Будет ночь

Глава 1

Единственный фонарь, худо-бедно освещавший переулок, теперь не горел – разбили. Но взошедшая над крышами полная луна с успехом выполняла его функции и справлялась даже лучше. Прежде Макс, почти каждый день возвращавшийся этим путем с работы, не замечал уютно приткнувшейся между двух домов узкой двери и вывески над ней «Бар «День-Ночь». Дверь, хоть и не такая широкая, как обычные двери подобных заведений, радовала глаз покрытием, успешно имитировавшим мореный дуб. И неоновые буквы вывески светились все до одной. Это было странно в районе, где аборигены не очень-то уважали закон, а полиция предпочитала по возможности не вмешиваться, резонно полагая, что лишние дырки в шкуре никого не красят.

Макс остановился у двери. Надо же, а это и не покрытие вовсе. Настоящая дубовая дверь, старая, а, судя по бронзовой дверной ручке в виде львиной башки, даже старинная. Макс потрогал отполированную сотнями прикосновений бронзовую морду льва. Морда ухмыльнулась. Дверь открылась. Макс вошел.

Бар оказался небольшим и очень уютным. Стены покрывал благородно-бордовый бархат. В глубине помещения, слева от барной стойки, была сцена. Почти неразличимый во мраке оркестр приглушенно играл что-то джазовое. А на самой крохотной эстраде, ослепительно сияющая в единственном пятне яркого света, пела девушка. Ошарашенный всем увиденным, Макс присел за ближайший к нему столик, не отрывая глаз от певицы. За соседними столиками тоже сидели люди. А может, там не было никого – как и джаз-бэнд, все вокруг утопало в потемках. Возле правого плеча Макса тут же бесшумно возник официант.

- Что будете заказывать, мистер? – прошелестел он.

- Бутылку вина, «Соло санджовезе»… - Максу показалось, что в заведении, где поют такие девушки, заказывать банальное пиво как-то пошло.

- Принято, мистер, - официант исчез.

Макс продолжал пялиться на певичку. Изящно обвив тонкими пальцами микрофон, девушка пела чуть хрипловатым контральто:

- Дай мне этот день, дай мне эту ночь,

Дай мне хоть один шанс, и ты поймешь,

Я – то, что надо…

Как бы сама собой на столе загорелась свеча в стеклянной колбе, из мрака перед Максом материализовался пузатый бокал и стал наполняться терпко пахнущим вином, цветом под обивку на стенах.

- Передайте мисс… что после выступления я хотел бы пригласить ее составить мне компанию, - попросил Макс официанта.

- Мисс… Линда… если вы о ней, редко одаривает посетителей своим вниманием персонально, - голос звучал все так же еле слышно, но Максу почудилось в нем ехидная усмешка. – Я передам вашу просьбу…

Через несколько минут, допев, девушка ушла со сцены. Оркестр ненавязчиво играл все ту же мелодию. Макс, пригубив пару раз вино, отодвинул бокал и ждал. Он нервничал и даже сам себе не смог бы объяснить то волнение, что вызвала в нем певичка с самой первой минуты, когда он даже и разглядеть-то ее не успел. Тени в окружающем его сумраке оживились, зашевелились; из темноты повеяло легким, неопределимым, но волнующим запахом, и за его столик порхнуло неземное создание – Линда. Макс обалдел – до такой степени он не надеялся, что девушка примет его предложение. Он разглядывал певицу пристально, совершенно неприлично. Вблизи она показалась ему еще прекраснее, хотя прежний опыт Макса в общении с девушками подсказывал, что при близком общении становятся видны все изъяны и недостатки. Но у Линды их, кажется, не было. Ровная бледная кожа, густые, вьющиеся черные волосы, волнующий изгиб губ, безупречно наложенная яркая помада, большие темные глаза. И сводящий с ума тихий смех…

- Вы пригласили меня только затем, чтобы рассмотреть получше?

От ее голоса по коже Макса побежали мурашки, а смысл слов смутил, но зато вывел из ступора.

- О, простите, мисс Линда… Я действительно растерялся, увидев вас. Позвольте представиться: Максимилиан Форестер. И разрешите угостить вас вином.

Макс поднял руку, призывая официанта принести второй бокал, но Линда остановила его:

- Постойте, я не пью вина…

- Что же вам заказать?

- Не надо ничего, мне вполне хватает вашего общения… пока…

Линда приблизила к нему свое лицо. Парень смотрел в глаза певицы, и не мог отвести взгляда. Свеча в колбе горела ровно, ярко; надежды на то, что увиденное Максом - причудливая игра светотеней, не оставалось. Радужка глаз девушки была темно-вишневого цвета, а узкий, вытянутый, как у кошки, зрачок пульсировал, в глубине его мерцали и манили к себе загадочные огоньки. Они завораживали, заставляли не думать ни о чем, кроме того, как сладко будет потонуть них, позволить их обладательнице делать с собой все, что угодно. Совсем дальний, незатронутый гипнозом уголок сознания вопил от ужаса, глядя в эти змеиные глаза, замечая, как длинный розовый язычок обвел яркие губы, приоткрывшие на миг белоснежные острые клыки. Но что он, маленький и жалкий, мог сделать, когда все существо Макса подалось на встречу жадно распахнутому хищному рту? Когда клыки, распоровшие тонкую кожу на его шее, ощущались как блаженство поцелуя с любимой? И Макс плыл на волнах цвета свежей крови, которые укачивали его, убаюкивали сознание… Когда вампирша, насытившись, бросила его, еще живого, подступившим вплотную теням, Макс, к счастью, уже ничего не чувствовал. В его голове не было мыслей, только крутился обрывок песни:

- Но… все равно… будет ночь,

И ты меня еще узнаешь…