Жемчужина моего сердца

Глава 1

Юлия Эллисон

Жемчужина моего сердца

— Да, Нина Степановна, я еще раз просмотрю проект, учту все ваши правки и завтра вышлю готовые макеты с новым цветом стен и расстановкой мебели, — кивнула сама себе, делая на полях блокнота запись о том, что именно завтра утром надо будет переделать в моем новом дизайнерском проекте дома заказчика.

Трубка у уха продолжала вещать настойчивым старческим голосом, что, дескать, еще надо бы древний сервант вписать в гостиную комнату и ее кружевные салфетки.

То, что дети немолодой уже женщины решили дать ей возможность поучаствовать в оформлении интерьера, когда перевезли ее в свой загородный дом, еще не значит, что она откажется от дорогих сердцу вещей. И я ее прекрасно понимала. Наверное, я бы и сама не стала отказываться от любимой статуэтки или, скажем, этажерки, если она напоминает мне о чем-то приятном. В любом случае заказчики часто просили что-то оставить из их старой жизни — в этом требовании для меня не было ничего специфического.

— Да, Нина Степановна, — сделала еще одну пометку на полях, — я обязательно впишу сервант в интерьер. Но вы готовы рассмотреть его реставрацию?

Тихо улыбнулась, глядя, как в телевизоре скачет тетенька в костюме цыпленка. Иногда эти корейские рекламы такие смешные, но внимание привлекают точно, как и привносят в жизнь позитивный настрой! А еще дело в том, что второй мой проект — как раз декорация сцены местного Дома культуры на корейский мотив. Будет какой-то детский концерт, и родители юных танцоров решили не экономить на костюмах и сцене, так что наняли меня. И я вот… пропитываюсь духом Кореи, так сказать, глядя на их рекламу. Надо будет все сделать ярко!

— Ох, нет, не переживайте, никто ваш сервант не будет распиливать! — заверила пожилую женщину, внимательно выслушав ее главные страхи. Она не виновата в том, что жизнь сложилась не слишком хорошо, к тому же ее дети доплачивают за капризы, так что мне ли возмущаться? — Мы просто обновим лак, уберем сколы, почистим, помоем… Заменим стекло, если вы говорите, что оно треснуло. Ваш сервант будет лучше нового! На такое согласны? — обрадовалась, делая еще одну пометку. — Отлично! Пусть ваш сын или невестка пришлет фото вашего серванта мне в личку, и я завтра же договорюсь с реставратором. Мы дадим ему новую жизнь! И, само собой, включим его в дизайн-проект! Отлично! До свидания!

Положила трубку и убрала мобильный на стол, улыбаясь. Обожаю свою работу! Не знаю как остальные дизайнеры, а я даже к самому требовательному клиенту всегда найду подход. Пока что после меня еще не оставалось недовольных заказчиков — я стараюсь угодить всем, даже самым капризным людям. А все почему? Потому что обожаю бросать вызов самой себе, а значит, теперь я просто обязана каким-то образом суметь вписать древний сервант и салфетки в современный лофт, и чтоб все вокруг говорили, что именно так и должно быть. Сын пенсионерки очень любит этот стиль и просил как-то извернуться, оставаясь в рамках, но так, чтобы и его маме угодить.

Схематично накидала расположение мебели по запросу пожилой женщины, пока не забыла, о чем она просила, и лишь после этого перевела взгляд на пляшущих на экране девиц теперь уже в коротких, но пышных платьях. Девицы задорно подпевали мотивчику песни и дрыгали руками в такт.

Так, танцы будут из серии «курочка ко-ко-ко», я уже прослушала плейлист будущего концерта, так что смело рисуем желтый фон, вокруг бабочки и цветочки — все яркое и привлекающее внимание, чтобы если детишки где начудят, то все равно это было красиво. Можно даже добавить какие-то анимешные элементы, сейчас молодежь любит такое. Хотя…

Полезла в интернет искать, что сейчас популярно у детей от четырех до десяти, так как именно на такую аудиторию я и рассчитываю.

Насколько знаю, на концерт придут младшие классы школ и детские сады, а значит, надо привлечь внимание максимально. Ох, жаль, я не слишком разбираюсь в дизайне одежды, у нас он только на первом курсе университета был, сильно не углублялись. Так, давали самые азы, чтобы каждый понял, чем же в итоге хочется заниматься, и я выбрала дизайн интерьера. Могу только примерно накидать, какие цвета и костюмы будут смотреться максимально выигрышно на сцене при таком фоне.

Через четыре часа я поняла, что заработалась капитально. Шея ныла, поясницу ломило, а между лопаток пекло от длительного скрюченного в три погибели сидения за журнальным столиком, где чисто случайно меня столь внезапно поймало вдохновение. Издержки творческой профессии, так сказать. Зато получилось сделать целых четыре варианта украшения сцены на выбор, и я уверена, один из них точно подойдет для концерта, так что можно сказать — этот заказ уже практически отработан. Остались лишь небольшие детали, но это все ерунда.

— Может, погулять перед сном? — спросила у самой себя, посмотрев, как за окном набирают яркость вечерние сумерки, и выключила беззвучно работающий телевизор, где до сих пор шли нарезки с корейской рекламой, уже включившиеся по третьему или даже пятому кругу.

Немного попрыгала и помахала руками, разгоняя кровь, и внезапно решила устроить вечернюю пробежку. А что? Городок у нас спокойный, хоть всю ночь гуляй. Разве что комары покусают, а так совсем нестрашно, так что можно и заняться спортом, тем более завтра первый созвон лишь в одиннадцать, да и ехать никуда не надо — лишь скинуть новые эскизы в личные сообщения. Надо будет их только на компьютер перевести в программе, чтобы смотрелось нормально, а то я накалякала на простой бумажке.

Не торопясь переоделась в легкие брючки и футболку, сверившись с прогнозом, обещающим, что ночью не упадет ниже семнадцати градусов, и, мельком глянув на часы, показывающие почти одиннадцать вечера, вышла в подъезд, не став брать ничего. Родители уже спят, им, в отличие от меня, завтра на работу, да и созваниваемся мы каждый день в одно и то же время — не потеряют. Парня нет, коллег тоже — я работаю на фрилансе уже второй год. Заказчики звонят обычно днем. Так зачем все время таскать с собой телефон?

Быстро пробежалась вниз, попутно здороваясь с парочкой соседей, припозднившихся сегодня.

— Что, Алисочка, тоже прогуляться решила? — Соседка с первого этажа, все время сидящая у окна, бдила, как и обычно.

— Да, Алла Дмитриевна, — кивнула. — Пробегусь по парку, погода отличная!

На

— Ну давай, христовая, хорошо прогуляться!

Соседка явно была в настроении сегодня. Похоже, опять сосед по даче цветы приволок. В том месяце она хвасталась этим едва ли не всему району, довольная, что зимой собирается жить уже не одна. Светилась ярче полуденного солнца, вот и сегодня улыбка на губах играет. Ах, что еще для счастья надо? Впрочем, я знаю что — любимая работа, вот что!

Вдохнула сладкий от ароматов цветов у подъезда воздух. Обожаю свой городок! Тихо, свежо, машин мало.

Махнула соседке и для начала легким шагом направилась в сторону площади Победы, постепенно набирая темп и разогревая мышцы.

Вечер-прелесть! Где-то в уличной кафешке играла музыка, в сумерках решили активизироваться майские жуки, жужжа в траве и над головой в кронах деревьев… Природа живет. Никакой музыки не надо с такой красотой!

Легкой трусцой бежала по ровной дороге, сделанной только в прошлом году, и, наверное, так бы и добежала до самого памятника Победы, когда неожиданно из кустов впереди появился небольшой ежик, решив перебежать дорогу в неположенном месте. Я остановилась, переводя дыхание и наблюдая за игольчатым зверьком, не желая спугнуть его, только убедилась, что машин поблизости нет.

Он уже почти скрылся в кустах, как рядом неожиданно кто-то громко сказал: «Девушка, а вы одиноки?» — мужским хорошо поставленным басом.

Испуганно повернулась, тут же натыкаясь взглядом на незамеченного мной ранее мужчину вполне симпатичной наружности. Фух, а я-то уже подумала, какой-то маньяк! Хотя откуда он у нас… Разве что познакомиться так неудачно решил. Еще раз оценила взглядом красавца напротив — подтянутое спортивное тело, правильные черты лица. Молодой, правда, слишком, но я вроде тоже нестарая пока еще, всего-то тридцать.

— Я? — улыбнулась. — А вы хотите меня с кем-то познакомить? — кокетливо опустила глаза на мгновение, решив, что знакомству таки быть.

А что? Молодая, одинокая, детьми не обременена. Можно и познакомиться.

Мужчина ласково мне улыбнулся, отчего его взгляд стал теплее на пару тонов. Не знаю, как это возможно, но от него буквально исходила доброжелательность, хотя еще секунду назад, готова поклясться, ее не было. Интерес — был, а вот этой улыбки и мягкого ощущения приятной заботы не было!

— А если хочу? — уточнил он, словно бы гипнотизируя меня своим взглядом. — Вы согласны?

— Можно попробовать, — кивнула. — Надеюсь, тот, с кем вы хотите меня познакомить, будет столь же красив, как и вы, — пошутила, улыбаясь.

— О! — обрадовался чему-то поздний прохожий. — Будьте уверены: красивее его вы в нашем мире никого больше не встретите! Только вот будьте готовы, что за его сердце придется побороться.

Рассмеялась, принимая все это за шутку. В самом деле, у меня так давно не было отношений, что пора уже. Я ведь тоже не железная и детей уже хочу, семью…

— А вы забавный, — поделилась, ощущая, как краска смущения приливает к щекам. Все же нечасто я знакомлюсь на улице, а точнее, это вовсе в первый раз.

Откуда в нашем городке много свободных мужчин? Обычно их днем с огнем не сыщешь, иногда такое ощущение, что всех еще после школы разобрали, если кто не уехал покорять столицу.

— Так вы согласны бороться? — еще шире улыбнулся мужчина, а его взгляд стал пронзительнее.

— Отчего же не побороться, — пожала плечами. — Если он того стоит, конечно.

— О, поверьте мне. Он того стоит. Закройте глаза.

Я улыбнулась и послушно прикрыла веки, предполагая, что парень желает сделать мне какой-то сюрприз. Зачем-то подошел ведь, и с такой уверенностью… Может, у него рядом друг с букетом цветов или еще чем, таким же притяным.

— Только не подглядывайте. Сейчас все будет в лучшем виде! Межмировой портал — штука сложная, а я не хочу опять напортачить.

— Договори… А-а-а-а!

Глава 2

— Твою бабушку! — ругалась я, ощущая, как лечу сквозь какой-то туннель, по типу аквапарка.

Вокруг мелькали разноцветные кольца. И хоть тут не было воды, но меня отчаянно тянуло вниз. Туда, где светлым намеком виднелся просвет. При этом я совершенно не чувствовала под своей задницей ничего твёрдого, что вызывало странный диссонанс ощущений.

— Ненавижу экстрим! — орала я, ощущая, как этот тоннель резко сворачивает вбок, отчего меня швыряет в сторону и я больно прикладываюсь коленом.

А затем яркий свет ослепил глаза, ощущение падения закончилось, и я резко вывалилась в какой-то пыльной каморке, до кучи шандарахнувшись еще и лбом о какое-то ведро, ответившее гулким металлическим лязгом.

Жалко сжалась на мгновение, пока сердце сильно колотилось где-то в пятках, а все тело прошивала мерзкая дрожь от слабости после большого выброса адреналина.

— Чтоб я еще раз познакомилась на улице!.. — прошептала себе под нос, откидывая с лица распустившиеся из удобной шишечки рыжие длинные волосы, пытаясь осмотреться и побороть противную дрожь.

Я оказалась в чулане. Пыльном, наполненном ведрами, тряпками и швабрами чулане! У нас такой же в школе был, мы все время там прятались от злой училки в младших классах, наивно надеясь, что нас там не найдут. В горле сушило. Титаническим усилием воли попыталась встать, но ноги казались ватными, а все тело трусило.

Вот почему я никогда не хожу на всякие американские горки, экстремальные карусели и аквапарки! Ненавижу свое состояние после. Да, может и весело, но потом еще полчаса приходишь в себя. В общем, не мое это.

Сухо сглотнула и снова попробовала встать, заметив, что дверь из этого кошмара находится за моей спиной. Она выдала себя узкой полоской света снизу, тускло освещая все пространство вокруг. И только потом сообразила, что одета не в свои спортивные штаны и футболку, а в какое-то пыльное платье, отчего и не могла встать, все время опираясь коленом о подол и не давая себе простора для маневра.

Чертыхнулась, вытаскивая тряпку из-под колен и пытаясь не думать о том, когда и кто успел меня переодеть. Нет, в целом штаны у меня были как раз примерно цвета платья — нежно-голубые, если присмотреться

— Я по всему дому ее ищу, а она здесь, негодница!

Меня совсем неласково схватили за руку и вытащили из пыльного помещения, даже не дав как следует сориентироваться или прийти в себя после адреналинового всплеска. Я успела только пискнуть, как уже стояла посреди богато украшенного огромного коридора… хотя нет. Оглянулась, отметив, что с одной стороны находятся колонны и сад, а значит, это какое-то подобие клуатра, который так любили возводить в монастырях и храмах Средневековья. В грудь ударила волна жара, как бывает на югах, а в нос — запах соли и йода. Ярко светило солнце, заставляя мои глаза слезиться от резкой перемены освещения. А мне бы посидеть, водички попить… Тяжело оперлась ладонью о горячую гладкую стену.

Немного проморгавшись, в шоке посмотрела по сторонам, особенно впечатляясь грязной, когда-то красной ковровой дорожкой на полу и совершенно безвкусными предметами интерьера типа псевдовосточных и псевдозолотых лампад, откуда в воздух поднимались ручейки сизого дыма. Но что поразило меня окончательно — растения Откуда в моем крохотном городке пальмы и прочие южные растения? Я родилась и выросла на Южном Урале, там нет ничего подобного!

И солнце стояло в зените, отчего теней практически не было видно… Макушку припекало. Больше ничего не видела, разве что белый мрамор с золотыми прожилками на полу проглядывал по бокам этой жуткой дорожки. И стены из того же светлого материала.

— Быстро пошла в гарем, давно плетей не получала?! — продолжал разоряться мужик, с усилием сжимая мое запястье и гневно глядя на меня. Сосредоточилась на нем. Обыкновенный, слегка полноватый мужчина. Внешность… стандартная. Не восточная, как ожидалось бы в связи с интерьером, а обычная, русская. И язык тоже… понятный. — Господин желает выбрать наложницу на вечер, а ты вся в пыли и паутине! Хочешь попасть в немилость?

Я смотрела на говорящего, и никак не могла понять, что он на себя напялил и зачем ему эта куцая шапочка на голове. Я, конечно, не шовинистка, но на такую фигуру уж совсем никак не идет подобная одежда. Живот можно было бы скрыть пиджаком или жакетом, брюки скрыли бы рыхлость бедер плотной тканью, рубашку можно было бы взять чуть свободней…

Пока хлопала глазами, наконец сообразила, что мне сказали, но информация доходила до мозга медленно и словно бы нехотя — еще одно напоминание, почему я ни разу не адреналинщик и опаснее езды на велосипеде никогда ничего не практиковала! Да еще голова гудела от удара, в колено стреляло, и почему-то ныла левая рука. Должно быть, падение пришлось именно на нее. Он сказал «гарем»?

— Какой гарем? — переспросила, только сейчас понимая, что шаровары и пестрая рубашка на этом индивидууме мне не снятся. Да и руку, за которую меня удерживали, больно. Синяк ведь будет!

— Обычный!

Меня потащили по коридору, пока мое чувство прекрасного выло, что этот красный кошмар на полу надо было давно уже выкинуть на помойку. Мужчину переодеть. А стены из белого мрамора будут смотреться лучше, если не вешать на них эти светильники или что это такое. Они лишь удешевляли общий вид, делая его слишком перегруженным и вычурным.

— Какой обычный? — продолжала допытываться, стараясь не обращать внимания на резкий приступ вдохновения, но тут не было ни блокнота, ни ручки, ни тем более моего любимого ноута с установленной программой, где я отрисовывала все свои макеты, чтобы посмотреть, как они будут смотреться вживую. — В моем городе нет никаких гаремов, ни обычных, ни необычных! — заявила, все же вырывая руку у этого гада, который оставил мне синяк. Вон как кожа краснотой налилась.

Остановилась. Потерла пострадавшее место, оглядываясь по сторонам и пытаясь понять, где я и что делать дальше. И ведь даже телефон дома оставила, родителям никак не позвонить! Бежать в кусты — дурость. А вдруг там колючки какие? Я же понятия не имела, что это за растение. А вдруг оно ядовитое? Назад по коридору не вариант — там тупик. Впереди стоял этот странный человек в смешной шапочке.

Мысль о том, что совсем недавно я была в своем городе, и вовсе пыталась отогнать как бредовую. Не может быть такого, чтобы оп, и через пару минут я оказалась на другом конце света, где душно так, что по спине уже потекли ручейки пота, хотя в моем климатическом поясе даже летом в самое жаркое пекло дышалось легче. Ладно хоть еще ничем не воняло. Я всегда думала, что в этих лампадках зажигали благовония от москитов и прочей живности, но дымок есть — запаха нет. Только морской, ну и сейчас, принюхавшись, ощутила, что, возможно, еще какое-то растение пахло легкой сладостью. Ваниль или что-то похожее.

Мужчина тоже остановился, при этом пристально глядя на меня, словно видел перед собой умалишенную, явно тоже решая, что со мной делать. А я… не собиралась сдаваться. Я в этот их гарем вовсе не торопилась, и пороть меня плетьми никто не имел права — я родилась в свободной стране, закон не нарушала!

— Хорошо. — Он наконец что-то решил для себя, а взгляд прояснился. И вот не понравился он мне, этот его новый взгляд. Явно же что-то задумал! Но выбор у меня небольшой. — Пошли, я отведу тебя к господину, а дальше ты решишь с ним вопрос с гаремом и твоим городом.

Скептически посмотрела на полноватого мужчину. В то, что он наконец решил мне помочь, не верилось. Слишком стойкую неприязнь вызывал в целом. И дело тут не только в неправильно подобранной одежде и писклявом голосе. Было в нем нечто… неприятное. Да и обращался со мной ужасно!

— А твой господин — он кто? — уточнила на всякий случай.

Мало ли, вдруг слышала про него. В газетах писали или по телеку что… Так хоть пойму, в какой стране оказалась. Пока что, судя по стрекоту цикад, растениям и антуражу — я где-то на востоке. Возможно, Саудовская Аравия, ОАЭ или что-то такое. Лучше бы, конечно, Эмираты — это хоть страна цивилизованная: наверняка сразу, как я им объясню всю ситуацию, отпустят. Может, даже денег на добровольную депортацию дадут.

— Мой господин — дракон.

Кивнула с умным видом. Дракон

— А имя и фамилия у него есть? — уточнила.

— Дарвиэль Рендан, — сказал ничего не значащее для меня имя мужчина.

Черт! И почему все так сложно? Вышла, называется, на пробежку перед сном. Мозги проветрила. Познакомилась с симпатичным парнем.

— Хорошо, ведите.

А есть выбор? Я понятия не имею ни где я, ни кто этот Дарвиэль, ни как на мне оказалось это жуткое голубое платье с пыльными разводами, о которое я запнулась уже в пятый раз. И мало того, что оно слишком длинное, ведь еще и стягивает мою грудь так, что дышать толком невозможно. Кстати… Только сейчас отметила, что верх у платья точь-в-точь как была моя футболка — цвет и ткань опять же, даже яркий принт имеется, правда он тут в роли узора идет. Твою бабушку, что за дичь?

Ох, вот бы сейчас откуда-нибудь из-за угла выскочили друзья с табличками «шутка»… Но все время, пока мы шли по коридору, а затем сворачивали в какой-то огромный, безвкусно обставленный диванами и заваленный коврами зал, нам встретились лишь две бедно одетые девицы в скромных чепцах на голове, прикрывающих волосы. Причём, судя по их округлившимся испуганным глазам и шараханью по сторонам, когда увидели этого мужика рядом со мной, зашуганных им же до невозможности. А вот в самом безвкусном зале я уже отметила парочку местных леди, одетых кто во что — кто-то был в пышном бальном платье, кто-то в платье попроще, но все равно нарядном, словно тут великосветская вечеринка Средневековья… Волосы распущены, макияж яркий, позы максимально вызывающие. Ну точно гарем! Выглядят как проститутки на панели — с учетом местного колорита. Аж противно.

Но, к счастью, к нам никто не подходил.

— Перед встречей с господином тебе следует привести себя в порядок.

Меня провели мимо всех этих глазеющих с затаённой злостью леди в какую-то комнату. Такую же безвкусную, как остальное здесь, — пыльная ткань, ковры повсюду и кровать под балдахином, те же лампадки с дымком. Странно, что опять же не воняет. На улице еще, допустим, можно все списать на простор, но в этой пыльной комнате тоже запаха не ощущается. Подушки повсюду разноцветные, аж в глазах рябит. Небольшой столик со свежими фруктами. И… о чудо! Полный графин воды! Да! Я полцарства сейчас за него бы отдала, но вроде как он стоит около кровати, доползти бы… С каждой минутой слабость проявлялась все сильнее. Поспать бы.

Скривилась. Мое чувство прекрасного орало, что даже в восточном стиле и то можно сделать все более гармонично и сдержанно. Так, чтобы разбудить фантазию, а не заставить ее биться в конвульсиях от ужаса. Подобрать цвета, ткани, мебель, сочетающуюся друг с другом. А пока это похоже на какой-то разорившийся магазин тканей и подушек, которые просто хаотично раскиданы по всей комнате.

— Умойся и переоденься! У тебя ровно час!

Дверь за моей спиной шумно захлопнулась, а я тихо сползла по стеночке, ощущая, как запас сил на сегодня заканчивается. А затем доковыляла до низкой прикроватной тумбочки, жадно присасываясь к питательной влаге, напиваясь воды впрок — аж в животе булькать начало, — а после упала на кровать с балдахином, прикрывая глаза. Спать!

Не знаю уж, кто этот их «господин», но, думаю, он будет не против, если я посплю часок. А пыль на платье… пускай. Единственное — извернувшись, нащупала застежку, что держала корсет, и дернула, расслабляя завязки. Тут же довольно вздохнула и пообещала себе разобраться с этим всем сразу, как только проснусь.

А может, это просто какой-то глупый сон. Проснусь уже дома. Хорошо бы…

Глава 3

Проснулась я от визгливых криков рядом, ощущая, что выспалась и полна сил. Голова не болела, тело вроде бы тоже, но я пока еще и не двигалась. Улыбнулась, радуясь новому дню, ведь сегодня у меня созвон по сцене для Дома культуры, а вечером надо представить проект с учетом правок в виде серванта для старушки. Оба проекта необычные, а потому вызывают у меня бурю эмоций и внутреннего удовлетворения. Уже скорее хочу увидеть, как воплотятся в жизнь оба. Это вызов мне — сделать все так, чтобы заказчикам понравилось, но при этом было функционально и по-современному.

Но кто кричит? Ключи от квартиры есть только у родителей, а те живут в соседнем городе, привычки приезжать спонтанно не имеют, да и голос не мамин. Она не умеет изображать из себя такую помесь дрели и циркулярной пилы. Это ж настоящая катастрофа — иметь такой мерзкий фальцет!

Шевельнулась, потянувшись в сторону прикроватной тумбочки, надеясь нащупать там телефон, чтобы посмотреть время, но пальцы наткнулись на что-то гладкое и холодное. Удивилась, распахивая глаза, уверенная, что у меня в квартире, кроме телефона, на тумбочке быть ничего не может точно — не имею привычки все захламлять, — и уперлась взглядом в ополовиненный кувшин с водой. А за ним… пестрый ковер на стене, лампадки, обилие подушек.

Нет. Нет. Нет! Этого не может быть! Я думала, это просто дурной сон!

Зажмурилась крепко, до радужных кругов перед глазами, сосчитала до десяти, распахнула глаза, надеясь непонятно на что, но чуда опять не произошло. Что за дичь? Где я? Ущипнула себя за руку, но боль была вполне реальной. К тому же на невольное движение отозвалось болью поврежденное тем гадом запястье. Отметила бордовый синяк. Должно быть, прошло уже достаточно времени, чтобы он налился — по меньшей мере ночь. Да и локоть тянет, словно есть небольшой ушиб. Тут же откинула подол платья и посмотрела на колено — оно не посинело, не распухло. Но ведь болит, зараза! Согнула ногу, а затем снова разогнула. Надо же было так удариться… Однако в данной ситуации то, что у меня нет переломов, уже высшее благо. Будем радоваться и этому.

Села, отметив, что нахожусь на огромной двуспальной кровати под пыльным балдахином непонятного цвета. Визг циркулярной пилы повторился, а затем дверь в комнату, где я сейчас находилась, распахнулась настежь, и внутрь залетел уже виденный мной вчера мужичок, а за ним и источник столь мерзкого звука.

Прислушалась, пытаясь понять, чего визжит дамочка с вороньим гнездом на голове вместо прически.

— Она опять спит до обеда! Вчера не вышла на смотрины. Почему я должна отрабатывать ее ночь?.. — пищала она как заведенная, повторяя эту мысль разными словами, но снова и снова. Ладно хоть не

Какую, к черту, ночь? С интересом осмотрела женщину, ведь посмотреть и правда было на что. От гнева щеки этой визгливой особы раскраснелись, глаза метали молнии, делая ее прехорошенькой. Блондинистые волосы даже с этим спутанным колтуном смотрелись неплохо, а может, это местная мода такая. Платье выгодно подчеркивало все изгибы тела, переливаясь на свету, что проникал в комнату через большие пыльные окна, за которыми маячили все те же вчерашние пальмы и неизвестные мне растения. Возможно, одно из них — большое алое. Второе — цветущий белыми цветами куст. И… а больше я ничего не знала о растениях, чтобы утверждать точно. На картинках видела — названий не знала. Была бы тут Алиса с доступом в интернет, я бы нашла по фото, как делала это обычно, а так… Точно помню, что они южные, и только.

— Я разберусь, — хмуро согласился полноватый тип, глядя на меня неодобрительно и даже зло. Словно я его милую бабушку по голове веником огрела. — Эй ты, живо встала! Я велел тебе вчера прийти в общий зал, а не разлеживаться! — теперь начал орать он, что, в отличие от женщины, сильно портило мужика. — Еще и неумытая! — вопил он как потерпевший, пока я преспокойненько сидела на кровати.

Вот есть у меня дурная черта характера — когда на меня орут, я намеренно буду делать все хуже и медленнее. А если орут настойчиво, то могу вовсе встать в позу и сделать что-то совершенно противоположное. Так что сейчас вместо того, чтобы бояться и пытаться выяснить все же, где я и за кого они меня принимают, просто сползла с кровати, не обращая внимания на боль в колене, и потопала в сторону боковой двери. Если не ошибаюсь, там либо гардеробная — должны же местные иметь отдельную комнату для одежды, раз так любят все эти тряпки, — либо ванная комната. И не ошиблась! За дверью действительно была ванная, только вот замка или даже небольшой щеколдочки внутри не было, что меня огорчило.

— Я к тебе обращаюсь!

Мужичок ухватил меня за уже пострадавшее запястье, врываясь в небольшое, но чистое помещение. Я тихо вскрикнула — такой сильной была боль. Еще и локоть болел именно этот. Неплохо я вчера приложилась. Да и, кажется, на лбу что-то имеется, судя по торжествующему взгляду крикливой дамочки и ее улыбке, — она тоже не погнушалась заглянуть сюда. Вот же бесстыжий народ!

— Да отпустите вы меня! — огрызнулась. — Понятия не имею, кто вы и где я, но знайте — я свободная гражданка Российской Федерации, законов не нарушала, на учете в полиции не состою, а значит, хватать меня нельзя!

Толкнула ладонью этого гада, заставляя покинуть помещение. К счастью, похоже, от моей тирады он слегка опешил и разжал пальцы. И захлопнула перед его носом дверь, радуясь, что меня хоть на мгновение оставили одну.

— И не смейте входить! — рявкнула сквозь дверь, злясь на все вокруг, а особенно на обилие позолоченной безвкусицы. Это ж надо было сделать золотой унитаз! Не увидь своими глазами, в жизни бы не поверила, что такое действительно бывает. И что это за плитка, почему такая грязная, вся в копоти, словно тут костры прямо в помещении разводят?

Судя по звукам, раздающимся из-за тонкой дверной створки, меня все же не оставили одну. В комнате стояла какая-то возня, раздавались отдельные крики и голоса, но я уже не вслушивалась, в ужасе глядя на свое отражение в зеркале.

Это была я и одновременно не я. Подвигала руками — я. Потрогала лицо, задрала подол платья — точно я. Родинки все на месте, там же, где я привыкла их видеть, мой шрамик на брови (в детстве упала с велосипеда) и еще пара на коленках — прыгала по стройкам и напоролась на стекло. Мои зеленые глаза, мои черты лица, один уголок губы пухлее другого и чуть ниже опущен. Шрам от удаленной родинки справа. Но… почему у меня волосы ниже задницы?! У меня всю жизнь была стрижка максимум до лопаток. Откуда?!

Огромный шишак на лбу, красно-синего цвета, я даже не рассматривала как странность. Приложилась я точно хорошо, раз сейчас непонятно где и непонятно с кем…

Никогда не верила во все эти похищения женщин, а даже если верила, то думала, что со мной-то точно такого не произойдет. Но вот, пожалуйста — я явно попала в беду, и нужно как-то отсюда выбираться. Надеюсь, тут есть хоть кто-то адекватный, кто поможет мне. А то даже не знаю, что теперь делать… Почему не выдают инструкцию девушкам, попавшим в подобную передрягу? Мне бы сейчас пригодилась такая.

Глава 4

— Алиса, говорила тебе мама, не разговаривать с незнакомцами. Вот итог, — задумчиво пробормотала, ощущая себя попавшей в страну чудес, разве что за белым кроликом погоняться не пришлось.

Голос тоже был мой. Ничего непривычного.

Сглотнула, ощущая, как в груди все дрожит от непонимания и беспокойства, и тут же повернулась спиной к зеркалу, пытаясь оценить всю проблему с волосами, но… Они действительно были едва не до пят. Вились, правда, красиво, крупными локонами, но… я не умею! Я со своими-то до лопаток жутко страдала — то концы сохнут, то пушатся, то легли при укладке криво, а тут… К чему эта конская грива? Да и уходовых средств на нее наверняка уходит немерено. У меня нет столько денег! Пощупала корни, пытаясь найти уплотнения, свидетельствовавшие о наращивании, но, похоже, процедура была выполнена качественно. Ничего подобного я не нашла.

И одежда… Материалы точно были те же самые, в которых я бегала, и расцветка такая же. Но... откуда платье, подол, смешные рукава-фонарики, словно мой наряд преобразовался в нечто новое, более подходящее под восточный колорит? Да еще и корсет этот неладный, который я вчера распустила так, что теперь приходится придерживать платье руками, иначе оно грозится упасть на пол.

Остается порадоваться, что веснушки не вернулись. Я их пять лет кремами выводила, а то так бы за один вечер обратно проявились. Хотя если в ближайшие недели не попаду домой, к моим отбеливающим кремам и солнцезащитному фактору, то с таким климатом всё вновь будет у меня на носу уже к концу этой недели. А я терпеть не могу эти пятна. Мода, правда, в последний год пошла на веснушки, но это все блажь: я-то, которую все детство дразнили рыжей-рыжей-конопатой, насмотревшись мультика, знаю, что все модное в мире временное и вернется эра белой кожи и отсутствия конопушек

В дверь ванной кто-то громко долбанул кулаком. Правда, почему кто-то? Я уверена на сто процентов, что это все тот же полноватый мужик. Так что мне надо поскорее заканчивать любоваться на себя, совершать уже все утренние ритуалы и выходить. Засуетилась.

Оглянулась по сторонам, находя в стаканчике зубную щетку и рядом баночку порошка. Однако… скривилась. Нет! Чужой я точно чистить не буду! Набрала немного порошка на палец и, как могла, прочистила зубы. Затем умылась холодной водой, стараясь не задевать огромную шишку, и только потом крикнула.

— Выхожу!

Визгливый голос к моменту, как я решила вернуться в комнату к новым проблемам, уже исчез. Эх… а я бы не отказалась от душа… Если бы не было угрозы того, что этот мужлан ввалится в ванную комнату в любой момент, застав меня в неглиже, рискнула бы, а то вчера я бегала, а потом потела. Да еще вся эта пыль, налипшая на платье… Я, конечно, как могла, стряхнула ее мокрыми руками, но это все равно не то.

В комнате меня встретил все тот же мужик в смешной шапочке и обтягивающей пузо рубашке ярко-малинового цвета. Жуть, кошмар, ужас — больше ничего не скажешь.

— Ты нарушила правила гарема! — вновь завел он свою шарманку с недовольной рожей.

— Я свободная гражданка! — ответила тем же тоном.

— Ты наложница, ты не свободна! — тут же объявили мне.

Я фыркнула, уже поняв, что, похоже, попала по-крупному, если это не какая-то веселая шутка. Правда, пока не представляю, как можно так масштабно шутить — вырубить меня, наслать глюков про туннель, сшить другую одежду из моих брюк и футболки, перевезти меня на другой конец мира… Я слышала, что люди иногда попадают во временную петлю, выбредая из нее через двадцать, а то и пятьдесят лет, но чтоб попасть в прошлое, да еще и другой климатический пояс — о таком точно не слышала. Скоро уже возьму на вооружение версию с инопланетянами.

— Как докажешь? — уточнила вкрадчиво.

Не надо было ему со мной спорить. Сразу бы вел к этому их «дракону», поговорили бы мы с ним по душам, я бы все ему объяснила и полетела первым же рейсом домой. Так и быть, не стала бы выставлять ноту протеста шутникам, которые все это устроили. Да, версия с другим временем все же слишком бредовая, чтобы в нее поверить.

Мужчина в шоке выпучил на меня глаза и набрал в грудь побольше воздуха. Правда, выглядело скорее забавно, чем угрожающе, как он явно хотел.

— У тебя стоит клеймо на ступне! — выдал он.

Вот это уже интересно! Никого не стесняясь, полезла под подол, сбрасывая подобие балеток, в которые была обута. Кстати… обувь отличная! Мои кроссовки, конечно, жалко до слез, они тридцать тысяч стоили, но это подобие домашних тапочек было куда удобнее, раз я их даже не замечала!

Повернула к себе одну ступню, другую…

— Нет никакого клейма! — сделала вывод, не обращая внимания на покрасневшего от натуги гада рядом. — Смотри! — показала ему обе ноги еще раз. — Я свободная гражданка! И что вообще за дикость, ставить живым людям клеймо?! Вы в своем уме? Где у вас служба борьбы за права человека?! Где закон?!

— Ты… ты наложница господина! — заладил этот чурбан. — Ты не должна оголять тело перед другими мужчинами!

Он даже потом покрылся от злости. Подумаешь…

— Что я должна и кому обязана — буду решить сама! — фыркнула. — И это всего лишь ступни! Я ж не грудь вывалила.

Кажется, мужика сейчас хватит кондрашка.

— За мной! — заорал этот гад, как только продышался, вновь хватая за больное запястье.

Ай, да что такое-то! Почему его хватательный рефлекс так сильно выражен?!

— Куда мы идем? — уточнила, стараясь не хромать, так как колено еще простреливало болью, и радуясь, что в окружающей безвкусице на полу везде ковры, а не щебенка, а то я же босиком, местную обувь не успела нацепить, как этот пузан взбеленился.

Нет, мужчина не виноват в том, что у него такая фигура. Может, сахарный диабет или гормональное нарушение, вот и висит пузико, но почему он, вместо того чтобы скрывать недостаток, так сильно его выпячивает? Это же некрасиво!

— К господину!

Меня протащили сквозь все тот же безвкусный зал с продавленными диванами, а затем и дальше по коридорам. Все, что я могла, стараясь не отставать, это рассматривать окружающее кошмарище.

Ну кто так зонирует пространство? Откуда эти никуда не подходящие желтые шторы, зачем тут ковры на стенах, откуда эти коптящие факелы? Зачем здесь столик? Он бы лучше смотрелся в углу, а уж бездарно оформленный бассейн в каком-то подобии огромной веранды в конце недокоридора меня вовсе добил. Вот мы идем по клуатру, и вот монолитная стена слева обрывается, а я вижу колонны и со второй стороны, а между этими рядами колонн большое пространство под бассейн. С обеих сторон за рядами колонн виден сад, а сверху все это монструозное сооружение накрывает крыша — на огромной высоте!

Вели меня, похоже, как раз именно туда, причем в угол, где вместо нормальной зоны отдыха был оборудован мягкий уголок, абсолютно не подходящий ни по цвету, ни по стилю в это странное недопомещение.

И пока я рассматривала совершенно дикие здесь статуи девушек, изогнувшихся в неприхотливых позах, пытаясь понять, к чему это вообще тут, меня подвели к этому самому мягкому уголку, где…

Вау!

Взгляд мгновенно прикипел к самому шикарному мужику, которого я видела когда-либо. Темные глаза, обрамленные густыми ресницами, пухлые губы, идеальные черты лица… А тело, увитое сухими мышцами без грамма лишнего жира? Его не портили даже черные длинные волосы и цветастый халат, больше подходящий уставшей домохозяйке, чем мужчине.

Он возлежал на подушках одного из диванов, сверкая обнаженным торсом, прикрывшись подолом халата ровно настолько, насколько был прикрыт Аполлон фиговым листком в музее искусств.

— Арман, кого ты мне привел? — Голос с бархатными переливами добил меня окончательно.

Пальцы зачесались. И пусть я ни разу не портретист и вообще людей рисую довольно посредственно, не на то училась, но казалось, что не зарисовать это совершенство — просто кощунственно! Окинула взглядом помещение в поисках бумаги и карандаша, но вокруг, кроме ваз с фруктами, пахнущими так, словно я попала на настоящий восточный базар, ничего не было. В одной из ваз рядом с мужиком были даже персики, которые я дико обожаю — хоть их хватай и начинай рисовать вкусным соком на очередном истоптанном ковре этого странного помещения.

Ковер в бассейне. Кому скажи — на

Тот самый пузатый Арман едва не свалился на пол, склонившись очень низко. Еще и меня за собой потащил, гад, отчего я едва не кувыркнулась носом в подушки на полу, ощутив, как больное колено отказывается сгибаться.

— Да отпусти же ты! — возмутилась, вырвав руку и кое-как выпрямляясь.

— Я привел вашу наложницу, господин. Она сошла с ума и утверждает, что свободная. Где-то нашла мага и избавилась от магического клейма принадлежности, — склонился этот чудик еще ниже, пока я не стесняясь рассматривала этого «господина».

А что? Ему можно на меня пялиться, в то время как я босиком, в пыли и одной рукой едва придерживаю платье, оставаясь в рамках приличия, а мне посмотреть на столь шикарный торс — преступление? Как бы не так!

— Ни от чего я не избавлялась! — возмутилась, послушав бредни пузана.

Какая еще магия? Мы живем в современном мире, на все есть физика и химия. Магией всякие странности только первобытные люди объясняли. А мы не в каменном веке.

— Она сошла с ума, господин, — повторил это как мантру гад.

— Сам ты ненормальный! — огрызнулась злобно.

Я едва не плюнула. Вот кто из нас сошел с ума? Кто крадет людей посередь тихого города и перевозит их в этот их восточный замок, или кто не сделал ничего плохого и просто гулял по городу?

— Я разберусь, Арман, — спокойно и словно бы величественно кивнул «господин» на подушках. — Ты можешь быть свободен.

Посмотрела, как этот идиот отступает к одному из клуатров все в том же прогибе и не поворачиваясь спиной, словно, если повернется, я воткну ему в спину ножик. Кстати, отличная идея! Жаль, что вокруг меня нет ни вилки, ни ложки даже, чтоб хоть кинуть вслед за то, что он оставил мне на запястье синяк.

Потерла пострадавшую кожу, переводя взгляд на вальяжного мужчину.

— А я? — уточнила вкрадчиво. — Я тоже могу быть свободна?

Ну мало ли? На хрен. Наигралась я в это их восточное царство. И раньше не любила все эти восточные сказки, а теперь и вовсе буду стороной их обходить.

Весь этот «Великолепный век» и прочие турецкие сериалы. Помешался народ на них, не иначе.

— А тебя я не отпускал. Поднеси мне виноград, смертная.

Хмыкнула.

— Сам себе неси свой виноград, бессмертный, — съязвила.

Будут мне еще указывать всякие тут!

Глава 5

Хватило меня ненадолго.

— Послушайте! — впилась взглядом в этого «господина», отчаянно устав от творящегося фарса. Красив как бог, конечно, но это еще ничего не значит. Я не из тех, кто теряет голову от красивого фантика. — Я не знаю, как здесь оказалась и кто вы такой, но хочу сообщить, что кража людей преследуется по закону! Прошу вызвать органы власти и объяснить им всю ситуацию. Вы ни при чем, понимаю, но я хочу домой! — заявила, чувствуя, что впечатлений мне пока более чем достаточно.

Мужчина на подушках лишь лениво поднял левую бровь на мою тираду, в его глазах на мгновение мелькнул огонек интереса, но практически тут же погас. Уж не знаю, что ему не так, но я намерена добиться своего во что бы то ни стало. А хотела я домой!

— Вы меня слышите? — возмутилась, когда мне ничего не ответили ни через минуту, ни через две. Ну можно же было хотя бы кивнуть, но не полный игнор! Однако красавчик по-прежнему лишь возлежал на подушках, словно он шейх какой-то по меньшей мере. Только рабынь с опахалами вокруг не хватает. — А-у! — помахала рукой перед лицом мужчины.

Вот правильно говорят, что красивая обертка не гарант интересного содержимого. Ни один адекватный мужик не будет столь нагло игнорировать женщину в беде! А этому хоть бы что!

— Я жду, когда ты подашь мне виноград, — наконец соизволили снова со мной заговорить.

Злость поднялась из самых глубин сознания. Так со мной еще ни один мужчина не обращался. Это… унизительно и гадко! Однако я искренне понимала, что мне нужна помощь, а значит… ссориться с этим гадом нельзя. Ни в коем случае. Что я буду делать, если он откажется вызвать полицию? Хотя… может, попросить кого-то иного? Но, кроме других девушек, я пока никого тут не видела. А те явно настроены по отношению ко мне не лучшим образом. Если только прислуга, но сегодня ни одной из девчонок поблизости не было.

— Я подаю виноград, а ты вызываешь полицию? — уточнила, больше желая разбить эту вазу с фруктами об пол, чем прогибаться, и переходя на «ты», раз меня считают чем-то вроде очередной вазы. Уважение еще надо заслужить.

— Нет.

Ну хоть честно.

Вздохнула, ощущая себя глупо. Злость никуда не делась, однако крушить и орать тоже не в моем характере. Хотелось? Да. Но что изменится от такой вспышки агрессии? Разве что меня упекут в полицию уже не как нарушительницу границ, хотя я себя таковой не считаю, а как буйно помешанную. В первом случае еще можно будет все объяснить и попросить помощи. А вот во втором никто со мной цацкаться не станет. Так что терпим, Алиса, и думаем только о хорошем!

— Тогда я не дам виноград, — заявила, складывая руки на груди, заодно придерживая ими платье. Да еще живот голодно заурчал… завтрак-то я пропустила, а здесь так пахнет фруктами, что удержаться просто невозможно.

Покосилась на вазу с персиками. Может быть, взять один? Или два… Хозяин этих хором явно не обеднеет. Впрочем, я не приучена воровать или клянчить пищу. Сейчас я в гостях, и надо сначала дождаться приглашения от хозяев, а то некультурно как-то. Родители хорошо меня воспитали. И даже если вокруг все бескультурные, то лично я себе подобного не позволю.

Мы вновь помолчали. А потом я поняла, что устала стоять и сделала два шага, чтобы сесть рядом с этим гадом на диван, наплевав на все приличия, — ведь меня не приглашали. Он ведет себя как сволочь, и я буду, хотя это все же незначительное нарушение этикета.

— Что ты делаешь?

О, он даже соизволил пошевелиться и сесть ровнее,

— Сижу, — ответила честно, блаженно вытягивая ноги вперед и пристраивая больную удобнее.

— Но я не разрешал тебе садиться! — выдал он.

— Прекрасно, — кивнула, на самом деле чувствуя некоторую неловкость, но не собираясь этого показывать. — Но у меня болит колено, и я устала стоять, — оправдалась.

Иногда мне говорили, что терпение у меня ангельское. Это не так, но в конфликты я все же предпочитаю не вступать. Все равно сделаю по-своему, так чего лишний раз сотрясать воздух?

Мой взгляд уперся в водную гладь бассейна. Я представила, как было бы здорово сейчас искупаться. Вся эта жара и духота уже начинала утомлять. Даже если вода не прохладная, все равно будет приятно смыть с себя пот и грязь.

— Покажи клеймо! — выдал мужчина вдруг, осыпав перед этим меня чем-то блестящим, похожим на конфетти, но растворившимся на подлете. Интересная прикладная химия. Никогда не видела таких блесток. Съедобные видела. А растворяющиеся в воздухе — пока нет.

Подняла обе ноги в воздух, оторвав их от пола.

— Надо — сам смотри! — заявила. Заставлял же он меня поднести ему виноград, даже «пожалуйста» не сказав.

Но в этот раз мужчина все же не стал строить из себя гада, молча опустившись на ковер на одно колено и по очереди коснувшись моих лодыжек, отчего по всему телу прошла восхитительная волна мурашек, а в груди поселилось томление. Но чтобы я показала гаду, что он мне нравится? Да ни за что! Пока не извинится — в жизни не сойдусь с таким даже ради однодневного развлечения.

— Где твое клеймо? — задал он нелепый вопрос, как и тот пузан, внимательно рассмотрев мои ступни. — Кто стер его?! Я не ощущаю твоей принадлежности! — в его голосе раздались легкие рычащие нотки.

Печаль какая. Не ощущает он.

— А я почем знаю, где твоё клеймо? Раз оно тебе нравится — себе и ставь. Лучше на лоб, чтобы сразу было видно, — огрызнулась. Еще я себя вещью не чувствовала… Не дождетесь!

— Но оно точно было! — выдал этот стервец, глядя на меня своими невозможными глазами цвета неба.

Тьфу… Вот зачем он такой красавец? Мужчина должен быть не страшнее обезьяны, все остальные мнят о себе такое… Хотя это я уже что-то слишком разошлась, а во всем виноват голод. Я когда голодная — злая. И чем дольше не ем, тем злее становлюсь.

Живот снова подвел, завыв. Я отвернулась от персиков. И почему я должна соблюдать правила приличия в чужом доме, когда со мной никто не церемонится? За руки вот хватают, таскают по всему дому, словно собаку на поводке, игнорируют…

— Было да сплыло, — сглотнула, все же чувствуя, что не могу удержаться. — Слушай, можно мне персик? Я есть хочу!

Темноволосый бог нахмурился и встал с пола, поправляя свой цветастый халатик так, чтобы меня не смущали его телеса, хотя теперь, когда я знала, что под этой тканью, уже хоть скрывай, хоть нет — картинку-то не развидишь.

Он смотрел на меня сверху вниз, и это слегка нервировало, хотя я же сама сюда села.

— Ты не была на завтраке? Мои наложницы должны хорошо питаться, чтобы отдавать мне энергию в полном объеме. Смертные хрупки!

Похоже, то, что я могу быть голодной, его задело. Вот и ладушки! Ехидно улыбнулась, решив, что хуже уже не будет: я непонятно где, непонятно с кем, да еще и непонятно в чем — комбо, так сказать.

— Не знаю, что там с твоими наложницами, но я проснулась минут пятнадцать назад и меня сразу потащили сюда. Успела только зубы почистить. Кстати, раз уж полицию ты вызывать не торопишься, то мне нужна новая одежда и зубная щетка! А еще полотенце — я не нашла в ванной полотенец. Я хочу помыться, переодеться, привести себя в порядок. И как вы умудрились нарастить мне волосы так, что это незаметно? Новая технология какая-то? — вывалила разом все. Вопрос, где именно, я оставила на попозже, когда ответят на уже заданные.

— Что значит «нарастить»? — уточнил мужчина, при этом внимательно меня выслушав.

Эх… иногда забываю, что не каждый мужик разбирается во всех этих женских штучках. Я один раз имела неосторожность сказать парню, чтобы он подал мне щипцы для завивки ресниц, так он мне плойку притащил. А когда указала на его ошибку, скандал закатил: мол, он думал, что я натуральная красотка, а, оказывается, все не так… Дурдом, в общем. Я рада, что наши отношения не зашли дальше пары свиданий.

— Забудь, — отмахнулась, поняв, что объяснять сейчас про капсулы и чужие волосы лучше не стоит. — Где я? — задала самый животрепещущий вопрос.

— В моем дворце, — спокойно ответил мужчина, зачем-то снова кидаясь в меня блестками. Я возмущенно на него посмотрела.

— Эй, хватит уже! — отмахнулась от блестяшек, отмечая, что, похоже, они теплофобны, раз, попав на кожу, тают как снежинки. Вот и найден ответ, что за химия такая. — Это некультурно! — заявила.

— Что именно? — тут же заинтересовался красавчик, продолжая оставаться на месте и рассматривая меня, словно восьмое чудо света.

— Что ты кидаешься в меня блестками, даже если они безвредны, в чем я совсем не уверена, — сказала как есть. В самом деле, он ведь не ребенок, должен и без моих подсказок понимать, что делает не так. Мы все культурные люди, никто не воспитывается в пещере с волками, чтобы не знать, что такое этика и правила приличия. — И ответь нормально! Где находится этот дворец, какая страна и как отсюда добраться до ближайшего города с аэропортом?

— Ты видишь магию? — вместо ответов на вопросы, удивился мужчина. Да что ж такое-то! Он специально?

— Где мы?

Повторять все заново не было никакого желания, а этот гад — явно не дурак и слышал все с первого раза, просто отвечать не хочет. Самомнение слишком высокое, но это у любого красивого мужика, наверное, было бы.

— Драконья Империя.

Кивнула. Дракон, драконья, блестки-магия… Это какие-то фанатики?

— Слушай… — встала, решив, что, наверное, надо поискать кого-то более… адекватного. У богатых, конечно, свои причуды, они могут играть в какие угодно игры, за их деньги прислуга может называть их хоть королем мира, но я в это играть не подписывалась. — Я понимаю, тебе весело, но я правда устала и голодна. Хочу домой. Давай ты будешь играть в эти игры с наложницами, гаремами и дворцами с теми,

Колено вновь отозвалось неприятной болью. Надо будет сходить сделать рентген на всякий случай.

— Ты не веришь? — уже с нескрываемым любопытством уточнил мужчина.

Удивительно, какие в нем произошли метаморфозы с минуты нашей первой встречи. Сейчас он слушал меня внимательно, стоял, а до этого даже подняться с дивана ленился, ждал, что все сделают за него.

— А должна? Драконов не существует, это все мифы и легенды. Империй в нашем мире уже не осталось, по крайней мере официально страны называются совсем иначе. Никакого клейма у меня не было и быть не может — подобные вещи запрещены по всему миру, мы свободные граждане своих государств. Рабство отменено еще в девятнадцатом веке, а в моей стране его вовсе никогда не было. Мне жаль развеивать твою игру, но…

Моя тирада оборвалась на полуслове. Я отшатнулась назад, вжимаясь в диван и хватая первую попавшуюся подушку, наивно радуясь, что она вообще есть.

— А-а-а! — заорала, так как передо мной стояла огромная ящероподобная гора, глядя на меня вертикальным зрачком синего как небо глаза.

Мамочка, забери меня обратно!

Глава 6

Гигантская рожа была размером с меня. Голубой глаз — минимум с мою ногу… В общем, сомневаться не приходилось, что я этому чудищу всего-то на один зуб. А на эти милые «зубки» даже смотреть не хотелось, ведь ясно, что там ситуация, скорее как у волка и красной шапочки, чем мне повезет на «ущербного» дракона с удаленными от кариеса клыками.

— Не ешь меня, я невкусная! — заорала, стукнув огромную образину моей единственной защитницей-подушкой и, пока ящер отвлекся, отшатнувшись назад, швырнула в огромную рожу первый подвернувшийся под руку предмет. По несчастливой случайности это оказался именно персик.

Сок брызнул повсюду, оттого что я слишком сильно сжала фрукт перед броском, до кучи еще платье сползло, так как следить за одеждой, в то время как пытаешься бежать и ползти прочь от этой громадины, не получалось. Длинный подол мешал. Свалилась с другой стороны дивана на уже второй раз пострадавшее колено, желая куда-то спрятаться подальше. Боль прострелила до звезд в глазах, но сейчас я не обратила на нее большого внимания. Колено заживет, а вот если меня съедят, это наверняка будет хуже. Не хочу быть съеденной, и вообще — боюсь щекотки и боли в равной степени!

— Прочь, прочь! — забилась под диван и в ужасе прижала к себе все ту же подушку, в которую вцепилась практически сразу.

Сама не знаю, почему кинула совсем не ее, да еще и из рук не выпустила. Наверное, надеялась, что в драконьем желудке будет мягче именно с ней. Но тогда странно, чего это я одеяло еще не прихватила и перину до кучи. Какой же бред лезет в мысли… Ощущение, словно минут тридцать прошло, как я увидела этот кошмар всей моей жизни, хотя, наверное, прошла всего пара минут. Как же медленно течет время… А-а-а! Может, мне сбежать на улицу?! Хотя нет, наверняка такому большому существу там будет только проще меня достать, а тут… придется ему есть меня вместе с диваном! Забилась посильнее вниз, ощущая, как сердце колотится где-то в горле.

Минута… две… три…

— Спокойно, — донеслось мужским голосом с другой стороны дивана, когда я уже почти устала бояться, так как ничего не происходило. Кажется, эта образина вновь обратилась в мужика, но стало ли мне легче?

Вашу ж бабушку! Куда я попала?! Почему мужик превратился в огромную ящерицу? Я ведь видела, что происходило с его телом: вокруг взметнулся столп той яркой, блестящей пыли, а затем… Даже вспоминать не хочу!

— Спокойно, никто тебя есть не собирается.

Мужчина осторожно обошел диван, поправляя свой пестрый халат, весь перепачканный в ошметках персика. Я могла видеть его из щели, куда забилась. И как только влезла? До конца, правда, и не влезла, но половину тела точно впихнула, прикрыв остальное все той же подушкой.

Опасливо покосилась на жуткого типа. Теперь понимаю, чего та баба орала про то, что очередь моя, а отдувается она. Да я в жизни этого красавца видеть больше не желаю! Надо сбежать от сюда, срочно! Только вот бежать теперь некуда, это раньше надо было делать, пока он не нависал надо мной. А теперь с одной стороны диван, а с другой это чудище.

— Отойди от меня! — завопила, чувствуя себя одновременно неловко и глупо, ведь продолжать так яростно бояться, когда перед тобой вроде как человек, уже не получалось. Еще и осталась в одном белье… Слава всем богам, что мой спортивный лифчик никуда не испарился, как и хлопковые трусики, в которых я была вчера. Опять не о том думаю!

— Хорошо, я отошел. — Мужчина и в самом деле сделал два шага назад, выставив перед собой руки, словно обозначая, что нападать не намерен. — Неужели ты не видела ранее драконов? Где ты росла? — заинтересовался он, словно это спасет ситуацию.

Не спасло, хотя мой мозг уже вновь начинал мыслить нормально. Так… мужик-дракон. Жуть какая! Но… вроде не ест. Даже не нападает. Нормально ли это, или он просто выжидает подходящего момента? Ох… как же все сложно.

— Вылезай. Я не обижу.

Ага, как же, так и поверила! Сейчас он говорит одно, а думает другое… Какие тут гарантии? Да никаких! А в детское «честное слово» я перестала верить еще в старших классах школы.

— Как-то не хочется, — пробормотала, хотя колено все же зверски болело, а я его еще и зажала диваном… Ох, лишь бы не перелом, хотя глупо об этом переживать, когда ты почти обед.

— Я не трону, клянусь! — еще раз попробовал меня убедить мужчина в своей безобидности и…

А, черт с ним! Выждала несколько минут и сначала вылезла совсем немного, покосившись на «опасность», но он стоял на месте. Затем подождала еще минутку и еще немного сдвинулась, затем еще, пока не оказалась полностью свободна. Подождала, но на меня никто не бросался. Села на корточки, стараясь не обращать внимания на боль. Кое-как стащила с дивана цветастый плед и прикрылась, вставая ровнее, придерживаясь за спинку и выпустив наконец из рук подушку-спасительницу, скривившись от боли, но все еще опасливо косясь на этого… дракона, чтоб его бабка в переходе клюкой по голове треснула!

— Откуда я должна была видеть драконов? В моем мире только люди! — ответила на ранее заданный вопрос. Голос хрипел. Неслабо я покричала…

Только сейчас я начала осознавать, что все это не просто чья-то нелепая

Меня отчего-то начало трусить. Вот как обычно — адреналин вышел, и я вновь превратилась в желе: колени подкашиваются, сердце колотится как ненормальное, руки дрожат. Осела на диван, осторожно обойдя его, чтобы между мной и этим чудищем было хоть какое-то препятствие, и тут же вскрикнула от боли в согнутом колене. Да еще голова начала кружиться, хотя это скорее от голода.

Видимо, мужик оценил мое состояние, крикнув куда-то в пространство:

— Принесите обед! И платье для моей наложницы!

Я аккуратно посмотрела в ту сторону, куда он крикнул, все еще боясь спускать взгляд с главной опасности, но никого не увидела. Так, ладно, меня вроде как покормят. Закуталась плотнее, пытаясь осознать все вокруг.

— Как я тут оказалась? — спросила. — И я не наложница! В моем мире я свободная девушка! У меня и работа есть, и крыша над головой своя…

Не знаю, зачем это сказала. Наверное, хотелось убедить себя же, что у меня это и правда есть, а не придумано, потому что… все слишком нереально! Туннель этот, затем та подсобка, где стукнулась головой и коленом, руку ушибла, а теперь до кучи еще и огромный ящер, который, как я думала, всего лишь фантазия всяких там писателей и мифологов нашего мира.

— Что за работа?

Мужчина словно бы заинтересовался, но подходить не спешил. Похоже, мой дикий ор произвел на него неизгладимое впечатление. И я была бы рада, если бы он сделал еще два шага назад, чтобы уж наверняка, но будем считать, что препятствия в виде дивана достаточно для моего спокойствия.

— Я дизайнер, — скрывать не было смысла.

— Что это? — спросил… как там его зовут? Дарвиэль вроде. Да, точно Дарвиэль. Непривычное имя для той, кто привык к Сережам, Данилам и Валерам. Буду мысленно сокращать его как «Дар».

— Я проектирую жилые пространства — спальни, ванные, гостиные и прочие помещения, чтобы было удобно, красиво, функционально. Иногда по договоренности с заказчиками веду ремонты, договариваюсь с бригадой, курирую весь процесс ремонта, закупаю мебель, предметы интерьера и расставляю все по местам.

О своей работе я могу говорить часами. Это неискоренимо. Друзья вечно шутят, что со мной и поболтать не о чем, кроме как о цене обеденного стола и гармонии цветовой палитры. А сейчас, помимо прочего, разговор о работе меня еще и успокаивал. Хоть что-то родное и близкое здесь… непонятно где.

— Как ты попала в наш мир. И куда дела мою наложницу? — меня допрашивали серьезным тоном. Но ближе Дар подходил — я следила за этим.

— Понятия не имею, о ком вы. Я никого не девала. Вышла вечером на пробежку, у нас очень безопасный город в этом плане, познакомилась с парнем, а он… Не знаю, вот после разговора с ним я и полетела по какому-то туннелю сюда, ударилась коленом и головой, — указала на шишку на лбу, — рука еще побаливает. Потом этот ваш Арман притащил меня в комнату, я вырубилась. Проснулась, и он приволок меня сюда. Все.

Рассказывать подробно не хотелось. Мне бы самой для начала разложить все по полочкам.

Первое — я познакомилась с тем парнем на улице. А ведь странно: даже не слышала, как он ко мне подбежал, и тогда еще испугалась.

Второе — я думала, что он хотел познакомиться, но ведь по факту он даже имени моего не спросил, все говорил про кого-то другого, за чье сердце необходимо побороться, а я согласилась как дура.

Третье — после согласия я провалилась в тот туннель. И мотало в нем совсем не по-детски. Вывалилась я как раз в подсобку, где меня и нашли.

Четвертое — мне утверждают, что нахожусь в гареме у какого-то дракона, и он… реально оказывается драконом. На анализе этого пункта я все же покосилась на мужчину, осматривая его скорее как выставочный экспонат, пытаясь найти отличия от обычного мужчины, но рогов не было, как и хвоста. Вывод — ящер он по желанию. Если учесть, что я жива, то девиц на обед не ест, можно выдыхать. Хотя… может быть, он предпочитает их на ужин, но так как бензопила крикливая возмущалась, что она отрабатывала мою очередь, — значит, она была ночь с этим… гадом высокомерным и не померла. Так что, может, вообще не ест.

Пятое — делаем вывод, что я нахожусь где-то в другом мире, где магия и гаремы реальны. Пальмы тут точно настоящие. И я… наложница, чтоб Алла Дмитриевна, моя соседка, замуж удачно вышла!

Глава 7

Я сидела на диване и отчаянно пыталась согреться, хотя в зале царила невозможная духота. Воздух дико нагревался еще и благодаря довольно сильно припекающему солнцу, раскалявшему мрамор колонн, и тот отдавал в воздух больше тепла, чем было необходимо. Во всяком случае, я так думала. Все это очень напоминало сауну, когда воздух ошпаривает, забираясь даже к тебе в ноздри, и даже фактическая открытость пространства не помогала.

Адреналин полностью ушел, и мне стало откровенно плохо — слабость, головокружение, сухость во рту, ощущение потерянности и дикой усталости. Ненавижу свое тело в таком состоянии.

— Что-то болит? — заботливо поинтересовался мужчина, делая небольшой шаг поближе, отчего сердце вновь заколотилось в груди от страха и на мгновение прояснилось в голове.

— Не подходи! — вскрикнула, отшатываясь назад. В памяти тут же вспыхнул образ той огромной морды и глаза размером с мою руку, с вертикальным зрачком.

Да уж. Такая жуть теперь долго в кошмарах сниться будет. Драконы, романтика… Ага, как же! Посмотрела бы я на всех этих фантастов, оказавшихся на моем месте! Наверняка бы еще и оконфузились от страха — я-то чудом сдержалась, и то только потому, что буквально недавно посетила туалетную комнату. А раздумывать на тему своей излишней впечатлительности не собираюсь — сама знаю, что эмоциональная, но все же не настолько, чтобы визжать при виде змеи или паучка. А вот дракон, как выяснилось, впечатлил достаточно, чтобы покричать.

— Я не наврежу, — заверили меня.

— Все равно, — закуталась плотнее, вся дрожа. Во рту неприятно саднило. Ох, лишь бы голос не исчез назавтра. Все же перестаралась. — Я боюсь, — созналась честно, прокашлявшись.

А чего стыдиться? Вполне нормальная реакция. Может, через пару дней

Мужчина вздохнул, как-то странно при этом на меня посмотрев. Густая черная грива художественно рассыпалась по плечам, когда он мотнул головой, словно отгоняя от себя назойливую муху, хотя я насекомых тут не видела. Не знаю, что за дурман в этих лампадках, но комарья не было. Я открыла было рот, чтоб попросить его отойти подальше, но тут же едва не захлебнулась слюной от поплывших по залу вкусных запахов жареного мяса. Все мое внимание мгновенно переключилось на будущий завтрак. Точнее, для остальных обед, как поняла, но для меня-то это первый прием пищи.

К нам подошли слуги (думаю, это они — сомнительно, что обычные жители дворца, решившие заскочить освежиться в жаркий денек в бассейне, стали бы так низко кланяться еще на границе с клуатром и тащить на себе столько вкусностей по запросу дракона). Судя по простым белым платьям и убранным волосам — вполне себе люди. По крайней мере, нечеловеческой красотой они не обладали — я оценила и это, прежде чем подпустить их ближе.

— Где изволите обедать, господин? — спросили не меня, а Дара, даже не глядя на него, словно это было запрещено, зато гипнотизируя мыски своих туфель, ну или узор ковра под ногами.

— Поставьте все на столик и подкатите его к моей… — Дракон запнулся, вновь глянув на меня своими синими очами несколько странно.

Я видела слишком много эмоций в его глазах, но ни одной конкретной, словно он сам еще не определился, как ко мне относиться. По коже пробежался ряд мурашек от одного только взгляда.

— Моей гостье, — наконец вывернулся он, решив, видимо, не нагнетать и не доставать меня своей «наложницей», коей я не являлась. И правильно сделал, между прочим. Еще немного, и уйду в нервный срыв и депрессию. Такое бывает, когда я в плачевном физическом состоянии.

Слуги безропотно выполнили его пожелание, при этом не глядя на ни меня, ни на него. Хотя нет, одна все же посмотрела, прежде чем передала сверток с платьем из мягкой ткани, положив его около моих колен на диван. Я даже нашла в себе силы поблагодарить ее.

Стоило всем уйти (кроме мужчины, конечно), как я набросилась на еду. Ощущение было, словно по меньшей мере неделю не ела, да еще и все эти запахи, вкусно приготовленное мясо, похожее по вкусу на крольчатину, которую я люблю. Легкий сладковатый соус лишь добавлял пряности мясу, но ничуть его не портил. Надо будет потом найти повара, узнать, что за рецепт. А еще овощи на пару — мои любимые брокколи и цветная капуста! М-м-м…

И пусть весь мир смеется над тем, что я люблю брокколи! Ничего они не понимают. Это ж такой кладезь витаминов, и вкус у нее нежный, мягкий, слегка травянистый. Стереотипы долой!

Насыщаясь, отмечая мастерство повара и обманчивую простоту блюд, даже не увидела, что это чудовище в человеческой форме сделало еще два шага ко мне. Заметила я это только тогда, когда подняла взгляд от тарелки и вздрогнула от того, что мужчина был слишком близко. Он сидел прямо на пестром ковре у края зоны отдыха, в позе лотоса, глядя на меня пронзительным взглядом. Гораздо ближе, чем я думала.

— Наелась? — Мне указали на небольшую чашу с водой. Вспомнив прочитанные книги и просмотренные документальные фильмы, сделала вывод, что это для рук. Тут же вымыла пальцы от липкого соуса, так как вилки мне никто не дал, а благодаря дикому голоду я даже не подумала попросить и дождаться, пока принесут. Вытерла руки о белое полотенце.

Ох… а жизнь налаживается!

Желудок был приятно наполнен, дрожь отступила, правда вот больное колено, кажется, теперь ныло еще сильнее, но это все мелочи. Главное, что я до сих пор жива.

— Да, спасибо. Было вкусно, — проявила вежливость, раз меня все же накормили. Взгляд сам собой вернулся к вазе с персиками. — Можно? — уточнила, прежде чем взять один.

Как бы я ни наелась, но любимый фрукт готова схомячить в любом состоянии! Думаю, что я не одна такая — нас миллионы гурманов, кто, видя вожделенное, набрасывается на это, не думая о том, какое время суток или насколько сейчас голоден.

— Любишь персики? — Дар чему-то улыбнулся, поглядывая на меня с интересом и давая разрешение кивком.

— Очень, — созналась, выбирая фрукт из вазы, придирчиво щупая тонкую бархатную кожицу и рассматривая румяность бочков. Наконец, поняла, что все они как на подбор и выбирать бессмысленно. Взяла самый верхний, ощущая себя царицей этой горы. Ох… правда, кто бы меня оттащил от блюда, а то ведь плохо потом станет — это будет не первый раз, когда я переем чего-то, но не разлюблю и уж тем более не остановлюсь. — Но у нас они слишком дорогие, и чаще всего невкусные.

Наверное, если бы получалось каждый день есть по персику, и такой маниакальной зависимости не имелось, но я пока не настолько богата, чтобы покупать себе в промышленных масштабах фрукты, чтобы наконец наесться всласть.

— Расскажи подробнее, как ты здесь оказалась. Ты сказала, что познакомилась с… — мужчина взял паузу, словно ему на мгновение стало плохо, прочистил горло, пару раз тяжело сглотнул, но затем все же нашел в себе силы продолжить: — с кем-то.

Я впилась зубами в сладкий фрукт, едва не застонав от блаженства. Вкусный, сладкий, ароматный… Точно как я люблю! Редко когда попадался настолько вкусный и спелый плод. Обычно к нам в город привозили все зеленое, и приходилось дома, на окне давать им хоть немного доспеть, но вкус всегда был так себе… Такой, как ем сейчас, я, наверное, пробовала, только когда была маленькой и ездила с родителями на юга.

— Я целый день работала. У меня заказ на интерьер большого загородного дома в современном стиле, и мама заказчика попросила туда вписать старинный сервант, вот я и увлеклась… — опять ушла в дебри своей профессии, с наслаждением рассказывая и о сцене для деток, и о просмотренной для проекта корейской рекламе, и о том, что сервант надо бы реставрировать… Буквально захлебывалась, описывая, каким видела тот концерт в итоге и дом тоже. Была бы тут бумага и ручка, наверняка бы начала еще и рисовать, но ничего такого не нашлось. — Вот, а затем, когда встала и поняла, что переусердствовала,

А то уже столько приключений, что разговор с симпатичным парнем поблек в памяти. Я точно помнила, что он был, но вот что именно говорил и детали его внешности словно бы подстерлись, хотя у меня вполне нормальная память на лица, а видела я его только вчера. Странно, но подумаю об этом потом.

Дарвиэль оказался весьма внимательным слушателем — не перебивал, не спорил, даже уточняющих вопросов не задавал. А когда я закончила, перевел взгляд на гладь бассейна, явно о чем-то задумавшись.

Я не стала его отвлекать, просто взяв еще один персик, раз он разрешил. Впилась в сладкую мякоть. М-м-м… стоило ненадолго сюда попасть, чтобы полакомиться такой сочной вкуснятиной. Правда, домой уже хочется, к моим заказам…

Глава 8

Я сидела на диване, поедая уже пятый по счету персик, не в силах остановиться, и рассматривала помещение. Бассейн… в целом его так можно было назвать только с натяжкой, потому что я не понимала, зачем тут столько ковров. Из адекватного в голову приходило только то, что, наверное, пол довольно сильно нагревался, и потому ходить по нему было невозможно, так что стелили ковры. Но… неужели нет чего-то более подходящего? Почему они все разноцветные и разных размеров? Смотрится ужасно, хотя можно было бы попробовать сгармонировать разные цвета и создать из этого особый шарм.

А эти светильники? Подняла взгляд вверх, рассматривая непонятную конструкцию со все той же позолотой. Больше похожа на фекалии, чем на то, что пытались изобразить, к тому же опять перегружает пространство. С диванной зоной я, допустим, уже почти смирилась, все же я тут сижу, но зачем бассейну неработающие фонтаны с четырех сторон, помимо совершенно бесполезных обнаженных девиц? И что они изображают? Ящериц в конвульсиях разве что. Тела длинные и страшные, позолота кое-где стерлась, так как была выполнена некачественно, пасть у каждого кривая, у ближайшего подобия фонтана вообще один глаз больше другого… Да уж. Если вода должна была литься из пасти этих чудовищ — а так и есть, судя по тонкой струйке у одной из фигур, — то создаётся полное впечатление, что эта тварюшка чем-то траванулась. Да и вообще, тот, кто это непотребство проектировал, явно был намерен поиздеваться над драконом: "фонтаны" выглядели так, словно эти ящерицы блюют над бассейном.

— А ты бы могла улучшить это помещение? — неожиданно словно прочитал мысли мужчина, о котором я практически забыла, размышляя о любимой работе и практическом применении моего таланта.

Внимательно окинула Дарвиэля взглядом, пытаясь понять, шутит ли он или взаправду интересуется. Но взгляд голубых глаз был серьезным — значит, не шутит.

— Точно могла бы, — сказала без лишней скромности. — На моем счету уже более трех сотен дизайн-проектов в разных стилях. В отличие от многих дизайнеров, я не беру за пример только один стиль, который для меня более комфортен, а работаю в разных, повышая свой опыт и качество, будучи более гибкой для клиента и его запросов.

Подобралась, ощутив, что возможно я вот-вот найду, чем себя занять и в этом мире. По крайней мере, пока не пойму, как вернуться в свой.

— И сколько это займет времени? — осторожно уточнил мужчина.

— Если про проект, то несколько недель: согласуем для начала все материалы и цвета, мне надо будет, чтобы вы подробно рассказали, что именно вам нравится, — перешла на «вы» сразу, как почувствовала клиента, ощутив себя в своей стихии. — После этого я накидаю макет, мы его обсудим, я внесу изменения. И только потом начну уже на чистовую отрисовывать, — пришлось вспомнить, что моего любимого ноутбука с программой, где можно за минуты переставить мебель, тут нет.

— Несколько недель на рисунки? — удивился этот гад.

Вот же! А он что, думает, я три минуты кисточкой помашу и готово? Нет уж! Процесс вдумчивый должен быть, все же потом ему в этом помещении жить.

— Да! — отвернулась. Раз не ценят мою работу и профессионализм, то и нечего дразнить!

— Я согласен! — слишком бодро вдруг выкрикнул дракон, когда я отвернулась. — Начнем прямо сейчас?

Обернулась, чтобы понять, шутит он так, что ли? Но, похоже, нет, — Дар был полон энтузиазма. Хм… странно. И переходы от самовлюбленного засранца до моего заказчика, конечно, резкие. Но сейчас я обломаю ему малину…

— Проект одной комнаты стоит пятьдесят тысяч рублей. Размер не важен, даже если это крошечный туалет, — заявила свой стандарт. Конечно, за туалет столько не беру обычно, но здесь и работа гораздо масштабнее. Да и надо же хоть как-то отомстить за мою уязвленную гордость.

— Пятьдесят тысяч золотых устроит?

Я не ослышалась? В шоке округлила глаза, глядя на этого богача. Устроит ли меня? Да как я это домой поволоку? Разве что если переплавить все в небольшие слитки и перетаскать потихоньку, как кирпичи… Правда, потом-то еще как-то реализовать надо, но… разберемся.

— Устроит! — кивнула, тут же заряжаясь энтузиазмом. — Но проект — ничто без ремонта! И если собираетесь просто заказать, как вы выразились, «рисунки», то это не ко мне. А ведение ремонта — это еще дополнительно та же сумма, что уходит на проект целиком. Тогда я самостоятельно буду ездить по магазинам и подбирать материалы, общаться со строителями, следить за верным выполнением всех работ, вам останется только иногда приходить по желанию и в конце принять готовую работу, подписав акт сдачи-приемки.

— Самостоятельно? — изумился мужчина, словно это какая-то нелепица.

— Да. Зачем заказчику тратить свое время, если он нанимает для этого персонал?

— Хм… — Дар вновь задумался. А я тем временем поняла, что начинаю привыкать называть его именно «Дар», а ведь он даже не представился толком, да и моего имени не спросил!

— Что-то не так?

Прищурилась, ожидая какую-то пакость, типа того, что у них тут, на востоке, женщин воруют прямо на… Где они вообще торгуют всем? На базаре? Кстати, не удивлюсь… Поразительно, что туалет имеется: насколько помню, в Средние века ничего подобного не было. Хотя водопровод кое-где имелся, как и канализация, но все же унитаз и душ, который я видела сегодня утром в комнате, где спала, были самыми обычными, современными. Да, без наворотов, но краны, душевая лейка… все привычное.

— А если я хочу участвовать в закупке? — обворожительно улыбнулся мужик, заставив меня облегченно выдохнуть.

— Как хотите, — пожала плечами. — Тем более я в вашем мире пока что не ориентируюсь, и мне не помешает спутник. Да и купленное нужно будет потом как-то доставлять, и вы сможете сами договориться, когда и куда вам удобно это сделать…

Насколько я поняла, этот его «дворец» является жилым, а значит, хозяину может не понравиться, если, допустим, доски выгрузят на какую-то клумбу с дорогими ему цветами. А доски нам определенно понадобятся. Камень — это прекрасно, но он слишком нагревается, и это вызывает дискомфорт. Я бы выбрала что-то менее теплопроводное. Тогда не придется мостить повсюду эти жуткие ковры. Также я бы задумалась о витраже на одну из открытых стен — это позволит дополнительно защититься от солнечного света и сделать помещение чуть более прохладным. С другой стороны можно все оставить открытым, чтобы дневная духота могла выдуваться… Только придется сначала узнать, где именно солнце находится чаще.

К тому же при закрытой части помещения все будет выглядеть несколько уютнее. Рядом с витражами можно будет выстроить уголок отдыха: лежаки, мягкий уголок, если заказчику так хочется оставить диван. Но все надо еще думать и обсуждать. Это только то, что пришло в голову с ходу. Но в целом я бы еще немного зонировала пространство, потому что высокие потолки — это прекрасно, но бассейн в таком огромном помещении смотрится несколько мелко, хотя сам он довольно большой, метров восемь в длину и шесть в ширину, не меньше.

Также я бы сделала один пологий скат для безопасного спуска. Это сейчас дракон молодой и задорный, но надо и на старость думать, а там лучше бы были поручни и нескользящие ступеньки в воду. И на них же можно будет отдыхать, все еще находясь в воде. Это удобно. Детишки если пойдут — опять же безопасно. В общем, ступеньки нужны обязательно, как и поручни с двух сторон.

— Тогда предлагаю встретиться за ужином и начать обсуждать, — широко улыбнулся Дар, радуясь, как ребенок, которому только что подарили довольно дорогую игрушку.

Ох, очень надеюсь, он не рассчитывает, что я влюблюсь и сделаю этот проект бесплатно по великой любви. Бывали у меня и такие парни. А вот хрен! Я даже с половиной друзей общаться перестала, потому что те хотели, чтобы им все бесплатно обошлось. Зато с другой половиной отношения стали только крепче, хотя, само собой, я сделала им очень большую скидку. Но все же. Это не бесплатно «по знакомству» — я время и нервы свои тратила. А уж с парнями и вовсе не церемонюсь: это еще не муж, и я не совместный быт обустраиваю, чтобы стараться только ради красивого результата без дополнительной выгоды, на которую, между прочим, я себе бутерброд с маслом покупаю.

— Отлично! — Меня такой вариант устраивал. Только вот… — Но чтобы больше никакие Арманы за руки меня не таскали! — заявила, показав свое синее запястье. Мало того что насилие запрещено всемирной конвенцией о защите прав человека, так еще и непонятно, что я ему сделала, чтоб со мной так обращаться!

Мужчина нахмурился. На его совершенном лбу пролегла глубокая складка. Готова поклясться, что в синих очах словно бы поднялся ураган. Ненадолго, но я успела его заметить. Это выглядело завораживающе: синий цвет потемнел, по краям налилась чернота, почти затапливая собой радужку, но затем все быстро вернулось в исходное состояние.

— Я прослежу, — кивнул Дар серьезно.

И не знаю почему, но я поверила, что это все и в самом деле не повторится. Слишком вид у него был… суровый, что ли. Не знаю, как точно выразить.

— И… врач у вас есть? А то у меня колено болит жутко, — созналась.

Нога в самом деле доставляла достаточные неудобства. Лишь бы не перелом или не трещина, а все остальное я переживу. Требуется лишь покой.

— Я могу сам посмотреть, — предложил мой будущий заказчик.

И… вроде как очень хочется отказаться — я до сих пор под впечатлением от его преображения, — но… вскоре ему предстоит на время стать моим боссом, и нам все равно придется контактировать, так почему бы не начать сейчас? Ведь первое правило хорошего дизайнера — расположить к себе клиента. А как я расположу его, если не способна находиться рядом ближе, чем на три метра?

Замялась. И хочется, и колется, что называется. Паршиво, но надо заставить себя это сделать. Сглотнула, стараясь не паниковать раньше времени. Я тут уже почти час сижу, и меня до сих пор никто не слопал. Может, и дальше повезет.

— Хорошо, — с трудом, но согласилась.

Сердце гулко стучало в груди. Мне все это не нравилось, но придется потерпеть, если хочу работать. А работать я очень хочу, так как бездельничать не умею, да и столь жуткое использование пространства вызывает желание поскорее его преобразить. Но… надо узнать, как попасть домой. Обязательно. Пока я этого не спрашивала, так как на самом деле просто боюсь получить ответ «никак».

Дракон встал с пола, поглядывая на меня — видимо, в надежде, что не закричу и не сбегу снова, но я честно старалась держать себя в руках, хотя страшно было, не без этого. Затем он медленно подошел, двигаясь плавно, словно большой кот, ступающий по узкому карнизу.

С каждым его шагом сердце немного сжималось, но я держала себя в руках. И лишь когда он присел на пол около моих ног, шумно вдохнула воздух, потому что все это время не дышала.

— Какая нога?

А я вдруг поняла, что сижу, укутанная в плед едва ли не до ушей, и разворачивать этот кокон будет весьма сложно. Мда… гусеница из меня получилась что надо.

Глава 9

Кое-как умудрившись освободить ногу, при этом оставшись в остальном полностью укрытой, я указала на левое колено мужчине. В голове тут же вспыхнули слова Армана по поводу голого тела и соблазнения. И ведь он среагировал всего-то на ступни, а тут целая нога. Мысленно хмыкнула, отвлекая себя этими нелепыми мыслями. У меня-то совершенно не было никаких комплексов на тему показа тела. Фигура хорошая, стеснение излишне. А вот то, что нога не бритая, конечно, смущало, но я же не думала, что попаду в такую нелепую ситуацию, иначе вчера вечером, дома, точно бы побрилась. Вся. Во избежание. А так… лучше пусть лечит, а я буду думать о хорошем.

— Вот тут, — скривилась от боли, вынужденная

В любом случае в этом коконе было очень удобно, а принесенное мне платье лежало рядом как напоминание, что есть и нормальная одежда. Хотя чувствую, что уволоку это покрывало с собой, ведь прежде, чем надевать чистое, надо как следует вымыться. И ноги побрить, угу.

— Очень сильно болит, — жалобно созналась.

К слову сказать, мужчина оказался весьма осторожен — он не спешил протягивать руку и трогать, как это сделало бы большинство врачей. Нет, сначала он внимательно осмотрел мою ногу издалека, затем сделал какой-то пасс, и в меня опять посыпались те золотые искры, щекоча своими прикосновениями. И только потом…

— Я коснусь? Больно не будет, обещаю.

Синие глаза смотрели снизу вверх проникновенно. Так, словно хотели заглянуть мне прямо в душу и там и остаться. Но… после его отвратительного и оскорбительного поведения я не растаю так просто. Виноград он ждет, ага, как же! Хотя это уже говорят во мне нервозность и страх. Ну не могу я не бояться его теперь, когда знаю, насколько он страшен и огромен во второй ипостаси. Я ведь ему на один зуб! Зато сразу понятно, зачем такое большое помещение — чтобы дракон вмещался и еще место оставалось! А то, что тут большие даже коридоры, я еще в первый раз отметила. Да что там, я сегодня спала на кровати, которая как раз вместит такую махину. Хотя, наверное, с кроватью я все же погорячилась.

— Хорошо, — кивнула, готовясь к новой боли что бы он там ни говорил, но… когда по коже прошлась приятная волна тепла, и еще одна — я даже опешила. А затем слегка прохладные пальцы дотронулись до меня и…

М-м-м… Запрокинула голову в блаженстве, не в силах вытерпеть целый вал удовольствия там, где меня касались мужские ладони. Это было так, словно свозь кожу пропускали тысячи разрядов тока, только вместо того, чтобы больно жалить, этот ток, как изысканный любовник, скользил под кожей и, находя самые сокровенные места, задерживался там, чтобы… А-а-ах…

И хоть разум и сопротивлялся, но тело определенно предавало. Впервые ощутила на себе, что это реально. До этого момента всегда считала, что это художественный вымысел для ванильных девочек, но… Я здесь, и я плавлюсь от легких поглаживаний сидящего у моих ног мужика, при этом с полной ответственностью осознавая, что реакция слишком бурная и не соответствует моменту ни разу. Да что там, если б на то было мое желание, я бы сейчас же сбежала от этого высокомерного стервеца, а так… разрываюсь между желанием попросить не останавливаться и попросить прекратить и больше никогда меня не касаться.

— Готово, — пока я решала, как лучше поступить — убежать или все же позволить случиться тому, о чем просило тело, — Дарвиэль сам убрал от меня руки, грациозно встал с пола и сделал пару шагов назад. — Также я подлечил еще твой лоб и руку — там не было ничего серьезного, небольшое растяжение.

Очистившись от розового сиропа, я сразу же удивленно проморгалась, пытаясь понять, что это только что было. Какая-то мистика, не иначе. Хотя о чем это я. Мы же вроде как в другом мире. Магическом, насколько я поняла. Тут возможно все или многое. Хотя в то, что можно вот так вот вылечить «наложением рук», все же верилось не до конца, а потому я скептически осмотрела мужчину, вновь отмечая его нечеловеческую красоту, спрятанную под смешной бабский халат. Ему бы еще имидж сменить, в самом деле, что за нелепые шмотки?

Здесь вообще все одеваются как для парада «нелепый и еще нелепее». У пузана обтягивающая цветастая рубашка, у служанок что-то пыльно-серое, делающее их бледными и визуально болезненными. Местные девицы же, наоборот, предпочитают вычурную вульгарность, где декольте до колен — у нас представительницы ночной профессии одеваются приличнее, в самом деле.

— Что именно готово? — уточнила для начала. А то встану я на ногу для проверки, а выяснился, что мне какой-то магический гипс наложили и все станет еще хуже. Нет уж, лучше сначала узнать точно, что со мной сделали, как и что будет дальше.

— Я вылечил ногу. — Глубокий бархатный голос вибрировал в моем желудке распускающимися бутонами цветов, рождая томление, но я не собиралась этому поддаваться. Он клиент, и точка!

— Совсем? — прищурилась.

— Да. Ты не доверяешь? — слегка обиженно искривил губы Дар.

Надо же, даже не представился мне по-человечески, а губы дует. Избалован он тут явно. Хотя, наверное, если бы у меня был гарем мужиков, я бы тоже была избалована донельзя. Так что будем считать, что это не он избалован, а я непригодна для него как девушка, ибо не собираюсь стелиться перед этим ящером. Работать — да, с удовольствием, всегда мечтала сделать что-то псевдовосточное на свой лад, а здесь раздолье такое, что делай — не хочу. Но переводить наши отношения с будущим заказчиком в горизонтальную плоскость — это увольте.

— А должна? — фыркнула. — Я вижу вас первый раз, и начало нашего знакомства, что скрывать, весьма не задалось, — Ну ведь правда же, а скрывать нечего, да и не от кого — все участники программы моего паршивого дня уже здесь. Ну не пузана же мне назначать главным злом, если он служит этому… дракону, чтоб его бабки на скамейке у подъезда невзлюбили. — А доверие еще надо заслужить, так что ничего удивительного.

— Но драконы не врут! — выдал этот наивный великовозрастный детина.

— Ага, а мальчики не плачут, — кивнула с серьезным лицом. Только не говорите мне, что этот мир настолько наивен и все верят в эту чушь! — Все в этом мире относительно.

И все же я рискнула, плавно разгибая ногу для начала. Боли и в самом деле не было. Хм… Затем также осторожно согнула колено. И снова нет никаких неприятных ощущений. Ну ладно, тогда рискнем по-крупному. Встала. Присела. Попрыгала даже, проверяя как следует, в душе замирая от предчувствия боли, но ее не настало. Удивительно! Волшебно! Невероятно!

— Неплохо, — оценила работоспособность ноги, мысленно восхитившись, но не показав своей детской радости даже взглядом. — Повторных сеансов не надо? — уточнила на всякий случай. А то вдруг надо раз в два часа вновь обезболивать или что он там сделал? В мгновенное исцеление все равно верится мало, хотя вроде как пока что все факты налицо. Но я все же сначала подожду несколько дней, прежде

— Нет, — качнул головой мужчина. Его взгляд был сейчас темнее, чем пару минут назад, — я отметила это потому, что старалась смотреть ему только в глаза, чтобы не отвлекаться на привлекательное тело и мозги лишним сиропом не заливать, но решила, что мне не до его переменчивых глаз. Выжить бы и домой попасть.

— Кстати, а если я взамен на дизайн попрошу отправить меня домой? — робко уточнила, ощущая, что прыгаю с вышки в ледяную воду с разбега. И ведь не хотела же спрашивать сразу, чтобы не разочаровываться, но этот вопрос гложет так, что нет сил больше терпеть!

Не надо мне никакого золота и прочего, глупости все это. А вот позвонить маме, ведь она наверняка там места себе не находит, ответить заказчикам — это важно. Важнее всего остального.

Сердце гулко билось в груди, казалось, что время замедлилось, так я хотела поскорее услышать ответ, но… Черный зрачок полностью затопил радужку. Мужчина замер и замолчал. Я подождала, кусая губы и ломая пальцы, минуту, две, три… Дежавю, ей-богу! Но раз ему так нравится замирать и думать, то пусть думает. Вдруг он просчитывает портальные точки для возвращения меня домой? Не стану ему в этом мешать. Пусть только это будет возможно! Пожалуйста! Я обрадуюсь даже самому крохотному шансу!

— Расскажи еще раз, как выглядел тот мужчина, который отправил тебя сюда? — выдал мужик после нескольких минут раздумья.

И далась ему эта внешность? Но раз надо… хотя не знаю, как это поможет делу. Сейчас я была готова даже рассказать, какого цвета были мои детские неожиданности или горшок, лишь бы это помогло попасть обратно в мой спокойный, тихий городок.

— Молодой, красивый, правильные черты лица, — присмотрелась получше к Дарвиэлю. Хм… незнакомец был похож на этого дракона — не слишком, но что-то общее есть. Впрочем, может, тут все драконы похожи, не понять. У меня нет материала для сравнения, чтобы сделать какой-то вывод. — На вас чем-то смахивает. Волосы черные, глаза голубые, но более светлого оттенка, на подбородке ямочка.

Между бровей мужчины пролегла глубокая складка. Создалось ощущение, что он либо кого-то подозревал, либо уже знает, кто такой затейник девиц по чуланам раскидывать так, чтобы у них шишки на лбу рождались. Увижу — сама набью этому гаду фингал. Тоже мне, конкурс на сердце дракона мне надо пройти. Да даром мне не сдалось ничье сердце!

— Я… — начал он тихо, но затем со всей уверенностью озвучил: — Я не могу отправить тебя домой, прости. — Сердце словно бы оборвалось, рождая ледяную пустоту внутри. Должно быть, я даже побледнела, на глазах налились слезы, так как мужчина слегка испуганно глянул на меня и… — Встретимся вечером за ужином, — проговорил он последнее скороговоркой и технично смылся. Только пятки сверкали.

Я сглотнула, сползая обратно на диван, стараясь не разрыдаться, хотя истерика бродила где-то рядом. Переключиться, срочно!

Та-а-ак. Это все, конечно, неожиданно, но… мне все равно надо было спокойно осмотреть помещение бассейна для переделки. И пусть сердце болезненно ноет за маму, а мозг вопит, что меня потеряли не только родные и близкие, но и клиенты, но работа всегда была лучшим отвлечением. Вот и поработаю.

Глава 10

Оставшись одна, я еще какое-то время сидела на диване, осмысливая свое незавидное положение в чужом и непонятном мне мире, а затем…

— Льера? — раздалось тихим женским голосом, но я все равно вздрогнула, испуганно обернувшись на нелепо одетую служанку, подошедшую ко мне со спины. Серое, мышиного цвета платье, нелепый чепец, скрывающий волосы, никакой косметики, белый фартук.

Ох, наверное, я теперь буду долго вздрагивать от каждого шороха, боясь увидеть то зубастое чудовище. Отметила, что девица со следами акне на щеках, а значит, не может быть очередным чудовищем.

Все же мне проще думать, что драконы должны отличаться красотой, а то начну шарахаться от первого встречного. И, надеюсь, я и вправду не ошибаюсь.

— Это ты мне? — уточнила. Больно слово она произнесла странное. Хотя может быть, так звали ту наложницу, с которой меня перепутали? Все возможно.

— Да, льера. — Взгляд девушки выражал страх, словно я какой-то монстр, хотя до этого не замечала, чтобы на меня кто-то смотрел подобным образом.

Легкий интерес был, когда прислуга накрывала на стол уже здесь; презрение было, когда мы шли в гаремный зал; любопытство даже было у некоторых. Но страх? Чего это она? Или от тех магических блесток у меня рога на голове выросли?

О чем я только думаю? Нелепо. Остановила сама себя.

— Я пришла, чтобы проводить вас в вашу новую комнату.

— Новую? — удивилась, хотя все закономерно.

Я же теперь не наложница. Впрочем, я-то никогда ей и не была. Так что логично, что жить я должна не в гареме, а где-то в другом месте. Может быть, в крыле слуг или что-то такое. Надо было обсудить с Даром данный нюанс. Трехразовое питание, крыша над головой, от одежды бы еще не отказалась. А то сюда-то я попала в чем была, даже сумочку с минимумом нужного не захватила. А мне бы зубную щетку хоть.

— Да, льера. Прошу вас. — Служанка вновь кинула на меня испуганный взгляд, словно и вправду я такая страшная.

Встала, подхватывая сверток с ранее принесенным мне платьем — не оставлять же его здесь, — поудобнее перехватила покрывало, в которое была закутана, чтобы оно не сползло в самый неподходящий момент, и последовала за девушкой. Попутно пыталась запоминать дорогу, подмечая некоторые мелочи местного ужасного интерьера, чтобы потом найти путь обратно.

Как только приведу себя в порядок, вернусь в бассейн, чтобы осмотреться как следует, замерить пространство, возможно уже накидать какие-то макеты на выбор. До ужина я вполне смогу предложить как минимум пару идей дракону. Правда, мне бы бумагу и карандаш с ластиком, но об этом позабочусь чуть позже — сейчас бы себя в порядок привести.

По пути радовало только одно — мы шли совершенно не в сторону гарема, так что, похоже, Дар все же внял просьбе оградить меня от его пузатого Армана. Насколько поняла — именно он был распорядителем в «цветнике» этого ненасытного дракона.

Задумалась о том, сколько же девушек живут в этом самом гареме. И сколько детей у местного шейха или как они здесь обзываются? Предстоит узнать все мелочи этого мира, хочется мне того или нет, раз уж тут жить.

— Мое имя Сора. — Девушка низко мне поклонилась, остановившись около высоких резных дверей в богато украшенном очередной безвкусной позолотой коридоре как раз

Судя по склоненной голове и легкой дрожи этой трусишки, Дарвиэль общался с ней в том же стиле, в каком разговаривал и со мной ранее, — много рыка, мало смыла. Впрочем, я вполне могу понять девушку: я тоже боюсь этого «хозяина». Так что даже посочувствовала ей, но вслух не стала акцентировать на этом внимание. Мне бы со своими проблемами разобраться.

— А я Алиса, — представилась впервые в этом мире хоть кому-то, толкая дверь, около которой мы стояли, ладонью. Мне надо срочно отвлечься. Это уже потом, когда окажусь одна, поплачу всласть. — Это моя комната? — замерла, в шоке рассматривая огромное помещение гостиной.

На самом деле помещение напоминало мне все тот же гаремный зал — такие же диваны, расставленные повсюду, цветастые ковры на полу, обилие подушек, максимум все тех же лампадок, из которых струится дымок. В общем, абсолютно бесполезно организованное пространство. Кроме как расположиться на посиделки большой компанией, использовать эту комнату совершенно никак нельзя. И то я бы триста раз подумала, надо ли мне тут сидеть — духота же невыносимая, благодаря ничем не занавешенным огромным панорамным окнам справа от входа, из которых виднелся все тот же сад, что и из зала с бассейном.

— Это общая гостиная, — тут же с готовностью отозвалась девица в нелепом чепце, опасливо проходя вслед за мной. — Ваша комната правая, — указала она на дальнюю створку.

— Общая с кем? — уточнила, глядя на вторую пару двухстворчатых дверей слева.

Мало ли, вдруг меня вместо первого гарема привели в гарем под номером два. Я уже ничему не удивлюсь.

— С господином, — с легкой дрожью в голосе сказала Сора.

Удивленно вскинула брови.

— А зачем меня с ним поселили? Или во дворце кончились свободные комнаты вне гарема?

Понятия не имею, как тут с этим, хотя если все местные комнаты используются также малофункционально, то я не удивлюсь что тут и в самом деле не хватает помещений на всех. Одна комната под диван, вторая под кресло, третья под торшер… В общем, бред сивой кобылы! Не знаю, кто это все обставлял, но фантазии и вкуса у человека определенно не хватало. Если с бассейном все сложится удачно, то скучать мне определенно не придется.

Прикусила губу, тут же вновь вспомнив о доме, подумав о работе. Все осталось в моей небольшой квартире — ноутбук с программой для визуализации интерьеров, мои блокноты для рисования, даже краски на случай особого вдохновения…

Прикрыла глаза, стараясь не раскисать. Не сейчас. Чуть позже. Мне бы только уединиться где-то в ванной, чтобы скрыть свою истерику за шумом льющейся воды.

— Хозяин не пояснял свой приказ, — ответила девушка на мой вопрос.

Я выдохнула. Ну да, о чем это я. Чтобы этот дракон расщедрился на человеческое обращение с другими, надо как минимум запугать их до икоты, как это получилось со мной. Может, у него фетиш такой, конечно. Но в любом случае сейчас выяснять точно ничего не хочу. Поживу в местной «общаге». Надеюсь, что ванные комнаты предполагаются раздельные, или будет хотя бы запираться, если одна.

Нет, я в целом не против общаги, привередничать не стану, но все же с чужим мужчиной жить следует осторожно. Мало ли что у него может быть в голове. Тем более это какой-то вывернутый восток, судя по всему. Гаремы, жара, пальмы, дворцы с куполами — ощущаю себя в турецком сериале «Великолепный век», не меньше. Главное, чтоб не отравили. Правда, вместо шейха тут жуть зубастая, но пока лучше об этом не думать.

— Ясно, — поспешила скрыться за дверью, на которую мне указали, но служанка шла за мной по пятам.

Толкнула очередную створку, разглядывая комнату, почти ничем не отличающуюся от той, в которой я ночевала ранее. Разве что здесь размеры побольше и ткани побогаче, судя по золотой нити, вставленной везде, где можно и нельзя было вставить.

Но зато вот вид из огромного панорамного окна напротив… В восхищении впилась взглядом в бескрайнее море, простирающееся после линии белоснежного песка за небольшой клумбой с какими-то цветущими кустами.

Только ради такого вида стоит быть довольной этим помещением, да и дворцом в целом.

Нет, конечно, я с самой первой минуты попадания в этот мир ощутила, что тут где-то рядом есть море по запаху соли и йода, но не думала, что оно окажется так близко.

Служанка тем временем быстро просочилась внутрь вслед за мной и толкнула кажущиеся монолитными створки окон, открывая двери на пляж, заставив мое сердце замереть от восторга. У меня свой выход на пляж! Вау! Я никогда даже мечтать не смела отдохнуть так близко к морю!

В комнату ворвался порыв свежего ветерка. Вдохнула полной грудью.

— А это что? — подозрительно указала на две одинаковые двери слева, ощущая, как по спине ползет очередная капелька пота. Здесь было гораздо жарче, чем в том недопомещении с бассейном. Должно быть, играло роль то, что окна до этого были закрыты. Или это двери?

— Это выход в общую гардеробную и ванную комнату.

Опять «общую». Не нравится мне это. Какой-то подставой попахивает, но ради этого вида спорить не буду. Сомневаюсь, что в других гостевых комнатах вид настолько же чудесный.

Толкнула первую створку, попадая в царство шкафов и нарядов. Оценивающим взглядом прошлась по развешанной здесь одежде, отмечая, что вся она мужская, ну да это совсем неудивительно. Правда, было еще кое-что: она абсолютно не походила на привычную мне. Здесь не было ни одного банального костюма или хотя бы рубашки привычного покроя. Все слишком помпезное, красочное, разлетаистое — что-то одно из трех. Я даже потрогала ближайшую рубашку, чтобы убедиться в том, что у нас не делают не то что подобных фасонов, но и тканей. Похоже на шелк, но не такое… скользкое? Не знаю, как охарактеризовать лучше.

Потом перевела взгляд на противоположную сторону, на полки с обувью, которой было едва ли не больше, чем одежды. Мда, любит этого дракон наряжаться, ничего не скажешь.

Но главное, что отметила — на параллельном входе, видимо из комнаты мужчины, совершенно не было даже небольшой щеколды. Следовательно, переодеваться тут я не рискну.

Ладно, гардеробная — запомнили. Поскольку у меня с одеждой был полный швах, то эта комната, вероятнее всего, мне все

Вернулась в спальню, тут же толкая вторую комнату. И… Вау! В восторге уставилась на мини-бассейн, все с тем же видом на море. Ох! Взгляд зацепился за голубоватую воду, сверкающую солнечными бликами. И вот в этой прелести мне предлагают мыться? Это же просто волшебно! Но… Опять никакой задвижки у противоположной двери! Да и пространство опять же не слишком удобно в целом: ковры, скрывающие светлый мрамор пола, стопка полотенец в дальнем углу, а не рядом с огромной, встроенной в пол наполненной ванной, но сейчас для меня это мелочи.

Сглотнула, мечтая поскорее ополоснуться.

— Сора! — позвала девушку, оставшуюся в комнате.

— Да, льера? — моментально прибежала обеспокоенная прислуга, кланяясь едва ли не до пола.

Я скривилась. Похоже, это все же не имя, а какое-то местное обращение к женщине.

— Называй меня по имени — Алиса, — попросила. — И давай без этих поклонов. Вашему дракону их отвешивать будешь, а мне не надо.

— Но как же… — округлила глаза девица, но я не дала ей возразить, прикидывая, как можно половчее заклинить чужую дверь, чтобы никто ко мне во время мытья не вломился.

— Принеси-ка мне стул, — попросила, надеясь, что тут не только мягкие пуфики и диваны. — Со спинкой повыше, — прикинула, на какой высоте ручка.

Правда, входа-то тут два, а значит…

— А лучше два!

Забаррикадируюсь сейчас и устрою наконец истерику. На что я подписалась, сказав «согласна» тому случайному красавчику на улице моего родного города?!

Глава 11

Дарвиэль Рендан

Я стоял на широком балконе своего дворца и был не в силах отдышаться от потрясения, свалившегося на меня сегодня, совершенно не зная, как себя вести. Это был самый отдаленный, но самый любимый уголок всего дворца, где я мог спрятаться от всех проблем и забот. Вышколенная прислуга сюда даже не совалась, так что я был уверен, что меня тут не потревожат и можно спокойно все обдумать.

С одной стороны, это была ошеломляющая, ослепительная радость обретения пары, а с другой — ужас того, что я сам же безумно напугал девушку, и теперь мне приходилось бороться за ее внимание, пытаясь завлечь хоть чем-то. Пусть даже этой нелепой переделкой бассейна.

Но кто же знал, что она никогда не видела драконов! В нашем мире каждый человек хоть раз, но видел представителей моей расы. Иногда близко, иногда издалека. Людей в империи, конечно, весьма много, но не зря же она зовется Драконьей. Представители нашей расы заправляют здесь абсолютно всем, а люди лишь служат нашим потребностям.

Само собой, нет никакого принуждения — каждый человек волен уехать жить в любое другое государство, но практика показывала, что, скорее, это бежали к нам, даже несмотря на наши требования, одним из которых была обязанность отдавать своих дочерей в драконьи гаремы, где мы проверяли их на истинность. Если девушка не подходила и не хотела продолжать отношения, то она, как правило, уезжала домой, но было много и тех, кто оставался, скрашивая наш досуг. Большинство девушек так делали, когда им некуда было идти, или желали легкой жизни, или получить какой-то подарок от дракона — ведь своим фавориткам мы все же дарим подарки, чтобы они радовали нас и дальше.

Так что каждая девица нашей империи знала, что мы никому не причиняем вред намеренно, если это не обусловлено местью или чем-то иным, но важным. И уж тем более как-либо трогать женщину ни один из нас не станет, что бы та ни натворила — максимум выгоним из своего дворца, ведь она может оказаться истинной для кого-то другого, даже если тебе не подходит.

Вдохнул нагревшийся от полуденной жары воздух, ощущая, как легкие опаляет жар, и медленно выдохнул, пытаясь понять, что делал мой младший брат в другом мире. По описанию это был определенно он, да и допуск на портальные перемещения в мой дом есть только у него. Даже родители не имеют полного доступа. Они могут приходить в гости, оставаться тут на какое-то время, но не более. А значит, вариантов, кто все это затеял, нет.

Но… как он понял, что именно эта девушка — моя истинная? Это весьма сложно сделать в принципе, даже если ее встречает сам дракон, которому она предназначена. Озарение не приходит просто так. Жемчужину сердца всегда очень сложно найти, хотя ищем мы ее и вправду именно среди людей.

Прикусил губу, пытаясь осознать: я наконец нашел что искал! Десять тысяч лет одиночества наконец завершены, я больше не один, но… что теперь сделать, чтобы мое собственное сердце меня не боялось?

Вспомнил весь этот день в мелочах…

Скука. Она была моей спутницей вот уже на протяжении последней пары сотен лет, мешая наслаждаться жизнью. Это раньше я развлекался как мог — питейные заведения, путешествия, доступные развлечения и приключения, сложная работа, обучение чему-то новому, — но со временем и это приедается. Мной давно овладела тоска по неизведанному счастью. И понимание того, что, вероятнее, моей истинной уже не суждено найтись, раз она не появилась за прожитые тысячелетия. А ведь я времени не терял, объездив весь континент и все государства нашего мира раз на пять, всё надеясь, что она просто еще не родилась.

Однако каждое путешествие приносило лишь все больше и больше страданий. Истинной не было, хотя я точно знал, что она определенно должна быть. Почти каждый дракон находит ее еще в первые пятьсот лет, но вот уже которое тысячелетие, а я все один.

Родители даже недавно сделали мне брата, чтобы род продолжался, сами перестав верить в то, что мне может повезти. Правда, он еще был довольно молод для того, чтобы найти свое сердце — ему всего триста, а это лишь первое совершеннолетие. У нас неплохие отношения, я участвовал в его воспитании наравне с родными. Однако все равно не понимал, каким именно образом он все же сумел найти центр моего мира. Просто везение, или это его особый дар, который дается каждому дракону при рождении? Я, например, умею вызывать дожди и бури, что в нашем засушливом климате весьма полезно, а он… До сегодняшнего дня я думал, что у него не проявилось пока еще никаких талантов.

Сжал руки до побелевших костяшек, не обращая внимания на крошево камня в

Я, как обычно, лежал на подушках в своем излюбленном месте у бассейна, пережидая жару и мерно отсчитывая мгновения до наступления нового дня, когда пришел Арман, распорядитель моего гарема, чтобы пожаловаться на новую наложницу, с которой я провел всего лишь одну ночь, и точно знал, что она не истинная.

Обычно все эти человеческие девушки поначалу дико боялись, прятались и пугались ночи со мной, думая, что в любой момент могу не рассчитать силу и убить их, но на самом деле все это было не более чем детские страшилки. Драконы давно уже вели себя цивилизованно и девиц не убивали, однако слухи все равно ходили. Даже я сам слышал от разных любовниц, как они рассказывают новеньким, что я лично зарезал пяток девиц, когда те недостаточно расторопно прислуживали. И от новой девушки я также ожидал страха и повиновения, удивившись, когда та начала возражать, — в конце концов, в первую нашу ночь она была тиха и даже мила, как и почти все из человечек.

Наверное, уже тогда стоило задуматься о том, что что-то здесь нечисто, но… Я настолько очерствел и отчаялся встретить свое сердце, что даже не задумался тогда о подобном варианте развития событий, да что там — не мог даже и предположить! Только когда впервые применил магию, ощутил легкое тепло в груди, но опять же никак не связал это с истинностью. Идиот!

Посмотрел на яркий диск солнца, не боясь сжечь глаза. Драконы могли делать это беспрепятственно, различая малейшие оттенки света большой звезды, ведь это всего лишь огонь. Он не может причинить нам никакого вреда.

Снова вернулся к воспоминаниям.

Только когда я обернулся в дракона и применил магию, ощутил восхитительное чувство обретения в полной мере. Истинная. Мозг в тот миг мгновенно заполонил восторг, а в сердце разлилась трепетная любовь дракона к своей паре, но… Девушка, наоборот, была в ужасе, дрожа и прячась от меня. И вот тогда я понял, что натворил, но было уже поздно. Все, что мне оставалось, — это попытаться позаботиться о ее пропитании, держась подальше, и придумать повод отвлечь от страха.

Переделка бассейна… золото… какая ерунда. Да я был готов прямо в тот же миг отвести ее к себе в сокровищницу и отдать все в ее владение, но понимал, что это уже может сработать против меня. Ведь наши пары, женщины, что становятся нашими супругами и матерями детей, они не сразу чувствуют притяжение. Только после первой совместной ночи такое возможно, вот поэтому-то мы и держим гаремы, а не потому, что дракону нужны какие-то там энергии и эмоции. Это все — обоснование для обычных людей, ведь только скажи им, что нам просто нужна пара, а для этого лучше бы переспать, чтобы связь активировалась в полной мере, сразу начнутся проблемы.

Да и надо же как-то жить, пока мы не встретим ту самую, а либидо у всех драконов просто зашкаливающее. И теперь мне, похоже, надо придумать, как жить до момента, пока я не завоюю мою… жемчужину.

Мягко улыбнулся, вспоминая ее светлую кожу и ярко-рыжие волосы кудряшками, хотя на самом деле неважно, как выглядит твоя любимая. Даже если она будет страшна или полна каких-то внешних изъянов — для дракона его пара священна и прекрасна в любом случае, но ведь я оценивал ее до того, как понял кто это, так что со всей уверенностью могу сказать, что моя пара великолепна!

А эти ее рыжие кудри? Мне так хотелось зарыться в них пальцами, коснуться лицом, вдыхая родной аромат любимой, но вместо этого пришлось ограничиться лечением, буквально силой заставляя себя контролировать каждый жест, чтобы не напугать. Я, конечно, почувствовал, что мои проглаживания возымели отклик, однако рисковать не стал.

Я ждал ее тысячи лет, так что могу проявить терпение и завоевать мое сердце как полагается. И если ей для этого надо перекрасить или даже перестроить мой замок, то пусть это делает, я совсем не против. А уж просто сменить пару кресел в бассейне — это ерунда. Сомневаюсь, что можно в самом деле сделать его лучше, чем есть.

Глянул на бескрайний океан, пытаясь понять, что она имела в виду, когда говорила про какой-то там проект, заказы и оплату своего труда. То, что у людей женщины работают, я знал всегда, но получать за это деньги самостоятельно?! Нонсенс! Хотя любимой я был готов оплатить все, что бы она ни попросила, даже если это будет работа просто моей женой.

А вот ее вопрос про возвращение домой отозвался резкой и сильной болью в сердце. Я не выживу теперь без нее. Есть, конечно, вариант просто пойти с ней в ее мир и жить там вместе, но для этого надо сначала завоевать ее внимание здесь, чтобы там уже спокойно приспособиться к новому миру, не опасаясь, что меня выгонят подальше — я ведь не знаю, как там будет вообще. Так что пришлось ответить, что это невозможно, но… кто бы знал, как тяжело было видеть боль в ее глазах, когда я это сказал. Я сам не ожидал, иначе, наверное, не стал бы говорить именно так, лишь отсрочив на год-другой ее возвращение в тот мир, но сделанного не воротишь, так что пришлось сбежать, чтобы не сорваться и не начать утешать мою жемчужину сердца.

Что-то подсказывало, что завоевывать эту женщину мне придется особенно долго.

Глава 12

Во время ужина я сидела за столом вновь невозмутимо, словно не было той истерики в ванной, словно не я потом еще три раза просила служанку поменять мне платье, посчитав все их слишком откровенными и прозрачными — явный перебор даже для меня, — и уж тем более это никак не соответствовало тому, что я здесь вроде как собираюсь работать. Брюки и пиджак мне, конечно, никто не дал, но, по крайней мере, нашли более-менее приличное платье с закрытым декольте и длинными рукавами. Да, оно оказалось не слишком привлекательного цвета — темно-оливкового, который мне не шел, делая более бледной, чем есть на самом деле, но это было лучшее, что мне смогли предложить.

Хотя под внимательным взглядом дракона, встретившего меня в душной крохотной столовой, хотелось напялить на себя еще что-то сверху. Шаль, например, или пальто… и плевать, что сдохну от жары, зато чей-то похотливый взгляд не будет скользить по моей коже.

Взяв в руки ножик и вилку, отметив шикарную сервировку блюд и их разнообразие, я решила начать

— Мне понадобится начертить подробный план помещения, прежде чем что-то рисовать. Для этого надо ватман, карандаш, линейку и измерительный прибор. Не знаю, что у вас тут есть, но устроит и швейный метр на крайний случай.

К сожалению, из-за задержавшейся истерики и моих попыток приладить два стула с высокой спинкой к ручкам дверей так, чтобы точно никто не мог войти в ванную комнату, я не успела еще раз осмотреть бассейн как следует, но это не помеха. Сделаю это сразу после ужина, так, возможно, будет лучше. По крайней мере, жара спадет, если верить моим воспоминаниям о южном солнце, и установится приемлемая прохлада. Уже сейчас, по мягкому рассеянному свету вокруг, видно, что солнце светит за окнами столовой не так активно, явно двигаясь к закату.

— Я попрошу слуг принести все необходимое, только вот, что такое метр? — заинтересовался мужчина, наполняя мой бокал чем-то красным, наконец прекратив гипнотизировать мою фигуру и встрепенувшись.

Я тут же нахмурилась, но не потому, что меня спросили очевидную вещь. Просто пить непонятно что я не собиралась.

— Что это? — строго спросила. Алкоголь я на дух не переносила, так что начинать пить точно не собиралась.

Был у меня печальный опыт отношений с парнем, который любил выпить. Мы со школы встречались, я думала, это судьба, а кончилось все более чем печально — он в очередной раз нажрался со своими друзьями и едва не изнасиловал меня на улице, когда провожал домой. Потом, конечно, каялся и клялся, что даже не помнит этого, но мне было уже все равно — чувства к нему исчезли раз и навсегда. Именно с тех пор я и сама не пью и тех, кто это делает, не слишком-то уважаю. Теперь меня пугает даже один бокал шампанского на Новый год. У каждого свой предел, но не всего его соблюдают и знают.

— Мое лучшее вино. — Дракон улыбнулся так, что, наверное, у любой другой девушки подкосились бы ноги, но не у меня. Он явно собирался меня соблазнить, помимо всего прочего, — это было заметно по его ласковой улыбке, теплому взгляду, попытке расслабить этим бокалом вина. Только вот я не из того теста сделана. Да и как можно строить отношения с огромным чудовищем — не представляла. — Я решил, что надо отметить начало твоей работы.

Хотя не признать, что он красив сейчас еще даже больше, чем днем, я не могла. Одетый в один из своих парадных костюмов, ряды которых видела в гардеробной, он выглядел просто сногсшибательно, но… Видимо, то, что не могу вернуться в свой мир, отвратило меня от него окончательно. Я очень хотела домой. Хотя был вариант, что я просто слишком устала за сегодняшний день и мне пока не до красавчиков, какими бы очаровательными, галантными и вежливыми они ни были. А этот точно не был ни галантен, ни вежлив, беззастенчиво пожирая взглядом в первые минуты моего нахождения здесь.

— Я не пью, — твердо сказала.

— Совсем? — озадачился мужчина, видимо поняв меня как-то не так. Однако его взгляд резко изменился. Похоже, он сообразил, что перегнул палку.

— Любые алкогольные напитки, даже сидр, — кивнула, еще раз подтверждая.

Ну, сейчас начнется: «давай по одному бокалу», «с одного ничего не будет», «да что ты как маленькая», «болеешь, что ли?»… Как я устала от всего этого! Почему людям не хватает объяснения, что я просто не пью? Потому что просто не хочу, а не потому, что у меня язва или дурь в голову попала!

Однако, к чести Дара, он промолчал, отставляя бутылку и махнув рукой куда-то в сторону. От его жеста в комнату забежал очередной слуга, тут же убирая вино и оба наполненных до верха бокала.

— Тогда, может, сок? — было новое предложение Дарвиэля. Он явно не собирался отчаиваться.

— Апельсиновый, если можно, — кивнула. Мой любимый. И вот от сока я не откажусь точно.

Мне тут же наполнили чистый бокал требуемым. Я даже подозрительно понюхала содержимое, но это был и вправду сок. Пахло точно апельсином.

Тем временем мужчина налил себе из другого кувшина. Судя по разлившемуся по помещению аромату — это был сок яблочный. Удивительно, как он ароматно и вкусно пах. Проследила взглядом за нужным кувшином. Надо будет попробовать и его.

— Метр — это мера длины в моем мире, — сказала, вспоминая, что меня об этом спрашивали. — В вашем не так?

Не то чтобы это было слишком интересно, все же я привыкла к своим измерениям, но надо же о чем-то поговорить.

— У нас лим.

Вскинула брови, услышав новое определение. Очень странно.

— И сколько это? — уточнила. Мне ведь придется как-то мерить бассейн и потом чертить по их линейке.

— Ну… что-то около твоего роста. — Дар пододвинул ко мне блюдо с каким-то зеленым салатом, но сейчас я есть не хотела, делая это скорее из вежливости к хозяину замка. Жара и нервы делали свое дело — голода я пока не чувствовала.

Хм… мой рост сто шестьдесят один сантиметр. Странные у них измерения, но не мне судить.

— А все, что меньше, вы как называете? — уточнила.

— Пол лим, треть лим, четверть лим, пятая лим и так далее. Попробуй мясо, оно очень нежное. — Мужчина заметил, что я гоняю по тарелке пару кусочков, но не приступаю к трапезе, лишь иногда отпивая немного сока.

Мысленно чертыхнулась, но постаралась удержать маску спокойствия на лице. Все же мне работать с этим человеком довольно продолжительное время, а также пользоваться его гостеприимством. Надо вести себя спокойно, а не рыдать по мелочам или закатывать скандалы. Но вот с измерениями определенно возникнут проблемы.

Впрочем, проблемы возникнут в любом случае, ведь я не знаю, что здесь можно купить. Как обстоят дела с витражным стеклом, есть ли тут такое понятие, как настольная лампа или торшер… В общем, придется как-то выкручиваться.

Это, конечно, вызов мне как дизайнеру интерьеров, но одновременно и огромное препятствие для работы. Преодолею, само собой, это даже

— Хорошо, — опустила взгляд на несчастное мясо, которое я уже измочалила, и все же наколола кусочек на вилку, отправляя его в рот.

Не хотелось показаться невежливой. Да и кто знает этого дракона, вдруг он меня вовсе без еды оставит, решив, что раз я не ем, то не хочу вовсе. Психов много вокруг бродит. Я на своей шкуре уже убедилась, оказавшись в этом странном мире ни за что ни про что.

И хотелось бы мне сказать, что мясо было и вправду вкусным, но сейчас я даже не чувствовала, какое оно. Словно жвачка, и все. Проглотила, глядя на мужчину. Он смотрел слишком пристально.

— Вкусно, — слабо улыбнулась, надеясь, что это не выглядит слишком фальшиво. — Просто я хорошо наелась на обеде, — попыталась было сгладить неловкость, отметив скептический взгляд голубых как небо глаз.

— И все же съешь хоть что-то, — мягко попросил Дар, словно я дите малое.

В чем-то он прав, так что даже отправила еще пару кусочков в рот, прожевав, но так ничего и не почувствовала, отодвигая от себя тарелку с подсунутым салатом.

— Думаю, нам лучше обсудить проект, — все же решила, что пора перейти к делу. Я не голодна, мужчина же уже подчистил все со своей тарелки. — Какие ваши любимые цвета? Предпочитаете классику или минимализм? Что насчет особых пожеланий?..

Я не была до конца уверена, понимает ли он, что такое классика, но раз молчит, то, наверное, понимает.

Глава 13

— Значит, больше голубого и зеленого, — пометила я на полях выданного чистого листа информацию, чтобы потом не забыть.

К слову, тут не оказалось ни привычного мне карандаша, ни ручки. А когда мне вынесли какое-то павлинье перо и чернильницу, едва не сбежала на фиг, представив, что мне придется чертить именно этим. Однако, увидев мой озадаченный и даже слегка испуганный взгляд, Дар, видимо, решил больше не издеваться над моей психикой и мне выдали угольный карандаш. Это было определенно лучше, чем ничего, так что я тут же приступила к делу.

— Что насчет освещения? — уточнила.

Поняв, что привычные мне стили интерьера здесь не в ходу, пришлось вести опрос по-другому. Хотя понять, что хочет заказчик, в условиях, когда мне даже нельзя посмотреть на примерную картинку, было сложновато.

— Полагаюсь на твой вкус, — уже в который раз улыбнулся этот гад чешуйчатый, явно пытаясь меня задобрить и вызывая все больше сомнений на тему, будет ли вообще ремонт.

Не может человеку быть настолько все равно, что я собираюсь творить. Обычно все, кто говорил подобным образом, потом дольше всех придирались к эскизам. Потому что вкус у всех слишком разный. А бывало, что и вовсе после того, как я выполнила работу, отказывались от нее. И вот это, кстати, вероятнее, потому что обычно людей хоть минимально интересовало, что я собираюсь сделать. А тут… «Полагаюсь на вкус», и все. Единственное, что мне выдали, — любимые цвета, и то после того, как я полчаса как заведенная расспрашивала обо всем на свете.

— Знаете, — прищурилась, психанув. Все это весьма выводило из себя. — Если вы не собираетесь делать ремонт, то не стоит тратить мое время, — бросила карандаш на стол и откинулась на спинку кресла, скрестив руки.

— С чего ты взяла, что не собираюсь? — удивленно посмотрел на меня мужчина. — И пожалуйста, называй меня на «ты», — попросил он.

— С того, что не может быть человеку все равно, что ему собираются сделать, — встала, ощущая свою беспомощность.

Если раньше меня держала на плаву мысль, что впереди интересная работа, то с таким отношением мне уже ничего не хотелось. И настроение, и так не слишком хорошее, плавно ползло вниз. Похоже, Дар это заметил, тоже вскочи и, глядя на меня уже без былой улыбки. Скорее, его взгляд выражал какое-то беспокойство.

— Мне не все равно! — воскликнул он слишком поспешно и громко, словно испугался чего-то.

— Тогда почему я должна все делать «на свой вкус»? — устало спросила.

— Я… — он явно не нашелся с ответом, — просто я ведь не слишком понимаю в том, как принято в вашем мире, — выкрутился он. — Мне интересно, как это может быть иначе. Ведь если я навяжу свое видение, то может не получиться новое.

Хм… с такой стороны я не рассматривала. Тогда да, это я слишком перенервничала и зря вскочила. Села обратно, вновь пододвигая к себе карандаш и листок бумаги.

К счастью, со стола уже давно убрали, и мне ничего не мешало творить. Хотя как, творить… просто схематично зарисовывать, что помню. Лучше бы, конечно, вживую все осмотреть еще раз. Да и снять замеры.

— Прошу прощения, — извинилась за свою вспышку. — Есть ли план помещения? — уточнила. — Мне нужны размеры.

Мужчина тихо сел обратно на свой стул, продолжая смотреть чуть испуганно, словно ему и вправду было важно, что я буду делать этот проект.

— Я не уверен, что чертежи сохранились… — начал было он, нахмурившись. Его красивое лицо почему-то в этот миг стало еще красивее, но это я отметила лишь самым краем сознания. — Но мы можем составить новые! Я могу приказать!..

Вот еще не хватало: ждать, пока их местный архитектор все тут измерит. Уж лучше сама сделаю. Да и есть такая поговорка: хочешь сделать хорошо, сделай это сам.

— Я сама, — открестилась. — Что ж, — глянула на одинокую запись про цвета и схематичный рисунок прямоугольного бассейна с нелепыми статуями, — думаю, можно начать сейчас.

— Я провожу! — тут же встрепенулся мужчина, вставая и подавая мне руку, словно я не могла встать со стула без посторонней помощи. Только вот руку я ему подавать не спешила, с подозрением и страхом глядя на самую обычную ладонь.

Перед глазами на мгновение снова встало то зубастое чудище, что способно меня сожрать за считаные мгновения. Факт — я все равно боялась этого мужчину, каким бы милым он ни пытался сейчас казаться. Это так просто не проходит.

— Спасибо, но я в состоянии сама встать со стула, — дернулась в другую сторону, стараясь никак не выдать свое состояние, украдкой вытирая вспотевшие от резко

— Тогда прошу за мной, — сухо сказал Дарвиэль и первым покинул душную крохотную столовую. Безвкусную, как и все здесь.

Даже странно, что настолько красивый дворец обставлен настолько бездарно. Хотя, может, у них на восточных базарах банально ничего не продается, кроме этих жутких ковров. А о шторах они вовсе не слышали.

Молча потопала за хозяином дворца, все же пытаясь понять, что ему может быть надо. В то, что он просто ухватился за возможность сделать новый ремонт, я не верила, тут явно было что-то еще. Однако, кроме соблазнения моей скромной персоны, ничего в голову просто не шло. Хотя это маловероятно на самом деле, ведь у него есть целый гарем красавиц, зачем ему я?

— Вот, — меня привели вновь в помещение с бассейном, — можно менять здесь все, вплоть до сноса самого бассейна, — решительно сказал дракон, глядя на меня как-то странно. — Единственное, что нельзя трогать, — несущие колонны.

Кивнула, глядя на воздушный ряд мраморных столбов. Их я трогать и не собиралась. Только если облагородить, зонировав помещение, отделив от проходного коридора. Но делать это надо с умом, а не просто так.

Быстро прошла по периметру, рассматривая каждый угол и пытаясь решить, что здесь можно сделать.

— Можно ли увеличить бассейн? — уточнила, подойдя к голубоватой, мерцающей легкой рябью от почти неощутимого ветерка глади. Закатные лучи солнца окрасили помещение в оранжевые тона, и это было в самом деле красиво, хотя жаль, что отсюда не видно море. Или это океан?

— Да, но он и так спроектирован с учетом того, чтобы туда поместились два др… — Мужчина неожиданно замялся и замолчал на полуслове.

— Дракона? — уточнила, стараясь говорить бесстрастно, прикидывая размеры того чудища и искусственного водоема. Хм… почему-то мне казалось, что, даже если это и так, вдвоем им будет весьма тесно.

Постепенно страх и нервы отходили на второй план, меня захватывало вдохновение новой интересной работой. Тем более это все же бассейн, а я нечасто проектировала что-то подобное и масштабное.

Взгляд сам собой упал на кусочек сада, видимый отсюда через колонны. Хм…

Двинулась туда, пытаясь понять, почему меня так тянет наружу, но, кроме самой обычной зелени и песка, ничего толком не нашла.

Нахмурилась. А может быть, в этом и дело? Глянула на закатное солнце, заваливающееся за горизонт, где маячили далекие пальмы, хотя я была почти уверена, что вокруг что-то типа пустыни, судя по красноватой сухой земле, но, видимо, этот дворец имел неплохие сады. Если бы здесь стоял фонтан, воздух бы не так сильно нагревался. В помещение бассейна попадал бы не только жар от нагретого камня, но и прохлада. Так может быть, стоит именно с этой стороны оставить колонны открытыми, ведь закатные солнечные лучи попадают как раз с этой стороны, преображая все цвета? И на этом можно неплохо сыграть.

— Почему мы тут? — Дарвиэль двигался за мной по пятам. Впрочем, держась на достаточном расстоянии, чтобы я не дергалась. Видимо, мой страх он заметил и не провоцировал. И на том спасибо.

— Я… — пока не решила, стоит ли говорить про фонтан, ведь меня озадачили именно бассейном. Да, бассейн, и нечего наглеть. — Ничего, — мотнула головой, решив оставить мысли при себе. — Просто задумалась о закате, — слукавила, вновь возвращаясь в просторное помещение, глядя на сводчатый потолок, находящийся на недосягаемой высоте. — А где у вас освещение? — уточнила, не увидев ни одной люстры.

Мне тут же показали странного вида лампадки на стенах.

— Если хочется ярче, то я использую магию. — Мужчина тут же отправил в воздух целый сноп ярких шаров, заставив меня вновь вздрогнуть и шарахнуться в сторону. А вдруг эта мини шаровая молния заденет меня? Не хотелось бы.

Да уж… вся эта магия мне определенно непривычна.

Увидев мою реакцию, Дарвиэль сразу же погасил все шары и почему-то печально вздохнул, делая еще два шага назад. Вот пусть и не подходит ближе. Я тут же сбежала в сторону дивана, где утром… Вспоминать даже не хочу! Молча обошла кругом, прикидывая размеры.

— Так что там со средством измерения? — поинтересовалась, пройдя всё раза на три.

— Я могу попросить слугу принести лим.

Должно быть, это нечто похожее на наш метр… Что ж, было бы неплохо.

— Хорошо, пусть несет!

Отвернулась, рассматривая очередную лампадку с дымком, пытаясь понять ее назначение, но ничего путного, кроме отпугивания комаров, в голову не шло.

— А это зачем? — Все же сдалась в своей фантазии. Небольшой круглый шарик, что дымил в центре этой штуковины, ничем не пах.

— Это… отпугивает насекомых, змей и грызунов.

Удивленно вскинула брови. Получается, я была почти что права.

— Грызунов? — неверяще уточнила.

— Да. Запах совершенно не ощущается человечком, но весьма противный для остальных, — сказано было с такой интонацией, что я заподозрила неладное.

— А для дракона эта штука тоже пахнет? — Мне неожиданно стало любопытно.

— Да, — Дар кивнул. — Весьма… неприятно. Но я уже привык, ведь пользы от этого больше, чем вреда.

Вот как.

— И сколько таких штук надо на помещение? — окинула взглядом все стены, прикидывая, как можно избавиться от этих настенных чудовищ, но при этом сохранить функционал. Змей и грызунов я не боялась, но насколько помню, они в песках могут быть и ядовитые.

— Такое? — задумчиво оглянулся дракон, словно сам впервые задумался об этом. — Около сорока.

Хм… Подумаю, что с этим можно сделать.

— Отведешь меня на ваш рынок? Хочу своими глазами посмотреть, что тут есть, и понять, на что я могу рассчитывать в этом мире, а на что нет?

Мне определенно надо прицениться и сообразить, что со всем этим делать, а если здесь и вправду продают исключительно цветастые ковры и продавленные несуразные диваны, то даже не знаю, как быть…

Революцию в мебельной сфере разве что.

Глава 14

Вдоволь насмотревшись на бассейн и все его окружающее, измерив нужные параметры шагами, я прямо там же села творить эскизы, отправив слугу с их лимами куда подальше. Ну просто это что-то непонятно небольшое, навскидку сантиметров семьдесят.

На рынок было решено пойти с самого утра, так как сейчас он уже не работал. Выяснилось, что тут, как на настоящем востоке, все работает только с раннего утра и до обеда. А когда приходит полдень, все сразу расходятся по домам, чтобы вечером выйти еще на пару часов, распродавая свой товар.

Устроившись на старом диване, я придвинула к себе подобие журнального столика, разложила на нем выданные мне чистые желтоватые листки бумаги и принялась вычерчивать там примерные

Глазомер у меня развит более-менее, так что сильно ошибиться не боялась. А то пока найдут план дворца, пока я разберусь в этих их лимах… Нет, пусть лучше по старинке. Тем более вроде от меня никто не требует точных измерений здесь. Это в компьютере легко в два клика начертить в программе все помещения и их разрезы, а сейчас можно обойтись и картинками. Правда, вот не мешало бы еще заиметь хоть парочку цветных карандашей, чтобы верно сгармонировать цвета, но этим я займусь завтра. Сегодня пока хватит и простого, угольного.

В который раз пальцем затемнила штору, обозначая, что там нужна более плотная ткань. Хорошо, что углем я работать умела вполне неплохо, а то вся бы измаялась с этой сыпучей проблемой, пока приноровилась. Тем более что бумага здесь не такая гладкая, как я привыкла, а больше похожа на наждачку очень мелкой зернистости. Сразу видно, что нет крупных производств и качественных станков для подобного. Вероятнее, каждый лист делается вручную, потому и размер у них слегка отличается друг от друга, — даже забавно.

Задумчиво глянула на уже прорисованное схематичное изображение сверху. Осталось добавить деталей, и в целом неплохо. Хотя я бы попробовала еще один вариант расстановки…

— Мягкий уголок, как сейчас, так понимаю, нужен?

Подняла взгляд на присевшего с краю дракона, видимо решившего не оставлять меня одну. Я уже прикинула несколько вариантов меблировки и пока не была удовлетворена ни одним из них до конца.

— Мне нравится тут сидеть, когда не слишком жарко, — кивнул Дарвиэль.

— Угу, — пометила это на плане, вписывая небольшой диванчик в одном из углов, а потом от широты души добавила еще один и еще… А если сделать посередине мангальную зону? Или лучше небольшой фонтан, чтобы освежал и изнутри… Нет, тогда уж лучше стол, чтобы можно было разместиться большой компанией. — Солнце с какой обычно стороны? — уточнила.

Мало ли… Если учесть, что я пришла сюда примерно в обед, то вполне вероятно, что солнце могло пройти по всем открытым сторонам. С одной рассвет, с другой закат. Я не могу исключать подобного.

— Закат там, — мне махнули рукой в сторону одного открытого коридора, — рассвет там, — в сторону противоположного.

Ага, я оказалась права. Получается, весь дворец строили так, чтобы солнце было с любой стороны помещения, если судить по тому, что я уже видела. С одной стороны море, с другой… хм, не видела пока, что с другой, надо будет исправить. Небольшой сад не слишком произвел на меня впечатление. Цветы, конечно, красивые, но вот в остальном… слишком много песка вокруг, хоть бы тропинки сделали.

Но расположение в целом шикарное! Солнце всегда попадает внутрь. Это очень даже отлично! Зимой всегда тепло, так как яркие лучи светят исправно, летом можно любоваться закатами и рассветами… Правда, не знаю, есть ли здесь вообще эта зима. Судя по южным растениям и пальмам, что это такое, местный народ не слишком знает. Может, лишь слегка холодает или начинается сезон дождей, не более.

Однако все это усложняет мне работу по превращению помещения в более прохладное. Вот даже сейчас, когда солнце почти село, духота такая, что дышать практически нечем. Так понимаю, кондиционеры тут пока еще не придумали, иначе они бы наверняка были в столь богатом жилище.

Так, а если увеличить площадь бассейна в одну сторону, сделав ее как раз ступеньками? Тогда площадь воды увеличится почти вдвое, а вот там можно сделать небольшой закуток для детишек — глубину меньше, бортики скруглить. Будут же у этого дракона когда-то детишки? Значит, делаем.

В общем, я так увлеклась проектом, что пришла в себя, только когда вообще перестала видеть рисунок, тут же устало откинувшись на подушки и осознав, что нахожусь едва ли не в кромешной тьме. Сделала упражнения на глаза, поняв, что как-то уж слишком их перенапрягла. Десять раз зажмурилась до кругов перед глазами, минуту быстро поморгала.

Зато воздух стал намного свежее: дневная духота спала, и можно было дышать полной грудью. Откуда-то взялся приятный ветерок, дующий явно с моря, сильнее запахло ванилью, а еще все пространство заполнилось звуками стрекочущих цикад, еще больше напоминая мне наши юга.

Я едва не пустила слезу, вспомнив, как ездила на море с родителями. Тогда было так хорошо: мы сняли небольшой домик у моря, жили там почти месяц, наслаждались жарой и друг другом… Днем ходили гулять по набережной, покупали кукурузу на палочке и чурчхелу. Вечером слушали концерты уличных певцов и музыкантов. Прекрасное было время!

— Ты закончила? — как ни в чем не бывало спросил кто-то из темноты, заставив меня подпрыгнуть на месте от испуга. Хотя голос я практически сразу же опознала, но испугаться все равно успела.

Сердце моментально забилось сильнее, взгляд попытался было найти говорящего в практически полной тьме, но мне это не удавалось до тех пор, пока Дар не пошевелился.

— Ты напугал меня! — выдохнула, пытаясь отдышаться после резкого всплеска адреналина. Если мне сегодня будут сниться кошмары — разукрашу ему все помещение в черный цвет! Что сегодня за день-то такой?! Или, может, ему просто нравится меня пугать?

— Прости, — покаялся Дарвиэль, отлипая от спинки дивана, давая рассмотреть свой силуэт. — Я просто не хотел мешать.

Отмахнулась, собирая листы с будущим проектом со стола практически на ощупь. Было не прям совсем темно, все же лунный свет проникал сквозь ничем не прикрытые промежутки между колоннами, но я видела уже лишь очертания предметов.

— У вас тут что, совсем нет потолочного освещения? Люстры там, или бра? А не вот эти крошечные лампадки, — возмутилась.

Нет, что в Средневековье (или где мы вообще) не было электричества, это я знала. Но что насчет свечей? Они-то были!

— Есть.

В воздух тут же поднялась куча больших ярких магических шариков, спрыгнувших с пальцев мужчины, за считаные мгновения из обычных блесток превращаясь чуть ли не в полноценные лампочки, освещая помещение даже лучше, чем днем.

Я тут же заморгала, пережидая болезненную резь в заслезившихся глазах. Вот кто так делает?! Я ненавижу, когда резко включают свет, вызывая временную дезориентацию, а этот еще и такой яркий!

— Что с тобой? — Мужчина тут же придвинулся ближе, словно мало за сегодня натворил.

Я шарахнулась в сторону. Не то чтобы я все еще его боялась, но… да что там! Боялась! И довольно сильно!

Дарвиэль скривился и вернулся на свое место. Золотое шитье на его пиджаке (или как там называется эта одежда, камзол?) от этого движения перелилось яркими разноцветными бликами. Я даже залюбовалась на

— Ответь, — мягко попросил он, глядя на меня из-под черной густой челки распущенных волос, спускающихся гораздо ниже плеч.

— Резкий свет! Неужели нельзя было не так резко его включить? Или сразу при наступлении сумерек повесить эти шары? — возмутилась вслух, раз он так просит. В самом деле, как можно не понимать очевидного?

Дар удивленно посмотрел сначала на светящиеся шарики, словно ему совершенно не доставляло труда их рассматривать, а потом на меня. А вот у меня до сих пор цветные круги перед глазами от того, что я буквально пару секунд посмотрела на висящие в воздухе магические лампочки!

— Зачем? — задал он абсолютно дурацкий вопрос.

— Да не видно же ничего было! — выдохнула, уже немного попривыкнув к яркости. Все окрасилось в совершенно новые цвета. Бассейн выглядел сейчас практически прозрачным, не синим. В мраморе появились легкие искры золота, которых не было раньше, все стало казаться словно больше, выше, массивнее.

— Я вижу одинаково как днем, так и ночью, — заявил он на мое возмущение.

Мда… теперь понятно: мы с ним словно с разных миров. Хотя почему «словно»? С разных и есть! Я выросла в современном мире, где есть большие города, искусственные спутники и интернет, а этот мужчина вырос здесь, видя ночью, как днем, и превращаясь в большого ящера.

— А это больно? — выдала я неожиданно, невольно задумавшись о том, каково это — быть драконом.

— Что именно?

— Быть драконом.

— Нет конечно. Это прекрасно. Полет в небе, долгая жизнь, отсутствие всех этих человеческих болезней и слабостей… Все это делает нашу жизнь прекрасной.

Хмыкнула.

— Когда-то я думала, что прекрасной нашу жизнь делает интернет, — улыбнулась, вспоминая, какой была дурочкой в подростковом возрасте. — Это такая всемирная информационная сеть, в которой можно найти все что угодно, — пояснила, видя непонимание в голубых глазах. — А на самом же деле прекрасной нашу жизнь делает сама жизнь. Мы живы — и это уже великолепно.

Покрутила в руках листки с эскизами. Показать или лучше подождать до завтра?

Покосилась на сидящего на другом конце дивана мужчину. Сейчас он совсем не выглядел тем гадом, который требовал от меня винограда. Кстати, про фрукты… Посмотрела по сторонам, но вазы с персиками так нигде и не нашла. Жаль, конечно, но, наверное, на ночь не стоило все же ужинать фруктами.

— Хочешь посмотреть на черновой вариант расстановки? — осторожно спросила, все же решившись.

А что? Спать я пока не хочу, утром хорошо выспалась, да и привыкла ложиться поздно, хотя на самом деле даже не представляю, сколько сейчас времени. Надо будет узнать, как они понимают, когда надо вставать, а когда — спать. Может быть, есть какой-то аналог механических часов?

— Да, — с готовностью кивнул Дар. — Можно мне сесть ближе? — уточнил он, словно и вправду боясь меня напугать.

— Можно.

В самом деле, не буду же ему издалека показывать?

— Просто не надо больше так пугать, — попросила, наблюдая с внутренней дрожью, как мужчина плавно пересаживается ко мне, практически касаясь своим бедром моего, — из-за угла выскакивать, в темноте ходить рядом или разговаривать… И чудище это свое показывать тоже не надо.

Взгляд синих глаз был серьезен.

— Я понял. Я постараюсь.

Ну вот и отлично. Пусть старается. А я пока покажу, что придумала.

Глава 15

— А вот тут, смотри, будет прекрасно смотреться какая-нибудь резная перегородка… — Я вещала и вещала, вдохновенно расписывая свои идеи, показывая черновые наброски и варианты расстановки мебели и прочей нужной утвари.

То, что рядом со мной дракон, уже не так смущало. Сидит, сопит над ухом, молчит, иногда задавая весьма любопытные вопросы, которые стимулировали пускаться в еще большие дебри объяснений, но вместе с тем приводили в совершенный восторг от того, что заказчик заинтересован в проекте не меньше меня самой.

Мне определенно нравилось обсуждать рабочие моменты, так что честно ловила кайф, на время отрешившись от всех проблем моего нового мира. Остановилась я только тогда, когда язык совсем начал заплетаться, замолчав почти на полуслове и лишь теперь осознав, что Дарвиэль не только сидит слишком близко, буквально касаясь моего бедра своим, но еще и обнимает за талию, словно мы с ним старые любовники, а никак не чужие друг другу люди.

Поспешно отсела, уговаривая себя, что это все ничего, но в воздухе тут же повисла неловкая пауза.

— А как у вас тут с будильниками? — уточнила, чтобы хоть как-то перевести тему в безопасное русло. — Утром же надо рано встать, чтобы успеть на рынок.

Аккуратно сложила все листы бумаги, дополнительно вскакивая на ноги и увеличивая между нами расстояние, изображая очень сильную занятость и озабоченность сохранностью эскизов.

Мне показалось, или Дар при этом недовольно выдохнул, словно и вправду надеялся, что я буду, как послушная кукла, сидеть рядом.

То, что он привык получать от женщин только послушание, я уже поняла. И тем важнее мне было не скатиться в положение очередной влюбленной дурочки, только и способной согревать ему постель. Я все же достаточно себя уважаю, чтобы не спать с тем, на кого работаю, даже если он весьма привлекателен и холост. Уже были ситуации в жизни, я устояла.

— Я могу разбудить… — начал было он с лукавым блеском в глазах, явно намекая на нечто непристойное, но я сразу же выкрикнула:

— Нет!

И сама смутилась своего крика. Наверное, надо все же реагировать чуть спокойнее. Он ведь не прямым текстом предложил мне разделить с ним постель.

— То есть, я хотела сказать, — промямлила и только потом сообразила, как выкрутиться, — пусть лучше служанка разбудит, ладно? А то я всегда жила одна, максимум подружка у меня ночевала, так что не привыкла, что рядом мужчина.

В груди разлилось облечение, что сумела выкарабкаться из этой неловкой ситуации. Да, я бы, конечно, хотела закрутить с кем-то курортный роман, чтобы переключиться с мысли о том, что домой мне больше не вернуться и маме не позвонить, но сомневаюсь, что это на самом деле здравое решение сейчас.

Дракон что-то долго разглядывал во мне, словно я только что сказала что-то не то. И мне стоило довольно серьёзных усилий оставаться на месте и не отводить взгляд, показывая свою решимость и честность. Наконец он серьезно кивнул.

— Хорошо. Завтра разбудят слуги.

А послезавтра? Это его ударение на слово «завтра» несколько нервировало, но надо решать проблемы по мере их поступления. Не все и сразу. К тому же сейчас Дарвиэль явно не собирался спорить, так что я воспользовалась моментом,

— Знаешь, поздно уже… — намекнула, улыбаясь самыми уголками губ. — Я спать хочу.

— Конечно, — тут же встал вслед за мной мужчина. — Люди должны спать больше — это я знаю.

Вздрогнула от такого напоминания, что мы не одной расы. Даже представлять не хочу, сколько же спят драконы. Наверняка мне не понравится, потому что я бы тоже была не против пары лишних часов в сутках.

— Проводишь?

Я была совсем не уверена, что запомнила верную дорогу обратно. Тут, конечно, не сильно сложные коридоры — по прямой, да по прямой, но вот двери были весьма интересными, благодаря чему помещения не перепутаешь, но и запомнить надо каждую отдельно. Я бы на их месте нумеровала. А сейчас слишком устала морально, чтобы бегать и искать нужную.

— Конечно!

Мужчина сразу же указал рукой на выход. Светляки в воздухе поплыли за ним, освещая наш путь, словно передвижные лампочки. Я подивилась, но это все-таки весьма удобно — не надо жечь электричество. Никаких атомных или гидроэлектростанций…

Хотя понятия не имею, чем заправляется магия. Может быть, тоже не все так безобидно для окружающей среды, как кажется на первый взгляд. На всякий случай сделала еще пару шагов назад от этой странной магии, которая пролетела совсем рядом в виде одного из светляков. Смотрелось дико, но, наверное, любой современный человек бы подивился. Часто ли встретишь парящую над полом передвижную лампочку?

Я молча пошла следом, прижимая к груди листки с набросками, не боясь, что они перепачкают мне платье, — пока рисовала, и так вся извазюкалась в этом угле. Всегда имею привычку зачем-то трогать грифель во время обдумывания проекта, а тут и не грифель вовсе. Ну да ладно, надеюсь, завтра мне дадут еще одну смену одежды. А лучше брюки. Кстати… я бы согласилась на какие-то шаровары поскромнее.

— А я могу надеть на рынок шаровары? — уточнила, пытаясь понять, насколько здесь отличная от нашего Востока культура. Я бы предпочла джинсы или на крайний случай спортивные штаны, но надо для начала узнать про местную культуру. А то гаремы меня весьма напрягают.

— Шаровары? — изумленно посмотрел на меня дракон. — Это что?

— Эм… — растерялась. — Такие свободные штаны. Как Арман носит.

— Штаны на женщине?! — выдохнул Дарвиэль изумленно, даже приостановившись на миг и задумавшись, словно представляя меня в штанах.

Иначе я его взгляд на подол моего платья не могу никак объяснить. Точнее, могу, но не хочу даже думать о том, чтобы стать одной из обитательниц гарема для этого дракона. Мало того, что он не человек, но у меня еще напрочь атрофировано чувство послушания. Я даже родителям назло не в мед поступила, а в художественный вуз, хотя задатки врача у меня тоже были.

— Да. У нас все носят. Очень удобно, — похвалила, не зная, что еще можно сказать, и попутно радуясь, что в качестве обуви тут выступали какие-то весьма удобные тапочки, напоминающие балетки. Нога в них хорошо фиксировалась, ничего не терло, и в то же время можно было почти бесшумно ходить по всему этому мрамору.

Мне, конечно, пытались всучить что-то на каблуке, но я сразу отвергла такую обувь, увидев, что у Соры, моей служанки, вполне обычные балетки.

— Я… — Мужчина мотнул головой, заставив длинные темные волосы резко качнуться. Красиво…

Хм. Залипла на секунды. Никогда не думала, что мне могут понравиться длинные волосы у мужчины. Так и хотелось запустить в них руку и потрогать, такие же ли она мягкие на ощупь, как на внешний вид.

— Я никогда не видел подобного, — выдал наконец этот индивид, заставив меня в очередной раз прийти в себя и вспомнить о том, что я совсем не дома и никогда уже там не буду. — Но я подумаю.

Вздохнула. Ну пусть думает. Только не слишком долго. Я, конечно, как всякая девочка, ношу иногда платья, но все же не каждый день.

— Спокойной ночи, — сказала, когда мы остановились в гостиной, которая вела в наши комнаты.

И, чтобы не сказать ничего лишнего и уж тем более не натворить, развернулась и ушла к себе, прислоняясь спиной к створке двери.

Это будет долгая ночь… Только сейчас я осознала страшную для себя новость — мужичина был не просто красив, а притягательно красив. Теперь, когда первый страх немного прошел, я поняла это в полной мере.

Черт! Не хватало только влюбиться в собственного босса!

Нет, завтра схожу с ним на рынок и вплотную займусь переделкой бассейна. Мне обещали уже к вечеру пригнать строителей, которые будут меня слушаться. Вот этим и воспользуюсь.

Взгляд невольно упал на бескрайнее море (или океан?), видимое из окна. Сейчас, когда духота ушла, мне безумно хотелось спуститься к нему, зарывшись пальцами в мягкий песок, и просто выкинуть все из головы, на время представив себя в отпуске и слушая шум волн.

Глава 16

Я стоял в тени раскидистого дерева, высаженного на берегу морской глади и покрытого ароматными цветочными бутонами, и наблюдал за своей второй половиной, пытаясь побороть в желание подойти поближе, которое буквально сводило с ума мою внутреннюю сущность.

Алиса (удивительное для нашего мира имя) сидела прямо на еще не успевшем остыть после жаркого дня песке, у пенящихся волн, подставляя ноги под набегающие на берег тонны воды, явно наслаждаясь этим ощущением, когда волна щекотно массирует ступни. Я стоял тут уже давно, так что заметил, как ее лицо стало задумчиво и печально, в момент, когда она увидела свет наших двух лун, вышедших из-за небольшой тучи, так и не пролившей воду на обезвоженную землю. Должно быть, в ее мире какое-то другое светило в небе, потому что иначе я не понимал, что могло ее так расстроить.

Рыжие длинные кудрявые волосы слегка колыхались от легкого бриза, создавая вокруг нее красивый ореол естественного огня, подсвеченного лунным светом. Точеная фигурка, облаченная лишь в скромный халат, сейчас раскрывшийся на бедрах. Он красиво прятал ее талию и плечи, но полностью открывал стройные ноги, заставляя мое сердце биться чаще.

Было очень тяжело понимать, что именно из-за моих слов о невозможности возвращения в ее мир, Алиса так страдает, но просто невыносимо думать о том, что она может оставить меня одного. Я так долго ее ждал, что сейчас просто физически не способен отпустить далеко от себя, а переезд в другой мир потребует от меня времени.

Прикрыл глаза, пытаясь справиться со своим внутренним драконом, который буквально дрожал от нетерпения оказаться рядом со своей парой, поднять ее в

Люди, они ведь горят как спички. Несколько лет, и их красота уже начинает увядать, здоровье ухудшается и с этим ничего не сделать. Почему драконы так стремятся поскорее получить всех красавиц в свои гаремы? Потому что потом уже нельзя ничего исправить. Мы не сможем подарить молодость и легкость движений дряхлой старушке, хотя, конечно, если так случится, что именно она наша судьба — будем любить такой, какая она есть. Но… чаще всего подобные истории заканчиваются весьма грустно, ведь жить постоянно старой при молодом и энергичном супруге весьма тяжело и многие не выдерживают.

Выдохнул и подумал, что не стоит откладывать в долгий ящик соблазнение собственной половинки, но сегодня я определенно поторопился. Воспользовался тем, что она увлеклась разговором, и присел поближе, даже позволив себе коснуться ее талии, но именно благодаря этому мне отказали в дальнейшем сближении. Я явно увидел в ее глазах желание сбежать от меня, когда мы прощались на ночь, а этого допускать больше нельзя.

Я должен стать ближе. Тем, с кем ей будет хорошо и спокойно. Тем, к кому она придет, когда станет грустно, с кем поделится своими проблемами и печалями. Кто станет для нее целым миром, как и она уже стала для меня.

Вдохнул ароматы ночи, четко выделяя среди прочих запахов аромат самой девушки. Она пахла тонко, как цветок так любимой мной кариссы, заставляя мои ноздри трепетать от попыток уловить чуть больше этого волшебного аромата.

Прикусил губу, едва принудив себя оставаться на месте, увидев подсвеченный лунным светом блеск слезы на щеке моей любимой. Нет! Мне нельзя пока что подходить к ней. Она не доверяет и боится, да еще и явно растеряна, оказавшись в новом мире. Надо дать ей и себе время, чтобы привыкнуть. Если она продолжит плакать и через месяц, то… покажу ей портал домой, отправившись в ее мир сам. Я все же не железный. Я не могу смотреть на то, как любимая страдает.

Сердце буквально обливалось кровью, глядя на сгорбленную несчастную фигурку у моря, но я старался держать себя в руках, вцепившись в ствол ни в чем не повинного дерева отросшими когтями. Я не должен показывать ей, что рядом. Ей это не понравится. Я сегодня и так уже достаточно натворил. Надо остановиться и прекратить лажать. Тем более ничего с ее миром за всего какой-то месяц наверняка не случится, а я не переживу, если у нее там кто-то есть. Мне определенно надо влюбить ее в себя за этот месяц настолько, чтобы она почувствовала парное притяжение, как чувствую его я.

Прикрыл глаза и сосредоточился на счете до ста, чтобы не сорваться с места, усмиряя своего дракона, который был готов бежать и успокаивать пару. Но на счете сто, распахнув глаза и снова впившись взглядом в хрупкую девичью фигурку, я все же понял, что девушка не только не торопится идти обратно в комнату, но и уже порядочно замерзла, о чем свидетельствовали мурашки, выступившие на ее лодыжках, и ее скукоженная поза, попытки растереть пальцы.

Вздохнул, еще какое-то время надеясь, что она все же одумается и уйдет, но время шло, делая воздух еще более холодным, как это всегда бывало в пустыне, а она все сидела. Да еще и ноги мокрые…

Проклятье! Не могу я так!

Бесшумно отступил в свою комнату, сдирая с кровати пушистое одеяло, подаренное мне когда-то матушкой. Оно было особенно ценно для меня, и до этого времени я никогда не выносил его на улицу, тем более на песок, с нежностью относясь к любимому предмету детства, рождающему в душе лишь приятные воспоминания, но Алиса замерзла, и я не мог ждать, чтобы найти что-то другое.

Вернувшись на берег, намеренно громко шаркал ногами, как это делают люди, давая девушке услышать, что к ней кто-то подходит. Песок пересыпался под моими босыми ступнями, создавая хрусткий звук, но реакции так и не последовало. Тогда я просто накрыл одеялом плечи моей жемчужины сердца, осторожно присаживаясь рядом.

Надо что-то сказать…

— Я любил приходить сюда еще тогда, когда здесь совсем ничего не было, — тихо сказал, тоже глядя вдаль, на горизонт, не желая смущать вздрогнувшую девушку, видимо все же не слышавшую, как я подошел. Опять напугал. Это уже входит в привычку.

Сделал себе зарубку, что в следующий раз топать надо еще громче.

— Я думала, ты давно спишь с кем-то из этого своего гарема, — неожиданно сказала девушка, посмотрев на меня прямо.

И я бы хотел предположить, что в ней сейчас говорит ревность, но… в ее взгляде не было ни капли намека на данное чувство. Да и в целом этот взгляд был далек от привычного мне благоговения. Скорее, какая-то злость… так еще никто из людей на меня не смотрел, потому что все боялись дракона.

Хмыкнул, ощущая себя несколько неуютно под столь пристальным тяжелым взглядом. Возможно, если бы в моей жизни не появилась Алиса, то так бы и было. Я бы провел очередной бесцельный день у бассейна, затем вызвал кого-то из гарема, кто давно меня не посещал, или приказал бы Арману найти кого-то новенького и… все.

Моя жизнь в последние годы была скучна и однообразна, и я сам в этом виноват, оправдывая себя, что слишком устал от этой самой жизни. Только вот правда в том, что я устал ждать, а не от жизни. И только сейчас это понял, словно юнец вновь желая объездить мир вдоль и поперек, побывать во всех соседних странах, попробовать научиться чему-то новому, пожить отшельником вместе с любимой где-то на краю света, растить детей, радоваться их взрослению, внукам…

— Гарем… — улыбнулся, размышляя, как сказать, что я больше не буду пользоваться его услугами, потому как уже нашел то, что искал, но при этом еще сильнее не напугать. Наверное, все же не стоит говорить такое резко.

Все же интуиция у меня была довольно развита, и я не мог не видеть: Алису пугает мысль о том, что у нас с ней что-то может быть. И вероятнее это что-то глубинное, что лежит гораздо дальше, чем обычный страх перед моей второй сущностью.

— Знаешь, иногда владение гаремом кажется весьма бессмысленным, — тихо сказал, стараясь звучать уверенно. Сейчас для меня это и правда всего лишь лишние рты, от которых надо избавиться.

— Почему? У нас на востоке раньше были гаремы. Да и сейчас в некоторых странах есть многоженство. Я думала, мужчинам нравится, когда девушки готовы выполнить все

Ее голос звучал слишком безэмоционально, но она со мной разговаривала — это уже хорошо. Надо закрепить результат.

— Драконы держат гаремы совсем не для того, чтобы просто удовлетворять желания тела, — улыбнулся, стараясь мягко подвести ее к тому, что это вовсе не распущенность или избалованность.

Все равно она рано или поздно узнает, зачем драконы заводят гаремы. Так почему бы не сказать самому, мягко намекнув ей, что для нас важна та единственная, которую мы пытаемся найти изо дня в день? А когда она все сопоставит, то сама догадается, что это именно она.

— А зачем тогда? — Моя жемчужина явно заинтересовалась, и это прекрасно. — Традиция такая?

— Можно и так сказать. Но главное — мы ищем в них свою половинку, — сказал, как есть.

Алиса неожиданно громко рассмеялась, заставив удивленно посмотреть прямо на нее, не обращая внимания на то, что она фактически неодета и это неприлично. Что это с ней? Что я сказал такого веселого?

— Знаешь, — сказала она, когда ее веселье резко закончилось на слегка истеричной ноте — недовольство женщин я научился вычленять давно, еще в первые годы владения гаремом, правда именно с такой реакцией на мои слова точно сталкивался впервые, — я на месте твоей половинки слала бы такого женишка подальше и поглубже, — слегка зло высказалась она, заставив мое сердце оборваться. — У нас в мире женщин, которые со всеми спят, обычно проститутками обзывают и не уважают их. Так вот, мужчин, которые делают то же самое, я так же не уважаю.

Она резко встала и поправила на плечах теплое одеяло моей матушки.

— Я не напрашивалась в этот мир и, по правде говоря, жить тут совсем не хочу. Все это, конечно, красиво и волшебно, но дома у меня возрастные родители, работа и своя жизнь, которую я совсем не готова терять. Извини, если обидела, но полагаю, что задушевные беседы под луной — не мое. Бассейн я сделаю, если ты действительно этого хочешь, но после не хочу оставаться ни в этом мире, ни в этом бездушном дворце, полном слуг, золота и фальши. Если не могу попасть обратно домой, то уйду путешествовать. Профессия есть, не пропаду. Наверняка многим хотелось бы красиво обставить комнаты. Спокойной ночи, ваше гаремное владетельство.

Я опешил, ощущая, как мое сердце сжимается от боли, глядя, как жемчужина уносит вместе с собой и матушкино одеяло, и мои надежды на то, что завоевание своей половинки будет вовсе возможным. И, похоже, дело вовсе не в том, что я напугал ее поначалу или оскорбил своим поведением. Она в целом не приемлет нашего образа жизни, и надо это как-то исправить…

Прикрыл глаза, подставляя лицо свежему бризу. Надо просто набраться терпения и придумать способ понравиться ей. Хоть немного.

Глава 17

Это было какое-то издевательство! Утро определенно не задалось — я не выспалась, не смогла справиться с длинной гривой тяжелых волос, не смогла ощутить чистоты зубов с этими их странными порошками и полоскалками, вместо нормальной пасты и зубной щетки с ниткой. Затем мне опять притащили дурацкое платье, зачем-то вручили целую шкатулку украшений, указали на недопустимость хождения в удобной обуви за пределами дворца…

Я в который раз поправила платье и с раздражением посмотрела на спокойно вышагивающего рядом дракона. Похоже, скоро у меня начнутся «эти дни», иначе ничем не объяснить паршивое настроение что вчера вечером, что сегодня утром, хотя обычно я не обращала внимания на небольшие невзгоды. И, следовательно, вырисовывалась новая проблема — узнать, как местные девушки с этим справляются.

Сора, которую утром спросила об этом напрямик, лишь выпучила глаза и смущенно промямлила что-то невнятное, из чего я сделала вывод, что она мне определенно не помощник. То есть надо было искать другой вариант. И из доступных пока был только Дарвиэль. Только вот я переживала, что если уж девушка в этом мире так отреагировала, то какова же будет реакция мужчины… Наши-то, современные, и то этой темы чураются, как огня.

Туфли жали и терли, подол платья лез и путался в ногах, всунутая мне в волосы заколка, призванная утихомирить эту гриву, кололась и тянула висок.

— Тебя что-то беспокоит? — спокойно уточнил Дарвиэль, словно прочитав мои мысли, пока я рассматривала огромный ряд загонов для лошадей, пытаясь понять, зачем я здесь. В нос ударил запах конского пота и свежего сена. Это напомнило, как мы с двоюродной сестрой летом жили у бабушки в деревне, где был коровник. Там тоже пахло подобным образом.

Неужели этот рынок так далеко, что надо ехать? Но… хоть я и умею сидеть на лошади, но как буду это делать в платье? Да и не так чтобы я очень уверенный наездник. Так, брала пару уроков. Хотя на лошади и вправду не отказалась бы прогуляться — лошадей, как и собак, я любила, хоть и не могла себе позволить завести ни того ни другого.

— Я… — растерялась, не зная, что и сказать. В голове роилась куча вопросов помимо женского, но, наверное, надо выстроить их по важности, а тема критических дней важнее информации, на чем мы поедем до рынка. Вдруг у меня начнется прямо в седле, что делать-то буду? Без телефона, куда забит календарик цикла, я не помнила точно, когда они будут.

— Ты можешь мне довериться, — неожиданно ласково улыбнулся мой заказчик, подходя к одному из загонов, протягивая руку с чем-то красивому черному красавцу-коню. По крайней мере, я подумала, что это именно конь, хотя, возможно, и кобыла.

В соседнем стойле кто-то громко заржал, и я нервно оглянулась, но никого не увидела — должно быть, коняшка лежал на подстилке. Ну или отошел в дальний край стойла, откуда его не видно.

Довериться? Да было бы в чем доверяться. Проблема скорее смущательного характера, но, получается, мне и вправду не к кому обратиться, кроме как к мужчине. А я ведь только вчера весьма грубо его отшила, мучаясь угрызениями совести половину ночи. Порой мой характер — главная проблема в общении, но и меня можно понять: новый мир, переживания за родителей…

— Я не уверена, что ты знаешь ответ на тревожащий меня вопрос, — наконец решилась, подойдя поближе к лошади, рассматривая красавца. Он был и вправду весьма хорош.

— А ты попробуй.

Хмыкнула. Ну если он так просит…

— У меня скоро наступят женские дни, а я, знаешь

Смущаться своих женских особенностей я точно не собиралась. Это простая физиология, ничего более. Мужчина же не смущается того, что его половой орган все время наливается кровью, если он подумает о красивой девушке. Так почему я должна?

Конь был большой, но в то же время весьма изящный. Черный как ночь, с умными черными же глазами, косящими в мою сторону с любопытством. Бархатный нос и вовсе хотелось потрогать, но я знала, что чужое животное может и укусить, если хозяин не разрешил, так что руки не протягивала. Наверное, именно такими я и представляла арабских скакунов, когда читала сказки про Али Бабу и сорок разбойников. Грациозными, сухими и высокими, с длинной, ухоженно блестящей гривой и умными глазами.

На Дарвиэля я даже не смотрела, пока любовалась этим чудом живой природы, но дракон явно завис рядом со мной, замерев на месте. Его рука так и осталась протянутой коню, только вот там уже ничего не было, отчего умная животина недовольно шумела ноздрями, вдыхая и выдыхая воздух, а затем потрясла головой, словно бы негодуя, что ему не дают еще вкусняшек.

— Эм… женские дни? — уточнил мужчина осторожно, наконец отмирая и убирая руку. Конь тут же заинтересованно вытянул шею, явно ожидая, что хозяин даст ему еще порцию вкусного.

Ох, да что ж ты будешь делать!

— Да! Месячные у меня скоро! Что тут непонятного?! — вновь ощутила злость и раздражение. Я всегда такая мегера перед этими днями, что поделать. Бороться с этим бесполезно — я уже пыталась. И таблетки пила, и успокоительные, и у невролога проверялась, и у психолога, и на гормоны сдавала… Ничего с этим уже не сделать. Максимум, что мне смогли сказать: «родишь — пройдет». Универсальная отмазка для всех болячек.

— Месячные? — Кажется, Дар все равно не понимал.

— Кровь у меня будет идти оттуда, — резко развернулась к мужчине и показала на низ своего живота. Может, у них это называется как-то иначе? Да, не подумала.

Тот побелел как полотно, а я закатила глаза к потолку. Ох уж эти мужчины. То вида крови не выносят, то еще чего. А я виновата? Меня никто не спрашивал, хочу ли я быть девочкой. Пришлось. Помню, как-то один из моих бывших в обморок упал, когда просто увидел кровь на моем пальце, а меня всего-то комар укусил, и я его случайно раздавила насосавшегося. Это был кошмар, позорище посредь улицы, полной народу. Ладно хоть об асфальт не шибанулся — дружок, с которым мы гуляли, его вовремя подхватил.

— Ты больна?! — неожиданно взревел мужчина рядом спустя пару минут. Меня больно схватили за плечи. — Что болит, где, почему? — Меня слегка тряхнули. — Говори! Давно это у тебя?

Эм… Слегка ошарашенно посмотрела на дракона.

— Лет так… с тринадцати. — Сама не знаю, почему ответила лишь на последний вопрос, полностью проигнорировав его озабоченный испуганный тон.

— С тринадцати?! — он буквально взвыл. — Ты… — он отпустил мои плечи, причем руки его почему-то затряслись, — ты… сколько тебе осталось?

Чего это он? Нет, я, конечно, понимаю, что тема не из приятных, но так реагировать… Очередной припадочный? Похоже на то!

— Ну, не знаю, — честно ответила. — Смотря сколько у меня яйцеклеток в организме, это ведь не рассчитаешь.

Читала я как раз недавно статейку, что как только заканчиваются овуляции, так сразу и наступает климакс.

Мужчина вновь замер, а затем резко подхватил меня на руки и понес… Коридоры мелькали перед глазами, я не успевала даже отслеживать, куда именно мы так бежим.

— Куда ты меня несешь? — уточнила спокойно, стараясь не орать, хотя совершенно не понимала реакцию мужчины. То, что он при таком обширном гареме не знал про «женские» дни, я даже не рассматривала.

Да, возможно, при нем это никогда не обсуждалось, но ведь наверняка некоторые девушки, которых он вызывал, имели данную проблему, значит, не мог не знать. Следовательно, реакция весьма странная.

— К себе в спальню. Можешь меня потом ненавидеть, главное, чтобы ты была здорова и избавилась от своих «женских дней» как можно скорее. Ты станешь моей жемчужиной, а я…

Я не дала ему договорить, тут же ощутив, как из глубины души поднимаются страх и паника одновременно. А еще возмущение.

Влепила гаду пощечину, выворачиваясь из его рук и отбегая на приличное расстояние. Сердце бешено колотилось.

— Никакой жемчужиной я не стану! — грозно сдвинула брови. Я не позволю ему калечить мою жизнь! Никому не позволю решать за себя! Никогда!

Черт с этими платьями, черт с жарой и дебильными восточными замашками, но становиться легкодоступной жительницей гарема я не собираюсь!

— И детей я тоже рожать не собираюсь от малознакомого мужика! — Ну а о каком еще способе избавиться от «женских дней» может идти речь? Мне в голову определенно ничего другого не приходит.

Дарвиэль нахмурился, явно не собираясь отступать. И это пугало, наверное даже больше, чем эта его жуткая вторая сущность дракона. Не то чтобы я не была готова к детям — я их хотела, но и хотела сама решать, от кого и когда рожать, а не вот так вот!

— Я не могу позволить тебе умереть! — выдал он какую-то нелепость.

— Да не собираюсь я умирать! — взмахнула руками, делая еще три шага назад. Подальше от этого ненормального. Сначала клеймо ему покажи какое-то, словно я скот, затем вот это… Вот не зря я никогда не любила все эти сказки Шахерезады! — Мне просто нужны средства женской гигиены! Я утром уже пожаловалась об этом служанке, так она покраснела и сбежала от меня, вот и переживаю! Понятия не имею, как в вашем мире с этим обходятся. Мне же чемодана собрать не дали, когда сюда переносили.

Дарвиэль подозрительно посмотрел, но попыток приблизиться не делал, что меня весьма радовало.

— Ты не умираешь? — спросил он еще раз, словно одного раза было недостаточно.

— Да с чего вдруг? У женщин каждый месяц идет кровь оттуда, тем самым показывая, что все в организме в порядке.

— Каждый месяц? — опешил дракон.

Я вздохнула. Похоже, про месячные он все же не знал. А еще держит гарем! Вот уж не думала. Кому сказать — будут смеяться. Жалко, что сказать-то и некому. Все мои друзья остались в моем мире. Домой хочу…

— Да. До этих дней женщины раздражительные, злые, нервные… ты ведь держишь целый гарем, неужели ни одна не отказывала тебе в постели, если у нее эти дни?

— Мне всегда приводил девушек Арман. Я не выбирал

Дурдом. Зря я вообще подняла эту тему. Мало того что неловко, так еще и какие-то жемчужины вылезли…

— Я вообще не хочу в гарем! — открестилась, решив расставить все точки в нужных местах. — И никакой жемчужиной не стану! Видела я турецкие сериалы, не буду в этом участвовать.

— Но ты уже ей являешься! — неожиданно выдал он, посмотрев на меня странным взглядом. Его голубые глаза словно бы засветились изнутри.

Этого только не хватало.

— Кем? — уточнила с подозрением, имея плохое предчувствие.

— Жемчужиной моего сердца.

Зависла. Это у них так фаворитка называется, или мне завуалированно в любви признаются?

Молча посмотрела на красавчика-дракона, пытаясь понять, где он и где я. У меня даже внешность весьма заурядная, по сравнению с ним, да и дворцов не имею, знакомы мы лишь пару дней… Значит, все же фаворитка.

— Я не хочу ей быть! — резко отказалась.

Обойдется! У меня все же есть гордость! И я не намерена ей уступать!

Глава 18

Я зло смотрела прямо в небесно-голубые глаза дракона, ощущая, как страх постепенно испаряется, вселяя в меня уверенность. А вот взгляд мужчины, наоборот, постепенно смягчался, словно, чем дольше он на меня смотрел, тем меньше был готов пойти на радикальные методы борьбы со мной.

Так нас и нашел Арман, вклиниваясь из коридора сбоку, пока мы стояли и мерили друг друга взглядами, не говоря ни слова. В воздухе буквально искрило от напряжения между нами, но оно было неопасно. Почему-то я была в этом уверена.

Я определенно была взбешена, а Дарвиэль… черт его знает, что он чувствовал на самом деле. Может, просто уверенно изображал доброту, но я точно не стану прогибаться под его желания. Одно дело, когда он заказчик и я вынуждена считаться с его мнением по работе, выполняя заказ, и совсем другое, когда дело заходит о личной жизни, где мне уже никто не указ. Я сама решаю, с кем буду и когда. Точка. У меня есть собственные жизненные принципы, с которыми я не готова расстаться.

— Господин, — склонился тучный мужчина, противно обливаясь потом, хотя жары еще не было, и не обращая на меня совершенно никакого внимания. Впрочем, Дар тоже весьма умело его игнорировал, словно вовсе не заметил того, что к нам присоединился кто-то третий. — Простите, что беспокою, но в гареме объявилась жемчужина.

— Что? — А вот эта информация дракона зацепила. Он мгновенно встрепенулся и перевел острый взгляд на своего слугу, буквально расчленяя его глазами. Пузан съежился, и на мгновение стало его жаль, но я быстро вспомнила, кто оставил мне синяки на запястьях, благодаря чему пришлось надевать платья с длинным рукавом, которые меня дико бесили. — Кто?

Казалось, в этом слове был слышен рык самого дракона, небесно-голубой взгляд неожиданно подернулся дымкой, зрачок сузился. Я на всякий случай сделала пару шагов назад, не желая попасть под раздачу, но серьезно уже не боялась.

— Одна из девушек утверждает, что беременна от вас. Ее осмотрел доктор — она и правда ждет ребенка. — Арман сильнее наклонился к полу, словно хотел залезть под него и спрятаться, но там даже завалящего ковра в этот раз не имелось, чтобы он исполнил свое желание.

А у меня в душе неожиданно поселилась боль, хотя я понимала, что мы с Дарвиэлем не пара и никогда ею не станем, что бы ни произошло. Он к женщинам относится потребительски, а я этого не потерплю. Да и в целом мне хотелось просто плюнуть. Получается, он просто всех без разбору тащит в постель и заделывает им ребенка? Отвратительно! И если бы не залепила ему пощечину совсем недавно, он бы сделал это и со мной. Нет, все, надо держаться от этого гада как можно дальше!

— Этого не может быть!

Дарвиэль нахмурился, отчего атмосфера в коридоре сгустилась уже по-настоящему пугающе, при этом поглядывая на меня так, словно хотел, чтобы я убралась и не слышала разговор. Но проблема в том, что я слышала. И опять эта их «жемчужина». Значит, все правильно я сказала, что не собираюсь ей становиться! Нашел дурочку… Бежать вообще отсюда надо! И поскорее!

— Боюсь, что это правда. — Арман был настойчив, а сам едва не дал петуха, говоря это. Его уже порядком трусило, словно он лично был виноват в беременности неосмотрительной девицы. Хотя кто знает, может у них тут в этом мире счастье для любой, если ей заделает ребенка дракон. Не разберешь. — Вам следует посмотреть на девушку и сказать, действительно ли это ваш ребенок.

Я фыркнула, ощущая, как боль в груди никуда не делась, словно меня предали, и желая оказаться отсюда подальше. Может, даже к лучшему, что так все произошло… У меня с самого начала не было розовых очков на тему этого мужчины, а теперь и подавно прививка от влюбленности получена.

И все же безумно хотелось куда-то сбежать. Только вот куда? И вообще, мне на рынок надо!

— Арман, — обратилась к смотрителю за гаремом, обращая на себя внимание. А то ощущаю себя какой-то напольной вазой, раз все меня резко игнорируют, — я хочу проехать до рынка. Пока его вседержайтельство гаремом будет осматривать и ощупывать девушку, вы можете распорядиться, чтобы мне выдали кого-то в провожатые?

Да, это было нагло, но я уже так устала от местных патриархальных замашек, хоть и нахожусь в этом мире всего ничего. Мне срочно надо было отвлечься, перестать думать об этом красивом теле, внутри которого содержится сплошняком отвратный характер, а что может быть лучше похода по магазинам? Правда, еще оставалась проблема с днями цикла, но, думаю, Арман как распорядитель должен знать об этом поболее, чем Дарвиэль, решивший, что я при смерти, раз у меня идет кровь. Бред какой. Да и не факт, что у меня начнется здесь и сейчас все же. Возможно, лучше доехать до рынка и там уже спросить, где и что можно купить для этих дел. Думаю, там будут торговки-женщины, а те, как правило, побойчее бывают, чем обычное население. Я до сих пор не понимаю того дикого смущения Соры на мой невинный вопрос.

Мужчина явно растерялся, изумленно посмотрев сначала на меня, словно только заметил, что я воообще здесь, а затем на своего господина, при этом так и не разогнувшись. Дурдом!

Дракон скривился, но все же кивнул, подтверждая мою просьбу.

— Выдели ей охрану. Не менее десятка воинов. Лучше —

Этот мужик мне определенно не нравился — явно видно, что пронырливый тип, лижущий задницу начальству, — однако выбирать было не из чего, тем более вроде как ему приказали меня слушаться…

— За мной иди.

Однако я, похоже, все равно не входила в сферу интересов этого мужика, так как на меня посмотрели как на грязь под ногами, прежде чем указать на дорогу обратно к конюшням.

Да не больно-то и хотелось. Пусть строит из себя главного, мне не жалко. Я просто хотела оказаться подальше от всех, а особенно от одного чешуйчатого, раз уж на то пошло. Пусть со своей жемчужиной разбирается, папаша, а мне такого счастья не надо.

Я не отставала, мысленно проклиная неудобную обувь и длинный подол, но мужик и сам не мог идти быстро из-за своего лишнего веса и одышки.

— Жди здесь, — приказали мне довольно грубо, указав на дальнюю часть помещения конюшен, где не было стойл, зато стоял действительно красивый восточный шатер на двух палках.

Ох. Они это серьезно? Эту хреновину со мной внутри будут тащить на плечах? Я бы предпочла лошадь, но глупо теперь выпендриваться. Потрогала ткань пальцами, скривившись от оставшихся на руках грязи и песка. Они вообще вещи стирать умеют? Антисанитария сплошная, хотя водопровод вроде есть.

Ждать, к слову, долго не пришлось. Практически сразу же откуда-то набежали мужчины, больше похожие на подтянутых спортсменов. Их было так много, и они были внешне так похожи друг на друга, что я даже растерялась. К слову, они совсем не напоминали мне рабов, о которых все писали в сказках. Это были обычного цвета кожи мужчины, с длинными красивыми волосами, почти как у Дарвиэля, но заплетенными в косички. Правда, их голые торсы меня немного смущали, так как накинутые на плечи жилетки совсем ничего не скрывали. И да, на них опять же были шаровары! А когда я заикнулась вчера, дракон мне чуть голову не откусил. Женщина и штаны — ужас какой!

— Прошу, госпожа, — один из них подал мне руку, при этом встав на одно колено, явно желая, чтобы я прошла в этот шатер на палках.

Тут же стало неловко. Как-то не привыкла я к таким жестам, но все же попыталась изобразить невозмутимость, вкладывая свою руку в слегка шершавую ладонь носильщика, делая шаг внутрь. Неужели в этом мире еще не изобрели колесо? Зачем этот пафос?

Впрочем, мне надо было поскорее очутиться подальше от этого дракона и гарема, так что спорить не стала.

Арман появился в последний момент, подводя к паланкину какого-то крепко сбитого мужичка.

— Женщину велено свозить на рынок, — процедил неприятный лично мне тип сквозь зубы новому лицу. — Вернуться не позже полудня.

— Хорошо. — Новый типчик не выглядел таким мерзким, так что я даже порадовалась, что этот распорядитель не едет с нами. Будет еще нервы мне мотать своим пренебрежением. — Какие лимиты покупок?

— Стандартные для всех новеньких, — сказал странную фразу пузан. Нет, допускаю, что у них тут девушки любят покупать себе всякую дурь, мне же рынок нужен, чтобы прицениться к строительным материалам и посмотреть, на что я могу рассчитывать, кроме мрамора, коего тут и так достаточно. — И не смей глаз с нее спускать. Она любит сбегать.

Крепко сбитый мужик кивнул и мельком посмотрел на меня. В его взгляде не было презрения или чего-то другого, так что я даже немного расслабилась. Он выглядел просто хорошим профессионалом своего дела, тем более что вслед за ним в помещение вошло еще несколько мужчин. Уже не с голыми торсами, а в обычной походной одежде. Возможно, я бы даже смогла перепутать их с грибниками или туристами, настолько их одежда напоминала это все: зашнурованные ботинки до середины голени, чуть свободные брюки, рубашки с длинным рукавом непонятного сиво-серого цвета…

— Поехали уже, а то мы до полудня тут простоим, — попросила, когда все наконец перестали носиться туда-сюда.

Не скажу, чтобы мне было очень комфортно сидеть на этом возвышении, но на самом деле было даже интересно проехаться в такой странной штуковине. Когда я читала про заморских принцесс, как-то никогда не представляла себя на их месте. А тут на те, пожалуйста: носильщики, шатры, вон явно фрукты тащат и всякие яства. Ну чисто принцесса.

Криво улыбнулась одним уголком губ. Это определенно будет забавно.

Глава 19

Утренняя жара потихоньку набирала обороты, песок был везде, перемешанный с каменистой почвой, а на чахлые кусты по дороге я налюбовалась на всю жизнь вперед. Быть принцессой востока оказалось совершенно не так весело, как мне представлялось. Эта недокарета постоянно шаталась на плечах мужчин, из-за чего меня начало тошнить уже метров через двести, как мы вышли, а духота дополнительно давила на мозги, делая дорогу и вовсе просто невыносимой.

И ладно бы только это. Примерно через полчаса, как величественный замок дракона скрылся за горизонтом, мужчины, видимо, решили, что пора, и начали разговаривать друг с другом на каком-то незнакомом языке, из-за чего я почувствовала себя ущербной и лишней. Ко всему прочему низ живота ныл, толсто намекая, что у меня вот-вот все начнется, а я сижу посреди пустыни с малознакомыми личностями, не имея возможности даже таблетку обезболивающего выпить.

Совсем невыносимо стало, когда мне еще и в туалет приспичило, а мы посреди равнины этой их пустынной — даже за чахлый кустик не спрятаться, так как они мне максимум по щиколотку!

Еле дотерпела до небольшой горной гряды, крикнув мужчинам, чтобы остановились, и с ужасом отметила, что критические дни все же решили начаться прямо сейчас. Теперь мне точно надо на рынок! Срочно!

Спустя еще час мы все же добрались до нужного места. Сердце в груди колотилось от восторга: безумно хотелось зарисовать это великолепие — сотни палаток раскинулись словно бы посреди песков, в глазах рябило от цветов. Но где-то вдали все же угадывался город. Только вот… это же какого размера рынок, что город едва ли не за горизонтом?!

Восхищенно смотрела по сторонам, пока меня везли в центр всего этого великолепия. В воздухе пахло травами и свежими специями, вокруг сновал народ, все что-то кричали. Торговцы и яркие ткани мелькали повсюду, но

Я едва не выпала из душного паланкина, когда совсем рядом со мной прошли несколько разноцветных девиц, шумно смеясь и гремя украшениями. Они были похожи на стайку птичек в райском саду.

Наконец, впереди показался просто огромный фонтан, где, видимо, была стоянка, так как именно там располагалась целая куча разнокалиберных телег и повозок, помимо этих жутко неудобных передвижных шатров. Уф…

— Прибыли, госпожа! — заявил вояка, наметанным взглядом осматриваясь вокруг, делая знак подать мне руку одному из своих людей, словно я инвалид и не могу сама спрыгнуть на землю после того, как носильщики опустили груз в виде одной меня.

— Вижу, — кивнула, восторженно крутя головой по сторонам. Так… похоже, найти то, что мне нужно или аналоги, не составит такого уж большого труда… Увидела, что в одной из лавок с краю торговых рядов висели чистые ткани, без всяких рисунков. И цвет хорош — лазурно-голубой. С бассейном будет хорошо сочетаться. — Покажите мне для начала, где тут ряды со всякими женскими мелочами? — попросила.

Сначала разберемся с насущным, а потом гулять! Я определенно вдохновлена всем этим. Даже безобразный утренний инцидент с драконом временно забыт.

К женским рядам меня вывели быстро, и нужное я тоже нашла довольно быстро, но вот решение проблемы…

— Вы серьезно? Я должна это пить, чтобы не шла кровь? — Кажется, я теперь понимала, почему местные мужчины не в курсе, что такое менструация. Это ж кошмар!

— Лучшее зелье! Больше нигде такого не купите! — хвалилась ушлая торговка, но я-то знала, что как раз пить и нельзя. Это похоже на наше гормональное средство, и пить его без анализов, без УЗИ, без приема врача… Только здоровье гробить!

— А есть что-то… — никак не могла подобрать нужных слов, — менее кардинальное?

— Что? Нет денег? — сделала свой вывод торговка. — Тогда иди отсюда, не мешай торговать! Наложницам гарема только его давать велено! А хочешь быть как крестьянка, так ищи вон там!

И меня отправили куда-то вправо. Мда… Значит, хочу быть как крестьянка. Послушно потопала куда сказано, надеясь, что все же найду хоть что-то приличное. Но уже спустя двадцать минут поняла — увы, не найду. «Как крестьянка» — это значит обычная белая тряпка, которую надо стирать.

Едва не разрыдалась, ощущая, как настроение упало ниже плинтуса, но деваться было некуда, хотя теперь понимаю, почему местные барышни выбирают зелье. Если бы я не хотела детей в будущем, тоже бы его выбрала, наверное.

Сглотнула образовавшийся в горле ком и купила даже три «тряпки» ощущая себя при этом униженной и угнетенной, так как даже денег мне не дали. Вместо этого, все тот же крепко сбитый мужчина оплатил мои покупки. Тьфу! Ладно хоть товар все же отдали в руки, но свое «фи» Дарвиэлю обязательно выскажу вечером! Пусть заплатит аванс за работу!

Спросив, где можно «припудрить носик», я уединилась в душном помещении уличного туалета и только тогда почувствовала себя почти спокойной, впервые порадовавшись, что тут принято таскать эти пышные платья, в которых не видно, сколько тряпок у меня теперь натолкано между ног. Похоже, начинаю пропитываться средневековьем… Нет электричества, кондиционеров, бытовых мелочей.

В общем, не знаю, чего от меня ждали эти мужики, которые едва себя сдерживали, чтобы не кривить лица, но, закончив с личными вещами, я сразу же кинулась в тканевые, затем в мебельные и под конец в столярные лавки, надолго зависнув в последних, щупая дерево и восторженно рассматривая орнаменты представленных ширм.

— А влагу это дерево выдерживает? — благоговейно коснулась потрясающе красивых досок, как раз подходящих под мою задумку. Они явно уже были чем-то пропитаны, так что осталось только выяснить, можно ли их во влажную зону.

Облагородить бассейн деревом — отличная идея. Дерево приятно на ощупь, не перегревается на солнце днем, не холодит ночью. В таком климате оно прекрасно подойдет вместо пластика, который я бы положила в современном мире. Да, оно менее долговечно, но есть же дерево, которое прекрасно сохраняется и в воде. Лиственница, например. Только вот сомневаюсь, что она здесь растет. Одни пальмы вокруг и чахлые кусты, из-за отсутствия нормального полива. А ведь раньше я думала, что на морском берегу всегда будет расти хоть что-то. Наивно, наверное.

— Конечно, льера! — Продавец тут же почуял во мне клиента, так как я всерьез заинтересовалась представленным образцом. — Из этого дерева можно строить корабли! А если обжечь магическим огнем, оно и вовсе станет долговечным, как камень! И сегодня как раз скидочка… — Он расхваливал товар, хотя я и так уже видела, что надо брать.

Не знаю, что насчет магического, но, думаю, обычным огнем мы точно их сможем обжечь. Как-то раз я выполняла уже подобный заказ, так что точно знаю, как это надо делать. Газовых горелок тут, правда, нет, но придумаем что-то наверняка. Главное, чтобы цвет не сменился: мне нравится именно такой, и если почернеет, то будет совсем не то.

— При обжиге оно сильно поменяет внешний вид? Есть образцы?

Мне тут же показали кусок обожженной доски, где дерево не только не потемнело, но даже стало светлее на пару тонов, а еще и правда крепче!

Ух ты! Интересно! Постучала образцом по столу, поковыряла ногтем и даже покусала зубами — но структура и правда твердая. Правда, скорее не как камень, а словно какая-то резиновая. Каучук или нечто такое…

— Оно отталкивает воду! Вот, смотрите. — Продавец вылил целый стакан на твердый кусочек, и я оценила, что вода просто скатилась с поверхности, словно та была не деревом, а стеклом. Хм… возможно, то, что я приняла за лак, — естественный сок этого самого дерева?

Мне точно это надо!

— Эй! — подозвала сопровождающих меня мужчин. — Вы сможете на днях вернуться сюда и забрать мой заказ, если я сейчас его сделаю? — уточнила, ощущая азарт охотника.

— Мое дело охранять! Я не нанимался доставщиком! — заявил вояка, глядя на меня с легким скепсисом.

Он все время ошивался буквально в шаге, не давая многоликой толпе толкаться или оттеснять меня от лавок, но в разговор не вмешивался, да и имя свое назвать не пожелал, в связи с чем и был обозван мной «эй».

Тяжело вздохнула, глянув на продавца, решившего подождать развязки. Так как у прилавка покупателей пока особо много не было, он явно не торопился переключаться на кого-то другого.

— Ладно. Я все равно сейчас закажу, — глянула на доску еще раз, убеждаясь, что это точно то, что нужно. — А заберем мы позже вместе с

Решила не мелочиться, так как помимо перил и облагораживания общей зоны бассейна предстоит еще поставить большие ширмы от солнца, обыграть зону отдыха, и, возможно, стоит захватить часть сада, чтобы сделать все более комфортным.

— Да, конечно, льера! Максимально можно найти лимов пятнадцать, но это штучный товар, под заказ… — Продавец тут же восторженно вскинулся.

Жаль, я бы как раз длинные лучше взяла, но да ладно. Если доски будут хотя бы как этот образец, метра три, тоже неплохо. Составлю композицию по типу паркетной или ламинатной доски. Подумаю еще.

— Тогда скажите, где у вас склад… э-э-э… то есть где можно забрать товар и когда?

Продавец тут же куда-то убежал, чтобы вернуться с листком бумаги, где была нарисована подробная карта. Я кивнула, внимательно глядя на каракули. Хм… до этого я не догадалась посмотреть местную письменность, а она была аналогом нашего арабского. По крайней мере, выглядела очень похоже. А я его, естественно, не знала от слова совсем!

— С вас пять тысяч лир!

— Заплатите данному господину, — дала указание сопровождающим.

— Вы превысили свой лимит. — Мужичок даже не моргнул глазом. — Лимит на покупки наложниц гарема составляет тысячу лир в три месяца.

Я открыла было рот, а затем закрыла его, глянув на тут же скисшего продавца, махнувшего на меня рукой.

Злость поднялась из самых глубин подсознания, вновь меняя мое настроение с почти отличного до мрачно-злобного. Все! Этот день меня просто доконал! И этот мир доконал!

— Знаете… — едва не прошипела, широким шагом двигаясь обратно к карете. Не было смысла тут больше бродить, если нельзя ничего купить для ремонта. А что надо быстро посмотреть — я уже все посмотрела. — Везите меня обратно! — распорядилась, усаживаясь в паланкин. — К дракону блудливому.

Глава 20

Я не просто не растеряла свою злость по дороге обратно, нет! Я ее даже накопила, накрутив себя настолько, насколько это возможно, придумывая под каждый новый шаг носильщиков новую причину, почему дракон гад, и гад капитальный! Даже дирижировать под конец начала, выкрикивая в воздух все новые и новые эпитеты, характеризующие эту жабу огнедышащую, надеясь, что мне станет немного легче к приезду, но чуда не произошло!

Так что в этот самый «гарем», где сейчас вел разборки этот гад с беременностью какой-то ощипанной курицы, я влетела на всех парах, сдвигая в сторону попавшихся слуг и наплевав на то, что у меня географический кретинизм и я не уверена в правильности дороги — нашла же, пусть и напугав до заикания парочку каких-то служащих в других помещениях. Туда я влетала разъяренной фурией, обещая им все кары небесные, если не скажут, где тут гарем зарылся вместе с драконом в нем.

Наконец я оказалась на месте, быстро оценивая окружающий беспорядок: толпа народа — девушки, какие-то мелкие мальчишки с огромными чемоданами рядом, служанки в смешных чепцах, суетящиеся вокруг… В общем, какой-то вокзал, а не гарем. Они решили затеять и здесь ремонт и всех переселяют в другое крыло?

Впрочем, это неважно — важно то, что Дарвиэль стоял как раз посреди всего этого безобразия, что-то выговаривая рыдающим гаремницам. Поди, решил каждую теперь ребенком облагодетельствовать, кобель непуганый.

— Слушай, ты! — ткнула пальцем в грудь этого гада, совсем уже не ощущая страха, обрадовавшись, что на меня обратили внимание сразу, как только вошла. — Если ты ждешь, что я, как дура, нарисую тебе картинки, а потом прыгну в кровать, то обломишься, сволочь чешуйчатая, кобель ретивый!

— Что?..

Дарвиэль явно не ожидал от меня такой экспрессии, изумленно моргнув. Я бы восхитилась его красотой в очередной раз, так как со встрепанной гривой волос он сейчас смотрелся еще лучше. Наверное, волосы на себе рвал, чтобы доказать всем, что он лучший папаша в мире.

— То! Наделал девушкам детей и решил, что я такая же дура и попадусь на ту же уловку?!

Плевать, что беременность была одна, по словам слуг, — мало ли сколько их было до того, как я поселилась в этом мире. Сейчас я и танк на полном ходу снесу, не то что какого-то дракона! В эти дни календаря меня лучше не злить от слова совсем!

— К-каким девушкам? — вот и он опешил, а меня уже несло…

— Да всем! — махнула рукой, только сейчас осознав, что мы стоим посреди тех самых девушек, что сейчас вжали голову в плечи и буквально дрожат. Причем некоторые из них рыдали, горько глотая слезы и наматывая сопли на кулак. Нет, ну это ни в какие ворота! — Вот, и их уже довел! — рявкнула, остро желая открыть филиал партии феминизма в этой насквозь прогнившей патриархальной стране. Или что у них? Королевство, государство, царство? Плевать!

— Но я не…

— Но я не… — передразнила его противным голосом. — Какого черта я тряслась в этой вашей, капец какой неудобной карете, чтобы на рынке мне указали на выход, потому что «мой лимит средств недостаточен»?! Я похожа на цирковую обезьянку? Может, мне спеть, станцевать еще для тебя?!

Мужчина неожиданно нахмурился, словно до него только теперь дошло, в чем именно я его обвиняю. Хотя, наверное, так и есть, я же до этого не озвучивала главную проблему. Что ж, бывает, мы, женщины, существа такие — сначала наорем, а потом скажем за что.

— Армана ко мне! — рявкнул он куда-то мне за спину, и все забегали еще активнее. Мальчишки спотыкались о чемоданы, служанки суетились вокруг, пытаясь все это прибрать или хотя бы переставить, но какой-то мальчишка уже спустя мгновение вновь спотыкался, падал, и все начиналось по новой… Нервные они какие-то, как тараканы.

Тем временем воздух в комнате словно бы потяжелел. Девушки резко примолкли и даже перестали реветь, хлопая на меня взглядами разной степени ненависти, а я… а я почему-то лишь расслабилась, слегка успокаиваясь. Черт его знает почему, но меня мрачное, полное решимости лицо Дара больше не пугало. Нет, когда он хотел уволочь меня в кровать, я струхнула, конечно, но вот теперь… Хрен ему с маслом, а не хозяйское тело после такого феерического облома! Я-то думала, он серьезно с ремонтом, подошла к делу с душой, а он…

— Господин?

Пузан оказался подле нас за считаные минуты, склоняясь в поклоне, при этом глянув на меня столь неодобрительно, что захотелось стукнуть его чем-нибудь по голове. Сковородкой, например. Чугунной.

Сложила руки на груди, прекрасно понимая, что хорошо смеется тот, кто смеется последним.

— Почему

О! Изумленно подняла брови. Так у меня был карт-бланш? Ну звиняй, драконья голова! Не знала… Так и быть, мысленно извинимся. Но только мысленно! Я еще не забыла, как он меня за виноградом гонял, как рабу какую-то.

Я немного остыла, ощущая, как ком раздражения медленно тает. Паршивые работники в каждом деле встречаются. Помню, мне как-то попался вороватый прораб группы ремонтников… Ох и намучилась я объяснять хозяевам дома, почему надо его уволить и нанять другого и почему цена их ремонта возросла, хотя все было закуплено строго по спискам. А ведь его не я нанимала.

— Я… — Распорядитель гарема побелел как полотно, его дурацкая рубашка тут же пропиталась потом. Фу! — Но вы…

Он явно не знал, что сказать. Глазки забегали, на висках также выступили капельки пота, пухлые губы задрожали, как у нервничающей девицы на выданье.

А вот на дракона было приятно смотреть — разворот плеч, хищные черты лица, сжатые в нитку губы… ну прям само зло во плоти! Я рада, что это все направлено не на меня.

— Снять с должности, выпороть и продать на рынке как бракованный товар! Сначала ко мне в гарем пробирается посторонний дракон и пользуется моими девушками под моей личиной, теперь еще и мою Жемчужину ограничивают в чем-то! Я не допущу бардака! — веско бросил приговор Дарвиэль, заставив мое сердце на мгновение дрогнуть. Да еще это звание «Жемчужина» меня определенно напрягало. Что он под этим имел в виду?

Раньше так называли главную фаворитку гарема, а я определенно не собиралась быть частью этого балагана!

— Но я…

Пузан свалился на колени и что-то там запричитал, но это было настолько невнятно, что я ничего не разобрала. Не знаю, может Дар понял, что он лепечет, но точно не обратил на его раскаяние внимания, махнув рукой страже, которая тут же схватила этого гада, подхватив под руки, словно куклу.

Жаль ли мне его? Дайте подумать… Оскорбления, синяки на запястьях, что до сих пор цвели буйным цветом и доставляли неудобства, угрозы порки, эта его привычка волочь девушек без каких-либо объяснений… Нет, не жалко! Каждый получает в жизни именно то, что он заслужил. Неприятно, конечно. Где-то в самой глубине души есть даже сочувствие, но я не дам развиться этому чувству!

Мы дружно смотрели, как гада уволакивают прочь. И внутри у меня практически ничего не дрогнуло. А ну, совесть, цыц! Не заслуживает он сочувствия. Точка! Отвернулась, чтобы не видеть этого пузана.

Сглотнула, пытаясь осознать: я только что поквиталась с обидчиком. И… Нет! Просить хотя бы не пороть его, точно не буду! Я, конечно, добрая, но всепрощением не страдаю. Работал бы нормально — ничего этого бы не было, ведь не только из-за меня все. Он вон, какого-то дракона в гарем пропустил.

— Шикарно, — кивнула, напуская на себя важный вид, — а девушки чего рыдают? — уточнила, размышляя, что раз Дарвиэль не виноват, то зря я на него всех собак спустила. Хотя… нет, не зря! Раз он выдает невнятные приказы и их нарушают, то пусть пеняет на себя! Женская месть, так сказать!

Мне испоганили настроение, не дав насладиться восточным рынком, так и я всем настроение испорчу!

При моих словах разряженные курицы тут же завыли громче, словно бы привлекая к себе все внимание, хотя до этого молчали, что те мыши под электровеником. Вот же артистичные бабы, даже завидую. Заметила, как одна из них украдкой протирает платочком сухие глаза, а вторая специально отступила на пару шаглв и побрызгала себе на щеки водой из кувшина. Актеры погорелого театра.

Дракон обернулся к наложницам, при этом глядя на них так, словно впервые видит этот сброд.

— Я распустил гарем, — заявил он так, словно подвиг во имя дамы сердца совершил. Взгляд лучился довольством и гордостью, и поза такая… альфа-самца на выгуле. Только меня не впечатлило. Не надо было набирать его — вот в чем фишка.

— Прекрасно. Так радоваться надо, — объявила девушкам, наконец понимая, с какой стати здесь «вокзал и переселение», — свобода наступила! Было бы из-за чего рыдать! Найдете себе другого мужика, получше.

Вой поднялся сильнее. Ничего не понимаю. Хотя… у них же на древнем востоке женщина без мужика — никто, даже верблюд ценнее. Тьфу на эти порядки!

Ай, ну их.

Глава 21

В моем гареме был посторонний!

Внутри все бушевало от праведного гнева, и только понимание того, что мне больше не нужно это сборище девушек, останавливало от кровавой расправы. А еще останавливало то, что я не знал, когда вернется моя жемчужина сердца, и не хотелось напугать ее кровавыми потеками на белоснежном мраморе полов. Так что всем служащим моего дворца просто повезло… повезло отделаться шахтой, а не смертью.

То, что возмездие их настигнет, неоспоримо в любом случае. Я не собирался потакать столь обширной безалаберности. К тому же я почему-то только сейчас заметил, что Алиса была права: практически во всех помещениях моего дворца довольно пыльно и однообразно. Ощущение, словно до встречи со своей жемчужиной я жил с закрытыми глазами.

И главное, больше бесило даже не то, что кто-то побывал в гареме за моей спиной, а то, что этот кто-то воспользовался моей личиной, чтобы остаться неузнанным. Ведь если бы мне доложили раньше, я бы сумел вычислить негодяя по запаху, но прошло уже более двух месяцев, и понять, кто это был, просто не представлялось возможным.

Гарем для каждого дракона, пока он не нашел пару, — святое. И посягнуть на это святое… безнравственно и осуждается советом старейшин.

— Почему ты молчала? — бушевал я, глядя на одну из своих когда-то любимых наложниц, которая и носила под сердцем дитя от другого.

Ее белокурые кудри спускались практически до самого пола, а полные упругие груди услаждали взор, но меня это больше не волновало. Если я раньше и любил проводить с ней ночи, радуясь, что она одна из немногих, кто не дрожал в страхе передо мной, и потому можно было не сдерживаться в своей страсти, то теперь внутри не было ничего, кроме легкой брезгливости.

Впрочем, такая реакция будет на любую из девушек сейчас, какой бы красавицей и умницей она ни была.

Само собой, я не собирался обижать женщину, но и оставить в своем доме беременную от другого дракона не мог. Раз она понесла, значит — его пара… Я не могу поступить

— Я… я и не думала, господин, — скрыла глаза Зейнаб, прячась за невесомой вуалью, словно та спасет ее. — Просто сегодня утром мне стало дурно, и я попросила прийти лекаря. Я думала, что просто съела несвежий фрукт…

Я был готов убить чертовку. Внутри все бурлило от ярости. Мой дракон требовал, чтобы я порвал ее буквально на клочки. Для него теперь все, кто не жемчужина, неважны, а значит, их можно убивать. Но… так нельзя. Мы же не варвары. Закон един для всех: женщина неприкосновенна. А уж Жемчужина и вовсе равна едва ли не самим богам. Ее жизнь — ценнейшее, что может быть в этом мире.

А эта… врет! По глазам вижу, что врет! Просто Зейнаб знала, что спала не со мной, вот и скрывала. А доложила о беременности ее служанка. Лекаря и вовсе вызвали уже против ее воли, чтобы обследовать девушку.

И главное — допрашивать бесполезно, хотя… Может быть, наедине мне удастся узнать хоть что-то. К тому же оставлять ее тут, в гареме, где можно свободно гулять по помещениям, когда вздумается… Такой ошибки я больше не совершу!

— Пройдем со мной, — приказал, пытаясь успокоиться. Нервами все равно я никому лучше не сделаю. А до возвращения Алисы хотелось бы сделать многое… как минимум расформировать гарем и разобраться с проблемой, а также отдать приказ начать демонтировать бассейн для его расширения, как мы обсудили с любимой.

В любом случае сейчас Зейнаб — моя собственность, от кого бы ни был этот ребенок, так что я в своем праве. А того, кто это сделал, я найду… И выясню, какого пустынного тушканчика ему понадобилось в моем гареме и чего не сидится в своем собственном. Не так уж и много драконов в нашем мире.

— Господин?! — Девица испуганно вцепилась в свое платье, словно то ее спасет от злобного меня.

— За мной, я сказал! — рявкнул уже в голос, заставив прислугу забегать с новой прытью, при этом вжимая головы в плечи и передвигаясь на полусогнутых.

Все это время они наблюдали за нашим разговором, словно это веселое развлечение. Впрочем, для них, может, так и было. Но я еще заставлю их всех начать наконец работать, а не развлекаться!

Видя мой грозный вид и решительный настрой, девица немедленно зашевелила ногами. Вот так-то лучше! И ведь нормально попросил еще в первый раз, какого дьявола надо было доводить до крика?! Тут и слепому понятно, что не стоит меня сейчас трогать!

Моя пара вдали, наша связь пока не установлена, она уязвима, и еще у нее имеется какое-то заболевание, лишающее жизни постепенно. Мне нужно быть с ней, а не разбираться с чужими дамами сердца.

Я решил временно поселить Зейнаб в гостевых покоях — подальше от собственной спальни и спальни моей Жемчужины. Первым сел на диван в небольшой светлой комнате, велев плутовке устраиваться напротив на мягких подушках.

— Опиши его внешность, — попросил спокойно, складывая руки на груди.

— Кого? — хлопнула глазами Зейнаб, делая вид, что не поняла, о ком я.

При этом ее платье словно само по себе потеряло пару пуговиц сверху, раскрывая полную грудь больше, чем следует.

Она серьезно думает, что я позарюсь на беременную от другого девицу? Да даже если бы она залетела от обычного человека, я бы не стал… Это отвратительно!

— Того, кто сделал тебе ребенка. Если ты еще не поняла, то теперь ты чья-то Жемчужина, и мне надо понять — чья.

Она вновь глупо захлопала глазами, словно впервые слышит, что это может быть так.

— Но я не…

— Не врать! — Треснул кулаком по столику, уже устав от этого цирка. Светлое дерево разбилось в щепки, посуда, стоящая на нем, со звоном покатилась на пол, но мне не было до этого дела. — Я задал вопрос — отвечай! — приказал.

Девушка испуганно вздрогнула, теперь уже затрепетав по-настоящему, и посмотрела на меня со страхом.

— Это были вы! — выдохнула Зейнаб.

— Я сказал — не врать! — рыкнул.

Почему во дворце у меня такой бардак, и какого песчаного тушканчика я заметил это только сейчас, когда объявилась моя любовь?! Жемчужина должна наслаждаться жизнью в безопасности и комфорте, а вместо этого у меня бродят посторонние, стража дремлет на посту, прислуга плетет интриги за спиной…

— Но я не вру!

На глазах нахалки начали наливаться крупные слезы. Я заставил себя сбавить обороты — все же она носит под сердцем дитя. Пусть не мое, но это неважно. Совет старейшин не поймет, если я обижу чужую женщину, хотя по документам она пока что моя.

— Я не спал с тобой последние полгода, Зейнаб, — мысленно сосчитал до сотни. — Твоя беременность на сроке двух месяцев. От кого-то же ребенок получился.

Девица досадливо прикусила губу, словно обвести меня вокруг пальца не удалось, а она серьезно на это рассчитывала.

— Скажи мне, кто он, Зейнаб, и никто не пострадает, — попытался зайти с другого бока. — Или ты хочешь оказаться на улице с дитем, одна, без поддержки?.. — вкрадчиво уточнил.

Само собой, я бы никогда так не поступил. Максимум сдал бы ее совету старейшин: все же у нее родится маленький дракон, а наша раса весьма малочисленна, и каждый ребенок ценен, но она-то этого не знает.

— Н-нет. — Вот теперь и голос задрожал по-настоящему. Давно пора.

— Кто он? — спросил в последний раз.

Клянусь, если она не скажет имя, то прямо сейчас отнесу ее в пещеры совета, и пусть дожидается там своей судьбы. Хотя нет, сначала я стребую компенсацию за нарушение моих границ и полного расследования совершенного преступления.

— Я… я не знаю, — наконец потупилась девушка. — Но он приходил с вашим братом. Я… сама не знаю, что на меня нашло тогда, это было как затмение. Но это всего раз, клянусь!

Скривился, мысленно ставя еще одну галочку. С братом, значит… Надо навестить родственничка. А то зачастил он, похоже, ко мне с подарками. То друга своего в мой гарем подкинет, то мою Жемчужину в мир приведет…

Встал, махнув прислуге, чтобы прибрались здесь.

— Выставить стражу по всему периметру комнат. Девушку никуда не выпускать, гостей не приводить! Еду доставлять по расписанию, — приказал громко. — И приведите ее личную служанку. Негоже оставлять беременную льеру одну.

Посмотрел на ту самую льеру, которая явно не обрадовалась, что ее запирают.

— И не сметь спать на посту! — рыкнул сразу на всех. — Узнаю — лично казню

Нестройный хор голосов, заверяющих меня в том, что они никогда и ни за что, заставил усмехнуться.

Что ж, а теперь пора вернуться в гарем и велеть всем остальным собирать вещи на выход. Я нашел то, что искал, больше мне никто не нужен.

Глава 22

— Мы можем поговорить наедине? — Дарвиэль явно был на взводе. Об этом говорили и его глаза, странно пульсирующие, то возвращаясь в обычное состояние, то меняясь на другую форму зрачка, что выглядело весьма странно. И его слегка дерганые жесты, когда он словно не находил себе места, постоянно то поправляя свои смоляные пряди, то облизывая губы, то меряя комнату гарема шагами, нервно поглядывая на воющих девушек.

— Конечно. Мне тоже есть что обсудить.

Я не собиралась становиться очередной овцой на заклание. Никогда. Если он считает, что может получить меня в постель, разогнав гарем и дав мне на откуп одну из бесчисленных комнат своего пышного дворца, то глубоко ошибается.

Я не его собственность. Я родилась и выросла в свободном мире, а не в этом патриархальном дурдоме.

— За мной. — Мужчина решительно пошел вперед по коридорам.

Красив, но… Я скептически подняла брови. Он что, серьезно?

— Я тебе что, собака? — уточнила, продолжая оставаться на месте.

Дар встал как вкопанный, потом медленно обернулся. Девицы вокруг притихли, словно у их воя вырубили звук. Многочисленные слуги стали и вовсе чуть ли не летать над полом, и даже дыхание задержали, кажется.

— Почему ты так решила? — удивился мужчина, глядя на меня абсолютно непонимающим взглядом.

Никаких манер.

— Потому что такие приказы отдают собакам: сидеть, лежать, голос, за мной… — пояснила довольно спокойно, складывая руки на груди.

— Я не это имел в виду, — неожиданно покаялся Дарвиэль, вызвав у всех изумленный вздох, но я не обращала на такие мелочи внимания.

— Тогда скажи нормально. Мне уже надоели все эти средневековые восточные замашки, когда женщина не ценнее верблюда.

Если уж я собираюсь жить в этом мире, то пора бы как минимум создать себе комфортные условия.

— Прошу следовать за мной, — исправился дракон.

— Уже лучше, — только теперь двинулась с места, — но было бы лучше, если бы также следовало пояснение: куда и зачем. А то вдруг я не хочу ни за кем следовать?

Дарвиэль изумленно моргнул, словно впервые слышал нечто подобное хоть от кого-то. Его воспитывали в лесу, в самом-то деле? Где все манеры и воспитание, о которых так любят вещать фэнтези книги. Типа каждый дракон имеет манеры едва ли не принца. Или это только другим попаданкам везет, а я бракованная?

— Не могла бы ты проследовать за мной в одну из беседок дворца, находящуюся в уединенном месте парка, чтобы обговорить недостающие детали нашего общения и обсудить дальнейшие перспективы.

Вот! Может ведь, когда хочет!

— И предложить даме руку! — уточнила уже из вредности.

Мне молча подставили локоть. Я чинно приняла, ощущая себя гувернанткой вредного великовозрастного ребенка, а не свободной и независимой девушкой современности.

Восхищенно рассматривала парк, где я еще не была.

Тут словно и не было всей этой пустынности. Запах чернозема и свежескошенной травы заставлял дышать глубже. Цветущие кусты услаждали взор. Огромные причудливые деревья и пальмы, создавали так необходимую в этот жаркий час тень. Да еще дующий с моря бриз давал хоть немного свежести. Правда, духота все равно никуда не девалась, заставляя пот стекать меж лопаток под платьем. Неудобным платьем, прошу заметить!

Верните мне мои спортивные штаны и маечку!

— Итак, что ты хотел обсудить? — села на белоснежную скамейку из какого-то прохладного камня, по пористости похожего на бетон.

Ох… лечь бы сюда, остудиться. Через сколько лет, говорите, придумают кондиционер? Сейчас я бы купила его за любые деньги, хотя всегда легко переносила жару, но не такую же, когда, кажется, даже мозги плавятся!

— Твои… дни крови.

Вздохнула. Опять двадцать пять. Мы же вроде все обсудили.

— Что с ними? — уточнила.

— Я выяснил: наши женщины принимают специальные лекарства… — начал было он, видимо желая, чтобы и я испила этого чуда средства, но я перебила:

— Да-да, и потом не могут забеременеть годами. А то и вовсе не могут.

— Откуда ты знаешь? — выдохнул этот наивный идиот, распахивая глаза в изумлении. Хотя откуда у них тут в средневековье могут быть исследования о том, что такое гормональная терапия, и почему с ней надо быть осторожной? Неудивительно, что он не знает того, что известно мне.

— Наши врачи уже давно все это назначают только тогда, когда женщина уверена в том, что она не хочет детей. Если же хочет, то лучше такое не принимать. Молчу уже о том, что длительный прием гормональных средств может негативно повлиять на репродуктивную систему в целом.

Дарвиэль нахмурился, хватаясь при этом за голову, о чем-то напряженно задумавшись.

Отмер он только минут через пять, когда я вдоволь налюбовалась какой-то красивой цветной пташкой, решившей почистить перышки, присев на веточку ближайшего дерева.

А все же красиво у них тут.

— То есть ты хочешь сказать, что эти зелья… мешают иметь детей?

— Конечно! — кивнула. — Не на сто процентов гарантия, конечно, но везде случаются осечки. Сто процентов — это не спать ни с кем.

— Надо будет обсудить это со старейшинами, — пробормотал мужчина себе под нос. — Хорошо, я понял. То есть кровь… не опасно?

— Нет. Наоборот. Это признак того, что организм женщины работает как надо. У ваших женщин не так? Которые драконицы?

— Я… — Дар жалобно на меня посмотрел. — У нас нет женщин.

Теперь была моя очередь зависать. Эм… а как они тогда размножаются? Почкованием? Вылупляются из яйца? Зато понятно, чего они гаремы заводят, раз нет женщин своего вида. Хотя могли бы быть поскромнее и выбирать любовниц на добровольной основе, а не покупать их как скот на рынке.

— И как вы размножаетесь? — уточнила, ощущая, как мне становится любопытно.

— Мы создаем пары с человеческими женщинами, — спокойно сказал этот чешуйчатый.

— Хм… — Я попыталась вспомнить, что там писалось про драконов. То, что они долгожители, это и ежу понятно. — Должно быть, жаль терять своих жен. Для вас ведь они как бабочки-однодневки, — посочувствовала.

— Но мы не теряем… жен. Что это за слово?

Ох, как все запущено! Наложницы есть, рабыни есть, а жен нет.

— Это женщина, которая сознательно соглашается провести рядом с мужчиной всю свою оставшуюся жизнь, рожать ему детей, вести совместный быт…

Кто бы мне месяц назад сказал, что я буду сидеть в какой-то непонятной стране и объяснять очевидные вещи, — ни за

— У нас есть для этого жемчужины, зачем нам жены? — озадачился мужчина.

Эм… как-как он сказал? Но ведь он неоднократно так называл меня. Гад! Без меня меня женили, называется!

— Погоди, — остановила его. — Первое — я не давала свое согласие быть твоей супругой. Второе — я не разменная монета, и если уж соберусь замуж, то выберу кого-то, кто проживет столько же, сколько и я, обузой быть не собираюсь. Третье — где конфетно-букетный период, ухаживания, подарки? Я не ваши узкие девицы, которые ничего, кроме гаремов, не видели. Я на подобные отношения никогда не соглашусь!

Взгляд мужчины вспыхнул болью, но затем…

— А если ты проживешь столько же, сколько я, то станешь… женой?

Фыркнула. Это вряд ли, разве что он ритуально зарежется в конце моей жизни. Наши ученые давно бьются над продлением человеческой жизни и пока еще недалеко продвинулись, а тут ни технологий, ни нормальной медицины.

— Знаешь, нет, — мотнула головой после недолгого раздумья. — Меня приволокли в этот мир силой, твои слуги понаставили мне синяков, ты сам оскорблял меня уже непонятно сколько раз, да еще и напугал до заикания. Затем насмехался над моей работой, сначала сказав, что согласен на ремонт, а потом не дав конкретных указаний своим слугам о покупке необходимого… Муж — это тот, кто понимаем и принимает. Кто относится с уважением и готов поддержать вторую половинку во всем…

Я встала. От этого разговора у меня только еще больше испортилось настроение. Снова вспомнились родители, дом… моя уютная квартирка.

— Я устала, мне надо отдохнуть. Проводишь до комнаты?

Дорогу я запомнила смутно. Зачем располагать все через какие-то лабиринты? Нет, дворец-то простой — три коридора и все соединены друг с другом, просто комнаты надо запомнить — что и где. А вот парк оказался весьма обширным. Мы сюда по меньшей мере полчаса по дорожкам брели, петляя, как бешеные зайцы.

— А если… я верну тебя домой? — неожиданно тихо уточнил Дарвиэль, заставив мое сердце замереть. — Ты станешь моей?

Кровь с бешеной скоростью потекла по венам. Руки затрясло.

Он… не шутит? Домой?!

Глава 23

Боль. Грусть. Злость.

Связь с моей Жемчужиной, видимо, сделала весьма ощутимый скачок. Я не знал почему, но теперь чувствовал отголоски ее эмоций и не мог понять… Как, почему ей так больно внутри, словно ее сердце прижигали каленым железом?

Эта душевная боль по родителям, которую она изо всех сил пыталась гасить… сводила с ума. И осознание того, что, если я запру ее здесь, в своем мире, а с ее родными что-то случится там… Она ведь никогда мне этого не простит. И эта печаль, это горе ляжет разрушенной пропастью между нами, не давая нормально жить.

— Ты не ответила.

Мне было страшно говорить такое, но… похоже, это единственный способ сделать ее своей.

Моя магия бушевала внутри.

Словно насмешка судьбы, мой дар — это видеть внутреннюю боль разумных, их связи с другими, слабые места… И сейчас я видел на сердце моей Жемчужины кровоточащую рану, которой еще вчера не было. Надлом, который сейчас мог сломать ее. Будь прокляты мои слуги, которые не купили то, чего она желала. Это ведь помогало ей, притупляло связи с тем миром.

— Я очень хочу домой, — выдохнула любимая, глядя на меня своими восхитительными зелеными очами, заставляя сердце биться в рваном темпе.

Чего мне стоило стоять здесь, а не рвать на куски тех, кто допустил такое состояние! А ведь я все рассчитал. Эта странная работа, делать ремонты, сильно отвлекала ее. Заставляла забыться. Делала Алису счастливой. И я был готов дать на откуп хоть весь мой замок вместе с сокровищницей, лишь бы ей было хорошо.

— А стать моей?

Ощущаю себя сопливым мальчишкой. Хотя, наверное, так и есть. Ведь у меня никогда не было серьезных отношений, это мой первый опыт. Раньше я не пытался понять женщину так глубоко и полно. Понравиться ей.

— Если честно, не очень. — Девушка скривилась, словно от зубной боли.

Я сглотнул, переводя взгляд на горизонт, где виднелся край морской глубины. Эта беседка была моим любимым местом после той комнаты с бассейном. Здесь всегда было красиво и тихо. И я так хотел поделиться красотой этого места с той, кто сделала меня вновь живым, но видимо, выбрал неудачный момент.

— Я тебе не нравлюсь?

Старался сохранять спокойствие, однако этот день буквально добивал меня. Столько разных эмоций. Я давно не испытывал ничего подобного. Кажется, я вовсе забыл, каково это, из-за чего казалось, что все ощущается так сильно… Разочарование, ощущение неудачи, злость на слуг. Все вроде бы и не новое, но чувствуется совсем иначе, ведь в жизни появилась та, кто украсит ее своим существованием. Без которой жизнь будет пресной и скучной.

— Внешне? — Алиса оценивающе осмотрела меня с ног до головы, теперь уже не спеша уходить. — Внешне все круто. А вот характер подкачал. Да и жить с мужчиной, зная, что у него был целый гарем… знаешь, это как-то смущает.

— Почему?

Мне важно было разобраться, чтобы помочь ей и себе стать ближе. Людской век недолог, и я не могу позволить себе годами ухаживать и добиваться расположения любимой. Я и так уже отошел от первоначального плана, позволив узнать, что могу перенести ее назад в родной мир.

К тому же эта ситуация с деторождением еще раз напомнила мне, что люди не только слишком недолговечны, но и хрупки. А вдруг она заболеет? Вдруг отравится. Вдруг что-то произойдет… Я не могу предусмотреть все!

— Ну… — Жемчужина задумалась, наматывая длинный локон на палец. Ее прелестный носик едва заметно скривился. На носу уже виднелись легкие пятнышки веснушек, которых еще совсем недавно не было. Интересно, с чем это связано? — Просто это отвратительно. Знать, что твой мужчина пользовался столькими женщинами.

Сглотнул, ощущая, как мой мир буквально готов развалиться на осколки. Ведь это дракон в первую очередь привязывается к девушке, и только потом она к нему. Я не могу… заставить. И дело совсем не в моих моральных качествах, а в том, что нам ведь потом сосуществовать вместе. Враждовать тысячелетиями — не выход.

— А что, если и они пользовались мной? — спросил с надеждой, пытаясь хоть как-то выкрутиться из острой ситуации.

— И в чем им выгода быть рабынями? — Девушка злобно сверкнула глазами, явно будучи сильно против подобного.

Ох, знать бы заранее, кто твоя любовь и что она будет против… Я бы честно дожидался только ее. Но прошлого не

— Девушки получают денежные выплаты за каждый год проживания с драконом, помимо денег на одежду и прочие мелочи, — постарался объяснить. — Многие пользуются этим, чтобы улучшить финансовое положение своей семьи и пожить в роскоши.

Алиса удивленно подняла брови и какое-то время молчала. Ее фарфоровая кожа выглядела нереально на ярком солнце. Так, словно передо мной не живой человек из плоти и крови, а кукла в натуральную величину.

— То есть… это как работа? — Она явно пыталась подобрать для себя подходящий аналог.

Ох, сейчас бы не ошибиться. Я ощущал, что ответ важен. И знать бы еще, какого именно ответа от меня ждут… Нельзя ошибиться в такой мелочи, ведь искусство слова всегда было самым опасным из всех. Одним словом можно как развязать войну, так ее же и закончить.

— Не совсем, — постарался ответить нейтрально, — девушки ведь идут на такое не всегда добровольно, а из-за семьи, — лихорадочно подбирал слова, ощущая себя юнцом на первом свидании.

Мне не хотелось выставлять себя каким-то монстром. Как и унижать женщин, что шли в гаремы. Не все делают выбор добровольно, чтобы осуждать их.

Алиса пристально посмотрела на меня, а затем сделала какой-то совершенно неожиданный вывод:

— А тебе они зачем, если жениться собирался? Что за дурь, использовать гарем, если хочется семьи. Я против полигамных отношений, так и знай!

Проклятье! И как же ей объяснить, но при этом не выставить себя полным козлом? Я ведь до этого момента даже не задумывался о том, что гарем — это плохо. Для меня было само собой разумеющимся использовать девушек оттуда по своему усмотрению, ведь я давал им за это хорошую жизнь и считал себя в своем праве. А теперь оказалось, что это неправильно, что мое сердце осуждает это все, и надо выкручиваться, как змея на раскаленном песке.

— Нет-нет, ты неправильно все поняла! Дракон ищет свою Жемчужину среди людей таким образом, только и всего. И проще всего ее найти, когда контакт близкий.

— Поподробнее.

Сглотнул, боясь ошибиться и сказать что-то не то.

— Мы… Понимаешь, Жемчужина — это нечто большее, чем вторая половинка души. И встретить ее можно лишь раз. Но как узнать, что она та самая? Не все драконы ощущают это сразу, порой проходит время, прежде чем магия стабилизируется и становится понятно. Бывает, даже год или больше. И лучший способ подстегнуть это узнавание — близкий контакт.

— Так, давай уточним… — Алиса неожиданно резко наклонилась вниз и ловким движением собрала гриву своих волос в толстый пучок на макушке, скручивая его каким-то непостижимо хитрым для меня образом, стирая при этом с лица пару блестящих капелек пота.

Хм… не подумал о том, что человеку может быть жарко у нас. А ведь и правда — климат тут весьма горячий.

— Ты заводишь гаремы, поближе общаешься с девушками, в надежде, что среди них найдется та самая, которая станет твоей половиной?

— Да, все так. И я уже не думал, что когда-нибудь встречу ее, — грустно улыбнулся. — Видишь ли, дракону суждено найти лишь одну женщину в жизни. Никакая другая не подойдет. И прошло уже почти две тысячи лет…

— Сколько?! — Девушка округлила глаза.

Солнце осветило рыжие кудряшки, делая ее внешний вид еще более сияющим и нежным. Одна непокорная прядка упала ей на щеку, делая образ особенно милым и невинным.

На самом деле она была вся… такая яркая и одновременно теплая, что я никак не мог налюбоваться. А как она прикусывает губу, когда сосредоточена. И хмурит брови, пытаясь придумать что-то новое. Она была идеальная для меня.

Дерзкая, яркая, со взрывным характером, который никогда не даст мне заскучать. И вместе с тем мягкая, нежная. Любимая…

Я не знал, как вместить в себя все чувства, что ощущал по отношению к ней. А ведь я знаю ее всего пару дней. Что будет, когда мы проживем вместе месяц, год, десятилетие?

Драконы говорят, что эти узы становятся все сильнее с каждым днем.

— Я искал тебя две тысячи лет, Алиса, — практически взмолился, понимая, что это мой единственный способ стать ближе. — И я прошу тебя дать мне лишь один шанс. Обещаю, я научусь быть хорошим мужем, что бы это ни значило. Помогу с твоей семьей и перееду жить в твой мир, если это то, чего хочешь ты. Но не отказывайся от меня!

Глава 24

Шанс? Шанс я еще могла дать, от меня не убудет. Я ведь не знала… Но все это отдавало какой-то сериальностью, а не реальной жизнью. Хотя реально ли то, что я сижу здесь, в каком-то непонятном, чужом мире и рассуждаю на тему возвращения домой, в свой мир. Если рассматривать с точки зрения науки — все это скорее плод моего больного воображения, сон, фантазия, не более. А если верить в чудо…

Провела пальцами по шершавой поверхности каменного стола перед собой. Я определенно не могла придумать себе такой мир. Восточные сериалы не смотрела, книг о несчастных попаданках не читала, разве что пару раз по совету подружки, но мне определенно не зашло, ведь все это отдавало какой-то картонностью. А вот теперь хоть сама книгу садись пиши. Про Алису в стране драконов, ага.

— Я хочу домой сейчас! — заявила, понимая, что надо ковать железо, пока горячо.

Да и что мне здесь ловить в самом деле? Переделывать замок? Так с удовольствием, но… хочу ли я вновь терпеть унижения, как тогда на базаре, пытаясь найти то, что надо даже не мне, а для ремонта, и получив такой пинок. Искать любви мужчины, у которого и без меня множество девиц, — тоже не вариант. Опять же жарко тут. И сколько бы я ни любила жару и море, но не уверена в том, что готова прямо сейчас переехать в этот их восточный колорит. Такие решения принимаются не за один день, а в этом мире я и вовсе насильно.

— Прямо сейчас не получится, — покачал головой Дарвиэль, опуская взгляд вниз, словно он нашкодивший мальчишка.

Его волосы при этом легко качнулись, притягивая мой взгляд. Иссиня-черные пряди были великолепны, как и сам он.

На самом деле весь он был услада для глаз — красивый настолько, что казался нереальным. И мое женское самолюбие сильно тешило то, что он вроде как хочет

— А когда? — Вместо того чтобы раздумывать на тему половых партнеров своего потенциального жениха, лучше уточнить более приземленные вещи. Те, что действительно важны.

Я хотела увидеть своих родителей! Хотела знать, что с ними все хорошо! И мои проекты там, в реальном мире… Какие-то я уже упустила за эти пару дней, но, может быть, не все… И я ведь хотела в следующем году попробовать поучаствовать в конкурсе дизайнеров. Это бы сделало мою карьеру еще более успешной, хотя и сейчас без дела уже не сижу, не то что было поначалу.

— Мне надо сначала поговорить с братом. Он привел тебя сюда и знает, где находится твой мир.

Я видела, что тема доставляет дракону неудобство. Он был не в восторге от того, что я хотела домой, а не вешалась ему на шею, как последняя дурочка. Ну а что он ожидал от современной женщины? Нет, может и есть те, что влюбляются без оглядки, но не все же такие. И мой выбор мужчины определенно не будет велением левой пятки, ведь мне с ним жить жизнь. Тут надо все взвесить, обдумать, решить, хотя, конечно, детишек я уже хотела. Но точно не с первым встречным!

А вдруг он храпит во сне? Вдруг ходит? Или пускает газы целыми днями. А может, он не любит чистить зубы или разбрасывает свои носки под кроватью? Вроде бы мелочи, но важные при выборе спутника жизни. Такое не узнаешь за пару дней совместной жизни.

— Валяй, — махнула рукой, вставая и двигаясь прочь. Сама найду выход. Дворец виден и отсюда с его белоснежными шпилями и куполами, надо просто дойти до него, а там обойти кругом, чтобы войти с нужной мне стороны, где я помню дорогу до своей комнаты. — Позовешь, как поговоришь.

Я испытывала острое разочарование. В самом деле, почему я должна доверять ему и верить, что это не очередной обман? Сейчас он поговорит с братом, потом со сватом, затем посоветуется с каким-нибудь древним каменным драконом, который должен дать свое благословение… И это затянется на год-другой.

Ох, очередной спазм скрутил мой живот с особой силой, и я остановилась, чтобы переждать под эти невеселые мысли. Спустя пару минут медленно двинулась дальше, остро жалея, что нурофена местные пока не придумали. Только он мне и помогал в такие дни.

— Постой! — Дар нагнал меня как раз на очередной развилке, где я решала, куда свернуть — направо или налево.

Этот парк красивый, конечно, но очень уж путаный. И я до сих пор не понимаю, как он может быть тут, среди практически пустыни. Я ведь видела пески, скалы без единого деревца. Оазис, что ли, какой, на котором и устроен дворец? Похоже на то.

— Что еще?

Мне не хотелось разговаривать. У меня болит живот, и я устала. А еще голодна. Время давно обеденное.

— Ты расстроена… Почему?

Он словно бы не понимал, заглядывая мне в глаза, как большой котик. Если надеется, что растаю от этого проникновенного несчастного взгляда, то пусть не рассчитывает. У меня аллергия на все виды «глазок кота из Шрека». Один из бывших вечно любил их строить, когда косячил. Я на всю жизнь его запомнила и выработала иммунитет.

— А почему я должна радоваться? — задала встречный вопрос, пытаясь мыслить логически, а не эмоциями. — Всего лишь вышла на пробежку, а оказалась тут. Я не мечтала стать классической попаданкой и познакомиться с настоящим драконом. Я всего лишь хотела хорошо выполнить свою работу там, дома, заработать немного денег, свозить родителей отдохнуть, сама съездить. Может быть, встретить свою любовь, выйти замуж, родить детей… А теперь что?

Вопрос повис в пустоте. Жаркое солнце ощутимо припекало голову и попадало на кожу, отчего у меня опять начали образовываться веснушки, которые я терпеть не могла. Надо поскорее спрятаться! Однако на моем пути стоял мужчина — обойти можно, но я бы хотела сначала услышать ответ на свой вопрос.

— Но я же согласился пойти с тобой! — ответил Дар спустя минут десять тишины.

Я тяжко вздохнула. Вот как маленький, честное слово. Этот довод работал бы в садике.

— После того как заявил, что домой попасть невозможно, — грустно улыбнулась. — Слушай, я не знаю, что у вас тут за драконий культ, но я к нему не принадлежу. В обморок при виде твоей неземной красоты падать не собираюсь. И доверять тебе или твоим людям… С чего бы? В первую нашу встречу ты меня оскорбил, а твои слуги оставили мне эти синяки. — Я сунула под нос Дарвиэлю запястья, где синий цвет как раз только переходил в фиолетовый, наблюдая, как его глаза мгновенно изменили форму, превращаясь в звериные. Чудом не отшатнулась, так как стояла слишком близко. Не то чтобы это было страшно, я почти привыкла, просто не знаю, чего ожидать от этого мужчины, вот и все. — Сегодня вообще был тяжелый день. Давай просто не будем, — закончила скороговоркой.

Пошла дальше, выбрав дорожку, противоположную тому направлению, в котором стоял Дарвиэль.

В этот раз меня никто не останавливал и я, поплутав, все же вышла к нужной двери… точнее, к открытой галерее к бассейну. Опять этот бассейн! И с удивлением отметила, как целая толпа народа отковыривала дурацкие статуи по углам.

Понаблюдала за процессом, с мысленным злорадством глядя, как у одной из статуй отвалился хвост. Страшилище же!

— Что вы делаете? — спросила у мужчин, которые кое-как волокли безвкусную поделку прочь, наконец сумев отковырять одну.

— Хозяин велел убрать украшения и расширить чашу, согласно его рисунку.

Мне показали набросок, где я сама нарисовала большой овальный бассейн, прикидывая, какая форма будет смотреться лучше. Помнится, мы тогда обсуждали с Даром, что лучше бы сделать овал, но… окончательно я проект ему еще не представляла.

А он… Сердце замерло. Неужели действительно решил сделать ремонт по моему проекту?

Сама не знаю почему, но стало чуть легче. Даже дышать стало свободнее как-то. Хоть в этом он не врал.

— Что еще вам велел сделать хозяин? — уточнила на всякий случай.

— Разобрать вот это все, подготовить стены к нанесению цвета. Убрать рисунки…

Мужчины отвечали охотно, хотя и косились так, словно у меня третья голова выросла. Странный мир. А еще они почему-то с ощутимой опаской косились мне за спину. Кто там?

Я сглотнула, обернулась,

Я действительно не понимала, могу ли ему верить и сказал ли он мне правду. Но увидев на самом деле начавшийся демонтаж, я уже не была так категорична.

Так мы и молчали, глядя глаза в глаза и пытаясь прочитать друг по другу каждый что-то свое. Я сдалась первой. В конце концов, я женщина и должна быть умнее и хитрее.

— Проводишь до комнаты? — попросила. И мужчина откликнулся, радостно улыбаясь и подходя ближе.

Я видела, как он буквально засветился, хотя вопрос был самым обычным. Но видимо, действительно переживал, что могу совсем его оттолкнуть.

— Конечно! — Его взгляд был теплым и несколько загадочным. — А может быть, пообедаешь со мной? Ты ничего не ела… Я приказывал поднести нам обед в беседку, но ты убежала.

Надо же… а я не знала, что он это приказывал. Да и когда успел? Опять магия? Уже голова кругом от всего.

— Сначала мне надо зайти в ванную. Потом — с удовольствием.

В самом деле, есть в одиночестве было весьма скучно. А служанка Сора есть со мной за одним столом отказывалась категорически. Она вообще оказалась весьма странной девицей. При слове «месячные» сбежала утром, и больше я ее не видела. Правда, помогла с одеждой, но опять же, брюки отказалась приносить категорически.

Сделав все свои дела, ополоснувшись и переодевшись в новое платье, я все же вышла в общую гостиную, где на диване меня ждал дракон, который тут же вскочил, подавая руку, словно я инвалид и не могу идти самостоятельно. Хотя, наверное, я просто предвзята, потому что злюсь, притом сама на себя. В кои-то веки на меня посмотрел такой шикарный мужик — богатый, образованный, — а я… нос ворочу, как последняя дурында, только потому, что у него гарем и меня силой затолкали в этот их волшебный мир совсем не сказок.

— Я хотел показать тебе свое любимое после бассейна место во дворце, но мне ответил брат. Ты не против пообедать с ним?

— Это тот, который меня упер из моего мира? — попробовала припомнить его внешность, но та по-прежнему плохо складывалась у меня в голове. Опять магия какая-то? Но точно помню: глаза у него голубые.

— Да. Обещаю, он к тебе даже не прикоснется.

Боялся бы лучше, чтобы я к нему не прикоснулась. Увижу — точно выдергаю все волосюшки за то, что сюда отправил. В гарем этот их злосчастный. Вот на кого и вправду можно злиться — он стопроцентно виноват! Только вот эмоций пока что сильных не было. Должно быть, утром выплеснула уже все, что могла, пока ехала в карете.

— Пошли уже. Но учти — ты обещал поговорить с ним о том, чтобы отправить меня домой!

— Да. Я помню, не переживай. Только я пойду с тобой.

Пожала плечами. Это уже детали, но я бы глянула на этого любителя гаремов в моем мире. Женщины облепили бы его со всех сторон и за волосы слегка потаскали точно, но это его проблемы. Хотя внешняя красота для жительниц нашего провинциального городка не так уж важна, главное — надёжность и умение содержать семью, а не внешняя оболочка. Я и сама считала, что с лица воду не пить. Мужчина должен оставаться мужчиной.

— Как хочешь, — усмехнулась, — постелю тебе на диванчике в гостиной.

Если он считает, что напугал меня, пусть боится сам. Уверена, он сбежит после дня жизни без слуг и прочих прелестей султанства. Или кто он там. Падишах? В общем, виноград ему никто подавать не станет — это факт. А то, что здешняя моя комната больше моей родной квартирки — ну упс… Придется привыкать.

— У тебя поднялось настроение, — словно читая мои эмоции, сказал мужчина.

Я широко улыбнулась.

— Представила тебя на моей кухне, готовящего завтрак в постель. Ты ведь хочешь стать «хорошим мужем».

Зубы мужчины скрипнули.

Возможно, это и в самом деле будет интересно.

Глава 25

— Ты что предлагаешь? — Я в шоке посмотрела на мужчину, не в силах осознать его слова.

Мы стояли на крыше дворца, на какой-то огромной смотровой площадке, откуда открывался просто потрясающий вид на морскую пучину. Ветер колыхал наши волосы, слегка раздувая жару и делая этот мир еще чуточку выносимее.

Я смотрела на совершенного красавца передо мной. Сегодня, видимо по случаю поездки в гости, он был одет как-то иначе. Богаче, что ли… помпезнее, хотя я не могла сказать, что до сих пор одежда этого мужчины была простой, но сейчас… От него словно веяло мощью, богатством и силой, чего не было раньше. Черные смоляные пряди сейчас, видимо для разнообразия (а может, по какой-то неведомой драконьей традиции), были завязаны в слабую косу нового для меня плетения, странно делая образ еще более мужественным. Голубые глаза и вовсе могли посоперничать своим цветом с небом.

По сравнению с таким красавцем я явно смотрелась блекло и непривлекательно. Но мне и не надо выделяться.

— Дворец брата находится довольно далеко, драконом я смогу добраться туда значительно быстрее, — повторил Дар спокойно, но вот мне спокойнее не стало. Наоборот, я запаниковала сильнее.

Он опять превратится в этого огромного монстра, который меня едва не сожрал?! Нет уж, на такое я не подписывалась. К тому же это совсем не самолет, где ты спокойно садишься в кресло, пристегиваешься, шасси плавно отрывается от земли… Тут нечто другое!

— А можно порталом там каким-нибудь? — Я надеялась на чудо.

— Порталы нельзя открывать без сильной нужды — это портит сеть мира, делая ее нестабильной.

Трындец. Он не шутит? Судя по серьезному лицу — нет. И что делать?

— Может быть, тогда на лошади? — Я пыталась всячески избежать неизбежного.

— Ехать на лошади около недели.

— А почему на драконе минут двадцать? — тут же озадачилась.

— В образе дракона мы способны развивать очень высокие скорости при полете. Это безопасно и быстро.

Черт! Неужели и правда придется увидеть эту образину второй раз?! Но если я правда планирую дать ему шанс, как обещала, взамен на то, что он доставит меня домой… Ар-р-р! Похоже, что надо решаться, тем более, по словам мужчины, он прекрасно контролирует себя в том образе и точно меня не собирается есть. Это обнадеживает. Не сильно.

— А на человеке как скажутся такие перегрузки?

Если он говорит, что скорость действительно высока, то стоит уточнить.

Мужчина пожал плечами.

— Твоему здоровью ничего не угрожает. Драконы иногда носят своих Жемчужин по миру. И я ни разу не слышал, чтобы с ними что-то случалось.

— Да, но ни одна из них не была иномирянкой! А вдруг у меня аллергия?! — выдала совсем уже бред.

— Это что такое? — озадачился Дарвиэль.

Они тут про медицину вообще не слышали. Буду удивлена, если в курсе, с какой стороны печень.

— Это когда плохо потом становится, — выдохнула, понимая, что все равно решаться надо. Чем дольше я тяну, тем больше волнуются родители, а это совсем не дело. — Ладно, давай уже!

Зажмурилась, готовая если что заорать, но ничего не происходило. Минуту. Две, три…

Я приоткрыла один глаз и посмотрела на весьма озадаченного Дара, так и стоящего на некотором отдалении и рассматривающего меня в ответ.

— Почему ты не обращаешься и не летишь?

— Как? — удивился он.

— Не знаю, — пожала плечами. — Обычно.

Брови мужчины сошлись на переносице, выдавая напряженную работу мысли.

— Ты боишься, — догадался он, внимательно посмотрев.

Я усмехнулась, понимая, что прямо сейчас меня никто в зубы хватать не станет. Хотя не могу сказать, что коленки перестали дрожать. Скорее, я вообще уже ног не чувствовала, как бы не упасть на этот их белый мрамор…

— Разве это не очевидно? — дернула за дурацкий подол платья, мечтая уже поскорее оказаться дома и надеть любимые джинсы. И кроссовки! В первую очередь их!

— Но почему ты боишься? — задал дракон совершенно дурацкий вопрос.

— Потому что боюсь, — пожала плечами. Вот как я ему скажу? Самой бы еще понимать. — Я никогда ящериц не любила. Они большие и непонятные для меня. А тут мало того, что ящерица, так еще и огромная.

— Я не ящерица! — тут же возмутился Дарвиэль. Его голубые глаза зажглись ярким светом, словно фонарики. Выглядело странно… и интересно. Ветер налетел с новой силой, выбивая пару прядей из его прически, делая образ мужчины еще более нереальным. Нет, ведь точно мужика на сувениры разберут в моем мире. Хотя… может, тогда он переключится на кого-то иного? Не на меня?!

— Еще какая ящерица, — кивнула, поддразнивая. Но затем сама же и сдалась, ведь это все некрасиво. — Послушай, я не знаю, почему боюсь. Просто боюсь, и все. Давай уже быстрее, пока я не передумала. Я правда хочу к родителям.

Мужчина едва заметно скривился, словно то, что я хочу в свой мир, было для него огромной головной болью. Хотя, может, оно так и было, я ж не знаю. Но я в этот их мир точно не напрашивалась, так что пусть вернут туда, откуда взяли! И желательно с процентами!

— Хорошо. Я обращаюсь, ты залезаешь мне на спину. Садишься четко за крыльями, касаясь их коленями. Ни перед, ни дальше сзади. Упасть я тебе не дам, но все равно крепко держись за пластины. Лучше всего — прижмись ко мне корпусом.

Эм… я еще и сидеть на нем должна?! Но не успела возмутиться или испугаться, как передо мной оказалась…

Твою ж! Отшатнулась, ощущая, как сердце разгоняется в груди от ужаса. Минута. Две. Три. Ох. Надо все же успокоиться и попробовать. Медленно протянула руку, перебарывая себя.

Дракон замер, позволяя мне сначала успокоиться, а потом даже потрогать себя. Коснулась шершавых на ощупь, крупных чешуек. Прошла вдоль большого бока, поражаясь, насколько же он огромный. Наверное, чуть меньше средненького особнячка. Мда…

— И как прикажешь мне на тебя забираться?! — Я наконец осмелела настолько, что сделала попытку уцепиться за крыло и подтянуться вверх. — Я же не акробатка!

Дарвиэль молча подполз (вот кто он после этого, кроме как ящерица?) к широкому парапету перилл, ведущих вниз. Я с сомнением посмотрела вниз — голова тут же закружилась, и стало дурно.

— Я же гробанусь! — ужаснулась, но уже не так ярко, как раньше, скорее просто прикидывая, как приловчиться и подпрыгнуть на эту махину. Мне бы залезть, а дальше уж как-нибудь…

Дарвиэль выгнул шею и укоризненно посмотрел на меня голубым глазом.

— Да помню я твое обещание, что не упаду. Просто слабо себе это представляю.

Я наконец решилась и наступила на широкий уступ, держась при этом за большое крыло, как за точку опоры. Затем все же подпрыгнула, кое-как домахнув до сгиба на передней лапе, а уже оттуда, оттолкнувшись со всей мощи, добралась до верха, зацепилась за шип (или что это такое?) на спине и… распласталась, как морская звезда, посреди спины этого ящера. Сосчитала до десяти, попыталась встать на четвереньки и только затем поползла, постоянно матерясь на платье, неудобный подол и дурацкие местные наряды в целом, попутно вышвырнув прочь обувку, которая так и норовила все равно свалиться.

А еще под руки постоянно лезли волосы. Остригу их к фигам в этот же вечер!

— Я готова! — Спустя целую вечность мне все же удалось устроиться где велено, хотя я скорее легла, чем села.

Дарвиэль снова выгнул шею и посмотрел на меня одним глазом, словно проверяя, а затем…

— А-а-а-а-а! — орала я так вдохновенно, что, наверное, ведь дворец сбежался посмотреть, как меня тут режут. Но вот воздух в легких закончился, я немного подумала и перешла на могучий русский мат! Вот чтоб я еще раз! Хоть раз! Хоть крошечный раз!..

Я орала, цеплялась за шершавые пластины пальцами, остро надеясь не свалиться, и мечтала, чтобы это все поскорее закончилось.

Какой идиот сказал, что на драконах летать весело?! Ему бы такое счастье!

Глава 26

— А-а-а-а!

Я орала, наверное, весь полет, но это было еще ничего, по сравнению с тем, что меня ждало перед приземлением. А именно — дракон мало того, что чуть ли не бомбочкой решил нырнуть вниз, отчего заложило уши, заломило голову, а душа ушла в пятки, но еще и само ощущение резкого удара, который выбил весь воздух из легких, заставил голову болеть, да и в целом оказался совсем не безобидным.

Разжав руки, кое-как сползла на землю, радуясь, что этот кошмар закончился, ощущая себя поломанной там, где только можно. К тому же все дрожало от сильного перенапряжения, ведь вцепилась в этого чешуйчатого так, что пальцы занемели, что уж там говорить про остальное тело. Все гудело. Голова кружилась и тошнило.

— Алиса! — Дарвиэль тут же кинулся ко мне, обратившись обратно в человекоподобное существо. — Ты как?

Как? Да я не могла даже встать, не то что сказать

— Не все люди переносят полеты адекватно. Тебе стоило ее обратить, — чей-то новый голос.

Чудом я сумела поднять голову и едва не застонала от отчаяния, рассматривая знакомого незнакомца. К нам подошел тот самый гад, который перенес меня сюда. Ямочка на подбородке, черные волосы (правда, теперь они почему-то были значительно длиннее, но и у меня в этом мире они удлинились, так что не стоит удивляться), голубые глаза чуть более светлого оттенка, чем у его брата (внешняя схожесть была налицо). Ар-р-р-р… А у меня даже сил нет, чтобы ему ответить!

Теперь я его вспомнила достаточно четко, чтобы утверждать, что в тот тоннель меня отправил именно он, для начала попытав, хочу ли я добиться сердца кого-то там мужика. Я-то думала, он шутит!.. Точнее, что флиртует так странно! Ох, кто бы знал… Бежала бы я тогда себе и бежала.

Шумно выдохнула, прикрыв глаза. Лишь бы не вырвало…

— Ну ты же отказался лететь ко мне! — огрызнулся Дар не слишком радостно, при этом продолжая находиться около меня.

— И что, никакой радости? Я тебе твою Жемчужину нашел, а ты огрызаешься, — младший дракон явно развлекался за наш счет. Впрочем, и близко не подходил. Вот и ладненько.

Ну и пусть. Мне бы полежать, и желательно не на каменной площадке. А то холодно же!

— Воды принеси! А лучше отвар какой-нибудь, который поможет! — приказал мой дракон, беря меня на руки и баюкая, как ребенка.

Ох, лучше бы не трогал — тошнота подступила с новой силой. Мир завертелся. Хотя было приятно, что Дар явно беспокоился о моем состоянии. Это было в самом деле ценно.

— Я не держу у себя ничего для людей, если помнишь. На твоем месте я бы перенес ее на кровать. Замерзнет, простынет…

Кстати да, отметила, что камень был холодный, а не горячий. Да и ветер тут в целом… Бр-р-р!

— Тебя забыл спросить!

Мы поднялись, отчего я ощутила себя, как на карусели, — голова вновь сильно закружилась, стало дурно.

— Осторожнее! — выдохнула, ощущая, что еще немного, и одежда дракона художественно украсится моим так и не съеденным обедом. И мне даже стыдно не будет.

На самом деле, весьма действенный способ похудеть: есть мне пока совсем не хотелось, и я была рада, что мы не пообедали во дворце у Дарвиэля.

Мельком отметила, что меня занесли в полутёмное помещение.

— Алиса, ты как?

Спустя пару минут меня посадили в кресло, в руках оказалась теплая кружка с каким-то приятно пахнущим чаем, боль и головокружение медленно отступали.

— Нормально, — сделала три глотка жидкости, ощущая, как мне на самом деле становится лучше. — Но больше я никуда не полечу. Лучше неделю на лошадях.

Мой дракон слегка повеселел, заметив, что я уже способна разговаривать.

— Это ты пока так говоришь, а вот когда станешь драконицей…

Даже представлять боюсь, хотя про то, что я кем-то там должна стать информация интересная.

— Я буду первой в мире драконицей, боящейся летать, — предупредила.

Нафиг мне такое счастье, обойдусь. Меня в самолете-то укачивает, а он про открытый воздух.

— Не будешь. Там все будет совсем иначе.

Поверю на слово, потому что на самом деле было в этом предложении нечто завораживающее. Фундаментальное. Сама не знаю даже, что именно.

— Я надеюсь, ты все же прилетел меня поблагодарить.

Родственник Дарвиэля был весьма настырным, подмигивая мне, когда на него посмотрела. К слову, он уселся в кресло напротив как ни в чем не бывало, тогда как Дар был вынужден устроиться около меня на подлокотнике.

Младший брат моего персонального ужаса явно был доволен собой, глядя на нас с плохо понятной мне эмоцией. Возможно, это было самодовольство. Или гордость? Радость? Я скривилась.

— Вообще-то, я прилетел попросить отправить меня и Алису обратно в ее мир, Риндэль.

О, забавное имечко. У родителей явно небогато с фантазией — так называть своих детей. Или у местных приятно, чтобы все имена заканчивались на «-эль»? Вероятнее, второе.

— Неожиданно, — Рин явно удивился. — С чего вдруг ты решил там пожить? Не самый гостеприимный мир, я тебе скажу. И магии там нет.

— У моей Жемчужины там семья, и я не могу допустить, чтобы она волновалась, — это было сказано таким проникновенным и заботливым тоном.

Невольно восхитилась, глядя на уверенного в себе мужчину. Может, мне и вправду попался тот, кто нужен? Хотя это сомнительно, я ведь его совсем не знаю. Но если он действительно отправится со мной, то у нас будет время узнать друг друга лучше.

— Похвально, но ты ведь понимаешь, что если пробудешь там дольше нескольких месяцев, то погибнешь, раз это немагический мир? Я сам не могу там находиться дольше месяца, иначе рискую не попасть обратно.

— Понимаю, но для этого у меня есть ты — ты вернешь меня сюда, когда станет совсем критично. — Дарвиэль был непреклонен в своем решении. Это подкупало. — И да, есть еще кое-что. Кто из твоих дружков наследил в моем гареме? Ты в курсе, что девушка забеременела?!

Вот теперь я могла увидеть ошарашенное лицо этого Риндэля. Ох, его бы сковородкой еще сверху, была бы полная красота!

— Кто? — в шоке выдохнул младший брат моего персонального драконистого кошмара.

— А ты еще и по именам всех в моем гареме знаешь? — укоризненно покачал головой старший мужчина. — Заведи себе свой, раз чужие покоя не дают. А то вроде как изображаешь из себя правильного, отвергаешь устои нашего существования, насмотревшись на другие миры, а сам…

Я села удобнее, наблюдая за этим цирком. В самом деле же интересно! Сюда бы еще попкорн, и вовсе была бы красота. Лучше всякой Санта-Барбары!

— И когда ты вообще открыл свой личный дар, не рано?! — Дар, не дождавшись ответа, посмотрел на братца с некоторым беспокойством.

— Не знаю, он сам. Однажды я просто проснулся и понял, что могу видеть похожие души. Ваши, например, светятся в одном цветовом диапазоне. Вот я и решил подкинуть ее тебе и посмотреть, что будет. И я оказался прав! Она твоя Жемчужина. Теперь вот подтвердилось, что и твоим гаремом я угадал, приведя туда друга…

— Имя друга так и не скажешь? — Дар хмыкнул. Он явно был доволен чем-то, но, похоже, не собирался озвучивать, чем же именно.

— Нет. Зачем? Чтобы ты его вызвал на бой? — Рин ответил немного зло и нервно.

Не думала, что у них такое процветает. Впрочем, это

— Раз не хочешь говорить, пусть в качестве компенсации оставит в моем дворце семь сундуков с золотом и один с драгоценными камнями и забирает свою Жемчужину. — Дарвиэль явно не собирался упускать выгоду.

— А если у него нет столько? — уточнил осторожно Рин.

— Одолжи, раз он твой друг. Ну или пусть поработает и добудет — мне без разницы. Научился ходить под чужой личиной по чужим же гаремам, научится и платить за свой проступок.

Риндэль поджал губы и кивнул, переводя взгляд на меня.

— Алиса, — он слабо улыбнулся, явно озадачившись будущими проблемами своих друзей, — тебе лучше? Мы ведь так и не познакомились нормально.

О, вспомнил наконец, прекратив давить на меня своим самодовольством.

— Оно и к лучшему, — я улыбнулась, как чеширский кот, — во все тридцать два зуба. — Если бы познакомились, меня бы и семь дней пути на лошади не остановили, чтобы разбить тебе лицо из-за твоей самодеятельности. Я думала, ты ко мне клеишься, а не соглашалась на перенос в другой мир!

Злиться надо тогда, когда есть смысл злиться, тут же… практически очевидно, что он просто еще слишком молод. Вон, даже Дар хоть и огрызается, но попутно учит младшего брата, как нужно жить. Да и сейчас, посмотрев на него лучше, когда флер романтики спал с глаз, я и сама видела, что больше восемнадцати ему не дашь. Не то чтобы совсем малолетка, но… неопытный явно. В моем мире он выглядел точно постарше, но опять же — я не исключаю влияния этих внешних метаморфоз, которые происходят при переходе: длинные волосы, платье вместо спортивной формы…

— Мама всегда говорила, что Дракон и Жемчужина из одной стали справлены, — задумчиво протянул младший брат Дарвиэля.

Хмыкнула. Забавная у них вариация на тему поговорки «Муж и жена — одна сатана».

— Ты обед обещал, а потом мы бы хотели отправиться в мир Алисы, — на сей раз мягко сказал Дар, явно пытаясь не усугублять конфликт.

Молодой дракон кивнул.

— Хорошо, идем в столовую, покормлю. И заодно расскажу, чего можно ожидать от того мира.

Я встала, уже чувствуя себя уверенно, — ноги больше не были ватными, да и голова не кружилась. Хороший у них тут чаек подают.

— Я знаю, чего от него ожидать, да и если там опять эти американские горки, то давай лучше на голодный желудок и сразу ко мне в квартиру. А там я пиццу закажу. С голода не умрем.

Риндель с удивлением посмотрел на меня, словно не ожидал такого нетерпения. А у меня уже внутри свербело. Домой… домой! Скорее! Не хочу я их обеды есть, хочу домой, пусть даже к пустому холодильнику, но домой!

— Дар? — Он словно спрашивал мнения у старшего брата, но Дарвиэль лишь подошел ко мне поближе и обнял за плечи.

— Делай, что говорит моя Жемчужина, я разберусь.

Младший дракон шумно выдохнул.

— Я… — он растерянно посмотрел сначала на меня, затем на брата, — ровно через три месяца я верну вас обоих обратно, — закончил уже спокойно. — Решайте там свои дела, но поторопитесь. Я не шутил, когда говорил, что надолго там дракону оставаться опасно. И возьми накопитель побольше, — в руки Дарвиэлю сунули какую-то круглую бляху, которую он тут же повесил себе на шею, — иначе магия совсем работать не будет. Готовы?

Я кивнула. Скорее же! Скорей!..

Снова та самая вспышка света, а затем тоннель…

— А-а-а-а! — орала я, летя сквозь него черт знает куда, опять пребольно ударяясь о стенки.

Черт бы побрал этот день, он кончится или нет?!

И вот наконец стали видны очертания моей комнаты, а затем… Вот же черт! Мир померк после того, как я стукнулась головой о пол, а сверху меня придавило чем-то тяжелым.

Шкаф, что ли, упал?!

Глава 27

Голова была тяжелая, словно я не спала несколько дней подряд. Или, наоборот, спала слишком долго, переспав, но глаза открывать дико не хотелось. За окном привычно гудел город. Где-то невдалеке выли сирены скорой или пожарной машины. Под окном дрались какие-то коты, подвывая и шипя друг на друга.

Дзи-и-инь. Дзи-и-инь… Мерзко тренькал звонок, поставленный мной в прошлом месяце на дверь, так как домофон слишком часто не работал, а из-за толщины двери я плохо слышала стук.

— Алиса, — тут же прошептал кто-то над ухом тихо. — Алиса…

Я дернулась, пытаясь вспомнить, что было вчера, но память услужливо подсказала, что никаких отношений на ночь у меня не было. Как и в целом отношений. Снился, правда, какой-то волшебно-странный сон… Ведь драконов в жизни не бывает, правда?

— Алиса, там что-то шумит! — опять тем же басом.

Распахнула глаза и… Наткнувшись взглядом на уже знакомого как раз таки по сну Дарвиэля, в шоке осмотрелась по сторонам. Это что, был не сон? Я и правда была в какой-то параллельной реальности, где существуют гаремы и драконы, полеты?.. В шоке перевела взгляд на свои запястья, что все еще цвели буйным фиолетовым оттенком. Ох! Как же я маме покажусь?! Надо замазать все тональником! И позвонить! Да, позвонить сначала!

— Дом? — выдохнула, не в силах поверить, что я правда в своей родной квартирке, лежу на своей кроватке, и я действительно была в волшебной стране, раз рядом со мной этот властелин гарема.

Правда, выглядел он совсем не так, как в том мире: длинные волосы исчезли, сменившись на модную короткую стрижку, взгляд вроде бы тот же, но невозможный для нашего мира цвет радужки испарился, став привычным спокойно-голубым. Смотрелось по-прежнему круто, но уже не так дико. Да и одежда… он что, в карнавальном костюме?

Хихикнула, понимая, что наш мир не смог иначе интерпретировать его расшитый золотом дорогой костюмчик.

А я? Я тоже изменилась?

Тут же рука потянулась к снова нормальным волосам моей привычной длины. Фух… надоела эта длинная грива кудрей. Я же не в мультике «Храброе сердце», чтобы они не мешались.

А одежда? Вскочила с места, ощупывая себя со всех сторон и оглядывая в ростовое зеркало прямо здесь же, в спальной комнате. Вместо жуткого платья на мне оказалось похожее, но более современного фасона. И слава всем богам — до колена, а не до пят! Ноги босиком, но это должно быть потому, что я была в кровати. Волосы художественно растрепаны, концы сухие, сами тусклые, но с такой длиной меня это мало волновало. Использую бальзам, и дело с

Дзи-и-инь!

Дверной звонок раскричался снова, и я только сейчас осознала. Ох! Меня же не было дома несколько суток! Я как ушла на ту злополучную пробежку, так и не вернулась!

Кинулась к двери, тут же распахивая ее, надеясь, что там не полиция с собаками.

— Мама?! — это была не полиция, но кое-что явно похуже!

В ужасе смотрела на бледное лицо родительницы. Мама за эти дни осунулась, похудела. Глаза красные, заплаканные. Даже одежда темных траурных оттенков. Ох…

— Мама!

Кинулась ей на шею, словно сто лет не видела. Хотя в моем понимании, наверное, это так и было. Я столько впечатлений получила в том мире за пару дней, что на много лет вперед хватит!

Ощущение материнского тепла, заботы окутало со всех сторон. Родной запах яблочного шампуня, что всегда использует родительница, успокаивал. И даже кошачья вонь из подъезда меня сейчас волновала мало!

— Алиса! — Мама крепко меня обняла, отчего аж косточки хрустнули. — Живая… — Ее всю трясло.

— Да, живая.

Кивнула, ощущая, как сама уже рыдаю. От радости, что наконец дома! В родном городе. На родной матушке-Земле. Как же хорошо здесь!

Мама еще сильнее сжала меня, а уже спустя минуту оттолкнула, стирая со щеки слезинку. Ее ошарашенное, но счастливое выражение лица тут же сменилось на злое, обеспокоенное, особенно когда она заметила мои запястья.

Ох! Только этого для полного счастья не хватало!

— Ты где была?! Почему не брала трубку! — Она уперла руки в бока. Только я знала, что злится она сейчас не взаправду, напереживавшись от души. И я ее понимаю. — И это что за клоун, прости-хосподи?! — Мама посмотрела мне за спину.

Я тоже обернулась, рассматривая спокойно стоящего посреди моего крошечного коридора дракона. И смотрелся он тут… словно слон в посудной лавке, не иначе. Ох, Дарвиэль!

Я спохватилась, вновь глядя на родительницу. Вот и как объяснить маме, кто он?

— Ты проходи! — Я засуетилась, пытаясь хоть как-то отвлечь ее внимание. — Я сейчас все расскажу! У меня такой проект в работе!..

Она же мне не поверит… Что делать-то? Что делать?!

Глава 28

— Ты главное садись!

Я засуетилась и потащила маму на кухню, где и усадила за обеденный стол, лихорадочно размышляя, что можно сказать такого, объясняющего и мое отсутствие, и то, что не брала трубку, и дракона в моей квартире… Поставила чайник, нашла печенье в шкафчике, откопала в холодильнике варенье.

Живот словно назло отозвался голодной руладой. Мы ведь без обеда остались… Когда это было? Вчера? Жуть какая, я бы сейчас слона вместе с хоботом съела. Надо бы пиццу заказать, но сначала мама. Я потерплю, что теперь поделать.

— Я жду, Алиса!

Родительница была явно настроена агрессивно. Особенно зло она смотрела на мужчину, который ходил за мной как хвост, явно не зная, куда себя деть. Я видела, как ему неловко в столь узком пространстве и как дико он смотрит и на электрический чайник, и на холодильник. Хоть улыбался и пытался сделать вид, что он в этом мире не впервые… И на том спасибо! Правда, его диковатый взгляд все же выдавал его с головой.

Как его представить? Иностранец! И лучше бы придумать что-то подальше, только вот что?..

— Видишь ли… — Я пыталась что-то придумать, но ничего не шло.

— Я нанял вашу дочь! — невпопад ляпнул Дарвиэль, едва не заставив меня сделать фейспалм.

Хотя ведь и не поспоришь… Точно! Это идея! Можно ведь сделать все приближенно к реальности! Он где живет? В пустыне, вот и сделаем его пустынным жителем!

— Да-да! — Я улыбнулась и подтолкнула Дара вперед. — Вот, познакомься, это Дар, он русский, но в Дубае живет! Прямо в пустыне, представляешь? — Меня озарило вдохновение. — И вот, значит, я делаю свой последний проект, ну того, дома для бабушки, Нины Степановны, я тебе рассказывала о нем, там целый коттедж, есть где размахнуться. А он оказался другом хозяина, приехал погостить. Ну мы и познакомились, он сразу мой проект оценил и к себе позвал работать! В пустыню, представляешь! У него там дом большой! Сказал, что ждать нет времени, мы сели на самолет и вжух! А я балда, телефон дома оставила, а через роуминг, сама понимаешь, да и неудобно… — развела руками, понимая, что я вроде бы даже близка к правде. Если с натяжкой. — В общем, вот мы только с самолета! Зашли в квартиру буквально пару минут назад, я звонить хотела, а тут ты!

Мама молча взирала на меня с непроницаемым лицом. И я уже видела, как налет скепсиса медленно начинает развеиваться в ее взгляде, когда дракон опять все испортил:

— Я хочу вашу дочь! — выдал он, как неадерталец.

Ну вот что ему стоило промолчать? Надо будет научить поговорке «молчание — золото». Первым же делом! Может, у них есть какой-то драконий аналог даже.

— Замуж! Замуж он меня позвал! — срочно исправила ситуацию, а то звучало максимально странно. Хотя кто знает, какие обычаи у этих драконов. Может, они и вправду вваливаются в дом родителей невесты и заявляют с порога, что хотят, а там все и рады. Я как-то не успела изучить их обычаи. — Мы через три месяца к нему переедем. Насовсем, мама.

Мама открыла было рот, но затем его закрыла. Нахмурилась. Затем снова что-то хотела было сказать, но так и не сказала.

Я же продолжала улыбаться как дурочка, чтобы сгладить ситуацию. А еще для достоверности протянула руку к мужчине и переплела наши пальцы, отчего Дар взглянул было на меня с удивлением, но быстро взял себя в руки, еще шире улыбаясь маме.

Минута, две, три… Это уже выглядело странно, но чайник словно по команде закипел, и я кинулась разливать, толкая Дарвиэля чтобы тоже сел и не маячил, как укор совести, посреди и без того тесной кухни.

Я успела поставить перед каждым по чашке с чаем, коробочку с пакетиками заварки, сахарницу с ложечками. В комнате все еще царило молчание.

— Хорошо. — Мама наконец отмерла, и я облегченно выдохнула. Ее взгляд еще не просветлел, но я чувствовала, что буря миновала. По крайней мере, орать никто не будет. Да и взрослая я для этого, наверное. Хотя говорят же, что мы для своих родителей всегда дети. — Тогда почему он в цирковом костюме? — спросила она, еще раз оценивающим взглядом проходясь по моему «жениху».

Мда… это сложно объяснить. Не говорить же чепуху, что у них там так принято. Не такие уж у меня родители дремучие, чтобы поверить. Нормальные родители, сразу поймут

— Так это я готовлюсь сдать заказ! Помнишь же, говорила, что детский праздник оформляю. Сцену и костюмы. Вот это тестовый вариант, мы пока из аэропорта ехали, заказчица звонила, просила взять, оценить. Ну и вот пока я зарядник от телефона искала, Дар успел переодеться. Это я его попросила, чтобы понятнее было.

Что я несу?.. Но выбора-то нет. Скажи я, что была в чужом мире, да еще и насильно, мама меня быстро в психушку упечет. Она у меня такая: сначала скажет, что надо полечиться, а потом поминай как звали. В этом плане ее можно назвать упрямой. Впрочем, я же в нее. Стоит ли удивляться? Как что-то втемяшится в голову, так ничем не выгонишь уже.

— Хорошо. — Мама явно зачастила с этим словом. От шока, наверное. — Тогда еще вопрос: откуда следы на руках?

Черт! Синяки! Мда, это надо как-то объяснить. И желательно без всяких…

— Простите, а это я виноват! — Наконец Дар сказал что-то дельное. Хотя, судя по взгляду мамы, сейчас она его прикопает под входным ковриком за такое. — Алиса не привыкла к нашему… к нашей пустыне. А там змей много, вот она и чуть не наступила на одну, когда мы гуляли. Я слишком сильно дернул ее за руки, не думал, что останутся синяки. Это случайность!

Фух, ладно хоть ничего про другой мир не ляпнул. Хотя не дурак же он, в самом деле. Понимает, что раз я вру про Дубай, значит, не стоит говорить правды. А то если бы он начал про своего распорядителя гарема, уже бывшего, я бы не знаю, как оправдывалась.

— Хорошо, — мама была неестественно спокойна, а затем встала и достала из заднего кармана брюк свой телефон, — я сейчас папе позвоню…

Я кивнула. Конечно, пусть звонит! Лишь бы не переживала. Надеюсь, они с папой спокойно примут мой переезд. Если он вообще, конечно, состоится. Потому что мириться с дурным характером Дарвиэля я не намерена, но шанс обещала, этого не отнять. За три месяца все может еще измениться.

Родительница подошла к окну, выглядывая во двор, где уже коты прекратили выть, но зато какой-то сосед орал на всю улицу о какой-то сломанной коляске. Но это меня мало интересовало. И вообще, у нас как бы лето на дворе. Хотя после зноя пустыни мне уже ничего не страшно, однако вентилятор все же стоит включить. Жара и духота разные вещи. А еще пара часов, и в квартире будет нечем дышать.

— Валера, — тихо позвала мама, видимо дождавшись, когда отец ответит, — Алису я нашла, но… ты, в общем, едь сюда. Надо будет вещи ей помочь собрать, Алиса к нам переезжает жить.

Я в шоке хлопнула глазами. Что? Я не ослышалась?

— Да нет, все с ней в порядке. Она просто замуж собралась через два дня знакомства, представляешь? Ага… Да… Да… И тот синий чемодан тоже бери. Все, давай, я жду тут.

— Мама! — возмущенно воскликнула, ощущая себя максимально глупо. — Я же сказала, что он мне предложил, а не что я собралась! Что ты выдумываешь?!

— Все равно, — мама была непреклонна, — раз ты о переезде в другую страну заговорила, значит, все же я не зря беспокоюсь.

Мда… не так я хотела вернуться к родителям. Совсем не так. Если бы Дар не высовывался, может и обошлось бы. И вот что теперь делать?

Глава 29

— Давай не будем торопиться!

Я только и успевала хватать свои вещи, пока мама выкидывала их из моего шкафа, складывая в чемодан. Отец приехал слишком быстро. Я даже не успела переубедить маму, что я не сошла с ума и спасать меня не надо, как он уже был тут как тут, занося в мою квартирку видавшие виды чемоданы, куда можно было вместить почти весь мой гардероб. Он даже на Дара не взглянул при этом, кивнув только маме и скупо поздоровавшись со мной.

Мама, тем не менее, была куда быстрее меня, и, пока я вытаскивала вещи, она уже утрамбовала один чемодан битком и настроилась на второй, словно я туда жить переезжаю, а не на пару дней еду.

— Доченька, а мы и не будем. Хочешь жить с этим своим дружком — живи. Но у нас под приглядом. Как раз нам в огороде надо бы помочь, жуков с картошки собрать, морковку прополоть…

Голос мамы звучал ласково. Она так с больной кошкой разговаривала, когда та умирала. Я это с детства помню. Кошку Муська звали, и она была любимицей всей нашей семьи, но возраст взял свое, и ее не стало примерно на девятнадцатом году жизни.

Я в ужасе посмотрела на вывороченную наизнанку квартиру.

Пипец… мало того что родители сошли с ума, похоже они еще хотят затащить нас на дачу, соприкосновение с которой вызывает у моих нервных клеток судороги и массовую забастовку. Они же не просто на эту дачу ездят, а пашут там с утра до ночи так, что невозможно даже присесть. А я хоть и благодарная дочь, но не настолько же! Раз в год приехать — это еще можно, но жить там и двадцать четыре на семь отдуваться на грядках — увольте.

Я уже судорожно придумывала, как избежать подобной участи, но дракон вышел вперед, чуть двигая меня в сторону окна.

— А каких жуков? — заинтересовался неожиданно Дарвиэль, словно вообще не понимая, что вокруг происходит.

Весь его вид сейчас вызывал у меня одновременно желание съездить ему по морде за то, что ляпнул глупость перед и без того нервничающей мамой, и улыбнуться: то, во что одел его мой мир, все же не могло не вызвать улыбку. Только как теперь объяснить родным, почему ему переодеться не во что?

Вот сказала бы я ему пару ласковых, но не при маме же!

— Обычных, колорадских. — Мама, похоже, уже пришла в себя и с чего-то решила примерить на себя роль сварливой тещеньки, хотя вроде до этого момента я не замечала за ней большого актерского таланта. — Ты, милок, даже не надейся. Если хочешь жениться на нашей дочери — сначала жуки и морковка, а потом свадьба, так и знай!

Ох, кажется, я поняла, на что мама рассчитывает. Она хочет испугать его, заставив сбежать. Мой намек, что он богат, не прошел даром. Какой нормальный человек, имей он свой дом в пустыне и в друзьях владельцев огромного коттеджа, поедет в деревню — жуков собирать руками? Правильно, никакой. И я

Я передернулась, а взгляд дракона неожиданно стал серьезным.

— Это ваши традиции?

Мужчина посмотрел на меня, а зачем на мою матушку с каким-то решительным выражением лица. Озоном запахло сильнее.

Он что-то делает? Магия? Ох, понимать бы, как это все работает. Лично бы в другом мире не побывала, сама бы себя в психушку сейчас отправила от этого всего. Вот и мама принюхивается, но пока молчит. Но явно чувствует, что что-то не так.

— Традиции, да, — влезла мама, не дав мне и слова сказать, впервые посмотрев на Дарвиэля серьезно, словно вообще только что заметила, что он способен разговаривать. — Собирайся, Алиса. Вещи твои я сложила, а чего не хватает, так из старого, что на дачу отвозили, возьмешь. Давай. А то в своем душном городе паришься, а у нас на даче природа, красота, озеро рядом! Ну так что, милок, едешь или тут остаешься?

Мне хотелось закричать. Я всегда считала своих родителей адекватными, но… видимо, маму подкосило мое отсутствие. И я ее понимаю, конечно, но все же это слегка перебор. Нет, если бы они спокойно пригласили погостить, то вероятнее я бы согласилась, но так? Да со мной в детстве так несправедливо не поступали!

— Да, еду! — Дар явно был настроен решительно. И это даже несколько восхищало, но и пугало одновременно. — Ваша дочь станет моей, я готов пройти традицию.

Я схватилась за голову. Да родители его заездят теперь!

— Мама, он ведь давно в России не живет и просто не понимает! Чего ты?!

Мама наконец закончила складывать мои вещи, застегнув последний чемодан, и удовлетворенно выпрямилась, глядя на меня с укором.

— Мы ведь тебя, дочь, так не воспитывали, чтобы ты за первого встречного замуж выскакивала. Внуков мы хотим, да, но думали, что ты познакомишься с кем-то, повстречаешься годик, потом уже свадебка, ну а там и детки.

Вот уж не знала, что им спиногрызов на старости лет захотелось. Нет, детей я хотела, но все же это должно быть взвешенное и обдуманное решение, тут мама права. Но вот что мои родители вдруг захотят полялькаться с ребенком — не знала. Они никогда не говорили о том, что хотят внуков. Они ведь даже второго ребенка не захотели заводить — я одна росла.

— Мне тридцать! Можно мне самой решать, что, когда и с кем я хочу?

Не то чтобы я не могла сейчас сказать строгое «нет», просто не хотела еще больше волновать маму. У нее больное сердце, ей вредно нервничать, а она и так перенесла стресс, что до меня дозвониться не могла… И в самом деле… Может быть, все это к лучшему и я зря отбрыкиваюсь, словно еще из подросткового возраста не выросла?

Ну съездим мы с Дарвиэлем в деревню. Покопает он грядки, посмотрит, как люди в нашем мире живут, от своего этого гарема отдохнет… Заодно и проверим, насколько этот дракон действительно мне не врал в том, что хочет, чтобы я была не просто частью его гарема, а супругой. Или как там это у них? Жемчужина? Вот, ею!

Если смотреть с такой точки зрения, то почему бы и нет. Воздух опять же свежий, природа, озеро рядом, можно будет купаться, загорать. Ну а ноутбук возьму с собой, проекты завершу как раз. Со связью там, правда, не очень, но можно будет спутниковую тарелку купить для стабильного интернета и по телеге общаться. С одеждой только надо бы что-то решить…

— Мам, у Дара только одежду в аэропорту потеряли. У него вещей нет. Может быть, вы все же вперед поедете, а мы хоть в магазин заскочим, купим что-то?

— Нет, Алиса. Знаю я тебя. Едете оба с нами. Выделим мы твоему хахалю что-нибудь, так и быть.

Вот этого-то я и боялась…

Слегка растерянно посмотрела на дракона. Что ж… будем считать — что это ему месть за то, что он меня в своем мире поначалу в неведении держал. Вполне себе веселая месть, надо сказать. И главное — действенная. Если к концу недели не взвоет, то точно надо будет замуж за такого мужика выходить. Да, точно: если моего папу и все эти «мужские» разговоры сумеет выдержать — первая под венец побегу.

Немного успокоилась, решив, что все же ничего страшного не произойдет, если мы поедем на дачу к родителям, как они того хотят.

— Ладно, мам. — Я подошла к своему ноуту и быстро упаковала его и зарядное устройство. — Но чур работать не мешать! У меня сроки горят!

Фуф… вот это меня закрутила жизнь! Кому расскажешь — наверняка не поверят.

Глава 30

Самоходная карета изумляла, как и кристалл памяти, засунутый в крошечную шкатулку. А потом, когда оказалось, что это еще и артефакт связи, моему удивлению вовсе не было предела. Если Алиса живет в подобной роскоши, наверняка ее мой скромный дворец вовсе не впечатлил.

Внимательно рассматривал странный город, запоминая местный быт и особенности, чтобы потом использовать их, когда буду обустраивать жизнь своей жемчужины. Магические люстры тут были повсюду, даже на дорогах, а что уж говорить про рынок во все той же волшебной шкатулке? Восторг!

— Дарвиэль — это ведь не русское имя? — Валерий Павлович, как мне представила Алиса своего отца, посмотрел на меня через зеркало самоходной кареты, путем нехитрых манипуляций рычагами управляя ею.

Еще бы я понимал, что значит «русское» в их понимании. Речь об их мире или каком-то языке? А может быть, это какое-то их местное обозначение чего-то особого? Каких-то заслуг…

Алиса, сидящая со мной рядом на заднем сидении, как она назвала это место, ткнула мне локтем под ребра, когда пауза затянулась, так что пришлось отвечать.

— Нет. Не русское.

— А чье же тогда? Польское, чувашское, татарское? — предположила Вера Семеновна.

— Это из фильма! — все же решила спасти меня Алиса, когда заметила мой умоляющий взгляд. — Там такая романтичная история! Его мама обожала какой-то там сериал, а отец оказался сценаристом этого же сериала, вот по итогу и родился Дарвиэль.

Я на всякий случай кивнул, подтверждая сказанное девушкой.

— То есть ваш отец — сценарист? — уточнил Валерий Павлович.

Насколько знаю, сценарист — это тот, кто роли к пьесам различным пишет, что в театре ставят. Мой отец даже близко ничего подобного сделать не может, но, чтобы родители Алисы приняли мою кандидатуру в пару своей дочери,

Да, что-то я не учел, что это в нашем мире стоит только сказать людям о том, что дракон выбрал их дочь в жемчужины, как те сразу же дают свое благословение. А тут вот оказалось, сначала надо какие-то испытания кандидату проходить… Сурово, конечно. Но дракон я или нет? Пройду все с легкостью. Лишь бы по истории этого мира пока не спрашивали, мне сначала изучить все надо. До этого я здесь не был, все новое и непонятное.

— Да, сценарист. Только он давно этим уже не занимается, — решил сгладить. — Сейчас он один из старейшин клана.

— Политик то есть! — Алиса слегка нервно хохотнула, снова ударив меня локтем. — Дар давно в России не был, забыл уже язык.

— А на каком языке вы разговариваете там? В своей пустыне?

— На ди…

— Арабский, мам! Ну ты чего? Это же Дубай, там все на арабском или английском.

Алиса нервно рассмеялась, и я тут же успокаивающе погладил ее по руке, переплетая наши пальцы. Видел, как именно так сделала парочка, что стояла у черного входа в жилище моей половины.

— А ты как будешь говорить на этом языке? — Отец семейства сурово сдвинул брови. — Или за тебя будет говорить только муж? Знаю я эти восточные порядки. Сам по бабам, а жена дома с малыми. Не такой судьбы я тебе желаю, Алиса.

Моя жемчужина нерешительно прикусила губу, тут же смутившись. Я заметил, что ей данная тема не понравилась. Впрочем, мне тоже. Какие «бабы», если я уже нашел одну нужную? Хотя, если Алиса забеременеет, буду только рад.

— Не переживай, папа. Дарвиэль все же не араб и не станет запирать меня дома. Правда? — Зеленые глаза моей половинки затягивали внутрь себя. — А работать я и оттуда могу. Да и что там, тоже ведь цивилизация, и дизайнеры нужны везде. А язык выучу потихоньку.

Я видел, что родители моей жемчужины были чем-то недовольны, но пока не понимал чем. Однако и вмешиваться пока не считал нужным. Возможно, после проведенных испытаний они подобреют и дадут благословение на превращение их дочери в драконицу.

Спустя короткое время карета остановилась около вполне обычного с виду деревенского домика.

— Вот мы и приехали.

Внимательно осмотрелся по сторонам, но особых отличий пока не заметил. Разве что странного вида черный блин перед домом.

Меня провели в ворота, но Алиса дернула назад, даже не дав мне посмотреть, что внутри ограды дома.

— Чемоданы возьми мои, в дом занеси! Иначе родители подумают невесть что.

У них нет слуг? Впрочем, они же люди… Хотя вроде и у тех есть обычно кто-то на подсобном хозяйстве… Но ладно.

Прошел до багажного отделения кареты и вытащил оттуда вещи моей жемчужины. Девушка одобрительно кивнула, потом махнула головой, словно приглашая следовать за ней.

Не успел я поставить чемоданы в какую-то бедную кладовку с кроватью сбоку, как ко мне подошел Валерий Павлович.

— Вот, Вера вещи тебе передала — переодевайся, и покажу, как собирать жуков надо. Огород у нас большой, жуков нынче много — работы до самого заката хватит.

То есть испытание заключается в выносливости? Что ж, это я могу… Лишь бы только еще кандидаты не набежали на мою Алису. А тут я точно должен справиться.

Глава 31

Вечерняя прохлада сегодня почему-то не опустилась на мир, вместо этого уступив место липкой духоте, когда было совершенно нечем дышать, а воздух словно бы сгустился.

Я даже с тоской вспомнила прохладные вечера у моря, где было пусть и жарко, но все же свежо вечером, так как дул приятный бриз, нагоняя волны на берег.

По спине стекла капля пота, заставив поежиться от невольной щекотки. Живот уже не так ныл, как это было вчера, но все же я успела выпить обезболивающее, перед тем как ехать сюда. Надо будет купить побольше средств гигиены, если планирую переезжать в тот мир, хотя есть у меня подозрения, что они там быстро превратятся в какие-нибудь жуткие тряпки, как это произошло с одеждой. Так что не мешало бы изучить вопрос получше, чтобы понять, как выходили из ситуации в нашем Средневековье всякие знатные дамы. Или они на неделю закрывались дома и целыми днями лежали в кровати и умирали?

Пора размышляла о будущем, в изумлении наблюдала за тем, как Дарвиэль спокойно собирает колорадских жуков в пластиковую бутылку с водой, стойко терпя сначала адское пекло, а теперь и духоту, даже ни разу не сделав перерыва или не попросив покормить его. Хотя куда там нашему климату до пустынного — для него, наверное, это и не жара вовсе. Но все же с жуками я поражена. Он не кривился брезгливо, не спорил, а, выслушав задание от отца, спокойно пошел собирать, набрав уже три полные банки и сейчас заканчивая четвертую. Даже отец уже несколько раз кидал на него весьма удивленные взгляды, постепенно наполняющиеся уважением, но останавливать не спешил.

А одежда моего мужчины… Мама, видимо, чтобы окончательно добить кандидата на мою руку и сердце, решила обрядить его в отцовские заношенные треники и пропахшую рыбой водолазку, которую отец много лет носил на рыбалку, а на голову предложила надеть грязную кепку. Неужели он настолько не понравился родителям, что те таким образом решили его отвадить с порога? Никогда не думала, что мои мама с папой могут быть такими нетерпимыми к кому-то. Или это все стресс от моей пропажи, в котором они обвинили именно дракона?

И ведь Дар стерпел! Даже слова не сказал, переодевшись в этот кошмар, а теперь уже десятый час без продыха бродит по картофельному полю, терпеливо заглядывая под каждый листик, чтобы собрать всех жуков до единого.

Мне даже мстить ему перехотелось — так он старался. А ведь изначально думала, что на втором часу подойду и сообщу, что новые жуки завтра от соседей все равно налетят! Тут в целом обрабатывать ботву надо, а не ходить и мучиться.

— Зови своего мужика! — Папа вышел из дома довольный, когда уже почти совсем стемнело. — Я там баню затопил, будем проверять его на прочность!

Вздохнула, заметив выглядывающую из-за спины отца маму с блюдом горячих пирожков. Она явно хотела накормить нашего гостя, сжалившись, — все же целый день на улице, в работе, на жаре, — но отец велел ждать, пока тот не сходит в баню, попарится, выпьет, как это принято, а вот потом… Короче, споить хотел на голодный желудок и допрос устроить. Так что…

— Я сейчас! — вспорхнула со скамейки под

Ох, как же это непривычно даже мысленно звучит. Но приятно, что уж спорить.

— Да, Алиса?

Он сразу же встрепенулся, словно ждал именно меня, ничуть не удивившись, хотя я старалась сильно не топать. Его голубые глаза, казалось, смотрели прямо в душу. Все портили перепачканные в следах от жуков пальцы, слегка помятый вид и всклокоченная прядь волос, выбившаяся из-под сальной кепки.

— Слушай, — смутилась, в который раз обратив внимание на его красоту. Его ведь не портили даже эти жуткие шмотки. Даже наоборот, я себе столько раз сегодня представляла, пока наблюдала за его работой, как снимаю их и любуюсь тем, что за ними прячется, что теперь его внешний несуразный вид вызывал лишь томление внизу живота. — А ты умеешь пить?

— В смысле? — не понял меня мужчина.

Вздохнула, понимая, что, если он по пьяной лавочке выболтает отцу про другой мир, нас запрут в комнате с мягкими стенами вдвоем. А нам этого не надо совершенно точно.

— Мой отец хочет тебя напоить и… как бы это сказать… устроить допрос с пристрастием. Ты как? — быстро глянула на дом, где папа уже нетерпеливо махал рукой на крыльце, чтобы я кончала разговоры и звала Дара к нему в баню.

Дарвиэль задумался, давая мне возможность еще раз полюбоваться на него, словно на античную статую. Интересно, а все эти известные скульпторы, они ведь вдохновлялись реальными людьми, так? Хотела бы я посмотреть на оригинал этих всех мраморных статуй… Наверняка красота была неописуемая.

А может, это тоже были драконы? Есть ведь в них что-то… точнее, есть что-то в Дарвиэле, похожее на изображения греческих богов.

— Драконы плохо пьянеют, но если учесть, что тут магии меньше, чем в моем мире, так как я ее почти не чувствую, то не могу исключать, что все может случиться.

Если это на самом деле так, у нас проблема. Пьяного дракона мне точно увидеть не случалось. И может, и было бы любопытно, но не тогда, когда рядом мои родители, которые могут пострадать если не физически, то психологически точно, если он какие-нибудь чешуйки отрастит, или хвост, или когти… Молчу уж о полном обороте.

Должно быть, мое лицо явно выразило обеспокоенность, так как Дар тут же поспешил меня успокоить:

— Но я могу испарять жидкость прямо во рту, чтобы не пить! Это тратит не так много магии, а если что у меня есть накопитель от брата.

Задумалась, будет ли это заметно.

— А пар? — уточнила, уже прикидывая, как бы это обыграть.

— Я могу начать испарять жидкость постепенно, когда беру в руки стопку.

Покрутила эту идею так и эдак. В любом случае это лучше, чем ничего. Если что, спишем на разгоряченность после бани.

— Ладно, но не вздумай болтать о другом мире! — предостерегла.

— Я уже понял, что у вас это почему-то не приветствуется, — нахмурился мужчина, посмотрев на меня серьезно. — У вас запрещены связи с драконами?

— У нас тебя в психушку посадят, если заикнешься о подобном! — предостерегла. — Только умственно нездоровый может заявить о драконах! Если не знаешь, что говорить, — переводи тему на погоду, характеры твоих родителей, брата. Только, пожалуйста, ничего связанного с их работой и расой! В нашем мире есть только люди.

— А драконы? — озадачился Дар.

— Нет их.

Пауза была заполнена явным недоумением, а затем задумчивостью мужчины. Он явно пытался понять, как это — жить без драконов совсем. А вот для меня странно, что они существуют. Всякие китайские мифы не в счет.

Наконец Дарвиэль все же отмер, кивая собственным мыслям, видимо до чего-то додумавшись.

— А, ну да. У вас же безмагический мир. Но все же… они ведь не могут не приходить сюда, мир-то открыт, — пожал он плечами.

Вздохнула. Вот как он не понимает?

— Если и приходят, то делают это тайно, так что лучше молчи.

— Понял.

Я еще раз с беспокойством глянула на мужчину. Надеюсь, и в самом деле понял.

Ох, а ведь действительно волнуюсь! Даже не просто о том, чтобы он не сболтнул лишнего, а хочу, чтобы его по-настоящему одобрили и приняли мои родители.

— Ты… — замялась, ощущая, как сердце гулко колотится, когда я в очередной раз глянула на отца, — будь осторожен, хорошо?

— Хорошо. Мне эти кусты когда обработать? Тут немного осталось. И да, а что такое баня?

Ох, вот это ж я попала!

Глава 32

Баней оказалось большое помещение с густым горячим паром и водой. Чем-то было похоже на наши купальни, но более неудобно, потому что вместо широкого бассейна тут имелся только небольшой таз с водой, где и надо было приводить себя в порядок, что я с удовольствием сделал, ведь непонятно, сколько еще будет длиться испытание, а мне надо быть в форме.

К слову, следующим этапом на пути к сердцу моей жемчужины, как это ни странно, оказалась порка какими-то прутами с листьями. Причем отец Алисы сначала выпорол этим меня, а потом потребовал, чтобы и я его. Ну, я честно продемонстрировал все свои умения в этой сфере, почему-то все же словив недовольство Валерия Павловича, но оно быстро забылось, когда мы сели за стол и мне предложили крепкий алкогольный напиток в крошечном стаканчике.

Помня обещание Алисе, я честно испарил жидкость еще до того, как понес это ко рту, уловив только весьма неприятный запах в воздухе, а затем пришлось сделать это еще два раза. Попутно постепенно расслаблялся, начинал больше улыбаться и в остальном копировать поведение пьяных людей, коих в своей жизни видел великое множество. Валерий Павлович тоже медленно успокаивался и уже спустя пять рюмок, как он их назвал, стал благодушным и более спокойным, хотя все еще сохранял ясность рассудка.

— Ну так где, говоришь, вы познакомились с Алисой? — начал он разговор, накалывая на вилку странного вида зеленый овощ с пупырками. Вроде бы огурец, но темный какой-то и пахнет совсем не так.

Честно задумался, как бы ответить одновременно правду и в то же время не выдать себя.

— Я сидел на диване, как раз думал о том, что пора что-то менять в жизни, когда она зашла в комнату. Такая красивая и необычная. В

— Ну а как в пустыню эту свою увез?

Мне налили еще стопку, и пришлось снова делать вид, что пью. Странного вида овощ я отложил в сторону как непригодный для питания.

— Да брат мой посодействовал. Он решил, что мне пора жениться, ну и предложил посмотреть в других… м-м-м странах. Увидев Алису впервые, я практически сразу понял, что она моя жемчужина сердца, единственная. И, чтобы привлечь ее, работу предложил, а там все и закрутилось.

— Но вы ведь знакомы всего ничего! С чего вдруг сразу свадьба?

— Я нашел то, что искал, — пожал плечами, откусывая от большого румяного пирожка с мясом. Вот это мне определенно нравилось, хотя можно было бы не рубить мясо так мелко.

— Моя Алиска не из тех, кто привык сидеть дома, она покорной женой никогда не станет.

Ох, если бы мне надо было только это — я бы давно уже договорился с гаремом. Но мне нужна была та самая, кто сделает меня счастливым, полноценным драконом. И это именно Алиса. Характер здесь уже роли никакой не играет, хотя я в целом не встречал случаев, когда дракон и его жемчужина оказались бы совершенно разными. Магия всегда действует так, находя идеальную половинку.

— Мне этого и не надо, — вспомнил слова Алисы про наложницу, когда я еще не знал, кто же она такая для меня.

Кстати, надо будет выяснить, куда делась та, что была до нее. Ведь была же… Я изучил данный вопрос: у той девушки была даже своя комната. Но теперь нет девушки. Брат говорил, что не трогал ее, а значит, тут что-то иное. Но это все потом.

— У вас там что, своих женщин мало? — Человек шумно хлопнул ладонью по столу, хмуря брови.

Посуда затряслась. Я удивленно вскинул брови. С чего он пришел к такому выводу?

— Нет, просто все они — не Алиса, — сказал просто.

Спустя минуту мне вновь налили алкоголя, я вновь выпарил, делая вид, что пью, и только после этого последовал новый вопрос.

— Расскажи о себе, что ль.

Ох… вот тут бы не испортить все. Насколько я понял, многое, что есть у нас, в местном мире не существует или неприемлемо, а значит, надо быть осторожным.

— Эм… родился я в обычной семье. Мама, папа и я. Брат родился намного позже. — Я внимательно следил за реакцией мужчины, чтобы понимать, где стоит остановиться. — Учился различным наукам сначала дома, а потом в столичной академии.

Ядовитый тушканчик, а если у них нет столичных академий? Но судя по спокойному лицу Валерия Павловича, что-то подобное точно есть, так что не стоит беспокоиться. Надо рассказывать дальше.

— Много путешествовал, учился.

— Не служил? — тут же сказал довольно странную фразу человек. Служил? Он имеет в виду службу в городах, как это бывает у людей? Или что-то иное?

— Я… много работал, — решил, что такая формулировка будет лучше, но, судя по налившимся кровью белкам мужчины, его мой ответ не устроил.

Тут же откуда-то из-за угла выскочила Алиса и поставила на стол новое блюдо с пирожками, которые я уже почти доел, и улыбнулась.

— Дочь, ты не выйдешь замуж за дезертира! — Валерий шатко встал на ноги и ткнул в меня пальцем.

Я же постарался проанализировать, что не так, чтобы исправить ситуацию, но в разговор вступила Алиса:

— Пап! Служил он, просто по контракту! Говорит же — работал в военной сфере!

Человек медленно перевел взгляд сначала на меня, потом на дочь, потом снова на меня.

— Все равно!

Он сел обратно, но я видел, что только зарождающийся контакт был упущен. Вовремя вспомнил совет Алисы говорить на тему погоды.

— У вас тут отличная погода! Солнце, жара, на небе ни тучки…

Ох, похоже, я опять говорю что-то не то.

— Пап, может, тебе прилечь? Устал, наверное, а завтра вы продолжите — мы ведь никуда не уезжаем пока что. Да еще и картошку надо доделать с утра, пока не жарко. Там всего пара кустиков осталась.

Валерий Павлович задумчиво покачал головой.

— Скрывает этот твой хахаль что-то, — неожиданно выдал он. — Вот по глазам вижу, что скрывает. Ничего, я еще выведу его на чистую воду! Не дам обмануть свою дочь! А ты, Алиса, будь осторожнее. Может, он аферист или мошенник какой.

Моя любимая тихо вздохнула, украдкой посмотрев на меня. Я ощутил идущее от нее легкое напряжение.

— Хорошо, папа. Я присмотрюсь. Иди спать.

Мы наконец остались одни. Я встал, желая обнять любимую, но Алиса мягко вывернулась из рук.

— Послушай, я помню, что обещала тебе и твоему брату. Но и ты меня пойми — я не могу так быстро. У нас принято сначала ухаживать за женщинами — цветы дарить, конфеты, на свидания приглашать, чтобы узнать друг друга получше. А не так, как это у вас. Подумай об этом.

Кивнул. Да, подумать в самом деле было о чем.

— Мама постелила тебе на втором этаже. Иди в дом.

Вздохнул, но спорить не стал. В самом деле, этот мир показал мне яснее ясного, что моя жемчужина совсем другая, отличная от наших женщин. А значит, и подход к ней нужен другой. Как она там сказала? Конфеты и букеты?

Ох, понять бы еще, как их найти тут, в глуши…

Глава 33

Я не спала всю ночь, до рассвета размышляя на тему собственного обещания. В целом, если подумать, то Дарвиэль был не так уж плох. По крайней мере, он старался. А уж если вспомнить, что опыта общения с женщинами у него ноль, — гарем этот дурной вообще не в счет, — то и вовсе становилось понятно, что он практически из штанов выпрыгивает, чтобы мне понравиться.

Я ведь видела, как он иногда смотрел, думая, что не вижу. И как старается сейчас, перед моими родителями, хотя не понимает толком, что надо делать.

Перевернулась набок, размышляя еще о том, что же будет со мной через несколько месяцев. Неужели я действительно перееду по чьей-то прихоти в этот другой мир, где нет нормальной медицины, интернета и…

— Алиса! Али-и-иса-а-а! — закричал кто-то прямо под окном дома знакомым голосом. Я встала, выглядывая в окно, открыв его, и… — Я встретил вас — и все былое в отжившем сердце ожило…

Я в шоке замерла, глядя, как дракон стоит посреди маминой клумбы с только-только зацветшими соседскими пионами в руках и читает стих Тютчева, громко проговаривая каждое слово. Иногда, правда, почему-то поглядывая куда-то вбок,

Наконец стих закончился, и я распахнула окно пошире, чтобы глянуть, на кого он там смотрит, но увидела лишь спокойно стоящую маму, даже не ругающую Дара за клумбу. Рядом стояла еще и соседка, непонятно почему не ставшая закатывать скандал по поводу оборванных пионов, которые она обожает.

— Алиса! — Дарвиэль решительно подошел к окну, окончательно вызвав у меня волну шока. — Вот! Это тебе! И еще конфеты, погоди!

Мне в руки сунули сначала охапку цветов, а за ними — три завернутые в бумажку конфетки «Родных просторов».

— Пошли со мной на свидание! — выдал он под конец, видимо, чтобы добить.

Рядом умильно вздохнула соседка, и всхлипнула мама.

Ничего не понимаю. Он что, за ночь умудрился перетащить их на свою сторону? Опять какая-то магия или что?

— Что ты сделал с моей мамой? — уточнила подозрительно.

Она ведь только вчера была против этого брака, даже решила увезти меня подальше. А теперь… она вон Дарвиэлю даже одежду нормальную где-то нашла. Не костюм-тройка, конечно, но вполне приличные штаны и рубашка в клетку. Этакий деревенский стайл вышел.

— Мы с ней нормально поговорили, я объяснил, что мне надо, и все.

И все? Пораженно покачала головой, но подарки приняла. Как уж смог, но ведь я сама говорила про конфеты и цветы.

— А соседку как уговорил?

— Отдал ей свой фамильный перстень из белого золота. Ничего особенного. Она сказала, что я могу рвать ее цветы, когда захочу, так что твое требование по цветам точно будет выполнено.

Надо же… и не жалко ему. Впрочем, раз отдал — наверное, не жалко. А соседка новых цветов посадит.

— А что за свидание?

Я неожиданно почувствовала себя девчонкой и выскочила из окна, где меня тут же заключили в объятия, помогая слезть, словно сама не могу. Но это было приятно.

— Завтрак под деревом! Твоя мама сказала, что это жутко романтично, так что я не стал с ней спорить.

Хихикнула, глядя в проказливые голубые глаза дракона. Под деревом, так под деревом.

— Ну пошли…

Завтрак был накрыт у нас на участке: реально под деревом, прямо на траве. Точнее на пледе, расстеленном на траве. Я ощутила себя словно в американском фильме, садясь на заботливо подложенную мягкую подушку.

— А если бы я попросила приготовить мне завтрак в постель? — хмыкнула.

— Приготовить? — завис мужчина, но уже через минуты две отмер. — Ну, наверное, с этим были бы проблемы, но попробовать можно.

Хмыкнула. Это становилось в самом деле забавно.

— Алисочка, вот, — подбежала мама с вазой. Куда уже была налита вода. — Поставь цветы.

Поставила свой букет, любуясь этой красотой. Пионы были белыми, ажурными. Наверняка какой-то дорогой сорт, но сейчас меня это мало волновало.

— Что ж, — решила, что раз уж он выполнил мою просьбу, то нам и в самом деле стоит узнать друг друга лучше, — расскажешь о себе? Только… — осмотрелась по сторонам, отмечая, что мама и отец сейчас нас не подслушивают, — правду.

Мужчина пожал плечами. Я отметила, что нет у него желания особенно рассказывать.

— Жил как все драконы. В общем-то, ничего особенно интересного нет. Расскажи лучше о себе?

Ладно… пока что не буду настаивать, но если он в самом деле хочет чего-то серьезного, то придется делиться прошлым.

— В семье росла одна, как видишь. Старших и младших братьев или сестер нет. После школы пошла учиться на дизайнера, так как всю жизнь любила что-то переставлять, придумывать, рисовать, мастерить. В общем, исполнила свою мечту и теперь наслаждаюсь работой. Заказов крупных пока особо не было, разве что коттеджи, но надеюсь, что все еще впереди.

Дарвиэль тем временем налил мне сока в кружку и положил передо мной пару смастеренных мамой бутербродов. Но ведь главное в этом свидании не еда, а сам факт того, что оно вообще есть!

— Как ты видишь нашу будущую жизнь? — спросила именно то, о чем больше всего думала сегодня ночью.

Мужчина удивленно поднял брови, словно не ожидал такого вопроса.

— Если честно, то я уже не верил, что найду свою половинку, поэтому даже думать сейчас боюсь о том, что это все не мираж, и пока не планировал, что дальше. Главное — это настоящее и то, что ты у меня есть. А ты?

Хм… мы определенно начали потихоньку сближаться, и это радует.

— Не знаю, я ведь вашего мира совсем пока не понимаю, но точно могу сказать, что дома сидеть, как делал твой гарем, выезжая только на рынок под конвоем слуг, я не хочу. Так что если ты можешь предложить мне только это, то какой бы клетка ни была золотой — это все же клетка.

Дар посмотрел на небо, отчего в его глазах на краткий мир отразилась тоска.

— Мне будет тяжело провести здесь три месяца без полетов, — неожиданно сменил он тему.

Я тоже посмотрела на небо. Сегодня должно быть облачно — вон, уже собираются легкие облачка на горизонте, но это даже к лучшему. Может, даже до дождика дело дойдет.

— Если ты согласишься быть со мной, то я покажу тебе небо. Ты полюбишь летать.

Вздохнула. Все это настолько нереально для меня, что и говорить нечего.

— А как вообще становятся драконицами? Получается, ваши женщины рожают только сыновей? — уточнила, чтобы понимать на будущее.

— Да. Говорят, что когда-то давно в нашем мире рождались и девочки, но мы чем-то прогневили богов и они сделали так, как сейчас. Это очень неудобно и сложно, мы вынуждены искать свою женщину годами, и все равно не факт, что узнаем ее сразу или найдем. Есть те, кто так и не обрел счастья, и я рад, что не стал одним из них, хотя мои шансы уже стремились к нулю.

Ну прям словно по фэнтези-книжке говорит, хотя это не мое дело.

— А как становятся, ты не ответил?

— Это происходит, если женщина — та, что нужна. Мы не просто спим с ней, а скрепляем наши жизни в процессе кровью. И тогда, проснувшись на утро, она превращается в драконицу. Все кажется просто, но на деле девушкам приходится весьма трудно, ведь до этого они не владели магией или второй сущностью.

— А если девушка не та, а дракон… как ты сказал? Скрепляет кровью? Тогда что? — поинтересовалась.

— Тогда девушка умирает. Наша кровь токсична для обычных людей, только истинная может стать драконицей.

Ох. А вот это что-то новое. И страшное.

— Слушай… но я ведь не из вашего мира,

— Ты — моя жемчужина сердца и этого не изменить. Мы не зря столько времени проверяем девушек, чтобы точно убедиться, что это та, единственная. Убивать людей нам ни к чему. Я уверен в том, что магия воспримет тебя как надо, в каком бы мире ты до этого ни жила.

Он явно что-то скрывал, хотя в целом говорил прям искренне.

— А в чем плюсы этой вашей парности? Знаешь, мне как современной женщине, конечно, хочется сказки, но как-то не вдохновляет жить в вашем жарком средневековье, где даже средств гигиены нет нормальных.

Я не хотела смягчать для него правду. Может, для кого-то новый мир — это волшебная сказка, но не для меня.

— Верность, любовь, счастье. Парность гарантирует то, что наша жизнь будет полна любви, пока мы вместе. Разве этого мало для того, чтобы мечтать об этом годами? Жизнь без любви — та еще скука.

Охотно верю.

— Но пока во мне совсем нет по отношению к тебе любви. Какое-то влечение — возможно. Но это не любовь.

Я не хотела обманывать. Дракон серьезно кивнул.

— Это нормально. Поначалу только дракон ощущает парность. Постепенно в тебе проснутся чувства, просто… возможно, это будет не так быстро и просто. Обычно этот процесс занимает от нескольких недель до года. Я мог бы подождать, пока ты влюбишься в меня и так, но… мне разрывало сердце то, что ты так скучала по родным. А я не хочу стать причиной того, что в будущем между нами будет хотя бы минимальный негатив. Такое тоже случается. Нельзя заставить быть своей насильно — это приводит к ужасающим последствиям, когда оба любят, но не могут простить друг друга.

Задумалась. Что ж, если все так…

— Получается, заставить меня переехать в твой мир ты также не можешь? — а это уже хорошо.

Дарвиэль скривился.

— Нет, если ты не захочешь. Но… выжить у вас я также не могу. Я уже чувствую, какие скудные тут магические потоки, и постепенно это иссушит меня. Брат был прав — три месяца предел.

Кивнула. Что ж. Все не так уж плохо, как я себе надумала.

— А если раз в год, по три месяца? Ты сможешь тут находиться?

Я не собиралась бросать родителей здесь. Нет, никогда. Но и перетащить их туда… признаю, глупая была мысль. Мама быстро загнется без таблеток, что ей так нужны для сердца. Папа вовсе не сможет выжить без любимого футбола по телевизору.

— Так — смогу. Возможно, если сделать присутствие не таким длительным, то смогу и чаще.

— Как часто? — Это было важно.

Мужчина задумался.

— Я здесь второй день и в целом пока что потерял не так много. Но я и не создавал портал. А значит…

— Мне будет достаточно, если ты сможешь пробыть у нас хотя бы пару дней в месяц Хотя иногда можно будет и недельку, но за три месяца, — чтобы не вызывать слишком сильных подозрений в том, почему мы так часто летаем туда-сюда.

Дарвиэль вновь задумался.

— Можно попробовать, — наконец выдал он. — Но я не могу ничего гарантировать — надо сначала попробовать пробить сюда портал и понять, сколько сил на это уходит. Внутри моего мира порталы почти неощутимы для нас, но межмировые совсем другие.

Кивнула. Это в любом случае лучше, чем ничего. Так я смогу оставаться на связи с родителями и не создавать для них стрессовую ситуацию. Только вот как сказать им, что они не смогут звонить мне по несколько дней в неделю? Что бы придумать…

— Пока что у нас есть эти три месяца, Алиса. — Дракон неожиданно протянул руку и погладил меня по щеке. — Я попробую стать таким мужчиной, какой нужен именно тебе.

Вздохнула. Утопично, конечно, но, может быть, у драконов немного другие представления об отношениях. Я же не знаю.

Глава 34

Три месяца пролетели, словно один день. Да, все было не так гладко, как хотелось бы, но мы с Дарвиэлем постепенно сближались. Узнав его лучше, я уже не была так категорична и даже хотела, чтобы у нас в самом деле все сложилось — он оказался заботливым, внимательным, спокойным, верным.

Последнее, кстати, выяснилось, когда мы вместе все же вырвались из деревни и поехали в ближайший город-миллионник, чтобы одеть его поприличнее, чем в заношенные шмотки. Оказалось, что он даже не смотрит на других женщин, в то время как они едва ли не пожирали его глазами, явно мечтая о таком мужчине. Дома он и вовсе мне сказал, что мало того, что уже давно сыт по горло разными женщинами и держал гарем в последние века только ради слабой надежды все же найти ту самую, но и изменить своей жемчужине он не сможет физически, чему я была весьма рада.

Родители, кстати, еще месяц мучили моего жениха разного рода заданиями, пока не смирились с тем, что зять у них будет отличный. Не боится работы на даче, всегда готов поговорить с ними о важном и даже не чурается помочь финансово. Я только на втором месяце узнала, что этот ушлый дракон протащил в мой мир золото из своего и теперь потихоньку продавал его в ломбарды, быстро сообразив, что и как у нас устроено.

Я была абсолютно счастлива, когда Дар официально сделал мне предложение перед родителями и подарил красивое кольцо с каким-то наверняка драгоценным камнем. И поскольку него в мире так не принято, это было особенно ценно для меня.

Вообще, приживался он здесь настолько быстро, что я даже поражалась, а сам Дарвиэль лишь подхихикивал и говорил, что когда часто путешествуешь по другим мирам, то привыкаешь меняться, чтобы соответствовать местному населению, и обещал показать мне еще миры, кроме его жаркого.

Мой проект коттеджа давно был сдан, хотя стройку буду курировать уже не я. Печально, конечно, но издержки скорого замужества, так сказать. Моя заказчица, Нина Степановна, даже пожелала мне счастья и не стала ругать за то, что я не выполнила своего обещания, не воплотила проект в жизнь до самого конца. Но по крайней мере я вписала в современный лофт ее любимый буфет, так что мы разошлись довольные друг другом.

Так как новых проектов я не брала, последний месяц толком заняться было нечем, и я потихоньку рисовала внутреннее убранство дома Дарвиэля, по памяти прикидывая размеры и вспоминая детали. Дракон обещал, что

— Ну что, ты готова? — Дарвиэль улыбнулся и подал мне руку как ни в чем не бывало.

Я напряженно кивнула. Мы стояли перед самым обычным ЗАГСом в моем крохотном городе. Рядом стояли родители и младший брат дракона. Но я все равно волновалась. Ведь сегодня, когда я официально стану женой, я вновь вернусь в тот чужой мир и… стану еще и драконицей.

Не знаю, где он взял документы, но те были вполне реальны. Не удивлюсь, если мой мир учитывает и это, создавая не только новую прическу и одежду, но и паспорт.

Сглотнула, ощущая, как гулко колотится сердце в груди. Наверное, многие меня бы не поняли, но это было все слишком странно — другие миры, драконы, магия… я как-то успела уже подзабыть все это, пока мы были с Даром тут. Зато отмазка для родителей нашлась довольно быстро — мы улетаем в свадебное путешествие на необитаемый остров. Я обещала родным звонить и писать, но сказала, что со связью будет не очень, а значит, связаться со мной они пока что не смогут. Ну а там… придумаю что-то еще. А пока создала в облаке отложенную отправку писем и аудиосообщений.

Как многим известно — шагнув в неизвестность, лишаешься пути назад, вот и я, шагнув за порог загса, уже просто плыла по течению, сначала говоря «да», а потом поставив свою подпись в документах, чтобы уже через пару минут выйти оттуда с красным свидетельством о браке, пытаясь осознать, во что же я все-таки ввязалась.

— Мне страшно, — сжала кулаки под столом, когда Дарвиэль привел нас в ресторан, чтобы отпраздновать.

Это было мое условие — брак. Так я стану не какой-то непонятной мне жемчужиной, а женой. Этот статус… спокойнее, даже если он совершенно не котируется в чужом для меня мире.

— Чего именно ты боишься? — Мужчина наклонился ко мне и ласково взял за руку.

За эти три месяца мы не то что не спали в одной кровати — даже не целовались, и оттого все эти ощущения казались во много раз острее. Особенно понимание того, что сегодня будет. Все и намного большее.

— Не знаю. Всего. Нового мира. Новой жизни. Новой себя.

Дарвиэль улыбнулся.

— Скажи, ты веришь, что будешь счастливой со мной? — спросил он лукаво.

Сама не знаю почему, но я верила… За эти три месяца он совершенно точно если не заставил себя полюбить, то очаровал меня настолько, что сердце все чаще щемило, когда я смотрела на него. Да и бабочки порхали в животе весьма ощутимо. Что это? Любовь? Притяжение? Я не понимала, да и не хотела понимать, если честно. Главное, чтобы эти эмоции оставались со мной как можно дольше, грея сердце знанием, что я теперь не одна.

— Верю… — выдохнула, глядя в голубые глаза теперь уже мужа.

— Тогда чего ты так боишься?

Облизала губы.

— Неизвестности.

— Мы же решили, что сначала ты станешь драконицей, а как освоишься с новым статусом, начнешь делать ремонт во дворце. Я покажу его своим друзьям, а дальше уже видно будет.

Так-то оно так…

— Но ведь женщины вашего мира не работают.

— Все меняется, — спокойно пожал плечами мой мужчина. — Да и работа ли это, когда то, чем ты занимаешься, приносит искреннее удовольствие?

Вздохнула. Он во всем прав, но мне все равно страшно.

— А если мне надоест?

— Тогда мы отправимся путешествовать по другим мирам.

— А медицина? Рожать в вашей антисанитарии — это ужасно! — озвучила, наверное, самый большой свой страх, ведь у драконов нет даже такого слова — предохранение.

Правда, Дар объяснил, что я смогу сама решать, когда хочу иметь ребенка, а когда нет. Но первый… он всегда залетный. Видимо, это сделано, чтобы драконы вообще хоть как-то размножались, потому что рожать их женщины не особо-то хотят.

— К тому моменту ты уже будешь драконицей. А роды для них не так уж страшны.

Выдохнула. Звучит все это прекрасно, но по факту…

— Рожать я хочу в своем мире.

— Алиса…

— Нет. Пообещай мне, что, когда подойдет время, мы переместимся в мой мир и я рожу тут. В своем городе. Или ваши дети рождаются с чешуей и крыльями?

— Нет, но магия…

— Возьмешь этот свой накопитель или что там надо. Никаких грязных полотенец и кипяченой воды рядом со мной не будет! Только опытные хирурги-акушеры!

Дарвиэль явно не был доволен, но…

— Это — мое условие! — настояла на своем.

— Давай отложим этот разговор ближе к моменту родов, ладно? Я не отказываюсь, но вдруг твое мнение переменится. Если ты тогда скажешь, что будешь рожать тут, — я спорить не стану.

Ну так еще куда ни шло.

— Поклянись! — Я уже поняла, что надо требовать сразу, пока горячо.

— Клянусь! — В воздухе едва заметно запахло озоном, как всегда случалось, когда Дар применял свою магию, а затем все тут же успокоилось.

Я выдохнула. Ладно, может быть, он прав, и я просто зря паникую. Улыбнулась маме и взяла вилку в руки — надо хоть поесть, прежде чем брат моего мужа перенесет нас обратно в жаркий мир драконов.

— Алиса? — позвал Дар, когда мы уже собирались выходить из ресторана.

— Да? — обернулась, отвлекшись от наставлений мамы, которая советовала взять с собой побольше крема с спф-фильтром.

— Я люблю тебя.

В его глазах, кажется, застыл целый мир, когда он это сказал. Сердце неожиданно налилось ответным чувством. Широко улыбнулась.

— Я тебя тоже.

Это было честно. И пусть он гад с гаремом, но теперь мой гад. Так что… ох держитесь, девки, если вы еще не разъехались. Устрою я вам сладкую жизнь, не переживайте!

Да и вообще, чего я в самом деле? Я ведь была уже в том мире, не так уж там плохо, родители в этот раз не будут сильно переживать, а там что-то придумаем.

И вообще, там бассейн не достроен! Теперь, на правах хозяйки дома, мне точно есть где развернуться!

Эпилог

Я стояла у широкого парапета на крыше нашего дворца и с удовольствием смотрела на море. На сердце темной вуалью лежала печаль, хотя я надеялась, что с годами это ощущение потери постепенно сотрется. Я всегда отмечаю дату смерти моих любимых родителей. Они всегда шутили, что жить надо так, чтобы даже умереть в один день, и их желание сбылось — много

Их жизнь, как и моя, была полна светлых событий в последние годы. Мы с Даром помогали им финансово, приводили внуков, часто созванивались, гостили… Они были счастливы попутешествовать и пожить для себя, не оглядываясь на мизерные пенсии, так что отрывались на всю катушку.

— Грустишь? — Любимый муж всегда знал, где меня найти.

С тех самых пор, как мы поженились и образовали связь, я никогда уже не была одинока — невидимая нить соединяла наши сердца, заставляя их биться в унисон, и это было прекрасно.

— Грущу, — согласилась, обнимая супруга.

— Хочешь, расскажу веселую новость? — Дарвиэль сверкнул хитрым блеском в глазах и потянул меня к удобному дивану, который я поставила прямо на этой обзорной площадке. Еще тут появился небольшой уютный навес и пара чуждых этому миру вещиц типа мангальной зоны — ее делали по моим чертежам целый год, но это определенно того стоило.

— Хочу конечно! — Я села в кресло, радуясь моментам спокойствия, потому что наши дети наверняка уже вышли на тропу поиска куда-то подевавшихся родителей.

— Помнишь ту девушку, вместо которой ты оказалась тут?

Любопытство заинтересованно подняло свою голову.

— Конечно!

Как можно забыть ту, что сбежала из гарема и которую Дар искал целых полтора года по всем деревням? Кстати, я убедилась в том, что она похожа на меня как две капли воды. Почти. И да, клеймо наложницы на ноге у нее определенно имелось: оказывается, его надо было снимать вручную дракону, и остальным-то девушкам Дар снял его, а вот этой беглянке… Кстати, почему та бежала, она ведь так и не созналась.

— Она истинная моего брата!

В шоке округлила глаза, пытаясь осознать.

— Но ведь ей должно быть уже много лет! — люди, к слову сказать, живут в этом мире несколько дольше, чем в нашем, благодаря магии, но все же не вечно. — Сколько ей? Шестьдесят?

Дарниэль улыбнулся.

— Чуть меньше, но смысл ты поняла, да? — В его глазах плясали озорные искры.

— Да, — кивнула. — Мир сам отомстил твоему брату за то, что он тогда так эпично меня сюда закинул. — Я даже прикрыла глаза от удовольствия, действительно хорошая новость. — Будет теперь жить молодой парень рядом с весьма взрослой женщиной.

Дарвиэль улыбнулся.

— Но вообще, он уже обратился к совету старейшин по этому поводу. Говорят, что раз у нас с тобой родилась дочь-драконица впервые за тысячи и тысячи лет, то, возможно, боги начинают нас прощать и, может быть, получится что-то придумать.

Фыркнула.

— В мой мир на операцию ее сводите. Там иногда и в семьдесят такие конфетки попадаются!

Дар кивнул, словно воспринял мою шутку всерьез.

— А раз эта девушка вернулась к драконам, скажешь, чего она бежала-то вообще? Хоть в этот раз тебе удалось что-то выяснить?

Мой дракон удрученно кивнул.

— Помнишь моего распорядителя гарема?

Да того пузана, который наоставлял мне синяков на руках, я в жизни не забуду!

— Помню конечно.

— Оказывается, он ее домогался.

Я округлила глаза. Ох! Теперь понятно, чего этот гад так злился и все время пытался мне нагадить. Он же… ревновал, получается?!

Прокрутила события давних дней в новом свете.

Дарвиэль скривился.

— До сих пор порой простить себя не могу, что так увлекся тогда самокопанием, что упустил столько всего в собственном доме. Если бы не это, возможно, наши отношения сложились бы совсем иначе и знакомство было бы… иное.

Я улыбнулась.

— Дар, — заглянула в синие как небо глаза, — это все уже давно неважно.

— А что важно? — Он робко улыбнулся.

И тут на крышу забежали два наших любимых ураганчика — дочка Маришка и сын Дарий. Маришка была всего на пару лет старше брата, но кто же знал, что дети драконов так долго растут? Ей уже скоро пятьдесят, а она пока та еще егоза. Как и брат, впрочем.

— Мам, пап, а мы там с няней решили покрасить кота!

Дарвиэль прикрыл смеющиеся глаза, а я сурово нахмурилась.

Кота доставили в этот мир из моего, так что он был самой настоящей экзотикой. Драконы со всего мира вставали в очередь, когда у него рождалось потомство от также привезенной нами кошечки. А все случилось только потому, что Дарий вцепился на улице перед подъездом его обожаемой бабушки в моем мире в этот блохастый комок, спрятав его под курточкой, а мы переместились и даже не заметили. Потом дочь объявила, что чего это брату можно, а ей нет, и пришлось срочно выбирать еще и кошку.

Конечно, у нас жило уже не первое поколение котов, так как бессмертие в этом мире они так и не обрели, но все же мы любили своих домашних любимцев и красить их… это перебор.

— Я что вам говорила?! Над животными издеваться нельзя!

Встала и уперла руки в боки, со светлой грустью вспоминая, как именно в такой позе обычно отчитывала меня мама когда-то.

— Да мы не издевались! Мы хотели его украсить! Ты сама сказала, что скоро Новый год, а значит, все должны быть нарядными!

Вздохнула.

— Но не коты! В какой хоть цвет покрасили, оболтусы?

В целом, краска в этом мире была из натуральных ингредиентов, так что не думаю, что произойдет в самом деле что-то страшное.

— В зеленый!

Ох… Может, завести еще одного дракончика и дать этим двум шалопаям его воспитывать? Угробить не угробят, но хоть найдут применение своей неуемной энергии.

Задумчиво посмотрела на Дравиэля, тут же уловившего мой настрой и сверкнувшего заинтересованным взглядом.

— Дети, — он явно решил пользоваться моментом, — а идите-ка, найдите нашу Мурку и ее тоже покрасьте! А то ей, наверное, теперь завидно, — выдал он неожиданно. И не успела я даже возмутиться, как он схватил меня на руки. — А нам с мамой срочно надо пособирать скучные пазлы у нас в комнате.

Дети тут же разразились бурным восторгом, а я рассмеялась в плечо мужу.

— Пазлы? Теперь это так называется? — фыркнула.

— Ну а что? Не знаю, что ты там задумала, но ощущаю твое желание и не собираюсь терять момент нашего уединения. Ты моя жизнь, Алиса, моя Жемчужина сердца.

Закатила глаза к потолку.

— Тоже мне, нашелся моллюск. Пошли уже — я решила, что можно сходить и за третьим ребенком. И давай в следующий раз принесем детям собаку из моего мира.

— Собаки есть и у нас.

— Но не такие, — улыбнулась, потянувшись к желанным губам мужа.

Вот так вот я и обрела свою собственную сказку в жизни.

И вы свою любите. А если к вам придет дракон, просить побороться за сердце его брата, — смело соглашайтесь на все! Точно не пожалеете!