Белый Ангел

Глава 1

Глава 1. Подарок

Это был самый обычный день, самое начало весны. Яркое солнце с самого утра освещало комнату и делало её более яркой, тёплой и красочной. Сложно было поверить в то, что на улице до сих пор лежал снег, который не торопился растаять.

Маленькая девочка, лет десяти, как обычно, находилась в своей белой комнате и рисовала чёрным карандашом на листке бумаги, цветных карандашей у неё никогда не было, да и они ей не нужны были. С раннего детства девочка подверглась повреждению головы, был поврежден зрительный нерв, что сыграл свою роль в её жизни. У неё развилась тяжелая часть дальтонизма и весь мир для неё монохромный, отсюда её и начали называть «Монохромат».

В белой комнате девочка проводила бо́льшую часть своей жизни. Редко выходя на улицу и мало общаясь со своими сверстниками, она стала забывать какого гулять вдоволь, наслаждаться этой порой, какого это общаться с детьми, а не со взрослыми людьми в белых халатах. И это была мелочь, Монохромату внушили что улица –это зло и все остальные, кроме них — подлецы, обманщики и убийцы и при первой возможности бросят тебя. Это ей повторяли каждый день из года в год. Данная информация просто въелась к ней в голове, потому девочка никогда и не просилась на улицу.

— Смотри, это мы. Красиво? Я старалась, — болтая ногами под стулом, высказалась девочка, держа на лице улыбку. Взяла в руки рисунок и повернула лицевой стороной к её единственному другу. Именно с ним она проводила много времени, он стал единственным собеседником. Одно ей казалось странным — они называли его «дефектом» и этому она не находила объяснений. Более того, ей запрещали с ним разговаривать, чего Монохромат, конечно, не делала, считая его хорошим, а не злым.

— Очень красивый рисунок, Моно, ты правда постаралась, — спокойным голосом ответил друг, хваля за данный рисунок. Он сидел напротив неё, разглядывая рисунок. На нем действительно, если присмотреться, был он и маленькая девочка. Она лежала на своей кровати и широко улыбалась, у неё были большие глаза. Рядом стояло черное нечто без рта или глаз, что и подразумевало её друга. От него исходили частицы дыма и некая паутина, что заполняла целое пространство в комнате. И ещё куча деталей, какие-то пауки, закорючки и двигающиеся глаза, что наблюдали за ними. Девочка посмеялась, она была рада, что ему всё понравилось. Все же рисовать все черным было крайне сложно и непонятно, хотя, кто осудит её с диагнозом шизофрении?

На двери загорелась лампочка, она заметила это мелькание и обратила на него внимание, откладывая рисунок в сторону и скидывая со стола единственный карандаш (торопилась), а все для того, чтобы подойти к двери. Открылась дверь и один из людей в черном халате, его звали Эш, прошёл внутрь. В его руках была коробка с множеством дырок, ещё коробка качалась. Эту вещицу поставили на пол со словами «смотри сюда» и стали открывать дырявую крышку. Глаза Моно загорелись, в них будто промелькнула искорка — внутри был щенок.

— Это твой подарок, — сказали ей так, подразумевая «мы переходим ко второму этапу». Щенок тут же пошёл в её руки и начал облизывать лицо, так что девочке приходилось отстранять животное от себя, все же слова благодарности она сказала, сквозь смех. — Ты сегодня ела конфеты? — сразу же последовал вопрос от человека в халате. Моно положительно кивнула, поглаживая маленькое чудо у себя на руках. Со словами «хорошо, я ещё вернусь» Эш ушел из ее комнаты, закрывая дверь.

Ему было достаточно знать то, что она принимает свои таблетки и идет на поправку. Девочка не принимала таблеток, ей не вкалывали иглы — она их боялась, ненавидела и отказывалась принимать, даже через силу. Врачам пришлось хитрить, потому они вносили лекарство в безвкусные конфеты или йогурт. Теперь всё стало идти лучше, жалко, что они не догадывались о том, что девочка складывала те самые конфеты в свой тайный уголок. На камере его не было видно, об этом ей сказал друг, когда вернулся. Ей пришлось так поступить, уж сильно она привязалась к своему другу, а эти таблетки только все портили, заставляли его исчезать. Дело порой доходило до истерики и биения головой об стену, потери сознания лишь бы увидеть Его вновь.

Но вот, теперь они всегда могут быть вместе, проводить время и не дать разлучить их. Некая ревность захватила существо, наблюдая за тем, как она играется с новым другом. Нет, конечно, она тихо разговаривала и с ним, но большая часть внимания явно была направлена на игривого щенка. Это было подтверждено тем, что девочка не заметила, как он ушёл из белой комнаты, оставляя их одних.

Глава 2. Ненависть

— Бедная девочка, я слышала, что она рано потерла родителей и из-за этого начала нести бред, — тихо сказал женский голос с сарказмом, разносясь эхом в узком коридоре. Вместе с ней был ещё один человек, как раз врач Монохромата. Который, наверное, раз десятый закатывает глаза за всё это время.

— Это обычное шоковое состояние, такое бывает, когда теряешь что-то ценное, — спокойным голосом разговаривал с ней Эш, защищая свое маленькое создание.

— А забытое имя тоже считается шоковым состоянием? — девушка ухмыльнулась, повернув голову немного в бок. Она всегда недолюбливала пациентов белых комнат, но больше всех она недолюбливала именно девочку. Причина этому так и не была ясна, возможно, некая зависть к Эшу и его спокойной и безобидной пациентке. Вообще, женщина всегда считала себя лучше остальных, потому и была уверена, будь у неё эта девчонка — вернула бы на место за два счёта.

— Я не исключаю и этого, но раз ей нравиться имя Моно, то пускай будет так, это ей не мешает жить, — он пожал плечами и они дошли до двери, что вела наружу. Сегодняшняя их смена закончилась, можно было спокойно выдохнуть и быть уверенным, что сегодня их никто не убьет из пациентов. Потому каждый направился своей дорогой в свою обитель.

— Дурацкая девчонка, она ведет себя вполне нормально, так какого хрена её не выписывают? — со стиснутыми зубами выговорилась женщина у себя в машине. — Это так бесит! Почему я должна быть с какими-то наркоманами и все время быть под риском своей жизни, пока Эш наслаждается жизнью?! БЕСИТ! — женщина стукнула по рулю машины и издался громкий звук сирены. Она сделала глубокий вдох и выдох, приговаривая себе под нос «спокойно». Странно, но это помогло, и началось движение в сторону дома.

Всю дорогу она только и делала, как оскверняла и гнала на маленькую девочку. Ей срочно нужно было выпустить пар и самое безобидное, что могла сделать — просто говорить гадости. И ладно, если в дороге, но ведь дома продолжилось то же самое:

— Ты понимаешь? Нет, ну ты понимаешь? — накладывая еду в тарелку говорила женщина своему спутнику. — Подумаешь она видит какую-то хрень, это всего лишь детское воображение! Она ребенок! Она тупая и глупая. Все же в детстве имели воображаемых друзей и проводили так время и ничего, а сейчас что? Сейчас эта срань в психиатрической больнице. Я вообще не понимаю, как ей установили диагноз шизофрении, ну его просто нет! Просто нет! — от всех этих криков и полетов мыслей у неё заболела голова. В то же время компаньон по жизни слушал её высказывания на счет работы. Это было каждый день, так что он вполне себе привык к этому.

— Да ладно тебе, что ты приковалась к ребенку? Она даже не имеет никакого значения к тебе…просто игнорируй, — без какой-либо злобы озвучивал свои слова муж, в перерывах между слов поедая приготовленный ужин. Последняя вспышка женской злобы закончилась на словах «просто раздражает».

Далее всё шло спокойно, самый обычный семейный вечер, который приблизился к ночи. Все находящиеся в квартире мирно спали. Кроме одного — это оказался инициатор осквернения в сторону маленького чуда.

— За все слова и действия приходиться отвечать, — монотонным голосом проговаривал мужской голос. Он был не просто где-то, он был в её сне, где была полная пустота и мрак. Две фигуры присутствовали и смотрели друг на друга. Некая чёрная материя начала придвигаться к женской фигуре, что так отчаянно пыталась убежать, да вот ничего не выходило — бежала на месте с криками о помощи, будто это ей реально может помочь.

— Готова расплатиться? — всё таким же голосом молвило нечто, прикладывая свои руки к её шее и начиная медленно душить со словами «моли о пощаде».

Всё же в этот раз женщине повезло, она проснулась с болью в горле от кашля, вся в холодном поту. — Это всего лишь сон, — держась за место, где располагается сердце, обмолвилась женщина и легла обратно, сильнее прижимаясь к мужу. Всё же спать на спине — плохая идея.

Глава 3. Страшный сон или счастливый конец?

После той ночи женщина так и не объявилась. По психиатрической быстро разошлись слухи о том, что она уволилась без причины. Всех это поначалу смутило. С другой стороны, все быстро отошли от её увольнения, что просто-напросто забыли о том, кто это. Эш не стал таким исключением, а ведь они тесно общались.

Сейчас для врача маленькая девочка была лишь одним значением — пациент, которого надо вылечить. Именно этим занимался он на протяжении полугода, и только сегодня они смогли достичь второй фазы — попытаться выйти на улицу. Это было немного спонтанное решение, тем не менее это было так же хорошей тренировкой, к тому же вместе с ней её верный друг — Кей, именно так она решила назвать собаку.

Зайдя к ней без стука в палату, девочка вздрогнула, роняя карандаш с листком на пол.

Эш увидел то, как Моно показывала очередной странный рисунок в пустоту, это состояние его немного напрягло. Мужчина подошел к ней и достал из кармана врачебного халата конфету, а именно лекарство Монохромата. «Глотай» — сказал он ей. Непроизвольно девочка это сделала. В голове начался полный хаос, внешний мир начал плыть в разные стороны, а глаза разъехались в разные стороны.

Маленький четвероногий друг спрыгнул с колен малютки и спрятался под кровать, утыкаясь в угол, он чувствовал ту беду, которую не мог заметить Эш. Врач стиснул зубы, слабо похлопав Монохромата по щекам, приводя в чувства. Странно, но это сработало.

— Скажи, здесь есть кто-то еще? — неожиданно задал вопрос Эш. Девочка уже хотела было ответить положительно, ведь это была правда, но она понимала, что если она так скажет, то можно смело прощаться с другом. Пришлось ответить отрицательно, ко всему этому Он стоял позади врача и качал головой в разные стороны, помогая ей.

Спокойно выдохнув он попросил встать и пройтись за ним. Весь этот день был полон неожиданностей и резких перемен. Моно подозвала за собой Кейя, который неторопливыми шагами направился следом за ними. Девочка познавала другие стороны места, в котором обитает, здесь все было совсем по-другому, не так, как она представляла. Страх прошелся по ее телу, когда они проходили мимо палат с другими душевнобольными. Некоторые бились головой о дверь, кричали и даже дергали ручки дверей. Моно взяла за край халата Эша, сжимая свою маленькую ручку в кулак и продолжая идти. Мужчина никак не отреагировал ни на её действия, ни на то, что творилось вокруг. Он уже давно привык к такой обстановке, потому даже не вздрогнул.

Втроем, технически вчетвером, они дошли до небольшого гардероба. Там они оделись, ведь несмотря на начало весны, на улице падал снег, а ведь сегодня уже восьмое марта.

Моно впервые вышла на улицу за все время, впервые увидела снег и впервые почувствовала на своем теле холод. Лицо выражало удивление и радость одновременно, что она не могла сказать с заворожёнными глазами «так красиво». Первые шаги за территорию прошли успешно, возможно, в этом ей помог маленький друг, который с радостью прыгал в сугроб. Моно посмотрела на Эша с вопросом «Можно?». Девочка никогда не имела своего мнения или желания, всегда потакала другим, единственное, в чём она приняла свое решение — не пить таблетки.

Положительно кивнув, Монохромат побежала вперёд, бегая по снегу и оставляя точные следы от обуви. Девочка бегала за собакой, что игриво убегала от неё каждый раз.

— Не убьёшь? — вполголоса обмолвился словами Эш, смотря вперёд, на эту детскую радость. На его вопрос не поступил ответ, это было вполне ожидаемо. — Ах, да, ты же не разговариваешь, иронично. Как бы там не было, я не дам тебе коснуться её вновь, — с ухмылкой на лице проговорил Эш, облокачиваясь о стенку здания, не спуская глаз со своего пациента.

— Она моя работа. Мы не расстанемся так скоро, но мы обязательно этого добьёмся. Под «мы» я подразумеваю себя и тебя. — прояснил ситуацию мужчина и остался стоять ещё в таком положении долгое время, около получасу.

Больше не смогли оставаться, на улице становилось слишком холодно и силы порядком убавилось, хотя это событие безусловно было знаменательным, особенно в такой праздник. Через невысокий заборчик можно было рассмотреть радостных пар, где парень дарил своей второй половинке цветы. Моно мечтала, что однажды и ей сделают подобный подарок, но до такого счастья ещё так далеко…

****

В палате все как всегда — тишина и ничего более. Всё такое светлое и однообразное, что порой это сводит с ума. И ладно если только тут, но ведь на улице тоже был белый цвет. В мыслях девочки появлялись мысли о том, что все вокруг одного цвета — белого. Было сложно воспринимать себя дальтоником, если все, что ты видишь — один цвет. Люди на улице не стали исключением, они сливались с окружающей местностью, она могла видеть их только на фоне серых зданий.

Сейчас она мирно сидела и гладила собачку в руках, ни о чём не подозревая и не заботясь. Он тоже ничего не говорил, просто молча стоял рядом и смотрел на них. В мыслях нечто крутились слова Эша, они его не устраивали и заставляли действовать радикально.

Комната вновь начала покрываться в черные оттенки, захватывая все пространство. Девочке стало страшно, она не понимала, что его так сильно расстроило или рассердило. Больше всего Моно пугали глаза на стенах и капающая на пол жидкость, по ней спускались пауки, который она боится больше всего.

Девочка сама не заметила, как сильно вцепилась руками в собачку и начала делать ей больно. До ушей не доходил писк животного, только лишь укусы на руках. Все это дало эффект, собака смогла вырваться из рук и забиться в угол. Маленькая девочка в свою очередь лишь вцепилась руками в волосы и дергала ногами, пиная от себя вымышленных пауков. Она кричала и умоляла его прекратить, но разве её кто-то послушает? Из глаз ручьем лились слезы, по телу она чувствовала бегающих паучков. В который раз в комнате раздается слово «прекрати», а отдачи никакой нет.

Вся ситуация просто начала сводить Моно, она ничего не могла делать. И только от всех этих передёргивания упала с кровати, съежившись и плача только громче. Казалось, что слезы всё затопят.

Чистым чудом девочке удалось увидеть пакет с конфетами, который она так оберегала, лишь бы быть рядом с Ним. Переборов на доли секунды свой страх, добралась до мешка и начала заглатывать конфеты одна за другой. Он пытался что-то сделать, да вот прикоснуться к ней не мог.

Картина вновь начала плыть, рушиться, ломаться вдребезги. Голова настолько сильно заболела, что Моно упала в обморок на ровном месте. Последнее, что ей удалось увидеть перед тем, как упасть — обеспокоенное лицо Эша на заднем плане и лижущий её лицо щенок. Он скулил и довольно громко, что вместе с гавканьем смешались слова Эша, он говорит «Нет, нет, нет, не умирай. Ты не должна».

Но изменить девочка ничего не могла, она просто свела счёты с жизнью, попав в один замечательный счастливый сон. Там была она, любящая семья, Кей и, конечно, добродушный мальчик, который дарил шоколадные конфеты с цветами со словами «С 8 марта, Моно»