Алая Серость: Гай

Часть 1: Не сошлись характерами

"Нет, тебе не понять…” - подросток в толстовке пепельного цвета лежал на диване, загородив лицо руками. Дрожь в голосе скрывалась четкостью фраз, но алые уши говорили все за себя - нервы на пределе. “Как это не понять? Думаешь, ты какой-то особенный?!” - он представлял, как разговаривает с отцом. Громко топая, он говорил что-то невразумительное. Что-то про “На ней не заканчивается жизнь!” или “Хватит страдать по пустякам!”, точно не было понятно - Гай (тот, в чьи мысли мы заглянули) не стал бы слушать ничто с подобным содержанием.

Мысли, страшный белый шум мыслей нужно было чем-то заглушить. Но музыка бы тут не помогла - она играла спокойных Ink Spots уже который час и не давала никакого результата. Слух уже не цеплялся за текст, он знал когда какая партия вступит в игру, а значит, нужно что-то быстрее, чаще и новее. Социальные сети показались меньшим из зол, потому он потянулся к телефону - через мгновение, тьму наглухо зашторенной комнаты побеспокоил тусклый свет сенсорного экрана. Одно нажатие, всего одно, и можно получить хотя бы отсрочку для чувств, но… Нечто внутри дернуло Гая. Он зашел в переписку.

“Привет! Эм… Как дела?” - “Хорошо. Как сам, Гай?” - “Неплохо. Хочешь в кино сходим? ^-^” - “А на что?” - “На что хочешь, любовь моя :D”. “Привет-привет!!!” - “Здравствуй)” - “Ты прекрасна, как рассвет. Думаю, уж спора нет)” - “Александр Сергеевич, мне всего 16!”. “Знаешь… Когда мы вместе, я чувствую, что всё возможно!” - “И тебе с добрым утром, парниш)”. “Я скоро буду. Извини, немного опоздал, но думаю, оно того стоило!” - “А, ты не с пустыми руками?)” - “Подбирал лучшие. Не удивляйся - я помню твой любимый цвет..”. - “Зай, а где ты пропадаешь?”. “Зай?........”.

Он бросил телефон в стену в такт музыке. Она все не прекращалась и выдавала слова, наподобие (в переводе): “...Я не хочу одобрения мира, Хочу лишь меня чтобы ты полюбила…” - с каждым ударом по струнам в песне наносился новый болезненный удар по стене. Стена - как она: не поймет, не почувствует, не услышит, а ему жутко больно. Но в процессе, как всегда не вовремя, зазвонил телефон. В наушниках зазвучало: “ХЭЙ, БРАТ, ДАРОВА! Пойдем на улицу, я придумал, как тебя снова вытащить в люди!!!” - снисходительно выдохнув, Гай заглушил злость и вставил каплю-наушник в ухо - его идут спасать.

(Доп материалы и другие приколы:

Часть 2: Рана души и тела

Гай захватил с собой записную книжку с карандашом. Он опустил глаза на крошащийся асфальт под ногами и пошел на место встречи. Подросток шел, не обратив внимания ни на пролетевшую в сантиметре от него легковушку (вздрогнул, конечно, но не придал значения), ни на кричащую и матерящуюся бабку, ни на что-либо вообще: все его мысли были заняты ей. Ему было даже тяжело произнести ее имя, даже внутри себя. Но, кажется, это придется скоро делать - он натянул снисходительную улыбку, на горизонте виднелась компашка с его другом во главе.

“Ого, а ты похорошел!” - Ваня всегда находил слова поддержки, - “Возможно, быть задротом-анимешником не так уж и плохо!” - но, видимо, не сегодня. Незаметно для остальных он махнул рукой, прося Гая вытереть маленькую слезу с щеки, и повел его в сторону. Почесав свой выбритый лоб, он вполголоса сказал: “Слушай, давай немного отдохнешь, а? Проветрись, выкинь всю эту хрень из головы и подыши воздухом! Мы тебе нальем из запасов, поболтаем в веселой компании, ну?” - “И это был твой гениальный план?!” - Гай чуть не вскипел от злости. “Как умею, брат. Хоть попробуй!”

Он хлопнул его по плечу и повел в толпу. Нехотя, раздраженный хики взял в руки банку из общего пакета и стал вяло повторять тосты, время от времени звучащие откуда-то из глубины. Люди смотрели на них косо - в парке, как никак - но было, откровенно, все равно. Он правда решил, что может быть, кто-то хоть здесь заметит, насколько ему плохо и сможет помочь. Захочет помочь, во всяком случае. И уже было почувствовал холодный ветер на задранном к небу подбородке, разбивающийся о скалы его шеи с выступающим кадыком, и услышал пение синих птиц, но…

Ему на глаза попалась пара. Среди друзей Вани был хамоватый тип и воспитанная подружка, старавшихся показать всем и каждому здесь свою близость. Поцелуи, объятия, глупые смешки - с каждой новой несмешной шуткой одного и с каждым смехом другого глаз нашего парня дергался все сильнее. Его всего начало трясти все сильнее. Ваня успел только заметить, как Гай достает книжку, в которой он обычно писал стихи на природе, из нее - карандаш, ломает грифель и со всего размаху втыкает его в свою руку, делая небольшое углубление. “ЧЕРТ, К АПТЕКЕ!!!” - серый асфальт был залит алым.

(Доп материалы и другие приколы:

Часть 3: Она пришла из ниоткуда

С перебинтованной рукой, Гай сидел за столом кафе. Он глядел с полузакрытыми глазами в стеклянную стену заведения, за которой был такой яркий, солнечный, но скучный и непривлекательный мир. Тучка где-то далеко, бесконечные машины, летящие по дорогам, люди, готовые выпрыгнуть из своих деловых костюмов от жары и тысячи, тысячи парочек. Кто-то смеялся, кто-то делил одно мороженое на двоих, кто-то просто обнимался, был счастлив. Он надеялся, что хоть разговор с Ваней отвлечет от мыслей, но в итоге, он уже вытащил из толстовки окровавленный карандаш, и…

“Привет!” - легкая рука подтолкнула руку с “орудием” обратно в карман, потом резво потрепала его бурые кудри, а затем ее обладатель с разбега сел на противоположный от Гая стул (не упав лишь чудом балансировки). Перед ним, опершись щекой о ладонь, оказалась беловолосая девушка в ярко-красной оверсайз-футболке. Острыми глазами она смотрела на него, осматривала с ног до головы, а он просто был в ступоре: кто она, откуда и где Ваня? Он просто отошел в туалет, где он??? “Если ждешь друга - можешь не ждать! Я попросила его об этой встрече. С тобой.”

Тут он вспомнил, где видел ее раньше. Она была его одноклассницей и Гай часто ловил на себе ее взгляды еще до лета. Еще до… Нее. До той самой. “Алиса!” - ее рука чуть не уперлась в его подбородок, и он, чуть отстранившись, пожал ее. “Гай. Слушай, если что, извини за внешний вид…” - он посмотрел в сторону забинтованной руки и уже хотел ее показать, но: “Да пофиг! Давай не будем о плохом. Поговорим о тебе?” - “Уоу… Мне такое не часто говорят…” - “Что ж, попробуем закрыть пробел?” - она подалась вперед и стала ловить каждое его слово.

Он говорил, что он - поэт, она: “А прочитай что-нибудь своё!”; он говорил, что много читает, она: “И что скажешь о Брэдбери?”; он говорил, что не любит природу, она: “Чертовы насекомые!”. И когда он уже потерял счет принесенным кружкам кофе, он будто очнулся и спросил: “Почему? Почему ты здесь?”. Она посмотрела в потолок, нахмурилась, изображая размышление - ответ был готов уже давно: “Ты мне… Ты мне…” - замялась - “Ты мне… Кажешься интересным человеком!” - она игриво ухмыльнулась и покраснела, как и Гай. Он не знал почему, но за долгое время впервые искренне улыбнулся.

Тгк: