
Амальгама.
С детства Артём знал, что старое трюмо в дедовском доме — это не просто мебель. В углу массивного полотна, среди пожелтевших разводов, чернело пятно — рваный дефект амальгамы, напоминавший вечно голодный, распахнутый в немом крике рот.
Он посмотрел на свои ладони, затем — с ледяным превосходством — на Артема, запертого в вязком сумраке.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1С детства Артём знал, что старое трюмо в дедовском доме — это не просто мебель. В углу массивного полотна, среди пожелтевших разводов, чернело пятно — рваный дефект амальгамы, напоминавший вечно голодный, распахнутый в немом крике рот. Стоило задержать на нем взгляд, как реальность за спиной давала трещину: очертания комнаты начинали вибрировать, а от стекла тянуло могильным холодом, от которого немели кончики пальцев.К десяти годам страх сменился опасным навыком. Артём научился просачиваться сквозь мутную поверхность, словно сквозь слой ледяного масла.Зазеркалье не было зеркальной копией мира. Это был серый, беззвучный кисель из застывших мгновений, где время замерло в бесконечных сумерках. Там обитали призраки — пепельные духи тех, кому не посчастливилось умереть возле зеркала, и их души навсегда теперь были заперты в этом киселе. Артём стал их единственной связью с внешним мир…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0