2012. Гравитация

Глава 1

— Когда Бог сомневается, реки текут вспять.

— Реки не текут вспять.

— Много ты знаешь о мире, Роза?

Леху мотало на двери, с каждой минутой все опаснее кренился его плот. Воротка между тем превратилась в восьмерку, и его перекинуло на другую сторону, где выгибы воды были еще круче. В лицо летела вода и ошметки сырого песка, дверь под его животом опасно вибрировала. Но он все не приближался к центру воронки и только тут как будто глядя на себя со стороны Леша увидел, что его восьмерка не единственная, весь мир сплелся в тугие кольчужные кольца реки.

— ЗАЧЕМ ТЫ ЭТО ДЕЛАЕШЬ?! — орал он.

Вдалеке ухнул залп, с запада пошла стена дождя, жаля и отрывая нити из толщи воды внизу, лязгнули молнии.

— Что такое любовь?

— Гравитация, Роза.

Харкнуло картечью.

— Александр!

— А? — Леха продрал красные с пьянки глаза и, увидев на себе голубую офицерскую форму, и почти потерял сознание от ужаса, он был на войне. Но его сразу кинуло обратно в воду. Громко выплевывая пузырьки воздуха, он забарахтался на страшной глубине и как пробка полетел к поверхности. На середине пути понял, что не доплывет, грязная ледяная вода смыкалась над ним так спокойно и тяжело.

И вроде бы ясно, что есть в происходящем и его, лехина, воля.

От пряного ветра защекотало в носу. Он почувствовал свое тело в негнущейся одежде, открыл глаза. Над головой было небо, рядом сидел рыбак, оперевшись руками о колени, а за спиной у него покачивались горизонт и край судна.

— Эка тебя помотало парень.

— Где моя дверь? — спросил Леха. Моряк глянул на него с прищуром.

— Тебе мозги-то не выбило? Может, какая дрянь в голову забралась, пока ты плавал?

— Нет, — ответил Леха и задумался, как объяснить. — Просто я на этой двери давно...

— Да покидало нас прилично. Ты выскочил как буек из воды, блюп! и на поверхности, — моряк задумчиво пожевал губами.- Двери не было.

— Ты здесь один?

— Да, — рыболов неловко вскочил на ноги и начал шагать по палубе. — вышел с командой, круть в одной из этих адовых восьмёрок, и я один. И лодка моя в два раза меньше стала... Где они плавают, сукины дети? — моряк раздосадовано посмотрел на солнце, надеясь хотя бы там увидеть товарищей. Лехе от этого стало страшно. Он присел и огляделся.

— Что я здесь делаю?

— Планеты пульсируют, Роза.

В какой-то момент дверь шкафа открылась, и на них вылетел Леха, волоча за собой все шторма междумирья. По инерции он завис на ручке двери, успел увидеть своих, как ветром дверь отняло назад. Неловкий писк оборвался, и дверь захлопнулась.

— Да, — весомо сказал учитель, — Именно так.

В комнате повис туман, а уже через минуту мир пришел в норму. Роза и старик сидели в тишине полчаса.

— Но это так мало. Эти тряпки, кружки, вечно грязный стол.

— Что тебе нужно от меня?

Роза огляделась, и выдохнула.

— Семейная жизнь... — протянул учитель.

— И это все?

— Все, — кивнул учитель.

Старик стоял на столбе, крепко сдвинув ступни, и балансируя руками. Роза лежала на ветке дерева неподалеку не в силах вытащить тяжелые юбки из воды. Под ними булькала грязная жижа, пролетали в водоворотах коровы, и куски забора. Старик был настолько зол, что молчал. И даже с плывущим мимо на столе Панычем не стал разговаривать.

Когда грязь сошла. Учитель позвал Розу с собой, не дав ей даже переодеться. Они провели больше суток, спасаясь от дождя, и теперь еле переставли ноги, старик тащил ее за руку под горку, через влажный вонючий лес, полный огромных комаров и страшных шорохов, от которых чесалась кожа и подкатывала истерика. Когда они вышли к ручью, учитель остановился. Роза брезгливо смотрела по сторонам. Глаза слипались. Старик начал раскапывать глину и коротко бросил

— Смотри.

В грязи вырисовывались очертания тела, рот Розы судорожно дернулся, рыдая, она бросилась раскапывать грязь, зарываясь в глину по локти, грязь тонко звучала и ускользала между пальцев. Постепенно они со стариком открыли лицо и плечи. Скрестив руки на груди, в земляном коконе лежал Александр.

— Вот он, наш покойничек, — выдохнул старик.

Роза заревела, зарычала, ее сердце чуть не разорвалось. Но тут глина задвигалась, Леха отнял руки от груди и протер глаза, разлепил рот, хрипло пошамкал. И полным ужаса взглядом охватил своих спасителей, выглядели они мерзко.

— Тыыы! — просипел Леша, — Ты! Мне за все заплатишь, старый хрен. Знал бы ты, что произошло.

— А что с тобой могло произойти уникального на этой планете? Наверняка, все это же было с кем-то еще, — зевнул старик и был прав.

Стеная и звеня, кружились в космосе бессчетные пылинки, миллионами лет оглашая пространство песней и танцем жизни. С любовью оглядев них, Бог счастливо задремал.