Байки у костра

Байки у костра

Весь мир – это загадка...

Туристы с нетерпением ожидали инструктора, который должен был появиться с минуты на минуту. Наконец, дверь отворилась, и на пороге показался мужчина лет тридцати-тридцати пяти, среднего роста, поджарый, с правильными чертами лица. Он обвел взглядом разношерстную группу и тяжело вздохнул. «Опять одни чайники! Ну вот сколько раз я говорил руководству, что нельзя брать в поход совершенно неподготовленных людей. Мы же не пешком идем по горам с рюкзаками, а на лошадях. А по дороге случается всякое. Испугалось животное, понесло, турист упал, поломался, а кто виноват? Он, Хасан. Не уследил! А как тут уследишь, когда в группе двадцать человек, а нас лишь двое: я и пятнадцатилетний мальчишка? А последний наш поход - вообще кошмар. Из-за снегопада (и это в конце июня!) пришлось эвакуировать всю группу с высоты три тысячи метров... Жуть! Вот и эти... зеленые».

– Добрый день, – после минутного молчания начал инструктор. – Меня зовут Хасан. Следующие двадцать дней, три из которых уйдут на подготовку, мы проведем вместе. Я буду вашим папой и мамой одновременно. Помогать мне будет Бислан, второй инструктор. С ним вы познакомитесь завтра...

Туристы заулыбались, и напряжение, витавшее в воздухе, развеялось. Им с первого взгляда понравился серьезный и уравновешенный человек. Только с таким и не страшно было уходить в горы на семнадцать дней.

– А когда мы познакомимся с нашими лошадьми? – раздался строгий голос мужчины, то и дело поправлявшего на носу очки.

– Завтра.

– Я надеюсь, это будут не клячи? Я тут почитал перед отъездом, что на таких базах дают лишь самых плохих лошадей.

– А вы мастер спорта? – оглядев говорившего человека с головы до ног, задал вопрос Хасан.

– Ну... – смутился тот, – у меня есть кое-какой опыт...

– Тарас в детстве катался на лошадях, – с гордым видом вступилась за мужчину жена, молодая женщина лет тридцати пяти, голову которой украшал ореол светлых кудряшек.

– Катался, значит, – многозначительно хмыкнул инструктор. – Понятно. И как долго, позвольте спросить?

– Ну, года три-четыре. Я занимался в группе.

– А сколько вам сейчас, если не секрет?

– Сорок, осенью будет сорок один.

– Ясно... А есть еще кто-нибудь, кто катался? – саркастически спросил Хасан.

– Я и моя жена Маша, – отозвался парень. – Мы неоднократно ходили в конные походы. Вот решили попробовать по горам проехаться.

– Да, это мне от Валерки свадебный подарок, – заулыбалась девушка. – Я давно мечтала увидеть Эльбрус, сидя верхом на лошади.

– Это хорошо, увидите, если погода позволит, – кивнул головой инструктор. – Валерий, не хотите стать руководителем группы?

– Не-не-не, – замахал руками парень. – Я несерьезный человек. Руководить, все контролировать – это не мое.

– Тарас бы мог, – вмешалась в разговор Блондинка. – У него имеется некий опыт руководителя. Он возглавляет отдел.

– Посмотрим, – невозмутимо отозвался инструктор.

– Вы так и не ответили мне на вопрос о состоянии лошадей, на которых нам предстоит ездить двадцать дней.

– Обещаю, у тебя будет самый резвый конь, – хмыкнул инструктор.

Хасан сдержал слово. Тарасу на самом деле дали самую норовистую лошадку. Впоследствии он не раз жаловался на ее повадки, ибо Герда обладала отвратительным характером и неприятными привычками: кусалась, лягалась и совершенно не слушалась. Но хуже всего было вот что: она любила во время остановок упасть на спину (иногда даже вместе с всадником) и кататься, забавно подрыгивая при этом ногами.

Проинструктировав незадачливых туристов, самому старшему из которых было пятьдесят, а самой младшей - тринадцать, Хасан спросил:

– Есть еще вопросы?

– Да, – слегка смущенно отозвалась тучная девушка. – А нас научат кататься? Думаю, что из всей группы мало кто смыслит в лошадях. Только вот эти ребята. Остальные чайники, ну, то есть новички.

Инструктор готов был взорваться и объяснить дамочке, что на лошади не катаются, а ездят. К тому же, если она собралась в поход на лошадях, да еще и по горам, то не мешало бы подучиться дома, но сдержался, рассудив, что все равно ничего не изменить. Поэтому, усмехнувшись в усы, он возразил:

– Во-первых, катаются блохи на собаке, а на лошадях ездят. Во-вторых, постараться придется и вам, и нам. Ваша безопасность - в ваших руках. С завтрашнего дня начнем тренировки. У нас всего три дня. За это время вы должны освоить, по крайней мере, хотя бы азы. Встречаемся возле конюшни в десять. И не опаздывайте!

Он вышел из комнаты, не обращая больше внимания на вопросы.

– Все завтра, – бросил инструктор на ходу.

– Какой неприятный тип, – буркнула Блондинка, передернув плечами. – И вот с ЭТИМ человеком нам придется общаться весь поход.

– Нормальный мужик, – ехидно парировал Валера. – А там посмотрим. Уверен, что он знаток своего дела.

– Завтра и узнаем, – подытожил Тарас. – Нам... на самом деле необходимо выбрать главного в группе. Если вы, молодой человек, не хотите ее возглавить, то предлагаю свою кандидатуру. У меня и вправду есть практика руководства, я знаю, как надо работать с людьми. Так что, если нет возражений, то тогда назначаю себя на эту должность.

Никто не стал возражать. Впрочем, вскоре все осознали, что допустили большую ошибку, позволив этому человеку решать вопросы от лица группы. Чтобы понять свою оплошность, потребовался всего один день.

На следующее утро туристы собрались возле конюшни. Их встретили Хасан и мальчик лет пятнадцати.

– Знакомьтесь, это мой помощник, Бислан. Он будет помогать вам в течение всего похода.

– А чем сможет помочь нам этот юнец? – фыркнула Блондинка. – Тарас, куда ты меня привез? Идти в горы непонятно с кем!

– Да, в самом деле, – возмутился ее муж. – Как это понимать? Вы хотите доверить наши жизни этому мальчику? Это совершенно несерьезно!

– Этот «мальчик», как вы выразились, – проговорил побагровевший Хасан, – вначале научился ездить верхом, а уж потом ходить. Все понятно? И кстати, если вас что-то не устраивает, то еще не поздно отказаться. Я насильно не буду никого тянуть в горы.

– Поскольку я старший в группе... – начал было Тарас, – то я протестую...

– Ну, все, достаточно, – послышался твердый женский голос.

Вперед уверенной походкой вышла моложавая женщина и, подойдя к инструктору, продолжила:

– Я думаю, что выражу общее мнение, если скажу, что вчера, при выборе руководителя, мы оплошали. Кстати, вчерашнюю щекотливую ситуацию с двумя девушками из нашей группы почему-то решали не вы, Тарас, а я.

– Они сами виноваты, не надо было идти на дискотеку, – недовольно заявил мужчина.

– Возможно, но... они пошли, и возникло некоторое недопонимание между ними и местными ребятами. Мне пришлось даже вызывать милицию и урегулировать конфликт. Вы же самоустранились.

– Это не его дело, – вступилась за мужа Блондинка.

– А вот фигушки, – вмешался Валера. – Это дело руководителя. Он отвечает за все. Даже за глупость...

– Простите, мы больше не будем, – понурив головы, отозвались две девушки, виновницы вчерашнего скандала, и густо покраснели.

– Да ладно, проехали. Как говорится, кто не был молод... Ребята, – обратился он к туристам, – если никто не против, то пусть Тамара возглавит нашу группу. Вчерашний инцидент показал, что на нее можно положиться. Возражений нет?

– Это неправильно! – возмутилась Блондинка.

– Да закройте рот уже, – шикнула на нее Маша, – устали от ваших воплей... лично я не против.

– Мы тоже «за», – поддержали пришедшие в себя девушки.

Со всех сторон послышались возгласы одобрения.

– Ну и отлично! – весело произнес Валера. – Принимайте бразды правления, Тамара. Хасан, вы не возражаете?

Инструктор внимательно поглядел на женщину и после минутного раздумья кивнул головой.

– Договорились... Итак, запомните основное: к лошади сзади не подходить, за хвост не дергать, зубы не рассматривать, руками не размахивать и, разумеется, ее не пугать и не бить. Всему остальному я и мой помощник постараемся вас научить. Ваша задача - внимательно слушать, выполнять и запоминать. Это понятно?

Туристы закивали головами...

В оставшиеся дни все прошло по плану, без сучка без задоринки: теория, практика... практика, потом опять теория, затем снова практика.

Через три дня группа совершила десятичасовой переход от турбазы до временного палаточного лагеря, в котором им предстояло прожить семнадцать дней, делая радиальные выезды.

Нужно ли описывать красоты Кавказа? Наверное, нет. Как пел Высоцкий: «Лучше гор могут быть только горы, на которых еще не бывал». Очутившись на высоте три тысячи метров и оглядевшись по сторонам, туристы долго еще не могли прийти в себя от восторга. Одни купались в не растаявшем еще снегу, позабыв об осторожности, другие фотографировали, желая запечатлеть на пленке очарование гор, а некоторые просто молча восхищались открывшейся перед ними панорамой.

Но, как оказалось, самое яркое зрелище ожидало их впереди. Спустившись в долину, группа очутилась на плато, покрытом разноцветными крокусами. Нежная красота цветов среди каменных утесов буквально заворожила людей, никогда не видевших ничего подобного. Весь оставшийся путь до лагеря туристы восторженно обсуждали увиденное чудо.

Только ближе к вечеру группа наконец-то достигла стоянки. Все измучились и нагуляли зверский аппетит. К счастью, их уже ждал ужин и рюкзаки с вещами, так что, наскоро переодевшись, люди приступили к трапезе. Так прошел первый вечер в горах. На черном небосклоне висели манящие, такие далекие и одновременно такие близкие звезды...

На следующее утро выяснилось, что «купание» в снегу в начале июля не прошло даром для одной девчушки, шестнадцатилетней дочери руководителя группы.

– Ангина, – осмотрев горло и потрогав лоб Полины, сообщил Виталий, врач-педиатр по образованию. – Есть какие-нибудь лекарства?

– Только от головы, – откликнулась Тамара, расстроенная болезнью дочери.

– Это не поможет... Хасан, у нас проблемы, – обратился мужчина к инструктору. – Никак нельзя с базой связаться?

– Нет.

– А если экстренный случай?

– Тогда мы едем в ближайшее село. Там есть рация.

– У девушки высокая температура и горло опухло.

– Дайте посмотреть, – приказал Хасан.

После внимательного осмотра инструктор что-то пробормотал вполголоса на местном наречии и пошел в свою палатку, ничего не объясняя. Все в недоумении переглянулись.

– И?.. – спросила Маша. – Это я что-то не поняла, или...

– Пока непонятно... Виталь, чем помочь можно? – спросил Валерка. – У тебя самого ничего нет?

– Да нет, я вообще-то не собирался болеть.

– Да мы тоже, – сокрушенно покачав головой, проговорила Тамара. – Вот надо было тебе в сугроб залезть!

– Мам, ну не ругайся! – тихо произнесла Полина. – Я же не нарочно. К тому же, когда я еще в начале июля искупаюсь в снегу?

– Ладно, лежи и не напрягай горло...

– Мам...

– Я не сержусь... честно! Просто в следующий раз без лекарств никуда, договорились?

Рассказ первый. Пистолет из прошлого.

– Эх, рыбка хороша, – поводя носом, проговорил Владимир, заядлый рыбак. – А можно мне пойти завтра половить, а потом вот так же поджарить над огнем? У меня и леска с крючками всегда с собой.

– После похода можно, – улыбнулся Хасан, поворачивая форель другим боком.

– Ты на самом деле крючки с собой таскаешь? – ошеломленно поглядев на товарища, спросил Валера. – Ну, ты даешь!

– К рыбалке меня отец приучил, а его - мой дед. Семейная традиция, так сказать.

– Не пойму я рыбаков, – рассмеялась Маша, присаживаясь рядом с мужем. – Сидишь сиднем и пялишься на поплавок. И так час-другой. Скучно!

– А вот и не скучно, – парировал Владимир. – Знаешь, сколько интересного случается на рыбалке?

– Максимум утопишь удочку в озере, – рассмеялась девушка. – Со мной однажды такое произошло на самой первой и последней рыбалке. Муж теперь один ходит после этого инцидента.

Валера улыбнулся.

– Это отдельная история... Я, понятно, не заядлый рыбак, и, сказать по правде, ничем особенным похвастаться не могу. Ну, рыбу однажды поймал необычную: без чешуи, с огромными глазищами. А, ну был еще случай, удочка за сосуд зацепилась. Реально тогда подумал – джинна нашел. С Машкой долго над этим смеялись.

– Так что, не было джинна-то? – спросила Тамара.

– Нет, к сожалению, да и кувшин не старинным оказался, а из-под масла оливкового. Кто-то случайно, а может, специально выбросил: не понравилось. Так что не могу похвастаться рыбацкими байками.

– А у меня однажды случилось нечто такое, что оставило глубокий след в жизни, ибо я до сих пор объяснить случившее не в силах.

– Ух ты, расскажи! – попросила Маша.

Собравшиеся у весело потрескивавшего костра люди поддержали ее.

– На самом деле, расскажи, Володь. Возможно, мы поможем тебе раскрыть тайну.

– Ну, хорошо, – немного подумав, откликнулся Владимир. – Но предупреждаю, что мой рассказ – чистая правда, несмотря на то, что он покажется мистическим и неправдоподобным. Клянусь, я ничего не придумал и не приукрасил.

– Вы не переживайте, – поддержала его Тамара. – Рассказывайте все как есть, а там разберемся.

– Хорошо... Случилось это лет этак десять назад, – начал свое повествование Володя, нанизывая на ореховый прут кусок хлеба. – Мне тогда только двадцать пять исполнилось. На работе отпуск дали, вот и решили мы с женой и детьми поехать к ее отцу, бывшему партработнику. У него свой дом был в Кратово... это в Подмосковье. Места, я вам скажу, чудные: кругом сосны, в кустарнике птицы заливаются, усадьбы деревянные, каждая со своей историей... Дом тестя был старый, деревянный, но добротный. Участок шестьдесят соток, недалеко озеро... ну, вы понимаете. Семен Иванович, отец жены, тоже любил с удочкой на бережке посидеть. И вот однажды, точно помню, это случилось в середине июля, поехали мы с ним на озеро Островное. Красивое озеро, хоть и расположено вблизи железки. Поехали рано утром, из дома вышли – еще светать не начинало... В общем, забросили «закидушки» и сели чай из термосов пить. Солнце только-только начало согревать лучами землю, когда случилось нечто такое, от чего у меня до сих пор мурашки по коже, когда начинаю вспоминать.

– Умеешь заинтриговать, – заметил Валерка, отхлебывая из кружки вкусный чай из местного травяного сбора. – Неужели на спиннинг ты подцепил акулу или какого-нибудь ящера?

– А ты вот дослушай до конца, а уж потом что-то говори, – как-то странно посмотрев на товарища, ответил Володя. – Было около шести, уже светло стало и ясно, берег просматривался великолепно, да и на небе ни облачка, когда случилось нечто загадочное и непонятное. До сих пор не нахожу ответов на вопросы.

– Да не тяните уже, – сгорая от любопытства, проговорила Тамара.

– Я и говорю... день был ясный, вокруг так тихо, что слышно собственное дыхание, ни шуршания ветра в камышах, ни пения птиц, ни всплеска воды. Стали мы проверять снасти, и тут...

Парень глубоко вздохнул и выдохнул, пытаясь таким образом немного успокоиться.

– Ну... - Маша вся подалась вперед. – Что тут?

– И тут в кустах раздался выстрел, – после минутной паузы продолжил рассказ Владимир.

– И что здесь странного и загадочного? – удивился Михаил, молчаливый худощавый парень. – Наверняка, на озере были утки, вот кто-то и решил поохотиться с утра пораньше. У меня батя так часто делал.

– Мы тоже так подумали вначале, хотя выстрел прозвучал так неожиданно, что мы с Семеном Ивановичем даже растерялись. А главное, совсем рядом. Буквально в двух шагах.

– И что вы сделали? – задал вопрос Валера, прищурившись.

– Ну... я крикнул: «Кто здесь?» – но ответа не последовало. Тесть, побледнев, тоже отметил, какого дьявола кому-то потребовалось стрелять там, где сидят люди. «Так и убить можно», – подытожил Семен Иванович. Чтобы узнать, какой умник упражняется в стрельбе и пугает нормальных людей, я бросился в ту сторону, откуда раздался выстрел. Обогнув заросли камышей, я через пару секунд был уже на ровно вытоптанном пятачке. Оглянувшись по сторонам, я не заметил никого, хотя прибежал на место выстрела (а я был уверен на сто процентов, что стреляли именно оттуда) очень быстро. Человек просто не успел бы скрыться из виду. Вместе с тем никого не было: лишь камыши вокруг да впереди - ровная водная гладь. Я прислушался, затаив дыхание. Мне хотелось понять, в какую сторону рванул выродок, чуть не убивший нас, ибо уток на озере в тот день почему-то не было.

– То есть ты хочешь сказать, что утки все-таки живут на озере, но в тот день... - начала Маша.

– В тот день, – перебил ее рассказчик, – они таинственным образом все исчезли. Вокруг стояла невероятная, необъяснимая звенящая тишина. У меня по коже побежали мурашки. «Ну, гад, – подумал я, – все равно найду». Я уж хотел было обшарить весь прибрежный камыш в поисках злоумышленника, но внезапно мне навстречу вышел тесть. «Ну что, Володька, видел кого-нибудь?» – спросил он, оглядываясь по сторонам. «Да шут его знает, кто это был, – нехотя ответил я. – Звук вроде бы отсюда шел, но тут только вытоптанная площадка и... а это еще что такое?» От неожиданности я потерял дар речи на долю секунды. Нет, ну на самом деле не всякий день сталкиваешься с таким явлением...

– Вов, ну не тяни ты резину, – возмутился Валера. – Ходишь все вокруг да около.

– Так ты не перебивай, тогда и доскажу, – недовольно заметил рассказчик. – Так вот... я продолжаю. Опустил я глаза на землю, а там возле кромки воды лежит... пистолет!

– Какой марки? – задал вопрос Михаил. – Пистолет Стечкина, Beretta 92, Пистолет ТТ, Walther P99 или Desert Eagle Mark XIX?

– Слушай, я рыбак, а не охотник. В оружии не разбираюсь. Вот о спиннингах могу много чего порассказать.

– Тогда что вас так удивило? – поинтересовалась Ника, подруга Михаила.

– Я хоть и говорю, что в пистолетах, их модификациях не разбираюсь, но все же точно могу отличить современное оружие от старинного.

– Что из этого? – не понял Михаил. – Что это значит?

– А то, что около воды лежал кольт, явно сделанный не вчера. Причем в идеальном состоянии. Подняв его, мы уловили сильный запах пороха. Уже потом мне удалось выяснить: оружие на самом деле оказалось старинным.

– А как он выглядел? – спросил Михаил, увлекающийся историей оружия.

– Как, как, – немного замялся Владимир. – Ну... деревянная ручка, короткоствольный, с барабаном, довольно-таки тяжелый. В тот момент мне пришло на ум, что похожие модели я видел у ковбоев в вестернах.

– Тогда, думаю, это был кольт, – подытожил любитель оружия.

– Да, ты совершенно прав, – согласился с ним Володя. – Возвратившись домой, я поспешил в библиотеку, желая докопаться до истины. Но, перелопатив большое количество литературы по старинному оружию, я так нигде и не сумел ничего найти. Тогда я поехал в Ленинку. Именно там я и натолкнулся на «мой» пистолет. Оказалось, что на берегу озера я нашел очень редкую «зверюгу» – капсюльный револьвер Кольт Патерсон. Потом я узнал подробности его создания. Оказывается, в 1836 году в городе Патерсон, штат Нью-Джерси, тогда еще никому не известный молодой изобретатель-коммерсант Кольт организовал производство оружия, и первый револьвер получил название по имени города, в котором он был выпущен – Кольт Патерсон. В первой рекламе своего оружия Кольт представлял его как поясной пистолет, карманный пистолет, пистолет с кобурой.

– Да-да, я читал об этом, – подтвердил Михаил. – Чуть позже их стали называть «вращающиеся пистолеты». Но слушай, а каким образом он очутился на озере? И кто был владельцем раритетного оружия? Кстати, ты сказал, что оно было в хорошем состоянии?

– В идеальном! – ответил Володя. – Как будто его только что приобрели в магазине.

– Ничего не понимаю, – пожал плечами молодой человек.

– И вы с тестем так никого и не нашли? – поинтересовался Валера.

– Никого, никаких следов, – подтвердил рассказчик. – Я лично исходил камыши вдоль и поперек, но кроме этого вытоптанного пятачка ничего больше не было.

– Револьвер остался у тебя? – спросила Маша. – Вот бы поглядеть на него.

– Естественно. Мне предлагали продать мое сокровище за очень приличные деньги, и все же я решил для себя, что пока не разгадаю его тайну, не расстанусь с ним. Но когда? Прошло уже несколько лет, а я так и не могу найти ответы на мои вопросы: каким образом револьвер попал в наше время? Куда делся тот, кому принадлежало оружие? Стрелял ли кто-то по уткам или отстреливался, убегая от преследователей? Не знаю, только не смейтесь, но после многих бессонных ночей мне пришла в голову одна интересная мысль: а вдруг это был пришелец из прошлого? Вдруг он перенесся в будущее на несколько секунд по коридорам времени?

– Да никто и не будет смеяться над тобой, – поддержала его Машка. – Признаться, мне самой пришла на ум та же мысль. Я тут недавно прочитала статью в одном журнале, в которой рассказывалось об одном молодом человеке, возникшем средь бела дня на проезжей части. К несчастью, его сбила машина, водитель которой не сумел вовремя остановиться, и мужчина погиб на месте. В кармане у него оказались документы на Густава Морица... 1854 года рождения. Порывшись в архивах, полицейским удалось выяснить, что молодой человек проживал в этом городе сто двадцать лет назад. Также в архивах нашлась запись и о его внезапном исчезновении. Мужчину так и не удалось найти. Позже он был объявлен пропавшим без вести.

– И ты веришь во всю эту чушь? – спросил Валерка жену. – Мне казалось, что ты здравомыслящая женщина.

Маша вспыхнула и надулась.

– А я лично верю, – встала на ее защиту Ника. – В мире существует много необъяснимых вещей. Не на все вопросы можно найти ответы. И это прекрасно: как бы безлик и скучен был мир, не существуй в нем подобных тайн и загадок.

Рассказ второй. Совпадение.

– Мир и вправду удивителен, – согласился с девушкой ее молодой человек. – Он наполнен на самом деле совершенно необъяснимыми вещами и совпадениями.

– Точно-точно, – поддержала Михаила Ника. – Вот совсем недавно, готовясь к лекциям (а я уже второй год преподаю историю и обществознание в школе), я натолкнулась на очень занимательную статью.

– Ой, а ты не могла бы рассказать, – попросила Маша, с вызовом поглядев на мужа. – Вот ты спрашиваешь, верю ли я сказкам? Да, верю! В жизни часто случаются невероятные вещи, объяснить которые никто не может, даже ученые. Например, сны.

– Да-да, – подтвердила Светлана, самая старшая из всей группы туристов, подходя к костру, – так и есть, дочка может подтвердить. Со мной произошел однажды подобный случай. Могу поведать.

– Света, присаживайтесь поближе к огню, – предложила Маша, подвинувшись. – Мы с удовольствием послушаем его, после рассказа Ники.

– Договорились... а о чем была эта статья? – поинтересовались Света, принимая из рук Михаила кружку с ароматным чаем.

– Я уже сказала, что работаю в школе, – продолжила рассказ девушка. – Так вот, подбирая материал для урока, я натолкнулась на забавный случай, произошедший с известным психиатром Карлом Юнгом.

– Это тот самый психиатр, который написал книгу «Психологические типы»? – поинтересовался Виталий. – Помнится, я читал ее в институте.

– Именно так, - кивнула рассказчица. – В ней описывается самая известная классификация в психологии... Хотя я отвлеклась. Итак, как я уже говорила, странная, по мнению профессора, история произошла с ним одним серым мартовским днем. Думаю, будет намного интереснее, если я перескажу ее от первого лица, так как помню ее в мельчайших подробностях. Так выйдет намного занимательнее. Не возражаете?

– Нет, конечно, – раздались одобрительные возгласы. – Мы внимательно тебя слушаем.

– Хорошо... «За окном моросил дождь, поэтому о прогулке в парке можно было забыть. Расхаживая по комнате, я то и дело останавливался возле окна. И вот, сделав очередной круг, я заметил, что напротив моих окон остановился рыбный фургон. Я с любопытством начал было его рассматривать, но внезапно раздался звонок в дверь и через несколько секунд мне доложили, что пришел мой друг и просит принять его.

Я весьма обрадовался его приходу, поэтому поспешил ему навстречу. Устроившись в уютной гостиной, мы долго беседовали, обсуждая мою книгу, которая буквально на днях вышла из печати. Через некоторое время моя служанка пригласила нас на ланч. В этот день кухарка решила приготовить закуску из рыбы, чем весьма удивила меня.

За столом мы вели оживленную беседу, перескакивая с одной темы на другую, пока не заговорили об обычае "делать апрельскую рыбу"...»

– А что это за обычай? – прервав Нику, спросил Валерка, приподняв брови. – Первый раз слышу о нем.

– И я... и мы, – послышалось со всех сторон.

– И тем не менее вы все знаете о нем, – рассмеялась девушка, – ведь именно так раньше именовались первоапрельские розыгрыши.

– А-а... теперь понятно... продолжай, Ника, прости, пожалуйста.

– Ничего... я продолжу... «Мы сидели за столом, поглощали тарталетки с рыбой и обменивались забавными историями о розыгрышах, совершенных нами и нашими друзьями не только в студенческие времена, но и в старшем возрасте. Многие до конца своих дней остаются детьми, несмотря на звания и положение в обществе.

– Вот помню, был у нас такой профессор в университете, – продолжил тему мой приятель. – Противный старикашка, вечно всем недовольный. Если бы не старые заслуги брюзги и его недюжинные способности, то руководство давно бы отправило господина Линда на пенсию.

– У нас тоже был подобный экземпляр, – поддакнул я, разделываясь с очередной тарталеткой. – И что? Вы решили разыграть его?

– О, такого результата не ожидал никто. Хотя, признаюсь, нам жутко тогда досталось, а некоторых даже исключили из университета.

– Что ж, ты изрядно заинтриговал меня, мой друг, – переходя к кофе, ответил я. - Что ж такого вы натворили?

– С одной стороны, ничего особенного. Невинная шутка, не более: мы просто распространили информацию, что профессор Линд в своей лаборатории изобрел способ, позволяющий простую землю превращать в высококалорийную пищу. То есть проблема голода в скором времени перестанет существовать. Озорство, дурачество с нашей стороны, но что тут началось, если бы ты знал, Карл!

– Могу догадаться, – рассмеялся я, представив, какой ажиотаж вызвала эта новость. – И каким образом разрешилось досадное недоразумение?

– О, о масштабах проблемы мы узнали на следующее утро, – вздохнул мой приятель. – Университет гудел словно улей: репортеры, фотографы, взволнованные преподаватели и студенты заполонили коридоры. Об учебе и думать забыли. Новость, обраставшая все новыми и новыми подробностями, будоражила умы. Но хуже всего пришлось профессору Линду, которого осаждали посетители. Кстати, среди них были замечены очень крупные промышленники, а также члены правительства. Признаюсь, наша нелепая шутка имела негативные последствия: через неделю после слухов с ним случился сердечный приступ. К счастью, все обошлось. Тем не менее за то время, что он провел в больнице, его дом несколько раз взламывали. Воры искали несуществующий чудо-аппарат. Вначале мы молчали, надеясь, что со временем все уляжется само, но все же после того, как грабители полностью уничтожили лабораторию, мы поняли, что нужно идти к ректору и во всем признаваться.

– «Кто гонится за остротой, большей частью в состоянии поймать лишь глупость», – процитировал я Шарля Монтескье.

– Если бы мы заранее могли предугадать последствия сказанных нами слов, то, поверь, никогда бы так не поступили. Кто не был молод...

На этом его визит подошел к концу. Мой приятель вспомнил о важной встрече, да и меня самого вот уже несколько минут дожидался бывший пациент.

– О, господин Берг, – начал я, входя в комнату. – Я приношу свои извинения за то, что вам пришлось меня ждать.

– Ничего, ничего, – торопливо ответил мужчина, – что вы, что вы. Я не предупредил вас. Это всецело моя вина.

– Чем я могу быть полезен? – пригласив гостя сесть, поинтересовался я. – Возникли какие-то трудности? Вы нуждаетесь в моей помощи?

– О, нет, нет! – замахал руками господин Берг. – Вы – величайший психиатр! Ваше имя навсегда останется в истории. Я всем и всегда настоятельно советую вас.

– Благодарю вас, – ответил я, украдкой взглянув на часы, стоящие на камине. – И все же не могли бы вы объяснить мне причину вашего визита. Я прошу простить меня за бестактность, но через четверть часа у меня пациент.

– Конечно, конечно, я не задержу вас...

Он вскочил со стула и бросился к двери. Признаться, такое поведение несколько озадачило меня. Мне казалось, что я неплохо разбираюсь в психологии людей; вместе с тем сейчас поступок бывшего пациента привел меня в легкое замешательство. Восклицания господина Берга, внезапно показавшегося в дверях, прервали мои лихорадочные мысли.

– Профессор Юнг, прошу вас! – затараторил он. – Примите от меня в знак глубокой признательности мой скромный подарок... Никто другой не смог бы помочь мне... Вы оказали мне огромную услугу... Вот, прошу вас!

С этими словами он начал разворачивать довольно-таки большой прямоугольный предмет. Это оказалась картина, на которой была изображена... рыба! «Опять рыба, – промелькнуло у меня в голове. – Что бы это могло значить? Интересно!»

После его визита ко мне пришла пациентка, довольно полная дама, с которой я работал уже не первый месяц. Дама была совершенно здорова, если не считать легкой меланхолии. Но, внушив себе, что страдает диссоциативным расстройством идентичности, мадам Холм постоянно записывалась ко мне на прием. Отказать ей я не мог, ибо искренне жалел одинокую женщину.

– Профессор, – начала она грудным голосом, – вы должны мне помочь.

– Мадам Холм, вы же знаете, что я делаю все от меня зависящее, чтобы избавить вас от страданий. Уверен, что в скором времени вы совершенно поправитесь.

– Я неизлечимо больна, поэтому не стоит меня утешать, – отмахнулась от меня женщина. – Я бы не стала тревожить такого занятого человека, но у меня небольшая просьба, господин Юнг.

– О, конечно, я слушаю вас.

– Мне сегодня приснился странный сон, – протянула женщина, обмахиваясь веером. – И я никак не могу растолковать его. Пошла к гадалке, но мошенница (по-другому и не скажешь) не ответила ничего вразумительного. Поэтому я пришла к вам.

– Вы ходили к гадалке? – переспросил я.

Сказать по правде, я был несколько ошеломлен, узнав о цели визита. Разумеется, в своих трудах я не раз рассматривал природу сна. В одной из работ я писал, что сновидения играют важную роль в жизни человека, поскольку выполняют компенсаторную функцию и восстанавливают психический баланс личности. Все мы постоянно подвергаемся влиянию внешней среды, ведь вокруг нас происходят различные события. Я на самом деле считаю, что сновидения и впрямь могут предсказывать будущее, однако суть не в магии, а в подсознательных желаниях, страхах, которые и порождают определённые последствия. И стоит быть аккуратным и внимательным в жизни, если видишь неприятные сны; следует постараться понять их причину и избегать опасностей. Впрочем, еще никогда на практике мне не приходилось толковать сны моих пациентов.

– Что ж, давайте попробуем, – продолжил разговор я. – Расскажите мне, пожалуйста, что вам приснилось.

Женщина тяжело вздохнула и принялась рассказывать монотонным голосом о сновидении. Вначале я слушал ее краем уха, раздраженный тем, что вместо того, чтобы продолжать писать научную статью, я вынужден выслушивать женщину, которой просто нечем заняться.

– ... и вот я внезапно превращаюсь в русалку... В такую прелестную девушку с длинными волосами и огромным хвостом. И я плыву, плыву... я, правда, не поняла, куда... А вокруг меня рыбки такие маленькие, разноцветные. Они буквально повсюду!..

– Рыбы, вы говорите? – встрепенулся я. – Вы сказали «рыбы»?

– Да, именно так, профессор!

Не могу передать словами мое изумление. Опять рыба! Сначала рыбный фургон за окном, потом тарталетки с рыбой, затем забавные рассказы об «апрельской рыбе», картина, а теперь сон пациентки. Нет, однозначно, что-то тут было не так.

Кое-как избавившись от мадам Холм, объяснив ее сон простым переутомлением, ибо сновидение – это процесс, происходящий на бессознательном уровне, когда вскрывается глубинное подсознание человека, я, совершенно потрясенный, отправился на прогулку; благо, погода позволила мне выйти из дома. Прогуливаясь вдоль озера, я вновь и вновь возвращался к странным совпадениям, пытаясь выстроить логическую цепочку из всего произошедшего. Я настолько погрузился в задумчивость, что не заметил выброшенную на берег... рыбу! Наступив на нее, я упал и сильно ударился спиной и головой. Очутившись через полчаса у врача, который диагностировал сильный ушиб и легкое сотрясение, я наконец-то понял: судьба целый день посылала мне предостережения, а я так ничего и не понял. Жизнь часто отправляет нам сигналы, предупреждения, но мы, подобно щенкам, остаемся слепы. Наша задача - научиться видеть и уметь распознавать посылаемые кем-то знаки. Видимо, лишь тогда мы найдем гармонию со Вселенной».

Рассказ третий. Странный сон.

Наступила пауза. И только весело потрескивающий огонь в костре нарушал ночную тишину. Туристы, словно завороженные, смотрели на играющие язычки пламени.

– Светлана, а вы хотели нам что-то рассказать, – прервала молчание Маша, набрасывая на плечи куртку. – Брр... как сыро!

– Это горы, дорогая, – похлопав по плечу любимую жену, ответил Валерка. – Тут всегда так: днем – лето, ночью – зима. Шучу! Но домой явно вернемся с солдатским загаром.

– Ну, этим меня не напугать, я заядлый турист, – рассмеялась Машка.

– Ты у меня герой, – подтвердил ее супруг и, посмотрев на сидящую напротив женщину, добавил: – Ну что, Света, поделитесь с нами вашим странным сном? Может, после этого я и начну верить в сверхъестественное.

– Отчего не рассказать, упрямый вы человек, – начала женщина. – С большим удовольствием. Началась история в далекие семидесятые годы. Точнее, в год столетия со дня рождения Владимира Ильича Ленина. Это событие отмечали помпезно. К нему были приурочены различные мероприятия: музеи проводили выставки, снимались фильмы, поэты сочиняли стихи, художники рисовали картины, проводились бесконечные собрания и совещания. В стране чувствовался необычайный подъем. Трудовой энтузиазм бил через край. Люди, работающие на полях, заводах, стройках, брали на себя повышенные обязательства. Как говорили тогда, «догнать и перегнать».

– Да уж... – протянул Тарас, внимательно слушая рассказчицу, – сейчас о таком лишь вспоминают.

– Мир меняется, появляются другие ценности, – промолвил Валера. – Лично я всегда был против «культа личности». Кто-то сказал: «Из людей не делайте богов». Полностью согласен с этим.

– Так и есть, но тогда, в те времена, мы как-то об этом и не задумывались. Считали душевный подъем чем-то обычным. Но прошу прощения, я отвлеклась, – продолжила рассказ Светлана. – Так вот... Благодаря всеобщему воодушевлению мы, молодая семья, и получили квартиру в новом районе. Те, кто живал в коммуналке с соседями, а порой это бывали не совсем адекватные люди, могут представить, как мы обрадовались.

– Точно, мне мама рассказывала, – отозвался Виталий, подливая себе в кружку горячего чая. – Общий туалет, одна ванна, одна плита на несколько семей. А если еще маленькие дети, то вообще кошмар.

– Ш-ш, – зашикала на него Машка, – дай послушать, не мешай.

– Ой, простите, – смущенно пробормотал молодой человек и замолчал.

Светлана немного помедлила, но затем вновь предалась воспоминаниям:

– Через полгода у нас родился первенец, Сашка, а через шесть лет - Танюшка. Однако через год после ее рождения мы разбежались. Муж начал пить и дебоширить, нередко приглашая своих дружков к нам домой. Надо было с самого начала пресечь его попойки, да я почему-то прощала ему, верила обещаниям, которые он давал на следующий день. Но однажды даже моему ангельскому терпению пришел конец. Я собрала вещи, взяла детей и переехала в дом родителей, расположенный на самой окраине города. Наш дом и еще домов семь – вот и все, что осталось от большой деревни. Новостройки уже давно поглотили другие хибары. И хотя дом был очень старым, деревянным, с удобствами во дворе, все равно мы были счастливы, что ссоры и скандалы закончились.

– А ваш муж не делал попыток вернуть вас, забрать опять домой? Наверняка он знал, в каких условиях вам приходится жить, – спросила Ника. – Вот я точно знаю, что Миша никогда бы так не поступил. Правда, дорогой?

– Это поступок точно не мужчины, – согласился со своей девушкой Михаил.

– Вопрос не в этом, – перебил его Валера, – а почему вы не отсудили у него жилплощадь? Половина должна была принадлежать вам и детям!

– И продолжать жить с ним под одной крышей? Нет уж, спасибо! – ответила Светлана. – Мне легче было воду из колодца таскать, чем возвратиться в тот кошмар... Но дело-то не в этом. Это все мелочи. Скажу лишь одно: через год мы развелись, а еще через месяц он женился на какой-то пьянчужке, которая присвоила его квартиру себе, а моего бывшего выгнала из дома. Что с ним стало потом, я не знаю, да и не хочу знать. Танюша полностью со мной согласна, ведь так?

– Безусловно, – подтвердила девушка. – Я совсем не помню отца, да и к чему такой отец, который знать не хотел своих детей? Мы жили без него спокойно, поэтому не вижу причин для того, чтобы его искать.

– Да, но... – хотела было что-то вставить Маша, но женщина прервала ее:

– Это совсем не интересная тема, поэтому вернемся к рассказу... Так вот... После нашего вынужденного переезда прошло около восьми-девяти лет. Лежу я как-то в кровати, глаз сомкнуть не могу. Не идет сон, хоть ты тресни. Уже и молока с медом выпила, и валерьянки накапала... не могу заснуть, и все тут. Я посмотрела на часы: было около трех ночи. Решила выйти на крыльцо, воздухом немного подышать. Закуталась в шаль (июньские ночи в тот год были прохладными), стою, смотрю в темноту. А кругом поразительно тихо, да так, что стало даже как-то не по себе. Обычно соседские собаки возятся, лают, совы ухают, а тут - полное безмолвие. Через несколько минут налетел такой шквалистый ветер, что застонали не только деревья, но и наш старенький домишка.

– Гроза, что ли, – поглядывая на небо, пробормотала я, стараясь разглядеть хоть какие-то признаки надвигающейся непогоды.

Да куда там! Ни зги не было видно. Лишь где-то вдали, сквозь стоны и скрипы деревьев уже слышались раскаты грома. Внезапно черное небо прорезала молния, на мгновение осветив все вокруг.

– Пойду-ка я домой, – добавила я и буквально вбежала в дом, закрыв дверь на засов.

Укутавшись в одеяло, я закрыла глаза и под завывания ветра погрузилась в странный и непонятный мне сон. Сначала я блуждала сквозь какие-то дебри, спотыкаясь и падая, потом вдруг деревья расступились, и я вышла в поле, на котором стояли высокие дома. Их было много. Эти дома были не те, которые возводили в семидесятые, а совсем иные. Недолго думая, я решила подойти к ним поближе, чтобы рассмотреть. Внезапно я оказываюсь на какой-то улице. Название я не запомнила, хотя мне почему-то показалось, что в одном из этих домов Я ЖИВУ. Что у меня там отдельная большая двухкомнатная квартира, балкон, с которого открывается прекрасный вид на лес, замечательные соседи. Знать-то я это знаю, тем не менее найти нужный дом не могу. Хожу по дворам, ищу, а все не мое. А уже темнеет. В окнах зажигаются огни, люди садятся ужинать, из какого-то окна слышится приятная, но незнакомая музыка, а я все продолжаю искать. Меня охватывает паника, поскольку понимаю, что заблудилась. Я села на лавочку и заплакала.

– Светка, ты чего? – сквозь слезы слышу я. – Там тебя дети заждались, внуки, а ты тут ревешь.

Подняв лицо, я увидела стоящего подле меня нашего соседа, сгинувшего в том году в лесу. Его и с собаками искали, да все без толку. Одну кепку нашли, и все.

– Семен Семеныч, вы, что ли? – охнула я от неожиданности. – Так... ищут вас давно. Баба Варя ждала, ждала, да к детям в город уехала. А вы...

– А что меня искать? – пожал он плечами. – Я туточки... А вот тебя уже точно заждались. Беги скорее!

– Да куда? – вновь уже собралась я пустить слезу, но сосед жестом остановил меня.

– Так ты сидишь перед ним, дуреха. Вон твой подъезд... ну, тот, что крайний слева.

– А номер квартиры? – допытываюсь я.

– Номер... двенадцать.

И тут как громыхнет над нашим домом, я мигом и проснулась. О многом я еще хотела расспросить Семена Семеновича, но сон прервался. И хотя мне удалось опять заснуть, все же вернуться в то же видение мне так и не удалось.

– Просто удивительно, как вы хорошо запомнили сновидение, – проговорил Валера. – Когда мне что-то снится, то я почти сразу забываю.

– Со мной обычно так же происходит, – кивнула головой Светлана. – Но вот тот сон буквально врезался мне в память... Наутро я рассказала сон детям. Мы долго обсуждали его; я вновь и вновь возвращалась к увиденному, но мы так и не растолковали его, а вскоре и вовсе забыли о нем.

С этого момента прошло... да, много пролетело времени. Саша вырос, выучился, женился, сейчас у него годовалый малыш. Танюша вон какой красавицей стала, институт медицинский окончила, по специальности в поликлинике работает. Разумеется, о сне больше и не вспоминали. Да и много их после этого сновидения было. Разных: и плохих, и хороших. Но несколько месяцев назад произошло событие, которое заставило меня припомнить пророчество, по-другому и не назовешь!

– Ой, неужели? – воскликнула Маша, догадавшись о том, что случилось. – Вам дали...

– Да, дорогая, – улыбнулась рассказчица. – Именно так все и произошло. Чуть меньше года назад наши старенькие дома, которые держались на честном слове, снесли. Там теперь проходит скоростная магистраль. Нам же с дочкой дали отдельную двухкомнатную квартиру в новостройке. Представьте мое изумление, когда мы приезжаем по указанному адресу, я выхожу из машины и вижу дома, стоящие в поле возле леса. Точно такие же дома, как из моего давнего сна. С плохо скрываемым удивлением я шла по улице (как это делала почти десять лет, но лишь во сне), разглядывая дома и дворы.

– Мама, посмотри, – вон наш дом, - проговорила Танюша, указав на многоэтажку.

Моему изумлению не было предела: передо мной возвышался точно такой же дом, какой я видела в сновидении. Оглянувшись, я заметила лавочку... на которой я сидела и плакала.

– Дочка, а ты уверена? – недоверчиво переспросила я.

– Вне всякого сомнения, вон тот подъезд, крайний слева. Квартира номер...

– Двенадцать, – побледнев, вымолвила я.

– Откуда ты знаешь? Запомнила из договора? – удивилась дочурка.

– Нет, – отозвалась я.

И я вкратце напомнила ей о моем сновидении. Мы долго стояли на балконе и смотрели на расстилающийся перед нами зеленый массив и молчали. Дочка парила в облаках, поскольку только что получила диплом и радовалась началу взрослой жизни, а я... я все размышляла о вещих снах, пытаясь проникнуть в их суть. Но я не ученый и не психиатр. Мне не дано осознать то, о чем уже многие из них знают. Тем не менее с тех пор я стала бережней и внимательней относиться к снам, стараясь, по возможности, растолковывать сновидения и прислушиваться к советам, посылаемым нам если не Богом (я – атеистка), то каким-то высшим разумом. Вот такая, ребята, история.

Рассказ четвертый. Ангел-хранитель.

– В этом что-то есть, – согласился Валерка, дослушав до конца рассказ Светланы. – Не буду отрицать. Американский антрополог... забыл его имя... может, слышали, в тридцатые годы нашего столетия он изучал психоанализ... Так вот, в одной из своих работ ученый назовет сон «нераспечатанным письмом Бога». Хотя я склонен понимать вещий сон следующим образом: человеку снится то, что он уже когда-то видел или о чем-то думал, мечтал. Наш мозг трансформирует информацию, вследствие чего во время сна она всплывает и складывается в разнообразные картинки. По-видимому, те условия, в которых вы жили, были настолько тяжелы, что даже в ночных сновидениях вы мечтали об изменениях. Ну, по крайней мере, я так понимаю.

– Возможно, я бы и согласилась с вами, если бы мне приснился какой-то абстрактный дом, а не в точности мое будущее жилище, – парировала женщина. – Может быть, вы объясните мне данный феномен?

– Ну-у... – протянул Валера, слегка сбитый с толку.

– Да не слушайте его, – перебила Маша. – Он – Фома неверующий. Доказать ему что-либо невозможно.

– Да, я – маловер, а что в этом плохого?

– Нет, ничего плохого нет, – встрял в разговор Виталий. – Я как врач тоже не верил в сверхъестественное. Знаете, какое главное правило скептика? Это - не принимать ничего на веру. Но... я был им до поры до времени.

– Это как? – приподняв брови, спросила Маша.

– Да вот один странный случай, произошедший со мной, навсегда изменил мое мировоззрение. Случилось это три года назад.

– Может, расскажешь? Начало впечатляющее, – прищурился Валерка, настороженно относившийся к чудесам такого рода.

– Почему бы и нет? Конечно, с удовольствием. Я уже упомянул, что событие произошло три года назад. Я возвращался с работы совершенно разбитый и уставший. Надо сказать, что день не задался с самого утра, да и на работе был полный завал. Думаю, у всех случались такие дни.

– Это точно, – подтвердил Валера, – со мной бывает такая же петрушка. Если утром что-то пошло не так, как должно быть, то всё – весь день насмарку.

– Ну вот, у меня было примерно так же. Сначала утром машина не завелась, потом в метро в тоннеле поезд двадцать минут проторчал по непонятной причине, из-за чего я опоздал на ежедневную пятиминутку и получил по шапке от главврача, затем пациенты пошли тяжелые... В общем, я ждал окончания дня с большим нетерпением. Перед уходом с работы мне позвонила жена и попросила забежать в аптеку и магазин по дороге домой.

– Хорошо, – ответил я и пошел собираться.

Трясясь и толкаясь в душном вагоне (а те, кто ездил в метро в час пик, знают, о чем я говорю), я наконец-то прибыл на свою остановку. И вот тут-то и началось мое... даже не знаю, как его назвать... приключение. Выхожу я из метро и вдруг вижу, что навстречу мне бежит черный лабрадор. Я – собачник, поэтому сразу обратил внимание на красавца: такой ухоженный, поджарый, с лоснящейся шерстью. Пес остановился возле меня и завилял хвостом.

– Эй, дружище, ты чей? – обратился я к нему. – Где твой хозяин? Уж не потерялся ли ты?

Пес дружелюбно заглядывал мне в глаза и, разумеется, молчал. Рассмотрев его со всех сторон, я заметил ошейник, но, увы, никаких опознавательных знаков на нем не обнаружил.

– Опознавательных знаков? Это что? – спросил Валера. – Что ты хотел на псе разглядеть?

– Ты не понял, – пояснила его жена. – На ошейниках сейчас вешают либо капсулки, в которые вкладывают адрес или телефон хозяев, либо на сам ошейник прикрепляют таблички с данными.

– Машуня, прости, не догадался, – улыбнулся Валерка. – У нас-то всегда кошки жили, поэтому я не в курсе.

– Так вот, повторюсь, ничего из вышеперечисленного Машей я не нашел. Мне стало крайне жаль пса. «Вот куда он пойдет? Ночь на дворе, – подумал я. – А домой... жена убьет меня. У нас и так уже живут кот с таксой. Если приведу еще и этого зверя, то меня самого за дверь выставят. Ладно, была не была. Сегодня переночует, а завтра я напечатаю объявление и расклею по району. Не может быть, чтобы такой красавец числился в бездомных».

– Ну что, дружок, пошли, – предложил я собаке, совершенно не уверенный в том, что животное послушается меня.

Каково же было мое удивление, когда я увидел, что лабрадор покорно последовал за мной. Он продолжал весело помахивать хвостом и заглядывать мне в глаза, как бы говоря: «Ты – мой друг, и я – твой друг».

– Жди здесь, – приказал я псу, когда мы остановились возле аптеки. – Мне нужно купить лекарства. Понятно?

Пес прищурился, - ей-богу, не вру, - и уселся возле двери. В тот момент, скажу откровенно, по моей спине пробежали мурашки. «Какой странный зверь, – входя внутрь, подумал я. – У меня такое впечатление, что он понимает человеческую речь. Бр-р, вздор какой-то. Не зря жена говорит, что пора в отпуск. В голову лезут совершенно идиотские мысли».

В аптеке была большая очередь, поэтому отсутствовал я довольно-таки долго. «Наверно, собака уже ушла», – выходя на улицу, решил я, но тут же наткнулся на «моего» пса.

При моем появлении он вскочил и завилял хвостом.

– Странный ты, дружище, – подмигнув ему, промолвил я. – Ладно, пошли.

После аптеки я завернул в магазин.

– Интересно, что ты ешь? – спросил я его. – Вот чем прикажешь мне кормить тебя?

Лабрадор внимательно смотрел на меня, не отводя взгляда. Второй раз за вечер мне стало не по себе. «Хорошо, куплю ему сухой корм. Или лучше остановиться на мясе? Джон-то (это наша такса), кроме курицы, ничего не ест. А будет ли этот пес курицу, кто знает? Куплю и то и другое. А там посмотрим», – входя в магазин, решил я.

Я отсутствовал около получаса, однако собака терпеливо ждала меня около входа в магазин, не сводя глаз с двери. И вот наконец я вышел, и мы вместе зашагали домой. От магазина до дома идти мне было недолго, всего пять-семь минут. Мой путь пролегал мимо девятиэтажных домов, вдоль которых вела пешеходная дорожка. Мы прошли один дом, потом второй, и тут я внезапно уловил перемену в поведении собаки. Внезапно он с лаем бросился вперед, весь ощетинившись и ощерившись. Затем собака остановилась, повернулась и с рыком кинулась на меня, так и норовя цапнуть меня за ногу. Сказать по правде, я никогда не боялся собак, а тут мне все же стало не по себе. А главное, я никак не мог понять, что произошло с псом и из-за чего он стал таким агрессивным. Лабрадор в прямом смысле слова не давал мне проходу. Его решительные действия заставили меня уйти с тротуара. Я хотел обойти собаку по газону, но пес бросился и туда. Я остановился, не зная, что мне предпринять.

Виталий сделал небольшой глоток из кружки, чтобы унять начавшийся кашель.

– Странно, – воспользовавшись паузой, проговорила Маша. – Признаться, я даже представить не могу, почему поведение вашего попутчика так резко изменилось? Вы ничем не обидели его, не толкнули? Может, совершили какие-то резкие движения, которые не понравились псу, например, могли чем-то его напугать?

– Ничего подобного не было. Мы просто молча шли. Выходка собаки стала для меня полной неожиданностью, – после минутной паузы продолжил рассказчик.

– И каким образом ты попал домой? Вызывал службу отлова? – спросил Валера.

– Нет, конечно, – улыбнулся Виталий. – Зачем? Все разрешилось само собой.

– Это как?

– Не успел я сделать и нескольких шагов по газону, как вдруг, откуда ни возьмись, на пешеходную дорожку упали две бутылки: одна из-под шампанского, другая из-под вина, причем именно на то место, где я должен был бы пройти, если бы не собака. Представляете мое состояние? Не остановись я – эти предметы попали бы мне в голову. И в лучшем случае я получил бы сотрясение мозга, а в худшем... Меня бросило в жар.

– Милый, да ты... спас мне жизнь, дружище! – сев на корточки перед мгновенно успокоившимся псом, проговорил я.

Лабрадор внимательно смотрел на меня и, честное слово, можете не верить, но в ту минуту мне показалось, что он мне улыбнулся... Вот вы сейчас смеетесь, – заметил Виталька, увидев на некоторых лицах ухмылки, – а я могу поклясться чем угодно, что видел это собственными глазами.

– Мы верим, – поддержала его Светлана, – по крайней мере, я.

– И я, – проговорила Маша.

– А чем все закончилось? – задал вопрос Валера. – Пес остался жить с вами, или ты нашел его хозяина?

– Вот в этом-то и вся странность, – не сразу отозвался рассказчик. – После происшествия мы продолжили путь домой. Всю оставшуюся дорогу мой спаситель бежал рядом, то и дело поглядывая на меня. Дойдя до подъезда, мы остановились.

– Ну что, друг, – весело произнес я, уже придя в себя, – пошли знакомиться с моей семьей? Эх, жалко будет, если твой хозяин найдется, хотя я понимаю, что с «родными» тебе будет гораздо лучше. Ладно, обещаю, завтра возьму отгул и посвящу весь день поискам твоей семьи, я как-никак твой должник – сегодня ты спас мне жизнь.

Но тут произошло что-то странное и труднообъяснимое. Пес подошел ко мне, сел и поднял переднюю левую лапу. Я присел рядом и осторожно взял ее и пожал. Затем собака пристально поглядела мне в глаза и... лизнула в щеку. Я был настолько тронут подобным вниманием и доверием со стороны нового четвероногого друга, что на глазах выступили слезы. Да-да, все так и было.

– Пойдем? – спросил я его, поднимаясь.

Но лабрадор тряхнул головой и... побежал от меня прочь. Остановившись метрах в десяти от меня, он повернул ко мне голову и, посмотрев на меня секунд двадцать, затрусил мелкой рысцой по своим делам. Больше я его никогда не видел, хотя на следующее утро развесил объявления по всему району с просьбой сообщить мне о «пропавшем» псе. Я до сих пор не могу найти ответа на вопрос: кем был мой спаситель? Обычной собакой или все-таки моим ангелом-хранителем, принявшим образ собаки для того, чтобы уберечь меня от гибели? Так или иначе, но с тех пор я начал ездить на работу на метро. И, выходя со станции, всякий раз жду и надеюсь, что меня встретит мой друг, взглянет на меня и завиляет хвостом...

Рассказ пятый. Встреча с будущим.

– Ну что, ты все еще продолжаешь не верить в чудеса? – глядя на мужа, с вызовом спросила Маша.

– Как тебе сказать, дорогая, – не желая сдаваться, проговорил Валера. – Возможно, Провидение и вмешалось в жизнь простого человека, но я больше склоняюсь к тому, что произошедшее - случайность, а Виталий что-то нафантазировал себе.

Мужчина отрицательно покачал головой.

– Мы, медики, склонны скорее отрицать сверхъестественное, нежели верить в него. Я стал участником странного происшествия, которое не могу объяснить до сих пор, поэтому и решил поделиться с вами.

– Необъяснимые вещи случаются, и гораздо чаще, чем мы можем себе вообразить, – подходя к костру и усаживаясь рядом с Виталием, вступил в разговор Тарас.

– Неужели и у вас в загашнике есть необычная история? – спросила Маша, широко открыв глаза.

– Думаю, каждый может похвастаться подобным событием, – откликнулся тот, принимая из рук Светланы кружку с ароматным чаем, приготовленным из трав. – Что касается меня, то мой случай так врезался мне в память, что я помню его в мельчайших подробностях по сей день.

– Ой, а вы не поведаете вашу историю? – попросила Маша. – Мой муж никак не хочет поверить в таинственное. Он для всего находит естественное объяснение.

– Что ж, тогда мне точно необходимо рассказать вам историю, приключившуюся со мной в детстве и имевшую продолжение в достаточно зрелом возрасте.

Тарас сделал небольшой глоток душистого чая и приступил к повествованию.

– Это случилось в далеком детстве. Мне тогда было около десяти лет. Жил я в тот момент в Волгограде уже целый год. Отца постоянно переводили из одного гарнизона в другой, а вместе с ним по стране колесили и мы, его семья. Весна в тот год выдалась дружная. Уже в апреле стояла такая жара, словно за окном был июль. Я с мальчишками все выходные пропадал в парке имени Юрия Гагарина. К тому времени была закончена его реконструкция, после которой парк по праву получил славу одного из самых зеленых и современных в СССР. Помимо зоны отдыха, кафе и аттракционов, в нем были разбиты прекрасные цветники и высажено большое количество различных кустарников и деревьев. Мы часто ходили туда с нашей классной, которая рассказывала во время прогулок о разных видах насаждений на территории парка. А растений в нем было около трехсот видов, собранных со всего Союза. Я с друзьями очень любил кататься по дорожкам на велосипеде, особенно в той части, где было мало гуляющих парочек. Дальний уголок парка таил в себе тайну, и мы это чувствовали. Когда мы гоняли по асфальтовым дорожкам, над которыми свешивались ветви ив и рябин, нам казалось, что еще один поворот, и мы столкнемся с чем-то загадочным и интересным. Особенно это ощущалось в пасмурные дни, когда свинцовые тучи сгущались над парком, и становилось мрачно и неуютно. Однажды, именно в такой день, все и произошло...

– А, ты здесь, – услышали сидевшие у костра туристы. – А я тебя потеряла.

– Вера, – прервал рассказ Тарас, обращаясь к жене, – а мы тут невероятные истории рассказываем.

– Мог бы хоть предупредить, – недовольно произнесла Блондинка.

– Да мы никого специально и не приглашали, – объяснила Тамара. – Просто сидим, разговариваем. Кто хочет, тот и приходит. Если хотите, то присоединяйтесь. Места хватит всем.

– Садись, – подвигаясь, сказал Тарас. – Я тут как раз рассказываю одну историю, случившуюся со мной в детстве.

– Я знаю ее?

– По-моему, нет.

– Ну, естественно, зачем жене рассказывать, – фыркнула Вера.

– Может быть, вы уже продолжите? – прервала их Маша. – Так нечестно, вы остановились на самом интересном!

– Хорошо, конечно, – отозвался Тарас, раздосадованный придирками супруги. – Так о чем я?.. Ах, да. И вот в один из выходных дней мы гоняли по дорожкам всей нашей кампанией. Внезапно у меня слетела цепь.

– Эй, – крикнул я вслед ребятам, – я догоню вас, поезжайте!

– Ты сам справишься? – спросил меня закадычный друг Вовка.

– Обязательно, – весело отозвался я, – не в первый раз.

– Отлично!.. Не отставай! Мы будем ждать тебя у дуба! – махнул тот рукой и помчался за остальной командой.

– Хорошо, – крикнул я ему вслед и принялся поправлять цепь.

Мне потребовалось минуты две, не больше, чтобы починить велосипед, и когда все было готово, я прыгнул в седло и погнал за ребятами, которых уже давно потерял из вида. Вначале я не обращал внимания ни на что, поскольку мне хотелось поскорее нагнать друзей. Но все же что-то заставило меня остановиться. «Что за чудеса?» – пронеслось в моей голове.

Я оглянулся по сторонам и обомлел от увиденного: яркий солнечный день вдруг резко сменился прохладным и сумрачным. Стало зябко и очень сыро. Изменилась не только погода, поменялся и сам парк. Вместо ухоженного он превратился в мрачный и запущенный. Мне стало как-то не по себе. Я вновь сел на велосипед и изо всех сил налег на педали, желая поскорее выбраться на те аллеи, где обычно бывало много народа. Я разогнался так быстро, что едва вписался в поворот.

– Эй ты, куда гонишь? – услышал я, чуть не врезавшись в мужчину, которого я просто не заметил из-за охватившего меня страха. – Глаза дома, что ли, забыл?

Не останавливаясь, я проехал еще несколько метров, но потом резко нажал на тормоз и обернулся. Обернулся и мужчина, продолжавший идти по асфальтовой дорожке. Мы смотрели друг на друга несколько секунд, после чего я опять сел на велосипед и поехал к дубу, возле которого меня должны были ждать мои друзья.

– Как странно одет этот человек, – пробормотал я, опять остановившись. – Какая-то странная куртка со множеством карманов, брюки... Спецовка, что ли? Очень необычная... Интересно, а кем он работает? Я тоже такую хочу. Надо спросить!

Страх внезапно улетучился, и я вновь обернулся; впрочем, незнакомца уже не было видно.

– Так, – вслух проговорил я, – эта дорожка ведет к беседке, дальше тупик. Значит, я найду его там и спрошу. Уж больно хочется узнать его профессию. Кому выдают такую робу?

Однако, доехав до конца аллеи, я никого не встретил: ни в беседке, ни возле нее мужчины не оказалось. Я поколесил еще минут двадцать-тридцать по разным дорожкам, но нигде не было странного незнакомца. Он буквально исчез!

– То есть как, исчез? – спросила Светлана, подливая Тарасу чай в кружку. – Такого просто не может быть! Вы, вероятно, его не заметили.

– Вот еще, – невозмутимо возразил Тарас. – Я изъездил все, смотрел во все глаза. К тому же облик этого человека был настолько необычен для того времени, что я просто не мог его пропустить. Наконец, устав, я решил вернуться к друзьям. Однако около дуба их не оказалось, поэтому я поехал домой.

Дома меня ждали взволнованные родители и мои друзья.

– Ты где был? Взгляни на часы! – набросилась на меня мама.

– Как где? – оторопев, ответил я. – С ребятами катался... у меня цепь слетела, я чинил ее. Потом... поехал искать друзей. А когда не нашел, то вернулся домой.

– Ты хочешь сказать, что разыскивал их целый день?

– Почему целый день? Минут тридцать... ну сорок, не больше! – удивился я.

– Минут сорок? Посмотри на часы!

Недоумевая, из-за чего мама подняла такой шум, я поднял глаза и обомлел: часы показывали половину восьмого. То есть я катался в парке не сорок минут, не час и даже не два, а шесть! То-то меня удивило, когда я подъезжал к дому, что темнеть уже начало. Думал, что дождь собирается.

– Ну, так и где ты был? – строго спросил отец.

Я рассказал ему о незнакомце, об изменениях в парке и погоде. Выслушав мой рассказ, родители и друзья пожали плечами, но так и не смогли толком понять, что же со мной приключилось на самом деле.

– Фантазер! – потрепав меня по голове, проговорила мама. – Ладно, иди мой руки и за стол.

– То есть вы так и не узнали, что с вами случилось? – спросила Маша, прервав рассказ Тараса.

– Как не узнал... узнал, спустя долгие годы.

– Ух ты! – с восторгом произнесла женщина. – И что же? Честно, я даже и предположить не могу.

– Ответ на свои вопросы я получил спустя шестнадцать лет, – продолжил повествование мужчина. – Признаться, тот случай настолько врезался мне в память, что я никак не мог забыть о нем... К тому моменту мы уже давно не жили в Волгограде. Я окончил школу, институт, начал работать. Однажды меня командировали в Волгоград. Как же я обрадовался! Мне очень хотелось повидаться с друзьями детства, походить по родным местам. Я назначил встречу с ребятами в одном из кафе, расположенном неподалеку от парка имени Гагарина, того самого, где мы любили с ними гонять на наших велосипедах. Пораньше освободившись, я решил немного прогуляться по аллеям, вспомнить, так сказать, счастливые мгновения детства. Гуляя по парку, я забрел в тот самый отдаленный уголок. Парк сильно изменился, пришел в запустение, стал неухоженным и запущенным. Многие деревья и кустарники погибли и топорщили сухие ветви, клумбы исчезли.

– Жалость какая, – тяжело вздохнул я, вспоминая, каким был парк в годы моего детства.

Но тут со мной произошло нечто, что заставило меня вздрогнуть от неожиданности. Из-за угла на большой скорости выскочил мальчишка на новеньком велосипеде и едва не сбил меня.

– Эй ты, куда гонишь? – крикнул ему я, едва переведя дух. – Глаза дома, что ли, забыл?

Юный велосипедист остановился метрах в десяти и стал внимательно разглядывать меня. Я невольно опустил глаза и начал сам себя рассматривать.

– Что не так? – буркнул я недовольно. – Куртка как куртка.

Затем я поднял глаза и увидел неподдельное удивление мальчугана. Постояв так еще несколько секунд, он прыгнул в седло и помчался дальше. Я пожал плечами и продолжил путь, но, не сделав и двадцати шагов, ощутил какой-то холод.

– Странно... все очень странно, – пробормотал я и тут... буквально уперся в невидимую стену.

Воздух мгновенно сгустился, превратившись в некую осязаемую массу, которую можно было потрогать руками.

– Что за чертовщина? – воскликнул я, отпрянув.

Меня охватила паника, и я стремглав бросился бежать в противоположную сторону.

– Надо найти того мальчишку, он как раз ехал оттуда, и подробно расспросить его.

Впрочем, разыскать того парнишку на новеньком велосипеде мне так и не удалось. Когда же я уже отчаялся найти его, со мной случилось нечто такое, от чего мне стало совсем плохо.

– Господи! – пробормотал я, встав словно вкопанный. – Так это ж был... Я! Ну, конечно, я! Я очень хорошо помню, во что был одет, хорошо помню мой велосипед – подарок родителей ко дню рождения, помню странную встречу...

– То есть как, вы? – вытаращившись, спросила Маша. – Вы хотите сказать, что тем мальчиком на велосипеде...

– Да, именно так! – подтвердил ее слова Тарас. – Тем мальчишкой, который чуть не сбил меня, был я в детстве. По-видимому, произошел какой-то разрыв пространственно-временного континуума.

– Почему вы так решили? Мало ли каких мальчишек могло занести в парк тем днем? – спросил Валера.

– Вероятно, я согласился бы с вами, если бы с детства не помнил до мельчайших подробностей ту встречу с незнакомцем. Проанализировав ситуацию, я понял, почему он (или я) так рассматривал меня. В тот день на мне был джинсовый синий костюм, куртка от которого имела множество карманов. Шестнадцать лет назад таких вещей не было и в помине. Неудивительно, что мне захотелось тогда рассмотреть «робу» поближе. К тому же детские воспоминания отчетливо сохранили облик парка во время нашей встречи с незнакомым мужчиной. Такой, каким он стал сейчас.

Разумеется, найти мальчика мне так и не удалось. Я пробыл в городе еще дней десять, и всякий раз после работы приходил в парк, в надежде вновь столкнуться с самим собой. Но, увы, этого больше не произошло. Чудо не повторилось... Прошлое навсегда захлопнуло передо мною дверь. Но я рад, что смог наконец-то найти ответ на вопрос, что же произошло со мной шестнадцать лет назад: встреча с будущим!

Рассказ шестой. Ягодка-малинка

Все туристы, собравшиеся у весело полыхающего костра, молчали. Эмоциональный рассказ Тараса вызывал интерес, но они не знали, верить мужчине или нет. Скептики, вроде Валерки, только хмыкали.

– Почему ты мне ничего не рассказывал о той встрече? – спросила Вера своего мужа.

– Чтобы ты считала меня сумасшедшим? Да и зачем? Что бы изменилось?

– Ну почему сумасшедшим? – рассмеялась женщина. – Я бы тоже рассказала тебе историю из своего детства, и тогда мы лечились бы в одной и той же клинике.

– Неужели с вами тоже произошла необычная история? – встрепенулась Маша, покосившись на Валерку. – Вот видишь, дорогой, похоже, мне все-таки удастся разубедить тебя.

– Возможно, рано или поздно это случится, но точно могу сказать, что не сейчас, – парировал тот, с недоверием выслушав повествование Тараса, которого, мягко говоря, не уважал.

– Вера, а вы можете рассказать нам свою историю? – попросила Маша. – Мой муж не принимает на веру ничего, что связано с мистикой, ему нужны доказательства.

– Так куда же без них, дорогая? В молодости я интересовался работами Эйнштейна, его теорией относительности. И читал о том, что он проводил опыты с пространством, используя при этом различные хитросплетения. Признаться, меня с детства интересовали перемещения во времени.

– Я тоже читала труды многих ученых о трехмерном пространстве, – вставила Тамара, руководитель группы, – благодаря которому и возможны путешествия в прошлое и будущее. Правда, пока лишь теоретически.

– Пока ученые изучают, с простыми людьми случаются странные случаи, которые оставляют глубокий след в памяти, – ответила Вера. – Если хотите, то могу рассказать. – Впрочем, – тут она с вызовом поглядела на Валеру, – мой рассказ вряд ли сможет служить доказательством того, что перемещения в пространстве возможны. Так что заранее прошу воздержаться от критики.

– Да, пожалуйста, – пожал плечами Валерка, – не очень-то и хотелось.

– Ну, хватит! – перебила его супруга. – Так мы ничего не узнаем... Вера, прошу вас, начинайте. Кому не интересно, может не слушать, а я с удовольствием узнаю вашу историю.

– Хорошо, – сменив гнев на милость, произнесла Блондинка. – Как давно это было... Я тогда впервые столкнулась с несправедливостью, или мне так показалось, ибо в глазах родителей я выглядела обманщицей, за что и была сурово наказана. Сколько воды утекло с тех пор...

Погрузившись в воспоминания, Вера немного взгрустнула. Ведь детство - пора беззаботности и невинных забав - уходит навсегда, и невозможно ничего вернуть назад...

– Мне тогда было около девяти лет, – после небольшой паузы продолжила она. – Мы жили с родителями в частном доме в небольшом поселке, на окраине которого были густые заросли малинника. Летом мы, детвора, постоянно туда бегали, хотя на участках у всех росла садовая малина. Хотя разве лесная может с ней сравниться? Безусловно, нет. Однако родители строго-настрого запрещали нам туда ходить без спросу из-за появившихся в тех местах гадюк. За малинником было небольшое болотце, обычно пересыхавшее летом, но в тот год весна выдалась дождливой, поэтому воды в нем было предостаточно. Вот поэтому змейки и расположились в малиннике: сухо, уютно, да и кто туда полезет?

– Ой, мама, помнишь? – перебила рассказчицу Полина, с аппетитом уплетавшая за обе щеки приготовленную специально для нее на костре форель.

Девушка вполне оправилась после болезни благодаря лечению руководителя похода Хасана. Оно хоть и было очень жестким, но оказалось действенным.

– Помнишь, в том году? Мы тоже были в конном походе, и в один из вечеров остановились, как утром выяснилось, на змеином «островке». Представляете, выходим мы утром из палаток, а вокруг нас кишат змеи. Ужас!

– Ну, такого количества змей, само собой разумеется, не было, – продолжила Вера, – но даже пара гадюк смогла нарушить привычный образ жизни детворы. В то хмурое утро мои друзья отказались идти в малинник. Накануне родители одного мальчика купили цветной телевизор - невиданная роскошь в нашем поселке, поэтому ребята напросились к нему в гости, поглазеть на чудо техники. Я же больше интересовалась малиной, которую обожала, поэтому, захватив с кухни банку, пошла на окраину поселка. Одна и, разумеется, без спроса. Надо сказать, что ягод в тот год уродилось невиданное множество, но и собирали ее тоже много, поэтому я ходила от куста к кусту в поисках оставшихся ягод. Из-за дождей малина была мелкой и не очень сладкой, впрочем, все равно вкусной. Так как я не раз уже собирала в этих местах ягоды, то, безусловно, знала каждую ямку и выбоину, поэтому я сильно удивилась, когда почувствовала, что земля уходит у меня из-под ног. Я стала проваливаться в какую-то глубокую яму, наполненную водой.

– Вероятно, из-за дождей размыло почву? – предположил Валера.

– Или внутренние воды подтопили тот участок, – поддержал его Тарас.

– В ту минуту меня мало интересовала причина возникновения ямы, – промолвила Вера, – поскольку я очень испугалась. Инстинктивно при падении я вытянула руки и изо всех сил вцепилась в небольшие пучки травы. Кричать было бесполезно, так как поблизости домов не было, а по дороге я никого не встретила, стало быть, рассчитывать приходилось только на свои силы. Стиснув зубы и судорожно хватаясь за пучки травы, корни и нижние ветки малины, я стала выкарабкиваться из ямы. Выбравшись из нее, я стремглав побежала в сторону дома, совершенно забыв про банку с ягодами.

– Откуда взялась эта яма? – внезапно остановившись, спросила я саму себя. – Как странно. Ведь вчера же мы с ребятами собирали там малину! Обшарили весь малинник. Не могла же она образоваться за один день. Ой, и что скажут родители, увидев меня в таком виде?

А вид у меня в самом деле был ужасный: мало того, что яма оказалась заполнена холодной водой, так еще, вылезая из нее, я перепачкалась глиной и травой.

– Что теперь будет? – охнула я и еще быстрее побежала к дому, надеясь успеть выстирать платье и смыть с себя грязь раньше, чем родители вернуться с работы.

Однако мне не повезло. В тот день они вернулись раньше обычного и застали меня в самый разгар стирки.

– Что случилось, Верочка? – спросила мама, с подозрением посмотрев на меня. – Почему ты стираешь?

– Я... запачкалась, – покраснев, ответила я, понимая, что скандала мне не избежать. – Совсем немножко.

– Немножко? – разглядывая таз с мутной водой, удивился отец. – Ты где так измазалась? А ноги? Посмотри на свои ноги! В какой луже ты валялась? И зачем?

– Вера, – строго спросила мама, – что произошло? Где ты была? Отвечай!

Я со слезами бросилась к ней и обняла.

– Мамочка, прости, – всхлипывая, пролепетала я, – не ругайся, пожалуйста.

– Да объясни толком, – произнесла она, отстраняя меня. – Я ничего не понимаю.

– Зато я, кажется, догадываюсь, – беря в руки ремень, произнес отец. – Сколько раз мы говорили тебе не ходить одной к малиннику?

– Ты на самом деле там была? – глаза мамы загорелись от негодования.

– Прости, прости, прости! – заревела я еще громче.

– Да подожди, не ори, – перебил меня отец. – Но почему ты вся в грязи? Ты что, забрела в болото? Ты понимаешь, что могла погибнуть?

– Не была я ни в каком болоте, – начала объяснять я. – Я ходила как обычно, сильно не углубляясь, то и дело посматривая себе под ноги, чтобы не наступить на змею.

– Ну, хоть тут ты поступила, словно взрослый человек, – хмыкнул отец, кладя на стол армейский ремень.

– Я уже собралась выходить из малинника, как вдруг поскользнулась и упала в яму.

– В яму? – удивились родители. – Откуда там яма? Сроду ее там не было.

– Не было... мы вчера с ребятами там были, – проговорилась я.

Мама укоризненно взглянула на меня и протянула:

– А-а, вы еще и вчера там ползали. Так-так!

– Ни «так-так», а ремня ей надо хорошего. Тогда научится уважать старших и слушаться их.

– Ну, ремня мы всегда успеем Верке всыпать, – перебила его мама. – Меня интересует вопрос: откуда там взялась яма, да еще и с водой?

– Может, дождями почву размыло?

– Яма... она глубокая была, – тихо добавила я. – Я даже не чувствовала дна.

– А как же ты выбралась? Помог кто?

– Нет, я сама. Я боялась звать на помощь. Цеплялась за траву и малину.

– Ладно, пойдем, поглядим на твою яму, – предложила мама. – Любопытно, честное слово.

Отмыв меня и переодев в чистую одежду, родители пошли к тому месту, где росла малина.

– Ну, показывай, где ты нашла ту злосчастную яму, – сказал мне отец, палкой поднимая ветки малины. – Я пока ничего не вижу.

– Так как же, – растерялась я, – она была тут. Вон моя банка... вон вырванные клочья травы и поломанные ветки, за которые я цеплялась... глина тоже есть. Но яма... исчезла!

Я потеряла дар речи от увиденного. На том месте, где еще час назад находилась глубокая яма с водой, сейчас росли густые кусты малины, усыпанные крупными ягодами. О параллельных мирах и о кривизне пространства-времени тогда никто в нашем поселке и слыхом не слыхивал, поэтому подобные мысли и в голову никому не пришли.

– И что?.. – Родители еще раз все обшарили вокруг на всякий случай. – Где твоя яма? Ты уверена, что она была именно тут?

– Да, конечно! – закричала я в отчаянии. – Я выронила банку в тот момент, когда начала сползать в яму.

– Может, ты потом ее взяла, а позже, еще чего-то испугавшись, просто выронила? – допытывался отец.

– Нет! Все было совсем не так!.. Посмотрите! А трава, а поломанные кусты? – захлюпала я носом.

Я ужасно расстроилась, видя, что родители не верят мне. По их мнению, получалось, что я – обманщица. От бессилия, потому что доказать ничего не получалось, мне стало очень горько.

– Яма там и вправду была, – опустив голову, проговорила я.

– Ладно, хорошо, – хмыкнул отец, увидев мой удрученный вид. – Была, значит, была. Дай, пожалуйста, слово, что никогда... слышишь, никогда! не пойдешь сюда без спроса. Обещаешь?

– Да, – обняв его, отозвалась я. – Честное пионерское!

Уже потом, в институте, когда начала читать научные статьи, я поняла, что на самом деле произошло со мной в детстве. Жаль, что малинник давно уже вырублен и болото осушено, а на месте нашего поселка раскинулся город. Кто знает, может быть, именно в том месте и находился портал, связывающий нас с прошлым и будущем.

Рассказ седьмой. Сила молитвы.

Рассказ Веры об исчезновении загадочной ямы породил много вопросов, ответов на которые не было.

– Кстати, – проговорила Тамара, внимательно выслушав повествование женщины, – я недавно прочитала, что за одну ночь исчезло целое озеро.

– Как - озеро? – не поверив своим ушам, переспросила Маша, с изумлением уставившись на руководителя группы.

– А вот так. Услышала буквально перед отъездом сюда, – продолжила женщина. – В Чили располагалось огромное озеро; если память не изменяет, около пятнадцати тысяч квадратных метров. Подпитывали его ледниковые воды, поэтому оно всегда было полноводным. Посмотреть на местную достопримечательность съезжалось огромное количество туристов со всего света. Но однажды туристическая группа, приехавшая утром, увидела перед собой только безмолвную пустыню.

– Не может быть! Такого не бывает! – послышались со всех сторон недоуменные возгласы.

– Если бы не видела видеорепортажа, то тоже не поверила бы, – согласилась Тамара. – Вместе с тем это случилось на самом деле.

– А как же ученые объяснили подобный феномен? – спросил Машин муж.

– Как, как, Валер... Они лишь сделали предположение, что причина аномалии кроется в ночном землетрясении.

– Но тогда люди должны были бы ощутить толчки?

– Ученые объяснили, что оно произошло примерно на тектоническом уровне. То есть, по их мнению, одна или несколько плит сдвинулись, образовав, таким образом, разлом в земле. Туда, собственно, и устремились воды озера Риеско. Появится ли оно вновь? Предположить, увы, никто не может. Одно можно сказать: земля лишилась еще одного чуда природы.

– Ну, вот видишь, – победоносно поглядев на жену, отметил Валера, – любые загадки можно объяснить с научной точки зрения. А вы все: «сверхъестественное, сверхъестественное».

– Я не согласен с вами, – прервал его Михаил, щуплый паренек двадцати пяти лет.

– Интересно, это еще почему? – уставился на него мужчина.

– Потому что три года назад я стал свидетелем одного случая, объяснить который не смог никто: ни мои друзья, а среди них были-таки люди науки, ни человек, который едва не стал очередной жертвой загадочного озера.

– Невероятно... звучит интригующе... а расскажи, пожалуйста, – разом заговорили туристы, продолжавшие сидеть у потрескивающего костра.

– Обязательно, – охотно согласился Михаил. – Только сразу скажу: найти ответ на вопрос, что же произошло на самом деле, мы так и не сумели; правда, в то время нам было не до расследования. А история началась со звонка моего друга.

– Миха, привет, – услышал я бодрый голос Славки. – Что делаешь? Что нового?

– Да ничего, нормально, вот готовлюсь к экзаменам. А ты как?

Надо сказать, что Слава из нашей компании был самым старшим. Он был братом моего одногруппника, уже работал в НИИ ядерной физики имени Скобельцына, а свободное время посвящал изучению истории. Как говорится, и физик, и лирик в одном флаконе.

– Да я тоже ничего. Готовлюсь к экспедиции на Кольский полуостров. Вадик с Толиком (это были мои одногруппники) тоже собираются. Так что, если нет никаких планов после экзаменов, то присоединяйся. Всего на пару недель.

Недолго думая, я согласился. Отдохнуть после экзаменов на самом деле было нужно, а тут еще и отличная компания подобралась. В общем, сдав все экзамены, мы, собрав вещи, отправились в самый центр Кольского полуострова; в народе его еще называют Русской Лапландией. Путь наш лежал к загадочному Сейдозеру. Я уже упоминал, что Славка увлекался историей, в частности, одной из самых древних цивилизаций – гиперборейской. Я помню, с каким упоением товарищ рассказывал о странных находках, совершенных как раз в тех местах. Вот и решил он сам исследовать озеро и прилегавшую к нему территорию.

– Значит, так, ребята, – раскладывая карту на столе, стал вводить нас в курс дела Славка. – Добраться до озера можно двумя путями: через горный перевал пешком или на лодке по Ловозеру.

– Может, пешком? – предложил я. – Целый месяц на пятой точке сидели. Я лично с удовольствием прогуляюсь.

– Да мы, собственно, не против, – переглянувшись, согласились со мной друзья.

– Хорошо, тогда решено, – сложил карту Славик. – Значит, по прибытии в Мурманск прыгаем в автобус и едем до поселка Ревда. Это примерно три с половины – четыре часа. Я узнавал. Там переночуем, и утречком махнем пешочком до озера. Этот маршрут на самом деле намного короче.

Должен признаться, в те края я влюбился с первых минут пребывания. Весь полуостров окутан загадками и тайнами: это и лабиринты, выложенные когда-то древними людьми, населявшими эту территорию, это и огромные камни, сейды, непонятно каким образом поднятые и установленные на более мелкие. Суровая красота тех земель, практически не тронутая цивилизацией, притягивает. Даже надоедливая мошкара не портит общее впечатление.

Но самым живописным и одновременно самым загадочным местом среди коренного населения считается озеро, к которому мы и держали путь. Еще в поселке нас предупредили, что оно пользуется дурной славой, – уж больно много людей ушло к нему и не вернулось. Честно сказать, от услышанного стало как-то не по себе. Но... любопытство взяло верх, поэтому на рассвете мы выдвинулись на поиски приключений. Нас вызвался сопровождать один местный паренек, Андрюха.

Не буду вдаваться в подробности нашего перехода, а сразу приступлю к самому происшествию. Скажу только, что Сейдозеро произвело на меня неизгладимое впечатление. Такого прекрасного творения природы я не видел никогда.

– Завтра мы съездим на ледник к трем горным озерам, – перебил его Хасан, инструктор туристической группы, – тогда и сравнишь.

– Возможно, – согласился с ним Михаил. – Но до того момента, с уверенностью скажу, что ничего более красивого я еще не встречал. Сама долина озера расположена между холмами таким образом, что туда редко прорываются холодные северные ветра, благодаря чему там образовался свой особый микроклимат.

– Саамы, – заметил наш проводник, – утверждают, что здесь обитает дух. Да и само название - Сейдозеро - говорит об этом.

– А как его называют местные? – спросил Славка.

– Священное. Приезжие – «Озеро духа»... Много людей сгинуло в этих местах.

– А ты не боишься?

– Если бы я верил в эту чепуху, то не пошел бы с вами, – простодушно ответил паренек и зашагал вперед, указывая нам дорогу к месту стоянки.

Царила невероятная тишина: ни шелеста листьев кустарников, ни пения птиц, пропала даже назойливая мошкара. Признаться, мне стало как-то не по себе, и я впервые пожалел, что согласился поехать в экспедицию.

Вообще, с озером связано несколько легенд. Например, про злодея Куйву. Кстати, его изображение мы позже увидели на скале. Но чаще всего о Сейдозере вспоминают, когда говорят о Гиперборее. Будто бы под толщей воды скрывается целый подземный город, основанный гиперборейскими жрецами. Подтверждением предания служат многочисленные артефакты, которые находят в этих местах: иероглифы и следы древних построек на самом дне, обнаруженные одной научной экспедицией. По крайней мере, так нам сказал Слава, отвечая на вопрос, почему он выбрал именно этот маршрут.

– Ну что, остановимся здесь, – указав на небольшой заливчик, предложил проводник. – Отдохнем после перехода, а завтра начнем ваши исследования.

День даже для начала июля выдался очень жарким. Поэтому мы, поставив палатки, разместив в них вещи и разведя костер, решили окунуться в озере. Оно просто притягивало нас, манило своей красотой и... нереальностью. Да-да, именно так. Сейдозеро выглядело словно зеркало – водная гладь была идеальной, нисколько не потревоженной рябью. Невероятно!

– Андрюха, а оно постоянно такое? – спросили мы, раздеваясь.

– Да, – кивнул головой он, – сколько сюда ни приходил, одна и та же картина.

– Странно, – пробормотал я и первым вошел в воду.

Несмотря на то, что она была довольно холодной, мы плавали с огромным удовольствием. Вдоволь наплескавшись, мы вышли на берег.

– Я сделаю еще один заплывчик. Туда и обратно, – крикнул нам Толик и мощными гребками поплыл от берега.

Я краем глаза наблюдал за ним. Ну, мало ли что. С того самого момента, как я услышал в поселке о загадочных исчезновениях людей в этих местах, предчувствие беды закралось мне в душу. Всеми силами я отгонял от себя эти страхи, но они не покидали меня.

Можно сказать, что трагедия разыгралась прямо у меня на глазах, хотя потом, когда мы оценивали произошедшее, я не мог сказать с полной уверенностью, с чего все началось.

Михаил поежился. Его глаза лихорадочно заблестели.

– Знаете, прошел уже не год и не два, а я до сих пор ни разу больше не входил ни в одно озеро. Я вообще плавать боюсь.

– Так что же случилось в тот день? – спросила Тамара, заинтригованная рассказом.

– Что? Никто ничего так и не понял вначале, – как-то странно посмотрев на женщину, отозвался Миша. – Внезапно, откуда ни возьмись, вокруг Толика появились странные пузыри. С каждой секундой их становилось все больше и больше.

– Что за чертовщина? – закричал наш друг, остановившись.

Он всматривался в помутневшие воды, стараясь понять, что вообще происходит.

– Плыви назад! – приказал Славка. – Немедленно возвращайся!

– Я... я не могу, – растерянно отозвался тот. – Меня точно что-то держит.

Вдруг пузыри исчезли, и все замерло.

– Толя, возвращайся!

– Да скорее же! – не выдержал я.

Честно, в то мгновение меня била мелкая дрожь. Я чувствовал, что сейчас произойдет что-то ужасное. И оно случилось.

– Смотрите, смотрите! – закричал Вадик, показывая на мгновенно образовавшуюся вокруг Толика воронку.

– Какого дьявола? – опешил Славка. – Это еще что такое? Андрей!

Но тот стоял, словно зачарованный.

– Мы обидели духа, – посиневшими губами пробормотал он. – Он нам мстит...

– Да какой, на фиг, дух? – взорвался я. – Что ты ахинею несешь?

– Злой дух этих мест. Так гласит легенда.

– Да к черту твои легенды, – закричал Слава и бросился в воду.

В этот миг Толик, который уже начал вращаться по кругу, резко ушел под воду.

– Толя! – закричали мы в ужасе.

– Держись! Я иду к тебе.

Но было уже поздно. Наш друг больше не показывался на поверхности...

– Он... утонул? – осторожно спросила Маша.

– У этой истории счастливый конец, – слегка улыбнувшись, ответил Михаил, – иначе я не стал бы делиться ею. Нет, Толику повезло. Через несколько долгих секунд он вынырнул на поверхность за пределами воронки. Благодаря энергичным гребкам, Славик уже через пару секунд был возле него.

– Держись за меня, я помогу.

Уже оказавшись на берегу, обсохнув и отогревшись, Толя, который все это время молчал, поведал нам о том, что же произошло на самом деле.

– Когда появились пузыри, меня точно что-то или кто-то сковал, – так начался его рассказ. – Меня словно парализовало. Я мог лишь грести руками, в то время как мое тело и ноги потеряли чувствительность, поэтому я и не мог плыть. Когда исчезли пузыри, меня охватил ледяной ужас, и в то же мгновение вода будто бы ожила, начав свой смертельный круговорот. В ушах сильно зашумело, голова закружилась, и рассудок помутился. Последнее, что я помню, так это мою просьбу: «Господи, не оставь меня. Смилуйся! У меня мама и сестренка. Им, кроме меня, некому помочь. Пожалуйста!»

В тот же вечер мы вернулись в поселок, а наутро уехали в Мурманск, не решившись больше искушать судьбу. Да, экспедиция провалилась, но она дала всем нам хороший урок: цените жизнь. Неизвестно, что может произойти с вами завтра. Живите здесь и сейчас и наслаждайтесь каждым прожитым мгновением.

Рассказ восьмой. Неожиданный дождь.

– Вот видишь, – обратилась Маша к мужу, – еще одно подтверждение тому, что пока не все тайны природы человечеству удалось разгадать.

– Слушай, я же не отрицаю их наличия, – отозвался тот. – Просто не верю в сверхъестественное. Всему должно быть найдено разумное и логическое объяснение.

– То есть, если я правильно тебя понял, то ты согласен с тем, что в жизни случаются странности, – вмешался в разговор Владимир.

– Я уверен, что почти все истории, которые нам довелось сегодня услышать, можно объяснить.

– Да? Интересно, каким образом? – рассмеялся Володя. – Например, последний рассказ. Ты хочешь сказать, что готов сейчас озвучить версию, что же на самом деле случилось с тем парнем?

– Я не изучал лимнологию, разумеется, но мне кажется, что данный тип озер - ледникового происхождения, ну, или тектонического, что более вероятно. И тогда объяснить происшествие вообще легко. Литосферные плиты сдвинулись или что-то в этом роде. В любом случае я уверен, что если бы ученые занялись этим вопросом, то ответ был бы найден. Я вот сейчас расскажу о событии, свидетелем которого был лично. И хотя с первого взгляда история покажется кому-то таинственной, но подобное на белом свете случалось, и не раз. Потом я долго копался в библиотеке, пытаясь узнать о подобных явлениях в прошлом. Уж больно интересно было узнать, ЧТО древние люди думали о них.

– Как странно, а мне ты ничего не рассказывал, – надула губы Маша. – Вот так всегда.

– Ну не обижайся, – приобнял Валерка жену. – Мне и в голову не приходило, что тема мистики и потустороннего тебя интересует.

– Ладно, не подлизывайся, а лучше расскажи, что с тобой случилось.

– Я тогда работал корреспондентом в одной газете... Мы с фотографом исколесили почти всю Россию. Куда нас только не забрасывала судьбинушка: Дальний Восток, Якутия, Казахстан, Мурманск, да и много еще всего. Почти десять лет в самолетах и поездах, да по бездорожью нашей необъятной Родины. И вот однажды занесло нас в район Охотского моря. Браконьеры из Японии, да и не только оттуда, повадились ходить в наши воды и вылавливать камчатского краба. Вот редакция и поручила нам написать статью о задержании преступников. Помню, как сейчас: мы вступили на борт пограничного корабля «Днепр», возглавляемого капитаном Павлом Сергеевым, около десяти часов вечера.

– Добро пожаловать, – услышали мы зычный голос коренастого человека с усами. – Мне уже звонили из порта... рассказали про миссию. Помогу, чем смогу. Ваша задача заключается лишь в одном: не мешать работе экипажа и не задавать лишних вопросов. Это понятно?

Я и Санек (мой фотограф) переглянулись.

– Ну, хорошо, мы не будем вертеться под ногами.

– Отлично! – лаконично ответствовал капитан. – Тогда спать, мой помощник покажет вам каюту, а утром приступим к интервью. Сейчас мне некогда. Отходим через час.

Рано утром нас разбудили крики на палубе.

– Лево руля! Так держать!

– Что-то случилось, капитан? – спросил я, забегая в рубку.

– Ничего, обычная рабочая остановка, – буркнул он. – Нам изменили задание, пришлось вносить корректировку.

– А когда мы сможем поговорить? Помните, вы обещали? – напомнил ему я.

– После завтрака и потолкуем... Приглашаю вас отведать самого лучшего омлета от кока мирового уровня. Прошу!

Омлет и правда был бесподобным: воздушным и нежным. Далее следовал чай со сдобными свежеиспеченными булочками. Я даже и представить не мог, что в открытом море можно так вкусно поесть. Поблагодарив Василия (так наш капитан представил своего повара), мы отправились в каюту капитана для интервьюирования.

Вы сами помните, какие это были годы. Да что говорить, и сейчас времена неспокойные, и все же тогда было еще хуже. Мы долго беседовали с капитаном. Сначала он отвечал скупо, осторожно, но потом, видимо, ощутив необходимость выговориться, раскрылся в полной мере.

– Посмотрите на корабль! Я больше трех лет вымаливаю краску. Еще немного, и ржа доконает его. Придется списывать, а у нас и так патрульных судов не хватает. А топливо? Того, что выделяют, катастрофически не хватает. А с нас требуют... а что мы можем с пустыми баками?

– То есть приходится бороться с нарушителями хитростью?

– А что еще остается? – пожал он плечами. – Приходится использовать любые методы, лишь бы не допустить охотников за наживой в наши воды.

– Ну, например? – поинтересовался я.

– Например... ну, есть у нас один такой участок, мы его еще «бубликом» называем. Так вот, нам приходилось даже учения там проводить, лишь бы выгнать браконьеров из мест, богатых рыбой. Они же, уроды, ловят молодняк, не метавшую икру рыбу. Вот и получается, что рыбы с каждым годом становится все меньше и меньше.

– Браконьеры оказывают сопротивление?

– Само собой разумеется. Если не удалось уйти от преследования, то начинают предлагать взятки. Бывает, что и берут инспектора, но такие долго у нас не задерживаются. Суд и реальный срок.

Мы долго еще беседовали о насущных проблемах с капитаном. В его словах слышались боль и досада из-за несовершенных законов, продажности судей и маленьких штрафов.

– Ну представьте: всего пятьсот минимальных зарплат! – возмущался капитан. – Это ничто по сравнению с прибылью, которую они могут заработать, вернувшись с уловом.

Внезапно наш разговор был прерван.

– Капитан, – начал вошедший помощник, – только что сообщили, что нарушитель в двенадцатом секторе.

– Ясно... Я должен идти.

– Можно подняться с вами?

– Помните: не мешать работе.

– Конечно!

Мы немедленно последовали за капитаном и его помощником. Они прошли в рубку, а я с Саньком остался на палубе в ожидании захватывающего зрелища, как мы предполагали. Вместо этого судьба преподнесла нам такой сюрприз, от которого мы отходили очень-очень долго.

– Неужели вы совершили вооруженное нападение на браконьеров? – ужаснулась Маша. – Теперь я понимаю, почему ты ничего мне не рассказывал.

– Да нет, до этого не дошло, однако... ту поездку я не забуду никогда...

– ...Капитан! Судно прямо по курсу, – услышали мы голос помощника.

– Вижу, – пробормотал тот, внимательно разглядывая черные тучи, которые появились на горизонте. – Не нравятся они мне. Ох, как не нравятся...

А между тем поднялся ветер, усиливавшийся с каждой минутой. До нас стали доноситься раскаты грома. Мрачные тучи темной громадиной надвигались на нас с невероятной быстротой.

– Этого еще не хватало. Вот, черт! Уйдут, гады! – сокрушенно покачал головой капитан.

– Пал Палыч, что будем делать? – обратился к нему помощник. – По рации передали, что надвигается ураган. Мы еще успеем уйти.

– Уйти, не выполнив задания?

– Мы все равно не сможем их задержать в сложившихся обстоятельствах.

– Надо хотя бы попробовать.

Волнение на море усилилось. Наше суденышко то погружалось в пучину, то на гребне волны взлетало вверх. Мне, никогда не ходившему в море, при каждом погружении в бездну казалось, что мы уже никогда не выплывем из нее. Однако спокойствие экипажа придавало сил и давало надежду на благополучный исход.

– Капитан, нарушитель! – услышали мы сквозь рев и свист ветра.

– Экипажу приготовиться!.. You violated the territorial waters of Russia... Что за черт? Это еще что такое? – опешив, спросил он.

То, что произошло в следующую минуту, описать словами очень трудно. Небеса разверзлись, и на нас полился... нет, скорее повалились... вы не поверите... КОРОВЫ!

– Что???.. Как так?.. Такого не может быть!.. Это невероятно! – послышались со всех сторон взволнованные голоса туристов, сидевших у пылающего костра.

– Мы правильно тебя поняли? – переспросила руководительница группы Тамара. – Ты сказал КОРОВЫ?

– Да, именно так, – подтвердил свои слова Валера. – Самые настоящие живые коровы. Они падали с неба повсюду. К сожалению, спасти их мы не могли, не позволяли погодные условия. Да и куда бы мы разместили их? Мы только молили Бога, чтобы одно из таких милых созданий не упало на нашу палубу. Тогда бы судну пришел конец.

– И чем же закончилась эта невероятная история? – задала вопрос Маша, слушавшая мужа, широко раскрыв глаза.

– Нам повезло, – продолжил рассказ Валерка. – Дождь из коров не повредил наше судно. Только одна из них слегка чиркнула по борту, но мы не получили никаких серьезных повреждений. А вот южнокорейскому сейнеру удача не улыбнулась в тот день. Свершилось правосудие высших сил. Жвачные все-таки угодили в корабль: одна упала на ют, другая угодила прямо в рубку. Увы, в считанные секунды бот затонул. Из команды никто не выжил.

– А откуда в воздухе появились коровы? – недоуменно спросила Маша.

– Когда мы вернулись на берег, я занялся расследованием необычного дождя. Мне удалось выяснить, что незадолго до этого на территории края замечали какие-то вихри... наподобие торнадо, что ли, которое унесло одно стадо. Животных так и не нашли.

– То есть ты хочешь сказать, что падающие с неба коровы – это и есть то исчезнувшее стадо? – спросила Тамара.

– Другого объяснения просто и быть не может, – отозвался Валера. – Видимо, так оно и случилось. Вернувшись домой, я пошел в библиотеку в надежде найти описания похожих происшествий. Я был уверен, что такое событие – не единичный случай. Мне было любопытно узнать, случались ли подобные вещи когда-либо еще. Признаюсь, пришлось изрядно покопаться в архивах, но мои старания не пропали даром. На пятом часу я все же нашел то, что искал.

– Ой, а расскажи, расскажи! – взмолилась Машка.

– Ну конечно!.. Таких невероятных дождей в истории, как оказалось, случалось немало. Ну, например, в 1978 году в Австралии в небольшом городке, название уже не вспомню, прошел дождь из креветок. А в 1578 году в норвежском городе Берген вместо капель воды на головы горожан полетели мыши. А самый невероятный случай произошел в 1877 году, когда над городом Мемфис вместе с водой с неба посыпались еще и тысячи змей, причем совершенно разных видов и размеров. Человечество хранит память и о лягушачьем дожде, и о рыбном, и даже о птичьем.

– Ну, а как же люди объясняли подобные явления?

– Древние – карой Господней, в более поздние века – появилось толкование то же, что и у современных ученых. Ураганы, торнадо в связи с изменением климата стали частыми гостями на нашей планете, отсюда и невероятные инциденты, некоторые из которых можно на самом деле назвать Божьим наказанием за совершенное зло...

Рассказ девятый. Снежный человек

– Какие звезды! – услышали туристы голос фотографа Геннадия. – Мы с Ленкой такие кадры сделали! Когда домой вернемся, то отправлю одну из фотографий в журнал на какой-нибудь конкурс. Уверен, что такими снимками на высоте трех тысяч метров мало кто может похвастаться.

– Ох, зато ты горазд хвалиться! – засмеялась его жена. – Пользы от твоего хобби нет, хотя некоторые снимки на самом деле отличные. Мой папа был известным фотографом в свое время, поэтому я знаю толк в фотографии.

– Жинка, жинка, – обнял он ее за талию, – совсем своего мужа не ценишь.

– Ценю, еще как! – со смехом возразила она, отодвигаясь и садясь рядом с руководителем группы Тамарой. – Только с мужчинами надобно себя вести как с хищными зверями. Иначе либо смотаются, либо спутаются. Я права?

– Что есть, то есть, – рассмеялась соседка. – С ними ухо держи востро.

– Ладно, не так уж мы и плохи. Ну, большинство из нас, – заметил Геннадий. – Кстати, а о чем вы тут говорили? Что за Божье наказание и тому подобное?

– А мы пытаемся моего мужа убедить в том, что на земле существует много непознанного и странного. Валера не верит нам. Вот мы и делимся различными историями о загадочных событиях, некогда случившихся с нами.

– Признаться, я и сам скептически отношусь к различным якобы «правдивым» россказням, поэтому понимаю и где-то разделяю позицию твоего мужа, Маша. Уж прости... Ой, а хотите, я расскажу вам одну историю, участником которой я однажды стал? На первый взгляд она очень подходит к сегодняшней теме, но не буду выдавать все тайны, а начну по порядку. Вы не против?

– Нет, конечно, – откликнулись участники похода, – нам будет очень интересно послушать.

– Чая хватит еще на много рассказов, – отозвалась дежурившая у котла Светлана. – Правда, потом в кусты будем ночью бегать.

– Вот именно про это мне и хотелось вам рассказать, попали в точку, – рассмеялся Геннадий, усаживаясь на чурбан. – Нет, нет. Все в рамках приличий, поверьте... Итак, на заре моей далекой юности и произошел тот случай. Дело было так... Познакомился я однажды в парке с одной девушкой. Хрупкая, в летнем ситцевом платье в горошек, она увлеченно наблюдала за белками. Почему я обратил на нее внимание? Видимо, лишь потому, что на ее тонюсенькой шее висел тяжелый профессиональный фотоаппарат. Я сам обожал фотографировать, поэтому не мог просто пройти мимо. Мы разговорились, начали встречаться, обмениваться фотографиями и незаметно друг в друга влюбились.

– Да, все так и было. Хотя мои родители и не одобряли мой выбор, тем не менее - юность, сердцу не прикажешь, – добавила Елена.

– Твои родители всегда были строги ко мне... Но я продолжу... так прошел год. Еще зимой, любуясь заснеженными улицами, мы решили, что с наступлением лета рванем в Крым: отдохнуть, побродить и поснимать местные достопримечательности. Мы уже все подготовили, рассчитали, однако накануне отъезда разругались в пух и прах.

– Ну и поезжай один, – бросила она мне, хлопнув дверью.

Разумеется, один я не поехал в Крым. Что бы я там делал? Ну а так как мне не хотелось, чтобы отпуск пропал зря, то, быстро собрав вещи: палатку, туристический топорик, котелок, нож, запас еды и теплой одежды, подходящую обувь, я решил отправиться в Карпаты, в поход. Я уже бывал в тех местах, поэтому знал маршрут и не боялся идти один. Времена тогда были спокойные, поэтому можно было не опасаться бандитов и хулиганов.

Мне повезло. В поезде я познакомился с группой туристов моего возраста, направляющихся в те же края. Ну, а поскольку они никогда не посещали тех мест, я вызвался быть их проводником и обещал показать интересные места.

– Ген, нам так повезло, что мы тебя встретили, – заметила Олеся, одна из девушек. – Вовка хоть и изучал местность по карте, но все равно страшновато идти впервые.

– Помогу, чем смогу, – великодушно заметил я, довольный тем, что не придется по горам бродить в одиночестве. С компанией все-таки повеселее.

И вот как-то вечером мы сидели у костра... ну прямо как сейчас... и рассказывали друг другу разные байки. Но травили в основном страшилки: о морских чудищах, земноводных гадах и т.д. И тут один из ребят решил поделиться с нами историей, которую в детстве рассказал ему отец. Именно от него я и узнал о существовании двух разных видов гоминидов: огромном детине больше двух метров ростом и йети - небольшого росточка, не больше обычной обезьяны.

– Гомини... что? – наморщив нос, спросила Маша.

– Гоминид – то есть человекоподобный; ну, снежный человек.

– А-а... вот я - темный человек.

– Да все нормально. Все знать невозможно... Ну так вот, сидим у костра, ужинаем, а он нам заливает...

– ...Как-то раз мой отец с дядей (а тот тогда работал лесничим в каком-то заповеднике, расположенном в Восточной Сибири) отправились в лес на охоту. Долго ходили, да вот только не везло им в тот день. Ничего дельного не подстрелили: так, пару глухарей да рябчика.

– Ладно, пора возвращаться, – сказал дядя Митя отцу. – Вон тучи пошли, сейчас дождь польет. Животные чуют изменения погоды, поэтому давно попрятались по логовам.

– Э-эх, жаль. Выбрался к вам всего на пару дней, – протянул отец раздосадовано. – Когда еще случай представится заглянуть в твои угодья?

– Кто знает: может, завтра получше будет. Тут не угадаешь. Но ужин у нас есть, и то хорошо. Пошли!

Но не сделали они и трех шагов, как заметили между деревьями прямо перед собой странное существо. Внешне оно было очень похоже на волка: тот же окрас, та же морда, те же лапы. Разница была лишь в том, что этот «волк» ходил на двух ногах.

– Ой, да не ври! – засмеялся Макар, старший в группе. – Видно, сослепу показалось. Ты сам говорил: тучи, значит, темно уже было.

– Слушай, рассказываю то, что слышал, – взъелся Володя. – А уж верить или не верить – это уже ваше дело.

– Ребята, не ссорьтесь, – утихомирила их Олеся. – Так кто это был на самом деле? Твои родные узнали?

– Да они так напугались, что рванули на базу, аж пятки сверкали. Даже добычу побросали.

– А, кстати, я читал, что в Карпатах тоже видели йети, – как бы между прочим отметил Олег, друг Олеси. – Ты ни разу его не видел, Ген?

– Да нет, не приходилось... к счастью. А то ночью выйдешь из палатки, а тут сюрприз.

– Ой, ну хватит, – взвизгнули девчонки. – И так страшно стало после ваших рассказов, а тут вы еще со своим снежным человеком... ужас нагоняете!

– Ладно, ладно, не будем, – улыбнулся Макар. – Ну что, ребят? По палаткам? Завтра рассвет же собирались встречать. Всем отбой!

Я залез в свой спальник и тотчас же заснул. Однако то ли консервы были просроченные, то ли просто сами по себе плохие, но через пару часов мой живот запел рулады. Прихватив туалетную бумагу и фонарь, я понесся подальше от лагеря в поисках укромного места. В ту ночь я был не единственным, кто...

– Неужели вы повстречали йети? – прервала его Тамара. – Нет, правда?..

– Не торопите меня. Рано или поздно вы все узнаете, – лукаво взглянув на руководителя, ответил Геннадий. – Так вот, я продолжу... Естественно, я не буду вдаваться в подробности... ну, сами понимаете... Бросив фонарь на землю, я совершил необходимый в данном случае ритуал. По его окончании, я, не глядя, потянулся за фонарем, но вместо холодной стали нащупал что-то мягкое, покрытое шерстью. Внутри меня все оборвалось. Да что говорить: душа ушла в пятки в прямом и переносном смысле...

– Это был снежный человек? – охнула Машка.

– Да не перебивай, – оборвал жену Валера.

Маша надула губы и отвернулась.

– Ребята, не ссорьтесь! – попросил Геннадий. – Нашли из-за чего... Да, собственно, и рассказывать уже нечего.

– Как нечего? – изумилась Тамара. – Вы так и не сказали, кого вы встретили в горах.

– Ох, даже стыдно вспоминать, – рассмеялся мужчина. – Подхватил я свои брюки и, застегиваясь на ходу, помчался в сторону нашего лагеря, в котором уже никто не спал, ибо мои истошные вопли разбудили не только моих товарищей, но и всех окрестных зверей и птиц. Их недовольные вскрики мы слышали еще долго.

– Ты чего кричал? – дрожащим голосом спросил Макар, разглядывая меня во все глаза.

А вид мой, несмотря на искаженное от испуга лицо, на самом деле был весьма комичным: волосы дыбом, рубашка местами порвана, брюки без подтяжек висят.

– Что произошло?.. Кого ты увидел?.. Ребята, а что тут у вас?.. Ой, а ты вообще откуда в таком виде? – посыпались со всех сторон вопросы.

– Там... в... не... когда... под... близко...

Верите, в тот миг говорить я мог лишь наречиями, предлогами и междометиями.

– Да подожди, – схватив меня за плечи, произнес Макар. – Прежде всего, успокойся... Вов, принеси чего-нибудь из неприкосновенного запаса...

Мне дали выпить полстакана чистого спирта, но даже после него меня продолжало трясти.

– Так, теперь сядь, приди в себя и успокойся... Олесь, может, тогда уже кофейку всем? Сделаешь? Олег, разведи, пожалуйста, костер... Так, теперь с тобой.

Макар присел передо мной на корточки и, поправив плед, в который меня завернули девушки, добродушно произнес:

– Гена... все в порядке? Ты уже немного пришел в себя?

– Кажется... черт, что или, точнее, кто это был? – с трудом подбирая слова, начал я.

– Ты кого-то видел?

Я рассказал ему и подошедшим поближе ребятам свою историю.

Они, разумеется, посмеялись вначале, но, узнав, что я натолкнулся на невиданное существо, насторожились.

– Я даже кусок шерсти у него выдрал... ну, для доказательства. Знал, что не поверите!.. Уверен, что это был он... гоминид... Он такой огромный! А как заревел, увидев меня...

Вытащив руку из-под пледа, я протянул кулак, в котором был зажат выдранный клок, и показал его ребятам. А потом... такого гогота, сопровождающегося залихватским свистом, я не слышал еще никогда в своей жизни.

– Ну, ты и напугал нас!

Макар и ребята все никак не могли остановиться. Они продолжали смеяться еще очень долго. Я словно дурак смотрел на них и никак не мог понять причину истерического хохота. Наконец, мои товарищи успокоились, и Олег проговорил:

– Генка, ну ты даешь! Мы тут чуть Богу душу не отдали от страха.

– Так я же видел...

– Медведя, дуралей! Это шерсть медведя. А рыкнула зверюга на тебя знаешь, почему?.. Да я бы сам рявкнул на кого угодно, если бы у меня из головы такой клок вырвали. Он спал, а тут ты пришел. Другого места не нашел, что ли?

И хотя его объяснения были логичны, но утром я все же нашел то место; благо дорогу, когда я продирался обратно в лагерь, я протоптал ого-го. Было такое ощущение, что через кусты ломилось целое стадо озверевших буйволов. Да, Олег был прав, мишка на самом деле спал, не отходя от кустов спелой малины, которой в тот год было видимо-невидимо.

Больше, сколько мы ни ходили по горам, ни медведя, ни уж тем более йети мы не видели. Единственно, дали себе зарок: никаких страшных историй на ночь. А то мало ли что может померещиться.

Рассказ десятый. Ночной переполох.

– Кстати, – воскликнула Маша, выслушав рассказ фотографа, – я тут вспомнила один случай, произошедший со мной много-много лет назад. Меня, как отличницу, единственную из нашей школы отправили по путевке в лагерь «Артек». Вы не представляете, ЧТО это тогда значило. Какая я ходила гордая, ловя завистливые взгляды не только одноклассников, но и остальных детей. Причем в тот год туда приехала и американская школьница Саманта Смит. К сожалению, мне не удалось пообщаться с ней, поскольку девочка приехала во вторую смену, а я была в первой.

– Помню-помню эту нашумевшую историю про ту девочку, – отозвалась Тамара. – Мы с Полиной в это время были в другом лагере, «Чайка», от Министерства обороны. По численности детей он уступал лишь «Артеку». У нас много тогда говорили о ее визите, жалели, что американка приехала не в наш лагерь.

– И что же там произошло? – поинтересовался Валера у супруги. – Предполагаю, что-то сверхъестественное?

– Ну... как сказать, – немного замялась Маша, – и да, и нет. Но резонанс был такой, что многие надолго запомнили эту историю. И что интересно, началась она тоже возле костра.

Маша перевела дыхание и начала свое повествование:

– Это был наш первый вечер в лагере. Мы только приехали, распаковались, немного огляделись, поужинали. По правде сказать, мы даже познакомиться, собственно, не успели толком. На это просто не хватило времени. Именно поэтому наш вожатый Витя и решил собрать нас возле костра. И, прежде чем начать с нами знакомиться, он принялся рассказывать о лагерной жизни.

– Дорогие ребята, – начал вожатый, – вы уже, наверно, знаете, что наш лагерь существует с 1925 года. Тогда детишки жили в спартанских условиях: брезентовые палатки, деревянные кровати, стулья и тумбочки, а столовую, в которой стояли грубо сколоченные столы, накрытые белыми скатертями, укрывали тентом. Но все были проникнуты духом дружбы. Это своеобразный девиз нашего лагеря.

Витя еще долго рассказывал нам о самом лагере, о его распорядке, о различных кружках и мероприятиях, в которых мы будем принимать участие. А после этого перешел к самому интересному для любителей всякой мистики и страшилок:

– А кто из вас знает о привидении, живущем на территории нашего лагеря? – таинственным голосом вдруг спросил вожатый.

Мы все так и охнули. А нам-то по восемь-девять, представляете, как загорелись наши глаза при слове «привидение».

– А тут правда живут призраки? – спросил мальчик, сидевший рядом со мной.

– Естественно, – утвердительно кивнул головой Витя, – и не один, а целых три.

– Ничего себе! – Мы принялись переглядываться и шушукаться. – А расскажите, пожалуйста!

– Ну, о первых двух я не буду говорить, ничего особенного. Ходят себе и ходят по парку Винера. К тому же их не видели уже больше пяти лет. Может, ушли, а может, и вовсе исчезли. А вот о Белой Леди поведаю. Более того, мы можем вызвать ее сегодня. Хотите? Но после рассказа. Договорились?

Мы закивали головами и, затаив дыхание, принялись слушать. Честно, мы не могли поверить своим ушам: всего первый день в лагере, а тут уже намечается такое приключение. Ох, если бы мы знали (а главное, если бы Витя знал), чем все обернется, то никогда бы не поддались на его провокацию.

– Раньше, до революции, – заговорщицким шепотом начал он, – на месте нашего лагеря «Лазурный» находился один из самых лучших курортов для аристократов «Суук-су».

– А что это слово обозначает? – спросила я.

– Что-что, – замялся вожатый, не особо подробно, по всей видимости, изучивший историю «Артека». – Тут в стародавние времена могильник был. Видимо, что-то связанное с надгробиями или тому подобным.

Признаться, у нас по спинам побежали мурашки. Потом уже я, с присущей мне дотошностью, нашла в библиотеке книгу про Крым и узнала, что в переводе с татарского это название означало «холодная вода». Но тогда меня и ребят интересовало лишь привидение.

– Так вот, – продолжил вожатый после минутной паузы, – до двадцатых годов здесь отдыхали аристократы. Представляете, по аллеям ходили дамы в красивых платьях, шляпах, с кружевными зонтиками от ярких лучей солнца в сопровождении кавалеров. Играла легкая музыка...

– А привидение, привидение! Причем тут привидение? – затараторили ребята, сгоравшие от любопытства.

– Не торопите меня, – улыбнулся Витя, – не надо бежать впереди паровоза... Так вот, когда в город пришли красные, Ольга Михайловна Соловьева, владелица курорта, вместе с дочерью и зятем покинула страну и перебралась сначала в Константинополь, а потом уж в Берлин, где и умерла в 1935 году. Ее похоронили на местном кладбище, но в 1966 году бесхозную могилу убрали и...

– И?.. – мы превратились вслух.

– И с тех пор в лагере стал появляться дух Белой Леди, – прошептал вожатый.

– А почему? – спросила Алиса, моя соседка по палате. – Я читала, что дух появляется лишь в тех местах, где был убит человек. Она тоже погибла?

– Ну, насколько я знаю, – немного поразмыслив, добавил Витя, – бывшая хозяйка курорта умерла в клинике для душевнобольных.

– Тогда очень странно, – фыркнула девочка.

– Но я не сказал, ГДЕ ее видели, – загадочно улыбнувшись, возобновил рассказ вожатый.

– А где?

– Возле склепа, где похоронен ее горячо любимый муж. Наверно, из-за того, что ее могилу осквернили, она и не может теперь обрести покой. Вот и бродит по тем местам, где когда-то была счастлива.

– А вы сказали, что мы можем хозяйку вызвать, – проговорил один мальчуган. – Неужели это возможно?

– А вот сейчас вы и увидите, – подмигнул Витя и жестом пригласил нас следовать за ним.

Впрочем, то ли день выдался не особо удачным (а дело было в полнолуние), то ли он на самом деле разозлил привидение, но ночью в лагере произошло такое, о чем судачили не один день.

Как оказалось потом, наш вожатый уже не раз проделывал этот фокус. Всем отрядом мы двинулись к склепу, где был похоронен основатель курорта Суук-Су Владимир Ильич Березин. Более загадочного места я тогда и представить себе не могла. Вообще, он мало походил на склеп, скорее на вход в потусторонний мир. На плите перед входом наш вожатый мелом начал чертить какие-то странные знаки.

– Это пентаграмма, – шепотом поведала мне Алиса с видом знатока.

– А это что за знак? – указала я на символ, похожий на букву Ш и еще другие таинственные иероглифы.

– Ой, а это я не знаю. Надо будет потом спросить.

Пока мы перешептывались с соседкой, Витя начал устанавливать и зажигать свечи, раскидывать цветные камешки и сухие куриные лапки.

– А теперь, – негромко произнес вожатый, – возьмитесь все за руки и скажите: «Белая Леди, явись! Белая Леди, явись!»

Мы, взвинченные до предела, машинально повторили его слова, и тут... до нас донеслись сначала жалобные стоны, а затем послышалось негромкое бормотание и шелест платья. Мы обернулись и увидели, что из-за стволов деревьев, обступавших склеп, появилось ОНО. Привидение, облаченное в белые одеяния, плавно двинулось к нам. Мы похолодели от невыразимого ужаса. Сами того не сознавая, мы начали пятиться назад, пытаясь спрятаться за спины друг друга. А между тем фигура в белом платье продолжала медленно приближаться к нам. Витя посветил фонарем на привидение, и в его луче мы увидели неестественно белое, искаженное злобным торжеством лицо призрака.

Это мы уже потом узнали, что все было подстроено, нас просто хотели разыграть; никакого привидения не было и в помине, а была вторая вожатая, закутанная в простынь. Но в тот миг никто не усомнился в том, что перед нами - самый настоящий фантом. С криками и визгом мы бросились врассыпную. Честно, я не помню, как мы добрались до нашего корпуса. Со мной и Алисой бежали еще несколько ребят и наш вожатый Витя. Когда же мы наконец-то влетели в наш корпус и за нами закрылась дверь, то все вздохнули с облегчением.

– К-как х-хорошо, ч-что м-мы в.. в... бее-зопасности, – тяжело дыша, промычал один мальчик. – Я... я... о-очень ис... ис... испугался.

– Ты чего так говоришь? – удивился вожатый, подходя к нему поближе. – Говори нормально.

– Н-не... н-не... м-могу, – сказал тот и заревел.

Витя стал белее снега.

– Вот черт, – вполголоса пробормотал он. – Этого еще не хватало...

– Эй, тебя как зовут? – обратился вожатый к мальчугану.

– С... С... С-слава, – сквозь слезы проговорил тот.

– Послушай, Славик, это была просто шутка. Честное пионерское! Никакого привидения на самом деле нет. Мы просто хотели повеселить вас.

Но его слова на мальчика не подействовали. Он заплакал еще громче, а заикаться стал еще сильнее. Витя приказал всем расходиться по своим комнатам, а сам с заикающимся мальчиком поспешил в медпункт.

Что произошло потом, мы узнали уже от Светланы, той самой вожатой, что исполняла роль призрака.

А скандал разразился грандиозный. Врач, не сумевший привести Славу в норму, обо всем доложил начальнику «Лазурного», а тот - генеральному директору «Артека». Шутка ли: в лагерь привезли нормального ребенка, а он в первый же день получил психологическую травму.

– Вы идиоты? – орал на вожатых директор «Артека». – Петр Семеныч, откуда ты набрал этих клоунов?

– Так они у нас уже больше пяти лет работают, – оправдывался тот, побагровев от гнева и досады. – Никогда с ними не было проблем.

– И часто вы «проверяли на стойкость» своих подопечных, позвольте полюбопытствовать? Да не молчите вы, черт побери! – не унимался директор.

– Каждую смену, – опустив голову, ответил Витя. – Ребятам нравятся рассказы о вампирах, призраках и тому подобное.

– А если им понравится прыгать со скалы, то вы позволите им сделать, как они хотят? Таким образом вы зарабатываете дешевую популярность среди своих подопечных? Этому вас учили в педагогических вузах? А тебе, Петр Андреевич, разве я не говорил, КАКИМ ОБРАЗОМ нужно подбирать персонал? Я что, мало проводил инструктаж по этому вопросу? Разве вы не понимаете, как данный инцидент отразится на репутации лагеря?

Вожатые и начальник «Лазурного» стояли перед директором лагеря посрамленные, не смея поднять головы.

– Значит, так, умники, – обратился он к Свете и Вите. – Я сейчас позвонил в Ялту и вызвал среди ночи главного психиатра города, вытащив его из постели. Если он ничего не сумеет сделать, то клянусь, завтра вы вылетите из лагеря с таким рекомендациями, что вас не возьмут работать ни в одно учреждение, где есть дети.

К сожалению, и лучший психиатр ничем не помог. Увы, медицина в данном случае оказалась бессильна. На директора «Артека» жалко было смотреть. Ну еще бы: ему выпала незавидная роль. Он должен был сообщить родителям Славика, что его горе-подчиненные повредили психику их чада. Дрожащей рукой он снял трубку и набрал номер родителей Славы.

– Будете сами сейчас объяснять, что тут произошло, – не глядя на стоящих перед ним Витю и Светлану, которые всю ночь писали объяснительные, строго произнес он. – А потом соберете свои вещи и... Добрый день! Раиса Георгиевна? Вас беспокоит генеральный директор лагеря «Артек» Станислав Валерьевич... О, ну что вы, ничего не случилось... Почти... Нет, ваш сын жив и здоров... хотя, должен признаться, не совсем здоров. Понимаете, так случилось... по вине моих подчиненных... в общем, вчера вечером произошла небольшая история... нет-нет, с вашим сыном совершенно все хорошо, за исключением того, что он... ну, как это сказать, немного... совсем немного заикается... ЧТО???

А дальше произошло то, чего никто никак не ожидал. Вожатые с красными пятнами на лицах пулей вылетели из кабинета директора «Артека», в котором хохотал Станислав Валерьевич. Его безудержный смех еще долго не затихал в узком коридоре здания администрации.

Я не зря в самом начале упомянула о том, что у нас почти не было времени познакомиться друг с другом. Именно из-за этого и случился весь этот ночной переполох: оказалось, что Славик заикается с детства. Но вожатый Витя не успел узнать об этой особенности своего подопечного, за что и поплатился. А мальчика настолько потрясло приключение, что ему и в голову не пришло сообщить кому-либо о своей «болезни».

После этого случая Белая Леди уже никогда больше не появлялась в лагере, а Витя получил хороший урок, который запомнил на всю жизнь.

Рассказ одиннадцатый. Получить по заслугам.

Туристы, сидевшие у костра, еще долго смеялись над Машиным рассказом.

– Надеюсь, у вашего вожатого пропало желание подшучивать над детишками, – со смехом проговорил Валера. – Представляю его ощущения в тот миг, когда он узнал о последствиях неудачной шутки.

– Это точно, – согласилась с ним жена. – За всю оставшуюся смену мы не увидели на лице Вити и тени улыбки, хотя, как нам рассказывали, он считался весельчаком и балагуром.

– Белая Леди все же отомстила за некорректное отношение к ней, – предположил Валерка.

– Тут трудно судить, – отозвалась руководительница группы Тамара. – Не помню, кто сказал: «Между местью и наказанием есть разница: наказание производится ради наказуемого, а мщение ради мстящего, чтобы утолить его гнев».

– Это Аристотель, мамуль, – добавила Полина. – Буквально перед отъездом я пролистывала книгу «Мудрость тысячелетий», искала цитату для сочинения на эту тему и натолкнулась на изречение философа.

– Какие интересные темы вам задают в школе, – удивилась Ника, сидевшая рядом с девушкой. – Надо взять на заметку. Попробую тоже предложить своим ребятам написать о том, что они думают о мести и наказании.

– Любопытно, а что написала ты? – спросила девушку Маша. – Ты за вендетту или против нее?

– Я? – немного смутившись, переспросила Поля. – Кровная месть с одной стороны – как говорится, «око за око», то есть каждый отвечает за содеянное. Но с другой стороны – почему невинный должен отвечать за подлость, совершенную не им? К несчастью, такое было сплошь и рядом. Вот, например, совсем недавно прочитала в каком-то журнале статью о мести, которая, несмотря на давность лет, осуществилась в конце концов. И возмездие осуществило само Провидение.

– Ой, а расскажи! – попросила Маша, глаза которой загорелись от любопытства.

– Да статья совсем коротенькая, – засмущалась Полина.

– Все равно интересно... ну, пожалуйста! Пожалуйста, пожалуйста!

– Хорошо-хорошо, если хотите, – сдалась девушка.

– Брачных аферистов во все времена было предостаточно. И вот один из них, назовем его Генрихом Смитом, бросил девушку, не придя на собственную свадьбу, выставив ее и все ее семейство на посмешище. Такой позор несчастная невеста не смогла пережить и вскоре повесилась. Брат обманутой невесты поклялся отомстить за смерть сестры, ибо эта история обесчестила семью ревностных католиков. Через несколько месяцев скитаний ему все же удалось найти негодяя. Подкараулив убийцу сестры, молодой человек выстрелил ему в лицо. Тот упал словно подкошенный. Решив, что подлец мертв, юноша застрелился. Впрочем, история на этом не заканчивается, так как пуля, как выяснилось, не убила мерзавца, а лишь царапнула его вдоль щеки, после чего угодила в дерево, где и застряла на долгие годы.

– Ох, как же жалко того парня, – сокрушенно покачала головой Маша. – Из-за урода вся жизнь наперекосяк. И девушку... Печально, что обидчик так и не был наказан за свои деяния. Ведь на его совести - две человеческих жизни, а может, и того больше.

– Вот еще. Каждый в этом мире должен ответить за совершенное им зло, – продолжила рассказ Полина. – В данном случае правосудие не сразу, но все равно свершилось. И при этом он стал жертвой той самой пули.

– Как?.. Это же невозможно... Такого просто не может быть! – послышались удивленные восклицания туристов.

– Поля, мы не ослышались? – у Маши глаза полезли на лоб. – Как такое возможно?

– Все очень просто, – заулыбалась девушка. – Через тридцать лет после несчастья Генрих решил спилить то самое дерево, в котором находилась злополучная пуля. То ли пила у него была не острая, то ли топор подкачал, так или иначе, но дерево не поддавалось. Тогда мужчина решил взорвать дерево с помощью динамита.

– Погоди-погоди, – Валера перебил Полину, – ты хочешь сказать, что пуля...

– Да, именно так. При взрыве пуля вылетела из дерева и... угодила ему в голову.

– Вот это да! – хором воскликнули все. – Невероятная история!

– О, поверьте мне, случаются еще более странные вещи и совпадения в жизни. Полинка права: каждый рано или поздно получает по заслугам, – проговорила Тамара.

– Неужели вы тоже сталкивались со схожими случаями? Просто не верится! Бывают же совпадения, – изумленно заметила Маша.

– Может, совпадения, а, может, и перст судьбы, – предположила Тамара. – Тем не менее, одна моя коллега рассказывала мне о происшествии, свидетельницей которого она стала не по своей воле.

– Было бы интересно послушать.

– Да, мам, расскажи. Когда я впервые услышала ее, то не могла поверить собственным ушам, – стала подначивать Полина.

– Что ж, хорошо. Но предупреждаю, что она настолько необычная, что многие сочтут ее выдумкой. Итак... В подъезде, где жила коллега, однажды произошло убийство. Ее, как соседку человека, который по версии милиции стал первым и единственным подозреваемым, попросили стать понятой. Тогда еще никто не знал, каким витиеватым и невероятным окажется преступление.

– А что в нем было такого странного? – спросила Маша.

– Сейчас объясню... Дело в том, что жертвой стал молодой человек... пусть будет Иван, который в тот день решил покончить с собой, выбросившись с десятого этажа. В его квартире следователь нашел предсмертную записку. В ней парень объяснял, что на такой шаг его заставили решиться не только финансовые долги, но и непонимание родителей, не желавших помочь ему деньгами.

– Ничего не понимаю, – недоуменно поглядев на рассказчицу, отметил Валера. – А при чем тут убийство?

– А при том, что парень, шагнув в пропасть, не посмотрел вниз. Если бы он это сделал, то тогда увидел бы, что на уровне восьмого этажа натянута сетка. Так случилось, что в это утро рабочие проводили ремонтные работы на верхних этажах и для страховки натянули сетку. И Иван бы, пролетев два этажа, просто упал бы в нее и сохранил себе жизнь. Но тут вмешалось Провидение. Сейчас я передам разговор, который услышала моя коллега, став понятой...

– ...Ну, все понятно, – что-то записывая в блокнот, сказал милиционер. – Вы специально стреляли в мужчину...

– Специально? – удивился Семен Семенович, пожилой мужчина, которого подозревали в непредумышленном убийстве молодого человека. – Да и как я мог бы СПЕЦИАЛЬНО в него попасть, если даже не видел его?

– Тогда объясните, зачем вы взяли в руки ружье, зачем стреляли? – стал допытываться следователь.

– Зачем, – немного смутился мужчина. – С женой ссорились...

– Ага, значит, к сто девятой статье Уголовного Кодекса мы добавим еще и тридцатую... Ну, а если сильно покопать, то можно будет и сто пятую добавить... Да... сидеть вам и сидеть, гражданин Крылов. А с виду такой приличный человек, интеллигентный.

– Да не хотел он убивать меня! – вмешалась предполагаемая вторая жертва, жена Семена Семеновича. – Как же объяснить? У нас обычай такой, что ли... некая традиция.

– Ничего себе, – хмыкнул милиционер, – весело живете, однако. Кстати, на ружье имеете разрешение?

– Разумеется.

– Да вы не понимаете... муж – в прошлом заядлый охотник. Сибиряк, сами понимаете. Раньше постоянно на охоту ходил, меня с собой частенько брал. Любили мы по лесу побродить... На стене всегда ружье висит.

– И что из этого? – недоуменно посмотрел на Глафиру Марковну следователь.

– Когда ссорились по-крупному, ружье служило как бы последним аргументом. Когда Семочка хватал его, то это означало, что пора остановиться. Уж больно я горячая. Взрываюсь по любому поводу, а вот отхожу плохо. Вот мы и условились с мужем, что уж если страсти накаляются до предела, то Семен берется за ружье. Это своеобразный сигнал, товарищ милиционер, что нужно перестать выяснять отношения.

– Странно... тогда скажите, почему ружье висело на стене заряженным? Вы же должны были понимать, что это очень опасно?

– Никогда! – возмутился Семен Семенович. – Никогда оно не висело заряженным. Вы что? Я еще из ума не выжил.

– На ружье, помимо отпечатков пальцев подозреваемого, есть и другие, – вмешался в разговор эксперт.

– Так... это интересно... Выясни, кому они принадлежат... Хотя подожди. Семен Семенович, скажите, пожалуйста, а кто имел свободный доступ в квартиру? Гости часто ходят к вам?

Пожилой мужчина пожал плечами.

– Гостей не бывает, не особо любим их... А в квартиру... да только сын и ходил.

– А где живет ваш сын?

– Да этажом выше.

Милиционер и следователь переглянулись.

– Убитый... то есть Иван Семенович Литвак приходится вам сыном?

– Да, – подтвердил мужчина, повесив голову. – Это наш единственный сын. Он совсем недавно поменял фамилию. Взял девичью фамилию матери.

– А почему?

– Понимаете, несколько недель назад мы сильно повздорили. Мой сын, к несчастью, игрок. В институте попал в дурную компанию и... в общем, словно подменили. Мы его и просили, и уговаривали, и стращали. Ничего не помогало. И вот как-то он пришел и попросил денег. Сказал, что крупно проигрался и кредитор требует вернуть долг в кратчайший срок.

– Мы отказали ему, – вытирая глаза, перебила мужа Глафира Марковна. – Через неделю сын объявил, что не желает нас видеть и что мы больше не родители ему.

– Но ключи от вашего дома у него были...

– Безусловно, это и его дом тоже.

– А ваш сын знал о... как это назвать... о традиции решать семейные проблемы с помощью ружья? – спросил следователь пожилого мужчину.

– Разумеется, – подтвердил Семен Семенович.

– По-моему, я что-то начинаю понимать... Тогда еще один вопрос: а часто вы ругаетесь?

– Раньше бывало частенько... темпераменты разные: я – холерик, муж – флегматик. А вот в последнюю неделю, после того как сын объявил нам, что не желает нас больше знать... так ни разу. Только вот сегодня, да и то из-за сущего пустяка, – немного подумав, ответила женщина.

Она украдкой то и дело вытирала набежавшие слезы.

– А когда сын был у вас в последний раз?

– Неделю назад, – промолвил Семен Семенович. – Мы тогда жили на даче.

– А откуда вы знаете, что он был неделю назад, если вы не разговариваете? – уставился на мужчину следователь, сочтя его слова слишком подозрительными.

– Потому что Иван искал какие-то документы и не знал, где они лежат. Ему пришлось звонить матери и уточнять.

– Так-так... значит, потерпевший был у вас в квартире. Что ж, пока это все... Сержант, уведите подозреваемого... Не убивайтесь так, – обратился он к жене Семена Семеновича. – Разберемся... Так, понятые, пожалуйста, подпишите тут... ага, хорошо.... и тут. В ближайшие дни вас вызовут в милицию. Пожалуйста, оставайтесь в городе. Вы можете нам понадобиться.

В ходе следствия выяснилось, что сын решил отомстить родителям за то, что они не захотели оплачивать его карточные долги. Зная, что отец во время скандалов часто угрожает матери ружьем, Иван решил убить двух зайцев одновременно: отец случайно застрелил бы мать, а после сел бы за убийство в тюрьму или застрелился бы с горя. Сынок же преспокойно продал бы их кооперативную квартиру, рассчитался с долгами да и уехал отдыхать. Об этом плане следователь узнал от близкого друга Ивана. Незадолго до своей нелепой смерти потерпевший поделился с ним идеей, каким образом избавиться от предков и немного подзаработать на отпуск.

– Так, значит, это Иван зарядил ружье? – спросил Валера, внимательно слушавший рассказ.

– Да, на ружье нашли его отпечатки пальцев, – подтвердила Тамара. – Удивительно, но родители всю неделю жили мирно и тихо. Между тем кредиторы все чаще и чаще напоминали о долге. Поэтому, не найдя другого выхода, Иван решил свести счеты с жизнью. И он бы выжил, если бы не рука Провидения: отец, не зная, что ружье заряжено, нажал на курок и... подстрелил собственного сына, когда тот пролетал мимо их окна. Так что рано или поздно справедливое возмездие свершится обязательно.

– И что стало с мужчиной? Его отпустили? – спросила Маша.

– Да, к счастью, защита смогла доказать невиновность Семена Семеновича. Наташа, моя коллега, сказала, что семейная пара вскоре продала квартиру и переехала в другой район. Уж больно тяжело им было вспоминать тот печальный день. Родители корили себя за то, что не уследили за сыном, занимаясь своими делами и уделяя ему мало времени. Однако изменить они уже ничего не могли. История, к сожалению, не знает сослагательного наклонения.

Рассказ двенадцатый. Железный конь.

– Грустный рассказ, – заметила Маша, когда Тамара замолчала. – С одной стороны, я рада, что мужчину оправдали, хотя с другой – какого же надо было воспитать монстра, чтобы он мог ТАК поступить со своими родителями.

– Наверно, тут дело не только в сыне, но и в самих родителях, – заметила женщина. – Дети – словно чистый лист бумаги. Что ты напишешь на нем, то и получишь потом. Разве не так?

Туристы, продолжавшие сидеть возле постепенно затухающего костра, призадумались. Последняя история проиллюстрировала, на какую низость способен пойти даже самый близкий человек ради корысти и наживы. Нет, это был не человек, а монстр. И как бы странно это ни звучало, все же вся ответственность за содеянное ребенком лежит на родителях, ибо он – их творение.

– Костер догорает, – заметил Валера. – Мне кажется, пора уже на боковую. Ох, и засиделись мы. Второй час ночи!

– Да, думаю, вы правы, – сказал Хасан, молчавший весь вечер, – хотя мне бы не хотелось, чтобы все отправлялись спать с грустью в душе. У меня тоже есть одна история, которая поначалу показалась мне фантастической, а потом... Но все по порядку...

– Эй, Бислан, – обратился инструктор к своему помощнику, – подкинь еще немного дров... Так, чтобы на рассказ хватило... Ну так вот. Вернулся я из армии. Что делать? Чем заняться? Работы было мало в ту пору, а родителям и братьям с сестренкой помогать надо, я-то старший сын в семье. Да к тому же жениться надумал, а за невесту калым платить надо. В общем, устроился я работать в совхоз, охранять яблоневый сад. У меня напарник был, Карим. Разбитной малый, веселый, но, к несчастью, выпить любил, хотя у нас с алкоголем всегда строго было. Его уже и ругали, и уволить грозились, и обыски устраивали, пытаясь запасы спиртного найти. Ни-че-го! Хитрецу всегда удавалось выйти сухим из воды. Но не в тот злополучный день. Как-то вечером приехал я на работу. Коня отправил пастись, а сам в сторожку. Зашел – нет никого.

– Куда делся-то? – пробормотал я. - Эй, Карим! – позвал я его, выглянув из сторожки.

Ответа не последовало.

«Странно, – подумал я, выходя на улицу. – Может, что случилось?»

Я обошел дом, огляделся – пусто. Ни души вокруг, а главное - тишь такая, поразительно, лишь сверчки стрекочут да мотыльки летают. И тут смотрю, невдалеке трактор стоит, а в кабине горит свет.

– Вон ты где запасы свои держишь, – хмыкнул я. – Ну все, попался.

Пригляделся, а там - никого.

– Хм, странное дело...

И в ту же секунду трактор вдруг как взревет и как дернется в мою сторону! Первой моей мыслью было – шайтан вселился в машину. От испуга я метнулся, словно серна, и побежал, лавируя между деревьями. Трактор - за мной. Я вправо – он вправо, я влево – он туда же. И при этом гудит, гудит, гудит не переставая. Честно, страха я натерпелся немало в ту ночь, хотя до той поры не боялся ничего и никого. А тут... шутка ли? Тебя преследует взбесившийся трактор. Мистика, да и только.

– И каким же образом вы оторвались от него? – взволнованно проговорила Маша.

– Меня спасло то, что неподалеку от сада было небольшое озеро. Я и нырнул в него со всего разбега. А трактор... за мной! Отплыв как можно дальше, я оглянулся и увидел, что железный конь ушел под воду, а рядом с ним плавает... Карим.

– Слушай, ты с ума, что ли, сошел? – закричал мой напарник возмущенно. – Зачем носился по саду, словно кавказский тур? Я кричу-кричу, сигналю-сигналю, а ты все бежишь и бежишь. Теперь еще и трактор утопил.

– Я утопил? – удивился я. – А ты чего за мной носился?

– Так я думал, что ты – вор! Вот и хотел догнать. В темноте же не видно ничего. Только рубашка да штаны.

Как оказалось, в тот миг, когда я поглядел в кабину, Карим наклонился, чтобы перетянуть изолентой провода. А когда поднял голову, то увидел меня. А поскольку напарник уже успел изрядно выпить, то не узнал и решил, что в сад за яблоками забрался воришка. Вот и принялся гоняться за мной, пытаясь изловить «мерзавца». Оказавшись в воде, он немного протрезвел. Когда же Карим увидел, что грабителем являюсь я, то залился смехом. Впрочем, смеялись мы оба до упаду. Комичная ситуация, ничего не скажешь.

– Пойдем звать на помощь, – предложил Карим, немного успокоившись. – Если утопим трактор окончательно, то председатель точно по головке не погладит.

Но выговор мы все равно схлопотали, потому что трактор смогли вытащить бульдозером лишь под утро. Напарника обязали заплатить штраф, и не маленький, я же отделался только замечанием. Тем не менее ночное приключение сильно повлияло на Карима: с того дня - ни грамма даже по праздникам. Вот такая история... А теперь всем спать! Скоро рассвет! А значит, новый день, новые впечатления и новые эмоции. Поверьте, завтра красоты Кавказа предстанут перед вами во всем своем величии! Вот увидите... Спокойной всем ночи! Приятных снов!