Бездонка

Глава 1

Варя смотрела, как Гоша с разбегу ныряет в тёмное озеро, и завизжала, когда на неё попали холодные брызги.

— Догоняй! — крикнула Сандра и тоже рванула в воду.

Называть так подругу Александру, Варя придумала ещё в первом классе и всем так понравилось, что теперь никто не вспоминал про варианты Шурочка или Саша. Варя приехала в гости к брату и сестре на несколько дней, и была очарована большим, похожим на чуть сплюснутое блюдце озером, которое окружали огромные деревья. Но сейчас она почему-то мешкала и не решалась зайти. Тёмная вода и мягкое, илистое дно, на которое было не очень приятно наступать, её пугали.

— Боишься? — раздался вдруг сзади голос. Варя обернулась, взмахнув двумя тёмными косами, и увидела мальчика примерно её возраста. Он был высокий, худой и очень загорелый. На его шее болталась маска. Он плюхнулся на землю и стал натягивать ласты.

Варя неопределённо пожала плечами и отвернулась.

— Знаешь, как оно называется? — не отставал он.

— Нет.

— Бездонка. Поэтому правильно, что боишься.

— Хочешь сказать, у него нет дна? — фыркнула Варя, но в её тёмно-карих глазах зажглись огоньки интереса.

— Вот именно, — кивнул парень и, откинувшись на траву рассказал ей, что многие пытались измерить глубину озера, но ни у кого не вышло. Огромные валуны, к которым привязывали стометровые верёвки, так и не доставали до дна.

— Это все потому, — фыркнул подошедший Гоша, — что внизу уже не ил, а сапропель.

— Что? — переспросила его сестра, которая тоже вылезла из воды.

— Сапропель — это такие донные отложения из всяких перегнивших водорослей и планктона. Они плотные, похожи на густую грязь. И в нашем озере этот слой очень большой, поэтому до твёрдого дна так никто достать и не может.

— Вот я и говорю — дна нет, — усмехнулся незнакомый парень.

— Ой, Вов, тебе лишь бы всю эту мистическую муру кому-нибудь в уши залить. Давай ещё про русалку расскажи.

— Да пожалуйста, — широко улыбнулся мальчишка и вставил в рот травинку, — Много-много лет назад на озере вдруг появился обломок корабля. Он принёс с собой не только идею о том, что озеро соединено с морем или даже океаном, но и русалку. Потому что после этого каждое полнолуние на озере стали слышать необычные песни. Как будто не девушка поёт, а вода журчит, но слова разобрать можно.

— И что, кто-то видел эту русалку? — с интересом спросила Варя.

— Да нет, конечно, — презрительно сказал Гоша, — Не слушай его, Варюх, это наш местный дурилка — Вовка-голова-браковка. Вечно рассказывает всем сказки, а летом не вылезает из озера, русалок ищет. Как ещё сам ей не стал.

— Ты, Георгий, — сказал парень, проверил ласты, поднялся и задом пошёл к озеру, — можешь мне не верить и гадости говорить, но мой дед и родители слышали её песни, и я услышу.

Последние слова он произносил, уже стоя в воде, поэтому договорив, оттолкнулся и на спине поплыл к середине озера.

Гоша только глаза закатил, показывая, что он об этом думает.

— Ну что, ты купаться идёшь? — спросил он у Вари, и она залюбовалась им. Такой же высокий как Вовка, Гоша был почти в два раза шире в плечах. Накачанный, загорелый, с ёжиком светлых, чуть рыжеватых волос и серыми, как небо в дождь, глазами. Он был старше их с Сандрой на два года, через месяц ему исполнялось шестнадцать. Он подмигнул Варе и, разбежавшись, снова сиганул в озеро.

— Варька, не ведись на его красивые глазки, — усмехнулась Сандра. — А то попадёшь в местный клуб разбитых сердец.

— Да я даже не думала, — вспыхнула Варя, но подруга лишь хмыкнула в ответ.

Она была похожа на брата: тоже красивая, высокая, с серыми глазищами, вот только волосы у неё были более медные и красиво переливались на солнце.

— Не боись, Варвара-краса, чёрная коса, озеро не кусается! — крикнула она и нырнула за братом.

Варя бежать не стала. Она аккуратно зашла в воду и сморщилась от неприятных ощущений под ногами. Казалось, озеро тихонько её затягивает. Она посмотрела на Вовку, который был уже почти на середине озера. Парень надел маску и скрылся под водой. А Варя чуть оттолкнулась и поплыла к Сандре, размышляя о русалках, водяных и прочей сказочной нечисти.

***

За обедом Гоше опять пришлось закатывать глаза, потому что теперь собственная мама рассказывала Варе небылицы про озеро.

— Рома, мой муж и их папа, в юности знаешь сколько нырял, чтоб до дна достать? Но метрах в десяти от берега это нереально. В том году и водолазы приезжали, пытались глубину измерить, но сказали — страшно. Я так поняла на определённой глубине там начинается какая-то мягкая, вязкая штука…

— Сапропель, мам! — раздражённо вставил Гоша.

— Которая как будто затягивает, — договорила она, не обратив внимания на сына.

— Тёть Даш, а вы русалку видели? — с озорной улыбкой спросила Варя, и Гоша застонал «ну только не это».

— Ой это любимая история моего сына, — хмыкнула Даша, села напротив Вари и, щёлкая семечками, стала рассказывать. — Давным давно, когда деревья вокруг озера были ещё маленькие, мне было примерно столько же, сколько вам.

Варя удивлённо подняла брови, потому что казалось, что озеро окружает многовековой лес, ну точно лет за двадцать-тридцать деревья бы так не выросли.

Заметив изумление девочки, Даша улыбнулась:

— Ладно, шучу, не такая я древняя. В общем, было это двадцать два года назад.

— А не двадцать три? — задумчиво спросила Сандра, и по её лицу было понятно, что она-то точно любит эту историю и знает её от начала до конца.

Даша задумалась, что-то считая в уме, а потом махнула рукой.

— Мне пятнадцать было, и…

— Ну значит двадцать три, простая математика, мам! — буркнул Гоша, а Даша нахохлилась.

— Дайте рассказать, а! Короче… Мне было пятнадцать, их папе семнадцать, а Максиму, мальчику с которым я тогда встречалась, шестнадцать.

— Ой, ну какая, разница кому сколько? — закрыл лицо руками Гоша.

— Сыночка, — процедила Даша, — а сходи-ка за мороженым. В магазин. Мне рожок большой белый со сгущёнкой. Если в этом магазине не будет, сходи в соседнюю деревню. А если и там не будет…

— Понял, молчу, — парень поднял примирительно руки.

— А я правда мороженого хочу, только лакомку, — вдруг сказала Сандра. — Варь, а ты?

— Я шоколадное люблю, — смущённо ответила Варя.

Даша многозначительно посмотрела на сына и коротко бросила:

— Дуй. Кошелёк под зеркалом.

Гоша закатил глаза, но поднялся и ушёл, а его мама покачала головой:

— Ужас какой-то, рассказать не дают! Так о чём я? Ах да… Макс позвал меня покататься на лодке при луне. У его дяди была привязана на озере, он часто на рыбалку ездил, ну Максим и выпросил. Впечатлить меня хотел. А я возьми и согласись. Не знаю, где тогда моя голова была. Ночью. На лодке. С мальчишкой, да ещё и плохо плавая.

Она снова покачала головой.

— И вас родители отпустили? — удивилась Варя.

— Ха, да кто ж их спросил, — хмыкнула Даша, но потом её лицо стало строгим. — Но вы не вздумайте ничего от меня скрывать! И ночами к озеру ходить!

— Нас всё равно некому на лодке катать, только если Вовка-голова-браковка на своих ластах покатает, — усмехнулась Сандра.

— Александра! Это что за обзывательство такое?

Сандра стушевалась, и Варя быстро пришла ей на помощь:

— Тёть Даш, и что? Вы поплыли и русалку увидели?

— Не совсем, слушай. Светила огромная круглая луна, квакали лягушки, где-то стрекотали всякие жуки. В общем полная деревенская романтика, — Даша усмехнулась, — Макс медленно грёб к середине озера прямо по лунной дорожке. И тут мы услышали голоса. Оказалось, это Рома с дружками пришёл на озеро. Они поспорили между собой, что Рома испугается в озере ночью купаться. Ну и он решил доказать, что не трус. Разделся, поплыл, и тут вдруг кто-то петь начал. И знаешь голос такой… — взгляд Даши стал задумчивым и далёким. Казалось, она не здесь, а в той лодке. — Очень красивый, необычный, как будто вода журчит, но в тоже время всё понятно. А песня печальная-печальная. Сердце от тоски сжималось и ужасно хотелось плакать. До сих пор одни слова помню:

«Раньше улыбалась,

теперь же не хочу,

Жалко мне мамулю

И сестру мою.»

— И что же было дальше?! — нетерпеливо спросила Варя, когда мама Сандры надолго замолчала.

Даша вздохнула, сбрасывая с себя воспоминания и продолжила:

— А дальше случилось странное. Когда зазвучала песня, Ромка решил, что это я пою и поплыл в нашу сторону, чтобы разглядеть девчонку с таким необычным голосом. Ему оставалась пара метров, когда вдруг песня резко оборвалась, а наша лодка стала раскачиваться из стороны в сторону. Максим запаниковал, стал лупить веслом по воде и, неудачно размахнувшись, упал в воду. При этом чуть лодку не перевернул. А потом взял и поплыл к берегу, представляешь?! Бросил меня, да ещё и с одним веслом! Плывёт и орёт:«Нет, не трогай меня, не трогай, забирай лодку, Дашку, только меня отпусти!»

— Ой, мам, — вдруг хихикнула Сандра, — мне тут что-то в голову пришло, а твой Максим случайно не родственник Вовки? Такой же дурилка!

Даша, нахмурившись, посмотрела на дочь и не ответила, а Варю распирало от любопытства.

— А он потом объяснил, почему так сделал? Он что-то почувствовал или увидел? Или что? А как же вы? Тоже пришлось плыть? А дядя Рома, он как?

Даша засмеялась от потока вопросов:

— Давай по порядку. Значит так. Ромка, увидев, что мой кавалер свалил, утопив весло, залез ко мне и как на байдарке, отталкиваясь одним веслом, доставил нас на берег. Правда не сразу. Плыли мы та-а-ак медленно, что его дружки устали ждать и разошлись по домам. Зато мы познакомились, наболтались и с тех пор больше не расставались.

— Ой, как романти-и-ично, — протянула Варя вздыхая, — А вам не страшно было так долго плыть после того, что произошло?

— Когда Ромка залез в лодку, он подмигнул и сказал «Не боись, красотка, я рядом». И знаешь, мне больше вообще никогда страшно не было.

Варя улыбалась до ушей, а Сандра сидела с гордым видом как будто хотела сказать: «Вот такой у меня папа!»

— Ну а насчёт Максима, — Даша встала и стала убирать со стола, — могу сказать только то, что сначала я обиделась на него и не желала слушать его объяснения. Потом мне стало вообще не до него, Ромка занял все мысли. А осенью Макс уехал и больше в деревню не возвращался. Так что я так и не узнала, что он там увидел.

— Эх, обидно! А почему Гоша так реагирует на слухи про русалку, если получается, что благодаря ей вы с дядей Ромой и стали встречаться? — удивилась Варя.

Даша улыбнулась и пожала плечами:

— Ну он в принципе не верит в мистику и всё такое. Уверен, что если это наукой не доказано, значит сказки. И почему-то решил, что мы специально выдумали песню, качание лодки. Типа чтоб было, что детям и внукам рассказать.

— Да просто он противный и вредный, — скорчила моську Сандра, а в следующую секунду они все подскочили от резкого голоса:

— Это я-то противный?! Значит твоё мороженое достанется мне.

Сандра выскочила из-за стола и стала гоняться за братом, пытаясь отобрать свою порцию, а их мама только покачала головой.

— Привыкай, — усмехнулась она, увидев, что Варя во все глаза смотрит, как брат с сестрой, сшибая стулья, носятся по просторной кухне и верещат.

Когда мороженое было съедено, Даша вдруг серьёзно сказала:

— Ребят, только я вас очень прошу, ночью к озеру не ходите, ладно? Понимаю, что сама только что рассказала, как сбегала от родителей, но всё-таки это небезопасно. Договорились?!

Троица переглянувшись кивнула, а Гоша фыркнул:

— Даже не думал, чё я там не видел?

***

Но у Вари никак не выходила из головы эта история про русалку. И Вовка, которого они ещё пару раз встречали на берегу, постоянно рассказывал новые подробности, чем будоражил её. Через два дня ей предстояло уезжать домой и вечером она решилась поговорить с Сандрой. Когда они уже улеглись, она сказала:

— Сандра, неужели ты никогда не ходила к озеру поздно вечером?

Подруга тут же подскочила, её глаза зажглись:

— А ты хочешь, да? Я о-о-очень, но думала ты не согласишься.

— Почему?

— Ну ты всегда такая правильная и послушная, — хихикнула Сандра.

— Может мне ни разу не выпадала возможность услышать песню русалки, — подмигнула Варя. — Так ты до этого не ходила?

— Неа. Не с кем было. Ты ж видишь, Гоша не верит. И компания у нас такая же, считают это сказками. Не с Вовкой же идти?

— Почему бы и нет, он много знает, — Варя пожала плечами и нерешительно спросила, — Пойдём?

— Да! — взвизгнула Сандра и посмотрела на экран телефона. — Сейчас десять двадцать. Где-то через час мама должна уснуть. Тогда и свалим, да?

— Ох, стрёмно, конечно, но да! Фонарики у нас есть?

Саня покачала головой:

— Только на телефонах. Надо зарядить!

Через час девочки оделись, взяли телефоны и выбрались из своей комнаты. Они уже были у входной двери, когда свет на кухне включился.

— Куда крадёмся? — откусив яблоко, спросил Гоша.

— Фу, напугал! — Сандра схватилась за сердце и зашипела на брата. — Выключи быстрее, маму разбудишь!

— У неё там под ухом опять какая-то книга бубнит, мне через стенку слышно, так что не разбужу, — Гоша подошёл ближе и строго спросил. — На озеро собрались? Полнолуние ждали?!

— Только давай без нотаций, ладно? Или шуруй с нами или спать ложись и не мешай!

— И чья же это была идея? — не ответив сестре, спросил Гоша и заметил, как покраснела Варя. — Ага, ясно-понятно. Ну фонарики вам в руки.

— Пойдём с нами? — нерешительно предложила Варя.

Гоша, который успел снова откусить яблоко, замер не жуя, а потом с набитым ртом спросил:

— Жачем?

— Провести эксперимент? — робко улыбнулась Варя. — Доказать, что никаких русалок нет.

— Пф, я и так это знаю.

— Откуда? Ты же не проверял! — подзадорила его и сестра.

Он демонстративно снова куснул яблоко, выключил свет и пошёл к себе.

— Не сдавай нас только, — прошептала ему вслед Сандра и открыла дверь.

Но через пару минут Гоша их всё-таки догнал.

— Что, — сестра поддела его локтем , — интересно стало?

— Просто подумал, что мама мне голову оторвёт, если узнает, что я вас не только не остановил, но ещё и одних отпустил в такую темень, — буркнул парень и достал большой фонарь. — Убирайте свои телефоны, я вот что прихватил из папиных инструментов.

Он включил фонарь, и его луч прорезал темноту на несколько метров вперёд.

Скоро они вышли к озеру. Действительно было Полнолуние, и огромная яркая луна, казалось, зависла чётко по центру озера. Да ещё и проложила по водной глади искрящуюся дорожку, как будто призывала пойти по ней.

— Даже если мы никого не услышим, оно того стоило, — выдохнула Варя, восхищенно оглядываясь.

— Да-а-а, — протянула Сандра и сделала несколько фоток.

— Улики, — коротко бросил Гоша.

— Душнила, — не осталась в долгу сестра, а в следующую секунду подскочила от испуга, потому что сзади раздался треск веток. — Кто здесь?!

Гоша направил фонарь в ту сторону, и они увидели высокую худую фигуру, которая рукой закрывалась от света.

— Сандра, ты?

— Блин, Вовка! Напугал, ты чё тут делаешь?

— В глаза не свети, а! Тоже самое что ты, — парень вышел на берег и усмехнулся, — точнее вы. Георгий, неужели русалку пришёл послушать?

— Я тут чисто, как сопровождение.

— Ну-ну, а я думаю…

— Тихо вы! — вдруг резко произнесла Варя, которая сидела у самой кромки воды, опустив в неё руки. — Слышите?

Ребята замерли прислушиваясь.

Голос шёл из-под воды. Точнее казалось, что поёт сама вода, а голос у неё нежный, тоненький, красивый.

— Раньше улыбалась,

Теперь же не хочу,

Жалко мне мамулю

И сестру мою.

Озеро украло

Мою жизнь у них,

Оно давно мечтало

О песнях колдовских.

Только и осталось,

Что тихонько петь,

Когда с Луною вместе

Приходит человек.

Когда эти строчки повторились второй раз, Варя не выдержала и крикнула:

— Почему ты так грустишь, русалочка?

— Ты с ума сошла?! — зашикала на неё Сандра, а парни наконец вышли из оцепенения.

Песня резко прервалась, и Сандра укоризненно покачала головой:

— Ну вот что ты сделала? Спугнула её!

— Нет, — вдруг прохрипел Вовка и поднял руку, куда-то указывая. Все повернулись в ту сторону и увидели, как кто-то медленно всплыл на конце лунной дорожки.

— Бежим! — взвизгнула Сандра и схватила Варю за руку, но та не шелохнулась. Парни тоже стояли как вкопанные. — Варя! Гоша! Вова! Вы чего? Бежим!

— Эксперимент должен быть доведён до конца, — совершенно спокойно сказал её брат. — Если это всё-таки русалка, я хочу её увидеть.

— А мне интересно, почему её песня такая печальная, — поддержала Варя.

— А я столько лет её караулил, что никуда отсюда не уйду! — Вовка скрестил руки на груди.

— Придурки! — завопила Сандра, глядя как кто-то плывёт в их сторону. — А если она вас в озеро затащит и утопит?! Это вам не Ариель с хвостиком. Вы знаете, кого раньше русалкам называли?

— Утопленниц, — тихо ответил Гоша неотрывно смотря на озеро. С каждым словом его глаза становились всё больше, а голос тише. — Обычно их описывали как юных девушек без рыбьего хвоста, в длинной белой рубахе с распущенными волосами и очень бледной кожей.

Перед ними по пояс в воде стояла она — настоящая русалка из древних преданий. Тёмные длинные волосы, в которых запутались водоросли, лежали на светлой рубашке и доставали до воды. Кожа девушки была такой прозрачной, что казалось, лунный свет проходит сквозь неё. Она была красива и очень печальна.

— Сбилась я со счёту, сколько в озере живу лет, но первая ты, кто заговорил со мной, — сказала русалка своим невероятным, похожим на журчание воды, голосом, странно переставляя слова. — Историю мою узнать хочешь ты?

— Очень, — взволновано ответила Варя, к спине которой сейчас прижималась Сандра.

— Слушай, девочка. Лет шесть мне было, когда с мамой пришла сюда и младшей сестрой. Я петь всегда любила. И в день тот плавала и пела, плавала и пела, — русалка водила руками по воде, и она искрилась под её пальцами. — Озеру так понравились песни мои, что поймало оно меня, на дно потянуло и не отпустило. С тех пор живу тут я. Пою, плаваю, с рыбами играю, рыбаков пугаю, детей спасаю. Меняюсь.

Он провела руками по волосам и слегка улыбнулась.

— Меня можно услышать в ночь лунную только, если кто-то в воду войдёт или руку опустит. Раньше мама часто приходила с сестрой. Старалась я, песни для них весёлые пела, но плакали всё равно они горько. Отравили слёзы их душу мою. Легли тяжёлым камнем. С тех пор пою я грустные песни.

Русалка откинула волосы, и ребята увидели на светлой рубашке в районе сердца огромное чёрное пятно.

— Как помочь тебе, русалочка? — спросила Варя.

— Помочь? — удивилась она.

— Снять камень с твоей души, — подсказал Вовка.

— Тогда ты перестанешь грустить, — с улыбкой добавила Сандра.

Русалка задумалась и поводила руками по тёмной воде.

— Тогды ты снова будешь счастлива, — вдруг сказал Гоша, — Ты же была счастлива?

Она кивнула:

— Очень. Любит меня озеро, заботится. Было очень интересно мне, хотя и скучала я по маме и сестре. Но теперь не вздохнуть, не поплавать быстро. Больше на дне сижу. Тяжко.

Русалка снова коснулась рукой груди и тяжело вздохнула.

— Как же убрать камень? — снова спросила Варя.

— Сестру найти. Мамы давно нет. Сказать ей, чтоб меня отпустила. Поймёт она. А мне пора, и вам тоже.

Русалочка сделала два шага назад.

— Подожди! — крикнул Гоша, — Где найти-то её? Как хоть зовут сестру твою?

Она не ответила, растаяв в темноте воды, но сзади раздался голос:

— Безумная Мари.

Ребята подскочили от неожиданности и увидели ошеломлённую Дашу. Мама Сандры и Гоши, закутавшись в большую шаль, смотрела на озеро, с трудом веря своим глазам.

— Безумная Мари? А кто это, мам? — спросила Сандра, когда поняла, что ругаться Даша не собирается. По крайней мере пока.

— Пойдёмте домой, расскажу. За одно получите у меня за то, что смылись…— буркнула Даша и развернувшись пошла в сторону дома. — И друга своего захватите. Я так понимаю это и есть Вовка?

— Да, здравствуйте, — удивлённо ответил парень.

— Привет-привет, я тётя Даша.

— Оч-чень приятно, — заикаясь произнёс он и пошёл за ребятами.

— Это временно, — угрожающе хмыкнула она.

Дома Даша включила чайник и строго посмотрела на детей, которые расселись вокруг стола. Остановила свой взгляд на Гоше и прищурилась:

— Вроде кто-то говорил, что ему на озере делать нечего. Он там всё видел!

— Не, ну а чё сразу я! Их идея, им и высказывай, — махнул Гоша рукой в сторону девчонок.

— Ты старший! О чём ты думал?!

— Ну я так и знал, что в итоге крайним останусь, — парень закатил глаза и сложил руки на груди.

— Мам, это правда всё я, — вступилась Сандра за брата.

— Мы, — угрюмо буркнула Варя. Вовка же тихонько сидел на краешке табуретки, надеясь, что про него не вспомнят.

Даша покачала головой.

— Боже! До сих пор не верю, что видела русалку. Мне же это не привиделось, да?

Дети замотали головами.

— Мы тоже видели. И хотим ей помочь! — сказала Сандра. — Ты слышала её рассказ?

— Только конец, что нужно найти сестру, чтобы снять камень с её души.

— Ты сказала на озере Безумную Мари, — подался вперёд Гоша.

— Это лишь моё предположение, — пожала плечами Даша. — Но в деревне есть одна бабулька. Даже не знаю сколько ей лет. Мне кажется, она старой была уже тогда, когда я родилась. Она утверждала, что её сестра, пропавшая в детстве, теперь русалка и живёт в озере. Из-за этого её и прозвали Безумной. Мне как-то рассказали, что та малышкой ушла то ли в лес, то ли ещё куда-то. Мари и её мама утверждали, что её озеро утащило, но им конечно никто не верил. Девочку долго искали и в озере, и в лесу, но так и не нашли.

— Я слышал эту историю! — вдруг подал голос Вовка. — Мне дед рассказывал, что у них в школе была девочка Маша, которая говорила, что русалка в озере — это её сестра. И они с мамой навещают её при луне.

— А где она живёт? — спросила Варя.

— Вы правда хотите пойти к ней? — Даша оглядела детей, и все четверо кивнули.

***

Ребята стояли у маленького покосившегося домика, где, как думала Даша, живёт Безумная Мари. Забор был серым и местами сгнившим, калитка держалась на одной петле, а весь двор покрывала высоченная крапива.

— Здесь точно кто-то живёт? — с сомнением спросила Сандра.

— Пока не проверим, не узнаем, — пожал плечами Гоша и первым шагнул за забор.

Они подошли к двери и несмело постучали. Ответом была тишина.

— Добрый день, — крикнул Вовка, — есть кто? Тёть Маш, мы по делу.

— Почему тётя, она ж бабушка? — удивилась Варя.

— Не люблю это слово. Баба. Ужасное, грубое, некрасивое, — Вова скривился, а потом снова закричал. — Ау! Тёть Маш! Мы пришли о вашей сестре поговорить.

— А откель вы про сестру мою знаете? — вдруг раздался скрипучий голос из окна рядом с дверью.

Ребята подскочили от неожиданности, а Сандра даже чуть не упала с крыльца. Пока мальчишки её ловили, Варя сказала:

— Мы вчера были на озере и видели её.

— Правда? — обрадовалась седая сухонькая старушка, — Ну заходьте.

Ребята по одному вошли и оказались в квадратном сумрачном коридоре. Пахло кислой капустой и чем-то старым.

— Так что Тоня? — нетерпеливо спросила бабулька, и подтолкнула детей в спину. — Да вы проходите, проходите, покажу вам кой-чего. Не разбувайтесь, всё равно грязно.

Дети, смущаясь, прошли в комнату и замерли. На комоде стоял огромный чёрно-белый портрет маленькой тёмноволосой девчушки. Она улыбалась и держала в руках куклу. Рядом с портретом лежали какие-то детские вещи: альбом с рисунками, платьице, пластиковый пупс без одной руки и даже прядь волос в стеклянной рамке.

Безумная Мари подошла, протёрла портрет какой-то тряпочкой и вдруг всхлипнула:

— Это всё Тонечкино. То, что удалось сохранить. Много её игрушек мы озеру отнесли, надеялись, что оно отпустит её или хоть она поиграется. Мы с мамой всю жизнь оберегаем её память. А вот помру я… и всё, некому будет Тонечку вспоминать.

Ребята переглянулись.

— Тётя Маша, — нерешительно произнесла Варя, — Тоня как раз просила отпустить её.

— Что? — не поняла старушка, — Как отпустить?

Ребята ей рассказали всё, что произошло вчера на озере.

— Вон оно как… Камнем наши слёзы ей легли значить? А мы-то глупые всю жизнь только слезами и поливали… — она села в потёртое кресло и растерянно посмотрела на ребят.

— И что же делать теперича?

Вовка взволнованно проговорил:

— Она сказала, вы поймёте, как отпустить её.

— Думаю, — твёрдо сказал Гоша, — Вам нужно проститься с ней и все эти вещи отдать. И больше не плакать о ней. А вспоминать только радостные моменты.

— Да я толком ничего и не помню, — покачала старушка головой, — больше мама рассказывала, а мне ж всего пять годков было, когда пропала она. Попрощаться, значить? Ну что ж это можно. Тем более мне и самой-то… не знаю, сколько осталось. Болею я сильно.

Она вздохнула, а ребята неловко переминаясь с ноги на ногу, думали, что сказать.

— Подмогнёте мне? Но надо по-тёмному идти.

Ребята кивнули, а вечером вернулись вместе с небольшой тачкой, которую дала Даша. Сложили туда все вещи Антонины и медленно пошли к озеру. По дороге тётя Маша сокрушалась, что всю жизнь они с мамой стояли на своём, хотя никто в деревне им не верил, обзывал, всерьёз не воспринимал.

— Я же даже замуж не вышла. Никто не хотел связываться с Безумной Мари! Знаю я, как меня в деревне кличут.

— А почему не уехали? — спросила Сандра.

Старушка пожала плечами:

— Не хотели Тонечку оставлять, а оно вона как. Только хуже получается сделали. И ей, и себе.

Она всхлипнула и вытерла глаза тряпочкой. Ребята не знали, что сказать, чтобы успокоить старушку. Им было очень жаль её, они даже не представляли какого ей сейчас — понять, что вся жизнь была ошибкой.

— А почему вы никогда не говорили с Тоней? — спросила Варя, ей не давало покоя, что много-много лет мать с сестрой слушали песни, но так ни разу и не завели с русалкой беседу.

— Мама просто плакала, когда слышала её голос. И я тоже. И не думала, что можно её позвать, что-то спросить. А последнее время просто приносила гостинцы и уходила.

— Но вы же слышали, что песни из весёлых стали грустными?

— Я никогда не думала об их настроении и словах, для меня они всегда были просто красивыми, — пожала плечами тёть Маша.

Варя только покачала головой.

Когда они дошли до Бездонки на улице совсем стемнело, и луна забралась на своё почётное место. Варя быстро подбежала к воде и опустила в неё руки:

— Русалочка, мы здесь! Выходи!

Сначала они услышали песню, а потом из воды вынырнула и сама русалка.

— Тонечка! Это я, Маша!

— Тебя я узнаю, сестрица, — зажурчала русалка, а по озеру вдруг побежали небольшие быстрые волны, хотя ветра не было.

— Прости, не знала я, что делаю тебе худо, — всхлипнула старушка, присаживаясь на бревно, которое лежало на берегу. — Но сегодня я отпущу тебя, и мы простимся. Я принесла все твои вещи, что держат тебя в этом мире.

— Пусть остаются на берегу, а ты ко мне иди.

— К тебе? Да как же? Старая я уже, куда мне по ночам купаться?

— Не купаться… — сказала Тоня многозначительно.

— Ты хочешь? — ужаснулась тётя Маша.

К русалке, которая опять стояла по пояс в озере, вдруг образовалась тропинка. Воды расступились и открылось илистое дно.

— Что держит тебя в твоём мире? Ни детей, ни друзей, ни здоровья. Я же чувствую. А со мной будешь молодой ты и счастливой. Я подарю тебе новую жизнь. Только тебе.

Ребята, которые слышали весь разговор и видели тропу, начали переглядываться и перешёптываться. Что это придумала русалка? А вдруг она обманывает? Что делать?

Они облегченно выдохнули, когда тётя Маша поднялась и сказала:

— Мне нужно подумать, Тонечка.

— Буду ждать, — сказала русалка, развернулась и скрылась под водой. Тропинка тут же пропала, а над озером разлилась новая песня.

Привет-привет, моя свобода!

Ждала тебя я как восхода,

Легко мне стало так дышать

И не за что уже переживать…

Проводив тётю Машу домой, ребята вернулись к Даше.

— Ну как прошло? — спросила она, видя что дети какие-то задумчивые и притихшие.

Сандра рассказала всё маме, и теперь Даша растерянно вздохнула.

— Н-да, ситуёвина. Но в случае с тётей Машей, наверно это правда второй шанс. Жалко её, всю жизнь себе испортить и жить прошлым.

— Грустно.

— Очень, — Даша оглядела детей и нахмурилась, — Ну нет, так не пойдёт. С таким настроением нельзя идти спать. Смотрите, что у меня есть!

Даша достала настольную игру, и всеми силами постаралась отвлечь детей. Через некоторое время они и правда переключились.

А на следующий день тётю Машу дома не нашли. Но говорят, что с тех пор в полную луну над озером слышны голоса двух русалок.