"Брошенные. 2005 год. Ксюша"
2005 год. Ксения
…Она уже и не помнила свою мать. Перед глазами проплывали какие-то покосившиеся маленькие деревянные домики, деревья, густой лес, абсолютно пустая трасса, хотя был час пик, и огромные бетонные здания. Все одно и то же, только еще со светящимися вывесками, рекламными баннерами, что стояли тут и там, прохожими, что торопились куда-то или просто шли не спеша, ничего не замечая, будто мир дальше их носа более не существует…
Она успокоилась. Только глаза болели от бесконечных слез. Ну, и горло слегка заложило. Ее крик поднял на уши весь небольшой дом, точнее, деревянный барак, держащийся на честном слове. Она кричала так, словно ее резали на живую – хотя ее просто терзал голод…
Прошел день, потом второй. Вокруг только стены, оклеенные обоями, которые уже начали отклеиваться. Она от скуки пыталась их оторвать – и тут же бросала, продолжая бесконечно ходить по пустой квартире…
Она смогла открыть сложный замок и выйти в подъезд.
А вдруг мама по лестнице поднимается? И ей нужна ее помощь?
Но по ступенькам гулял одинокий ветер, завывая так, что по коже бегали мурашки. Старые деревянные окна стояли нараспашку, и форточки скрипели от его дуновения. На бетонном полу валялись осколки стекла – большие, маленькие, но острые, если взять их в руку…
Пустые почтовые ящики висели на стене. Они были открыты в ожидании почтальона. Какие-то рекламные брошюрки валялись тут и там – их смахивал ветер и люди, поднимающиеся наверх…
Никого.
Прошла минута, еще одна…
Никого.
Стоять в пустом и прохладном подъезде не было смысла.
Входные деревянные двери противно скрипели. Они стояли нараспашку, приглашая войти внутрь.
Но никто не заходил.
Тогда она вернулась обратно в квартиру. Прошла на кухню и открыла холодильник. Пусто. Все продукты давным-давно закончились. Грустный взгляд напоследок прошелся по голым полкам, и дверца захлопнулась, когда ее отпустили.
Она взяла табуретку и подставила ее к столу. Залезла, открыла дверцы шкафов. Пусто. Макароны, что случайно высыпались из упаковки и лежали, покрытые пылью, в углу. Гречка, то же самое, мелкие рисинки. Ну и сахар. И все. Солонка тоже пустая – хоть тряси, хоть не тряси, чудо все равно не произойдет.
Дверцы громко хлопнули.
Может, еще где-то что-то лежит?
Как у бабушки, которая в серванте конфеты прятала…
Она пошла в зал и проверила все там. Вещи лежали в хаосе. Какие-то спортивные сумки с тряпьем. Книги, что валялись на полу. В них не было ничего интересного, даже картинок…
Балкон был запечатан на зиму.
За окном действительно снег. Все такое белое. Она подтащила к большому зальному окну табурет и встала на него. Может, так ей удасться увидеть, где идет ее мама?..
Голые ветви перед окном. Снег кругом. Машины проезжали мимо, не замечая маленькой девочки в окне. По щекам потекли слезы.
Шли вторые сутки.
От голода она съела все что было, и желудок снова заурчал, прося добавки. А где ее взять, еще не до конца сформировавшийся разум не знал.
Телефона, кстати, тоже не было.
Осталось только одно…
Она разрыдалась что было сил. Крик сам рвался наружу, раздирая глотку. Она закашлялась на секунду, а потом снова принялась кричать. Она вытирала рукавами грязной куртки лицо и плакала, в надежде смотря в окно…
– Эй, ты чего плачешь?
Соседка, пожилая женщина, жила за стенкой. Дверь была открытая, и она осторожно заглянула в квартиру. И обомлела, увидев грязную и заплаканную девочку. Волосы запутались. Лицо опухло от слез. Глаза уставшие. Ей хотелось спать и есть, а еще – увидеть маму…
– Пойдем ко мне, посидишь, пока мама не придет… Где же она….
Соседка оказалась сердобольной. Она вымыла девочку, покормила, и та заснула на диване, свернувшись на нем калачиком. Так прошел не один час. За окном уже стемнело. Несчастная женщина просто не могла лечь спать, ведь в ее квартире находится чужой ребенок…
Она проснулась от громкого голоса старушки.
– Да! Да! Вы уж найдите ее родственников, мамы до сих пор нет…
Телефонная трубка громко звякнула, и женщина вошла в комнату.
– О, ты уже проснулась…
Она села на диван.
– Тебя хоть как зовут?..
– Ксюша.
– А я – баба Валя.
Ксюша кивнула.
– Вот и хорошо! – соседка рассмеялась. – Кушать будешь?
Ксюша вновь кивнула.
Прошло еще немного времени.
В дверь позвонили.
Мама?..
Она хотела подскочить, но что-то заставило ее остаться на месте. Возможно, то, что входная дверь находилась напротив зала – и все было видно. Надежда в ней за эти короткие секунды ожила – а вдруг за ней мама пришла?..
Дверь открылась, и на пороге появилась полная женщина, с короткой прической, в куртке, надетой наспех. Она с трудом ходила, опираясь на трость.
– Баба!..
Ксюша подскочила и побежала к ней.
– Ой, внуча!.. – бабушка не успела ничего сказать, как тут же крепко обняла свою маленькую девочку.
– Вы проходите, – засуетилась соседка, открывая дверь пошире, – че уж на пороге-то…
Бабушка прошла.
Соседка любезно подставила ей стул.
– Что случилось? Где мать болтается? – бабушка облегченно выдохнула и могла уже нормально начать разговор.
Баба Валя пожала плечами.
– Я не знаю. Я услышала, как она кричит, и привела к себе. Я просто пошла до магазина, хлеб кончился… А так все Наташку знают, что она пьет и постоянно где-то гуляет…
– Да и мой сын не лучше!.. – бабушка раздраженно махнула рукой. – Такой же балбес, блять…
– Да ладно вам, с кем не бывает…
И тут бабушка заплакала.
– Убила бы, тварь эту… Знала, что оставлять ей ребенка нельзя… Я думала, что она исправится… Ладно у них с Женькой что-то не получилось, ладно, но ребенок-то тут причем…
Баба Валя погладила ее по плечу, чтобы успокоить.
– Не переживайте вы так, все хорошо, я накормила ее, помыла, она поспала маленько…
– Спасибо вам…
И вскоре они покинули квартиру. И город тоже. Больше тут сказать и нечего, разве что о самой матери, но о ней уже позже. Ксюша вместе с бабушкой сели на междугородний автобус и отправились обратно. Всю дорогу они сидели, обнявшись, и девочка, поддавшись медленной и спокойной поездке, заснула.
Уже под вечер они приехали домой, в двухкомнатную квартиру. В ней никого не было, и девочку поприветствовали тишина и темнота. За окном действительно стало мрачно – ничего не видно, только кусок дороги, и тот закрывали деревья, что стояли вплотную к окнам…
Это было четырехэтажное здание, в самом конце района. Под окнами продуктовый павильон и центральная дорога, идущая в город. По другую сторону от нее огромное поле, занесенное снегом. А за самим зданием начинался частный сектор, а еще – просто невероятные заснеженные холмы, окружавшие поселок…
Природа здесь потрясающая…
– Будешь кушать?
Бабушка разделась и, опираясь на трость, прошла в кухню. Маленькая комнатка была скромно обставлена – стол, старый кухонный гарнитур, плита, холодильник вообще стоял в спальне…
Для этих мест это было нормально.
Ксюша кивнула.
– Да!..
Бабушка налила ей в тарелку суп и поставила чайник греться.
Жизнь потихоньку вошла в свое прежнее русло.
– О, привет!
Ксюша вышла во двор.
– Баб, я выйду погулять?
Бабушка вышла из большой комнаты, одетая, опираясь на трость.
– Вместе пойдем…
Девочка кивнула.
Она, держа бабушку за руку, вышла из подъезда. Рядом с выходом из него стояли небольшие лавочки – и бабушка села на них, поставив трость рядом с собой. Ксюша тем временем убежала во двор, что был на расстоянии вытянутой руки от самого дома. Дорога здесь, конечно, давно разбита, да и детская площадка очень старая…
Все же Ксюша чувствовала себя счастливой. Мысли о маме и о произошедшем как-то сами вылетели из головы. В тот момент она больше думала о том, как здорово жить с бабушкой – та хотя бы не бросает ее…
Светило солнце. Его лучи больно били по глазам, заставляя прищуриться. Пусть и кругом снег. И было слегка холодно. Все же в помещении скучно и душновато – котельная поблизости разошлась не на шутку…
– О, привет!
Ксюша повернула голову и увидела маленькую девочку. Полная, с длинными темными как ночь волосами. Щечки как у хомячка, маленькие глазки, темно-карие, пухлые губы…
– Привет, я Эльмира! А ты новенькая?
Ксюша кивнула.
– Да. А ты?
– Я здесь живу. Моя мама работает там, в магазине, – девочка неопределенно махнула рукой, – а тебя как зовут?
– Ксюша.
– Мне шесть лет. А тебе?
– Мне тоже шесть.
– И давно ты здесь?
– Вчера с бабушкой приехала.
– А, ясно! Ты гуляешь?
Ксюша кивнула.
– Пойдем кататься тогда? С горочки?
Ксюша пожала плечами.
– Мне надо у бабушки отпроситься…
– Тогда пошли к твоей бабушке!
Девочки бросились бежать к сидящей у подъезда бабушке.
– Ба, ба!
– Вы чего кричите? – возмутилась бабушка. – Люди, может, отдыхают, а вы кричите!..
Ксюша подбежала к ней.
– Ба, это Эльмира! И мы хотим пойти на горку!
Бабушка нахмурилась.
– Так далеко?..
– Мы пойдем с моим братом, – кивнула Эльмира.
– А брату сколько?
– Двенадцать.
Бабушка хмыкнула.
– Ну, не знаю…
– Мы ненадолго!..
Бабушка отмахнулась.
– Ну ладно, идите, Эльмиру я знаю, и маму ее, Венеру, тоже…
– Ура!!
Девочки бросились бежать в сторону дороги.
– Я тебе покажу, где горка, – пообещала Эльмира.
– А там действительно будет твой брат? – решила уточнить Ксюша.
– Да! И не один, со своими друзьями!
Ксюша кивнула.
– Это хорошо!..
– Будет весело!..
– Я тебе верю!..
Девочки прибежали на площадь. Она находилась всего в нескольких шагах от дома, где жила Ксюша. По большой дороге между Домом Культуры и самой аллеей с центральной части площади ездили машины. Они громко сигналили и разбивали визгами колес тишину.
По левую от Дома Культуры сторону Ксюша заметила недостроенное здание, похожее на храм. Оно было ограждено лентой. И вокруг него – никого…
Девочки побежали в сторону больших металлических горок. Перед ними были еще две, только сделанные из снега. Деревья стояли голыми, но скамейки под ними не пустовали. Несмотря на зиму с ее холодами и ледяными ветрами, люди гуляли и веселились. Дети катались с горок и громко кричали. И всю эту вакханалию окружали четырехэтажные дома, выглядящие как новые, с магазинами на первых этажах.
– У вас здесь всегда так?
Ксюша убрала снег с лица. Он налип на шубе, на теплых штанах, ботинках, шарфе и шапке. И на рукавицах – особенно. У них с собой не было ни ледянок, ни картонок, девочки скатывались с ледяной или металлической поверхности на голой заднице. Или даже на ногах.
Эльмира кивнула.
– Да! Мы каждый день здесь гуляем!
– Здорово!..
Почти стемнело, и пошел снег. Он падал с неба крупными хлопьями и падал на черные от автомобильных выхлопов сугробы. Это было и красиво, и завораживающе. Снежинки танцевали какой-то свой, особенный, танец, и этим танцем хотелось любоваться…
Уставшие подружки отправились обратно до дома.
Перед подъездом Эльмира стряхнула рукой с Ксюши снег.
– Ты завтра выйдешь?
– Не знаю. Наверное.
– Тогда я зайду к тебе в гости.
– Хорошо.
Ксюша зашла в квартиру и заметила, что бабушка сидит в комнате, мрачная, как туча.
– Ты пришла?..
Бабушка моментально вышла из комнаты, опираясь на трость.
– Да.
– Проходи. Кушать будешь?
– Буду.
Девочка разделась.
– Давай, я это на батарею повешаю, – бабушка взяла из ее рук мокрые от снега вещи.
Она ушла в комнату.
Ксюша прошла в кухню.
Бабушка поставила на плиту суп и достала тарелки.
Она по-прежнему была какой-то мрачной.
– Что случилось?..
Бабушка села на стул, закончив приготовления.
– Мама твоя нарисовалась. Хочет тебя забрать…
– Мама?..
Ксюша обрадовалась.
Неужели мама вернулась, и с ней все хорошо?
И они снова будут вместе…
– Я позволила ей тебя забрать, – продолжила бабушка, – так что, завтра она заедет за тобой…
Ксюша подскочила и обняла бабушку.
Та неожиданно разрыдалась.
– Я буду приезжать к тебе в гости! – пообещала девочка. – Обязательно!
Бабушка не произнесла ни слова. Она лишь плакала, закрыв лицо рукой.
На следующее утро мама действительно приехала. Невысокого роста женщина с короткой прической вошла в квартиру и бросила:
– Давай быстрее!..
Ксюша пошла за ней, надев на спину детский рюкзак.
Бабушка сидела на стуле в прихожей, провожая внучку.
Ксюша остановилась и бросилась к ней, обнять на прощание.
– Эх, оставит она тебя опять… оставит…
Ксюша вышла из подъезда. Мама уже сидела в машине, и девочке пришлось самой открыть тяжелую автомобильную дверцу. Она залезла в салон и потянула дверцу обратно на себя. Хлопнула ею, и машина сдвинулась с места.
Они ехали долго, и мама за всю дорогу даже не бросила на нее взгляд.
Девочка сидела одна на заднем сидении и развлекала себя тем, что смотрела в окно, наблюдая, как дорога пролетает мимо.
– Ты зачем ее у бабки забрала?
Ксюша старалась делать вид, что ничего не слышит.
– Зачем, зачем… Глупый, что ли? За нее государство деньги платит…
– А-а…
– На что я жить-то буду?
– Ну не знаю… А работа?
– Я что, на дуру похожа?
И они снова замолчали.
Ее привезли на ту же квартиру. Она выглядела такой же неубранной. Казалось, мамаше не было до этого дела. Ксюшу провели в ту же комнату – типа детская, с разобранной постелью, с разбросанными по всему полу игрушками, детскими книжками и еще каким-то мусором. Старый ковер из-за грязи выглядел каким-то черным. Даже орнамента на нем не видно. Со стен обои грубо сорвали. Потолок давно не белили…
Стоит ли дальше что-либо объяснять?..
Ксюша сняла рюкзак со спины.
Громко хлопнула дверь.
Ксюша тяжело вздохнула.
Один день был похож на другой. И она даже не заметила, как началась весна. Все кругом начало таять, солнце стало чаще светить, и даже люди на улице появились. Хоть и не сказать, что зимой дворы выглядели опустевшими…
Рано утром Ксюша вышла из комнаты и зашла в зал. Пусто. Затем прошла на кухню – никого. Она не ходила в детский садик, все свободное время проводила в этой чертовой квартире. Здесь даже тараканы не ползали – чтобы с ними играть…
Туалет и ванная тоже оказались пусты.
Мама вновь ушла.
Ксюша подошла к окну и заметила, что во дворе играют дети.
Ей бы к ним, но…
– Не выходи никуда, поняла? – грубо сообщила мать и ушла, громко хлопнув дверью.
Хоть продукты оставила, и на том спасибо…
Стены давили, и с каждой минутой становилось так грустно и одиноко, что хотелось плакать. Ксюша играла с игрушками, прыгала то на кровати, то на диване, сидела у окна и следила за детьми. И один из них ее заметил. И помахал рукой.
Ксюша помахала в ответ.
Скоро стемнело, и девочка, перекусив тем, что было, ушла спать.
Квартира погрузилась в тишину.
Ксюша прикрыла веки и заснула.
Утром мама не пришла. Как и на следующий день. И через день. Уже и продукты в холодильнике закончились, а готовить девочка не умела…
– Опять твоя мама ушла? – баба Валя всплеснула руками, заметив маленькую соседку на пороге.
Ксюша опустила голову.
– Сейчас позвоню твоей бабушке. Зачем она тебя маме отдала…
Все повторилось, как и в прошлый раз. Правда, бабушка приехала не одна, а с дядей, со своим старшим сыном, который по делам приехал в Новосибирск и заодно проведать свою племянницу.
– Ну что, – дядя заглянул в квартиру и задумчивым взглядом оценил обстановку, – тогда окончательно забираем?
– Забирайте, забирайте! – баба Валя замахала руками. – Иначе беды не избежать!
Девочку посадили в машину и повезли к бабушке.
С тех пор с мамой она больше не общалась.
– Я приходила к тебе в гости, – сообщила Эльмира, когда прошло немного времени, – и твоя бабушка сообщила, что тебя нет…
– Я у мамы была.
– А почему ты с ней не живешь?
Ксюша пожала плечами.
– Не знаю. Она не хочет.
Эльмира удивилась.
– Как это?
– Бабушка так говорит. Мама не хочет, чтобы я с ней жила.
– Понятно.
Постепенно все эти события стали сходить на нет. Просто остались воспоминаниями в памяти, и не более. Ксюша чувствовала себя счастливее и спокойнее, находясь рядом со своей бабушкой.
Однажды в дверь постучали.
– Иди, открой, детка, наверное, это тетя Венера пришла…
Ксюша побежала в прихожую. Она отворила замки и к своему удивлению увидела своего папу. Безусловно, девочка знала, что отец у нее есть. И живет где-то рядом…
Папа выглядел более чем удручающе. Он едва стоял на ногах и вообще не мог что-либо соображать.
– Э…
Ксюша просто растерялась.
Что ей делать?
Закричать?
Или наоборот обрадоваться?
– Кто там пришел, Ксюш?
– Папа…
Бабушка схватила трость и, поднявшись, направилась в прихожую.
– О, епт твою мать, явился не запылился!..
Ксюша впала в ступор.
Она смотрела на отца и часто моргала.
Это страшный сон?
Или все происходит наяву?
– Иди к себе в комнату! – прикрикнула на нее бабушка, и девочка поспешила убраться.
Ей не хотелось этого видеть. Не об этом она мечтала. Сжав кулаки, скорее, от обиды, чем от желания защищаться, Ксюша скрылась за шторкой, которая работала как дверь между комнатами.
Здесь было тихо.
За ее пределами – злой мир. И неадекватный пьяный отец…
– Чего пришел?! Чего надо тебе?!
Ксюше хотелось закрыть уши руками. Чтобы ничего не слышать. Оказаться в полной тишине. Но звуки так или иначе доносились до комнаты, и девочка неволей стала свидетелем неприятной и отвратительной сцены.
Отец шатался, как осенний лист на ветру. Ноги его с трудом держали. Изо рта текла слюна, а бледное лицо украшала довольная улыбка.
– Мне надо… на… дозу…
Бабушка не стерпела и ударила его тростью.
– Я тебе дам на дозу! Нам самим жрать нечего!
Ксюша тяжело вздохнула. Она поспешила отойти от шторы и села за стол, за которым до этого рисовала. Конечно, поведение отца ее очень расстроило, но сделать девочка ничего не могла.
– Я тебе дам деньги, но чтобы я тебя больше не видела! – закричала бабушка.
Дверь громко хлопнула, и наступила тишина.
– Идиот… блять…
Вечером к ним в гости пришла Эльмира.
– О, Эля…
Эльмира поморщилась.
– Не называй меня Эля. Я не люблю.
– Прости. Я не знала…
– Ты чего такая грустная?
– Да папа… приходил…
– У тебя есть папа?
Ксюша кивнула.
– У меня тоже. – Эльмира села напротив нее и улыбнулась. – Работает батюшкой в церкви. Я у него часто бываю.
– Ясно…
– А у тебя?
Ксюша тяжело вздохнула.
– Он болеет…
– О… Это плохо…
– Ага…
– Эльмир, как там твоя мама? – раздался голос бабушки из другой комнаты.
– Отлично, теть Люда! – крикнула в ответ Эльмира.
– Ты не могла бы в магазин сходить? Возьмешь что-нибудь себе да Ксюшке…
– Хорошо!..
Эльмира вышла из квартиры.
– Ксюш…
Ксюша появилась в комнате.
– Что, баб?
– Ты никому не говори, что с папой происходит…
– Хорошо, баб.
Девочка вернулась в комнату.
Прошло много времени, и уже наступило лето. Все расцвело и стало таким зеленым, что не могло не радовать глаз, и детей, только что закончивших очередной учебный год.
В этом году Ксюша только пойдет в школу, и это не могло не радовать девочку. Много новых впечатлений. Много новых друзей. Много новых событий. Ну, и учеба, соответственно.
– Мы переезжаем.
Ксюша удивленно посмотрела на бабушку.
Та села напротив нее.
– Мы с твоим папой решили переехать в другую квартиру. Чтобы чуточку поменьше была, эта мне не нравится.
– Папа будет нам помогать?
– Да. Он завязал со всем этим. – Бабушка фыркнула и отвернулась. – Не знаю, насколько его хватит…
– Понятно.
– Я тебе это говорю, потому что мы уже подыскали место. Вроде бы хорошая квартира, только ремонта много…
– Хорошо.
– Так что, собирай вещи и свои игрушки потихоньку. Мы со дня на день переедем.
– А куда именно?
– Да здесь недалеко, – бабушка неопределенно махнула рукой, – через два дома…
– О, значит, Эльмира может к нам ходить? – Ксюша радостно захлопала в ладоши.
– Конечно может! У нас же двери на замок не будут закрываться!
Тем же вечером Ксюша постучала в соседнюю дверь.
На пороге возникла Венера, мать Эльмиры.
– Здравствуйте, тетя Венера, можно Эльмиру?
– Конечно!
Девочка прошла в квартиру и улыбнулась, увидев подругу.
Девочки обнялись.
– Мне тётя Люда уже все рассказала, – заметила Венера.
Ксюша поникла. Она успела бросить взгляд на мать своей подруги. Было бы больше времени, девочка бы с радостью осмотрела квартиру, да и саму женщину, которая, безусловно, выглядела шикарно. Короткая прическа, длинный халат, учитывая, что Венера женщина высокая…
Эльмира тоже погрустнела.
– Ты переезжаешь…
Она поджала губы и неожиданно разревелась.
Ксюша бросилась ее утешать.
– Ну ты чего…
– Ты уедешь, и я тебя больше не увижу!..
Ксюша улыбнулась.
– Я буду рядом. Через два дома. Ты сможешь к нам ходить.
– Хорошо…
Ксюша потрепала ее за плечи.
– Ну, улыбнись. Перестань плакать…
Эльмира через силу улыбнулась.
– Хорошо… Не буду…
Уже на следующий день девочка стала помогать бабушке собирать вещи. После обеда к ним пришел ее отец – и Ксюша впервые увидела его трезвым. Вполне себе нормальный человек, даже в чем-то послушный. По крайней мере, ей так казалось, когда они все втроем упаковывали чемоданы и сумки. Он и слова бабушке не сказал, лишь поджимал губы, думая о чем-то своем.
День переезда был назначен.
Ксюше уже не терпелось покинуть это место.
– Кофе попьем?
Ксюша кивнула.
Бабушка поставила чайник.
– Ну, тогда сходи в магазин, – сказала она, – а то бабушка устала…
Ксюша снова кивнула и рассмеялась.
Бабушка достала из кармана мелочь и, отсчитав нужную сумму, отдала внучке.
– Ну, беги…
– А чупа-чупс можно?
– Можно. На сдачу возьмешь.
– Хорошо…
Девочка выбежала из квартиры и довольная побежала до павильона.
Перед самым павильоном она остановилась и обернулась.
Бабушка смотрела на нее из-за окна.
Разорвав край купленного в павильоне пакетика, бабушка, напевая себе под нос песенку, разделила порошок на две чашки и залила кипятком. Вытащила из холодильника вчерашние пирожки, и они вдвоем погрузились в кофепитие.
Перед самым отъездом Эльмира вышла, чтобы проводить подругу.
Девочки обнялись.
– Приходи ко мне…
– Если мама отпустит. – Эльмира пожала плечами.
– Хорошо.
Ксюша помахала ей рукой и села в машину.
Все происходило довольно быстро, потому что часть событий происходила за ее спиной. Она была еще маленькой, чтобы что-то понять…
Грузовая машина остановилась у кирпичного пятиэтажного дома. Первым вышел отец. Потом бабушка. Ксюша покинула салон самой последней.
Оказавшись двумя ногами на земле, она огляделась.
Вполне обычный двор. Детская площадка находилась на так называемом пригорке, оставленном после завершения строительства. Такой же находился и со стороны торца.
Старые качели, одни стояли у последнего подъезда, вторые у первого. Между ними пару скамеек и лавочек. Все это закрывали густые ветви карагача. При этом они создавали большую тень, закрывающую от солнца.
Они все втроем вошли в подъезд.
Прохлада ударила по лицу.
Первым вошел отец. Он поставил тяжелые сумки на бетонный пол и, нашарив в кармане ключи от новой квартиры, принялся открывать старую железную дверь.
Ксюша осмотрелась.
На площадке было четыре квартиры. На старом месте – по три.
И все такое старое… обшарпанное…
Деревянные перила, правда, пока еще целые. Покрашенные стены и ступени, деревянные окна. Окрашенные в зеленый входные двери. Шахтерская лампа освещала площадку, и при этом ее нельзя было отключить…
Отец вошел в квартиру.
– Я сделал пол. Ну, и двери в ванную и туалет поставил, они здесь раздельные, – произнес он.
Квартира оказалась угловой. Совсем маленькая, туалет и ванная тоже, спальня без дверей, зал большой. На окнах стояли решетки, да только не снаружи, как обычно, а внутри.
– Я переделаю, – заверил отец.
И при этом – никакой мебели.
Абсолютно пустое помещение.
– Щас я ребят попрошу, чтоб помогли мебель затащить, – произнес отец, развернувшись в сторону двери.
– А чем ты ребятам заплатишь? – фыркнула бабушка.
– Найду чем, не кипишуй.
– Не кипишуй…
Ксюша тем временем прошла в самую большую комнату.
Стук ее обуви отдался эхом в пустом помещении.
– Ну что, внуча, давай помогай…
Ксюша кивнула.
– Давай!
На разбор вещей ушло много времени. Отец в это время таскал вместе с незнакомыми мужчинами тяжелую мебель и технику, и постепенно квартира стала заполняться. Не было уже того эха, когда они въехали сюда в первые минуты…
И уже спустя сутки Ксюша вышла во двор, прихватив с собой трехколесный велосипед, для нее уже маленький и неудобный. За ней следом вышла и бабушка, опираясь на трость и смотря себе под ноги. Они вместе перешли через дорогу, разделяющую дом от двора, и поднялись на пригорок.
Стоял полдень.
Никого еще не было.
Тень от дома перешла на другую сторону, и стало чуть теплее. Хотя на улице стояла середина лета, да и не было так холодно, как нагнетает автор. На самом деле это было самое жаркое лето за последние несколько лет. Да и после него еще не один год простоит прохлада…
– Не уходи далеко, – крикнула бабушка, прежде чем Ксюша убежала, – а то мало ли…
– Хорошо…
Ксюша слезла с велосипеда и осмотрелась. Чуть дальше лавочек и скамеек она заметила большой теннисный стол. Там же – еще одну, только намного больше, скамейку. В склонившихся ветвях дерева девочка увидела турник. Хмыкнув, Ксюша поспешила в другую сторону и наткнулась на железный домик, внутри которого обнаружилась песочница. В ней даже игрушки чьи-то валялись…
В этом дворе росли кусты сирени, и в них можно было спрятаться. От сильно жаркого солнца, например.
Ксюша заметила столик с лавочкой, не такие большие, конечно, но на них наверняка устраивали посиделки. Еще один качели, и за ними очередная песочница. Возле нее опять же очередная лавочка, укрытая густыми ветвями. И столик, прибитый к дереву.
– Ты гуляешь?
Ксюша вздрогнула и повернулась.
За спиной у нее стояла светловолосая девочка, на пару лет старше нее.
– Да. А ты?
– Я тоже. Я Катя, – девочка махнула рукой.
– Ксюша.
– Тебе сколько?
– Семь. Я в этом году в школу пойду.
Катя кивнула.
– Ясно. Я в третий класс иду. Мне десять.
– О, прикольно!
– Ты новенькая, что ли? – Катя прищурилась. – Я тебя раньше не видела…
– Да, я новенькая. Мы вчера с бабушкой переехали.
– Понятно. Я здесь живу. – Катя повернулась и показала пальцем на частный домик на углу двора. – У меня еще две сестры, младшие. Я самая старшая.
– Понятно. У меня нет сестер. Я одна.
– Ясно. О, кто идет…
Ксюша повернулась и заметила темноволосую девочку. Длинные волосы были собраны в косичку. Она была похожа на татарку, маленького роста и немного пухлая.
– Это Валька. – Катя кивнула на девочку.
– Привет. – Ксюша улыбнулась. – Я Ксюша.
– Я Валя. Мне шесть.
– О, я на год тебя старше! – заметила Ксюша и рассмеялась.
– Ага! – Валя кивнула. – Там еще сестра моя, – она махнула рукой в сторону, – Алина, правда, не родная, двоюродная. Мой старший брат женился на ее маме.
– Понятно.
– Тут много ребят, – заметила Катя, – ты с ними со всеми познакомишься.
Ксюша кивнула.
И уже на следующий день она встретила еще одну незнакомую для себя девочку. Та выглядела на пару лет старше Кати. Темно-русые волосы заплетены в одну длинную косу, украшенную белым бантом. В синих шортах с Микки-маусом, белой футболке с темно-синим воротничком, в темных кроссовках, и при этом она была счастливой и вполне радостной.
– О, привет! Ты новенькая?
Ксюша кивнула.
Несмотря на то, что от незнакомки веяло какой-то странноватостью, вела она себя вполне адекватно. Может быть, чересчур улыбалась, но за это не наказывают…
– Да, я новенькая. Позавчера мы с бабушкой сюда переехали.
– В какой подъезд?
Ксюша вытянула руку и показала на самый крайний подъезд.
– О, шестой подъезд! Я тоже в нем живу! – заметила незнакомка.
– На каком этаже?
– На самом последнем. На пятом.
– А я на первом.
– О, понятно. А тебя как зовут?
– Ксюша. А тебя?
– Настя. Мне одиннадцать в апреле исполнилось.
– Мне семь. У меня день рождения тоже в апреле.
– О, прикольно! Тебе показать тут все?
Ксюша пожала плечами.
– Я сама тут все знаю.
– Ясно…
Ксюша посмотрела на Настю и улыбнулась.
– Здорово, что мы живем в одном подъезде…
Настя кивнула.
– Да, здорово. Можем ходить друг к другу в гости.
– Да, – кивнула Ксюша.
Между ними повисла неловкая пауза.
Настя заметила ее велосипед.
– И тебе удобно на нем кататься?
Ксюша пожала плечами.
– Мне больше не на чем кататься…
– Я не умею кататься на велосипеде. Пытались научить, но у меня ничего не вышло.
– А у меня только такой есть. На большой денег нету.
– Ясно. – Настя сложила руки на груди.
– А ты будешь со мной в куклы играть?
Настя кивнула и улыбнулась.
– У меня есть свадебные куклы. Хочешь, покажу?
Ксюша кивнула.
– Хочу!
– Сейчас!..
Настя бросилась к подъезду. И вскоре исчезла в нем. Но Ксюша одна была недолго – новоиспеченная подруга очень быстро вернулась, держа в руках пакет.
– Смотри!..
Настя принялась вытаскивать из пакета красивых кукол, которых Ксюша раньше не видела. Одна с короткой прической, смугловатая, вторая с длинными волосами, в белом платье.
У первой платье было розовым.
– Вау…
Настя кивнула.
– Мне они тоже нравятся. Будешь играть?
– Да!
– Тогда надо что-то постелить…
Настя снова бросилась обратно домой и вернулась со старым стеганным одеялом. Не говоря ни слова, она бросила его на траву.
– Все! Можем играть.
Ксюша кивнула.
За игрой прошло много времени.
Раздалась сирена, сообщающая, что одна смена у спасателей закончилась, и начинается вторая, ночная.
– Восемь часов. Пора домой…
Ксюша кивнула.
– А может, тебя до девяти отпустят?
Настя покрутила головой.
– Не-а. Мне только до восьми можно.
– Ясно. Пока!
– Пока!
Настя убежала домой, оставив Ксюшу одну.
Но и она тоже вернулась обратно в квартиру, закрыв за собой дверь.
Уже через пару дней Ксюша встретила Настю.
Рядом с ней она заметила незнакомую девочку с длинными светлыми волосами и зелеными глазами. Она выглядела веселой – и, не сводя взгляда, смотрела на Настю, словно больше никого и не видела до нее.
– Это Ксюша. – Настя представила Ксюше незнакомку.
– Я тоже Ксюша, – заметила Ксюша.
– Тогда можешь звать меня Оксаной. Меня изначально так назвали, но мама называет меня Ксюшей. – Новая подруга пожала плечами.
– Ясно…
– Тебе сколько лет? Ты выглядишь намного младше меня…
– Мне семь, – ответила Ксюша.
– А мне в октябре двенадцать будет, – заметила Оксана.
– А мне в апреле…
– О, так я старше тебя на год!.. – засмеялась Оксана.
– Ну, да…
– Мы с мамой вчера сюда заехали, и я никого не знаю. Вот только с Настей успела познакомиться. И с тобой, Ксюша.
Ксюша улыбнулась.
– Я тоже новенькая.
– О, ничего себе…
Ксюша поняла, что она лишняя на этом празднике жизни…
– Ладно, пойду играть с девчонками…
– А кто-то где-то гуляет? – Настя удивилась.
– Да. – Ксюша кивнула в сторону дома Кати. – Там гуляют…
– Тогда пошли, чего стоим!..
Девочки отправились в указанное место. Этим самым местом оказалась канава – сделанная совсем недавно для того, чтобы воды, вытекающие из канализации, стекали по дороге в нее. Большие кучи почти полностью закрывали стволы деревьев, коих тут было большое количество.
Здесь когда-то была совсем маленькая лесополоса…
И теперь в этой канаве игрались местные дети.
– Пошли? – Настя кивнула в ее сторону.
Оксана кивнула.
Ксюша тоже согласилась.
Они втроем обошли канаву с другой стороны – напролом никто лезть не захотел.
– О, привет! – это оказались мальчишки, и некоторых из них Ксюша уже знала.
Например, того темноволосого мальчишку, который был старше нее на пару лет. Его звали Мишей. Он лазил среди веток и всякого барахла, и таскал и то, и другое.
– Че вы делаете? – спросила Оксана.
– Шалаш!.. – крикнул другой мальчишка.
Настя поморщилась.
– Стас… Терпеть его не могу… – шепотом произнесла она.
– Почему? – удивилась Оксана.
Ксюша услышала их разговор.
Она сделала вид, что ничего не слышит и вообще ее тут нет.
Почему-то вся эта компашка ей не особо нравилась…
Да и не хочется прославиться непонятно кем среди своих…
– Да так… – Настя решила избежать ответа. – Ругались много…
– Чего стоите? – прикрикнул на них тот самый Стас. – Помогайте давайте!.. О, ты новенькая? – он заметил Ксюшу.
Та улыбнулась.
– Да.
– О, здорово, я Стас! – Стас протянул руку.
– Ксюша, – она едва удержалась, чтобы не рассмеяться.
– О, еще новые люди, – тут Стас заметил и Оксану.
– Ага, – кисло отреагировала та, – я тоже Ксюша.
– Нихуя себе, я попал! – воскликнул Стас. – Две телки с одинаковыми именами!
– Смотри, не описайся от счастья, – фыркнула Оксана.
– Ладно, хорош пиздеть, давайте, помогайте, – махнул рукой Стас, – тащите вон те ветки…
Оксана удивленно посмотрела на Настю.
Та лишь развела руками.
Девочки притащили все необходимое, и Стас водрузил все это на одно место, точнее, на опавшую от ветра ветку. Оставил лишь место, чтобы можно было залезть внутрь, вот только оказалось, что никто, кроме него, сидеть там не может. Не потому что не помещаются. А чтобы он только сидел.
– И нахрена мы тратили на это время и силы? – возмутилась Оксана.
– Надо, – ответил Стас, – нехрен теперь возмущаться…
– Ну ты и придурок…
– За словами следи. А то я могу ударить.
– А отдача не замучает? – фыркнула девочка.
– Ладно, на первый раз прощаю, – махнул рукой Стас, – но потом не обижайся.
Оксана фыркнула.
Его слова она не воспринимала всерьез.
Уже ближе к вечеру все немного успокоились, и смогли нормально досидеть до положенного времени.
Ксюша заметила, что Настя молчит, просто слушает Стаса и в то же время смотрит куда-то в сторону, вытянув ноги и опираясь на руки. Она подставила лицо солнечным лучам, проникающими в так называемый шалаш через густые ветви деревьев.
Интересно, о чем она думает?..
– А чем ты любишь заниматься? – спросила ее Ксюша.
Настя будто бы очнулась.
– А?.. Ты мне?..
Ксюша кивнула.
– Да.
– Ну, – Настя неопределенно пожала плечами, – люблю смотреть мультики, слушать музыку…
– Тебе же одиннадцать лет…
– Ну да…
– И ты смотришь мультики?
– Ну, да…
– Ясно.
Ксюша заметила, что она смутилась, будто бы почувствовала свою вину за то, что любит делать то, что делает.
Хотя Ксюша сама многое любила, но молчала об этом.
Настя отвела взгляд и старалась ни о чем не говорить.
– А что ты еще делаешь?
– Да так… ничего…
– Понятно…
– Вы там не заскучали? – воскликнул Стас.
Настя покрутила головой.
– Все нормально…
Раздалась сирена, и ребята начали расходиться по домам.
Ксюша вернулась домой.
В зале, где сидела бабушка, работал телевизор.
Его звуки разбивали тишину.
Девочка ушла в спальню.
На следующий день все повторилось. Она играла вместе со всеми, и тут ей захотелось пить. Царила жара, и дети прятались от нее под густыми ветвями деревьев. Там, в тени, они наслаждались прохладой.
Ксюша заметила, что бабушка сидит на лавочке не одна. За эти дни она со многими познакомилась, как и ее внучка, правда, бабушка многих и до этого неплохо знала, но вот этого молодого человека она видела впервые. Высокий, темно-русые волосы, на подбородке щетина.
Он был очень красив внешне, и от него шел запах мужского парфюма.
– Бабушка, я пить хочу. Можешь дать ключи?
Бабушка полезла в карман своего халата. Вытащив связку ключей, она протянула ее девочке.
– Спасибо. Я быстро…
Ксюша забежала в квартиру, разулась и прошла на кухню. Налила из чайника в кружку воды и сделала несколько глотков. Уталив жажду, она поспешила обратно на улицу.
Молодого человека на лавочке уже не было.
– Спасибо!.. – девочка отдала ключи и поспешила к своим друзьям.
Лето довольно быстро подошло к концу. На календаре уже первое сентября. Хоть и стояло все еще по-настоящему летняя погода, и светило солнце, в воздухе однако летало ощущение скорого дождя и начало холодной поры с ее короткими днями и длинными вечерами.
– А в какую школу я пойду? – накануне спросила Ксюша.
– Мы с папой решили записать тебя в гимназию, – ответила бабушка, – правда, там надо каждый год платить, но это даже к лучшему…
– Почему?
– Потому что девятнадцатая школа лично мне не понравилась, а тридцать восьмая не понравилась твоему папе. Вот и нашли то, что нам лучше подошло. – И бабушка улыбнулась.
Ксюша понимающе кивнула.
– Хорошо. А…
Она хотела кое-что спросить…
– Что такое, внуча?
– Да я хотела спросить, а мама… – ей стало даже как-то неловко, – мама… она… приедет?..
Бабушка пожала плечами.
– Не знаю. А че тебе мама?
– Ну, я просто спросила…
– Я понимаю. Она ни разу не звонила. Так что, я не знаю, Ксюша, приедет ли она или нет… – бабушка развела руками.
Ксюша тяжело вздохнула.
– Ладно…
Она и не думала, что мама возьмет и приедет, на столь важное для нее событие. Но надежда, что мама все-таки появится в ее жизни снова, все еще жила в ней.
Но не может же быть такого, что ее в самом деле бросили!..
Хотя вот папа тоже куда-то ушел, и после переезда не появлялся…
Наверное, много дел…
Или снова болеет, только непонятно чем…
С самого утра начались приготовления. Ксюша отправилась мыться. Она делала это очень часто, проводя все свободное от улицы время в ванной. Ей нравилось, как вода обволакивает ее тело, смывая всю грязь и принося настоящее удовольствие.
На улице светило яркое солнце. Будто бы сентябрь не наступил, и лето по-прежнему продолжается.
Дворы опустели.
Все дети вновь отправились обратно за парты.
Ксюша вылезла из ванны и вытерлась насухо. В спальне ее уже ждали чистые вещи, заранее приготовленные бабушкой. Она тоже собиралась, одеваясь у себя в комнате. На кухне давно вскипел чайник, и девочка почувствовала себя невероятно счастливой. Пусть и не было рядом тех людей, что всегда должны присутствовать в ее жизни…
Ксюша начала одевать белую глаженую рубашку и джинсовый комбинезон. Перед этим она надела на себя белые колготки – они просто сияли чистотой. С распущенными волосами девочка вышла в зал, и в нос ударил запах бабушкиных духов.
В дверь постучали.
– Внуча, открой дверь!..
Девочка бросилась в прихожую и открыла дверь.
На пороге стояла Эльмира.
Подруги обнялись.
– Привет!
– Привет!
– Ты тоже идешь в школу?
Эльмира кивнула.
– Да! В первый класс иду!
– О, круто! Ты где будешь учиться?
– В тридцать восьмой.
Ксюша грустно кивнула.
– Это плохо…
Эльмира взяла ее за руки.
– Мы все равно будем с тобой играть и гулять! Все хорошо!
Ксюша уже радостно кивнула.
– Хорошо!
Девочки вместе вышли из подъезда, держа цветы в руках.
– А ты только с бабушкой?
Ксюша пожала плечами.
– Ну, да. Папы нет, он занят…
Когда они вышли, ее папы действительно не было. Ксюша надеялась, что он просто ждет их с бабушкой на лавочке во дворе, но и лавочка была пуста.
Ксюша тяжело вздохнула.
Что ж…
И с бабушкой тоже неплохо…
– О, привет!
Ксюша обернулась и заметила Оксану. На ней были черные строгие брюки и рубашка с рюшами и длинными рукавами. Светлые волосы собраны в два огромных хвоста, украшенных большими белыми бантами.
И еще, она была на каблуках.
Губы накрашены розовым блеском, а веки подчеркнуты черными стрелками.
Оксана действительно выглядела потрясающе.
– Что, тоже на линейку?
Ксюша кивнула.
– А ты где будешь учиться?
– В девятнадцатой, – ответила Оксана, – меня на второй год в четвертом классе оставили, потому что программу пропустила…
– Школу, что ли, прогуливала? – хмыкнула бабушка.
– Нет! – Оксана покрутила головой. – По семейным обстоятельствам.
– Ясно.
– Я Настю жду. Мы все вместе идем.
– Понятно. – Ксюша кивнула.
– Ну что, идемте? – произнесла бабушка, и подруги, взявшись за руки, пошли в сторону школы.
Им предстояло дойти до центра поселка, где жизнь была более оживленной, чем здесь, почти на окраине. Девочки шли через поле, иногда останавливаясь, чтобы дождаться бабушку, и после продолжали путь. Это самое поле замыкали кольцом многоквартирные пятиэтажные дома. На огромном куске земли разместили детскую площадку. Но сегодня она была пуста.
Из-за одного из домов торчала длинная труба. Она стояла как исполин, и ее можно было увидеть издалека.
Котельную еще не запускали.
Девочки миновали поле и вышли к двухэтажным домам, которые выглядели намного презентабельнее обычных жилых зданий. Почти как новые. Чистые дворы. Так аккуратненько все…
Здесь жили горноспасатели.
Напротив них находился небольшой лесок, и рядом яма, огромная, под фундамент. Тут же лежали бетонные плиты и еще кое-какой строительный мусор, правда, со временем материал начал разрушаться, так как уже много лет лежал на голой земле, неприкрытый…
Подруги вышли к общежитию, на первом этаже которого когда-то находился детский садик. Напротив так называемый “Пентагон”, где проживали местные алкаши, наркоманы и прочий сброд. Сюда мало кто ходил.
И следующим зданием шла та самая гимназия. Точнее, она расположилась на первом этаже обычного жилого дома, и вообще там изначально были ясли, правда, их давно закрыли, и помещение забрала себе школа…
У самой же школы давно собрались не только дети, но и их родители. Несмотря на то, что мимо проезжали машины, и шли прохожие, что торопились по своим делам, здесь царила музыка и толпились люди, громко разговаривая между собой. В воздухе летали воздушные шарики, пахло цветами и женскими духами.
Ксюша набрала в легкие воздуха.
Надо держать себя в руках…
Хотя ей хотелось расплакаться от счастья…
Подруги подошли ближе.
Ксюша обернулась и заметила напротив школы еще здание, выглядящее точь-в-точь как сама школа. Четырехэтажное. Выкрашенное в темный цвет. Огороженное забором. Правда, детская площадка давно разбита, что-то убрали, что-то само сломалось…
Это был интернат.
Правда, Ксюша об этом узнала намного позже.
– Итак, дорогие наши ученики и их родители…
Ксюша вздрогнула и все свое внимание обратила на процессию.
Стало тихо.
Лишь единицы шептались между собой.
– Я пойду, – шепнула Эльмира, – меня мама ждет…
Ксюша поникла.
– Моя школа недалеко, – заметила Эльмира, чтобы ее успокоить, – можем видеться после уроков…
Ксюша кивнула и улыбнулась.
Девочки обнялись на прощание, и Эльмира поспешила на линейку.
Ксюша проводила ее печальным взглядом.
–...Сегодня кое-кто впервые переступает порог нашей школы, и это наши дорогие первоклассники, – голос высокой женщины заставил ее прийти в себя. Ей не хотелось портить такой день грустным настроением, и девочка улыбнулась, полностью погрузившись в происходящее. – Вы будете учиться в отдельном здании, и ваши учителя сейчас проводят вас туда и все покажут. Но для начала мы сформируем ребят на классы, и затем покажем их учителей…
Началась какая-то паника, суета. Дети стали собираться в небольшие группы, по тридцать человек, и Ксюшу кто-то заботливо взял за руку. Девочка растерялась во всем этом шуме и вертела головой, пытаясь отыскать взглядом бабушку. А та будто сквозь землю провалилась – новоиспеченная школьница не знала, что она совсем рядом, просто заболталась…
Когда все были собраны, детям крикнули:
– Пойдемте!..
Они и пошли, одной сплошной шеренгой. Даже машины, идущие одним большим потоком, остановились, чтобы их пропустить. Ребятишки шли с букетами цветов, царил шум, кто-то смеялся, и взрослые шли сзади.
Ксюша обернулась и увидела свою бабушку.
Она облегченно вздохнула.
Дети вместе с учителями подошли к гимназии. Двери стояли нараспашку – их ждали. Напротив Ксюша заметила небольшой двор с огромной клумбой в центре. И пару лавочек. И все.
Они вошли внутрь.
Здесь все было таким новым…
Стены…
Полы…
Пусть и помещение было маленьким, но четырех кабинетов вполне хватило, чтобы разместить всех школьников.
Ксюша и ее новый класс оказались в самом последнем кабинете. Это был самый темный угол – свет из коридора хоть и проникал, но этого оказалось недостаточно. Дверь тоже стояла незакрытой, и внутри девочка увидела парты и стулья. Зеленую доску напротив – все как в фильмах. И учительской стол, такой большой…
За окном можно было увидеть соседнее здание. И абсолютно пустой небольшой кусок земли. Столик с лавочкой у дерева. И паспортный стол на первом этаже соседнего здания…
Ксюша прошла в кабинет вместе со всеми.
Взрослые тоже туда прошли.
Дети сели за парты, и Ксюша оказалась за одним столом с абсолютно незнакомой девочкой.
– Привет, я Катя. – У нее были темные волосы, и такие же глаза.
Ксюша кивнула и улыбнулась.
– Привет, я Ксюша.
– Итак, дети, завтра ваш первый учебный день. Первое наше занятие начинается в восемь утра. Приносим все необходимое для учебы…
Ксюша чувствовала, что от радости ее сердце вот-вот выпрыгнет из груди.
Наконец-то она пошла в школу!..
Это было самое радостное событие в ее жизни!..
Им коротко все объяснили и отпустили.
Ксюша вышла из гимназии вместе с бабушкой, помогая той спуститься по ступенькам вниз.
– Ну как, внуча, тебе понравилось?
Ксюша кивнула.
– Да, очень! Жалко, что папы не было…
– Да гандон твой папа… – фыркнула бабушка, и Ксюша рассмеялась:
– Бабушка…
Они вместе пошли домой.
Ксюше казалось, что жизнь только-только началась, и все самое радостное впереди.
Но…
Спасибо за чтение
Вернуться к книге