Бар «Белая фиалка»

Сирень

— Сегодня посетителей не будет, можешь идти домой, — сообщаю официантке, когда та проходит мимо. Сам я встаю за стойку, прекрасно понимая, что протирание стаканов никак не ускорит вечер, а там и ночь. Коллега удаляется в подсобку собираться, ничего не сказав в ответ.

Мой бар «Белая фиалка» расположен среди цветочных магазинов, поэтому привлекает слишком мало внимания любителей освежиться интересным коктейлем в пятницу вечером. Собственно в любой другой день клиентов у меня аналогично почти нет. Поэтому сотрудников у меня мало — я и одна официантка. Мы на голом энтузиазме проводим самые скучные дни и недели в стенах моего горячо любимого заведения. В нем комфортно молчать осенними дождливыми вечерами, согреваться в зимние холода, ностальгировать весной, а летом наслаждаться прохладой, скрываясь от зноя. Не знаю как напарнице, но мое наслаждение заключается в редких посетителях, у них как правило очень интересные истории.

Много раз соседи по улице спрашивали почему выбор пал именно на этот район и как вообще существую без потока клиентуры. Ответ довольно прост: с человеческой точки зрения мне уже скоро исполнится семьдесят лет, с демонической являюсь чуть ли не младенцем. Да, я демон и живу среди людей. Мое пропитание истории любви, именно поэтому я назвал бар «Белая фиалка» на языке цветов означает: «Давай попробуем быть счастливыми!»

Людям очень важно ощущать это чувство, а мне слышать их историю, которая наполнит чашу жизни и позволит нам немного продлить существование бара. Я сам так же питаюсь этой энергией, считаю, что это выгодная сделка для всех. Я никому не создаю проблем, не делаю зла никому, просто существую для самого себя.

К слову, официантка обычный человек, ее зовут Анемона. Цветочное имя означающее — искренность, честность и прямоту. Очень подходит ей, хорошо отражает характер. С первого дня работы в качестве официантки задала кучу вопросов, выяснила мою сущность и решила остаться. И как ей мог понравиться такой странный парень, как я, который умеет готовить только коктейли с названиями цветов. К тому же еще и демон. Анемона странно подошла к выбору места работы, когда узнала все нюансы. Мне до сих пор не понятна причина такого решения.

Тем не менее мы уже работаем так месяц, рука об руку, нос к носу. У меня нет нареканий, у нее нет вопросов. Мы почти не разговариваем, каждый занимается своими делами и когда появляются посетители, быстро разбираемся с их заказами и возвращаемся к рутине. Иногда я ловлю на себе странные взгляды Анемон, но понять их суть не в силах. Люди для меня являются загадками, но решать их не хочу. Сложно.

— Я домой, Алек! — произносит чуть громче обычного моя официантка, чем привлекает внимание. Стоя в дверях в полном обмундировании: огромная шапка на глаза, оливковое пальто и огромный красный шарф под цвет ботинок. Она улыбается, машет рукой и практически убегает из заведения. Я же стою, не успев напомнить об осторожности и звонке по возвращении домой. В последнее время Анемона ведет себя странно даже для человека. Пусть мы не самые разговорчивые люди, но ее молчание начинает выводить из себя. Эти быстрые побеги из бара каждый раз, еще больше наводят на подозрения, что что-то не так.

Повернувшись спиной к входу, я проверяю оборудование и наличие всех припасов, вдруг сегодня ночью заявятся выпивальщики. Хотя кого я обманываю, в цветочный квартал разве что за букетом ходят, а не выпить! И все же, нужно быть готовым к малочисленным посетителям даже в ночную смену. Я все равно не умею спать, но и коротать дни в безделье не хочется. Когда моя официантка уходит, начинается магическая часть бара: пополнение запасов при помощи силы демона, уборка в подсобке взмахом руки, и самое главное апгрейд всего после удачного рабочего дня.

Пока я разбирался с делами насущными, в бар влетает парочка с виду слишком пьяненькие, но счастливые. Первым делом они усаживаются за мою стойку и громко хохочут. Парень и девушка одного возраста. Я вижу в их глазах ноты первой любви. Уже предвкушаю потрясающую историю и глобальное обновление.

— Хорошее настроение? — спрашиваю их и протягиваю два стакана с водой, для разогрева. Маленький жест, чтобы хоть как-то позволить отдохнуть организму человека перед моими коктейлями.

— Да! — отвечает задорно девушка, ее слегка раскосые глаза кажутся более узкими из-за счастливой улыбки на губах. — У вас такое милое заведение! Что вы можете мне предложить интересного?

— Да, хочется что-то сладкое как первая любовь! — романтично добавляет парень, и притягивает свою подругу ближе, целует в щеку. — Прямо как у нас!

Я улыбаюсь им, а сам готовлю необычайно вкусный коктейль. Убираю воду. Перед гостями ставлю два небольших стакана, они заворожено смотрят за моими манипуляциями. Для многих мои действия кажутся магическими, даже гипнотическими, хотя смешивание несколько разных напитков дело не хитрое. Главное четкие движения и следование рецептуре.

Итак, разливаю воду по стаканам, настоянную на сирени. Самолично делаю подобные заготовки, чтобы меньше времени тратить на реализацию. Можно, конечно, все сотворить при помощи магии, но зачем же упрощать себе работу? Аромат сирени легким шлейфом доносится до гостей, они наблюдают за барменской магией. Сирень на языке цветов означает — первые волнения любви.

Далее в воду добавляю лимонный свежевыжатый сок, столько же фиолетового сиропа для цвета, колотый лед и немного смешиваю, чтобы придать нежный сиреневый оттенок. Последним идет джин, так же осторожно мешаю барменской длинной ложкой. И вот коктейль под названием «Сирень» готов.

— Готово, — пододвигаю гостям напитки, специально рядом с парнем создаю веточку сирени и ожидаю восторг. Первой пробует девушка, сначала она разглядывает приятный цвет коктейля и осторожно пробует. Многим нравится этот напиток сначала из-за необычного фиолетового оттенка перетекающего в прозрачный, а затем из-за вкуса. От удивления гостья поднимет на меня глаза, по ним вижу, что нравится. Улыбка на губах посетителя — самая лучшая награда для бармена. Даже сам улыбаюсь в ответ, рад удовлетворить желание клиента.

Обращаю внимание на ее спутника, тот замечает подброшенный подарок и как бы невзначай протягивает своей девушке со словами:

— Ты такая же нежная как эта сирень, поэтому люблю тебя, мой ангел, — она принимает цветок и целует его в щеку. Нежные чувства скрываются в таком мимолетном жесте, я столько раз видел, как первая любовь принимает яркие оттенки романтики. Французы знают толк в этом прекрасном чувстве и красиво говорят: «L'amour on en parle des fois au présent».

О любви надо говорить в настоящем времени.

Я решаю оставить их наедине, чтобы не смущать влюбленных.

— А как называется этот вкусный коктейль? — внезапно спрашивает девушка, когда я почти ушел из-за барной стойки.

— Сирень, — кратко отвечаю и начинаю делать вид, что поправляю стулья и протираю столы. Чтобы никто не видел, щелкаю пальцами. Включается тихая музыка «Chimène Badi — Entre nous». Нежный голос француженки поистине раскрывает историю любви, наполняя воздух романтикой. Щелкаю еще раз и свет слегка заглушается, создавая более интимную атмосферу.

Краем глаза замечаю, как они смотрят друг на друга влюбленными глазами. Разжигается пламя трепета и нежности. Алкогольное счастье давно выветрилось, дав волю чувствам и откровениям. Он встает с места и приглашает спутницу на танец, руки дрожат от волнения. Медленные движения в такт музыки, сначала неуклюжие, затем более уверенные. Они никогда не танцевали и уж тем более не могли себе представить, что будет делать это в пустом баре только для них двоих.

Entre nous,

C’est l’histoire

Qui commence au hasard

De nos yeux qui se cherchent.

Между нами —

История, что начинается случайно,

Наши взгляды ищут друг друга.

Он плавно проводит ее по спине рукой, она прижимается ближе. Шепот на ухо, заставляет ее смутиться. Позволительного этикетом расстояния не осталось, тесно связанные трепетным чувством влюбленные слушают песню. Сердца наполняются любовью. Пульс укоряется с каждым движением. Я вижу как они наслаждаются моментом близости. Медленно, почти лениво, двигают телами из стороны в сторону. Ее руки обнимают юношу за плечи, в ответ он целует шею спутницы…

C’est l’aveu qui nous brûle en dessous

De nos peaux que l’on frôle, jaloux,

De nos moindres secondes sans nous...

Признание, которое сжигает нас,

Ревностное соприкосновение нашей кожи,

Наши секунды не вместе...

Возвращаюсь за свою стойку, чтобы проверить чашу жизни. Их история любви почти полностью заполняет сосуд. Я не сомневался, что история будет интересной. Чаша даже загорается красноватым оттенком, не хватает только искреннего поцелуя. Хотя глядя на них до него недалеко.

Entre nous,

C’est toujours

C’est le contraire

D’un jour

Un voyage sans détour.

Между нами вечность,

Обратная сторона дня,

Путешествие в один конец.

Он целует в шею, плавно переходя на скулы, находит губы. Они целуются со всей нежностью, которая наполняет души. Я наблюдаю как моя чаша полностью заполняется до самых краев, приобретает более насыщенный красный — цвет любви и страсти возлюбленных. Щелкаю пальцами и энергия выплескивается наружу, полностью заполняя собой пространство. Ощущаю, как тело обновляется, добавляется несколько месяцев жизни. Здание тоже радуется апгрейду, кажется у меня теперь появилось место под оборудование — надо позже проверить. И только влюбленные не замечают изменения, их мир только для двоих и в нем нет места чему-то другому.

Как только песня заканчивается они еще долго стоят в обнимку прилипшие друг к другу. Я тихо усмехаюсь, надеюсь меня не было слышно. Искренне рад за них, что могут позволить гулять вечерами, ощущать это мимолетное чувство, перерастающее в нечто большее. Наслаждаться жизнью, что так коротка для людей. Приятно видеть, как их мир оживает…

— Я никогда не говорила, — поддавшись романтичной атмосфере внезапно произносит девушка. — Я люблю тебя, Фредерик. Ты стал для меня путеводным светом, и я благодарна за это.

Вместо слов, парень подхватывает подругу на руки и кружит. Она радостно смеется. Еще один поцелуй в губы, но уже более легкий. Вот оно первое признание в любви, что было таким долгожданным. Совершение шагов в сторону более серьезную и осознанную. Это просто прекрасно!

— Аннет, давай жить вместе!

— Я согласна!

Радостные они быстро оплачивают счет и убегают на крыльях любви из заведения. Им многое предстоит открыть друг в друге, а главное история записана в стенах моего бара. Да и я сам чувствую некое счастье будучи свидетелем этого события. Но… Как только в зале стало тихо, я осознаю, что снова один в своем маленьком раю. И вроде бы хочется рассказать кому-то, но таких существ в моем окружении просто нет с кем можно так откровенничать. Поэтому бар единственная отрада и друг в делах любовных. Я вновь включаю ту самую песню, что играла несколько минут назад. Двигаясь в такт, подпеваю под нос слова песни, двигаюсь в сторону подсобки.

Желтая роза

— Да где тебя носит? — глупо спрашиваю у трубки телефона. Моя официантка пропала на несколько дней, после своего письменного признания. Не то чтобы я волнуюсь за нее — девочка большая, но могла бы хотя бы предупредить о своем исчезновении. Люди странные. Сначала признаются в симпатии, а когда хочешь с ними поговорить не появляются на горизонте. Уже на протяжении нескольких дней пытаюсь дозвониться — безрезультатно.

— Кого потерял? — раздается знакомый женский голос за спиной. Разворачиваюсь к гостю. За барной стойкой восседает моя давняя подруга демонесса Азалия, еще одна обладательница цветочного имени. Вот только оно не соответствует значению носителя — Ази слишком любит разговаривать о себе, вместо того чтобы выслушивать и успокаивать собеседников.

— Сотрудницу, — сухо отвечаю и возвращаюсь к своему единственному занятию — протиранию стаканов. Сегодня приходило несколько человек, заказывали утренний чай, а так хотелось создать что-то эдакое.

— Ты что нанял человека? — спрашивает она и не дождавшись ответа добавляет: — А я то думаю, чего от тебя так воняет. Глупый, Алек. Налейка мне выпить.

Пропускаю мимо ушей сказанную колкую фразу. Уже отвык от ее острого языка, и даже рад был бы не слышать.

— Ты зачем пришла? — ставлю на стойку низкий стакан. — Неужели соскучилась по старым друзьям?

— Не совсем, — Азалия отбрасывает за спину светлые волосы, в этот раз у нее образ роковой блондинки в кожаной куртке. — Слушок пошел, что ты открыл бар и никого не позвал, чтобы отметить свое дело в мире людей.

— Ты к чему? — достаю из закромов ликер Southern Comfort, думаю самое то для нового рецепта. Краем глаза поглядываю на обновлённое личико подруги. Мы демоны не смотрим на внешность, которая меняется как перчатки, отличаем друг друга по ауре и глазам. У Ази радужка красная с желтыми крапинками в виде звёзд — завораживающее сочетание цветов.

— С друзьями нужно иногда встречаться, я к этому, — тыкает мне в плечо длинным наманикюреным пальцем. — Пропал десятки лет назад после выпуска, а теперь живешь как отшельник.

Одна унция ликера, одна вторая текилы и две апельсинового сока отправляются прямиком в шейкер, туда же бросаю кубики льда. Единственное, что позволяю себе сделать самостоятельно, дальше только магия. Щелкаю пальцами и встряхиваю при помощи силы — очень удобно. В стакан Ази закидываю лед и выливаю содержимое шейкера сквозь ситечко. Вышло красиво, а главное достаточно ярко — в самый раз для Азалии.

— О какая красота! — восхищается подруга, аж хлопает в ладоши. — Как называется?

— Желтая роза из Техаса, — я рад, что смог перевести тему разговора. — На языке цветов желтая роза символизирует счастье и радость, но распространен и другой вариант. Это цветок ревности.

— А что такое Техас? — проявляет интерес Ази. — Это какое-то классное место?

— Техас — это второй крупный штат Америки, континент такой в мире людей, — сдержанно объясняю. Подруга пробует напиток. Демонические карминовые глаза сияют в блеске восторга, кажется, ей понравилась презентация коктейля.

Ополаскиваю шейкер. Вытираю мокрые руки полотенцем. Делаю все настолько медленно, чтобы Ази надоело смотреть за моей рутиной, и она поскорее покинула мой бар. Я не желаю видеть никого в своей обители, и уж тем более после выпуска. Я не вредный. Просто, когда Азалия появляется в моем окружении всегда начинается бредятина…

— Алек, я чувствую, что ты не хочешь продолжить наш разговор, — кажется я перестал контролировать свою силу и подруга прощупала раздражающие импульсы в воздухе. — Но почему нет?

Она ставит пустой стакан по стойку. Смотрит на меня гипнотическим взглядом, которому научилась в академии. Мы когда-то были одногруппниками, и я был единственным на кого не действовали уловки Ази. Если честно, я не хочу видеть только одного демона в нашей компании — это Соли. Сестра близнец Айзека оба являются суккубами. Даже не знаю с чего все началось: она меня невзлюбила, как и я ее. Все взаимно между нами, терпеть не можем присутствие другого буквально в нескольких метрах. Поэтому на занятия появлялись по графику, то она придет, то я. С Айзеком почему-то такого нет, мы стали друзьями довольно быстро.

— Ази, ты прекрасно знаешь, что позовешь его и придет она, — подруга удивленно смотрит, словно ничего не понимает. — Не надо утверждать обратного, все затевается из-за Зика. Так позови его на свиданку…

— Нет же! — возмущается Азалия. — Но ты прав, его я приглашу в любом случае, точнее уже сделала это.

Последние слова заставляют насторожиться, кажется, меня провели. Я совсем забыл с какой демонессой связан дружбой. Она никогда не пришла бы предупредить или предложить идею, явится по факту после содеянного. Я не могу на нее Злится, нас связывает слишком многое.

— Сколько у меня времени? — вздыхаю и начинаю подготовку к сборищу.

— Час, может два, — она разглядывает новенький маникюр, ещё и улыбается коварно. Лисица демоническая.

— Ты, Ази, скоро станешь моим врагом номер один. Еще раз так поступишь я тебе устрою райскую жизнь! — достаю лист обычной бумаги и протягиваю подруге. Она прекрасно понимает меня без слов, строить защитный барьер вокруг здания та еще задача. С этим в одно лицо я бы никогда не справился, даже несмотря на то, что являюсь лучшим воспитанником академии. Трудность состоит в ограничении во времени, так минимум нужно несколько часов для питания энергией и создания специального потустороннего пространства. У меня нет столько магической силы, чтобы ускорить процесс.

— Алек, я же мало демонов пригласила, — надувает губы, накрашенные красной помадой, но продолжает помогать. — Всего десять тел, может не все придут. К чему такая паника.

И все же Ази рисует пентаграмму на бумаге пальцем, раздваивает лист. Затем копирует снова. Я тем временем концентрируюсь на создании оптимального барьера. Линии пентаграмм подсвечиваются, а листы растворяются, направляясь на границы моей территории. Азалия закрывает глаза для медитации, помогает мне силой. Вдвоем создаем защиту для человеческого мира, которая позволяет спокойно принять в баре несколько демонов. Равновесие мира будет в порядке после нашего собрания, а я спокойно буду существовать со своим заведением еще ближайший десяток лет. Большое скопление иных существ влияет на целостность мировой материи из-за этого происходят различные катаклизмы в человеческом мире.

— Не важно сколько ты пригласила и кого, нам это стоит определенных затрат демонической силы. А мне еще и проблем, — пытаюсь создать самый грозный вид, чтобы подруга начала наконец понимать всю серьезность проделки. Но это все равно не поможет, никогда не помогало…

— Да будет тебе, Алек, — она кладет руку мне на плечо посылая успокаивающие импульсы. — Мы тебя все давно не видели. Сам виноват, закрылся в человеческом мире. Отшельник.

— Я…

— Так вот куда пропал наш Алексис! — внезапный гость, которого я меньше всего хотел видеть тут же появляется на пороге бара. Точнее его прицеп — сесрёныша.

— Айзек, я рад тебе! — подхожу к нему, мы пожимаем руки. — А где эта?

Он понимающе кивает и делает шаг в сторону, за спиной стоит та самая проблема по имени Соли. Низкорослая, с ангельской внешностью для соблазнения людей, полная противоположность брата. Единственное, что одинаковое у близнецов — это глаза, голубые ледяные океаны. Серые крапинки в радужке опоясывают зрачок по контуру, словно танцует по кругу.

— Здравствуй, Соли, — сдержанно приветствую, она же в ответ кивает, опускает глаза в пол и опять прячется за спину Айзека. С виду может показаться, что между нами нет вражды, но это не так. Сейчас не так. Мы слишком давно не виделись, и необъяснимая ненависть поутихла. А может просто повзрослели.

— Кого ты еще позвала, Ази? — интересуется Айзек у нашей подруги, галантно целует ей руку и страстно смотрит в глаза. Ну все, можно считать, что мы потеряли Азалию. Я вижу, как пылают ее щеки и учащается дыхание. Сила Айзека слишком велика, чтобы тратить ее на людей, поэтому он обольщает и демонов. А сейчас парень, видимо, голодный поэтому решил подписаться энергией подруги.

— Меня и мою свиту, — раздается громогласный голос Оуэна. Мы одновременно поворачиваем головы на толпу новоприбывших.

Оуэн — элита демонического мира, но и наш хороший друг. Он является демоном-тигром, зверь внутри подчиняет практически каждого кто встречается на пути. Его свита состоит из обожателей, которые готовы на все ради удовлетворения принца. Из всех последователей я отдельно отмечаю парочку демонов Кайли и Коула, но когда у них приступ восхищения Оуэном с ними больше не о чем разговаривать. Мозг отключается и выдает нечто абсурдное. Со временем мы привыкли к такому поведению окружения, поэтому относимся проще.

— Я рад, видеть вас мои друзья, — натягиваю приторную улыбку на лицо. Мельком смотрю на Соли, она отводит взгляд. Раньше смотрела в упор, практически прожигала глазами.

— Да кому ты чешешь! Я же вижу, как ты смотришь на нас! — произносит Коул. — Рад он, конечно. Первый исчез из поля зрения, а теперь лебезишь. Если б не Азалия, то мы тебя еще до ста лет не увидели.

— Я не специально… — эти осуждающие взгляды обращённые на меня. — Ай ладно…

— Ну конечно не специально, скрыл свое присутствие, — поддерживает Кайли. — Я вообще-то тебя искала. — Она подбегает ко мне и заключает в объятия. Затем Коул чуть ли не плача делает то же самое. Мне хочется исчезнуть в этот момент. Проспать опять и не появляться. Эти два обниматора затискают и кости все переломают.

Оуэн смеется от того, что сегодня помимо него всеобщее внимание обращено ко мне. Свита разбредается в разные углы бара и начинает обустройство посиделок: появляются различные любимые блюда господина, алкоголь вытаскивается из моего хранилища. Меня обворовывают собственные друзья! Мои запасы! В душе я плачу как достают самое дорогое вино ограниченного выпуска. Ну хоть мясо приготовили к нему, образовывается настоящий фуршет.

Мы общаемся, вспоминая прошлое. Кайли не отлипает от меня, практически висит на шее это немного раздражает, но я позволяю ей вести себя как хочет. Но только сегодня. Оуэн рассказывает о своей деятельности в бюро демонического мира, точнее, как руководит низшими демонами. Айзек делится впечатлениями о последнем путешествии, и только его сестра тихо стоит поодаль от всех. Негласное правило о расстоянии между нами до сих пор действует, но мне становится немного обидно за нее. Жаль, что она вынуждена быть дальше от остальных, даже брата. Поэтому ухожу в другую сторону подальше от всех, что позволит суккубу хоть немного пообщаться с друзьями. И это работает. На лице Соли сияет улыбка, когда она приближается к Коулу и Азалии.

Я же в конце концов ухожу к своему родному месту — барной стойке.

Кайли крадет Айзек и другие члены свиты завладевают ее вниманием, давая отдохнуть от этого навязчивого общения. В одиночестве делаю тот же коктейль, который создал для демонессы несколько часов назад. Азалии понравилось, а мне полегчало от прохлады и освежающего вкуса.

Время пролетает незаметно в человеческом мире наступает вечер, а гулянья демонов продолжаются с новой силой. Свита Оуэна показывает представления, демонстрируя различные способности. Мы многому научились за последние годы, делимся опытом. Все улыбаются, а я чувствую счастье. Но все меняется в ту же секунду как открывается дверь бара…

На пороге стоит моя официантка, о которой я совершенно забыл. Анемона удивленно смотрит на большое количество посетителей и не может понять как действовать. Она ищет глазами меня, взгляды встречаются, проходит пара секунд, прежде чем я оттаиваю. Ставлю стакан на стойку. Приближаюсь к ней, но и сам не особо понимаю что именно нужно сделать или сказать. Ведь это не люди и обслуживать никого не нужно, да и выгонять Анемон из бара не следует. Будет выглядеть некрасиво с моей стороны.

— Анемон…

— Алексис! — вновь на мне висит Кайли, практически забирается на спину. — А это кто?

— Меня зовут Анемон, я официантка, — представляется она, в глазах читается недовольство. — Шеф, вы не говорили, что будет большое количество народу.

— Да как бы я сказал? Ты на звонки не отвечала, — хватаю Кайли за ноги, чтобы та не упала с моей спины. Всё-таки забралась поганка. Смотрю на Анемон и замечаю как ее взор устремлён за мою спину прямо на демоницу.

— Телефон сломался, — протягивает Анемон свой смартфон, который был в дребезги разбит. — И я говорила, что из-за экзаменов меня не будет пару дней.

И ведь точно! Был такой разговор несколько недель назад, я ведь забыть успел. Отцепляю от себя прилипалу и пропускаю сотрудницу вперед. Кайли смотрит обидчиво, но через секунду настрой возвращается и ее внимание обращается к господину. Оуэн заинтересованно поглядывает в нашу сторону пока я веду свою сотрудницу мимо гостей.

Нам нужно переговорить с глазу на глаз, без посторонних. Замечаю, как Айзек недовольно смотрит на нашу сторону, пока мы идем в подсобку. Попутно посылаю мысленный сигнал Азалии, чтобы та чуть позже подошла.

— Анемон, слушай это не обычные люди, — начинаю разговор, как только дверь за нами закрывается. — Они такие же как и я, мои друзья. В общем я не знаю, стоит ли тебе оставаться на сегодня. Поэтому если решишь уйти, против не буду.

Девушка с улыбкой отвечает:

— Ничего страшного, я могу остаться если не против. Не каждый же день видишь столько демонов.

Который раз удивляюсь такому спокойному отношению ко всему странному. Но и с ответом спорить не имеет смысла, сотрудница в какой-то степени права: такого количества демонов в одном месте в новинку для каждого человека. Но будет ли все в порядке, если я позволю остаться?

— Пусть девочка побудет среди наших, — врывается в разговор моя подруга. — Разбавит шабаш.

— Разве он не у ведьм? — с искренним удивлением спрашивает Анемон.

— Технически да, но это не мешает назвать так нашу встречу однокурсников, — отвечает демонесса и хватает за руку девушку. — Пошли, всех представлю!

Что-то меня настораживает в этой ситуации. Интерес демонов к человеку генетически объясним, но чтобы мы могли спокойно общаться с ними не прибегая к уловкам для многих будет в новинку. Будет ли разумно оставить все как есть? Выхожу обратно к своим демонам, что уже во всю облепили человеческую девушку. Каждый пытается ее восхитить своими способностями, показывая их на другом, при этом расспрашивают о всяких людских штуках. Особенно Оуэн интересуется моей сотрудницей, глаз не сводит. Зверь нашел жертву, главное не упустить момент и не свести все на нет. С ним ругаться я не хочу из-за человека, но и позволить лишиться сотрудницы не хочется

— Не к добру это, — проецирует мои мысли Айзек, подошедший с бокалом красного вина. — Зря ты взял на работу человека.

— Не важно, за один вечер ничего не случится, — бросаю ему в ответ. — Она улыбается и это хорошо. Разве нет?

— Кто знает. Люди — ломкие. Оуэн — зверь, который не умеет себя контролировать…

Пока мы с Айзеком разговариваем о своем, к нам снова подлетает Кайли. Надоела уже. Любит она сталкерить свои предметы воздыхания: меня и Оуэна. Иногда на нее находит липнуть не переставая, а объясняет тем, что заряжается чистой энергией особенно от меня. Видимо, сегодня именно такой день подзарядки, пусть и раздражает. Но я не мешаю ее тараканам, наоборот поощряю обнимашками в ответ. Главное чтобы мне на голову не забралась, а то упадет ещё.

Бросаю мимолетный взгляд на Анемон, чтобы удостоверится в ее безопасности, и встречаю злые глаза человека. Что я сделал не так? Она отворачивается и начинает улыбаться Оуэну, словно пытается навлечь беду. А он и рад этому. Внимание самая любимая вещь у демона-тигра, а если ещё жертва окажется послушной то вообще охота окажется удачной.

— Глупая она у тебя, — комментирует Айзек.

— В смысле?

— А ты не видишь? У нее участилось сердцебиение, а аура окрасилась в красный ревностный оттенок. Люди слишком легко читаемые, что даже не интересно, — объясняет мне друг. — К слову преставал бы ты тискаться, сестрица недовольна этим.

Я удивленно смотрю на него, вообще не понимая, к чему он приплетает к разговору Соли. Ищу глазами суккуба, которая смотрит в упор на меня. Ее взгляд точно такой же как и у Анемон. Им двоим не нравится мое поведение и уже привычные обнимания с Кайли, если человеческая сотрудница не знает о наших взаимоотношениях, то суккуб в курсе. И что же я не то сделал им? Но на всякий случай начал убирать руки от Кайли и хоть как-то увеличить расстояние от себя.

— Я не препятствую, но все же будь осторожен. Соли не знает, как рассказать о своих чувствах, — добавляет Айзек и отходит от меня. Кайли слышит наш разговор, но прекращать подпитку не стала, даже наоборот начала прижиматься ещё сильнее. Смотрю с надеждой на Айзека, но тот быстро уходит закатив глаза.

Оуэн под самый конец сборища во всю флиртует с Анемон, та в ответ лишь улыбается, но уже без особого энтузиазма. Не так давно к ним подходил Айзек, который что-то сказал, чем испортил назревающую романтическую атмосферу между демоном и человеком. Я сидел на барном стуле, успел сбежать от Кайли. Было трудно, но я смог. Мои мысли о Соли медленно передвигаются в голове, словно кто-то пытается специально их запутать. Сама же близняшка все это время стоит у стены смотря пустым взглядом в сторону брата. Никогда бы не подумал, что у нее есть чувства ко мне. Это во многом усложняет ситуацию. Я никогда не вернусь в мир демонов, а она не будет жить среди людей. Даже если мог бы иметь ответные чувства к ней.

Уже ближе к ночи мы расходимся. Кайли куда-то пропала раньше времени. Соли к концу начинает улыбаться более искренне, ее брат с пренебрежением смотрит на Анемон, но больше ничего не говорит.

Демоны возвращаются откуда пришли, надеюсь больше не вернутся. Устал за сегодня. Официантку я отправил домой. Она правда пыталась остаться наедине со мной и помочь с уборкой, но я пересёк это. Мне нужно побыть одному и собраться с мыслями. Слова друга выбили из колеи рутинной жизни. Вся ненависть к Соли куда-то испарилась, осталось только странное ощущение пустоты.

Концентрируясь на сборке барьера, я немного утихомирил волнение внутри. А когда при помощи силы собрал мусор, вымыл посуду и окончательно пришел в себя. Чувства Соли бред, мы просто давно не виделись… а этот демонический взгляд просто ненависть не более. Не ревность же?

Открываю свою подсобку и вижу Кайли без сознания валяющуюся на коробках. И пазл сложился…

— Айзек, твоя ревнивая сестра оставила мне подарок, можешь забрать? — звоню другу по демонической коммуникации. Суккуб кивает и отключается, ничего не говоря…

Базилик

Айзек возвращается в бар лишь к утру в человеческом мире. Кайли все это время не шевелилась, я уже начал беспокоится, что Соли переборщила с силой. Мертвое тело демона принесет неприятности всем. Мы становимся безмозглыми живыми мумиями, поэтому стараемся не умирать раньше времени. Айзек появляется на пороге и первое, что он делает — осматривает тело Кайли. Касается ее лба пальцем. Проводит по артериям на шее. Устало закрывает глаза, вздыхает и отдает часть своей энергии. Демоница приобретает более живой оттенок кожи, даже не смотря на свою мертвенную бледность, но все еще не приходит в себя.

— Ты бы приглядывал за родней, — упрекаю его. Упираюсь в косяк, наблюдая за манипуляциями суккуба.

— Не тебе меня учить, Алексис, — холодно отвечает друг. — За своими косяками следи.

— А я то чего? — удивляюсь такому выпаду. — Я тут не причем. Сидел себе спокойно в мире людей, печали не знал.

— С Кайли все будет нормально, — Айзек касается пола и в мгновение ока создает пентаграмму перемещения между мирами. — Дома очухается.

— Хорошо, — выдыхаю. — Будешь чего или тоже смотаешься?

Айзек смиряет меня подозрительным взглядом. Молча встает с колен и уходит в зал. Я закатываю глаза, мог бы ответить, демонюга! Но этим он мне и нравится, если и говорит, то по делу. Я обнаруживаю его, сидящим за стойкой, в ожидании угощения. Демон выглядит уставшим. Видимо, после двух перемещений и отдачи энергии силы изрядно истощились.

— Ты как? — заботливо спрашиваю, чтобы не быть совсем уж хреновым другом.

— Не спрашивай, делай уже свой коктейль, — бурчит он, отмахиваясь от меня рукой. — Пару часов посижу тут и все будет в порядке.

— Разрешаю тебе подпитаться от посетителей, если будут, — ставлю перед ним высокий стакан.

— Ты же знаешь, что я не люблю людей. Не вкусно, — отвечает он и укладывается на стойке подпирая руками голову. — Азалия позволяет немного утолить голод, но этого мало.

— А Соли? — выжимаю грейпфрутовый сок в шейкер, туда же немного базиликового сиропа и джина. — Она же самая настоящая батарейка, и людьми не брезгует в отличие от тебя.

Айзек недовольно поднимает голову, в его голубых глазах читается пренебрежение. Я стараюсь на него не смотреть, раскалываю лед при помощи магии. Добавляю в шейкер и наконец закрываю его, встряхиваю уже самостоятельно.

— Это родная сестра, а не абы кто, — произносит демон и возвращается к своему изначальному положению. — Я не могу так с ней поступать из принципа.

— Ну как знаешь, мое дело предложить вариант, а дальше сам, — щелкаю пальцами и в стакане Айзека образовываются кубики льда. Заканчиваю встряхивать шейкер, процеживаю полученный микс сквозь ситечко и готово. Украшаю коктейль базиликом и пододвигаю другу.

Он пробует напиток. Слегка морщится с непривычного вкуса. Еще бы такого сочетания ни в одном месте демонического мира нет.

— Горько-сладкий вкус, — выносит вердикт моему шедевру, — но вкусно. Как назвал?

— В человеческом мире у него нет названия, но я думаю «Любовь и ненависть» будет самое то. Я добавил базилик в состав. Его дарят, когда хотят намекнуть на неприятное чувство к кому-то, но при этом не могут сказать напрямую, — убираю использованную посуду в мойку и выхожу из-за стойки.

— Символично. А что дарят, когда любят? — интересуется Айзек, смакуя коктейль.

— Гортензия — тайная любовь. Если вдруг захочешь кому-то намекнуть будет самым лучшим вариантом. Если что, — указываю ему направление, — за углом есть цветочный.

— Твой бар находится в цветочном квартале, придурок, — Айзек хватает меня за шею и трет кулаком по макушке. — Избавиться от меня решил?

— Да отпусти, Айзек!

Смех раздается у входных дверей. Мы, не размыкая такого странного объятия, поворачиваемся. Анемон стоит, улыбаясь нам, стягивает шарф с шеи. Мда, картина действительно забавная: два демона ведут себя как дети, хотя с виду самые настоящие взрослые.

— Алек, я пришла! — приветствует девушка. — А ты Айзек, да? Вроде бы так тебя вчера представили.

Друг отпускает меня и, ничего не говоря хватает свой стакан, уходит к столикам. Анемон провожает его взглядом наполненным непониманием. Я подхожу к ней, помогаю раздеться: забираю куртку, шапку и шарф.

— Не обращай внимание. Айзек людей не особо любит, несмотря на то, что питается вашей сексуальной энергией, — глажу ее по голове. — Он тут побудет некоторое время, а позже уйдет. Так что начинаем работать как обычно.

После моих слов появляются первые посетители, утром они заказывают кофе или чай. Эти занимается только Анемон, я зарекся больше не делать ничего кроме алкогольных коктейлей, в качестве исключения могу безалкогольные, но это по настроению. Так что обслуживание в этот раз ложится на хрупкие плечи человеческой девушки.

Время тянется медленно. Айзек практически спит за столиком. Посетителей сегодня слишком много, так что я потихоньку начинаю помогать своей официантке. Обслуживание гостей не особо доставляет мне удовольствие, но иногда приходят слишком незаурядные личности.

— Кхм, — привлекает мое внимание мужчина. Он садится на барный стул и в упор смотрит прямо в глаза.

— Слушаю вас.

— Я бы хотел, чтобы вы сделали коктейль для вон той замечательной дамы, — он показывает на девушку, пришедшую вместе с ним, в его голосе отчетливо слышится сарказм. — Только сделайте что-то похожее на безалкогольный. Она моя начальница, у нас скоро будет презентация, — объясняет он. — Я ненавижу ее. Хочу отомстить перед увольнением, которое будет после сегодняшнего собрания.

Понимающе киваю ему. И начинаю творить: в высокий стакан бросаю немного ягод черники и разминаю. Незаметно для посетителя создаю сок из этих же ягод. Полторы унции водки высокого качества выливаю в шейкер, туда же сок, тростниковый сахар и щепотка ванили, чтобы замаскировать вкус алкоголя. Встряхиваю. Выливаю в стакан и готово. Мужчина завороженно смотрит за моими манипуляциями, а когда процесс закончен, восхищенно хлопает глазами.

— Точно не почувствует? — уточняет он.

Я на всякий случай использую силу демона и убираю окончательно вкус алкоголя. Киваю утвердительно. Ставлю перед ним готовый коктейль. Он забирает напиток и относит своей начальнице. Люди очень коварны по своей натуре, я частенько наблюдаю за подобными деяниями, но ничего не делаю против. Зачем? Мне нет смысла их учить жить, ведь я и сам не знаю как правильно.

— Алек, зачем вы это сделали? — осуждающе смотрит на меня Анемон. — Нельзя же так.

— Ане, знаешь, если бы я тебя учил как жить ты бы тут работала? — спокойно отвечаю вопросом на вопрос, смотря на парочку начальницы и подчиненного. — Никто не любит учителей. Особенно, в качестве наставника, никто не выбирает демонов.

— Но…

— Люди сами знают, как им жить и что делать, — перебивает Айзек, который слышал часть нашего диалога.

Смотрю как женщина выпивает залпом напиток и встает из-за стола. Я вижу, как ее аура меняется на слегка синеватую, алкоголь именно таким цветом отображается на людях. Будем надеяться, что ничего плохого не случится из-за этой глупой подставы от подчиненного. Они уходят, мужчина перед эти забегает на бар оплатить коктейль. Заговорщицки улыбается нам и следует за своей спутницей.

— Но ведь мы могли бы отказаться от совершения этого поступка, — продолжает читать нотации официантка, после их ухода.

— Вы людишки не умеете думать о себе, — Айзек садится на стул. — Стоит нарушить хрупкое равновесие вашей энергии и жизни, начинаете впадать в крайность.

— О чем ты?

— Взять, например, этого мужика. Ему не нравится подчиняться женщине вот он и вымещает злобу, а на самом деле она довольно добрая особа. Во всем слушает его, даже увольнение хочет отложить, но не теперь…

— Не все такие!

— Да? — наигранно удивляется друг. — Ты точно такая же. Алексис откажет тебе в чувствах, будешь так же строить козни. Вы все одинаковые!

Анемон переводит взгляд на меня, потом на Айзека. Проходят длительные секунды, прежде чем мы осознаем, что конкретно происходит: звонкий звук раздаётся в зале. На щеке демона красуется красноватый отпечаток ладони официантки. Она, осознав что натворила, разворачивается и убегает в подсобку.

— Это было лишним, — комментирую происходящее и принимаюсь за мойку посуды. Зрителей этой сцены кроме меня не было — все посетители разошлись, последними были те, о ком шел разговор.

— Она должна знать свое место. Демоны и люди несовместимы, — отвечает друг, а сам продолжает смотреть на дверь подсобки.

— Кажется, я в этом не уверен. Я думаю, тебе стоит пойти за ней и поговорить…

— Это не похоже на недопонимание, — он касается своей щеки и странно улыбается.

— Странный ты демон. Иди давай, — щелкаю пальцами и воздействую на друга, перемещаю его к Анемон в подсобку.

Пока они разговаривают или нет, я начинаю уборку зала. Проходит час. Второй. В моей голове елозят разные мысли, ведь Айзек голодный суккуб, кто знает, что там может произойти. Не выдерживаю, когда их нет уже три часа. Захожу в подсобку и застаю картину поражающее воображение: Анемон сидит на диванчике, а мой друг, расположив голову у нее на коленях, лежит с закрытыми глазами. Она гладит его темные волосы, нежно улыбается. Кажется, чье-то сердце украли. Я тихо закрываю дверь. Возвращаюсь к бару. Обращаю внимание на чашу жизни, которая заполнена самыми разными видами любви и начинаю улыбаться.

— И ведь совсем недавно, она признавалась в симпатии мне. Я не ровня суккубам, — выпускаю энергию и обновляю бар. Приятное чувство заполняет меня. Ощущаю себя сводником душ, но то ли еще будет. Главное минус одна поклонница и плюс более спокойная жизнь в стенах моего бара.

От ненависти до любви всего один шаг… От восхищения до любви пропасть…

Омела

После того как я застал демона и человеческую девушку в романтической обстановке, проходит около месяца. В людском мире время идет своим чередом, приближается Рождество. Цветочные магазины в округе начинают продавать омелу, ельник и всякие травы для украшения дома и фасадов зданий. Анемон, поддавшись настроению, уже несколько дней просит сотворить хотя бы парочку живых хвойных гирлянд. Я всячески сопротивляюсь, аргументируя, что у нас бар, а не кафешка…

— Ну, Алек, пожалуйста, — в очередной раз просит Анемон. Она строит мне милейшие выражения лица, в надежде, что я растаю. Добродушный демон, да где это видано! Сотрудница хватает меня за руку, тянет на себя и с детской наивностью смотрит прямо в глаза.

Мозгом понимаю, что меня начинает подкупать такое поведение девушки. А еще приходит осознание, что за несколько месяцев я к ней сильно привязался. Она незаметно стала частью моего мира и наполняет его человеческими радостями. Может стоит осчастливить? Незаметно для нее щелкаю пальцами и ухожу в подсобку, чтобы не стать участником украшательного процесса.

За последние дни в нашем баре произошли обновления: появилась маленькая кухня для персонала, место отдыха изрядно увеличилось, а склад с напитками похорошел. В мою коллекцию элитного алкоголя затесалось несколько великолепных экземпляров, каждый хочется попробовать нужен только повод. Надеюсь, скоро он появится.

Спустя несколько часов я выбираюсь из своего убежища и удивленно смотрю на преобразившийся зал. Анемон с восторгом вешает светящуюся гирлянду к потолку, в этом ей помогает никто иной как Айзек. Удивительно! Суккуб таскает лестницу, выполняет указания человека и слишком счастливо улыбается. Видимо, пора ждать апокалипсис. Замечаю, что у барной стойки стоит Соли и смотрит на очень изменившегося брата с неким непониманием.

Приближаюсь к ней осторожно, чтобы не спугнуть. Нам давно пора поговорить о том, что произошло с Кайли. Я не хочу ругаться или учить суккуба, который уже давно не ребенок, но такое поведение неприемлемо в человеческом мире, да и вообще в целом…

— Соли? — подкрадываюсь к ней. — Давно вы тут?

Она оборачивается ко мне со слезами на глазах. Сегодня слишком много удивительных вещей, ведь я никогда не видел ее такой… такой ранимой.

— Что случилось? — Соли смахивает капли с глаз и сияет в искренней улыбке. Апокалипсис неизбежен.

— Брат изменился. Он счастлив. И я рада за него, — тихо произносит она. — Сделай мне вкусный коктейль, пожалуйста, — вежливо просит.

Я, находясь все еще в смятении, начинаю выполнять просьбу. Недавно появившийся в моем арсенале ликер Сен-Жермен появляется в руках. К нему в компанию добавляю водку и клюквенный сок, смешиваются между собой в шейкере. Выливаю все в бокал для мартини. И так как этот напиток для Соли добавляю сладкого сиропа, чтобы разбавить терпкость вкуса. В качестве украшения использую клюкву и мяту, бросаю лед в виде звёзд. На этом все — вышло довольно красиво.

— Похоже на цвет твоих глаз, — мягко произносит суккуб. Мы встречаемся взглядами. Неожиданно для нас мир приобретает новые краски. В воздухе пахнет елью, снегом и чем-то еще… Атмосфера непривычно другая. Я завороженно смотрю на сестру Айзека и на автомате пододвигаю коктейль.

Соли принимает бокал. Пробует. Улыбается. А мое сердце стучит сильнее в ожидании вердикта.

— Вкусно. Как называется?

— Омела, — отвечаю я, под гипнозом сапфировых глаз. Их красоту я почему-то не замечал ранее. Очень странные ощущения внутри заставляют встряхнуть головой, чтобы избавиться от наваждения. Вот только оно не проходит. Соли все еще красива в моих глазах, приятная аура исходящая от нее заставляет думать о великих свершениях. Хочется прикоснуться к ее руке. Сотворить нечто удивительное, лишь бы она одарила своей улыбкой.

Я делаю шаг назад. Отворачиваюсь к своему любимому алкоголю, читаю этикетки. Успокаиваюсь. Не веря в собственным мыслям. Это неправильно. Так просто не должно быть.

— Алексис, — нежный голос вновь заставляет меня обернуться, — что означает омела?

— Поцелуй меня, — отвечаю вполголоса. Как по волшебству парочка состоящая из демона и человека стоят под маленькой веточкой омелы, что подвешена под потолком. Их взгляды горят желанием растворится в романтике рождественской традиции. Только этого не хватало. Меня поражает осознание, что сам подвергся этому чувству. Соли все еще смотрит на меня, чувствую ее взгляд на лице, такой нежный и трепетный. Стараюсь не смотреть в сторону суккуба, чтобы избежать очередного наплыва ненужных ощущений.

Щелкаю пальцами. Оказываюсь в своем маленьком укрытии. Я не хочу быть связанным, ни с кем из окружения, красной нитью. Мы просто друзья, знакомые или мимолетные прохожие друг другу, никого ближе я видеть не желаю.

Бутылка винодельни Цинния из долины Нала мозолит мне глаза. Регион создания — Калифорния. Виноград — Зинфандель. Я все знаю об этом вине, но не дает мне покоя название цветка, фигурирующее на этикетке. В зависимости от цвета растения разнится и значение на языке цветов: красный — длительная привязанность, смешанный — «Думаю об отсутствующем друге», алый — постоянство, белый — доброта и великодушие, желтый — «Я вспоминаю тебя каждый день!» Логотипом, как назло, является красная цинния.

— Я привязался к ним? Ощутил влюбленность из-за глаз Соли? — вопросы я задаю сам себе, ответы на которые лучше даже и не знать. Тянусь к бутылке, откупориваю. Начинаю пить прямо из горла. Вот и вся эстетика бармена: пить — так как хочешь и пока никто не видит.

Недавняя встреча всплывает в памяти, навевает воспоминания об академии. Соли и Айзек всегда вместе. Я не собирался ни с кем из них заводить дружбу. Азалия все время тянула в компанию, ее попытки сблизить нас увенчались успехом. Я стал больше проводить времени с ними. А теперь даже Анемон — человек — постепенно вливается в нашу группу демонов.

Мне никогда никто не был нужен.

Делаю еще один глоток. Воспоминания и мысли сплетаются между собой создавая очередные очертания образов прошлого.

Я хотел быть один. Меня так воспитали. В одиночестве среди взрослых демонов. В мир людей сбежал от обязанностей главы клана. Плевать что творится дома. Я не хочу быть окружен кем-то. Быть рядом. Давать надежду на будущие отношения и неважно какие, будь то дружба или любовь. Я считаю их всех друзьями, но не близкими настолько, чтобы подпускать к собственному сердцу. Мы просто общаемся ни больше, ни меньше.

— Алексис? — слышу за дверью голос Айзека. Он обеспокоенно стучит по деревянной поверхности, хотя вполне мог вынести ее и не распинаться. Я молчу. Вновь налегаю на свое вино с намеком на длительную привязанность. Разрываюсь между ответить суккубу и выйти из убежища или исчезнуть на какое-то время. И все же не стоит так просто бросать свой бар на произвол судьбы.

— Что тебе Айзек? — поднимаюсь пошатываясь. Ответа на мой вопрос нет. Не хочет разговаривать с пьяным барменом, значит не надо. Я ухожу!

Щелкаю пальцами и вновь перемещаюсь, но уже на улицу. Прохладный ветер мостовой отрезвляет. Я без своей любимой куртки слегка вздрагиваю от снежной погоды. Я добился того, чтобы вновь остаться одному. Все происходит как я того желаю головой, а не сердцем. Один. Вокруг ни души, даже собак не видно.

— Да ты задрал сбегать, припадочный! — раздается за моей спиной голос Айзека. Я оборачиваюсь, чтобы высказать ему все о чем думаю, но не решаюсь, видя стоящую рядом Соли и обнимающую демона Анемон. Они стоят без верхней одежды. Моя официантка пытается согреться при помощи Айзека, но тот не особо выделяется теплотой. Соли закрывает уши руками и смотрит на меня пронзительным злобным взглядом.

— Идите обратно, околеете. Рождество нынче снежное.

— Без тебя мы не пойдем! — дрожащим голосом кричит Анемон, ветер частично заглушает ее. С каждой секундой погода ухудшается под стать моему настроению. Смотря на этих снеговиков хочется оказаться в теплом помещении, они не привыкли быть на улице в такую погоду. Меня же греет собственный холод в душе.

— Глупцы! Я что не могу пойти гулять? — подхожу к ним. — Ладно, отмороженные, пошли обратно.

Щелкаю пальцами и перемещаю всех с сосульками на носах в бар. Вот вечно они лезут в мою душу, копаются в ней и наводят свой собственный порядок. Создаю глинтвейн для этих мучеников. Пусть согреются. А я пострадаю в следующий раз.

Фиалка

— Думаешь, они шпионы? — спрашивает Анемон, подозрительно сужая глаза смотря на столики у окна.

— Понятия не имею, — я натираю чистые бокалы для следующего заказа, и так же поглядываю в сторону странных гостей. Они заняли два разных стола. Уселись спинами друг другу, и смотрят исключительно перед собой. Странность заключается в том, что они пишут на салфетках что-то и обмениваются ими, причем делают вид, что не знакомы.

— Интересно, долго они так будут общаться? — рядом с нами появляется Айзек. После Рождества он зачастил забегать в бар, даже стал какой-то неотъемлемой частью нашей маленькой компании. Так что мы уже перестали удивляться его внезапным репликам в нашем будничном диалоге с Анемон.

Втроём мы наблюдаем за посетителями: молодой человек предает очередную записку и как бы невзначай поглаживает руку девушки за спиной. Она улыбается, а когда читает сообщение — в глазах сияет восторг. Их ауры очень похожи — ярко-красные, пылающие любовью.

Я подпираю рукой подбородок, облокачиваюсь на стойку. В этой парочке все странное: она выглядит как девушка с обложки человеческого журнала, он больше похож на затворника, посетителя интернет-кафе. Их по сути ничего не связывает кроме общего цвета ауры.

— Прошел час этого странного разговора в салфетках, — сообщает официантка и подходит ближе к Айзеку. Они незаметно для окружающих берутся за руки. Я уже устал замечать такие нежные касания, поэтому не акцентирую внимание на парочке. Демон и человек странный союз, но вполне возможный, если не брать в расчет происхождение каждого.

— Главное чтоб мусор убрали за собой, — сухо произношу, смотря на столики. После моего высказывания эти два странных человека почти одновременно встают и выходят из бара, делая вид, что уходят не вместе. Мысль о том, что это два «шпиона» задумали какую-то пакость, не дает мне покоя.

Анемон тут же отпускает руку Айзека и приступает к своим обязанностям. Мне нравится ее чувство ответственности и понимание, что она на работе. Через несколько минут возвращается, держа в руках те самые подозрительные послания. И все же мусор с собой не забрали — жаль.

— Гляньте! Это же любовная переписка! — восторженно сообщает официантка. — Он назначил следующее свидание через несколько дней и опять у нас! Это так романтично!

— Ну, значит мы их еще увидим, — делаю вывод из полученной информации. Я возвращаюсь к своим стаканам, закидываю полотенце на плечо и начинаю мыть посуду. Анемон задумывается на секунду глядя на записки, а затем вновь оборачивается на уже пустые столы. Прям слышу, как в ее голове вращаются шестерёнки, складывают незатейливый пазл.

— А вам не кажется, что девушка уже была у нас? — мы с Айзеком отрицательно качаем головами. — Она мне показалась знакомой.

— Может просто кажется, — демон кладет руку на голову Анемон. — Не думай об этом.

— Айзек, не проворачивай этот трюк снова, — она отходит от него и садится на барный стул.

Официантка все еще копается в своих воспоминаниях о загадочной посетительнице. Но меня волнует другое, что Айзек успел сделать моей сотруднице? Смотрю на демона, который любовно разглядывает объект обожания и задаю вопрос:

— Так, демонюга, ты что успел сделать Ане?

Айзек обращает на меня внимание своих голубых глаз и криво улыбается. Делает несколько шагов назад, чтобы случайно ему не попало каким-то предметом. В последнее время я заимел привычку бросаться в демона всем что попадет под руку, а все из-за того, что видеть уже не могу его морду в баре. В академии мы пересекались только на лекциях, иногда в компании, если Азалия затаскивала туда. Обычно наше общение происходило только в аудиториях.

— Ничего такого, о чем ты мог бы подумать, — Айзек поднимает обе руки вверх. — Она просто была загружена, а я очистил ей разум и случайно стер все знания о конспектах.

— Я завалила из-за него экзамен, — вставляет свое слово Анемон, и тут же с восторгом добавляет: — Я вспомнила! Начальница того мужика, которого ждало увольнение.

— И правда, черничный коктейль без вкуса алкоголя, — ударяю кулаком в ладонь. — Я помню его!

— Почему ты всех запоминаешь как свои зелья? — удивлённо спрашивает Айзек. Он возвращается на свое место, видя, что опасность миновала.

— Ну так получается, — отвечаю ему, пожимая плечами. — Издержки профессии.

— А я как тогда отображаюсь в твоей памяти? — интересуется он, разложившись на барной стойке. Анемон отходит от нас протирать столы, а еще у нее начался обед, так что в ближайший час мы остаемся с демоном наедине.

— «Любовь и ненависть», — произношу название коктейля с грейпфрутовым соком и базиликом. — Какой заказывал такой и помню.

— Так не интересно.

Айзек наблюдает за моими действиями в баре. По глазам вижу, что ему скучно, но что поделать Анемон сегодня работает. Да и он бы шел работать, вместо полирования своими штанами барные стулья.

Открывается дверь и на пороге стоят два молодых человека. Они легкой походкой направляются к барной стойке. Их вид буквально кричит: «Мы не пьем ничего крепче лимонада». Ухмыляюсь, сегодня странных посетителей вдвое больше чем обычно.

Я уже начинаю подумывать открыть кафе и прикрыть бар, может тогда люди начнут приходить ко мне выпить и потравить байки за стойкой. А то заявляются только на кофе и чай с десертами по утрам, а вечерами редко заглядывают истинные ценители крепкого алкоголя. Останавливает от этой страшной мысли перспектива работать днями и ночами, что мне вообще не свойственно. Да и приоритет все же не идет на увеличение моей жизни, а жить долго я пока не собираюсь. Как минимум пол века хватит, а дальше посмотрим.

— Здрасте, у вас тут еда подается к алкоголю? — отрывают от мыслей новоприбывшие посетители. Удивленно хлопаю глазами, не понимая подвоха в вопросе. Мы приличное заведение! Какая же выпивка без обособления закусками?

— Ну, как бы да. Что ж ей не быть? — бросаю взгляд на Айзека, а он уже отвернулся от меня на другую часть лица и если не спит, то слышит мое тихое офигевание с вопроса.

— Мы сегодня вечером придем с компанией коллег, и многие не пьют крепкие напитки. Поэтому хотели бы уточнить заранее. И придет около двадцати человек. Спасибо, за пояснение, — протараторив, скорее всего заученный текст, они разворачиваются и уходят, оставляя меня продолжать хлопать глазками. Как только дверь за ними закрывается, приходит осознание того, что ожидается большое количество посетителей.

— Айзек, — трясу демона за плечо. Он отмахивается от меня. — Демонюга! Я знаю, что ты слышишь! Вставай давай!

— Что тебе, Алексис? — он устало поднимает голову и смотрит невинными голубыми глазами. — Я скоро пойду домой, дай хотя бы отдохнуть.

— Какое отдыхать? Какое домой? Работать будешь! — беру его за шкирку и затаскиваю к себе за стойку. — Щас будешь учиться делать шедевры!

— Можно я лучше на кухне буду! — стонет демон. — Или просто посижу тихо за стойкой. Зачем ты меня сюда вплетаешь?

— Я не понял, ты помогать не хочешь? — грозно смотрю на него.

— Ты заплатишь мне? — отвечает вопросом на вопрос. Айзек тут меняется в лице, когда речь заходит об оплате труда. Выгоду ищет демонюга! Но все не так просто, как ему кажется, поэтому я в выигрыше в любом случае.

— Я тебе и так отдал самое дорогое, что есть в это баре, — сообщаю ему. Он удивленно смотрит своими ледяными океанами и пока не совсем понимает о каком таком даре идет речь.

— Не помню, что получал от тебя хоть что-то, — отодвигается от меня и пытается встать, чтобы сбежать. Я останавливаю своей силой, заковав невидимыми кандалами. Айзек падает на пол.

— Анемон моя дорогая сотрудница, твоя возлюбленная девушка, — притягиваю его обратно к себе за стойку.

— Что?! — вскрикивает Айзек и поднимает голову. Он не ожидал, что я раскрою их маленький секрет раньше времени. А ведь эта парочка даже не пыталась сохранить свои отношения в тайне, особенно от меня. Счастливые — ничего не замечают.

— А ты думал, я не знаю о вашем романе, да? — слегка ударяю его в плечо. — Так что отрабатывай. Моя официантка слишком дорога, чтобы отдавать просто так какому-то суккубу.

Щелкаю пальцами и освобождаю ноги демона. Мы встаем. В зале все еще никого, поэтому к обучению нового протеже приступаю сразу. На удивление Айзек слишком быстро учится, так что через несколько часов его можно оставить главным на баре и сбежать нежиться на пляже. Но это будет в следующий раз, а пока нужно подготовиться к приему гостей.

— Если что, кухня работает автономно, поэтому тебе нужно лишь положить в коробочку заказ и ждать его выполнения, — даю ему последние инструкции.

— Да с чего ты вообще решил, что будут ажиотаж? До этого без меня справлялись без проблем, — бубнит себе под нос Айзек.

— Потому что скопом никто не приходил, — вместо меня отвечает Анемон. Ее обед давно закончился, но я позволил отдохнуть ей чуть больше обычного. И пока девушки не было сам убирался в зале, накрывал столы и двигал мебель: в общем пытался сделать все обязанности официанта.

Но есть и другая причина моего беспокойства — пьяные люди не контролируют себя и оставлять один на один девушку мне не хочется. Поэтому я буду принимать заказы наравне с Анемон, а демону об этом лучше не знать. Айзек страшен в гневе и черт его знает, что придет в голову, если случится что-то с моей сотрудницей.

Наступает вечер. Мы томимся в ожидании. Айзек во всю тренируется виртуозно готовить коктейли — я уже потерял счет выпитого. Анемон читает какую-то книжку. И вот к нам вваливается толпа. Среди них мы замечаем дневную парочку, но в этот раз они не пытаются встретиться взглядом или как-то соприкоснуться друг с другом.

Анемон подрывается встречать гостей. Провожает их к столикам и принимает первые заказы. Все происходит по отработанному сценарию. Гости занимают несколько отдельных подготовленных для них столов. Наша парочка сидит отдельно друг от друга, видимо, в этом сборище действует негласное правило сотрудники — отдельно, начальство — отдельно.

Парень бросает мимолетный взгляд на девушку, но не получает ответный. Его коллеги о чем-то разговаривают, смеются. И только он заворожённо смотрит на другой стол.

Я подхожу к ним, чтобы убедиться, что заказы у всех приняты и больше ничего не нужно. Окидываю взглядом компанию, состоящую практически только из мужчин разных возрастов, там сидят только несколько девушек практически ровесницы Анемон. Мое беспокойство возрастает с каждой секундой, но буду надеяться, что взрослые люди смогут сами за себя отвечать. Поэтому отбрасываю мысль о негативном исходе этого сборища.

— Анемон, — ловлю официантку за локоть, — если что бей подносом, дальше мы сами.

Она удивлённо хлопает глазами и ничего не произносит в ответ. Айзек с беспокойством смотрит в нашу сторону. Я киваю ему, в знак того, что все в порядке.

Постепенно градус в нашем заведении начинает возрастать. Болтливые языки развязываются. Голоса переходят с полушепота на более громкие, что около бара слышно каждую реплику. Айзек во всю старается делает выпивку для гостей. Анемон носится с подносом туда сюда, я тоже не отстаю от нее.

— Вы знаете, — начинает очередную сплетню за мужским столом седовласый мужчина, — а наша начальница крутила шашни с гоблином из отдела маркетинга. Его еще уволили до рождества, когда она отказала ему в повышении по службе.

— Да ну? — удивленно практически в один голос галдят его коллеги.

— Врешь все! Ричард, ты самый главный сплетник в нашем отделе! — пьяный голос девушки доносится с другой стороны от седого мужчины. — Если бы так все и было, то не уволила, а повысила и притянула поближе к себе.

— Я тебе говорю! Застал как-то, когда он ее лапал перед собранием. А потом его уволила, стерва.

Обращаю внимание на паренька: сжимает кулаки от гнева, но ничего не говорит. Взгляд потуплен в тарелку перед собой. В ауре замешен черный цвет злословия, не надо быть чтецом мыслей, чтобы понять, о чем он думает. Остальные ехидно улыбаются, окрашивая ауры в ядовитый зеленый с примесью синего. А ведь засланцы говорили, что мало пьющих! На самом деле выпили все, кроме наших героев.

Глазами ищу Анемон и нахожу у женского стола, где мужчин намного меньше. Вот только там сидят начальники, которым не помешает руки оторвать. Один такой косо поглядывает на официантку и уже готовит свою лапу для похабных действий. Спешу на помощь. Успеваю поймать кисть прежде, чем произойдет конфликт.

— Тебе запястье слопать или вырвать полностью руку? — шепчу на ухо пьяному мужчине. Он изрядно охмелел, но после моих слов начинает трезветь на глазах. Стыдливо отворачивается, не произнося ни звука и пытается включиться в разговор, словно не покидал его ранее.

Анемон испуганно отходит к бару, я за ней.

— Айзек, с этого момента убирай из напитков алкоголь. Им хватит на сегодня, — он кивает. — Анемон, не подходи к мужикам лишний раз.

Она так же кивает и усаживается на барный стул. Вопросительный взгляд Айзека остается мною незамеченным. Трагедии и драмы сейчас от демона не хватает, поэтому отмахиваюсь от него. Позже, когда все уйдут, я обязательно выслушаю нотации.

Возвращаюсь к гостям и начинаю подслушивать:

— Наша начальница довольно красивая, я б за ней приударил, — делится своим мнением очередной мужлан. — На столе бы разложил…

В этот момент парнишка срывается с места и кулаком ударяет коллегу. Все в шоке, а я мысленно хлопаю храбрости влюблённого. Начинается драка. Дамы с другого стола встают из-за своих мест, чтобы посмотреть. А она продолжает сидеть на стуле. Ее аура меняется на фиолетовый с красным, видимо ей печально от мыслей, что так вышло с ним.

Драка набирает новый поворот мужлан не остается в долгу и не рассчитав силу сносит в нокаут парня. Конец. Но было довольно интересно наблюдать за людскими попытками обойти законы природы и равновесия. Сильный всегда пожирает слабого, так и вышло в этот раз. Подхожу к пылающему ненавистью мужчине и кладу на его плечо руку, посылая успокаивающие импульсы.

— Хватит на сегодня, господа, — сообщаю присутствующим. — Алкоголь ударил по мозгам, поэтому топаем домой.

Щелкаю пальцами и насылаю контроль над восприятием каждого: люди начинают собираться и уходить из бара. Вот только под мое влияние не попала та парочка — парень в отключке и его начальница. Она медленно подходит к нему и ласково гладит по щеке. Он открывает глаза, фокусирует взгляд на возлюбленной.

— Я не хотел, чтобы так вышло, прости, — девушка помогает ему подняться. — Прими мой подарок, — вытаскивает из нагрудного кармана маленькую коробочку. Слегка дрожащими пальцами открывает футляр, в нем лежит маленькая брошка в виде фиалки.

Символично, ничего не скажешь. Другое значение этого цветка тайная любовь. Я считаю этот вид отношений самый горький, так как не всегда есть возможность помочь друг другу в любую секунду. Одна рана на двоих, две разные жизни без намека на единство. Грустно.

Щелкаю пальцами, чтобы облегчить боль от удара. Я искреннее желаю им счастья, провожаю парочку к выходу и закрываю бар.

Айзек и Анемон мило болтают, несмотря на весь переполох. Они поняли, что я разрешу сложившуюся ситуацию, поэтому не вмешивались. За это я им благодарен. Ухожу к себе в убежище, в подсобку, усаживаюсь на любимые ящики с вином. У самого в голове бардак, я даже позабыл о чаше жизни, которая скорее всего наполнилась горькой историей любви. Накидываю любимую куртку, вдыхаю запах кожи, надо успокоиться. Любовь окутывает каждый уголок этого бара, но одинокий демон вроде меня не должен ощущать свою трагедию любви… Жаль, нельзя выключить эмоции и перестать думать о ней…

Хризантема

Моя личная история любви началась еще с времен в демоническом мире. Я был ребенком среди взрослых. Не знал иной жизни: расписание, учеба, дворецкий Альдо и ненавистное мне одиночество. В клане не было детей кроме меня, да и они не пускали чужих. Тогда всюду твердили: будущий глава то, будущий глава сё. С самого рождения меня клеймили ненавистным титулом, ношу которого приходилось нести до самого подросткового периода.

Став старше, я впервые сбежал в человеческий мир. Клан за многие годы так и не понял моего одиночества внутри. Хотелось чего-то большего. Найти себя. Именно огромные города людей, толпы, шум и гам мегаполисов околдовали, заставив демоническое сердце учащенно биться. Они позволили почувствовать себя лучше, чем мрачные замки властителей демонов. Я бродил по улицам с открытым ртом, заглядывал в витрины магазинов. Восхищался каждым мгновением, проведенным среди людей. Прохожие иногда улыбались мне, ведь я не был похожим на них. Возможно, находили забавным подростка смотрящим на мир с широко открытыми глазами. Мне тогда казалось, что это мое место. Хотелось остаться навсегда и не быть частью мира демонов, отказаться от своего естества. Стать человеком и жить бок о бок среди людей.

Я перемещался из города в город: Пекин, Москва, Осло и последняя остановка Париж. Город, который окончательно, покорил мое сердце. Там все произошло впервые. Я влюбился. Ощутил вкус красного вина на языке. С восторгом наблюдал за различными видами любви, что наполнили меня еще на лишний десяток лет.

Но самым главным открытием была она…

Цветочница на одной из улочек романтичного города. Лишь одна улыбка и я уже разговариваю с ней, в первую минуту общения узнал имя. Первый взгляд в зеленые глаза и хотелось тут же написать человеческие стихи, создать с этой девушкой кучу общих событий. Я ловил каждое слово, слетевшее с ее губ. Голос нежный и мелодичный, что хотелось слушать все, о чем она говорит.

Флер до безумия любила цветы, хорошее вино и классическую музыку. Она не так давно открыла цветочный магазин на собственные деньги. Работала в поте лица, уставала, но все время улыбалась.

Эта улыбка до сих пор живет в моем демоническом сердце, разрывая его и заставляя вновь и вновь нарушить клятву, данную ей после событий.

А пока я провел в Париже около недели. У нас с Флер возникла нежная, трепетная дружба. Дни пролетали незаметно за разговорами, мы не замечали ничего вокруг. Я пытался каждый раз сделать ее жизнь более яркой, чтобы осталась память обо мне.

Старшие с раннего детства твердили, что дружба и любовь невозможны с человеком. Они хрупкие и ранимые, живут мало и не имеют сил бороться за себя перед нами. И я не хотел принимать демоническую мантру за реальность, просто не мог. Я юный беспечный демон, который хотел найти свое место в любом из миров. И нашел. Но всему приходит конец, и часто он становится неожиданным… За мной послали почти весь клан демонов, и ведь нашли гады.

Дворецкий Альдо исподтишка повязал меня заклинанием, прямо на крыше с видом на Эйфелеву башню. Без слов и каких-то разъяснений закинул в портал, отправил домой. Самое обидное было, что это все произошло ночью, а на утро я должен был встретиться на ярмарке цветов с Флер. Я хотел признаться в своих чувствах, даже создал самую прекрасную розу на свете.

Судьба жестока даже к демонам…

В следующий свой побег я осуществил через несколько лет после. Париж изменился, что я не сразу нашел нужный магазинчик. Девушка уже наняла персонал, открыла сеть своих цветочных в городе. Она сильно изменилась — повзрослела, так же как и я. Неизменными остались лишь наши глаза.

Мы встретились взглядами в одном из кафе Парижа. Она брела по бульвару разглядывая архитектуру зданий, ее мысли витали где-то далеко. Я же сидел за одним из столиков на летней террасе с бокалом дорогого вина. Один взгляд и все изменилось.

Встреча после долгой разлуки дала свои плоды. Мы не могли перестать разговаривать около месяца, узнавая о друг друге все новое и новое. Флер за прошедшие годы успела посетить несколько стран, выучиться на флориста и стать той, о ком мечтала всегда. Она то и поведала мне о языке цветов, как выразить чувства, не рассказывая о них напрямую.

Это были захватывающие знания. В следующие встречи с цветочницей я делал послания, которые она пыталась расшифровать в букетах. Каждый раз она оказывалась права, но одно я все же ей не говорил долгое время… Боялся. Демонам не свойственно испытывать трепет перед человеком, а уж тем более любить. Но было поздно, ведь я по уши влюбился в Флер. В ее глаза, характер, мимику. Останавливало только одно, мы были друзьями, и чтобы перейти на другой шаг — нужно сделать все возможное разрушив барьер дружбы.

Я решился рассказать ей о своих чувствах, одной парижской ночью. Стоял под окнами ее дома и ждал, когда она выйдет на балкон перед сном. Флер заметила меня не сразу, сначала разглядывала ночное небо, но стоило ей опустить взгляд на улочку, то быстро вернулась к себе. Через минуту она уже в ночной пижаме с запахнутым халатом вышла ко мне. Руки за спиной, так же как и у меня: почти одновременно мы протягиваем друг другу цветы. Я ошарашено смотрел на обычную одинокую хризантему и не мог поверить своим глазам, Флер в свою очередь удивленно смотрела на букет красных кардиналов. «Ты прекрасный друг» — говорило ее послание, против моего «я люблю тебя».

Я не знал, что делать в такой ситуации. Она смотрела на меня с сожалением, не произнося ни слова. Мысли путаются. Я сделал неуверенный шаг назад и шел, держа в руках ее подарок.

Мне больно. Обидно. Страшно. Демон влюбился в человека — смешная шутка судьбы. Будущий глава клана подвластен человеческому чувству — равноценно предательству перед старейшинами. Я вернулся на свою любимую крышу. Париж любимый город возлюбленной, стал ненавистен, как и цветы. Мы лишь друзья, иного просто не может быть!

Ночь близилась к своему завершению. Я утихомирил собственные чувства и уже хотел бежать обратно в мир демонов. Забыть любовь. Забыть цветы. Вино. И это город. Но меня остановил единственный голос на планете. Флер пришла на мою крышу, все еще в пижаме и халате, держа в руке мои цветы… На ее глазах слезы, словно роса на траве. Она медленно подошла ко мне, схватила за руку и притянула ближе. Губы встретились лишь на мгновение, но и этого было достаточно, чтобы остановить меня от побега…

— Вот и вся история моей любви, — заканчиваю свой рассказ. Анемон вытирает с глаз слезы, сопит носом. Тишина наполняет бар. Осталось послевкусие от воспоминаний, словно терпкое старое французское вино.

— А что было потом? — плаксивым голосом спрашивает официантка.

— А потом авария. Академия. И бар, — отвечаю кратко, чтобы не было лишних вопросов. Я и так поделился самым сокровенным, чтобы от меня отстали с сестрой Айзека и ее чувствами. Любовь имеет разные виды, и к Соли я пока ощущаю лишь увлеченность из-за ее ауры суккуба. Пока ее нет мне даже не думается, как о Флер… Прошло достаточно много лет, но я все еще помню ее глаза, голос и смех, которым она одаривала меня.

В моей истории все правда, кроме окончания: Флер пришлось оставить навсегда. Она сама попросила сделать это, заставив принести клятву демона. Люди мимолетны — стареют в мгновение ока. Когда она узнала, что я демон, то не испугалась и приняла это. Но с каждым годом ее личные демоны в голове начали капать на самооценку, и от чувств не осталось и следа…

Цветы

В человеческом мире наступает весна — люди уже не хотят проводить время в душных заведениях, даже прекратили заходить чае и кофеманы по утрам. Именно поэтому посетители, если и приходят, то в бар ближе к вечеру или вообще их нет. Так что в последнее время я полностью предоставлен сам себе, особенно днем.

Анемон не появляется часто как раньше, даже вечерами. У ее пора любви с Айзеком — конфетно-букетный весенний этап отношений, к тому же экзамены не за горами. И ведь кто бы мог подумать, во что выльется знакомство демона и человека, а ведь она призналась в симпатии сначала мне. Но выбрала влюбиться в суккуба, который по иронии судьбы ненавидел людей. Скажи Айзеку об этом в прошлом, когда мы были молоды, то получил презрение и злобный взгляд в ответ. Забавно вышло — ничего не скажешь.

Сегодня мне не хочется творить алкогольные шедевры: во-первых никто их не испробует, во-вторых — настроения нет. Решаю немного поспать в кладовой, а затем придумать себе занятие до прихода каких-нибудь посетителей. Но отдых откладывается, как только я обращаю внимание на потолок — почти невидимая нить паутины свисает с люстры, раздражает взгляд и требует начать уборку. Этим я и займусь в ближайшие несколько часов.

Вооружаюсь тряпкой и ведром с водой, хотя мог бы просто щелкнуть пальцами убрать все разом, но так не интересно. Так что единственное что делаю из ряда вон выходящее — это взлетаю к потолку и включаю любимую музыкальную композицию «Alex Beaupain — Je Ne Peux Vivre Sans T'Aimer». Музыка наполняет зал приятным мотивом фортепьяно и мягким мужским тембром.

Tu n'es plus là, rien n'a changé Le problème est le même tu sais Je peux vivre sans toi, oui mais Ce qui me tue, mon amour, c'est Que je ne peux vivre sans t'aime…

Тебя больше нет, ничего не изменилось Проблема в том же, ты знаешь Я могу жить без тебя, да, но Что меня убивает, любовь моя, так это Что я не могу жить, не любя тебя…

Подпеваю как могу, может и звучит хреново. Я не певец. Да и никто не видит моего маленького концерта во время уборки. Протираю поверхность люстры, оказывается там скопилось приличный слой пыли. Паук в шоке бежит куда-то выше, взбираясь по электрическому проводу, спасается как может. «Прости брат, но мне очень не нравится наше соседство», — мысленно извиняюсь перед членистоногим.

Moi j'attendais qu'on se délite Rien ne viendra plus, je le sens Comme la vie a passé vite Comme désormais tout semble lent Comme désormais tout semble lent…

Я ждал, что мы разойдемся. Ничего больше не придет, я это чувствую Как быстро пролетела жизнь Поскольку теперь все кажется медленным Поскольку теперь все кажется медленным…

Музыка сопровождается басом виолончели, в этот момент я закрываю глаза и представляю как сам играю на этом инструменте. Со стороны, наверное, забавно выглядит: парящий демон под потолком с тряпкой в руках играет на невидимом струнном смычковом инструменте. Когда повторяется припев, то горланю во всю мощь голоса, открывая печаль собственного сердца.

Пока убирался и давал концерт, не заметил, что за мной наблюдает посетитель. Открываю глаза, и от неожиданности теряю равновесие, но не падаю.

У входа стоит пожилая женщина, непохожая на местных. Седые волосы уложены в аккуратный пучок, на голове шляпка на французский манер. На губах кричащий красный, в ушах крупные круглые серьги. Легкий, повязанный на шее, шарфик, и маленькая сумочка дополняет образ дамы.

Я бью себя по лбу за не осмотрительность: «глупый демон забыл закрыть дверь в бар». Но женщина даже не удивлена увиденному, спокойно смотрит на меня и улыбается. Опускаюсь вниз. Она подходит ближе. Ее черты лица кажутся знакомыми, сердце учащенно трепещет, буйствует как при единственной моей любви.

— Красиво поешь, не знала, — произносит гостья на чистом французском. Я замираю от голоса, что до боли знаком. Вновь всплывают воспоминания о моей Флер. Но наш шанс встретиться спустя столько лет крайне мал, поэтому отбрасываю мысль о ней.

— Ты открыл бар? Удивительно. Я думала будешь жить в своем мире, — она спокойно проходит мимо и садится за столик у окна, освященный солнцем. — Как ты поживал все это время?

— Флер? — это имя неосознанно слетает с губ. Я не мог поверить в очередную шутку судьбы. Ошарашено смотрю на пожилую женщину, она также красива, как и тогда. Возраст нисколько не испортил ее внешность, лишь улучшил и подчеркнул что есть.

Она смеется тем же смехом, как раньше чистым и искренним, словно колокольчик на ветру. Утонченно прикрывает ярко-красные губы ладонью.

— Я рада нашей встречи!

— Но как? — подсаживаюсь к ней. — Ты же говорила никогда тебя не навещать и сама пришла…

— Случайно, — перебивает меня. — Я услышала твой голос. Местные не знают французского и уж тем более не поют о любви.

— Как твои дела? — мне хочется знать о ее жизни, но в тот же момент это пугает. Меня не было рядом. Я просто не имею права даже интересоваться спустя столько лет.

— Все хорошо, — как-то грустно отвечает Флер. — Напоследок решила уладить дела в своей сети цветочных и передать место сыну.

— У тебя есть сын, — стараюсь скрыть печальный подтекст в голосе. — Ты вышла замуж?

— Да, но он никогда не был таким великолепным как ты… — Флер осторожно касается моей руки. Прошибает ток. Сердце уже готово выскочить из грудной клетки. Я чувствую, как пульс сходит с ума под кожей.

Старушка Флер рассказывает мне о своей жизни после расставания. Жак, так зовут ее мужа, долго и красиво ухаживал. Несколько лет потратил, чтобы покорить ее сердце. Они женились после пяти лет отношений. Родился сын Франсуа, умный мальчик, проживающий в Лондоне. В итоге мечта Флер исполнилась — сеть цветочных процветает по всему миру. Я очень рад за нее. Смотря на прекрасную женщину перед собой, внутри зарождалось беспокойство. Что-то было не так: аура более блеклая и осталось мало жизни в пожилом теле.

После повествования о своей судьбе Флер внезапно кашляет, достает носовой платочек и прикрывает им рот. Я делаю самый страшный вывод, на который она возможно намекала в начале нашего разговора.

— У тебя что-то не так со здоровьем? — обеспокоенно спрашиваю, при этом щелкаю пальцами и материализую стакан с водой на столе. Она благодарно кивает, улыбаясь слегка болезненной улыбкой. Берет воду и делает один глоток.

— Знаешь, я прожила много лет, — игнорирует поставленный вопрос, — встретила хорошего человека. Но жизнь коротка в отличие от твоей демонической. Именно поэтому я просила отпустить меня, и жить как ты хочешь.

— Я люблю тебя и всегда любил, — сжимаю ее руку. Уголки губ слегка приподнимаются, а на зеленых глазах блестят маленькие капли слез.

— Я тоже тебя любила, но не могла поступить иначе. Моим самым настоящим желанием было, чтобы ты нашел ту самую из своего мира и не тратил время на смертную девушку, — Флер разводит руками в стороны. — Ты только посмотри что сотворило со мною время…

— Ты прекрасна! — перебиваю. — Я бы прожил с тобой столько лет сколько нужно. Сделал бы все возможное для нашего счастья!

Мне хочется отмотать время назад и остаться с возлюбленной. Потонуть в ее зеленых глазах, увидеть как время заставляет цвести эту женщину, так же как любимые цветы. Пойти против решения о раздельном счастье, но… Время единственное не подвластно демонам. Мы не можем нарушать равновесие в человеческом мире и становиться теми из-за кого начнется Армагеддон. Закон добра и зла нерушим, если хотим остаться в мире и согласии с человечеством.

— Алексис, — ласково произносит Флер, — я смогла найти свое счастье после тебя. И когда меня не станет, выполни единственную просьбу, отыщи свою любовь предназначенную судьбой.

— Моя любовь это ты, — она отрицательно качает головой.

— У любви несколько видов, так же как и историй…

— Алексис? — звучит знакомый голос за спиной. Оборачиваюсь и вижу Соли, которая видимо решила навестить меня пока брат шарится со своей девушкой.

— А вот и она, — с улыбкой произносит Флер. — Алексис, мне пора идти. Скоро самолет моего Франсуа, — моя бывшая возлюбленная встает с места и медленно выходит из бара. Я не смею шевелиться, провожаю взглядом. Мне не верится в услышанное. Соли тихо подходит ближе и кладет руку на плечо. В моих глазах слезы печали, сердце снова разбито даже спустя столько лет Флер все еще умудряется болезненно касаться этого органа.

— Я не вовремя? — осторожно спрашивает суккуб. Я сжимаю маленькую ручку на плече и поднимаю взгляд. Бездонные голубые океаны успокаивают и дают надежду на будущее. Все не так плохо как казалось до этого.

— Хочешь выпить Шато Грюо Лароз?..

Хочется раствориться в вине и залечить раны. Бар в этот день не работает — бармен страдает в компании суккуба. Моя чаша жизни наполняется историей любви длинной в десятки лет, болезненно травмируя демоническое сердце. Вино оставляет послевкусие на языке, доводит до экстаза и лечит…