Развод. Нежеланная истинная

Эпилог

Тая Ан

Развод. Нежеланная истинная

1

— Ну посмотри на себя, разве ты не красавица? — морщинистое лицо нянечки расплылось в улыбке.

Девушка повернулась к зеркалу и уставилась на своё отражение.

Богатый жених не пожалел денег на платье. Золотой шелк подола струился до самого ковра, плавно переходя в бесконечный шлейф. Тесный лиф был расшит множеством драгоценных камней, а рукава украшены тончайшей эльфийской вышивкой.

Невеста улыбнулась, чтобы не выглядеть грустной. К чему думать о том, что отец продал жениху за долги, а тот и рад столь выгодному обмену? Следовало выглядеть соответственно событию и не портить настроения мужчинам.

Так её учили — быть тихой и всегда улыбаться.

Дракон — сюзерен местных земель, собрал под своей крышей целый гарем красавиц. Всё искал свою истинную, которая сможет родить ему достойного наследника.

Только ни одна ещё не смогла.

И вот теперь её очередь. Десятая невеста дракона… даже не вторая.

Больше никому не позволялось иметь более одной жены. Но на то он и дракон — сильный и властный. Никто не может ему перечить.

Разве что та, кто родит долгожданного сына. Счастливице обещалось любое желание взамен на продолжение драконьего рода.

Только жизнь с нелюбимым… разве ж это счастье?

Не то, чтобы ей сильно хотелось пополнить собою гарем. Но выбора не было.

Нянюшка колдовала над подолом, пока нарядная красавица усиленно пыталась удержать на лице улыбку.

Невесте нельзя грустить. Плохая примета.

Но как веселиться, если родной дом далеко, там больше никто не ждёт, а вскоре предстоит встреча с незнакомцем.

С её будущим мужем.

И сегодня вечером она разделит с ним ложе… возможно, даже забеременеет. Девушка на секунду прикрыла веки.

Вдоль спины поползли ледяные мурашки, а светло-карие глаза в отражении стали еще печальнее.

Она стояла посреди чудесных богатых покоев, которые выделил для неё дракон. Говорят, с невестами он очень щедр, и в этом можно было убедиться воочию.

Правда, никто не мог сказать того же про его жён. С самой свадьбы их никто больше не видел. Ни одну.

В коридоре послышались шаги, и нянечка потупилась, шагнув в сторону.

В дверь вошел высокий седовласый мужчина, одетый в праздничный зеленый сюртук с вышивкой — отец невесты.

— Пора идти, — бросил он холодно, протягивая руку.

И она безропотно ее приняла.

Отец и дочь долго шагали по коридору, а затем спускались по широкой каменной лестнице.

Девушка запыхалась, пока тянула свой тяжелый подол.

Ступени окончились аркой — входом в главный зал драконьего замка Эдинхайм.

Оттуда неслись звуки арфы и перешептывания огромного количества знатных гостей. Они съехались со всего королевства, чтобы засвидетельствовать очередное свадебное торжество.

Девушка под руку с отцом шагнула в каменную арку, и все звуки стихли.

А потом она увидела его…

Валериан Картаррский собственной внушительной персоной… Высокий статный мужчина в черной с серебром одежде. Его белоснежные волосы струились до самой талии, а сиреневый взгляд был холоден, как лёд.

И чем ближе она к нему подходила, тем сильнее тот сочился неприязнью.

Многочисленная толпа гостей расступилась, наблюдая за молчаливым шествием. Никто не улыбался. Народ напряженно разглядывал девушку в золотом платье.

Они словно провожали хрупкую невесту на эшафот.

Вскоре дочь и отец остановились у возвышенности, на которой ожидал беловолосый дракон.

Согласно традициям, жених должен был спуститься навстречу, принять руку девушки из руки её отца и подняться обратно уже с ней вместе. Затем следовало произнести ритуальные слова.

Тогда брак считался свершенным.

Но дракон холодно смотрел на неё сверху-вниз, не делая ни шага навстречу.

Секунды всё тянулись и тянулись, томительно отсчитывая минуты.

Наконец мужчина цыкнул зубом и перевёл взгляд на притихшую толпу.

— Мне сказали, что она красива, — пронесся по огромному тронному залу его низкий тигриный голос. — А это что за бледная немочь? Мне нужна та, кто родит здоровых детей, а эта после одной ночи со мной отдаст душу богам. Я на ней не женюсь.

Невеста услышала, как резко выдохнул рядом с нею отец, как ахнула толпа, и поняла, что это конец.

Одно дело выйти за дракона, и совсем другое — не выйти… теперь её просто выгонят из города. С позором.

Никто не подаст ей руки, отец не примет обратно, а родственники забудут имя опозоренной невесты.

Лучше умереть… Перед глазами стояло мужское лицо, полное ледяного разочарования.

Разочарования в ней.

Почувствовав горячую боль в груди, девушка пошатнулась и не удержалась на ногах…

— Держите её! — послышался откуда-то новый мужской голос, но никто и не подумал помочь.

Мгновеньем позже девушку подхватили сильные руки.

— Нет, — ответил дракон, — оставьте её здесь… я уже знаю, что сделаю с этой никчёмной.

2

Я смотрела на себя в зеркало.

Невеста. Кто бы мог подумать? Печальные светло-карие глаза, минимум макияжа и полное отсутствие украшений. Русые волосы уложены в простую прическу.

Платье весьма скромное… ну что ж, насколько хватило собственных денег.

Мой будущий муж тот ещё скупердяй. Сообщил, что деньги будет тратить только на жену.

Словно они мне от него нужны.

Сейчас, разглядывая свой новый, такой непривычный образ, я невольно задумалась. А правильно ли я поступаю? Моё ли это вообще решение?

Родня все уши прожужжала: какой хороший мальчик, Ася, надо брать! Смотри, упустишь, жалеть будешь! И так каждый день на протяжении целого года.

— Тебе уже тридцать, я внуков хочу! — ныла мама.

Отец только поддакивал. Ему всегда наплевать на все, кроме футбола.

Даже на собственную дочь.

Герхарт был отличным парнем, тем более иностранцем. При образовании и при деньгах, уверенный в себе мужчина с собственным бизнесом.

Более того, мой начальник…

Я только устроилась на новую должность, как в первый же день Герх положил на меня глаз… и завертелось. Я и сама не поняла, как всё дошло до того, что я стою сейчас в белом платье, и уже через минуту мне нужно выходить к гостям и жениху.

И почему-то очень не хочется.

В невеселые мысли вмешался звук шагов. В дверь постучали, и она распахнулась. Вошел отец. В своем бежевом пиджаке и с тщательно причесанными седыми волосами, он и сам выглядел женихом.

— Готова? — улыбнулся мужчина, его светлые глаза утонули в россыпи морщинок.

— Ну, как сказать, не совсем.

Тот сокрушенно вздохнул.

— Что поделать, пора. Все ждут.

И правда… Как я могу быть такой невежливой, заставляя всех ждать?

В

Бросив последний взгляд в зеркало, я взяла отца под руку.

Меня загнали в угол…

Мы прошлись по длинному коридору и шагнули в торжественную залу городского дворца бракосочетаний.

Гостей было немного, но все уставились на меня, как на третье пришествие.

Я выдавила улыбку. Наверное, куда больше она напоминала страдальческую гримасу.

У стола работницы загса ждал он, Герхарт. В дорогом белоснежном костюме мужчина выглядел павлином по сравнению со мной в скромном гипюровом платье.

Наверное, чтобы сразу обозначить границу между нами.

Он босс, я подчиненная. Он с деньгами, я без, он главный — я никто.

А оно мне вообще надо?

Герх даже не повернулся, когда я шагала к нему навстречу под чересчур громкий торжественный марш. Смотрел искоса, словно бы недовольный отчего так медленно.

Остановившись напротив, я встретила его бесстрастный взгляд и поняла, что не хочу замуж.

Категорически. Не то, чтобы вообще, но за этого мужчину точно.

Это всё огромная ошибка, и я не знаю, как до такого дошло. Кто допустил?

Как меня вообще угораздило? Словно околдовали…

Герх взял меня за руку. Холодные пальцы сжали ладонь, заставляя замереть на месте. Он был красив холодной северной красотой. Бледная кожа, рыжеватые волосы, аккуратно постриженная борода, высокие скулы, широкие плечи. Наверное, в прошлых веках он был бы викингом.

А сейчас вот успешный бизнесмен. И крошит конкурентов не топором, а маркетинговыми стратегиями.

Завернутая в драпированное платье женщина с высокой прической и кричащим макияжем что-то громко вещала о любви и верности. Я не слушала.

Смотрела, закусив губу, в холодные серые глаза жениха.

В них не было ни капли любви. Как и в моих. Так зачем это всё?

— Согласна ли ты, Астра, стать женой Герхарта?

И я не побоялась ответить.

— Нет.

Выражение его глаз не изменилось. Только каштановые брови сошлись на переносице.

Жених дернул меня на себя.

— Дайте нам минутку, — и потащил в коридор под изумленными взглядами гостей.

Я ожидала чего угодно. Логичного вопроса о том, что на меня нашло, или даже упрёков, или сочувствия. Мужчина мог решить, что я просто переволновалась.

Но я никак не ожидала того, что он меня ударит.

Звук хлесткой пощечины зазвенел в ушах. Я пошатнулась, хватаясь за обожженную щеку.

Перешептывания за дверью торжественного зала мгновенно стихли.

Сверху навис мой без пяти минут муж. Обжигая ненавидящим взглядом, Герх схватил меня за плечи и встряхнул. Так сильно, что клацнули зубы.

— Ты издеваеш-щься надо мной, дрянь⁇ — злость усилила его легкий акцент.

Я замотала головой, пытаясь отступить на шаг, но он не позволил.

— Для чего ты меня позориш-щь⁇ — продолжал он шипеть мне в лицо, — что плохого я тебе сделал⁇

— Не хочу замуж… за тебя, — проговорила еле слышно сквозь шум в голове.

Еще никогда в жизни меня никто не бил.

Поэтому ужасный поступок жениха совершенно выбил из колеи.

— Ах, ты не хочеш-щь… а придётся. Выйдеш-щь, как миленькая! — жесткие пальцы до боли сжались на плечах, и я опомнилась.

Да что с ним такое⁇

— Ты охренел? Я тебе что, собачка⁇

— Будешь, если не прекратиш-щь брыкаться!

Вспомнив правила самообороны, я вскинула ногу, но тот уловил мой маневр и повернулся боком. Колено встретилось с его бедром.

Мы что, так и будем здесь драться⁇

На помощь никто не торопился. Гости словно прислуживались к нашей возне, делая ставки, кто из молодоженов вскоре появится в торжественном зале с синяком под глазом.

Я разозлилась. Это перешло все границы.

И я не придумала ничего лучше, чем с размаху плюнуть ему в глаз!

Герх снова замахнулся…

3

Я зажмурилась, а мой жених глухо зарычал.

Разве люди могут издавать подобные звуки? Герхарт явно мог.

Кажется, он вознамерился избивать меня до тех пор, пока я не смирюсь с судьбой.

Да что с ним такое? Видимо не зря интуиция кричала держаться подальше от этого брака.

— Сама напросилась! — рыкнул мой несостоявшийся муж, — не хочеш-щь по хорош-щему, значит будет по-плохому!

Я не смогла увернуться.

Щеку снова обожгло болью. Во рту появился соленый привкус крови.

Герх отпустил и ударил снова… с какой то звериной, нечеловеческой злостью.

За дверью послышались торопливые шаги. Видимо, кто-то распереживался, что свадьба может не состояться из-за избитой до полусмерти невесты.

Но поздно. Очередной удар Герхарта отправил меня в полёт. Я неудачно ударилась о стену, и последним, что запомнила, было его ухмыляющееся лицо. Всё вокруг потемнело.

Но обморок продлился недолго. Я открыла глаза и увидела над собой незнакомого мужчину.

Тот сверлил меня сочувственным взглядом сиреневых глаз. Я моргнула. Раз, другой. Не показалось. Его радужки и правда были красивого светло-лилового оттенка.

Может, линзы?

Стало понятно, что меня держат на руках. Очень бережно и уверенно. Очарованная подобным отношением незнакомца, я даже не сразу вспомнила, что предшествовало моему обмороку.

Но секундой позже воспоминания вернулись. Я огляделась и замерла, пораженная.

Где этот комнатный боксер, мой несостоявшийся муж? Где все?

На коридор загса это похоже не было. Скорее на какую-то огромную готическую церковь со стенами из грубого камня, разноцветными витражными окнами и бесконечными потолками.

— Где я?

Мой вопрос утонул в звуках властного мужского голоса.

— Я сказал оставь её, Ройм. Отныне никто не может касаться отвергнутой драконом. О её судьбе я сообщу позже.

— В таком случае я оставлю её в её покоях, — скрипнул зубами тот, кого назвали Роймом и понес меня прочь.

Что здесь, черт побери, происходит? Где я⁇ Вокруг замерли какие-то странно одетые люди… целая толпа. И все смотрели только на меня. Хмуро, неприязненно.

Обернувшись через плечо моего носильщика, я увидела еще одного обладателя сиреневых глаз.

Высокомерный беловолосый мужчина стоял на каменном возвышении, презрительно глядя нам вслед.

Встретившись со мной взглядом, он с подозрением сощурился и потянул носом. Словно бы из этой огромной залы уносили что-то невероятно вонючее. Или кого-то.

Я не сдержалась и показала ему средний палец.

Не знаю, кто это, но он мне определенно не нравится.

— На нижний этаж, — полетело нам вслед, — в комнаты для отверженных…

Ройм не обернулся. Выйдя из каменной арки, мужчина понес меня вверх по лестнице. А я тем временем могла безнаказанно его разглядывать.

Может, чуть младше меня, со смугловатым мужественным лицом, темными волосами длиной едва не до плеч и странными сиреневыми глазами.

А вокруг нас виднелись те же каменные стены и стрельчатые окна. Я заметила даже парочку гобеленов.

Словно я попала в какой-то

— Не могли бы вы сказать, где я нахожусь?

Ройм посмотрел на меня. Теперь мужчина явно сомневался в моей адекватности.

Может и правда я повредилась рассудком после удара о стену?

Запросто…

— Замок Эдинхайм, резиденция Валериана Картаррского, сюзерена местных земель.

Я моргнула. И правда, приложилась будь здоров. До сих пор голова гудит.

— А вы, простите, кто? И как я здесь оказалась?

— Я Ройм Картаррский, младший брат сюзерена. А вы его… — мужчина замялся, отведя взгляд. — Несостоявшаяся невеста. Приехали сюда на свадьбу.

Хм, что-то знакомое. Даже в этом странном реалистичном сне не вышла замуж. Что ж, видимо, не так всё и плохо. Достижение, достойное похвалы.

Сиреневоглазый брюнет отнёсся ко мне с пониманием. Судя по всему, он у них в семье самый адекватный.

Вспомнив взгляд его белобрысого брата, я невольно поёжилась.

— Отнесу вас в ваши покои до распоряжения сюзерена. К сожалению, именно ему теперь решать вашу судьбу.

— Мою судьбу?

Мужчина кивнул, толкая коленом тяжелую, обитую железом дверь.

Та со скрипом распахнулась в уютную комнату с большим окном и резной деревянной мебелью.

Я увидела кровать под балдахином, камин, зеркало, пару мягких кресел и чью-то лохматую шкуру на каменном полу.

— Ваш отец уже принял выкуп, — пояснил Ройм, усаживая меня в одно из кресел, — это значит, теперь вы принадлежите дракону.

Я недоуменно заморгала, разглядывая необычную одежду моего нового знакомого: свободную черную тунику до середины бедер с шитьём по горловине, такого же цвета штаны из бархатистой ткани и высокие кожаные сапоги с пряжками.

— Какому ещё дракону?

— Валериану, — уточнил он терпеливо, — Картаррскому.

Валере Картавому по прозвищу дракон — пронеслось у меня в голове.

— И что же он решит?

Мужчина пожал плечами.

— Это известно лишь ему одному. Возможно, запрёт вас в гареме с остальными женами, сошлет в прислужницы, или продаст…

Я с трудом сглотнула застрявший в горле комок. Что за дикие нравы?

— Кому?

— Это пока неизвестно. Но распространенная практика.

Самого бы его продать, этого Валеру. На мыло для собак. Ничего себе… живых людей и на продажу?

А это вообще законно?

Я не успела задать вопрос. В коридоре послышались шаги, затем в дверь постучали.

— Господин велел спуститься в зал переговоров, — озвучил показавшийся в дверях слуга в темно-синей ливрее, — прибыл посол с острова нагов.

— А я там что забыл? — выдохнул Ройм, с досадой поднимая глаза к потолку.

— Сюзерен велел, чтобы вы снова привели госпожу. Наг явился за ней…

4

— Наг?

Я перевела взгляд на Ройма. Выражение его лица не сулило ничего хорошего. Тот кивнул и предложил мне руку.

— Он самый. Придется вернуться.

— Наг, в смысле, без одежды?

Мужчина даже улыбнулся.

— Нет, это такой народ, змеелюды. У них собственный остров и с ними принято считаться.

Змеелюды? Я красочно представила мужчину с головой кобры и скривилась.

Ройм помог мне подняться.

— Всё не так плохо, как вы себе нафантазировали. Они выглядят, как мы с вами. Ну, почти.

Уловив какое-то движение сбоку, я повернулась и встретила в отражении зеркала свой собственный взгляд. Неужели это и правда я?

Платье было выше всяких похвал… когда бы меня успели переодеть? Далеко не тот гипюровый ужас… Кажется, самый настоящий золотой шелк с тончайшей вышивкой.

А что с моими волосами? Почему они светлые? Я даже коснулась сложной прически, чтобы убедиться наверняка, что это не парик.

— Что-то не так? — нахмурился Ройм.

Всё. От и до.

Но я не стала признаваться, чтобы не скомпрометировать себя еще больше. И без того сиреневоглазый считает меня странной. По глазам вижу.

— Всё в порядке, — натянуто улыбнувшись, я чуть пожала его руку.

Мы вышли из комнаты, прошлись по коридору и спустились этажом ниже. На лестничной площадке возвышались огромные двустворчатые двери, распахнутые в просторный зал с большим камином, множеством диванов и тяжелыми напольными подсвечниками.

Солнечный свет, окрашенный в цвета витражей, падал на ковер из длинных стрельчатых окон. В его тусклых лучах танцевали золотистые пылинки.

Ровно посередине зала стоял он, Валериан. Глаза б мои его не видели. Похоже, наши желания совпадали, судя по тому, как тот поджал при виде меня свои тонкие губы.

Ройм приветственно поклонился, словно и не виделся с братцем полчаса назад. Я не удосужилась даже опустить взгляда, мрачно глядя на беловолосого.

Что-то подсказывало, что женщин он ни во что не ставит.

Помнится, Ройм упоминал, что у его старшего брата их целый гарем…

Благо, меня пронесло от такого счастья. Или нет.

Сейчас, глядя во внимательно сощуренные сиреневые глаза, я начинала в этом сомневаться. Хорошо, что Ройм был рядом. Он не даст в обиду.

Наверное.

— Я принял решение, — озвучил беловолосый. — Наги предложат за нее неплохую компенсацию. У них, как ты знаешь, очень ценятся подобные… особи.

Я медленно выдохнула сквозь стиснутые зубы. Очень хотелось высказать этому шовинисту всё, что о нём думаю. Да чревато.

Этот не погнушается ничем.

Скорее всего, он даже хуже моего жениха. Герх искусно притворялся заботливым и нежным, а Валериан даже не утруждается. Один приказ — и отправит меня не к змеелюдам, а на плаху.

С него станется.

Я выразила своё отношение взглядом. И дракону это не понравилось.

Дракон… наверняка именно по характеру. Избалованный властью и деньгами гад.

Беловолосый шагнул навстречу, махнув Ройму, чтобы тот отошел. И мой защитник, опустив глаза, повиновался.

Я закусила губу.

Драконище оказался так близко, что я почувствовала его аромат — странную смесь цветочных лепестков и горького дыма. Как будто клумбу подожгли.

Схватив холодными пальцами за подбородок, Валерьян поднял мою голову, чтобы заглянуть в глаза.

— Дерзкая… выходит, твой отец солгал ещё и в этом. Отличный сюрприз будет от меня нагам. Как раз на годовщину перемирия.

Я дернула подбородком и шагнула назад. Не было ни малейшего желания отвечать на его провокации. А ведь ждал, я видела по глазам.

Не дождется.

Ройм не выдержал первым:

— В чем ещё солгал тебе её отец?

— В том, что она красива.

Сволочь. И всё-таки я тоже не смогла промолчать:

— Или он сделал вам большое одолжение, потому что сами настоящую красоту вы разглядеть не способны!

Красота в глазах смотрящего. В этих презрительных сиреневых буркалах она явно отсутствовала.

Ройм резко повернулся, глядя на меня с выражением крайнего удивления, а на губах беловолосого зазмеилась нехорошая усмешка.

— Что ж, полагаю, твоя красота скроется еще глубже после пребывания в темнице и наказания плетьми, как считаешь?

Ответить я не успела.

За спиной

— Герханн с острова нагов, — услышала я и медленно обернулась.

В дверях стоял мой несостоявшийся муж… Герхарт.

Высокий мужчина с внешностью викинга смотрел на меня в упор с таким зверским выражением, что стало понятно — он тоже меня узнал.

Черт побери, это точно он! Не кто-то похожий, а именно мужчина, отправивший меня в нокаут в коридоре центрального городского загса.

Благодаря ему я оказалась здесь. И вот он снова меня нашел.

Мне стало нехорошо. Я даже отступила на шаг, впечатавшись спиной в грудь беловолосого гада.

Бывший жених оставался верен себе. Одетый в светлый вельветовый камзол, белоснежную рубашку и облегающие штаны, тот возвышался над толпой своей свиты, как айсберг посреди бурного моря.

Меня толкнули вперед.

Едва не запнувшись об подол, я выпрямилась и упрямо взглянула в глаза рыжеволосого визитёра.

Глаза. Это единственное, что отличало этого Герха от Герха прежнего. Они были совершенно желтыми с хищным вертикальным зрачком.

— Приветствую дорогого гостя, — протянул Валериан, снова беспардонно подталкивая меня к тому, кого здесь называли Герханном.

Тот высокомерно кивнул, не отрывая змеиного взгляда от моего лица.

— Полагаю, вы желаете познакомить меня со с-своей невес-стой? — прошипел он со знакомым акцентом.

Нас окружила свита новоприбывшего гостя. Такие же рыжеватые, желтоглазые и высокомерные, как на подбор.

Дракон негромко рассмеялся.

— Ошибаетесь. Я хочу вам её подарить.

5

Кажется тот, кого называли нагом, ничуть не удивился. Но и отказываться от подарка не стал.

Ещё бы он отказался. Судя по его взгляду, именно за мной он и явился.

Словно заранее знал…

— Очень щ-щедро с ваш-щей стороны, — поблагодарил Герх, не спеша между тем падать в обморок от радости. — Мы тоже прибыли не с пус-стыми руками.

А вот Валериан просиял. Обернувшись, я увидела, как сверкнули довольством его сиреневые глаза. Всё с ним ясно. Меркантильная сволочь.

Толпа гостей расступилась, пропуская пару носильщиков с огромным сундуком наперевес. Те приблизились, бережно поставили свою ношу перед нами и откинули тяжелую железную крышку.

— В чес-сть перемирия, — прошипел гость с легким поклоном.

Чего там только не было… у меня едва челюсть не отпала от подобной щедрости.

Содержимое подарочного сундука переливалось драгоценными камнями. Прозрачными алмазами, яркими рубинами, темно-синими топазами и травянисто-зелеными изумрудами. Среди всего этого великолепия поблескивали вкрапления золотых слитков.

Ничего себе, перемирие. Не дешевле ли повоевать? А наг то, кажется, просчитался. Променял такое богатство на… так, погодите!

Стало ясно, что меня сейчас так же, как этот сундук… отдадут моему конченному бывшему. И еще неизвестно, как тот со мной поступит!

В этом странном мире с драконами и змеелюдами женщинам уделялась роль бессловесного живого товара. А если будет сильно возражать — то еле живого.

По позвоночнику прошелся неприятный холодок.

— Я не хочу становиться подарком! Я человек, а не товар!

Все взгляды обратились на меня.

Дракон вздохнул, пошевелив дыханием волосы на моём затылке.

— Немного дерзкая, но уверен, вы справитесь, — проговорил он со змеиной улыбкой.

Герханн коротко кивнул и дал знак своим людям. Те направились ко мне.

Я отшатнулась.

— Ройм!

Но вряд ли он смог бы мне помочь. Наверняка и сам боялся этих рыжих нелюдей.

Меня грубо подхватили под руки и понесли на выход. Причем я могла даже не перебирать ногами. Просто поднять их и висеть мертвым грузом.

Но тот факт, что противник был сильнее, не заставил меня смириться с ситуацией.

Набрав побольше воздуха в грудь, я завизжала, что есть сил. Так громко, что бугаи шарахнулись в разные стороны. Жаль, не отпустили. Так и несли до тех пор, пока я не выдохлась.

— Пустите, твари! Да вы знаете, кто я такая⁇ Да я вас всех!! Каждого!! Знаете что⁇

Те только бежали скорее, чтобы успеть вынести меня из зала, пока у дракона с нагом не кончилось терпение.

Не успели.

У ворот нам преградил путь благообразный старичок в черной хламиде с каким-то витиеватым знаком на груди. Я подавилась воздухом, увидев, что у того не было зрачков… глаза старика светились жутковатыми бельмами.

Да что с ними со всеми такое⁇ То сиреневые, то желтые, то вот это вот!

Обернувшись, через плечо, я взглянула на дракона. Тот, белый от злости на поведение дерзкого «подарка», в секунду преобразился, нацепив умиротворенное выражение.

Каков лицемер…

Герх смотрел на новоприбывшего с явной враждебностью, как на личного врага. Как на меня совсем недавно в коридоре загса…

Старичок улыбнулся. От его странного взгляда захотелось спрятаться подальше, но я ничего не могла поделать, продолжая тряпочкой висеть меж двух громил.

— Оракул, — подал голос Валериан. — Рад видеть в добром здравии. Что привело вас сюда сегодня?

Несмотря на приветственную улыбку, глаза драконища оставались ледяными. Видимо, не так уж он и рад был видеть белоглазого старика.

Оракул обвел присутствующих жутким взором, заставив всех невольно напрячься. Лицо Герха и вовсе стало откровенно злым, словно он ждал от благообразного дедули какого-то подвоха.

И тот не подвёл. Мило улыбнулся и выдал:

— Это может быть большой потерей… очень большой. Той, о которой горько пожалеют, но вернуть возможности не представится.

Я моргнула. Что? А можно еще раз, но поконкретнее. Это он о чём?

Но дракон, кажется, понял. Перевел свой задумчивый взгляд на меня.

— Благодарю вас, мастер.

Старичок коротко поклонился и исчез.

Что происходит? Кажется, все всё поняли, кроме меня. Даже рыжебородый Герх заметно напрягся, делая шаг в сторону, чтобы отвлечь внимание дракона на себя.

— Это не вс-се дары, которые мы привезли, — протянул он, выводя Валеру из задумчивости.

Что ему какие-то там советы, когда есть подарки!

В дверях показались очередные носильщики с новым сундуком, и меня под шумок вынесли из тронной залы.

Бугаи спустились по лестнице, зашагав по длинному коридору в сторону выхода из замка.

Запахло жареным. Вернее, приключениями. И я не была уверена наверняка, что они закончатся для меня чем-то хорошим.

Ведь меня подарили Герхарту-Герханну! Который еще и змеелюд! Понятия не имею, что это значит, но вдвойне страшно.

Вскоре мы оказались на крыльце, и я зажмурилась от яркого солнца. Открыв глаза минутой позже, увидела, что мы здесь не одни.

Во дворе замка было полно народа. Наверное, тех самых гостей, которым не посчастливилось погулять на драконьей свадьбе.

Меня несли по образовавшемуся в толпе коридору к темному экипажу со странным гербом на дверце. Позади волочился длинный, испачканный в пыли золотой шлейф.

Мимо мелькали незнакомые лица. Хмурые, презрительные, высокомерные… словно все они были защищены от подобной судьбы,

А вот мне не повезло.

Последним промелькнуло лицо седовласого мужчины, очень похожее на лицо моего отца. Стоило встретить его равнодушный взгляд, как тот тут же отвернулся.

А потом меня затолкали в закрытый экипаж и захлопнули дверцу.

Я прильнула к единственному окну.

Поверх праздной толпы серела мрачная громада замка. В одном из окон второго этажа показалось мужское лицо.

Сиреневоглазый дракон смотрел на меня с выражением, подозрительно напоминавшим сожаление.

И я не смогла удержаться. Подняла руку, ехидно продемонстрировав ему оттопыренный средний палец.

Рукав платья сполз вниз. На моем запястье, обвивая его наподобие браслета, проступил необычный серебристый рисунок.

6

Очень похожая на необычную цветную татуировку, сложная вязь поблескивала в полумраке экипажа. Она даже едва заметно шевелилась, как живая.

Я тревожно сглотнула. Это что ещё такое?

Красиво, но я не давала согласия ни на какие татуировки. Неужто беловолосый постарался? Больше некому.

Я перевела на него подозрительный взгляд. Дракон побледнел, опасно сузив глаза. Тоже разглядел рисунок, не иначе.

Через мгновенье мужчина скрылся в глубине зала, а я со вздохом откинулась на мягкую спинку сиденья. Нарисованный браслет не желал исчезать. Даже попробовала его оттереть, послюнив палец. Бесполезно.

А ведь драконище точно про него что-то знает. Иначе не стал бы так бледнеть.

Экипаж пошатнулся и двинулся с места, заставив вздрогнуть от неожиданности.

Что, уже? Видимо меня, как и положено хорошему подарку, решили отправить домой заранее, чтобы оставить в сохранности до поры.

Это слегка обнадеживало. И давало лишнее время на обдумывание ответного маневра. Например, побега…

Экипаж выехал с замкового двора и покатил по мощеной улице вдоль каменных домиков с яркими черепичными крышами. Любопытные прохожие останавливались, чтобы взглянуть на карету. Детишки бежали вслед, лаяли лохматые собаки.

Обычная картина сельской жизни из какой-нибудь сказки братьев Гримм. Если не брать в расчет, что те писали самые настоящие ужасы.

Спустя какое-то время мощеная дорога сменилась накатанной, а городской пейзаж — лесным.

Меня знатно укачало и начало клонить в сон. Пришлось улечься на сиденье, для пущего удобства поджав под себя ноги.

Может сейчас засну и снова проснусь в загсе? Ведь всё это очень похоже на крайне реалистичный сон, и на самом деле такое бывает только в чьих-нибудь неуёмных фантазиях…

Но проснулась я всё в том же экипаже. Только на этот раз в полной темноте и тишине.

Проморгалась, привыкая к отсутствию освещения и выглянула в окно. Темный лес… а где все?

Куда меня привезли?

Дверь экипажа оказалась не заперта, и я вышла наружу, путаясь в длинном подоле.

Наверное, зря. Лес он и есть лес. Только вблизи еще страшней.

И никого вокруг.

— Эй, есть тут кто живой? — спросила шепотом, пугаясь звука собственного голоса.

Деревья не спешили отвечать. Их сумрачные кроны шелестели на прохладном ветру, где-то вдалеке ухала сова и пищали летучие мыши.

Сглотнув, я поняла, что здесь мне делать нечего. Дождусь утра в надежном экипаже, а там посмотрим.

Жаль, опыта управления повозками я не имела. Хотя… может, стоило попробовать?

Но, только я шагнула к лошадям, как тут же запнулась обо что-то мягкое и едва не свалилась в траву.

Под ногами лежал человек… или наг. В общем, один из свиты рыжего гостя. Тот самый, кто нес меня из тронного зала.

Кажется, он не спал… его остекленевшие глаза отражали бледный свет луны. Я отшатнулась, и на этот раз запнулась наверняка.

Больно упала назад и поползла, поняв, что нашелся и второй. Не более живой, чем первый.

В груди заворочался страх. Надо бежать отсюда подальше, пока и меня не настигло то, что умертвило несчастных конвоиров.

Я подскочила, как ужаленная и рванула в сторону кареты.

Неудачно. Подол зацепился за что-то, не позволяя сделать шаг.

Обернувшись, я застыла, как вкопанная.

За спиной возвышался Валериан Картаррский собственной персоной. Я даже глаза протерла. Нет, не показалось.

Драконище стоял на моём подоле, его сапог оставлял на тонком золотом шелке грязные следы.

— И снова здравствуй, дорогая истинная. — Протянул он со зловещей улыбкой. — Я передумал тебя дарить, самому нужнее. Иди-ка сюда.

Схватившись за шлейф моего платья, дракон потянул его на себя. Я завизжала и принялась тянуть в обратном направлении.

Жаль, силы были не равны. С силой дернув ткань, мужчина уронил меня вперед, подхватил на лету и тесно прижал к груди, мешая сделать лишний вздох.

Меня снова окружило ароматом сгоревшей клумбы.

Визг по техническим причинам прекратился, и лес снова таинственно зашелестел, будто ничего и не произошло.

Схватив меня за руку, Валериан поднял ее к глазам, любуясь таинственно мерцающим в полумраке плетением рисунка.

— Метка, — пробормотал он со вздохом. — Так и есть. Истинная.

— Что еще за истинная метка?

— Моя метка! — рыкнул он негромко, клацнув челюстями.

— Когда это вы успели меня пометить⁇ Кто позволил⁈

Он закатил глаза, но объяснять ничего не собирался. Вместо этого снова прижал моё лицо к своей твердой груди, заставляя замолчать.

Я не имела понятия, что все это значит, и не понимала, что хуже, стать подарком нагу или помеченной собственностью дракона.

Как по мне — оба варианта никуда не годились.

Следовало что-то срочно предпринимать. Самостоятельно.

Потому что выбора мне никто не предоставил.

Сердце колотилось, а в ушах шумела кровь, но всё же я расслышала в этой обманчиво спокойной тишине топот лошадей и стук колес. Кто-то приближался, и дракон не хотел быть замеченным.

Он начал бесшумно отступать в лес.

Я задергалась в попытке высвободиться из его рук. Бесполезно. Меня сжали стальным капканом объятий, словно единственную оставшуюся в мире драгоценность.

Наверное, где-то в чаще нас ждала лошадь, или даже экипаж.

Я ошиблась.

Блондин выволок меня на залитую лунным светом поляну. Здесь не было ничего, на чём мы могли бы вернуться в замок. И я вопросительно посмотрела на своего похитителя.

Он что, на горбу меня потащит?

Тот, явно что-то задумав, внезапно толкнул меня на траву.

Я недоуменно пронаблюдала, как мужчина отходит подальше. Для чего?

Что он творит? Может, попробовать сбежать? Если бы не этот треклятый подол…

Со стороны дороги слышался шум. Кто-то явно заметил пустой экипаж и мертвых нагов. Так что вскоре сюзерена могли поймать на горячем и пустить в расход.

Честно говоря, я очень на это надеялась.

Но у Валериана были иные планы.

Воздух вокруг высокой мужской фигуры подернулся рябью, и в следующую секунду в центре поляны восседал крылатый ящер.

Огромный

7

Пискнув, я начала отползать в сторону.

Теперь стало понятно, что драконом Валериан был не только по характеру. Огромным, размером с автобус, с хищно распахнутыми крыльями, клыкастой пастью и когтистыми чешуйчатыми лапами.

В свете луны существо казалось поистине сказочным. Как бы ни было страшно, не любоваться им было невозможно.

Но дракон торопился, поэтому сеанс любования решил отложить на потом.

Резко метнувшись навстречу, он сгреб меня в охапку огромными лапами. Я снова завизжала, но дракон не обратил на это внимания. Пробежавшись по поляне, взмахнул крыльями и рывком взлетел в ночное небо.

Я забыла, как дышать, глядя на кроны деревьев, которые тот едва не задевал кончиком длинного хвоста.

Он летел максимально низко, не спеша набирать высоту, и я догадалась, отчего. Не хотел, чтобы его заметили с дороги.

Как будто наги не поймут и так, кто вернул себе «подарочек».

Горячая чешуя не позволяла мне замерзнуть на прохладном ночном ветру. Она отражала звездное небо, маскируя дракона и пряча его от чужих глаз. И всё же я надеялась, что его поступок не останется безнаказанным.

Уморить двоих! В чём они провинились?

Неужели дракон так просто поступился перемирием? Ради какой-то серебряной метки? И даже отдаст те сундуки с драгоценностями⁇

Нет, я совершенно ничего не понимала.

Спустя какое-то время вдалеке показался силуэт замка. Ну что ж, погуляла и хватит.

Видимо, в Эдинхайме я надолго…

Меня ссадили на просторном балконе одной из башен. Дракон мягко приземлился на каменный пол, встряхнулся и негромко зарычал, приближая ко мне свою рогатую голову.

— Что, стр-рашно?

Я закусила губу. Он еще и издеваться будет? Размахнувшись, изо всех сил засадила чудищу кулаком промеж сиреневых глаз!

Из моих собственных тут же брызнули искры. Я едва сдержалась, чтобы не заорать не самым цензурным языком всё, что думаю про драконов и этого в частности.

Руку обожгло болью. Ну ничего, даже если дракон почувствовал вполовину меньше — оно того стоило.

Тряхнув головой, ящер отшатнулся, и шагнул навстречу уже беловолосым мужчиной.

— Попробуй еще раз, — прошипел он, опасно приближаясь, — и сломаю руку. Для того, зачем я тебя вернул, руки не нужны.

— И для чего же? — прохрипела я сквозь зубы, баюкая ушибленную конечность.

Мужчина хищно улыбнулся. Качнулся навстречу, поймал меня за талию и прижал к себе, наглядно демонстрируя свои намерения.

— Делать наследников… Свадьба всё же состоится. Уже завтра. Откладывать ни к чему. Полагаю, ты не против небольшого семейного торжества.

И вопросом это не было. Поэтому отвечать я не стала. А смысл? Всё равно он сделает по-своему.

Во мне зрела мрачная решимость испортить беловолосому гаду всё удовольствие.

— Убери от меня свои лапы! Что, гарем не справляется со своими функциями? Почему я⁇ — прошептала я со злостью, на что тот только рассмеялся.

Слишком довольный для того, чтобы наказывать меня за дерзость.

— Из всех моих жен ни одна не имеет метки. Ни одна! И вот появляешься ты… это подарок судьбы. Мне, а не нагам, — цапнув меня за подбородок, дракон резко приблизился и обжег губы поцелуем.

Неожиданно нежным, но от этого не менее возмутительным.

Опомнившись, я начала отпихивать его от себя.

Тот только усмехнулся и позволил мне выскользнуть из своих объятий.

— Завтра не убежишь…

В таком случае нужно сделать это сегодня!

Я метнулась в сторону выхода и столкнулась с Роймом.

Незаметный в темноте, мужчина поймал меня, не позволяя упасть. Как давно он здесь стоит?

— Брат… проводи мою невесту в её покои. Пусть отдохнёт. Завтра у неё будет очень тяжелый день, и не менее тяжелая ночь.

Скрипнув зубами, я готова была отбить о него и вторую руку, но Ройм увлек меня прочь.

От злости я едва смотрела, куда иду. Хотелось вернуться и навалять чешуйчатому паразиту. Только Ройм держал меня слишком крепко, выполняя приказ.

— Не дёргайся, спокойно, — посоветовал тот ровным голосом, когда мы отошли на значительное расстояние и нас уже не могли услышать.

— Спокойно⁈ — ахнула я, чувствуя, что еще немного, и вместо его белобрысого братца оторвусь на нём. — Ты сейчас серьезно⁇

Мужчина буквально втолкнул меня в прежнюю комнату.

— Серьёзней некуда. Брыкаясь и скандаля, ты только делаешь из себя посмешище.

— Ну так посмейся, если тебе смешно! Давай!

Тяжело дыша, я упала в кресло. Рука неприятно ныла. Брюнет застыл у дверей, словно карауля, чтобы не посмела сбежать.

Я ошиблась, считая, что Ройм на моей стороне. Выходит, что рассчитывать, кроме как на себя, было не на кого.

— Мне не смешно… мне отвратительно видеть, как он обращается с истинной.

— Какой ещё истинной? — отдернув рукав, я хмуро уставилась на драконью метку. — Что это всё значит?

— Это значит, что ты идеальная пара дракона и точно принесешь ему наследников.

Дались ему эти наследники…

— Не хочу я никого никуда нести! Пускай сам как-нибудь.

Мужчина вздохнул.

— Это решать не тебе.

— То есть, ты вполне согласен с таким раскладом, да? — сощурилась я, — что, тоже ждешь свою истинную, чтобы жениться и заставить приносить наследников?

— Я не претендую на трон, поэтому мои наследники никому не нужны. У Валериана, как у сюзерена, гораздо больше обязанностей, и его можно понять… но не одобрить. Сам я никогда и никого ни к чему не принуждал. И не собираюсь.

Всё-таки он не ответил на мой вопрос. Проигнорировал. Ну еще бы. Разве пойдет он против властного брата ради какой-то там меня?

Ройм хотел сказать что-то еще, но не успел.

— Где она⁇ — послышался из коридора истеричный женский голос. — Я хочу видеть истинную моего любимого сына!

Следом раздались торопливые шаги, и дверь распахнулась.

8

Я увидела немолодую седовласую женщину в ярко алом платье с пышной юбкой и кружевными рукавами. Женщина была невысокой, но её рост успешно компенсировала внушительная прическа, украшенная жемчугом и драгоценными камнями.

Глядя на гостью, стало понятно, куда пошло содержимое подарочных сундуков.

Женщина блестела камнями с ног до головы, как новогодняя елка, только что не звякала при ходьбе.

— Та же самая? — вместо ожидаемого приветствия, судя по всему, моя будущая свекровь нахмурила тонкие, густо накрашенные брови.

Она перевела вопросительный взгляд на младшего сына.

Тот кивнул.

— Валериан снова решил жениться, когда увидел метку.

— Ну что ж, значит, это судьба… — однако новость её явно не обрадовала.

Окинув меня внимательным взглядом с растрёпанной головы до испачканного подола, женщина брезгливо скривилась.

— Что с женами не везёт, что с истинной… ну почему

Я посмотрела на Ройма. Он едва заметно пожал плечами, и стало ясно, что эту эксцентричную особу проще терпеть, чем с ней бороться.

Ещё одна проблема на мою голову, будто мало мне её отвратительного старшего сынка.

— Ну, что это такое! — театр одной актрисы продолжился. — Вы только посмотрите!

Женщина принялась ходить вокруг кресла, разглядывая меня, как неизвестное науке насекомое, и причитать:

— Худая… бледная… как она выдержит дракона? Каких наследников родит⁇ Ему нужны сильные сыновья!

Я молчала, чувствуя, что злость закипает с новой силой. Однако сдерживалась, как могла.

Но после того, как незнакомка протянула увитую драгоценностями ручонку, чтобы коснуться моих волос, я с удовольствием её от себя оттолкнула.

Женщина замерла, выпучив глаза, словно я нанесла ей смертельное оскорбление.

Поджав ушибленную конечность, она снова посмотрела на младшего, возмущённо протянув:

— Это что такое⁇

— Истинная, госпожа, и она будет жить с нами.

— Ну, это мы еще посмотрим, — подбоченилась та, сузив глаза.

И её слова полностью совпали с моими мыслями. Я даже улыбнулась, новым взглядом оценив эту царственную хабалку, мать драконов.

Если я искала способ, чтобы избежать замужества, то вот он. Свекровь мне в помощь.

— На что вы собрались смотреть, уважаемая?

Она моргнула, отступив назад. Словно не ожидала, что я умею разговаривать.

Видимо, все местные женщины тут ходят по стеночке, опустив глаза в пол и подают голос только тогда, когда им разрешат. Свекровь оказалась досадным исключением.

Я тоже не собиралась подчиняться этим шовинистским правилам. Надеюсь, это лишь утвердит ее в желании поскорее от меня избавиться.

Если бы не метка…

Не будь её, все было бы намного проще. Наверное.

— Я уже вижу, — высокомерно проговорила мать драконов, — что тебе придется многому поучиться, деточка.

— Уж не у вас ли?

Та закатила глаза.

— Ну что ты… разумеется, нет. До меня тебе расти и расти. Наймем тебе гувернантку, раз родители не удосужились к таким годам обучить дочь манерам.

— Над вами, я погляжу, тоже не особо старались.

Будущая свекровь даже дернулась, как от удара.

Я увидела, как расплываются алые пятна на ее старательно выбеленных щеках.

— Ройм, выйди вон! — рявкнула она, и тот повиновался, оставив нас одних.

Женщина коршуном кинулась ко мне, только я уже была готова к этому маневру.

Незапланированная драка в коридоре загса не прошла бесследно, кое-чему научив.

Я подскочила в кресле и резко отбежала за его спинку. Принимать бой я не собиралась. Боюсь, если покалечу эту несчастную, мне это сильно аукнется.

— Ах ты дерзкая мерзавка! — змеёй зашипела свекровь, сощурив бледно-голубые глаза, — думаешь, я позволю с собой так обращаться⁈ Я тебе покажу, как нужно себя вести в этом замке! Я тебя воспитаю!

— Если так же, как воспитали старшего сына, то, пожалуй, откажусь.

Взревев, она кинулась вдогонку.

И я бы с радостью убежала, кабы не чертов подол. Наступив на него, свекровь радостно бросилась навстречу.

Только добраться до меня своими когтистыми лапками не успела.

Сзади её схватил вернувшийся Ройм. Видимо, понял, что маман тут не воспитательные беседы вести собралась. А насилия, насколько я поняла, мужчина не терпел.

— Пусти меня сейчас же! Подкидыш несчастный! Кто тебе позволил меня касаться⁇

Подкидыш? В смысле? Он что, ей не сын?

Тяжело дыша, взлохмаченная женщина нервно пригладила выбившиеся пряди. Обведя нас презрительным взглядом, она резко развернулась, выпрямила спину и направилась к выходу.

— Я всё поняла, вы заодно! Валериану будет интересно узнать!

Закрыть за собой дверь она не удосужилась. Это сделал Ройм, после чего помог мне подняться с пола.

— Спасибо.

Как бы то ни было, мужчина заслужил благодарности. Иначе эта бешеная табуретка порвала бы меня на лоскуты.

И носить наследников стало бы некому.

— Не за что, и прости за это. Ещё ни одна из невест её не устроила.

Я пожала плечами. Ничуть не удивлена. Разумеется, ни одна не будет достаточно хороша для любимого сыночка. Кстати…

— Ты не её сын?

Ройм покачал головой.

— Нет, я сын второй жены.

Фу, многожёнство… эти султаны-драконы мне не нравились, как и их порядки. Женщины, вынужденные бороться за внимание супруга и жить бок о бок, будут ненавидеть и друг друга, и детей соперниц.

Разве это не отвратительно? Но больше всего отвратителен тот, кто их в эти условия поставил.

Дракон.

Я со вздохом опустилась в кресло. Нет, свекровь мне не помощница. Она скорее уморит, чем поможет бежать.

— Есть один выход.

— Что? — я подняла голову и встретила взгляд сиреневых глаз.

— Я знаю, как тебе можно избежать этого брака.

Мужское лицо было серьёзным. Стало понятно, что Ройм проникся и действительно решил помочь.

Я даже дыхание задержала, чтобы не спугнуть этот важный момент.

— И как же?

9

— Ты в своём уме⁇

Я не верила своим ушам.

Но Ройм оставался серьезен, никак не реагируя на моё справедливое возмущение.

— Выйти замуж и всячески избегать близости три дня, чтобы потом подать на развод⁇ — уточнила я.

Мужчина невозмутимо кивнул.

— Если брак не будет консумирован в этот срок, то оракул вас разведёт. Таков закон.

Глубоко вдохнув, я медленно выдохнула, чтобы успокоиться.

— Ну допустим… только как именно я смогу избежать этой близости?

Представилось, как в первую брачную ночь стану бегать от дракона по всему замку, кидаясь в него всем, что подвернется под руку.

И иногда даже попадая.

Но идея, конечно, так себе. Полагаю, что такого, как Валериан, подобные догонялки только раззадорят.

Спрятаться? Сомнительно. В собственном замке он меня найдет на раз-два.

Или, может у них тут выдают пояс верности? Нет, такую штуку я точно не надену.

— Предоставь это мне.

Его уверенности можно было только позавидовать.

Наверное, не очень мудро с моей стороны рассчитывать на кого-то, кого знаешь без году неделю, но… особого выбора у меня не было.

Разве что…

— А просто сбежать никак?

— Он найдёт. Теперь, когда на тебе его метка.

— Но ведь она никуда не исчезнет? — я тоскливо посмотрела на серебристый узор.

Несмотря на всю его красоту, сейчас он казался обившейся вокруг запястья ядовитой змеёй, которую никак нельзя стряхнуть.

— Исчезнет, — уверил Ройм, — сразу же после развода. И тогда ты станешь недосягаема для моего брата.

Я смотрела на мужчину в упор, стараясь подметить малейшую фальшь или угадать подвох. Но тот уверенно смотрел в ответ, даже не моргая.

Хм…

— Ну, допустим, — я со вздохом расправила пыльный подол, — тогда почему бы тебе не посвятить меня в свой план? Я хочу знать, как именно ты собираешься

— Не могу. Просто доверься.

Легко сказать. Только, опять же, был ли у меня иной выход?

— Дракон от тебя не откажется до тех пор, пока оракул не признает ваш брак недействительным. Иначе его не убедить. Твоя метка для Валериана желанней всех сокровищ, ведь это значит, что его род продлится, и драконы продолжат править этой землёй.

Что ж… Если он и правда знает, что делает.

— Может тогда хотя бы намекнёшь, а?

Ройм улыбнулся одним краешком губ.

— Отдыхай, Ася… завтра у тебя будет действительно сложный день.

Я с трудом сглотнула. Благо, про ночь он упоминать не стал.

Мужчина вышел, прикрыв за собой дверь. Я тут же заперла ее на замок. Мало ли, вдруг драконьей свекрови приспичит вернуться, чтобы почесать об меня вредные ручонки, или ее любимый сынок захочет навестить.

Береженого бог бережет.

Оставшись в одиночестве, я стянула с себя опостылевшее платье и отправилась искать ванную. Нужная дверь нашлась за ширмой для переодевания.

Посреди небольшой, отделанной гладким серым камнем комнаты темнел бассейн. Я покрутила латунный кран, и из него хлынула вода с ароматом каких-то незнакомых трав.

Горячая ванна — то, что нужно, чтобы всё как следует обдумать. Погрузившись по самую шею, я закрыла глаза.

И как меня только угораздило оказаться в такой ситуации?

Кому расскажешь — не поверят… да и рассказывать особо некому.

Кругом враги. Что дракон, что наг, что свекровь. И всем от меня чего-то надо.

Прямо девушка нарасхват!

Моя бы воля, бежала отсюда, куда глаза глядят. Только, боюсь, мне не позволят даже через порог ступить, не то, что покинуть замковый двор.

Да и куда я пойду? В незнакомом мире, без денег, связей и элементарных знаний.

Это всё Герхарт, мой несостоявшийся муж и теперь уже бывший жених! Чёртов викинг. Уверена, только он и виноват в том, что я здесь оказалась.

Взять бы его за воротник, да вытрясти признание.

Наверняка он в курсе, как мне вернуться обратно. Туда, где не будет этих странных сиреневоглазых мужчин, драконов и несмываемых меток принадлежности.

Вернусь домой и уволюсь из его конторы. Пусть сам макеты рисует и с клиентами согласовывает, скотина рыжая!

Только бы вернуться…

Теперь, вспоминая наши отношения от и до, я понимала, что всё с ними было не так. Причем с самого начала.

А ведь Герх мне совсем не нравился. Он даже не в моем вкусе.

Меня словно околдовали.

Каждый раз, когда я пыталась ему отказать, тело начинало действовать против моей воли. «Разумеется, нет», — вертелось в голове. «Конечно, да!» — произносила я вслух.

И вскоре забывала о каком-либо противоречии.

Но теперь всё встало на свои места. Мой бывший жених, так называемый иностранец, вовсе и не иностранец, а иномирец. И он действительно меня околдовал.

Иначе я бы никогда не согласилась на ту свадьбу. Вопрос: зачем она вообще была ему нужна?

Задумавшись, я не сразу обратила внимания на невнятный шум. Но вскоре стало понятно, что кто-то колупает входную дверь… ни чем бы то ни было, а явно ключом!

Я напряглась

Вылезти из ванны не успела. Кто-то ввалился в комнату, послышались торопливые шаги.

— Где она? — раздался голос, от которого захотелось зажать уши.

Свекровь-таки не успокоилась, явившись за возмездием.

Через минуту распахнулась дверь в ванную, и я увидела её. Ухмыляющуюся мать драконов в сопровождении мрачных женщин в светлых балахонах.

Мне стало не по себе.

Это что ещё за…

— Вылезай! — скомандовала неприятная особа, останавливаясь неподалеку.

— С какого это перепугу?

Она нехорошо сузила накрашенные глаза.

— Лекарицы пришли, чтобы проверить твою невинность…

* * *

— Как пришли, так и уйдут!

Потому что я никого не звала и не приглашала.

Что за наглость, врываться в чужую ванную всем скопом? И эта женщина будет выговаривать мне по поводу воспитания?

Я отплыла на середину бассейна. Пусть вылавливают, если очень хотят. Если решили, что я дамся так легко — то не на ту напали.

Скорее я устрою им массовые купания. А кое-кому, возможно, даже утопление.

— Я сказала вылезай! Иначе разговор будет другой.

Свекровь была настроена серьезно. Ну, если так, то захватила бы с собой багор. Потому что в воду она точно не полезет, а подчиняться я не стану.

— Да неужели?

Из оружия под моей рукой оказался лишь кусок мыла. Всё же лучше, чем ничего. И я даже знаю, в кого он полетит.

— Вылезай… иначе я тебе такое устрою… — мать дракона начинала неумолимо краснеть.

От влажности ее прическа грустнела на глазах, а неумелый макияж уплывал с лица, делая женщину похожей на клоуна.

Странные лекарицы в количестве шести штук смотрели на меня с лёгкой укоризной.

А не пойти бы им со своей укоризной куда подальше!

Это я им с выражением и озвучила. Но женщины, судя по всему, были привычны к посылам и не особо впечатлились.

— Если ты не вылезешь оттуда, — проговорила свекровь угрожающе, приближаясь к краю бассейна, — то тебя вытащат!

— Вся в нетерпении.

Сомневаюсь, что царственная маман захочет намочить свое красивое парчовое платье.

А вот незнакомки…

Те двинулись в мою сторону, заставив знатно напрячься и приготовиться метать мыло.

И я его таки кинула. В полное злорадства лицо свекрови в надежде обрадовать его еще и синяком. Только мокрый кусок выскользнул из руки и улетел дальше, к самой двери.

Правда цели всё же достиг.

Мыло прилетело прямо в лоб показавшемуся в дверях дракону!

Зарычав, Валериан недобро прищурился и огляделся.

— Что здесь происходит⁇

Женщины тут же опустили глаза, замерев на месте, как громом пораженные.

Свекровь обернулась со сладкой улыбкой.

Увидев лицо матери в пятнах поплывшей косметики, Валериан едва заметно дернулся.

— Стандартная процедура, мой дорогой, — защебетала она, заламывая руки, — проверка невинности, а твоя невеста…

— Её уже проверяли. Зачем повторно?

— Ну, мало ли что могло случиться за это время. Она всё же была у нагов, и наедине с твоим братом, так что…

Сиреневый взгляд остановился на мне, как лягушке в болоте, по шею сидящей в бассейне.

— Оставьте нас, — повелел беловолосый, делая плавный шаг в ванную комнату, — я всё проверю сам.

10

Свекровь вслед за процессией в светлых балахонах молча выскользнула за дверь. Однако мать дракона не обошлась без гаденькой ухмылочки в мою сторону.

М-да. А ведь возможно, когда-то точно так же унижали и её саму. Вот теперь и отыгрывается. Её, конечно, понять можно, но я бы так делать не стала. А смысл?

Она страдала, так пускать

Валериан закрыл дверь и шагнул вперед.

Вода в бассейне неумолимо остывала. Я начинала замерзать. Но пусть она превратится в лёд, вылезать и не подумаю!

— Чего ты хочешь? — начал он вдруг обманчиво спокойным тоном, — чего добиваешься таким поведением? Мстишь за позор на свадьбе? Только какой смысл, если в любом случае всё будет по-моему?

— Это мы ещё посмотрим…

Он шагнул ещё ближе с мягкой, и оттого более зловещей улыбкой.

Мой взгляд вдруг привлекло мыло. Темный кусок медленно, но верно возвращался к бассейну по покатому влажному полу.

Я закусила губу, а дракон протянул мне руку.

— Иди сюда. Мы вместе очень надолго, и я не хочу, чтобы отношения были такими…

Не такими, а какими? Жёнушка, к ноге? Наследников неси?

Щас, ага.

Я мрачно смотрела на протянутую конечность, пока мыло неспешно подползало к драконьему сапогу, оставляя за собой скользкий след.

— Или всё может быть хуже. Я бываю очень жестоким, и могу это продемонстрировать, если продолжишь брыкаться. Выбор за тобой.

Мой выбор давно уже сделан, и я об этом четко заявила. Передумывать не собираюсь. Быть какой-то там по счету женой рядом с тираном мужем и не менее тиранистой свекровью?

Да шли бы они оба лесом. По мухоморы.

Валериан понял, что не на ту напал. Из его груди вырвался протяжный вздох, и он шагнул ещё ближе, на самый край бассейна.

Жаль, что Ройм чересчур деликатен, чтобы врываться ко мне в ванную. Поэтому помощи от него я точно не дождусь.

Так что в данной ситуации следовало быть максимально дипломатичной. Бой с драконом один на один в столь уязвимом для себя положении я точно проиграю.

— А может я всё-таки завершу водные процедуры, и пообщаемся чуть позже? Где это видано, чтобы жених видел невесту голой до первой брачной ночи…

Но тот словно не слышал. Сиреневые глаза следили за тем, что не особо скрывала темная вода. Незначительная мыльная пена давно растаяла.

Перед кем я распинаюсь?

Он тут и так якобы великую честь мне оказывает, идя на диалог. С женщинами здесь особо не разговаривают, что видно по поведению тех же лекариц.

Это свекровь что-то распоясалась. Может, она вроде королевы-матери, поэтому все вынуждены с ней считаться? Вот и разбаловалась.

— Дай мне руку, Ася.

Даже имя они моё знают… странно. Словно я уже жила здесь давным-давно, просто не помню своего прошлого.

Чтобы потянуть время, я вытащила руку из воды. Метка, как назло, сияла серебристым браслетом, и не думая исчезать.

Дракон нахмурился.

— Она должна была стать больше…

Мои брови вопросительно приподнялись.

— С чего бы?

— После того, как я тебя поцеловал.

Я скривилась. Боже, она еще и растёт… И что, если не повезет, то после пары лет жизни с драконом я буду сиять, как новогодняя елка?

— Ну-ка иди сюда, хочу кое-что проверить!

Дракон устал ждать, а мыло так и не доползло до его ноги, застопорившись на середине пути.

Моя дипломатия кончилась вместе с его терпением. Мотнув головой, я отступила на шаг. На что беловолосый гад сжал зубы и просто шагнул в воду.

Такого поворота я не ожидала, рыбкой метнувшись в сторону. Только мужчина был гораздо крупней и явно имел опыт подобной ловли. Не успела я достичь края бассейна, как сзади меня обхватили его цепкие руки.

— Ну что, проверим твою невинность?

Я замерла, чувствуя, как по телу скользят чужие ладони. А потом пришла злость. Я забилась и заорала благим матом, чтобы дракону жизнь медом не казалась.

Тот опомнился не сразу. Видимо, впервые видел таких необузданных невест.

А потом зажал мне рот мокрой ладонью. Второй рукой схватил за запястье и приподнял его над водой. Метка осталась прежнего размера. Ну и хорошо.

Хватало мне того, что она в принципе есть. Как напоминание принадлежности, словно я какая-то вещь.

Однако мой крик не прошел бесследно. Дверь в ванную распахнулась, и я увидела Ройма.

Стоило мужчине понять, что здесь творится, как его глаза загорелись нехорошим сиреневым огнём.

— Что здесь происходит? — поинтересовался он низким, странно звучащим голосом, будто еле сдерживая рвущийся наружу рык.

— Я хочу спросить о том же. Кто дал тебе право врываться в ванную к моей невесте? — не остался в долгу беловолосый.

Брюнет медленно опустил взгляд, признавая правоту своего брата.

— Но ты прав. Следует приставить к ней служанку, чтобы было кому реагировать, если случится что-то действительно из рядя вон.

Ройм отвернулся, несмотря на мой умоляющий взгляд.

— Вернулись послы нагов. Снова просят аудиенции. Что им передать?

— Передай, что они приглашены на завтрашнюю свадьбу. Пускай разместятся в прежних покоях и отдыхают.

— Приказать подготовить гарнизон?

Беловолосый усмехнулся.

— Думаешь, они испортят празднество? Сомневаюсь. Что такое кучка нагов против двух взрослых драконов?

Двух? Значит и Ройм тоже…

— Что насчет последствий?

— Последствия, — протянул Валериан, мягко целуя моё запястья, — не заставят себя ждать. Очень на это надеюсь.

Серебристый рисунок дрогнул. От общего узора отделилась тоненькая ветвь, на которой показался изящный бутон.

Дракон удовлетворённо улыбнулся, а я поймала взгляд Ройма.

Мужчина смотрел на нас вполоборота, и его взгляд не предвещал ничего хорошего.

11

Было ясно, что отношения между братьями далеки от идеала, и мне очень не хотелось стать еще одним яблоком раздора.

Но тут, видимо, от меня уже мало что зависело. Поэтому пришлось усугубить.

В ход пошла женская хитрость.

— Пусти меня! — взвыла я, забившись в чужих объятиях, и Ройм рефлекторно дернулся навстречу, чтобы помочь.

Но был остановлен недобрым взглядом брата.

А мне уже чертовски надоело сидеть в остывшей воде, да и быть облапанной мерзким белобрысым гадом не доставляло ни малейшего удовольствия.

Поэтому я решила проблему по-своему и просто укусила его за руку. Изо всех сил. Вгрызшись бульдогом и не отпуская, даже несмотря на яростный рык белобрысого.

Жаль, продлилось это недолго, потому что чужая конечность вдруг начала покрываться твердой чешуей.

Стало понятно, что дело пахнет керосином, и я метнулась прочь из бассейна. Благо, мой маневр удался. Дракон выпустил меня из рук.

Повезло.

Ройм подсуетился, схватив с полки полотенце и завернув меня в него, стоило только вылезти из воды. Я выбежала из ванной, а брюнет остался утихомиривать брата.

Через несколько минут они появились оба. С беловолосого ручьями стекала вода. Не глядя на меня, он просто вышел из комнаты. Ройм последовал за ним, оставив меня недоумевать в одиночестве.

Ну и что это сейчас

Понимая, что задвижка особо не сработает, я всё же снова заперлась и принялась шерстить шкафы на предмет какой-нибудь одежды. Испачканное светлое платье исчезло, а альтернатив ему поблизости не виднелось.

Но в шкафу всё-таки нашлось нечто приличное… и даже бельё. Я скептически оглядела шелковые панталоны с кружевными оборками длиной до колен.

Но в моем ли положении привередничать?

Нацепив панталоны и сорочку, сверху я надела простое светло-серое платье. На этот раз безо всякого шлейфа и тяжелого подола. Длиной до щиколоток, с широкими рукавами и скромным полукруглым вырезом.

Хоть я и не привыкла к подобным нарядам, платье оказалось весьма удобным. Воистину, всё познается в сравнении.

Я любовалась на себя в зеркало, когда в дверь раздался скромный стук.

Пришла обещанная служанка. Она захватила с собой ужин. Оставив поднос на столике у камина, женщина поспешила ретироваться.

Я тоскливо проследила за ее бегством. Они тут все либо запуганы, либо вышколены исполнять приказы. А этой, видимо, строго-настрого запретили со мной общаться.

Мало того, что она не стала разговаривать, так еще и заперла меня снаружи. Прекрасно…

Из окна открывался чудесный вид на зеленый лес и черепичные крыши знакомого городка. Вдалеке светлела полоска неизвестного моря. Красиво… и чертовски высоко.

Так что по водосточной трубе не спуститься при всем желании. Оставалось положиться на Ройма. Ведь он обещал помочь, а иного выхода пока не предвиделось.

К еде я отнеслась скептически. Вдруг свекровь подсуетилась и подсыпала мне слабительного? Это в лучшем случае. Про худший не хотелось и думать.

На подносе красовались хлеб, фрукты, ветчина и тушеные овощи. Я рискнула попробовать только хлеб и яблоко. Отравить их, наверное, не так просто, как тот же морс.

Его я не стала даже нюхать. Захочу пить — напьюсь из-под крана.

На случай нежданных гостей я подперла дверь стулом и улеглась в кровать. Белье непривычно пахло травами и горьковатым мылом, и заснуть всё никак не удавалось. То и дело чудились голоса то ли стражников, то ли местных привидений.

Засыпать в этом недружелюбном замке было страшно. Хорошо, что хоть одной… Но это пока. Потому что завтра мне грозила очень неприятная компания.

Вся надежда была только на Ройма.

Разбудили меня ни свет ни заря. Стул отлетел от двери, будто его пнули. Я тут же подскочила, уставившись на группку служанок в коричневых передниках.

Они принесли платье… то же самое, но вычищенное и блестящее, как только что от портнихи.

Тревога стала нарастать. Когда именно Ройм начнет меня спасать? Хотя бы намекнул, чтобы я не так сильно переживала.

А пока вокруг вились беспардонные служанки. Стаскивали удобное серое платье, чтобы облачить меня в этот золотой кошмар. Вчера свадебное платье мне вполне нравилось, но сегодня оно полностью утратило своё очарование. Уж слишком неприятными были ассоциации.

Всё действо заняло где-то час.

Мне принесли скромный завтрак, из которого я выбрала булочку с джемом и очередное яблоко.

Служанки колдовали над моими волосами, а я хмуро жевала, глядя на себя в зеркало.

Спасательная миссия запаздывала. Благо, ненадолго. Как только из меня слепили приличную невесту, в коридоре послышались шаги, и на пороге появился Ройм.

Ну наконец то. Я едва не кинулась к нему навстречу, но мужчина остудил мой порыв спокойным взглядом.

Служанки выстроились вдоль стеночки, опустив глаза, а Ройм чинно предложил мне руку. Стало понятно, что перед персоналом лучше вести себя сдержанно.

— Пора, — обозначил он.

Я нахмурилась. Пора что, выходить замуж? Надежды на то, что всё-таки не придётся, разбились с оглушительным звоном.

И что мне оставалось? Устроить скандал?

Только слишком свежи были впечатления от прошлого свадебного скандала. Поэтому я, проклиная драконов на чем свет стоит, вложила пальцы в чужую ладонь.

— Большинство гостей разъехались, — озвучил Ройм, когда мы шли по длинному коридору, — но я развернул их обратно. Так что сегодня их будет даже больше, чем в прошлый раз. Думаю, что брата это очень удивит.

— Это как-то поможет в моём освобождении? — засомневалась я, на что мужчина белозубо улыбнулся.

— О, да…

Ну хоть кому-то сегодня радостно. Я его веселья не разделяла.

Мы прошли сквозь знакомую арку в торжественный зал, и я занервничала, обозревая огромную толпу. Когда они только успели… и не возникнут ли у них закономерные вопросы, почему дракон повторяет мероприятие, совсем недавно уже отказавшись от той же самой невесты?

Помимо нарядных гостей в толпе сновали и вооруженные стражники, что удивило еще больше.

Мы шагали сквозь узкий человеческий коридор под торжественные звуки арфы. Мое сердце билось в такт шагам.

Ройм не дошел до возвышения, на котором ждал Валериан. Остановился на середине пути, заставив дракона едва заметно нахмуриться.

— Подойди ближе, брат… — величественный голос беловолосого разнесся по всему залу, перекрывая мелодию арфы.

На что мой спутник только мотнул головой.

— Не могу.

Светлые брови Валериана взметнулись вверх.

— Отчего же?

Отпустив мою руку, Ройм закатал рукав своей темной туники. Гости ахнули.

На его смуглом запястье сияла такая же метка, как и у меня.

— Потому что я не отдам тебе в жены свою истинную.

12

— Вовремя же ты об этом заявил, — протянул Валериан, неприязненно сузив глаза.

— У меня есть ещё о чем заявить!

Выступив вперед, Ройм опустил руку с меткой и обвел взглядом собравшихся.

— Я весь внимание, — издевательски констатировал блондин.

Он сложил руки на груди, и его взгляд обещал лютую кару всем причастным к порче свадьбы.

— Ты и так в курсе, — усмехнулся брюнет. — Я буду говорить с нашими гостями, представителями влиятельнейших семей королевства! — мужчина обернулся вокруг своей оси, привлекая общее внимание.

Всё это время я мечтала притвориться ветошью. Жаль, в центре огромной толпы, в столь нарядном платье и в столь заметной роли это было невыполнимо.

— Все вы знаете, что у нашего чудесного сюзерена уже есть девять жен. Прекраснейшие, знатные, всеми уважаемые девушки. И где они сейчас, где их дети? Видятся ли жены дракона с родственниками и видел ли кто-то их? Нет. Куда подевались все эти красавицы? Может, дракон сожрал их, как в стародавние времена?

Люди слушали, затаив дыхание. И я бы с удовольствием смылась под шумок, кабы не стражники. Они незаметно подтягивались со всех сторон, перекрывая выходы с алебардами наизготовку. Это пугало.

А Ройм между тем продолжал:

— И теперь дракон снова посягает на очередную жертву. На чужую истинную! Которую перед этим сам же подарил нагам!

Толпа ахнула.

— … а после так же легко забрал, наплевав на перемирие.

Общее внимание переместилось

Беловолосый сжал челюсти.

— Это все твои претензии, или есть что-то еще?

— Их достаточно, чтобы народ задумался, а нужен ли им такой ненадежный правитель, который только и может, что жертвовать их жизнями ради собственной прихоти. Забирать себе их дочерей! Для чего тебе столько жен, Валериан? Скольких еще ты потребуешь для удовлетворения своих…

— Хватит! — рявкнул блондин. — Я услышал достаточно. Взять его.

Толпа зашумела. Вперед вырвались несколько стражников в легких кожаных доспехах. Ройм недобро рассмеялся, глядя в глаза брату.

— Я вызываю тебя на бой! Пусть его исход решит судьбу трона! — выкрикнул он.

— Это что такое делается! — прокатился по залу визгливый женский голос, — чтобы сын второй жены претендовал на власть⁈

Мнения толпы разделились, но, судя по жидкой поддержке последнего мнения, большинство было на стороне Ройма.

Дракон-синяя борода, своим самодурством подведший всех под угрозу войны с нагами… Кажется, кому-то теперь несдобровать.

Нет, я понимала, что у Ройма есть какой-то план, но не думала, что столь грандиозный, как свержение собственного брата. Да и наличие у него метки, мягко говоря, удивило.

— Бой? — усмехнулся Валериан. — Ты недостоин честного боя. Я давно предполагал, что в замке завелась крыса. Та, что без зазрения совести поставляет нагам важную информацию, предавая королевство. Но я не мог и думать, что предатель подкрался так близко. Что наги тебе пообещали за организацию бунта, Ройм?

Брюнет нахмурил темные брови.

— Бунт случится только благодаря тебе и твоим поступкам. Где жены, Валериан? Что с перемирием? Стоит ли людям уже начинать вооружаться и укреплять границы, чтобы посылать сыновей на смерть по твоей вине?

Гости заволновались. Не одного Ройма волновал ответ на этот вопрос. Я тоже посмотрела на беловолосого.

Но тот и бровью не повел.

— Когда отец объявлял меня новым сюзереном, — протянул он холодно, — я обещал, что не допущу войны. А я всегда исполняю свои обещания. Когда знатные семьи отдавали за меня своих дочерей — они отдавали их под мою защиту, где те и прибывают по сей день. Девушки достались мне не даром. Дракон всегда щедр и справедлив… и не потерпит предательства.

Откуда-то сверху на Ройма упала тяжелая металлическая сеть. По ее частым раскаленным звеньям пробегали странные сполохи, очень похожие на электрические.

Мужчина упал на колени, зарычав от боли.

Толпа отпрянула, и только я рефлекторно кинулась помогать. Но один из стражников удержал меня на месте.

Эх… а план был хорош. Да жаль, не вышло.

Народ застыл в нерешительности. Как бы ни были адекватны доводы Ройма, никто не хотел рисковать собственной шкурой.

— Терпилы… — прошипела я, пока стражник до боли сжимал мое плечо. Наверное, будет синяк.

Мужчина под сетью тяжело дышал, даже не пытаясь освободиться. То ли путы оказались чересчур тяжелы, то ли эти сполохи творили с ним что-то нехорошее. Возможно, мешали превратиться в дракона.

Стражники теснили толпу. Если среди них и были те, кто служил Ройму, то они решили переметнуться и сильно не отсвечивать, понимая, что план провалился.

Я напряженно наблюдала, как Валериан неспешно спускается с возвышения.

— Если кто-то ещё, — начал он зловеще, — желает высказать мне свои претензии, то прошу. Самое время…

Но народ притих, как мышь под веником. Никто не хотел повторения судьбы предателя. И что теперь будет с Роймом?

На губах дракона расползлась презрительная усмешка. Он наклонился, чтобы вытянуть из-под сети руку брата. Тот не мог даже сопротивляться. Словно звенья вытягивали из него силу.

Одернув чужой рукав, дракон равнодушно полюбовался на метку. А потом поднес к ней палец и стёр элемент серебристого узора.

— А ты, мой друг, не только предатель, но ещё и художник…

Стоявшие вокруг стражники ехидно заухмылялись. По толпе полетели возмущенные шепотки.

Это провал… И даже несмотря на всю справедливость претензий Ройма, его репутация теперь утрачена безвозвратно.

Брезгливо отбросив от себя руку с фальшивой меткой, дракон прошествовал обратно на возвышение.

— Итак, — снова прокатился под сводами его мрачный голос, — кто приведет ко мне невесту? Кто будет так добр оказать своему сюзерену эту скромную услугу?

— Я, конеч-шно, не твой подданный, — раздался знакомый шепелявый баритон, — но, пож-жалуй, рискну возразить.

Все обернулись.

У входа возвышался наг в полном военном облачении и с мечом в руках.

За его спиной замер целый отряд таких же вооруженных до зубов опасных желтоглазых мужчин.

13

При виде вооруженной до зубов толпы нагов беловолосый только снисходительно улыбнулся.

— Ну что же вы, дорогие гости, с оружием и на мирное мероприятие?

— Жиз-снь заставила, — прошипел наг, в упор глядя на сюзерена.

И всем стало понятно, что теперь выполнять обещание дракону будет ой как тяжело.

Стражники сработали на ура. Сомкнув ряды возле дверей, они начали теснить желтоглазых прочь.

— Полагаю, перемирие отменяетс-ся, — не успокаивался Герх, но Валериан уже не обращал на него внимания.

Он смотрел на меня. Один его жест, и стражник потащил меня к возвышению. Я упиралась, как могла. Только что не кусалась, потому что прокусить чужие доспехи значило бы лишиться зубов.

Кричать тоже смысла не было, ведь у входа в зал шумела битва, заглушавшая любые иные звуки. Толпа волновалась. Люди были в замешательстве. То ли продолжать следить за этой очень странной свадьбой, то ли пытаться бежать.

Только как прорваться? Выход то всего один! Вот и оставалось лишь тревожно топтаться на месте в ожидании, что стражники всех спасут.

А меня, как овцу на заклание, волокли к дракону.

Нет, он вовсе не передумал жениться! Что же делать то, а⁇

Проклятый стражник едва не швырнул меня к подножию каменного возвышения.

Дракон неспешно спустился вниз. Словно это не его людей кромсали сейчас враждебные наги. С показным равнодушием он цапнул меня за плечо в том же месте, где до этого держал стражник.

Я едва не взвыла от боли. Нет, там будет не синяк. Гематома!

Жаль в травму не обратиться и заявление в полицию не подать. Где это видано, чтобы насильно выдавали замуж? Что это за дремучее средневековье⁇

Блондин вернулся на площадку вместе со мной. Здесь на гладких камнях пола были начертаны странные узоры, очень напомнившие рисунок моей метки.

Дракон крепко взял меня за руку, не давая вырваться. Его голос гулом прокатился под сводами каменных потолков, едва ли не перекрывая шум битвы.

— Я, Валериан Картаррский, сюзерен пограничных земель драконьего королевства, беру в жены эту женщину, Астру Подгорскую. Теперь она принадлежит мне.

По толпе прокатился

Так, погодите-ка… я вовсе не Подгорская! Значит, дракон ошибся, и его истинная вовсе не я!

Как если бы кто-то хотел меня слушать.

Чужое имя, чужое платье, чужой жених и чужая судьба.

— Ты пожалееш-шь! — раздался злобный возглас нага.

На что Валериан только усмехнулся. Он своего добился.

Я испуганно смотрела в чуть светящиеся сиреневые глаза. Мужчина развернул мою руку ладонью к себе и чуть склонился, чтобы поцеловать кончики пальцев.

А затем вместе со мной начал спускаться вниз. На этот раз куда решительнее. Шагнув со ступеней, он отбросил мою ладонь и направился к выходу. Толпа отхлынула.

Я оглянулась в поисках пути для отступления, но неудачно. Меня схватили цепкие женские руки. То были те самые лекарицы в светлых балахонах. И кто бы знал, как они мне уже дороги!

— Отведите мою жену в мои покои и подготовьте к первой брачной ночи, — велел дракон, не оборачиваясь.

Меня дернули в сторону и потянули сквозь толпу к небольшой арке с видневшейся там лестницей. Видимо, то был путь на верхние этажи и в драконью спальню.

Теперь я в полной мере оценила весь ужас своего положения.

Толпа смотрела на меня, и очень непривычным оказалось увидеть среди всех этих хмурых взглядов толику сочувствия… кажется, кто-то действительно засомневался в драконьей власти.

А тот, между тем, в буквальном смысле потерял человеческий облик.

Я услышала страшный рык. Хотелось зажать уши, но не было ни малейшей возможности. Услужливые лекарицы тащили меня под руки, стараясь поскорее исполнить волю хозяина.

И никто не мог помочь. Теперь уже никто. Ройм под странной сетью давно остался где-то позади. Кажется, он даже не подавал признаков жизни.

Но ведь не станет Валериан убивать собственного брата?

Да кто его знает… если уж тот посмел претендовать на власть, и правда оказавшись той самой крысой.

Правда, судьба Ройма сейчас интересовала меня куда меньше собственной.

Что будет, когда дракон покрошит нагов на нажий фарш и придет делать наследников? С моей помощью! Словно я ему инкубатор какой-то!

— Не брыкайся, девочка, уже поздно, — прошипела одна из лекариц, когда я, сопротивляясь, чувствительно приложила ее пяткой по колену.

— Да? А сами в размножение к дракону не хотите ли⁇

Она негромко рассмеялась. Я повернула голову, увидев рядом блестящие темные глаза.

— Смешно вам, да? Обхохочешься!

— Всё лучше, чем быть рабыней, — отозвалась девушка тихо, но я не впечатлилась.

— Невелика разница!

На это она не ответила ничего. Лестница окончилась коридором, который переходил в огромные, обитые железом двустворчатые двери.

Две лекарицы распахнули тяжелые створки, а остальные втащили меня внутрь.

Не дав опомниться, они тут же стали сдирать с меня несчастное платье. Одна тянула за подол, вторая терзала корсет, а третья стягивала обувь.

Борьба оказалась неравна, но это не значит, что я сдалась. Я сопротивлялась, как львица.

Одной заехала коленом в глаз, другую ущипнула за руку, а третью укусила. Так сильно, что она отпрянула, глядя на меня, как на ядовитую змею.

Тяжело дыша, я отступила к камину. Схватила с него тяжелый подсвечник и обернулась к мучительницам.

— Ну что, мало вам⁈ — рыкнула, сдув с лица выбившуюся прядь. — А если мало, то подходи по одной! Добавлю!

14

Женщины переглянулись.

Одна, самая старшая с виду, качнула головой, и все они начали отступать к двери.

Я не спешила радоваться. А вдруг это такой обманный маневр?

Так и вышло. Потому что в зоне видимости были лишь трое. Так, а где четвертая?

Опомнилась я поздно.

Она прокралась ко мне за спину и резко схватила сзади. И сразу же лекарицы накинулись на меня всем скопом. Отобрали канделябр, раздели до сорочки и связали простынёй, как особо буйную.

Через десять минут они стояли надо мной, лежавшей в кровати и грозно мычащей в кляп. Никакой солидарности…

Посмеиваясь, женщины посыпали меня сверху розовыми лепестками и удалились. Я их запомнила.

Ну попадитесь мне ещё! В следующий раз буду умней…

Как только захлопнулась дверь, я попыталась высвободиться. Ерзала и извивалась всем телом, как червяк на сковороде, но всё бесполезно.

Льняная простыня была завязана на спине так крепко, что даже дышалось с трудом. Минут через пять я вся взмокла и выбилась из сил. Оставалось только лежать и ждать, когда явится дракон, чтобы распаковать свой «подарок».

Чёрт…

Может, заползти под кровать? Пока ищет, да выковыривает, может и передумает?

За неимением других идей, пришлось реализовывать эту.

Я перекатилась к краю кровати и осторожно спустила связанные ноги.

Спеленали меня на совесть, как мумию, так что передвигаться было крайне затруднительно. И каково же было мое разочарование, когда после десяти минут мучений и жесткой встречи с ковром, стало понятно, что под кровать я не пролезу.

Она оказалась слишком низкой. Тогда, может, в ванную? Или в шкаф? Спрятаться за штору?

Пока я раздумывала, прислушиваясь к звукам отдаленного боя, за окном раздался новый шум.

Пришлось приподняться, чтобы выглянуть из-за кровати.

Витражные створки вдруг распахнулись, являя того самого нага… мужчина тут же нашел меня взглядом. Тревожно сглотнув, я попыталась отползти подальше, а Герх спрыгнул с подоконника и клыкасто улыбнулся.

— Надо же, какой сервис-с! Даж-же упаковали… — шагнув ко мне, он схватил меня поперек туловища и бесцеремонно закинул себе на плечо, как мешок с мукой.

Я яростно жевала кляп. Ни поругаться, ни поспрашивать. Растрепавшиеся волосы закрыли обзор.

Как он сюда пробрался? Куда потащит? Что там с драконом? Зачем я ему вообще⁇

А пока что меня назойливо «спасали» от незапланированной беременности, как при пожаре, вынося через окно.

— Он будет тебя ис-скать, разумеет-ся, — шипел желтоглазый, со странным металлическим звуком спускаясь по каменной стене. — Но метка скоро исчезнет сама… Ну, или исчезнет дракон.

Спустя несколько бесконечно долгих минут он спрыгнул на мягкий грунт где-то позади замка.

Ветер сдул волосы с моего лица. Вечерело, и всё вокруг окутывалось бархатной темнотой.

Фонарей тут не водилось, а на факелах для освещения явно сэкономили.

Наг слился с тенью. Он бесшумно крался по пустынному заднему двору замка. Куда? Вскоре стало понятно.

Перемахнув через высокий каменный забор, мужчина мягко приземлился на грунтовую дорогу, где ожидал экипаж. Кажется, тот самый, на котором наги не довезли меня в прошлый раз.

Уложив на мягкое сиденье, Герх заботливо сунул мне под голову свой плащ.

Наверное, чтобы не убилась мимоходом на

Очевидно, что нужна я ему живой и даже не покалеченной. Вопрос — зачем? Кто бы знал…

Дверь захлопнулась, и колеса покатились по грунтовке.

Похититель, судя по всему, занял место на козлах. Оно и к лучшему, его компании в столь тесном пространстве я бы не обрадовалась.

Звуки боя плавно удалялись, и меня начало клонить в сон.

Что ещё я могла сделать сейчас, беспомощная, как младенец? Только жаловаться на судьбу. Но жаловаться я не привыкла. Поэтому, заняв положение поудобнее, закрыла глаза.

Может, у дракона получится вызволить меня и на этот раз? Хотя… зачем оно мне? Что-то подсказывало, что разница между этим рыжим и тем беловолосым минимальна.

Все пытаются решить свои проблемы за мой счёт!

Я и сама не заметила, как провалилась в сон. Слишком устала, чтобы думать.

Когда глаза открылись, стало ясно, что я больше не связана.

Вокруг цвёл восхитительный летний сад, светило яркое солнце и пели птицы. Я стояла в легком светлом платье посреди этого великолепия, вдыхая ароматы цветов, и недоумевала.

Куда меня опять занесло?

В пышных кустах сирени что-то сверкнуло, заставляя напрячься.

Это была крошечная сиреневая бабочка. Хаотично дергая маленькими крыльями, она двигалась в мою сторону, и я не была уверена в доброте ее намерений.

Поэтому плавно шагнула в сторону. Попыталась… Ноги словно примерзли к земле. Я запаниковала, а бабочка всё приближалась. Сейчас она меня укусит, и пойду я на особо питательные удобрения.

Неспроста тут все такое красивое…

Когда насекомое приблизилось на расстояние вытянутой руки, я зажмурилась. Но ничего не произошло. Прошла минута, две.

Никто меня не кусал. Кажется, даже вообще не трогал.

Я открыла глаза. Бабочка сидела на моей груди чуть ниже ключиц, деловито перебирая крошечными лапками.

— Ну а тебе что от меня нужно? — прошептала я, пошевелив дыханием её сиреневые крылья.

Бабочка дрогнула и начала таять, исчезая… я следила за странным процессом во все глаза.

Нет, она не просто таяла, она впитывалась в меня, оседая на коже очередным серебристым рисунком!

Да сколько ж можно⁈

Стоило бабочке исчезнуть окончательно, как я проснулась.

Вместо темноты знакомого экипажа вокруг царил полумрак незнакомой тесной комнаты с минимумом мебели и единственным круглым окном. Вокруг всё поскрипывало и слегка покачивалось.

Показалось? Да нет…

Это была каюта! Точно… меня везли по морю. Ведь наги живут на острове, так?

Я лежала на узкой твердой кровати, до середины укрытая покрывалом. Путы исчезли… но только на руках. Ноги сковывали железные кандалы. Холодные обручи неприятно холодили лодыжки.

Меня что, везут в рабство?

Внимание вдруг привлёк мягкий серебристый свет, струившийся откуда-то снизу. Я опустила голову и поняла, что он струится от меня самой.

Вернее, из-под моей сорочки. В том самом месте, куда впиталось нечастное насекомое из странного сна.

Медленно оттянув ткань, я увидела изящный рисунок, отпечатавшийся на коже ниже ключиц.

Крошечную серебристую бабочку…

15

Похоже, удивляться здесь я не устану никогда.

Снова метка? Чья? Короля эльфов? Друидов? Бабочек⁇

Почему в этом странном мире все так горят желанием меня пометить?

Я неуверенно потерла рисунок пальцем. Бесполезно. Кто бы сомневался.

Откуда-то сверху послышались шаги, и я закрыла глаза, притворившись спящей. Не хотелось лишний раз любоваться злорадной рожей похитителя.

Только, стоило двери распахнуться, а шагам приблизиться, как я подскочила, как ужаленная. Ему хватило наглости меня коснуться!

В полумраке неподалеку возвышалась фигура моего бывшего жениха. Прозвучал его негромкий смех.

Стало не по себе. Наг клыкасто улыбался, сверкая желтыми глазами, как хищный зверь.

— Кто ты, и что тебе от меня нужно?

— Неуж-шели ты меня не узнала, дорогая? — прошелестел насмешливый голос, — своего любимого Герхарта.

Узнала, еще как. Но легче от этого не стало.

В голове теснилась уйма вопросов, но я ждала, пока тот ответит на первые два. Наг не торопился.

Взгляд змеиных глаз опустился на мою грудь, туда, где просвечивала сквозь сорочку серебристая бабочка.

— Оракул не обманул…

— Можно поподробнее?

— Скоро с-сама вс-сё узнаешь.

Я закатила глаза. Ну почему всем настолько лень делиться информацией? Нужно вытягивать буквально клещами!

— Ты для этого и устроил весь этот фарс с женитьбой? Чтобы притащить меня сюда?

Кивнул.

— В наш-шем мире такие, как ты, очень больш-шая редкость. Так что мне нес-сказанно повезло…

Ну, с этим я бы сильно поспорила.

— А что, убивать было обязательно?

Он пожал плечами.

— Иначе с-сюда не попас-сть.

— Для чего⁇

Наг указал на мою новую метку.

— Дар жизни. Ты редчайш-шая его обладательница.

— Мне это совершенно ни о чем не говорит!

— Поэтому я и говорю, увидиш-шь, — прошипел тот, клыкасто ухмыляясь.

И когда он только успел клыки отрастить, иностранец недоделанный?

— То есть, ни свадьбы, ни наследников, ничего такого тебе от меня не нужно?

Ухмылка стала шире.

— Пос-смотрим.

Этого еще не хватало. Я подняла руки ладонями вверх.

— Нет, давай не будем! Я, между прочим, уже замужем.

Мельком глянув на метку дракона, я заметила, что та слегка потускнела. Что ж, уже лучше. Если предыдущая будет исчезать по мере появления новой, то мне не грозит превратиться в местный аналог арестантки со стажем.

— Это не проблема, как видиш-шь. Полагаю, Ройм тебе уже рас-сказал, что через-с несколько дней метка исчезнет с-сама.

Я сглотнула. Теперь это не казалось мне чем-то хорошим. То есть, пока она существует, я в безопасности от поползновений всяких желтоглазых?

— Значит, Ройм всё-таки был шпионом?

— Ну, это с какой с-стороны пос-смотреть…

С какой стороны ни смотри, он либо шпион, либо нет!

— А что значит эта метка? — я указала на бабочку.

— Потом, дорогая, вс-сё потом, — только сейчас я заметила в его руках какой-то узелок.

Мужчина кинул его на постель.

— С-скоро прибываем, так что одевайс-ся. Голых женщин у нас-с любят, но не напоказ.

С этими словами он вышел, прикрыв за собой дверь. Я развязала узелок и обнаружила в нем странный мешковатый балахон. По сравнению с драконьими платьями это казалось совсем уж жалким.

Вслед за балахоном из узелка показался не менее мешковатый плащ с капюшоном.

Да наг просто сама щедрость, как я погляжу. Что в том мире, что в этом.

Но что поделать? Иных вариантов не имелось. Я надела на себя эти лохмотья и шагнула к окну.

Снаружи занимался рассвет. Серая полоска горизонта с каждой секундой становилась всё ярче, а вместе с солнцем из моря вырастали и скалистые очертания земли нагов.

Чем ближе подходил корабль, тем больше открывалось подробностей. Я видела горы, густые леса и золотистые пляжи, но ни малейшего

Где пристани, где корабли, люди, лодки?

И, что более странно, от зелени шел необычный серебристый свет. Я словно чувствовала, что остров наполнен жизнью, он дышит.

Даже моргнула пару раз, а потом похлопала себя по щекам. Нет, не показалось. С этим островом явно что-то не так. Оно и понятно, тут водятся эти странные змеелюды. Но зелень… почему она серебрится, как… как метка у меня на груди?

Оставалось выяснить все местные тайны, и что это за дар жизни такой, о котором я слышу в первый раз.

Спустя какое-то время дверь распахнулась, снова являя Герха, будь он неладен.

— Пора… — мне протянули ладонь, но я показательно ее проигнорировала, обойдя по дуге.

Но что наг только усмехнулся. Видимо, был слишком доволен, чтобы злиться.

Интересно, если он еще раз приложит меня об угол, я вернусь обратно в свой мир? Что-то подсказывало, что нет. Лимит перемещений исчерпан.

А экспериментировать с подобной долей риска как-то не хотелось.

После темной сырой каюты свежий морской воздух и яркий солнечный свет заставили зажмуриться и задохнуться. Я даже остановилась на мгновенье, чтобы привыкнуть. Но наг не желал ждать, он подтолкнул меня в спину, поторапливая к трапу.

Пришлось повиноваться, потому что по обе стороны от нас застыла его мрачная свита — плечистые бугаи с хищными желтыми глазами.

Боюсь, если ослушаюсь Герха, то он прикажет им помочь дотолкать меня до берега. И тогда меня никакой дар жизни не спасёт.

Да и что это за дар такой вообще?

Я спустилась по шаткой деревянной дорожке на служивший пристанью каменный выступ. Корабль был привязан к скале, плавно переходящей в гору. Море облизывало её со всех сторон, а чуть дальше я разглядела тёмный зев огромной пещеры. Может, там они и прячут свои корабли?

К чему, интересно, такая конспирация?

Я остановилась, прислушиваясь к ветру, шуму волн и отдаленному шелесту густой островной зелени.

Позади звучали приглушенные команды на странном шепелявом языке.

Метка на груди подозрительно запульсировала. Я коснулась ее пальцами и поняла, что меня здесь давно ждут.

Кто?

Подчиняясь какому-то зову, ноги сами понесли меня вглубь острова…

* * *

Словно магнитом, меня влекло куда-то в лес. Я торопливо шагала в сторону густых зарослей, не понимая, какая сила мною движет.

Следом шел Герх, и останавливать меня мужчина не спешил. Словно точно знал, куда направляюсь.

Пояснять он тоже не собирался. И мне очень хотелось притормозить и поинтересоваться, что, собственно, происходит? Только я не могла.

Мягкая, но требовательная сила тащила куда-то промеж деревьев, вдоль цветущих кустов, через поляны к огромной скале… Пейзажи мне нравились, но неизвестность, мягко говоря, напрягала.

Упершись в мрачную скальную гряду, я наконец смогла остановиться и оглядеться. Вокруг пестрел незнакомый лес. Мои ноги утопали в шелковистой траве, а где-то в вышине пели невидимые птицы. Сквозь листву пробивались тонкие солнечные лучи.

Всё вокруг продолжало необъяснимо серебриться.

Надеюсь, что это свечение вижу не я одна. Иначе будет ну очень странно…

Я запрокинула голову, чтобы разглядеть вершину темневшей неподалеку горы. Та исчезала в облаках.

— Как тебе рез-сиденция нашего правителя? — раздался позади насмешливый голос нага. — Нравитс-ся?

Герх подошел и остановился рядом. И тут до меня дошло. Это не просто огромная замшелая гора, а целый каменный дворец!

Среди темных уступов виднелись узкие окна, полускрытые в складках грубой породы, а у основания скалы темнела ниша входа с обитыми железом воротами.

— Почему меня сюда так тянуло?

— Здесь средоточие вс-сей жизненной силы ос-строва. Той самой, что отметила тебя с-своим даром. Ты теперь её неотъемлемая час-сть.

В мужском голосе звучало странное благоговение, словно он говорил о любимой бабушке, вспоминая детство.

Никогда его таким не видела.

— Тогда покажи мне эту силу, я хочу понять, что происходит.

Герх негромко рассмеялся, без спроса беря меня за руку.

— Она в тебе, Ас-ся. Идём, коснеш-шься источника и всё поймёш-шь.

Очень надеюсь, что пойму…

Только, не успели мы достигнуть ворот, как над деревьями эхом прокатился жутковатый звериный рык. Я вздрогнула и обернулась.

Отчего-то этот рык показался странно знакомым.

— Что это?

— Пленник, — клыкасто усмехнулся мой похититель.

Всё благоговение исчезло из его голоса, как ни бывало.

Глаза невольно округлились, когда я поняла, кого наг имеет ввиду. Продолжая усмехаться, он настойчиво тащил меня ко входу в каменную резиденцию.

— Только не говори, что вы пленили Валериана!

— Так и быть, не скаж-жу.

Я ошарашенно повиновалась, даже не думая сопротивляться. Нет, это просто уму непостижимо! Кучка нагов пленила целого дракона⁇ Но как? Определенно, я многого про них не знала.

— И что с ним теперь будет?

Не то, чтобы меня сильно волновала судьба неудачливого муженька…

— Пос-смотрим, — загадочно обозначил наг.

Он толкнул тяжелую металлическую створку, и та медленно распахнулась в полумрак.

После яркого солнечного дня темное нутро скалы напомнило мрачные катакомбы.

Мы прошли по длинному коридору и оказались в зале с бесконечными потолками. Темнота рассеялась. Солнце проникало сквозь множество узких окон, освещая огромное пространство.

До этого дня я не представляла, что можно жить внутри горы. Наги, очевидно, могли.

Здесь было несколько полускрытых в тенях дверей и одна широкая лестница. Она вела куда-то наверх, упираясь в темную арку прохода. Длинные колонны подпирали далёкий потолок, а в центре зала журчал фонтан. С виду вполне обычный, но я чувствовала, что с ним что-то не так.

Точно так же, как и со всем этим островом.

Вода мерцала знакомым серебряным сиянием.

— Это и есть тот самый источник? — мой негромкий голос отозвался призрачным эхом в потолках.

Герх кивнул, жестом приглашая подойти ближе.

Я закусила губу. А нет ли в этом какого-то подвоха? Может, это фонтан с кислотой? Только какой был смысл с оружием отбивать меня у дракона, чтобы потом топить в кислоте?

Со вздохом шагнув к бортику, я присела на камень и тронула прохладную поверхность воды. Ничего не произошло. Только кончики пальцев едва ощутимо закололо, да по руке стало подниматься непривычное тепло, словно я коснулась чего-то очень горячего.

Вода полыхнула серебром, и моя новая метка отозвалась слабой пульсацией.

Мне обещали, что я всё пойму. Видимо, обманули, потому что я продолжала недоумевать.

Ну вода, ну греет. Метка пульсирует. Дальше что?

Я повернулась к нагу. Тот улыбался, как обожравшийся сметаны кот.

— Это дейс-ствительно она…

Мы синхронно обернулись, чтобы увидеть старика в светлом балахоне.

Мило улыбаясь, старец спустился по лестнице и шагнул к нам.

— Так и есть, Ваше Величес-ство, — подобострастно озвучил наг.

Кто

— Наш-ше сокровищ-ще, — проскрипел, судя по всему, правитель желтоглазых.

Его радужки тоже были по-змеиному желтыми, двумя блеклыми янтарями сверкая на морщинистом лице. Старик протянул мне ладонь, в которой красовался увядший цветок лилии.

Это что, приветственный подарок? Я мельком глянула на нага, и тот кивнул.

Пришлось принять странный презент. Только, стоило мне коснуться цветка, как тот начал преображаться. Я с изумлением проследила, как растение оживает, распрямляя тусклые лепестки.

Через несколько мгновений на ладони старца благоухала свежая, словно только что срезанная лилия. Я удивленно моргнула. Это что за фокусы?

— Наше сокровищ-ще…

Старик смотрел на меня со странным выражением, как и мой бывший жених.

— И мы никак не можем это сокровищ-ще потерять, верно, Герханн?

Мужчина кивнул, и правитель клыкасто улыбнулся.

— Полагаю, что девуш-шка не откажет-ся стать женой одного из нас-следников.

И вопросом это не было.

16

— Каких еще наследников? — сглотнула я, отступая на шаг.

— Моих-х сыновей, — правитель баюкал в ладони оживший цветок, как ценнейшую в мире драгоценность.

Наг перестал улыбаться. Видимо, наследником он не был, и потому слегка расстроился. Неужели и у него на меня были матримониальные планы?

Что-то как-то много их всех на меня одну. То дракон, то наг, то теперь непонятные наследники.

Я одернула рукав с драконьей метки. Она слегка потускнела, что наводило на мысли. Никогда бы не подумала, что не захочу, чтобы метка исчезла.

— Я уже замужем, видите?

Серебристый узор на моём запястье не произвел на нагов ни малейшего впечатления.

— Это ненадолго, — миролюбиво заявил правитель, — с-скоро метка поблекнет, и тогда…

Развернувшись, старик отчалил в сторону лестницы, бросив напоследок:

— Герханн, покажи нашей драгоценной гостье ос-стров. Теперь это и ее дом тож-же.

А если я не хочу жить… в пещере?

Похоже, здесь моё мнение тоже совершенно не учитывалось. Все мужчины этого мира, будь они хоть с желтыми, хоть с сиреневыми глазами, плевать хотели на то, что я думаю.

Как сговорились.

— Идём, — выдохнул наг, — покаж-жу тебе ос-стров.

Я со вздохом поплелась за ним в сторону выхода.

Честно говоря, смотреть ничего не хотелось. Уже по дороге насмотрелась. Хотелось бы чего-нибудь перекусить, сходить в душ и остаться одной, чтобы обдумать очередную ситуацию, в которой не посчастливилось оказаться.

Если не пометить, то окольцевать, если не драконы, то наги. На мне что, написано размашистыми буквами: возьми её в жены! Она умеет оживлять растения⁉

Кстати, насчет них:

— И что это за дар такой? Кому он вообще пригодится? Если только увядшим лилиям, — поинтересовалась я в спину Герху.

— Не нуж-жно недооценивать дар жиз-зни, — голос нага был уже далеко не таким самодовольным, как полчаса назад. — Ты не оживляеш-шь растения, ты делиш-шься с ними огромной жизненной силой. И это действует не только на цветы…

Я нагнала его перед выходом из каменной резиденции и заглянула в лицо.

— То есть, я и людей смогу подобным образом оживлять?

Он мрачно кивнул.

— Ож-живлять, оздоравливать, продлевать им жиз-знь.

Ох ничего себе… что ж, теперь стало чуть понятнее.

Наги не хотят болеть и умирать, так? А с моей помощью и не нужно будет. Отличное, оказывается, приобретение — девушка с даром жизни.

Очень выгодное.

— Но почему я? Почему не кто-то другой?

По какому принципу в этом мире распределяют дары и метки?

— Потому что дар ж-жизни подвлас-стен не каждому, — расстроенный наг отчего-то оказался куда разговорчивее радостного, — таких ос-собенных, как ты, нужно ис-скать по всем мирам…

Я даже невольно оглядела себя, босую, растрёпанную, в мешковатой одежде. Особенную? Ну если только обладающую редкой особенностью находить неприятности на свою голову.

— Тебя наш-шел наш оракул, — продолжал Герх, неспешно шагая вокруг жилой скалы и глядя прямо перед собой, — тогда я отправилс-ся в другой мир, чтобы привес-сти тебя сюда.

— Долго же ты всё это проворачивал.

Он невесело усмехнулся.

— Вс-сё не так прос-сто. Нельзя прос-сто взять человека и забрать из его мира. Нужны ос-собые ритуалы, чтобы привязать его к человеку из другого мира, и тогда… — мельком глянув в мою сторону, наг замолк.

Видимо, решил, что сказал слишком много.

— М-м, и ты просто чудесно с этим справился.

Он пожал плечами.

— Как мог. Выш-шло вполне удачно.

Я сжала зубы. Для него? Возможно.

— И что, обратно мне теперь путь заказан?

— Угадала, — усмехнулся тот, — только что тебе там делать? Ты и здес-сь прос-сто нарас-схват…

Еще и издевается.

— Я не хочу смотреть остров.

— А я и не на эккурс-сию тебя веду.

Мы обошли огромную замковую скалу и уперлись в очередную обитую железом дверь. Только, в отличие от предыдущей, та вела куда-то вниз, и света в конце тоннеля не виднелось.

Видимо, на этот раз это были те самые катакомбы. И они явно не пустовали. Земля под ногами неуловимо вибрировала от доносящегося оттуда приглушенного злобного рыка.

— Дракон? — выдохнула я, боясь даже сделать шаг по направлению к жутким воротам.

Наг кивнул.

— Хочеш-шь поздороваться?

— А ты, полагаю, хочешь позлорадствовать?

— Ну, не без-з этого.

Как бы ни было страшно, но любопытство победило. Мне вдруг очень захотелось посмотреть на недавно такого нахального, а теперь поверженного Валериана.

Поэтому я двинулась по лестнице вслед за Герхом. Он даже подал мне руку, чтобы я не навернулась со ступеней в темноте.

Темный сырой коридор закончился серым полумраком. Я увидела прутья тесной клетки, за которыми виднелся плечистый мужской силуэт.

Стоило нам подойти ближе, как пленник поднял голову.

Я невольно вздрогнула, когда меня обожгло взглядом сиреневых глаз, а метка на запястье вдруг начала гореть.

* * *

— Ну вот, Ася, — ухмыльнулся наг, — твой будущ-щий бывший муж.

Мне было совсем не смешно. Да и сломленным беловолосый не выглядел.

Как они умудрились его поймать? Если только накрыли той самой магической сетью, которую тот сбросил на Ройма. Сам же от собственного оружия и пострадал.

В мужской груди, обтянутой порванной светлой рубашкой, клокотал зловещий рык. Смотреть в глаза дракону было невозможно. Он прожигал насквозь, глядя на меня, как на предательницу.

Словно это я подставила его перед нагами, а не его собственные необдуманные поступки стали тому причиной.

Валериан молчал, гипнотизируя меня взглядом.

Метка пылала. Я обхватила ее пальцами, пытаясь унять жар. Бесполезно.

Наг заметил моё движение.

— Не переж-живай, скоро пройдёт.

— И что тогда? — прошептала я, пугаясь звука собственного голоса в этом недружелюбном полумраке, — у меня будет новая?

— Наги не с-ставят меток, мы же не варвары.

В темноте блеснул клыкастый полумесяц его улыбки.

— Не варвары? — не выдержала я. — Похищаете женщин, ни во что их

Говоря всё это, я смотрела в холодные сиреневые глаза. Может, хоть сейчас до него дойдет. Хотя, с чего бы? Если до сих пор не дошло…

— Мож-жет так и ес-сть, — не стал отпираться Герх, чьё настроение при виде властного пленника снова улучшилось, — только что ты с этим сделаеш-шь, крас-савица?

Презрительно фыркнув, я уперла руки в бока.

— Это ведь я вам нужна, так? Не вы мне. Вот и выполняйте мои условия, иначе не стану никого лечить!

Он негромко рассмеялся.

— Наивная дуроч-чка, — в полумраке хищно сверкнули змеиные глаза, — если мы с тобой добры, это не знач-чит, что ты можеш-шь сес-сть нам на шею и ставить ус-словия. Ты среди нагов.

— Я уже поняла, что в змеиной яме! Только вот помогать вам не заставите!

— На твоем месте я бы не был столь уверенным. Ты ничего здесь не знаеш-шь…

— Ничего хорошего, судя по всему, уже и не узнаю. Что с вас взять, змеерожих? Животные!

Я не успела отпрянуть.

Наг схватил меня за шею. Сжал ее пальцами, приподнимая меня над полом так, что я едва могла касаться его каменной поверхности кончиками пальцев.

Я схватилась за мужские запястья и смотрела в жестокие глаза, пока в моих собственных плясали черные точки.

Зачем Герх доказывает, что он животное? Ведь я же сказала, что и так прекрасно это поняла!

— Не животные, Ас-ся, — прошипел этот гад, — а рептилии… и за одного из этих-х рептилий тебе с-скоро придетс-ся выйти замуж.

— Через мой труп! — прохрипела я, впиваясь в него ногтями.

— Ну, — усмехнулся тот недобро, — это недолго ус-строить.

Я не знаю, как он до нас дотянулся… мы стояли в паре метров от клетки, и я уж было подумала, что зря вообще подала голос, как наг вдруг дрогнул. Его пальцы разжались, и я кулем свалилась на пол.

Кашляя, отползла подальше. Стало предельно ясно, что мною не дорожат даже из-за пресловутого дара.

Подумаешь, потратил несколько лет жизни, чтобы привести меня в свой мир, так потратит еще…

Немного отдышавшись, я открыла глаза, и поняла, что сижу, прижавшись спиной к прутьям, а наг лежит у противоположной стены.

Словно кто-то его туда со страшной силой отшвырнул.

Я перестала дышать, понимая, что холодные прутья достаточно широки, чтобы… и в следующий миг меня схватили сильные мужские руки, затаскивая в клетку.

Наг не успел ничего сделать. Вскочив на ноги, только угрожающе зарычал.

Меня прижали к холодной стене.

Дракон мрачно смотрел в моё лицо, заставляя сжиматься от страха.

— Ты не станешь невестой нага, — раздался его холодный голос, — потому что ты уже принадлежишь мне!

17

— Я не вещь!

— О да, далеко не вещь, — рыкнул дракон, прижимаясь ко мне всем телом.

Что-то в голове ёкнуло, и стало понятно, как день, для чего меня сюда втащили.

Активировать чертову метку!

Ведь брачная ночь, после которой я навечно привяжусь к сиреневоглазому, не состоялась! И теперь он решил организовать мне брачный день…

Брачную пятиминутку на глазах у нага!

Ахнув, я уперлась ладонями в твердую мужскую грудь. Да я ему зенки сиреневые выцарапаю, чтоб неповадно было!

Только бороться с этим мужчиной было всё равно, что со скалой.

Жутковато улыбаясь, Валериан задирал мне подол одной рукой, другой крепко прижимая к холодной стене.

— Тебе то я зачем, чешуйчатый⁇ — попыталась одернуть подол обратно, да бесполезно. — Я ведь даже не твоя истинная!

— На безрыбье и чужая истинная сойдёт.

Это не дракон, это крыса какая-то!

— Но ты мне понравилась… — рыкнул он мне на ухо, обжигая дыханием.

— А ты мне нет, руки убери!

В мужской груди завибрировал бархатистый смех. Смешно ему, гаду! А мне отчего-то нет.

Где там Герх, чего он ждёт⁇ Или боится дракона?

Валериан устал от сопротивления и развернул меня лицом к стене. Я впечаталась щекой в холодный камень, пока беспардонные руки шарили у меня под юбкой.

Я поймала одну и вцепилась в неё ногтями. Бесполезно. Кожа тут же покрылась чешуёй, и мои пальцы соскользнули.

— Помогите кто-нибудь! — завопила я, призывая скорее высшие силы.

Потому что на нагов надежды не было.

— Что, меня одного тебе мало? — ухмыльнулся дракон, жарко дыша мне в висок.

М-да… если бы можно было выбирать между даром жизни и умением убивать взглядом, несомненно, я выбрала бы последнее.

Посмотрела на гада — и он упал кучкой пепла к моим ногам.

Но не повезло…

Как его с таким отношением предыдущие девять жён не закопали — для меня большая загадка. Наверное, только драконья ипостась его и спасла от этой жалкой участи.

Валериана отвлекли. Проскрипели крепления двери, и в клетку ворвался наг…

Я расслабленно выдохнула, стоило мужским рукам оставить мои бедра в покое.

Дракон повернулся, встречая противника лицом к лицу, и я скользнула вдоль стеночки к прутьям, чтобы выбраться наружу.

Что-то подсказывало, что дракон только этого и добивался. Заманить нага в клетку. А я была лишь отвлекающим маневром.

— Ты же только что сам грозился её убить, — улыбнулся дракон, глядя на хмурого нага, — что изменилось?

— Не твоя печаль… — отозвался тот, не сводя с него взгляда.

Я пыталась выскользнуть из клетки под шумок, но мне не позволили. Ухватили за мешковатый балахон и притянули к себе. Как я ни брыкалась, дракон держал стальной хваткой. Проще убиться, чем вырваться.

Нет, я тут вовсе не при чем… они решают какие-то свои старые обидки. Но почему за мой счёт⁇ Это разве по-мужски?

Хотя, о чем это я? Какие мужчины? Тут только наг и дракон.

— Отпусти девуш-шку, — рыкнул желтоглазый, и от его голоса мне стало еще страшнее, чем было до этого.

А он мог быть страшным… Полумрак не скрывал происходящих с ним изменений. На крепкой шее и скулах обозначился узор чешуи, а глаза засияли двумя янтарями.

Я тревожно сглотнула. Один из них мог превращаться в дракона, а этот в кого? Неужели…

— Пользуешься тем, что я не могу дать сдачи? — дракон покосился на переливающиеся знакомыми отблесками прутья клетки. — Ни разу в тебе не сомневался.

— Прос-сто отпус-сти девушку! — протянул наг, делая шаг вперед.

Мне захотелось отпрянуть от его страшных глаз, но я не могла.

И без того широкая мужская грудь раздалась вширь. Льняная рубашка Герха затрещала, и я пискнула, сжавшись в комок.

— Не бойся, — усмехнулся дракон, панибратски хлопая меня по плечу, — Герханн не позволит никому тебя обидеть. Никому, кроме себя самого.

Наг бросился навстречу, и меня резко оттолкнули в сторону прутьев. Я

Вслед понесся зловещий рык.

Чувствую, зря мы вообще сюда спустились. Беловолосый решил повернуть ситуацию себе на пользу. Только как он сможет выбраться, если прутья клетки сдерживают его трансформацию?

Добежать до выхода из подземелья я не успела. Меня схватили за плечо, чтобы дернуть обратно.

Я едва не впечаталась лицом с обтянутую рваной рубашкой грудь.

Чтоб тебя! Снова дракон! Где Герх?

Хрен редьки не слаще. Один пытался убить, второй задирал подол. Но, пока они дерутся, у меня по крайней мере есть шанс сбежать.

Звякнула цепь, и я глянула вниз. Тонкие, сияющие магией звенья тянулись от лодыжки дракона обратно в темноту подвала. Так вот оно что… он прикован магией и не может освободиться!

— Помоги! — выдохнул Валериан мне в лицо.

Что-о? Я едва не рассмеялась в голос.

— Тебе? С какой стати⁇ Чего ты хорошего мне сделал, чтобы я захотела тебе помогать?

Схватив моё запястье, Валериан сжал пылающую огнем метку, и жжение ослабло.

— Я освобожу тебя от метки, — рыкнул он, сверкая глазами.

— И всё?

— Чего ещё ты хочешь? — недобро сузил глаза.

— Многое. Только где гарантии, что я могу тебе верить?

Мужские пальцы погладили запястье, и огонь метки исчез. Затем он выпустил мою руку, и я в удивлении уставилась на поблекший рисунок. Теперь и вовсе едва заметный поверх бледной кожи.

А он и так умеет?

— Я освобожу тебя от метки, — проговорил дракон тихо, — если ты освободишь меня от цепей.

— От метки и только?

— И от уз брака. На данный момент моё государство важнее ложной истинной.

— Мне нужно подумать…

— Думай недолго! — из катакомб послышались какие-то звуки, и цепь на ноге беловолосого натянулась, — свобода в обмен на свободу… и защиту.

Я тревожно сглотнула.

На лестнице показалась фигура разъяренного нага.

18

Герх дернул светящуюся цепь, заставляя дракона спуститься на ступень ниже. Беловолосый недобро усмехнулся. Мужские пальцы отпустили моё плечо, и я рванула прочь из подземелья.

Как бы они не разнесли тут всё по камешку… хотя, мне-то что?

Вот бы выбраться с этого острова безо всякой помощи, самой… вернуться в Эдинхайм, чтобы узнать, как там Ройм. Может, он не передумал помогать и снова выручит, укрыв меня от своего опасного брата и его желтоглазого недруга?

А взамен я могу предложить свой дар.

Думаю, драконы тоже хотят жить вечно и никогда не болеть.

Только как выбраться? Я тут никого и ничего не знаю… а вскоре мне грозит очередное замужество.

Нашли крайнюю. Давайте уже гарем из мужей, чего стесняться! Зачем по одному, когда можно оптом?

До берега моря я добралась быстро. Взбежала на каменный выступ, оглядываясь в поиске кораблей. Но их как ветром сдуло. Видимо, спрятали от тех же драконов.

Ведь, если ящеры дышат пламенем, им ничего не стоит уничтожить целый флот. И тогда мореплавателям нагам придется переквалифицироваться в пловцов — синхронистов на дальние дистанции.

Усевшись на теплом камне, я тоскливо уставилась на горизонт. А вдруг как покажется спасательная миссия? Но пока что горизонт был чист, как слеза младенца. Никто не торопился спасать ни дракона, ни меня.

Для правителя Валериан оказался поразительно недальновиден, полагаясь только на свою драконью ипостась. Как оказалось, он не всесилен.

Государство лишилось своего сюзерена, и что дальше? Что там теперь, смута? Кто следующий в очереди на трон, если наследников у беловолосого нет?

Ройм? Хм… может и он, если, конечно, жив. Думать о том, что я больше не увижу этого симпатичного мужчину, было неприятно. А ведь он тоже дракон. Что-то подсказывало, что эти твари на диво живучи. Так что не стану думать о плохом.

Жили же они как-то до меня? Женились, ругались, мирились в своем драконьем королевстве, не тужили.

— Скучаеш-шь? — наг со вздохом опустился рядом.

Костяшки его пальцев были разбиты в кровь. Надеюсь, дракон в долгу не остался и отмутузил Герха в ответ. Он в полной мере этого заслужил.

Я промолчала, тоскливо глядя вдаль.

— Давай, продемонс-стрируй свои недюжинные умения, — на мои колени легла ушибленная рука.

Единственное, что хотелось бы на нем продемонстрировать, так это боксерские приемы. Хук справа, например. Но этот не погнушается продемонстрировать в ответ.

Так что я со вздохом брезгливо коснулась чужой конечности.

Кончики пальцев едва ощутимо закололо, по ним пробежалось приятное тепло. Раненые костяшки на мужской руке засветились серебристым светом. Через ровно три биения сердца раны затянулись без следа.

Даже шрамов не осталось.

— Благодарю, — осклабился довольный наг.

Шел бы ты лесом со своими благодарностями, — хотелось ответить, но я мудро промолчала. И так после последней нашей перепалки шея неприятно саднила.

А этому ничего не стоит довести дело до конца. Моего.

— И что, добился, чего хотел? — усмехнулась я, искоса глядя на довольного мужчину.

Он пожал плечами.

— Намял бока др-ракону, да… было приятно.

Беззащитному, закованному в цепи дракону. Было бы чем гордиться.

Так этот и женщин бить не отказывался, так что нечему удивляться. Но и дракон не лучше.

Его обещаниям я не верила ни на грош. Освободит он меня, как же. Как освободит, так и обратно принудит. Что-то подсказывало, что полагаться здесь стоит только на себя.

Я одна против всех, и никто мне не помощник.

— А что, обязательно насильно выдавать меня замуж? — протянула невесело, — разве нельзя договориться полюбовно? К примеру, в обмен на лекарские услуги предоставить мне отдельный домик с садом, небольшое жалованье, защиту…

— Рас-скатала губу, — рассмеялся наг, — всё это тебе предос-ставит муж. Женщ-щина не может жить одна. Вы с-слишком уязвимы.

М-да, я бы очень удивилась, если бы он вдруг признал мою правоту и сделал так, как я прошу.

Даже не обидно, насколько ожидаемо.

Из груди вырвался тяжкий вздох. Кушать хочется… но не хочется просить о чем-либо этого противного желтоглазого гада.

— Что будет дальше с драконьим королевством? Теперь, когда вы лишили его сюзерена.

— С-скоро узнаеш-шь, — мужчина с удовольствием рассматривал восстановленную руку.

— А со мной?

— Что, так не терпитс-ся увидеть нового жениха?

Глаза б мои не видели вас всех…

— А вот кс-стати и он.

Я встрепенулась, заметив на горизонте несколько плавно увеличивающихся точек.

— Что это?

Разумеется, это были корабли. Три огромных фрегата с трепещущими по ветру парусами.

— Как быс-стро, — улыбнулся наг, но улыбка его была недоброй.

— А ты не рад, как я погляжу?

Взгляд янтарных глаз переметнулся на меня.

— Знаеш-шь, бас-старды не наследуют титул… но ради меня могли бы сделать ис-сключение.

— Так ты бастард?

Мужчина промолчал, сверля меня странным

— И почему для тебя должны сделать исключение?

— Потому что я с-самый старший из сыновей правителя. Идём, — меня схватили за руку и увлекли в сторону скального замка. — Тебя нужно как с-следует подготовить ко вс-стрече с женихом…

— Подготовить? Как⁇

Бесполезно пытаясь выдернуть руку из чужого захвата, я с досадой семенила следом за нагом.

— Приодеть, конечно же, — ухмыльнулся тот недобро, явно задумав что-то нехорошее.

Я обернулась на приближающиеся корабли, и в голову закралась шальная мысль. Вот бы угнать один…

19

Герх привел меня обратно в скальный замок. Мы поднялись по лестнице, прошлись по длинному коридору и уперлись в массивную деревянную дверь.

Мужчина распахнул створку, буквально закидывая меня внутрь.

— Твои апартаменты.

Я огляделась. Тесная комната с темными гранитными стенами, узкими окнами и необходимым минимумом мебели. Особенно насторожила огромная кровать под мешковатым балдахином.

Наги, в отличие от дракона, своим богатством не кичились. Ну, или просто мне досталась самая скромная комнатка. Вспомнив свои покои в Эдинхайме, я могла лишь вздыхать.

Если уж и сидеть в клетке, то лучше в золотой.

Но не сырой подвал и на том спасибо.

Оставив меня разглядывать своё новое обиталище, наг скрылся за боковой дверью, расположенной сразу за кроватью. Вернувшись, он с нехорошей ухмылкой шагнул ко мне и схватил за плечо.

— Эй, что происходит⁇

В щеку прилетело что-то вязкое и дурно пахнущее. Ухмыляясь, Герх продолжил размазывать по мне странную жижу. Я попыталась вырваться, да куда там… коснулась пальцами лица.

Боже, эта вонючая грязь еще и тянется!

— Что ты творишь⁈

— Готовлю тебя ко вс-стрече с женихом, не брыкайс-ся, она лечебная. Или так с-сильно хочеш-шь замуж?

Я замерла, поняв его хитрый план. Выставить меня уродиной, так? Чтобы наследник нагов не польстился даже даром жизни и побрезговал такой «красоткой».

Только поинтересовалась с подозрением:

— А она правда лечебная?

— Конечно, черная плес-сень отлично лечит вс-сякие кожные заболевания. Но иногда вызывает.

Взвизгнув, я дернулась из его рук и метнулась в дверь за балдахином. Желтоглазый только рассмеялся мне вслед.

Я вбежала в небольшую темную комнатку. Здесь пахло сыростью и какими-то травами. Ровно посередине каменного пола располагался бассейн, очень похожий на тот самый из Эдинхайма, откуда меня пытались выловить лекарицы.

Черная грязь обнаружилась по углам. Липкой шевелящейся массой она таилась в полумраке, явно наслаждаясь подобной атмосферой.

Я почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота.

Ну уж нет! Лучше обычной грязью измажусь! Включив воду в бассейне, принялась плескать на лицо.

Бесполезно. Проклятая вонючая плесень даже не собиралась отмываться.

— Почему она не исчезает⁇

— И не ис-счезнет, — послышалось за спиной, — потому что обычной водой её не отмыть.

Зарычав, я обернулась. Герх снова рассмеялся, увидев моё сердитое грязное лицо.

Смешно, да?

Действия опередили мысли. Я метнулась в угол. Преодолевая брезгливость, зачерпнула полную ладонь черной жижи и метнула в нага. Увернуться он не успел.

Отвратительная клякса живописно растеклась по его лбу, забрызгав одежду.

— Ах ты…

Настала моя очередь смеяться, но я решила отложить это чудесное действо на потом. Потому что мне начала угрожать опасность в виде разъяренного нага.

Оббежав вокруг бассейна, я рванула на выход.

Желтоглазый был гораздо больше и тяжелее меня, так что бегала я быстрей. А значит, был шанс убежать. Только вот где спрятаться? Иного места, кроме как подземной тюрьмы дракона, я не знала.

И все же попытка не пытка.

Пробежавшись по длинному коридору, скатилась по лестнице и рванула на выход из каменного замка.

Повезло, что, в отличие от драконьего жилища, в нажьем было на диво пустынно. Даже стражников не виднелось.

То ли у них тут не принято слоняться без дела, то ли нагов в принципе было не так уж много, или же они все были заняты. Никто меня не задержал, никто не окрикнул, когда я выбежала из ворот, слыша за спиной погоню.

— Тебе конец, Ас-ся! Беги хорош-шо! — рычал преследователь, придавая ускорения.

Нет, так нельзя. Этот неуравновешенный желтоглазый гад меня в могилу сведет! Он же ненормальный! Его нужно изолировать от общества, и желательно в специализированное заведение с мягкими стенами!

А пока что я судорожно вспоминала, в какой стороне находится драконье подземелье… пока они с нагом снова будут доказывать друг-другу, кто тут самый крутой, я под шумок куда-нибудь улизну.

Успеть бы до прибытия кораблей…

Их мачты качались над деревьями совсем близко. Наверняка мой будущий жених уже сходит на берег. Значит, нельзя терять ни секунды.

Но я не успела.

Среди деревьев показалась процессия, и я спряталась за ближайший толстый ствол, затаив дыхание. Щеки неприятно пощипывало от засыхающей грязи.

Сегодня лицо, а завтра он выкупает меня в ней целиком? Если, конечно, доживу.

— Что с-с тобой? — послышался неподалеку скрипучий голос правителя, заставив меня вздрогнуть.

Я теснее прижалась к дереву, надеясь, что не заметят.

— Запачкалс-ся, — прорычал наг.

В ответ раздался недовольный вздох.

— Так-то ты вс-стречаешь брата… Где наше сокровищ-ще?

— Гуляет.

— Герханн! — прошипел правитель, — Найди её сейчас-с же!

Голоса стихли, как и шаги, но я не спешила показываться из укрытия.

Даже дышала через раз. А вдруг как услышат?

Только остров, несмотря на то, что одарил меня особым даром, всё же оказался вражеским. Потому что, вдыхая в очередной раз, я вдохнула какую-то мелкую мошку и зверски закашлялась.

Последствия не заставили себя ждать.

Меня дернули из-за дерева, цепко схватив за плечо.

— Вот ты где, сокровищ-ще наш-ше! — протянул Герх, скрипя зубами.

На его лице засыхала черная грязь, а за его спиной застыли незнакомые люди с такими же желтыми глазами. Та самая процессия… я судорожно заметалась взглядом от лица к лицу.

Какие страшные… ну, и кто из них счастливчик, мой будущий жених?

20

Мрачные мужские лица не выражали особого энтузиазма, глядя на меня с обидной брезгливостью.

Герх постарался на ура. Что ж, может оно и к лучшему, кто знает?

Может меня и правда перехотят брать замуж.

Вперёд выступил один из незнакомцев. Длинный, с клокастой бородой и бегающими узкими глазами. Горчичного цвета туника с золотым шитьём была явно ему великовата.

Я невольно отступила назад.

— Полагаю, это и есть Ас-стра, сокровищ-ще нагов, — прошипел длинный, вгоняя меня в ступор.

— Так и ес-сть, — ухмыльнулся Герх, — крас-савица, правда?

Длинный мельком оглянулся на своих сопровождающих, словно в поисках моральной поддержки. Но те оставались не при делах. Наверняка радовались, что роль женихов была доверена не им.

— Не мне реш-шать, — длинный нервно улыбнулся. — Я здесь только

С души свалился огромный камень. Так, это не сам жених, отлично! Только откуда они тут все прибывают? Из командировки, что ли? Или остров — не совсем остров, а комплекс островов?

В любом случае, это отличная новость. Значит, у меня есть время, чтобы свалить отсюда подальше.

Одно дело, когда тебя ценят в качестве обладательницы полезного дара, и совсем другое, когда хотят привязать к себе сомнительными методами вроде замужества.

В общем-то лицо мне можно было и не портить.

— Прекрас-сно, — похвалил Герх, криво улыбаясь.

Жестом пригласив гостей следовать за ним, наг наконец выпустил меня из рук. Я проследила, как процессия скрывается в скальном замке и медленно выдохнула.

Меня оставили одну. И правильно, куда я денусь с острова?

Разве что… Опасливо оглядевшись, я засеменила в сторону пристани. На разведку.

Корабль еще не успели спрятать в пещере, и он покачивался на волнах рядом с гладким каменным уступом. Спрятавшись за кустами, я пронаблюдала, как оставшиеся наги выгружают какие-то мешки.

Спустя какое-то время поклажа была выгружена, и каменная пристань опустела. Оглядевшись, я вышла на берег. Тот словно бы вымер.

Наги ушли, бросив корабль? Хотя, от кого им его охранять? От самих себя?

Ежесекундно оглядываясь, чтобы не быть обличенной в злом умысле против чужой собственности, я взбежала по трапу на палубу.

Нет, водить корабли я не умела. Но кто мне помешает на нем спрятаться? А он куда-нибудь, да отплывёт. Главное, чтобы подальше от навязанного замужества, а там разберусь, что к чему.

Спустившись в трюм, я спряталась за основанием одной из мачт. Здесь было темно, сыро и пахло морем. Повсюду громоздились какие-то тюки и бочки. Несколько из них были открыты, и я увидела яблоки.

То, что нужно. Усевшись на мягкий тюк, обтерла самый крупный плод подолом и с аппетитом вгрызлась в румяный бок.

Надеюсь, никто не явится до тех пор, пока я не доем. А то по хрусту найти меня будет проще всего.

Ждать пришлось недолго. Стоило яблоку кончиться, как послышались голоса. Наги вернулись, их тяжелые шаги загрохотали по трапу над моей головой.

Спрыгнув с тюка, я на цыпочках прокралась в самый темный конец трюма, чтобы там затаиться.

Хоть бы уже отчалили и уплыли куда-нибудь подальше…

Усевшись на одну из бочек, я принялась терпеливо ждать и молить всех богов об удаче. Время шло. Наверху звучали приглушенные голоса, тихо поскрипывали корабельные снасти и мерно шумел океан.

Я сама не заметила, как прислонилась к шероховатым доскам корабельного борта и задремала.

— Боже, что это⁈

Пробуждение вышло неприятным. Открыв глаза, я обнаружила себя в окружении кучки весьма агрессивно настроенных нагов. Один из них держал факел, другой палку, а третий — пожелтевший огрызок моего яблока.

— Оно жрет наш-ши яблоки!

Это я-то оно? С чего бы?

Сонно проморгавшись, я вспомнила, что мое лицо до сих пор покрыто жуткой черной массой. Причем она давно засохла и пошла трещинами. Даже не представляю, насколько ужасно это могло выглядеть со стороны.

Судя по реакции нагов — впечатляюще.

— Надо сжечь эту твар-рь! — прошипел один, сверкая глазами.

— Нет, в подземелье её! Когда вернется нас-следник, он реш-шит, что с ней делать.

М-да… видимо, далеко не уплыла. Меня схватили и потащили на выход. Снаружи царила глубокая ночь.

Ничего так поспала… по ощущениям даже выспалась.

Ночной остров показался красивее дневного. Тёмным он не был, но и в искусственном освещении не нуждался. Листва, песок, деревья… всё серебрилось таинственным светом, словно источая магию.

Так же, как и моя метка. Благо, из-за мешковатой одежды ее было не видать, и наги не заинтересовались. Брезгливо оттащив в знакомое подземелье, они швырнули меня на пол и захлопнули тяжелую входную дверь.

Ну вот, не захотела ночевать в скромной комнатке, получи сырой подвал.

Так, погодите-ка, это не обиталище ли дракона?

Я бесшумно поднялась и огляделась. Глаза медленно привыкали к темноте, единственным источником света в которой служила пресловутая метка.

Ну, или не только она… спустя минуту я разглядела ненавистные сиреневые глаза.

— Так, так, так, — прозвучал печально знакомый голос, — посмотрите, кто тут оказался не у дел. Что с твоим лицом?

— Это грязь.

— Тебя макали в грязь? Чудесный приём для дорогой гостьи.

Разговаривать с ним не хотелось, но дракон не унимался:

— Ты подумала над моим предложением?

Ответить я не успела. Снова заскрипела входная дверь, а на лестнице раздались негромкие шаги.

— Нельзя ос-ставлять это живым, — послышался чей-то недобрый голос, — оно может ускользнуть и пожрать все запасы… Куда безопас-снее будет убить эту тварь. Возможно, нас-с даже наградят!

Мне стало нехорошо. Это они что, обо мне⁇

21

Интересно, как хорошо наги видят в темноте?

Что-то подсказывало, что получше меня. Оглянувшись на дракона, я поняла, что он меня спасать не будет. До тех самых пор, пока не соглашусь ему помогать.

И в клетку к себе не пустит. Возможно, даже станет давать оттуда практические советы моим мучителям.

Что ж они навалились то все на меня одну⁇ Прям оптом, не знаю, куда бежать! Наказание какое-то…

— Сокровище нагов, — дракон ехидно скалился из-за прутьев, позвякивая цепью. — превратилось в чудовище.

— Знаешь, ты ничуть не мотивируешь тебе помогать. Вот ни капельки! Что, так нравится сидеть на цепи? — огрызнулась я, отступая к стене.

— Ну, это хотя бы не скучно.

— Зато унизительно. Давай поможем друг другу? Ты мне, я тебе?

Он сделал вид, что задумался. А дверь между тем распахнулась, и я постаралась слиться с каменной стеной. Однако глупо было предполагать, что не заметят.

Две пары змеиных глаз тут же нашли меня в темноте. Сердце ёкнуло и укатилось куда-то в пятки.

Наги направились ко мне.

Дракон зарычал, но те не обратили на него внимания. Я бы тоже на их месте не испугалась. Ну сидит в клетке на цепи, что он может? Только рычать.

— Иди сюда, сокровище, — рыкнул Валериан, — а то они тебя сейчас разорвут на много маленьких сокровищ. И поделят.

— Делить-то зачем?

— Знаешь, как у нагов ценятся амулеты из всяких жутких тварей?

Я возмущенно выдохнула. Это я-то тварь? И тем не менее засеменила в сторону прутьев. Всего-то надо было пройти метров пять, не больше…

Наги метнулись наперерез.

Понимая, что не успею, я завизжала. Так громко, как никогда в жизни. Потому что ещё никогда мне не угрожали физической расправой. Расправляться — расправлялись. Но не угрожали.

Преследователи замерли на месте, зажав уши.

Видимо, поняли, что я им не по зубам. Или пошли за ушными затычками, чтобы вернуться во всеоружии…

Орать я могла бесконечно, особенно при наличии хорошей мотивации. Наги это явно поняли и не стали дальше рисковать слухом. Скрылись так же быстро, как и появились.

Я медленно выдохнула. Ну вот, сама справилась. Теперь не нужно никаких сомнительных сделок с драконом.

Победно улыбнувшись, я обернулась к клетке, чтобы позлорадствовать, но та оказалась пуста.

Э, а где пленник? Куда пропал беловолосый?

Ответ нашелся очень скоро. Буквально в следующую секунду затылок согрело чужим дыханием. Тревожно сглотнув, я медленно обернулась. Он стоял за моей спиной.

Но… Как умудрился выбраться?

— Не смотри на меня так удивленно, сокровище, я сам удивлен.

Сиреневые глаза вспыхнули двумя светляками. Я посмотрела вниз, на его ноги. Цепи больше не было, а прутья клетки были значительно помяты.

— Как ты освободился? — изумилась я, понимая, что кому-то сейчас сильно не поздоровится.

Скорее всего, мне.

— Оказывается, зачарованный металл не переносит женского крика… или именно твоего крика.

Дракон опустил взгляд в вырез моего мешковатого платья. Мужской палец чуть оттянул грубую ткань, обнажая светящуюся метку в виде бабочки.

— Руки убрал! — я шлепнула по бесцеремонной ручонке, отступая назад.

Но пространства для маневра было немного.

Стало понятно, что никаких сделок мне больше не предложат. Беловолосый улыбнулся в предвкушении. Его бесцеремонные пальцы скользнули по моей щеке.

— А, — ухмыльнулся он, — черная плесень. Идем, покажу, как от нее избавиться.

С этими словами меня резко подхватили на руки и закинула на плечо.

— Эй!

— Нет, давай сделаем по-моему, — усмехнулся дракон, — Выходить замуж я тебя ни за кого не заставлю, так и быть, и даже избавлю от метки. А ты для меня немного пошпионишь.

— Что-о?

— Тихо!

Выйдя из ворот подземелья, беловолосый замер, предупредительно сжав рукой мой оттопыренный филей.

Я крепко вцепилась в рубашку на его спине, вися в крайне неудобном положении.

— Кажется, тебя ищут. Ну что ж, пускай поищут, скоро найдут.

И он рванул с места, не успела я вздохнуть. Так резко, что у меня зубы клацнули от неожиданности.

— Прости, сокровище, но эта грязь ужасно воняет, — сказали мне, с разбегу швыряя в морские волны.

Я сумела только сгруппироваться, чтобы не шлепнуться на воду плашмя. Благо, она оказалась теплой, как парное молоко. И неглубокой, где-то мне по пояс. Но купаться я не планировала!

Пуская пузыри, забила руками по темной воде. Платье тут же намокло, потянув вниз.

Купание продлилось не дольше минуты. Едва я успела встать на ноги, как меня снова подхватили. На этот раз мощные драконьи лапы.

Схватив добычу, белоснежный ящер взмыл ввысь. Пальцы вцепились в его шероховатую чешую. Нет, только не снова!

Но разрешения, как всегда, у меня не спросили.

— Куда ты меня тащишь, чудовище? — прохрипела я, чувствуя, как мерзнут на ветру босые ноги.

Хорошо, одежда высохла довольно быстро — дракон был горячим, как печка.

— В Эдинхайм, — отозвался тот, заламывая виражи. — Разузнаешь там всё для меня…

— С чего мне тебе помогать? Снова.

— Почему бы и нет? Или хочешь обратно к нагам?

Я сердито замолчала. И молчала до тех пор, пока вдали не показался драконий замок. Только был ли смысл меня туда нести, если теперь он тоже принадлежит желтоглазым?

На что он меня подбивает?

Дракон приземлился в лесу. Отсюда хорошо просматривались шпили Эдинхайма. Опустив в густую траву, ящер приблизил ко мне свою клыкастую морду и дохнул едким дымом в лицо:

— Не подведи меня, сокровище… и тогда я в долгу не останусь. А если подведёшь…

22

— И что тогда?

— Я буду очень разочарован.

М-да…

Честно говоря, очень хотелось послать белобрысого куда подальше. Но, кто его знает, вдруг тогда он растеряет всё хорошее настроение по поводу освобождения и просто откусит мне голову?

Поэтому я со вздохом развернулась и зашагала в сторону замка. Там хотя бы есть нормальная одежда, а ещё еда и кровать. И замуж меня обещали не выдавать.

И то хлеб.

Через полчаса ходьбы по ночному лесу я вышла на площадку перед замком. Судя по всему, эти ворота не были особо популярны, потому что они даже не охранялись… Я робко постучала.

Разумеется, никто не ответил, и я стала долбить изо всех сил, едва не отбивая кулаки о твердое дерево.

Бесполезно. Пришлось искать камень. Только, стоило повернуться с булыжником, как створка приоткрылась. Стражник с желтыми змеиными глазами и факелом в руке уставился на меня с огромным подозрением.

А потом разглядел драконью метку на занесенной с камнем руке.

Желтые глаза округлились, и он перевел взгляд на моё лицо, для верности едва не ткнув в него факелом. Я отшатнулась, поняв, к чему подобная подозрительность. Я же до сих пор чудовище! Легонько коснулась пальцами щеки… нет, грязь исчезла.

Дракон что-то знал. Неужели всё отвалилось во время моего небольшого заплыва? А кожа на ощупь была такая шелковистая, даже удивительно.

Не дав опомниться, меня схватили за плечо и втащили в ворота.

Видимо, это у них общепринятый метод передвижения девушек. Не «проходите, пожалуйста, уважаемая», а схватил и потащил. Кому-то неплохо бы преподать урок благородных манер.

Пошел бы только впрок…

— Я сама к вам пришла, для чего вы меня тащите⁈ — возмутилась, когда меня бесцеремонно подтолкнули к лестнице.

— Откуда я знаю, — отозвался тот недобро, — может, ты шпионить явилась.

Тут он, конечно, угадал, но признаваться я точно не стану. Мало ли что они делают со шпионами.

По крайней мере я в замке. Здесь меня, в отличие от леса, хотя бы не съедят дикие звери. Наверное.

Мы поднялись по лестнице в главный зал, оттуда вышли в длинный коридор и снова поднялись по лестнице на этаж с широкой площадкой. Всё это в полной тишине. Только шуршали шаги, да потрескивал факел нага.

Упершись в высокие двустворчатые двери, стражник постучал.

Ждать пришлось недолго. Раздались тяжелые шаги, и из дверей показался очередной желтоглазый стражник.

Они-таки захватили дворец… И немудрено, если всё держалось на одном лишь драконьем авторитете. Интересно, где все его вельможи? Разбежались, чтобы организовать контратаку, или теперь служат новому правителю?

Думаю, именно это и хотел бы знать дракон.

Только куда он сам намылился? В лесу будет ждать, грибами питаться? Если только ими, то ему и королевство скоро не нужно

— Драконья жена, — отрапортовал мой конвоир, хватая меня за запястье, чтобы продемонстрировать метку.

Та почти совсем поблекла, но была вполне читаемой.

Стражник кивнул и скрылся за дверью. Мы снова услышали его шаги, гулко разносившиеся по мрачному коридору замка. А потом раздался стук, и скрип очередной двери.

— Поймали жену дракона, что прикажете, господин?

— Отведите в гарем.

Я вздрогнула, узнав голос Ройма.

То есть, он… теперь здесь главный? И не пожелал меня увидеть. Почему⁇

Стражник снова цапнул меня за плечо и поволок дальше. От обиды я забыла даже возмутиться.

В гарем значит, да? Спасибо, что не в подземелье, но всё же!

К концу пути я поняла, что все драконы одинаковы. Что корыстный Валериан, которому власть дороже всего, что его не менее корыстный, спевшийся с нагами, брат.

Тьфу на них обоих.

Оставаться в замке перехотелось. Только куда податься? Да и как выбраться? Для начала следовало оценить обстановку.

Мы пришли на один из нижних этажей. Отперев огромные, обитые железом двери, стражник толкнул меня внутрь.

— Располагайся, — усмехнулся, — будь как дома. Здесь больше никого, остальных жен новый правитель распустил по домам.

Хм… вот оно что. А для меня решил сделать исключение? Или тоже отпустит с утра пораньше?

С одной стороны, радовало, что перспектива быть освобожденной вообще имелась. Но с другой… Теперь я уже и не знала, что думать. Если Ройм не захотел даже поздороваться.

Неужели тоже решил, что я теперь шпионю на дракона?

Дверь захлопнулась. Я прошлась по коридору и очутилась в просторном круглом зале.

Здесь было жутковато и пусто, как в ночном лесу. По центру комнаты журчал фонтан, всюду были расставлены цветы в напольных вазах, а на полу пестрела мозаика из драгоценных камней.

Сквозь узкие зарешеченные окна пробивался тусклый лунный свет.

Из зала вели несколько дверей, и я толкнула ближайшие. За ними нашлась спальня с массивной кроватью, тяжелой деревянной мебелью и плетёным ковром на полу. То, что нужно.

Обрадовавшись, что не придется спать на холодном полу, я подвинула к двери ближайшее кресло и завалилась на кровать.

Проблемы подождут до утра. А пока неплохо бы отдохнуть.

Я заслужила.

Но выспаться мне не дали. Стоило провалиться в сладкую полудрему, как послышались приглушенные голоса.

Здесь кто-то был.

Благо, у меня хватило ума догадаться запереть дверь! Потому что через секунду её толкнули. Кресло скрипнуло, отъехав на сантиметр. Я вскочила с кровати, сонно моргая.

Какого лешего там принесло?

— Эта тварь заперлась, — досадливо прорычал незнакомый мужской голос.

— Ломай, — отозвался другой. — Нам щедро за нее заплатили, и я не собираюсь возвращать деньги!

Да что ж это такое! Второй раз за ночь! И даже не те же самые наги. Полагаю, обычные люди, и им заплатили… чтобы что? Похитить меня? Убить⁇

Кто заплатил⁇

Надежда на то, что меня могли с кем-то спутать, быстро угасла, стоило креслу отъехать еще на пару сантиметров.

— Открывай, драконья подстилка, — прорычали в образовавшуюся щель, — у чешуйчатых не должно быть и шанса на продолжение рода!

23

Ага… я попала под раздачу, как потенциальная мать драконов. Разумеется, кого ж еще винить, если не плохого правителя? С женщинами воевать всегда проще.

Прямо-таки подмывало их в этом разубедить, но на драку я не подписывалась.

Странные я вызываю желания у местных мужчин. Если не жениться, то убить. Не радует ни то, ни другое.

Спрятаться! Причем срочно!

Под кровать? Нет, слишком низкая… что у них тут за кровати такие? За штору? Примитивно… в ванную? Там дверь без замка. В камин!

Нырнув в темный зев камина, я еле сдержалась, чтобы не закашляться. Здесь пахло пылью и горькой сажей. А что поделать?

Изнутри печка была небольшой, так что легко можно было вскарабкаться вверх по трубе, наступая на неровности каменной кладки.

И я забралась так высоко, как смогла, добравшись аж до верхнего этажа. Комнаты здесь соединялись каминами. Удобно!

Где-то внизу гулко грохнуло, опрокидываясь, спасительное кресло. Они проникли в комнату… Возможно, совсем скоро догадаются, куда мне удалось ускользнуть.

Новая комната не пустовала.

Кряхтя, как древняя бабка, я выбралась из камина, отряхивая платье. Правда, бесполезно. Недавно черным было только моё лицо, а теперь я вся выглядела как ужас, летящий на крыльях ночи.

В чужой кровати кто-то спал. Заметив, как шевелится одеяло в такт чужому дыханию, я на цыпочках начала красться к выходу.

Куда дальше? Может, вернуться к Ройму и припереть его к стенке, мол, какого чёрта тебя так быстро изменила власть? Пожалуй, так и поступлю.

Только, стоило мне открыть задвижку и распахнуть дверь, как хозяин комнаты заворочался.

Я повернула голову и поняла, что это хозяйка.

Сонно проморгавшись, моя несостоявшаяся свекровь смотрела на меня, в ужасе выпучив глаза. А потом она завизжала, как ошпаренный кабан. Так громко, что меня буквально вымело из спальни звуковой волной.

Не оглядываясь, я помчалась по коридору, подозревая, что скоро сюда сбежится вся охрана. А потом они проверят гарем, обнаружат, что меня там нет, и начнется…

Не так я себе представляла своё шпионство.

Пробежавшись до конца коридора, я заслышала чужие шаги и юркнула за ближайшую колонну.

Вовремя! Мимо промчалась группа стражников.

Лучше б они к гарему бежали. Это там настоящие преступники, а не в комнате матери драконов.

Опасность миновала, и я двинулась дальше. Только вскоре совсем запуталась в коридорах и переходах. Вроде бы, мне нужно было в главный зал, а уже оттуда…

— Что там происходит? — услышала я знакомый голос, в панике пробегая по очередному коридору, и затормозила.

Кажется, оно. И правда, совсем рядом возвышалась та самая дверь, откуда меня послали в гарем.

— Сейчас узнаю, господин.

Юркнув за колонну, я затаилась в темноте. Скрипнула дверь, наг прошествовал мимо, и я скользнула в приоткрытую створку.

В замке явно творилось что-то странное. Наги служат Ройму, дракону-предателю, так? И при этом кто-то пытается избавиться от потенциальной матери драконов — меня?

Видимо, далеко не все желтоглазые рады тому, что приходится считаться с новым правителем.

Вполне возможно, против него тоже планируется заговор… Презентуют ему банку варенья за услуги и проводят из замка восвояси. Посадят править какого-нибудь нажьего наследника. Возможно, даже того самого, за которого угрожали выдать меня замуж.

В коридоре перед нужной дверью было подозрительно тихо. Из узкой щели падал неяркий свет, и я замерла, засомневавшись.

А не ошибусь ли, показавшись на глаза Ройму? Ведь он предатель и действует только в собственных интересах.

Ох,

Заглянув в просвет двери, я почувствовала, как по спине поползли ледяные мурашки. Богато обставленная спальня с ярко-пылающим камином и огромной кроватью под балдахином оказалась пуста.

Зато позади меня раздался подозрительный шорох.

Не успела я обернуться, как мой рот накрыла широкая мужская ладонь, а ухо обожгло чужим дыханием.

— Тихо… — услышала я, испуганно замерев, — наёмница?

Замычав, попыталась укусить чужую руку, вытягивая собственные ладонями вверх. Ну какая из меня наёмница⁇

Ройм развернул меня лицом к себе и нахмурился. Сиреневые глаза подозрительно сощурились.

— Ты кто?

— Это же я, Ася! — выдохнула едва слышно, не понимая, почему он меня не узнает.

— Ася? Почему ты такая грязная?

Взяв за плечи, меня втянули в комнату и развернули к зеркалу.

Боже, это что, я⁇ Теперь понятно, чего так испугалась свекровь. Я была абсолютно черная, как головешка. Только глаза поблескивали, да метка светилась.

— Пряталась в камине… Кажется, меня хотели убить.

Быстро оглядевшись, Ройм захлопнул дверь и закрыл ее на задвижку.

— Да, здесь в последнее время небезопасно. Появление новой власти всегда сопровождается смутой и протестами, — повернувшись ко мне, мужчина мягко улыбнулся, — ты что здесь вообще делаешь? Разве ты не должна быть на острове?

Я отвела глаза. То есть, он в курсе, что меня увезли, и ничего по тому поводу не предпринял? Ясненько.

— Там меня тоже хотели убить.

— Что? — сиреневый взгляд снова посуровел. — Кто посмел?

Сокрушённо выдохнув, я невольно задумалась, стоит ли посвящать мужчину во все подробности своих приключений. Ведь в нём я тоже не была уверена наверняка.

Возможно, он перепутал меня с другой, поэтому и послал в гарем. Хотя знал, что в замке сейчас небезопасно… В общем, никому нельзя верить. Никому.

— Наги. А до этого меня хотели выдать замуж за какого-то наследника. Ты уверен, что выбрал правильных союзников, Ройм?

— Ну, как сказать… — шагнув навстречу, брюнет взял меня за руку.

Взглянув на запястье с побледневшей меткой, он наклонился, чтобы легонько коснуться её губами.

Я ошарашенно проследила, как серебристый узор становится ярче. Крошечный бутон, который появился там недавно, вдруг плавно распустился, превратившись в пышный цветок.

Подняв взгляд, я уставилась в невозмутимое мужское лицо.

Это что сейчас такое было?

— Они не союзники, Ася. Они семья, — сиреневые драконьи глаза сверкнули змеиной желтизной, — Я и есть тот самый наследник, за которого тебя хотели выдать замуж, ведь ты моя истинная.

24

Я не знала, как реагировать на подобные метаморфозы. Так и стояла истуканом, любуясь на янтарные всполохи в чужих глазах.

Правда, недолго. В камине вдруг треснула деревяшка. Рассыпавшись искрами по каменному полу, она заставила меня вздрогнуть и резко опомниться

— Погоди, ты что, наг⁇

Мужчина молча кивнул, не сводя с меня насмешливого взгляда. Видимо, реакцией я его не удивила.

— Как⁇

Пожав плечами, он легонько погладил пальцами моё запястье с сияющей меткой.

— Моя мать была из нагов, так что я полукровка. Наполовину наг, наполовину дракон.

— Надеюсь наг всё же на меньшую половину…

Терпеть не могу змей! Они скользкие, противные и ядовитые, фу!

Ройм ничего на это не ответил, и я вспомнила:

— Так всё-таки я твоя истинная? Каким образом?

— Метка, — пояснили мне терпеливо, — у меня она тоже есть.

— А где?

Опустив взгляд, я поискала нечто подобное своему узору на открытых участках его кожи. Не нашла.

Мужчина только усмехнулся. Стало понятно, что он пока не готов показывать мне сие сокровенное место.

Может, у полукровок метки появляются где-нибудь… кхм…

— То есть, и Валериан знал, что ты наполовину наг, да?

Мрачно кивнув, Ройм провел пальцами по моей метке, отчего она полыхнула серебром, и по руке прошлась волна странного тепла.

— Более того, он знал, что ты моя истинная, и решил таким образом мне подгадить. Брат давно догадывался о моих планах на трон, шпионы донесли.

Вот же сволочь белобрысая!

— Выходит, — уточнила я, напряженно наблюдая за его поглаживаниями, — всё это время ты был подсадной змеёй в драконьем замке?

Он мягко улыбнулся, играя моей рукой.

— Отчего же? Все прекрасно знали, кто моя мать. Просто до недавнего времени действовало Перемирие, и никто не мог упрекнуть нагов в том, кто они есть. Наоборот, дружба и всяческие контакты поощрялись, поэтому правитель и женился на наследнице змеиного острова. Но жена была не первой, и престола мне, в теории, не видать.

Но теория при небольшом усилии всегда может стать практикой.

— И ты решил это исправить.

— Я бы и не задумался, если бы Валериан был хорошим правителем.

Хорошим? Хорошим для кого? Вот главный вопрос.

— А ты будешь хорошим?

Хотя, какая мне разница, кто какой правитель. Главное, чтобы от меня все отстали и ничего больше не хотели. Ни жениться, ни тем более убивать.

— Постараюсь.

Так, погодите-ка… насчет свадьбы.

Лицо неприятно чесалось от сажи, но сейчас мне было немного не до этого.

— Я не хочу замуж, — уточнила осторожно, — ты же помнишь, да?

Янтарная желтизна змеиных глаз плавно перетекла в привычную сирень. Никогда бы не подумала, что столь необычный цвет радужки будет казаться чем-то обыденным.

— Пока что я и не смогу тебе этого предложить.

Да? Серьезно? Что ж, это несказанно обнадеживало! Однако сильно радоваться я не спешила. Что-то подсказывало, что у этих слов есть двойное дно.

Угадала.

— Нет? А что тогда?

Уголок его губ чуть дернулся вверх, и я напряглась.

— Ты всё ещё замужем за драконом. Пока не получишь развод, тебе гораздо безопаснее быть рядом со мной в качестве наложницы.

Рвано выдохнув, я выдернула руку из его пальцев и шагнула назад.

— Что⁇

— Только не надо поспешных выводов, хорошо? — он сдержанно улыбнулся, не спеша снова сокращать расстояние, — быть невестой нового правителя сейчас крайне опасно. На меня уже было совершено два покушения… Сторонники моего брата не дремлют. Они считают меня узурпатором и сделают всё, чтобы избавиться. А статус наложницы не позволит кому-либо воспринимать тебя всерьёз.

Ну, в этом я сильно сомневалась.

— Если брак с драконом не будет консумирован, — продолжил Ройм, — оракул вас разведет, и тогда ты станешь моей официальной невестой.

— А можно не надо? — протянула я напряженно. — Можно и без свадьбы, и без наложниц? Я не хочу замуж, и на ложе тоже как-то желания нет.

— Можно, — согласился Ройм. Слишком легко, на мой взгляд. — Но это чревато. Все прекрасно помнят тебя, как жену Валериана.

Кажется, я совсем запуталась.

— Против кого воюют эти все? Против драконов, или всё-таки нагов, или наго-драконов? Кто они вообще⁇

— Это смута, Ася. Все против всех, и

Голова пошла кругом от подобных объяснений.

— Главное не попасться тем, кто носит кольца с алым камнем, — добавил он серьезно.

— Что? А это кто такие?

— Сторонники того, чтобы к власти пришли люди. Алые не пощадят никого. Особенно сейчас, когда выдалась такая прекрасная возможность.

Странно, будь я заговорщиком, то точно не стала бы носить кольцо, по которому меня так легко определить.

Мужской взгляд пугал. Но не настолько, как пугали его слова. И что теперь делать? Где спрятаться?

— Ясно, — сглотнула я, опасливо оглянувшись, — кругом враги. Так может, мне лучше побыть где-нибудь в безопасном месте?

— Самое безопасное для тебя место рядом со мной. И настолько близко, насколько это возможно.

— А покушения?

— Они попытались, — улыбнулся тот хищно, — но у них ничего не вышло. Тебе нужно потерпеть лишь три дня. На четвёртый назначена коронация, а после никто из бунтарей не посмеет даже пикнуть. Власть будет в моих руках.

— Но они же уже во дворце?

— Это тоже ненадолго.

Я задумалась. А есть ли у меня какие-то варианты? По крайней мере это Ройм, и он хотел помогать с самого начала, так?

— А что будет потом?

Он не успел ответить. Дверь рядом с широкой кроватью распахнулась, являя девушку.

Я даже рот приоткрыла, разглядывая внезапную незнакомку.

Одетая в невразумительный халатик на босу грудь, смуглая брюнетка с шикарным водопадом волос и соблазнительными формами вдруг призывно улыбнулась.

Шагнув из ванной, она мазнула по мне равнодушным взглядом и направилась к Ройму.

— Я готова, повелитель…

Мужчина закатил глаза и враждебно уставился на неё в ответ.

— Пошла вон отсюда.

Та надула губки.

— Но вы же сами велели…

— Я велел убираться! А не запираться в моей ванной. Кыш!

Обиженно насупившись, та всё же повиновалась.

Я проводила её взглядом. Девушка недобро оглянулась у двери, затем отодвинула задвижку и змеёй скользнула в темноту.

— Наложница?

Ройм покачал головой.

— Скорее засланка. Уже пятая за сутки, как же они мне все дороги… теперь нужно тщательно проверить покои, как бы не оставила сюрпризов.

— И как же, интересно, ей удалось сюда проникнуть?

— Сам удивляюсь. Лезут, как тараканы, изо всех щелей.

Я взглянула на мужчину с величайшей подозрительностью. На его месте я бы отправила её в подземелье на допрос, а не позволила убраться восвояси.

Ройм понял ход моих мыслей.

— Я не воюю с женщинами.

Да? Ну и зря. Они запросто могут использовать это против тебя.

Он невозмутимо протянул мне руку.

— Идём, здесь есть запасная комната.

Иду, а что делать? По крайней мере Ройму не с чего желать мне зла. Но и все свои карты раскрывать до поры я не собиралась.

Кто его знает, может и он раскрыл мне не всё?

— Что вообще означает эта истинность?

Пока мы шагали по коридору в другую локацию, я невольно разглядывала свою обновлённую метку.

— Идеальную пару, — отозвался тот лаконично, — от которой совершенно точно появятся наследники. Брачный ритуал тоже позволяет получить метку даже если жениться не на истинной. Но такая метка не имеет ценности. Так, узор.

Вот оно что… ай да Валериан, ай да гад! Ни себе, ни людям. Точно знал, что как жена я буду ему бесполезна! А как шпионка?

Нет, снова встречаться с беловолосым не было ни малейшего желания. Крайне мутный тип…

Ройм не яснее, но пока что он не сделал мне ничего плохого. Я даже поняла, для чего тот отправил меня в гарем. Принял за очередную засланку, не иначе.

Продолжать тему истинности я передумала. Боюсь, это может завести туда, куда бы мне совсем не хотелось. Ведь Ройм так и не уточнил мою дальнейшую судьбу после своей коронации.

Так и быть, пересижу опасность, а выясню потом.

Всё это мне даже на руку. Сейчас главное не показывать носа из замка, ведь снаружи поджидает охочий до местных новостей дракон.

Спустя минуту мы достигли новых дверей. Стражники отперли тяжелые створки, впуская нас внутрь.

Это тоже оказалась спальня, практически идентичная предыдущей, только здесь камин не горел.

Ройм взялся исправить эту досадную оплошность.

Зябко ёжась от ночной прохлады, я позволила себе небольшую экскурсию. Открыла шкаф, заполненный стопками одежды, выглянула из окна и прогулялась в сторону ванной.

В ней тоже было довольно прохладно. Но зато по углам хотя бы не копошилась противная черная грязь.

Ройм шагнул следом, протягивая мне длинную светлую тунику из плотной ткани. Судя по ширине плеч, мужскую. Но в моем ли положении привередничать?

— Можешь пока искупаться. Я прикажу, чтобы принесли поздний ужин. Хотя, скорее это будет уже ранний завтрак.

Поблагодарив, я закрылась в ванной и включила воду в каменном бассейне. Она быстро нагрелась и скоро от ее поверхности повалил густой ароматный пар.

Погрузившись по грудь, я откинулась на каменный бортик и блаженно выдохнула. Только сейчас я в полной мере ощутила, насколько устала. Заснула бы прямо здесь без задних ног. Но сначала смою с себя проклятую сажу.

Надеюсь, тех убийц скоро поймают и допросят. Иначе как позволить себе расслабиться, зная, что по замку шастает непонятно кто с сомнительными целями?

Алые… главное, не забыть, что теперь среди моих врагов есть еще и какие-то там алые.

Видимо, здесь норма быть без вины виноватой и иметь кучу недругов. Всё дело в статусе. Живешь в замке, приближена к власти? Значит, достойна всяческого порицания.

Пожалуй, если благополучно переживу это смуту, займусь своей репутацией. Стану милой, доброй и приветливой. Может, тогда заговорщикам перехочется меня убивать?

Хотя…

Из комнаты послышался какой-то шум, и до меня донеслись голоса.

— Дракон сбежал, ваша невеста пропала! — доложил стражник.

А вот и плохие новости подвезли… ой, кажется, мне сейчас начнут задавать неудобные вопросы. А там и до обвинений недалеко.

Набрав воздуха в грудь, я ушла под воду с головой.

Когда всплыла, смывая с себя мыльную пену, никто не возвышался у бассейна, сердито зыркая сиреневыми глазами. Может потому, что я заперлась, а Ройм не из тех, кто ломает двери?

Выбравшись из воды, я неспешно вытерлась, прислушиваясь к звукам снаружи.

В комнате было тихо. Ройм ушел? Или спит? Или ждет меня, чтобы учинить допрос?

Одевшись, я несмело отперла дверь и шагнула в спальню.

Мужчина был там. Расслабленно откинувшись на кровати, он гладил ладонями недавнюю брюнетку.

Полностью

25

Некоторые, как я посмотрю, времени зря не теряли…

— Пошла вон, — хрипло прошептал Ройм, не оставляя никаких сомнений в том, что я тут лишняя.

Его яркие сиреневые глаза блеснули в полумраке спальни, заставляя невольно отступить.

Брюнетка заискивающе рассмеялась.

Вот такая у них тут истинность, да? Хотя, про верность никто и не говорил. Более того, никто ничего не обещал.

Настала моя очередь обиженно семенить на выход.

Ройм… как он мог? В голове не укладывалось. Ну что за бред?

Только, стоило выйти в коридор, как в душу закрались сомнения. А верно ли я поступаю?

Тот факт, что раздетым мужчина не был, да ещё и слишком всё это странно и внезапно, заставили задумчиво замереть. Ройм казался слишком адекватным, чтобы творить подобную дичь.

Поэтому я развернулась, чтобы вернуться в спальню, но дверь уже была заперта. Да и стражники куда-то подевались… Чёрт!

И этот факт вызвал ещё большие подозрения.

Неужели снова камин? На этот раз, боюсь, что нет. Ведь Ройм имел неосторожность его растопить!

Может, тогда окно?

В спальне оно имелось. Большое, витражное… если не попасть в комнату, то хотя бы увидеть, что там творится, я точно смогу.

Добежав до конца коридора, влезла на подоконник и распахнула створки. Меня обдало прохладным ночным воздухом, заставив зябко поёжиться.

Не самое приятное занятие шастать на холодном ветру после купания.

Но что-то подсказывало, что мои опасения верны, и Ройм может быть в опасности. По крайней мере очень хотелось в это верить. Хоть и эгоистично с моей стороны, но пусть лучше попадется в лапы опасной засланки, чем окажется очередным форменным гадом.

Тогда мне проще будет уйти в лес, чем оставаться в этом змеином гнезде.

Благо, карниз оказался достаточно широким, чтобы я смогла на него взобраться. Он плавно переходил в каменный парапет. Удобно.

Ветер разметал мои влажные после душа волосы. Цепляясь за шероховатую стену и очень стараясь не смотреть вниз, я короткими шажками торопилась в сторону нужного окна.

Правда, понятия не имела, что будет потом. Если Ройм действительно в опасности, то придется как-то вломиться внутрь. Разбить стекло? Сомнительно. Но я попытаюсь.

Мы же вроде как теперь в одной лодке.

Нужное окно светилось маячком, так что пройти мимо было невозможно. К этому времени пламя камина разгорелось достаточно ярко, освещая то, что происходило в комнате. Я прильнула к стеклу.

Но в спальне никого не оказалось… постель была пуста. Я удивленно захлопала глазами. Куда бы они могли пропасть? Если только свалиться с кровати в порыве страсти… но разглядеть наверняка я не успела.

Сзади меня вдруг обдало резким порывом ветра. Пришпилило к стеклу, не вдохнуть, а в следующую секунду вокруг талии сомкнулись знакомые драконьи лапы.

Нет, только не это! А ведь я совсем про него забыла! Непростительная беспечность! А он? Неужели уже соскучился?

Сколько прошло времени? Несколько часов? А я ни поела, ни поспала… хоть помылась, и то хорошо.

Дракон уносил меня прочь от замка.

Пригревшись в чешуйчатых лапах, я почувствовала, как меня клонит в сон. Беспокойство за Ройма отошло на второй план. Может и не о чем там беспокоиться? Предал брата, предаст и истинную, делов то. Никому нельзя верить.

Чего хорошего можно ожидать от того, кто наполовину змей?

И всё же где-то в глубине души ворочалось неприятное предчувствие.

Всё это было очень подозрительно. Надеюсь, Валериан скоро вернет меня в замок, ведь там я гораздо полезнее, чем с ним в лесу.

Но принес он меня не в лес.

Спустя какое-то время дракон приземлился у небольшого двухэтажного дома на опушке. Тьма почти рассеялась, и я вполне могла рассмотреть серые каменные стены и аккуратную черепичную крышу. Из трубы вился белесый дымок, а в окне первого этажа горел свет.

Над горизонтом показался краешек солнца, и я поняла, что не спала всю ночь. Пожалуй, дракону придется подождать, пока высплюсь, чтобы узнать всю необходимую информацию.

Надеюсь, он не пойдет на крайние меры, типа швыряния меня в воду, как в прошлый раз. Хотя… кто их, драконов, знает.

И всё же глаза непроизвольно слипались.

Валериан нёс меня в сторону дома, укачивая в теплых объятиях, и я сама не заметила, как провалилась в сон.

Кажется, еще никогда в жизни мне не спалось так крепко и сладко. Поэтому, открыв глаза, не сразу смогла понять, где я, и что происходит.

За окном снова занимался рассвет. Неужели проспала целые сутки? И немудрено…

Я лежала на мягкой перине, а вокруг темнел интерьер незнакомой спальни. Здесь был камин с прибитой над ним головой оленя, обитые бархатом добротные кресла со столом между ними. На стенах красовались чуть поблекшие от времени гобелены со сценами охоты, а по углам поблескивали массивные бронзовые подсвечники.

На полу возле кровати лежала чья-то пушистая шкура.

В общем, дом, куда принес меня дракон, принадлежал явно не простому крестьянину.

Повернув голову, я поняла, что проснулась не одна.

Беловолосый гад лежал неподалеку, подперев голову кулаком.

— Доброе утро, любимая женушка. Выспалась?

Я с трудом сглотнула застрявший в горле ком. Кажется, мужчина был обнажен. Сверху точно… а проверять наверняка не особо хотелось, поэтому я продолжила смотреть в насмешливые сиреневые глаза.

— Почти, — ответила хрипло. — А ты?

Вместо ответа он скользнул по мне взглядом. Я невольно натянула повыше тонкое лоскутное одеяло. Дракон клыкасто усмехнулся, от чего по моей спине поползли ледяные мурашки.

Кажется, допрос будет с пристрастием.

Мужской взгляд замер на метке, ярко сиявшей на моём запястье.

— Это мой охотничий домик, — озвучил он вдруг, не отрывая глаз от серебристого узора, — тебе нравится?

Я медленно кивнула, прикидывая, смогу ли добежать до двери раньше, чем меня поймают. И не заперта ли она…

— Отлично, — дракон помрачнел, — самое время, чтобы консумировать наш брак, не находишь?

26

Лучше бы я не просыпалась…

— Консумировать? — слово-то какое… проникновенное, — С чего бы это?

— Потому что развода я тебе не дам. Передумал, — оскалился беловолосый.

Кто бы сомневался, что этот чешуйчатый слова держать не умеет. Я бы очень удивилась, если бы он его сдержал. Видимо, увидел, что метка снова сияет, и догадался, что Ройм мне обо всём рассказал.

Я пожала плечами, не спуская с него глаз. С этим нужно было держать ухо востро.

— А смысл? Наследников от такого брака всё равно не будет.

— Не страшно. Главное, что их не будет у моего предателя-братца.

Вот

— А я… бесплодна! Мне эти, как их… лекарицы сказали. Никаких детей, ни с кем. Вообще.

Светлые брови дракона удивленно взметнулись вверх. Я с энтузиазмом закивала.

— Так значит, ты в любом случае ничего не теряешь, — улыбнулся он.

Я тревожно сглотнула. Вот же хитрый гад!

— Как это не теряю? Ты и так женился на мне против моей воли, а я не игрушка, чтобы кто бы то ни было мог распоряжаться моей судьбой!

Вскочив с кровати, я двинулась к двери. Правда, понятия не имела, куда направлюсь. Но всё лучше, чем быть рядом с этим неприятным типом.

Даже как-то странно было осознавать, что он мой муж. Но это ненадолго! Развод не за горами. Сколько дней прошло со свадьбы? Два, три?

Мне обещали, что через неделю метка исчезнет. Жаль, теперешняя ситуация этому ничуть не способствовала.

— Я правитель этого королевства, — дракон начал медленно подниматься с постели.

— Ну… вообще-то нет.

Зря я это сказала. Мужчина недобро сузил сиреневые глаза.

Благо, штаны на нем всё-таки были, так что консумация ненадолго откладывалась.

— До коронации узурпатора правитель именно я, — продолжил он, плавно двигаясь навстречу. — Даже если он станет королём, истинной ему не видать, а значит, не видать и наследников. Такого правителя народ не потерпит, слишком шатко его положение у власти.

— Так ведь и у тебя нет истинной, как и наследников… а всех твоих жён Ройм распустил по домам.

Ответом мне была ехидная усмешка.

— Какая дерзкая… тем приятнее будет тебя перевоспитать, жёнушка. Те браки мне не интересны, они были заключены ради выгоды. А свою истинную я встречу, не волнуйся. Главное, что её больше никогда не встретит мой змей-брат.

Не то, чтобы меня сильно волновала судьба Валериана и его детей. Куда больше своя собственная. Ну и еще Ройма. Неизвестно, как он там…

Кстати!

— Ройму я не особо-то и нужна, — вспомнив недавнюю сцену в чужой спальне, я правдоподобно изобразила на лице отвращение, — у него есть прекрасная любовница.

Но дракон не впечатлился, только передернул широкими плечами.

— И что? Женщин может быть сотни, а истинная всегда лишь одна.

Эх, не прокатило…

— А как ты собираешься вернуть трон? Тебя один раз уже с него скинули, что им помешает сделать это снова?

Я изо всех сил пыталась заговорить ему зубы, чтобы отвлечь от сомнительной цели.

— Они застали меня врасплох, — рыкнул дракон. — Больше я им этого не позволю.

— Слишком самоуверенно для того, кто ютится в избушке на краю леса и разгуливает в одних штанах!

Клыкасто улыбнувшись, беловолосый сократил между нами расстояние ещё на шаг.

— Если они тебя так смущают, могу снять.

Чего я там не видела…

Спасая ситуацию, откуда-то снаружи вдруг послышались шаркающие шаги, а затем раздался стук в дверь.

— Господин, — донёсся приглушенный голос пожилой женщины, — завтрак готов!

Валериан закатил глаза, а мой желудок радостно проурчал. Шагнув к креслу, мужчина взял с него рубаху и принялся одеваться.

Я скользнула взглядом по его метке. Она совсем побледнела и была едва различима.

Нет, дело вовсе не в истинности… и даже не в желании насолить брату. Я помнила, что сказал тогда оракул, и у меня хватило ума связать два плюс два.

Валериан забрал меня у нагов именно поэтому. К тому странному белоглазому старику прислушивались, ему верили, и он сказал, что если Валериан меня отдаст, то сильно об этом пожалеет.

— Это всё из-за оракула, так?

— И из-за него тоже, — шагнув к двери, дракон галантно ее передо мной распахнул. — У тебя есть метка дара жизни. Пока ты спала, я прекрасно ее разглядел…

Зябко поежившись, я невольно накрыла рукой грудь с несчастной меткой. Благо, бабочка тогда предпочла разместиться чуть ниже моих ключиц, а не приземлиться на нижние девяносто.

— Идём завтракать, а после нас ждёт серьезный разговор.

Уже боюсь. Надеюсь, он состоится не наедине. Благо, в доме были еще люди.

Спустившись по лестнице, я огляделась. Первый этаж не сильно отличался от второго. Те же серые стены с гобеленами и подсвечники по углам. Это была небольшая столовая с камином в углу, столом и парой шкафов. Потолок венчала металлическая люстра, а по правую сторону виднелся коридор. Скорее всего, ведущий на выход. По левую — арка в кухню.

Оттуда показалась улыбчивая старушка в переднике.

Она несла в руках огромную супницу, которую громко водрузила на стол.

— Прошу вас!

Мы заняли стулья, и женщина разлила по тарелкам густой грибной суп.

— Благодарю, — бросил дракон, и та откланялась.

Я оглядела столешницу. На плоских тарелках благоухал хлеб, лежали красиво порезанные овощи, ветчина и странного вида пудинг. Дракон приступил к еде, и стало понятно, что травить меня здесь не будут.

Благодаря дару я теперь очень полезна. Почти для всех. Впору продавать услуги лекаря.

Да вот беда, никто не хотел за них платить…

Спустя полчаса я наелась до отвала и наблюдала за тем, как дракон лениво потягивает из чашки малиновый морс.

— Ну и о чем ты хотел со мной поговорить?

На его тонких губах зазмеилась хитрая усмешка.

— Я решил, что рядом со мной ты будешь куда полезнее, чем рядом с моим братом. Поэтому хочу сделать тебе выгодное предложение, от которого ты не сможешь оказаться.

27

— Я вся внимание.

Что-то подсказывало, что ничего хорошего дракон не предложит.

Во всей этой ситуации хорошего в принципе — кот наплакал. Но мне не хотелось ругаться. Не сейчас, когда я наелась до отвала и была настроена максимально благодушно.

Выслушаю, так и быть, покиваю головой и мило поулыбаюсь.

— Ты убьёшь Ройма.

Улыбаться перехотелось.

— Что? — переспросила я, подумав, что вдруг ненароком ослышалась.

— Ты. Убьёшь. Моего брата, — повторил он, глядя мне в глаза с выражением абсолютного спокойствия на лице.

Словно подобные предложения были для него рутиной.

Медленно выпрямившись на сиденье, я мельком оглянулась. Нет, ошибки не было. Эта реальность не переставала удивлять. Причем каждый раз в самом ужасном смысле.

— Я не убийца.

Дракон только пожал плечами и лениво отставил пустой стакан.

— Тогда я консумирую наш брак и мы станем мужем и женой.

Вот так значит, да?

— Это шантаж?

— Воспринимай, как считаешь нужным. Я дал тебе выбор.

Прекрасный выбор, просто роскошный. Хотя… кто сказал, что мне придётся убивать? Пусть вернет меня в замок, и тогда я даже в окно не выгляну, не то, что снова покажусь снаружи.

Но соглашаться вот так сразу было бы очень подозрительно. Поэтому я сделала

— Как, по-твоему, я смогу убить дракона⁇

— Это не мои проблемы, — клыкасто усмехнувшись, мужчина сложил руки на груди. — Но, если ты меня обманешь, тебе сильно не поздоровится.

Что-то подсказывало, что этот человек не в себе. Мягко говоря.

— Погоди, ты же сказал, что не хочешь, чтобы я снова попала в замок, и рядом с тобой буду полезнее?

Он кивнул.

— Всё так. Но мои шпионы не могут добраться до Ройма. А вот ты вполне, ведь ты его истинная, — сиреневый взгляд скользнул к моему запястью, — так что тебе ничего не стоит перерезать ему глотку, когда он заснет.

Кровожадная сволочь… я отвела глаза, чтобы они не выдали моего отношения к подобным методам.

— А вызвать его на бой ты не можешь? И решить проблему по-мужски?

А не чужими женскими руками?

Он закатил глаза.

— Ты же взрослая девушка, Ася, а не понимаешь таких очевидных вещей. Никто мне этого не позволит. Меня схватят сразу, как только увидят. Пока не прибыло подкрепление, наги в численном преимуществе, нужно всего лишь лишить их головы…

— Или жениться на мне?

— Это практически одно и то же.

Я тяжко вздохнула.

— Мне нужно подумать…

— Боюсь, у тебя нет на это времени. У меня его тоже немного. Так что решай здесь и сейчас. Я возьму своё в любом случае, но позволь мне побыть великодушным.

Надо же, само великодушие. Прям в палату мер и весов его, как образец. Тьфу.

— Хорошо.

Хотя, ничего хорошего, на самом деле.

Светлая бровь вопросительно взметнулась вверх.

— Я согласна убить Ройма, — поджав губы, я скрестила под столом пальцы.

Ему, полагаю, этот жест был незнаком.

Блондин улыбнулся. Только его улыбка не коснулась глаз.

— Если ты не выполнишь обещанного, мои люди тебя найдут. Это мой замок, и я знаю в нем каждый уголок. Тебе не скрыться, женушка.

— Так, давай без угроз!

Однако по спине тут же пополз неприятный холодок. Ройм сможет меня защитить… наверное. Ну, или я всегда смогу отбрехаться, что не успела до него добраться. Или что руки оказались слишком слабыми, или…

— И никакие отговорки тебя не спасут.

Чёрт!

— Я уже сказала, что согласна! Чего ещё ты от меня хочешь?

Именно в этот момент я поняла, что если и захочу кого-то убить, то это будет явно не Ройм, а эта белобрысая сволочь.

Хотя я не настолько кровожадна. Да и чересчур брезглива, чтобы марать руки о подобных личностей.

— Ждём ночи, женушка… — протянул Валериан, — и отправляемся обратно.

Поднявшись, я молча прошла на кухню, чтобы предложить милой женщине свою помощь. Та с улыбкой согласилась.

День прошел незаметно. Я помогла перемыть посуду и приготовить обед, потом сходила в душ и выбрала себе платье из гардероба этой доброй экономки.

Оно было скромным, но весьма удобным. Из коричневой тафты, с длинной юбкой и круглым вырезом. Мне даже достались узкие кожаные тапочки. За неимением какой-либо обуви вообще — просто роскошь.

Вечера я ждала с затаенным страхом. Не знаю, реализует ли дракон угрозу, когда поймёт, что я обманула, или же он просто блефует.

Да и плевать. Пусть угрожает, иного выхода у меня нет.

Надеюсь, что с Роймом всё хорошо. Я просто сдам ему Валериана со всеми потрохами. Скажу, что тот прячется в своем охотничьем домике и ждет подкрепление.

Не знаю, на что рассчитывал беловолосый, пытаясь меня запугать. Стратег из него, конечно, как из грязи пуля. Неудивительно, что нашлось столько недовольных его правлением.

Как только солнце скрылось за горизонтом, мы вышли из домика. Я уловила в окне женскую фигуру и грустно помахала ей рукой.

Та помахала в ответ. Последние отсветы заката отразились алым бликом в районе чужих пальцев. Я прищурилась, чтобы разглядеть странность, но меня отвлекли.

Рядом встряхнулся белоснежный дракон, задев крылом. Я едва не свалилась на траву, но тот оперативно меня подхватил и рванул вперёд.

Секунда, и огромные крылья распахнулись навстречу ветру. Ящер взлетел.

На сердце было тяжело. Там поселилось предчувствие нехорошего. Неудивительно. Здесь что ни день, то новая угроза.

Если не убить, так жениться… но в последнее время с завидной регулярностью все напирали именно на первое.

Дракон набрал высоту.

Мы пролетали над густым еловым лесом. На горизонте уже темнели шпили замка, когда в воздухе вдруг что-то просвистело, и дракон резко дернулся.

Меня затрясло. Вскрикнув, я вцепилась в чешуйчатые лапы. Белые крылья хаотично забились в воздухе. Ящер словно забыл, как летать.

Мои ноги обожгло чем-то красным, и дракон перестал меня держать.

Почувствовав, что падаю, я изо всех сил пыталась удержаться за скользкие лапы.

Бесполезно. Дракон хлопал крыльями и дергался так, будто его било током.

Пальцы соскользнули.

Я сорвалась и полетела вниз, в темноту ночного леса.

28

Никогда особо не боялась высоты, но теперь, наверное, стану. Чувство полной беспомощности перед неотвратимым и страшным накрыло с головой.

Ведь летать, в отличие от дракона, я не умела.

А земля вот она, совсем близко. И с каждой секундой всё ближе и ближе.

Кажется, я уже вижу её черную пасть, готовую проглотить меня целиком…

А нет, это не пасть. Это чей-то туго натянутый плащ…

Зажмурившись, я сгруппировалась и с силой спружинила о прочную ткань. Не ушиблась только чудом. Подлетела в очередной раз и упала в услужливо подставленные руки.

— А дракон-то не с пустыми лапами летел, — услышала я чей-то низкий и хриплый, пробравший до самых костей мужской голос. — Сокровище нёс.

Крепко зажмурившись, я сделала вид, что от страха совсем потерялась.

— Сокровища мы любим, — послышалось насмешливое откуда-то неподалеку, и отовсюду раздались негромкие смешки.

Куда я попала? Снова!

Однако открывать глаза, чтобы рассмотреть наверняка, пока опасалась. Мало ли…

По крайней мере я не разбилась в лепешку и не повисла на сосне преждевременным новогодним украшением. Уже неплохо. А остальное решаемо, надеюсь…

А между тем меня куда-то понесли, прижав к твердой мужской груди. От незнакомца пахло костром, лесом и жареным мясом. Неплохо так пахло, аппетитно. Если брать в расчет то, что ужином накормить меня не удосужились, то запах показался просто божественным.

Аж слюнки потекли.

И чем сильнее мои похитители углублялись в лес, тем сильнее ощущался костер и мясо… Хотелось верить, что меня поймали не в качестве трофея для того, чтобы съесть.

Кто их знает, этих странных лесных жителей?

Они явно опасны, ведь, судя по их негромким разговорам, они подстрелили дракона!

— Отличный выстрел, господин, — озвучил кто-то, и остальные подхватили похвалу, — теперь он долго не

— Ошибаетесь, — протянул хриплый голос моего носильщика, — ящеры восстанавливаются невероятно быстро. Отличным выстрелом это было бы, попади я ему в глаз. А раненое крыло лишь заставит его исчезнуть на пару дней, да избегать этого леса.

Ага, значит, драконов тут не любят… неужто я снова попала к нагам? Как вариант, потому что больше никого не знаю. Разве что пресловутых алых.

И тут меня осенило… Тот багровый отсвет, что я видела в окне перед отлетом, не кольцо ли с алым камнем?

Хотя я весь день провела с экономкой и не заметила на ней ничего подобного. Но и она, наверное, не так глупа, чтобы подставляться.

Слишком гладко всё вышло… иначе как бы заговорщики узнали, что дракон полетит ночью в замок? А заметить его с высоты не так легко. Светлая чешуя словно впитывает в себя все окружающие краски, делая дракона почти невидимым.

Если не знать, куда смотреть — не увидишь.

Значит, Алые! Мамочки… а ведь Ройм предупреждал, что они хуже всех! Тогда почему просто не дали мне упасть? Может, хотят требовать выкуп? Или, прежде чем убить, решили поиздеваться?

Послышался треск костра.

Сквозь мои сомкнутые веки пробился свет, и я почувствовала тепло. Чужие голоса остались позади. Меня плавно опустили на что-то мягкое, и я невольно открыла глаза.

Это была пещера. И выглядела она весьма уютно из-за тлеющего на полу костра и вороха пушистых звериных шкур, на который меня бережно уложили.

А еще здесь было подозрительно чисто, пахло хвоей и… неподалеку от огня стоял большой котел, накрытый деревянной крышкой. Отчего-то он интересовал куда больше этого странного незнакомца.

Мужчина, принесший меня сюда, безмолвно возвышался рядом.

Я перевела взгляд на него и замерла. Блики костра танцевали на черных, как смоль, чуть волнистых волосах. Свободная темная туника подчеркивала ширину внушительных плеч.

Мужчина был красив классической суровой красотой завоевателя. Стройный и крепкий, с твердым взглядом и тяжелым щетинистым подбородком, который не портили ни незначительная ямочка, ни черточка рваного шрама.

Сложив руки на груди, незнакомец внимательно разглядывал меня сверху-вниз совершенно алыми глазами. И да, на его пальце сверкал багровым камнем тот самый перстень.

Нет, это какое-то издевательство… Сиреневые глаза были, желтые были, белые, а теперь вот эти! И тоже чего-то от меня хотят!

Я мрачно уставилась на него в ответ, внутренне обмирая от страха.

— Вы кто? — поинтересовалась настороженно.

— Мы Алые отступники. А вы, полагаю, жена бывшего правителя и истинная нынешнего?

Нет, экономка точно шпион! Не иначе, как подслушала наши с Валерианом разговоры.

Я медленно кивнула.

— Ася.

Прошу любить, жаловать и отпустить с миром. Потому что мне уже слегка поднадоели властные обладатели разноцветных глаз. Я как переходящее знамя от одного к другому.

Ну, или как колобок. И от этого красноглазого тоже очень захотелось уйти.

Только не голодной и не по ночному лесу, а то красноглазый покажется зайкой по сравнению с волками.

— Грэм. Приятно познакомиться.

Ну насчет приятно я бы очень сильно поспорила. Один только его голос вызывал дрожь, а о глазах и вообще молчу.

— Что вам от меня нужно?

Ведь по глазам вижу, точно нужно. Просто так не жертвуют дорогим кожаным плащом. Я прекрасно помню, как он треснул под моим весом.

Уголок чужих губ дернулся в усмешке.

— Уже считаете всех местных мужчин настолько меркантильными?

А как иначе? Филантропы как-то обошли меня стороной.

— Возможно, я просто хотел спасти вас от драконов.

— Возможно?

— Отдохните, вы явно устали и напуганы. Поговорим утром.

Плавно развернувшись, мужчина направился прочь, ко входу, задернутому чьей-то хвостатой шкурой.

Серьезно? Вот так вот, на самом интересном месте?

Только, если красноглазый решил, что я стану его безропотно здесь дожидаться, то он явно не на ту напал!

29

Я дождалась, когда чужие шаги стихли, и неспешно поднялась со шкур. За пределами пещеры слышались негромкие мужские голоса.

Видимо, Алые расположились неподалеку, и сбежать от них будет той ещё задачей… Но я всё же попробую. Хватит с меня хозяев!

Выглянув наружу, поняла, что это не просто пещера, а система пещер.

Потому что за закрывающей вход шкурой обнаружился каменный коридор, а не лес. Это слегка усложняло задачу. Блуждать по лабиринтам в мои планы не входило.

Но что поделать?

Покинув своё убежище, я на цыпочках двинулась в сторону выхода из коридора.

Повезло, что лабиринтом пещера всё-таки не была. По дороге нашлись несколько ответвлений, откуда и слышались голоса, но я упрямо держалась главного направления, и не ошиблась.

Арка выхода на фоне темноты каменного мешка светилась звездным небом и шелестела лесом. Имелся лишь один неприятный нюанс.

Там лежал охранник. Огромный красноглазый черный пёс… Лохматый, с торчащими из пасти клыками, он шумно дышал, перегородив весь проход.

Замерев, я даже перестала дышать. А в друг он меня учует? С детства боюсь собак.

Что-то везёт мне в последнее время, как утопленнице…

Однако, приглядевшись к псу, я поняла, что дышит он как-то странно, да и морда у него вся седая… он просто стар. Но как этот факт повлияет на скорость его бега и силу укуса, если я всё-таки решусь через него перепрыгнуть и метнуться в лес?

Зверь пошевелился. Поджав под себя лапу, пёс склонил лобастую голову и принялся с поскуливаниями ее лизать.

Да он ещё и болен? Хорош охранник.

И я решилась, иначе простоять так можно было до самого утра.

Пес повернул голову, снова напугав алыми глазами.

Только враждебности он не выказал. Даже хвостом вильнул, стоило подойти чуть ближе. Я молчала, чтобы не выдать себя ничем.

Протянув руку, осторожно погладила животное по жесткой шерсти промеж ушей. Тот прикрыл на секунду свои жутковатые глаза и утробно заурчал, как гигантский кот.

Моя метка-бабочка полыхнула теплом, а кончики пальцев закололо. Странно… неужели я могу лечить еще и собак?

По крайней мере от меня это никак не зависело. Я наблюдала, как шерстяной охранник настороженно замер, а потом встряхнулся и завилял хвостом.

Я медленно выдохнула. Ну а теперь на выход. Шагнула мимо пса, и тот не стал препятствовать, только с любопытством смотрел, виляя длинным хвостом. А затем поднялся и потрусил следом.

Я очень старалась не оборачиваться. Торопливо двигалась в сторону зарослей. А вдруг как кто-нибудь бдительный покажется из пещеры?

Но этого не произошло. Я беспрепятственно достигла деревьев и спряталась за ближайший ствол. Пес не отставал.

Хвоя едва слышно похрустывала под ногами, пока я удалялась вглубь леса. Шла, незнамо куда, положившись на авось

Он тенью скользил поблизости, нюхая воздух и периодически замирая, чтобы прислушаться.

Авось должен был вывести меня к городку, который я заметила, пока летела у дракона в лапах. Частые черепичные крыши, острые шпили и узкие каменные улочки — в подобном городке наверняка для меня найдется какая-нибудь работа.

И я даже знаю, какая. Моя особенная метка должна в этом помочь. Нужно только капельку везения.

Но пока что лес всё не заканчивался. Алые отступники, как назвал их Грэм, забрались в самую его глушь. Видимо, было от кого прятаться.

Валериан не простит им такое обидное ранение. Хотя, что он сейчас может? Только сидеть в своём охотничьем домике и скрипеть зубами от злости.

Крыло прострелили, меня посеял. Может, он даже уверен, что я разбилась в лепешку.

Шутка ли, упасть с такой высоты!

Но мне это только на руку. Пусть думает, что стал вдовцом. Так даже лучше.

Пес вдруг застыл, как вкопанный, глядя куда-то промеж деревьев. Я последовала его примеру, спрятавшись за ближайший ствол.

Где-то там впереди светилось что-то чужеродное и смутно знакомое… какая-то светлая шевелящаяся масса огромного размера. Спустя минуту до меня дошло — дракон! Не к ночи будь помянут!

Валериан в драконьем обличье сидел в десятке метров неподалеку спиной ко мне и тяжело дышал. Дыхание вырывалось из его груди вперемежку со злобным рычанием.

Ну ещё бы не злиться… испортили крылышко, испортили планы, и домой теперь идти придется пешком.

Как бы его технично обойти, чтобы не быть замеченной?

Ящер, судя по всему, зализывал раны. Я посмотрела на пса и поднесла палец к губам, как если бы тот мог меня понять.

Но этот на диво умный пёс не издал ни звука, продолжая стоять недвижным изваянием.

Я решилась отступить подальше и обойти дракона со стороны. Пусть думает, что это дикие звери тут ходят. Всё-таки лес.

Это заняло уйму времени. Я вся взмокла от волнения, пятясь назад и очень стараясь не шуметь. Следила за ногами, чтобы не наступить на ветку и то и дело оборачивалась, чтобы не влепиться в какой-нибудь ствол.

Пес так же бесшумно крался следом, поняв всю важность мероприятия.

И нам почти удалось. Почти.

Я замерла на полушаге, вдруг снова заслышав какой-то подозрительный звук. На этот раз это был не дракон. Потому что звук раздался откуда-то позади.

Мой шерстяной охранник сердито заворчал, а в следующую секунду я вскрикнула от боли, когда меня резко обожгло чем-то острым. Стиснув зубы, осела на траву, держась за раненое плечо. Из него торчала короткая тонкая стрела. Перед глазами всё помутилось.

Интересно, услышал ли дракон?

Услышал. С той самой стороны раздался громкий треск ломаемых кустов.

Неужели направляется сюда⁇

А из-за деревьев напротив вдруг показалась чья-то массивная фигура, и пес злобно зарычал.

30

— О, боги! — воскликнула фигура приятным мужским голосом.

Стало понятно, что стрелять в меня не хотели, или же с кем-то удачно перепутали.

Я нецензурно простонала в ответ. Порыв ветра разметал мои волосы и подол, и над лесом промелькнула белесая тень. Видимо, Валериан решил самоустраниться от любых лесных конфликтов. Оно и к лучшему.

Фигура приблизилась. Я разглядела золотистые кудри и льняную рубаху, а потом глаза закрылись. Под утробное рычание моего шерстяного охранника меня подняли на руки и куда-то понесли.

Плечо взорвалось болью, и свет померк.

Я очнулась какое-то время спустя в темной комнате. Рана не болела, а лишь неприятно ныла, и стрела куда-то исчезла. Неужели вытащили? Какое счастье, что я проспала этот чудесный момент!

Комната значительно отличалась от той, в которой я просыпалась вчера. Здесь оказалось куда меньше пафоса. Но и на хижину это похоже не было.

Минималистичная обстановка из добротной деревянной мебели, каменные стены без украшений, небольшой камин и соломенный половик возле кровати — всё говорило о том, что комната принадлежала мужчине.

Пес лежал у моих ног. Заметив, что я очнулась, он поднял лохматую голову и вильнул хвостом. Я слабо улыбнулась. Ни дня без приключений, да, пёся?

Ну что ж, зато жива. Пока что…

С трудом поднявшись, я откинула с себя лоскутное одеяло и оглядела повреждения. В полумраке комнаты единственным источником освещения служил тлеющий камин, но вполне можно было разглядеть кровавые разводы на рукаве и едва заметное отверстие от стрелы.

Оттянув ткань, я с содроганием взглянула на рану. Но ее не было… под платьем оказалась ровная кожа с пятнами засохшей крови.

Это что еще за магия?

Я удивленно поглядела на пса, на что тот мог бы пожать плечами, но не стал.

Хм… А в силах ли мой необычный дар лечить меня саму?

Ставить эксперименты я точно не стану. Но хорошо, если бы мог. Это многое бы упростило…

Я пошевелилась гораздо смелей. Плечо отозвалось фантомной болью. Усевшись на кровати, я приложила ладонь к зажившей ране. К кончикам пальцев тут же прилило знакомое тепло.

Через минуту боль исчезла. Чудеса! Причём в буквальном смысле.

Да меня, как лекаря, с руками оторвут!

Что наги, что драконы пытались меня просто присвоить, я уже молчу об Алых. И никто не додумался предложить достойную зарплату в обмен на бесценные услуги! Балбесы.

Поднявшись с кровати, я шагнула к окну. За ним шелестел знакомый лес. Судя по всему, из чащи мы так и не выбрались. Значит, это избушка лесника? Или… только бы не очередного разбойника!

Хотя, кто обычно живет в лесу, кроме них? И кто охотится по ночам?

Как бы не оказалось, что я снова попала к какой-нибудь темной личности, кто обязательно захочет извлечь их этого собственную выгоду. Ведь тот, кто вытаскивал из меня стрелу, наверняка видел и метку. Не мог не заметить.

Эх…

Над лесом занимался рассвет. Темное небо розовело, разбавляя фиолетовый полумрак теплыми оттенками скорого утра. Раньше я всегда радовалась новому дню, теперь же мрачно смотрела в предрассветное небо, с тревогой думая о том, что предстоит пережить на этот раз.

Стоило краешку солнца показаться над деревьями, как за дверью послышались шаги.

Я обернулась, чтобы увидеть, как та распахивается. В комнату вошел молодой мужчина. Тот самый стрелок, судя по золотистой копне кудрей. Огромные голубые глаза на скуластом лице смотрели настороженно, словно это меня нужно было бояться.

— Вы очнулись, — сглотнул он, не торопясь ступать за порог.

И голос я тоже узнала.

— Вы кто? — поинтересовалась, разглядывая незнакомца.

— Густав, сын лекаря, а вы?

— Ася… — давать себе определения пока не хотелось.

Да

Хотя, погодите-ка, сын лекаря?

— Зачем вы в меня стреляли? — спросила я максимально строго.

Не знаю, чего так боялся этот мужчина, но неплохо бы использовать это в своих интересах. Пусть лучше боится, чем дерзит, как Валериан.

— Простите, — опустив глаза, он спрятал руки за спиной и ссутулился, словно и правда очень сожалел, — я охотился на волка. Он третьего барана за месяц унёс!

Я мельком глянула на пёсю, но тот сделал вид, что не приделах.

Мне стало не по себе. То есть, я шастала по лесу с волками? Кхм. Ну, в общем-то, это было вполне ожидаемо. Повезло, что рядом оказался защитник.

Пусть он и не смог уберечь от стрелы, но я и сама, как оказалось, не лыком шита. И всё же восстать из мертвых наверняка бы не сумела.

Так что мне очень повезло, что горе стрелок попал в плечо, а не в глаз, к примеру.

— И что, обязательно было охотиться на волка ночью? — я нахмурила брови, и мужчина вдруг бухнулся на колени, склонив кудрявую голову.

— Простите, прекрасная фея! Я бы никогда не посмел причинить вам зло!

Вот это поворот! Это я-то прекрасная фея?

Я даже огляделась в поисках зеркала, чтобы убедиться наверняка. Но того поблизости не оказалось.

Растерявшись, снова посмотрела на это кучерявое недоразумение.

— Ничего страшного, — пробормотала, — вы же не со зла.

Тот кивнул, тряхнув волосами и обернулся. Сюда шел кто-то еще.

Шаркающие шаги приблизились, а затем в дверях показался сухонький старик в подвязанной веревкой льняной хламиде.

— Поднимись, Густав, — вздохнул он, устремив на меня свои блекло-голубые глаза, — это не фея. Это девушка с редчайшим даром жизни, которую ты едва не умудрился угробить. Горе ты луковое.

Горе луковое послушно встало на ноги, не поднимая при этом головы.

Старик дружелюбно мне улыбнулся.

— Рад приветствовать в моём скромном доме, дитя. Тебя послали нам сами боги… наконец то, дождались!

31

Так, а вот это уже интересно…

— Вы ждали именно меня? — я решила уточнить, чтобы наверняка.

Старичок важно кивнул.

— Я местный лекарь, — пояснил он с улыбкой, — только силы уже не те, не справляюсь с наплывом посетителей. А ученик мой не обладает достаточным талантом…

Да, помню-помню. Горе луковое.

Неужели я нашла то, что искала? Так быстро. Не сказать, чтобы легко… для этого всего лишь потребовалось простреленное плечо. Но, как оказалось, невелика потеря.

Я улыбнулась старику лекарю.

— Вам нужна помощница?

Тот с готовностью кивнул.

— Если ты будешь так добра, дитя… и если это не нарушит твоих планов. Идём, обговорим всё за кружкой горячего сбитня. Как раз время завтрака.

Вот это уже совсем другой разговор!

Пару минут спустя мы расположились за небольшим круглым столом в уютной столовой. На столе красовался кувшин с обещанным сбитнем, блюдо с хлебом, сыр и лесные ягоды.

Лекарь выразительно посмотрел на Густава, и тот кинулся разливать напиток по глиняным кружкам.

— Ты величайшая редкость, — начал лекарь, глядя на меня почти с благоговением, — настоящее сокровище…

От последнего определения меня невольно передернуло. Ну уж нет, давайте сделаем вид, что я обычная девушка с необычным даром, не более того.

Иначе большие ожидания — большие разочарования.

Сокровищем быть больше не хотелось. Как и не хотелось никогда встречаться с теми, кто так меня называл. Слишком свежи были в памяти приключения на острове нагов.

— Просто Ася, — улыбнулась я напряженно, и тот согласно кивнул.

— Как будет угодно. А я Лавр, и мне уже девяносто лет… мои руки не те, что прежде, а глаза почти не видят. Густав не справляется с возложенными на него обязанностями, и моя лавка приходит в запустение.

Усевшись неподалеку, блондин отвел взгляд и сокрушенно вздохнул. Видимо, ему не в первой было получать непрошенную критику в свой адрес.

— Детей я не нажил, и оставить дело своей жизни на разграбление родственникам было бы последним, чего я мог желать. Поэтому небо послало мне тебя.

Понятливо кивнув, я попробовала угощение. Сбитень оказался пряным и в меру сладким. В общем, выше всяких похвал. Если его готовил Густав, то не так уж блондин и плох.

— Здесь есть всё необходимое для комфортной беззаботной жизни, — старик обвел комнату гордым взглядом, — не самый плохой дом. С водопроводом, небольшим хозяйством, своим садом и даже пасекой. И накопления кое-какие есть…

— Чего конкретно вы от меня хотите?

Хотелось услышать наверняка. Дом, сад и пасека, это, несомненно, просто прекрасно, но очередного поползновения в сторону моей личной жизни я не выдержу. Если старик тоже станет намекать на замужество, то мне придется откланяться.

Пёс улёгся под столом, положив голову на лапы и изредка поглядывая на мои руки. Но я пока не спешила приступать к остальному угощению.

Не до тех пор, пока не пойму наверняка, чего от меня хотят. Старик посерьезнел.

— Мне нужна помощница. С проживанием. Уход за мной не потребуется, для этого всегда есть Густав. Да не такой уж я и немощный. Но работа в лавке и прием пациентов отнимает много сил. Этим я заниматься уже не могу, поэтому хворым горожанам приходится ездить в соседний город через дикий лес, а там Алые… опасно.

Алые? Я встрепенулась, не обратив внимание на то, что старик называет свой лес городом.

— Они разбойники?

Лекарь и кудрявый блондин переглянулись. Видимо, я спросила что-то не то.

— Ты не местная, — догадался старик, — иначе бы наверняка знала, что Алые не причиняют зла обычным людям.

Я нахмурилась.

— Тогда почему они опасны?

— Потому что лес — это их укрытие, и всех, кто пытается нарушить границу владений, они подозревают в шпионаже. Небезосновательно, я могу сказать…

Откуда-то снаружи раздались тягучие звуки горна. Я едва не подпрыгнула на месте. Откуда в лесу горн? Охотники⁇

Как бы не те самые Алые по мою душу явились. Судя по тому, что разбойниками их здесь не считают, то выдадут меня на раз два.

— Что это?

Лекарь пожал плечами.

— Наверное, правитель направился по вассалам.

Я должна была видеть это собственными глазами. Подскочила из-за стола и метнулась к выходу.

Распахнув дверь, шагнула наружу.

Это был вовсе не лес. Он, конечно, имелся, но только с одной стороны. Потому как дом лекаря стоял на окраине городка, главным входом глядя на мощеную улицу с фонарями, низкими кованными заборчиками и каменными клумбами.

И улица не пустовала. Направлялись по своим делам прохожие, куда-то тянулась

А вдалеке виднелась какая-то торжественная процессия. Я пригляделась.

Лекарь оказался прав. На перекресток выезжали всадники. Первыми были стражники с трепыхающимися на ветру стягами. Три ряда вооруженных до зубов мужчин в сверкающих кирасах прошествовали по брусчатке.

Горн не унимался.

А потом я увидела его и порадовалась, что стою в тени и слишком далеко, чтобы быть замеченной. И уж тем более узнанной.

Вслед за стражниками ехал Ройм. На огромном черном жеребце с золотой попоной, одетый в красивую темную рубаху с вышивкой, мужчина и правда выглядел настоящим королём.

Только к вассалам он направлялся не один.

Рядом с правителем на изящной белой лошади восседала та самая брюнетка…

32

Так вот ты какая, хваленая драконья истинность!

М-да… Почему-то захотелось стереть с себя дурацкую метку Ройма с её серебристыми цветочками и завиточками. Теперь она казалась не украшением, а насмешкой.

Ну что за бред? Какой смысл метить одну девушку, чтобы потом демонстративно раскатывать по улицам с другой? Мне было не понять.

Покачав головой, я вернулась в дом. Хлебосольный хозяин со своим учеником продолжали трапезу, и я устыдилась своего порыва.

Хотя не пожалела. Всё же стоило показаться невоспитанной, чтобы увидеть, что на самом деле представляет из себя Ройм.

Все драконы одинаковы. Теперь я это знала наверняка.

— Я согласна, — улыбнулась, плюхнувшись обратно на свой стул. — Буду вам помогать.

Было бы очень глупо упустить подобную возможность. Ведь я и сама хотела пристроиться в какое-нибудь уютное местечко со своим полезным даром, подальше от драконов, нагов и прочей нечисти.

Только с внешностью нужно что-то придумать. И метку спрятать, уж больно приметная. Если меня вдруг начнут искать по городам и весям, то обязательно найдутся доброжелатели. Сдадут за пару монет.

Лекарь просиял.

— Благодарю, дитя. Ты не пожалеешь…

Очень хотелось в это верить.

Закончив со сбитнем, меня проводили на экскурсию по дому. Старик Лавр и правда передвигался очень медленно и неспешно. Приходилось приноравливаться к его шагам. Но это только утвердило меня в правильности своего решения.

Убью двух зайцев одним махом. Помогу и себе и старику.

Да и тем несчастным, кому приходится ездить через дикий лес. При воспоминании о красноглазом разбойнике по спине начинали маршировать мурашки.

Пёс не отставал. Вместе со мной он внимательно оглядел лекарское жилище. Небольшое, но очень чистое и ухоженное.

О чистоте здесь наверняка заботился Густав. Раз уж не умел ничего другого…

В домике было два этажа. На первом располагались столовая с кухней и приёмная лекаря, на втором — три комнаты и ванная.

На заднем дворе зеленел приятный глазу огород и жужжали пара пчелиных ульев. В сарае блеяли барашки, а по двору ходили деловые куры.

Если бы не темнеющий поблизости лес, всё это выглядело бы максимально мило.

Леса я теперь боялась. При одном взгляде на плотную гущу деревьев начинало ныть плечо. То и дело среди стволов мерещились злые красные глаза.

Даже дракона я теперь не опасалась так, как пресловутых Алых. Сама не знаю отчего. Те вроде как не сделали мне ничего плохого. Но эти красные глаза…

Чувствую, что скоро увижу их в кошмарах.

По словам лекаря, мне требовалось принимать больных в комнате на первом этаже. Она имела отдельный выход с вывеской. Внутри был стол, пара стульев, кушетка, стеллаж с лекарствами и стойка, за которой они изготавливались.

Этим занимался Густав в свободное от домашних обязанностей время.

Перетирал собранные или купленные на рынке травы в порошки, варил зелья, лепил пилюли. Хотя теперь, возможно, всё это станет бесполезным.

Я скептически осмотрела стеллаж со склянками, полными неизвестным содержимым.

— Не всегда пациенты приходят за лечением, — озвучил Лавр мудро, — иногда им просто нужно внимание. А платят они за него благодарностью и новостями, или чем-то съестным. Денег у простых горожан не так много.

Значит придется заниматься благотворительностью… ну что ж. Неспроста тут барашки и огород. А дом, хоть и бедный, но всё-таки ухоженный.

Правда, нуждается в ремонте. Черепица кое-где обвалилась, да и крыльцо неплохо бы починить, а окна выглядят так, словно вот-вот вывалятся.

Но если уж взялась, буду помогать, чем могу…

Если уж попала в этот странный мир, то нужно как-то в нем обустраиваться. И желательно без того, чтобы прислуживать какому-то властному чудовищу.

Так что за возможность следовало хвататься обеими руками и держать крепко, чтоб не отобрали.

Устав от небольшой экскурсии, лекарь извинился и отправился отдыхать, сдав меня на руки Густаву.

Тот предложил прогуляться до рынка, чтобы купить крупы на обед. Я согласилась. Почему бы и не оглядеться? Всё-таки мне предстоит тут жить и работать.

Мне выдали потертый серый плащ с капюшоном. Блондин взял плетеную корзину, кошель, и мы отправились вниз по улице в сторону перекрестка. Мощеная улочка тянулась меж приземистых каменных домиков. Редкие прохожие кивали Густаву и с любопытством поглядывали на меня.

Я натянула капюшон на самое лицо. Так, на всякий случай. Пока не придумаю, как сделать себя неузнаваемой, рисковать не стану.

Как оказалось, решение было верным. Потому что на перекрестке дежурили стражники. Один из них показался смутно знакомым. Хотя, эти желтоглазые все на одно лицо.

Двое из них прибивали на столб посреди перекрестка какую-то дощечку.

Мы мирно прошли мимо в сторону соседней улицы, в конце которой виднелись крыши продуктовых лавок. Я скользнула взглядом по стражникам и едва не упала, споткнувшись о неровность брусчатки.

На той дощечке, которую они старательно крепили к столбу, была я…

Вернее, изображение девушки очень на меня похожей. А также рисунок моей драконьей метки. Текст я не разглядела, хотя и без того стало понятно, то это такое.

Объявление о пропаже. Меня ищут…

Буквы было не разобрать, а вот цифры я видела прекрасно. Десять тысяч золотых.

Густав поддержал меня за локоть. Да только капюшон от резкого движения слетел с головы, и стражники вдруг синхронно обернулись.

Ой.

33

Как ни в чем не бывало, я мгновенно отвернулась от стражи. Прижалась к Густаву и запищала тонким противным голоском:

— Какой ужас! Девушки пропадают! Держи меня крепче, дорогой, — и торопливо засеменила прочь с перекрестка.

— Разумеется, — поддержал меня тот, беря под локоть, — не вздумай нигде ходить одной!

И мы ускорили шаг, чувствуя спинами внимательные взгляды нагов.

И дернул меня черт вообще показать нос из дома! Поразительная беспечность!

Я снова натянула капюшон. Мы завернули за угол, где я расслабленно

И все же мне не понять логики этого драконо-нага. Истинную захотел? А как же брюнетка?

Хотя… помнится, Валериан мне уже однажды объяснял. Женщин может быть сколько угодно, а истинная всегда только одна. И дети, соответственно, могут быть только от нее.

А значит и продолжение рода зависит исключительно от истинной пары.

Какая честь на мою голову свалилась… боюсь, не унесу.

И как мне теперь принимать пациентов? Да любой из небогатых местных тут же захочет разжиться тысячей золотых.

Даже мне вдруг захотелось. Но этот способ поправить состояние я оставлю на черный день.

А пока следовало придумать что-то с внешностью. Причем срочно.

Капюшон снова слетел, и я опасливо огляделась. Но, кажется, никто не тропился бежать следом с ловчей сетью наперевес.

Но это пока… в таких маленьких городках, где все друг друга знают, меня тут же заметят.

В панике кусая губы, я разглядывала окружающие нас лавки. Взгляд зацепился в лавку с одеждой.

О, кажется, придумала!

— Густав, — прошептала, разглядывая развешанные на виду мужские штаны, — а нет ли у тебя лишних вещей примерно на меня?

Тот окинул меня вопросительным взглядом.

— Вещей?

Я кивнула.

— Мужских вещей.

Зачем мне быть помощницей лекаря, если я могу быть помощником? И тогда меня точно никто ни в чем не заподозрит. А волосы всегда можно и обрезать. Невелика потеря.

Густав сообразил мгновенно. Не знаю, как насчет других способностей, но сообразительности ему было не занимать.

Блондин толкнул меня в темную подворотню и начал стягивать с себя рубаху.

— Снимай плащ, — скомандовал, кинув в меня комком светлой ткани, после чего принялся за штаны.

Я не заставила просить дважды. Стянула плащ и быстро надела рубаху. Та выглядела на мне, как платье. Пришлось заправить ее в штаны, а те подкатать.

Ну, на первый раз, наверное, пойдет, но одежду неплохо бы прикупить…

Густав не дал опомниться. Сверкнуло лезвие карманного ножа. Парень быстро скрутил из моих волос тугой жгут и тут же откромсал от него щедрую часть.

Я успела только охнуть и оглядела себя в ближайшем запыленном окне какого-то сарая.

Что ж… не факт, что люди воспримут меня всерьез, но после демонстрации способностей, надеюсь, не станут смеяться от одного моего вида.

Я стала похожа на мальчишку. В одежде не по размеру, со встрепанными короткими светлыми волосами, теперь меня можно было принять за младшего брата Густава.

Блондин нацепил плащ. Благо, тот оказался достаточно длинным и из-под него не торчали его голые лодыжки.

Идти на рынок в таком виде было бы довольно странно. Люди точно заметят и заподозрят неладное. И потому мы зашагали обратно прежним маршрутом.

Стражники уже закончили прибивать дощечку и проводили нас не менее подозрительными взглядами.

Я вполне могла их понять.

Недавно в одну сторону прошел высокий блондин с маленькой девушкой в длинном плаще. А обратно блондин вдруг резко уменьшился, зато фигура в плаще…

Мы мирно беседовали, делая вид, что подобные метаморфозы — нечто совершенно обыденное.

Ведь прятаться всегда лучше на виду. Думаю, веди мы себя подозрительно, озираясь и передвигаясь перебежками, нас бы уже задержали.

Но мы нагло вразвалочку прошествовали мимо, не обращая внимания на нагов. И те никак не связали странную парочку со свежим объявлением о пропаже.

— Так значит, вы и есть истинная нового правителя? — прошептал Густав, стоило нам удалиться на приличное расстояние от перекрестка.

Я медленно кивнула.

— Ты ведь меня не сдашь?

Повернув голову, я серьезно посмотрела в его глаза.

Тот мотнул головой.

— Лавр мне как отец, и ему слишком нужна помощь. Деньги никого не спасут, а вот хороший лекарь…

— Спасибо, я очень постараюсь не подвести.

Кажется, на этот раз меня занесло в нужную сторону и к приличным людям.

Пес встретил нас у входа в дом. Он явно уже облюбовал эту недвижимость в виде охранного объекта и теперь не собирался её покидать.

Помимо шерстяного охранника нас ждала и скрюченная от времени бабуля с узелком в руках.

Она улыбнулась Густаву.

— Я к тебе, милок. Есть ли мазь от спины?

— Опять на огороде сорвали? Или в погреб лазали?

Та сокрушенно вздохнула. Видимо, частый клиент, и Густав знал ее, как облупленную.

— Грешна, — проскрипела она, входя следом за нами в приёмную, — ну а что поделать? Помочь мне некому, внуки разъехались, так что всё сама… сама.

Блондин указал ей на кушетку и шагнул к стеллажу со склянками, как вдруг обернулся ко мне.

— Кстати, познакомьтесь, это новый помощник Лавра, очень талантливый. Из города приехал.

Я взволновано кивнула.

— Надо же, как интересно, — протянула бабуля, переводя на меня цепкий взгляд, — и кому же вдруг понадобилось переезжать в нашу лесную дыру? Как звать тебя, юное дарование?

Растянув губы в напряжённой улыбке, я натужно выдавила:

— Астр…

34

Старушка подслеповато прищурила глаза.

— Астр? Хм… никогда не слышала такого имени. А ты чьего рода, милок?

Я беспомощно взглянула на Густава.

— Это мой брат, — встрял тот, загремев склянками, — двоюродный. Очень талантливый. Вот проверьте.

Бабуля оказалась охочей до экспериментов. Очевидно, терять ей было нечего.

Закряхтев, она опустилась на кушетку, выжидательно глядя на меня с хитрым прищуром. Я неуверенно приблизилась.

А вдруг как метка откажется лечить вредную бабку?

Что-то подсказывало, что бабуля одна из тех, кто прикидывается божьим одуванчиком, а на деле тот еще дракон в старушечьем обличье.

Я зашла со спины, присела на кушетку рядом и легонько коснулась кончиками пальцев чужой поясницы. Ладонь запульсировала знакомым теплом. Бабка замерла.

Не прошло и минуты, как та вдруг обернулась, глядя на меня круглыми от удивления глазами. Недоверчиво поднявшись, она потрогала поясницу, затем наклонилась сначала в одну сторону, затем в другую.

И всё это, не отрывая от меня изумленного взгляда.

— И правда, талантливый… — проскрипела она, восторженно улыбнувшись во все три оставшихся зуба. — Надо нашим всем рассказать!

— Расскажите, — вежливо разрешил Густав. — Но сильно не усердствуйте, наш новый лекарь очень стеснительный.

Куда там… бабка, казалось, даже не услышала. Обогнула меня по дуге, благоговейно заглядывала в глаза, и припустила к двери, как пятнадцатилетняя.

Выдохнув, я опустилась обратно на кушетку.

Даже пристальное внимание стражников-нагов не испугало меня так, как это испытание таланта. Даже руки слегка подрагивали, и спина вспотела.

Густав тоже смотрел на меня с легкой улыбкой.

— Невероятно, — обозначил блондин, позабыв про свои склянки. — Никогда не видел ничего подобного…

Я пожала плечами. М-да, и всё же с даром повезло. Вот и занятие организовалось, и крыша над

Однако вскоре мнение кардинально поменялось.

Сразу же, как только я увидела выстроившуюся у дверей очередь нуждающихся в медицинской помощи.

Я ушивала одну из рубах Густава, которой он щедро поделился, когда в дверь вдруг постучали.

Та распахнулась, и в комнату ввалилась толпа страждущих. Все они уставились на меня, как на второе пришествие.

— Вы тот самый новый лекарь? — скрипуче поинтересовался взлохмаченный дедок с клюкой наперевес.

Сглотнув, я медленно кивнула, и тот улыбнулся, протягивая узелок.

— Вот… суставы полечи, а, внучок?

Густав бросил свои склянки и принялся организовывать приём.

Я только и успевала, что трогать стариков со старушками, а потом с улыбкой кивать на их щедрые благодарности и скромные узелки с гостинцами.

Их было человек пятьдесят, и каждый явился со своей проблемой. Но нашлись и просто любопытствующие. Таких Густав быстро выявлял и технично выпроваживал за дверь.

Как ту самую старушку, которая и обеспечила мне этот аврал в самый первый рабочий день.

Она явилась повторно. Уселась в уголке и принялась сверлить меня своими нетипично цепкими глазами.

Я даже взглянула на Густава, чтобы тот помог убрать из приемной посторонних. И тот двинулся было с этим намерением, как бабка вдруг подскочила.

— А что это у тебя на руке, милок?

Я напряженно одернула рукав. Поменять рубашку времени не нашлось, и длинные рукава мешались, сползая и делая меня похожей на Пьеро.

Очень неудобно. И чертова метка то и дело мелькала в прорезях светлой ткани.

Видимо, подслеповатая бабка оказалась не такой уж и подслеповатой.

— Царапина, — отмахнулась я, мысленно проклиная неблагодарных дотошных бабок.

Густав загородил меня от нее и выжидательно улыбнулся, мол, пора, бабуля и честь знать. Та его улыбкой не впечатлилась, зато из-под кушетки выбрался пёс. Дремавший там всё это время, он сел передо мной, мрачно уставившись на вредную пациентку и клыкасто зевнул во всю свою пасть.

На этот раз намек оказался достаточно прозрачен.

Бабка подорвалась и скользнула за дверь. Я благодарно потрепала пёсю по мохнатой холке.

Вскоре поток посетителей иссяк. Однако наверняка это только начало. Завтра хлынут с новой силой. И будут ходить до тех пор, пока новость не превратится в обыденность.

Что ж, я сама на это подписалась. Только нужно было привести себя в порядок.

Найти одежду по размеру и нормально постричь волосы… а то сейчас я выгляжу так, словно Густав нашел меня где-то на улице и приютил из жалости.

Хотя примерно так всё и было, но клиентам об этом знать вовсе не обязательно.

Стоило двери за последним резко выздоровевшим захлопнуться, как я расслабленно выдохнула.

Густав не сводил с меня восхищенного взгляда.

— Мне бы лучше замотать чем-нибудь запястье, — я поглядела на предательскую драконью метку, — а то не ровен час…

Не ровен час настал куда раньше, чем предполагалось.

Не успела я опомниться, как за дверью послышались шаги, и они показались подозрительно зловещими. Потому что шагающий, в отличие от прежних посетителей, был в тяжелых, подбитых железом сапогах.

Эту поступь мы услышали задолго до того, как незваный посетитель постучал в дверь.

И, не дождавшись ответа, тут же ее распахнул. Та грохнула о стену, являя того самого стражника, который показался смутно знакомым.

Именно он прибивал на перекрестке табличку с моим изображением.

Наг оглядел приемную желтым взглядом и остановил его на мне. Я забыла, как дышать.

— Так вы и есть тот самый лекарь, — протянул он недобро, — мне кажется, что где-то я вас уже видел…

35

— Неужели? — в горле будто что-то застряло, и оттого мой голос звучал по мышиному пискляво.

По нему даже не самый умный стражник тут же опознал бы во мне девушку.

Как это обычно бывает, когда очень нужно, вся моя смелость улетучилась в момент.

Шагнув в приёмную, стражник двинулся навстречу.

Его решительность мне не понравилась. Так не понравилась, что я готова была завизжать, и только остатки здравомыслия удерживали меня от подобной глупости.

— Какие-то проблемы? — Густав оперативно встрял между мной и желтоглазым нагом.

Тот зыркнул на него недобро, но блондин выстоял. Я сидела на кушетке, ни жива ни мертва. Неужто вредная бабка наябедничала?

Больше и некому… Вот пусть помрет теперь от своего радикулита! Ни за что не стану ее лечить! О чем она только думала, грымза старая? Что один раз вылечу и больше не понадобится? Ха!

Только отчего-то сейчас было совсем не до смеха…

— Это мой брат. Можете поговорить о нем со мной, — храбрился блондин.

И я его невольно зауважала. Не испугался вооруженного зубастого нага!

— Зачем мне говорить с тобой, если я хочу говорить… с ним, — ухмыльнулся стражник и обошел Густава по дуге, снова устремившись ко мне.

— Покажи-ка свою руку… мальчик.

Внутренне содрогнувшись, я продемонстрировала нагу ладонь. Тот мотнул головой.

— Запястье.

Чёрт бы тебя побрал! Точнее, бабку! А лучше их обоих.

Я молча продемонстрировала ему запястье без метки, на что стражник только ехидно улыбнулся.

— Другое…

— Вы считаете, что мой брат — истинная правителя? — скептически вставил Густав, глядя на меня с беспокойством.

Наг повернулся к нему, а я заглянула под кушетку. Где же пёс, когда он так нужен?

Тот мирно спал. Так что пришлось слегка пихнуть его в мохнатый бок. Сонно обернувшись, шерстяной мигом оценил остановку.

Стоило стражнику снова обратить внимание на меня и моё помеченное запястье, как его уже встречала оскаленная клыкастая морда.

Не ожидав такого расклада, наг отпрянул к двери.

— Отзовите собаку, — прошипел он Густаву, на что тот только пожал плечами.

— Это не мой пёс, меня он не слушается.

А зверь между тем принялся злобно рычать, наступая на непрошенного гостя. Шерсть вздыбилась, глаза злобно засияли. Я умилилась.

Неужели в кои-то веки у меня появился настоящий защитник?

— В таком случае вас будут ждать большие неприятности! — рявкнул наг и скрылся за дверью, которую Густав тут же закрыл на задвижку.

Как если бы это решило нашу проблему… вернее, мою.

— Что делать? — прошептала я в панике, слушая быстро удаляющиеся шаги.

Как скоро он вернется с подмогой?

Благодарно потрепав по холке своего мохнатого защитника, я жалобно взглянула на Густава.

— Нужно спрятаться, — нахмурился тот.

Что, опять?

— А смысл? Если они и так уже знают, что я здесь…

— На время. Я скажу, что ты отправилась за грибами в лес. Туда они не сунутся.

Я покачала головой. Что-то подсказывало, что это временная мера, и толку от нее не будет.

Но Густав отчего-то уперся именно в

— Доверься мне, я знаю, что делать, — проговорил он с нажимом.

И что мне оставалось? Только даже мысль о том, что предстоит снова соваться в лес отдавалась неприятным холодком вдоль спины.

Не знаю, чего я боялась больше. Быть схваченной нагами, или снова попасться этому красноглазому монстру.

— Ну, если ты так уверен…

— Быстрее!

Снаружи послышался шум, и это не оставило времени на раздумья. Я метнулась к другому выходу. Пёс не отставал.

— Отсидись в лесу, — бросил мне вслед Густав, — я приду за тобой!

Надеюсь, не с арбалетом, как в прошлый раз.

Выбравшись наружу через задний двор, я заторопилась в сторону леса.

Густой еловый массив внушал страх, но что мне было делать?

Пройдя пару десятков метров, я оказалась в чаще. Деревья в том лесу были просто огромными. Я попыталась взобраться на одно, но потерпела неудачу. Никогда не умела карабкаться.

Так что пришлось залезть под пушистую ёлку, скрывшись под ветвями и свернуться клубочком на мягкой хвое. Пес примостился рядом, приятно грея бок.

Оставалось надеяться, что меня тут не найдут. По крайней мере, Густав обещал, а мне очень хотелось верить хоть кому-то. В этом лживом мире странных людей со звериными ипостасями пока только этот плохой стрелок выглядел нормальным человеком.

Я сама не заметила, как уснула в своём уютном хвойном гнездышке. Но проснуться пришлось очень резко. Со взволнованно бьющимся сердцем и взмокшей от страха спиной.

Пса рядом не было, а вокруг царила непроглядная тьма. Я проспала до самой ночи.

Но что же так меня напугало? Прислушавшись, я поняла, что…

— Куда, ты говоришь, послал девушку? — раздался совсем рядом голос, от которого кровь застыла в жилах, а сердце вознамерилось выпрыгнуть из груди и убраться подальше от подобных стрессов.

Это был он, красноглазый монстр, Грэм.

Почему я так его боюсь? Ведь он не сделал мне ничего плохого… пока что не сделал.

— В лес, — отозвался растерянный голос моего знакомого блондина.

Выходит, они заодно⁇

— А конкретное место ты обозначить не мог? — укорил красноглазый.

Ответом ему был виноватый вздох. И мне совершенно расхотелось быть найденной. Я даже дышать перестала.

Хоть бы пёся меня не сдал… может, на охоту отправился? Или тоже испугался этих лесных чудовищ? Ведь скорее всего благодаря им он и оказался больным в нашу первую встречу.

— Не переживай, — прорычал низкий голос, — найдём.

Только не это!

А потом послышался очень странный звук. Звук с треском рвущейся одежды…

36

Мне даже на секунду захотелось высунуться из своего укрытия, чтобы узнать наверняка.

Грэм рвёт на себе одежду? Или рвет одежду на Густаве? Или просто что-то там рвёт?

Любопытство не давало покоя, на какое-то время даже переборов страх перед неизвестным. Но я всё-таки не рискнула.

Так и сидела под елкой, дыша через раз, в испуге представляя, что скоро красноглазый монстр вытащит меня из укрытия.

И что я буду делать тогда?

Страх буквально сковал меня по рукам и ногам. Я усиленно прислушивалась к звукам извне и терялась в догадках. Что там, черт побери, происходит⁇

Хрусткий звук прогибающейся под чужими шагами хвои, тяжелое дыхание… даже показалось, что кто-то громко принюхивается, словно дикий зверь.

А потом мне под бок скользнуло влажное от росы огромное мохнатое тело пёси. Пришлось даже закрыть себе рот ладонью, чтобы истошно не заорать.

Я бесшумно выдохнула, понимая, что, была бы я кошкой, сейчас у меня осталось бы только восемь жизней.

Мохнатый друг прижался к земле, насторожив уши и сощурив желтые глаза. Шерсть на его загривке встала дыбом, и он не переставал бесшумно скалиться.

От этого зрелища мне становилось еще страшней. Благо, теперь я хотя бы была не одна.

Поглаживала дрожащими пальцами влажную шерсть пёси, обмирая от каждого звука.

А потом всё смолкло. Правда, ненадолго.

Мой защитник вдруг дернулся вперед. Так резко, что я едва успела уловить промельк его стремительного движения. А уловив, отпрянула поглубже в укрытие поближе к еловому стволу.

— Тише, друг, — снова послышался тигриный голос красноглазого, — я не причиню тебе вреда. Отдай то, что защищаешь…

Не отдавай, — мысленно умоляла я, прижимаясь к дереву и жалея, что не могу с ним просто слиться, как дриада.

А ведь мне вполне понравилось быть помощницей лекаря, пусть и недолго… Всё из-за вредной алчной бабки!

И теперь я уже и не знала, что лучше. Быть пойманной нагами, или же сидеть здесь, обмирая от страха.

— Друг… — тягучий мужской голос зазвучал иначе, с легкой вибрацией, и пёс встряхнул головой.

— Не слушай его, — не выдержала я, — пожалуйста!

Тот взглянул на меня своими янтарными глазами и вильнул хвостом, мол, не бойся, это свои. Просто я как-то слегка ошибся.

— Прошу вас, Ася… — обратились ко мне вежливо, словно предлагая выбраться из кареты у входа в театр, а не из-под елки в ночном лесу.

— Мне и тут неплохо, — отозвалась я дрожащим голосом.

— Ася, тебя не тронут, обещаю, — послышался голос предателя Густава.

Только за тем он меня сюда и посылал, чтобы сдать Алым!

— И почему я тебе совсем не верю, Густав?

Кажется, он обиделся. Присел на корточки рядом с моей ёлкой, и среди ветвей показалось его расстроенное лицо.

— Алые не сделают тебе ничего плохого… они свои.

— Свои для кого? — сощурилась я.

— Для нас, простых людей. Таких, как мы с тобой. Хотя, сравнение, наверное, не совсем… ты ведь истинная нового правителя.

— Вот! А значит…

— Нет, — тот упрямо мотнул головой, — они…

— Так, хватит! — прервал нас тигриный голос, заставив меня вздрогнуть, — или ты вылезаешь оттуда прямо сейчас, либо я тебя оттуда вытащу.

Я вцепилась пальцами в шерсть пёси. Но тот больше не желал быть защитником. Вилял хвостом, как ни в чем не бывало.

— Что за угрозы? Почему вы себе позволяете…

Я не успела договорить. Ветви прошуршали, меня схватила пара сильных мужских рук и выволокла из укрытия. Я зажмурилась, цепляясь за жесткие волосатые запястья.

Еще никогда в жизни никого так не боялась. Даже странно, откуда во мне взялся этот инфернальный страх перед обычным с виду мужчиной, пусть и таким огромным.

Наверное, всё дело в его глазах.

— Что вы себе позволяете!

— Молодой девушке не пристало мерзнуть на холодной земле, — ответили мне с улыбкой в голосе, — иначе можно и заболеть.

Ну надо же, какой заботливый. С чего бы это?

Я приоткрыла глаза. Небо начало сереть, и темнота постепенно рассеивалась. Я прекрасно видела перед собой предводителя Алых. Он смотрел на

Смотрела на его мощную грудь, видневшуюся в прорехе порванной рубахи.

И с чего это она вдруг порвалась? В прошлый раз, помнится, была вполне себе целой…

— Зачем я вам? — шепнула, мельком глянув в сторону Густава.

Тот, разумеется, и не пытался меня спасать. Сплошное разочарование…

— Чтобы защитить, — чужой голос пробирал до дрожи, а от касаний и вовсе хотелось сбежать, вопя на всю округу.

Но Грэм держал меня слишком крепко… видать, догадался, что лучше не выпускать из рук. Иначе придется ловить по всему лесу.

— Защитить от кого?

Я всё никак не могла на него взглянуть, и Грэм решил помочь. Выпустил одну руку, чтобы коснуться горячими пальцами моего подбородка и приподнять голову.

Я снова зажмурилась.

Ну уж нет! И без того от страха едва дышу…

— Не бойся, — мужской голос мягко вибрировал в его груди, как урчание огромного саблезубого кота, — мы сможем защитить тебя ото всех. От нагов и драконов. Они не посмеют к тебе даже приблизиться.

— И какая вам от этого выгода?

Хотя, зачем я спрашиваю, ведь причина плавала на поверхности. И она мало отличалась от мотивации всех остальных монстров.

Забрать у дракона истинную значит поставить под вопрос существование всего драконьего рода правителей. В общем, ничего нового.

Я всё-таки наскребла в себе остатки смелости, чтобы открыть глаза.

Радужки цвета рубинов смотрели на меня в ответ.

— А вы… — сглотнула я, чувствуя марш ледяных мурашек вдоль спины, — … кто защитит меня от вас?

37

— Мы не причиним зла, — повторил Грэм, как мантру, гипнотизируя своими рубиновыми глазами.

Только вот я уже никому не верила.

— Тоже хотите, чтобы драконы остались ни с чем?

— А ты разве этого не хочешь?

Я пожала плечами, переводя взгляд на Густава.

— Я ни с кем не воюю. А вы, мужчины, видимо, не можете по-другому.

— Чего ты хочешь, Ася? — завибрировал его тигриный голос.

— Чтобы все оставили меня в покое… Я устала от этой беготни. Наги, драконы, их противостояние…

Еще вот вы, красноглазые непонятные создания.

— Я понимаю. Поэтому и предлагаю защиту.

И это казалось странным. Зачем Алым меня защищать? Не проще ли убить, чтобы обломать драконо-нагам последнюю надежду на наследников?

Или красноглазый Грэм хочет иметь меня в виде козыря, чтобы шантажировать других чудовищ?

— А что взамен?

К чести Грэма, на его смуглом, словно высеченном из камня лице, не отражалось никаких эмоций.

Что бы ни творилось у него в душе, красноглазый прекрасно это скрывал. Я уже поняла, что верить здесь нельзя никому. Даже пёсе. И потому, что бы кто ни сказал, все слова стоило делить на два.

— Ничего, — отозвался тот спокойно.

— Серьезно?

Ответом был невозмутимый кивок. И я даже не знала, что на это отвечать.

— А гарантии?

— Какие именно?

Ну откуда же я знаю…

— Что вы вообще намерены со мной делать?

— Ничего, — озвучили мне с прежней каменной невозмутимостью, — если пожелаешь, сможешь вернуться в лекарский домик и продолжать там жить в роли помощницы. Ну, или помощника.

На красиво очерченных губах мелькнула тень улыбки. Я коснулась свободной рукой остатков своих волос, отчего-то вдруг желая, чтобы они снова отросли. Причем прямо сейчас.

Вернуться к лекарю? Меня правда отпустят?

— А как же наги?

— Их можно будет не бояться. Я сделаю так… — мужская ладонь скользнула по моему предплечью, замерев на запястье.

Я почувствовала легкое покалывание, словно по коже гуляла невесомая птичка, цепляясь крошечными коготками.

А потом Грэм убрал руку. Я опустила взгляд, понимая, что метки нет.

— Как вы умудрились? — пролепетала удивлённо.

Однако этот мужчина не так-то прост… Хотя, это было понятно и так.

Тот только хитро сиял глазами в ответ.

— Ну хорошо, — выдохнула я, понимая, что особого выбора у меня нет и не предвидится. — Тогда вернусь к лекарю.

Грэм удовлетворенно кивнул и выпустил меня из рук.

— В таком случае не стану задерживать.

Я хмуро закусила губу и отправилась вслед за Густавом. Тот поманил за собой, шагнув сквозь заросли. Пёс отправился с нами.

Уверена, что предводитель Алых еще долго смотрел нам вслед. Его внимательный взгляд буравил спину до тех пор, пока мы окончательно не скрылись за деревьями.

Я так и не поняла, что это вообще такое было. Поэтому поспешила допросить блондина:

— Так значит, ты один из них?

Тот покачал головой, не оборачиваясь. Мы шли по хрусткой тропе из еловой хвои. С каждой минутой вокруг становилось светлей, и я отчетливо видела перед собой долговязую мужскую фигуру.

— Нет, я не один из них. Иначе у меня были бы алые глаза, — усмехнулся он.

— Но ты с ними тесно связан, — констатировала я.

Он кивнул.

— Многие связаны. Всё-таки Алые, как я говорил, за простых людей.

Вот только сами они далеко не так просты…

— Да кто они вообще такие?

— Оборотни.

Что? Остановившись в ступоре, я пронаблюдала за удаляющейся фигурой блондина.

— Что ты сказал?

Тот обернулся с легкой улыбкой на губах, отметив моё изумление.

Очередные чудовища⁇ Хотя, кто бы сомневался. Это можно было понять по одному только рубиновому взгляду Грэма. Но оборотни…

Боже! Драконы, наги, оборотни… кто ещё? Вампиры, эльфы, человеко-пауки⁇

— И ты говоришь, что они за обычных людей? — прошептала я, чувствуя странную слабость в ногах, — не потому ли, что заинтересованы в них в качестве пропитания?

Блондин негромко рассмеялся.

— Конечно же нет, они питаются, как все обычные люди. Вот только на драконов у них огромный зуб.

Я отмерла и двинулась навстречу. Даже предрассветный, лес продолжал пугать своими опасными красноглазыми жителями.

— Какой ещё зуб? — я обняла себя руками, чтобы не дрожать.

Сама не знаю отчего, то ли от страха, то ли от утренней свежести.

— Когда-то драконы сожгли их лес и уничтожили огромное количество Алых.

— За что?

— Потому что те отказывались признавать драконью власть, — протянул он мрачно, — этим драконы только нажили себе врагов.

Эти драконы вообще дружат хоть с кем-то? А то кругом враги… беспросветно как-то. Вон, даже собственный брат сделал из Валериана посмешище, а тот и в ус не дует.

Сидит в своём охотничьем домике. Ждёт непонятно чего.

Я недоверчиво взглянула на запястье. Метка и правда исчезла, даже удивительно. Выходит, у Алых тоже есть какая-то особенная магия.

Хоть один плюс в этой неопределенности. Теперь меня не примут за пропавшую истинную. Осталось только поддерживать свою легенду, и можно будет немного расслабиться.

Вот только расслабиться мне в любом случае было не суждено.

Кто-то задернул все занавески…

Пёс вдруг заворчал, прижав уши, а в следующую секунду жалобно заскулил.

Вздрогнув, я кинулась было на помощь, но меня перехватили незнакомые руки, крепко зажав рот.

Густав не издал ни звука. Что-то подсказывало, он тоже стал жертвой тех, кто поджидал нас в темноте лекарского домика.

А потом занавески распахнулись, и тьма рассеялась.

Меня держал один из нажьих стражников, а напротив замер сиреневоглазый Ройм.

— Здравствуй, Ася, — улыбнулся он холодно. — Вижу, ты не скучала…

38

Я вскинулась в бесполезной попытке избавиться от чужих рук.

Драконы, наги, наго-драконы… все они одинаковы. В чужом глазу соринку увидят, а в собственных сиреневых буркалах ничегошеньки!

Стражник меня выпустил, и я огляделась. Пса рядом не было, а вот Густава держали целых двое. Один, видимо, не справлялся.

— А с чего это я должна скучать, м-м? Мне и тут неплохо. Никто ни в чем не неволит и не обманывает. Почти.

Ройм нехорошо прищурился.

— А когда это я тебя неволил и обманывал?

Я сделала вид, что задумалась.

— Ну… даже не знаю. Когда назвал истинной, а сам пошел кувыркаться с той темноволосой шпионкой?

Он закатил глаза.

— Она меня заколдовала, Ася… еле отбился.

Ах, бедняга! Я вдохнула. Можно бы пожалеть страдальца, но жалости для него не нашлось.

— Как-то не цепляет твой рассказ, — хмыкнула я, — видимо, мне нужно было быть похищенной драконом, чтобы понять, что в замке мне делать нечего. Куда лучше здесь помощницей лекаря. Или помощником, неважно! Мне претит участие в ваших чудовищных разборках! Так что давайте как-нибудь без меня, хорошо?

Что странно, Ройм словно не слышал моих слов, чего за ним раньше не водилось. Мужской взгляд был прикован к моим волосам, а потом он перевел его на мое запястье.

— Что с тобой? Почему ты так одета? — протянул он напряженным голосом, — и… где твоя метка?

Мужчина шагнул было навстречу, чтобы меня коснуться, но я отпрянула от него, как от прокаженного. Только новой метки мне не хватало!

От старой то еле избавилась!

А ведь это значит, что теперь я свободна, как ветер! Лишь бы снова не заклеймили.

И всё же он приблизился. Сиреневый взгляд зажегся чёрным подозрением, словно я предала его в лучших чувствах.

— Почему от тебя пахнет зверем?

Я покачала головой. Подумаешь, полежала под кустом в обнимку с пёсей.

— А от тебя пахнет другой бабой! Но я же претензии не предъявляю, — заявила хмуро, — а знаешь почему? Потому, что ты мне никто, Ройм!

— Ты моя истинная, — протянул он, как заведённый.

Я медленно выдохнула, глядя ему в глаза.

— Нет, Ройм. Давай как-нибудь без меня. Мне всё равно на эти ваши истинности, я сама по себе. Договорились?

Его взгляд похолодел, и мне это совсем не понравилось. Брюнет вдруг стал очень похож на своего беловолосого брата. От прежней его дружелюбности не осталось ни следа.

Видимо, излишняя ответственность накладывает на поведение свои рамки.

Захотелось даже отступить подальше, да позади возвышался не уважающий чужое личное пространство наг.

— Ты же понимаешь, Ася…

О да, я прекрасно понимала. Что лучше я соглашусь по-хорошему, или же будет так, как хочет он. Понимание настигло неприятной волной ледяных мурашек, прокатившихся вдоль спины.

— Драконы не остановятся ни перед чем, чтобы добиться своего, не так ли, Ройм?

Он медленно кивнул.

— От тебя зависит слишком многое, — мужчина сжал челюсти, но сиреневый взгляд слегка смягчился. — Я очень не хочу тебя неволить, ты слишком драгоценна, чтобы обращаться с тобой неподобающим образом. И я не мой брат.

— Тогда позволь мне самой выбирать свою судьбу.

Только по одному его виду мне всё стало понятно. Не позволит.

И что теперь?

Снаружи домика донесся какой-то шум.

Наг за моей спиной метнулся к двери, но его тут же от нее отбросило чьей-то нечеловечески сильной рукой.

Я отпрянула, чтобы и мне не досталось за компанию. Ройм воспользовался моментом, схватил меня за плечи и спрятал себе за спину.

Я увидела, как в дверях скромной гостиной лекарского домика появляется нечто… причем из-за размеров дверного проёма оно могло там только появиться, но никак не пролезть.

Я разглядела оскаленную звериную пасть и знакомые красные глаза, после чего попятилась к дальней стене.

Нет, я на это не подписывалась. Ну их, этих монстров.

Оракул! Мне срочно нужен оракул. Пусть отправляет обратно в мой мир!

Разумеется, никто не собирался выпускать меня из рук.

Спасибо за всё это той радикулитной бабке… Ну попадись она мне только!

Шерстяная тварь как-то умудрилась пролезть в дверь. Я поняла, что гость лишь слегка уменьшился. И пришел он не один. За спиной оборотня виднелась толпа таких же красноглазых мохнатых монстров.

Я почувствовала, что лишняя на этом дружеской междусобое. Да только пути для отступления были закрыты…

— Зря ты сюда явился, наг, — прорычал шерстяной знакомым тигриным голосом.

Гость обладал человекообразной и одновременно звериной фигурой, увенчанной оскаленной волчьей головой. А рубаха на его мохнатой груди была знакомо порвана.

Теперь я понимала, кого именно боялась. И стало ясно, что боялась не зря.

— Я пришел за своей истинной, зверь, — отозвался Ройм ледяным тоном. — И кто ты такой, чтобы мне мешать?

— Кто я такой? — встряхнулся оборотень, поводя плечами, — а что, если я скажу тебе, что она вовсе не твоя истинная, недодракон… А моя?

39

— Ты издеваешься? — хмурый взгляд Ройма не предвещал зверю ничего хорошего.

Но на хорошее тот явно и не рассчитывал, посягая на чужую истинную.

Истинные тут, как я уже поняла, куда дороже золота.

Грэм раскатисто рассмеялся, не отрывая рубинового взгляда от своего оппонента. Его шерстяные соклановцы взяли нагов в оборот. Тех было немного, и в этом Ройм слегка просчитался.

Неужели не знал, куда идет? Ведь сам же предупреждал меня об опасности Алых… Или понадеялся на драконью ипостась?

А она у него, как у полукровки, вообще имеется?

— Истинность вас, чешуйчатых, и погубит, — прорычал Грэм. — Противно смотреть, как вы неволите несчастных девушек…

В этом я была с ним согласна, потому что уже поняла, Ройм меня не отпустит. И не позволит, как предводитель Алых, мирно существовать в лекарском домике. Снова приволочет в Эдинхайм и будет принуждать стать его парой. Силой ли, или же лаской… но какая разница, если я этого не хочу?

— Это

Отчего, интересно, такая смелость?

Не разнесли бы они всю избушку… Мне тут еще работать, я надеюсь.

— Ошибаешься, — ответил зверь, переводя взгляд на меня, — ещё какое моё… такие, как вы, не должны существовать и размножаться. Убийцы, не знающие жалости ни к кому. Даже к своим истинным.

Два-ноль в пользу Грэма. Не будь он красноглазым монстром с неизвестными мотивами, я бы ему даже зааплодировала. Правильные вещи говорит.

Может, Густав был прав на его счёт?

Пожалуй, стоило бы присмотреться к этому хищнику. Вот только Ройм его отчего-то совсем не боялся. И это напрягало.

А нет ли у него секретного оружия, которое тот собирается пустить в ход? Я обеспокоенно огляделась.

Наги жались по стенам. Хмурый Густав, скрестив руки на груди, смотрел на Ройма. Тот отвечал не менее мрачным взглядом. Но не боялся…

Я понимала, что мне нужно сделать выбор. Потому что одинокая девушка в этом мире всегда мишень. А мне ею быть не хотелось. Значит, следовало иметь властного покровителя, который защитит от всего. Вот как Грэм… имел бы он ещё влияние на сиреневоглазых… цены б ему не было.

— Ты хочешь войны? — снова послышался голос Ройма. Ледяной и жуткий, — это я тебе обеспечу.

— Она уже идет, глупец, — рыкнул Грэм. — Только ты, чешуйчатый, не видишь дальше своего носа.

— Выйдем, — протянул сиреневоглазый, — и расскажешь мне подробнее.

Но оборотень не собирался играть по чужим правилам.

— Обойдешься, — его рык завибрировал в воздухе, — сначала ты оставишь в покое девушку.

Ройм закатил глаза.

— Что, рыцарем захотел побыть? Побудь им на воздухе. Ты же не хочешь зацепить ненароком свою истинную? А мне терять уже нечего, — бросил Ройм и вдруг резко обернулся.

Меня обхватили жесткие мужские руки. Обхватили и оторвали от земли, в секунду став скользкими и чешуйчатыми.

Я зажмурилась, пытаясь вырваться. Но бороться с подобным созданием было не легче, чем пытаться остановить паровоз на полном ходу.

Ройм бросился в сторону, раздался страшный грохот. Тяжело дыша, я боялась распахнуть глаза. Что я увижу? Руины домика, похоронившие под собой всех незваных гостей?

Раздавленных огромной драконьей тушей нагов и алых?

Я распахнула их чуть позже, когда вокруг всё стихло, и единственным звуком стал свист ветра в ушах.

Теперь понятно, почему Ройм не боялся Алых и почему обещал им войну.

Имей они малейшую возможность что-то сделать чешуйчатым монстрам, давно бы сделали и захватили власть. Но не зря прячутся по лесам и стреляют в крылатых из надежного укрытия.

Видимо, драконы всё-таки выше них в местной пищевой цепи.

Как минимум, они могут мгновенно метнуться в крылатую ипостась, а то и огнем плюнуть на прощание.

Я смотрела на угольно-черного с сиреневыми глазами дракона и буквально слышала звон своих разбивающихся вдребезги надежд.

Не будет мне никакой свободы и никакого лекарского домика. Никакой независимости от властных монстров…

И никто мне не поможет. Кто рискнет? Ведь дракон легко сотрет всех в пыль.

Впервые захотелось плакать. Просто зареветь во всю глотку, проклиная чешуйчатых гадов на все лады. Да толку? Слезы еще никогда не становились решением проблем.

Вот только что я теперь могу?

Эдинхайм встретил трепещущими по ветру флагами и ледяной неприступностью каменных стен. Дракон высадил меня на знакомом балконе и взгромоздился рядом.

Воздух вокруг его огромной туши пошел рябью. Через мгновенье я смотрела на сиреневоглазого брюнета.

Разочарованно хмыкнув, развернулась, чтобы уйти с обдуваемого всеми ветрами балкона.

Мужчина направился за мной.

— Я вычистил замок от заговорщиков, он безопасен, — понеслось вслед.

Чтобы он стал безопасен, его нужно вычистить его еще и от всех драконов — хотелось огрызнуться в ответ.

Но смысл? Меня снова приволокли сюда, как добычу в свою пещеру. Благо, что не за волосы.

Полагаю сейчас он ожидает, что я выберу себе комнату? Что ж, не стану разочаровывать. В любом случает теперь мне точно не сбежать.

И откуда только взялась эта апатия?

С мужчинами в моем мире всегда можно было бороться хитростью. Но как бороться в этом с драконами?

Толкнув ближайшую дверь, я шагнула в комнату. Это оказалась просторная гостиная с камином и отдельной спальней. Туда вела широкая арка.

Сквозь большое витражное окно на ковер падали разноцветные лучи. Я подошла к окну и уставилась в небо, завидуя птицам.

Ройм вошел следом, остановившись неподалеку.

— Завтра мы поженимся, — послышался его голос.

Однако, дежавю.

Обернувшись, я подняла на него усталый взгляд, прекрасно понимая, что возражать дракону бесполезно.

40

Это было очень странно.

Еще никогда в жизни у меня не опускались руки, но сегодня я поняла, что вот оно. Стряслось.

Я почувствовала себя беспомощной на всё сто, не в силах повлиять на собственную судьбу. Отвратительное ощущение.

Как местные женщины вообще могут всё это терпеть? Все истинные…

Мне не запрещали выходить из комнаты, и даже не заперли, но я не могла заставить себя подняться с широкого каменного подоконника.

Так и сидела на нём, смотря в разноцветное стекло, пока не стемнело.

Мне приносили еду, оставляя подносы на столике у камина, но я продолжала сидеть.

Объявить голодовку? Вариант. Только это не помешает Ройму взять меня в жены на следующий день.

Что я могла сделать? Ничего… потому и впала в несвойственную мне апатию, лениво размышляя над вариантами спасения. Но их не находилось.

Сбежать мне не дадут и найдут, если решу спрятаться. Моё мнение по поводу предстоящего замужества никому не интересно. Так был ли смысл дергаться?

И всё-таки под вечер пришлось отвлечься от своего созерцания заоконного пейзажа. Дверь в очередной раз распахнулась, но я не повернула головы.

— Вы только посмотрите на нее! — послышался знакомый женский голос, — сидит, страдает! А к свадьбе кто будет готовиться?

Видимо, они решили меня добить, послав сюда свекровь…

Мачеха моего жениха деловито шагнула в комнату в сопровождении все той же компании женщин в белых балахонах.

Мне стало не по себе. Честно говоря, не было ни малейшего желания, чтобы кто-то меня тревожил, трогал или беспокоил в моих раздумьях.

А ведь я с большими усилиями пыталась заставить себя найти во всей этой истории хоть один положительный момент. Но он всё не находился, так теперь еще и бывшая свекровь заявилась, как к себе домой.

— И даже не смотрит… и даже не поприветствует!

Я мысленно закатила глаза, а из груди вырвался тяжелый вздох.

— Почему бы вам просто не оставить меня в покое?

Вам всем…

— Хамка, — рявкнула та, — никакого

Я бросила взгляд в сторону камина, на котором красовалась парочка красивых и явно тяжелых бронзовых подсвечников. С помощью них вполне можно было показать этой невеже, где раки зимуют.

Ну, или хотя бы просто прогнать ее отсюда. Но апатия победила. А еще я поняла, что очень хочу есть.

Только не в этой компании.

— Помнится, вы не особо радовались предстоящей свадьбе. Так с чего я должна к ней готовиться?

— Да, ты права, — та мельком оглянулась, проследив, чтобы ее молчаливые сопровождающие заперли двери, — я не была рада. Но сейчас рада еще меньше. Мне вовсе не улыбается готовить тебя к союзу с этим нажьим выродком…

Всегда подозревала, что мачехи недолюбливают пасынков, но чтобы настолько…

Вдруг стало тревожно. А не пришла ли она, чтобы лишить Ройма невесты самым кардинальным способом?

Я заставила себя внимательно посмотреть на мать Валериана, пытаясь угадать истинные мотивы ее визита.

Та холодно улыбнулась в ответ.

— Слезай оттуда, а то внуков моих застудишь, — приказала, — и поговорим.

Я неспешно спустила ноги с подоконника.

— И поешь! — продолжала командовать эта генеральша, расхаживая по ковру, уперев руки в бока.

Женщины в белом замерли у дверей, склонив головы.

Я не торопилась подчиняться, хотя голод уже давал знать о себе, а еда на подносах источала потрясающие ароматы.

— Что вы хотите? — бывшая свекровь снова удостоилась моего мрачного взгляда.

— Избавиться от тебя, дурочка, — хихикнула она, — а заодно избавить Ройма от будущих наследников. Он их не достоин.

Я закусила губу. Наверное, всё же стоило добраться до тех подсвечников… а еще лучше прыгнуть в погасший камин. Как я уже знала, с помощью них соединяются местные комнаты.

Видимо, насчет безопасности замка Ройм слегка ошибся.

— Да не напрягайся ты так, — веселилась свекровь, глядя на меня, как на нечто неприятное, — я не собираюсь причинять тебе зла. Просто помогу выбраться отсюда. Не в моих интересах тебя убивать, знаешь ли…

— Это еще почему?

— Потому что ты истинная моего сына! И если ты умрешь, он это почувствует. А я не хочу, чтобы Валериан страдал.

То есть… она действительно не в курсе, что никакая я не истинная белобрысому? Что ж, разубеждать ее я точно не стану. Пусть помогает, так и быть.

— И как вы мне поможете?

— Ешь! — приказала та раздраженно, — а я пока расскажу.

Я со вздохом опустилась в кресло перед камином и взялась за аппетитную лепешку с копченым мясом.

— Так вот… — шурша платьем по ковру, свекровь плавно шагнула ко мне, — ты наденешь балахон одной из сестер, — она кивнула на шеренгу девушек у стены, — и выберешься из замка, как одна из них. Куда именно пойдешь, меня не интересует. Главное не попадайся никому на глаза.

Действительно? Так просто? Я бы сказала, слишком просто. Настолько просто, что даже подозрительно.

— Откуда я знаю, что вы не захотите вернуть меня Валериану?

Она скрипуче рассмеялась, поправляя богатое жемчужное ожерелье. Одна бусина вдруг разделилась на две половины, распахнувшись, как шкатулка, и оттуда на красный шелк платья просыпался полупрозрачный порошок.

Женщина перевела на меня насмешливый взгляд.

— А ты вовсе не такая дура, правда?

Я почувствовала, что начинаю задыхаться. Да нет, дура еще та… Да и Ройм не умнее. Ну что ему стоило запереть эту грымзу где-нибудь в подвале? И вот теперь она испортила ему свадьбу…

И наследников у него теперь тоже наверняка не будет.

Только я ошиблась, думая, что женщина решила меня убить.

Я упала в кресло, погрузившись в состояние странного полусна. Тело перестало подчиняться, и глаза закрылись, но зато я могла прекрасно слышать, что творилось вокруг.

— Быстро! — свекровь явно торопилась поскорее реализовать задуманное, — отнесите ее в условленное место. Валериан будет ждать там!

41

Какое-то время я слушала вокруг себя суетливую возню.

Ну, зато теперь хотя бы мне не придется выходить замуж против воли…

Такое себе, конечно, утешение. Меня снова тащат к очередному хозяину, и нет конца и края этому приключению.

Судя по всему, свекровь была не в курсе планов сына. А ведь с моей помощью он хотел убить Ройма. Ха.

Неужели передумал?

Я чертовски устала быть переходящим знаменем. Но, опять же, кого интересовало мое мнение?

— Пусть родит наследников… для большего она и не нужна, — послышался голос свекрови.

Кому она это говорила? Сама с собой общалась, оправдывая свои преступные действия?

Приличных людей в этом мире определенно нет…

Все находятся в перманентном поиске какой-либо выгоды. И я, как оказалось, очень выгодная персона, потому и нарасхват.

Даже старенький лекарь преследовал собственную выгоду… ну он хотя бы не неволил.

Да и Грэм особо не принуждал. Но его я боялась до дрожи. Не боялась свекрови, не боялась Валериана и Ройма, даже Герха. Всех тех, кто представлял для меня нешуточную опасность.

А этот красноглазый мужчина с его второй ипостасью вызывал невольную дрожь, хоть и не делал ничего из ряда вон.

Парадоксально, и тем не менее…

И куда меня всё-таки тащат?

Свекровь продолжала что-то бубнить себе под нос. Я слышала приглушенные шаги нескольких человек. Скорее всего, идут по потайным ходам. Неудивительно.

Но затея глупая. Валериану я без надобности, разве что снова будет угрожать и шантажировать, чтобы извлечь свою выгоду.

— Ну и видок у нее, конечно, — недовольной змеюкой шипела свекровь, — волосы в ужасном состоянии… одежда мужская. И это благородная дама? За что мне такое наказание…

Ну, даже не знаю. Может, за злобный характер? Только сама она вряд ли догадается. Такие люди редко замечают соринку в собственном глазу.

Что-то скрипнуло, и сквозь мои закрытые веки пробился свет факела.

— Куда направляетесь в столь поздний час? И что это у вас… — послышался голос стражника.

А он тут откуда взялся? Видимо, Ройм позаботился о дополнительной охране.

Только мои похитительницы были готовы к подобным осложнениям. Секунда — и тяжелое тело стражника осело на каменный пол.

Меня понесли дальше.

Свекровь бубнила что-то еще, но я уже не слушала.

Стоило до слуха донестись знакомому звуку, как я прислушивалась только к нему. Едва различимый рык животного.

То, что это пёся, я поняла сразу. А следом почувствовала на лице ветер.

Ко мне начала возвращаться чувствительность. Наверное, я съела слишком мало отравы. Что ж, оно и к лучшему. Главное, чтобы этого не поняли мои похитители.

Спустя какое-то время меня опустили на траву.

— Он уже должен быть здесь, — заволновалась свекровь.

Через мгновенье раздался шум крыльев. Раньше, помнится, дракон летал беззвучно… очевидно, ранение дало о себе знать.

С

— Зачем ты хотела меня видеть? — раздался его недобрый голос.

Я лежала, едва дыша, представляя, какими глазами блондин смотрит сейчас на мать.

— Валенька, — начала та жалобно, — я вернула тебе истинную…

Воцарилась тишина.

— Она мертва?

— Возвращала бы я её, будь она мертва?

— Так умертви! Тогда род этого нажьего ублюдка прервется наверняка!

Кажется, кто-то был очень зол из-за раненого крыла и винил во всём меня…

Настолько зол, что позабыл про пользу, которую я могу принести. Драконы… кто-то их вообще любит, кроме их родни?

— Что? — свекровь казалась ошарашенной.

Меня спасло ее самоволие. Вместо того, чтобы обговорить с сыном свою затею заранее, она решила сделать ему сюрприз. И это спасло мне жизнь.

Вернее, продлило ее до этого самого момента.

— Она не моя истинная, — выдохнул Валериан, — никогда ею не была!

— Тогда зачем ты…

— Разве не очевидно? Чтобы досадить этому предателю!

Сквозь мои веки пробился свет, словно бы к лицу поднесли факел. Я почувствовала на коже тепло, и ресницы задрожали.

Кажется, вечер переставал быть томным. Да, где-то неподалеку поджидал пес. Я безумно рада, что он выжил. Но один он точно не сможет меня спасти…

И что остается? Только опомниться в самый неожиданный момент и рвануть в лес со всех ног.

— И что же дальше, дорогой? — поинтересовалась свекровь.

— Захват замка… верные вассалы скоро будут у его стен. Моя истинная ещё найдется, но у Ройма ее быть не должно!

Я буквально кожей ощутила на себе чужие взгляды и поняла, что пора. Да только предпринять ничего не успела.

Меня подняли на руки. Легко, как пушинку, и бережно, как драгоценность.

От неожиданности даже глаза распахнулись.

— Ты очень ошибаешься, если считаешь, что я позволю тебе причинить вред этой девушке, — прорычал Грэм, прижимая меня к груди.

Он посмотрел в моё лицо, и я невольно перестала дышать, заглянув в рубиновые глаза.

Оборотень выжил. Как же мне повезло…

Валериан в секунду превратился в огромного белоснежного ящера. А в следующую в нас полетела струя яркого пламени. Я успела только сжаться в комок и сдавленно пискнуть.

Грэм только рассмеялся. Его глаза отразили пламя, и оно растаяло на подлете. Меня опалило жаром. Лишь слегка, не задев даже искрами.

Дракон сузил сиреневые глаза.

— Одаренный шерстяной гад… — прошипел он и взмахнул крыльями.

Грэм аккуратно опустил меня на ноги, но я продолжала держаться за его тунику. Колени немилосердно дрожали, и вряд ли бы я смогла стоять самостоятельно.

Оборотень не возражал.

Ему подали арбалет, и мужчина прицелился во взлетающего ящера.

— Нет! — взвизгнула свекровь и кинулась было к нам, но ее перехватили остальные шерстяные.

Их было несколько десятков.

Кажется, кто-то подготовил свою собственную армию…

Резко свистнула стрела, и я зажмурилась. Дракон взревел, но Грэм не спешил радоваться успешному выстрелу.

— Еще стрелу! — приказал он резко, — вон летит второй.

42

Не знаю отчего, но Ройма вдруг стало жаль. Стоило Грэму вложить стрелу в арбалет, как я схватила его за запястье, мешая прицелиться.

Мужчина опустил голову и вглянул на меня вопросительным взглядом.

— Не надо, пожалуйста, — прошептала я, мысленно обмирая от этого пристального внимания.

— Хочешь вернуться к нему?

Мотнув головой, я опустила чужую руку, чтобы снова уцепиться за его тунику.

Он всё понял верно. Отдал оружие кому-то из своих и снова поднял меня на руки. Я не переставала восхищаться той легкости, с какой Грэм умудрялся это делать. Словно весила я не больше кошки.

Этот мужчина был силён, как дракон. И гораздо более благороден.

Ройм приземлился неподалеку от нас, нервно поводя черными крыльями.

В его сторону тут же повернулись сотни заряженных арбалетов. Армия шерстяных времени не теряла, подготовившись к встрече очередного гостя. И правда, куда проще стрелять по неподвижной цели.

Где-то вдалеке продолжал реветь раненый белый дракон, и это заставляло его брата нервничать. Однако он не развернулся на полдороги и всё-таки приземлился, даже заметив, с кем предстоит встретиться.

И прибыл совершенно один. Глупость или смелость?

Встряхнувшись, дракон принял человеческий облик и оглядел нашу милую компанию, остановив свой взгляд на мне.

Не укрылось от него и присутствие свекрови. А ведь Ройм не дурак и наверняка смог понять, что к чему.

Так и вышло. Он шагнул вперёд, не обращая внимания на направленные в его сторону арбалеты.

Прошел мимо свекрови и группки понуренных женщин в белых хламидах, и остановился в нескольких метрах от нас с Грэмом.

Странно, но сейчас, любимой кошкой лежа в руках этого огромного мужчины, я почувствовала себя, как дома. В уютном теплом кресле под защитой каменных стен. И пусть снаружи бушует хоть смерч, хоть ураган.

Мне будет нипочём. Даже странно. И совсем не страшно.

— У тебя моя истинная, — констатировал Ройм очевидное.

— Неужели? — усомнился Грэм.

Я закусила губу. Очень хотелось захихикать, как маленькая девочка, беззаботно болтая в воздухе ножками.

— Я хочу её назад, — не унимался очередной дракон.

— А ты спроси, хочет ли она?

Нет, ну что он творит, а? Я так и замурлыкать могу. Его твёрдая полуобнаженная грудь грела мой бок сквозь прореху в светлой тунике.

Неужели некому зашить?

Ройм сжал челюсти, и я уставилась на него снисходительно. Не ожидал, дорогой? Думал у брата меня отобрать в очередной раз? А тут вооруженная армия. Ха!

И они защищают меня. Пусть и с определенной целью, но всё же. Осознавать это было безумно приятно.

Ройм обжег меня взглядом.

Представляю, как я сейчас выглядела. Помятая, взлохмаченная, выглядывающая из гнезда чужих рук, как осиротевший птенец. В общем, на истинную не тянула.

— Ася… — начал дракон, на что я только мотнула головой.

— Неа.

К чему тратить время, наблюдая за чужими унижениями? Всё-таки Ройма, в отличие от его белобрысого брата, я немного уважала. Совсем чуть-чуть, и вовсе не настолько, чтобы жертвовать ради него своей свободой.

— Я не вернусь с тобой в Эдинхайм, извини.

— Ты услышал? — Грэм дракона не уважал, поэтому наблюдал за его фиаско с явным удовольствием.

— Я не глухой… — отозвался тот.

— Зачем она тебе, дракон?

— Она…

— Не лги.

Оборотень был спокоен, как удав. И очевидно знал что-то, о чем я была не в курсе. И поэтому замерла, вся превратившись в слух.

Ройм уставился на него с величайшим подозрением.

— Она не твоя истинная, — огорошил Грэм с железобетонной уверенностью в голосе. — И никогда ей не была. Ни твоей, ни твоего брата. Хватит лгать, чешуйчатый. Твоя истинная сидит, надежно спрятанная в замке, осталось только жениться, не

Сиреневоглазый сглотнул, отведя взгляд всего на секунду, но я поняла, что Грэм прав.

Ройм меня обманывал… Хотя, чему тут удивляться, он же дракон! А эти драконы поголовно лжецы и мерзавцы. Мне ли ни знать?

Выходит, та брюнетка, которую он представил мне шпионкой, на самом деле его истинная?

Но как же тогда метка? И зачем ему я? Из-за дара?

Ведь даже жениться хотел.

Я перевела хмурый взгляд с Ройма на оборотня. Тот улыбнулся уголками губ.

— Его истинная — безродная крестьянка, — пояснили мне, — он её стесняется. А ты, Ася, благородная дама из достойной семьи, к тому же с ценнейшим даром. И безумно привлекательная девушка. А детей от истинной всегда можно выдать за твоих.

Я моргнула.

— Откуда вы знаете про истинную?

— Разведка, — усмехнулся тот фирменной улыбкой профессионального лазутчика.

Хотя, наверное, скорее он ими руководил. Интересно получается. Могущественные крылатые ящеры оказались подвинуты простыми приземленными людьми. Ну, почти простыми.

И тем не менее.

— Но метки…

— Это простейшая магия, Ася, — объяснили мне спокойно, — ничего особенного в этом нет.

Он накрыл мое запястье своей большой ладонью, и на коже тут же начал расцветать золотистый рисунок.

Я смотрела на изящный, разрастающийся браслетом узор и понимала, что меня талантливо развели два дракона.

Два беспардонных чешуйчатых гада. Похитили, шантажировали, обманули… Один так вообще хотел убить.

— Спасибо. Теперь я знаю.

— Не за что. Хочешь отомстить?

Я подняла голову и презрительно посмотрела на напрягшегося Ройма.

Месть? Сейчас? Нет… месть — это блюдо, которое подают холодным.

Возможно, когда-то мне и захочется угостить им этих сиреневоглазых гадов. Но определенно не сейчас и не чужими руками.

Поэтому я дернула головой и отвернулась.

Грэм улыбнулся, согревая взглядом.

— И правильно, — прошептал он, обдавая мой висок горячим дыханием, — драконы уже отомстили сами себе. А знаешь как?

43

— Пока они занимались дворцовыми интригами и пытались удержать власть, они ее потеряли, — прошептал оборотень, не отрывая взгляда от недовольного Ройма.

Не сомневаюсь, тот все прекрасно слышал. Красноглазый усмехнулся.

— Все союзники от них отвернулись, посчитав, что драконы слишком слабы и больше не годятся править королевством, раз уж не в силах навести порядок даже в собственной личной жизни.

— Не сомневаюсь, что и ты приложил к этому руку, — прорычал Ройм.

— И правильно делаешь, — оправдываться Грэм не собирался, — скажешь, что без причины?

Дракон отвел взгляд.

Да, оборотень прав, такому нельзя доверить власть. Даже мне было ясно, что на троне должен сидеть некто непоколебимый. Тот, кто не станет опускать глаза, даже когда ему в них будут тыкать ужасной правдой.

— Я понял, — констатировал он, снова глядя на нас с Грэмом, а затем развернулся, чтобы принять облик дракона.

Что, неужели смирится просто так? И даже мачеху со служанками не заберет?

Мой красноглазый оборотень, кажется, был со мной солидарен.

— И куда же ты собрался, милый друг? — протянул он почти ласково, — разве я тебя отпускал?

Дракон медленно повернул к нему узкую черную голову.

Алые синхронно вскинули арбалеты.

— Ты угрожаешь мне, оборотень? — прорычал крылатый ящер. — Мне⁇

Грэм закатил глаза.

— Завтра мы увидимся снова. Здесь же в прежнем составе, чтобы заключить мирный договор на моих условиях. Если не явишься — разговор будет другим, и мира тебе не видать. Как и трона.

Дракон сузил глаза, а затем резко развернулся и взлетел.

Очень смело с его стороны. Ну, или очень безрассудно. Подставлять единственный хвост под острия стрел огромного количества арбалетов.

Но я уже давно поняла, что драконы — это нечто очень странное и нелогичное.

Грэм не собирался нарушать собственное слово и не отдал приказа стрелять. Алые опустили арбалеты.

Оборотень кивнул на жавшуюся к опушке свекровь с ее приспешницами.

Несколько человек выдвинулись к ним.

— Вас проводят до замка, — озвучил Грэм насмешливо, — раз уж ваш сюзерен не удосужился.

Полагаю, что этих там будет ждать холодный приём.

Не выпуская меня из рук, красноглазый шагнул в чащу. И я решилась подать голос:

— Куда мы?

— В домик лекаря. Тебе разве не туда хотелось?

Я кивнула.

— Он уцелел?

— Отремонтировали.

Счастливо вздохнув, я задумчиво уставилась на макушки деревьев, покачивающиеся высоко над головой.

Где-то вдалеке продолжал реветь дракон. Явно что-то нецензурное.

— Что вы сделаете с Валерианом?

Теперь сомнений не было, что сделают обязательно. Ведь тот еще гад.

— Запрём до лучших времён, — сообщили мне загадочно, — которые для драконов больше никогда не наступят.

Не могла не порадоваться. Очевидно, эти чешуйчатые насолили не только мне.

— А наги?

— А что с ними? Они отправятся обратно на свой остров, где им и самое место. Мы долго копили силы, чтобы дать отпор всем этим гадам. И теперь от нас не уйдет никто.

Мёд для ушей… но, если Алые-таки собрались с силами настолько, что могут раскидать всех врагов по углам, так может и меня смогут отправить обратно в мой мир?

Я озвучила вопрос, удостоилась странного взгляда, и решила, что стоит пояснить:

— Герх, один из нагов, брат Ройма. Он похитил меня из моего мира, когда их оракул указал на меня, как на одаренную.

Я коснулась слабо пульсирующей на груди метки в форме бабочки. Грэм поджал губы, и стало понятно, что хороших новостей не будет.

— Ты умерла в своем мире, ведь так? Это одно из условий попадания сюда, а значит…

Судорожно вздохнув, я кивнула. Да, именно так всё и было. Чёртов наг… и что он получил? Ничего! Даже спасибо ему правитель не сказал.

Так стоило ли оно того?

— Я понимаю, этот мир не лучше родного, — низкий мужской голос чуть вибрировал в его широкой груди, напоминая мурлыканье огромного кота, — но и в этом есть свои прелести. Их станет еще больше, как только проблема драконов и нагов будет устранена.

Оставалось только надеяться. Ведь от меня это не зависело никак.

Я снова посмотрела на очередную метку на запястье. На этот раз золотистая, она нравилась мне куда больше прежней. Если серебряная драконья имела растительные мотивы, то в этой прослеживались животные: профиль волка, взмах орлиного крыла, кошачий глаз.

Красиво. И отчего то вдруг захотелось спросить:

— А у вас, Алых, тоже есть истинные?

Мы были почти на месте. Выйдя из чащи на знакомый двор, мужчина остановился у запертых дверей и опустил голову, чтобы согреть меня рубиновым взглядом.

— Нет, у нас нет никаких условностей. Мы любим просто так.

Я закусила губу, которую едва собиралась раскатать. И с чего это вдруг я так разволновалась? Ну смотрит, ну держит на руках, ну

Зато как смотрят.

Почти как на еду. Так, стоп! А вдруг и правда, как на еду? Хотя нет, Густав уверял, что Алые в этом плане ничем не отличаются от обычных людей.

Тогда отчего он на меня так смотрит?

— Грэм? — прошептала я внезапно охрипшим голосом, завороженная рубинами чуть светящихся в полумраке глаз, — а у вас кто-то есть?

— Есть, — отозвался тот таким же хриплым шепотом, и я задержала дыхание, поняв, как сильно опростоволосилась.

Лучше б молчала, честное слово.

Кивнув, я отвела взгляд и заерзала в чужих объятиях. Но меня не спешили выпускать.

— Есть, — повторил он мягко, — и я держу ее сейчас в своих руках.

44

Что? Я даже ёрзать перестала, никак не ожидав таких слов.

Это он сейчас… обо мне?

Горячие пальцы скользнули по моей щеке. Я прекрасно понимала, что выгляжу сейчас просто ужасно. Но это, кажется, интересовало его меньше всего.

Мужчина смотрел на меня с легкой полуулыбкой, как на нечто поистине прекрасное. И я никак не могла поверить в происходящее.

На щеках начал пульсировать горячий румянец.

Я что, краснею? Когда такое вообще случалось?

Чужие пальцы коснулись моего подбородка и чуть приподняли лицо, и где-то в лесу вдруг громко хрустнула ветка.

Грэм медленно повернул голову. Из чащи показалась светлая макушка нашего общего знакомого.

Его взгляд мне не понравился.

— Густав… — бросил Грэм, осторожно опуская меня на землю.

Мои ноги чувствовали себя гораздо лучше и подламываться уже не хотели. Но всё же я держалась за чужую руку. Так, на всякий случай.

— Оставляю Асю на тебя и Тиаго.

Тиаго?

Следом за блондином из-за деревьев показался пёс. Подбежав ко мне, шерстяной друг вильнул хвостом и уперся мордой в мои колени. Я погладила его по ушастой голове.

— Так значит, ты Тиаго.

Густав кивнул и шагнул ко входу в дом. Распахнув дверь, он жестом пригласил меня внутрь.

— Я буду рядом, — прошептал Грэм.

Я посмотрела на блондина.

Как же невовремя он появился… или наоборот, вовремя? Румянец всё никак не желал сходить с моих щек, и я даже порадовалась, что еще не так светло, чтобы как следует его разглядеть.

Но от Грэма, полагаю, не скрылось ничего.

Улыбнувшись, тот мягко поцеловал кончики моих пальцев, и я сконфуженно отвернулась, кусая губы. Войдя в дом лекаря, едва заставила себя направиться к лестнице, а не броситься к окну, чтобы еще раз взглянуть на этого необычного мужчину.

Густав проводил меня в комнатку на втором этаже.

Я поблагодарила, на что парень хмуро кивнул.

— Всё в порядке?

Он вскинул подбородок.

— А что может быть не в порядке, Ася?

Я пожала плечами.

— Выглядишь подавленным, поэтому и интересуюсь, не случилось ли чего?

Тот опустил взгляд, словно его вдруг очень привлекли носки собственных кожаных мокасин.

— Всё хорошо, — проговорил со вздохом, — мне всего лишь немного грустно оттого, что вскоре ты не сможешь помогать мне с клиентами.

— С чего ты взял? Ведь Грэм обещал…

— Грэм станет новым правителем королевства, — одернул тот с железобетонной уверенностью в голосе, — и заберет тебя в Эдинхайм.

Что⁇ Нет, это не замок, это какое-то проклятье…

— С чего бы ему это делать? Разве у Грэма были планы по захвату власти? Ведь он за простой народ! Ты сам это говорил.

Густав снисходительно улыбнулся.

— То, что он за простой народ не значит, что, избавив людей от драконьего гнёта, Грэм позволит взять власть кому-то ещё. Как говорится, хочешь сделать что-то хорошо, сделай сам.

Ну, допустим. Прозвучало вполне логично.

— А с чего бы ему забирать меня в замок? Куда он денет Ройма с его истинной?

Кажется, я снова покраснела.

— Отправит к нагам. В конце концов, тот наполовину наг.

— И всё-таки это всего лишь предположение.

Густав пожал плечами. Он развернулся и вышел, пожелав мне спокойной ночи. Только я теперь засну вряд ли.

Грэм не дракон, он совсем другой. Об этом кричали все его поступки. Сам мужчина особо разговорчивым не был, что тоже говорило только в его пользу.

Сомневаюсь, что предводитель алых станет неволить меня, как те драконы. Да и с чего бы? Я ему никто. Пока что… и вряд ли стану, если слова Густава вдруг подтвердятся.

В это не верилось ни на секунду, но всё же блондин смог заронить сомнение в моей душе.

Как бы ни хотелось верить единственному мужчине среди толпы местных кровожадных монстров… не исключено, что я снова могла ошибаться.

Доверяй, но проверяй. Сняв с себя мужскую одежду, я шагнула в ванную. Повернула загудевший кран и отстранённо пронаблюдала, как теплая вода наполняет маленькую латунную ванну.

После чего залезла в нее целиком.

Утро началось на диво мирно. Я даже удивилась, открыв глаза в наполненной утренним солнцем комнате. Ночь прошла спокойно… даже странно.

Никто меня не похитил, никто не шантажировал и не пытался отравить. Никто не ворвался в дом.

Не сомневаюсь, что всё это заслуга Грэма. Теперь драконов здесь не увидят. Да и нагов заодно. И это грело душу.

В прекрасном настроении я привела себя в порядок. Подравняла ножницами неровно обрезанные волосы, нашла в шкафу комплект свежей одежды. Такой же неподходящей по размеру, как и предыдущая, ну что ж. Зато она была.

Натянула на себя мужскую рубаху, подкатав рукава. То же самое проделала и со штанами.

А через минуту в дверь постучали. Густав приглашал к завтраку. По всему дому разносился аромат яичницы с зеленью и свежевыпеченного хлеба.

В кои-то веки я почувствовала себя на своём месте.

Сам лекарь вставал ни свет ни заря. Он уже позавтракал и возился в саду с пчелами. Поэтому в кухне мы были с Густавом и Тиаго.

Пёс с аппетитом поедал похлебку из миски в углу, а мы сидели за столом, думая каждый о своём за чашкой теплого морса.

И я расслабилась, предвкушая такой же спокойный умиротворенный день.

Как оказалось, очень зря.

Стоило мне допить свой морс, как послышались торопливые шаги, и входная дверь содрогнулась от ударов.

Густав подскочил, чтобы ее распахнуть. Я увидела ту самую бабку, которая скорее всего и сдала меня нагам. Взлохмаченная и запыхавшаяся, та кинулась ко мне.

Упала в ноги и схватилась скрюченными пальцами за штанину.

— Помогите ради всех богов! Мой внук…

45

— Ваш внук… что?

Бабке я не верила ни на минуту. Хватило мне ее предыдущего перфоманса. И где гарантии, что это

— У Леона снова припадок? — встрял Густав.

Бабка яростно закивала.

— Очень сильный, — рыдая, она утирала слезы моей чересчур широкой штаниной, — такого еще не было… а ваша микстура не помогла!

Блондин поджал губы и скорбно посмотрел на меня.

Я нахмурилась. Ну, если всё действительно так, как она говорит…

— Проводишь?

— Густав серьезно кивнул.

— И Тиаго с собой возьмём.

— Разумеется.

Радостная бабка вскочила, будто помолодела на пару десятков лет, и засеменила на выход, шепча благодарности.

Вся эта затея мне очень не нравилась. Но Густав не выразил должного беспокойства. Да и пёся был рядом.

— Ты уверен в её благонадежности? — спросила я его всё-таки мимоходом, — ведь в прошлый раз…

Тот посмотрел на меня удивленно.

— Да, я помню. Но у нее действительно больной внук. Одно время он чувствует себя вполне сносно, но эти приступы… — блондин склонился чуть ниже, чтобы прошептать мне на ухо, — не такая уж она и старая на самом деле. Это переживания состарили её раньше времени. Семья погибла от лихорадки, один внук остался, да и тот больной.

Ну что ж, раз так, то я просто обязана помочь. А под защитой и не страшно.

И всё-таки я не спускала с подозрительной бабки глаз.

Мы прошлись по утреннему городку. Жители просыпались и спешили по своим делам.

Как и обещал Грэм, наги исчезли. Видимо, скооперировались вокруг Ройма. Ведь теперь они ему нужнее всего. Трон под драконом зашатался, и нужно было собрать все силы, чтобы не дать ему рухнуть.

Честно говоря, сейчас меня больше всего волновал грядущий вечер.

Вряд ли Ройм мирно отдаст власть Грэму. Что-то подсказывало, будет самая настоящая бойня… и от этого становилось не по себе.

Только я понятия не имела, как смогу помочь.

Сколько там тех нагов? Хватит ли на них Алых? Да и Валериан, помнится, обещал подогнать союзников…

Кем они будут? Подкреплением, или же третьей стороной?

Мне, как беспомощной женщине, оставалось только переживать в стороне. Ну, или принести пользу позже с помощью дара.

Бабка семенила далеко впереди, поэтому я решила задать Густаву пару волнующих вопросов.

— Ты тоже идешь сегодня вечером на подписание договора?

— Нет, — помрачнел тот, — Грэм велел присматривать за тобой.

Щекам стало тепло. Да что ж такое, почему я все время краснею?

Пришлось на всякий случай отвернуться.

— Так может отправимся вместе? Заодно будем в курсе событий.

Иначе я с ума сойду от переживаний…

Блондин поджал губы.

— Грэм нас за это не похвалит. Вернее, меня. А точнее, он из меня лепешку сделает, так что нет. Поступим, как велено.

Я страдальчески вздохнула.

— А мы потом вернемся заранее! И сделаем вид, что никуда и не выходили.

Тот решительно мотнул головой.

— Это может быть опасно. Самое безопасное место для тебя сейчас здесь, в городе. Ни одна тварь сюда не прошмыгнёт. Алые контролируют.

— Наги стеклись к Эдинхайму?

Густав кивнул.

— Думаешь, будет бойня?

Он сделал вид, что задумался, но от меня не укрылась проскользнувшая в его взгляде неуверенность.

— От драконов можно ожидать чего угодно, но Грэм не так глуп, чтобы просто подставиться под удар. Думаю, у него есть козырь в рукаве.

Очень хотелось верить. Теперь моё собственное благополучие зависело только от этого необычного мужчины.

Но как-то же ему удалось дважды подстрелить одного дракона и поставить ультиматум другому. А еще он прогнал армию нагов, и у него собственная шпионская сеть под носом у Ройма.

Оставалось только верить в лучшее.

Мечтательно вздохнув, я на минуту представила, что завтра наступит такое же уютное беззаботное утро. Я спущусь к завтраку, где меня встретит Грэм.

Он расскажет, что драконы больше не побеспокоят. Никто не станет за мной охотиться и пытаться сделать своей собственностью.

От одной только мысли хотелось петь во всю глотку.

Как всё-таки приятно мечтать. Но разве я не заслужила хоть немножечко счастья? Сколько я уже здесь? Сама не знаю. Давно потеряла счет времени.

Но каждый день в этом драконьем мире я была вещью, которой каждый из местных монстров хотел завладеть. Никто не считался с моим мнением. Никто, кроме Грэма.

Никогда бы не подумала, что мне придется полностью зависеть от мужчины. Всегда привыкла рассчитывать только на себя. Но здесь, в этом особенном мире по-другому не выходит.

Да и от такого, как Грэм, зависеть очень даже приятно.

Я закусила губу, рассматривая приземистую каменную избушку с аккуратной черепичной крышей.

— Сюда! — позвала бабка и юркнула в низкую дверь.

Мы шагнули следом.

Внутри царил полумрак. Бабка стояла у печки, обеспокоенно глядя на прислоненную к ней скамейку. Там лежал завернутый в лоскутное одеяло недвижимый мальчик лет пяти.

Густав нахмурился, и я двинулась к ребенку, чувствуя, как запульсировала метка.

— Вот, — всхлипнула несчастная родственница, трогая лоб ребенка.

Я приблизилась. Малыш словно и не дышал, бледный, как привидение.

Пальцы коснулись холодной щеки, и я тут же отдернула руку.

— Что? — в глазах пожилой женщины стояли слезы.

Я промолчала. А ведь она и правда не так уж и стара… сейчас, глядя на нее так близко даже в полумраке комнаты, можно было сказать, что той не больше пятидесяти.

Рука снова потянулась к холодному лбу малыша. Только я не была уверена наверняка, смогу ли теперь помочь.

Но ведь Герх говорил, мой дар жизни потому и уникален, что я могу невероятное… пальцы нестерпимо закололо знакомой пульсацией.

От самого сердца к ним протянулись нити тепла, и я зажмурилась, отчаянно желая, чтобы они помогли.

Потому что этот ребенок совершенно точно был мертв.

46

Ладони горели волшебным теплом. Каким-то невероятным образом оно грело и безжизненное тело под моими пальцами.

Всё вокруг исчезло. Осталась только странная неведомая магия, в которую воплотилось моё жгучее желание спасти.

Я закрыла глаза, чтобы не видеть мертвого лица. Вместо этого представила его живым, смеющимся и теплым.

Несчастная бабка тихонечко всхлипывала в стороне.

Эта предательница не заслужила подобного наказания. Даже не знаю, что нужно сделать, чтобы заслужить такое вот…

Она мне не нравилась, но у нее явно были свои мотивы. Я успела разглядеть дом. Минимум обстановки, прохудившаяся крыша и запах сырости.

Одежда на женщине тоже не отличалась новизной, а печку так и вовсе неплохо бы заменить.

Всё здесь кричало о бедности. Так была ли эта женщина подлой сама по себе? Вряд ли. Скорее просто пыталась заработать, чтобы выжить самой и вырастить единственного внука.

Ведь наверняка ей что-то перепало за то, что сдала меня нагам.

Магия иссякла, а идущие

Я открыла глаза.

В полумраке нельзя было понять, порозовела ли его кожа. Но мои собственные пальцы озябли, растеряв магическое тепло.

Все замерли в ожидании. Секунда, две, полминуты.

А потом за моей спиной заскулил Тиаго, заставив вздрогнуть.

Еще мгновенье спустя малыш открыл глаза и громко закашлялся.

Бабка упала на колени. Я медленно выдохнула. Густав шагнул ко мне, чтобы похлопать по плечу.

— Бабуля? — скрипуче пробормотал малыш, приподнимаясь с лавки.

У той дрожали губы. По морщинистому лицу лились ручьи слез.

— Почему ты плачешь, бабуля?

Она кинулась его обнимать, рыдая в голос. Целовала маленькое лицо, судорожно поправляя на ребенке ветхое одеяльце, исступлённо гладила его по голове дрожащими руками.

Стало понятно, что мы тут лишние. Я попятилась назад. Краем глаза заметила, что Густав оставил на столе у окна тихо звякнувший мешочек.

Но бабка не дала нам уйти. Усадив внука на скамейке, она вручила ему сухарик и бросилась к двери.

Захлопнув ту перед нами, женщина резко обернулась и зашипела:

— Вам нельзя выходить!

Я моргнула.

— Что?

— Это всё наги, — прошептала она, боязливо оглядываясь. — Они могут попасть сюда через подземный ход. Это они убили моего Леона! Грозились, что сделают это, если я вас не приведу… но я привела, а они!

За моей спиной напрягся Густав, а Тиаго насторожил уши, принюхавшись к запертой двери.

— Где они сейчас? — спросил блондин. — Где этот ход?

— В колодце на заднем дворе, и они ждут, когда вы появитесь, чтобы схватить помощника лекаря.

Я невольно отступила назад.

— Сколько их? — нахмурился Густав.

— Много. Они хотят только помощника. Остальных убьют.

За дверью послышался шорох.

— Прячьтесь, — бабка кивнула на люк в полу. — Там погреб с выходом в сарай. Переждёте, пока всё не стихнет.

Я схватилась за руку Густава.

— Откуда нам знать, что ты нас не предашь?

Снова…

— Не предам! — поджала та и без того тонкие губы, — иначе позволила бы вам выйти.

За окном мелькнула тень, и бабка кинулась к погребу, чтобы распахнуть тяжелый люк. Густав прыгнул в него первым, я спустилась следом, а Тиаго кинулся за нами.

Для пса всё это было игрой. Хоть кто-то не испытывал страха по поводу внеочередного нападения нагов.

— Значит вот так, да? — прошептала я, задрав голову.

Сквозь рассохшиеся доски пола вполне можно было видеть, что происходило в избе.

Бабка захлопнула люк, отрезая нас от света. В погребе было пусто, прохладно и пахло сыростью. Пёс приблизился ко мне, усевшись у ног и грея теплым шерстяным боком.

В тишине погреба мы четко расслышали звук скрипнувшей двери.

Доски вздрогнули под чужими шагами. Тиаго напрягся, и я вплела пальцы в густую шерсть на его загривке, мысленно умоляя не издавать не звука.

— Где они? — послышался низкий зловещий шепот.

Захныкал ребенок.

— Ушли! — бабкин голос звучал растерянно. Оставалось только подивиться ее актерскому таланту, — а вы разве не заметили?

В ответ раздалось раздраженное шипение.

— Лжёшь, старая тварь! Мы следили за домом, отсюда никто не выходил! Где они⁇

— Да вы что, господа? Вон же они, с минуту назад вышли…

Но ее легенде никто не поверил.

— Обыщите эту халупу! — рявкнул наг, — быстрее! У нас мало времени.

И я вдруг сильно пожалела, что одновременно с даром жизни не обладала чем-то еще, не менее полезным. Например, умением испепелять нагов одним взглядом.

Потому что, когда люк распахнулся, мне горячо этого захотелось.

Мы замерли изваяниями в надежде, что нас не заметят. Для этого здесь было слишком темно.

Благо, мы заранее догадались отступить от люка подальше. Да только не успели найти обещанный выход в сарай.

Наг нас не увидел. Однако он оставил люк открытым.

А затем сверху снова послышались негромкие голоса:

— Их нигде нет!

Ребенок захныкал громче, и я не могла его не пожалеть. Мне тоже не нравились эти опасные гости.

— Или ты говоришь нам, где они, или мы снова придушим твоего сопляка, — недобро протянул наг, — и на этот раз спасти его будет некому!

Я рванулась с места, но Густав удержал меня за рукав.

— Они здесь… — ответила бабка, загораживая ребенка.

Я медленно выдохнула, понимая, что поступила бы на ее месте точно так же.

— Где? — прошипел наг.

— На чердаке, — всхлипнула бабка, — под сеном!

Я закусила губу.

Загремели шаги, сверху на нас посыпалась пыль. Наги толпой ринулись в указанном направлении.

Густав нащупал какую-то дверь и толкнул ее в темноту, после чего потащил меня за собой. Но я вцепилась в косяк, не позволяя ему этого сделать.

— Погоди! — прошептала, понимая, что не могу уйти отсюда просто так, — а ведь они скоро поймут, что она обманула и убьют их обоих…

47

Густав застыл на секунду, а затем зашептал:

— И что ты предлагаешь? Сдаться нагам⁇

Я не имела понятия. И правда, что я могу сделать против этих желтоглазых гадов? Сколько их там, пятеро? Десяток?

Они схватят меня и уволокут в подземелье к своему сиреневоглазому повелителю, а всех остальных в доме так или иначе убьют.

Если же я сбегу сейчас, смертей будет меньше.

Разве выбор не очевиден? Вроде бы да, но меня трясло от одной только мысли оставить людей на произвол судьбы. Ведь эта женщина пожертвовала собой, чтобы меня спасти.

— Попробую договориться, — выдохнула я Густаву в ответ, вырвав руку из его захвата, а после бросилась к лестнице.

Прошептав что-то ругательное, блондин рванул следом. Не сомневаюсь, он бы с удовольствием скрутил меня по рукам и ногам, чтобы унести в безопасное место. Ведь обещал Грэму за мной приглядывать.

Но Густав же помощник лекаря! Для того ли он тратил столько времени на спасение людей, чтобы так легко ими жертвовать?

Я не имела понятия, что собираюсь делать. В голове промелькнула мысль, что неплохо бы отвлечь гадов, уведя их подальше от дома.

И нужно как-то дать знать алым, что те просочились в городок через секретный подземный ход.

В общем, я собиралась импровизировать изо всех сил и надеялась, что это не будет стоить мне очень дорого.

Тиаго посмотрел на все это безобразие и принял собственное решение. Он завыл. Так резко и громко, что я остановилась на полпути.

Пронзительный звериный вой свербел в ушах и вибрировал в воздухе с такой силой, что, казалось, его могли слышать на всех концах лесного городка.

Даже алые… наверное, в этом и был его план. Вот только наги услышали вой первыми.

Их когтистые руки

Люк с грохотом захлопнулся.

— Быстро! — рявкнул кто-то из нагов, — они скоро будут здесь.

Мимо промелькнуло испуганное лицо старой женщины, обнимающей своего маленького внука, а потом меня вытащили из дома и понесли на задний двор к колодцу.

Допрыгалась… зато хотя бы никто не пострадал. Ну, это пока. Когда Грэм узнает, что Густав не выполнил поручение, он его не похвалит. Что ж, оставалось надеяться, что алые успеют отбить меня у этих желтоглазых гадов.

А между тем компания из нескольких, одетых в легкие кожаные доспехи похитителей буквально прыгнула в широкий полуразрушенный колодец.

Я зажмурилась, чтобы не видеть этой жуткой ледяной темноты. Но я ее почувствовала. Она коснулась меня, как живая.

Никогда не любила подземелий. А при подобных обстоятельствах и подавно.

Теперь я не смогла бы ничего увидеть даже с открытыми глазами.

Наги бежали. Я слышала только их дыхание и звуки торопливых шагов.

Где же алые? Или желтоглазые оставили кого-то, чтобы задержать моих спасителей?

Да, они оставили… позади вдруг раздался жуткий грохот. Всё вокруг затряслось, а в горле стало горько от пыли.

Они обрушили чертов колодец!

От осознания того, что меня в очередной раз несут в сторону потенциального хозяина, хотелось кричать. Но я не была сильна в боях с превосходящими меня по численности и силе мужчинами.

Поэтому приходилось сжать зубы и терпеть до тех пор, пока не увижу заказчика этого похищения. А уж там держите меня семеро! И мне наплевать, что он наполовину дракон!

Вырву все чешуйки по одной. Пусть только попробует что-то рявкнуть в ответ…

Моя злость никуда не делась даже время спустя, когда подземные катакомбы превратились в каменные. Она только усилилась благодаря ужасно затекшему телу и занемевшим от холода конечностям.

Я чертовски замерзла в тонкой рубахе, и к концу пути озверела похлеще алых отступников.

В темноте гремели засовы и скрипели замки. Судя по ним, пробраться по потайному ходу могли далеко не все.

Когда я окончательно отчаялась снова когда-либо увидеть свет, мрак рассеялся, и вокруг значительно потеплело.

Меня несли по знакомому каменному коридору в сторону верхних покоев. Вскоре обитые железом двери распахнулись, наг шагнул в них со мной на руках.

Я увидела Ройма. И он был не один.

Мужчина возвышался над массивным деревянным столом, заваленным свитками и картами. Рядом с ним стоял Герх, мой старый знакомый. Век бы его не видеть.

При взгляде на меня желтые глаза нага зажглись странным огнём.

— А вот и наша пропажа, — протянул Ройм.

Меня поставили на ноги, но те отказались меня держать. Я пошатнулась и упала. Благо, не ушиблась. На полу имелся мягкий пушистый ковер.

Но все равно приятного было мало.

— Что с ней? — послышался голос Герха.

— Пыталась спрятаться под мужской личиной.

Наг рассмеялся.

— Только дурак примет ее за мужчину.

— И тебя тоже, — прошипела я, поднимая голову, — вас обоих. Преступники.

Ройм сузил глаза, а Герх привычно усмехнулся. Ему не впервой было сносить оскорбления. Он прекрасно знал, как я к нему отношусь, и знал, что в полной мере это отношение заслужил.

— У, какие мы недовольные, — усмехнулся он, брезгливо разглядывая мою новую прическу. — Что, сдружилась с лесными зверушками?

— Любой зверь будет лучше тебя, — огрызнулась я, — а Грэм куда человечнее, чем весь ваш род!

Герх поджал губы и шагнул было ко мне, но Ройм удержал его за плечо.

— Подожди снаружи, — приказал он, и наг нехотя повиновался.

Прошел мимо, окинув меня насмешливым взглядом, после чего скрылся за дверью.

Сиреневоглазый подошел ко мне. Я бы с удовольствием поднялась с ковра, чтобы высказать ему всё, что думаю, прямо в лицо, да конечности свело судорогой. Они всё еще не согрелись после ледяных катакомб.

Поэтому, закусив губу, я смотрела на дракона снизу-вверх и ждала.

Ждала, когда это пройдет.

Мужчина присел рядом со мной. Протянув руку, коснулся пальцами моего подбородка.

— Грэм был прав, — услышала я и замерла, позабыв, что хотела сказать.

Ройм смотрел на меня полными горько сожаления прозрачными сиреневыми глазами.

— Совершенно прав в том, что драконы рабы истинности, — продолжил он, — и, если бы не она, до конца своих дней я бы хотел быть только с тобой…

48

— Но ты не согласишься быть со мной безо всяких прав, — продолжил Ройм, нехотя отпуская мой подбородок, — не так ли?

Да и с ними-то не горю желанием!

— Именно, — выдохнула я, не веря ему ни на секунду, — ты меня обманул. Обманывал с самого начала, хотя мог бы всё объяснить, и тогда многих проблем можно было избежать. А ещё твои люди убили пятилетнего малыша!

— Что?

— Охотясь за мной, они шантажировали жительницу поселка жизнью ее внука, чтобы та привела меня в ловушку!

Сиреневый взгляд похолодел.

— Я разберусь.

Но обещание не произвело на меня должного впечатления. Не теперь.

Я только покачала головой.

— И что ты будешь делать, Ройм, зная, что я не хочу иметь с тобой ничего общего?

Хотя я уже и так знала ответ. Мне лишь нужно было подтверждение, что этот мужчина окончательно упал в моих глазах.

Он со вздохом поднялся, не спеша поднимать меня следом. Видимо, решил, что мне очень понравилось сидеть на его богатом ковре.

— Нужно избавиться от алых, — проговорил он мрачно, отвернувшись к окну, — они мешают моим планам.

— Планам по захвату власти?

— Она и так уже моя…

— И что, ты всех их убьешь?

Он передернул широкими плечами, обтянутыми вышитой черной туникой.

— Только тех, кто рискнет напасть.

И я понимала, кого он имеет ввиду.

— Грэм предложил тебе мирный договор, — начала, но Ройм меня перебил:

— Ты его читала? Сомневаюсь, что там будут озвучены взаимовыгодные условия.

— Какие условия тебе нужны? На что ты согласишься?

Сейчас я готова была организовать собственные переговоры, если бы это помогло избежать грядущего насилия. Драконы и наги… они не могут иначе.

Но если у меня получится, то можно считать, я выиграла. Если мне удастся спасти хоть единственную жизнь.

Хотя, конечно же, неплохо бы все. Правители должны делать жизнь простого народа лучше, а не решать собственные проблемы за их счет. И уж тем более не сеять разрушения и смерть.

Нужен ли кому-то такой правитель вообще?

Но дракону плевать. Лишь бы под крылатой задницей располагался трон, а над головой развевалась флагами крыша надежного замка.

— Условия… — протянул Ройм невесело, — какие могут быть условия мне, законному правителю, Ася?

Я сжала зубы.

— Трон под тобой

— Нельзя быть хорошим для всех. Мои предки когда-то обидели алых, вот они и организовались в отступников. Но что мне до тех алых?

— Они тоже твой народ, разве нет? Ты не хочешь даже выслушать их пожелания?

— Мне проще их сжечь, — он обернулся, высокомерно вскинув подбородок.

Сейчас как никогда мужчина был похож на своего беловолосого брата.

— Что ж ты не сжег? И брат твой не сжег. И вообще за столько лет вы ничего не могли с ними поделать. Выходит, не так-то они и просты? Так может лучше попробовать решить всё мирным путем?

На это предложение он только снисходительно усмехнулся.

— Ты в моих руках, Ася. Мой главный козырь, моё маленькое одаренное сокровище.

Я снова встретила его взгляд.

— И на что ты надеешься? Шантажировать Грэма?

— Зачем шантажировать? Я его просто уничтожу и избавлюсь от очередного претендента на тебя, моя дорогая.

— И мое мнение тебя, конечно же, не интересует…

И снова эта снисходительная улыбка зарвавшегося хозяина жизни.

— Бессовестный, — прошептала я. — Неужели ты считаешь, что я буду с тобой только потому, что ты этого хочешь?

— Однажды тебе надоест сопротивляться. Хотя, скорее это надоест мне, — сиреневый взгляд похолодел.

— Да я лучше сброшусь с башни, чем соглашусь!

Он негромко рассмеялся.

— Вот поэтому на твоих окнах будут решетки, дорогая.

Я закрыла глаза. Меня слегка потряхивало, и я не знала, отчего. То ли от злости, а то ли оттого, что наконец начинали согреваться занемевшие мышцы.

— Мы еще посмотрим, кто кого уничтожит, — прошептала я, обнимая колени, — и воскрешать тебя я точно не стану.

Когда я проглядела момент, как Ройм превратился в собственного брата? Хотя, может всего лишь не замечала, что он всегда таким был?

Даже Валериан теперь смотрелся на его фоне куда благороднее. Тот хотя бы не притворялся.

Мужчина закатил глаза.

— Идём, провожу тебя в твои новые покои.

Он поднял меня на ноги. Покачнувшись, я ухватилась за мужскую руку.

— Ну давай, Ася, не будь такой строптивой, — улыбнулся он холодно, — попроси меня тебе помочь.

— Попросить? Ха. Это мне надо, что ли? Я и тут могу посидеть. Думаю, ждать придется недолго. Грэм разнесет твое убежище по камушку, а из тебя, мерзкая ящерица, сделает чучело на потеху толпе!

Ройм схватил меня ладонью за лицо и прошипел в губы:

— Это мы еще посмотрим!

Затем резко подхватил на руки и понес прочь.

Идти было недалеко. Взбежав по лестнице одной из ближайших башен, он пнул дверь и внес меня в просторную комнату. На окнах чернели обещанные решетки, а камина здесь не было, и я невольно закусила губу.

— Пришлю служанок, чтобы помогли привести тебя в порядок, — он брезгливо поморщился, глядя на мою одежду.

Мятую, мужскую и не по размеру.

Но мне не было никакого дела до его мнения на этот счет.

— Тебе ведь и на истинную свою наплевать, — догадалась я. — Она знает, что будет жить в одном замке с другой женщиной?

— Я поражаюсь твоей наивности, Ася, — вздохнул дракон, глядя на меня сверху-вниз, — она нужна только для продолжения рода. А ты…

— Для удовольствия.

— Ну, не без этого.

— Не сомневаюсь, тебе будет очень приятно совершать насилие. Ведь вы, драконы, только этим и славитесь!

Он протянул руку, чтобы коснуться моей шеи. Его жёсткие пальцы чуть сжали ее под горлом. Это не мешало дышать, но тревожный жест вызывал нешуточную тревогу.

Что он опять задумал?

— Ты ничего не знаешь про драконов, Ася, — протянул мужчина на грани рыка, — Пожалуй, стоит показать тебе, как мы умеем любить…

49

— Любить? — выдохнула я, стараясь не показывать своего испуга, — драконы любят только себя самих!

Он ответил мне поцелуем, от которого я не смогла уклониться. Впился в губы, как ненормальный, крепко прижимая меня к себе свободной рукой.

И это он называет любовью? Насилие! Что и требовалось доказать.

Я не делала ничего. К чему было тратить силы? Пусть решит, что победил. Якобы я смирилась с его манерами и тем, что он теперь мой новый хозяин.

Драться с агрессивными мужчинами — занятие крайне неблагодарное. Особенно когда ты маленькая уставшая женщина.

Ему понравилось меня целовать. С каждой секундой поцелуи становились все нежней, как и объятия. Минуту спустя он больше не сжимал меня, как утопающий свой единственный спасательный круг.

Только держал за затылок, чтобы не пыталась отстраниться.

Горячие мужские губы ласкали мои, пока я упиралась ладонями в его грудь. Более того, впивалась в неё ногтями. Но Ройм, кажется, этого даже не замечал.

Сердце колотилось так, словно я всё еще сидела в погребе старого дома, а над моей головой сновали опасные желтоглазые ищейки.

Дракон тесно прижимал к себе, и я чувствовала его всем своим телом сквозь тонкую ткань льняной рубашки. И чувствовала биение его сердца. Тяжелые, гулкие удары.

Этот мужчина знал, что делает. Только он явно недооценил моё к нему отношение. Решил растопить моё сердце поцелуями? Крайне наивно и чересчур самолюбиво.

Женщину не завоевать тактильными контактами, если она изначально не испытывает к тебе ничего, кроме ненависти.

Но дракону было невдомёк. Вскоре он приподнял меня за талию, чтобы поставить на носки собственных сапог.

А затем начал плавно двигаться в сторону кровати. Чужие пальцы вплелись в мои волосы, и я думала только о том, что чувствует сейчас его истинная.

Помнится, Ройм сам говорил, что между истинными существует некая связь. Наверняка та несчастная брюнетка всё прекрасно поняла. Потому и поспешила избавиться от меня сразу же, как только увидела.

Жаль, забыла ее за это поблагодарить.

Спустя секунду я полетела спиной вперед на мягкое покрывало.

На темной одежде Ройма остались отпечатки полукружий моих ногтей. Мужчина стоял, глядя на меня сверху-вниз с видом победителя. А потом принялся стаскивать с себя тунику. Одним движением рванул ее наверх и отбросил в сторону.

Я не стала ждать, когда сверху на меня упадет сто килограмм чужого веса и юркнула в сторону. И откуда только взялись силы?

Спрыгнув на пол по другую сторону кровати, я уставилась на усмехающегося мужчину. Его сиреневые глаза горели огнем, а мускулистая грудь вздымалась так, будто тот пробежал стометровку.

Не сомневаюсь, он с удовольствием продолжил бы свою демонстрацию драконьей любви, но меня она совершенно не вдохновляла.

— Как тебе не стыдно, — протянула я, понимая, что драконы и стыд — понятия диаметрально противоположные.

— Мне стыдно лишь за то, что не сделал этого раньше, — ответил

Бежать мне было некуда, и потому я сделала единственную логичную вещь. Юркнула под кровать.

Благо, та оказалась большой, массивной и имело достаточное пространство, чтобы я могла пролезть.

Забравшись на середину, обняла себя руками и поджала ноги, чтобы Ройм не смог достать.

— Ася… — протянул тот сокрушенно, — неужели я так плохо целуюсь?

В его голосе слышалась улыбка, и мне стало противно.

— Что бы ты сделал, если бы твоя истинная тебе изменила? Ведь для нее это тоже повинность, верно? И вдруг она встретит своего любимого… что ты станешь делать тогда?

Кровать надо мной скрипнула. Я увидела чужие ноги и половину лица.

— Я не собираюсь вести с тобой душеспасительных бесед. Я взрослый мужчина и четко обозначил свою позицию. Ты не сможешь сидеть там вечно, так к чему откладывать неизбежное?

Я только вздохнула, понимая, что он прав. И лучше бы Грэму поторопиться с моим спасением.

— Ты насильник, Ройм. Преступник, лжец и бессовестный человек. Эгоист, которому нет дела до чужих горестей. Даже мои чувства тебя не интересуют. Только свои собственные.

И как он умудрялся так талантливо притворяться другим? Все в этом дворце лживые насквозь. Испорченные властью, деньгами и чувством собственного превосходства над теми, кто эти блага им даровал.

— Ну почему же…

Через секунду кровать дернулась, поднялась и с жутким грохотом опустилась в метре от меня. Кажется, даже камни пола затряслись.

Сглотнув, я подняла взгляд. Губы горели. Надо мной стоял обнаженный по пояс Ройм.

— Если бы я не заботился о твоих чувствах, то задрал бы тебе платье в первый же день знакомства, Ася. Видишь, как долго терпел. А теперь иди сюда.

Он протянул ладонь в надежде, что я за нее уцеплюсь.

Но я продолжала сидеть. Пол подо мной всё ещё дрожал, и дракон не мог этого не заметить. Он опустил ладонь и огляделся, хмуря брови. А потом шагнул к окну.

Из коридора послышались торопливые шаги. Они приблизились, и в дверь постучали.

Ройм обернулся.

— Войди.

Показался один из нажьих стражников.

— Алые, — выдохнул он торопливо. — У ворот вместе с людьми бывшего правителя. Они объединились.

Вздохнув. Ройм покачал головой.

— Ну что ж, так даже проще. Лучше разделаться с ними оптом, чтобы сэкономить силы на вечер.

Подмигнув мне, мужчина подобрал свою тунику и шагнул к выходу.

Дверь за ним захлопнулась. Прогрохотал стальной замок. Меня заперли.

Поднявшись, я метнулась к окну.

За ним простирался бесконечный зеленый лес с редкими вкраплениями черепичных крыш. Я влезла на подоконник, чтобы разглядеть, что происходило у самых стен и ахнула: насколько хватало глаз, там кишели люди… огромная армия алых.

Грэм пришел за мной.

50

Позади меня вдруг снова загремел замок, и дверь распахнулась. В комнату вошла темноволосая девушка в светлом платье. Та самая брюнетка… истинная Ройма.

От меня не укрылась сияющая на ее руке метка. Мало того, что та обвивала запястье, так ещё и вела под рукав, шевелясь, как живая, и цветя красивыми серебряными бутонами.

Что ж, это далеко не та жалкая метка, которой наделили меня. Не то, чтобы я жалела или завидовала. Просто сам факт заставил в очередной раз почувствовать себя обманутой.

Гостья осматривала меня с таким же любопытством, как и я ее. Только в глазах этой девушки сквозила неприкрытая ревность.

Что ж, видимо, я ошиблась насчет того, что истинность для нее не в радость. Она любит Ройма. Ну, или, как простолюдинка, удостоившаяся великой чести стать невестой дракона, не желает ни с кем его делить.

— Я пришла, чтобы вам помочь, — прошептала она наконец, воровато оглянувшись.

— Как?

Я не торопилась радоваться этой новости. Кто её знает, эту странную незнакомку. Может она явилась только затем, чтобы устранить конкурентку?

— Помогу вам сбежать. Войско у ворот, вы выйдете к ним, и тогда кровопролитья можно будет избежать.

Я с подозрением сузила глаза.

— А не боишься последствий? Ройм тебя за это по голове не погладит.

На это брюнетка лишь передернула плечами.

— Я его истинная, — протянула она не без нотки самодовольства, — он не сделает мне ничего.

Разве что изменит в очередной раз… М-да, сомнительная всё-таки привилегия быть истинной дракона. Но кому-то, как вижу, даже нравится.

Пожав плечами, я шагнула навстречу.

— Тогда веди.

Она выскользнула наружу, и я поторопилась за ней. Девушка не стала бежать по коридору, не чуя под собой ног. Она явно знала расположение тайных ходов.

В общем, будучи здесь, времени зря не теряла.

Мы спустились по лестнице и свернули в темный проход, где слышались голоса. Наги показались на другом его конце, но я не успела даже испугаться, как меня схватили за рукав и дернули в сторону ближайшей ниши.

Та удобно располагалась за гобеленом. Брюнетка что-то нажала, и ниша стала еще темней — в ней образовался новый проход.

Не знаю, как Ройм, а мне было бы неприятно жить таком замке, полном секретов. Как можно чувствовать себя в безопасности, зная, что каждая вторая стена имеет потайную дверь?

Пол под ногами периодически подрагивал. Очень хотелось выглянуть в окно, чтобы узнать текущую обстановку, да только окон в потайном переходе не было.

Идти пришлось долго, зато я окончательно согрелась.

Очередной коридор закончился бесконечной лестницей. Такой узкой, что ступени едва хватало, чтобы поставить ногу. Благо хоть идти пришлось не наверх. Мы шли в тишине, которая изредка прерывалась приглушенными звуками, доносящимися снаружи.

Я слышала драконий рев, свист стрел и вой толпы. Неужели уже началось?

Тогда куда я пойду? Кто заметит одинокую девушку на поле боя? Меня же затопчут… Наверное, лучше будет переждать в укрытии, или как-то обойти битву, чтобы спрятаться в лесу.

А еще лучше сразу найти Грэма. Только, боюсь, мое появление уже ничего не изменит. Бой начался, и драться мужчины будут до последнего.

На то они и мужчины.

Зачем договариваться, когда можно просто набить друг другу морды?

Ройм меня разочаровал, проявив ужасную недальновидность. Для правителя подобное — смертельный грех. Он пошел на поводу у собственных слабостей, заставив людей проливать кровь.

И пусть то не совсем люди, а наги. Но и они, полагаю, не горели желанием умирать из-за того, что кто-то властный всего лишь захотел себе дополнительную постельную грелку.

Нет бы явиться на предложенною встречу и рассмотреть возможность заключения договора. Ведь худой мир всегда лучше доброй ссоры.

Но из всех здешних мужчин понимал это только Грэм, да его соклановцы.

А значит, мне нужно к ним. Только бы

Я торопилась, прогоняя от себя даже мысль о том, что алые могут проиграть.

А еще я спешила поскорее увидеть их мудрого предводителя. При воспоминании о нём щеки начинали наливаться жаром, и хотелось улыбаться. Если бы не вездесущая тревога…

Но тревожилась я теперь вовсе не за себя.

Грэм единственный, кто предложил мне свободу. Он не собирался неволить ни в чем и предоставлял выбор.

Достойный мужчина, достойный правитель.

Мне очень повезло его встретить. Иначе я бы просто сошла с ума в этом ужасном драконьем мире. Да, Грэм тоже не простой человек, но хотя бы не самолюбивая ящерица.

А шерстяных зверушек я очень даже люблю.

Брюнетка остановилась. Задумавшись о своем, я едва не впечаталась с размаха в ее спину.

— Пришли.

Она толкнула тяжелую, проржавевшую от времени дверь. Та была узкой и едва заметной в каменной стене. Видимо, какой-то заброшенный ход для слуг, потому что откуда-то до нас отчетливо доносились запахи кухни и грохот посуды.

Война-войной, а обед по расписанию. Не удивлюсь, если Ройм заранее распорядился приготовить стол в честь его победы над отступниками.

Или… он уже готовился к свадьбе?

— Вы свободны, — отступив в сторону, девушка жестом пригласила меня на выход.

Мы оказались с внешней стороны замка, откуда виднелся мирно зеленеющий лес, а звуки битвы доносились словно бы издалека.

Я шагнула в дверь, но потом опомнилась и обернулась, чтобы поблагодарить спасительницу.

Та недобро улыбалась, направив в мою грудь заряженный арбалет.

— Не поймите неверно, — усмехнулась девушка, целясь прямо в сердце, — но соперницы мне не нужны…

51

Щелкнула тетива, и стрела полетела мне в грудь. Я успела только зажмуриться и сделать короткий вдох.

Ничего большего просто не вышло бы.

Секунда, вторая, третья… где боль? Я приоткрыла один глаз и встретила испуганный взгляд преступной брюнетки. Передо мной сидел Тиаго со стрелой в зубах.

Казалось, вздох моего облегчения будет длиться вечно. Но девушка опомнилась очень быстро, достала из-за пазухи вторую стрелу и начала торопливо заправлять ее в арбалет.

Ну надо же, какая запасливая…

Я глянула на своего мохнатого спасителя, и тот всё понял. Выплюнул стрелу и с рычанием метнулся к потенциальной убийце.

Взвизгнув, та бросила арбалет и принялась закрывать дверь. Но куда ей против огромного зубастого пса? Тот навалился лапами на дверь, и брюнетка полетела спиной на каменный пол, визжа, как заполошная.

Я дернулась к псу, чтобы оттащить его от несчастной. А то мало ли, заиграется, а мне потом объясняй, почему у истинной пол лица отъедено.

Но я не успела. Знакомо щелкнула тетива. Жалобно взвыв, мой защитник повалился на бок прямо перед железной дверью. Я ахнула и бросилась к нему.

Неужели она-таки успела зарядить арбалет?

Но нет, то была не брюнетка. Девушка неуклюже поднималась с пола, отряхивая испачканное платье. На лестнице неподалеку от неё возвышалась одна из женщин в белых хламидах.

Ах ты ж… Захотелось кинуться на нее и затолкать ей арбалет куда-нибудь очень глубоко и неприятно. Но Тиаго не мог ждать, он был ранен в грудь.

Мои пальцы зарылись в его теплую шерсть. Едва к ним начало приливать знакомое тепло, как меня вдруг схватили за волосы и оттащили от несчастного пса.

Я зашипела от боли. А вот и новые действующие лица… Точнее, старые, неприятные и тоже очень хорошо знакомые.

— Попалась! — проскрипела свекровь, показываясь из дверного проема.

И откуда только взялась на мою голову? Снова… как мыши из погреба, следом за ней высыпали женщины в балахонах. Неудачливую брюнетку схватили, как и меня, распластав у стены.

Несостоявшаяся свекровь, судя по всему, вела какую-то собственную войну.

Почему Грэм ее отпустил? Она опасна не менее всех драконов, а то и больше! Те хотя бы не пытались меня отравить.

Однако мужчины недооценили потенциальную опасность этой старой гадины. Они недооценили, а я страдай!

И Тиаго… она его едва не убила! Вот же старая!

— Позвольте мне вылечить пса!

— Чтобы ты его на нас натравила? — ухмыльнулась свекровь, — обойдешься. Да и вообще скоро отправишься вслед за ним.

Она демонстративно медленно заправила в арбалет новую стрелу.

Откуда столько кровожадности? Не помню, чтобы как-то ей вредила.

— Что я вам сделала?

Женщина закатила глаза.

— Претензии прежние, дорогуша… Самозванный правитель позволяет себе слишком многое. Он не заслуживает ни истинной, ни любовницы, ни наследников!

Брюнетка сжалась в комок, испуганно хлопая глазами. М-да, порою карма бывает очень быстрой и беспощадной. Только причем тут я? А Тиаго?

Тот шумно дышал, лежа в траве неподалеку. Его мохнатый бок с хрипами поднимался и опускался, давая надежду, что пес сможет протянуть еще немного. Ровно до тех пор, пока я не освобожусь.

Если я освобожусь.

Пока с другой стороны замка мужчины выясняли, кто из них самый крутой, женщины творили не менее страшное. Да сколько ж можно⁇

Откуда в этих людях столько злобы?

Чужие пальцы больно впивались в волосы. Я смотрела на равнодушную свекровь. Словно в замедленном видео, она неспешно поднимала арбалет, целясь в мою сторону.

Взгляд был прикован к ее пальцам. Я уловила момент, когда та нажала на спуск, и дернулась в сторону так резко, как только могла. Державшая меня женщина не была готова к таким маневрам и дернулась следом.

Спустя мгновенье она взвыла, как дурная, и повалилась на землю, держась за бедро, из которого торчала арбалетная стрела.

— Дура! — рявкнула свекровь, — ну что ты за безмозглая дура! Ничего тебе нельзя доверить!

Я не стала ждать, когда в меня полетит очередная стрела. Бросилась к свекрови и вырвала из ее рук оружие. Та попятилась, испугавшись моих яростных глаз.

Её прислужницы тут же скопом кинулись ко мне.

Погнув металлическую дужку, я вышвырнула негодный теперь арбалет подальше в траву. Благо, успела прежде, чем меня схватили за обе руки и оттащили от испуганной свекрови.

Та смотрела на меня расширенными глазами.

— Ведьма! — прошипела она, — это все из-за тебя! Мой сын потерял власть, я стала пленницей узурпатора! Думаешь, не найду, как тебя уничтожить?

Я закатила глаза. Нашла виноватую. И ведь объяснять бесполезно. Для нее виноват кто угодно, только не ее расчудесный тиранистый сынок.

Она даже погоду будет обвинять и расположение звезд, но никак не того, кого воспитала по собственному образу и подобию.

Жалкое зрелище.

Я закрыла глаза, делая глубокий вдох, а потом сделала то, что давно хотела. Злость копилась во мне чертовски давно, и я наконец то нашла отличный способ, чтобы сцедить ее хоть чуть-чуть, нанеся при

Вернее, их слуху.

Я заорала. Как тогда в подземелье на острове нагов, спугнув своих потенциальных убийц. И если теперь крик сработает не хуже, пожалуй, возьму способ на вооружение.

Я вопила как сумасшедшая, зажмурив глаза. Мой крик вибрировал в воздухе, прогнав все остальные звуки.

Он длился и длился, словно дыхание было бесконечным. А потом хватка на моих руках ослабла.

Я наконец выдохлась, открыла глаза и огляделась.

Все присутствующие женщины, включая мою свекровь, лежали на траве без каких-либо признаков жизни.

Ой…

52

Я тряхнула головой, чтобы понять, что мне не привиделось. Нет, все действующие лица лежали на прежних мечтах. Недвижимо и тихо.

Не показалось.

Подбежав к Тиаго, я коснулась его теплого бока. Пес был жив… но явно на последнем издыхании. Пока никто не мешал, у меня было время, чтобы ему помочь, а потом займусь и остальными, хотя не очень-то и хотелось.

Но я не свекровь и не ее кровожадные приспешники… Надеюсь, смогу сбежать прежде, чем они придут в себя.

Очень надеюсь.

Тиаго очнулся через минуту. Поднялся на лапы, стряхивая с себя стрелу, как докучливое насекомое, и с оттяжкой лизнул меня в нос.

Я обняла своего храброго защитника. Определенно, в этом мире животные были куда лучше многих людей.

После Тиаго пришлось приступить к излечению остальных. Стоило коснуться свекрови, как стало понятно, что та тоже вполне себе жива. Только без сознания.

Я проверила других. То же самое… из груди вырвался вздох облегчения.

Нет, я не убийца, просто очень талантливая попаданка. Видимо, этот мир компенсирует доставленные неудобства предоставлением мне уникальных талантов.

А почему бы, собственно, и да? Я заслужила, черт побери!

Так! На кого бы ещё поорать?

Только осторожно, а то свист стрел слышался аж издалека.

Оглядевшись, я решила двинуться в сторону битвы. А вдруг там потребуется моя помощь?

Я шла вдоль замковой стены, пес бежал передо мной, показывая путь. Он периодически оглядывался, чтобы удостовериться, что иду следом.

Торопливо перебирая ногами, я периодически оглядывалась, чтобы не пропустить возможной погони. Мало ли, свекровь очухается и кинется догонять.

Путь закончился поворотом. К тому моменту, как мы его достигли, шум битвы стал практически невыносимым. Накатил страх, всю храбрость и уверенность в собственных силах и талантах сдуло в момент.

Я боялась даже выглянуть из-за проклятого угла, потому что оттуда то и дело прилетали стрелы.

Свистя, они вонзались в землю, заставляя вздрагивать от испуга.

Нет, война — не женское дело…

Кажется, сделай шаг из безопасного укрытия каменной стены, и меня изрешетит стрелами.

Если я могла оживлять людей, это не значит, что сама являюсь бессмертной. По крайней мере проверять совсем не хотелось.

Я решила остаться на месте. К чему лезть на рожон? Наверное, зря сюда вообще сунулась, стоило бы спрятаться в том же лесу и переждать…

Но теперь уже поздно. Потому что позади раздался злобный драконий вопль.

Я вжалась в каменную стену, мечтая с ней слиться, и сползла на корточки.

На поляну передо мной, яростно хлопая крыльями, приземлился черный дракон. Он дико ревел, пытаясь стряхнуть воткнувшееся в лопатку копьё…

Только у него всё никак не получалось. Оно застряло слишком сильно.

Приземлился ящер явно неудачно… послышался топот сотен ног, и дракон тут же попробовал снова взлететь, но у него никак не вышло. Мешало копьё.

Тиаго глухо зарычал, и я схватила его за загривок, прижимая к себе. Не хватало ему очередного ранения.

Дракон, боюсь, гораздо опаснее арбалетной стрелы.

Спустя минуту на поляне показались наги… они окружили своего господина, ощерившись мечами и арбалетами по кругу, пока один из них влез дракону на спину, чтобы вытащить копьё.

Еще пару мгновений спустя появились Алые. Огромные зверолюди с волчьими головами и мохнатыми хвостами с рычанием кинулись на нагов.

Захотелось зажмуриться и исчезнуть. Жалко в списке моих талантов исчезание не значилось.

Дракон встряхнулся и снова взлетел, обдав напоследок алых струёй черного пламени. Но те не выглядели обожженными.

Я удивленно захлопала глазами, осознав, что наги проигрывают…

Ройм недооценил противника и теперь пожинал плоды своей неоправданной самоуверенности. И впору бы обрадоваться, да только его люди продолжали умирать.

Словно услышав мои мысли, откуда-то сверху прогремел знакомый голос:

— Даю тебе последний шанс, дракон! Спускайся и бейся со мной один на один! Если победишь, я отзову людей!

Пожалуй, с этого и стоило начать. Тогда никому бы не пришлось умирать.

Бой продолжался, но наги сдавали, и Ройм не мог этого не замечать.

Он бесполезно лупил огнем по скопищам бойцов, не жалея собственных войнов. Те падали, обожженные, тогда как алые оставались невредимыми.

Кажется, скоро от него отвернутся его же люди.

Я бы на их месте именно так и сделала.

Наконец дракон тяжело бухнулся на поляну. Над моей головой прозвучал горн, и бойцы разделились. Алые отступили на одну сторону поляны, наги отползли на другую. Очевидно, тех было гораздо меньше, чем противников.

Дракон стал бы дураком, откажись от предложения решить все боем предводителей.

Но он был им изначально, похитив меня. Кто ж ему теперь виноват?

Откуда-то сверху легко спрыгнул на траву Грэм. Огромный, но грациозный, как дикий зверь, мужчина не торопился принимать звериный облик. Отбросив окровавленный меч, он неспешно направился к черному дракону.

Меня никто не замечал. Я сидела практически невидимо, спрятавшись за высокой травой и прижав к себе теплого пса. Тот проникся зрелищем и зачарованно наблюдал, изредка порыкивая, но я удерживала его на месте.

Одной было бы совсем неуютно.

Может, заорать? Да жаль, настроение не то… оба предыдущих раза из меня рвались эмоции, а сейчас я боялась. Где гарантии, что, стоит подать голос, в меня не полетит сотня арбалетных стрел?

Остановившись в десятке метров от тяжело дышащего дракона, Грэм сложил руки на своей могучей груди.

— Ну и стоило ли оно того? — бросил он презрительно, а дракон вдруг перевел взгляд на меня.

Вздрогнув, я попыталась сесть ещё ниже, но трава не была столь высока, чтобы скрыть меня полностью. Предательская макушка белела среди зелени, выдавая с поличным.

И Грэм определенно знал, куда смотрит его враг.

— Мы можем обойтись без кровопролитья, — озвучил он вдруг, — и даже без боя. Ты можешь просто сделать выбор. Либо она, либо власть. Выбирай, дракон!

53

— Выбор? Какой еще выбор? — прошептала я побелевшими губами.

Какое он вообще имеет право его предоставлять?

Кажется, кто-то немного заигрался. Или торжество от близкой

С чего вдруг Грэм возомнил себя моим хозяином?

Я была в секунде от того, чтобы испытать очередное горькое разочарование, и у Грэма было совсем немного времени, чтобы повернуть всё вспять.

В любом случае, у меня нет возможности ускользнуть. Ни малейшей. Я сидела, как гриб-волнушка у замковой стены, со всех сторон окруженная войсками. Единственной моральной поддержкой был Тиаго, и я цеплялась за него, как утопающая.

Ройм смотрел на меня так, словно хотел прожечь взглядом дыру. Только я его не боялась. Не теперь, когда знала, что меня есть кому защитить.

— Я понял твой замысел, Алый зверь, — отозвался дракон, поворачиваясь к своему противнику, — что бы я ни выбрал, выбора у меня в любом случае нет. Захоти я власть, её у меня отнимут всё равно, ведь я проиграл в честном бою. А эта девушка мне не нужна. У меня уже есть истинная.

Грэм снисходительно покачал головой.

— Блефуешь, ящерица. В прошлый раз ты заявил примерно то же. Что ж, в чем-то ты даже прав. В том, что тебе не видать ничего. Ни власти, ни девушки. Истинную, впрочем, можешь забрать. Мы не столь кровожадны…

Как вы, драконы, — хотел добавить он. Уверена.

— Само великодушие, — усмехнулся дракон. — Раз ты так великодушен, может, самое время обсудить условия мира?

Грэм негромко рассмеялся. Его бархатистый смех прокатился над поляной, и его подхватили все алые.

Трусливая ящерица пошла на попятную, поняв, что запахло не то, что жареным, а прямо-таки подгорелым. Даже я усмехнулась. Но то была невеселая усмешка. Мне предстояло много работы…

Кто-то тронул за плечо. Дернувшись в испуге, я обернулась и увидела Густава.

— А ты что здесь делаешь? — ахнула.

Хотя вопрос был слегка неуместен. Парень был в копоти и крови, на его бедре болтался меч, а грязная рубаха зияла прорехами.

— Ты ранен?

Он мотнул взлохмаченной головой:

— А ты?

— Всё хорошо.

Пока мы перекидывались дружескими приветствиями, Ройма уже куда-то вели. Он даже обратился человеком и позволил связать себе руки.

Думаю, веревка была зачарована. Иначе какие путы удержат дракона?

— А Грэм, — протянула я, глядя, как тот собственноручно конвоирует Ройма в сторону замка, — он ведь маг?

— Одаренный. Это гораздо больше, чем маг. Такие, как он, набирают силу с возрастом. Благодаря его таланту Алые почти не пострадали.

Вот оно что…

И всё же я поднялась, чтобы начать свою небольшую миссию излечения. Густав понял, что я задумала, и двинулся следом в компании Тиаго.

Вскоре к нашей компании присоединились несколько алых. Они с интересом наблюдали за процессом излечения раненых и воскрешения погибших.

Я не делила пациентов на своих и чужих. Очнувшиеся алые благодарили и улыбались своим шерстяным друзьям, а наги… удивленно хлопали глазами, не ожидая подобной щедрости.

Оказавшись вылеченными, они не спешили снова нападать. Даже позволяли себя увести во временный лагерь, который уже сооружали неподалеку.

— Что с ними будет? — спросила я Густава, когда работа была завершена.

— Отправят обратно на остров.

— Разве это не опасно? А вдруг они захотят снова напасть?

На это блондин только пожал плечами.

— Всё предвидеть невозможно. Но вместо того, чтобы тратить средства на содержание нагов в тюрьмах лучше пустить деньги на поддержку простых людей. Таких, как бабушка того малыша, которого ты спасла.

Я понимающе кивнула. Да, он был совершенно прав.

А день между тем клонился к закату. Я жутко устала… моя миссия по исцелению длилась долгие часы, и всё это время я не могла себе позволить даже присесть.

Зато сейчас с удовольствием уселась на примятую траву. Возможно, я бы даже вздремнула прямо здесь, но Густав не позволил.

— Идём с замок. Думаю, там ты сможешь воспользоваться любой комнатой, чтобы отдохнуть.

Так-то оно так… только я совершенно забыла о свекрови и истинной Ройма.

Куда они, интересно, подевались?

И где Грэм? Хотя у него, наверное, и без меня достаточно дел.

Я всё никак не могла поверить до конца, что мои проблемы закончились. Оба претендующих на мою жизнь и свободу дракона, потеряли своё влияние и оказались не у дел.

Неужели теперь я наконец-то свободна?

Пожалуй, стоило бы обсудить этот вопрос с Грэмом, когда тот закончит с делами.

А пока я устало плелась вслед за Густавом, предвкушая горячую ванну, вкусный ужин и мягкую постель. И желательно в комнате без каминов и с огромным замком на двери.

Мы вошли через центральный вход. Густав был столь любезен, что проводил меня в одну из башен. Я выбрала себе уютную спаленку и расположилась там вместе с Тиаго.

Пес не пожелал меня оставлять.

— Я распоряжусь, чтобы тебе принесли еду, — бросил блондин напоследок.

— А это безопасно? — усомнилась я вдруг, вспомнив, чего мне стоила последняя еда в этом замке.

— Как иначе? — усмехнулся тот, — местным работникам всё равно, кому служить, лишь бы платили достойно. А наказывать за преступления алые могут не хуже драконов.

Что ж, в этом даже не сомневаюсь.

Пока я плескалась, смывая с себя грязь и усталость, мне принесли еду. Облачившись в простое домашнее платье, которое принесла служанка, я принялась за поздний ужин.

Тиаго составил мне компанию, но перед этим как следует все обнюхал.

После еды я почувствовала себя почти счастливой. Забравшись в кровать, завернулась в теплое одеяла и закрыла глаза.

Но заснуть не успела. Откуда-то вдруг послышался жуткий крик…

54

Я тут же подскочила с постели, чуть покачнувшись на нетвердых ногах.

Всё-таки мне очень нужен был качественный отдых. Но отдохнуть в этом замке никак не получалось.

Бывают тут вообще спокойные дни? Очень сомневаюсь.

Тиаго зевнул, сонно поведя ушами. Ну уж нет, дружок, если я иду выяснять, кто там посмел нарушить мой покой, то ты составишь мне компанию.

Я схватила его за шкирку, и тот нехотя поднялся на лапы, зевая во всю пасть.

В коридоре было темно. Пара едва тлеющих факелов не справлялись с освещением.

Крики продолжались. Они звучали откуда-то снизу. Возможно, из главного зала, причем кричала женщина. Истошно вопила…

И кажется, я уже знала, кто это был.

Идти пришлось долго и на звук, потому что запомнить все эти коридоры с первого раза было просто нереальным. Тиаго семенил следом, то и дело принюхиваясь к доносящимся из кухни ароматам, хотя за ужином съел большую половину моего подноса.

— Ты не посмеешь! — звучало всё ближе, — грязный зверь! Поганая лесная тварь!

Я спустилась по лестнице и оказалась в главном зале.

В отличие от коридоров, зал был ярко освещен

В этом, в общем-то, я только что убедилась.

Здесь творилось нечто странное.

Моя бывшая свекровь стояла в окружении нескольких вооруженных алых. Рядом с ней теснились ее прислужницы в белых балахонах.

— Вы не выгоните меня из моего дома! — орала свекровь благим матом.

Можно было только позавидовать силе её легких. Что-то подсказывало, не застань я ее сегодня врасплох своим криком, она вполне могла бы меня переорать.

Грэм взирал на это одиночное выступление со ступеней небольшого возвышения. Того самого, на котором Валериан когда-то произнес брачную клятву.

— Эдинхайм больше не принадлежит драконам, как и королевство, — озвучил мужчина спокойно, и каким-то необыкновенным образом его голос перекрыл ор истеричной женщины, — поэтому недругам не место под крышей нового правителя.

— И кто же это? — взвизгнула свекровь, — неужели ты, лохматая тварь⁇

Грэм устало закатил глаза и сделал знак алым. Те принялись теснить истеричку в сторону выхода.

Куда это они их, интересно? Явно не в тюрьму, хотя стоило бы. За несколько покушений и заговор. Да и вообще эта старая вешалка натворила дел, за пол жизни не разгрести.

Только ничуть не раскаивалась в содеянном. Даже наоборот.

Неужели её отправят на остров вместе с нагами? Или домой к родителям, откуда много лет назад привезли сюда к мужу?

Ха. Поздний возврат неугодной жены. Получите — распишитесь.

На месте Грэма я бы не была столь великодушна. Подобных людей следует держать под замком. Они как ядовитые змеи, охочие до чужой плоти. Не успокоятся, пока не вонзят в кого-нибудь свои токсичные клыки.

Только послушает ли он меня? Вряд ли. Очень сомневаюсь, что у меня здесь вообще есть право голоса.

Я проследила, как свекровь с приспешницами выводят из замка. Они исчезли из вида, и сразу как-то даже стало легче дышать.

Интересно, а куда подевали истинную? Наверняка сидит где-нибудь взаперти вместе с Роймом и жалеет, что связалась с этим неудачником.

Я закусила губу, чтобы не рассмеяться.

Нет, ну а что? Разве они не заслужили?

При всей несправедливости этого драконьего мира самые противные его обитатели-таки получили по заслугам. И это грело душу.

Прислонившись к колонне, я отстраненно наблюдала, как Грэм раздаёт последние указания. А ведь уже глубокая ночь… но он не бросил всё, довёл дела до конца. Вычистил замок от нагов, отправил всех врагов в лагерь.

Я даже видела Герха. Более того, вылечила неблагодарного нага от ужасного ранения в живот.

Тот не сказал ни слова. Только зыркнул злобно, когда его уводили, заломив руки.

Глядя на сурового предводителя Алых, я понимала, что королевство в надежных руках.

А что будет со мной? Теперь, наверное, это решать только мне. И никто не станет навязывать иной выбор.

Зал почти опустел. Вскоре Грэм остался один за исключением двух стражников у главного входа.

Тиаго посмотрел на меня вопросительно. Мол, всё? Теперь можем возвращаться в спальню?

Пожалуй, да… Грэм явно устал, хоть по нему и не было видно. Так что мои вопросы вполне могут подождать до завтра.

Только, стоило обернуться, как я наткнулась на взгляд белесых глаз, и едва не заорала. Только выдохнула медленно, держась за сердце.

И мысленно выругалась, не без этого.

За моей спиной возвышался чертов оракул — благолепный дедуля с жутковатыми бельмами глаз. Тот самый, который предсказал Валериану, что тот сильно пожалеет, если продаст меня нагам.

Что ж, полагаю, предсказание сбылось.

Как он подкрался так незаметно?

Дедок смотрел на меня со странной улыбкой.

— На твой вопрос есть ответ, дитя, — прошамкал он, поглаживая пса между ушей.

Тиаго присмирел, опасливо оглядывая внезапного собеседника.

— На какой именно, простите?

— Ты ведь хочешь вернуться домой?

Я вдохнула и забыла, что надо выдыхать. То есть… он имеет ввиду, что я могу вернуться обратно в свой мир⁇

Оракул верно понял мой удивленный взгляд и слегка наклонил голову, словно отвечая на мысленный вопрос.

— Только что тебя там ждет? — улыбнулся старик, поворачиваясь в сторону Грэма.

Я тоже обернулась. Мужчина заметил наш небольшой междусобой и направился в нашу сторону.

Ну что ж… вот теперь, пожалуй, и спрошу.

55

Новый правитель остановился в метре от нас с оракулом. Его огромная тень накрыла меня с головой.

Я поймала алый взгляд и замерла, как мышь перед удавом.

— Не спится? — усмехнулся Грэм.

Полагаю он и так уже понял причину моего здесь появления.

Я сконфуженно улыбнулась. Мы смотрели друг на друга несколько долгих секунд, пока оракул вдруг всё не испортил:

— Девушка хочет домой.

Грэм вздернул темную бровь.

— Домой?

Я медленно кивнула. Видимо, теперь от разговора точно не отвертеться. Только сейчас, когда меня спросили напрямую, я отчего-то вдруг засомневалась.

Но ведь там, в моём мире у меня остались родители, работа, и… хм.

В любом случае он был понятен, привычен, и я знала, как там существовать. А что делать здесь, кроме как помогать в лекарском домике? Других вариантов мне не предложили.

Но в моём мире не было Грэма. Да и жизнь здесь под его чутким руководством обещала вскоре наладиться.

Что мне родители, когда они сами уговаривали выйти замуж за человека, который в результате убил меня в коридоре ЗАГСа?

И что мне та работа…

Я сглотнула, снова встречаясь взглядом с алыми глазами правителя.

— Домой… в свой мир, — промямлила еле слышно, комкая подол тонкого платья. — Откуда меня похитил Герх. Оракул дал понять, что это возможно.

Грэм на время задумался.

— Ты хочешь домой прямо в сию секунду? — уточнил он после, — или мы можем обсудить это завтра?

Я с энтузиазмом кивнула.

— Да, завтра было бы замечательно!

Мужчина сдержанно улыбнулся.

— Вот и отлично. Идем, провожу тебя в твою комнату.

Я приняла его руку. Мы распрощались с оракулом и двинулись обратным путем в сторону моей башни.

Я не сразу поняла, что Тиаго с нами нет. Тот отчего то решил составить компанию оракулу. Хм… Ну что ж, не буду же я тащить его за собой насильно?

— Ты, видимо, очень скучаешь по своей семье? — начал Грэм вкрадчиво, пока мы неспешно поднимались по лестнице.

Я пожала плечами.

Да не особо… с родителями мы общались достаточно редко. У меня не было традиционно счастливой семьи. Куда больше родственники любили моего младшего брата, а меня считали первым блином. Тот, который всегда комом.

Поэтому родители не были той причиной, из-за которой мне

Всё изменилось. Мне больше никто не угрожал, у меня нашлись друзья, крыша над головой и очень актуальная профессия. Так был ли смысл менять это всё на что-то меньшее?

— Мужчина? — продолжал Грэм.

Я мотнула головой. Ни мужчины, ни друзей, и работы, ни жилья. Но озвучивать этого не особо хотелось.

Неприятно было осознавать, что в своём мире я толком так ничего и не добилась. А здесь я уже целый лекарь. Всеми уважаемый и просто нарасхват.

— Друзья, подруги? Что-то очень ценное, о чем нельзя сообщить малознакомому мужчине? — усмехнулся красноглазый правитель.

Я сокрушенно вздохнула и призналась:

— Нет, меня там никто не ждёт.

Он остановился посреди сумрачного коридора, внимательно вглядываясь в моё лицо. Наверное, чтобы понять истинную мотивацию.

— Так для чего тебе тогда возвращаться? — уточнил.

Я перебирала в голове хоть сколько-нибудь веские аргументы. Точнее, пыталась. Ведь перебирать было особо нечего.

Поэтому только снова пожала плечами.

— Мне оракул сказал, что я могу, и вдруг подумалось… — прозвучало довольно-таки неубедительно.

Мужчина поджал губы.

Я опустила взгляд на его грудь, видневшуюся в прорехе темной от пыли и крови рубахи. А ведь он, в отличие от меня, даже не успел ни вымыться, ни поесть.

— Вам нужно отдохнуть, — выдохнула я, понимая, что у меня нет ни малейшей причины, из-за которой хотелось бы вернуться.

Но желание уже озвучено. Вдруг меня теперь выпихнут отсюда в любом случае?

— Как и тебе, Ася, тоже нужно отдохнуть.

Кивнув, я огляделась. Где это мы? Почему-то думалось, что уже пришли к дверям моей спальни. Но место было незнакомым.

Хотя… откуда бы ему знать, какую я выбрала спальню?

Чёрт. Кажется, я и сама не запомнила. Неловко-то как…

Но я ведь могу выбрать любую, верно? Густав так и сказал.

Шагнув к ближайшей двери, толкнула тяжелую створку, и та со скрипом приоткрылась. Незаметно выдохнув, я обернулась к Грэму.

— Тогда спокойной ночи?

— Спокойной… — мужчина смотрел на меня очень странно.

Вполне возможно, он уже догадался, что я блефую. Но если уж блефовать, то делать это нужно с честью и до конца.

Улыбнувшись напоследок, я закрыла дверь и огляделась. Это и правда была спальня. Тлеющий камин освещал большую кровать под темным балдахином, тяжелый шкаф, комод и кресло с прислоненным к нему окровавленным мечом… причем кровь давно засохла, а меч трудно было не узнать.

В общем, я опростоволосилась. Спальня была занята… а вдоль стены, поблескивая в свете камина лоснящимися боками, прогуливались две жирные крысы.

Снова распахнув дверь, я увидела Грэма. Он никуда не ушел.

Разумеется, ведь спальня была его.

— Перепутала, — шепнула я сконфуженно, проскальзывая мимо мужчины.

Он со вздохом повернулся следом.

— Можешь заночевать здесь, я займу соседнюю комнату.

— Но там крысы…

Мужчина шагнул навстречу, оказавшись вдруг так близко, что я могла ощутить тепло его большого тела.

— Это ужасно, — протянул он максимально серьезным тоном. — В таком случае мне придётся остаться рядом, чтобы охранять тебя от крыс.

Глядя в его прозрачные рубиновые глаза, я почувствовала, как по щекам снова разливается предательский румянец.

56

Грэм выполнил обещанное.

Предоставив свою кровать в мое единоличное пользование, он уселся в кресло неподалеку, сложив ноги на низкий столик.

На все мои робкие уговоры не валять дурака и лечь в кровать, как все нормальные люди, он отказывался.

— Я не могу позволить себе унизить тебя подобным образом, — отзывался Грэм пафосно.

На что я только мысленно закатывала глаза и чувствовала себя ужасно.

Из-за меня он толком не отдохнёт!

— Я могу лечь в соседней спальне, мне вовсе не обязательно…

— Там не зажжен камин, — парировал Грэм из кресла, чуть прикрыв свои алые глаза, — и будет очень холодно.

Досадливо рыкнув, я поняла, что спорить бесполезно. Сердито юркнула под одеяло, отвернулась и закрыла глаза.

Пусть делает, что хочет. Сам же пострадает от собственного упрямства.

И дернул же меня черт ляпнуть про этих крыс…

Их я обнаружила поутру. Несколько жирных тварей рядком лежали на коврике у кровати с различными колото-резаными ранениями.

Брезгливо поморщившись, я поняла, что задача по защите меня от крыс выполнена на ура.

Сам же защитник, судя по всему, успешно плескался в ванной. Оттуда раздавались характерные звуки.

С отвращением переступив через дохлых вредителей, я шагнула к приоткрытой двери в ванную.

Так и есть. Мужчина стоял по пояс в исходящем паром бассейне, натирая себя мочалкой.

При взгляде на его мощную спину у меня пересохло во рту. С его мокрых темных волос по ней медленно стекали прозрачные ручейки, сливаясь с водой бассейна.

Я скользнула взглядом ниже и покрылась испариной.

А что это я, собственно, творю?

— Доброе утро, Ася, — улыбнулся Грэм, разворачиваясь в пол-оборота, — ванна будет свободна через пару минут.

Сконфуженно кивнув, я отступила от двери, едва не запнувшись о ковер.

Ну что за бестолочь такая? Сама же нахожу себе приключений на собственный филей!

В дверь скромно постучались. Я отперла замок и впустила служанку с подносом еды.

Она оставила его на кровати и отчалила восвояси, с облегчением распрямив натруженную спину. Поднос был просто огромным, а еда пахла восхитительно, и я сделала вид, что не заметила странный взгляд служанки.

Что ее, интересно, так смутило?

Грэм показался из ванной минуту спустя. В свежей рубашке, темных облегающих штанах и с мокрыми, затянутыми в хвост волосами, он выглядел вполне отдохнувшим.

Хотя когда бы успел, если всю ночь охотился на крыс?

Я поспешила поблагодарить своего благодетеля за защиту.

Тот только хитро улыбнулся в ответ, после чего я скользнула в ванную, чтобы привести себя в порядок. В компании этого мужчины мне хотелось выглядеть максимально достойно.

Он не приступал к еде, пока я не вернулась, а потом мы уселись по обе стороны широкой кровати и принялись завтракать.

— Итак, ты решила вернуться в свой мир, — напомнил Грэм, пробуя пряный медовый сбитень из глиняной чашки.

Пожав плечами, я уставилась в свою, грея ее в ладонях. Из отражения темной поверхности напитка на меня смотрело покрытое румянцем, слегка испуганное лицо.

— Нет, передумала, — пробормотала торопливо, делая вид, что выбираю, что бы съесть.

А выбрать было из чего. Здесь были яйца, несколько видов сыра, мясо, ягоды, хлеб, мед и сдобные ватрушки с творогом. Я цапнула одну.

— Это хорошо, — одобрил Грэм, — в Эдинхайме пригодится толковый лекарь.

Я подняла на него удивленный взгляд.

— В Эдинхайме?

— Да, — кивнул тот невозмутимо, с аппетитом вгрызаясь в краюху теплого

— Но ведь вы обещали, что я сама могу выбрать, где жить. И мне приглянулся лекарский домик. Там моя помощь пригодится не меньше.

К тому же Эдинхайм мне не нравился совершенно. Наверное оттого, что в этих стенах я пока не видела ничего хорошего.

Вздохнув, правитель вернул чашку на поднос.

— Тебя видела служанка, верно?

Я медленно кивнула, не понимая, к чему он ведет. Причем тут вообще служанка? Мы только что говорили совсем о другом…

— Теперь она разнесет по всему замку, что мы с тобой делили одну спальню.

Кажется, мой румянец стал еще ярче. Щеки потеплели, а уши и вовсе начали гореть огнём.

Только что мне до чужих сплетен? Пусть говорят, что хотят.

— И?

Он знакомо вскинул темную бровь.

— Не понимаешь?

Я мотнула головой.

— Ни капельки.

— Видимо, в твоем мире всё иначе… — Грэм чуть склонился вперед и вкрадчиво прошептал: — а здесь, если благородная дама проводит ночь с благородным мужчиной, не будучи его женой, то она просто обязана ею стать. Иначе никто не подаст ей руки.

Я смотрела на него во все глаза и не понимала.

— Зачем мне чьи-то там руки?

Мужчина усмехнулся.

— Ты не сможешь работать помощницей лекаря, потому что вскоре все узнают, что ты была опозорена.

До меня дошло… я совсем забыла о местных средневековых порядках. Ведь тут женщина зависела от мужчины безраздельно, и не смела даже подумать о какой-либо самостоятельности.

М-м, чудесно… а я, получается, сама напросилась, заикнувшись об этих чертовых крысах, так? Воистину, язык мой — враг мой…

— И что же мне теперь делать?

Он пожал могучими плечами, пряча улыбку в уголках губ.

— Я не собираюсь тебя неволить, Ася. Ты свободолюбивая девушка и не потерпишь, если тобой станут командовать. Поэтому у тебя всегда есть выбор.

— Какой?

— Остаться в Эдинхайме, или вернуться в свой мир. Там, полагаю, у тебя не возникнет подобных проблем.

Я сузила глаза. Ах ты ж шерстяной манипулятор…

— А если я выйду замуж, — проговорила с нажимом, понимая, что особого выбора у меня всё-таки нет, — то смогу вернуться в домик лекаря?

— Ты сможешь выезжать туда несколько раз в неделю, чтобы помогать местным жителям с их проблемами, — обозначил тот серьезно, — и навещать лекаря. С остальным вполне справится Густав.

Я закусила губу, пытаясь распознать подвох. Но подвох был только в одном.

Я подставила себя сама. А Грэм всего лишь пытается спасти мою репутацию.

Кивнув, я судорожно выдохнула.

Будь что будет.

— Хорошо, — пробурчала, сердито откусывая от ватрушки, — я согласна.

Я осталась в замке. Ну а что было делать, раз уже согласилась?

С Густавом мы договорились, что стану выбираться в городок три раза в неделю. Он вывесит на двери лекарского домика объявление, чтобы страждущие собирались именно в эти дни.

У него тоже, разумеется, не было иного варианта, кроме как согласиться на эти условия. Густав, как и я, не особо обрадовался такому раскладу, но правителю перечить не мог.

Тот знал, как лучше. Знал о подлости побежденных врагов и их затаившихся приспешников, и потому озаботился моей безопасностью.

Ведь одно дело, когда мне просто не нравится жить в замке, и другое, когда за его воротами может поджидать смертельная опасность.

Озаботился Грэм и легитимизацией собственного статуса. Мало просто захватить драконий трон, но нужно и обозначить себя законным правителем перед всеми вассалами. Иначе восстания не избежать.

Поэтому уже на следующий день в Эдинхайм стали подтягиваться все те люди, которые клубились здесь не так давно на моей неудавшейся свадьбе.

Охрана замка была усилена, а мне запретили показываться из комнаты. Опять же, ради безопасности.

Я смотрела в окно и бродила из угла в угол, едва не воя от скуки.

Во дворе Эдинхайма толпились различные экипажи с разноцветьем незнакомых гербов. Из них выходили важные люди, подметая землю подбитыми мехом плащами, и я невольно задумывалась о правильности сделанного мною выбора.

Наверное, дома мне не пришлось бы терпеть добровольного заточения… Ну что ж, выбор в любом случае сделан, а Грэм всё-таки прав. В первую очередь это вопрос безопасности, а скуку можно и перетерпеть.

К тому же Тиаго составил мне компанию.

За дни, пока проходила подготовка к коронации, я научилась красиво заплетать свои волосы, которые отрастали с каждым днем. Уже через неделю они приобрели прежний вид. Даже странно.

Может, это было одно из проявлений моего дара?

Отражение в зеркале нравилось мне всё больше. Я отъелась и выспалась на год вперед, мои щеки округлились, а из-под глаз исчезли темные круги.

Даже тревожность почти прошла. Вот что значило оказаться под крылом надежного мужчины.

Который не принуждает, не угрожает и кормит как на убой.

Через неделю моего заточения коронация наконец состоялась. Меня даже на нее пригласили. Я откопала в шкафу самое красивое платье из голубого шелка и сделала себе красивую прическу.

Правда, идти на мероприятие пришлось в сопровождении вооруженной охраны и наблюдать всё действо с балкона над тронным залом.

Но мне понравилось. Я видела оракула, Алых в праздничных черных туниках с шитьём, и Грэма, разумеется.

Он официально стал полноправным правителем королевства после того, как оракул возложил ему на голову тонкий витой обруч и провозгласил его защитником простого народа.

Те присутствовали тоже, поэтому в зале было не продохнуть.

А свадьбу назначили на следующий день.

Я понимала, что это необходимо, но всё равно оказалась не готова. Да, это был совершенно иной случай. Меня не заставляли, мне предоставили выбор, и я его сделала. Но…

Стоя на следующий день перед зеркалом в золотом длинном платье с расшитым жемчугом подолом, я словила нешуточное дежавю.

А ведь это уже третий раз, как меня пытаются связать узами брака.

Даже странно. То, что теперь всё получится, я отчего-то не сомневалась. И всё равно дрожала, как осиновый лист, спускаясь по лестнице под руку с Густавом. Он сопровождал меня в тронный зал к жениху.

Я шла, погруженная в какой-то транс, не веря, что это снова происходит со мной.

Ну и что, подумаешь, буду замужем… это же не злобный дракон и не отвратительный наг. Это Грэм, который спасал меня с самого начала и руководствовался лучшими мотивами. И он мне нравится.

Вот только я его совершенно не знала… не настолько, чтобы выходить замуж.

Но иного выхода вроде как и нет. Я же сама себя скомпрометировала.

Действо прошло, как во сне. Я не смотрела по сторонам, как

Всё это лишь досадная формальность. Подумаешь, гости, подумаешь, платье. Я всего лишь приобрету полезный статус, а дальше жизнь успокоится и войдет в привычную колею.

Меня проводили к знакомому возвышению и с рук в руки передали величественному правителю. Что ни говори, а эта роль подходила ему куда больше, чем всем предыдущим кандидатам.

Рядом с этим мужчиной я чувствовала себя маленькой и хрупкой. И он смотрел на меня так, словно готов был защитить от целого мира.

И это заставило меня остаться на месте, а не сбежать, роняя тапки и наступая на собственный подол. Потому что, несмотря на все объективнее причины замужества, очень хотелось…

До сегодняшнего утра мне наивно думалось, что Грэм меня спасает по доброте душевной. Ведь он благородный мужчина и прекрасный человек, который не может бросить своенравную деву в беде.

Но всё оказалось весьма прозаично.

Он всё это подстроил.

Я слышала, как шептались служанки. Пока я наряжалась в свадебное платье, те обсуждали странное задание, которое поручил Грэм местному крысолову.

Не так давно правитель заставил его принести несколько живых грызунов в его спальню…

Я не могла не сложить два плюс два. Он привел меня к своей спальне сам, и я только облегчила ему задачу.

Оставался закономерный вопрос, какого черта⁈ Его теперь и хотелось задать.

Почему все в этом мире пытаются взять меня замуж обманом? Что за напасть? Неужели это заразно?

А сейчас я смотрела в рубиновые глаза и понимала, что у этого мужчины куда больше прав желать моей руки, чем у всех предыдущих. Ведь я обязана ему жизнью.

А еще, кажется, он ко мне сильно неравнодушен.

И если уж мне никак не обойтись без того, чтобы вручить кому-то свою свободу, то пусть это будет Грэм. Он не подведет, я знала это каким-то внутренним чутьем.

Клятва была произнесена. На моём запястье загорелась новая метка, но я понимала, что она ничего не значит. Это просто рисунок, который не дает никаких гарантий. В отличие от человека…

Потом были празднества и пышные народные гуляния, на которые я не осталась. На меня накатила непривычная апатия.

Сразу же после первого тоста, раздавшегося за праздничным столом, я извинилась и поспешила уйти.

Это не мой праздник. Это подделка.

В любви мне не признавались, счастья не обещали, и потому всё это выглядело какой-то насмешкой.

Три свадьбы, три спектакля… и впору бы порадоваться, что на этот раз всё было по обоюдному согласию, но радости не случилось.

Я шла по коридору в сторону своей башни, подметая подолом каменный пол. Позади плелись охранники и бежал, весело помахивая хвостом, вечно довольный Тиаго.

А потом в тишину коридора вплелся звук тяжелых шагов.

Притормозив, я обернулась, чтобы увидеть Грэма.

При его появлении охрану как ветром сдуло, да и шерстяной друг отстал, догадавшись, что стал третьим лишним.

Правитель нагнал меня в два шага. Остановился радом, нависнув огромной красноглазой скалой в ожидании объяснений. Но я молчала, сердито насупив брови и глядя на него в ответ.

— Вы меня обманули, — не выдержала наконец.

— Нет. Всего лишь подтолкнул к правильному решению, — не стал отпираться тот.

Мои глаза невольно расширились. Вот так значит, да?

— А смысл? Могу я узнать, для чего вам это всё?

— А ты разве еще не догадалась? — он взял мою руку в свои большие ладони.

Я недоуменно моргнула.

— О чём?

Он мягко улыбнулся.

— Думаешь, я сделал тебя своей королевой по доброте душевной? Потому что хотел спасти и защитить? Если бы дело было только в защите, я приставил бы к тебе охранников и дал место при дворе, не более того. Дело в том, что я влюбился в тебя с первого взгляда, женщина.

Я продолжала моргать, чувствуя, как сердце плавно ускоряет бег, а чертов румянец снова дает о себе знать.

— И когда же это случилось?

— Когда поймал тебя, упавшую мне в руки, как звезду с неба. Помнишь?

Такое не забудешь.

Он взял меня пальцами за подбородок. Алые глаза приблизились.

— А теперь посмотри мне в глаза и скажи, что не чувствуешь ничего в ответ.

И сказать сейчас нет значило бы очень сильно соврать. Поэтому я промолчала, а он улыбнулся.

И оба мы понимали, что в эту секунду зарождается что-то поистине потрясающее.

Он меня поцеловал. Кто бы знал, как долго я этого ждала… и ожидания окупились с лихвой.

В общем, вернуться к гостям в этот день нам было не суждено.

* * *

Мою неудавшуюся свекровь сослали в закрытый монастырь, где она до конца дней ткала пряжу и занималась другими общественно полезными работами вместе со своими приспешницами. Всё на благо общества.

Драконы были отправлены на остров нагов и высовываться оттуда не рисковали. Один раз, правда, попытались, за что были жестко биты и вернулись обратно.

Маленький Леон, чью жизнь я спасла после жестокого нападения, подрос и стал помогать Густаву в лекарском домике, а вскоре переехал туда вместе со своей неугомонной бабушкой.

Благосостояние простого народа начало плавно расти, потому что новому правителю действительно было дело до своих людей.

Грэмхарт Алый правил королевством долгих триста лет, и все эти годы я была при нем его верной королевой. У нас родилось семеро детей. Трое из них унаследовали рубиновые глаза отца, а двое — мой уникальный дар жизни.

Остальные умели орать так, что нянечки падали в обморок.

В общем, талантливые вышли наследники.

Да, я попала в этот мир не по своей воле, но по своей воле осталась, и ни разу об этом не пожалела. А как иначе? Ведь всего, чего хотела в жизни, я добилась:

У меня был идеальный муж, правитель целого королевства, собственный замок, куча любимых людей, обожающий меня и моего мужа народ, и поверженные враги, оставшиеся далеко в прошлом.

Разве это не счастье?

И я убеждалась в правильности своего выбора каждый день, видя перед собою поутру бесконечно любящие рубиновые глаза.