быстро?

Смотрит и понять не может. Город еще быть за окнами должен, а там какие-то озера багровые, да деревья корявые и все заборы на кресты похожие.

Прям оторопь берет.

От страха постучался к проводнице. Стучит, стучит - никого. Походил по вагону - пусто. А где люди? Где все те, кого он видел, когда садился? Ничего понять не может. Заглянул в тамбур, перешел в другой вагон. Та же история.

Ходил, стучал в двери, искал хоть одного человека. Пусто, тихо, за окном все тот же пейзаж. И страшно вдруг так стало. Будто сердце кто сжал. Чувствовал чьи-то взгляды, ощущал, что за ним следят, но никого не видел. Когда обошел все вагоны, то уже думал, что сходит с ума. А вдруг он умер? Там еще, на вокзале, когда билет покупал. Тюкнул его кто по макушке, а он и не понял, что ласты склеил. Вот и бродит теперь по поезду, потому что должен был ехать. А места его нет, потому что и его самого нет.

И от этого стало еще хуже. Кинулся обратно в свой вагон. Место...Место нужно найти. Осмотрел все тысячу раз, молился, хотя раньше никогда в бога не верил. Ну, хоть что-то. Хоть как-то. И поезд этот чертов никак не останавливается, все стучит колесами да мимо болот катит.

Михаил уже с ума сходить начал, когда заметил нужные цифры. Вот же место его, вот. А проводница говорила, что нет его. Плюхнулся и зажмурился.

Глаза же открыл от того, что его кто-то тряс. Подскочил. думал, что кто-то по его душу пришел. Того и гляди сожрут. Но нет.

Проводница. Сказала ошибочка вышла, цифры не так прочитала, но видит уже, что он сам место нашел. Может, тогда еще чаю будет?

А он сам чувствует, как дрожит. И тут явно уж не до чаю. Да и не до чего уже в общем.

Сошел на ближайшей станции. Уволился, написав письмо. К черту эту работу и всякие села. А если и поедет еще куда, то билет брать будет только в кассе и место проверять по сто раз. Лишь бы вновь не оказаться в том поезде, что едет посреди болот.

Мало ли, вдруг там еще кто-то водится, вдруг в следующий раз он не найдет выход... В тот раз ему повезло.

Я слушал его, а сам невольно сверил свое место с билетом.

Сущность№8: билет без места. Порой у незнакомца на вокзале можно купить билет на поезд. Незнакомец способен принимать любой облик, но всегда выглядит как взрослый человек. Как правило предлагает билет одиночке, реже парам. При попадании в вагон человек не может найти свое место, а спустя некоторое время обнаруживает, что за окнами незнакомый пейзаж, представляющий собой лес и багровые болота. Кроме того, за окном всегда темное время суток. Из поезда пропадают люди и пассажир без места остается совсем один. Единственное, что он может сделать, чтобы вернуться - найти место, указанное в билете.Не покупайте билеты у незнакомцев, ведь кто знает, на какой именно поезд вам их продали...

Зеркало с неправильным отражением

В том доме было зеркало. Старинное, в резной деревянной раме. И очень жуткое. Если честно, то еще несколько лет после переезда оно мне снилось в кошмарах.

Хотя о чем это я? Даже сейчас оно периодически является в моих снах. Всегда одинаковых. Я записываю их, чтобы сравнить, но не нахожу отличий.

Там всегда темно, но не так, чтобы ничего не было видно, а как в сумерках или в грозу. Я стою в коморке, около столика с печатной машинкой и потертым креслом, в котором сидит, уронив голову на грудь, сухопарый старик, больше похожий на манекен. Бледный, чуть с синевой. Его руки-веточки безвольно висят по бокам, на лысине заметны невнятные бурые пятна.

Мне не уютно. Хочется куда-нибудь уйти, убежать прочь, лишь бы не находится здесь. Жмурюсь, но все равно чувствую на себе чей-то взгляд. Не знаю откуда, просто со всех сторон. Но в комнате никого, кроме меня, старика и зеркала. Оно напротив кресла. Выше меня, почти касается потолка. В нем видна вся комната, кроме кусочка, что прямо за ним. Такого узкого, такого безопасного...

Может, если дойти до туда, то все будет в порядке? Нет, не могу. Там сундук, а в сундуке...

Делаю шаг вперед, открывая глаза. Шагаю по скрипучим половицам, следя за своим отражением. Неправильное, совсем неправильное. Оно чуть отстает от меня. Живет словно на пару секунд позже, как старающийся успеть переводчик. Но все же понимают, что настоящий голос звучит иначе?

Я же молчу, боюсь нарушить эту звенящую тишину еще больше. Достаточно скрипа и стука моего сердца. Никак не могу его унять. Громкое, быстрое, точно кто-то колотит по барабанам в одном и том же темпе.

Замираю около зеркала и касаюсь его указательным пальцем, будто думаю, что оно не настоящее, или что рука провалится в пустоту. Ничего такого. Только между моим пальцем и отражением нет никакого зазора. Ощущение, что за мной наблюдают становится еще сильнее. Меня прошибает озноб, и я ежусь, обхватывая себя за плечи. Сейчас бы в тепло, к родителям...

Но я тут, в этой комнате с заколоченным окном, стариком и чертовым зеркалом.

-Деда Гриша? - слышу свой голос. Непроизвольно спросил, но оборачиваться не стал. И так его вижу. Все та же опущенная голова и безвольные руки. - Деда?

Мне лет двенадцать, но чувствую себя гораздо младше. Вся напускная бравада уже давно слетела, сделав меня слабым и беспомощным.

Старик молчит.

-Деда? - повторил, особо ни на что не надеясь. Неуверенно заглянул за зеркало. Сундук. Выглядит довольно безопасным. Может, если спрячусь в нем, то пропадет этот взгляд?

Я не хочу, чтобы на меня смотрели!

Боюсь сказать об этом вслух. Вдруг, если покажу, что чувствую взгляд, то все станет гораздо хуже? Лучше просто спрятаться.

Вдох, выдох... резко шагнул к сундуку. Так, замок? Вроде открыт, только защелку повернуть.

Раз, два...Три! Дергаю несчастную порядком истрепанную, но крепкую защелку и откидываю крышку.

По комнате проносится мой крик.

Я отшатываюсь, спотыкаюсь и падаю, ударившись спиной так, что выступили слезы. Отползаю, пока не упираюсь в столик.

Пытаюсь еще раз позвать деда Гришу, но не могу. Из горла вырываются только хрипы.

Затравленно поднимаю взгляд на старика. Ну же! Проснись! Проснись...

Тяну к нему руку.

Вздрагиваю.

Руки-веточки кажутся еще длиннее, чем раньше. Старик неестественно выгибается и вскидывает голову с черными провалами глаз.

Он тянет руки вперед. Такая же тварь сидит в зеркале.

Я отступаю к стене, поскуливая, как щенок. Верчу головой, опасаясь и старика и зеркала. Взгляд неизвестного становится попросту жгучим. Старик же тем временем поднимается - отражение все так же отстает. Шаг, еще один. Вперед, ближе друг к другу, пока отражение не упрется в преграду.

Но этого не происходит. Из зеркала появляются кончики пальцев, я же отползаю все дальше. Но у всего есть предел. Стена.

Я вижу все то, чего бы не хотел видеть.

Дед Гриша, совсем неправильный, пугающий, неестественно открывающий рот с разбухшим синим языком, его выходящее из зеркала отражение и сундук.

Проклятый сундук! С открытой крышкой.

Нужно было ее захлопнуть... Черт возьми.

Возьмет.

Слабый шорох. Скрип. И за стенку сундука хватается костлявая, едва обтянутая кожей рука.

Миг и оттуда же показывается хрупкая, почти иссушенная фигура. Мой друг, мой пропавший друг...

У него нет глаз, только провалы. И губы беспрестанно шепчут:

-Почему никто не стал меня искать?

Я дрожу. Трясусь, как лист на ветру. Еще немного и сорвусь. еще...

Подомной растекается темная лужа.

На меня смотрят, смотрят те, у кого больше нет глаз. Они идут ко мне. Тянут руки, хотят коснуться.

Я же сжимаюсь, зажмурившись. Я в домике. Если я не вижу, то и меня не видно.

Но с ними так не работает. Я чувствую их руки. Чувствую холод и вонь.

Кричу.

Захлебываюсь собственным криком, от которого просыпаюсь. Еще долго лежу в постели, обливаясь холодным потом и пытаясь отдышаться.

Все это лишь сон...

В том доме было зеркало. Старинное, неправильное. Оно стояло на чердаке, забытое всеми за запертой дверью. Но нет ничего, что не способны найти дети.

В том доме жила семья. Деда Гриша, его жена, всегда говорившая о том, что нельзя подниматься на чердак, и двое детей, чьи родители уехали на вахту.

С детьми я быстро сдружился - близнецы умели развлекаться и придумывать игры. Хотя переиграть их было довольно сложно, почти нереально. Особенно Лешу, чьей коронной фишкой были прятки. Он находил такие места, что порой его искали чуть ли не сутки на пролет, а он смотрел и смеялся. Тоша же был мастером головоломок. Мечтал стать детективом, ну или хотя бы следователем.

Мы часто проводили время вместе, слушали байки деда Гриши, причитания бабушки и придумывали новые забавы. Я вписался к ним так, словно был родным. По крайне мере старики относились ко мне, как и к своим внукам.

Уютно, приятно, но одна тайна так и оставалась не раскрытой - чердак. Как же интересно что там!

Сказано - сделано.

Ничего такого. Всего лишь небольшая коморка с пыльным зеркалом, накрытым простыню, продавленным креслом и столиком с пишущей машинкой. Разглядеть больше мы не успели - нас погнали в зашей. Дверь захлопнули.

Последнее же, что я видел, как упала простынь. Ничего не сказал. Ну не хотят, ну и ладно. Все равно ничего интересного. Подумаешь, зеркало. Эка невидаль.

Да уж, невидаль...

После мы забирались по приставной уличной лестнице вверх, чтобы заглянуть в крошечное окошко чердака. Пытались найти что-то новое, наблюдали за зеркалом. Порой рассказывали друг другу, что что-то видели. В самом деле порой казалось, что в зеркале виднеются силуэты странных людей с вытянутыми руками. Периодически становилось страшно и было ощущение, что за нами следят. Но от этого становилось и весело. Это же что-то волшебное! Настоящая тайна.

Но вскоре и она нам наскучила. Вернулись к прошлым играм.

К догонялкам, пряткам, пятнашкам. Звали в игру и других соседских девчонок и мальчишек. Носились шумной гурьбой, смеялись и радовались каждому дню, чтобы потом громко рассказывать родным, сколько всего интересного приключилось.

Это как с рыбаками, которые поймали во-о-о-о-от такую рыбину. Для детей все так же - ярко и преувеличенно. Не ящерка, а динозавр, не гора подушек, а крепость.

Это было лучшим временем, пока не пропал Леша.

Его искали почти везде, где можно представить. Сначала дети, пока не опустилась ночь, потом взрослые - сами старики и соседи. Затем подключили милицию и волонтёров. Много их было - неравнодушных. Боялись, что могло случится нечто плохое. Прочесывали окрестности, заглядывали чуть ли не под каждый кустик и камушек, точно Леша мог уменьшиться и спрятаться там.

Не мог, конечно.

Но отчаяние... Оно и не на такое толкает. Искали, осматривали. Прочесали множество километров. Каждый звал Лешу, просил его вернуться. Но ничего.

Почти везде осмотрели, кроме запертого чердака. Но на то он и заперт, чтобы никто туда не попал. Да и бабушка все время повторяла, что нельзя туда ходить, зеркало проклятое стоит, страшное. И выкинуть его нельзя, чтобы кому еще не навредить, только прятать.

Да деда Гриша уже ее не слушал. Отпер чердак. Мы же прошмыгнули за ним. Я беспокоился, а Тоша и вовсе сходил с ума. Говорил постоянно, что случилось ужасное, он чувствует.

Он всегда чувствовал, когда Леше было плохо. Как-никак близнецы.

И в этот раз не ошибся. За чертовым зеркалом, отражение в котором отставало от оригинала стоял сундук. Массивные такой, что в нем я бы с легкостью спрятался. Жаль, что защелкнутый.

Деда Гриша тут же подошел к нему. Неуверенно выдохнул и опустился на колени. Его руки заметно дрожали. Мы же с Тошей подались вперед, стараясь ничего не упустить. Вот как Лешка вернется, так мы ему столько всего расскажем! Вот только...

Меня вырвало. Тоша закричал.

Леша не найдется.

Как только деда Гриша открыл сундук, то мы увидели его жуткое нутро. Там лежал наш Леша с остекленевшим взглядом. В нос шибанул жуткий запах, но это уже было не важно.

Я отполз от сундука, как можно дальше, вжался спиной в стену. Тоша бился в истерике посреди комнаты, а деда Гриша как встал, так же безвольно рухнул в кресло и больше не шевелился.

Когда нас с Тошей уводили с чердака, я видел в зеркале две фигуры - Лешу и деда Гришу. Они были очень худыми, с длинными руками и черными провалами вместо глаз.

В том доме было зеркало, и с тех пор мне снятся кошмары.

Сущность№9: Зеркало с неправильным отражением. Опасный предмет, способный отражать действительность с некоторыми изменениями. Отражение в нем всегда отстает от своего оригинала. Так же между оригиналом и отражением (например, если ткнуть пальцем в зеркало) не бывает зазора. В зеркале можно увидеть человекообразные тени с длинными руками и ввалившимися или отсутствующими глазами. Рядом с сущностью всегда ощущается чужое присутствие. Человек ощущает на себе множественные взгляды и ощущает приступы страха. Так же может увидеть мертвых, напоминающих описанные ранее силуэты. Зеркало считается проклятым, но пока не установлено кем, а так же не выявлены все возможные последствия от взаимодействия с сущностью.

Поющая церковь

В том городе часто идут дожди. Дни похожи между собой так, словно являются точными копиями друг друга. А может, все живут одним днем - засыпают и вновь просыпаются в том же дне. Завтра просто не существует. Всегда есть только сегодня. Нет и вчера. Вчера точно такой же день, как и тот, что был неделю или месяц назад.

Такое складывалось впечатление, когда затягивались дожди. Капли барабанили по подоконникам и крышам, по асфальту текли ручьи, заставляя людей пересекать дорогу чуть ли не по колено в воде. Все серое, и только периодически заметны яркие пятнышки цветных зонтов.

В такие дни хочется чего-то уютного, теплого, как кот или вязанные носки, которые дарят бабушки своим внукам. Завариваешь чай, достаешь что-нибудь сладкое и накрываешься пледом, впадая в приятную меланхолию, вспоминая о чем-нибудь хорошем.

Я, например, думаю о рассказах стариков, из той деревушки, в которую я ездил по работе. Фотографировал, делал записи... Но больше всего любил слушать разнообразные байки. А их было ох как много. Жаль, что запомнил не все.

Но некоторые вряд-ли забуду. Было в них что-то такое, особенное. А может, дело в том, как они были рассказаны. С абсолютной верой. Так, словно говоривший сам был непосредственным участником событий.

-Деревушка у нас небольшая...

Деревенька была маленькой, на картах вряд-ли найдешь, даже если захочешь. Со всех сторон лес, да река неподалеку. Дорога... Размывает ее по весне, так что на город особо рассчитывать смысла не было. Если что и надо было, то закупались оптом, так, чтобы ездить не часто.

Старались все делать сами. Своими руками. Чай огороды не первый год держат. Да и свои умельцы были - посуду, ткань делали. Красота, да и только.

Хорошо жили. Дружно. Да только в последнее время стало неспокойно. Будто из леса кто приходил, смотрел в окна. Просыпались от незнакомых голосов, зовущих по имени - каждый слышал свое.

Пытались придумать, как защитится. Даже на кладбище ходили, проверяли спокойно ли спят покойники. Ставили на могилы горшочки с углем, чтобы если что и завелось, то выбраться не смогло. Так от упырей веками спасались, еще не подводило.

Однако ничего не помогало. Неуютно стало. Боязно.

Вот и Мишутка от страха по ночам дрожал. Накрывался с головой одеялом и старался отвлечься. Сделать что угодно, чтобы не слышать, как кто-то произносит его имя. Таким холодным и неприятным голосом, которого не было даже у его учительницы. А ее он всегда боялся! Она была строгой и никогда ему не верила.

Впрочем, Мишутка тут тоже виноват - правду он говорил ей редко. Да и кто бы признался? Это же куча проблем. Поэтому никто из мальчишек не признавался в своих шалостях. Разбитое окно, порванная книжка... Ну, и девчонок за косички дергали, куда уж без этого.

Особенно весело было дергать Катьку. Она всегда очень шумно реагировала. Если бы молчала, то всем бы быстро наскучило, но она кричала, бегала за ними и даже могла поколотить. А это ох как весело!

А еще она была красивой. Для Мишутки так особенно.

Однако даже мысли о Катьке не спасали. Сколько бы он о ней не думал, то все равно слышал, как его звали. Скреблись в окно. Стучали. С каждым вечером все настойчивее. Так, что хоть сам выть начинай.

Матушка к нему приходила, обнимала и говорила не слушать. А он не мог. Как у взрослых получалось не слышать их, эти голоса? Или они лгали, как он учительнице?

Мишутка не знал. Просто боялся. Каждый раз дрожал, стоило небу начать темнеть. Искал, что-нибудь, что может ему помочь.

Или, может, стоит посмотреть, кто его зовет?

Может, не все так страшно. Но...

Жутко. Жутко до слез.

-Бесит, - тихо сказал Мишутка. Он часто слышал это слово от учительницы, но ощутил на себе не так давно. Раньше он ничего подобного не испытывал.

Даже злиться или обижаться подолгу не умел. Это же скучно. И столько всего интересного происходит, что совсем не хочется пропустить.

Мишутка в очередной раз прошел от своего дома к центру деревушки и уже собрался идти обратно - одному довольно скучно гулять, а друзья наказаны или заняты, как чуть не споткнулся. Он удивленно посмотрел под ноги. Сколько тут ходил, ничего на дороге не было, как тут...

-Ой, - он озадаченно посмотрел на лежащую посреди дороги трехцветную кошку. Она щурилась, глядя на него удивительно яркими зелеными глазами.

Завоевав его внимание, кошка поднялась и начала тереться о ноги мальчишки. Мурчала, ластилась. Откуда же она взялась? Такая ухоженная, хорошая. Интересно, чья?

На Катькину похожа, но та явно мельче. Да и рыжих пятен у той меньше. Эта же словно в рыжих носках. Таких забавных, ярких.

Нет, похожих кошек Мишутка ни у кого не видел. А он у всех в гостях был по нескольку раз. Любил болтать, а еще чтобы его угощали. Варенье, пирожки, бублики... Вкуснотища.

-Чья же ты? - Мишутка погладил кошку. А та, словно только этого и ждала - начала отходить от него. Сделает шаг - остановится и смотрит - идет или нет.

Пошел. За кошкой идти он не боялся. Все же она не звала его жутким голосом. Не пугала по ночам. Сейчас к тому же вон как светло. Солнце высоко, небо ясное, без единого облачка.

Так что Мишутка был абсолютно спокоен. Ничего плохого днем точно не случится.

А кошка тем временем отошла не особо далеко от центра. Они обошли старостовы хоромы и Катькин дом, свернули и замерли. Кошка легла, крутится, будто воображает, показывая пушистый животик. Мишутка ее гладит, а сам понять не может, что кошка тут забыла. Здесь ее явно кормить никто не станет, церковь уж который год заброшена.

Как священник пропал, так она никому нужна и не стала. Обветшала, поросла травой и мхом. Раньше люди молиться ходили, просили защиты и благословения. Здоровья там, счастья, покоя. Каждое воскресенье шла служба. Воду еще святую набирали, в купели окунались, да свечки ставили. Теперь же ничего.

Только на себя надеяться. Все своими силами. А вера... Как-нибудь без нее.

-Ну, и зачем мы здесь? - насупился Мишутка. Толку от этой церкви? Вздохнул и пошел обратно. Дома уже обед наверняка готов. Матушка пирог обещала.

Кошка же мяучит, зовет.

Мишутка не повернулся. Нечего ему там делать.

Обед. Игрушки. Какая-то привычная суета. Он даже о кошке забыть успел. Свои коты были. Толстые, лоснящиеся. Дремали на кресле или печке.

А ночью, когда за окном опять звать стали, вспомнил. Странная кошка, непонятно откуда взявшаяся. Церковь эта заброшенная.

Думает, а к зову прибавляется звон, точно в колокола бьют. И пение. Тихое такое, женское, точно молитву тянет.

Мишутка аж невольно повторять начал. Увлекся, да не заметил, как звать прекратили. Не стучат, не скребут больше. Тихо стало. И Мишутка тут же провалился в сон.

На следующую ночь таже история. Спокойнее стало. Приятнее.

Но почему?

Решил днем опять туда пойти, к церкви.

Отказался играть с друзьями, проигнорировал все вопросы - сам на себя не похож. Пробежался, а теперь пытается отдышаться, стоя на ступенях церкви.

Кошка тоже тут, мурчит. трется.

Мишутка погладил ее. Почесал за ухом. Та же, словно удостоверившись, что он никуда не денется, заскреблась в двери церкви.

Мальчик пожал плечами и открыл. Никто не запирал. Никому вообще до этого здания дела не было.

Однако не успел войти, как услышал за спиной знакомый голос:

-Что это ты тут забыл? - Катька.

И слова словно в горле застряли. Стоит, мнется. Не знает, что делать. Это он с остальными смелый. А так...

Спасла положение кошка. Вынырнула из дверного проема, да к Катьке. Трется, урчит, топчет туфли лапками.

-О, так это ты за ней? Какая лапуля! Твоя? - тут же засюсюкала Катька. -Нет, - неуверенно подошел к девочке Мишутка. - Она местная. Спасла меня, вот...

Мишутка рассказал про церковь, звон и пение. Думал, что не поверит ему Катька, а та все серьезно кивает. Да потом как скажет, что порой тоже слышит пение и звон. Только она думала, что это с ней что не так. Все же жуткие голоса слышат, а она это. Нет, она не жалуется, ей все нравится, но это странно.

И правда. Подумали, помялись, да решили, что ничего страшного не будет - вошли в церковь. Прошлись, посмотрели на иконы, на огарки свечей. А как прошли в центр, так тут же услышали пение. Точно поют сверху. Да так красиво, что хочется слушать вечно.

Так они приходить туда стали, постепенно рассказывая другим, как избавились от кошмаров. Сначала только детям, а потом незаметно присоединились и взрослые. Каждый искал чуда. Каждый хотел спасения от кошмаров.

Да и кошка всех встречала с радостью. Принимала их угощения.

Вскоре же ее постоянно кормить стали - установили мисочки. Да и церковь постепенно оживилась. Прибрались, восстановили, что могли, свечи зажигать стали, да и в колокол звонить. Сами молиться начали, подпевая чудесному голосу.

Не заметили, как перестали говорить о кошмарах. Никто больше их не звал, никто не скребся в окна. Тьму отгонял колокольный звон и чудесное пение. Церковь пела сама, защищая людей.

Она объединяла их. Давала место, куда мог прийти каждый и поделиться своими радостями и горестями.

И дело было не только в вере, но в самих людях. Они нуждались друг в друге, но страх разделил их, запер каждого в своей комнате. А чтобы избавиться от кошмара всего лишь нужно было довериться, пусть и наивно, как Мишутка - сначала кошке, а потом Катьке.

Сущность№10: поющая церковь. Необычное место силы, заряженное верой людей. Способно высвобождать энергию, проявляющуюся в виде приятного голоса, поющего молитву, чтобы защитить людей/территорию на которой находится. Чем больше верующих, тем сильнее место. При отсутствии же таковых начинает разрушаться, но активность по защите себя не проявляет, если нет опасности для окружающего/окружающих. Чтобы обратить на себя внимание может использовать животных, получив немного энергии детей. Влияние на взрослых не изучено. Сущность№11: шепчущие. Существа, приходящие в ночи. Они зовут человека по имени, скребутся и стучат в окна, но вреда причинить не могут, пока человек не отзовется и/или не выйдет из помещения. Если человек отвечает им, то становится одним из них, бесследно исчезая для людей.

Болотный цветок

Существует легенда о болотном цветке. Том самом, что распускается реже папоротника. Его листья красивее звезд в ясную летнюю ночь, но острее любого лезвия. А сам он пылает, как костер на Ивана Купалу, и переливается, подобно северному сиянию.

Стебли его не тронь. Ужалят, точно рой пчел. На лепестки не дыши - они хрупче, чем у мака. Один неверный вздох и все - пропал твой шанс. Но...

Нужно цветок еще и найти. А это не просто. Растет он в самом сердце болот, туда, куда ни один зверь не пойдет. Что уж говорить о человеке? Он слабее и беспомощнее. Он так далеко не зайдет.

Да и зачем? К чему все это?

А дело все вот в чем...

***

-Дело то гиблое, Марька, - качает головой старуха. - Гиблое... Нет в нем надежды. Медведь могуч и огромен. Страшен в гневе своем, если посреди зимы очухается, так все, покоя никому не будет. Но и он не пойдет. А коли дернет его что, так поляжет. Не спасет его ни сила, ни размер.

Мешает что-то в котле, пробует. Сама себе кивает и закидывает в воду горсть рубленных трав. От нее тут же поднимается струйка пара, а вокруг распространяется приятный, чуть сладковатый запах.

Рядом стоят еще неиспользованные горшочки с ингредиентами: овощи, мясо, некие соцветия, да соль. Хорош должен быть суп, наварист. На всю семью хватит.

-И волк не пройдет, Марька, - старуха перетирает коренья, пахнущие чем-то пряным. Добавляет к ним ложку меда и щепоть соли. Думает немного и смахивает туда же горсть рубленного чеснока. Все это перекладывает в мясо и перемешивает, чтобы каждый кусочек оказался покрыт. - Волк стаей живет, он один не способен, коли здоров. А больного мы и брать не будем. Мы же не больны? Не больны. Вот и волк не пойдет. Он матерый, он уверенный и смелый хищник, но в болота не сунется. Лапы не замочит. Понимаешь, Марька?

Старуха пробует бульон. Хорош, и правда, хорош.

-Да, Марька. Заяц тоже не сможет ничего поделать. Как бы быстр и осторожен он не был, но тут ему ловить нечего. Разорвется от страха его маленькое сердечко. Бум, бум...Стучать будет громко-громко, а затем взорвется.

Опускает мясо в бульон. Смотрит, как меняется его цвет, а запах становится еще вкуснее. Совсем скоро на него соберутся все домашние. Они любят, когда бабушка берется за готовку, радуются каждый раз, как маленькие. Хотя в последнее время она, и правда редко готовит. С тех самых пор, как пропал сынка - глава этого семейства. Без него грядущую зиму вряд-ли сдюжат. Кто им поможет? Кто спасет? Не уж-то кого-то потеряют?

Нет, так нельзя... Но что делать? Невестка на сносях, двое дитяток болеют, того и гляди, заберут их на ту сторону Смородины. Сил у них больше нет, не знают как бороться. Да и ведьма уже рукой на них махнула, нет ее власти боле.

Сегодня же заметила, что и невестка маяться болью начала. Жалуется на голову, на холод, а сама горит...

Что делать, что делать...

Старуха никак не могла найти ответ. Она просто хотела спасти свою семью. А все, что у нее было - сказки. Вот, например, о цветке болотном. Штука редкая, способная творить все, что угодно. Столько даст желаний, сколько лепестков сорвать сумеешь. Хотя и смешно, там и один вряд-ли поймать успеешь. Дело пары секунд...Вжух, и ничего уже нет.

Хорошо, хоть Марька была. Веселая, как всегда, яркая. Ценнее любого цветка. Если бы не ее поддержка, то старуха бы и вовсе загнулась. Не девочка, а огонь. Любимая, старшая внучка.

-Нет, Марька, и птичка не пролетит. Устанут крылышки, и все. Бульк и в болото. И мушка не сможет... Никто не сможет.

Вновь качает головой. Тушит огонь. Суп готов. Нужно всех звать. Всех, кто еще может ходить... А больных поить с ложечки, сделать все, чтобы дать им еще время.

-А я смогла! - звонкий голосок. Такой яркий, такой живой. -Что? -вздрогнула старуха, и обернулась.

-Суп, говорю, наливать будешь, матушка? А то мы уже слюной захлебываемся! - весело захохотал ее сын, поглаживая живот. Рядом с ним сидела его жена, прильнув к нему, точно ласковый кот. Все дети так же были за столом и держали на готове ложки.

-Как же так? - непонимающе огляделась старуха. - Как же? А Марька? -Какая Марька, матушка? Зайти кто еще должен? - удивился сын, забирая у нее котел и ставя его в центр стола. Он уже привычно стал разливать суп по тарелкам. Так, словно никогда никуда не пропадал.

-Нет, - прошептала старуха, чуть улыбнувшись. -Напутала что-то...

Она улыбалась, а по щеке скользила слеза. Ни медведь, ни волк, ни заяц, ни птичка... Зверь не сможет подобраться к цветку, только Марька. Только ей оказалось по силам сорвать его, собрать лепестки и загадать желания. Вот только за все есть цена. И она порой страшнее, чем можно представить.

Марька...Нет больше Марьки. Нет и никогда не будет.

Сущность№12: Болотный цветок. Удивительно красивое растение с очень острыми листьями и шипами, чьи уколы напоминают укусы пчел. Расцветает крайне редко, цветет в самом сердце болот, так что подобраться к нему крайне сложно. Звери обходят его стороной. Лепестки цветка очень хрупкие - достаточно дыхания, чтобы они осыпались. Поймать их почти нереально, однако каждый лепесток равен одному желанию. Но за все есть цена. За желания придется платить собой или другим, безмерно дорогим человеком. От него не останется ничего - ни тела, ни памяти, ни души. Он никогда не вернется, не переродится, просто исчезнет навсегда.

Проклятие кукольника

-Опять испугался? - женщина приоткрыла дверцу шкафа и заглянула внутрь. Там, под одеждой, сваленной в кучу, прятался хрупкий мальчишка. Были заметны его тонкие руки, покрытые синяками и ушибленные коленки.

Мальчик всхлипывал и слегка дрожал, обнимая себя за острые плечики. Он был несуразным, а потому выглядел довольно жалко. Очень бледный, болезненно худой, с копной непослушных темных волос, которые скорее напоминали барашка, нежели прическу молодого человека.

-Они стучали, - тихо, жарким шепотом произнес он, подняв на мать испуганные глаза. - Снова. -Боятся не стоит, Черно, - женщина погладила мальчика по голове и опустилась перед ним на колени. Она пыталась его утешить, но во взгляде читалась только усталость.

Каждый раз одна и таже история. Сначала ее младшая сестра Роуз, теперь сын. Дети, конечно, что с них взять. Но, может быть, хватит? Это уже совсем не смешно.

Наверное, это кто-то из слуг пустил эту байку. Теперь же отдуваться ей. Как и в тот раз...

-Громко-громко, - тем временем продолжал Черно. - Они были уже ближе, чем в тот раз. И я так испугался, что спрятался сюда...

Мальчик неуверенно посмотрел за плечо матери, туда, где стояла его постель. С нее свисало одеяло, игрушки же нигде не было видно.

-Я пытался прятаться под одеялом, - мальчик поник. - Я помню, что ты говорила - так меня никто не тронет, но... Что если они зайдут в комнату? -Никто это не сделает, пока ты сам не позволишь. Слышишь? Все будет хорошо, - женщина привлекла к себе сына и сжала его в объятиях.

Они просидели так до самого рассвета. Мать уже почти дремала, но сын все не хотел ее отпускать. Боялся, что они вернутся.

Они...

Впервые о них она услышала еще в детстве, когда переехала в этот дом вместе с семьей. Добавилось много новых слуг, да и территория стала гораздо больше. Им теперь принадлежал огромный участок с прудом и лесом. Лес, конечно, был не весь их, но все же...

Двое сестер тут же превратились в отважных исследователей.

В доме особо ничего интересного не нашли, а то, что могло таковым оказаться, было им не доступно. Даже у отца были не все ключи, а старые слуги таинственно отвечали, что так будет лучше.

Кому и почему - та еще загадка. Но с этим ничего не поделать, зато в остальном их совершенно можно не слушать.

Слуги говорили, что лес опасен, но ничего такого девочки не заметили. Зато нашли старый дом - гораздо меньше их нового жилища, однако с множеством интересных вещей. Там были игрушки, книжки с картинками и разные письма. Этот дом стал их личной крепостью.

Они построили в нем целую крепость из подушек, представляли себя то героями, то пиратами, а то и вовсе покорителями мира. Они могли проводить там дни напролет, но время шло, а они становились старше.

Да, и к тому же Роуз начала говорить всякие глупости. Мол, некие они, стали с ними играть. Они перекладывают игрушки, обводят слова в книжках...

Все это, правда, происходило, но во всем винили младшую. Старшей все время казалось, что та просто хочет привлечь внимание. Однако боится признаться в содеянном.

Но девочка лишь обижалась и плакала, говоря, что все это не она, а они. Что все слуги это знают.

Слуги, и в самом деле, знали, но со взрослыми вести разговоры не желали. Только девочек просили больше не ходить в лес, чтобы те, кто там живет, не смогли прийти за ними в новый дом.

Но кто в детстве слушается?

Сестры так и продолжали играть в заброшенном доме до тех пор, пока кто-то не уничтожил их крепость. Роуз из-за этого очень долго рыдала, думала, что эти таинственные они так их прогоняют за то, что рассказали все слугам. Старшая же на этих самых слуг и подумала. Бояться не пойми чего, вот и портят им игры.

Однако кто бы это не был, девочки перестали туда ходить - родители отругали старшую дочь за то, что втягивает в авантюры младшую, после жалоб кого-то из слуг. Мол там очень опасно, все может развалиться. И старшая уже достаточно взрослая, чтобы все понимать и брать на себя ответственность.

Ага, как же.

Впрочем, старшей уже ничего не хотелось выяснять - она слегла с болезнью. Даже Роуз больше не слушала, пока та не забежала к ней в слезах.

Стала тараторить, рассказывать, что ей было очень скучно, и она опять пошла поиграть в тот дом. А теперь они стучат ей в окна... Дети в странных костюмах и сутулая женщина. А еще мужчина со смешными усами. Юноша со шрамом и близнецы в колпаках. Она их описывала так подробно, но...

Старшая не поверила. Решила, что это слуги решили подшутить, чтобы проучить девчонку, но сестру утешила, обняла, всучила ей свою мягкую игрушку, пообещав, что та теперь в безопасности.

Кто же знал, что это окажется совсем не так...

Женщина уложила сына спать, когда за окном уже было светло. Она не думала, что ей вновь напомнят о той давней истории. Прошло уже двадцать лет и за это время ничего не происходило. Родители так и живут в том доме, даже завели еще троих детей. Да и она часто наведывается к ним со своим сыном. Вот и опять они в этом доме. Через пару часов матушка позовет их на завтрак. А потом они вместе навестят могилу Роуз.

В тот раз казнили кого-то из слуг. Обвинили, расстреляли, но... Он всучил старшей письмо перед тем, как его забрали. Она так ненавидела этого человека, что не стала его читать. Однако сохранила зачем-то.

Она помнит, как пришла в комнату к сестре, чтобы забрать свою игрушку. Она без нее очень плохо спала. Но сестры нигде не было. Вместо нее на кровати лежала вязанная кукла с огромными, точно от испуга глазами.

Роуз долго искали, но...

Ничего.

***

За завтраком Черно опять говорил о том, что кто-то стучал в его стекла. Все вздыхали, матушка неуверенно упомянула Роуз.

-Тетя Роуз тоже с ними, - заметил Черно. -Хватит, милый, - женщина тут же поднялась из-за стола. -Но я говорю правду! Она говорит, что скучает, и что ты тоже должна быть с ней!

Женщина от злости влепила ему пощечину.

Точно слуги. Хотят довести ее. Злятся, что наказали кого-то из их братии, что девчонки лазали там, куда их просили не лезть. Наверняка там есть какие-то их секреты, следы незаконных делишек!

Вот она им покажет!

***

Ничего не смогла. Молчат, трясутся. Сходила в тот дом, но так и не смогла хоть что-то найти. Только эти чертовы письма...

Просидела до ночи, разбирая их. Такие помятые, поврежденные, что выхватываются в основном отдельные слова. Вспомнила о том, что дал ей слуга.

Письмо лежало в том же ящике - его никто не тронул. Что же он такого хотел сказать?

Показать. Фотография.

На снимке были те люди, которых описывала Роуз. Только теперь среди них была и она. Как так? Почему?

Женщина испуганно выронила фотографию. На ее обратной стороне была приклеена гармошка газетных вырезок.

Приют ххх закрыт после пропажи группы детей и их няни. Женщина описывалась, как странная, вела себя подозрительно, не за долго до пропажи жаловалась, что ей и ее детям грозит опасность. Что они разбудили некое зло. За свои слова женщина была высмеяна. В день пропажи на их кроватях обнаружены куклы, напоминающие исчезнувших людей.

Ранее уже были подобные случае.

Первый случай пропажи человека. Знаменитый кукольник исчез, а вместо него нашли куклу в кровати. Игрушка была очень похожа на пропавшего. Похоже, что он так решил ознаменовать свой уход из жизни. В руках куклы была записка: "Каждый, кто попытается присвоить себе мои земли, станет частью моей коллекции. А я собираю вязанных кукол. Особый привет моему брату". Довольно забавная угроза, но дом бы кукольник в любом случае потерял. Его выселяли за долги. Семья же отказала ему в оказании помощи.

Дом... Земли.

Женщина подхватила фотографию и кинулась вниз. Родители должны что-то об этом знать. Кукольник... Отец точно должен знать что-то об этой истории. Ведь его брат был...

-Чертов кукольник! - мужчина кинул в стену чашку.

Женщина неуверенно села рядом. Попыталась коснуться его руки, но не смогла.

***

За столом сидел одинокий мужчина, сгорбленный и несчастный. Он рассказывал сказки вязанным куклам, которые когда-то были живыми людьми. Его брат, который предпочел стать куклой, чем позволить отобрать у него все. Эти чертовы земли! А потом еще являлся по ночам своему брату, стучал в окна. Глупость, да и только.

Зачем-то забрал тех детишек с их няней. Напугал всех слуг. Чертовы трусы!

Но... Как посмел тронуть своих племянниц?

Сначала Роуз, потом... Но она ведь уехала? Зачем только вернулась? Еще и сына с собой привезла. Вот он сидит. Кукла, как и все.

Он кричал и злился, а по лицам кукол текли слезы.

-Он всего лишь должен был извиниться, - прошептал кукольник, уводя души тех, кого затронула его проклятие. -Всего лишь одно прости, чтобы мы вновь стали живыми.

Сущность№13: проклятие кукольника. Каждый. затронутый проклятием превращается в вязанную куклу. Действует до тех пор, пока виновник злости "кукольника" не признает свою вину.

Подруга

Я люблю долгие поездки. Спокойные, расслабляющие... Знай себе, что сиди и смотри в окно на то, как мимо проносятся города, леса и села, а дорога исчезает под колесами, чтобы появится уже позади.

Можешь побаловать себя чем-нибудь вкусным или прочтением интересной книги. А может послушать музыку или посмотреть фильм? А если повезет, то и поговорить по душам. Человек все же существо, привыкшее к обществу. Долго молчать дано не каждому. Мне, например, не дано.

Но это меня даже радует, а вот за попутчиков ответить не могу. Некоторые бывает дают всем своим видом понять, что разговоры их не интересуют. Занимаются своими делами или и вовсе ложатся спать.

Хорошо, что таких не особо много. И я обычно все же нахожу собеседника.

Интересно, повезет ли опять?

В тот раз я размышлял о том же. От поезда пришлось отказаться в пользу автобуса. Ехать по времени чуть меньше, но все равно больше суток. Меня это не особо радовало, но ехать мне нужно было не одному. Навязали попутчицу, подругу человека, к которому я ехал. Мол боится она одна.

Ну, обрадовался с начала, думал, что сразу будет с кем поговорить, но это оказалось гораздо сложнее, чем я мог представить. Девушка отвечала на мои сообщения односложно и сухо, точно робот. Такой запрограммированный на короткие ответы. Чем короче, тем лучше. Часто вообще я получал сообщения с плюсом или минусом. Точно с калькулятором общаюсь.

А что поделать? Уже согласился. Помочь-то я всегда в радость.

Но надеюсь, что рядом находящиеся люди все же окажутся пообщительнее, иначе я с ума сойду от скуки.

Именно такие мысли роились в моей голове, пока я сидел на остановке. Книгу я-то взять забыл. Оставил на журнальном столике, считал, что уж там-то я ее замечу - буду выходить и прихвачу. Ага, как же. Прихватил.

Да и наушники опечалили. Сломались в самый неподходящий момент. Все одно к одному, как по закону подлости. Книги нет, наушников нет, на улице серая хмарь и туман. Все для меня, как говорится.

Лучше бы правда моря и океаны. Там золотистый песочек, шезлонги, зонтики от солнца, мороженное и крики чаек...

Остановка, одиночество, туман.

Стою.

Жду.

И где ее носит? С сомнением смотрю на часы. Автобус уже должен вот-вот прийти, а подруги все нет и нет. Не поеду же я без нее в самом деле. Пообещал как-никак.

Нервничаю. Честное слово, терпеть не могу опоздания. Сам всегда прихожу заранее - если не за час, то хотя бы минут за пятнадцать. Как по мне это банальное удобство и уважение к другому человеку.

Девушки же все нет.

Стрелка часов неумолимо приближается к назначенному часу.

Еще и тихо так, что аж некомфортно переступать с ноги на ногу. Каждый производимый мной шорох кажется чуть ли не громом среди ясного неба. А еще от чего-то холодно. Еще немного, и зубы начнут стучать.

Вижу, как приближается что-то желтое. Фары? Определенно. Да, это точно автобус. Мой автобус. Такой хороший, такой теплый... Вот бы в него зайти.

Но девушки все еще нет. Мои сообщения прочитаны, но никакого ответа нет. Звоню.

Гудки, да и только. Затем номер и вовсе отключен. Она издевается?

Я уже злюсь, понимая, что еще немного и автобус уйдет без меня. Я же даже водителя не могу попросить подождать. Вдруг она передумала или случилось что непредвиденное?

Ответа нет. Ни на сообщения, ни на звонки.

Вздыхаю и смотрю в след уезжающему автобуса. А я бы мог сейчас сидеть в нем, отогреваться...

Стою.

Жду.

Как всегда.

Остановка. Туман. Я.

Девушка же появилась спустя полчаса. Подъехала на машине с довольно улыбчивым водителем. Открыла заднюю дверцу и похлопала рядом с собой. Я же указал на свой чемодан - еще нужно попробовать поместить его в багажник.

Впрочем, с ним особых проблем не возникло. Влез, как миленький, точно именно для него отсек делали. Сам же устроился рядом с девушкой. Она как обычно молчала, пожав плечами на все мои вопросы. Ну, так вышло, что поделаешь.

И в самом деле... Остается только смириться. Автобус в любом случае уже уехал. Хорошо хоть попутку нашла, а значит, не все мои старания пропали даром - не придется возвращаться домой и снова покупать билеты.

К тому же водитель оказался довольно дружелюбен и общителен. Все время вспоминал какие-то случаи из жизни, травил дорожные байки и просто рассказывал, что интересного успел услышать от пассажиров.

В конечном счете я задремал. А когда проснулся подруги уже и след простыл. Куда успела деться? Попытался спросить у водителя, так тот посоветовал мне поспать еще, как домой зайду.

Странно, чес слово. Может она вышла, сказав мне что-то, а я во сне согласился, покивал, а теперь ничего не помню? Вот дела...

Однако и друг повел себя странно. Стал обнимать так, словно я восстал из мёртвых. Радовался чему-то... Я же все думал, что, наверное, сплю. Однако, как не странно, я бодрствовал.

Так что пришлось ждать, когда друга отпустит его беспричинная радость, и он прекратит мельтешить. Смирился и, как обычно, ждал.

Однако, как оказалось, причина была. Автобус, на котором мы должны были ехать, перевернулся. Водителя занесло в тумане, и автобус перевернулся. Такие дела...

Что же касается подруги, то никто не просил ее забирать. Исчезли все переписки, а все звонки были осуществлены на недействующий номер.

Девушка, которую я встретил на остановке, умерла на той трассе умерла три года назад. Разбилась на автобусе. Она также опаздывала, но в тот раз водитель задержался, чтобы забрать всех пассажиров.

И вот после этого не верить в то, что кто-то нас оберегает, я не могу.

Сущность№14: подруга. В редких случаях сущность может принимать мужской облик. Представляет собой человека, которого так или иначе нужно подвезти/встретить, чтобы поехать с ним вместе. На все вопросы отвечает односложно, звонки не принимает либо номер не доступен (неправильно набран, отключен). Заставляет себя ждать столько, что ждущий опаздывает на свой рейс, в нужное ему время. Это спасает ждущего человека от аварии. После спасения сущность исчезает.Сущность является мертвым человеком, нашедшим свою кончину в том же районе, где ее следовало ждать. После исчезновения сущности пропадают так же и все сообщения от нее и к ней.

Подлодка в небе

В ту ночь небо было особенно прекрасно. Такое глубокое, ясное, усыпанное мириадами звезд, напоминающих сверкающий бисер или алмазную пыль. И воздух пах особенно свежо, даруя долгожданное блаженство после жаркого дня.

Лето выдалась на удивление душным. Дни тянулись за днями, заставляя людей чувствовать себя сонными мухами. Хотелось на море. Или хотя бы на речку. Но со временем все как-то не складывалось. Ни у меня, ни у друзей.

Вот только сейчас шли вместе, решив пройтись до дома дальней дорогой. В съемной квартире все еще душно, а тут такая благодать. Стрекочут цикады, ветерок легонько перебирает листья. А я запрокинул голову и любуюсь небом.

-Красота... - шепчу и тут же замираю. Мотаю головой, точно пытаясь отогнать видение. Но нет. Не проходит. Только становится все яснее.

Высоко в небе виден силуэт. Я бы подумал, что самолет, да только он явно бы не летел так - скачками. И траектория...

-Вы тоже это видите? - почти неслышно обращаюсь к ребятам. Слышу их неровное дыхание. -Да черт бы меня побрал... - выдыхает Пашка. -Кому скажи - не поверят, - соглашается Дима, а сам почти приседает, словно это в случае чего поможет.

Небесный объект же опускается ниже. Его видно все лучше, хоть и не особо детально. Боюсь, что на том расстояние, на котором его бы можно было хорошенько рассмотреть, нам было бы очень и очень плохо. А так...

-На подлодку похож, - заметил Пашка.

И в самом деле. Похож. Покатый, обтекаемый. Видна рубка. Огни. Только свет такой, неровный. Перемигивается, переливается, точно кто-то заточил радугу, чтобы она разгоняла тьму.

Мигает. Скачет по небу, точно мы смотрим не вживую, а какой старый фильм с поврежденной пленкой. Кадров не хватает, вот и нет ровного полета.

А сдвинуться, чтобы хоть с открытого места уйти, не можем. Ноги кажутся чугунными, неподъемными. Сердце грохочет, будто сейчас разорвет грудную клетку.

-Что за чертовщина... - сглатываю слюну, пытаясь избавиться от резкой сухости во рту. Не решаюсь оторвать взгляд от этой "подлодки". От одного взгляда на нее по спине проходят мурашки. -Тарелочка, - пожимает плечами Дима. Он у нас любит смотреть передачи про мистику, уфологию и разные паранормальные исследования, но ни во что не верит. Думает, что все можно объяснить наукой.

Но что делать с этим?

-Да пошлите уже, - вздыхает Пашка. - Было и нет теперь. Свалила от нас "тарелочка".

И в самом деле пара скачков, и ее и след простыл. Точно никогда и не было. Только некий осадок остался, такое неприятное и липкое чувство, точно прикоснулся к чему-то склизкому. Передернулся и поплелся за остальными.

Сам же думаю, что же это было. Жаль доказательств никаких, только устные свидетельства трех парней, смотрящих ночью на звездное небо

***

Свет в квартире включается совершенно бесшумно. Выключатели хорошие, узнать бы, где такие брали. Может, для своего дома прикуплю. Сплю я совсем не чутко, но все же...

Живем мы достаточно высоко, ничто не загораживает окна. Так что даже из квартиры можно смотреть на городской пейзаж и небо. Пашка вон даже на автомате задернул занавески, чтобы ничего не видеть.

-Вы как хотите, а мне хватило, - прокомментировал он свои действия, тем самым открыв нам обсуждение случившегося. Жаль только говорить было особо не о чем. Мы такое видели впервые. Да и ни от кого больше такого не слышали.

Так что диалог фактически сошел на нет. Расстелились в одной из комнат. Вторая использовалась больше как кладовка.

Темно. Лежим, каждый думает о своем. Так, наверное, и задремали.

Тишина, покой. И тут стук. Такой резкий, точно камнем по стеклу. Вздрогнул, скидывая с себя сладостные объятия сна, заозирался.

-Пашка, Дим, слышали? - тихо позвал. Опасливо, будто мог себя кому-то выдать.

Пашка встрепенулся: -А? Что? Нет, ничего. Спи давай.

Но со мной проверять пошел. Димка же и ухом не повел, как спал так и спит.

Заходим в нашу импровизированную кладовку - ничего. Все пусто, все так же, как и было. Да и стекло абсолютно целое. Подумали, но ни к чему особо не пришли. Может, приснилось.

Снова легли спать. Я е просто прикрыл глаза и думаю. Странно все это. Не показалось же, в самом деле!

И тут чувствую, как кто-то тянет меня за ноги куда-то вверх. Так настойчиво и уверенно. Я естественно от подобного не в восторге, и резко распахиваю глаза.

Вот же черт. Лежу. Обычно так, все тело на кровати, но ощущение такое, будто за ноги привязан к потолку. Дергаюсь. Морщусь. Ни черта. Ощущения все такие же.

Привязан к потолку за ноги. И делай с этим что хочешь.

Сел. Вновь чувствую себя нормально. Контролирую все свое тело.

Лег обратно - опять привязан. Ну, что это за бред?

Сажусь все хорошо, ложусь, так испытываю то, что чувствовать явно не должен.

В общем так и промаялся до самого утра, изображая из себя Ваньку-встаньку. Детская игрушка, ей богу. А что делать с этим - черт его знает.

Я и сейчас не могу найти ответа. Тогда же я еще месяца три спал только с включенным светом.

Свет горит, и я спокойно сплю. Но стоит его выключить, как у меня в мозгу тут же что-то щелкает, и я открываю глаза. А выключатели у нас, как я уже говорил, бесшумные...

Сущность№15: небесный объект. Неопознанное явление, способное влиять на человеческий разум, вызывать слуховые и тактильные галлюцинации. Впрочем, дальнейшее изучение не возможно, но наблюдения продолжаются.

Маленький защитник

Был у соседей кот. Огромный, косматый, чисто-белого цвета, точно с неба спустилось курчавое облачко. Кажется, персидской породы. Мордочка приплюснутая, а на ней столь надменное и недовольное выражение, что кажется, что смотришь не на кота, а на особу благородных, если не сказать больше, королевских кровей.

Его купали где-то раз в неделю, вычесывали каждое утро и постоянно завязывали на шее голубую ленточку, чтобы была под цвет глаз. Кот из дома выползал с этим нелепым бантиком, возвращался же без. Пыльный, порой очень грязный, но явно довольный собой.

Где он бродил - загадка. Да вот как-то так повелось, что я часто стал на него натыкаться. Ну, или он стал оказывать мне такую честь - радовать меня своим царским присутствием. То на коврике у двери уляжется, то на подоконник запрыгнет, вальяжно освободив его от цветов.

Я в свою очередь ворчал и даже ругался. Но кот если и понимал что, то не признавался. Впрочем, если бы мне начал отвечать какой-нибудь кот, то я точно бы посчитал бы себя не особенным, а сумасшедшим. В самом деле, кто бы подумал иначе?

Пытался я отвадить кота. Гонял его, относил обратно, просто выставлял вон... Ничего не работало. Был я, и был этот кот. Словно не соседи его завели, а я.

А еще по ночам стал сниться какой-то бред. Точно смотрел на себя со стороны.

Вот моя комната, освещенная разве что луной, ну или редкими проезжающими машинами. Дорога там не особа оживленная даже днем, что уж говорить о ночи. Но и не о ней речь, а о самой комнате. Пара маленьких тумбочек, платяной шкаф, книжные полки и, естественно, сама кровать, на которой лежит мое тело. В том, что тело мое, сомнений никаких. Я часто вижу себя в зеркало, да и особенности внешности знаю очень хорошо.

Тело крепко спит, пока я на него смотрю. Укрыто ярко-красным пледом, подле лежит книга, за чтением которой я и уснул. Волосы довольно сильно отросли и разметались по подушке. Не так, как изображают в фильмах, а точно из них пыталась свить гнездо ворона, а ее что-то спугнуло. Невольно хочется проверить нет ли там веток или яиц. А то мало ли. Не заметишь, как заведутся птенцы.

Отцом воронятам я точно не готов быть.

Тело жмурится, что-то бормочет во сне и поворачивается на бок. По стене же ползет какая-то неясная тень. Ее нечему отбрасывать - в комнате просто нет ничего подобного. Я верчусь, стараясь найти хоть что-то, но ничего не вижу. Только замечаю, как приоткрывается дверь комнаты.

Вздрагиваю, ожидая, что вот сейчас ворвется какой-нибудь монстр. Вот сейчас я увижу, как что-то плохое случается с моим телом. Но нет. В комнату входит кот. Медленно, вальяжно, точно вернувшийся хозяин. Осматривается, недовольно щурится и направляется к моей кровати. Мявкает. Дергает хвостом.

Он смотрит на тень. Я тоже. Откуда же она тут? Ползет, все ближе к моему телу. И кажется мне, что я вижу не просто тень, а человекообразный силуэт. Голова, руки, шляпа. Вот только на руках когти. И голова кажется не совсем обычной. Это что? Пасть?

Кот мявкает настойчивее. Так, точно требует чего-то. И тень послушно замирает. Я физически чувствую, что она смотрит на кота. Не вижу, просто ощущаю. И от этого взгляда довольно неприятно.

Кот злится. Рычит и прыгает на кровать. Тень отступает, отползает чуть в сторону, ближе к двери.

Кот продолжает ворчать. Пушится, делая вид. что он гораздо больше чем есть. И наступает на тень. Боком, боком. Хвост уже как у белки, глаза злющие.

Миг, и кот с воплем кидается на тень. Полосует ее когтями. Яростно шипит.

И вот, что странное, я вижу, как на тени образуются прорехи. Этот белый кот может ее ранить. И я почему-то ликую. Болею всей душой за маленького защитника. Во сне иначе назвать его и не получается.

Воинственный кот с победным мявом прогоняет врага за порог. Сам же возвращается ко мне, сворачивается клубком и прикрывает глаза. И я тоже... Закрываю, чтобы окончательно раствориться в морфее.

На утро же я просыпаюсь, а кот, и правда, спит у меня в ногах.

Не знаю, почему он повадился ходить ко мне, не реагировал на все мои попытки его прогнать, но с его появлением я стал лучше спать и высыпаться.

Защита №1: верный кот. Коты могут видеть гораздо больше, чем люди. Они чувствуют опасность, способны отгонять зло и проблемы. Коты яро защищают приглянувшихся им существ, оберегают их сон и покой.