Неумелые маньяки

Глава 1

В комнате стояла густая тьма, что её, казалось, можно было резать кухонным ножом если бы, конечно, похитители помнили, куда его положили. Посреди этого мрака на старой, подозрительно скрипучей каталке лежала Марина. Она еще не до конца пришла в себя, но уже чувствовала, что веревки на запястьях завязаны скорее на бантик, чем на морской узел.

Вдруг тишину прорезал резкий свет одинокой лампочки, которая нервно замигала, как в дешевом хорроре. Из тени медленно, стараясь сохранять величественную походку, выплыло лицо. Оно было обмазано чем-то черным, кажется, гуталином, а глаза фанатично блестели.

— Мухахахаха! — раздался громовой хохот, от которого обладатель лица сам же и поперхнулся. — Теперь ты... кха-кха... теперь ты отсюда не выберешься! — провозгласил первый голос, пытаясь вернуть себе грозный вид и поправляя сползающий на глаза капюшон.

Марина открыла рот, чтобы закричать, но не успела.

— Да-да! Не выберешься! Ууууу... — раздался второй голос где-то из глубоких кулис, за нагромождением пустых коробок из-под пиццы. Голос старательно имитировал завывание привидения, но в конце сорвался на жизнерадостный свист. — Слышь, босс, а уууу было убедительно? Я еще могу как сова!

Первый маньяк замер. Его пафосная поза властелина тьмы мгновенно обмякла. Он медленно повернул голову в сторону темноты, и в его взгляде читалось желание совершить преступление прямо сейчас, но не над жертвой, а над напарником.

— Заткнись! — прошипел он, яростно жестикулируя. — Это вообще-то моя речь была! Я её перед зеркалом три часа репетировал, пока ты сухарики грыз!

— Прости, босс... — из-за коробок показалась виноватая физиономия Коляна. Он неловко поправил маску супергероя, надетую задом наперед. — Забылся. Просто атмосфера такая... творческая. Продолжай, я могила!

Босс тяжело вздохнул, снова повернулся к Марине и попытался напустить на себя жути, но момент был безнадежно испорчен.

Босс сделал максимально зловещий шаг вперед. Лампочка над головой услужливо мигнула, создавая на его лице жуткие тени. Он уставился на Марину таким взглядом, в котором смешались безумие, торжество и легкая заторможенность. Марина, глядя в эти выпученные глаза, не выдержала давления абсурда и закричала громко, искренне, на все легкие.

— Кричи сколько влезет! — Босс расплылся в самодовольной ухмылке, раскинув руки в стороны. — Тебя никто не услышит! Мы в подвале заброшенного склада... или в гараже у дяди Вити... Колян, где мы? Впрочем, неважно! Никто не придет на помощь!

Колян, стоявший за спиной, вдохнул побольше воздуха, явно собираясь вставить ценное замечание о том, что через стенку находится круглосуточное караоке У Ашота, но Босс, не оборачиваясь, отвесил ему короткий, но точный подзатыльник.

— Даже не думай, — процедил лидер маньяков.

— Понял, молчу, — пискнул Колян, потирая макушку.

Марина, чье сердце всё еще колотилось где-то в районе горла, вжалась в жесткую поверхность каталки.

— Что... что вы со мной сделаете?! — прохрипела она, ожидая увидеть бензопилу или хотя бы ржавый нож.

Босс пафосно выдержал паузу, эффектно почесал репу, при этом его маска из папье-маше съехала на затылок, и с победным видом извлек из-за пазухи... пучок разноцветных перьев. Кажется, они были выдраны из старого боа его бабушки.

— Мы возьмем вот эти перья, — он зловеще пошевелил пальцами, — и будем до смерти щекотать твои пятки! Мухахаха!

Марина замерла. Крик застрял у неё в горле, а гримаса ужаса мгновенно сменилась выражением глубокого недоумения. Она медленно повернула голову в сторону, глядя куда-то в пустоту, прямо в глаза невидимому автору этой истории.

— Слышь, автор, — вполголоса спросила она, — они что, реально ку-ку? У них вообще всё дома? Я же не боюсь щекоток. У меня там кожа как у слона после десяти лет бальных танцев.

Босс и Колян синхронно замерли. Они переглянулись, потом посмотрели на Марину, потом снова друг на друга.

— С кем это ты там разговариваешь?! — подозрительно спросил Босс, озираясь по сторонам в поисках невидимого собеседника. — Тут только мы! И твои будущие мучения!

Марина мгновенно спохватилась. Она поняла, что если сейчас не изобразит жертву, эти двое могут придумать что-то похуже, например заставить её слушать стихи Коляна.

— А! Ой! — Она резко вернула на лицо маску запредельного ужаса и забилась в путах. — Нет! Только не щекотки! О боже, это мой единственный страх! Мои нежные, чувствительные пяточки! Всё, мне конец! Ааааа!

Колян довольно закивал.

— Видали, босс? Работает схема! Психологическое оружие вещь!

Босс с видом опытного инквизитора приступил к делу. Перья нещадно защекотали подошвы Марины. Девушка, понимая, что тишина выдаст её равнодушие к щекотке, включила режим умирающего лебедя. Она зашлась в таком диком хохоте, что каталка начала подпрыгивать на месте.

— Ахахаха! Пощадите! — вопила она, стараясь, чтобы смех не перешел в откровенное ржание коня, дорвавшегося до овса. — Умоляю! Хватит! Я всё скажу! Даже то, чего не знаю!

Босс, преисполненный гордости, работал пером как дирижер. Колян в это время стоял рядом и, методично сплевывая шелуху от семечек в старый пластиковый стаканчик, подбадривал жертву:

— Ты держись, мать. Босс у нас лютый, он пока все перья не измочалит, не успокоится. Хочешь семку?

Наконец Босс вытер пот со лба и отбросил облысевшее боа в сторону. Его лицо снова приобрело зловещую неподвижность. Он медленно вытащил из кармана складной нож, лезвие которого угрожающе, но не очень чисто, блеснуло в свете мигающей лампы.

— Щекоток достаточно! — прорычал он. — Теперь переходим к самому главному! Колян, бросай свои семечки! Иди сюда и бей!

Колян замер с занесенной к рту рукой. Семечка выпала и гулко ударилась об пол.

— В смысле... бить?! Ножом?! — переспросил он, округлив глаза под маской. — Прямо вот так? Мы же не договаривались! Я думал, мы только по пугалкам!

— Просто бей, придурок! — рявкнул Босс, теряя терпение. — Время не ждет!

— Л-ладно... — Колян, зажмурившись от страха больше, чем сама Марина, замахнулся.

Он вложил в этот удар всю свою неуклюжую мощь, но в последний момент споткнулся о собственную ногу. Вместо того чтобы ударить, он плашмя рухнул на каталку, зацепив локтем те самые инновационные фиксаторы из скотча и садовых стяжек.

Раздался характерный звук рвущегося пластика.

— Придурок! — заорал Босс, хватаясь за голову. — Ты её развязал! Посмотри, что ты наделал! Теперь у неё одна рука свободная! Что ты за дебил, Колян! Ты единственный маньяк в мире, который освобождает жертв в процессе казни!

Марина, у которой правая рука теперь действительно болталась в воздухе, замерла в нерешительности. Она посмотрела на свою свободную ладонь, потом на Босса, который едва не плакал от обиды, а потом на Коляна, который всё еще лежал животом на каталке и виновато шмыгал носом.

— Э-э... — Марина неловко поправила прядь волос свободной рукой. — Мне... мне её обратно положить? Или как?

В воздухе повисла тяжелая, почти осязаемая пауза. Босс стоял, сжимал в руке нож, а Колян, всё еще распластанный на каталке, вдруг резко выпрямился. Его лицо, до этого выражавшее лишь крайнюю степень тупости, внезапно прояснилось. Гнев, копившийся в нем с момента покупки садовых стяжек, вырвался наружу.

— Слушай, Босс! — Колян сорвал с себя маску супергероя и швырнул её в угол. — Хватит этого цирка! В прямом и переносном смысле! Мы же ведь клоуны! Мы работаем... точнее, работали, пока ты не возомнил себя Ганнибалом Лектером из Жмеринки!

Босс, который уже занес руку для очередного подзатыльника, вдруг замер. Нож выпал из его пальцев и с глухим звоном ударился о кафель. Он притих, глядя на напарника так, будто впервые его увидел.

— Мы в цирке круглый год пахали! — продолжал Колян, входя в раж и активно жестикулируя. — Мы детей радовали, сахарную вату воровали! А теперь заделались какими-то маньяками... Хотя по сути, Босс, признай, мы же просто хотели её пранкануть! Ну, видосик снять, лайков собрать! Не более! А ты пытки, щекотки... У меня уже от этих перьев изжога!

Босс шмыгнул носом. Грозный маньяк в нем окончательно капитулировал перед обычным безработным клоуном.

— Так и было... — тихо сказал он, поправляя свой гуталин на щеках. — Чистая правда, Колян. Пранк зашел слишком далеко. Мы бы её и так отпустили через пять минут, но... — он вдруг оживился, и в его глазах блеснула искра надежды. — Знаешь что? Теперь мне уже вообще пофиг на этот контент. Пойдем лучше по пивку? Пятница всё-таки.

Колян мгновенно преобразился. Вся его злость испарилась, уступив место искренней радости.

— С радостью, Босс! Я как раз знаю место, где к чебурекам дают бесплатные салфетки!

Они, совершенно забыв про свою «жертву», дружно развернулись и бодрым шагом направились к выходу, обсуждая по пути преимущества светлого фильтрованного над нефильтрованным.

Марина, которая всё это время наблюдала за драмой с открытым ртом и одной свободной рукой, наконец пришла в себя.

— Эй! — крикнула она им в спины, когда те уже были у самой двери. — Алло, гараж! А меня выпустить?! Я тут как бы наполовину привязана к стоматологическому антиквариату! И вообще... я тоже как бы хочу пивка после такого стресса!

Босс на секунду остановился в дверном проеме, картинно поправил воротник своего кожаного плаща и, не оборачиваясь, бросил через плечо:

— Сегодня без баб! — отрезал он своим самым злодейским голосом. — Адьос, крошка!

Дверь с грохотом захлопнулась, оставив Марину в тишине, с одной свободной рукой и стойким ощущением, что это было самое странное свидание в ее жизни.