Развод с драконом. Вишневое поместье попаданки

Глава 1

Развод с драконом. Вишневое поместье попаданки

— Айлин, я надеялась увидеть круглый живот. Ксандра нет полгода, он должен быть уже большим.

Свекровь сняла с рук длинные чёрные перчатки и кинула их в дворецкого с такой силой, что бедолага поморщился.

— Доброго вам дня, — вежливо поздоровалась, делая книксен. — Я не беременна.

Госпожа Девали спрашивала про беременность всякий раз, когда мы виделись, искала признаки и всякий раз унижала меня за неспособности забеременеть.

Закусила губу, понимая, что снова услышу эти ужасные слова.

— Я говорила ему! Ты пустая: как магически, так и по-женски. Сколько можно тебя держать подле? Три года…три года…в пустую…

— Ксандр любит меня…

Отважилась на эти слова, хоть и понимала, что после них последует буря.

Свекровь не успокоится.

Видя, как багровеет её лицо, мысленно пожалела, что ответила ей. Надо было молчать.

Я ждала возвращения мужа с минуты на минуту, он бы защитил меня от этих нападок. А так…

Свекровь открыла рот, чтобы разразиться гневной речью, как дверь открылась, и слуга с придыханием сообщил.

— Господин прибыл.

От радостной новости улыбнулась шире, чем полагалось.  Что бы унять волнение от долгожданной встречи поправила несуществующие складки на платье, провела ладонью по волосам, чтобы причёска выглядела опрятной.

Засуетилась, затрепетала.

Правда…

Свекровь, сверкнув глазами, обернулась на меня, и я опустив голову подошла ближе, встала на шаг позади.

Обычно, когда приезжал муж, было шумно. Слуги радостно встречали своего господина, желая ему долгих лет жизни, а на этот раз на улице стояла тишина.

Двери распахнулись, и… я поняла в чём дело.

Вместе с любимым в дом зашла красивая девушка, одетая в дорогие одежды, при этом…

Боги! Мир сжался в точку, когда я увидела, что она провела свободной ладонью по круглому животу.

Даже госпожа Девали, что всегда могла найти слова, стояла будто в рот воды набрала.

— Мама, здравствуй, — Ксандр наклонился и поцеловал тыльную сторону её ладони.

На меня он даже не взглянул!

— Познакомься. Это Эвелина — моя истинная, она беременна от меня.

В грудь будто ударили. Я не слышала ничего, кроме этих жестоких слов.  В носу защипало от подступающих слёз. Постаралась взять себя в руки, но пришлось закрыть рот ладонью.

Если у дракона появлялась истинная, закон требовал тут же на ней жениться.

А если у дракона уже была жена, то…

Ксандр взглянул на меня впервые за то время, что был дома. И это не был взгляд любящего человека, а словно ледяные колья вонзились мне прямо в душу.

Не слышала я, как новая истинная что-то говорила свекрови. Но услышала.

— Я знала. Знала и говорила тебе. Не надо был тебе жениться на этой паршивке, Айлин. То ли дело Эвелин. Девочка моя, ты наверно устала с дороги, пойдём, — подхватив Эвелин под руку, свекровь, повела её к лестнице.

Эвелин прошла, мимо обдав свежесть белых цветов. Белокурые локоны, что крупными завитками лежали на фарфоровой коже, румянец на круглых щеках. Не девушка, а просто ангел. Бросив короткий взгляд из-под длинных ресниц на меня, она тут же устремилась вслед за госпожой Девали.

А я, раздавленная и униженная, чувствовала, как слёзы текут по щекам и щекочут шею. Я не могла больше их сдерживать.

— Думаю, мне не нужно объяснять, что наш с тобой брак будет расторгнут. Больше это не твой дом. И ты немедленно должна его покинуть.

— Но куда я пойду? — тихо спросила, смотря прямо в янтарные глаза дракона. — Я же сирота.

— Мне плевать. Если бы ты родила мне ребёнка, я бы оставил подле себя. Купил бы дом, и ты бы ни в чём не нуждалась, а так…

Он так брезгливо это произнёс, что по коже пробежали мерзкие мурашки, словно в одночасье я превратилась из любимой жены в грязь под его сапогами. Хотя так наверно, и было.

— Ксандр, но как же наша любовь?

— Любовь? О чём ты? Да, у тебя смазливая мордашка, и красивая фигура, но я женился на тебе, чтобы получить генеральский пост.

Нет. Это не может произойти со мной? Нет! Я не верю, что всё было так!

Схватившись ладонями за голову, замерла. Услышанное для меня было подобно смерти.

У меня была семья, дом, любящий муж, а оказалось…

Оказалось, это всё была иллюзия для прикрытия. У дракона появилась истинная, а я…должна пойти вон.

— Вообще, я могу оставить тебя в этом доме. Эвелин потребуется служанка, а мне снимать напряжение, когда Эвелин не позволит беременность.

Уголок губы мужа дёрнулся в ухмылке, а я округлила глаза.

Я не ожидала услышать подобное. Он предложил мне быть служанкой, а в перерывах, когда ему потребуется, — постельной грелкой?!

Покачала головой. Я не стану прислуживать истинной мужа. И в этом доме не останусь. Ни на каких условиях.

Но…

Глава 2

— Она там хоть жива?

Странный вопросы был первым, что я услышала.

Но врач заверил меня, что удаление аппендицита рядовая операция. Тогда…

— Слушай, а вдруг правда помрёт? Её затаскивали еле живую. Эх, не надо было браться за это дело. С трупом возиться…

После таких слов глаза открылись сами собой, но только я не поняла, где нахожусь.

Меня окружала темнота, такая густая, что невозможно было понять, что меня окружает.

Тело лишь чувствовало мерное покачивание, словно меня на чём-то везли.

Это точно была не больница.

Господи!  Я что умерла?!

Нет! Я не готова. Нет. У меня ещё есть дела!

Запаниковала. Резко села, но грудь прострелила боль, такая сильная, что слёзы выступила на глазах.

Вцепившись пальцами в ткань одежды, старалась дышать глубоко и размерено. В ушах пульсировало, а звуки смазались, но постепенно боль отступила, оставив после себя только отголосок.

Разговор за пределами этого странного помещения продолжался.

— Помрет и ладно, прикопаем. Нет, так сделаем как он велел. Отвезём её в разваленный дом Эвансов. Они вроде ей какие родственники. Сдохнет там.

Мужчины выделили голосом «ОН». Это кто это? Какие Эвансы? Какие родственники? Это вообще про меня?

Напрягла память.

Мне нужно было вспомнить хоть что-то, но из белого шума смогла лишь почерпнуть, что я Алина Юдина. Мне почти сорок пять. Не замужем, детей нет. Живу в Москве. Работаю

На работе меня скрутила резкая боль, как оказалось, воспалился аппендицит, меня положили в стационар и сегодня провели операцию.

После которой....

После которой я очнулась в этом месте. Потёрла грудную клетку, в которой ещё ныло сердце.

Неприятно, тянуще! Стоп! Я чувствовала боль. Значит, не умерла.

По мере того, как зрение стало привыкать к темноте, я поняла, что лежу на полу…а по обе мои стороны возвышались сидения, совсем как в купе поезда, но это точно не был поезд.

Аккуратно села, уже понимая пространство, оперлась рукой о мягкую обивку сидения.

Тактильные ощущения в отсутствии нормального зрения усилились. Ощупывая пространство, вокруг убедила, что зрения не подвело. Я сидела в проходе, повернула голову и увидела маленькое закрытое окно.

— Н-но кляча старая, давно кнутом не получала?

Громыхнул голос, и тут же раздалось ржание лошади.

Картинка окончательно сложилась. Меня везли в карете. В карете? Это, что шутка?

Перебравшись на мягкое сидение, устроилась удобнее. Мне нужно было обдумать то, как я сюда попала, но карету так сильно качало на ухабах, что мне пришлось сконцентрироваться на том, чтобы не обшибить себе ничего.

Пытка дорогой продолжалась недолго, и вскоре карета остановилась. Внутренне напряглась, не зная, что ожидать, а когда дверь открылась, я увидела низкорослого мужичка с козлиной бородкой.

— Смотри-ка живая. Хи-и-итрая какая, на мягонькое забралась? Ну что, госпожа хорошая прибыли.

В следующее мгновение его рука нагло коснулась голой щиколотки, провела вверх и вниз. Меня обсыпало брезгливыми мурашками.

— Джо, мы же не торопимся?

Это он что имел в виду? А?

— Тебе не брезгливо после дракона-то?

Округлила глаза, так сильно, что чуть глаза не вывалились. После кого? Дракона?

Тот, что с козлиной бородкой, ругнулся, а потом плюнул себе под ноги.

— Драконья подстилка!

А потом меня вытащили из повозки. Грубо. Бесцеремонно.

Ночной воздух после пытки духотой был слаще мёда, но мне не дали вдохнуть его полной грудью, швырнули, как мешок с мукой на землю.

— Осторожнее!

Прошипела от злости, готовая обороняться. Грудь снова обожгло болью.

— Ишь какая, — усмехнулся тот, что вытаскивал меня, — бойкая. Такие просто так не подыхают, надо будет ему сказать, пусть имеет ввиду.

Только открыла рот, чтобы спросить про кого они говорили, как в меня прилетел холщовый мешок.

Мужики больше ни говоря ни слова укатили восвояси, бросив меня одну.

Путаясь в длинной юбке, я с трудом смогла встать на ноги. Замерла.

На мне было надето платье. Длинное и тёмное. По крайней мере, в темноте без единого фонаря я это увидела так.

Это точно было не моей одеждой. Да что за чертовщина?

От вопросов, что рождались у меня, заболела голова.

Да еще и к пронизывающему ветру, налетевшему как ни откуда добавился моросящий дождь. Не прошло и минуты как небо разрезала молния.

На улице оставаться было нельзя, а если пойду до городка, чьи огни я видела внизу холма, то сразу вымокну.

Обернулась и увидела тёмную махину дома и покосившуюся ограду.

Дом Эвансов. Они так сказали.

Что ж, выбора у меня не было.

Подхватив мешок с земли, пробираясь по высокой траве дошла до двери в дом. Толкнула её, и тут же в нос ударил затхлый и сырой воздух.

В доме явно давно никто не жил. Но он мог защитить меня от ветра и дождя.

Прошлась по холлу.

М-да, негусто. Мебели не было совсем, а если и был стул, то на двух ножках.

Вряд ли в темноте я смогла бы найти выключатель. Решила, что лучше закрыть дверь и подождать до утра. При свете дня решу, что делать, и разберусь, куда я попала.

Айлин Эванс…

Прошелестело в голове, а потом дверь закрылась сама собой.

Ой, мамочки....

Глава 3

Тише, Алина это просто сквозняк. Дом старый, скорее всего здесь окна выбиты. Стоило мне об этом подумать, как щиколотки обдало прохладой.

В холодной холе находиться было неуютно, и страшно. С детства я панически боялась пустых домов и привидений.

Сейчас сбывался мой самый большой кошмар. Я одна. Неизвестно где. За окном льет дождь и дует ветер, и несчастный дом скрипит и трещит.

Мне срочно нужно было найти помещение поменьше, и желательно закрывающееся на замок.

Я двигалась почти наугад и почти сразу набрела на кухню. Удача!

Она была меньше и здесь была хоть какая-то мебель. В идеале было бы разжечь костёр, здесь и место было, обложенное кирпичами, совсем как очаг, но…я не умела. Хмыкнула в голос, я та ещё выживальщица, при виде клеща в обморок падаю, какие очаги, я их только в исторических фильмах то и видела.

Потерла лицо, а потом придвинула к столу стул и уселась на него.

Чувствуя, как внутри все дрожит от страха и неизвестности, все же всхлипнула. Испугалась слез и тут же стерла их со щек. Нельзя плакать.

Утром разберусь, что произошло и только выясню чья это дурная шутка, этому человеку не поздоровится!

Положив под голову мешок с вещами, прикрыла глаза. Голова ломила так, что я боялась, что она треснет. Меня стало клонить в сон. Наверно из-за погоды, подумала я, и не стала противиться.

— Ксандр, но как же наша любовь?

— Любовь? О чем ты? Да у тебя смазливая мордашка, и красивая фигура, но я женился на тебе, чтобы получить генеральский пост.

Услышала настолько отчетливо, что, вздрогнув проснулась. Наступило утро. Солнце уже осветило убогое помещение, и я поморщилась.

Фу-у-у сколько здесь было пыли! И я лежала прямо на ней.

Здесь давно никто не жил, и бывший хозяин выскреб и дома все. Постройка была аварийная не иначе. Здесь было опасно находится.

Отсюда надо было уходить, и не мало важно разобраться как я здесь оказалась.

Первым делом я развязала веревку и раскрыла мешок, что был при мне.

А потом замерла. Судорожно вздохнув вытянула руки перед собой и округлила глаза.

Это были не мои руки! Я смотрела на тоненькие пальчики, аккуратные овальные ноготки и бледную кожу.

Но мои руки были намного толще, и грубее. С коротко стриженными ногтями, почти под ноль.

Сглотнув образовавшийся ком в горле, медленно подняла ладони к лицу и обхватила его.

От осознания, что мое лицо намного шире обмерла. Так и сидела несколько минут не шевелясь, а потом медленно встала

Мои мольбы услышали…

Короткий вскрик разрезал тишину дома. Из потрескавшегося от времени зеркала на меня смотрело кареглазое чудо. Хотя конечно я смягчила, таращило глаза, так сильно, что они готовы были выскочить.

Глаза-блюдца, пухлые губы, на щеке след от узла мешка, длинные темные волосы.

А еще девушка в отражении была настолько красива, что дух захватывало. Еще раз коснулась щеки, провела по ней подушечками пальцев.

Это была я! Но как я попала в это тело, и кто это?

Я настолько привыкла не смотреться в зеркало, считала себя некрасивой, полной, несуразной, но сейчас не могла отойти, поворачиваясь то одним боком, то другим.

Это было чудо не иначе. Видимо все же я умерла, и попала в тело этой девушки.

Присев на край ванны, сделала глубокий вздох, а потом произошло то, что я не ожидала. Мне открылись чужие воспоминания.

Слезы сами собой заструились по щекам.

Я будто своими глазами увидела, как бедняжку Айлин свекровь унижает и оскорбляет в её же доме.

Как муж, горячо любимый не реагирует на это, а потом и вовсе.

Этот мерзавец привёл в дом некую истинную.

Айлин не смогла пережить эту новость, ей стало плохо.

Ей никто не помог, прижимая ладонь к груди она сползла на пол.

Ксандр бездушно смотрел на неё, даже не пытаясь помочь, а потом наступила темнота.

В шоке обхватила голову ладонями.

Может это сон? Просто очень реальный!

Ну нет! Так не бывает! Люди не перерождаются, я в это не верю. Но…

Я попала в тело Айлин Эванс, которую бывший муж довёл до сердечного приступа.

Девочка, миленькая, как же ты стояла и слушала. Почему ему глазюки не выцарапала, уж я бы точно спуску бы не дала!

Притащил какую-то блондинистую мечту и рад стараться, а ты мол неистинная пошла вон? Вот как получается?

Злость на бывшего мужа Айлин, получается теперь и моего неожиданно отрезвила меня и развеяла панику, связанную с попаданием.

Он что думает, хвостатый, что Айлин, ну то есть теперь я, загнусь здесь? Не тут-то было! Я выживу. Вот назло всем выживу.

Осталось только…понять, как это сделать?

Для начала нужно было проверить, что там в мешке? Может бывший козлина не поскупился на деньги? Хотя, выкидывая на грани смерти бедняжку вряд ли он думал, что они ей понадобятся.

Спустившись вниз, только теперь заметила насколько грациозны и легки мои шаги. Давно я не ощущала ничего подобного.

Уже на кухне развязала узел и достала содержимое.

В мешке лежало несколько комплектов нижнего белья, пара сорочек, одно платье, гребешок для волос, у моей бабушки был такой и…всё.

Одежда была старинная, я такую только в музее видела или в фильмах.

Но ни денег, ни еды не положили.

Стоило вспомнить про еду, как желудок протяжно заныл. Я не помнила когда в последний раз ела, а так как на голодный желудок я думать не могла, то для начала нужно было раздобыть еды.

Знать бы еще где?

Мой взгляд устремился в окно, и я удивлённо вскинула брови, потому что я увидела сочную спелую вишню, что висела прям перед окном.

А вот и спасение…

Глава 4

Ступая по мокрой траве, я зашла в сад, что рос за домом.

Он был неухоженным, заросшим, но при этом чего в нем только не было: вишни, яблони, груши, сливы. Ух!

От голода стала рвать вишню и есть её.

Терпкий сок наполнил рот, а упругая мякоть легко отделалась от косточки.

Не знаю сколько горстей я съела, но голод отпустил, и я даже стала яснее мыслить. Прошла злость и обида на ситуацию. Включился здравый разум.

Посмотрела на сочные грозди и меня окатило ледяной волной.

На заброшенной усадьбе росла вишня и никто на нее не позарился?

Икнула. А что если это не вишня? Просто ягода похожа и ее нельзя было есть?

Ой, мамочки.

Так, оставить панику. Прислушалась к своим ощущениям, но ничего необычного не почувствовала.

Вишня, как вишня. Сладкая, терпкая, в меру кислая. Вот только вишней сыт не будешь. Прошлась по саду, но съестного, кроме вишни больше ничего не нашла.

Не густо. Но нельзя было ныть и раскисать. Меня отправили в тело этой женщины не просто так.

Хмыкнула. Разве можно было назвать это неземное создание с огромными глазами олененка женщиной? Девчушка, девчонка совсем и столько перенесла. Эх, мужики. Что в моем мире, что в этом.

Запустив пальцы в волосы помассировала корни волос.

Старый дом, который того гляди от ветра может рухнуть, нет еды, воды и денег. Только вишни…

Рядом с супермаркетом где я работала был стихийный рынок. На нем бабульки продавали огурчики, помидорчики, зеленушку всякую, ягоду.

Ягоду! А что, если мне тоже попробовать все это богатство продать?

Вишневые деревья будто услышали мои мысли и мне даже показалось, что они покивали своими ветками.

В которой раз по телу пробежали мерзкие мурашки. Это место будто было живое и дом, и сад. Повела плечами, словно пыталась избавится от взгляда между лопатками. Обернулась, но никого не увидела.

Это просто нервы. Надо было успокоится, переодеться и отправится на рынок. Выходя из дома сегодня утром я заметила, что дом стоит будто на возвышенности и прямо с крылечка открывался вид на городок.

Туда я была намерена отправится.

Надев другое платье и причесав волосы, я вышла на тропинку, которая вилась змеей прямо к городку.

Я не удивилась, когда увидела торговок с вишней прямо на центральной площади, которая скорее всего выполняла функции рынка.

Подошла спросила цену и чуть было челюсть не пришлось поднимать с пола. Ведро спелой ягоды стоило целый серебряный.

Опыт Айлин из этого мира говорил мне, что это немалые деньги. На них можно купить продуктов, а если продать не одно ведро, то и дом подлатать можно.

— Хозяюшка, а как вы торгуете на рынке? Нужно разрешение у кого брать?

Ласково спросила я, подходя к женщине приятной внешности.

— А ты чего интересуешься? — недоброжелательно ответила торговка, нахмурившись.

Однако…внешность обманчива.

— Так и у меня вишня растёт.

— Не видела тебя здесь. Чья ты?

Тон из настороженного стал любопытным. Я видела, как несколько торговок рядом тоже навострили уши. Одна даже перестала говорить, с другой, выразительно зыркнув на подружайку.

— Айлин зовут. Я родственница Эвансов.

На рынке стало совсем тихо. Торговка округлила глаза, а потом переглянулась с другой. Даже покупатели стали перешептываться.

— Так помер старый Эванс давно. Ты что же в их разваленный дом заехала?

— Я вопрос задала, уважаемая?

Намекнула ей, что не буду обсуждать себя.

— А откуда у них вишни? Просто дом развалюха. — ввязалась в разговор ее соседка по торговле.

— Да своровала поди, законника бы позвать надо.

Раздался противный скрипучий голос с другого конца ряда.

Проблемы мне были не нужны, а разговор утекал в другое русло. Но меня не беспокоило прибытие законника, я плохого ничего не сделала, пока. Пока потому что была готова вцепится в белоснежный чепчик мерзкой бабки, что во всю транслировала гнусную ложь.

Беспокоило меня то, что я сад видела, как этот ясный день, почему остальные его не видели?

Ведь если бы такой богатый сад был би ничей его ободрали сразу же, а туда нога человека не ступала.

— Зови, заодно пусть вас тоже проверить как вы тут торгуете, — громко сказала.

— Вот нахалка! У нас есть разрешение. Господин Дэрме сам выдавал.

Подняв указательный палец вверх под поддакивания толпы вещала торговка.

А вот и нужна мне информация. Что ж спасибо и на этом.

Я усмехнулась, а потом схватила одну вишню из ее ведра, и положила в рот.

— Кислятина…

Фыркнула я, плюнув косточку прямо на землю, а потом развернувшись пошла на поиски господина Дэрме.

На выходе из рынка меня окликнули. Ко мне озираясь подошла молодая девушка с милыми ямочками на щеках. Она тихо сказала мне.

— Госпожа, вам не дадут разрешение…

Глава 5

Другой мир, проблемы те же.

Чёртова бюрократия.

Чтобы получить разрешение на торговлю, нужно было найти бюро по выдаче разрешений всего на свете, и что-то мне подсказывало, что получить желаемое будет ох как непросто.

Милая девушка не стала мне показывать, куда идти. И я решила сама найти это бюро. Заодно прогуляюсь, посмотрю на город.

Городом Форвейт можно было назвать с натяжкой, скорее село с центральной площадью, на которой располагалось все значимые организации.

Бюро выдачи разрешений находилось прямо напротив статуи дракона основателя города. Это я успела прочитать, пока шла.

Драконы!

С ума сойти. Моё представление о летающих ящерах рушилось на глазах, оказывается, в этом мире, они могут быть людьми! Могущественные, живущие сотни лет.

С одним таким козлоящером Айлин и попала в роковую историю.

Не осудить, не обсудить. Молодость! Кто в таком нежном возрасте ошибок не совершал.

У господина Дэрме был секретарь, который и проводил меня в кабинет.

Вот не понравился мне господин Дэрме, что выдавал разрешение на торговлю.

Постная рожа, двойной подбородок, реденькие волосы и водянистые близко посаженные глазки. К непривлекательной внешности комплектом шёл сальный взгляд, которым он осмотрел мою грудь и талию.

На мой вопрос он причмокнул губами и изрёк.

— Милочка, все хотят.

— Я понимаю, так как получить это разрешение.

— Для тебя никак. Я тебя не знаю. Чья ты, кто может за тебя поручится?

Никто. Опустив взгляд, пыталась что-то сообразить, но господин Дэрме, не дал мне собраться с мыслями.

— Так и знал. Знаешь, милочка, сколько вас таких пришлых здесь шастает, и шла бы ты подобру поздорову, пока я законника не позвал, — с нажимом на последнее слово сказал этот мужик.

Замечательно! Я в этом мире только второй день, а на меня уже готовы вызвать законника. Второй раз за день.

Можно было сказать, что я племянница Эрика Эванса, но у меня даже документов нет, как доказать?

Вдруг на лице господина Дэрме проступило елейное выражение, он ни с того ни с сего хлопнул себя по лбу.

— Ну какой же я недогадливый, — со скрипом, отодвинув стул, он вдруг хлопнул себе по колену, — иди, иди ко мне, милая, притешу. А будешь стараться, то и разрешение получишь.

Фу. Меня аж передёрнуло, стоило представить, как жирные пальцы будут лапать меня.

Сделала шаг назад и смотря прямо в глаза этому человеку произнесла.

— Нет, я уверена, что можно получить разрешение на торговлю другим путём.

Рот господин Дэрме скривился. Эх, не видать мне разрешения как своих ушей. Это я уже поняла.

— Можно, — насмешливо вздёрнул бровь, а потом достал из чёрной папки на столе лист бумаги, — соберёшь документы и приходи.

Взяла листок и еле сдержалась, чтобы не ахнуть от удивления. Но внешне не показала этого.

— Хорошо. До свиданья, господин Дэрме.

Помимо документов, нужно было выплатить в казну приличную сумму денег.

Пока я смогу их заработать, то торговать будет нечем.

Так! Не раскисать! Что на торговле свет клином сошёлся? Мало ли куда ещё требуются рабочие.

От души хотела пнуть дверь ногой, но остановилась. Нет. Мало ли какие тут нравы.

Тяжело вздохнув, вышла на улицу, как тут же…

— А ну с дороги, чего встала?

Громкий голос за моей спиной заставил меня вздрогнуть и буквально вжаться в дверь.

Сдвинув кустистые брови мимо меня прошёл крупный мужчина в возрасте в тёмно-синей форме с нашивками. Мужчина вёл впереди себя мужчину, руки которого были заложены за спину и связаны верёвкой.

Совсем как полицейский вёл нарушителя. Воспоминания Айлин тут же подсказали, что в этом мире таких людей зовут законниками. Так вот кем меня пугал Дэрме.

Законник уже почти прошёл мимо меня, а потом остановился.

— Айлин?

Глава 6

Я не знала этого мужчину, но сам факт, что он знал Айлин, заставил меня выпрямить спину и обратить на него внимание.

— Как же ты выросла! Я видел тебя ещё малышкой. Ты наверно меня не помнишь?

Радостно воскликнул он на всю улицу, так что несколько женщин, что чинно вышагивали, под кружевными зонтиками, по другой стороне, обернулись.

Обратилась к памяти Айлин. Она не знала законника, поэтому я отрицательно покачала головой.

— Я Александр Мейер, ты звала меня дядя Алекс, я бывал частым гостем в доме твоего дяди. Ты отправила ему свою

Встрепенулась. А вот это в воспоминаниях было!

Сразу после свадьбы Айлин отправила фотографию единственному из живущих родственников. Зачем, правда, непонятно, судя по воспоминаниям дядя был просто номинальной фигурой и не принимал участия в жизни девочки, которая после гибели родителей оказалась в приюте.

Кстати, почему? Дом большой, мужик он был вряд ли бедный. Ещё одна загадка, с которой придётся разобраться уже мне.

— Да, я отправляла.

Видимо, моё лицо было настолько растерянное, что господин Мейер решил продолжить.

— Что-то случилось? Он умер?

Умер? Этот гад чешуйчатый жив-здоров.

Сделала скорбное лицо, а потом опустила глаза в пол.

— У моего мужа появилась истинная, и он отправил меня сюда.

Дядя Алекс широко раскрыл глаза, а потом прогромыхал.

— Вот мерзавец!

Стайка женщин, проходящая мимо, прибавила ходу, и дядя Алекс это заметил.

— Ой, да что же это мы разговариваем прямо на улице. Здесь за поворотом полицейское отделение. Идём.

Конечно, я пошла за ним. Мне нужны были связи в этом городе. Тем более дядя Алекс знал старого Эванса. Мало того, судя по тому, что видел фотографию со свадьбы, общался с ним до самой смерти.

— Городовой, делаю вашу работу, — прикрикнул он на пухлого мужичка в костюме, пуговицы на пупке, которого готовы были рассыпаться в разные стороны. — Держите. Ограбил лавку Хобса, я поймал его на поличном.

Городовой вытянулся в струнку и тут же перехватил преступника, повёл внутрь отделения.

Снова осмотрев меня цепким взглядом человека, что всю жизнь ловит преступников и толкует законы для населения, Александр Мейер вдруг хлопнул себя по лбу.

— Дурная моя башка. Ты же голодная поди, в доме Эванса ничего нет, кроме пыли. Уж его жёнушка постаралась выгрести оттуда всё, что не было приколочено, чтоб ей пусто было.

Ответом было урчание моего желудка, когда я услышала про еду.

— Пойдём ко мне домой. Моя жена Марта нас накормит. Я живу здесь недалеко, за поворотом.

Идти куда-то, по сути с незнакомым мужиком, было страшно. В фильмах так обычно начинается история убийства: невинная жертва и оборотень в погонах. Но шанс умереть от голода был куда более осязаемым, чем мои домыслы.

— Мне неудобно, — прощупала почву.

— Марта будет рада. Что ты, что ты.

Законник не обманул. Его дом был очень близко расположен к отделению. Крашенный белой краской, он утопал в зелени и выглядел как домик из сказки, не то что холодное, прогнившее поместье.

В доме семьи Мейер было чисто и уютно, а ещё восхитительно пахло едой. Какая же я была голодная!

Марта, пухлощёкая женщина с сеточкой морщин на добром лице, создала столько шума, что впору было закрывать уши.

— Да прекрати же ты тараторить, — остановил её господин Мейер, но ласково. — Девочка голодная, накорми её.

Когда жена дяди Алекса разлила по тарелкам ароматный и густой суп, я еле дождалась, когда можно будет начать есть.

— Бедная девочка, чтобы этим драконам пусто было! Явились в наше королевство и давай порядки устанавливать.

Причитала Марта, ставя передо мной корзиночку с горячими булочками.

— Но, но Марта не расходись. А что ты делала у Дэрме?

Кряхтя, дядя Алекс сел на стол и тоже принялся есть суп.

Оторвать от еды было невыносимо, но от каждого слова, что я скажу сейчас, зависело многое.

— Ксандр выкинул меня из дома, отдав мне только платье на смену.  Мне не на что жить, а дом в очень плохом состоянии. Я подумала, что могу продать вишню, что растёт рядом с домом дяди, чтобы заработать хоть немного денег на первое время. Я готова работать, ведь у меня ничего нет.

Марта всплеснула руками.

— Даже отступных не дал ей, золота какого. Жлоб!

Законник, в который раз строго посмотрел на свою жену, но вся эта строгость была скорее напускной, нежели, серьёзной.

— Для того чтобы торговать, мне нужно разрешение, — достала из кармана платья смятый листок, который мне дал Дэрме. — Только мне его не получить, ведь нужно заплатить двадцать золотом.

— Совсем обнаглел, но ничего снова у нас появится новый губернатор, он-то наведёт порядок.

— Вот откуда ты это знаешь?

Покачал головой Александр.

— Кумушка Эллаира сказала, она знает все сплетни в городе, — гордо сказала Марта, а потом вдруг у неё глаза загорелись, — так я за вечерним чаем скажу ей, что у тебя есть великолепная вишня, с этим товаром у нас дефицит, была холодная весна, у многих вишни на цвету попали под мороз. Алекс торговать из дома-то разрешения не надо?

Законник, что слушал только краем уха, встрепенулся.

— Не надо, на рынок идут, чтобы что? Чтобы твой товар увидели, но если мы дадим тебе рекомендацию, к тебе народ пойдёт и так. Накопишь двадцать золотом, получишь разрешения. У Эванса был великолепный сад, плодовитый. С одного дерева вёдер десять наберёшь.

— Если вы поможете, то я буду очень благодарна. К сожалению, кроме благодарности у меня ничего нет.

Опустила взгляд в пустую тарелку.

— О, не беспокойся. Мы были дружны с Эриком. Это единственное, чем я могу помочь тебе. Не обессудь, пока новый губернатор не придёт к власти, жалование мне не платят…

Что за дичь? А жить как? Хотя было же время, когда зарплату выдавали макаронами или сахаром. Это ещё гуманно.

— Нет, нет, не нужно, я справлюсь.

Поспешила успокоить. Меня тронула их забота.

Даже будучи предприимчивой и бойкой, не всегда обстоятельства складываются в твою пользу и очень важно иметь кого-то близкого.

— А может, я вам принесу? Ну, вишню. Сада у вас нет, зачем покупать, будете тратиться.

Чета Мейер переглянулась.

— Заодно и будет что показать кумушкам, — подмигнула мне Марта.

Распрощавшись с супругами, я пошла в поместье. Нужно было набрать вишню и отнести им, чем быстрее узнают о том, что я продаю ягоду, тем быстрее я получу деньги.

Пустое ведро позвякивало в другой руке, и я радостная шла домой.

Но уже на подходе увидела группу мужчин, что стояла у моей калитки. Похоже, моему плану не суждено было сбыться…

Глава

Во главе процессии стоял господин Дэрме.

— И чего встали? Сносите уже эту развалюху! Я купил эту землю, вот документ!

Кричал он, но мужчины, что окружали его, не торопились выполнять приказ.

Тут то я поняла, что разрешение на торговлю мне не получить НИКОГДА!

Этот мерзкий человек открыл свой жирный рот на моё поместье.

— Господин Дэрме на доме чары, мы не попадём внутрь. О таких вещах нужно сообщать заранее.

Грубо сказал ему один из мужчин, что прибыли с ним.

Страшно ли мне было подходить?

Конечно!

У меня аж колени подогнулись, когда я представила, что мне нужно будет пройти мимо них и зайти в калитку.

Спокойно, Алина. Ты работала в ночном магазине, каких только типчиков ты не видела? А охранника нужно было самого защищать от местных любителей распития чего покрепче.

Сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, а потом, сделав вид, что не замечаю их, прошла мимо и открыла калитку.

По тишине и щекочущим лопатки взглядам я поняла, что они смотрят прямо на меня.

Зашла в калитку и тут же закрыла её.

Домик выручай! Пронеслось истерическое в голове.

Уже в безопасности, обернулась, будто только что их увидела, спросила:

— Господа, с какой целью вы собрались около моего дома?

Мужики переглянулись, но не Дэрме, он буквально вперился в меня взглядом.

— Ты?!

От визгливого тона поморщилась. Неприятно.

— Я. Вы же не захотели узнать моё имя. Моя грудь заинтересовала вас больше. — вздёрнула подбородок. — Меня зовут Айлин Девали, в девичестве Эванс. И это поместье, принадлежащее моему дяде Эрику Эвансу, теперь моё.

На самом деле я не знала законов этого мира, Айлин тоже не особо разбиралась, но дом пустил меня, хотя всем остальным давал от ворот поворот. Значит…значит он мой!

— Обойдёшься, я купил эту землю вместе с разваленным поместьем. Знаем мы таких племянниц, охотниц за чужим добром. Законника надо звать!

— Зовите и попробуйте для начала войти, чтобы забрать якобы своё. Ах, вы не можете.

Хоть я язвила и старалась быть спокойной, но внутри всё тряслось от страха, что со мной произойдёт, если дом их пустит, но я зря беспокоилась.

— Нужно звать господина Нотари. Вы же через него заключали сделку?

— Самый умный да? — рявкнул Дэрме на мужчину, который до этого уверял его, что на доме чары. — Быстро кто-нибудь сбегайте за этим старым пердуном и заодно законника позови. Я вышвырну эту девку с моей земли до рассвета.

Экий барин. Нахмурилась. Господин Дэрме и правда вёл себя как хозяин положения. Вот бы сбить с него эту спесь. Да ещё и давал клички, мерзкий человечишка, с говняной фамилией.

— Зовите, зовите, только будьте готовы поджать хвост уйти восвояси.

Сказала я из своего безопасного укрытия.

Послали самого молодого, который бегом сбегал в город и вернулся с новостью, что господин Нотари занят и не может прибыть сию минуту, нужно ждать, а господин Мейер прибудет с минуты на минуту.

Господин Дэрме даже ногой топнул. А я широко улыбнулась. Так-то.

У меня было дело, я пообещала набрать виню, но разве займёшься делом, когда решается вопрос, окажусь я на улице или нет.

Понятно, что дядя Алекс на моей стороне, но кто знает, есть ли завещание? Или тут какие-то иные законы применяются. Наверно, Мейер должен был мне сказать, а может, не знал о планах Дэрме.

Обернулась, потому что сзади хлопнула дверь, дом будто был тоже возмущён происходящим.

Ничего домик, мы женщины с земли просто так не сдаёмся. Повоюем.

Вспомнилась частушка: «Чья же буду я жена, чей же будет мой жених, повоюю я у них».

Так вот, хоть я не собиралась обзаводиться женихом, была я там…гиблое дело. Но повоевать — всегда, пожалуйста.

Один дом я уже отдала чужому для меня человеку, но в этот раз просто так сдаваться я была не намерена.

Нотариус и дядя Алекс прибыли одновременно на чёрной открытой повозке.

— Вот она, господа, хозяйка липовая! Разберитесь уж.

Худощавый мужчина с очками на крючковатом носу, смерил меня хмурым взглядом.

— Нарушительница спокойствия, я бы сказал, — недовольно сказал нотариус, доставая из папки документ, на котором я увидела множество подписей.

— Хорошо, что я увидел Айлин сегодня на улице, — спокойно сказала законник. — А то тоже бы так подумал.

Это прозвучало резко, буквально наотмашь, но не для меня, а для нотариуса и Дэрме.

— Господин Нотари, что же это получается? — елейно спросил Дэрме, игнорируя слова законника. — Земля моя, дом тоже, я заплатил в казну двести золотом. На каком основании эта профурсетка заняла мой дом? И не пускает меня, законного владельца?

Нотариус углубился в чтение документа, а потом сказал, то, отчего я замерла, не веря своим ушам…

Глава 8

— Ваша сделка будет аннулирована, но не знаю, сможете ли вы вернуть ваши деньги, господин Дэрме.

Гнетущая тишина несколько мгновений давила на уши. Первым очнулся «потерпевший».

В два широких шага он преодолел расстояние до повозки, в которой сидел нотариус и законник, и, схватив первого за ворот, так рванул на себя, что бедолага чуть не вывалился через край.

— Ты же говорил, что земля будет моя, — завизжал он так, что я поморщилась.

Дядя Алекс, с силой ударил Дэрме по рукам, чтобы он отпустил несчастного нотариуса, который даже не мог предпринять попытку для спасения.

— Не забывайтесь, с кем имеете дело. Он слуга закона.

Строго. Без возражений. И Дэрме послушался, шипя под нос проклятья, отступил.

Господин Нотари поправив шейный платок, несколько раз кашлянул.

— Так и было, если бы госпожа…госпожа…

— Девали, — кивнула я.

— Да, если бы госпожа. Девали прибыла после годовщины дня смерти Эрика Эванса, то так и было бы. В завещании чётко указано, что если в течение года после смерти Эрика Эванса, явится хоть кто-то из его родственников и заявит права на дом и землю, то они будут принадлежать ему. В ином случае через один день бы земля и дом перешли бы во владение города. А так.

— Годовщина завтра. — напомнил Александр Мейер.

Прикрыла рот ладонью. Получается, если бы я прибыла послезавтра, то меня бы просто выкинули на улицу? Вот это я удачно заехала. Спасибо дорогой, козлина, и на этом.

— Я буду судиться. Я найму адвоката! Это ещё нужно доказать, что она его

Рычал от злости Дэрме.

— Тварь, я найду на тебя управу. Разрешение захотела получить, — господин Дэрме в припадке бешенства кинулся к ограде, за которой я стояла, но что-то невидимое остановило его, я лишь видела скрюченные пальцы, что были готовы вцепится в мои волосы и лицо, но дотянутся до меня он не мог. — Посмотрю, как ты выживешь? Сдохнешь от голода. Я тебе такую славу сде…

Дэрме прекратил истерить, потому что ему на плечо легка крупная ладонь законника. Дядя Алекс сверкнул глазами, и, не меняя тона, сказал.

— Свои оскорбления, Освальд, оставь для своей жены. Эта девочка — племянница Эрика. А тебе известно, что мы были дружны. А своё разрешение скоро возможно, ты сам засунешь себе в задницу. На днях прибывает новый губернатор. Не думаю, что он оставить тебе прибыльное дело.

Дядя Алекс резал словами, а я была ему безмерно благодарна. И хоть Дэрме не  был похож на того, кто так просто сдаётся, и он может пакостить исподтишка, я была под защитой законника.

Только бы новый губернатор не решил от него избавиться.

Откат после произошедшего наступил не сразу. На улице стало тихо. Непрошеные гости укатили каждый к себе, а я пошла собирать вишню. Нельзя прохлаждаться, когда в доме шаром покати.

Чем быстрее Марта покажет вишню из моего сада, тем лучше. Подумать только. Моего. Сада.

Там в Москве я настолько привыкла, что у меня моего ничего нет, что сейчас у меня дрожали пальцы, осознавая, что у меня появился угол, который я могу считать своим.

Слёзы покатились из глаз сами собой, застилая глаза. Не любила плакать, но не могла их остановить.

Я могла лишиться дома снова. События из моей прошлой жизни непрошеными воспоминаниями нахлынули, заставляя замереть, прислонившись к сильному стволу дерева.

Нас было двое. Я и Аня. Алина и Аня. Сестры не разлей вода.

Анюта была нашей звёздочкой. Младшая сестрёнка. Умница и красавица.

Мама слегла, когда Анечка училась на третьем курсе института. Тогда я твёрдо решила, что у моей сестры будет высшее образование и студенческая жизнь. Успеет, наработается.

Я тянула лямку за всех, работала на трёх работах, чтобы обеспечить маму лекарствами и сестру красивой одеждой.

Как-то врач сказал, что благодаря мне мама прожила лишних полгода. Вот только…до выпускного сестры не дожила.

Жизнь взяла своё. После похорон я случайно встретила Колю. Гружёной тележкой сбила его прямо в супермаркете. Это была любовь с первого взгляда. Я и не думала, что можно быть настолько счастливой.

Вскоре мы поженились. Мамину квартиру мы решили продать, чтобы купить Ане отдельную квартиру, а часть денег вложить в совместную квартиру.

А потом…

Ключ не подошёл к замку.

Оказалось, что Коля женился на мне только ради маминой квартиры, и Ани, которая упросила его разыграть сценарий, так как знала, что я никогда просто так не продам мамину квартиру.

Мы даже не поговорили. Мне хотелось посмотреть ей в глаза, понять, в ней осталось хоть что-то от моей сестры или это чужой мне человек. Но не захотела она. Даже дверь своей новой квартиры не открыла.

Добило меня то, что Коля и Аня были не просто знакомы, а были любовниками. Мерзость!

Именно после этого я перестала плакать и улыбаться.

Мне было сорок пять, работа продавцом не давала мне даже призрачного шанса, чтобы купить себе даже комнату в общежитии. И я сдалась. Поплыла по течению. День прошёл и слава богу. А тут…

Мой дом. Милый дом. Я тебя никому не отдам.

За калитку я выходила с опаской. Полное ведро тянуло руку, и я шла, то и дело оглядываясь, но, видимо, господин Дэрме был сегодня занят тем, что строчил жалобу в суд.

Добралась я без происшествий.

— Милая, я думала, ты не придёшь, после такого-то!

Воскликнула Марта, обнимая меня.

— Я не могла бы обмануть вас.

Тут я обратила внимание, что в гостиной сидит ещё одна женщина.

— А я как раз рассказывала о твоей вишне леди Сорвейт, мы дружны.

Леди? Это прям что-то высокородное. Так и было, потому как леди Сорвейт встала из кресла и подошла к нам, стало понятно, что передо мной не просто абы кто.

— Вот это наша Айлин. — представила она меня. — А это леди Солвейт, вдова покойного губернатора и уважаемый человек в городе.

Что-то в ней было похожее на свекровь Айлин, и я напряглась.

— Очень приятно, — я слегка склонила голову.

— Ну что вы, вы и сами леди, просто пока в трудной ситуации, — чинно сказала Сорвейт. — За сколько вы продаёте свою вишню?

Цена была два серебряных за ведро, но хочешь, чтобы клиент потёк рекой умей демпинговать.

— Один серебряный и восемь медных, для госпожи.

Марта приоткрыла рот, а леди Сорвейт растянула губы в довольной улыбке.

Что ж…пожалуй, теперь мне надо боятся не только господина Дэрме…

Глава 9

Я так торопилась заработать первые монеты, что не заметила, как наступила ночь. Время, которого я всегда боялась.

Но в отличие от первой ночёвки теперь я была уверена, дом защищает меня, и никто не посмеет меня обидеть, пока я на территории поместья, пока стою за оградой.

Я набирала вишню, пока не стемнело настолько, что хоть в глаз коли, ведь пообещала я принести товар утром. Выбирать не приходилось, первых клиентов нельзя было терять.

Поужинала я тоже вишней. Выбора не было. Я побоялась спрашивать деньги вперёд, да и повторюсь, диктовать условия я не могла.

Желудок противно ныл, желая вкусить хотя бы хлеба, но я попила водички из удивительно чистейшего колодца и зашла в дом.

Спать было негде, и я устроилась на том же месте, что и вчера, но сон не шёл. Мне было страшно.

В тишине дома я слышала, как скрипят половицы, будто, кто-то ходит по второму этажу. Б-р-р-р.

Разыгравшееся воображение представляло призраков и прочую нечисть, но я успокаивала себя, что не верю ни в то, ни в другое.

Наоборот, я твёрдо решила, что как только наступит утро, я обследую дом сверху донизу и всё, что найду, всё, что мне как-то поможет в быту, снесу вниз и обоснуюсь пока на кухне.

Проснулась я от солнечного лучика, что блуждал по щеке. У меня не было часов, и я тут же встрепенулась.

Леди Солвейт! Монеты!

Умывшись ледяной водой из колодца, я подхватила ведра и бодро пошла прямиков к

Пока ждала, жадно осмотрела шикарный дом, чуть не захлебнувшись в зависти, леди спала на мягких перинах, а я? А что я? Алина, ты только попала в этот мир, трудись, и у тебя всё будет. Вишни вон сколько много, а ещё из вишни можно сварить варенье и сделать настойку.

Даже усмехнулась, оказывается, надо было умереть и попасть сюда, чтобы предпринимательская жилка проснулась.

На втором этаже дрогнула занавеска, и я увидела милое детское личико, маленькие ручки тёрли сонные глазки. Девочка увидела меня, и тут же её глаза стали похожи на два блюдца. Шмыг. И занавеска снова закрылась.

Ну вот, напугала ребёнка своим видом.

— Кто такая?

От резкого, противного голоса я вздрогнула. Засмотрелась, называется.

— Доброе утро. Леди Солвейт заказывала два ведра вишни, я принесла.

Служанка цокнула языком, а потом с ног до головы осмотрела меня.

— Жди.

Дверь захлопнулась перед моим носом, и я глубоко вздохнула. Спокойно, Алина.

Хорошо ведра поставила, потому что дверь мне не открывали долго. Я уже успела осмотреть соседские дома и даже посчитать, сколько пик на кованом заборе.

— Заноси.

Дверь открылась, и из глубины дома я услышала тот же противный голос.

Шагнув внутрь, я оказалась в роскошном холле, но каком-то потёртом, изношенном. Не так я представляла дом губернатора изнутри.

— Оставь здесь и уходи.

Объявила служанка, а я даже рот открыла от такой наглости.

— Нет платы — нет ягоды, — сказала как отрезала.

— Ты что, грязная торговка, не знаешь в чей дом пришла? Здесь живёт достопочтенная вдова, ты думаешь, я побегу её будить, чтобы тебе заплатить, получишь своё, когда ей это будет угодно.

Не поверила. Вчера мы договаривались, что плата будет, как же этот мир похож на мой. Каждый, кто забрался повыше считает, что может что-то получить бесплатно, просто по факту высокого положения.

Решила пока не грубить, но пустой желудок требовал скандала. Я была раздражена максимально.

— Уважаемая, вчера мы договорились с леди Солвейт, что я рано утром принесу ягоду. Она должна была в таком случае оставить вам деньги — три серебряных и шесть медных монет.

На наш шум выглянули другие слуги.

Хамка, видимо, почувствовал поддержку, распрямила плечи и открыла рот, как…

— Что здесь происходит? Почему крики?

Запахивая халат, по лестнице, чинно ступая, шла леди Солвейт.

— Госпожа, пришла торговка вишней и требует деньги.

Меня мороз пробрал от взгляда, которым меня одарила вдова. Будто она меня первый раз видит. Но…

— Ах да. Я вспомнила. Но, милочка, вишня мне уже не нужна. Сегодня прибывает мой сын, который заберёт меня из этой дыры.

Закусив нижнюю губу, я чувствовала высшую степень негодования. Она ведь знала, зачем тогда договаривалась?

Спорить не было смысла.

— Я пойду освобожу вёдра и верну их. Они же ваши.

— О, не надо, оставь себе, — сказала вдова, махнув рукой. — Это такая мелочь, а тебе могут пригодиться. А теперь ступай.

Может, ниц надо было пасть от такой щедрости? Или руки целовать?

Тяжело вздохнув, я вышла на улицу.

И куда мне теперь было девать целых два ведра вишни?

Глава 10

Когда дверь закрылась за моей спиной, я была готова расплакаться от бессилия.

Мне хотелось есть, а тяжёлые вёдра тянули руки. У Айлин была нежная кожа, которая покрылась мозолями от непривычной тяжести.

Это я была привычна таскать тяжести, и толкать тяжёлые палеты с товаром.

Хорошего в этом ничего не было — к сорока пяти годам я заработала две внушительные грыжи в пояснице, которые готовы были сделать меня парализованной в любой момент.

Вот только умерла я от ошибки врача. Скрипнула зубами, оборачиваясь на тяжёлую дверь.

Ведра она мне оставила! Как собаке кость кинула! Ну уже нет. Не нужны мне подачки.

Вот сейчас…

Вот сейчас…

Отнесу вишню Марте и поставлю вёдра ей на порог, пусть она через них споткнётся, когда будет отсюда уезжать!

Ух, какая злая я была. Когда меня предал муж и сестра, я не злилась, просто утопала в бессилии, а в эту самую минуту я была зла.

Но стоило мне переступить порог дома Мейеров, то пришлось закусить до боли щеку, чтобы не начать реветь.

Марта, смотря на мои красные, влажные глаза, на тяжёлые ведра, не сразу поняла в чём дело.

— Не нужна ей вишня, — громко звякнув металлом о каменный пол в доме.

— Ох, милая, но как же. Урсула никогда бы…

Запричитала Марта, меняясь в лице.

— А вот так. Её сегодня сын забирает в столицу, и ягода ей ни к чему. Вот я одно не понимаю, она вчера об этом не знала? Марта, есть куда пересыпать, отнесу ей эти треклятые ведра, она, видите ли, решила мне их оставить.

В конце пылкой речи слёзы всё же брызнули из глаз.

Марта схватила мои ладони в свои и крепко стиснула.

— Не нужны ей эти вёдра, прекрати. Гордость свою будет показывать, когда кем-то станешь, а пока радуйся, что хозяйство наживаешь.

Это прозвучало так отрезвляюще, что мне стало стыдно за свою истерику. Подумаешь, сколько будет таких леди на моём пути я что буду тратить нервы на каждую?

Алина, просто вспомни работу в супермаркете. Много там было довольных посетителей? Вежливых, не орущих по поводу стоящей на полке банке майонеза, просроченной на один день. Понимающих, что продавцов в зале мало, и иногда невозможно прибежать на кассу после первого звонка.

Ни одного!

Так почему в этом мире, должно быть, иначе? Нужно просто собраться и перестать ныть. Это не поможет!

Эх, сказала бы я это себе тогда, когда из родной квартиры мне пришлось въезжать в рабочее общежитие, которое кишело тараканами. Наверно, взяла бы себя в руки и собрала размазанную по лицу волю. Но рядом не было чудесной Марты.

— Иди выпей чая.

Марта налила мне чашку чая и положила передо мной ломоть чёрного хлеба. Дела у этой семьи были не очень. И когда приедет этот губернатор.

— Ты куда? — тут же встрепенулась, когда увидела, что Марта надевает белую косыночку.

— Ешь. Попробую тебе помочь.

И она ушла.

Чай был давно выпит, а хлеб съеден. Есть всё равно хотелось, но уже не так сильно.

За рассматриванием сервиза меня застали врасплох.

— Айлин, познакомься, это Китти. Китти — это Айлин Эванс.

Женщина в белой косыночке, и белом переднике поверх синего платья выглядела мультяшной и настолько миловидной, что даже не верилось в такую кукольную внешность.

Китти хлопнула несколько огромными глазами, а потом тихо спросила у Марты.

— Правда, серебряный и восемь медных?

Скосив взгляд на крупную ягоду, она даже губы поджала.

— Да. И у неё ещё много, — твёрдо сказала Марта. — На рынок Айлин встать не может. У неё нет разрешения, я решила ей помочь.

На мгновение по кукольному лицу Китти промелькнула тень сомнения.

— А цена, почему ниже?  — с каждым словом она говорила всё и тише. — Плохая? Мятая?

— Отличная ягода, — тут же вставила Марта, не давая мне рта раскрыть.

Китти нерешительно подошла к ведру, где лежала спелая, вкусная ягода. В ней боролось желание купить ягоду по выгодной цене и в какой-то мере недоверие.

Непонятно было, с чем оно связано? Вишня и вишня.

— А если она узнает?

Китти, выделилаона, а меня пробрала дрожь. И кто это такая, что держит в страхе местных хозяек.

— Не расскажешь, не узнает.

Китти «ломалась» долго. Наконец, желание сэкономить победило, и моей руки коснулись мои первые заработанные в этом мире деньги.

Я решила отблагодарить Марту, ведь без неё эта ягода дала бы сок и пропала, поэтому молча вложила в её руку один серебряный. Я заработаю ещё, была в этом уверена, но жить и не знать, когда тебе выплатят жалование, при этом даже продать нечего, было невыносимо.

Марта долго смотрела на монету, а потом стиснула её в кулаке.

— Пойдём-ка, купим тебе всё необходимое, заодно познакомлю тебя со своими знакомыми.

— И расскажешь, кто эта женщина, что Китти боялась покупать ягоду дешевле.

Глава 11

Я была благодарна Марте, что она пошла за мной. Я бы с голодухи накупила еды и осталась без необходимого.

Экономная женщина первым делом купила большую плетёную корзину, а потом повела в место, куда бы я точно ни заглянула.

В неприметной лавке я купила свечи и огниво, а ещё заказала дрова, пока немного, но тем не менее. Продавец предлагал купить топор, но между тем, чтобы купить столь нужный инвентарь и снова голодать, я выбрала быть сытой.

Оставив львиную долю заработка в этой лавке, я приуныла, но, с другой стороны, мне нужно будет готовить еду, а без дров и огнива, пожалуй, оставалось ждать всего лет пятьсот до ближайшей газификации.

Я надеялась, что разыщу в доме хоть какую-то кухонную утварь, потому как чтобы купить элементарную сковороду, нужно было потратить оставшиеся деньги.

Марта будто наперёд всё знала и продукты покупала из того расчёта, что в доме ничего не окажется: сливочное масло, вяленое мясо, ароматный хлеб и неизвестный мне корнеплод, который продавался в каждом ларьке.

— Это бурат, просто положишь его рядом с горящими дровами, и он сами испечётся. Потом очистишь и съешь.

Давала мне инструкции Марта, а я молча впитывала каждое слово. Мне это было необходимо.

Бурат напоминал мне по форме и размеру свёклу, но имел в отличие от неё тёмно-коричневую кожуру. Марта купила его аж на восемь медных монет.

Корзина тяжелела, и от этого на душе становилось легче.

Вот только Марта не спешила рассказывать мне о таинственной особе, держащей всех в страхе. Улучив момент, я напомнила ей, чтобы она не забыла об этом.

Жена законника тяжело вздохнула и сказала, что расскажет чуть позже. Интриганка!

После того как деньги были потрачены все, начался второй акт, а именно, Марта стала беседовать с то с одной, то с другой женщиной.

С каждой по-разному, приветливее и более формально, но, что немаловажно каждой из них она представляла меня и не забывала ввернуть словечко, что у меня отменная ягода, которую я нарву на заказ и принесу прямо домой.

Марта так расхваливала вишню, что можно было подумать, что у меня вместо ягоды растут конфеты, но, видя заинтересованные лица, на душе теплело, и я широко улыбалась.

Прогуливаясь между прилавками, в том числе и между тех торговок, с какими я поругалась намедни, я заметила, что цена у всех одинаковая, мало того, сегодня вишня стоила три серебряных за ведро. Странно как-то! Позавчера стоила два серебряных, а сейчас три!

Когда солнце стало припекать сильнее и между рядами натянули ткани, я подметила ещё кое-что. Торговля шла бойко, но не ягодой. Торговки скучали и тоскливо посматривали на вишню, что, вероятно, на дне уже стала мятой и дала сок.

Покупателей было много, но расставаться с деньгами были не готовы. Да что здесь происходит?

У нас на местном рынке давно бы сбили цену и продали почём берут, а потом радостно убежали бы в ближайший магазин за колбаской.

Стоило нам зайти в дом Мейеров, я тут же спросила.

— Марта, что происходит на рынке? Цена задрата до небес, никто не покупает.

— А то и происходит, что получить разрешение мало, прийти со своим товаром тоже. На рынке есть хозяйка, та, которой платят за возможность стоять на рыночных рядах, и та, что устанавливает цены — Линда Мурло.

Допустим, не удивила. На любом рынке есть такие «хозяйки», но так чтобы устанавливать цены и не разрешать снижать их, это абсурд. А что, если никто не выйдет торговать, от этого пострадает её же заработок.

— Это её так боялась Китти? Да, она может не разрешить стоять на рыночных рядах, но что она может сделать покупателям?

Марта устало вздохнула, а потом села на стул.

— Была одна история, после которой с ней никто не связывается. Тогда она была сама обычной торговкой. Рядом с ней стояла другая девушка, которая преуспела в торговле. И вот однажды один из покупателей договорился сначала с Линдой, а купил у её соседки. Это взбесило Мурло, и она избила бедную торговку, испортила весь её товар, а когда покупатель решил заступиться, то получил и он. Короче, помер он.

У меня аж волосы на голове зашевелились.

— И ей за это ничего не было?

— Не было. Она ходила в любовницах губернатора, дело не дошло до суда, а

Сказать, что меня это напрягло, ничего не сказать. Не хватало мне Дэрме, так ещё и некая Линда.

Надо было быть осторожной в этом городе. Не знаешь, откуда по голове прилетит.

Поблагодарив Марту, я ушла домой. У меня было много дел.

Затащив корзину в дом, я принялась, разбирать продукты. Пока не было новых заказов на вишню, нужно был навести порядок на кухне, а ещё осмотреть дом и стащить всё нужное и ценное в кухню.

Я потратила на это занятие весь световой день, но результат меня воодушевил. Нашлась кухонная утварь, убранная в шкафы, а также я нашла соломенный матрас и покрывало.

Набрав воды из колодца, я принялась отмывать каждый сантиметр нового жилища, точнее, пока что кухни, но как только настало время зажигать свечи, а очаг весело трещал, я села ужинать.

Никогда не забуду это чувство. Живительное тепло от огня, подо мной не каменный пол или стул, а матрас, застеленный покрывалом. Я ем горячий бурат, пачкая пальцы в золе.

Как оказалось, мне мало нужно было для счастья, так мало…

В очаге тлели угли, когда в дверь внезапно постучали.

В дверь?

Глава 12

Выпрямив резко спину, я повернула голову в сторону холла.

Может, показалось?

Я выглядела, как напуганный зверёк, но, когда стук повторился, встала и взяла полено в руки.

За окном ночь.

Я в доме одна.

И я не знаю, кто стучится. С какими намерениями ко мне пришли?

Только в холле меня осенило, что ночной визитёр смог пройти защиту дома.

Значило ли это, что этот кто-то пришёл ко мне с добром, раз дом пропустил его. Мне предстояло это узнать.

Дверь не запиралась на ключ, но я приставила к ручке единственный стул, зафиксировав её.

Прислушавшись, а потом громко спросила.

— Кто там?

— Госпожа, откройте, я пожилая женщина с маленьким ребёнком, пустите на ночлег.

Закрыв глаза, я несколько раз медленно вдохнула и выдохнула. Там всего лишь путники.

Но когда услышала всхлипывания ребёнка, переходящие в плачь, отбросила все страхи.

Я тут же убрала стул и открыла дверь.

В ночной темноте я увидела пожилую женщину и ребёнка — девочку, которая цеплялась за сухую старческую руку.

Размазывая слёзы с соплями по лицу, она дрожала, прижимаясь всем телом к старухе.

Удерживая одной рукой дверь, другой, упираясь в стену, я своим хрупким телом преграждала путь в дом, который отчего-то хотел, чтобы я пустила их. Дверь еле заметно дрогнула в моей руке, пытаясь открыться шире. Я сочла это за знак.

— Доброй ночи, меня зовут Айлин, проходите, но дом не жилой, всё, что я могу предложить вам, так это место у очага.

— Милая, госпожа, нам это подойдёт, подойдёт, — радостно закивала старуха, — меня зовут Берта, а это Кристина.

Она кивнула на девочку.

Присев перед ней на корточки, протянула ей свою руку.

— Привет, Кристина. Не бойся. Дом пусть и старый, но надёжный. Голодная?

Девочка икнула, а потом спрятала лицо за широкой юбкой Берты.

— Она не говорит, — пояснила старая женщина, ласково касаясь макушки ребёнка.

Улыбнувшись девочке, которой от силы было лет пять, я указала куда пройти.

Покрывало пришлось снять с матраса и положить прямо на деревянный пол рядом с очагом.

Кристина села на его край и спрятала блестящие от слёз глаза, уткнувшись ими в коленки.

Не могла не спросить.

— Почему она плачет?

Но Берта ничего мне не сказала, лишь тяжело вздохнула.

Подтянув испёкшийся бурат, очистила его и дала девочке, которая тут же принялась есть. Она смешно открывала рот, когда ей попадались горячие куски из центра, но ела быстро, видимо, была голодная.

Берте я отрезала хлеба и дала кусок вяленого мяса.

— Откуда вы идёте и куда?

— Дом Эванса совсем плох, я помню его в своём величии. Красивое поместье, жаль, что оно превратилось в развалюху.

Вдруг начала говорить старуха, но не о том, о чём я спросила. Градус напряжения возрос.

— Я всю жизнь прожила в этом городе, служила у разных господ, да вот своего только не нажила, пришла старость, и я стала не нужна.

Наконец, пояснила Берта, жуя хлеб, от мяса она отказалась, оно было для неё жёсткое.

— То есть вы местная? Почему же пошли куда-то в ночь, да ещё и с ребёнком.

Обернулась на Кристину и увидела, что она, доев бурат, уже сладко сопела на покрывале.

Берта, увидев это, улыбнулась, а потом тихонько выдохнула.

— Страдалица. Не стала при ней говорить, итак, дара речи лишилась, когда узнала, что родная бабка её решила в приют определить.

Я вспомнила. Ну конечно, в свете очага я разглядела черты девочки и узнала её. Сегодня утром она выглядывала через шторку, когда я принесла вдове Солейн вишню. То есть?!

Прикрыла рот ладонью, а старуха прицокнула языком, мол, так-то.

— Но как же так? Свою родную внучку?

— Вызвала меня и сунула мне золотой, говорит, ты старая стала, а новый губернатор приедет с беременной женой, да со своей прислугой, тебя не оставят, так что как уеду, иди куда хочешь. А ещё кладёт передо мной три серебряных и говорит, чтобы я отвезла Кристину в приют подальше от столицы, чтобы её глаза ребёнка не видели.

— Но почему? — не выдержала я, задыхаясь от злости, что волной поднялась во мне.

— Она бастард. Сын госпожи Солейн нагулял её здесь с местной красавицей. Бедняжка в родах умерла, оставив им девочку. Понятно, пока они жили здесь, то не могли от неё избавится, репутация, что б её. Всем говорили, что девочку привезли из столицы по причине слабого здоровья, из дома малышку не выпускали.

Берта могла не продолжать. Я поняла бы даже без слов.

В столице муки совести уже не терзали. Муж умер, а кто там мог знать, что у её сына незаконнорождённая дочь? Да никто!

— Отец-то её, женат, свои дети есть, куда её брать с собой.

Ещё одна причина столь бесчеловечного поступка.

— Я тянула до последнего, а как дверь на ключ закрыли, пошла по знакомым, но никто не пустил даже до утра. Тогда я вспомнила, что поместье Эвансов

— Я недавно сюда приехала, — коротко пояснила, но волновало меня сейчас другое.  — И вы её отвезёте в приют?

— Да. Мне самой жить негде, куда я ребёнка приведу. Ей еда нужна, а я уже не так сильна и не так ловка, чтобы работать, сама загнусь от голода, да от холода. Хоть ей напоследок жизнь дам. В приюте всяко лучше, чем в канаве.

Противные мурашки пробежали по спине.

Столько в её голосе было отчаяния и боли, что во мне шевельнулось давно забытое чувство заботы.

После смерти мамы, подставленная мужем и сестрой, я даже кошку заводить боялась, не хотела ни о ком больше заботиться, и в вот в этом страшном мире, где детей можно было просто выбросить из дома и приказать старой женщине, отвезти её куда подальше.

Посмотрела, как отблеск огня коснулся нежной детской щёчки и сказала, то, что сама от себя не ожидала.

— Оставайтесь у меня.

Глава 13

Я не спала всю ночь. Мысли одолевали меня.

Правильно ли я поступила, оставив Берту и Кристину?

Мне самой есть нечего, и будущее моё не определено, а тут ответственность.

Ох, уже эта определённость.

Поэтому я и не двинулась дальше продавца, боялась менять работу из-за этой чёртовой определённости. Говорила себе: «Алина, там, где-то сотни шансов жить лучше». Но противный голосок страха шептал, что на этой работе зарплату платят стабильно, коллектив хороший, ты ко всем привыкла, подо всех подстроилась.

Меня все любили, особенно перед праздниками, когда никто не хотел выходить на смену.

Эх…

Наверно меня и закинуло в этот мир, чтобы дать шанс стать лучшей версией себя.

Тряхнула головой. Опять меня на лирику потянуло.

Берта с радостью согласилась остаться и посапывала на моём матрасе, а мне нужно было думать, как из того, что меня окружало создать жилой дом.

Я не заметила, как уснула, а проснулась оттого, что на меня кто-то на меня смотрит.

Кристина тут же повернула голову, когда я открыла глаза.

— Доброе утро, — ласково сказала девочке. — Выспалась?

Кристина кивнула головой, а потом снова обняла свои колени, смотря на тлеющие угли. Беда. Снова разозлилась на вдову губернатора. Это же надо было быть настолько жестокой, чтобы поступить так с дитём. Родилась она, видимо, не от жены, так это её же сынок наплодил.

— Вчера я предложила Берте, чтобы вы остались здесь, и она не отвозила тебя в приют. Берта согласилась, а ты?

Девчонка выпрямила спину и настороженно совершенно по-взрослому посмотрела на меня. Меня аж мурашками обсыпало от этого строгого взгляда.

— Дом большой, а ещё у меня сад с разными ягодами и фруктами. Всем места хватит.

Я говорила негромко и ласково, вкладывая в свои слова уверенность, что у нас получится.

Девочка пожала худенькими плечиками, будто ей было безразлично, что происходило. Ну ничего не всё сразу Алина.

— Пойдём умоемся и будем соображать завтрак, кстати, а где Берта?

Я покрутила головой, и именно в этот момент, пыхтя от тяжести корзины, зашла старуха.

— Проснулись? Вот и хорошо. Я уже успела сходить на рынок, купить кое-каких продуктов, у тебя ж госпожа моя хорошая, есть совсем нечего. Ну ничего, ничего. Будем работать, и деньги будут.

Поставив корзину на стол, она довольно улыбнулась, уперев руки в бока, а мне стало стыдно. Пожилая женщина ходила за продуктами, пока я отсыпалась.

— Надо было меня разбудить, это же тяжело.

— Разве еда тянет руки? — весело сказала Берта. — А тебе самой нужно есть, да есть. Куда с такими руками-тростиночками выживать-то.

В груди задрожало, а на глаза навернулись слёзы. Молча подошла и обняла женщину. А потом мысленно поблагодарила дом. Ведь это он их пропустил.

Умывшись у колодца ледяной водой, я как-то сразу взбодрилась, а когда зашла на кухню, Берта уже развела огонь и пожарила яичницу.

— Дров ещё надо купить, ну или топор хороший. В саду есть мёртвые деревья.

Кивнула ей, уплетая за обе щеки вкусный завтрак.

— Я недавно в этом городе, но уже успела познакомиться с некоторыми людьми, думаю, я смогу наладить продажу вишни из сада, минуя рынок, куда мне не пробиться.

Берта кивнула, подтолкнув кусок хлеба Кристине, что ела вяло. Одному богу было известно, что творилось в её маленькой душе и какие круги ада она проходила сейчас.

— Кристина, пойдём со мной в сад. Я тебя вишней накормлю.

— Да, девонька, сходи, проветрись.

Оставив Берту при кухне, мы вышли в сад. Я подвела девочку к дереву и сорвала с десяток сочных, вкусных вишен, а потом протянула девочке.

Она была бледная и худенькая, будто её не кормили нормально и на солнышко не пускали. В груди царапнуло. Я не знала, как жила девочка, может быть, так и было.

Ласково погладила её по голове.

— Ветки низко рви сколько хочешь, но смотри, чтобы плохо не было.

Пока Кристина уплетала вишню и веселела на глазах, я пошла к сторожке, что стояла в его дальнем конце. Туда я не добралась вчера, и мне нужно было узнать, что там хранится.

Какова же была моя радость, когда я увидела, что садовый инвентарь: тяпки, лопаты, странное приспособление, похожее на ножницы на длинной палке, топор и даже пила, был цел.

Там даже была лестница.

Удовлетворённо кивнув самой себе, взяла топор и решила попробовать себя в роли вальщика деревьев. Берта сказала, что нужны дрова, ну что ж.

Только кто бы мог подумать, что это так тяжело. Старое дерево, только было похоже на иссохшее и безжизненное, на деле не поддавалось мне. Не было у меня сноровки.

Топор отскакивал от дерева, оставляя неровные полосы, и я никак не могла попасть в то же место. Вымотавшись, я отложила топор и села, прислонившись к дереву.

— Вот и чего ты упрямишься, теперь внутри труха уже. Я бы тобой очаг топила, еду бы на тебе готовила.

Привет, ку-ку! Разговаривала с деревом.

Встала на ноги и посмотрела на свои красные ладони, а потом на дерево. Тяжело вздохнув, коснулась зазубрин на коре и вдруг…они стали зарастать.

Серый цвет коры стал исчезать, а потом…

Глава 14

Выругавшись сквозь зубы, я потёрла глаза, потому как не могла поверить, что сухое дерево может ожить.

Как в замедленной съёмке, с коры слетел серый цвет, ветки с хрустом расправились, а ещё спустя несколько долгих секунд на яблоне зазеленелась листва.

— Мать честная! Магия!

Раздалось позади меня. Берта подошла ближе, и я увидела, что за её юбку цепляется Кристина, испуганно округлив глаза. Да, милая, я сама напугана, что говорить про тебя, моя хорошая.

Встав на ноги, потирая ушибленное место, я посмотрела на Берту.

— Как такое может произойти? Я хотела срубить его, а оно.

Пожилая женщина хмыкнула.

— Известно же, что это магия. Эрик тоже обладал магией, так про него говорили. Ты его племянница, наверно, и зацепила чего. Хорошо же.

Берта хлопнула мне тяжёлой ладонью по плечу, что меня к земле чуть не пригнуло. Вот ещё магии мне не хватало! И что мне с ней делать?

— Кстати, там у калитки вьётся какой-то паренёк, уж как минут пять, с вёдрами? Не за ягодой ли?

Она сказала это как бы между прочим, а ведь каждый клиент сейчас на вес золота. Вишня не будет вечно здесь висеть и ждать клиента.

Как и любая ягода, она сойдёт. Почернеет прямо на ветках и осыпется на радость насекомых.

Подхватив юбку, поспешила к калитке и правда застала там, не паренька, как выразилась Берта, а молодой и весьма привлекательный мужчина.

— Здравствуйте, — поздоровалась я.

— Чудно как, сада и правда не видно, — не поздоровавшись, сказал мужчина, ослепительно улыбнувшись, — меня зовут Данте. Мать послала к вам за ягодой.

Открыв калитку, я вышла к нему, понимая, что мой дом не пропустит абы кого, так что лучше не рисковать.

— Очень приятно, Данте. Меня зовут…

— А я знаю — Айлин Эванс. Все уже знают, — также бесхитростно перебив меня, сказал он. — Вот плата за два ведра, а вот собственно, и ведра.

На мою ладонь легло шесть серебряных монет. Это была рыночная цена ведра ягоды. Покачала головой, а потом вернула две монеты.

— Я продаю за два серебряных ведро. Приходите через два часа.

— Как прикажешь, красотка, — осмотрев меня с ног до головы, он вдруг подмигнул мне, а потом сунул ладони в карманы, и весело насвистывая, пошёл восвояси.

Вот это, конечно, номер!

Подхватив ведра, я закрыла калитку и пошла собирать. Я готова была продать хоть чёрту лысому, лишь бы выжить в этом ужасном мире, чего говорить о странном мужчине, который не то флиртовал, не то просто любопытничал.

Живо хватая вишню, я наполняла ведра, смекая, куда выгоднее пристроить деньги. У меня в голове созрел план на будущее, но для этого мне нужна была помощь Марты.

Что я хотела? Сварить из вишни варенье, и продавать его, когда вишни не будет до следующего года. Только для начала нужно было узнать, насколько это вообще востребовано и куда хозяйки девают ягоду. Вряд ли замораживают, тут не было холодильников.

Так едят? Ну это вряд ли. Столько вишни не влезет, даже если её очень любить.

Варят варенье? Тогда мне нужно попробовать то, что готовят хозяйки, чтобы удивить своим рецептом.

Компоты? Настойки?

Даже настроение поднялось от одной мысли, что простор для действий был существенный.

Не заметила, как к сбору подключилась Кристина. Девочка больше ела, но мне было радостно, что она проявила хоть какую-то инициативу.

Ничего, милая, я сделаю всё возможное, чтобы ты оттаяла.

— Кристина ты умница, ягоду не мнёшь, складываешь аккуратно. Можно тебя обнять?

Присев на корточки, чтобы оказаться на уровне лица девочки, раскрыла руки для объятий.

Но Кристина лишь покачала головой. Ладно. Нельзя давить.

— Я понимаю, но знай, что ты всегда можешь ко мне обратиться. Кушай ягодку, это витамины. А то ты бледненькая.

Два вёдра оказалось набрать непросто. Я еле уложилась в отведённые два часа. Руки дрожали, а солнце напекло в голову. Надо было купить косынку, иначе привет, солнечный удар.

Данте был весьма пунктуален, и я, вручив ему два ведра, уже хотела пожелать ему доброго дня, как он вдруг схватил меня за запястье.

Свела брови.

— Это что за вольности?  — строго спросила.

— Вольности? Хочешь сказать, что по городу просто так судачат, что ты готова под любого лечь, лишь бы выжить. Перед этим боровом Дэрме ноги раздвинула, а перед таким красавцем, как я нет? Я пришёл, купил у тебя вишню, щедро заплатил, а ты ломаться вздумала?! Нет уж, ты на сегодня моя.

Глава 15

— Что значит в поместье объявилась хозяйка?

Удар кулаком по столу, сотряс воздух и господин Дэрме нервно вытер платочком липкий пот, что блестящими бисеринами усыпал его лоб.

— Господин, вот так. Я сделал всё, как вы сказали, могу отчитаться по каждому золотому. Щедро заплатил нотариусу, чтобы тот в случае, чего шепнул мне, если объявятся желающие купить эту развалюху.

Дэрме так суетился, что вызвал новый виток раздражения в визитёре, который до сих пор стоял в тени.

— Я..я…— бедолага начал заикаться. — Сразу внёс плату, ну чтобы наверняка кто же мог подумать, что у старика Эванса была наследница.

Властный жест рукой оборвал нервную речь этого гнусного человека.

— Её и не было. Прежде чем связываться с тобой, я лично проверил. Единственная племянница была счастлива замужем.

— Племянница — это она. Айлин Эванс. Вот как она представилась. Дом её пустил и защищает, я не смог пройти через ограду.

— Пустая ты башка. Разве нужно мне было бы ждать год, если бы я смог просто так зайти?

Голос повысился, и господин Дэрме икнул, тут же прижав к толстым губам расшитый платок.

— Не переживайте, милейший. Я уже всё придумал. Доведу девчонку, что она сама из нашего городка сбежит, сверкая пятками. Такие слухи про неё пустил, что ей не справится с народным осуждением. Чел-о-ве-чка своего подослал. Напугает. Надломит, так сказать.

С горящими глазами Дэрме вещал свой план, безумно гордый собой, не заметив, как в кабинете остался один.

***

— Что?

Ударила Данте по рукам, когда он попытался схватить меня за запястье.

— Что вы такое говорите? Я честный человек, живу, никого не трогаю, денег ни у кого не прошу!

Мой голос взвился

— Ага, рассказывай.

Негодяй нагло ухмыльнулся и в одно мгновение схватил меня за локоть, дёрнул к себе.

— Пустите! Я буду кричать! Мой дядя законник. Слыхал про Александра Мейера, тронешь меня пальцем, он тебя размажет.

Тут же начала вырываться, попыталась напугать дядей Алексом: ну, а что для защиты чести все средства хороши.

Но Данте лишь рассмеялся.

— Сегодня в город прибывает новый губернатор, твоему защитнику будет не до тебя. Главное самому при должности остаться.

Данте, тем временем, больно выкручивая руки, потащил меня за собой.

Мне было не справиться с физически сильным мужчиной, да ещё решительно настроенным.

Нужно было звать Берту, но решила предпринять кое-что другое.

Прикинув за, сколько секунд я должна добежать до калитки, я перестала артачиться и даже сделала шаг ближе к этому мерзавцу, а потом со всего размаха зарядила ему коленом прямо в пах.

Данте выпучив глаза и застонав от боли, как раненый бизон, упал на колени, а я рванула под защиту дома.

Мне казалось, что погоня меня настигает и вот-вот цепкие пальцы мужчины схватят меня за волосы, и оттого адреналин, щедро впрыскивая в мою кровь, гнал меня так быстро, что ветер засвистел в ушах.

Забежав за ограду, я захлопнула калитку, а уже потом повернулась. Данте настигал, но я была всё же быстрее.

— Тварь, я тебя так ославлю, ты из своего поганого, заколдованного дома выйти не сможешь!

Сжалась, представляя, что он это сделает. Не хватало мне трудностей, так ещё гнусные сплетни подвезли целый вагон. Разгружай не хочу!

— Тебе бы плёткой всыпать, да видно некому!

Раздался громкий голос откуда-то справа. Повернув голову, я увидела мужчину верхом на гнедом коне. Натянув поводья, он остановился и снял с пояса плётку.

— Кто таков? Почему смеешь приставать и обзывать бедную девушку?

Сверкнув глазами, мой, неожиданный спаситель замахнулся, а Данте…

Данте плюнул на землю и, изрыгая ругательства, бросился бежать.

— Только попробуй, кому растрепать, — крикнул ему вслед мужчина. — И  я тебя этой плёткой отхожу, пёс плешивый.

Сурово сказал наездник, а потом, спрыгнув с коня, уверенно подошёл к ограде, за которой «пряталась» я.

— Вы в порядке?

— Д-да, кажется. Только он всё равно разнесёт, — пожала плечами, чувствуя, как в уголках глаз собираются слёзы.

Мужчина вдруг округлил глаза, а потом широко улыбнулся.

— Айлин? Это ты?

Опаньки! Ещё один знакомый защитник.

— Да. Я Айлин Эванс. Вы меня знаете?

С тревогой в голосе спросила, не зная, могу я доверять ему или нет. Пока смотрела в гипнотические синие глаза, перерыла всю память Айлин, но ничего не нашла. Она его не знала.

— Мне даже обидно, так сильно изменился? — весело сказал он. — Меня зовут Кристиан. Мы дружили в детстве, тебе было пять, мне восемь. И ты согласилась выйти за меня замуж.

Истерически хихикнула. Но воспоминаний пятилетнего ребёнка не остались во взрослой памяти.

— Что ты здесь делаешь? Живёшь тоже?

Спросил первое, что пришло в голову. Общаться с незнакомыми людьми было непросто, особенно учитывая, что я-то их не знала.

— Нет. Я живу в столице. Мои родители умерли, и я решил восстановить наше семейное гнездо. Мне здесь нравится: природа чудесная, люди замечательные.

Ага, просто замечательные, добродушные. Съязвила у себя в мыслях.

— Как ни странно, это звучит, но выходит, у нас схожие цели.

Я кивнула на махину дома, которую мне предстоит восстановить.

Кристиан вдруг замолчал, на его лице скользнула тень.

— Как же ты оказалась здесь? Мне сказали, что ты вышла замуж и счастлива в браке.

Отвела взгляд. Не хотелось мне откровенничать с первым встречным, но как бы преподнести информацию так, чтобы не и не соврать, и не рассказать ничего важного?

— Для первой встречи достаточно, если ты будешь знать, что я теперь здесь живу.

Кристина понял меня и не стал расспрашивать дальше.

— Хорошо, значит у нас общее дело, если будет требоваться помощь найти бригаду плотников, или кровельщиков смело обращайся. Я помогу. А там, может, сдержишь своё обещание…

Кристиан ловко вскочил на коня, а потом продолжил.

—…и замуж за меня выйдешь.

Глава 16

С минуту я смотрела в спину уезжающему Кристиану.

Айлин не помнила его ребёнком, поэтому говорить о доверии было нельзя.

Говорил то он гладко да складно, но лучше не торопить события и прислушаться к интуиции, которая взывала никому в этом мире не доверять.

Да и к тому же вопреки его словам Алина с земли замуж за него не собиралась.

Тяжело вздохнув, поплелась к дому. Адреналин сгорел в крови, оставив после себя слабость.

Зайдя в дом, я зашла на кухню и села на стул, чувствуя, как внутри всё дрожит.

Да, я дала отпор, но это противостояние отняло у меня много сил, а ещё и слухи.

На кухню зашла Берта и тут же поставила руки в бока.

— Госпожа моя хорошая, если мы будем без дела сидеть, то так и будем прозябать в нищете.

Стиснула зубы, мне не понравились её слова. Вообще, кто она такая, чтобы такое мне говорить?

Уже хотела отчитать, нахмурила брови, но остановила себя. Она не знала, что произошло. Разве можно накидываться на человека просто потому, что он не знает и судит по тому, что увидел.

Я не стала держать в себе эту информацию и рассказала как есть, что произошло: и про Данте, и про слухи, не забыла упомянуть Кристиана.

Берта даже за край стола ухватилась. Широко раскрыв глаза, она слушала меня, и постепенно её лицо становилось всё более хмурым, под конец рассказа её глаза метали молнии.

— Почему меня не позвала? Я бы ему всыпала!

— Всё произошло очень быстро, да и Кристина могла испугаться. Ничего, сама справилась. Вот только слухи. Этого мне не хватало.

Берта вдруг решительно стукнула ладонью по столу и сказала.

— Я схожу в город и всё разузнаю. Я знаю, где живёт этот мерзавец Данте. Хочешь кину ему его серебряные прямо в лицо, я пожилая женщина, кто мне, что скажет.

Предложение было дельным, жаль только две монеты не нанесут его физиономии должного вреда, если только их разменять на медные. Удар в пах и то был результативнее.

— Нет, это будет компенсацией, за моральный вред.

Твёрдо произнесла, сжав в кулаке два серебряных. Вот

Эх, был бы Кристиан не на лошади, вручила бы ему. Всё-таки именно он прогнал этого мерзавца.

— А лучше возьми их и потрать, нам спать не на чем и у бедной девочки нет сменной одежды и белья.

Берта понятливо кивнула, а, потом повязав на голову косынку, ушла из дома.

Время было обеденное, а я уже узнала, что обладаю магией, что про меня распускают грязные слухи и то, что в пятилетнем возрасте собиралась замуж за Кристиана.

Насыщенное утро, ничего не скажешь.

За всю мою жизнь длинной в сорок пять лет со мной и то меньше происходило событий.

Устало подставила кулак под щеку. Я чувствовала, как внутри меня происходит постоянная борьба, которая отнимает силы.

Я была прилежной девочкой: хорошо училась, с плохими компаниями не связывалась и жутко боялась огорчить маму.

Когда выросла, въевшиеся установки трансформировались.

Я могла бороться с безденежьем, с отсутствием комфорта, но слухов я боялась как огня.

Мы жили в обычной панельной пятиэтажке, где каждый был на виду, где нужно было быть как все. В том мире всё было до тошноты стабильным. Но над всем этим царила установка: «Не высовывайся».

Каждое утро я вставала рано, одевала одну и ту же одежду, выполняла рутинные задания и возвращалась домой поздно вечером, уставшая и опустошённая.

Пока не встретила Колю. Смешно, но я не позволяла провожать меня до дома целый месяц, и это в таком возрасте!

Попав в этот мир, я получила возможность дать бой собственным страхам. Ведь если разобраться, собака лает, караван идёт. Поговорят и перестанут.

Встав со стула, отряхнула юбку. Нужно было посмотреть, что делает Кристина, ведь она была ещё маленькой девочкой, за которой нужно присматривать.

Только вышла из дома, как услышала визг.

Внутри сразу похолодело. Чёрт! Вот я идиотка. Сижу, сопли на кулак наматываю, а ребёнок остался один.

Побежала на крик и увидела, что девочка повисла на дереве, зацепившись за сук юбкой.

— Кристина! Как же ты туда забралась?

Именно в тот момент, когда я подбежала, ткань затрещала и оборвалась. Девочка с оглушающим визгом полетела вниз.

Широко раскрыв руки, я бросилась к ней, невзирая на комплекцию, с твёрдой установкой поймать ребёнка.

Она упала прямо на меня, повалив на землю. Благо мягкая трава смягчила падение.

В тишине было лишь слышно, как наши сердца бешено стучат, а потом я услышала тихий голос.

— Юбку разорвала, Берта меня убьёт!

Глава 17

Лёжа на спине, я прижимала к себе пойманную девочку. Я успела. Страшно было подумать, какие бы увечья она могла получить. Учитывая, что монет у меня кот наплакал, то…б-р-р даже страшно было представить.

После того как первый шок прошёл, память настойчиво просигналила, и я спросила.

— Почему Берта тебя убьёт? Неужели она уже наказывала тебя?

Посмотрела на девочку, а она лишь отвела взгляд с тяжёлым вздохом. Внутри закипела смесь ярости с разочарованием.

Гнать в шею эту Берту, если она действительно срывалась на маленьком ребёнке.

— Кристина, почему ты так сказала?

С нескрываемой тревогой в голосе произнесла.

Девочка медленно сползла с меня, а потом села, сгорбилась и принялась рассматривать дырку на юбке.

Она молчала будто и до этого ничего не говорила, а мне эта тишина была ножом по сердцу. Ну вот, снова замкнулась!

— Никто не посмеет тебя обидеть. Только не молчи больше.

Слезинки одна за одной стали падать из её глаз, прямо на платье.

— Все взрослые лгуны.

Резко поднявшись на ноги, она побежала куда-то.

Я за ней. Если бы она была взрослой, то я бы, возможно, оставила её разбираться с собственными эмоциями, но Кристина была маленькой девочкой.

— Подожди...

Окликнула её, но смогла догнать лишь у старой груши, что тянула корявые ветки к небу. Кристина спряталась за неё. Рыдая, она царапала кору дерева тонкими ноготками, постоянно пряча лицо.

— Расскажи мне, не бойся. Всё расскажи. Я не обижу тебя, обещаю. Почему Берта тебя убьёт? Меня испугали твои слова.

Присела перед ней на корточки и погладила по маленькой ручке.

— Ба...леди Урсула всегда так делала. За любую провинность она била и запирала меня, оставляла без еды. Берта поступит так же. Все взрослые злые. Я их не люблю.

Погладила до хрупкой спинки, острым плечикам.

— Не все взрослые злые.

Сказала сама, не веря в свои слова. Попав в этот мир, я только и делала, что сталкивалась со злом.

Были, конечно, Мейеры, но в целом...

Просто я, будучи взрослой, понимала, что некоторые делают зло, потому что не умеют любить, кто-то делает зло, потому что так чувствует себя сильным, а кто-то просто потому му…кхам, собственно.

А для Кристины мир был наполнен злыми взрослыми, которые обижали, в той самой простой формулировке, которую мог дать детский мозг.

— Я, например, не такая. И если Берта будет ругаться за юбку, я её остановлю. В конце концов, испорченную вещь можно починить или заменить. Это просто вещь.

Девочка с недоверием посмотрела мне в лицо, прямым открытым взглядом.

— Тебе не нужно ничего бояться.

— И ты не отвезёшь меня в приют?

Поджала губы. Так что получается, она всё это время ждала, что от неё избавятся?

Ох, ты ж...

— Нет, конечно. И не собиралась.

Улыбнулась девочке.

— Ты такая шустрая, и сообразительная, мне нужна такая подружка и помощница.

Слёзы больше не катились из маленьких глаз цвета неба.

— Я хочу тебе кое-что показать.

Она вдруг взяла меня за руку и повела куда-то.

Оказалось, что в дом. А там она вытащила из-под матраса, на котором спала, маленький узелок. Развязала его.

— Это мои сокровища.

С такой гордостью Кристина это сказала, а у меня ком встал в горле. Ценностью для пятилетнего ребёнка обладали: несколько бумажных открыток, цветное стёклышко, тряпицы разной формы и статуэтка кошки с облупленным носом.

Теперь настала очередь мне прятать слёзы. Увиденное рвало мне душу на клочки.

— Очень красиво, можно посмотреть? — с трудом выдавила я из себя, то и дело отводя взгляд, чтобы девочка не увидела моих слёз.

— Только не порви.

Строго предупредила Кристина.

Я взяла одну из открыток. Она была адресована...не девочке, а некой Маргарет.

С вопросом в глазах показала Кристине.

— Леди Урсула часто дарила открытки

Она провела пальчиком по рисунку моря, а потом вернула девочке.

— Очень красивые. Бабушка тебе ничего не дарила?

Кристина покачала головой.

— Она любила говорить, что самой главный подарок, что она сделала, это не отдала меня в приют.

Действительно!

— Лучше бы отдала, — чуть позже тихо добавила Кристина.

— Я сама выросла в приюте. Не могу сказать, что жизнь там сахар.

Обратилась к воспоминаниям Айлин.

Девочка попала туда в семь лет, и более структурированные воспоминания начинаются с этого возраста. До этого либо пятнами, либо вспышками.

Вообще, у Айлин была избирательная память. Даже приют, в котором она прожила до восемнадцати лет, был одним большим размытым пятном, без событий, словно серые однотипные дни не отпечатались в памяти.

Совсем как у меня. Спроси, что было две недели назад, и я не расскажу, всё потому, что каждый день было одно и то же.

Айлин ни с кем не дружила. Хорошо училась.

Самое «интересное» начинается с момента, когда в приют приехал тогда ещё не генерал — Ксандр Девали.

Просто мечта! Красивый, высокий, в военной форме.

Первая встреча намертво отпечаталась в память Айлин.

Как в его светлых прядях играл солнечный лучик...

Да, тьфу ты!

Гад он первостепенный и маманя его.

Доводили бедняжку, один своим безразличием, вторая своими едкими замечаниями.

А она из кожи вон лезла, чтобы быть идеальной женой и невесткой.

— Айлин, — позвала Кристина, помахав перед моим лицом ладошкой.

— Прости, вспомнилось. Так, о чём это мы...

Но я не закончила мысль.

На кухню буквально забежала запыхавшаяся Берта.

— Вот вы где? А там...там...новый губернатор прибыл, всех на площади собирают, будет заявление делать!

Тот, кого так ждали, наконец, прибыл. Быстро встав на ноги, отряхнула юбку. Следовало переодеться, но я берегла то платье, на всякий важный случай.

Собственно, прибытие нового градоначальника таковым и было. Поэтому достала единственное сменное платье и стала наспех переодеваться, а потом причёсывать волосы.

— А это что такое? Кристина!

Девочка тут же сжалась в комочек от грозного голоса Берты.

— Не кричи, — строго сказала. — С кем не бывает. Порвала юбку, делов-то.

На ходу закручивая волосы в высокий пучок, закрыла собой ребёнка.

— А зашивать чем? — возмутилась Берта.

— Нитками и иголкой. Ты же отрезы ткани, что принесла не пальцами же слепливать собралась?

Я кивнула на корзину, наполненную тканями.

— Сымай платье, горе.

Буркнула старая женщина, но ругаться и брюзжать не стала.

То-то же мне. Обижать слабых да маленьких каждый горазд.

Ловко орудуя иглой, она живо зашила дырку, да так ловко, что и следа не осталось.

— Ну вот, теперь можно и на площадь идти.

Берта округлила глаза.

— Ребёнка с собой возьмёшь?

— А что ж такого. Тем более за ней пригляд нужен, кто же с ней останется, раз мы с тобой пойдём?

Берту сжирало любопытство пойти посмотреть на нового губернатора, и перспектива остаться дома с ребёнком её не прельщала.

Мне было неважно, как он выглядит, больше всего меня интересовало, насколько изменится жизнь горожан.

Может, отменят дурацкое разрешение на торговлю? Или, наоборот, придумает новых правил и обременит налогами?

При Кристине я не стала спрашивать о слухах, что пустили про меня, решила, что оставлю этот разговор на потом.

На площади яблоку не было где упасть.

Столько народа собралось!

Глазами я тут же выцепила и чету Мейер, что стояли в первом ряду, и скучающего Кристиана, стоящего на верхней ступеньке одного из магазинчиков. Благо ни он, ни дядя Алекс с Мартой меня не заметили, а заметили несколько женщин, которые тут же стали перешёптываться.

Хмыкнула как можно громче и отвернулась от них.

Тем временем на помост вышел глашатай и громко призвал к тишине, а, потом поскрипывая ступеньками на него, поднялся…

Глава 18

Широко улыбаясь, на постамент, вышел высокий мужчина в тёмно-зелёном костюме, на его плече была какая-то нашивка, но я не смогла разглядеть, что именно там было изображено. Тёмные волосы, собранные в низкий хвост и самоуверенность во взгляде.

Неужели это наш новый губернатор? Глашатай сконфуженно улыбнулся, явно что-то пытался сказать, но мужчина поднял ладонь вверх.

Следом за ним поднялись ещё трое мужчин, одетых точно так же. Охрана? Мелькнуло в голове.

Мужчины встали по краям помоста, и заложили руки на спину.

Толпа загудела, не понимая, что происходит. Я взяла Кристину на руки и отошла от основной массы, понимая, что может начаться давка.

А тем временем из толпы стали доноситься крики.

…куда прёшь? ...

…не видишь, что я здесь стою! ...

Я бы не увидела, что там происходит, если бы не Кристина, что сидела на моих руках и видела больше.

— Там какой-то мужчина в капюшоне, — она указала пальчиком, но из-за количества людей, я не смогла увидеть, пока…

Этот самый таинственный мужчина не подошёл вплотную к помосту. Если бы это был простой горожанин, то его бы погнали прочь, шуточное ли дело — скоро на помост поднимается губернатор, но один из четырёх мужчин, опустил перед ним лестницу.

Играючи даже не прилагая усилий, этот таинственный незнакомец поднялся по ней и только поднявшись, снял капюшон.

Мужчины, что стояли по периметру помоста, тут же поклонились, как и глашатай, застигнутый врасплох таким появлением.

А я…сердце ухнуло вниз, а во рту вмиг стало сухо.

Это был Ксандр Девали. Бывший муж Айлин, а, собственно, и мой теперь.

С грохочущим сердцем я смотрела на дракона и представляла только одно, как он улыбался, когда бедняжка сползала на пол, держась за сердце.

Это было последнее, что она увидела. Скорее всего, и в повозку её грузили в бессознательном состоянии.

И теперь этот ящер будет в городе, где живу я, губернатором?!

Да ладно? Да за что, блин!

Меньше всего на свете я хотела видеть его наглую рожу.

Ксандр стоял и улыбался. Губернатор недоделанный, да от такого добра точно не дождёшься. Мне хотелось пробраться через толпу и вцепится ему в рожу, разодрать до мяса, настолько я разозлилась, но вместо этого я развернулась и собралась покинуть площадь. Но меня остановила Берта.

— Ты куда, Айлин?

— Домой пойду, — буркнула. — Ты права нечего здесь делать…с ребёнком.

— Заметно будет, стой теперь.

Скорее всего, да, Берта права. Уйди я сейчас, привлеку ненужное внимание. Конечно, Ксандр узнает, кто живёт в разрушенном поместье, если уже не узнал. Но чтобы вот так нарисоваться? Нет, надо быть умнее и задвинуть эмоции на задний план. Задавить злость и обиду, приспособиться.

Раз он теперь губернатор, то единственное, на что я могу надеяться, так что он притащил сюда свою драконью задницу ненадолго.

— Ваша Светлость, — глашатай низко поклонился, — такое неожиданное и блестящее появление.

— Мне не нужна ваша лесть, уйдите.

Их голоса звучали, будто они говорили в микрофон, но никакого микрофона, конечно же, не было, скорее это была магия.

Глашатай тут же поклонился, но я была готова биться об заклад, что он стал красным как помидор, такое унижение прямо перед всеми.

— Моё столь необычное появление обусловлено тем, что в Форвейт я прибыл три дня назад, и всё это время я под видом горожанина знакомился с людьми и слушал, о чём говорят, дабы выявить проблемные места в жизни города. Своей великой милостью Его Величество император Драконов назначил меня губернатором этих земель, и будьте уверены, возложенное доверие я оправдаю.

Над площадью повисла гнетущая тишина, некоторые от неожиданности закрыли рты ладонями.

Если откинуть личную неприязнь, то ход был блестящим. А потом я даже спустила Кристину с рук. Если он здесь три дня, то явно слышал про меня эти мерзкие сплетни.

Так, стоп, почему меня это должно волновать? Подумаешь, бывший муж услышал плохое про бывшую жену. Да хорошо бы, что он сам не добавил каких подробностей.

Помотала головой. Судьба просто издевалась надо мной!

Хотелось топать ногами, и кричать в голос.

Берта стояла с широко раскрытыми глазами и даже рот приоткрыла, лишь бы не упустить ни одного слова.

— В течение ближайшей недели будет принят ряд решений, благодаря которым жизнь горожан изменится, для кого-то в лучшую сторону, для кого-то нет.

Жёстко, бескомпромиссно. Конечно, новая метла будет мести по новой.

Сердце сжалось, когда я снова выцепила дядю Алекса. Только бы новая реформа не коснулась его.

— Вопросы? Предложения?

Толпа зашумела и стала похожа на растревоженный улей, но вопросы никто не задавала, пока…

В воздух поднялась тонкая женская рука, унизанная золотыми браслетами.

Толпа тут же расступилась перед женщиной, что отважилась задать вопрос новому губернатору.

— Господин губернатор, а правда, что вы женаты?

Глава 19

Вытянула шею, чтобы разглядеть женщину, но Айлин была невысокого роста, и я ничего не увидела.

Благо я знала, что у нового губернатора есть беременная истинная, так что ответ этого мерзавца мне был неинтересен.

Тем более я не желала ему счастья. Единственное, что было мне интересно, почему задали такой вопрос. Кумушки в городе давно прополоскали новость, что губернатор приезжает со своей молодой, беременной женой.

Неужели эта особа не слышала этой новости. Или решила попытать счастье?

Если я, то есть Айлин не искала встречи с драконами, то были настолько ушлые бабёнки, что готовы были караулить под окнами, только бы дождаться объекта обожания и шли на немыслимые подлоги и обманы.

Как-то в столице гремела новость, как одна девушка подделала метку, да, видимо, плоховато это сделала, потому что прямо в первую брачную ночь она исчезла. Дракон выгнал новоиспечённую супругу прямо в чём была. Бедняжка не смогла вернуться в дом родителей, дабы не опозорить их, и была вынуждена отправиться в монастырь.

Ксандр на этот вопрос лишь усмехнулся.

Очевидно, отнёсся к ней как к множеству почитательниц, что были у драконов.

Еле сдержалась, чтобы не закатить глаза, смотря на эту самодовольную ухмылку.

— Правда, то, что я прибыл сюда с беременной истинной, — народ разом ахнул, даже в этом захолустье понимали, что значит истинная для дракона, — а также выбрал Форвейт для пышного брачного торжества.

Кто-то присвистнул, раздались первые несмелые хлопки, а потом и вовсё толпа стала рукоплескать заявлению дракона.

Хлеба и зрелищ. Лучше не скажешь.

Я не должна была ничего испытывать, но у меня внутри царапнуло, потому что свадьбы у Айлин не было. Да и у меня тоже.  Просто скромная роспись в ЗАГСе, и не менее скромный стол в кругу близких.

Ксандр тоже решил не тратиться на свадьбу с Айлин, поэтому они просто принесли клятвы в храме драконьих богов и всё.

А тут торжество, да к тому же пышное.

Больше вопросы никто не задавал.

Возможно, кто-то бы и спросил что-то, но судя по настроению, народ тоже присматривался к новому губернатору, мало ли что может быть за неосторожное слово и неуместное предложение.

Ксандр Девали покинул помост, и я увидела лишь крышу чёрной кареты, в которую он, очевидно, сел.

Только-только мы собрались уходить, как четыре прислужника губернатора подняли на помост тяжёлые корзины, наполненные какими-то бумажными свёртками и леденцами на длинных палочках.

Народ ринулся к помосту, так, словно в жизни не видел сладостей.

— Пойдём, Берта, — позвала я пожилую женщину, которая тоже устремилась за остальными.

— Я ж не для себя, для дитя взять, — оправдалась она, хитро прищуриваясь, чтобы разглядеть, что же там в свёртках-то.

— Я очень хочу леденец, — прошептала Кристина, смотря на меня.

Ох, уже этот детский взгляд, разве можно было отказать ребёнку? Покачала головой, а потом сказала.

— Не замнут?

— Я их локтями растолкаю.

Берта исчезла в толпе, а я отошла в сторону, не на миг не выпускаю ладошку девочки из своей.

Уже даже начала беспокоится, потому что Берты долго не было, но потом увидела сначала белую косынку, а потом и довольное лицо женщины.

Покрикивая на ходу, она выбралась к нам и тут же принялась отряхивать юбку.

— Затоптали совсем.

Как оказалось, леденцы она спрятала в карманы, как и два свёртка. Кристина принялась прыгать и хлопать в ладоши, когда Берта дала ей сразу три леденца.

— Смотри не всё сразу, зубы заболят.

Девочка тут же спрятала своё сокровище в карман, а Берта сунула мне в руки свёрток, перевязанный красной ленточкой.

— Что же я буду отказываться от подарков, — пожала плечами женщина, а я усмехнулась.

После того как я развернула его, то увидела там пряник и простенькое колечко.

— Так, оно твоё, — ловко надела на средний палец колечко, — посмотри, как для тебя сделали.

— Спасибо…ух…спасибо…

Радостно запрыгала девочка, прижимая своё сокровище к себе.

Берта свой подарок не стала разворачивать, спрятала в карман, видимо, не хотела делиться с Кристиной. От этой мысли мне стало смешно.

— Как думаешь, новый губернатор изменит нашу жизнь к лучшему?

Это вряд ли! Ох, как вряд ли! Не стала говорить

Время было обеденное, поэтому Берта сразу ушла на кухню, готовить обед.

Я же с горечью вывалила два вёдра спёкшейся вишни в канаву и стояла мыла ведра у колодца.

Нужно было составить план работы, иначе можно бесконечно отвлекаться на мелочные дела и не улавливать главное.

Краем глаза я осматривала дом и прикидывала в голове, что нужно будет сделать в первую очередь: хотя сначала нужно осмотреть дом и вынести весь мусор.

Перемыв ведра и повесив их сушиться, усмехнулась. О как! То ничего, а то тут два вёдра, там два вёдра. Продавать только вишню некому.

От этого сердце сжалось в предчувствии страха. Как я буду выживать, если не смогу её продавать? Да ладно я! Я ведь взяла ответственность за двух других людей.

— Кристина, — голос Берты из окна кухни, вырвал меня из размышлений.

— Она была в доме, — ответила, как можно громче, чтобы Берта точно меня услышала.

— Нет её со мной. Вот куда делась негодница?

Меня пробил озноб. Куда же она делась? Быстрым шагом, переходящим на бег, я зашла в дом. В доме было много чего опасного. Второй этаж я так и не обследовала. Кто знает, там могли быть дыры в полу, или сгнившие доски могли провалиться под детской ножкой.

Чёрт! Рванула по лестнице наверх, умоляя всех богов этого мира, чтобы с девочкой ничего не произошло.

Глава 20

Под ногами скрипели доски, а в голове пульсировало «лишь бы ничего не произошло».

— Кристина, — позвала девочку, но она не ответила.

Я слышала громкий голос Берты, звучащий с улицы, она искала её там.

Стала открывать все двери, заглядывая внутрь. Ванная комната. Комната с камином. Ещё одна комната.

Сердце глухо ударяло о рёбра, осталась лишь одна комната, как я услышала тихое пение. Оно доносилось из-за двери, и я толкнулась в неё, но она оказалась закрыта.

Как же так? Толкнула сильнее, чувствуя, как боль расползается от плеча к локтю.

— Кристина, ты там? Не бойся, дверь заклинило, я сейчас её открою.

Но девочка будто не слышала меня, лишь мурлыкала себе под нос какую-то песенку. Нас разделяла дверь, но я слышала каждое слово простенькой детской песенки про милую Жоржетту.

Ей-богу, в этот момент я вспомнила все фильмы ужасов, которые умудрилась пересмотреть на своём веку. Особенно там, где…

— Айлин!

Волна мерзких мурашек прокатилась по спине, но это была Берта, которая, пыхтя, поднялась на второй этаж, а не призрак, которого нарисовало моё сознание.

И всё же я испугалась. Вздрогнула, чувствуя, как волоски на затылке встали дыбом.

Даже обидно стало, а ведь я считала, что дом на моей стороне, а сейчас когда мне нужно было открыть эту чёртову дверь, он не давал мне это сделать.

Как её ребёнок-то открыл?

И тут я поняла, паника сыграла со мной злую шутку.

Положила ладонь на дверную ручку, в форме деревянного кругляша, и повернула по часовой стрелке, снова толкнула и дверь …открылась.

Оказывается, здесь сохранился замок, в отличие от раскуроченных и выбитых дверях в других комнатах.

Кристина сидела прямо на полу и раскладывала на полу листики, исписанные мелким, убористым подчерком, и даже не замечала, что в дверном проёме стоят взрослые. Берта уже была седая, а я была на грани.

— Кристина, почему ты не откликалась?

Девочка только нас заметила и как ни в чём не бывало, улыбнулась.

— Я играла, простите. Мелком рисовала.

— Негодница, ну я всыплю, научишься сразу откликаться, — разгорячилась Берта, грозя ребёнку кулаком.

— Нет, — сказала как отрезала, — в моём доме никто не будет никому всыпать. Хорошо, что Кристина не пострадала, а просто сидела и играла. Остальное — это наша паника и страх за ребёнка.

Я только сейчас заметила, что на полу, где сидела девочка что-то нарисовано: какие-то знаки, символы, обведённые в неровные круги и квадраты.

Кристина где-то нашла мелок и сидела, подрисовывала то тут, то там цветочки.

Девочка молча поднялась с пола, и мелок выпал из её пальчиков, потупив взгляд, она стояла и молчала, а у меня внутри закипела злость на Берту. Эмоции эмоциями, но нельзя же так.

— Обед готов, приходите, — буркнула женщина, недовольная моими словами.

Я же подняла мелок и вручила девочке.

— Кристина, я же сказала, что в этом доме тебя никто не обидит. Верь мне. Ты можешь порисовать внизу, но здесь я боюсь, что могут быть сгнившие доски, пожалуйста, я беспокоюсь.

Без энтузиазма она взяла мелок, но рисовать не стала, спрятала в карман.

— А что это за рисунки? Странные такие, не стираются, как я ни пыталась, а вроде мелом нарисованы.

Я не знала, потому что была в этом месте впервые. Но пытливый ум догадался, что это, возможно, и есть та защита, что стоит на доме.

Живым взглядом осмотрела кабинет, но он был так же пуст, как и остальные комнаты, пожалуй, кроме письменного стола, что стоял у окна.

Подошла ближе и увидела, что его ящики вырваны «с мясом», очевидно, кто-то очень торопился, проверяя их содержимое.

Случайно наступила на обложку какой-то книги, подняла её, оказалось, что это не книга, а что-то вроде ежедневника.

Подняла с пола один из листков, но не смогла разобрать ни слова.

— Помоги, пожалуйста, собрать листики.

В четыре руки мы быстро собрали все листки с пола, и я сложила их в обложку, намереваясь позже посмотреть их.

Спустившись с аварийного этажа на кухню, мы пообедали. Жаркая летняя пора разморила всех, кроме меня.

Стоило мне только сесть за записи Эрика Эванса, а это был его личный дневник, так гласила надпись внутри обложки, как услышала оклик.

Выйдя на крыльцо, я увидела, что у калитки стоит женщина.

— Хозяйка!

Позвала она ещё раз, а потом толкнула калитку, но она не поддалась.

— Добрый день, госпожа, — поздоровалась я.

— Марта, сказала, что у вас вкусная вишня. Я бы хотела купить ведро. Ко мне приезжают внуки, а они страсть как любят пироги с вишней.

Протараторила она совершенно ненужную мне информацию.

— У меня, правда, очень вкусная вишня, ваши внуки будут довольны. Куда вам принести ягоду?

— Я живу рядом с Мартой в синем доме.

Сунув руку в карман, она заплатила мне два серебряных. Я никак не могла понять их ценовую политику, но, ничего не сказав с благодарностью, приняла монеты.

Ягоды было просто валом, и мне нельзя было задирать нос, главное — пока сезон заработать как можно больше.

Распрощавшись, я не стала тратить время и пошла собирать ягоду. Каждая монета была важна для меня, но так, конечно, далеко не уедешь, если зарабатывать каждый день только на еду.

Поразительно, но я надеялась, что Ксандр разгонит эту шайку-лейку из Дэрме и Мурло и можно будет спокойно торговать на рынке. Если только не придётся получать разрешение непосредственно у него. Ох, тогда дело будет дрянь. Смогу ли я наступить на собственное горло и пойти к нему?

Глава 21

Набрав полное ведро, я понесла его в город, заодно прихватив с собой дневник.

Мне нужно было заглянуть к Мейерам и поговорить с дядей Алексом, вдруг он сможет расшифровать записи.

Мысли все не отпускали меня.

Я не знала. Унизиться и получить возможность зарабатывать или остаться гордой, но голодной. Можно было податься куда-нибудь в другое место, устроится работать служанкой, но отчего-то я не хотела покидать этот дом, не хотела бросать его, словно он стал для меня слишком родным.

Мотнула головой. Нет, нужно дождаться первых указов, а не придумывать.

Уже около синего дома, мне пришлось вжаться в ограду, потому что по дороге проскакали четыре всадника, с тёмно-зелёной форме.

Присмотревшись, я увидела, что к их поясам прицеплены плети и дубинки. Ого! Охрана губернатора патрулировала улицы? В душе что-то сжалось.

Быстро нырнув в калитку, я перевалила вишню из ведра в корзину радостной соседки Мейеров.

Поблагодарив её за покупку, а также непременно попросив её рассказать о моей вишне своим знакомым, я быстрым шагом пошла к дяде Алексу.

Скорее всего, он был не дома, но ничего. Марта знала местных новостей гораздо больше, чем сам дядя.

Еле дождавшись пока мне откроют дверь, но замерла, потому что Марта была бледная и заплаканная.

— Что случилось?

— О, Айлин. Я ожидала, что это произойдёт, но всё равно надеялась на благоразумие губернатора, ведь Александр столько лет верой и правдой служил королевству и нашему городу.

По щекам бедной женщины тут же потекли слёзы, я приобняла её за плечи и завела в дом, закрыла дверь за собой.

— Где он?

— У губернатора. Сначала он вызвал Алекса к себе и сказал, что отделение полиции работает не эффективно, и он принял решение уволить Алекса и сотрудников.

— А что же у него делает?

— Ох, пришёл злой, ругался на него, на чём свет стоит, а потом развернулся и снова к нему пошёл. Алекс такой напористый, что я переживаю, вдруг губернатор нас выгонит из города?

Настала моя очередь сесть на стул.

— Что значит выгонит из города? Разве губернатор может это сделать?

Марта несколько раз кивнула головой.

Что, если он действительно выгонит их из города? Они были единственными, кому я доверяла, даже Берте, что жила рядом со мной, я не доверяла, но дядя Алекс и Марта, были первыми, кто помог мне, отнеслись по-человечески.

— Только бы Алекс не был слишком резок, он может.

— Я видела четырёх всадником, патрулирующих улицы. Разве это требуется? Мы живём тихо и спокойно, можно двери не закрывать.

Ага, только есть люди ровнее других, которые могут отправить внука в приют, или нагло требовать платы за разрешение на торговлю, или устанавливать свои цены на рынке, невзирая ни на что, а если ты не хочешь подчиняться, то…то тебе же хуже.

Но говорить это Марте я не стала, эта информация была ни к чему. Видя её состояние, мне хотелось поддержать женщину, что искренне переживала за своего мужа.

Вот тебе и заживём хорошо и весело. Встав со стула, я подошла к окну и уставилась на улицу.

— Айлин, ну, стучит ли повозка? Или, мне кажется?

К дому действительно подъехала повозка, а из неё вышел дядя Алекс. Он сгорблено подошёл к двери, каждый его шаг был тяжёлым, хотя он не был грузным мужчиной.

Увидев меня смотрящую в окно, он натянул улыбку.

— Алекс, — взвизгнула Марта, — ну что?

Дядя молча прошёл к столу, а потом сел на стул, на котором только что сидела я.

— Я не смог. Не смог доказать господину Девали, что мои сотрудники нужны городу.

— Да к демонам преисподнии твоих лентяев! Насчёт тебя он что сказал?

Вскрикнула Марта так громко, что я удивилась откуда в такой миловидной женщине столько голоса.

— После повторной беседы губернатор оставил меня на должности законника в нашем городе, но теперь мою работу будет контролировать его личная канцелярия.

Марта выдохнула, приложив ладони к груди, и подошла к мужу, обняла его.

— Это те четыре человека, что стояли на помосте?

Поинтересовалась я, чувствуя, как тугой узел напряжения ослабевает в груди.

— Да.

Эти двое пережили сегодня стресс, нужно было оставить их наедине, а не лезть с досужими вопросами по поводу дневника. Дядя Алекс остался при своей должности, а значит, я могу обратиться к нему в любое другое время.

— Я рада, что всё обошлось. Пойду домой, а то я не сказала Берте и Кристине, что ушла.

— Наслышан о новых жильцах Эванс холла. А также о том, кем девочка приходилась вдове бывшего губернатора, — покачав головой, сказал Мейер, — ты правильно поступила, что не выгнала их. Тебе нужны помощники.

— Я оставила их не из-за помощи, а потому что не могла бы поступить иначе с ребёнком, которого предали. Да и Берта. Верой и правдой служила своей госпоже и что получила по итогу, скромную

Я уже подошла к двери, когда услышала вопрос, который заставил меня покрыться липкой испариной.

— Айлин, я так не спросил у тебя. Какая у тебя фамилия? Кем был твой муж?

Судорожно сглотнула, понимая, что мне придётся сказать правду. Больше всего мне не хотелось, чтобы в городе узнали, что я бывшая жена губернатора, считала это чуть ли не постыдным фактом, но и соврать сейчас было бы глупо. Если правда всплывёт, получится, что я соврала.

Уже открыла рот, чтобы ответить, что я Айлин Девали, как в дверь постучали.

Дядя Алекс открыл дверь, и в комнату без приглашения, зашёл один из всадников в тёмно-зелёной форме. Оглядев нас, он остановился на меня и произнёс.

— Айлин Девали, а вот вас-то я и искал. У меня приказ немедленно доставить вас к губернатору.

Глава 22

Я слышала, как Марта шепнула дяде Алексу, что я Девали.

Я видела, как дядя поджал губы, скорее всего, помнил мои слова про мужа.

Но меня это не тронуло. Зачем я потребовалась бывшему мужу? Не соскучился же?

Или мало поиздевался? Час от часу не легче.

— Я могу отказаться? У меня дома маленький ребёнок, выбежала на несколько минут.

Посланник губернатора насмешливо изогнул бровь, а потом разразился звонким хохотом. Конечно, я же такая смешная.

— Ты глупая баба, не расслышала? — качая головой, сказал мужчина. — Это приказ. Пошла, пока я тебя за волосы не притащил.

Я возмущённо поставила руки в бока, обернулась за защитой, но дядя Алекс вдруг потупил взгляд. Неужели губернатор наделил свою охрану такой властью, что даже законник был против них бессилен?

Решила не обострять, кто знает, какими полномочиями, они были наделены.

— Хорошо.

От неожиданности вскрикнула, когда меня как пушинку посадили на лошадь. Вцепилась в седло, чувствуя, как немеют руки. Я ни разу не ездила на лошади! Как же это страшно!

Даже страшнее, чем видеть рожу бывшего мужа.

До дома губернаторы мы доскакали достаточно быстро, но я наивно полагала, что, Девали ждёт меня.

Это мне пришлось ждать его! Господи, Алина, а что ты ожидала?

Меня завели в кабинет и посадили на стул, я не преувеличила, прямо посадили. Мой «конвоир» тяжёлой рукой хлопнул мне по плечу, и у меня подогнулись ноги, так и шлёпнулась пятой точкой на стул.

Кабинет разительно отличался от того, что был в их доме, не успел ещё ящер ремонт-то сделать, чтоб ему пусто было!

— Здравствуй, Айлин, давно не виделись.

Ксандр поздоровался очень тихо, но я вздрогнула так, будто громыхнул взрыв рядом со мной.

Резко дёрнула головой, впилась взглядом в дракона, чувствуя, как во рту собирается горечь.

Дракон прошёлся к письменному столу и проведя по нему ладонью, как погладил, сел в кресло с высокой спинкой.

В комнате вмиг стало темно, будто аура дракона подавила даже солнечный свет.

Айлин помнила в деталях, как выглядел Ксандр, но увидеть его своими глазами было бесценно.

Он был красив, как греческий бог, но…я боялась красивых мужчин, автоматически причисляя их к разряду гулящих. К тому же я не верила, что красивый, богатый и одинокий мог обратить внимание на меня, простую продавщицу из супермаркета, с заурядной внешность и ворохом проблем.

Все мои ухажёры, за исключением мужа были либо алиментщиками в бегах, либо, отрастив пузо, проминали единственное наследство.

Наверно, поэтому я и купилась на красивые ухаживания Коли.

Айлин была красивее меня, стройнее меня, но одно нас объединяло — мы были бедными. Бедняжка выросла в сиротском приюте, тогда, когда её родной дядя жил в роскошном доме. Для меня это была загадка, почему Эрик Эванс не забрал Айлин? Неужели в столь большом доме не нашлось бы место для ребёнка?

Сжав зубы, посмотрела на бывшего мужа. Так, спокойно Алина, грубить нельзя.

— Здравствуйте, господин губернатор! Зачем позвали, мне, кажется, мы разрешили все вопросы.

Чёрт! Всё равно вышло издевательски.

Ксандр хмыкнул, и уголок его губы дрогнул в усмешке.

— Вот как ты заговорила, а строила из себя милую, кроткую девушку.

Настала очередь фыркнуть мне, а потом сложить руки на груди. На самом деле я не хотела закрыться, просто руки настолько затряслись, что мне пришлось их прижать к себе.

В голове мелькнула дурная мысль, что мне дали шанс на жизнь, чтобы я смогла сделать то, что не сделала в своих отношениях, когда меня предали самые родные и близкие мне люди. Но Коля не был Ксандром, и если бы я первому расцарапала лицо, а сестре выдрала волосы, то отделалась бы лишь штрафом за хулиганство, с драконом, да в другом мире, где мне ещё неизвестны все законы — это делать было бы глупо.

— Я ей была. Но мне пришлось измениться, после того как меня выкинули из дома.

— Тебе повезло, в наследство достался такой большой дом.

Чуть не закатила глаза. Повезло так повезло. Аварийный дом и отсутствие денег на его восстановление.

— Но позвал я тебя не обсуждать твоё наследство или твою жизнь. После того как ты покинула мой дом, мне сообщили, что ты умерла по дороге.

Сердце подскочило к горлу. Эти мерзавцы сказали Ксандру, что я умерла? Да как такое сказать язык повернулся?

— После того как я узнал, что ты жива…

Ксандр недоговорил. Дверь широко распахнулась, и в комнату буквально ворвалась Эвелин.

Мне пришлось сделать глубокий вдох, потому что на глаза будто накинули красную ткань. Стоп! Это не были мои эмоции. Алине с земли всё равно на дракона и его блондинистую пассию, скорее всего, столь болезненно отозвалась память бывшей хозяйки тела.

Мне стоило перестать делить сознание надвое, но это было сложно.

— Дорогой, это невыносимо! Местные служанки грубиянки и…

Эвелин замерла, широко раскрытыми глазами смотря прямо на меня. Ох, милая, я и сама не рада, что здесь сижу.

— Что она здесь делает? Ты же сказал, что она сдохла?

— Выйди из кабинета.

С надеждой вскинула на него взгляд, но это было не мне. Что же он так грубо со своей истинной? К тому с беременной.

— Почему ты гонишь меня? Ты хочешь её вернуть? — в голосе блондиночки появились слёзы. — Это я, твоя истинная, не она!

Последние слова

— Раймон, уведи её и запри в комнате, пусть успокоится.

Опасно понизив голос, сказал Ксандр, а я мысленно обрадовалась, вот, оказывается, из какого болота я вырвалась, да я должна быть просто счастлива на своём матрасе. Уж лучше так, чем сидеть за закрытой дверью в роли инкубатора.

Раймон подошёл к Эвелин и что-то ей тихо сказал, я не услышала из-за визга, который издала женщина.

Если бы только визг, но она…

Глава 23

Я хорошо помнил момент, когда выбрал Айлин.

Я был драконом из обнищавшего рода. Мой отец промотал всё состояние по игорным домам, оставив нас с матерью в небольшой комнатушке, принадлежавшей её почившим родителям, без средств к существованию.

У меня было два пути: идти работать грузчиков в порт или податься в солдаты.

Для остального нужны были связи, каких у меня не было.

Тогда-то меня и взял под крыло генерал Ричард Аво.

Он смог разглядеть в обычном солдате армии драконов амбиции и волю к достижению результатов.

Вот только…

Наш император был умным человеком.

Был. До момента, как встретил свою истинную. Смешно, но он даже стал назначать на высокие посты только тех, кто встретил свою истинную.

Но истинные — это редкость, и со временем, поняв, что его затея провалилась, стал требовать простой брак.

Смешно-то смешно, но с императором не поспоришь.

Чтобы я смог стать преемником генерала, мне нужно было жениться.

Желательно на той, чьё присутствие я не замечу.

Где такую найти?

Ответ пришёл сам собой.

Окно в нашей единственной комнате выходило на сиротский приют, где я часто видел воспитанниц на прогулке.

Сироты. Без защиты семьи. Без привычки к роскошной жизни. Без претензий.

Мне лишь нужно было выбрать одну: самую тихую и скромную.

И выбор пал на Айлин Эванс. Она не была красивее остальных или имела выдающиеся формы, она была просто незаметной, такой, которая не стала бы путаться под ногами.

Я получил должность, но, как однажды сказала мне мать: «Жена не рукавичка, с руки не стряхнёшь». Избавится от Айлин я не мог.

Она мечтала о детях. Естественно, ведь, безусловно, влюбилась в меня. Огромные глаза смотрели на меня с обожанием, но я не любил её, мне было плевать на то, как она старалась мне угодить.

Мать тоже очень хотела, чтобы наш род продолжился. Нет, глупость, я отказался. Зачем мне девчонки? Разве, что использовать для династических браков.

Но я уже был достаточно богат и влиятелен, чтобы обойтись без такого... «товара», который ещё вырастить надо.

А ещё меня не отпускала надежда встретить истинную. Мой дракон тосковал, и только в бою показывал свой крутой норов, в остальном он был таким же безразличным, как и я.

И вот — встретил.

Каждый в этом мире рождён для своей цели.

Айлин? Да, она выполнила свою.

Жалко ли мне было сообщать ей, что я встретил истинную? Нет, конечно. Жалость — ненужная эмоция, которая даже драконятам не присуща.

Пусть будет благодарна, что вытащил её из сиротского приюта, откуда девушки и парни обычно переходят в работный дом, где до конца своих дней работают за пару медяков в неделю.

Но всё же я был благодарен ей немного. За мою должность, билет в жизнь. Потому я поселил её в красивый дом, который получил с новым званием, окружил комфортом и спокойствием.

Я даже предложил ей хороший вариант не лишиться этого, но Айлин решила заартачиться. В очередной раз симулировала сердечный приступ. Как же мне это надоело.

Но и тут я был добр и выделил ей повозку и сопровождающих.

Я не мог подумать, что она буквально воскреснет, ведь возница доложил мне, что Айлин умерла по дороге, и они закопали её в лесу. Это было даже удобно...

Но, похоже, она решила испортить мне жизнь. Как и те двое, кто её сопровождал. Надо будет найти этих двоих и призвать к ответу за ложь. Ведь из-за них я чуть не нарушил один из священнейших законов империи.

Я собирался жениться на своей истинной, чтобы мой сын был рождён в истинном браке, получил всю силу рода моего дракона.

А из-за этих мужиков я мог стать двоеженцем. За это преступление меня лишили бы всего!

Докопаюсь до истины, и они заплатят. Айлин тоже, если я докажу, что это она их подговорила.

Но это потом. Для начала нужно было уладить формальность.

Грязная сцена, что развернулась передо мной, была ожидаема. Эвелин была крайне ревнива, и, конечно, ей доложили, что ко мне привели некую особу.

Истинная должна была с полуслова понимать своего дракона, чувствовать малейшие перемены в настроении, но Эвелин в который раз проигнорировала мой приказ.

Я держался лишь потому, что она носила моего сына под сердцем.

Не понимал, почему весёлая и милая девушка, что не призналась мне после появления метки истинности, вдруг превратилась в ревнивую и избалованную мадам.

Я не давал ей повода думать, что она будет моей единственной женщиной, но исполнял все пожелания и прихоти.

Пока мы жили несколько дней в столице, она успела извести своими требованиями, возникшими как из ниоткуда и меня, и даже мою матушку. Последняя, к слову, сбежала, пожелав мне удачи с истинной.

Ничего. Сын того стоит. А потом посмотрим, может, выброшу и Эвелин... Хотя она ещё может родить.

Я лишь чуть-чуть отпустил ауру, и Эвелин замерла, с зажатыми в кулаке волосами Айлин. Последняя даже не сопротивлялась, только пыталась отцепить Эвелин от своих волос.

Встав из кресла, я подошёл к своей истинной и взял её под локоть.

— Немедленно пошла вон и пока я не позову, на глаза мне не показывайся, поняла?

Женщина растерянно хлопнула глазами, а потом кинулась меня обнимать.

Резко убрал её руки и отошёл. Мне хотелось, чтобы она побыстрее заткнулась, а ещё лучше перестала пользоваться этими невыносимо приторными духами, от которых постоянно болела голова.

Раймон понял меня без слов, открыв дверь, он тихо попросил Эви пойти с ним. На этот раз она послушалась.

И когда из кабинета выветрилось присутствие истинной, я подошёл к Айлин.

Вместо страха

— Не хотите извиниться, господин губернатор?

Глава 24

Услышанное потрясло меня, а воспоминания тут же наводнили голову.

Благородный генерал.

Герой сражения при Лиеро.

Человек, который взял на попечение три детских приюта.

Обожаемый муж, при виде которого Айлин теряла дар речи и превращалась в лепечущее создание, которое хлопало ресницами и только, что могла томно вздыхать, смотря на его аристократический профиль.

Тьфу!

И что только Айлин нашла в нём?

Я же видела не мужской идеал, а властного и жестокого человека, который пойдёт по головам ради своей цели. Собственно, он так и поступил, женившись на Айлин.

Навешал ей лапши на уши про великую любовь, а после свадьбы не сказал ей ни одного доброго слова, фактически бросив на попечение своей матери. Той ещё змеи!

Ксандр настолько грубо разговаривал со своей истинной, что у меня морозом обдало внутренности. Он был опасен и непредсказуем. Нужно было поскорее отсюда выбираться.

Бывший муж тем временем вернулся в кресло, осмотрел меня с ног до головы. Его губы тронула брезгливая улыбка, от которой мне стало не по себе. Будто перед ним был кусок навоза, а не человек.

Не теряясь, посмотрела прямо в его вертикальный зрачок, чувствуя, как страх забирается за воротник, по его скуле внезапно пробежалась рябь серебристых чешуек.

Я стояла перед существом, которое нельзя было назвать человеком. Это настолько выбивалось из картины моего восприятия, что мне понадобилось время, чтобы осознать, что драконы реальны, и мало того, они могут быть людьми.

— Нет.

Вскинула брови от удивления.

Хотя…чему уже удивляться.

Встав на ноги, коснулась волос и зашипела.

Ударить беременную, означало для меня пробить дно, поэтому, когда эта блондинистая фурия вцепилась в мои волосы и повалила на пол, я лишь пыталась ослабить хватку.

Само собой, теперь моя причёска походила на воронье гнездо и волосы болели от корней.

Но не это меня волновало больше всего.

— Господин губернатор, мне бы хотелось перейти к сути моего визита.

Распрямив плечи, напомнила себе, что он не имеет надо мной власти. Он губернатор — да. Но я не рабыня какая-то. А насколько в голове было информации об этом мире. Женщины не были угнетаемы, и были свободными членами общества.

— Я позвал тебя не для того, чтобы вернуть. У тебя даже призрачной надежды нет, на то, чтобы я повёлся на твои манипуляции.

Еле сдержалась, чтобы лицо не вытянулось от удивления.

И что он принял за манипуляции?

Может, то, что я дышу?

Сжала зубы до скрежета.

Не-е-е-ет, эту речь надо дослушать до конца.

— Тем более что я всё понял. Это ты подговорила возницу и его напарника сказать мне, что ты умерла. Надеялась, что я нарушу закон.

Ох, ты ж ёжики зелёные. А я-то наивно полагала, что удивляться больше нечему.

— Но у тебя ничего не выйдет. Из-за твоей выходки я чуть было не стал двоеженцем. Ты всё продумала.

Надо валить. Как можно дальше, потому что у дракона была болезненная фантазия, зацикленная чисто на его персоне. Покачала головой, не веря услышанному.

— Господин губернатор, простите, но на улице уже темно, а у меня нет ни малейшего интереса выслушивать этот бред. Говорите уже, зачем позвали, и я пойду домой. Меня домашние наверняка уже ищут.

— Конечно, а как иначе. А ещё парочка ухажёров, так на вечерок, — усмехнулся Ксандр.

Это так гадко прозвучало, что мне немедля захотелось опрокинуть на себя ведро ледяной воды из моего колодца, лишь бы смыть с себя эти слова и взгляд.

— Моя жизнь вас больше не касается.

Ксандр вдруг резко хлопнул по столу и навис над ним, опираясь на вытянутые руки.

— Довольно, — его голос прозвучал раскатами грома в грозовом небе, я вздрогнула. — Пока ты носишь мою фамилию, меня касается каждый твой вздох. Хорошо, что не на долго.

Поджала губы, когда на стол упала увесистая папка. Ах, вон оно что.

Я мешаю ему жениться, оттого и приказал явиться.

Чего уже проще: запугать, унизить, чтобы жертва, парализованная страхом, перестала сопротивляться и сделала всё, что он скажет, лишь бы прекратить мучения.

Хм. А почему, собственно…

Встала со стула и подошла к папке.

— Здесь документы на развод, подпиши и проваливай. И чтобы я тебя на своём пути не встречал.

Аккуратно раскрыла папку, игнорируя его слова.

Свидетельство из храма с магическим портретом молодожёнов, брачный договор, справка о невинности?! Это уж слишком!

И самое главное соглашение о расторжении, которое было подписано Ксандром, и заверено оттиском печати на кроваво-красном сургуче.

Тут и для меня было место, точнее, для моей подписи. Но…

Что-то такое поднялось со дна моей измученной души, которая боролась всю свою жизнь, и стоило только сложить руки, попала в другой мир, где снова нужно было бороться, что я решила не торопиться с подписанием.

— Мне нужно изучить документ, это очень серьёзно, — покачала головой, а потом закрыла папку, взяла её в руки.

— Положи на место. Ты меня позлить решила? Так вот, не советую, — почти прорычал дракон, и его зрачок тут же стал вертикальным.

Говорит позлить, да я только начала, а у него уже из носа пар валил.

— Ну что вы, господин губернатор, это же очень важно, вдруг я бездумно подпишу, а вы на меня долги какие повесите, — я снова манерно открыла папку, и тут мой взгляд зацепился за слова.

«Выплатить тысячу золотом».

Опаньки…

— Вот видите. Мне ещё и выплата причитается, — сказала я, снова прижимая папку к груди.

Ксандр усмехнулся, а потом устало сел в кресло, почти рухнул.

— Причиталось. Свою тысячу ты уже потратила?

Глава 25

Меня оглушило от ударов пульса по барабанным перепонкам.

— Ксандр, я не понимаю, — впервые за этот долгий вечер мой голос дрогнул, надломился.

— Прекрати. Выйди хотя бы из этой ситуации с достоинством. Ты никогда не умела распоряжаться деньгами, быстренько спустила их.

Он осмотрел меня с таким видом, будто перед ним правда стояла одна из тех девиц, что предлагают себя первым встречным за монеты.

— Могла бы хоть купить себе приличной одежды. Теперь понятно, почему ты стала спать со всеми подряд.

А вот теперь хватит!

Ненависть клокочущей волной поднялась к горлу.

Я не смогу сделать ему больно.

Я не найду этих мерзких мужиков, что ограбили несчастную брошенную.

Я не смогу объяснить Ксандру, что такие деньги не дают одинокой женщине с сомнительным сопровождением.

Да и вообще, так с женщинами не поступают.

Внутренний чертёнок, что до этого играл своим хвостиком в форме треугольника, приподнял голову и оскалился. Пожалуй, кое-что я всё-таки могу.

Пышное торжество, говорите?

Придётся отложить.

Ведь мне правда нужно тщательно изучить все документы, очень тщательно, желательно прямо до самого торжества. Дом мне в помощь.

Под вскинутые брови дракона прижала папку с документами к груди. Лучше бы он сейчас ничего не говорил, у меня в доме ребёнок, который очень любит рисовать, а бумаги у меня нет.

Но сказала я весьма сдержанно.

— Я не собираюсь вас злить. От вас я получила сполна всего, но соглашение просто так не подпишу, мне его нужно прочитать, изучить. Как и остальные бумаги.

Настойчиво проговорила.

Внутри будто всё отмерло. Одна моя часть будто на уровне рефлексов обожала дракона, что сидел напротив меня, тянула к нему призрачные руки, не видя уродства этого человека, а вторая моя часть — ненавидела, до обжигающей боли.

Как же я хотела ему отомстить, но всё, что я могла это мелко напакостить. И да, это того стоило.

— Будешь требовать что-то ещё? — устало спросил он, будто предполагая, что стану это делать. — Золота тебе добавить? Платьев каких? Или есть ещё какие просьбы?

О! Нет! Без золота я обойдусь, и платья от него мне были не нужны.

Как-нибудь справлюсь, выживу, выкарабкаюсь, но, как говорила наш главбух «нагажу, так нагажу», дорогой.

— Вы не сможете меня заставить, подписать здесь и сейчас. Ваша репутация стоит намного дороже моей.

Предостерегла его, что тоже молчать не буду. А что он мне сделает? Убьёт? Ему же выйдет боком.

Форвейт был маленьким городом, так, что оказавшись здесь, он сам стал лягушкой под микроскопом.

— Завтра явишься сюда в это же время и будешь изучать здесь. Я не разрешаю выносить документы.

Хмыкнула. Жаль, на них бы вышли красивые рисунки.

— Только если вы будете держать свою истинную на привязи.

Улыбнулась уголком губы, а потом бросила папку на стол с оглушающим грохотом, а потом гордо вскинула голову и пошла к двери, но меня буквально пришпилило к стене.

Ноздри защекотал знакомый аромат хвои и свежести леса после дождя. Аромат, от которого кружилась голова, вот только не у меня. Сейчас эта внезапная близость меня душила и парализовала.

— Советую тебе быть умничкой и держать свой язык за зубами, Айлин. А если я ещё раз услышу, что ты нелестно отзываешься о моей истинной, хоть, где, я смогу, поверь мне, наполнить твою жизнь страхом. Напакостить не выйдет.

Нервно сглотнула, не отводя от него взгляда, а потом медленно кивнула. Слова набатом били в ушах. Чёрт! Неужели он догадался? Эх, надо было играть дурочку Айлин и просто хлопать ресницами, больно круто я взяла, считай, подставила себя.

Ну ничего…повоюем, господин губернатор.

Меня начало отпускать, когда я вышла из дома. Пальцы перестало выворачивать при мысли, что я услышала за этот вечер, а тугой комок в груди позволял дышать лишь при одной мысли, что я выдержала колоссальный натиск.

Как ни погляди этот мир делает меня сильнее.

Обернувшись на дом, я увидела, как качнулась шторка, кто-то наблюдал за мной, но вот кто я не успела разглядеть. Да и мне было всё равно!

Зайдя за поворот, я, прислонившись спиной к какому-то зданию, горько усмехнулась.

Можно было пойти на сделку с совестью и договорится с драконом, но это было равнозначно продать ему душу. На такое я была не согласна. Землю есть буду, но взамен на развод ничего не попрошу. Зачем тогда было пакостить? Да, чтобы он, козлина рогатая хоть чуть-чуть понервничал, чтобы хоть ненадолго сбить с его лица это самодовольное выражение.

— Айлин, почему ты здесь?

Подняла голову и увидела сияющего улыбкой Кристиана. Он держал под уздцы лошадь. А я даже не заметила, как он спешился.

— Губернатор приказал явиться, — безэмоционально произнесла.

— Вижу, как пиявка высосал все силы. Весь город взбудоражен весь день. Столько новшеств. Ты то ему зачем потребовалась? Давай провожу до дома.

Кивнула. Мы медленно пошли вдоль улочки.

— Я не готова сейчас говорить об этом.

Осекла мужчину, не хотела делиться с ним, да и кто он для меня, чтобы делиться подобным?

— Надеюсь, он у нас не надолго. Через неделю прибудет первый статс-советник на официальное назначение. Как и многие другие, покажет какой он великий управленец и ускачет со своей истинной в столицу.

Вздрогнула, а потом посмотрела в глаза мужчины.

Он сказал неделя до официального назначения? Так это же очень хорошо…очень…

Глава 26

Рано утром, когда ещё Кристина спала, я тихо обсуждала с Бертой произошедшее вчера. Мне было важно понять, будет ли она на моей стороне, ведь нам придётся какое-то время буквально не выходить из дома.

Стоит мне выйти за калитку, как меня тут же схватят и доставят в мрачный кабинет губернатора.

В котором со мной уже разговаривать не будут.

Сказанное вчера Кристианом вселило во мне уверенность, что стоит первому статс-советнику узнать, что Ксандр всё ещё не решил вопрос со своей старой женой, и не женился ещё не истинной, на его репутации появится не просто пятно, от такого быстро отмыться не получится.

Благодаря тому, что Айлин хоть что-то, но читала, я узнала, что драконы, встретившие истинных, должны были немедленно разорвать все имеющиеся отношения и связать себя узами брака с той, у кого появилась метка.

У Айлин и не было шансов остаться рядом с ним. Каждая женщина, выходя замуж за дракона, рисковала однажды быть выставленной вон, вот только мужчины были хотя бы благодарны своим женщинам и не бросали их на произвол судьбы.

Ксандр просто поиздевался.

А может…чёрт…я и не подумала, а что, если дал эти деньги, намеренно сделав расчёт на человеческую жадность.

Пальцы закололи иголками. Если это действительно было так, то он ужаснее, чем я могла предположить, а значит, только когда он уберётся

Берта поддержала меня, наслав на него все кары, что смогла придумать. Она тут же вызвалась сходить за продуктами, а я попросила у неё узнать кое-что ещё.

Каждый день я смотрела на вишнёвые деревья, понимая, что скоро вишня почернеет и осыпется, а значит, я останусь без дохода. Дом в ужасном состоянии. Зимовать в нём нельзя.

Можно было продавать яблоки, но у меня просто руки опускались от ограничений, что были наложены на торговлю в Форвейте, да и яблонь было так мало, что это даст мне не умереть от голода, но не от холода и болезней, которые рано или поздно придут с сыростью и плесенью.

Поэтому я попросила узнать Берту, можно ли было заказать у кого стеклянные банки. Я на полном серьёзе собралась варить варенье. Сколько раз я была в гостях у Мейеров, не видела, чтобы у них было варенье. Компоты, да. Пироги с вишней, да. Но варенье…

Опять-таки всё зависело от того, насколько дорого обойдутся банки и будет ли спрос. Но попробовать стоило.

Я планировала сварить первую партию и попросить Марту разнести кумушкам, как рекламу.

Берта вернулась быстро, я только-только начала убирать со стола после завтрака. Кристина сидела невесёлая и буквально клевала носом над чашкой чая. Наши разговоры разбудили её.

Вот только Берта была с пустыми руками, а от её счастливого лица можно было заряжать лампочки.

— Всё! Кончилась их власть!

Внутри странно потеплело, будто я прямо сейчас должна была услышать какую-то хорошую новость.

— Разогнал губернатор контору Дэрме. На рынке неразбериха, столько новых торговок повылазило, страсть. Цену на многое сразу сбили. Говорят, Мурло зубами скрипит, да сделать ничего не может. Боится оказаться на месте Дэрме в кабинете губернатора.

Я не верила своим ушам. То есть я могла прямо сейчас пойти и торговать, без условностей, о которых я думала всё утро?

— А знаешь, что самое хорошее, — просияла женщина, — у многих вишня уже сошла. У нас, у одних осталась. Видимо, Эванс сажал поздние сорта.

Сердце подскочило к горлу. Так чего же я ждала? Нужно было буквально руки в ноги и на базар.

В четыре руки мы с Бертой собрали вишню в два больших ведра. Женщина выполнила просьбу и дала мне записку с адресом стеклодувной мастерской, в которую мне нужно будет наведаться по моему вопросу.

Воодушевлённая, как никогда, я даже забыла о вчерашнем вечере в кабинете у губернатора. Вспомнила на полпути.

Ксандр убрал ограничения для торговли, но это не сделало его в моих глазах хорошим человеком. А учитывая, что вряд ли из-за такой глупости, как нерешённый вопрос с женитьбой его заставят сложить полномочия губернатора, то можно было спокойно пакостить дальше.

Моё желание отомстить было продиктовано обидой, но объективно Ксандр мог стать хорошим управленцем для этого города.

Трусливый голосок в голове прошептал, что мне нужно подписать документы на развод, но другая решительная я возразила.

Нужно было решать проблемы по мере поступления. Пока нужно было даже не идти, а бежать на рынок.

А там…будто собрался весь Форвейт.

До этого вялые покупатели сбивали цену и весело смеялись с торговками. Будто гнойный нарыв, что создали Дэрме и Мурло исчез, и народ вздохнул свободно.

Я тоже встала со своей вишней, хотя это громко сказано, встать мне не дали. Моя вишня была куплена за несколько минут.

В мои первые дни в Форвейте, прогуливаясь по рыночным рядам, я видела, что предложение перевешивало спрос, а теперь…да ладно? Я реально была одна с вишней. Кто-то уже стоял с ранними грушами и яблоками, но вишни не было ни у кого.

Уже собралась уходить, как ко мне подошёл мужчина.

— Уважаемая, сколько у вас ещё есть вишни?

— Много, и вся спелая, ни одной плохой нет.

Тут же ответила, подметив, что мужчина выглядит несколько чужеродно на рынке в Форвейте. Слишком дорогая одежда, качественная, это было видно. Ухоженное лицо: выстриженные усы и бакенбарды, никакого намёка на бороду. Кто же это такой был?

— Сколько таланов?

Ох, уже местная меры веса. Талан был почти равен килограмму, но я не знала, сколько у меня ещё будет килограммов вишни. Наверно, очень много.

— Господин, я не знаю. У меня в саду десять вишнёвых деревьев, взрослых деревьев.

Мужчина провёл пальцами по усам и задумался, а потом сам себе кивнул.

— Это подходит. Простите, что не представился. Меня зовут Бернард Форле — я директор завода по производству, — на его лбу выступила испарина, будто сказать что-то было по-настоящему сложно, — простите, постоянно забываю это заковыристое слово, придуманное Его Величеством. А! Консервация.

Сказал он со странным акцентом, будто слово было чужеземное. Ага, земное.

— Так вот, император поручил мне организовать производство консервации для нужд населения. Работа на заводе уже наложена, но из сезонных продуктов пока есть только вишня, и то я опоздал. Форвейт ведь вишнёвая столица империи, вы знали?

Я не знала, да и даже не об этом думала сейчас. Консервация. Завод. Моя вишня.

И я не могла упустить этот шанс! Даже если мне придётся отказаться от мести, чтобы контактировать с господином Форле.

Я пообещала выжить, и судьба впервые мне благоволила.

— Я бы хотел увидеть сад своими глазами.

Поджала губы. А вот с этим были сложности…

Глава 27

Пока мы шли к моему дому, я перебрала в голове всевозможные варианты, как господину Форле показать сад.

Одно было ясно точно: незнакомому человеку рассказывать о магической защите дома я бы не стала.

В том числе и потому что с её помощью этого мужчину можно проверить. Дом не пропустит того, у кого злые намерения.

— Я объездил все близлежащие города от столицы. Сами понимаете производство не может быть дорогим. А доставка сырья издалека значительно увеличит траты, и как следствие, стоимость.

Деловито рассказывал мне господин Форле, явно стараясь произвести впечатление.

Я понимала о чём он говорит, но не поддерживала беседу, лишь изредка вскидывала брови от удивления.

Пусть лучше думает, что я тупенькая, так мне проще будет понять, станет ли он сбивать цену или нет.

Ближе к дому я уже приготовилась объяснять, что ко мне попасть не так-то просто, но господин Форле застыл как вкопанный и покачал головой.

— Великолепный

Он что видел сад через ограду?

Посмотрела на дом, и мне показалось, что входная дверь сама открылась, а потом хлопнула, мол, всё хорошо.

Медленно выдохнула. Господин Форле проверку прошёл.

Открыла калитку. Утренний разговор с Бертой всплыл в голове осторожным напоминанием. Я ничего не теряла, предложив этому человеку другой вариант использования вишни.

— Господин Форле, пройдёмте обсудим одно дело, у меня есть для вас подходящая идея. Я сама о ней думала, но, как вы видите, мои ресурсы пока скромны.

Бернард осмотрел полуразрушенный дом и покачал головой, а потом зашёл в калитку, так, будто никакого заклятья не было.

— Вы сказали, что производите компот? Это из-за того, что на каждую конкретную единицу производимого товара нужно меньше сырья?

Сорвала с дерева несколько вишен, когда мы подошли ближе, и протянула их мужчине.

— Д-да, именно так, — растерянно пробормотал мужчина.

То ли Бернард занимался этим впервые в жизни, то ли был узколобым, чтобы расширять линейку.

— А чем вы раньше занимались, простите мне моё любопытство?

И своим вопросом я попала просто в яблочко.

Мужчина растерялся и, чтобы скрыть волнение, запихал всю вишню в рот.

Сок брызнул в разные стороны, щедро потёк по усам и подбородку.

— Какая софшная.

Он что меня за дурочку держит? Упрямо смотрела прямо в его глаза, пока не услышала тяжёлый вздох.

Заметавшись взглядом по сторонам, господин явно не хотел выкладывать первой встречной что-то о себе, но боль, что засела, где-то в глубине души вырвалась потоком слов.

— У меня было ателье, лучшее в столице. Я шил наряды для графинь, герцогинь, даже самой императрице подготовил великолепный вечерний туалет, но...всё пошло прахом.

— Почему?

— Фрейлина Её Высочества сказала ей, что видела такие оборки и смелой решение с юбкой у Франца Брие — королевского портного из соседнего королевства. Императрица разозлилась, вызвала меня, кричала.

Я знал, что мои идеи новы, и никакой Брие рядом не стоял, но разве можно что-то доказать Её Высочеству в гневе.

Она обвинила меня в бездарности и потребовала, чтобы я закрыл ателье. Сами понимаете, ни в одном городе мне теперь были бы не рады, после такой славы.

Вздохнула, прислонившись к дереву. Это надо же просто взять и испортить жизнь человеку из-за наговора фрейлины.

— А почему она послушалась фрейлину?

— Госпожа Девали имеет большой вес при дворе, и императрица слушает её.

Скрипнула зубами. Снова эта фамилия.

Сколько же можно портить людям жизни?

— Я закрыл своё ателье, а император вызвал меня на следующий день и приказал заняться новым направлением. В насмешку. И ведь не откажешь.

Если справлюсь, моё честное имя восстановят. Но в империи мало кто разбирается в этой самой консервации.

Я искал информацию по крупицам. Мне помогали обычные хозяйки, что делились рецептами, многие пришли ко мне работать.

— С вами обошлись жестоко. Господин Форле, я готова продать вам свою вишню и даже помочь.

Мужчина несколько раз хлопнул ресницами.

— К-как?

— Одними компотами на производстве не обойдёшься. Я сварю для вас порцию вишнёвого варенья. Завтра вы приедете сюда в то же время и снимите пробу. Если вы посчитаете варенье вкусным, я дам вам рецепт. Для начала можно произвести небольшую партию, чтобы население раскушало, а уже позже производить гораздо больше. Если же вам оно не понравится, то мы просто договоримся о продаже вишни.

— Вы разговариваете как деловая женщина, — уголок его губы дёрнулся в улыбке. — Мне нравится вам подход. И как понимаю, рецепт не будет бесплатным? И почему вы считаете, что варенье лучше компота.

— Я не сказала, что лучше, но завтра вы сами увидите, что это вам тоже понадобится.

— Хм, а почему бы нет, — просиял мужчина, — по рукам?

Он протянул мне ладонь для рукопожатия и без раздумий пожала её.

Кажется, жизнь начинала налаживаться.

Господин Форле уехал, а я принялась за дело, игнорируя, что у моей калитки кружит один из приспешников губернатора.

Приветствую, дорогие читатели!

У вас хорошие отношения со свекровью?

Уверена, у многих в жизни был неприятный разговор, как “бедный, несчастный сыночка связал свою жизнь не с той девицей, у которой ни кожи, ни рожи, да еще и жуткая транжира”. Да-да, именно такая свекровь у героини романа Симы Гольдман, которая к тому же, ее беременную продала.

Интересно?

Тогда нам по пути!

Глава 28

Нервно кусая губу, я смотрела на вишнёвый сад и ...не могла сосредоточиться.

Мне предстояло решить задачку похуже той, что по физике со звёздочкой.

Но для начала...

Нужно было отвадила всадника, что буквально стал кричать моё имя.

Это раздражало и отвлекало.

Мужчина уже догадался, что вытащить меня силой не выйдет, и стал сыпать грязными угрозами.

— Шавка безродная, ты хоть понимаешь, что это за человек, да он тебя...

Конечно, я не позволила себя оскорблять, к тому же в доме был ребёнок, которому ни к чему слышать подобное.

Стремительно покинув дом, я подошла к ограде.

Вскинув тонкую ладонь, остановила этот поток унижений.

— Уважаемый, сегодня у меня важное дело. Если губернатору так нужен развод, пусть явится с документами сам. А ежели вы продолжите...

Вскинула указательный палец, и на лице мужчины странно дёрнулась жилка.

Он что-то увидел за моей спиной такое, что развернул коня и умчался прочь.

Обернулась, но не увидела ни привидений, ни вурдалаков, только дом поскрипывал ставнями в безветренную погоду. Ах вон оно что...

Что ж, так даже лучше!

Пусть катится к своему господину и рассказывает небылицы про ужасный дом.

А мне нужно было приступать за варенье.

Его сварить было плёвое дело, но я боялась, что у меня не получится. Всё-таки условия в этом мире были далеки от идеала.

Мне придётся готовить на очаге. Газ не убавишь, когда закипит. Я очень надеялась на Берту, что она поможет мне приобрести ценный навык.

Зайдя в дом, я застала Берту и Кристину за ужином.

У девочки было заплаканное лицо, и она вяло ковырялась в тарелке.

— Что случилось?

— Да. Вот! Поймала негодницу на втором этаже опять. Будто мёдом намазано в этом кабинете.

Приобняла Кристину за плечи, тяжело вздохнув.

— Кристина, там же гнилые доски, я объясняла, — ласково проговорила. — Я не прощу себе, если ты поранишься.

Но Кристина вдруг дёрнула плечом и ядовито произнесла,

— Знаю. У нас нет денег на лекаря. Так и останусь калекой.

Это было сказано хлёстко. Прямо сказать справедливо, но по-взрослому.

— Ей бы язык поприжать, гляди, как разговаривает.

Нужно было загасить конфликт, поэтому я потянула Кристину с собой, сказав Берте.

— Она повторяет наши слова. Я такого не говорила, значит, это ты.

Берта осеклась, поджала губы.

Мы вышли на улицу и тут же углубились в сад.

— Кристина, зачем ты бегала в кабинет?

Девочка тяжело вздохнула.

— Он позвал.

Чувствуя, как по спине пробежали мерзкие мурашки поёжилась.

— Кто?

— Дом. Он живой. Ты же чувствуешь это, видела. Почему отрицаешь? Берта старая, в ней нет магии, она не понимает, но ты связана с этим домом магией.

Девочка говорила это открыто, прямо в лицо. Я правда отрицала. Пользовалась защитой дома, но старалась не думать о природе вещей, происходящих вокруг.

— Дело в том, — я замялась, — что я не обладаю магией. Никогда не обладала

А тут....даже не знаю, как это произошло. И из-за этого мне трудно понять и принять происходящее. Дом, который живёт своей жизнью. Оживающие деревья...

— Я обладаю магией с рождения, но не знаю какой. Для меня не вызывали проявителя. Просто я вижу магию как нити, и если я слегка задену хоть одну нить, то, — девочка мотнула головой, а потом зашептала. — Нет. Нет. Нельзя.

— Расскажи, не бойся, я пойму.

— Я не знала, что она умрёт. Старая служанка. Я увидела, что внутри неё странный клубок из чёрных нитей и дёрнула за одну и она умерла. Ты же не выгонишь меня?

Вцепившись в юбку горячо произнесла девочка. А я не могла и слова вымолвить. Вот это сила!

— Ты видишь магию этого места?

— Да, она вся проходит через твоё сердце. Дом позвал меня, чтобы я поняла это и рассказала тебе. Вы связаны эмоционально и магически. Бывший владелец настроил магию этого места под человека, который захочет этот дом восстановить.

— Так и есть. Это моя цель, и мне в этом потребуется помощь твоя и Берты.

— Берта злая, не люблю её, — обиженно буркнула Кристина.

— Она слишком категорична. Но не злая. Я поговорю с ней, чтобы она перестала грубо с тобой разговаривать, но для этого тоже потребуется время. Ну так что мир?

Весело сказала, протягивая мизинчик.

Вот что значит дети: мгновение и на лице девочки расцвела улыбка. Забыв о страшном признании, о грубости Берты, она трясла своим мизинчиком мой и хохотала.

А мне было не до смеха. Магия проходит через моё сердце? Выходит, я не могу покинуть это место?

Б-р-р нужно решать проблемы по мере их поступления.

Нам предстояла большая работа. Поделившись планами с Бертой и Кристиной, мы приступили.

Вначале нужно было собрать вишню.

У меня была небольшая кастрюля на кухне, этого было достаточно на пробу.

Так как до стеклодувной мастерской я не дошла, то придётся вертеться в том, что имелось. Пусть я не смогу красиво презентовать, зато варенье будет вкусное.

Собрав ведро вишни, я промыла её в ледяной воде колодца, а потом мы сели удалять косточки.

Я ненавидела всей душой этот процесс, тогда, когда сама покупала на рынке вишню и шпилькой несколько часов извлекала косточки, только ради вкуснейшего варенья, что так любила моя мама.

Спасибо, мама за науку, возможно, это спасёт мне жизнь в этом мире.

Кристина, понятно, больше баловалась и ела, а Берта никак не могла научиться орудовать шпилькой.

Но мои руки вспомнили, и я даже обрадовалась.

Время пролетело незаметно, и наступила ночь.

А мне нужно было сделать кое-что ещё...

Глава 29

У меня не было безмена или весов, так что пришлось ориентироваться на глаз.

Даже пришлось несколько раз вдохнуть и выдохнуть, чтобы успокоиться.

Было хотела попросить Кристину и Берту оставить меня, но вовремя поняла, что это не получится, слишком им было любопытно, то, чем я собиралась заняться.

— Что это такое вообще варенье?

Последнее слово Берта будто выплюнула.

— Это уваренная в сахаре ягода. Сладкое лакомство. Странно, что здесь его не готовят, — спокойно отреагировала, сливая лишнюю воду из ведра, так как вишню мы не обсушили. Поторопились.

— Странно уваривать ягоду в сахаре.

— Ничего не странно, — вступилась Кристина. — Моя ба...то есть леди Урсула как-то получила в подарок малюсенькую баночку некого лакомства. Мне не довелось его попробовать, но она ела его исключительно по праздникам и то на кончике чайной ложечки, какое оно было вкусное.

— Не варенье это было, не выдумывай!

— А вот и варенье, — вступила в перепалку Кристина.

— Прекратите, иначе попрошу вас уйти.

Попросила, чувствуя, как вибрирует от волнения голос.

Достала сахар.

Благо запасливая Берта купила его много. А потом высыпала его в ведро с вишней.

— Зачем же так много? — жадно проскулила Берта, видя, как я уничтожаю весь запас.

Покачала головой. Если господину Форле понравится моё варенье, мы не будем думать на что купить сахар.

— Варенье долго хранится, так что сахара нужно много.

Перемешав большой ложкой, оставила ведро на столе, чтобы вишня пустила сок и сахар растворился.

Мне нужно было найти большую кастрюлю. Не варить же прямо в ведре, да и не приспособлено оно, слишком тонкие стенки.

Кастрюля нашлась. Её не взяли по причине большого размера и слишком грязного вида, но для человека с целью этого была не беда.

Луна уже вышла на небосвод, и у колодца стало светло.

Ей-богу, кто бы увидел меня, сжёг на костре за колдовство. А я всего лишь кастрюлю отмывала.

Берта купила на рынке какое-то универсальное средство, и я ловко смогла очистить грязь.

Зайдя в дом, я поставила блестящую чистотой кастрюлю  на стол и почувствовала, как устала за долгий день.

Нет, ночью варить я не буду, дождусь утра. Успею.

Помешала ещё раз вишню и, накрыв ведро крышкой, скомандовала: всем на боковую.

Кристина уснула сразу, а Берта спросила у меня.

— Почему ты так уверена, что ему понравится. Новое никто не любит.

— Не знаю, может, и не понравится. Тогда пусть забирает вишню и катится. А варенье мы сами съедим. Я угощу им знакомых, вдруг....

План ни дать ни взять был построен на шаткой почве, но у меня не было выбора. Мне нужно было выжить.

Берта кряхтя

Утро встретило меня теплом и запахом вишни.

Раскрыв глаза, я тут же встала и подошла к ведру с будущим вареньем.

За ночь сахар полностью растворился и смешался вместе с соком.

Красота.

Кристина спала на матрасе, а вот Берты нигде не было.

А она как раз была и нужна, потому что с очагом я не знала, как справится.

Я уже успела умыться, как на кухню зашла Берта и поставила на стол сетку, в которой....было с десяток маленьких баночек и бумага с верёвкой.

— Вот, ну не из кастрюли же ему давать лизать.

Я сделала шаг к женщине и крепко её обняла.

— Спасибо.

— Чего уж, давай готовить.

Расчувствовавшись, я даже забыла о своей проблеме с очагом.

Правда, тут же вспомнила, когда Берта ловко разожгла дрова.

— Что дальше?

— Берта, нельзя, чтобы оно подгорело. Как только закипит, нужно сразу убирать. Так будем делать несколько раз, пока не появится нужная консистенция.

Тяжело вздохнув, Берта, сказала, что в таком случае нужны ещё дрова.

Перелив вишню из ведра в кастрюлю, я поставила её на очаг.

Кристина, что проснулась и жевала кусок хлеба, с интересом наблюдала за мной.

Повязав на голову косынку, чтобы волосы не лезли в лицо, я мешала варенье большой ложкой, боясь пропустить момент.

Совместными усилиями мы проварили варенье так три раз, и теперь я раскладывала горячую сладость по отмытым до скрипа баночкам.

Получилось очень красиво и ...вкусно.

Остатки я перелила в миску, и мы приготовили чая.

— Вот это вкуснятина, пальчики оближешь, — щебетала Кристина.

— Да, — покряхтывала Берта, пытаясь зачерпнуть булкой побольше ягод.

А у меня дрожали руки. У нас получилось. И я была уверена, что господину Форле тоже понравится.

Директор завода прибыл в оговорённое время. Ради него мы вынесли единственный стол на улицу, чтобы устроить презентацию среди вишнёвых деревьев, а не в старом доме.

— Добрый вечер, господин Форле. Как и обещала, я сварила для вас варенье из вишни.

Взяв в руки баночку, я подняла её и покрутила на солнечном свете, чтобы показать великолепный цвет, а потом налила в  мисочку на пробу.

Господин Форле аккуратно обмакнув чайную ложку в миску с вареньем, господин нерешительно сунул её в рот.

Его брови изогнулись дугой, выражая высочайшую степень удивления.

— Так сладко и необычно. Почему же вы считаете, что это лучше компота.

— Я уже говорила, что не считаю варенье чем-то лучшим, просто это другой продукт. Который при желании можно трансформировать.

Я взяла одну баночку предварительно наполненную водой и положила в неё две ложки варенья, помешала.

— Вот выпейте. Это морс. Отлично утоляет жажду, особенно в жару.

Форле не решался попробовать несколько долгих секунд, но всё же любопытство пересилило, и он сделал несколько глотков, а потом и вовсе выпил весь морс.

— Действительно, освежает, и это так просто!

Я улыбнулась, радуясь, что директору завода понравилось и варенье, и морс, но его слова буквально прибили меня к земле.

— Я готов купить у вас рецепт варенья и предложить должность на моём заводе, если вы, конечно, согласитесь переехать в столицу.

Глава 30

Резко свела брови. Чувствуя колкий взгляд Берты прямо в спину, шумно выдохнула.

Нет. Так не пойдёт. Либо господин Форле забыл мне сказать об этом значительном пункте договора, либо сделал это намеренно.

— Вашего жалования хватит, чтобы снять комнату в общежитии и жить безбедно...

Остановила его.

— Господин Форле, у меня есть жильё. И я отсюда не уеду. Мне жаль, но я вынуждена вам отказать. Я смогу продать только вишню.

Мужчина пригладил усы, его взгляд стал на миг растерянным, бегающим.

На лбу выступила испарина, которую он тут же стёр платком.

— Но...но...но.я навёл справки. Ваше положение незавидное. Развод. Разрушенный дом. Репутация.

Три "Р". Смешно. Было бы. Если бы не было бы настолько грустно.

Обо мне навели справки.

В моём мире я бы приравняла это к деловому подходу. Обо мне как о партнёре узнали информацию, чтобы найти слабые стороны.

Манипуляция с целью надавить.

На миг внутри всё задрожало, будто вибрация прошлась от макушки до пяток.

Я приказала себе не бояться. Хватит. Не в этом мире.

— Моё положение никого не касается, давайте обговорим сроки сбора ягоды. Сами понимаете вишни у меня много. А также оплату.

Непреклонно увела разговор в нужное русло. Он же не думает, что я буду обсуждать с ним мои три "Р"?

Нет, на манипуляции я больше не поведусь.

— Берта, Кристина унесите варенье в дом. Мы упакуем пару баночек и отнесём чете Мейер, как и договаривались.

Улыбнулась Берте, которая отмахивалась от пчёл, что там и пытались залезть в вязкое, сладкое варенье.

— Конечно, Айлин.

Кристина тут же принялась укрывать баночки бумажными прямоугольниками, а Берта ловко завязывала у горлышка банки бантики.

Господин Форле снова заметался взглядом.

— Подождите, могу я у вас купить это варенье?

Я улыбнулась ему самой неискренней улыбкой, на какую была способна.

Вспомнила слова Кристины, как вдова губернатора тряслась над подарочной баночкой варенья. Что ж...

— Безусловно. Каждая баночка один золотой.

Кристина вытянула губы трубочкой, при этом жадно смотря на варенье.

Да, детка. Господину нужен рецепт и один золотой не та цена, какую платят за подобное, вот только сможет ли он сварить такое же варенье?

Внутренний голос прошипел, чтобы я не была так наивна, на него работает целый штат персонала, он сможет сделать вкуснее.

Что ж, тогда тем более.

Директор завода смешно пошевелил усами, а потом достал кошель и стал доставать монеты.

Уже на третьей я поняла, что ...что он хочет купить всё?!

А он только прикидывался отчаявшимся, видимо, дела на заводе идут неплохо, раз он может позволить себе такие траты.

Один золотой сам по себе не был великими деньгами, но десять?!

— Айлин, здесь десять золотых, я возьму всю партию. И по поводу сбора ягоды. Я могу прислать рабочих, но им нужно будет заплатить повременную, около двух медных в день, вы согласны?

Два медяка? Труд настолько обесценен?

Да, я ещё не в таком плачевном состоянии. Посмотрев на сад, украдкой глянула на дом.

Как же на территорию зайдёт столько людей? Хлопнули ставни. Дом ответил.

— Хорошо, но мы так и не обговорили цену.

Берта упаковала баночки с вареньем в повозку, господин Форле, а мне в руки лёг

Директор завода не скупился на оплату, и мы договорились, что за ведро я буду получать один серебряный и пять медяков, это уже после вычета рабочим. Оптом всегда было дешевле, что поделать.

Срок был установлен кратчайший, и завтра ко мне приедут рабочие.

Будущее перестало давить своей мёртвой хваткой моё горло.

У меня было целых десять золотых и договор на продажу всей вишни.

Память Айлин подсказала мне, что это не самые большие деньги, но и им я была рада.

А варенье можно сварить и из яблок, к примеру, и настроить реализацию в городе.

На этой позитивной ноте мы отправились пить чай с остатками варенья, смеясь над Кристиной, которая стала изображать директора завода.

Который не обманул.

На следующий день, гремя вёдрами, прибыли помощники — девушки.

Они прибыли на двух повозках и выглядели уставшими.

Как выяснилось, они не спали всю ночь, потому что ехали из столицы.

Бойкая "бригадирша" Нова тут же объявила, что отдыха не будет и всем тут же приступать к работе, вишню не жрать, и не мять.

Прямо так.

На меня она сначала посмотрела с претензией во взгляде, но увидев моё потрёпанное платье и дом, смягчилась.

— Ты не из сирот?

Спросила напрямую.

— Да. Вышла замуж, а потом оказалась здесь.

— Повезло, свой дом. А нам до конца своих дней жить в работном доме и работать за гроши где только можно.

Я поинтересовалась, можно ли как-то покинуть работный дом?

— Можно. Либо замуж выйти, либо выплатить долг за проживание. Но замухрышка, да переспелок (прим.автора — старая дева) никому не нужна, а долг выплатить невозможно, слишком велик.

За Айлин долг перед приютом выплатил Ксандр.

Что ж, хоть за это ему можно быть благодарной, иначе была бы на месте этих девчонок.

Боже! Дожила, я благодарю рогатую скотину за возможность жить свободно!

Даже смешно стало.

Остановила поток мыслей, понимая, что ни вчера, ни сегодня его верные слуги не трутся около моей ограды.

Неужели передумал? Ха! Вот было бы смешно.

Девушки работали проворно, и я им помогала, но вишни было так много, что Берта еле поспевала записывать количество вёдер, что высыпалось прямо на мягкие полотенца в повозку.

До обеда мы собрали вишню с четырёх деревьев, и гружёная повозка поехала на завод.

Стало понятно, что девушки останутся здесь и на завтра.

А их нужно было покормить и где-то разместить.

Берта и кряхтела, и пыхтела, но приготовила обед, я велела не жалеть продуктов и накормить всех работниц сытно.

Смотря, как они едят, у меня снова заломило в груди. В голову пришла бредовая мысль.

Мне нужны будут помощницы, чтобы убирать в доме, когда здесь будет ремонт, сама я не справлюсь физически. Так почему бы мне не нанять парочку самых расторопных. Та же Нова и кто-нибудь ещё, например, та молчаливая девушка?

Тряхнула головой. Нельзя было поддаваться эмоциям, и решения принимать с трезвой головой.

Смотря, как девушки едят, прямо на земле кто где, гремя ложками о металлические миски, я не сразу услышала, как меня позвали.

Обернувшись, увидела Кристиана, что стоял у калитки и не мог войти.

Интересно, а почему дом его не пускает?

Глава 31

— Какой же всё-таки чудесный дом. — Кристиан улыбнулся белозубой улыбкой. — Удивительная магия. Я вижу только тебя и дом. Если бы сам не бегал по вишнёвому саду, никогда бы не догадался, что он есть.

— Здравствуй, Кристиан. Зачем пришёл?

Подошла к калитке, облокотилась об ограду.

Мужчина хмыкнул, лишь на мгновение по его лицу пробежала тень. Он же не надеялся, что я буду оправдываться за то, что магия его не пускает? Тем более мне было не подвластно. Я лишь могла попросить, но не была до конца уверена, что дом действительно внемлет моим просьбам, скорее он сам решал, кому верить, а кому нет.

И по какой-то причине Кристиан не входил в его круг доверия.

Боже! Я ведь реально думала о доме, как о живом существе с разумом. Хотелось хлопнуть себя по лбу.

— Подумал, что тебе может быть нужна помощь?

Помощь? Да, мне нужна была помощь, но я, как никто другой, усвоила, что бесплатный сыр только в мышеловке.

— Прости, но на сбор вишни рабочие больше не требуются, — рассмеялась.

Кристиан тоже расхохотался.

— Это сильно даже для меня, тем более мне по статусу не положено.

В его глазах ещё искрился смех, но одновременно с этим появилось что-то властное, ощущение превосходства над остальными.

— Вот как, и какой же у тебя статус?

Поставив руки в бока, открыто спросила.

— Губернатор назначил меня своим советником.

Моё лицо медленно вытянулось от удивления. Вроде это он его недавно пиявкой называл, или…Кристиан метит в следующего губернатора после того, как прежний покинет свой пост.

Покинет ли вот вопрос?

Тьфу ты, опять голову заняли мысли о Ксандре и о нерешённом вопросе с разводом.

— Ты не рада?

Он сумасшедший? Вряд ли у меня получится искренне радоваться за чужого мне человека, которого пусть связывает прошлое.

— Поздравляю, пусть эта должность принесёт тебе успех. Если позволишь, то я пойду, у меня много дел.

Кристиан бросил нечитаемый взгляд на дом. Это было странно абсолютно пустой дом для него и суета, что видела я.

— Подожди, ты можешь выйти ко мне?

Тяжело вздохнула, но вышла. В конце концов, я сама неправа, разговаривать через калитку было не очень вежливо.

— Прости, нужно было сразу выйти.

— Нет-нет, всё в порядке, — Кристина шагнул ко мне и вдруг взял мои ладони в свои.

А вот это уже лишнее. Вытащила аккуратно, мягко и сделала шаг, назад стеганув строгим взглядом.

— Айлин, по правилам империи, неважно дракон или маг, но, занимая высокий пост, мужчина должен быть женат.

Меня будто пыльным мешком пришибло. Я так и стояла, хлопая ресницами, чувствуя лишь оглушающие удары сердца по вискам.

— Знаю.

Сухо выдавила из себя. Но не собирается же он сделать мне предложение? Прямо сейчас?! Сдвинула брови, готовясь к обороне.

— Это будет фиктивный брак. С твоей репутацией и положением лучше иметь рядом крепкое плечо мужчины. Я не буду требовать от тебя исполнения супружеских обязанностей, просто помощь. Мы отстроим поместье.

На самом деле весьма прагматичный подход. Возможно, если бы Айлин не умерла, то она с радостью бы согласилась, но я видела этого мужчину дважды и соглашаться

— Кристиан, я уверена, ты найдёшь девушку, которая будет мила твоему сердцу, а свои проблемы я решу сама.

Мужчина на миг сник. Его плечи резко опустились, но в отличие от Данте, который кинулся меня оскорблять и унижать, Кристиан грустно улыбнулся.

— Прости, я виноват, глупо было предлагать такое тебе.

Он странно выделил последнее слово, будто Айлин действительно значила для него что-то. Внутри шевельнулось проклятое чувство быть удобной для всех. Но я ведь не обижала Кристиана, это он, наоборот, поставил меня в неловкое положение.

— Я понимаю и не держу обиды.

Спокойно сказала, уложив ураган в голове.

— Не понимаешь. Я не хочу другую. Единственная женщина, которую я хочу, и всегда хотел видеть рядом — ты. Да, я знаю, что не значу ничего для тебя. Потому не буду предлагать ничего, кроме сотрудничества. Полезного и выгодного для обоих. По крайней мере, пока ты не изменишь своё мнение обо мне. Прошу... Подумай.

С надеждой обратился он, ласково коснувшись моей ладони.

Вспомнились слова одной старой бабушки: «Женихи хороводы водят».

После Кристиан легко запрыгнул на своего коня и ускакал, а я, отмахнувшись от глупых мыслей лёгкой дорожки стать фиктивной женой, вернулись к насущному.

Девушки уже закончили обедать и были готовы приступить к дальнейшему сбору, те четыре дерева, что они обобрали, были самыми маленькими, с который можно было собрать ягоду с лестницы, но теперь задача усложнялась. Деревья были высокими, старыми и корявыми, к тому же каждую ягоду нужно было просматривать, дабы не положить порченую вишню.

Сбор вёлся до самого вечера, мы с трудом справились с одним деревом. Господин Форле прибыл под самый вечер и заплатил за ту вишню, что уже собрали, и приказал везти её на завод.

Я заплатила за рабочий день девушкам, и они уехали, пообещав приехать завтра.

А я подошла к Форле, чтобы попросить его кое, о чём…

Глава 32

Моя просьба была нетипичная для него, и я не надеялась, что он сможет мне помочь, но я должна была попробовать.

Мне нужен был толковый человек, который составит мне смету на восстановление дома, при этом не обдерёт как липку.

Господин Форле с радостью согласился мне помочь и даже пообещал прислать нужного человека завтра. На всякий случай я уточнила, что если меня не устроит стоимость, то я откажусь от его услуг.

Директор завода уверил меня, что в этом проблем нет.

Когда не следующий день ко мне приехал мужичек ростом, достающий едва мне до груди я поначалу подумала, что Форле просто посмеялся надо мной, но после того как этой неприметный господин облазил весь дом и на большом листе бумаги карандашом расписал весь план работ, я поняла, что передо мной человек знающий толк в строительстве.

Моих золотых хватило на восстановление крыши и замену пола во всём доме, но это был успех. На голову не будет течь, а ходить можно будет без опаски.

Джон Брик, так звали мужичка, согласился выполнить со своей бригадой эту работу, и пообещал начать в ближайшие дни.

Сегодня девушки работали без меня, потому что у меня были дела: мне предстояло искупать Кристину.

Поэтому я нагрела воды в большой кастрюле над очагом и развела её в большом корыте, которое использовалось нами для стирки, с холодной водой.

— Не хочу купаться, — фыркнула Кристина, ретируясь к двери, которую я предусмотрительно заперла.

Нет. Не выйдет. Не хватало, чтобы она коркой покрылась от грязи и пота, или заболела паразитами. Покачала головой.

— Так нельзя. Нужно искупаться. Берта сшила для тебя новую сорочку. Ты красивая девочка, а выглядишь уже как поросёнок.

Только благодаря возможности надеть новую вещь я смогла уговорить девочку раздеться и залезть в тёплую воду.

Развернув душистое мыло в хрустящей обёртке, я окунула его в тёплую воду, и тут же по кухне поплыл приятный аромат.

Кристина вжала голову в плечи, избегая контакта с пеной, что поплыла по воде.

В детстве я также не любила принимать ванну, но лишь потому, что мама мыла мои длинные волосы так, будто хотела снять скальп, и вода в ванной была такая горячая, что я варилась в ней заживо. Не самые приятные ощущения, выползать из ванной красным гусёнком, но отчего-то губы тронула улыбка.

Вспоминать это было приятно.

А теперь я не в нашей маленькой квартире с ремонтом, сделанным в пятидесятых годах, а в огромном доме, где жить можно только на кухне, сама купаю ребёнка.

Намыливая длинные волосы ребёнка, я вспомнила слова, что она говорила мне про дом. Сегодня господина Брика дом пустит без малейших колебаний.

— Кристина, ты сказала, что я и дом связаны? И что он живой? Это же такое сравнение, не может же постройка быть и впрямь живой? Я просто никак не пойму, по какому принципу он кого-то пускает, а кого-то нет?

Девочка сидела, как ёжик. Нахмурившись, она терпела вмешательство в личное пространство, но вопросы отвлекли её, и она охотно затараторила.

— Переживаешь за того красавчика, что был у ворот? Дом не может думать, как мы с тобой, но магия сама выбирает кто для неё друг, а кто враг.

— Это тебе магия сообщила?

Удивилась, намылив кусочек хлопковой ткани, стала мыть ребёнка.

— Я это сразу поняла, как только подошли к калитке. Нам та-а-ак нужен был ночлег, что дом впустил нас. А тут ты, такая хорошая, добрая.

Я улыбнулась. Хорошая. Добрая. Слышать подобное было безумно приятно.

Окатила худощавое тельце ребёнка водой, смыла мыльную пену и закутала её в полотенце.

Улыбнулась про себя. Благодаря ежедневным стараниям Берты дом наполнялся необходимыми вещами, а теперь у дома будет новая крыша и полы, а значит, можно будет задуматься о кроватях, без страха провалится в подвал.

Жизнь потихоньку налаживалась.

Кристина села сохнуть к очагу, а я вылила грязную воду и вымыла пол на кухне, к этому времени вернулась Берта, которая принесла продукты с рынка.

— Как дела на рынке?

— Вишня у всех сошла, сливы пошли, говорят, но пока мало.

В моём саду слив не было вообще. Зато была поздняя вишня, из которой я планировала наварить ещё варенья.

Одев Кристину и усадив её перекусить, я поделилась

Я чувствовала, как моральная усталость отвоёвывает каждую клеточку моего тела, как организм сдаётся этой власти.

Я лишь песчинка в этом огромном мире, на которую свалилось столько проблем, где же найти столько сил, чтобы не сломаться.

Вся эта ягодная история была лишь временной, рано или поздно наступит зима, а следом за ней голодная весна.

Боги этого мира, помогите мне найти постоянный источник дохода, чтобы мы не голодали.

Молилась я всем, кого знала, и кого нет.

Тяжело вздохнув, будто мне грудь придавило огромным камнем, я взяла ведро и пошла набирать вишню на варенье, но застыла на пороге, потому что у калитки остановилась роскошная карета.

Сердце гулко забилось в груди, когда дверь открылась и в проёме появилась мощная фигура пока ещё моего действующего мужа.

Значит, сам решил явиться, дабы вытрясти из меня согласие на развод.

Глава 33

Поджав губы, я спустилась со ступенек и пошла к девушкам.

Раз сам явился, давай попробуй пробейся через защиту моего дома, она тебе враз рога-то пообломает, и пыл собьёт.

Конечно, я поступала неправильно и трусовато. Заварила кашу, будь добра расхлёбывать, но мне нужно было собраться с мыслями.

Тем временем Ксандр Девали спустился с подножки и уверенной походкой направился прямо к калитке.

Девушки поняли, что происходит что-то из ряда вон, перестали щебетать и петь песенки, замерли.

Им не был известен статус мужчины, но они будто почувствовали тягучую ауру дракона, которая смертоносными шипами впивалась во всё живое, что было на территории.

Внутренности будто сковало невидимой нитью, что больно впилась парализуя.

Ну, против кого ты выступила?

Разозлилась в тот вечер из-за его грубых слов, из-за жестокости, с которой он «убрал» меня со своей дороги, из-за того, что была вынуждена выживать сейчас.

Подумала, что смогу навредить ему своей упорностью в решении вопроса о разводе.

Глупая! Глупая Алина. Нужно было сразу подписать те документы.

Теперь бояться было нечего, надо было выйти к нему и подписать эти чёртовы бумаги

И пусть катиться со своей истинной хоть на все четыре стороны, лишь бы меня не трогал.

Укрепившись в своих мыслях, я вышла из-за дерева и направилась прямиком к мужчине, который…

Боже!

Дракон толкнул калитку, и она открылась. Ксандр усмехнувшись зашёл на территорию и уверенной походкой направился ко мне.

Это как вообще понимать?

Застыла от нового шока. Мой дом — моя крепость, говоришь?

Зло глянула на дом, но тот молчаливо наблюдал за сценой, что разворачивалась перед главным входом.

— Здравствуйте, господин губернатор, — поздоровалась я, чувствуя, как вибрирует голос от напряжения.

Ксандр совсем недобро обвёл меня взглядом, брезгливо поморщился, а потом скомандовал.

— В карету. И без глупостей.

— Простите, не могу. У меня дела, как вы видите, мы собираем ягоду. Давайте ваши документы на развод. Я подпишу их прямо сейчас.

Радуйся Ксандр всё по воле твоей, но отчего-то дракон стиснул зубы так крепко, что на щеках проступили желваки. Он был зол! Нет, не так! Он был взбешён.

Но почему? Я же не отказала ему. Только ручку подай и будет готово.

— Я сказал в карету!

От его слов я почти подпрыгнула на месте, ну вздрогнула точно.

— Х-хорошо, я сообщу домашним, что мне нужно отъехать.

Я уже развернулась, чтобы зайти снова в дом, как моё запястье обхватила стальная хватка.

Мне даже пикнуть не дали, как проволокли к карете и закинули туда, будто я не вешу ничего.

— Что вы себе позволяете! Я не скотина какая, и не вещь.

Взвилась я, но дверь закрылась, отрезая нас от остального мира. Изнутри снова поднялась злость я уже и забыла, что трусила несколько мгновений назад, готова была вцепиться в его горло зубами.

— Что же ты замолчала? Уже не такая боевая? — оскалившись спросил дракон.

Это я готовлю смертоносный бросок, козёл рогатый!

— А запугивание женщин — ваш любимый конёк? С мужчинами не выходит?

Нет, ну, а что мне было терять? Сложив руки на груди, смотрела на мужчину и не знала, что от него ожидать, но он стукнул в стенку позади себя, и карета, качнувшись на рессорах, покатилась по дороге.

— Я приказал тебе явиться на следующий день.

Я не сразу поняла, что он мне что-то сказал, настолько была напряжена, как натянутая струна, что вот-вот лопнет.

— А?

Переспросила, смотря, как наливаются кровью глаза дракона.

— Хотя может оно и на руку…

Задумчиво пробормотал он, сверля меня взглядом. Я ответила тем же.

Его лицо стало нечитаемым. Сложно было даже догадаться, о чём он думает, и что предпримет в следующее мгновение, и от этого было некомфортно.

Карета остановилась около дома губернатора. Ага, значит, в своё логово приволок, чтобы было проще манипулировать и запугивать.

Дверь кареты открыл лакей, и меня снова буквально выволокли наружу.

— Совсем вы о своей репутации не заботитесь? Соседи же смотрят.

Пытаясь освободиться от цепкой хватки, шипела я, но Ксандр молчал ровно до того момента, пока за нами не закрылась дверь особняка.

— Отведи её в кабинет.

Приказал он одному из своих охранников, будто меня и не было в этой комнате, словно я действительно была вещью.

Охранник молчаливо указал мне на лестницу, но трогать меня не стал и на том, как говорится, спасибо.

Пока шла за мужчиной, думала, о том, какой же Ксандр жестокий дракон

Проходя мимо череды дверей, я услышала детский плач и достаточно громкий голос.

— Наказание нам опять орёт!

— Ох, не знаю, что и делать, беда прям.

Сердце камнем упало вниз.

Эвелин уже родила? Но ведь это был не её противный голос!

Мы поравнялись с дверью, откуда был слышен плач, и она была приоткрыта.

Я смогла увидеть, что у окна стояла люлька, а около неё столпились женщины, человек пять, не меньше.

Ребёнок заливался так громко, но никто из этих ослиц даже не пытался помочь ему или выяснить, почему он плачет: мокрый, голодный, животик?

Мозг тут же накидал варианты, но слуги лишь причитали и вздыхали.

Не заметила, как охранник ушёл вперёд, а я

Меня это не касалось!

У ребёнка был отец и мать, а также штат прислуги, но…почему же в душе родилось гадкое чувство, что малыш никому из них не нужен, иначе маленький так бы не надрывался.

Я хорошо знала себя, и даже не удивилась, как рука протянулась будто без моей воли и толкнула дверь. Куда я опять лезу?

Чёрт! Но ведь так правильно!

Залетела в комнату, с грозным выкликом:

— И долго вы будете на него смотреть?

Глава 34

Служанки переглянулись, самая бойкая тут же преградила мне путь и спросила, деловито ставя руки на талию.

— Чья такая? Почему врываешься? Эмма, зови охрану!

О как!

— Да невыносимо смотреть, как пять здоровых ослиц не могут помочь ребёнку, который надрывается: да смотрите, мальчик уже посинел!

— Тебе чего, иди куда шла, вонючая проходимка, — брезгливо сказала самая храбрая и глупая видимо.

Разозлилась не на шутку.

Издеваться над взрослыми людьми — это одно, взрослый сам за себя постоять может, например, я запросто могу влепить оплеуху за такие слова. Проходимка, да тем более вонючая, на себя бы посмотрела, ногти грязные, а к ребёнку лезет.

Но ребёнок был беззащитен. За него должны была заступиться мать, но вот только её, почему не было рядом. Ну просто маманя года!

— Почему мальчик плачет?

Одна из служанок пискнула, прикрыв рот ладонью, зашептала что-то рядом стоящей, я отчётливо лишь услышала:

— Она назвала её мальчиком?

В какофонии детского плача я не могла даже трезво мыслить. Я очень хорошо помнила, какая крикуша была Аня и как это действовало на психику.

Однажды мама не выдержала и отдала её мне, потому что у неё устали руки, носить сестру кругами по комнате.

Мне было шесть лет, и с той поры мама больше не подходила к сестре, так вышло, что я стала всецело заниматься Анечкой: мыть, переодевать, кормить из бутылочки и укладывать спать.

Мама стала выходить на работу, на вторую половину дня, без страха оставляя меня с малышкой.

— Где ваше сердце? Как вы можете просто так стоять и смотреть над страданиями ребёнка?

Служанки потупили взгляды.

— Мы не знаем, что делать? Мы же простые служанки, своих детей у нас нет, и не обучены ходить за младенцами.

Подойдя к люльке, я взяла на руки хрупкое тельце ребёнка, который начал синеть от крика. Такой маленький, крошечный, сколько же ему?

— Может, он есть хочет, — выдавила одна из служанок, но тут же замолчала под взглядом той боевой особы.

— Так почему не накормите? Где его мать, почему она не кормит его?

— Она сбежала, как только родила, — тихо призналась одна из служанок, видимо, тема была под табу, но я вынудила её признаться. — Это девочка, а значит, она обманула господина, не истинная она вовсе.

У меня онемели ноги. Вот это поворот, теперь понятно, почему Ксандр был такой «добрый».

Стоп! Я что, его только что пожалела? Обойдётся, гад, так ему и надо!

Но малыша…было искренне жалко, точнее, девочку.

— Господин искал кормилицу в Форвейте, но те женщины, которые могли бы это сделать, ему не понравились, и он приказал искать кормилицу в столице, а ребёнок, ну чем мы его накормим?

Развела руками служанка, что решила со мной откровенничать, а у меня волосы дыбом встали.

— Когда она родилась?

Спросила тихим от ужаса голосом.

— Считай, как день назад.

Мы не сразу поняли, что ребёнок замолчал на моих руках, внезапная тишина была страшной, так ведь и заморить голодом можно, тем более сколько времени такой крошечный ребёнок сможет продержаться?

Волосы встали дыбом, когда я оттолкнула охранника, который с недовольным видом уже собрался меня отчитывать: я же сбежала.

— Где кухня?

Перепуганные служанки шли со мной, даже не отдавая отчёта, что в принципе они отдали ребёнка совершенно незнакомому человеку. Я-то знала, что не наврежу, но таких бы нянек я гнала поганой метлой.

Мы спустились на кухню, где тут же стало тихо.

— Молоко и кипячёную воду, — резко приказала я.

Повариха открыла рот, чтобы возразить, но та молоденькая служанка попросила её дать необходимое.

— А разве можно?

— Конечно.

Сама уже попробовала кипячёную воду из чайника на температуру. Мне повезло, вода была тёплая, ребёнок на моих руках снова начал плакать.

Так учила меня мама, в принципе выхода другого не было: развела молоко с кипячёной водой в пропорции один к одному.

Аню мы кормили коровьим молоком, так как у мамы молоко пропало очень рано, а потом перешли на жидкую манную кашу, яичный белок.

Проблема была в том, что, когда я пыталась объяснить, что такое рожок, служанки и повариха лишь пожимали плечами и не понимали, что я говорю.

Да как-то?! Не у всех матерей есть молоко, должен же быть выход в этом проклятом мире.

— В аптеке есть что-то похожее на то, что вы говорите, только это называется кормилка.

— Да всё равно, как называется, это должно быть здесь.

Служанки переглянулись, а потом выяснилось, что просто так купить его нельзя, только на заказ. У них, видите ли, в Форвейте, нет проблем с кормлением детей.

Ага. Ну вот вам и проблемка. Ребёнок бы умер от голода, пока кормилица приехала.

— Тогда принесите кусочек ткани, предварительно окуните его в кипяток.

Кухарка, которая оказалась куда более понятливее, принесла необходимое, и сама «простерилизовала».

Отдав девочку на руки кухарке, я скрутила ткань и окунула в молоко, поднесла ко рту ребёнка.

Малышка, изголодавшись, почувствовала съестное, с радостью стала сосать ткань. Так, я повторяла столько раз, пока та ложка молока не закончилась. В принципе много ей не нужно было, и она наелась.

Пухленькие губки, сложенные бантиком, блестели от молока, и ребёнок тут же начал дремать, а потом и вовсе уснула.

Мы синхронно улыбнулись. Ещё бы. Ребёнок сыт. Наступила блаженная тишина.

— И всё же кормилку надо купить, кормить вот так через ткань экстренная мера.

— А вы знающая? Сама кормилица? — спросила кухарка.

— О нет. У меня нет детей.

Мне не поверили. Ещё бы, чтобы что-то знать нужно было самой иметь ребёнка, то есть

Повернувшись, я почувствовала, как по спине пробежали мерзкие мурашки.

В этой суете я не заметила, что до кухни дошли не все служанки.

— Я даже не сомневался, — процедил Ксандр. — Что ты и до ребёнка доберёшься? Так хочется отомстить?

Глава 35

Я посмотрела на Ксандра как на больного. Откуда у него мысли такие рождаются в голове? Айлин была нежным и кротким созданием, что только и делала, как угождала, да в рот смотрела негодяю и его мамаше.

Ладно бы, если бы за ней были, какие грешки, но девочка была чиста, хотя…видимо, по себе мерил остальных.

Ксандр тем временем аккуратно забрал у меня из рук спящего ребёнка. На миг в его взгляде мелькнуло, что-то похожее на чисто человеческое чувство нежности, но нет, показалось.

— Ты быстрее с этим справишься. — прошипела, чтобы не разбудить малышку. — Учитывая, что ребёнка морили голодом два дня, хоть бы спасибо сказал, что я её накормила.

Вздёрнув подбородок, сказала, смотря на притихших служанок.

— Очень умно, но не выйдет. Думаешь, мои слуги ослушались бы моего приказа?

— Тогда ты приказал заморить малышку голодом.

Сказала я дрогнувшим голосом, потому что говорить подобное даже произносить было трудно.

Зрачок дракона тут же вытянулся, обнажая звериную природу. Служанки вмиг склонили головы, только повариха стояла спокойно, помешивая что-то в большой кастрюле.

В образовавшейся тишине вдруг прозвучал голос кухарки, немного грубый, скрипучий.

— Разве дите будет орать весь день. Эти няньки даже не пришли и не спросили, как её покормить, только охали, что она им спать не даёт.

Признаться, я даже рот открыла. А вот служанки сделались разом мучнисто белыми. Даже та, что до этого драла нос и необоснованно обозвала меня, побледнела. Она открыла рот и хотела что-то сказать в своё оправдание, но Ксандр заговорил первый.

— Уволены. Всё. Без выходного пособия.

— Господин, так, а кто за дитём будем следить? Ежели вы этих уволите.

Ксандр закатил глаза. Да уважаемый неуважаемый, придётся подумать своей головкой, причём той, что была на плечах.

— Ты, — он ткнул пальцем в молоденькую служанку, — глаз с ребёнка не своди, что непонятно иди и спрашивай, а не жди, пока тебе помогут.

Девушка закивала, как болванчик на приборной панели и тут же приняла спящего младенца на руки и ушла с ним наверх.

Я улыбнулась малышке напоследок. Да, непросто ей будет в этом доме.

— За мной иди.

Приказал Ксандр уже мне. За всеми этими событиями я забыла, что ему что-то от меня надо.

Поднявшись в его кабинет, в котором буквально недавно Эвелин пыталась вырвать мне волосы. Странная особа, если она изначально планировала побег, то для чего была эта сцена — пустить пыль в глаза Ксандру, чтобы не разгадал её план?

— Я и так уже много времени провела в вашем доме, а у меня много дел, так что давайте документы на развод, я их с радостью подпишу.

— С радостью?

Прозвучало за моей спиной. Ксандр запер дверь и прошёл, мимо обдавая стойким ароматом парфюма.

Дракон напоминал мне хищника перед прыжком, внутри всё инстинктивно сжалось, а в горле стало так сухо, что у меня не получилось даже сглотнуть.

— Конечно. Вы поставили точку между нами, предав тем вечером. Так что нас больше ничего не связывает.

— Да? Как интересно. А разве ты не знала, что как только дракон встречает свою истинную, он обязан разорвать все отношения с другими женщинами.

Ксандр замолчал. Усевшись в кресло, загородив своей фигурой почти весь свет от окна, я чувствовала себя пришпиленной бабочкой под опытным взглядом ловца.

А почему, собственно, он мог говорить мне всё, что вздумается, а я нет? Почему я должна слушать его бред, тогда как я просто буду стоять и молчать.

Я не собиралась его в чём-то убедить или оправдаться, но мою правду он должен услышать.

— Вот именно разорвать, но не убивать же? Ты отправил меня без сознания в карете с двумя ушлыми мужиками, которые ограбили меня, пока я не могла отвечать за себя и выкинули из кареты, спасибо хоть довезли. Как ты мог об этом не подумать или золото карман жмёт? Говоришь разорвать отношения, но уважение к человеку, с которым ты прожил три года, должно же быть.

Я перешла на ты, но мы были за закрытой дверью, и слышал это только Ксандр, так что я думаю, я не сильно его оскорбила.

Плюс говорила я, чётко, обдумывая слова,  потому что мне нельзя было перейти на эмоции и сказать, что настоящая Айлин умерла.

— Боги справедливо тебя наказали. Твоя истинная оказалась вовсе не истинной, родила тебе девочку и сбежала. Молодец!

В глазах Ксандра поднялось пламя, вмиг его аура окутала меня, не давая даже полноценно вздохнуть. По скулам пробежали чешуйки, тяжело дыша, дракон поднялся с места, уперевшись мощными руками в столешницу, что заскрипела. Старый стол не был готов выдержать такой натиск злости. И что я такого сказала? Лишь правду.

— Только, видимо, ты сдашь бедняжку в приют, хотя, может, только там она сможет выжить. Раз в родном доме никому нет до неё дела.

Ксандр подошёл ко мне почти вплотную, обдавая горячим дыханием, но я не опустила голову, смотрела прямо в переливы зрачков.

— Всё сказала? А теперь слушай меня!

Глава 36

Моя душа горела в огне демонического пламени.

Лучше бы меня низвергли сразу в обитель демонов, чем заставили пройти через всё это.

Мне лишь сообщили, что тяжба Эвелин скоро закончится.

Обрадовался.

Скоро род Девали пополниться ещё одним драконом, и тогда моё положение при дворце императора только укрепиться.

Бесконечная череда встреч не позволила мне находиться дома в этот момент, так бы придушил эту змею своими же руками.

А знал бы через что пройду в следующие несколько часов, лучше бы выпил яда, хотя Эвелин и так травила меня каждый день.

И ведь как хитро. Конечно, если бы, она поила меня приворотным зельем, я бы понял, благо у меня было много защитных артефактов.

Оказалось, всё куда более извращённо. Настолько, что ни один артефакт не просигналил бы мне.

Эвелин пила приворотное зелье,

Жаль, что я выяснил это слишком поздно, а лишь после того, как она сбежала. Это зелье было опасно, мало того, что оно отравляло её организм, так оно травило и моего дракона, который буквально подыхал от любви к ней, причём в буквальном смысле, неизвестно сколько бы это могло продолжаться. Видимо, та ведьма, что дала его Эви, не предупредила, что она может умереть. Конечно, она не подумала и о ребёнке. Видимо, из-за этого девочка родилась раньше срока, да к тому же слабенькая.

На самом деле я не понимал, на что она надеялась.

Родив девочку, всё, стало бы ясно при любом раскладе.

Как говорила моя матушка, природа дала драконам лучшую проверку, которую только можно придумать. Только в истинных парах рождались сыновья драконы, от союза с магичкой, или упаси драконьи боги человеком — только девочки.

Наверно недалёким умом она поняла это, но уже было поздно, тогда она сообразила, что ей нужен тот кто поможет ей бежать.

Раймон мой верный слуга, оказался падкий на прелести Эвелин.

Пока повитуха и слуги были заняты ребёнком, она сбежала. Подумать только, мне говорили, что роды — это тяжело, хотя если подумать, своим куриным мозгом она поняла, что её ждёт, если домой приеду я.

А так я застал лишь противную вонь её духов, что исходила от тех платьев, что она носила и…девочку, что мирно спала в люльке.

Стиснув зубы с такой силой, что, едва не раскрошив их, покинул спальню, чтобы отправить за предателями своих людей.

Нет, убивать я их не стану, а призову к ответу по закону, ещё не хватало, чтобы обо мне судачили во дворце, что я молча утёрся этим плевком и проглотил обиду.

Я был милосерден и поэтому приставил к ребёнку прислугу. Хотя в душе клокотала злоба, мне не нужна была девка, мне нужен был сын! Что я буду делать с ней? Разве, что отправлю к матери, пусть занимается внучкой. Не мог видеть этого ребёнка от предательницы.

Хотя зная характер моей матери, не удивлюсь, что завтра девочка окажется в приюте.

Стоило только об этом подумать, как сердце сжимала невидимая рука жалости, а мой молчаливый компаньон щерился и бил хвостом.

Внутренней голос совести шептал, что это всё равно мой ребёнок — моя плоть и кровь.

Демоны! В первый же вечер напился до искр из глаз, благо организм дракона быстро восстанавливался.

Девчонка рыдала всю ночь и всё утро, поэтому я как можно быстрее покинул дом. А что? К ней приставлены пять человек, неужели они не справятся?

Как оказалось, они и не подумали справиться!

Ослушались моего приказа. Дети дзерены!

Правда, узнал я об этом от кухарки и…моей пока ещё настоящей жены, которая за тот период с момента, когда я забрал её из дома и буквально приволок к себе в дом, успела показать зубки, и не раз!

Подумать только, эта тщедушная женщина, в которой душа-то держится еле-еле, не боялась меня. Вот что делает с женщинами самостоятельная жизнь!

В доме заглядывала мне в рот и пресмыкалась передо мной и моей матерью, а, оказавшись на свободе, как заговорила.

Надо было бы сбить с неё спесь, но не сейчас, пока она была мне нужна.

Взяв дочь на руки, смотря на её пухлые губки, маленький носик, белую кожу, я испытал странный укол в области сердца.

Нет, это не могло быть любовью, я просто был не способен кого-то полюбить, скорее мне стало её жалко. Я же не зверь, в конце концов, а бедного ребёнка не кормили двое суток.

Ребёнок. Дочь. Дите. Неплохо бы дать ей имя. Тяжело вздохнув, отдавая дочь на руки служанке, единственной, что я оставил.

А теперь Айлин…

Заведя её в кабинет, занял своё место за столом, показывая свою власть.

Наша перепалка началась ещё в дверях, и Айлин с холодной решимостью в глазах вещала мне, какой я нехороший человек.

Ой ли? Странно, но её слова оседали во мне неприятным осадком.

Даже на мгновение допустил, что так оно и могло быть, но нет отмёл эти мысли.

Дело в том, что я нашёл тех мужиков, которые на крови поклялись, что Айлин подговорила их так сказать, а ещё сама отдала им деньги.

Так, что, куколка, ничего не выйдет.

Но жену несло, и она опустилась до оскорблений, снести которые я не мог.

Оказавшись рядом с ней, чувствуя, как меняется взгляд, сказал ей:

— Всё сказала? А теперь слушай меня!

Айлин вздёрнула носик и, не отводя взгляда, смотрела мне прямо в глаза. Неслыханная дерзость в мире драконов, так злить хищника.

Аура свободно потекла из меня, подавляя и подчиняя, но Айлин, как стояла, так с места не сдвинулась, ни одна жилка не дрогнула.

Раньше это работало безотказно, стоило даже слегка отпустить ауру дракона, как она замолкала и прятала глаза. Что же произошло?

— Я надеюсь, ты про развод, а иначе я ухожу, — фыркнула она.

— Я тебя не отпускал или ты забыла, перед кем стоишь? Ну так вот, — отошёл от неё и присел на край стола, — как тебе уже известно, Эвелин одурманила моего дракона и никакой истинной она не была.

Айлин закатила глаза, чем ввергла меня в ярость. Да что она себе позволяет?! Демоны её задери, если бы не тот факт, что она мне нужна, то выгнал бы её с бумагой о разводе.

— Мои люди уже работают над легендой твоего счастливого воскрешения, а также не менее счастливого возвращения в семью. Совсем скоро, буквально на днях в Форвейт прибудет первый советник императора, чтобы присутствовать на моём официальном вступлении в права губернатора этих земель, поэтому ты переезжаешь сюда. Слуги отмоют тебя, приоденут, и ты выступишь в роли моей жены на этом вечере.

Айлин ошарашенно выкатила глаза. Обрадовалась поди, а может, уже выгоду свою считала, но её ответ поразил меня.

— А не пошёл бы ты в зад со своим предложением!

Глава 37

Слова вырвались из меня быстрее, чем я подумала о том, какие могут быть последствия такого посыла.

Возможно, надо было подбирать слова и послать иначе, но кроме зада и пешего эротического, посылов я не знала, так что можно сказать сделала я это мягко.

Пусть и прозвучало, как

Не ожидал, чешуйчатый, думал, я ниц паду и буду обувь целовать, лишь бы снова влезть в красивые платья, да пирожных наесться?

Гадкий голосок внутри прошептал, что я могу навлечь на себя беду, да я и сама понимала, но что теперь делать, когда я его послала. Слово не воробей.

Несколько раз хлопнула ресницами, смотря как дракон, медленно оторвав пятую точку от стола, подходит ближе.

Мысленно сжалась, готовая услышать какую-то гадость, но вместо этого, Ксандр вдруг убрал прядь моих волос за ухо.

— Куколка, ты не поняла, — опасно тихо произнёс он, — это не предложение. Ты не в том положении, чтобы что-то тебе предлагать. Если тебе будет понятнее, то это приказ, который не обсуждается, и на твоём месте я бы подумал, прежде чем высовывать язычок.

Лицо опалило горячим дыханием. Ксандр говорил это всё мне прямо в лицо, не отрывая взгляда.

Тяжело дыша от злости, что накатывала волнами, я спросила:

— Что, если я ослушаюсь приказа? Я не рабыня и не служанка.

— Тебе не понравится.

Спокойно сказал Ксандр, изучая моё лицо взглядом. И чего вылупился? Будто первый раз меня увидел.

А ведь…

Внутри похолодело, аж пальцы затряслись. Айлин была кротким и нежным созданием, а я его послала в зад, веду себя дерзко. Закусила щеку. Нельзя, чтобы он догадался, что с Айлин что-то произошло, и что её душа давно отошла к драконьим богам.

Чёрт бы побрал этого дракона. Почему рядом с ним всегда так сложно?

А ты бы согласилась, если бы попросил ласково?

Спросил тот же гаденький голосок внутри меня.

На самом деле, нет, больно много чести, да и почему я должна ему помогать, особенно после того, что он сделал с бедной Айлин!

А эти твари, смотрели с честными лицами и вещали, что я сама отдала им деньги и подговорила их! И главное, что Ксандр поверил не мне, а им!

Хмыкнув, я уселась в мягкое кресло, приняв расслабленную позу.

— Начинай, что там, мне может не понравиться. А то языком чесать это я тоже умею. У-у-у-у наведу порчу.

На самом деле мне было не до смеха. Но на моём лице мускул не дрогнул.

Высеченное будто из камня лицо дракона посуровело, между бровей залегла складка, очевидно, он думал, что всё будет проще, но не на ту напал, ящер хвостатый.

Эта эмоция скользнула по лицу лишь на мгновение, сменившись обычным спокойным выражением с налётом скуки.

— Ничего нового. Какие же вы людишки одинаковые. Лишь бы показать свою значимость.

Да кто бы говорил? Дракон с повышенным чувством собственной важности.

Ксандр покачал головой, а потом подошёл к столу и достал папку. Я напряглась, потому как на обложке прочитала своё имя и фамилию. Ладно, господин Форле просто собирал информацию обо мне, Ксандр так вообще завёл досье.

— С чего бы начать? Может разорвать вашу договорённость с Форле? Хочешь? Он дорогу к твоему дому забудет, и вся твоя вишня, даже та, что уже набрана, просто сгниёт.

Сердце всё сильнее и сильнее застучало в груди. Он мог это сделать, и я останусь без денег. Мы останемся без денег. Маленькая Кристина, она только есть начала, не боясь и не пряча кусок хлеба.

— Это подло, но знаешь, я ведь тоже могу проявить упрямство, и тогда по твоей драконьей шкуре проедется внимание Его Величества. Губернатор-дракон не имеет жены, так, может, стоит лишить его этого поста? Да и с истинной какая-то странная история, видимо, нужно за ним присматривать.

Тяжело дыша от эмоций, произнесла я. Мы оба заложники ситуации. Мне было что терять, ему тоже.

Но сможем ли мы договориться? Похоже, нет, потому что глаза Ксандра опасно сверкнули, а зрачок вытянулся в узкую линию.

Я неожиданно почувствовала ярость дракона, не человека, а именно дракона. Меня опалило её жаром, намекая, что я вплотную подошла к черте, перейдя которую я пострадаю.

— Ты решила, что можешь тягаться со мной. Строишь из себя свободную женщину, которая ничего не боится, хотя ты вся пропитана страхом. Но ты, верно не подумала, что у меня гораздо больше покровителей в столице, нежели у тебя. Стоит твоё своеволие такой дорогой цены? А ведь я не попросил ничего ужасного. Просто стать моей женой, формально, на один вечер.

— Вот именно ты не попросил, а приказал.

Сцепила пальцы в замок. От страха похолодели пальцы.

— Я ни у кого ничего не прошу, а беру то, что мне нужно.

Нам разговор походил на поединок, каждый пытался уязвить оппонента, но только Ксандр, как власть имущий вышел из него победителем.

Как бы мне тошно ни было, но надо было признать, что у меня не было выбора.

Признавшись самой себе, я почувствовала, как мне на плечи лёг страшный груз.

— Так уж и быть. Я помогу тебе с восстановлением поместья.

Минуту погодя проговорил дракон, будто объедки кинул голодающим. Я усмехнулась.

Сначала мне приказывали…

А теперь покупают задорого.

— Лучше устрой мне встречу с теми мужиками, что приволокли меня сюда, пусть они мне в глаза скажут ту гнусную ложь. Видишь ли, меня это зацепило, и я требую сатисфакции. Если вру я, то я готова публично признать вину и попросить прощения, если врут они, то они вернут мне каждую из украденных монет.

Ксандр подошёл ко мне, не сводя жутких драконьих глаз.

— Мне нравится. Будь по-твоему.

Глава 38

Мы достигли воистину уникальной договорённости.

Я поняла это, когда добралась до дома, на карете. О-ля-ля.

На самом деле я отказалась, но меня впихнули в карету и приказали ровно до самого вечера не выпендриваться.

Ну это я так назвала это, Ксандр выразился более высокопарно, всех слов и не запомнишь.

Я пожелала ему того же!

Больше всего из наших договорённостей мне нравилась одна: сразу после вечера Ксандр подпишет документы на развод.

Прекрасно!

Это у него просто времени не было найти новую дурочку, а так бы я освободилась раньше.

Зайдя в калитку, я угрюмо посмотрела на дом. Предатель тот ещё. Пустил моего врага. Дом равнодушно смотрел на меня глазницами пустых окон и молчал.

Вот как! Ни одного хлопка

Покачала головой и направилась к девушкам, которые закончили на сегодня работу. Сегодня утром повозка пришла груженная деревянными ящиками, и вишню было велено ссыпать в них, видимо, вчера до фабрики пришло много мятой ягоды, которая некрасиво смотрится в компоте.

Так вот, ящики были насыпаны с верхом, а девушки ждали расчёта.

Им осталось работы на завтра, а я, прохлаждаясь, никак не могла приступить к работе, а именно сварить новую партию вишнёвого варенья, но уже на продажу в нашем городе.

Господин Форле прибыл ближе к вечеру и заплатил за собранную ягоду. Казна нашей семьи полнилась серебряными монетами, и это грело душу.

Я же, в свою очередь, заплатила девушкам.

Но господин директора завода не уехал вслед за рабочими, а остался. Судя по тому, как он нервничал, у него был ко мне непростой разговор. Тяжело вздохнув, спросила первая.

— Господин Форле, что случилось?

Больше всего я боялась услышать, что мне, например, нужно вернуть деньги за испорченную перевозкой ягоду, или что-то такое. Мы зашли в дом, и Берта поставила перед нами чашки с душистым травяным чаем.

— Дело в том, что, — мужчина кашлянув, прочищая горло, — что я выкупил ваше варенье, чтобы передать его человеку, ответственному за рецепты на производстве. Я думал, что она сможет приготовить такое же.

Вот как! В принципе это было ожидаемо.

— Судя по вашему скорбному виду, у вас не получилось.

Отпив чая, я опустила плечи. Как же я устала за сегодняшний день. А тут ещё откровение от Форле просто добило меня, пока я правда не понимала, что директор завода хочет сказать.

— Верно, это ни в какое сравнение не идёт с тем, что приготовили вы. Но дело в другом.

Подперев кулаком щеку, приподнял бровь, намекая, чтобы он продолжал, а не молчал, ну что я из него слова тяну.

— Ваше варенье попробовал император.

Я даже спину выпрямила от таких слов. Сам император?

— И он в восторге и требует запустить это на производстве в кратчайшие сроки. А мы с вами не смогли договориться по поводу вашего переезда.

Грустно сказал директор завода, я тоже поникла. Нет, о переезде и речь идти не могла.

— Я не изменю решения.

— Да я уже это понял. Ваш дом важен для вас, и я не осуждаю вас, я лишь прошу помощи. До столицы не так далеко, может, вы сможете приехать, чтобы наладить производство. Взамен я сделаю вам постоянную ставку при заводе, и вы будете получать постоянное жалование. Я даже готова вам купить повозку и лошадь.

Округлила глаза. Лошадь стоила дорого, видимо, господин Форле действительно в отчаянии. Хотя его император что-то требует, то отдашь последнее, лишь бы выполнить его просьбу.

— Какое будет жалование?

— Пятнадцать золотом ежемесячно.

Обратилась к памяти Айлин. Слугам платили пять золотом, дворецкому и кухарке по восемь, других расценок труда Айлин не знала.

Тысяча золотом, выплаченная Ксандром и осевшая в карманах этих мошенников, так вообще была космической суммой по сравнению с жалованием, которое предложил Форле.

Но эти деньги будут стабильными и по меркам города, где я жила были не так-то и малы.

— Господин Форле, мне негде держ…

Но Берта пнула меня под столом ногой. Поджав губы, она взглядом умоляла меня не договаривать.

— Хорошо, я согласна.

Бернард округлил глаза, будто не поверил мне, а потом мягко заключив мои ладони в свои, сказал.

— Айлин, вы сделали меня счастливым. Я так рад, так рад. Я пока поеду, о точной дате приезда сообщу вам дополнительно.

Главное, чтобы не совпало с тем вечером в доме губернатора. Подумала я, и меня аж морозцем обдало, настолько мне было неприятно даже об этом думать.

Когда мы остались, нашим тесным женским коллективом, я рассказала об этом Берте и Кристине, они должны были знать правду, в том числе и о моём прошлом, то есть Айлин.

— Ах, как было бы замечательно побывать на таком балу, — почти пропела Кристина.

— Мала ещё по балам шастать, — осадила её Берта, не сводя с меня внимательных глаз. — Айлин, я переживаю за тебя. Губернатор имеет власть, а у нас только жизнь налаживаться начала. Как бы он не испортил нам её.

— Я знаю Берта, и этот бал — это шанс нам жить спокойно.

Ложились спать мы каждый в своих думах, молча. Кристина дулась на Берту. Берта по пятому кругу натерев посуду, долго смотрела на огонь очага, а я…

Я понятия не имела, чем закончится для меня этот фарс на балу, ведь от Ксандра можно было ожидать что угодно.

В принципе утром в этом убедилась не только я…

Глава 39

…не могу поверить, что эта вонючая оборванка, его жена…

…не поверю в это…

…Его Светлость такой красивый, статный, просто мечта…ни за что не поверю, что он женится на ней…

Слуги шептались за моей спиной, пока мы с Кристиной шли по холлу за слугой. Ах да…

Я ещё умыться не успела, как карета губернатора остановилась напротив моей калитки. Сомнений не было, я зачем-то ему потребовалась, прямо с утра. Первая мысль была просто наблюдать, как слуга топчется около калитки не в силах ни открыть, ни войти на территорию, пусть сам губернатор тащит свой напыщенный зад, ну, а что я же жена, пусть как муж тоже приложит усилия.

Но слугу стало жалко, поэтому, пригладив волосы, я вышла к нему.

— Доброе утро, госпожа, вас ждут в доме вашего супруга.

— По какому вопросу не сказали?

— Нет, мне велено доставить вас.

Доложил слуга, а я тяжело вздохнула. Что поделать, нужно было ехать. Зашла, чтобы сказать Берте, но Кристина, как только услышала, что я еду в дом губернатора, в умол стала проситься со мной. А собственно, почему я должна была ей отказывать?

И вот мы вдвоём прибыли в дом Ксандра, где мне явно были «рады». П-ф-ф больно трогало меня их мнение.

Я лишь выполню роль, и всё.

Нас завели в комнату и попросили подождать, так как модистка из столицы ещё не прибыла. Ого! Вот и причина визита. Мне отошьют платье на вечер, да не кто иной, как модистка из столицы. Ксандр всерьёз решил раскошелиться.

Слуга принёс нам чай и маленькие пирожные

— Можно есть? — спросила Кристина.

— Конечно, — кивнула ей, мне же кусок в горло не лез, будто я предавала себя и это не давало мне покоя.

Внутренний голос замолкал, лишь когда я смотрела на Кристину, которая с аппетитом уминала пирожные. Если бы я отказалась, то нашей едой в лучшем случае стал бы грубый хлеб, а так…вишня продана, у меня ставка на заводе, жизнь налаживалась.

Иногда просто необходимо было наступить на собственное горло.

Я не знала, можно ли было покидать эту комнату, но мне очень хотелось увидеть малышку. Узнать, прибыла ли кормилица?

Я была в возрасте, когда рожать уже было поздно, смирилась с этим и просто жила, но не реализованное материнское чувство в новом теле вспыхнуло с новой силой.

Но одну Кристину я оставить не могла, поэтому, когда она доела, предложила ей сходить. Для ребёнка увидеть младенца, было сродни посмотреть на чудо-расчудесное, живая кукла и она с воодушевлением согласилась.

Малышка как раз захныкала, и мы без проблем нашли нужную комнату.

Служанка как раз одевала ребёнка. Увидев меня, она сделала книксен.

— Госпожа, спасибо вам.

Я опешила. За что?

— Как малышка?

Игнорируя слова благодарности, спросила.

— Благодаря вам, девочка накормлена, так как ни няньку, ни кормилицу пока не нашли. Я хоть многого не знаю, но стараюсь быстро учиться.

Она так отчитывалась, торопливо, сбиваясь на словах, будто я была матерью этого ребёнка.

— Куда ты её одеваешь?

— На прогулку, госпожа.

— А можно погулять с вами? — предложила я. — Мы пока ждём модистку, так проведём время с пользой.

Кристина в это время подошла к ребёнку и с интересом рассматривала её. Но лишь одно мгновение, потом её взгляд стал стеклянным, и она поджала губы. Девочка видела магические потоки, и, судя по её реакции, что-то было не то.

Мы вышли следом за служанкой, которая несла девочку на руках.

— Кристина что-то не так? — тихо спросила, чтобы слышно было только ей.

— Ей не дали имени. Это неправильно. Имя защищает, и ещё у неё магия больного человека, я видела такое однажды.

Сердце сжалось. Я не обратила особого внимания на имя, а вот то, что ребёнок болен, это было ужасно. Как же так вышло? Такая крошка.

Сад за домом был красивым и просторным. Там стояла коляска, но я не дала положить ребёнка в неё, попросила на руки. Прогуливаясь между пышными кустами гортензий, я разговаривала с малышкой, а она смотрела своими чёрными глазками бусинками на меня.

— У кого такие пухлые губки, у Эвы? А такие бровки у кого? У Эвы.

Не заметила, как стала называть девочку именем, которое первое пришло в голову.

— Ты решила дать ей имя? — ошарашенно спросила Кристина.

— А? Ой, это неправильно же.

Спохватилась я. При рождении ребёнка имя давал ему отец, принимая в свой род, особенно в драконьих семьях. Может девочка и болеет оттого, что её ещё не приняли в род?

Появление Ксандра на ступеньках, ведущих их сада в дом я почувствовала лопатками. Мня будто обожгло, и я обернулась.

Тяжёлый взгляд исподлобья не сулил ничего хорошего, но я ни в чём виновата не была. Просто сделала, как посчитала нужным.

— Я даже не удивлён.

Процедил он, когда я подошла ближе, отдав Эву на руки служанки.

— Я тоже. И да, здравствуй, хоть я нашей фиктивной паре буду вежливой.

— Это кто? — он кивнул на Кристину, которая, как прилипла к малышке.

— Моя воспитанница — Кристина. И уже хватит вопросов. Модистка прибыла? У меня вообще много дел.

Ксандр изогнул бровь, а потом указал рукой на вход. Вот и отлично.

На миг, после того как дверь закрылась, меня окутала тьма. Дезориентированная я остановилась, а потом меня обсыпало мурашками, потому что мне на талию легла тяжёлая, горячая ладонь.

— Не бойся, куколка. Иди вперёд.

Сбросила ладонь со своей талии. А я и не боялась до этой минуты…

Глава 40

Глаза быстро адаптировались к темноте, и я увидела дверь, отделяющую дверь от холла. Толкнула её.

Свет резанул по глазам, но я тут же повернулась к дракону, а то мало ли чего. Сначала ладонь на талии, потом может быть, захочет, что ещё потрогать.

— Почему ты не дал ребёнку имя?

— Иди на второй этаж, модистка ждёт.

Мы произнести эти фразы одновременно. Глаза Ксандра вспыхнули золотом, а зрачок сразу же стал узким.

— Тебя это не должно волновать.

Надо же! Удосужился ответить.

— Ты воистину жесток. Ведь не хуже меня знаешь, что с наречением ты принимаешь её в род и даёшь его защиту и магию.

Почти дословно процитировала я текст одной из тех немногочисленных книг, что когда-то прочитала Айлин.

— Матери девочка не нужна, получается тебе тоже?

Сердце защемило от этой мысли. Вот что значит прийти в этот свет уже никому не нужной. Как же это страшно!

Я обняла себя руками, не в силах сдерживать дрожь, что породили эти мысли.

— Айлин, ты всерьёз решила, что можешь мне что-то высказывать? Не забывай, что ты играешь свою роль. И не лезь, куда не следует.

Изогнула бровь. Да, меня это не касалось. Да, я не должна была говорить это Ксандру. Но…вот что «но» я не могла сформулировать, наверно пресловутый материнский инстинкт дал о себе знать. Именно это испытывают женщины, когда видят брошенных детей в больнице, в приюте. Желание защитить, помочь.

— Я желаю твоей дочери добра, потому что она невинный ребёнок, но желаешь ли его ты?!

Покачав головой, я повернулась к Ксандру спиной и пошла по лестнице наверх. Спиной я чувствовала его ауру, он шёл за мной не отставая.

Модистка ждала меня в комнате, где мы пили чай с Кристиной. Она уже успела разложить образцы тканей.

— Здравствуйте, госпожа. — поздоровалась она.

— Здравствуйте, меня зовут Айлин, обращайтесь, пожалуйста, ко мне так.

Представилась я, хороша госпожа с дыркой в платье. Да и ни к чему это.

— Меня зовут Магда. Если вам так будет угодно, Айлин.

Ксандр, что до этого стоял в коридоре, вдруг решил к нам присоединиться. Магда при его виде, тут же низко присела в реверансе и рассыпалась в

Ах, какая я всё-таки замечательная. Ну просто сказка и мечта.

Магда отгородила ширмой пространство и попросила меня зайти и раздеться.

Я закусила щеку, потому что на мне из нижнего были только панталоны. Нижнего платья у меня не было, а сорочку я берегла.

Я же не знала, что придётся раздеваться!

Поэтому и не стала это делать.

— Вы не могли бы снять мерки так? — спросила я.

Магда удивилась. На минуту она смешалась, но потом, очнувшись, легонько пожала плечами и стала снимать мерки как есть.

И если я думала, что это утомительное занятие, то когда мы начали выбирать ткани для платья, я и вовсе думала, что помру от тоски. А ещё мне было всё равно, хоть в мешке из-под картошки выполнять роль, от которой мутило и только здравый смысл оставлял меня на месте.

Оказывается, я половины названий просто не знаю, а вот Ксандр. Я была удивлена, потому что он разговаривал с Магдой, будто сам когда-то держал ателье.

Иногда мой разум буквально уплывал от разговора, сегодня должны прибыть рабочие, чтобы ремонтировать крышу, а я вынуждена слушать, что шёлк нынче вышел из моды, и на его место пришла золотая парча, и что кружево нужно непременно Андарийское, иначе это будет страшный моветон.

Женщина даже выделила слово «страшный», будто все кары богов падут на мои плечи, появись я без этого кружева. Да я даже слово это выговорить не могла с первого раза.

— Айлин, а вы как думаете? Вам нравится?

Обратилась ко мне Магда, а я вздрогнула, когда увидела тот выбор, что сделал Ксандр и модистка. Красный, золотой, жёсткая парча, которая будет колоть кожу, уж я-то знаю было у меня во втором классе платье из серебристой парчи.

Правда, что драконы так любят все золотой и яркое.

— А какой будет фасон?

— О, фасон вам понравится. Совсем недавно Франц Брие разработал новую коллекцию. Её Величество Императрица одобрила её. и теперь вся столица перешивается под новую моду.

Меня, как молнией ударило. Я слышала эту фамилию. Брие…Брие…

Ах, да, Бернард говорил, что его карьера пошла прахом из-за него. Бернард! Ну точно! Зачем мне нужна была модистка, когда я знакома с человеком, который держал целое ателье в столице.

Уж он-то сможет сделать для меня шедевр, который не затмит меня. Я почему-то была в этом уверена. Осталось только вежливо кивать. Ничего, пусть Ксандр раскошелиться, а заодно я подгляжу, что же за мода сейчас в столице. Надо будет ещё попросить камнями украсить, да побогаче.

Ксандр как-то недобро на меня посмотрев, будто весь мой план большими буквами был написан на моём лбу.

— Благодарю вас Магда, буду ждать новой встречи.

Поблагодарила я модистку, а что она очень старалась, пыталась угодить, она же не виновата, что наши вкусы немного разнятся. Ой, ну ладно, кардинально отличаются.

— Айлин, в ближайшие дни будут ещё встречи, но уже наши. Я должен убедиться, что ты не забыла, как пользоваться столовыми приборами и не начала есть руками прямо со стола, а ещё танцы.

Меня аж перекривило.

— Скажи ты это мягче, я бы согласилась, но так тебе придётся лично вытаскивать меня каждый из дома.

— Так хочешь меня видеть?

Он наклонился ко мне ближе, обдавая горячим дыханием. Вот же, гад!

— Мечтаю просто, — я пожала плечами, — подальше от меня. Обойдёмся без этикета и танцев. Если я живу простой жизнью, это не значит, что я забыла как есть и как танцевать.

Ксандр сверкнул глазами. О, ну ещё бы! Но сказать ничего не смог, в комнату ворвалась Кристина, у неё глаза были на мокром месте.

— Что случилось? — спросила я, с тревогой подходя к ребёнку.

— Эта девочка, я …

Сердце камнем упало в пятки. Кристина была сама ещё ребёнком, но там же была ещё служанка.

— Помнишь, я говорила, что у неё нездоровые магические потоки. А сейчас она уснула, и никто не может её добудиться…

Сразу стало горячо, будто воздух в комнате нагрелся, как в бане. Ксандр грубо отпихнул меня с дороги и понёсся по коридору. Впервые за то недолгое время я видела его таким.

Конечно, мы с Кристиной побежали следом.

В детской служанка рыдала в голос, сидя на полу у люльки. Ксандр мягко взял девочку из люльки, хрипло сказал.

— Она жива. Дышит.

— Ей нужно дать имя, чтобы она получила защиту рода и выздоровела, — произнесла я, подходя ближе.

Ксандр вдруг посмотрел на меня затравленным взглядом, полным боли. Меня аж мурашками обсыпало от такого взгляда. Он испугался. Значит, дочь что-то значила для него, — следующие слова прозвучали как гром в тишине.

— Нарекаю тебя Эвой. Отныне весь род Девали стоит за тобой. Дочь моя.

Глава 41

Вернулась домой я под впечатлением. Ну никак я не могла подумать, что имя данное девочке мной совпадёт с именем, которое даст своей дочери Ксандр.

Это было интересным совпадением, о котором я решила подумать чуть позже.

Кристина убедила меня, что магические потоки девочки стали такого же цвета, как и у дракона — золотыми, а значит, её здоровью и жизни ничего не угрожает, так как весь род встал на её защиту.

От пережитого мы молчали всю дорогу, и только, когда зашли на территорию дома, я смогла спокойно выдохнуть и поблагодарить ребёнка за помощь.

Кристина смущённо опустила взгляд.

— У тебя огромный потенциал, как у мага. Кристина, тебе нужно нанять учителя, как подойдёт время.

— О! Айлин, это же очень дорого!

Обучение в империи, правда, стоило очень дорого. Вначале детям нанимали домашних учителей, а после отдавали учиться в академии магии. В империи драконов их было несколько, так сказать, на любой вкус и кошелёк, так как обучение тоже было платное.

Кристине нужны были учителя, и я поставила себе задачу, узнать, сколько это стоит и когда нужно приступить к обучению.

Айлин училась в сиротском приюте по усечённой программе. Сирот учили грамоте и арифметике. Считалось, что для жизни это более чем достаточно.

Когда Ксандр решил жениться на Айлин, то вплоть до свадьбы её забирали из приюта и отвозили в дом Ксандра, где под

Магии не учили, потому что проверка показала, что в ней её нет.

— Ты не должна беспокоиться, если я сказала, что ты будешь учиться, значит, будет. Кристина, я бы хотела спросить. Может ли магия проснуться в зрелом возрасте, например, вот как у меня.

Девочка пожала плечами.

— Этого я не знаю, но знаю, что в тебе её доверху. Магические потоки, наполненные силой и правильные. Такой красивый узор.

Действительно, откуда пятилетний ребёнок может знать подобное. Айлин-Айлин.

Пока суть, да дело, девушки собрали весь урожай вишни. Я смотрела на переливающуюся ягоду, и в груди становилось теплее. Вроде мало времени прошло с момента, как я сюда попала, а я смогла хотя бы встать на колени. Дальше будет только лучше.

Господин Форле забрал вишню, и мы окончательно рассчитались.

— Вижу, рабочие уже приступили? — спросил он, смотря, как рабочие разгружают доски для ремонта.

Дом, кстати, пустил их без проблем. Надоело, наверно с протекающей крышей, самому.

— Да, очень толковые ребята. Спасибо.

— Я рад, — Бернард легонько кивнул головой.

Девушки уехали в работный дом. Две из них с письмами от меня. Мне нужны были помощницы, но позволить я могла пока только две, дальше видно будет.

Возница, управляя повозкой, увёз вишню. А Берта накрыла нам стол на улице. Дома было очень шумно, а нам нужно было обсудить два очень важных вопроса.

И если с вопросом моей консультационной помощи не было сложностей, но как попросить его отшить мне платье на бал губернатора, я не знала. Это был травматичный момент для Бернарда.

— С вами приятно работать, Айлин, — отпивая травяной чай, сказал директор завода.

— Спасибо, мне тоже.

Вот он этот момент, нельзя было тушеваться. Откажет и откажет.

— Господин Форле, я бы хотела обратиться к вам с нестандартной просьбой, и я пойму, если вы откажете.

Идиотский смешок сорвался с губ, вот же я рыбка-прилипала, то рабочие нужны, то платье сшей.

— Айлин, для вас любой каприз.

Ох, как. Это вы ещё не знаете, что я попрошу, господин директор завода.

— Я буду присутствовать на губернаторском балу, — о том, в каком качестве я решила не уточнять, — и мне нужно платье.

— Так, в этом нет проблем. В столице много магазином, у вас фигура, на которую не составит труда подобрать идеально сидящее платье.

Сердце глухо застучало в груди. А волнение ударило по вискам, но я лишь сильнее сжала чашку.

— Вы не поняли. Мне нужно не стандартное платье по последней моде, а нечто шокирующее, уникальное.

А вот сейчас Бернард начал понимать, за то время, что мы общались, я поняла, когда он начинал нервничать. Вытерев испарину, что бисеринами тут же появилась на его лбу, мужчина спросил.

— Вы..вы что хотите, чтобы я вам сшил платье?

— Именно это я хочу. Та мода, что, навязал империи Франц Брие ужасна. Красная и золотая парча, изобилие рюшей и пышных юбок. Разве этого достойны женщины?

Я выдохнула, отставляя чашку. Господин Форле забегал глазами.

— На балу будет много дам из столицы, там будет первый советник императора.

— Я же в опале…

Не то сказала, не то пискнул мужчина.

— Бросьте. Те, кто в опале висят у дорог. Вы же гениальны. Стоит вам чем-то занятья и это приносит успех. Мне нужно платье, которое отразит мой внутренний мир, при этом будет роскошным, чтобы затмить всех дам.

Нервно сглотнув, Бернард посмотрел на Берту, будто ища поддержки. Служанка, что слушала разговор замерев, лишь пожала плечами.

— Я не буду давить. Платье уже заказано, но оно мне не нравится. Отказаться от него я не могу, так как другой одежды у меня нет.

Берта ахнула в голос, а Бернард спросил.

— Кто же вам его заказал? Наряды Брие стоят состояние?

Усмехнулась. Да и гори оно…

Глава 42

Эти два прощелыги не думали, что я снова их найду.

Я верил, что они не посмели мне соврать, и рассказали, как на духу, что Айлин отдала им деньги и попросила рассказать мне, что она умерла по дороге.

Отнёсся к просьбе пока ещё моей жены скептически, а, вспоминая наш разговор так и, не понял, почему уступил ей. Мне было проще дать ей золота, чем посылать своих людей и найти этих мужиков. Но…

— Господин, есть работа?

Потирая ладони, заговорил один из мужиков. Второй плюхнулся на стул, даже не дождавшись разрешения. Предупредительно стукнул пальцами по столешнице и тот, что был постарше, схватил наглого рыжего за плечо и потянул наверх.

Устроившись поудобнее в кресле, достал из стола артефакт правды и активировал его. В прошлый раз я не использовал его, сегодня решил проверить заодно и Айлин.

Иногда я ловил себя на мысли, что так и не узнал её, слишком непредсказуемой она была.

Самообладание летело к демонам в подземелье, когда мы схлёстывались в словесных баталиях.

Поразительно!

Герой при Лиеро, боевой генерал армии драконов, действующий губернатор, пусть маленького, но перспективного города, был послан в зад!

Признаться, я вспоминал этот момент каждый день. Лезть в пасть к хищнику, при этом не представляя из себя ничего…хм... нужно быть абсолютно безумной или глупой.

Одно из двух либо тронулась умом, либо резко поглупела.

Я приставил присматривать за ней одного из охранников, и по его докладам второе было маловероятно.

После того как уехала модистка, к ней приехали рабочие и начали ремонтировать крышу. Женщины в моём окружении были избалованными красотками, которым только шёлк, да золото подавай. Так чтобы женщина, выпрыгнув из роскошного дома, вдруг стала бы ремонтировать разрушенный дом, я видел впервые.

— Кхам.

Напомнили о себе мужики, а я, видимо, слишком сильно ушёл в воспоминания, в которых всё чаще фигурировала Айлин.

— Сядьте. Есть разговор.

Айлин бесшумно зашла в комнату, именно в этот момент. Хм, она так и не поделилась планом, как она будет требовать сатисфакцию.

Я ожидал увидеть её в гневе, со сведёнными бровями, желающей выцарапать глаза, но она была холодна и спокойна.

Вместо того чтобы обойти их стороной и подойти ближе ко мне, она подошла сзади и положила ладони на их плечи.

Мужики вздрогнули, а когда обернулись, оба побледнели. Тот, что был с противной рыжей бородкой,

— Господа, — она сжала их плечи, буквально впилась ногтями. — А чего вы же так испугались, будто привидение увидели.

Я не сводил взгляда с Айлин. Удивительно, но она была настолько безрассудной, что бросила вызов мужчинам. Чуть не фыркнул себе под нос, потому что она бросала вызов мне всякий раз, когда мы виделись. Да так, что я не мог успокоить дракона по несколько часов. Даже подумал выпить зелье, усыпляющее дракона, чтобы можно было, хотя бы пару часов побыть в тишине, без фырчанья, ворчания и недовольного рычания с его стороны.

Отпустив их плечи, жена подошла к столу и…бесстыдно оперлась о него пятой точкой, практически закрыв мне обзор. Сложив руки на груди, она выглядела по меньшей мере как сотрудник тайной канцелярии на допросе особо опасных преступников. Стало смешно, дай ей эту работу, и она будет пытать с особым пристрастием.

— З-зачем нас позвали? — другой бедолага заблеял, озираясь на дверь, где замерли мои охранники.

— Как зачем? Выполняйте наш уговор до конца.

Я не знал, что она задумала, но пока не мешал, а лишь смотрел на артефакт, который сейчас мигал красным, значит в комнате врали.

— Что ты несёшь, девка? Ты заплатила, мы свою работу выполнили. Сама же трепалась, что муженька твоего козла надо наказать. Мол, объявят двоеженцем, вот ему попадёт!

Выпалил рыжебородый, скрипя зубами.

Приподнял одну бровь. Артефакт мигнул красным.

— Ты забыл добавить, что назвал меня драконьей подстилкой.

Спокойно ответила Айлин на поток оскорблений и унижений.

Артефакт мигнул зелёным. Вот как?!

Рыжебородый резко встал, в два шага оказался рядом с Айлин, схватив её за руку, и тряхнул.

— Что ты несёшь?

Дракон внутри внезапно приподнялся, утробно зарычал. Каким бы я ни был мерзавцем и жестоким человеком, ударить женщину я бы не позволил. Мне лишь хватило отпустить ауру дракона, и этот смерд повалился на пол, крючась на полу.

Айлин потёрла руку.

— Я разочарована. Слабые на язык, слабые на руку. Обманщики. Вы воспользовались моей слабостью и обокрали меня, а потом выкинули около разрушенного поместья. Спасибо, что хоть довезли.

Артефакт мигал зелёным. Так вот как это было! Что ж они поплатятся за свою ложь.

Прекратил поток брани, что изливался изо рта этих двух лишь одним жестом.

— Довольно. Вы обманули меня.

Обманщики упали на колени, попытались поцеловать обувь моей пока ещё жены, но она брезгливо отошла в сторону, обняв себя руками.

— Господин, госпожа, простите.

Я увидел, как на плече расцветает синяк. Этот рыжебородый слишком крепко её схватил.

Дракон снова зарычал, сбивая меня с толку. Почему он так реагировал?

— Мы…мы вернём всё, что взяли, только не передавайте нас законнику!

— Правда, нам нужно достать эти деньги.

Толкнул рыжего, который был постарше.

Усмехнулся. Не выйдет.

— Законник? Я думал, что вы умнее, раз решились на обман дракона.

В комнате потемнело, я перестал сдерживать ауру дракона, и по стенам поползли тени прямиком к этим двум.

— Пощадите…

Заверещали они.

— Не ждите от меня пощады, — сказал, чувствуя, как меняется зрение на драконье. — Линч, — обратился к одному из охранников, — отправляйся в тайную канцелярию, скажи, что я нашёл им двух новых подопытных. Подвалы тайной канцелярии надолго отобьют у вас желание не просто врать, говорить. А золото вы и так отдадите в тройном размере.

Повернув голову, заметил, что Айлин давно и след простыл. Р-р-р своевольная женщина!

Широким шагом я покинул кабинет и нашёл её в ожидаемом месте…

Глава 43

Находиться под влиянием ауры дракона было неприятно.

Слабо верилось, что эти двое вернут золото, но я как же было приятно видеть в глазах Ксандра удивление.

Только дракон удивился не в тот момент, когда я говорила правду, а когда странный предмет на его столе мигнул зелёным. Что это было, я не знала.

Айлин доверяла своему мужу, а вот он…поверил каким-то мужикам сомнительной внешности.

Обидно.

А, собственно, почему мне было обидно?

Я задумалась лишь на миг. Я давно перестала ощущать фантомные эмоции, последняя сгинула в кабинете Ксандра при первой нашей встречи, но что если я до сих пор чувствую обиду девушки?

Тяжело вздохнув, я переключилась на происходящее в кабинете.

Обманщики валялись в ногах Ксандра, умоляя пощадить, а по стенам поползли тени. Только сейчас я в полной мере поняла, насколько Ксандр силён и опасен.

Его слова заставляли мужиком чуть ли не скулить от страха.

Я решила, что с меня хватит, и покинула кабинет.

Сегодня я восстановила справедливость. Сделала первый шаг, чтобы отчистить свою репутацию от тех комьев грязи и навоза, что летели в меня, когда я прибыла сюда.

Конечно, я не могла пройти мимо комнаты с малышкой Эвой.

Она как раз бодрствовала. Лежала и смотрела тёмно-синими глазами по сторонам. Рядом с ней была неизвестная мне женщина, как оказалось, кормилица.

Женщина спокойно отнеслась к моему вторжению. Она знала, как меня зовут, и даже то, что я приложила руку к спасению девочки.

Я лишь хлопала глазами и не знала, что ответить на такие заявления.

Но взять Эву на руки я не успела. В комнату вошёл Ксандр.

Улыбнувшись девочки и ласково погладив её ручку, я сказала дракону.

— Я уже ухожу.

Тяжело вздохнув, я прошла мимо дракона, но он внезапно схватил меня за плечо. Долгим, тяжёлым взглядом он смотрел на меня и молчал.

Я усмехнулась, а потом легко убрала его ладонь.

— Мне не нужны твои извинения.

С прямой спиной под обжигающий взгляд дракона я вышла из комнаты и покинула дом губернатора.

Лакей открыл дверь кареты, но я отказалась. Мне хотелось пройтись.

Правда, я не была долго одна.

— Здравствуй, Айлин, — накрыл меня со спины голос Кристиана.

Ох, ну, куда ни глянь, проходу от мужиков нет. Пошутила я про себя. Развернувшись, я улыбнулась.

— Здравствуй, Кристиан. Как поживаешь? Как новая должность?

Задала ему вопросы, успев, это сделать первой.

— Справляюсь.

Чинно оправив полы удлинённого пиджака с нашивками, означающими, что передо мной стоит правая рука губернатора, мужчина спросил.

— Проводить тебя?

Я кивнула. А почему бы нет. Пусть проводит.

— Представляешь Дэрме и Мурло сбежали из города.

Я приподняла брови. Да, жизнь становится всё лучше и лучше.

— Надеюсь,

Кристиан вдруг резко остановился, а потом схватил меня за запястья, разворачивая к себе лицом.

— Я искал тебя, — выпалил он, сбивая с толку, — к дому твоему подъезжал, но не видел тебя. Айлин — это правда?

Ох, ну вот. Сначала Бернард сидел с раскрытым ртом, будто кипяточка хлебнул, когда я сказала, что жена Ксандра Девали, и буду участвовать на официальном балу, как его супруга.

Только Бернард был просто шокирован, а ещё переволновался, что пришлось давать мятной настойки, ведь он согласился пойти в тихую войну против главного модельера империи.

Кристиан же был зол. Я чувствовала его злость кожей. И смотрел он так, будто мы были любовниками, а я его обманула. Любят мужчины выдумывать.

— Что конкретно? Пусти меня, это неприятно.

— Что ты жена губернатора? Когда потеряла память, а теперь после счастливого воскрешения вернулась в семью?

Конечно, весь город уже услышал эту потрясающую ложь. Правда, об уговоре, что после мы разведёмся, знали только я и Ксандр, и мне было откровенно плевать, какую дурочку он выберет в жены после меня.

— Да, это так.

Выдавила из себя мучительное.

— Теперь понятно, почему ты отказала мне.

— Кристиан, не веди себя как обиженный ребёнок и отпусти меня наконец. Разве я пообещала тебе что-то?

Мужчина отпустил меня, сделав шаг ближе к своей лошади. А потом молча вскочил на неё и умчался прочь.

Против воли в голове всплыли слова после моей первой встречи с Ксандром.

«Вижу, как пиявка высосал все силы».

«…ускачет со своей истинной в столицу».

А не на место ли губернатора метит Кристиан? Сердце тревожно трепыхнулось в груди.

Что, если Кристиан выяснит, что я просто играю роль?

Мне было плевать на Ксандра, но, когда тонет большой корабль, он тащит за собой все маленькие, что находятся рядом.

Разозлилась.

Да, что б вас всех разорвало! У меня жизнь только начала налаживаться!

Кристина играла в саду, а Берта была занята готовкой. Я присоединилась к ней, дабы помочь.

Мой взгляд упал на дневник старого Эванса. Я вспомнила, что так и не поговорила с дядей Алексом.

Натерев морковь на тёрке, я потянулась за дневником, но неудачно, зацепила за его край. Листья рассыпались по полу, а я, присев на корточки, принялась их собирать.

И один меня очень заинтересовал…

Глава 44

Я готова была поклясться, что когда увидела дневник в первый раз, то не могла разобрать ни слова, почерк дяди был ужасным.

Но этот листок был написан не просто понятно, а буквально печатными буквами, тесно-тесно приставленными друг к другу, будто тот, кто это писал, хотел уместить на одной крошечной странице, гораздо больше информации чем она могла вместить.

Затаив дыхание, я прочла первые строки, и уже от них волоски на теле встали дыбом.

«Я зачаровал дом, и с моей смертью врата закроются, и никто, кроме истинного наследника не сможет ступить на его порог!»

— Ты чего там замерла?

Спросила Берта. Я, встрепенувшись, сунула листок в карман платья и стала быстро собирать листки с пола. Мысли были похожи на эти листочки: рассыпанные по полу кухни, и без единой знакомой буквы.

Оттого текст, что я смогла прочитать, заставил меня разволноваться. Ведь…ведь…там говорилось обо мне.

Н-да уж.

— Рассыпались вот, — буркнула я, наспех запихнув нечитаемые страницы в обветшалую обложку.

Выпрямившись, я решила узнать у Берты.

— Берта, ты же живёшь здесь всю жизнь. Может, ты что-то знаешь о моём дяде?

Берта пожала плечами, помешивая похлёбку, что булькала на очаге.

— Да что тут знать. Нелюдимый он был, стал, когда его единственная дочь погибла. Из дома перестал выходить. Ещё жена его бросила, мол, жила с ним только из-за дочери. Да и странный он был.

— Что значит странный?

— Ну, жара, например, такая, что в тени дышать нечем, а он в толстом тулупе ходит, и в шапке. Бормочет что-то. Все его чокнутым считали.

Я поджала губы. Учитывая, что погибла его дочь, такое поведение можно было понять.

— Его жена-то, когда развелась с ним, дом подчистую выскребла. Говорят, только стул оставила, и то, на котором Эрик сидел.

— Болтают, два было. Один без ножки, а второй вот, на котором сидим, — я рассмеялась. — Это ж сильно она его любила да уважала, что оставила ни с чем.

Пожав плечами, я вышла из кухни, но лишь для того, чтобы без лишних глаз прочитать страницу дневника. Как назло, в доме было полно народа. Рабочие переругивались, меняя полы. Девушки, что были наняты в помощь с уборкой, вертелись в холле, подметая мусор.

Я вышла на улицу и, спрятавшись в тени старой вишни, начала читать:

«Им всем нужны мои сокровища. Я знаю. Их лживые улыбки не обманут меня. Из-за них погибла Эльза. Они убили её. Из-за золота».

Волосы на голове встали дыбом. Эрик обвинял кого-то в смерти дочери, а ещё говорил о сокровищах. Но больше это было похоже не бред сумасшедшего.

«Я написал сотни страниц нечитаемого текста, и лишь одну чтобы открыть наследнику глаза. Никто не друг. Ни Сентиры, ни Мейеры, ни Жуле, ни Дэрме. Все они хотят одного. Добраться до моих богатств. Запомни это. Не принимай от них помощи. Они зло! Кто бы ты ни был, но если в течение года после моей смерти дом пустил тебя, то ты наследник моих богатств, что я собирал всю свою жизнь. Они дадут тебе свободу жизни, ты сможешь купить себе титул и земли и зажить счастливо. Так сделай это и проживи свою жизнь счастливо, так как не смог я и моя обожаемая Эльза».

Я перечитала текст ещё раз. Две фамилии из текста были мне знакомы.

Бред какой-то. Перевернула листок, но на обороте не нашла ничего, кроме пометки «Дом поможет».

Сложив листок, сунула его в надёжное место, прямо под корсаж. Посмотрела сквозь корявые ветви на дом.

В доме находились несметные сокровища. Теперь понятно, почему Дэрме так хотел купить развалюху. Но что остальные?

Дядя Алекс помог мне, и сколько раз он даже не пытался попасть в дом. Остальных я не знала.

Дом поможет. Может дом и пускает только тех, кто не знает или не желает присвоить сокровища?

Во внезапно образовавшейся тишине хлопнули ставни. Дом ответил. Почему-то я даже не сомневалась. Будто связь с домом стала не просто чем-то непонятным, а вполне себе

Эти мысли поглотили меня на добрых два дня. В перерывах между приготовлением еды на ораву рабочих, наведении порядка в доме, который то и дело заваливало строительным мусором, я нет-нет, но возвращалась к мыслям о сокровищах.

Листок я заучила наизусть и сожгла. Прямо как героиня какого-нибудь детектива или фильма о разведчиках. Собственно, пустышку в обложке дневника я бросила в тот же огонь, чтобы не смущал.

После уборки на втором этаже я вышла на улицу и умылась водой. Спина раскалывалась, мне пришлось таскать тяжёлые доски с Норой, оттого я присела под вишней и прикрыла глаза.

Задумавшись, не заметила, как меня накрыло тенью. Открыв глаза, хотела пробурчать, что я отдохну чуть-чуть и снова пойду работать, но…

Передо мной стоял Ксандр Девали с собственной персоной. Ещё хорошо не ругнулась.

— Не нужно так пугать, — выдавила из себя, смотря снизу вверх.

— Собирайся, — вполне в своей манере приказал он, — прибыл учитель по этикету.

Я закатила глаза. Вот значит как. Сам явился.

— Я занята.

— Я вижу, аж платье помялось под деревом сидеть.

Вот же гад. И надо было ему явиться, когда я присела отдохнуть. Собственно, меня это волновать было не должно. Подумаешь.

— Не мои проблемы, что ты застал меня за отдыхом. Как видишь, у меня ремонт, и я нужна здесь.

Ксандр тяжело вздохнул, закатив глаза, а потом, неожиданно сел рядом со мной…

Глава 45

Несколько бесконечно долгих мгновений мы сидели молча. Мне хотелось отодвинуться, чтобы не касаться его, но меня будто парализовало, и я, затаившись, сидела и ждала, что будет дальше.

Я не понимала его, то он готов был уничтожить меня только увидев, до вполне по мирному садился прямо на землю, пачкая дорогой костюм землёй.

Искоса я наблюдала за ним, но он был спокоен. Сорвав травинку, сунул себе в рот и смотрел, как рабочие чинят крышу, как перекрикиваются, ругаются.

Совсем как обычный человек. Вот только это было обманчивое чувство.

Рядом со мной по-прежнему сидел опасный хищник, хозяин жизни, который, возможно, только делает вид, что примирился.

Пока я не видела его, то даже не думала о нём.

Вообще, мои мысли были о том, что прошло уже два дня, а от Форле не было новостей. Вдруг он передумал брать меня на завод?

Я очень рассчитывала на эти деньги. Без них мне будет худо, потому что монеты, заработанные на вишне, рано или поздно закончатся и нужно будет искать новые возможности заработать.

Но стоило мне увидеть дракона, как меня накрывало волной эмоций, и самой главной было — раздражение.

Встали мы синхронно, не договариваясь, потому что к дому подъехала повозка, груженная строительными материалами. Но…

Я точно понимала, что для ремонта крыши и пола не нужны оконные рамы и стекло!

Метнула взглядом в Ксандра, но тот лишь хмыкнул и, вздёрнув подбородок, пошёл к калитке. Я пыталась догнать его, но куда мне успеть за драконом, шаг которого был равен моим трём.

Нагнала его только тогда, когда он остановился, чтобы открыть ворота.

— Ты чего это командуешь?

Разозлилась, смотря, как повозка уже заезжает на территорию.

— Если бы ты была хоть немного продуманней, то узнала бы, что холода сюда приходят резко и практически сразу ложится снег. Крыша и полы хорошо, но дальше, как ты собираешься жить?

Я опешила. Внутри заворочалось странное чувство. Будто я буду ему обязана его щедростью.

— Мне ничего от тебя не нужно, за исключением, пожалуй, развода. И я надеюсь, когда мы разведёмся, ты забудешь обо мне, так же быстро, как в ту ночь.

— Я не спрашиваю, нужно это тебе или нет. Не забывай, я дал тебе тысячу золотом. Считай, что я просто умело их трачу. И не только тебе можно командовать в чужих домах.

Туше.

Закусила губу. Как он меня бесил!

— Я без тебя умею тратить золото, но насколько я помню, эти негодяи не отдали мне его.

Не сдавалась я.

— И не отдадут. Потому что пока я твой муж и решаю все финансовые вопросы тоже я, — с мстительным удовольствием в голосе проговорил Ксандр, повернувшись ко мне лицом. — А так как пока тебе делать здесь нечего, бегом в карету на занятия по этикету. Не забывай, что советник никто иной, а правая рука императора.

Спокойно, Алина! Спокойно! Этот репей отцепится только после развода, а он не за горами.

Ага!

Мои мечты разбились почти сразу же, когда уже дома у Ксандра я узнала, что у советника кто-то помер и он просит отложить церемонию вступления в должность ещё на две недели. Конечно же! Ксандр не мог ему отказать!

Чёрт бы его побрал! Ещё две недели!

Мне хотелось застонать в голос от досады, но вместо этого я выпрямила спину и выгнула бровь.

Господин Арже подготовил для меня не просто занятие, а задачу по физике со звёздочкой, по крайней мере, то колоссальное количество столовых приборов, бокалов, рюмок, фужеров, что стояли передо мной, так и выглядело.

Удивительно. Я думала, что со временем все воспоминания Айлин сотрутся, но я могла нырять в её память по желанию.

Благо Айлин прекрасно разбиралась в этикете. Ещё бы с такой-то свекровью.  Как говорится: там шаг вправо, шаг влево -  расстрел, прыжок на месте — попытка к побегу.

Мне потребовалось лишь полчаса, чтобы вспомнить какой вилкой следовало пользоваться, если, подали мясо, а какая требуется, чтобы наколоть виноградину.

Осталось показать это господину Арже и заодно Ксандру, который стоял в дверях, видимо, боялся гад, что я сбегу, а может, считал, что я отупела без него.

Что за эмоциональные качели?

С такими, как Ксандр по жизни работало только равнодушие и хладнокровие, иная реакция лишь раззадоривала их.

Я спокойна, как море в штиль.

Повторила я несколько раз про себя аффирмацию, которую любила, говорила Галинка перед проверкой. Не знаю, насколько это помогало нашей старшей по магазину, но мне помогло.

Очаровательно улыбнувшись, стараясь не говорить лишних слов, я ответила на вопрос господина Арже, какой бокал предназначен для вина.

Педагог по этикету решил, что этого явно недостаточно, и принялся гонять меня так, будто я была на экзамене. Признаюсь, я наивно полагала, что знаний Айлин хватит, но нет, на некоторые вопросы я просто молча хлопала

Особенно это казалось, кто кому кланяется, кто кого первый куда пропускает.

— Господин Девали, знаний вашей жены явно недостаточно, чтобы блеснуть этикетом при Его Светлости Первом Советнике Императора, но мы это исправим. Назначаю ей занятия каждый день, думаю, мы успеем.

Вот как! Ну нет, дорогие, мои хорошие, я на это не подписывалась!

Молча сложив салфетку в аккуратный треугольник, я положила её прямо на тарелку и резко встала.

Ксандр свернул глазами, предостерегая меня, но мне было плевать. Спокойное море в штиль превратилось в бушующий океан. Нет, с этим драконом не выходит сохранять спокойствие.

Поставив руки в бока, я уже открыла рот, как дом буквально сотряс визгливый голос, который мог принадлежать только одному человеку.

Глава 46

Ксандр резко повернул голову, а, потом сохраняя абсолютное молчание, покинул комнату.

Я сделала шаг к выходу. Мне ни при каких обстоятельствах не хотелось контактировать с бывшей свекровью.

В памяти Айлин были ещё свежи её издевательства, едкие словечки и та удушливая атмосфера, которая окутывала дом, стоило ей переступить порог дома.

Чего стоило то, что она каждый свой приезд везла Айлин к лекарю, чтобы тот осмотрел её на предмет того, что она пытается избежать беременности.

Воспоминания об унизительной процедуре были для меня как ножом по стеклу. Как можно быть такой жестокой?

Вместо того чтобы «кусать» невестку попытаться понять, но Айлин рассматривали как инкубатор для потомства не больше.

Так что лучше было не рисковать и переждать, пока дракон проводит дражайшую маман в её покои, а я уеду домой.

План был годный, но я не учла одного.

Господин учитель вдруг встрепенулся и произнёс.

— Госпожа, разве вы проявите неуважение к свекрови? Так нельзя!

Вот его то я забыла спросить. Но всё было не так просто. Учитель знал нас, как семейную пару, и моё поведение было действительно странным.

Внутри что-то тонко сжалось, опутывая органы нитями страха. Чёрт!

Это были не мои эмоции, а будто навязанные кем-то.

Мне то что?! Я вижу эту женщину впервые. Мне всё равно, что она будет говорить обо мне. Кто она мне? Мать? Нет. Так что и волноваться нечего.

Вообще, двойственность некоторых чувств меня раздражала, будто я попала в тело, но полной власти и контроля не имела.

Тяжело вздохнув, я уже собиралась выйти из комнаты, как дверь широко распахнулась и на пороге предстала госпожа Девали.

Увидев меня, её глаза тут же налились слезами.

— Дорогая моя!

Меня накрыло удушливой волной духов, когда свекровь вдруг обняла меня, так крепко будто хотела задушить.

— Боги благословили нас после того обмана, что мы пережили. Ты жива!

Орошая меня слезами, она, схватив меня за руки, стала крутить во все стороны.

— Исхудала, а платье! Платье в ужасном состоянии. Ну ничего, мы вернём тебе лоск и блеск.

Изначально я провалилась в глубокое состояние шока, пока не поняла, что это всё блестяще отрепетированный спектакль на публику.

А публики было много: слуги, что прибыли со своей госпожей и те, что работали в доме губернатора, и ещё учитель этикета, который замерев со счастливой улыбкой наблюдал за нами.

Наконец, расцепив руки, я сделала книксен.

— Рада вас видеть госпожа Девали.

Я была не рада, но раз все играют здесь роли, то и я буду.

Пожалуй, только Ксандр не разделял приподнятого настроения своей матери. Он стоял с тёмным взглядом, а потом и во всём кашлянул, да так громко, что учитель чуть не подпрыгнул на месте.

Откланявшись он быстро покинул комнату, вместе с ним как ветром сдуло и всех слуг, и мы остались втроём.

Широкая улыбка на лице свекрови тут же потухла, она демонстративно оправила складки на платье, отряхнув их, будто могла измазаться о меня.

Игнорируя звериный взгляд этой женщины, я успела сказать первая.

— Занятие закончилось. Думаю, ты убедился, что я не отупела. На другие не явлюсь, можешь не приезжать даже, а то придётся тащить силой.

Я прошла мимо неё даже не взглянув, остановилась на миг, лишь когда проходила мимо Ксандра, и то потому, что мне вслед прилетело.

— Надеюсь, ты выкинешь эту падаль, как и в прошлый раз.

— С превеликой радостью сама покину ваш дом.

Парировала я, а потом развернувшись ушла из комнаты.

Я шла с грохочущим сердцем в груди. Как и всегда, я уходила из дома Ксандра выжатая как лимон. Я не просила многого, лишь спокойной жизни. Дракон каждый раз вторгался в мою жизнь, заставляю бросать свои дела и выпивал все мои силы до дна.

Я даже не стала заходить к Эве.

Выйдя из дома я глубоко вдохнула свежий воздух, уже собиралась покинуть этот гадкий дом, как мне на плечо легла тяжёлая мужская рука.

— В карету.

Властный приказ мог принадлежать только одному человеку, а, точнее, не человеку.

— К тебе любимая мама приехала, не нужно тратить время на падаль, тем более что я не желаю ехать в карете. Ваша семья, как пиявки высасывают всю энергию.

Но вместо того, чтобы послушать меня, Ксандр усмехнулся, а, потом перехватив меня за талию, запихал в карету.

— Всё сказала? А теперь слушай меня.

Я толкнула его в грудь со всей силы, с такой злостью, но ему было хоть бы что.

— Пока ты нужна мне, никто. Никто не будет относиться к тебе, как к падали. Даже моя мать, если она захочет остаться в моём доме.

Вот это поворот.

Глава 47

— Мне плевать на то, как ты относишься ко мне, и как ко мне относится твоя мать. Я выполняю роль не больше.

Холодно ответила я. Он лишь покачал головой. Да ладно, не надеялся же он, что я брошусь ему на шею, со словами благодарности.

— В тебе что-то изменилось, но пока не могу понять что.

— Предательства так влияют на женщин. Они перестают верить в красивые обещания.

— Сильно тебя это зацепило.

— Я любила тебя, всем сердцем, ты уничтожил Айлин Девали в тот вечер, просто убил, а ещё стоял и смеялся, предлагая роль прислуги при твоей истинной. Так вот, где же твоя истинная Ксандр? И как ни погляди, это ты, как побитая собака приполз простить меня, твою бывшую, спасти твой зад перед советником. Да, сделал ты это в свойственной манере через запугивания, но факт остаётся фактом.

Я аж задохнулась от возмущения. Уже хотела начать оправдываться, но поняла, что-то о чём я рассуждала в мыслях утром, сыграло злую шутку. Часть Айлин всё ещё любила Ксандра даже после того, что он сделал. Каждый раз я пыталась напомнить ему о боли, что он причинил, чтобы выбить из него признание, что он раскаивается. А ему было плевать. Он вообще ничего не испытывал к Айлин. Провалилась, и хорошо! Влюблённая душа цеплялась за что-то, чего априори даже не было.

— Дело в том, что я вообще не умею любить, — вдруг разоткровенничался дракон, будто это имело смысл. — Меня научили лишь выгоде, что приносят отношения. Ни больше, ни меньше. Когда в душе холод, можно добиться гораздо большего, чем, поддаваясь эмоциям.

Жить не любя. В вечном холоде сознания. Вот каков был мир этого дракона. Это не оправдывало его. И поэтому я лишь хмыкнула.

— Так и душа сгниёт, если никого не любить.

— Если она у меня вообще есть, — добавил дракон, не поворачивая голову.

Тем временем мы уже добрались до моего дома. Даже издалека он уже выглядел обновлённым. Приятное чувство тепла расползлось по груди.

— Не могу понять, чему ты улыбаешься. Развалюхе?

Ах да, он был ещё здесь!

— Это мой дом. Место моей силы. Тому, кто боится впустить в своё сердце эмоции, не понять каково это.

— Я не б…

Но я не стала слушать дальше, оставив мужчину в карете и даже не прощаясь, вышла.

Приятный, тёплый ветерок колыхнул мои волосы, и я пошла в дом, где меня уже ждали.

Ох, ну какая я деловая. Сплошные встречи. Улыбнувшись, подумала я.

Ждал меня Бернард. Переминаясь с ноги на ногу, он прижимал к груди несколько чехлов, понятное дело, их пока даже положить было некуда.

— Здравствуйте, господин Форле.

— Здравствуйте, Айлин. У нас сегодня продуктивный день.

Кто бы сомневался. Каждый мой день был продуктивным, а как иначе. Впереди зима, а как любила говорить моя мама: «Как потопаешь, так и полопаешь». А значит «топать» надо было усиленно.

Бернард привёз мне несколько платьев для образца, которые он потом будет совершенствовать, чтобы я утёрла всем нос на приёме. Чехлы разложили прямо на кухонном столе, отмытом до блеска Бертой.

— Я привёз несколько готовых платьев, которые мы усовершенствуем и подгоним по фигуре.

Бернард расстегнул первый чехол, и я не сдержала восторга, ахнула в голос.

Платье было великолепное! Фасон кардинально отличался от того, что готовила мне модистка. Насколько отличалось, что я, ошарашенно уставилась. Струящаяся ткань, приталенный силуэт, рукава-фонарики, расшитое камнями, — оно сверкало на солнце, что заглянуло в кухонное окно.

— Какое красивое, — прошептала Берта, которая не могла пропустить подобное.

— Одно из, — довольным тоном произнёс господин Форле.

А потом расстегнул второй чехол. Если первое было яркое, как солнце, из ткани цвета лимона, то второе было словно ночь.

Бархат благородного синего цвета, расшитый лиф и пышная юбка. Оно вовсе не было строгим, даже, наоборот, глубокое декольте намекало, что взгляды мужчин, будут весь вечер нырять именно туда.

— Если смущает декольте, я его задрапирую.

— Не нужно, оно прекрасно. А я намерена удивлять. Ну же, открывайте третий, я сгорю от любопытства.

И ожидание того стоило. Третье платье дышало роскошью. Кричаще — красный атлас, полупрозрачная ткань юбки, из фатина. Немыслимо дерзкий вырез на спине. Если бы в моём мире я надела такое на вечеринку, то к утру Форле уже бы был обеспечен заказами на лет десять.

Жаль вот только, я не ходила на вечеринки в моём мире. Оторвусь в этом. Хоть раз.

— Именно из-за него, а, точнее, из-за юбки я и попал в немилость. Если выберете его... — он замялся, — Либо и вы попадёте вместе со своим мужем. Либо это будет моя победа. Мой шанс вернуться. — Вы хотите вернуть своё ателье?

Он знал, что выберу его, оттого показал последним.

— Третье, — шепнула я, смотря на Бернарда.

Не удержалась, спросила.

— Конечно, это дело моей жизни, моя страсть. Завод хорошо, я показал Его Императорскому Величеству, что могу выполнить его приказ, но у меня душа не лежит заниматься подобным, то ли дело пошив одежды. Это творчество.

Я бы с ним поспорила, так как закрутки тоже требовали творческого подхода, иначе тогда рецепт засолки огурцов был один. Но говорить ему об этом не стала.

— Я понимаю вас.

А потом Бернард вдруг приобнял меня за плечи и прошептал заговорщическим тоном.

— Если вы в моём платье произведёте фурор, то я знаю, кому передам завод.

Глава 48

После слов Бернарда я не спала всю ночь. Шутка ли дело, стать управляющей на заводе. Нет, не так! НА ЗАВОДЕ! Не просто дать рецепт варенья, и консультировать раз в неделю, а именно управлять всеми процессами.

Господину Форле я говорить ничего не стала. Ещё не хватало, чтобы он потерял уверенность и напортачил от волнения с платьем.

Почему я вообще так уцепилась за идею с этим платьем? Всё просто. Я хотела показать Девали и заодно всему городу, что я самостоятельная и самодостаточная настолько, что не нуждаюсь в подачках. А вот что из этого выйдет, я узнаю, только когда состоится бал.

Само собой, утром я была разбита донельзя. А как оказалось, именно этот день господин Форле выбрал в качестве дня первого посещения завода.

Я думала, что меня уже не удивить, но, как оказалось, ещё не вечер.

Не так я представляла завод по производству консервации, далеко не так. Хотя, что можно было ожидать от отсталого мира, пусть и наделённого магией: ручной труд за копейки, халатность и нежелание работать ввиду невысокой оплаты, грязь.

Рабочие были набраны, видимо, с улицы и о том, что необходимо мыть руки, они не знали, прямо так, чем ковырялись в носу, тем и косточки из вишни доставали.

Меня замутило, и я попросила остановить это безобразие, но, кажется, мужчину это вовсе не смущало. Очень странно. Пришлось воззвать к накопившейся с годами мудрости и подобрать пример грамотно, чтобы он понял.

— Бернард, скажите, к примеру, вы отшили великолепное платье и, надев его на манекен, поставили на витрину.

Мужчина кивнул, явно не понимая, к чему я клоню.

— И ваш подмастерье, когда мыл пол, вытер руки о прекрасный подъюбник из дорогой ткани,

Несколько раз, хлопнув глазами, он посмотрел на производство,  а потом на меня и сказал.

— Что вы, да никогда! Репутация превыше всего, я бы такого подмастерья выгнал поганой метлой.

— Тогда почему же вы допускаете грязь на производстве продуктов питания. Я насмотрела здесь достаточно, чтобы никогда не попробовать вашу продукцию.

— Госпожа, так кто же увидит, как мы здесь готовим? — вклинился в наш разговор один из рабочих, а меня аж передёрнуло.

Бедный Бернард, наконец смекнув, к чему я веду, побледнел, а потом дрожащим голосом приказал, всем выйти.

Это ещё он мягко, я бы разогнала бы, к чертям собачим, таких рабочих.

— Но что же делать, госпожа Девали?

— Я уверена, что вы талантливы во всём, в том числе и в ведении бизнеса, но на производстве должны быть закреплённые правила поведения. Во-первых, чистота должна стать основой работы: у рабочих должна быть чистая обувь и одежда, передники и чепчики должны стираться каждый день, ногти должны быть коротко подстрижены, а руки нужно будет мыть каждый раз, когда рабочий собирается работать с продуктом. Во-вторых, дисциплина, на работе все должны быть вовремя. В-третьих, дабы избежать воровства и халатности необходимо поднять оплату, после выхода на мощности, позволяющие говорить о прибыли.

Откуда я это знала? Ха.

В том магазине, в котором я работала, я была один за всех, вот только не все за одного. Сотрудники прекрасно знали, что я не имею семьи и близких, и поэтому часто просили поменяться сменами, а иногда даже тот, кто стоял выше меня, например, директор, брал меня в помощь, когда была ревизия. А о бесконечных проверках на требования норм САНПина можно было сложить басню. У меня даже в общежитии тараканов не было, потому, что стоило мне туда заехать, я их вытравила.

Одним словом, с замиранием сердца я смотрела, как Бернард стремительно бледнел. Я понимала его. Пришла какая-то выскочка и начала права качать.

— Но что, если рабочие откажутся?

— Не переживайте, обратимся в работный дом. Там девушки, молодые и готовые работать. Им платят два медяка в день за тяжёлый труд. Как вы думаете, откажутся ли они работать на заводе, если смогут получить в два раза больше?

Дудки! Здесь и местные-то не отказались. Когда Бернард огласил новые требования, они преспокойно пошли мыть руки. Оказывается, тут и рукомойники были, и мыло.

— Пока в цеху не будет наведён порядок, а именно столы, стулья, стены и полы не будут блестеть от чистоты, мы не начнём производить. Так что можно начинать прямо сейчас. Ах да, забыла.

Работницы, что готовы были поднять меня на вилы, замерли с открытыми ртами.

— Все работающие честно и по правилам будут получать премии.

Это я ещё им про систему штрафов не рассказала, но да ладно, хорошего помаленьку.

Пока работницы стали мыть цех, я ушла с Бернардом и женщиной по имени Вега в другое помещение, больше похожее на кухню, где мне предстояло показать, как варить варенье.

Я попробовала несколько экземпляров, сваренных Вегой, и они были очень вкусными, не знаю, почему Бернард забраковал их.

Готовили мы до вечера, и признаюсь, моё варенье оказалось и вправду вкуснее.

Вега тщательно записала рецепт, а также получила дополнительное жалование, дабы контролировать качество выпускаемого продукта.

Когда мы вышли на улицу, я с наслаждением вдохнула. Устойчивый запах варёной вишни будто въелся в меня, так что я была рада подышать свежим воздухом.

— Вы прекрасно справитесь.

— Бернард не нужно говорить об этом. Помимо прочего, завод — это документы, отчётность и ответственность. Здесь нужно жить и каждый день контролировать каждый этап. Сами видите, человеческий фактор может сыграть злую шутку. А если бы кто-то отравился вашим компотом?

— Да я понимаю  о чём вы, и пока я не вернул своё ателье.

С грустью сказал мужчина, и я почувствовала укол жалости к нему.

Вместе мы решили прогуляться по улочкам столицы.

Мне было очень интересно поглазеть, что продают в главном городе империи.

Пока не увидела в витрине его…

Глава 49

Ожерелье сверкало и переливалось, так и манило: «Зайди, я создано для тебя». И если бы не ценник, что был прикреплён внизу, я бы не удержалась и зашла.

А так лишь тяжело вздохнула. Три тысячи золотом.

Баснословные деньги. Но за погляд денег не берут, как говорится.

— Красивое, — констатировал факт Бернард, — и очень подойдёт к вашему платью.

— Да, только цена мне не подходит, — сухо отозвалась я, отходя от витрины.

— Станете директором завода и сможете его позволить.

Я рассмеялась, а потом слегка потрепала плечо мужчины.

— Полно, мы все обсудили. И кстати, вы простите меня, что я, не зная ваших доходов, вот так легко влезла в ваш карман и увеличила жалование рабочим.

Теперь рассмеялся Бернард.

— Милая, Айлин. Пусть я человек творческий, но в первую очередь я коммерсант и прекрасно расслышал, что повышение платы за труд возможно только если увеличится мощности. Меня удивляет одно, откуда вы это знаете?

Хах, ну явно не из головы Айлин. На его вопрос я лишь пожала плечами и коротко добавила.

— Я очень наблюдательная.

Привычно, уклончиво ответила я.

Жизнь в столице кардинально отличалась от жизни в маленьком городке. Собственно, такое отличие можно было проследить по аналогии с городом и деревней.

Я никогда не жила в деревне, мои родители, как и я, были коренными городскими жителями, но у меня была в детстве подруга, бабушка которой жила в деревне, так что я часто летом бывала у них в гостях и могла видеть различия.

Каждый раз, возвращаясь в город, я буквально вдыхала полной грудью, сейчас я испытывала то же самое.

Шум толпы, уличные зазывалы, мальчишки, что торговали газетами, неспешные променады по улочкам с дорогими магазинами, красивые наряды и отсутствие печати быта на женщинах, что я встречала на своём пути, — вот какая была столица.

Здесь даже были термы и прачечные. Бернард пояснил, что терма это место, куда каждый горожанин может прийти и помыться всего за один серебряный. Удобное решение, учитывая, что не во всех домах был водопровод. Одним словом, это были наши земные бани.

Я бы наверно душу продала за возможность понежиться в горячей ванной. Всё, что было мне доступно, так это прохладный душ в темноте. А как иначе? Рабочие расходились затемно, вот и приходилось

Одежду, я стирала в большом корыте. И за то время, что я жила здесь, оба мои платья заметно поистрепались. О глажке и речи не шло, так что приходилось ходить в мятом.

От грубого мыла мои волосы потеряли блеск, а от косы, и пучка на затылке корни ослабли и устраивали волосопад.

— Чудодейственное средство! Подарит блеск и шелковистость вашим локонам. Госпожа не желает купить?

Словно прочитав мои мысли, а может, я выглядела по-настоящему жалко, обратился ко мне уличный продавец чего-то разлитого в стеклянные бутылочки.

— У моей жены такое, говорит, волосы правда стали выглядеть лучше, — вставил Бернард.

Я усмехнулась. Что ж, значит, звёзды сошлись.

Из столицы я уезжала с чудесным средством для мытья волос, двумя отрезами хлопковой ткани, а также новой сорочкой и куклой для Кристины и…моим первым жалованием.

А когда прибыла, то удивилась пуще прежнего. Обычно тихий и тёмный в вечерних сумерках дом светился огнями.

Я предложила вознице заночевать у нас, и он с радостью согласился и даже помог занести покупки в дом, куда я летела быстрее ветра.

Что такое произошло?

Распахнув дверь, зажмурилась от яркого света.

— Айлин, господин губернатор подарил нам люстру, да не простую, с магическими кристаллами, теперь здесь светло как днём, — бросилась на меня с порога Кристина.

— Здравствуй, Ксандр.

Поздоровалась я с драконом, который сидел на диване в позе хозяина положения. Стоп! На диване?

Откуда он взялся?

Ах, ну почему я задаю такие глупые вопросы, конечно, это он его приволок.

— Мне был бы невыносимо ждать тебя весь день, сидя на одном стуле.

— Я не просила. Заберёшь после того, как скажешь, зачем весь день ждал меня. Мог оставить слуг.

Мужчина усмехнулся, а потом я поняла, что явно не просто так он тут отсидел столько времени.

— У нас теперь есть кровати, — пища от восторга сказала Кристина. — В той комнате, где сделали крышу и пол. представь! Нам не нужно будет спать на полу!

— Я не забираю подарки, это низко. Но ждал я тебя не для этого.

Встав с дивана в два шага, он оказался рядом со мной. Не говоря ни слова, лишь пристально глядя мне в глаза забрал мои покупки и выручил подоспевшей Берте.

И когда они успели спеться?

— Пойдём Кристина, разберём покупки, — под моё молчаливое удивление эти двое сбежали из холла, оставив меня наедине с мужем.

Предательницы!

Ксандр хлопнул в ладоши и зазвучала приятная музыка, положив руку на мою талию, он наклонился ко мне и проникновенно сказал:

— Позволь пригласить тебя на танец?

Глава 50

Этот упрямый индюк правда не понимал?

Тогда придётся объяснить ему на понятном языке. Сбросив его руку со своей талии, сказала.

— Ты зря ждал. Я очень устала.

На дне зрачков дракона полыхнуло огнём. О! Господин дракон разозлился моим отказом. А на что он надеялся? Я устала, и больше всего я мечтала принять пусть и холодный душ и лечь спать.

Да, спасибо ему за кровати, давно я не спала на мягком, но я не просила его.

— Почему ты каждый раз ведёшь себя так, будто тебе неприятно моё общество?

Святая простота! У меня даже брови удивлённо взлетели вверх. Он правда не понимает или прикидывается?

— Потому что это так. Ксандр,  я считаю дни до своего освобождения от пут этого брака.

Я не обратила должного внимания, что он упрямо вернул ладонь, и его рука горячила мою талию.

— Странно. Раньше ты была рада моей компании. Ждала меня.

— Прекрати. От любви до ненависти один шаг.

— Так не делай его.

Это, что прямо сейчас происходит? Он что флиртует со мной? Совсем из ума выжил или надеется, что теперь уже я втрескаюсь в него без памяти и буду верной собачонкой ждать его дома.

— Чего ты добиваешься? Моя благосклонность тебе не нужна. Ты умело можешь манипулировать и запугивать, тем самым добиваясь своей цели.

Ксандр несколько раз моргнул, а потом отнял руку с талии. Поволока в его взгляде сменилась холодным равнодушием.

— Завтра утром будь готова. Приедет модистка с первой примеркой.

Коротко бросил он, а потом развернувшись, ушёл из моего дома.

Оставив меня в недоумении. Что же такое произошло?

— Он ушёл? — Кристина выглянула из-за кухонной двери.

Девочка прижимала к груди новую куклу и смотрела на меня круглыми глазами. Я лишь кивнула.

— Спасибо за куклу, она очень красивая, — девочка не спеша, будто пританцовывая подошла ко мне и крепко обняла.

— Я рада, что тебе понравилась. Кристина он что здесь был весь день?

— Ага, приехал почти сразу, как ты уехала. Странный он. И магия в нём такая же странная.

Я уже привыкла к странностям Кристины, но чтобы она ни говорила, то было верно.

— Что это значит? Почему странный?

— Ну, весёлый такой был. Помогал кровати расставлять, шутил со мной, с люстрой этой возился. Мы-то сначала особняком от него, а потом даже Берта оттаяла, а это, как знаешь, вообще редкость. Тебя увидел, аж глаза засияли. А потом, раз и будто отрубило всё. И магия его красная, красивая вдруг чёрными прожилками проросла.

Я мотнула головой. Сколько я знала Ксандра, он всегда был таким. Холодный. Отчуждённый. С вечной тенью скуки на лице. Айлин ни разу не слышал его смеха. А тут чудеса какие-то!

Присев на диван, я улыбнулась, утонув в его мягкости.

— Не бери в голову. Скоро наши беды закончатся, и мы заживём счастливо. Я сегодня была на заводе и мне выплатили жалование.

Кристина прижалась к моему боку, как котёнок, который жаждет ласки. Обняв её, я вытянула ноги и блаженно прикрыла глаза.

Уют и спокойствие, как вдруг…

Я отчётливо ощутила толчок по ногам, будто кто-то снизу стукнул меня по пяткам. Открыв глаза, я не увидела ничего, и от этого по коже пробежали мурашки.

— Кристина, ты что-нибудь почувствовала? Меня будто кто-то толкнул, но снизу.

— Может, дом хочет поговорить? Он часто так делает,  — пробубнила девочка, будто это было самой обычной вещью. — Говорю же, ты не хочешь замечать эту связь.

— Д-да я просто не умею. Ну оживила дерево и что? Спонтанная магия, так это называется.

Кристина усмехнулась, а потом посмотрела на меня до жути взрослым взглядом.

— Я тебя оставлю, а ты закрой глаза и

Легко сказать, особенно когда выросла в другой среде, где про магов говорили, что они шарлатаны. Отчасти я и в этом мире относилась с большим скепсисом к различным чудесам.

Тяжело вздохнув, я закрыла глаза.

«Давай поговорим, раз ты так хочешь».

Мысленно обратилась я к дому и тут же получила слабый тычок в ступни, а когда открыла глаза, обомлела. Весь дом будто опутывала светящаяся паутина.

— Мама дорогая…

Прошептала я, изумлённо смотря на переливающиеся нити. Неужели мы ходим здесь каждый день через эти нити?

Встав на ноги, я прошлась по холлу. Нити спокойно проходили через меня. Я изумлённо их трогала, но совсем скоро поняла, что они все были разные: тоненькие жёлтые, розовые и совсем толстые красные. И постоянно я видела толстую красную нить, она реально постоянно возникала перед моим взором.

И тут я поняла. Она проходила чётко через моё сердце, связывая меня с домом как пуповиной. Взяв её одной рукой, пошла туда, откуда она должна была взять своё начало, туда, где билось сердце этого дома.

Конечно, это был кабинет, нетрудно было догадаться. Именно здесь старик Эванс сотворил свою магию. Кристина, что видела магию в других, пришла сюда не просто так.

В кабинете было чисто. Я убралась здесь лично после того, как рабочие заменили крышу над этой частью дома.

Полы менять здесь не было надобности, да и рисунок, что оставил дядя нужно было изучить. В самом центре кабинета было сосредоточение магии, будто клубок, из которого тянулись разные ниточки, в том числе и та, что связывала меня с домом.

За домашними делами я воспринимала помощь дома как нечто привычное и обыденное, хотя нужно было в первую очередь с этим разобраться.

Коснулась клубка нитей, и вдруг пространство озарило вспышкой света, после которой я подумала, что ослепла, насколько стало потом темно. Почти рыдая от досады, что влезла куда не следует, я потёрла глаза, но увиденное потрясло меня.

Кабинет выглядел так, будто из него только что вышел хозяин.

— Ты сумасшедший? Кому нужны твои драгоценности? Соседям? Да они богаче нас, а ты…ты скряга!

Кричала женщина в коридоре.

— Я хочу, чтобы наша дочь сама была самодостаточной, а не за счёт мужа.

— Да кому это нужно?! Муж должен обеспечивать жену и точка!

Я что вижу прошлое?

Дверь комнаты открылась, и я увидела молодого мужчину, который держал маленькую девочку на руках. Внезапно картинка в моих глазах стала двигаться быстрее. Вот девочка, что была дочерью Эвансов, предстала в другом возрасте.

Сердце сжалось от понимания, что совсем скоро в этот дом придёт беда, которая изменит их всех.

Картинка крутанулась и я увидела, как уже поседевший мужчина чертит мелом на полу замысловатые символы, бормоча при этом заклинания. Слова вспыхивали в воздухе, и тут же как острые стрелы пронзали символы, отчего те светятся. И когда последний символ был зажжён магией слова, прямо из полы появился клубок со светящимися нитями, которые тут же пронзили весь дом, как и самого Эванса.

Эрик хотел дать своей дочери свободу. Для этого он копил богатства. Обозлившись на весь свет и виня близких в смерти любимицы, он запечатал дом сильнейшей магией, пока не появится наследник.

Жуть.

Потёрла лицо, а когда убрала ладони от лица, то за окном светила луна, ни нитей, ни свечения, ничего!

— Та-а-к домик, я поняла. Но куда же Эрик спрятал свои сокровища?

Глава 51

Идея найти сокровища Эванса захватила меня, но, видит бог, мне не давали даже подобраться к поиску.

Я была нужна везде и желательно одновременно.

Рабочие почти закончили с крышей, а новые полы отшлифовали и покрыли половой краской. Теперь можно было не бояться, что где-то проломится доска, а на голову начнёт капать. Это радовало меня, будто я всю свою прошлую жизнь готовила себя стать хозяйкой большого дома. Что ни говори, в доме было пять спален с личными ванными комнатами, кабинет, кухня, большая гостиная и холл. Мы с Бертой приняли решение на зиму закрыть второй этаж, и топить камины только на первом этаже. Без истопника и слуг это была непростая задача. Нужно было заготовить много дров, ведь каминов, не считая очага, было три.

Я поставила себе зарубку, чтобы узнать, где выгоднее приобрести дрова.

Эх, нашла бы сокровище, можно было до зимы и дом отремонтировать, и парочку слуг нанять с постоянным проживанием. Эта идея, каждый раз порождала во мне сонм мурашек. Вспоминая, первую ночь здесь, я и не надеялась, что дела пойдут в гору.

— Айлин, — голос Берты ворвался в мои размышления, и я, устало выпрямив спину, посмотрела в сторону кухни.

Я отмывала ванну, которая примыкала к комнате на первом этаже, где мы обосновались. Я уже выделила пару золотых, чтобы сантехник проверил водопровод и канализацию.

Что случилось? Проворчала я про себя. Я дала Берту полную власть над продуктами и попросила не тревожить в вопросах, что приготовить. Я была всеядная, так что мне было всё равно суп или жаркое.

Выйдя в холл, я застыла с полотенцем в руках, потому что там стоял знакомый мне посыльный. Раньше он не заходил в дом. Может, защита дома слабеет?

— Госпожа Девали, вас приглашает на чаепитие матушка вашего мужа.

Слова как выстрел прямо в лоб. Не ждала я ничего хорошего от этой встречи. Не было у меня настроения выслушивать очередной поток гадостей.

— Передайте, что я приеду, когда освобожусь.

Гадская привычка выдёргивать меня, когда им заблагорассудится.

— Но, — побледнел посыльный.

Я тяжело вздохнула.

— Меня накажут, если я приеду без вас. Госпожа очень строга к слугам, даже няня госпожи Эвы уволилась, не выдержала.

У меня похолодели пальцы. Свекровь оставила малышку без кормилицы? Нет, она нормальная или кака?

Сжав пальцы в кулаки, я сказала на выдохе.

— Сейчас соберусь.

Эта женщина действительно могла быть по-настоящему жестокой. Посыльного могут выпороть, но я поехала не столько из-за него, сколько узнать, как бедная Эви.

И не зря!

Стоило переступить порог дома, как я услышала знакомые визгливые интонации.

— Распоясались! С ребёнком справится не можете! Почему она постоянно орёт?

Эва правда заливалась громким плачем. Оно и понятно, будешь орать, пока кто-то рядом, вот так визжит.

Слуга было хотела проводить меня в гостиную, но я отвергла эту идею. Не слушая его, верещания, поднялась на второй

— Здравствуйте, госпожа Девали.

Поздоровалась я, без лишней скромности заходя в детскую. Уже знакомая служанка стояла с глазами, полными слёз и прижимала к груди детскую кофточку.

— А! Айлин, что ты здесь делаешь? Велено внизу быть, — бросила мне свекровь.

— Кому велено? Не нужно мне приказывать, госпожа. От вашего крика ребёнок только больше будет плакать. Что здесь произошло?

Служанка, давясь слезами, ответила.

— Эва не хочет кофточку одевать, плачет.

Свекровь вытянула лицо от удивления, и уже была готова разразится новыми возмущениями, но я успела первая.

Подойдя к ней, взяла кофточку.

— Конечно, она же колется. Ты что собиралась надеть ей прямо на голое тельце?

Девушка кивнула, а я улыбнулась ей. Вот откуда ей знать? Это надо понимать. А госпожа Девали только и знает, что глотку драть.

— Надеть на неё сначала рубашку, а потом кофточку. Да, Эва? Кофта-то, колючка, злючка.

Не удержалась, взяла ребёнка на руки. Девочка, мгновенно успокоившись, улыбнулась беззубым ртом.

— Как ты выросла, — ласково сказала я. — Такая большая уже. Скоро женихи проходу не будут давать. И глазки какие, как у папы, да?

У неё действительно были такие же глаза, как у Ксандра. Она вообще была, будто скопирована с него.

— Давайте её мне, госпожа, — тихо попросила служанка, и я отдала Эву ей.

Хорошо свекровь не была драконицей, а то перекусила бы меня пополам.

— Как это мерзко, — сказала она, садясь на мягкий диван. — Дети — самые мерзкие создания.

Она потрясла головой, так сильно, что её серьги угрожающе раскачались. Как ещё мочки не оторвались от такой тяжести.

— Ксандр, тоже когда-то был ребёнком.

Сказала я, тоже присаживаясь, но в кресло, ближе к двери, а то мало ли, бежать придётся.

— Хвала богам, у нас были деньги на кормилиц и нянек.

Вот как? Пожалуй, жизнь у Ксандра была та ещё. Хотя...Лучше кормилица. Лучше кто угодно, чем эта женщина. Как вообще Ксандр выжил?

— Зачем вы пригласили меня? У меня много дел, давайте перейдём к сути.

Свекровь вдруг выпрямила спину, ну ей-богу, как кобра перед броском вытягивается и раздувает капюшон.

Понятно, моя чуйка меня не подвела.

— Хочу, чтобы ты уяснила одну вещь деточка, Ксандр не вернётся к тебе, как бы ты ни пыталась!

Глава 52

Чашку с чаем я вынужденно поставила на низкий столик.

Если бы можно было закатить глаза внутрь черепной коробки, то сделала бы это. И с чего она вообще взяла, что я пыталась вернуть Ксандра?

— Госпожа, видимо…

Но договорить я не успела, свекровь бесцеремонно перебила меня.

— Тебе лучше забыть дорогу в этот дом. Потому как я не допущу, чтобы ТЫ вышагивала рядом с ним в такой важный для его карьеры день. Подумать только! Эта тупица Эвелин не могла родить раньше!

Возмущено, всплеснув руками, она затрясла головой, будто в припадке.

Оставалось только рот открыть от шока. Как женщина вообще могла говорить подобное.

— Так, нашли бы девицу мне на замену, я была бы не против.

Пожав плечами, я посмотрела на свекровь, мягко улыбнувшись.

На мои слова госпожа Девали лишь сжала губы в тонкую линию. Я изогнула бровь продолжая.

— Давайте я угадаю. Ни одна знатная семья не желает с вами иметь дело в таком щекотливом вопросе, а взять кого-то из приюта не позволяет ваша гордость?

Свекровь заёрзала, неужели я попала в точку?

Но почему тогда хочет избавиться от меня, если замены нет?

— А ты поумнела, — манерно отставив мизинчик, она взяла чашку с чаем. — На запугивания не реагируешь. Хорошо, я заплачу, скажи сколько тебе нужно золота, чтобы ты отказалась?

Было бы всё так просто. Если я «поведусь» на столь щедрое предложение, то получу неминуемую месть от Ксандра, а он очень чётко обозначил весь спектр проблем, что он мне создаст.

А ещё мне стало смерть, как интересно узнать, почему свекровь так отчаянно гонит меня из дома, тогда как плана Б нет, но просто так она не расскажет.

Я ощутила давно забытое чувство азарта, такое когда ты видишь карты сестры, потому что она сидит перед зеркалом и уже знаешь во сколько ходов навесишь ей «погоны».

— Вынуждена отказаться. У меня, видите ли, здесь поместье и дела идут в гору. Ксандр не самый плохой губернатор, он уже много сделал для города. Не хочу с ним ссориться. Иногда ради своего же блага стоит забыть обиды. Да и…весь город уже знает о моём воскрешении.

— Н-да, Ксандр постарался. А ты, как была бесхребетная, таковой и осталась. Когда Ксандр приволок тебя, немытую, из приюта, я была в бешенстве. Он ослушался меня!

О как! Нет, я знала, что мать мужа властная особа, но не настолько же.

— Как же он посмел? — игнорируя оскорбления, спросила.

Её слова теперь меня не трогали. Она оскорбляла Айлин, но я не она. Да, я в её теле, но у меня свой собственный характер и стержень.

— У него было блестящее будущее в политике, но он решил всё сделать по-своему, дерзкий мальчишка. Всегда таким был. Гены его отца, мерзавца.

Сказала как отрезала, а всё никак не могла взять в толк.

Разговор оставлял горький привкус, и я всё никак не могла нащупать верную ниточку.

— Теперь беспокоится не о чём. Он исполнил вашу мечту — стал губернатором, пусть маленького, но города. С войной покончено.

Женщина вдруг побагровела. Я даже оглянулась на дверь, может, стоит пригласить лекаря. Вряд ли в этом мире слышали про систолическое давление, но в этот миг оно зашкаливало.

А потом меня осенило. О-о-о-о! Вот же оно.

Маленький город. И не просто где-то, а в пригороде столицы. Места, куда её сын не попал. Его вышвырнули из столицы, но оставили подле себя, как собаку на привязи.

Мне вспомнились слова Кристиана. Покажет, какой он великий управленец, а потом уедет в столицу покорять более высокие должности.

Но для госпожи Девали это было унижение, которое она снести не могла.

Ведь всю свою жизнь она неистово боролась именно за то, чтобы смыть с себя тень позора, которую наложил на неё её же муж — заядлый игрок, что промотал всё своё состояние, оставив жену с ребёнком ни с чем.

И на невестке отыгрывалась.

Погодите-ка? Да ладно? Она реально настолько отбитая, что приехала помешать ему

Конечно, это была догадка, но тем не менее, зная её ресурсы как финансовые, так и людские…

Ой, мамочки. А что, если она решит убрать со своей дороги?

— Дорогой, а я решила помириться с дорогой невесткой.

Я вздрогнула. Непозволительно надолго ушла в размышления и не заметила, как зашёл Ксандр.

Он говорил, что пока я ему нужна, то мать будет помалкивать. Ну-у-у это я так поняла.

От дракона веяло привычным холодом, будто он только что с мороза зашёл.

— Ну-ну.

Процедил он, смерив меня взглядом, от которого будто сотни ледяных игл прошили тело.

— Я собирался посылать за тобой. Нас ждёт учитель танцев.

— Танцы, ах, как это прекрасно!

Я была восхищена. Какая же редкостно-коварная женщина. И ведь она прекрасно понимала, что, даже если я расскажу про запугивания и про предложенные монеты, Ксандр мне не поверит.

Я и до этого не улыбалась, а теперь и вовсе сникла. Кругом одни враги. Один чище другого!

Посмотрела на Ксандра и вдруг поняла, что он, пожалуй, меньшее из зол. А потом, как на канву легли слова Кристины, что у нас дома Ксандр вёл себя иначе.

Что ж, была не была.

— Ксандр, могу я тебя кое о чём попросить?

Глава 53

— Неслыханно, — возмутилась свекровь. — Милая, ты разве забыла, чему я тебя учила?

О, ну как же! Такую школу жизни забыть невозможность, но я молчала, дабы услышать «ценный» совет.

— Никогда ничего не проси у мужа. Он власть в доме, посчитает нужным, даст сам.

Брови взлетели сами собой. Ей-богу, этот цирк уродов нужно прекращать, иначе не сдержусь.

— Проси.

Насмешливо произнёс Ксандр, даже не отреагировав на слова его матери. Поборов внутренний протест, я взяла его под руку и вывела из комнаты.

Мы оба молчали, пока спускались вниз, но моё сердце буквально срывалось в бездну.

— Давай проведём урок танцев…у меня дома?

Медленно отпустив его руку, я сложила ладони одна на одну, на уровне пояса, при этом продолжая смотреть ему в глаза.

Ксандр удивился, но тут же скрыл эмоцию.

— Ты думаешь прогонять учителя танцев до твоего дома и обратно это хорошая идея?

Слегка нахмурившись, проговорил дракон, неотрывно смотря мне в глаза. Я чувствовала себя пришпиленной бабочкой, ну или кроликом перед удавом, но отступать была не намерена.

В его глазах красиво вспыхивали искры, то золотые, то серебряные, придавая взгляду гипнотическую проникновенность.

Когда Ксандр заявился в приют и сообщил, что желает взять Айлин в жены, то она упала в обморок. Эта новость застигла  её за мытьём посуды, и она упала прямо там на кафель перед раковиной.

Наверно, именно в этот момент бедняжка повредила мозг, раз разрешила над собой так издеваться. А, может, дело было в другом. Никому не нужная сирота. Без будущего. Без приданного. Не самая красивая. Не самая умная. Одни словом заурядная донельзя.

И он…

В военной форме, с копной белоснежных волос, собранных в низкий хвост. Суровый и взрослый.

Девчонки умирали от зависти, когда она, прижимая к себе котомку с вещами, покидала приют, держа под руку его.

Любила ли Айлин его? Да, с первого взгляда полюбила. Она была готова молиться на него как на бога.

Жаль, только он не оценил…

Перед глазами будто зарево полыхнуло, и я вернулась из воспоминаний.

Ксандр ждал моего ответа. Интересно, надолго я провалилась в воспоминания. Честно, лучше бы я ничего не помнила. Вот правда. Может, не было бы так горько.

— Господин учитель танцев не почувствует дискомфорта, проехавшись в карете несколько минут.

Теряя уверенность, произнесла.

— А если дом не пропустит?

Вздрогнула, неосознанно делая шаг назад. И прежде чем я успела что-то сказать, Ксандр опередил меня.

— Про это весь город знает. А твой послужной список помимо главной развратницы сезона пополнился. Люди говорят, что ты ведьма и мне приходило уже несколько обращений от разных людей, чтобы проверить твой дом на предмет запрещённой магии.

Я аж рот открыла. Вот те на! Ведьма?! Они совсем ополоумели?!

— Твои эмоции всегда у тебя на лице. Я отказал им в проверке, потому как дом заперт вполне себе обычными чарами, усиленными магией владельца. Скорее всего, Эрик Эванс отдал магии дома что-то очень ценное. Да и я, сколько бывал у тебя не чувствовал угрозы, а насколько ты помнишь я дракон. И моя вторая сущность очень явственно чувствует угрозу.

Вот это он разговорчивый сегодня.

Я лишь пожала плечами. А что ещё сказать. Людям всегда нужно находить предмет для сплетен. Что этот мир, что другой, разницы нет.

Поджав губы, уже не надеясь на то, что мы поедем ко мне домой, Ксандр вдруг положил ладонь мне на талию и подтолкнул к выходу.

— Раз ты просишь, то проведём урок у тебя дома. Тем более мне там удивительно спокойно.

Последние слова он проговорил почти себе под нос, но я смогла услышать. Конечно, виду не подала, но пазл в голове буквально складывался и щёлкал пазами.

Добрались мы быстро. Учитель танцев оказался милейшим господином и сразу согласился приобщиться к природе, а заодно угостится вкусным вареньем, которое я недавно привезла с завода.

Берта, как увидев процессию, тут же разгладила руками фартук и сделала реверанс.

— Господин губернатор, это честь для нас.

И когда он успел расположить её? Ведь я же рассказала ей, какой он мерзавец. Покачав головой за спиной Ксандра, я сложила руки на груди.

— Добрый день, Берта. Мы проведём урок танцев, не могли бы вы показать господину самое просторное помещение в доме.

Учитель танцев, держа в руках магграмофон, засеменил за Бертой что-то ей воодушевлённо рассказывая.

А я…

Жадно смотрела на Ксанда, пытаясь понять, с какого момента он начнёт вести себя по-другому. Чёрт подери! Наверно, я была слишком глупая, раз поверила словам ребёнка, который за любое доброе слово могла подружиться.

Дракон осмотрел новые окна и удовлетворительно кивнул.

— Спасибо, — просто поблагодарила я. — Я не сказала тебе в прошлый раз.

Ветерок коснулся белоснежных волос мужчины, и он вдруг улыбнулся мне. Его глаза изменили цвет, в них стало больше тёплых оттенков, а надменное и холодно выражение лица исчезло.

Это было странно. Очень странно. Что за перемены в его поведении?

— Господин губернатор, — пропищала Кристина, подбегая к нему. — А у меня новая кукла, смотрите.

Она тут же сунула в руки Ксандру игрушку. Я уже

— Ксандр. Я же просил звать меня так. Нужно будет привезти Эву ненадолго. Поиграешь с ней?

— Я с радостью, — просияла девочка, принимая куклу обратно.

Ксандр уверенной походкой зашёл в дом, а я взяла Кристину за руку.

— Кристина, — прошептала я. — Скажи, ты магическим зрением не видишь ничего странного в Ксандре?

Девочка посмотрела на меня взрослым взглядом и потом также тихо произнесла.

— Думала, никогда не спросишь…

Глава 54

От предвкушения, что я узнаю причину странного поведения Ксандра, у меня закололо на кончиках пальцев.

Облизнув пересохшие от внезапного волнения губы, я превратилась в слух.

Кристина приподнялась на носочки и зашептала мне прямо на ухо, как самую страшную тайну в этом мире.

— У него красивые золотые потоки магии. Мне нравятся.

Хорошо она не видела, как округлились от удивления мои глаза.

Я чуть не спросила у неё, что разве это странность, но девочка продолжила.

— Но когда мы были у него дома, в тот миг, когда он принимал Эву в свой род, я заметила странность. Чёрные нити, опутывающие главный магический поток.

— У нас дома эти чёрные нити есть?

Кристина молча покачала головой. Загадкой стало больше, но мои наблюдения подтвердились. С драконом что-то было не то. В его магический поток кто-то вмешивается и происходит это у него дома. Отсюда и странное поведение: хмурый и холодный, против жизнерадостного и весёлого у меня дома.

Если подумать, то за то время, что он был в браке с Айлин, дракон всегда был в версии один точка ноль, в воспоминаниях женщины не было ни одного намёка на нежность и радость. Всегда одно и то же хмурое выражение лица и пронизывающий холод во взгляде, будто он смотрел не на свою жену, а на пустое место.

Даже во время занятий любовью, которые были и так крайне редки, он брал её из позы, когда она не могла на него смотреть.

Хм…

— Ты умница, — похвалила девочку, — иди играй.

Кристина убежала, а я зашла в гостиную.

Так вышло, что она была самой просторной среди всех комнат. В ней не было мебели, и поэтому магграмафон учитель поставил на подоконник.

Из него лилась приятная мелодия, и я, ни разу не слышавшая в этом мире музыку, заслушалась.

— Где учитель? — спросила я у дракона, что стоял, скрестив руки на груди, и смотрел прямо на вишнёвый сад.

— Пьёт чай с Бертой, — спокойно ответила мужчина. — Пока его ждём, можем станцевать.

Повернувшись ко мне корпусом, он протянул мне ладонь открытой стороной. Так приглашали на танец и в моём мире, и я, вложив ладонь в его, когда подошла ближе.

Я хотела сохранить дистанцию, но Ксандр положил руку на мою талию и потянул на себя, впечатывая меня в своё тело.

Из груди вырвался возмущённый выдох.

— Не обязательно меня так к себе прижимать.

Прошипела я, буквально вцепившись в его ладонь своими ногтями.

Ксандр глухо рассмеялся, а потом медленно повёл меня в танце. Я не знала местных танцев, но, видимо, тело помнило необходимые движения.

Каждый поворот. Каждое па. В такт нежной мелодии.

— Обязательно. Не забывай, что ты моя жена, а люди — это хищники, которые тут же почувствуют твой страх и навязанное нахождение там. Ты хозяйка дома и должна будешь вести себя, как подобает. Спокойная, вежливая, не суетливая, уверенная в себе. И это в тебе есть. А чтобы тебе было проще: представь, что моё назначение на должность происходит у тебя дома.

Я не удержалась, и смешок вырвался из меня.

— Я сказал что-то смешное?

— Нет. Просто за те три года, что мы были женаты, ты впервые говоришь мне столь длинное предложение.

Ксандр рассмеялся, и мелкие морщинки у глаз прыснули в разные стороны лучиками, а на дне его глаз загорелось магическое пламя. В это самое мгновение он выглядел очаровательным мужчиной, который мог улыбаться и быть рассудительным.

Чёрные нити в магических потоках? Что же это может быть?

Нахмурилась, и дракон тут же замедлил темп. Участливо спросил.

— Всё в порядке?

— Да. Вспомнила, как твоя мать сегодня утром предлагала деньги, чтобы я не участвовала в этом фарсе. Ты знал, что она хочет, чтобы ты не стал здесь губернатором.

На солнечный день набежала тень. Ксандр свёл брови и стал похож на того мужчину, что я видела чаще всего: угрюмого, внушающего страх.

— Она не единственная. — сделав паузу, мужчина спросил. — Взяла золото?

Он тут же остановил танец, а потом отошёл от меня, мотнув головой, будто сбрасывая наваждение.

— Нет. Ты же меня из-под земли достанешь и заставишь пожалеть о моём решении.

Спокойно констатировала факт.

— Не демонизируй меня.

— Кто ещё?

Проигнорировала его слова, спросила.

— Всех врагов я держу подле себя. Под крыльями.

Покачала головой. Любит же дракон непонятно изъясняться, неужели так трудно удовлетворить моё любопытство?

— Для меня там место нашлось?

Слегка толкнула его своим плечом в его. Дракон фыркнул.

В эти мгновения он выглядел как простой человек со своими горестями и трудностями. Без налёта пафоса и высокомерия. Лишь переливающаяся радужка глаз говорила, что передо мной дракон.

— Каждый преследует свои цели. Мои враги в том числе. В Форвейте я не просто так. Прямо за городом месторождение гелиосопа. По моим данным, второе в империи. Редкий камень пытались добывать, но так как не было специальной техники, бросили это дело, а потом и вовсе состряпали доклад, что оно пустое и не подлежит разработке. Оно официально моё, и добыча создаст много рабочих мест для местных мужчин. Столица пусть остаётся у тех, кто туда так неистово рвался.

Вот, значит, какой план. Хм. Значит, не сослали.

— Почему ты уверен, что доклад — подделка?

— Кому-то было выгодно замять к нему интерес. Я провёл собственное исследование, просто ради интереса и был поражён.

— Почему не объяснить это матери? Ведь ты же станешь богатейшим драконом.

Ксандр ничего не ответил, лишь покачал головой.

А я решила, что раз уж на то пошло, то нужно рассказать всё.

Глава 55

— Ксандр я хочу сказать тебе кое-что ещё.

Я думала, мне будет сложнее. Подумать только, я помогаю ему.

Должна была люто ненавидеть, желать страшных кар

Зачем я это делала?

Не из-за страха точно. Может, хотела какой-то предсказуемости?

В постоянно меняющемся мире мне хотелось стабильности, как никому другому. Оттого хотела, чтобы Ксандр либо был нормальным и адекватным, либо зверем.

Я подстроюсь, но мне нужно было знать, к какому Ксандру подстраиваться, тем более, как я поняла, из Форвейта он никуда не собирается уезжать.

Но Ксандр лишь покачал головой, а потом приложил палец к моим губам.

Из магграмофона потекла удивительная мелодия. От переливов звуков у меня защемило сердце, настолько она была пронизывающая.

— Не откажи.

Широко раскрытыми глазами я смотрела на Ксандра.

Дракон подошёл ко мне и положил ладонь на талию. Я не положила руку ему на плечо, как и вторую не вложила в его ладонь.

Они так и висели вдоль тела, когда Ксандр сделал первый шаг.

Остро ощутила ребро ладони на моих лопатках. Обжигающе горячо.

Мысли как стая птиц упорхнули в небеса, и я растворилась в танце. В этой божественной феерии звуков. Я не слышала ничего прекраснее, чем эти аккорды. Я никогда так не танцевала, отдавая всю себя танцу.

На лице Ксандра то и дело вспыхивали чешуйки, а глаза стали похожи на расплавленный янтарь.

Дракон обнажил свою душу в этом танце, и я смутилась.

Придуманная причина помощи стала смешной. Ксандр был очаровательным мужчиной, когда хотел этого, когда ему было это нужно.

Прежде чем, румянец тронул мои щёки, я отвела взгляд.

Нельзя было на него смотреть. Его красота была ядовитая. Он отравит меня, вопьётся острым шипом прямо в душу.

Как уже было с Айлин. Нельзя забывать, что он с ней сделал. Люди не меняются. Как только я стану ему не нужна, он сразу же перестанет ездить в мой дом и смотреть проникновенно в глаза.

Вот и хорошо. Так будет только лучше. Мне и душе Айлин, которая, я надеюсь, обрела покой.

Вот только…обрету ли покой я?

Музыка закончилась и магграмофон захрипел.

— Надеюсь, теперь ты убедился в том, что я не забыла, как танцевать? Что ещё у тебя осталось по программе?

Скептически изогнула бровь.

Ксандр не отпустил моей талии, он смотрел мне в глаза долгим пронизывающим взглядом, но не говорил ничего несколько бесконечно долгих мгновений.

— Ты что-то хотела мне рассказать.

Я и право уже засомневалась, стоит ли. Но как говорится, сказал А, говори и Б.

— С твоей магией происходит что-то странное. Кристина видит магические каналы магов и драконов — это её дар. Она видит…

Рука соскользнула с талии, дракон остановил меня жестом, а его  лицо дракона сразу же стало будто высеченным из камня.

Не поверил? Ну, конечно, посчитал, что я наговорю страстей из-за какой-нибудь очередной выгоды.

У него было причин доверять мне, но, собственно, меня это не должно было волновать. Пусть распоряжается этой информацией как хочет.

Я сказала, а уж что он будет думать дальше не моя забота.

По его лицу пробежали чёрные чешуйки, а в глазах полыхнуло огнём, дракону явно что-то не понравилось.

Ксандр нахмурился, а потом сказал убийственно спокойным тоном.

Ха. Представила истеричного дракона и стало смешно. Ксандр рвущий белоснежные волосы от вмешательства в его магию, но нет. Строг и спокоен.

— Можешь её пригласить?

Напряглась. А это ещё зачем?

— Что ты собираешься сделать?

Чисто материнский инстинкт сработал как надо, шагнула вбок, закрывая собой проход в холл.

— Спокойно, Айлин. Я просто спрошу, что она видит. Я понимаю, что ты знаешь, но твоя магия только проснулась, и многих вещей ты можешь просто не понять.

Скрепя сердце я позвала девочку, которая ни на минуту не смутилась от просьбы «просканировать» дракона, а ещё в красках расписала, что она видит.

В процессе разговора с Кристиной он задавал уточняющие вопросы, как именно выглядят чёрные нити, откуда их центр, но как мне показалось, это сильно озадачило его.

Девочка непременно упомянула, что именно у нас дома с его магией всё в порядке.

Ксандр лишь мягко улыбнулся на её слова, но улыбка тут же сползла с его губ, а на скулах появились желваки.

— Ты очень одарённая девочка. Вырастешь, обязательно будешь учиться в лучшей академии магии.

Меня резануло как по живому. Я желала лучшей судьбы для бедного ребёнка, пережившего предательство близких, но так, чтобы оплатить обучение в лучшей академии магии. Внутри сжалось от неприятного чувства собственного бессилия.

— Правда? Айлин, ты слышала.

Поджав губы, я просто кивнула, а что я могла. Дети магов и драконов поступали в образовательные учреждения в возрасте семи лет. За два года накопить необходимую сумму для поступления — это надо сильно постараться. Айлин знала, что многие копят буквально с рождения ребёнка. Теперь это знала и я.

Когда Кристина убежала, я спустила на Ксандра «собак».

— Зачем ты говоришь такое? Она будет чувствовать себя обманутой после того, как не попадёт на учёбу в эту академию магии.

— Почему она туда не попадёт? Не понимаю.

— Так, год обучения там стоит баснословных денег!

— Я не прошу тебя оплатить её обучение, и если я сказал, что она, будет там учиться, значит будет!

Глава 56

После нашего разговора с Ксандром прошло два дня.

Два дня тишины, не в буквальном смысле, конечно, но со стороны губернаторского дома даже ветер не дул.

Рабочие закончили ремонт крыши и пола, и дом погрузился в вязкую тишину, нарушаемую лишь разговорами, да звоном вёдер, в которых мы таскали воду, чтобы отмыть новые полы.

Кристине я не стала говорить о том, где она будет учиться. Мало ли Ксандр обманет или передумает. Но и без того Кристина болтала не замолкая о том, как господин губернатор её позвал и как она рассказывала ему про его магию.

Ах, какой он прекрасный! Ах, какой он чудесный!

Мы подтрунивали её, мол, не влюбилась ли она? На что девочка становилась красная как помидор и тут же убегала. Смешная.

Я тоже помнила, как безоговорочно влюбилась в солиста известной в девяностых группы. Втайне от мамы я собирала вырезки из газет и журналов, а когда у меня появился свой магнитофон то затёрла кассету с его песнями до дыр.

— Не мог он так с тобой поступить! Ты врушка!

Заявила мне Кристина, и я всерьёз обеспокоилась таким поведением. Одно дело глупо хихикать, другое вот так обвинять взрослого человека. Но нужно было

— Он стал таким хорошим, что я уже сомневаюсь, правильно ли я поняла, то, что произошло тогда дома, — сказала я, в надежде замять истерику.

Девочка вдруг сморщила носик, но уже весело сказала:

— Теперь замуж за него пойду я!

На этом конфликт был исчерпан, и мы перестали упоминать Ксандра.

Про него вспомнила Берта.

— Что-то давно Ксандра не видно? Не случилось ли чего?

О! Да, тут как ни погляди, фан-клуб намечался. Я лишь усмехнулась и не стала спрашивать, зачем нам ещё килограмм соли, когда Берта собралась на рынок. Пусть пройдётся, сплетни послушает.

Тем более мне было чем заняться. Ко мне приехал господин Форле и привёз платье на примерку.

У меня дрожали пальцы, когда он не спеша раскрыл футляр, и явил на свет платье от которого не только у меня перехватило дыхание. Нора ахнула и тут же закрыла рот ладонью.

— О! Айлин, оно ещё не доделано, не судите строго.

Нора помогла мне одеть платье. К несчастью, в доме не было зеркал, но по лицу Норы и Бернарда я поняла, что платье удалось.

Коснувшись огрубевшими ладонями по нежной ткани, я тяжело вздохнула.

— Мне нужны будут перчатки. Право, я кого-нибудь оцарапаю своими мозолями.

— Перчатки будут, не переживайте. Пока нам нужно определиться: стоит ли где-то ушить, прикрыть и прочее. А дальше я примусь за вышивку, точнее, моя супруга, она мастер в этой работе. Также она пришьёт тончайшее кружево на рукав и по линии декольте.

Затрепетала внутри от осознания, что платье будет ещё краше.

— Вы успеете до бала? Он состоится в первый день выходных.

— Не переживайте, я не позволю быть вам не наряженной. Только одно не могу взять в толк. Как же вы обманете прислугу и наденете моё платье?

Я понятия пока не имела, но как показывает практика, я обязательно что-нибудь да придумаю.

Господин Форле не остался на чай и уехал в столицу, а я задумчиво подошла к окну.

Жизнь словно разделилась на до и после. Я ждала этого бала, как значимое событие в своей жизни. Словно после него моя жизнь станет ещё лучше. Свободнее.

— Он же будет заезжать к нам, как раньше?

Вдруг спросила Кристина, которая тихо подошла ко мне.

— Эм...

Не знала, что ей сказать, потому что не была в этом уверена. Скорее всего, Ксандр будет заниматься государственными делами, а также разработкой месторождения.

А мы будем дальше восстанавливать дом и жить.

Наши параллельные прямые никогда больше не пересекутся. Но ведь это хорошо? Правда?

— Конечно, малышка, он никогда про тебя не забудет. Ты же так помогла ему.

Кристина насупилась, но не успела ничего сказать, потому что в комнату ворвалась Берта.

— Вот вы где? Я та-а-а-акое узнала!

Глава 57

Прибыв домой, я закрылся в кабинете.

Мне нужно было обдумать, услышанное в доме Айлин, а ещё посоветоваться по магическому зеркалу со своим другом — виконтом Ноэлем Безилом, который входил в лекарский корпус императорского дворца, и часто приходил мне на выручку.

Помню, когда Эвелин сбежала, и вскрылся обман с меткой истинности, именно Ноэль подсказал, как можно быстро очистить организм от отравы, что пила Эвелин.

Моего компаньона, который был одурманен приворотом, мне пришлось временно усыпить, но только благодаря другу наваждение под названием «истинность Эвелин» спало.

Я надеялся, что он поможет мне и в этот раз.

— Подожди, то есть до момента пока Айлин не рассказала тебе, что эта девочка видит нарушения в твоих магических потоках, ты ничего не чувствовал?

Лицо друга вытянулось от удивления, но он тут же вернул ему спокойное выражение.

— Хороший вопрос. Что я должен был почувствовать?

Спросил с лёгким раздражением, будто каждый день кто-то вмешивался в мои магические потоки, и я знал симптомы.

— Это тонкие материи, так что наверняка тебе никто не скажет. Скорее это связано с эмоциями. Смех после слёз, как пример.

Покачал головой.

— Я что баба? Смеяться и плакать одновременно? Это как вообще?

Я мужчина, да к тому же бывший генерал, что я должен был понять и почувствовать? В моей жизни всегда всё было стабильно и понятно, я никогда не испытывал каких-то ярких эмоций. Холодный расчёт и прагматичный подход были основой моей жизни. Благодаря этому я смог вытащить свою семью из череды долгов и выкупить заложенное отцом имущество. Меня не мучили муки совести, когда я шёл по головам.

А разве у кого-то было по-другому?

— Я чувствовал лишь перемены настроения. Но кто им не подвержен? Ноэль, скажи насколько это может быть опасно?

— Так, сразу не соображу. Одно я знаю точно, в тех образцах крови не было следов приворотного зелья. Значит, это не взаимосвязано. Да и кто достаточно силен в твоём окружении, чтобы влиять на магию дракона?

Я подумал о том же. Это должен быть либо сильный маг, либо дракон. Ни того ни другого в непосредственной близости к моему телу не было.

Когда погас экран магического зеркала, я впервые заставил себя отделить одни эмоции от других. Задумался, попробовал каждую эмоцию на вкус. Чем отличалось моё поведение в доме Айлин, оттого, что я чувствовал дома.

А потом почти физически ощутил, будто кто-то насильно выбивает из меня те крупицы тепла, что я принёс из дома Айлин. Смешно, но это так и было. Как в комнату, жарко натопленную врывается ледяной ветер и уносит тепло с собой.

Отложив зеркало, почувствовал безразличие ко всему происходящему. Зачем я вообще связался с Ноэлем? Это же просто перемены в настроении. А то, что сказала Кристина — так ведь она ребёнок могла и ошибиться.

Темнота и холод.

Глупости — это всё. Нужно заняться делами.

— Господин, позвольте?

В дверь постучали, и в кабинет зашла служанка, которая держала на руках мою дочь.

— Простите за вольность, но вы должны это увидеть.

Я повернул голову, нахмурив брови. С каких это пор служанки вот так могут заходить и отвлекать меня от дел?

Служанка тут же сгорбилась, будто захотела стать меньше в росте, незаметнее, но не отступила.

Девушка подошла ко мне и сказала.

— Эва стала улыбаться. Смотрите.

Дочка, мгновение назад смотревшая на меня серьёзным взглядом генерала драконов, вдруг растянула губы в улыбке, обнажая беззубый рот,

Я взял ребёнка на руки, и Эва заливисто засмеялась. От её звонкого смеха что-то натянулось внутри меня, а потом лопнуло с оглушающим треском по барабанным перепонкам. Дезориентированный на миг, я лишь крепче прижал малышку к себе, понимая, что тот, кто творить надо мной эту страшную магию, сегодня потерпел поражение.

— Собери Эву, я хочу с ней прогуляться.

Служанка унесла дочку, и я, отодвинув бумаги по разработке месторождения, встал со своего места.

В дверях встретил свою мать.

— Ты куда?

— Пойду прогуляюсь с Эвой. На улице хорошая погода.

Но мать упёрлась ладонями в мою грудь.

— Стоило тебе связаться с этой мерзавкой Айлин, как ты совсем обезумел! Ну кто?! Кто гуляет с ребёнком, если есть прислуга. Не забывай твой статус, сын. Ты губернатор, пусть и такой вонючей дыры, как этот город. Что скажут люди? Что губернатор вместо того, чтобы заниматься делами города, поплыл и гуляет с коляской?

Мягко убрал её руки, а внутри резануло, как по живому. Дракон зарычал внутри меня, приподнялся недовольный поведением матери.

Раньше она себе такого не позволяла. Пользовалась моим положением, она жила в столице припеваючи: собирала своих подруг на воскресный чай, проводила литературные кружки, где они читали любовные романы, посещала балы в сезон. В мои дела мать никогда не лезла, оттого меня напрягло её вмешательство в последнее время.

Уже открыл рот, чтобы корректно осадить её, как увидел Отиса, что почти бегом поднимался по лестнице.

— Господин…господин…нашли беглянку…

Глава 58

Сбежавшую Эвелин нашли и привезли в дом губернатора.

Берта ругала её, на чём свет стоит весь остаток дня.

А я…я испытывала противоречивые чувства.

С одной стороны, мне было её не жаль: она бросила своего только что родившегося ребёнка и сбежала из дома, напала на меня, пыталась выдрать мне волосы.

За что вот только? Неужели подумала, что я «воскресшая» с того света, составлю ей конкуренцию? Смешно.

С другой стороны, одна моя часть надеялась, что Эвелин увидев свою дочь, поймёт, что натворила.

Ведь подделка истинной связи, страшное преступление и что-то мне подсказывало, что Ксандр не позволит выставить его дураком, который спустит подобное с рук.

Но он мог бы смягчить приговор. Например, отправил бы её полудохлую помирать туда, откуда она вылезла.

Одним словом, страшной кары для Эвелин я не желала.

Когда я попала в этот мир, я ненавидела Ксандра, за то, как он жестоко обошёлся с бедной Айлин.

Ненавидела Эвелин, ведь если бы не она, то Айлин не отправили с больным сердцем из дома, а оказали бы помощь.

Может быть, я бы не умерла. Продолжала бы жить в своей коммуналке, работать в супермаркете и…влачить бесцельное существование.

Последние слова в мою голову будто кто-то вложил.

Может быть, это были мои собственные мысли, но стало страшно, потому что я не думала в таком ключе. Воспринимала попаданство, как нечто ужасное, но именно в этом мире я обрела дом, близких мне Берту и Кристину, помогла господину Форле с его заводом консервации, выбила будущее Эвы.

Уф какая я деятельная оказалась!

А так и не подумала бы. Разве вечно уставшая Алина, жившая по принципу «день прошёл и слава Богу», похожая больше на бабочку-однодневку смогла бы всё это сделать?

Наверно, если бы я осталась в том мире, то не смогла.

Незаметно наступил вечер. Берта увела Кристину умываться и ложиться спать, а я, захватив свечу, поднялась в кабинет дяди.

Что я там делала? Вот уже второй день я поднималась сюда и подолгу рассматривала символы на полу, обдумывала.

Я никогда не была халявщицей или охотницей до дармовых денег, но сам факт, что мы ходим, возможно, по сокровищам не давал мне покоя.

Мы могли бы встретить зиму в благоустроенном доме со штатом прислуги, но я понятия не имела, куда мог Эрик Эванс спрятать свои сокровища.

Дом защищал тайны своего владельца и даже намёка дать не мог. Огонёк свечи дрожал при каждом моём шаге, бросая странные отсветы на стены, а в углах клубилась темнота.

Смело шагнув в центр, прямо туда, где я видела магический клубок. Присела на корточки, провела ладонью по крашеным доскам. Защитный рисунок был нарисован на более яркой краске, нежели которой был выкрашен пол во всём кабинете.

Скорее всего, здесь просто лежал ковёр.

Полы выцвели и стёрлись от времени, но не это место.

Когда жена Эрика выносила имущество, она забрала и его.

Интересно, зная, что у мужа столько золота, потребовала она свою долю? Или то, что она начисто выскребла дом, было эдаким актом бессилия. Хоть что-то, но унести? На это никто мне никогда не ответит.

Простучала доски на предмет пустоты под ними, но не услышала ничего отличного. Эх. Тот ещё из меня кладоискатель.

Мне ничего в жизни не доставалось легко, чтобы раз и с неба свалилось. Всего приходилось достигать собственным упорством и трудом, так что я не сильно расстроилась.

Тяжело вздохнув, встала с пола и отряхнула платье.

Не буду же я переворачивать дом кверху дном, чтобы найти сокровища. Их вообще давно могло не быть, в конце концов Эрика считали чудным.

После того как я успела подумать об этом, огонёк свечи вдруг вздрогнул и потянулся в сторону стены, будто в комнате появился сквозняк.

В этом доме никогда и ничего не бывало просто так и я с интересом подошла к стене, но, собственно, стена выглядела как стена.

Обои в одном месте были ярче, значит, здесь что-то висело — возможно, портрет, а ещё махрились с одной стороны. Стукнула костяшками пальцев, и вдруг меня окатило волной жара, потому что звук был глухой.

Сердце застучало чаще.

Шагнула ближе и рассмотрела это место, а потом потянула за одну из махрушек. Обои там держались на честном слове, и под ними я увидела край деревянной панели. Каменные стены и деревянная панель.

Ощупала ей и почувствовала, что подушечки пальцев за что-то цепляются, какой-то острый край. Уцепившись за него ногтями, попыталась потянуть, но не тут-то было.

Даже если я нашла сейф Эрика, то если бы его было так просто открыть, то сокровища могли вытащить и рабочие, что вертелись здесь почти неделю. Не думаю, что старый Эванс, так боявшийся недругов, оставил свои сокровища без защиты.

Закрыла глаза и попыталась снова увидеть магию дома. Вышло легче, чем в прошлый раз. Снова нити, снова этот жутковатый красный

Как открыть? Задала я вопрос в своей голове и приложила ладони к стене. Я действовала инстинктивно, но, как оказалось, моя магия была пропуском. Из моих ладоней вырвалось зеленоватое свечение, которое впиталось в стену, и её часть прямо на моих глазах, открылась подобно двери сейфа, показывая небольшую нишу.

А в самой нише….

В углублениях стояли небольшого размера сундучки. Я насчитала восемь штук.

Руки дрожали, когда я взяла первый попавшийся. От волнения в горле пересохло, когда я увидела, что он наполнен разнообразными камнями.

С громким хлопком закрыла его и тут же поставила на место, а потом закрыла нишу и привалилась спиной. Сердце громыхало в груди, норовив пробить рёбра, а во рту стало сухо, как в пустыне.

Наследство старого Эванса всё время было рядом в самой загадочной комнате, и я только, что нашла его.

Глава 59

Когда улёгся первый шок, я провела тщательную ревизию. Открыла каждый сундучок, что смогла, пересчитала, в чём была не осведомлена, например, сколько стоят драгоценные камни, просто взяла на карандаш, чтобы узнать.

Мне хватило знаний, чтобы понять: Эрик Эванс не врал! В сундучках было целое состояние, которое действительно позволило бы мне не просто выкупить титул, скажем, графини, но и открыть собственное дело.

Взбудораженная находкой, я легла очень поздно и само собой, проспала.

Берта никогда не будила меня, но в этот раз почему-то поступила иначе.

— Айлин, просыпайся, у нас гости.

Тихо сказала она, коснувшись моего плеча. Спала я чутко и тут же открыла глаза.

— Доброе утро. Кто прибыл?

Резко спросила я. Если Берта нарушила утреннее правило, значит, меня требовали.

Дом пускал только господина Форле и Ксандра. Так что можно было не волноваться.

— Господин губернатор с дочкой.

Улыбка появилась на моих губах. Я давно не видела Эву. Она наверно, подросла. Сколько раз хотела попросить у Ксандра разрешения прийти повидать её, но бесконечные дела, связанные с домом будто, не хотели выпускать меня.

Я надела платье и причесала волосы, чтобы выглядеть опрятно. Берта сказала, что они на улице с Кристиной.

Я вышла, как раз когда девочка с коляской удалялись по тропинке сада. Для Кристины Эва была живой куклой, но я не сомневалась в девочке, с ней Эва в полной безопасности.

— Здравствуй, Ксандр.

— Доброго дня, Айлин.

Поздоровался дракон. Я заметила, что выглядел он откровенно плохо. Под глазами залегли тёмные круги, а кожа на лице будто натянулась и стала неприятного землистого цвета. С мужчиной что-то происходило.

Меня не должно это было волновать, но…кого я обманывала, я напряглась, забеспокоилась.

— Чем обязана?

Берта уже гремела посудой, накрывая стол на улице. Ксандр, будто спохватившись, помог ей вынести стулья, практически сделав это один. А потом сел на стул, глубоко вдохнув летний воздух.

— После того как ты рассказала, что с моими магическими потоками происходит что-то неладное, я обратился за помощью к своему другу Ноэлю, ты должна его помнить.

Озадаченно присела рядом на стул. Бровь изогнулась в удивлении. Это что сейчас происходит? Бывшая жена не то что нынешняя, она знает тебя дольше?

— Ты наверно думаешь, что я сошёл с ума, раз рассказываю тебе это? Но, кроме тебя и Ноэля мне не с кем больше об этом поговорить.

Кивнула соглашаясь. Что-то больно кольнуло в области сердца. Какие бы отношения в прошлом нас ни связывали, но я не желала ему смерти. В сердцах, возможно, но по-настоящему нет.

— Это магическое вмешательство извне. Кто-то делает это уже очень много лет через артефакт.

— Ксандр, у тебя много завистников и врагов, но кто будет воздействовать на твою магию так сложно? Может быть, Ноэль ошибся и это Эвелин со своей подделанной истинностью?

Ксандр отрицательно покачал головой.

— Я тоже так подумал, но нет. К тому же сама Эвелин под сывороткой правды рассказала, что её целью была истинность с драконом. Эта ведьма, что дала зелье, наплела ей, что у неё родится сын, а в итоге, когда увидела девочку, поняла, что дело дрянь.

Облизнула пересохшие губы.

— Ты отправил её на…

— Нет, — перебил меня дракон. — Я уже не понимаю, где я настоящий, а где чудовище под чужим воздействием.  Год назад отравил бы прошение на казнь без раздумий, но теперь, смотрю на Эву и понимаю, что не смогу смотреть ей в глаза, понимая, что убил её мать.

Спину обсыпало противными мурашками. Берта уже накрыла стол и ушла в дом, и я поспешила сделать глоток горячего чая. Мне вдруг стало неуютно в своём теле, к горлу подкатил ком.

Он спас Эвелин от казни. Сожалел ли он так по погубленной жизни Айлин?

Моё лицо всегда было говорящим, сдержать эмоции сейчас было трудно. Слова так рвались наружу.

— Значит, ты спас её?

Горько спросила, отводя взгляд.

— Да. Она получила наказание, пять лет обязательных работ на краю империи. Там сейчас восстанавливают военный гарнизон и нужны «руки». Думаю, ей хватит времени подумать, что она натворила. Что с тобой Айлин?

Как оказалось, не отболело? Не отпустила я ситуацию. Не приняла. Мне было больно оттого, что он сделал с Айлин, со мной, ведь теперь в её теле была я.

А раз так, лучше всё прояснить и будь что будет.

— О том, как отправил насмерть свою жену совесть не гложет?

Глаза Ксандра вспыхнули золотыми искрами. Чёрные чешуйки тут же покрыли скулы. О да, дракон, тебе тоже это не понравилось?

— Айлин, у драконов есть закон — если появляется истинная, то мы обязаны расторгнуть все имеющиеся отношения. Ты знаешь это. Я отправил тебя с золотом, и не просто на улицу, а велел отвезти тебя к родственнику. Не мог же я знать, что он год назад скончался.

Действительно!

Ксандр взял мою ладонь в свою, но я тут же её выдернула.

— Ты до сих пор меня любишь?

А?! Округлила глаза, но только потом поняла, что это выглядело именно так. Будто я вспылила, что за столь страшное преступление Эвелин просто отправили на работы в обустроенный гарнизон, а меня выкинули из дома. Но я ведь…

Лицо вспыхнуло краской.

— Айлин умерла в ту ночь. Ты убил её своим безразличием и холодностью. Вместе с ней умерла любовь к тебе.

Чёрт! Мой длинный язык. Я еле вырулила из опасной ситуации. Нет. Нельзя рассказывать, что я попаданка. Никогда.

Но как говорится

Глава 60

Лицо Ксандра сразу стало нечитаемым. Ругая себя за эмоции, я отвернулась в сторону, якобы чтобы посмотреть на Кристину, на самом деле буквально давилась гадким чувством, что я упустила контроль и чуть не выдала свою тайну.

Внезапно мою ладонь накрыла горячая мужская ладонь. От прикосновения меня будто пламенем опалило, но произнесённые дальше слова заставили отвлечься от этих ощущений.

— Я виноват перед тобой, но ничего уже не исправить.

Тяжело вздохнув Ксандр, убрал свою ладонь с моей, а потом встал со стула, так и не выпив свой чай.

Сейчас он не выглядел как жестокий и бессердечный человек. Упрямый, властный, невыносимый, но не «отбитый отморозок», как бы сказали у меня на районе. Его слова были искренними. Не знаю, на каких тонких уровнях, но я почувствовала это. А ещё кончики пальцев закололи от магического импульса, будто моя магия в тот миг дала сигнал.

Голову посетила вполне логичная мысль.

— Что, если это воздействие артефакта? Я правда не понимаю, как в человеке могут уживаться настолько разные личности. Холодный и уравновешенный бывший генерал, который идёт к своим целям по головам и способный к состраданию и искренней любви.

Высказала свои мысли, что ж теперь гори сарай, гори и хата.

Ксандр изогнул бровь. Вряд ли мои слова пришлись ему по вкусу.

— Думаешь, эти качества несовместимы?

— В тебе нет. Если так подумать, то твоя вторая натура проявляется, только когда ты здесь, в моём доме. Подумай сам, за те полчаса, что мы здесь, ты ещё ни разу меня не обозвал и ни разу не пытался унизить.

Боже! Ну зачем я перед ним распиналась, что-то объясняла и доказывала? Так, будто он был мне небезразличен.

Поджала губы и тоже встала со стула.

— Значит, артефакт воздействовал на меня все эти годы, но по каким-то причинам здесь его влияние заканчивается?

Я пожала плечами. Мой дом, конечно, волшебный, но так чтобы снять влияние артефакта…

— Тогда нужно найти этот артефакт, не думаю, что существуют артефакты, которые могут работать на большом расстоянии.

— И когда ты стала разбираться в артефактах?

Хмыкнув, спросил Ксандр, а я улыбнулась. Жизнь заставит не так раскоря…кхм, озвучивать, конечно же, не стала.

— Я никогда не была глупой.

Ксандр на миг поднял взгляд к безоблачному небу, словно ему требовалось время, чтобы обдумать сказанные мной слова. Надеюсь, я не была слишком самоуверенна, рассуждая о подобном?

Да и как вычислить

— Торжественный бал в честь моего назначения меня губернатором уже завтра. Я попрошу прибыть тебя с утра, чтобы успеть подготовиться. Если тебе нужно взять кого-то в помощь, то я не против. Тебе осталось потерпеть меня ещё один вечер.

Он сказал последние слова так горько, что я почувствовала вину, хоть и не должна была.

— Я не считаю тебя врагом. Наоборот, буду рада, если с тобой Форвейт расцветёт, он уже стал лучше.

Решила сгладить резкий угол и замять этот странный разговор.

Ксандр ничего не ответил, я тоже молчала, хватит и так наговорила на пятилетку стыда.

Вместе мы пошли по тропинке к Кристине и Эве.

— Сейчас твои магические потоки чисты, — тут же сказала Кристина, стоило нам подойти к ним. — Айлин, ты благотворно влияешь на нашего губернатора.

Заговорщическим тоном сказала девочка, а я приподняла бровь. Это что только сейчас было?

— Спасибо, Кристина. Нам пора, Эву скоро нужно будет кормить.

— Так быстро? — заныла Кристина. — Я даже не наигралась ещё!

— Эва не игрушка, Кристина. — мягко успокоила её я. — Не переживай, завтра мы поедем в дом Ксандра, и ты сможешь с ней посидеть.

— Ура! Я увижу настоящий бал? У меня только нет красивого платья.

— Когда вырастешь, ты обязательно станешь украшением любого бала, но до этого тебе нужно слушаться Айлин и хорошо учится.

Кристина состроила недовольную мину, но, как всегда, это бывало, когда ей что-то говорил Ксандр, не стала спорить.

Распрощавшись с Ксандром и зацеловав Эву в пухлые щёчки, я долго смотрела на удаляющуюся карету.

Внутри что-то неприятно сжималось, будто то спокойствие и мир, что установился между нами невыносимо хрупкий, готовый разрушиться в каждую минуту.

Я не верила, что Ксандр послушает мои идеи, но чёрт, почему я вдруг хотела этого? Стать какой-то значимой? М-м-м, бесило это.

Ноэль — его друг, был не просто умным драконом, но магически одарённым, он поможет ему.

А я…я завтра выполню роль, получу развод, куплю себе титул, обустрою дом и буду жить сч…припеваючи.

До вечера мы провозились с водопроводом. Специалист, что прибыл к нам из столицы, сообщил, что дело труба. А если серьёзно, то придётся менять практически половину труб в доме, а также необходимо разобраться с дровяным котлом, что нагревал воду для тех ванных комнат, что были в доме. О деньгах я больше не беспокоилась, поэтому мы договорились на эти работы.

Представляя, что совсем скоро можно будет принять горячую ванну, я покрывалась приятными мурашками.

А после того, как уехал сантехник, прибыл Бернард с моим платьем.

Если честно, я уже вся извелась. Завтрашний день и так будет нервным, и больше всего я боялась, что господин Форле не успеет закончить к сроку. Очень мне не хотелось надевать то платье, что успела сшить модистка. А ещё хотела поразить высший свет творением Форле, а заодно я надеялась, что помогу ему наконец снова заняться любимым делом.

Осталось пережить ночь и завтра ловко обмануть прислугу, чтобы выйти в свет в нужном мне платье.

Глава 61

Утром я долго гипнотизировала чашку с чаем, пытаясь настроится на сегодняшний день.

Вот и всё. То, чего я так отчаянно желала, то, к чему стремилась, сегодня произойдёт.

После этого бала Ксандр даст мне развод.

Но почему-то мне было тревожно и далеко не радостно.

Не знаю...привыкла, что ли, я к этому наглому дракону, который без спроса врывался в наши будни и пытался устроить свои порядки.

Что значит пытался?

Произнесла у себя в голове его голосом.

Устраивал: купил мебель, вставил новые окна, благодаря ему у нас появилась новая, красивая люстра. Скривилась. Вообще-то, это были мои деньги, которые причитались мне при разводе.

Мысли скакали в голове одна-одной дурнее и чуднее, и я решила прекратить эту агонию и начать собираться.

Конечно, меня не нужно было переодеваться, но вот Кристину нужно было

Моё нарядное платье, ленты для волос и новенькие красные туфли пришлось аккуратно упаковать, чтобы не привлечь ненужного внимания.

После всех сборов мы дождались карету, которая доставила нас в дом Ксандра, но дракон не встретил нас. Слуга сказал, что господин уехал по делам и скоро будет, а пока мне покажут комнату, где я должна буду подготовить себя к вечеру.

Мне выделили аж три служанки, но я отвергла их всех. Со мной была Берта, да и лишние глаза мне были не нужны.

Кристина, не страдала ложной скромностью и со всей присущей детской непосредственностью пододвинула вазочку с печеньем и принялась его уплетать.

— Посмотрите на неё, будто не кормят дома, — возмутилась Берта, но по-доброму.

За то время, что мы жили вместе, я заметила, что из строгой тётеньки, она превратилась в добрую бабушку для девочки, которая если и поругает, то оттого, что желает для неё добра.

— Пусть ест. Эта комната в нашем распоряжении на весь день, но для начала я бы хотела принять горячую ванну. Скоро и мы будем с горячей водой. Красота!

Берта потупила взгляд. Человека с таким большим жизненным опытом обмануть было трудно.

— Айлин, откуда у нас деньги? Я считаю, считаю и никак в толк не возьму.

Я не успела рассказать ей о том, что нашла клад старого Эванса, а сейчас время было неподходящее, да и мы были в чужом доме.

— Остались от первого жалования.

— Так, может, сэкономить надо было?

— Может, но дом нуждается в водопроводе и канализации, не переживай Берта, у меня всё рассчитано. Давай не будем обсуждать это здесь. Когда вернёмся домой, я тебе всё расскажу. Помоги мне, пожалуйста, с ванной.

Берта кивнула и тут же засеменила в ванную комнату.

В дверь коротко стукнули. Кристина вскочила с дивана, как мячик, и открыла дверь.

На пороге стояла госпожа Девали и служанка с манекеном на колёсиках, на котором было надето моё платье, ну то, что сшила для меня портниха по заказу модистки.

Кристина с опаской вжалась в меня, но у меня ни один мускул на лице не дрогнул.

Свекровь покачала головой, когда служанка закатила платье в центр комнаты.

— Столько усилий, а ради чего? Кобылу хоть золотом осыпь, она ей и останется.

Изысканно, ничего не скажешь. Саркастически изогнув бровь, я поставила руки в бока.

— Кобыла в золоте? Звучит неплохо. Госпожа Девали, вам нужно потерпеть меня лишь один вечер. Это недолго.

Решила не раздувать скандал. Зачем портить себе настроение.

Свекровь фыркнула, а потом молча развернувшись, ушла из комнаты. Зачем вообще приходила?

— Айлин, пока ты будешь собираться, можно я пойду поиграю с Эвой? Мне скучно, — заныла девочка.

— Только будь аккуратна. Не попадайся на глаза той тёте, что заходила к нам, хорошо?

Ни к чему им было видеться, поэтому и предупредила.

— Хорошо!

Девочка выбежала из дома и унеслась по коридору, туда, где была детская.

— Айлин, ванна готова.

Какое же это было блаженство. Впервые за столько времени принять горячую ванну. Берта закрыла дверь в ванную комнату, чтобы не выходило тепло, и помогала мне вымыть волосы ароматным мылом. Блаженство! Распаренная и довольная, я уже не хотела никакого бала, лишь в постельку и спать, но в комнате меня ждал крайне неприятный сюрприз.

Берта ахнула в голос, да и я мгновенно сбросила негу, что окутала меня.

Потому что нарядное платье на манекене было испорчено. Пока мы были в ванной, кто-то зашёл в комнату и облил платье чернилами.

Грязные кляксы на полу мы обошли, чтобы не испачкаться.

Тот, кто это сделал, торопился: не просто вылил, плеснул. Чернильница валялась рядом.

— Боги! Кто это сотворил?

Сложив руки на груди, я смотрела, как роскошное платье пропитывается чернилами. Если бы у меня не было запасного платья, которое мы спрятали в шкафу до вечера, я бы вышла в своём старом платье. Среди гостей поползли бы слухи. Покачала головой. Госпожа Девали пыталась избавить вечер от моего присутствия слишком топорно. Конечно, я не была целью, слишком мелко, да и не было у нас серьёзных конфликтов, скорее…

— Это сделала моя свекровь, больше некому. Но благодаря этому я кое-что поняла. Жди меня здесь.

Накинув халат поверх тонкой сорочки, я прямо босиком вышла из комнаты и пошла на поиски прислуги, мне нужна была информация, когда приедет Ксандр.

Первым мне попался дворецкий, от которого я узнала, что господин Девали только прибыл, и сразу же отправился в свой кабинет.

— Он просил его не беспокоить…

Крикнул он мне вслед.

Не беспокоить? Нет, это вряд ли.

В кабинет Ксандра я ворвалась без стука.

Он был не один. Конечно же, я узнала Ноэля. Он был частым гостем в доме Ксандра и помнила, как он выглядит. Что ж так лучше.

— Айлин?

Ксандр встал со своего места и Ноэль тоже поднялся, как подобает любому мужчине, когда в комнату заходит женщина. Его взгляд прошёлся по моему внешнему виду, но не с заинтересованностью мужчины, скорее так смотрят на пациентов, недавно восставших из мёртвых.

— Это твоя мать. Она что-то такое дала тебе очень давно, что влияет на твои магические потоки.

Уверенно сказала я. Теперь в моей голове всё сложилось. Госпожа Девали ненавидела провинцию, назначение её сына губернатором мелкого городка ей тоже не нравилось. Она пыталась сорвать этот бал как могла: подкупом, угрозами, дошло и до испорченного платья.

Всякий раз, когда она приезжала в дом Ксандра, она пыталась контролировать всё и вся, лезла в его дела.

— Ты хоть понимаешь, кого ты обвиняешь?

Лицо Ксандра посуровело, но я не испугалась, не стушевалась. Наоборот.

— Мне испортили платье. Вылили на него чернила. Ты понимаешь, что она делает всё возможное, чтобы меня не было среди гостей, а если нет жены, то…

Ксандр поднял ладонь, останавливая меня.

— Идём.

Обойдя стол, он схватил меня за руку и буквально поволок в комнату, что была мне выделена. Не поверил, значит. Вот же!

Берта стояла истуканом на том же месте, а платье…платье превратилось в грязное нечто, что никуда не наденешь.

— Скажешь это я сама? Или прислуга решила меня за

Мужчины застыли рядом с испорченным платьем.

— Ксандр дай свой кулон, тот, что ты носишь, не снимая, — попросил Ноэль.

— Ты туда же? Зачем матери делать такое с собственным сыном, — нахмурив лоб, рыкнул Ксандр.

Я понимала его. Если бы я услышала подобное, тоже не поверила.

Ноэль требовательно протянул открытую ладонь и когда Ксандр снял кулон, стал рассматривать его под светом странного прибора, что он достал из кармана.

— Ой, — пискнула Кристина, позади меня, — эта штучка тянет чёрные щупальца к Ксандру.

Она так и стояла, выставив указательный пальчик, чётко указывая на кулон.

Меня аж жаром обдало. Значит, всё верно. Мать Ксандра столько лет травила его магию! Но зачем?

Я не успела даже рта раскрыть, как Ксандр сжал кулон в своих огромных руках, а потом…кулон буквально превратился в расплавленное нечто.

— Кристина, а теперь? — сиплым голосом спросил Ксандр.

— Сдохла тварюга! — радостно воскликнула девочка. — И магические потоки очистились. Ура! Ксандр ты снова здоров!

Кристина прыгнула к нему не руки, но дракон вдруг пошатнулся. Я стояла ближе всех и успела подхватить Кристину, а заодно и поддержать дракона.

Вот только…

Глава 62

Меня обожгло. И это не метафора, к моей руке будто горячую кочергу прислонили. Рефлекс сработал, и я отдёрнула руку от Ксандра, но под ноги попала злосчастная чернильница, и я начала заваливаться прямо на манекен.

От слепящей боли в руке я не могла сориентироваться, как-то сгруппироваться, только почувствовала, как Кристину забрали из моих рук и не дали упасть.

Когда зрение прояснилось, я увидела, что Ксандр держит меня за талию, прижимая к себе.

Его лицо…его лицо в тот миг выражало крайнюю степень озадаченности.

Но стоять я не могла. Тело била крупная дрожь, а ноги и вовсе словно превратились в желе.

Ох, визга сколько было. Берта причитала, Кристина ревела в голос, широко раскрыв рот.

Среди какофонии звуков я услышала чёткий приказ.

— Пустите к кровати.

Спины коснулась прохлада покрывала, и дикий контраст горящей кожи и холода породил новую волну озноба.

Со мной происходило что-то странное: кожа горела так сильно, что любые прикосновения были невыносимыми. Пришлось закусить губу, чтобы не начать стонать от этих неприятных ощущений.

— Ксандр, это истинность, — раздался голос Ноэля, как через вату.

— Это невозможно. Айлин была моей женой, и метка не появлялась.

Ксандр не верил, а вот дракон был другого мнения. Огромная зверюга била хвостом и низко рычала, на каждое слово недоверия.

— Возможно, до этого её блокировал артефакт твоей матери.

Раскрыв глаза, я посмотрела на Ксандра, который озадаченно смотрел на метку с моим именем, которая появилась на его ладони.

Я не знаю, откуда знала это, но это не Айлин была истинной дракона, а Алина, то есть я.

Я чувствовала, что это так. Слышала рык дракона в своей голове. Мы соединились не телами, душами.

Жар стал стихать, и я перестала извиваться, успокоилась. Через мгновение и мне стало так легко, будто душа покинула тело.

Я села на кровати, мои пальцы были сжаты в кулаки и когда я раскрыла их, на одной из ладоней увидела чёрного дракона с именем «Ксандр».

Освобождения хотела?

Получайте, распишитесь. Затравленно посмотрела на Ксандра.

— Оставьте нас, — приказал он, вибрирующим от напряжения голосом.

Да. Ксандр Девали судьба иногда может шутить своим особенным юмором. Чёрным.

Села на кровати, спустив ноги на пол.

— Мы так и проживём, да?

Ксандр сел рядом со мной на кровать, а потом соединил наши метки, простым жестом, ладонь к ладони.

— Как?

— Прошлое не сотрёшь. Ни ты, ни я никогда не забудем, что между нами произошло. Всегда будет недоверие. И если бы не метка каждый сегодня зажил бы своей жизнью, а теперь мы связаны.

Тихо проговорила, смотря прямо в переливающиеся радужки его глаз. Дракон бесновался, я чувствовала, как ему не понравились мои слова, как против шерсти погладила.

— Я бы не отпустил тебя. Ты моя, и это неизменно. Прошлое не изменишь, но будущее нам подвластно.

Не поверив его словам, вздёрнула бровь. Так и не скажешь, что я ему была нужна как женщина.

— Что, если у нас не получится?

Тихо сказала я, понимая, что какая-то часть меня требует дать шанс.

— Если в течение года мы не переборем прошлое и не сможем жить вместе, то я откажусь от дракона и освобожу тебя от уз истинной связи. Ты будешь вольна прожить свою жизнь, так как хочешь.

Шокированная новостью посмотрела на дракона, почувствовала, как покрываюсь мурашками от такого смелого заявления. Для человека лишиться дракона было равно долгой и мучительной смерти.

После его слов наши ладони окутало красное сияние.

— Моё слово не рушимо. Это клятва.

— Ксандр, — отняла ладонь. — Я не тянула тебя за язык. Можно ведь было просто оставить меня в моём доме и жить дальше своей прекрасной жизнью.

Ксандр рассмеялся, а потом вдруг сграбастал меня в объятья, так что я запищала.

— Нет, Айлин. Я буду оберегать тебя, как оберегают драконы свои сокровища. Не думай, я принял это решение давно, оно не продиктовано текущей ситуацией. И моя прекрасная жизнь будет рядом с тобой.

Вывернувшись из объятий, поставила руки в бока.

— Тогда я хочу кое-что тебе рассказать.

— Позже, после бала. У нас есть ещё одно дело.

Встав с кровати, мгновенно помрачневший дракон размашистым шагом подошёл к столу, где валялся уничтоженный артефакт, схватил его.

Я поздно поняла, куда мы идём, дёрнулась, пытаясь вытащить руку, но осознала, что я, просто обязана, присутствовать при этом разговоре.

До комнаты свекрови мы почти долетели. Ксандр открыл дверь без стука. Ворвался к своей матери, напугав её. Свекровь приложила ладонь к груди и тут же принялась отчитывать.

— Что ты себе позволяешь, сын? С ума сошёл? Разве я когда-то разрешала так ко мне врываться.

Не отпуская моей руки, он подошёл ближе и бросил на чайный столик остатки кулона. Женщина, уставившись на вещицу, удивлённо округлила глаза. А я покрылась липкой испариной. Что, если мы ошиблись? Что если я оклеветала невиновную.

Но нет. Растерянное лицо тут же сменилось на раздражённое, злое.

— Не хочешь ничего объяснить? — властно рявкнула она, схватив со стола остатки артефакта.

От такого напора я вздрогнула. Пожалуй, если бы на меня так рявкнули, то я бы поверила в её

— Нет, объяснишь ты. Как отравляла меня артефактом все эти годы.

Я думала, что она будет отнекиваться, но женщина, видимо, поняла, что это бессмысленно, и хрипло рассмеялась.

— Травить? Зачем? Ты мне здоровый нужен. Лишь небольшой блок на эмоции. Вреда он бы не принёс.

— Зачем?

— Ты наверно забыл, как мы остались ни с чем, когда твой отец проиграл всё наше состояние? Я боялась. Боялась, что дурные гены проявятся в тебе. Оттого попросила создать артефакт, что будет блокировать в тебе эмоции и чувства. Тобой стало проще управлять. Да ты должен быть благодарен мне! Кем бы ты стал? Мелким дворянином? Я сделала из тебя великого воина, героя. Но ты решил всё это потерять. Подался в захолустье. Отыскал эту мерзкую шлюху.

Я слушала и не верила. Она использовала собственного сына, как средство для достижения целей. Годами влияла на его магию. А что, если этот артефакт не так безвреден? Что если Ксандр умер!

— Руководила мной, говоришь? Больше не будешь. Я даю тебе час, чтобы собрать вещи и покинуть мой дом. Я не снимаю тебя с обеспечения, но видеть тебя не желаю. И впредь, если захочешь приехать, будешь спрашивать разрешения у моей истинной.

Ксандр потянул меня за руку, а потом показал свою метку. Свекровь побелела. Медленно села на диван.

— Это невозможно? Артефакт не блокировал истинность! Невозможно!

— Я достаточно ясно выразился.

Развернувшись, он покинул комнату матери, оставив её в шокированном состоянии. Меня вытащил следом.

— Она права.

— Что?

Ксандр резко остановился, и я чуть не врезалась в него.

— Ксандр. Это то, что я хотела сказать. Айлин правда умерла в ту ночь в повозке. Но каким-то образом в её тело попала я. Моё настоящее имя Алина, и я из другого мира.

Глава 63

Дракон ни, говоря ни слова, затащил меня в комнату. Резко хлопнув дверью, он прижал меня к ней.

— Как такое могло произойти?

Понизив голос до шёпота, спросил Ксандр. Поначалу я испугалась, но потом поняла, что Ксандр не собирался меня препарировать, ему просто нужны была информацию, чтобы защитить, и следующие слова подтвердили это.

— Пожалуйста, Айлин, я обязан знать, чтобы защитить тебя.

— А есть отчего?

Испуганно вжала шею в голову.

— За тёмное колдовство в империи казнят. От страха перед неизвестным могут надумать то, чего нет.

— Но ты же не считаешь это тёмным колдовством?

Я рассказала как есть, всё, что знала, потому что доверилась, потому что понимала — дракон не предаст. Он быстрее отгрызёт себе хвост, чем предаст свои истинную. От этих мыслей по телу разлилось тепло, будто меня окунули в горячую ванну. Я почувствовала себя не просто важной, а оберегаемой и нужной.

Ксандр задавал уточняющие вопросы, но не перебивал, внимательно слушал.

После разговора он усадил меня на стул и накинул на плечи плед, но выглядел он крайне задумчивым.

— Это многое объясняет.

Наконец, сказал он. Пустая фраза для меня, но для Ксандра значила много, словно в его голове сложился пазл.

— Я не хотела этого и точно не мечтала попасть в тело отвергнутой жены дракона. Пережить всё это…

Указательный палец дракона упругой подушечкой лёг на губы.

— Не нужно оправданий, я верю тебе. У нас есть проблема посерьёзнее.

Ксандр кивнул на испорченное платье, а я рассмеялась. Да разве это проблема?

Скинув плед, подошла к шкафу и открыла его. Вытащила из него платье.

— Прости, но это платье я и не намеревалась надевать.

***

Зал блистал сотнями огней. Разряженные в пух и прах дамы, не растеряли элегантности даже после тряски в карете. Сверкая бриллиантами, изумруда и рубинами, они обмахивались веерами и выглядели как одна — похоже.

Местных, ожидаемо, здесь было в два раза меньше. Лишь несколько местных начальников и их жёны.

Из-за шторки, за которой я пряталась, мне был виден и Александр Мейер со своей женой, и Кристиан. Больше знакомых я не нашла.

Нервно потёрла ладони. Платье от господина Форле сидело на мне идеально. Волосы мне собрали сзади заколкой, что подготовила мне жена Бернарда — в подарок.

— Волнуешься?

Горячее дыхание опалило шею, и я вздрогнула.

— Да, — честно призналась. — Впервые я на таком мероприятии.

Внезапно шею обожгло прохладой.  Ахнула в голос, когда увидела, что Ксандр одел на меня ожерелье…то самое, что я когда-то увидела в витрине магазина. Непозволительно дорогое для меня. Невероятно роскошное и так подходящее под моё платье. Накрыв сверкающие камни ладонью, я повернулась к дракону.

Ксандр был облачён в традиционный наряд, и выглядел, так будто собирался разбивать женские сердца.

— Ксандр, оно прекрасно. Знаешь, я же видела его в витрине магазина в столице, и мне оно очень понравилось. Удивительное совпадение.

— Не совпадение. Ты несколько минут не отходила от неё.

Округлила глаза от удивления.

— Ты что, следил за мной?

Спросила для проформы, потому что нетрудно было догадаться, что да за мной не то чтобы следили, но контролировали мои передвижения, вдруг я решу сбежать.

— Не всегда я, но да. — хрипло рассмеялся дракон. — Я же не могу читать твои мысли, хотя иногда наши взгляды всё же сходятся. Например, нам понравилось одно и то же имя.

Мы вышли рука об руку, когда церемониймейстер объявил о нас. Все взгляды тут же сосредоточились на нас. К нам подошёл высокий, пожилой мужчина, как оказалось, это был тот самый первый статс-советник, которого все ждали.

— Господин губернатор, позвольте вручить вам грамоту от самого императора. Этот документ свидетельствует о том, что с этого дня вы полноправный губернатор этого города и земель, к нему примыкающих.

Под аплодисменты он вручил Ксандру свиток с красной гербовой печатью.

— Благодарю, господин Роше. Долгих лет жизни. Позвольте мне представить вам мою жену — Айлин, которая также является моей истинной.

Ксандр раскрыл ладонь, где гордо красовалось моё имя.

Господин Роше удивлённо присмотрелся, а вместе с ним, наверно, и все гости. Кто стоял подальше, вытянули шеи. Ещё бы истинность была редкостью и наивысшей ценностью, что была у драконов.

Я тоже раскрыла ладонь, показываю свою метку.

— Мои поздравления, господин Девали. Вы обрели смысл жизни.

Скромно улыбнувшись сказал первый статс-советник, также показываю свою метку, что с годами слегка потускнела.

— Благодарю, — Ксандр улыбнулся, положив ладонь

После официальной части начался праздник. Столы ломились от изысканных закусок, а тихая музыка не мешала разговорам. Мужчины уединились в стороне, обсуждая важные дела, но мне не дали долго скучать, точнее, мне вообще не дали побыть одной. Стайка столичных дам тут же окружила меня щебеча. Комплименты сыпались как из рога изобилия. Дамы спрашивали разрешения потрогать хотя бы край юбки, чтобы понять, что это ткань. Они же переливались всеми цветами парчи, такой модной в нынешнем сезоне.

Конечно, меня стали донимать вопросами кто автор шедевра, многие даже с уверенностью называли главного конкурента Форле.

— Это платье мне сшили в ателье господина Бернарда Форле.

Дамы переглянулись. Конечно, они слышали о том скандале, о чём тут же сообщили мне.

— Но он же закрылся. Он крал идеи.

— Официально ателье не работает. Но Бернард мой друг, так что если вы обратитесь от меня, то он сошьёт шедевр и для вас.

Я замерла, ожидая реакцию.

— Не знаю, как вы, но мне нужно новое платье на предстоящий осенний бал именно из такой ткани.

Сказала одна из дам, когда тишина и переглядывания затянулись.

— Если Альбиена сказала, что ей надо, то мне тоже надо в это ателье.

Видимо, эта Альбиена была авторитетом среди светских дам. Оно и лучше. Дамы загалдели, требуя выдать мне адрес этого ателье. Это был успех. Господин Форле, держитесь, завтра на вас налетит дамский ураган.

Поздравляющий было много, и я порядком устала. Хотелось сесть или вообще съесть хоть что-то. У меня во рту не было ни крошки с самого утра.

— Ох, милая. — ко мне подошла Марта. — Столько гостей, ты верно устала?

Марта как добрая тётушка, или как фея-крёстная, подоспела вовремя.

— Да, немного, спасибо, Марта.

Я рада была её видеть. В память всколыхнулись воспоминания о том, как она помогала мне, ещё в то время, когда мне нечего было есть, как помогала покупать продукты на мои скромно-заработанные два серебряных.

Мы отошли в сторонку, там, где заканчивались фуршетные столы и гостей было немного. Женщина тут же вручила мне тарелку с закусками.

— Поешь, милая. Ты не представляешь, как мы рады быть здесь. Видеть тебя такую красивую.

Столько лести, что право, мне стало неуютно.

А ещё…

Колючее чувство обмана обняло меня за плечи. Обернулась через плечо и увидела, что Ксандр находится на другом конце зала, а когда повернулась к Марте, в глазах вдруг стало мутно.

— Что с тобой, Айлин?

Спросила Марта, аккуратно забирая тарелку из моих рук.

— Наверно от усталости, что-то голова какая…то…

Дёрнулась, потому что мои плечи накрыли чьи-то ладони. Чужие. Резкий запах одеколона окутал меня, такой знакомый, но я не успела посмотреть, потому что в глазах стало темно.

Глава 64

— Долго она будет в себя приходить?

Это было первое, что я услышала. Грубое прикосновение к лицу я стерпела, но вот когда меня пихнули вбок…

Открыла глаза, но тут же закрыла, потому что не справилась с головокружением.

Меня сильно мутило. Тошнота накатывала волнами, и я еле сдерживала рвотные позывы.

Сознание, еле-еле скрипя полозьями, вспоминало, что произошло и почему я оказалась в таком плачевном состоянии.

Последнее, что я помнила, — как Марта дала мне закуски. А потом меня окутал знакомый аромат одеколона, и кто-то схватил меня за плечи.

Сердце замолотило в грудную клетку. Нет, это не может быть правдой?

Судя по тому, что я лежала на земле, то меня выкрали прямо с приёма.

Н-да, Алина — это просто логика высшего уровня. Да, чёрт возьми, меня похитили прямо на глазах целого зала!

— Зачем ты ей столько насыпала? Дракон наверняка уже её ищет!

Противный, визгливый голос был мне знаком.

— Прекрати Дэрме, прошло не больше десяти минут. Год ждали, потом носились с ней, помогали, подождём лишних две минуты.

Голос Марты хладнокровно вещал ужасные вещи. Как я ни пыталась контролировать дыхание, как я ни пыталась взять контроль над эмоциями, чтобы не выдать себя и узнать, как можно больше, но грудь буквально ходила ходуном от дыхания.

Я жила в обмане. Всё это время. Ладно Дэрме, он с самого начала повёл себя, как мерзавец, но Марта! Она же помогала мне, покупала продукты, знакомила с Форвейтом, помогала продать вишню.

Так, страшно было открыть глаза, потому что понимала, что увижу дядю Алекса. Я ведь ему доверяла. Хотела показать дневник. Он же был лучшим другом Эванса.

Зацепилась за текст дневника. Предусмотрительно я выучила его.

Сентир, Мейер, Жуле, Дэрме.

Четыре фамилии. Четыре семьи. Старик Эванс обвинял их в желании присвоить его сокровища. Теперь они добрались до меня.

Внезапно на меня вылили ведро воды. Резко открыв глаза, я уже чётко увидела стоящих рядом со мной людей. Закусила щеку изнутри, чтобы сдержать эмоции.

Чета Мейер, Дэрме и Данте стояли в видимой части.

— Очнулась, вот и хорошо! Пора снять магию с дома.

Знакомый голос прошиб грудную клетку. Меня грубо поставили на ноги, и я обернувшись, затравленно уставилась на Кристиана. Да, это был он. Это был его запах. Он выкрал меня прямо с бала и принесли прямо к моему дому. Потому что дом их не пускал.

— Вы всё…

Задыхаясь от эмоций, я дёрнулась, пытаясь вырваться из цепких пальцев Кристиана, но причинила себе лишь боль.

— Ты должна быть счастлива, Айлин. Такой спектакль ради тебя одной.

Едко произнёс он мне эти слова, но меня уже больше это не трогало. Всё то время, что я жила в Форвейте, я боролась против того, кого сейчас ждала больше всего на свете.

Пожалуйста, Ксандр найди меня скорее, а пока…

— Сентир, Мейер, Жуле и Дэрме. — перечислила фамилии из текста дневника. — Дядя предупреждал о вас. Жадных и желающих добраться до его сокровищ.

Данте дёрнулся как от пощёчины, нервно озираясь по сторонам, он выдавал в себе труса, который пришёл на «дело» за компанию. Слабое звено.

— Хватит, болтать. Впускай нас в дом и неси сокровища.

Сказал Данте, грубо схватив меня за локоть свободной руки. За своей грубостью он пытался скрыть страх, потому что трясся как осиновый лист. Кристиан тут же освободил меня от этой хватки.

Почему они вообще подумали, что я их нашла? На это и решила опираться в своей лжи. Никто не знал, что я нашла сундучки.

— Я не нашла их, с чего вы взяли? А

Я переводила взгляд с одного на другого, и меня била дрожь, потому что это были не человеческие лица, а звериные оскалы, жаждущие лёгкой наживы.

— У нас есть фора в пару часов. Ксандру тоже подсыпали кое-что. Интересный порошочек, так что он теперь снимает напряжение с одной из дам.

Рассмеялся Кристиан, а Дэрме медленно достал нож из кармана.

— Если она не знает, где сокровища, тогда прикончим её, и дело с концом, поди чары то и спадут. Успеем дом обрыскать и сбежать.

Внутри похолодело. Им ничего не стоило просто убить меня. Они все предусмотрели. Пока они не приступили к выполнению плана, Дэрме, резко спросила.

— Почему именно сегодня? Я была уязвима всё время, у меня не было защиты.

Кристиан тяжело вздохнул, на миг его лицо снова стало таким же приветливым, как и всегда.

— Я хотел решить всё по-хорошему, но ты не оставила мне выбора. Мы бы жили вдвоём, настолько богато, что ты помыслить не можешь. Я думал после бала, когда он даст тебе свободу, снова предложу тебе стать своей женой, но н-е-е-е-е-т…ты стала истинной для его дракона.

— Это что ещё значит? Ты что, не собираешься с нами делиться?

Выкрикнул Александр Мейер, отпихивая Дэрме с ножом в сторону.

Кристиан сделал усталое выражение лица и не ответил, а потом дошло до остальных.

Данте толкнул бедного Дэрме, желая схватить меня за руку, но Кристиан успел и завёл меня за свою спину.

Обернувшись, я увидела, что меня от калитки разделяют какие-то несколько шагов. Резко дёрнула руку, а потом толкнула Кристиана в спину. Сама бросилась к спасительной калитке.

— Убегает!

Взвизгнула Марта и бросилась за мной, но я как олень на охоте удирала так, что мне не мешало даже платье.

Калитка привычно скрипнула, когда я рванула её в сторону и ввалилась на территорию поместья.

Марта ударилась о невидимую стену и топнула ногой.

— Вы идиоты! Она же теперь расскажет своему дракону о нас. Малахольные!

Тяжело дыша, я смотрела на тёмное небо и не верила, что смогла вырваться под защиту дома. Пусть они что-то подсыпали Ксандру, он всё равно узнает и тогда…Он их под земли выроет!

Данте со злостью плюнул на землю.

— Не визжи, — рявкнул он на Марту, — вы как хотите, а я ухожу. Не хочу, чтобы огромный ящер меня с землёй смешал.

Дэрме, сощурив маленькие поросячьи глазки, смотрел на Кристиана.

— Господин, что нам делать?

Я удивлённо уставилась на Дэрме. Он всё время выполнял поручения Кристиана?

— Самое лучшее — загнать жертву, а потом окружить её притворной заботой. Данте послали специально? Чтобы твоё появление выглядело как спасение дамы из беды?

Кристиан рассмеялся.

— Поздно, ты догадалась. Но отсюда никто не уйдёт.

Он лишь посмотрел на Данте и тот буквально врос в землю. Я не шучу, — из-под земли вырвались корни и тут же опутали его ноги, заставляя остановиться.

Он молчал несколько секунд, лишь изредка хмурясь, будто принимал какое-то решение, а потом, сверкнув глазами, подошёл к ограде и стал читать какое-то заклинание.

Инстинкт заставлял бежать в дом и спрятаться в нём, но отчего-то я стояла и смотрела, как буквально из воздуха появляются огненные искры.

Они медленно оседали на ограду, заставляя её заниматься пламенем. Внезапно тело прошила острая боль. Защита дома была не в самом доме, а в зачарованной ограде, но какой магией нужно обладать, чтобы поджечь магическую вещь.

— Тёмная магия? Кристиан откуда? —спросил Мейер, беря Марту за руку и отходя подальше.

— А вы думаете, я терял время, пока жил в столице?

Ахнула оттого, что боль стала нестерпимая. Вцепилась в землю ногтями, чувствуя, как будто что-то во мне натянулось и готово вот-вот лопнуть. Пульс бился в висках, практически оглушая.

Закричала не в силах сдерживаться.

— Она связана с домом, — поражённо сказала Марта.

— Оно и лучше.

Кристиан подошёл ближе и толкнул горящую ограду сапогом. Зачарованный огонь при этот расступился.

В глазах уже стало мутно, когда я увидела, что ограда покосилась. Защита держалась до последнего, как и я. В голову лезли дурные мысли, что я действительно умру, стоит разрушиться защите дома.

Как вдруг со стороны дома я почувствовала дуновение свежего ветра. Обернулась и увидела, не то призрак, не то образ.

Пожилой мужчина, отечески улыбаясь, подошёл ко мне, а потом положил ладони на мои плечи. Внутри меня зазвучал голос, который я никогда не слышала.

Не бойся. Ты обладаешь магией восстановления и в твоих силах противостоять этому огню.

Опустив взгляд на пальцы, грязные от земли, я вспомнила, как я восстановила то дерево.

Закрыв глаза, я сосредоточенно представила, как могу потушить огонь, как могу восстановить защитную магию на доме.

Голубое свечение вырвалось из моих ладоней и впиталось в землю. Магия выходила через мои руки толчками, и волнами распространялась по земле и поднималась барьером у ограды, не давая огню разрушать её.

Момент воодушевления сменился резкой сладостью. Магия высасывала из меня все силы. Зрение резко упало, и я видела только силуэты.

Перед тем, как отключиться я улыбнулась, потому что увидела огромного дракона, который летел к нам.

— Ксандр…ты успел…

Глава 65. Финал

Очнулась я в просторной, светлой комнате. Луч солнца, ещё окрашенный в розово-золотистый цвет тихо крался по комнате, пытаясь добраться до моей кровати.

Мои пальцы слегка дрожали, когда я подняла руку, подставив её под этот луч, а когда захотела сесть, то не смогла, тело было словно ватное.

Повернув голову, я улыбнулась. С другой стороны кровати в кресле с широким изголовьем спал Ксандр. Его голова была прислонена к плечу, а лицо было такое расслабленное и спокойное, что мне не захотелось его будить.

Тишину утра нарушали лишь звуки дома. Кухарка уже встала и позвякивала посудой на кухне, на улице дворник мёл дорожку.

Снова предприняла попытку сесть, и в этот раз у меня получилось. Ноги коснулись холодного пола, и я поёжилась. Нужно было срочно найти домашние туфли, а потом подойти к окну. Слишком уж незнакомый был пейзаж за ним.

Мы что не в Форвейте?

Подумалось мне, когда я цепляясь за прикроватную тумбочку всё же подошла к окну. И это было правдой, потому что за окном была

Главный храм, шпили которого я видела при выходе из фабрики, были совсем рядом.

Но как я здесь оказалась? Ведь последнее, что я помнила, как вкачивала свою магию в защиту своего дома, а потом…

— Айлин…

Позвал знакомый голос, слегка осипший ото сна. Я обернулась, но Ксандр тут же подхватил меня на руки и положил на кровать.

— Тебе нельзя вставать, — будто машинально проговорил он, а потом его зрачки расширились, и он пронзительным взглядом смотрел на меня несколько длинных мгновений.

— Ксандр, со мной всё хорошо. Это ты привёз меня в столицу? Я ничего не помню.

Дракон не сводил с меня немигающего взгляда, а потом резко прижал к себе, сжал до хруста позвонков, будто желая растворить меня в себе.

— Ты…ты…не приходила в себя три дня. О! Айлин! Ты сделала невозможное. Ты противостояла тёмной магии. Не имея ни опыта в сражении, ни даже понимания, как ей противостоять.

До меня стал доходить смысл слов. Кристиан использовал тёмную магию, такую за какую в нашей империи грозила смертная казнь. А я…я смогла сдержать её. Отстояла свой дом!

— Я лишилась магии?

Осторожно спросила.

— Нет, хвала богам, нет. Просто наступило сильное истощение, и ты потеряла сознание.

Облегчённо улыбнулась. Мне бы не хотелось потерять магию, особенно после того, как я почувствовала её мощь в себе.

— Подожди Ксандр. Они же тебе тоже что-то подсыпали. Кристиан сказал об этом.

Лицо дракона посуровело, стало словно высеченное из камня. Только глаза яркие, цвета расплавленного янтаря с узким зрачком горели на нём как настоящее пламя.

— Меня спас дракон. Как человек я был под властью этого зелья или чего там ещё. Но дракон сразу почувствовал, что с тобой что-то произошло. Я потерял драгоценное время, пока Ноэль выводил из меня эту гадость, а мои люди искали тебя. Ни в доме, ни на веранде, ни на улице тебя не было. Ты будто растворилась. Лишь когда я вернул контроль над телом, я сразу понял, где ты и отправился следом.

— Ты обратился? Или мне это причудилось?

— Да, так было быстрее и эффективнее. Этим тварям не поздоровилось. Признаться, я ненароком размял парочку, когда садился.

Закрыла рот ладонью. Меня вчера предали, но отчего не хотела, чтобы это были Марта и дядя Алекс. Глупое чувство жалости, даже после того, как меня использовали всё это время, поселилось в груди.

— Драконы армии годами обучаются бороться с тёмной магией, но она как скверна лезет со всех щелей. Лишь драконий огонь до конца уничтожил то, что создал Кристиан.

— А он сам?

— Погиб, — коротко ответил Ксандр, просто как констатация факта. — Как и Дэрме и Жуле. Данте Жуле.

Кивнула, давая понять, что понимаю о чём он.

— Александр и Марта Мейер сбежали, но мои люди нашли их. Их уже передали в тайную канцелярию на допрос.

— Что их ждёт?

— Каторжные работы. Ведь они не использовали тёмную магию. Если бы не я, то за похищение чете Мейерс дали бы лишь несколько лет обязательных работ. Но так как Верховный Судья — мой друг, то дело обретёт для них неожиданный поворот.

Потёрла лицо, закрыв ладонями глаза.

— Кристиан же был твоим заместителем. Не коснётся ли тебя тот факт, что он был носителем тёмной магии?

— Я не обязан проверять каждого при приёме на работу. Хотя стоило. Не переживай. Я решу этот вопрос.

На языке вертелось уйма вопросов. Где Кристина и Берта? Что стало с защитой дома?

Но я решила довериться Ксандру. Тот, против кого я боролась, оказался самым надёжным человеком из моего окружения. Кто знает, что произошло бы тогда, когда я потеряла сознание. Возможно, бы меня не было в живых.

— Что нам теперь делать?

Ксандр мягко улыбнулся, а потом взял мою ладонь в свою.

— Мне уже достаточно, что ты говоришь «нам».

Я рассмеялась над его слова, понимая, что у этого дракона всё под контролем и я буду не просто оберегаема и уважаема, но и по-настоящему любима.

***

Прошёл год…

Ножницы звонко щёлкнули по красной ленте, и я, сияя улыбкой, повернулась к собравшимся.

Сегодня был знаменательный день. Мы открывали вторую линию производства на заводе консервации.

Да. Всё получилось.

После того как я в роскошном красном платье появилась на балу, к Бернарду выстроилась очередь желающих иметь такое же платье, как у мадам Девали.

Слухи дошли и до императрицы, которая решила сменить гнев на милость и тоже обзавестись платьем из ателье Бернарда Форле.

Мой дорогой друг был вне себя от счастья. Опала на него закончилась, и он смог снова открыть своё ателье и заниматься любимым делом.

А завод, завод он отдал мне, как и обещал. Поначалу я струсила, всё-таки я никогда не управляла заводом, пусть даже небольшим. Из-за собственного страха наделала много ошибок, но благодаря поддержке Ксандра и Бернарда смогла собраться и настроиться на деловой лад.

Не всё шло гладко, и я часто обращалась к Бернарду за советом, всё-таки он запустил производство компотов практически с нуля, что говорило о нём, как об очень умном человеке. Но постепенно работа стала налаживаться, а я всё больше и больше вникать в суть конвейерного производства и местной бухгалтерии.

Первые несколько месяцев я была одна в трёх лицах и технолог, и бухгалтер, и владелица, но потом я нашла людей, которые отвечали моим требованиям, и мне стало легче.

После того как линия по производству компотов и варенья стала работать, как часы и принесла первую ощутимую прибыль, я задумалась над консервацией овощей.

Эта идея сразу же прижилась в столице. Продукция завода долго не застаивалась в магазинчике, что я открыла при заводе, а императорский помощник частенько делал крупные заказы для императора и его семьи.

Расширяя производство, я планировала выйти за пределы столицы. Там тоже жили люди, которые страдали без свежих овощей столь длительный промежуток времени.

И сегодня мои мечты сбылись.

После торжественных речей и приёма я оставила завод на свою помощницу Нору, и мы с Ксандром уехали домой. Конечно, он был рядом со мной, да и без его крепкого плеча рядом я бы сильно волновалась.

По дороге мы встретили гружёные повозки с вишней. Её сезон заканчивался, и на заводе

Предзаказ на варенье был огромным, и я переживала, что нам не хватит вишни, но, как оказалось, Форвейт не один завод может снабдить ягодой. Мы справились с объёмом, и сейчас линия готовила варенье на запас.

Ксандр помог выйти мне из кареты, и я тут же положила руку на его предплечье.

— Ты понимаешь, что скоро ты не сможешь ездить в тряской карете?

Тяжело вздохнув, я погладила беременный живот и сказала.

— Я сделала всё возможное, чтобы завод работал с моим минимальным контролем, но я не могу бросить его совсем. Это мой ребёнок, такой же как Кристина, Эва и нерожденный сын. И сегодня у него был важный день.

Ксандр тяжело вздохнул, но спорить не стал. Ещё бы. Понимал меня, как никто другой.

Стоило нам зайти на территорию дома, как я сразу же увидела Берту, что сидела на скамейке и отмахивалась от жары белоснежной шляпой.

Да, она больше не работала в моём доме, а ушла на заслуженный отдых. Недалеко ушла, конечно. Она присматривала за Кристиной и гоняла учителей, что готовили девочку к поступлению в академию магии. А также строила нянек Эвы, в которой шилопопства прибавлялось всё больше и больше с каждым днём.

Забыла сказать. Да, мы окончательно обосновались в поместье, которое я когда-то получила в наследство. Теперь оно не напоминало старый полуразрушенный дом, а сияло новой белой краской стен и блестящей на солнце крышей.

Территория около дома и вишнёвый сад, что когда-то помог мне выжить, привели в порядок, и теперь у нас появилась ставка садовника, который добросовестно рассаживал розовые кусты и радовался, что смог вырастить смородину.

Вдыхая летний воздух, я улыбнулась. Со мной рядом были мои родные и любимые люди. И жизнь была удивительна и прекрасна.

Посмотрев на Ксандра, я положила голову ему на грудь, а он тут же обнял меня, аккуратно положив ладонь на мой живот. Сынок, сразу же чувствуя отца пнулся ему в руку.

Мне не суждено было стать матерью в моём мире, но я стала ею трижды в другом.

Когда-то я была обижена на то, что судьба со мной была так жестока, а теперь Алина Юдина осталась где-то глубоко в воспоминаниях.

Я стала Айлин Девали.

Владелицей завода.

Наследницей несметного богатства.

Женой.

И мамой.

— Я люблю тебя, Ксандр, — прошептала такие важные слова.

— И я люблю тебя, моя Айлин, — ответил он мне! Конец!