Бездушным вход воспрещён

Глава 1

Колокольчик на входной двери издал тихий, едва уловимый звон. Я обернулся и увидел грустную женщину с виноватым взглядом. На вид ей не дашь больше тридцати, только вот в глазах вселенская усталость. Поставив папку с одним из договоров на её законное место на полке, я прошёл к рабочему столу.

— Здравствуйте. — поприветствовал я посетительницу. — Что вы хотели?

— Добрый день. — её пальцы неумолимо теребят платок. — Я хотела бы сделать возврат.

— Возврат? — усмехнулся я. — У нас не магазин. Если не ошибаюсь, то ваш контракт уже выполнен? Ну так о каком возврате может идти речь?

Эту женщину я вижу впервые, но почему-то думаю, что она что-то обменяла на свою красоту.

— В свои шестьдесят два года ты всё так же красива, как и тогда. — прохрипел голос из тени. — Сделка выполнена по всем условиям.

— Но как мне жить без...

— Ты сама поставила на весы его душу, и спустя столько времени решила вернуться?

— Он постоянно беспокоит меня. — подняла взгляд женщина почему-то на меня.

— Это ваша совесть вас беспокоит. — ответил я.

— И что мне... — её голос дрогнул, — что мне делать?

— Жить дальше. — прошелестел голос из тени. — У тебя ведь остались дети и внуки, так живи для них.

Женщина постояла несколько секунд, смотря в пустоту, после чего побежала на выход, роняя слезы.

— Зачем ты так? — спросил я.

— Подписывая договор, она была готова на всё. Первое время она не жалела ни о чём и даже была счастлива. Но когда договор засветился зелёным, означая то, что он закрыт справедливо, она вдруг всё осознала и её совесть проснулась. Эта женщина продала душу своего любимого человека, чтобы он наслаждался её красотой до конца жизни. Она сохранила свою красоту до столь почтительного возраста, а он любовался ею до конца своей жизни. Кто ж знал, что водитель автобуса, в котором он поехал на дачу, решит проскочить железнодорожный переезд перед едущим поездом? Тебе наверняка интересно, через какое время это произошло? Через десять лет. За это время у них родилось две девочки и мальчик.

Правильно говорят — бойся своих желаний. В своё время я подписал контракт, который до сих пор не закрыт.

— А ты сам не хотел бы вернуть свой контракт? — через минуту тишины снова послышался голос из тени.

— Не знаю. — покачал я головой.

Снова звякнул колокольчик. Я перевёл взгляд на дверь.

— Здравствуйте. А это вы исполняете желания? — мальчишка лет восьми смотрел на меня большими глазами.

— Не совсем. — подумав, ответил я. — Скорее меняем желания на что-то ценное.

— Но у меня нет ничего. — он робко пожал плечами.

— Неправда. — вновь зашелестел голос из тени. — Не всегда что-то ценное материально. У тебя есть душа, эмоции, детство. Подписывая договор, ты просишь то, что хочешь, но взамен должен отдать равную по цене вещь.

— Душа? — переспросил мальчик. — А как это?

— После смерти душа умершего, который подписал наш контракт, переходит в полноправное владение нашего филиала. Большего не могу рассказать. — тень замолкла.

Меня всегда передёргивает от того, с какой лёгкостью она это произносит. Словно речь идёт не о человеческой жизни, а о какой-то мелочи.

— А детство? — не унимался мальчик. — Я что, быстро повзрослею?

— Нет. Ты потеряешь всякий интерес к детским развлечениям. В тебе проявится цинизм и недоверие к окружающим. Твои сверстники будут казаться тебе неинтересны.

— А вы сможете вернуть мне маму? — перебил мальчик.

— Маму? — удивился голос в тени, что бывает крайне редко.

— Да. Меня забрали от неё в детский дом. — ребёнок опустил голову. — Я скучаю по ней.

— А почему забрали? — уточнил я, больше из любопытства.

— Папа умер два года назад, после этого мама начала выпивать. Через какое-то время она бросила работу, и мы жили на пособие. Мы не голодали, нет. У нас всегда была еда дома, но пила она каждый день. Соседи вызвали участкового, и в итоге меня забрали. Я не представляю, каково ей сейчас без отца, а теперь ещё и без меня. И я очень по ней скучаю.

— Ты хочешь, чтобы мама перестала пить и ты вернулся к ней? — обдумав услышанное, спросил я.

— А так можно?

— Можно! — ответила тень.

— А какова цена? — посмотрел мне в глаза мальчик.

— Ты и так настрадался. Твои эмоции тебе понадобятся позже, а нужно ли тебе детство? Я думаю, что это будет равной оплатой. — подвела итог тень.

Я достал бланк договора, поставил галочки в нужных местах, после чего протянул его мальчишке.

— Ты умеешь читать? — уточнил я.

— Да. — тут же кивнул он.

— Тогда ознакомься со всем и поставь внизу свою подпись. — пальцем указал я.

Мы редко подписываем договоры с детьми, так как они ещё легкомысленны и непредсказуемы. Обычно тень молчит, но сегодня что-то она разошлась.

Я достал футляр с пером, которым подписывают договора, и, открыв, поставил на середину стола, повернув к мальчику.

— А когда мама меня заберёт? — он поднял на меня глаза, полные надежды.

— Всему своё время. — ответил я. — Когда-то исполнение происходит в течение часа, а когда-то и несколько лет. Это уже зависит не от нас.

— Уже на следующей неделе твоя мама придёт подавать документы. — вновь оживилась тень. — Ей нужно совсем немного времени.

Мальчик кивнул, видимо, мысленно соглашаясь с такими условиями, и подписал договор. Подпись засветилась нежно-голубым, после чего свечение разошлось по всему листу бумаги, означая принятие договора.

— Чистейшая душа. — прошелестела тень, когда мальчик вышел за дверь.

Да, обычно подпись и договор в целом охватывает синее свечение. Здесь же я впервые за свои три месяца работы наблюдал настолько нежно-голубой контракт.

— Ты и правда задумывался о том, чтобы разорвать контракт? — тень снова вернулась к прерванному разговору. — Если бы была возможность, то ты бы предпочёл смерть, чем продолжить жить?

— Я каждый день вижу лица обречённых, потерянных людей, которые на всё готовы ради какой-нибудь услуги. Моё сердце разрывается, когда я вижу таких. Поэтому я не знаю, что лучше. Если бы у меня не было совести, сострадания и глаз, то другое дело. Есть люди, которым наплевать на всех, кроме себя. Я же не такой. Мне жалко практически всех тех, кого занесло к нам.

— Мне тебя не понять. — прошелестела тень через несколько минут молчания.

Я подумал, что она уже ушла.

— Ты попробуй посмотреть на эти вещи с другой стороны. Ты помогаешь людям обрести то, что они другими способами не могут достичь. Ты даёшь не надежду, как многие шарлатаны твоего мира, а именно то, что люди хотят! Ты мальчику вернул маму, а что у вас дороже в таком возрасте, да и вообще в жизни, кроме неё?

— Но забрал его детство. — возразил я.

— Ты считаешь, что в детском доме, обделенный материнской любовью, постоянно тоскуя по ней, он испытал бы настоящее детство? Его отняла смерть, когда забрала отца. А ты лишь заменил это материнской любовью и семьёй в целом.

— А та женщина? Она же продала даже не свою душу. — снова возразил я.

— Из-за этого теперь и страдает. Её любовь была настолько сильна, что она смогла подписать такой контракт. Его душа для неё была ценнее своей.

С этой стороны я ни разу не смотрел. Всё время, что я заключал контракты, с сожалением смотрел на приходящих. Но ведь они хотят быть счастливыми здесь и сейчас. Они это получают, только в дальнейшем приходит час расплаты. Но свои минуты, часы, года счатья они получают. Это ведь хорошо?

— А что бы выбрала ты? Смерть или быть вот таким продавцом, как я? — разрядил я молчание.

— Я уже сделала свой выбор, как и ты.

За три месяца мы впервые так много разговариваем. Она обычно раз в день могла сказать одно-два слова.

— Что-то случилось? — посмотрел я в её сторону.

— С чего ты это взял?

— Ты слишком общительна.

На этих словах она решила покинуть меня. Остаток дня я провел в тишине. Посетителей также больше не было. Очередной рабочий день подошёл к концу. Я закрыл замок на входной двери и прошёл в служебное помещение. Это на двери так написано, а на самом деле за ней мои покои. Комнатка, в которой имеется всё, что нужно такому работнику, как мне. Постель, стол, электрическая плитка на две конфорки и холодильник. Покидать кабинет мне нельзя, поэтому имеется отведённое помещение для приёма пищи и сна в виде этого помещения.

Когда я остаюсь один и ничего не делаю, то начинаю вспоминать те трудные дни. Меня сбила машина, когда я ожидал автобус на остановке. Одна подрезала другую, и та влетела в толпу. Я оказался между машиной и стеной близстоящего дома. Всё ниже живота раздробило так, что восстановлению не подлежало. Я оказался навсегда прикован к постели. Спустя почти шесть месяцев я стал обращаться за поддержкой к высшим силам. Одна из них откликнулась. Пришёл человек и предложил контракт. Всё было предельно просто. Я становлюсь полноценным человеком, но взамен отдаю свою душу. Только с одним маленьким подвохом — здесь и сейчас. Я и правда стал полноценным человеком. Мои мучения закончились! Я встал на ноги, о которых врачи настаивали забыть. Только вот моя свобода улетучилась вместе с больничной койкой. Я стал рабом системы, которая мне и предложила такой контракт. Теперь я каждый день заключаю контракты с отчаявшимися людьми, такими, каким был сам каких-то три месяца назад. Мой договор, к слову, не навсегда, а на десять тысяч подписанных контрактов. На данный момент у меня девяносто девять.

Новый день начался не как обычно. Я замок не успел открыть, как дверная ручка начала шевелиться.

— Здравствуйте. — вошедший мужчина бегло осмотрел мой кабинет.

— Доброе утро. — поприветствовал я его.

— У вас на двери написано, что бездушным вход воспрещён. У меня имеется душа. — с улыбкой произнёс он.

— И что? — я недоумённо уставился на него. — Вы похвастаться зашли?

Впервые такой посетитель, что я даже растерялся.

— Нет, нет. — мужчина закрутил головой. — А чем вы здесь торгуете?

— Желаниями.

— А в счёт оплаты принимаете души, да? — хохотнул он.

— И не только. Что вы хотите?

— Я-то? Ой, даже не знаю. Случайно к вам забрёл. — мужчина задумался, скосив взгляд в сторону. — Денег, наверное. Можно такое?

Я прошёл за рабочий стол и достал стандартный бланк договора.

— Вы хотите получить определённую сумму или постоянную прибыль? — уточнил я, взглянув на него.

— О как. Определённую сумму. — кивнул и присел напротив меня. — Скажем, миллиард.

Алчность — плохая черта. Большие деньги обычно сносят крышу напрочь. Тем более неожиданные и на неподготовленный ум.

Я поставил галочки в нужных местах, написал число, после чего протянул бланк.

— Внимательно ознакомьтесь и подпишите внизу.

Достал футляр с пером и, открыв его, поставил на стол открытой стороной к мужчине.

— Моя душа за миллиард? — оторвал взгляд от бумаги на меня.

— Да, это справедливая цена. — тут же ответил я.

— А когда мне её отдавать? — нахмурился мужчина.

— Когда смерть придёт за вами. — пожал я плечами. — А когда она придёт, не знает никто.

— Хорошо.

Мужчина схватил перо и размашисто поставил свой автограф.

— Советую купить лотерейный билет. — вежливо улыбнулся я, смотря, как контракт охватывает синий цвет.

— И всё? — не до конца осознавая, спросил он, кладя договор на стол.

— Да. Прощайте.

Какие же люди алчные создания в большинстве случаев. Это мой сотый подписанный контракт, и из них больше половины связаны с деньгами. Кому-то нужно погасить долги, кому-то, как этому, нужны деньги здесь и сейчас. На такую, по сути, ерунду люди тратят свои души.

Не успела дверь закрыться, как её снова потянули с той стороны. У них там очередь сегодня на улице, что ли, как у поликлиники? На этот раз вошла совсем молодая девушка. Лет восемнадцать, наверное, может даже меньше.

— Здравствуйте. Это у вас приворот можно сделать? — звонким голосом спросила она.

Вроде негромко было сказано, но так звонко.

— Имеется подобная услуга. — согласился я.

— А сколько стоит?

— Это зависит от ситуации, в которой вы находитесь. Присаживайтесь. — я указал рукой на стул напротив меня.

— Мы с молодым человеком встречаемся уже два года. Закончили одиннадцатый класс и теперь из-за того, что учимся в разных учреждениях, стали реже видеться. Такое ощущение, что он отдаляется всё дальше. Я уже в своих мечтах и замуж за него вышла, и детей нарожала. А всё вот так. Не так, как хотела. Я люблю его и не хочу потерять.

— Получается, что вы хотите вернуть былые чувства и чтобы они даже вышли на новый уровень? — уточнил я, на что девушка кивнула.

— Цена будет высока. — прошелестел голос из тени, а гостья вздрогнула, оглядываясь.

— Насколько высока? — она недоверчиво кидает взгляды то на меня, то в сторону стены, где находится тень.

— Радость. — ответила тень. — Ты вернёшь своего молодого человека, и вы даже поженитесь, будут дети и всё такое. Вот только радости у тебя от этого всего уже не будет. Её вообще больше у тебя не будет.

Посетительница задумалась, уставившись в видимую только ей точку на столе.

— А он будет счастлив? — не поднимая взгляда, спросила она.

— Такой информации у нас нет. — ответил я.

— А есть ли смысл от всего этого, если не будешь испытывать радости с любимым человеком? Много ведь хороших моментов может быть в жизни, а я не смогу на них адекватно реагировать?

— Вы сможете на них реагировать, но это будет, скорее, имитация для окружающих, так как данная эмоция у вас будет попросту заблокирована. — подумав, ответил я.

— С другой стороны, живут же как-то подобные покерфейсы. — девушка подняла на меня осознанный, решительный взгляд и пожала плечиками. — И я переживу.

Я достал бланк договора, проставил галочки в нужных местах и передал гостье.

— Внимательно прочтите и поставьте подпись внизу.

Достал футляр с пером, открыл его и поставил на стол, повернув к девушке. Прочитав, она подняла на меня свои глаза, в уголках которых виднеются бусинки слёз.

— Спасибо вам. — она улыбнулась, после чего взяла перо и расписалась.

Контракт обдало светло-синим сиянием. Нет, не голубым. Именно светло-синим. Посидев некоторое время, она посмотрела на меня.

— Я ничего не чувствую. В смысле, изменений не ощущаю.

— Вы этого и не поймёте. У вас ещё много других эмоций, которые в какой-то степени заменят утраченную. — по-доброму улыбнулся я.

Девушка поднялась из-за стола, в очередной раз поблагодарила и покинула кабинет. Я взял подписанный ей листок бумаги и прошёл к стеллажу. Взглядом нашёл свободную папку, после чего вложил в неё контракт.

На папке появилось имя, фамилия, дата рождения и остальная информация о гостье. Всё как обычно. Интересно, а где находится мой контракт? Да и в целом, куда исчезают вот эти, которые я кладу каждый день? Нет, они не исчезают в конце дня. Но через какое-то время я замечаю, что одна из папок, в которых был контракт, перестаёт светиться.

А смогу ли я после завершения моего контракта вернуться к обычной жизни? Ведь здесь, судя по всему, я проведу точно не один и не два года. А дадут ли мне возможность вернуться? Я присел за рабочий стол и, кажется, осознал.

— По достижении десяти тысяч подписанных контрактов мне никто не даст возможности вернуться к нормальной жизни, ведь так? — спросил я вслух, зная, что она меня слышит.

— Верно. — прошелестел голос из тени.