Обложка Ателье Мадам Белинды

Ателье Мадам Белинды

Дмитрий Райн

0% прочитано
Стандартный
Дмитрий Райн

Ателье Мадам Белинды

Глава 1

- В старом Лондоне по прежнему пасмурно – обратился к кучеру престарелый Мортимер вышедший из кареты.

- Никогда не получается застать погожие дни...

- Последнее время у нас всегда так, господин - отвечал ему кучер, поправляя тяжелую сбрую коня.

- Ближе к концу весны погода наладится.

- Понимаю, но летом, пожалуй, будет уже другая свадьба - улыбнулся граф. Оставив немного фунтов кучеру, что довёз его до центра Лондона, Мортимер направился во дворец принца, куда был приглашён. Старый граф не любил пышные мероприятия, но отказаться от приглашения будущего короля, не имел возможности. Хотя тяжёлая дорога сильно вымотала его. В суетливом Лондоне уже во всю кипела светская жизнь.

- Величайшая в истории свадьба! - Кричал молодой парнишка в застиранном пиджаке, протягивая прохожим газеты.

- Именитые гости со всего мира, прибудут в Лондон в эти выходные.

- Приковыляют сюда, гнусные толстобрюхие богачи - ворчал какой то мужчина, в спешке проходя мимо газетчика.

- Ателье мадам Белинды - продолжал кричать парнишка. Лучшее ателье Лондона, сама принцесса Уэльская заказала себе платье. Граф Мортимер, проходил по улицам не любимого города не переставая размышлять, а верно ли он приехал, оставив свой город банк? На свадьбу к английскому принцу было приглашены тысячи именитых гостей, вполне возможно, его отсутствие и не заметили бы - думал он. К тому же граф был убеждён, что личной встречи у него не запланировано, и никакой возможности нахождения среди сливок общества ему не сулит. Старый граф владел большим банком в Ирландии, но при этом был достаточно щедрым: его банк спонсировал несколько детских домов в родной Ирландии. Возможно поэтому он и не любил светские мероприятия, там собиралась вся жадная свита, которую тот презирал, что было весьма не верно для его статуса. Мортимер вышел немного раньше, хотел прогуляться по улицам, посмотреть, насколько деньги изменили этот город. Блуждая по окрестностям, он смотрел на грязь и разврат, бурлящий в домах любви. проходил через грязные кварталы, наполненные бездомными, потерявшими работу из-за государственных распрей. Каждый увиденный сантиметр угнетал Ирландского графа. Он было хотел уже повернуть и сократить дорогу до замка принца, но в глаза бросилась вывеска того самого ателье мадам Белинды, о котором так красиво рассказывал не бритый газетчик. Весьма кстати была эта находка, ведь, когда граф погружался в карету, потерял пуговицу от прогулочного фрака, зацепившись за дверь. Дверь была распахнута настежь. В ателье кипела бурная работа. Мадам Белинда была известной женщиной и об её ателье знал весь город.

Конечно, были и другие предприятия, где работали талантливые портнихи, но ателье мадам Белинды, пожалуй, являлось самым лучшим.

- Простите? - обратился граф. Мне бы очень хотелось подобрать новую пуговицу на мой кафтан. Я зацепился за дверцу кареты, и она оторвалась. До сих пор не могу вообразить, как такое могло приключиться со мной. В ответ Мортимер не услышал ни слова. В холе ателье не было никого, однако вдалеке слышался неустанный стук старых швейных машинок.

- Простите! - снова произнёс он, заглядывая в следующую комнату. Не могли бы мне пришить пуговицу на кафтан?

Но проходя дальше, он так и не услышал ответа.

- Все портнихи заняты! - послышалось у него за спиной. Разве, Вы не слышали, что у нашего принца свадьба?

Граф обернулся и увидел позади красивую женщину лет сорока, курящую сигарету на джинном мундштуке. На ней была необычная серая шляпка с вышитым рисунком и строгое платье в пол.

- Мадам Белинда - сказала она, протянув левую руку графу. Как истинный джентльмен, он поцеловал край ладони мадам Белинды и продолжил разговор. Для меня это особая честь, мадам, разговаривать с владелицей известного ателье. Жаль, только вот, мне никак не удаётся найти портнихи, что пришила бы мне пуговицу.

- А про свадьбу я слышал, я на неё приглашён... – добавил он.

- Вот, как? - удивлённо спросила она. Вы не похожи на тех, кто заказывал пошив для этого роскошного бедлама... Простите меня за резкость. Граф улыбнулся, вполне естественно приняв, то, что услышал, так, как сам не считал это мероприятие чем-то хорошим.

- Мы найдём для вас мастера, господин, можете оставить свой кафтан на этом столе. Мадам Белинда указала тонким красивым пальцем, говорящем о её знатном происхождении на стол, где лежали множество лекал и вышла из комнаты. Мортимер, так и поступил. Он достал из своего небольшого саквояжа другой костюм и набросил на себя, сняв тот самый кафтан, у которого потерялась пуговица. Он подождал ещё несколько минут, в надежде снова увидеть прекрасную Белинду, но из мастерской комнаты никого не последовало. Любопытство Мортимера и новая симпатия взяла над ним вверх и отбросив все выученные нормы приличия, он прислонил свое ухо к стене и начал слушать. За тонкой деревянной дверцей кипела работа. Было слышно, как портнихи разговаривают друг с другом, употребляя незнакомые для него фразы:

- Посмотри, что ты наделала! – у него не ровная кромка… Бездарная!

- Ну!? А, ты, что? По-твоему, в таком виде можно идти на свадьбу Уэльского принца?

- Долевая нить не прочная… Припуск маленький… Что?! – устала?! Покажи мне, кто тут не устал. Сейчас принесу тебе кафтан почтенного графа. Будешь и его в порядок приводить!

Мортимер понял, что мадам Белинда возвращается в эту комнату и в спешке покинул помещение, дабы не создавать неудобство.

Несмотря на ее грубое отношение к своим работником, его ничуть не смутило ее поведение.

Симпатия меняет восприятие людей и искажает действительность.

Граф Мортимер покинул ателье и направился во дворец короля, где уже во всю шла подготовка к вечеру свадьбы.

Его встретили радушно… И слуги короля и королевы воспевали его дела и помыслы, но он искренне не любил подобного рода фальшь, считавший такой вид светского поведения недоразумением современного общества.

Ему хотелось, как можно скорее отстоять свадебную церемонию, поблагодарить принца за приглашение, поздравив его с супругой и на долго, а лучше навсегда покинуть Лондон.

Вечер наступил и под красивую живую музыку в распахнувшиеся двери тронного зала вошел принц и вся королевская свита.

Несмотря на безразличие графа, невозможно не сказать о красоте нарядов, в которые были облачена вся королевская семья.

Длинные пышные платья, вышитые шелковыми нитками и покрытыми драгоценными камнями, что отбрасывали свет тысяч свечей. Строгие черные фраки с множеством пуговиц. Все этого говорило о роскоши и богатстве, которое презирал граф Ирландский в таком виде.

На свадьбу принца был приглашен, наверное, целый мир.

Церемония длилась по намеченному плану и в такой подготовке ничего не могло пойти не так. Однако, с каждой секундой слова священника все сильнее перебивал какой-то говор, исходящий из толпы гостей.

Казалось, будто кто – то бубнит себе под нос, повторяя церемониальные слова Папы.

Наконец, бубнеж стал невыносим, и священник остановился, в надежде, что на не лицеприятных гостей обратят внимание другие, и они будут вынуждены покинуть церемонию.

Когда Папа создал тишину, гости окружили неизвестную женщину, одетую в роскошное белое платье с кринолином.

Она что-то безудержно тараторила себе под нос, а после упала вперед и замолчала.

К бедняжке сражу же бросились слуги, которые всю процессию находились по близости, если вдруг кому-то из присутствующих понадобятся еда или напитки.

Но, когда ее развернули, положив на спину, люди ужаснулись. Лицо графини было будто обожжено, словно ее достали из костра. Кожа на ладонях сморщилась и высохла, как у мумии. Тело издавало зловонный запах.

Попытка оказать помощь ни к чему не привела.

Королевский слуги довольно быстро среагировали и пытаясь не создавать панику, вынесли бедную женщину из тронного зала.

Священник тоже уловил момент о содержании порядка и немного покашляв для обращения н себя внимания, продолжил церемонию.

Почти никто не увидел, что случилось с той женщиной, а спустя время и вовсе забыли о произошедшем.

Церемонию продолжали с еще большим задором. Вино текло рекой, играла громкая музыка. На свадьбе принца танцевали гости из разных стран, исполняя свои народные танцы.

Всем было весело, кроме одного лишь графа Мортимера Ему было совсем не по себе.

К тому же, он отчетливо видел, что случилось с той несчастной и ее обожженное лицо не выходило из его головы.

До конца свадьбы было еще далеко, однако миновала основная часть и можно было собираться в дорогу.

Присутствующие зааплодировали и в центр зала вышла младшая сестра новоиспечённой принцессы.

Весьма грациозно, словно напыщенный павлин, среди низко родных птиц, Дженнифер пробежалась взглядом по присутствующим, демонстративно показывая свое роскошное дорогое платье и начала говорить.

- В этот торжественный день, связавший узами брака мою малограмотную сестру и ее толстенного Лондонского кошелька, я хочу сказать, что нет ничего лучше моего роскошного наряда. Каждый из вас приоделся, в надежде показать свое превосходство, но сбросьте маски, господа, нет достойной невесты для этого толстосума, кроме меня!

Дженнифер говорила поистине грязные и не лицеприятные вещи, словно была очень пьяна, однако она была все время в центре всеобщего внимания и не выпила ни капли спиртного.

- Моя дорогая сестра – с иронией говорила она. Когда господь приберет тебя, наследство наших родителей достанется мне.

Народ пребывал в глубочайшем шоке от услышанного, но никто не решался высказаться. Люди молча смотрели на графиню и переглядывались между собой.

Затем она выхватила бокал с игристым вином у своей сестры и плеснула ей в лицо, а после упала на пол.

Гости ахнули. Слуги подбежали, чтобы оказать помощь, но тут же отскочили от графини.

На глазах у всех, кому удалось увидеть, ее кожа сначала потемнела, затем покрылась нагнивающими язвами, а после и вовсе высохла, словно она пролежала под палящим солнцем несколько лет.

Торжество пришлось прекратить. Распаковавшиеся гости начали кричать и метаться по всему залу.

Собравшись духом слуги все же вынесли тело графини и позвали лекаря.

Граф Мортимер тоже присутствовал. Вторая загадочная смерть на свадьбе у принца не могла быть простым совпадением.

Но он лишь интересовался медициной, и только поэтому решил остаться.

К приходу лекаря, платье графини полностью рассплавиломь, остался лишь железный каркас и кусок бирки из ателье мадам Берлинды.

Вердикт лекаря был не ясен. Он впервые столкнулся с подобным. В светском мире не принято говорить о ведьмах, эпоха гонений давно миновала, однако в напуганной толпе не раз прозвучало слово «колдовство»

Настороженный принц и принцесса извинились перед всеми гостями и попросили пройти по своим местам отдыха.

Неизвестная зараза могла угрожать и другим.

Граф Мортимер разгуливал по дворцу, раздумывая о мадам о случившемся и о мадам Берлинде, что сегодня утром приглянулась ему. Представлял, как снова увидет ее и поговорит.

Он был женат, однако старая графиня давно не волновало сердце своего супруга.

Проходя мимо дам, спешно покинувших тронный зал, он приостановился, случайно услышав их светский разговор.

- Представляешь, говорила она, графиня в роскошном шелковом платье. Вчера, я была близка с одним музыкантом. Мой муж конечно не догадывается, как я гуляю с мужчинами.

Ее собеседница пребывала в легком ужасе от услышанного, однако всячески пыталась улыбаться, не подавая своего смущения.

- А, недавно я познакомилась с одним конюхом на прогулке – продолжала она. Говорят, животные становятся похожи на своих хозяев, но этот паж, был таким жеребцом, словно стал похожим на своего коня.

Договорив она привстала с массивного дивана, на котором они беседовали и сказала, что плохо себя чувствует.

Поморщившись и постояв какое-то время, она неожиданно рухнула на пол и вмиг ее кожа покрылась гниющими язвами.

- Проклятье – закричала ее собеседница, поджав ноги на диване.

- Проклятье… Помогите, прошу, помогите.

На ее крик сбежались все, кто был по близости. К ее высохшему телу прибежала и стража.

- Она сидела, сидела рядом… - бубнила дрожащем голосом ее собеседница. Говорила всякие глупости, а после, упала без сознания.

В замке творилась какая – то не понятная суета.

Я слышал, как говорили вокруг о страшном проклятии, занесенным на эту церемонию. Однако этих дам абсолютно ничего не объединяло, разве что…

- Моя принцесса… Она скончалась у меня на руках – заговорил неожиданно появившийся принц.

Он пребывал в страшном шоке, держа кусок обугленного платья своей невесты, где отчетливо сохранилась надпись на ярлыке «мадам Берлинда»

Ворота дворца заскрипели, распахнувшись перед строем военных. Мужи были одеты в плотные одеяния с металлической накладкой.

- Арестовать всех в ателье мадам Берлинды! – приказал их бравый военачальник и они выдвинулись.

Ошеломленный граф бросился за ними. Его за беспокоила судьба хозяйки этого ателье.

Миновав тесные улицы Лондона, армия принца вломилась во всеми известное ателье.

- Арестовать! – грозно закричал военачальник.

Вместе с графом и королевской стражей прибыли еще несколько человек, желавших быть в центре событий. Но их всех ждало удивление и в тоже время разочарование.

Ателье было абсолютно пустым. Манекены, служащие шаблонами для шиться, были оголены. Повсюду валялись старые лекало, а на столах стояли запыленные машинки Элиаса Хоу.

Не было ничего и никого.

В углу, на рабочем столе возле заднего окна лежал фрак графа Мортимера, который тот отдал мадам Белинде накануне свадьбы.

Одежда была готова, пуговица встала, словно родная.

Все говорило о том, что портнихи и мадам Белинда в спешке покинули ателье.

В дальней комнате стражники нашли хладный труп одной из портних.

Прибывший на место лекарь установил причину ее смерти, сказав, что она умерла от изнеможения. Ее пальцы были обожжены, каким-то химикатом, а в углу валялся пузырек с неизвестным ядом.

Мортимер забрал свой кафтан и набросил его на плечи, так, как выбежал без верхней одежды.

Стража стала расходиться, им было необходимо искать виновных, а народ уходил по домам, что – то обсуждая между собой.

Тот вечер в Лондоне был прохладным. Несмотря на теплый кафтан, граф ежился и по коже пробегали мурашки. Согревали лишь мысли о красивой мадам Белинде, которую к сожалению, он понимал, что больше не увидит.

Граф проходил по темным улицам, но мысли о ней все его не покидали. На его удивление они стали все более и более навязчивыми.

Сначала он представлял ее обнаженное молодое тело, и то, как она целует его, спускаясь все ниже и ниже.

Затем его образы переросли в более ужасные, где в фантазиях была его горем убитая и опозоренная жена, увидевшее, как супруг делит ложе с другой.

Его мысли становились все хуже и хуже, что даже пришлось прибавить шаг, в надежде скорее найти отвлечение в замке.

Он начинал нервничать, и его кожа стала чесаться, словно мелкие стеклышки проникли сквозь нее.

На секунду он остановился, ему стало совсем дурно: в горле пересохло и началось сильное жжение в груди.

Он оглянулся вокруг, в надежде найти кого ни будь, кто окажет ему помощь, но улицы Лондона были без шумны и пусты.

Спустя несколько секунд граф рухнул от изнеможения и потерял сознание. Его кожа покрылась гнойными волдырями, а после и вовсе высохла, словно у древней мумии.

Его тело нашли утром «продавцы времени» идущие в обсерваторию.

Он был полностью изуродован и обнажен. На высохшем теле остался лишь кусок подкладки его кафтана, к которой была пришита бирка с надписью «С наилучшими пожеланиями, ателье мадам Белинды»

Спасибо за чтение

Вернуться к книге