Чауда

Глава 1

Телефонный звонок под утро ворвался в тревожный сон Лейсан и заставил призраков отступить. Слабо двигающимися пальцами она провела по кнопке вызова и поднесла аппарат к уху.

– Леська, утро доброе! Ты что, ещё спишь? Давай, вставай и собирайся. На море поедем, – весёлый голос Тагира выхватил её из цепких лап тяжёлого сна и вернул в реальность.

– Доброе, – сказала Леся и зевнула. – Уже.

Она выбралась из кровати и подошла к зеркалу на стене. Тонкая майка-ночнушка прилипла к телу и подчёркивала все изгибы тела. Дома стояла такая жара, хоть кондиционер на ночь не выключай.

– Мы сейчас с пацанами мясо купим и замаринуем, – продолжил Тагир. – Я в полдень за тобой заеду.

– А куда? – Леся представила, как ночное море касается тела, и она полностью погружается в нежные солёные волны. От предвкушения мурашки побежали по коже.

– На Чауду...

Леся выронила телефон из рук. Сегодняшний сон поднялся из глубин сознания. Полулюди-полупризраки выходили из моря, окружали её со всех сторон и тянули руки, прося лишь одного: тепла.

– Леся! Леська! – голос Тагира вырвал её из забытья.

Она подхватила трубку с пола.

– Я не поеду.

– Как это не поеду?! – возмущение Тагира выплеснулось из трубки и окатило Лесю с ног до головы, заставляя дрожать, словно от холода.

– Тагир, те места прокляты. Там пароход сел на мель, а люди насмерть замёрзли...

– Мы в жару едем, брось глупости и суеверия, Леська, – Тагир распалился ещё больше. – Мы в руках Аллаха.

– Так они каждые десять лет в жару выходят, чтобы согреться...

– Так, Леська, ты как хочешь, а я еду, – Тагир бросил трубку.

Леся взглянула на себя в зеркало: черные волосы ещё больше оттеняли побледневшее лицо, а в больших глазах плескался испуг. Она накинула халатик, выскользнула из комнаты и пошла в душ – сейчас он нужен был ей как никогда. Мама возилась на кухне, папа, наверняка, ушёл на работу, а младшие – в школе.

– Доброе утро, мам! – после душа Леся зашла на кухню, где мама нажарила гору блинчиков, и теперь шинковала капусту.

Мама улыбнулась, поцеловала её в щёку и поставила перед на стол тарелку и сгущёнку. Тщательно уложенные волосы, аккуратное платье и мягкие домашние туфли – на её фоне Леся выглядела растрёпанные воробушком. Леся улыбнулась от своего сравнения. Ей уже удалось успокоиться. Но на Чауду она не поедет. Леся залезла с ногами на диванчик и схватила мягкий жирный блинчик.

– Тагир на море предлагал поехать. Я отказалась, – сказала она, прежде чем во рту исчез кусочек блинчика.

– Как отказалась? – мать резко развернулась на каблуках.

– Они на Чауду едут... – Леся положила блинчик на тарелку. – Там же брат твой… – она осеклась.

– И?.. – мама строго взглянула на Лесю.

– Бабушка рассказывала, как…

– Бабушка твоя давно из ума выжила, – отмахнулась мать и снова развернулась к капусте. – А брат мой вспыльчивый был, не слушал никого, и друзья такие же. Купаться в шторм полезли... – мама смахнула слезу, – а тебе за Тагиром нужно проследить, чтобы глупости не наделал.

Леся посмотрела на телефон и отодвинула тарелку. Есть перехотелось. Ночные тени будто встали у неё за спиной, ожидая её решения.

– Ты думаешь, что ты одна такая умная и красивая? – устало продолжила мать, кромсая капусту. – Посмотри, как Алие вьётся возле него! Тагир завидный жених, иль забыла, что у его отца завод молочный, да магазины по всему Крыму? Выйдешь замуж, родишь сына, тогда и будешь хотеть или не хотеть.

Леся взяла телефон и нажала на имя «Тагир». Трубку взяли, и раздался смех. Она вспыхнула: вместе с Тагиром смеялись не только друзья, но и Алие! Вечно она рядом... Леся поймала себя на том, что говорить как мать.

– Алло! Тагир, я передумала, я поеду...

***

Ласковое синее море плескалось у её ног, солнце давно село за Феодосией, и на небе ярко светила полная луна. Леся стояла на берегу, вдыхая тёплый солёный воздух, а счастье переполняло сердце. Сегодня Тагир весь вечер, то подкладывал ей лучшие кусочки, то приносил вещи, когда она пошла купаться, и в конце пообещал, что это ещё не всё: впереди её ждёт потрясающий сюрприз. Она взглянула на необыкновенно звёздное небо и поблагодарила Аллаха за сегодняшний день. Тагир подошёл сзади обнял её за талию:

– Ты как?

– Знаешь, я очень рада, что поехала, – прошептала Леся и, развернувшись к нему, поцеловала. – Спасибо...

Он прижался к ней так сильно, что она почувствовала его мужскую силу, но в тот же миг отстранилась: сначала нужно хоть предложения дождаться, как говорила её мать.

– Время сюрприза, Леся! – загадочно проговорил он и потянул за собой.

Чуть поодаль собралась вся компания. Дурачась, они светили себе фонариками на подбородки и кривлялись, изображая чудищ и духов.

– Боишься, Леська? – с вызовом крикнула Алие и тряхнула упругими чёрными кудрями.

– Чего мне боятся-то? – удивилась Леся, и с подозрением взглянула на Тагира.

– Он не сказал тебе? – Алие посмотрела на Тагира и перевела взгляд на Лесю. – Мы сейчас твоих духов пойдём искать.

– Зачем? – Леся отшатнулась, а по спине побежали мурашки.

– Я хочу, чтобы ты убедилась: духов нет. Аллах защищает нас! – Тагир уверенно пошёл вперёд.

– Тагир, я верю, что Аллах защищает нас, – Леся вцепилась в его руку, пытаясь остановить, но он с усмешкой обнял её и потянул за собой.

Они по степи отошли от моря метров на двести или триста. Луна светила всё также ярко, звёзды лениво перемигивались в небе, а жар нагретой за день земли окутывал до липкого пота. Вокруг было пусто. Ей нестерпимо хотелось окунуться в море.

– Нет здесь ничего, Тагир, пойдём, – Леся остановилась и оглянулась по сторонам. – Я хочу в лагерь.

– Вот видишь, глупышка, а ты ехать не хотела, – он подошёл к ней ближе, обнял за талию и поцеловал.

По спине Лейсан пробежал холодок, а пальцы на ногах и руках вдруг замёрзли. Она резко отскочила от Тагира и увидела, как из земли поднимались белёсые полупрозрачные тени, в которых угадывались очертания людей в одеждах прошлого. Они тянули к ним руки, призрачные губы складывались в мольбе, но до уха доносился лишь тихий стон, будто они пытались докричаться до них сквозь века. Алие завизжала так пронзительно, что заложило уши. Лесе вспомнились свиньи, которых на продажу резал сосед.

– Бежим, – крикнул Тагир и потянул за собой Лесю.

Но она осталась на месте, будто приросла к земле, сердце бешено колотилось. Леся видела, как призрак коснулся Кости, и тот мгновенно покрылся инеем. Тело напоминало ледяную скульптуру в парке. Лёгкий порыв ветра и… он на глазах разлетелся снежинками по разгорячённой земле, оставляя после себя лишь росу на траве. Вот другой призрак догнал Алие: чёрные кудри в ту же минуту заиндевели, немой крик застыл в глазах, обращённых к Лесе, а кожа сделалась полупрозрачной. И вновь… дуновение ветра и полетели снежинки. Ребята и девушки с криками разбегались в стороны, ища спасение от уничтожающего их кошмара, над которым ещё недавно смеялись.

Вдалеке раздался крик разбуженной чайки, Леся очнулась и бросилась вслед за Тагиром к берегу. Но его нигде не было. «Наверное, добежал до палатки и спрятался», – с этой мыслью она оббежала одного из призраков, который коснулся Рустама. На берегу она на секунду остановилась, как вкопанная. Перед ней, на мели стоял большой старинный пароход из её сна, а на борту красовалась надпись: «Орест».

– Тагир! – Леся развернулась к палаткам и попыталась угадать, в какой он спрятался. – Тагир!

Молчание. Она бросилась к его палатке, дрожащими руками расстегнула молнию и забралась внутрь. Тагира не было. «Предатель!» – больно кольнула обида. Леся накинула на себя покрывало и зажмурилась изо всех сил. Последние вопли стихли вдалеке, но сил открыть глаза не было. Тишина давила на виски, заставляя ещё чаще биться сердце. Она почувствовала, как коченеет от ужаса, который проникал под кожу. Ещё через секунду нестерпимый холод, одиночество и отчаяние коснулись её сердца, навсегда сжимая его в свои оковы.