Бадзула

Глава 1

Сергей имел вполне заурядную внешность. Невысокого роста брюнет с серыми глазами, он отметил на днях, в кругу семьи, своё тридцати шестилетие, и на данный момент направлялся в командировку по делам бизнеса. Жена Тамара и трое детей, естественно, остались дома, не развлекаться же он, право слово, ехал, а решать вопросы финансирования собственного производства мебели. Ему срочно нужны были деньги, которых, как говорится в поговорке, «сколько ни дай, всегда мало», и нужны они были не для развлечений, а исключительно для работы, так как для нужд семьи их вполне хватало.

Он не был баснословно богат, но несколько десятков миллионов всё же лежали у него на банковском счёте и позволяли с уверенностью смотреть в будущее. Стабильный доход, верная жена, дети, просторная квартира, загородный дом и дорогой автомобиль, что ещё надо для счастья?

Вообще-то, он никогда не брал попутчиков, но она стояла на обочине с поднятой рукой и смотрела так, что остановиться было невозможно. Точёная фигура в темно-синем, вечернем, облегающем платье и туфлях на высокой, тонкой шпильке. Кукольное, слегка бледное лицо в обрамлении хаотично распущенных по плечам, чёрных как смоль волос, выглядело по-детски обиженно-наивным, именно так, как выглядит лицо расстроенного чем-то ребёнка, не давая возможности любому взрослому человеку пройти мимо, не оказав помощь.

— Здравствуйте! Не подбросите? — она заглянула через приоткрытое окно двери автомобиля.

Ярко-красные губы слегка приоткрыты в завораживающей улыбке и контрастом между ними — ниточка ровных, белоснежных зубов. А ещё глаза… Эти чёрные как безлунная ночь глаза, от которых невозможно отвести взгляд. Сергей буквально утонул в них, напрочь потеряв возможность соображать. Только гипнотические глаза и ничего в этом мире больше не существует для него кроме них. А голос? Да пение птиц по сравнению с ним скрип пенопласта по стеклу.

Как можно ей отказать? Несмотря на то, что горло мгновенно перехватило спазмом, и язык присох к нёбу, он все-таки смог из себя хрипло выдавить:

— Конечно.

Она тут же, бесцеремонно заняла пассажирское кресло, пристегнулась ремнём безопасности, посмотрела на застывшего в гипнотическом ступоре, не сводящего с неё восторженных глаз водителя, и улыбнулась так, что отказаться тем более стало невозможно:

— Поехали.

Он вздрогнул, как от удара плетью. Отныне любая просьба этой молодой женщины для него приказ. Нет больше ничего — нет прошлого, нет семьи, нет жены, нет детей, нет бизнеса, есть только она, и есть нестерпимое желание обладать ей. Он всё бросит к стройным ногам на тонкой шпильке, даже жизнь свою отдаст, за одну только ночь вместе.

Его даже не интересует, что она делает ранним утром в такой глуши, практически в лесу, на обочине дороги в вечернем платье. Зачем ему такие знания? Главное, что она сидит рядом, и тонкий аромат духов щекочет ему обоняние, пробуждая нестерпимое желание близости. Он не будет спрашивать, куда именно ей ехать, главное, чтобы вместе.

Самое сложное в такую минуту — это оторвать свой прикованный к кукольному лицу взгляд, но приказ есть приказ, и раз ехать — значит ехать. Как он может ослушаться?

Нога надавила на акселератор, автомобиль рванул с места и помчал вперёд по дороге, а у Сергея в душе заскребло от тоски. Он же сейчас, по собственной воле едет к расставанию! Через какое-то время закончится совместная дорога, и пассажирка, добравшись до пункта назначения, навсегда покинет машину. Как он сможет после этого жить? Разлука с ней страшнее смерти. Нужно немедленно узнать, куда она держит путь и придумать что-то, чтобы расставания ни произошло! Но как это сделать, когда в горле ком, а руки трясутся.

— Вы очень спешите? — Промурлыкала она, прервав затянувшееся, неловкое молчание.

Он спешит? Да он никуда больше не спешит! Он готов остановиться и жить прямо здесь на дороге, посреди леса, в автомобиле, только бы рядом с ней. Это раньше он всё куда-то спешил, но это было так давно и, конечно же, в другой жизни.

— Нет, — прохрипел едва слышно Сергей.

— Тогда у меня будет к вам просьба. Здесь неподалёку по дороге, есть отель, и мне по определённым причинам пришлось в нём оставить документы. Вы не могли бы помочь мне их забрать? Меня, кстати, Сашей зовут, а вас?

Божественное имя Саша! Александра! Это такое имя, которое нельзя не любить! Да только таким именем и называют ангелов, один из которых сейчас и находится рядом! Имя Саша — это песня души — это музыка одного-единственного слова, в котором он готов растворится весь без остатка.

— Сергей, — едва поборов дрожь в голосе, выдавил из себя наконец он. — Чем я могу вам помочь?

— Надо оплатить небольшую сумму. Совсем маленькую. Видите ли, меня обманули. Друг, с которым я путешествовала, бросил меня, не оплатив проживание в отеле, и администрация забрала у меня документы. Я в бедственном положении, а по вам видно, что вы честный человек. Наверняка хороший муж и отец?

Кто муж? Кто отец? Он? А разве он женат? Ах да, Тамара! Но после встречи с Сашей он видеть свою жену не желает, да и дети больше не нужны. Он холост и свободен! Свободен как ветер! Он свободен для отношений с ней, с Александрой, которая просит помощи!

Надо оплатить отель? Да он готов всё отдать. Всё, что у него есть, все, что заработано и накоплено за жизнь, и даже то, что придётся продать, если понадобиться! Он при необходимости купит этот чёртов отель вместе с администрацией и подарит попутчице, лишь бы как можно дольше не расставаться с ней.

— Я всё оплачу, — в голосе Сергея прозвучала решительная уверенность, которой он сам удивился, и мужчина со злостью надавил на газ. Судя по объяснениям пассажирки, ехать осталось недолго.

Вот и оно, небольшое двухэтажное здание с вывеской «Счастье». Злополучный отель. В фойе — рыжий детина звериной наружности. Сидит за стойкой и рассматривает гостей. Взгляд наглый, уверенный, оценивающий платёжеспособность. Узнал Сашу и, улыбнувшись одной стороной лица, исказившегося в отвратительной победоносной гримасе, молча выложил на стол счёт.

Сергей не глядя приложил карту к терминалу, и не задумываясь оплатил долг спутницы. Какая разница сколько там по счёту? Она ведь просила, а он не может отказать в такой мелочи!

— Ты такой щедрый. — проворковал над плечом томный голос и мурашки побежали у него по спине.

Она назвала его на «ТЫ». Он не ослышался? Нет, не ослышался. Теперь надо бы что-то ответить типа: «Это такие мелочи», — но как это сделать, когда на тебя смотрят чёрные, манящие глаза бездонной ночи, а дыханье перехватило жгучим желанием поцелуя.

— Помоги мне собрать в сумку вещи, — Саша улыбнулась и потянула его за руку, за собой на второй этаж.

Туда, где маленькая комната. Туда, где тумбочка, полка и разобранная двухспальная кровать с чёрными простынями из всей мебели. То, что никаких вещей нет, и собирать нечего, не смутило Сергея, ведь ему на плечи уже легли ладони, а к губам приблизились губы и горячее дыхание желанной женщины обожгло вожделением лицо.

Дверь со стуком захлопнулась, одежда полетела на пол и страсть, и дикая, необузданная, звериная страсть обладания, взрывалась между ними. Он охотник, а она покорная добыча в его руках. Всего несколько минут пролетели как целая жизнь! Он окунулся в омут и вынырнул оттуда счастливым. Тяжёлое дыхание, в глазах туман, и тут же накатило новое желание.

— Ещё, — простонал Сергей, и это были последние его слова.

— Да, милый, сейчас…

Клыки впились в горло мужчины, впрыснув ему под кожу усыпляющий яд, а недавно ещё красивые красные губы посинели и, вытянувшись в уродливую, сморщенную трубочку, принялись, причмокивая высасывать из перекушенной сонной артерии бьющую толчками горячую кровь.

Он умер счастливый, с блаженной улыбкой на губах, а из комнаты, где совсем ещё недавно бушевала страсть и смерть, к рыжему детине спустилась древняя, седая, косматая старуха, в ношенном годами, истёртом, грязном, сером платье, вытирая тыльной стороной ладони капли крови со сморщенных старостью губ.

— Ты Бадзула не перестаёшь меня удивлять, — рассмеялся сидящий за столом мужчина, рассматривая на телефоне свой пополнившийся на несколько миллионов счёт в банке. — Эти идиоты переводят деньги не глядя. Я рад тому случаю, что свёл нас тогда в лесу, и что ты не убила меня, а взяла в компаньоны. За труп и машину, как всегда, можешь не беспокоиться, я утоплю их в указанном тобой болоте.

— Ты жив ещё лишь потому, что удобен мне, но я здесь слышала краем уха, что ты собираешься взять себе в помощницы женщину? — пропустив мимо ушей его слова, проскрипела старуха. — Ну так вот, милый, — она мгновенно превратилась в красивую молодую женщину с чёрными как безлунная ночь глазами, взяла побледневшего мужчину за подбородок и нежно приподняв голову, заглянула в глаза. — Если так произойдёт, то ты в этот же день умрёшь счастливым. — И, вновь став старухой, добавила. — Комнату убери, это входит в твои обязанности. Соблюдай договор: «Тебе деньги — мне кровь». — Прощай рыжий, я ухожу отдыхать в лес, а завтра готовься, ведь я вернусь с новым богатым похотливым дураком!

Отель «Счастье», редко посещали гости, он стоял в неудобном месте и имел снаружи неопрятный вид, отталкивающий случайных посетителей. Только изредка подъезжал к нему каждый раз новый, дорогой автомобиль с неизменной красивой женщиной-пассажиркой и немного рассеянным водителем. Эту женщину ещё иногда встречали на дороге, а вот водителя и его автомобиль никто уже больше не видел.

***

Бадзула в славянской мифологии — дух-кочевник бродящий по обочинам дорог. Он является в образе древней, неопрятной старухи, принося тому, кто ему поможет, горе и разорение. В рассказе её образ дан в вольной трактовке автора.