Призванная с Земли. Меняю судьбы. Воспитываю мужей 2

Tais Xarper

Призванная с Земли. Меняю судьбы. Воспитываю мужей 2

1. Кафтарцы и их планы

После всего пережитого мы решили, как быть дальше. Шайд разморозил три корабля по очереди. Мантикорам понравился флагман. Самый большой и вместительный. Мачты теперь принадлежали мантикорам. Благо паруса трогать нам сейчас не нужно было. Людей пока на бывший кафтарский флагман не отправляли.

Замерзших на смерть кафтарцев мне старались не показывать. Но я увидела в окне из каюты плывущий труп. «А если бы они нас?» — догадавшись о моём состоянии спросил Мард. Ну, если так… мы боролись за свою жизнь.

Корабли, принадлежавшие Арильяну было решено вернуть. С женщинами поговорила я сама и дала срок на раздумья три дня. Плывут ли они с нами или назад в Арильян выбирать им. Зарганцы перед ними выступали павлинами, некоторые павушки почти сразу растаяли. За ними потянулись те что пыльцой не были обсыпаны, так как понимали, что к чему. Так что примерно половина женщин осталась с нами, а остальные женщины и те из команды Марда у кого были семьи, поплыли в сторону Арильяна. А мы взяли карту и стали думать.

Мир скажу я вам у них интересный. Материк, один большой. Очертаниями в виде прописной строчной «т». Раньше две ножки от «т» принадлежали зарганцам. Потом с самой северной ножки сильные маги потеснили зарганцев. И теперь их стало намного меньше, да и маги вырождаются. В основании последней ножки живут клан западных зарганцев. Их никто не теснил, слишком далеко от центра живут, да и местность там каменистая, горная.

В Арильян нам путь заказан. Есть два королевства на границе с Арильяном, но там для зарганцев положение не лучше. Да и выдать нас после карателей могут запросто императору в руки. Так что мы посматривали на острова вокруг третьей ножки «т» и саму последнюю ножку, где все еще западные зарганцы спокойно жили. На конце этой ножки уже около трех столетий как жили пришедшие с островов кафтарцы. Размножились, окрепли и обнаглели. На воде им не было равных. Преимущество у них и в кораблях, что из заговоренной древесины делали. Да и сама постановка вопроса в том, что проиграть бой — значит опозорить весь род. Сильная мотивация.

У кафтарцев во главе рода стоит женщина. Матриархат у них махровой и садистский судя по рассказам. Гаремы из мужиков составляют, наказывают их ежедневно, детей делят на группы, от любимых мужей и нелюбимых. Неугодные дети опускаются чуть не до уровня рабов. Выбиться назад в «люди» можно только одним способом. Одержать победы, стать знаменитым и тогда сообщать всем имя рода.

В то же время есть рабыни женщины. Тайные. От таких заводят бастардов и потом отдают в услужение в другие семьи. Могут дать трофей — женщину за военные заслуги. Психи какие-то!

Очень ярко выражена у них клановость. Сейчас у верхушки власти стоит клан Махлан. Многочисленный, жестокий и очень высокомерный. За малейший проступок казнят и своих и чужих.

Если будем жить на клочке суши рядом с западным кланом, с другой стороны будет край кафтарцев. Неприятные соседи что там, что здесь. Западных зарганцев не любят еще больше чем южных. Если южные это хитрые и пронырливые манипуляторы, то западные двуличные пираты. Живут только награбленным. Местность для сельского хозяйства у них конечно не подходит, но можно было и другой способ найти. Грабить да убивать на купеческих кораблях, это уж слишком по моему мнению. С этой стороны они подпортили репутацию всем зарганцам еще больше.

На мой вопрос чем они раньше поддерживали экономику, Зайлос задумался. Он вообще был живым сборищем легенд и сказаний, не говоря о традициях тех же зарганцев. Кстати после нашего официального объявления на корабле кто я такая. Многие из зарганцев решили вернуться к старым традициям и отращивать волосы. Зайлосу волосы помогли оддину найти. Значит правы предки были. Другим зарганцам даже в возрасте — это дало надежду повстречать свою женщину несмотря на возраст.

За всеми этими разговорами к общему мнению мы в тот день не пришли. Островов конечно много, но Мард сумрачно жаловался на все. На этом воды нет, на этом пропитания. И так далее. Мард не хотел на острова. Там не верфи не построить, не порта. Его привлекали земли между кафтарцами и западным кланом. Войны с кафтарцами он не боялся. Подмигивал мне и говорил, что со своей женой и парочкой зарганцев. Он и другую флотилию завоюет. Оптимистичный, но несерьезный подход.

У нас уже начались споры, когда Зайлос и Шайд после странных переглядок попросили всех замолчать.

— Есть шанс поселиться на этой земле законно. Есть одна не то что традиция… — медленно заговорил Зайлос.

— Говори правду — качнул головой Шайд.

— Хорошо — согласился тот. — Последний такой случай письменно не зафиксировали, но считается, что достаточно сильная оддина может подчинить себе все реликвии. А это даст тебе право поселить объединенный клан именно в этом месте. У тебя будет право — это решать и говорить на равных как с западными, так и с кафтарцами.

— Вот сейчас появится, но — шепнула я на ухо Марду, который слушал, открыв рот.

— но… — начал Зайлас.

Мард посмотрел на меня с восхищением.

— … ты не зарганка и трудно сказать получится ли это. Хотя реликвия южных тебя приняла и начала с тобой сливаться. Правда медленно. Я думаю дело в том, что ты его не убила, а украла реликвию. Хотя кристаллы приняли твою магию и повинуются тебе по праву силы.

— Надо попробовать — я оглянулась на остальных мужей. — Это же шанс хоть на какую-то легализацию. Где нам взять реликвии северного клана и восточного?

— Ну, они как бы здесь — хитро ухмыльнулся Шайд. — Почему ты думаешь мы всегда друг друга ненавидели? Мы из разных кланов.

— И у вас… — я потыкала пальцами в них — есть реликвии потому что, вы типа принцы. Как это вообще правильно называется? Вождь, повелитель, принц, король.

— Вообще глава тенгру. То есть клана — пояснил Зайлос. — Если реликвии тебя примут, ты станешь официальной главой объединенного клана.

— Звучит не очень — я передернула плечами. — Можно номинально я буду реликвии носить, а управляться со всем этим вы сами?

— Хм, сначала проверим реликвии — задумчиво сказал Шайд и вытащил из-за пазухи браслет.

На вид простенький с голубым как

— Зай что делать? — шепнула я.

— Принимая реликвию ты принимаешь его людей и Шайда навеки под свое крыло.

— Принимаю — кивнула я и надела на руку.

Сначала браслет чуть сжался прямо на глазах, потом обвил мое запястье. Чуть видоизменился в фигуру прыгающего волка. Только я успокоилась как он впитался в кожу став серебристой татуировкой, а глазиком волка стал тот камешек, который врос мне в кожу.

— Шайд так и должно быть? — тихо спросила я.

Он молча поцеловал мою руку, губы и лоб.

— Да, моя оддина. Северный клан отныне твой.

— В смысле наш — посмотрев в его глаза сказала я. — Зачем мне твой клан без тебя — усмехнулась я и поцеловала его в ответ.

Глазик волка на моей руке вспыхнул и такой же браслет с волком появился на руке Шайда, тот счастливо вздохнул.

Теперь ту же процедуру провел Зайлас. В его руках был почти такой же браслет только с синим камнем.

— Принимаю реликвию и принимаю твоих людей навеки под свое крыло, а тебя мужем и главой северных зарганцев — без подсказки сказала я.

На руке впитался в кожу очередной браслет, теперь уже с глазом синего цвета на фигурке ирбиса. Такой же получил и Зайлос.

— А если бы я не сказала, что вы во главе своего народа, чтобы случилось? — задумчиво сказала я. Разглядывая обе руки под взглядами других мужей.

— Мы рисковали — сказал Зайлос — ты могла оставить всю власть в своих руках. — Но я верил в то что люблю именно ту самую женщину. И теперь мы имеем право на ту землю у горы Соркала. Исконные земли восточных и северных кланов.

— Там хорошее место для постройки порта — Мард одобрительно кивнул.

— А климат? — спросил Ардон.

— Средний — ответил Шайд. — Есть четыре времени года, можно успеть вырастить урожай, но земля каменистая.

— Нужно посмотреть — проговорил мой мишка.

— Мы теперь вроде королевство? — спросила я. — Давайте всем распределим по знаниям ответственные дела. Вот Ардон, например, подходит на роль министра сельского хозяйства и благоустройства. Сарган министр финансов и политики. Лисниэль министр здравоохранения и образования. Мард военный министр и адмирал флота. Шайд и Зайлос отвечают на все зарганские вопросы. Что думаете?

Мое предложение кажется всех насмешило и обрадовало. Судя по лицам у всех появились идеи, которые они захотели воплотить в жизнь.

Ардон заговорил про дороги, постройки городского типа и что первым мы заложим замок для нашей семьи. Сарган задумался о соседях и какие шаги может предпринять Арильян. Зарганцы маги серьезные, если все объединятся им не понравится. Лисниэль схватил за руку Ардона убеждая, что прежде дорог нужно больницу сделать. Зарганцы светились от счастья, а потом посмотрели на меня.

— Огонек, а что будешь делать ты? — с каким-то подозрением спросил Шайд.

— Я буду фигурой номинальной. Ну, и конечно к родам готовиться. Время тикает — погладив живот заявила я. — Так что времени рассиживаться у нас нет. Нужно строить замок быстрей. Прости Мард, но рожать на корабле я не хочу.

— Ну, и зря — сажая меня на колени чуть обиделся тот. — Я бы для этого целый корабль подготовил.

— Воевать с детьми на корабле? — я прям в осадок выпала.

— Не будет моих детей на корабле — заявил Шайд. — Мы поплывем к горам Соркала и начнем обустраивать дом. И сделаем для начала подвал Ардон. Скрытный, способный в случае нужды защитить нашу семью.

Объединение кланов зарганцы приняли бурно. Вина было немного, но мы слушали примитивную музыку в виде барабанов и дудочек, пили вино и демонстрировали мои руки всем зарганцам. Некоторые смотрели на меня с восхищением, больше с оторопью. Один опустился передо мной на колени и любом треснулся, аж звук пошел.

— Да будет благословенна наша оддина полным единением кланов — восторженно выдохнул он.

Про детей зарганцы тоже всем рассказали я была против, но ход был политический как сказал Сарган. У королевства должны быть наследники. А так как мы заявляем о себе, то говорить о наследниках вполне понятно и оправдано.

На мой взгляд Зайлос нехотя пояснил. Что зарганцы каждое поколение ждут такую оддину, которая объединит все реликвии, это по преданию откроет храм посвященной их магии. Храм «Тьмы и Холода» запечатан уже несколько столетий. Отпереть его может только тот, кто достоин.

Лежавший на палубе зарганец не желал вставать. Выпил зарганец, да и восторг в глазах у него какой-то фанатичный был. Он посмотрел на меня снизу-вверх словно что-то ожидая. Ну, в основе каждого королевства лежит легенда. Я чуть усмехнулась и оголила ухо с кристаллами Слепца. Зарганец снова бухнулся на пол лбом, а потом вернулся к столу с вином выкрикивая:

— Три реликвии. У нее уже три реликвии!

Остальные зарганцы с интересом посмотрели назад и заметили мое ухо, которое я освободила от волос. Крики стали громче. Приветственные, с яркими глазами, нитями льда на руках. Теперь они были готовы идти в любое место за нами.

— Нам нужна была легенда. Я не зарганка так что надо бороться за их преданность. Пойдем путем традиций и легенд. — Пояснила я свое действие. — А вам этот храм кстати зачем?

— Без храма наша магия из рода в род тоже слабеет. Жена зарганка — это уже роскошь. Дети от других рас всегда мальчики и слабее.

— Боитесь, что наши дети будут слабыми? — спросила немного злобно я.

— Нет, птичка — примирительно ответил Зайлос. — Ты приняла три реликвии. Такого давно не бывало. У тебя не может быть слабых детей.

— Выкрутился красавчик — погладив его по подбородку мурлыкнула я и пошла к моим прочим мужьям, чтобы эти зарганские страсти не заставили их чувствовать себя менее важными.

В итоге, зарганцы вповалку лежали утром на палубе, Мард у штурвала и грозил во сне первым построить гавань, а не замок, а мы с Лисниэлем, Ардоном и Сарганом проснулись в каюте все вместе. Из одежды на мне была ткань в виде греческого платья, голые мужья и улыбающийся Сарган с остатками веревок на руках.

Я посмотрела на улыбку законника одним глазом. Что я вчера творила непонятно. Пила мало, а память почему-то подводит.

— Спрошу прямо — хриплым шепотом произнесла я. — Мне есть чего стыдиться? Я вела себя плохо?

От того что он сделал мне стало еще хуже. Сарган смеялся. Искренне и очень красиво, у меня даже дрожь по телу

— Это да или нет? — не выдержала я.

— Это было немыслимо — включился в наш разговор Лисниэль и обнял мои бедра целуя венерин холмик. — То, что мне рассказывали о постельных играх и то, что делала ты это совершенно разные вещи.

Слова вроде знакомые и рот моему мужу принадлежит, а вот понять ничего не могу. Вот, зачем они сказали, что вино из местных персиков беременным можно. А выпить я в такой день должна.

— Его ход с кубиками льда поразил — прикрывая глаза рукой бурчал сонный Ардон. — Хм, это он еще с мороженым не пробовал — и такая наглая довольная улыбочка на губах.

— Чего еще я не пробовал? — спросил Лисниэль, убирая с моих бедер ткань импровизированного платья и целуя венерин холмик уже без ткани.

Ах, вот как мы до кубиков дошли.

— А с Сарганом что я сделала? — спрашиваю у похотливого котика в которого обратился Лесниэль, намекая на новые утренние приключения.

— Ты его привязала и на нем все показала. А потом на нас повторила — ответил Ардон.

Котик то мой увлекся, не оторвать. Как будто не меня вылизывает, а сметану на тарелке.

— Лисниэль я отомщу — испустив жалобный стон предупреждаю я.

— С мороженным? — спрашивает тот.

— И с веревкой — мстительно добавляю я, потому что у него уже работает не только язык, но и пальцы.

Вот мне сейчас злиться или радоваться? Глядя на Саргана радоваться. В постели нас было четверо, но все довольны. В каюту пошатываясь зашел Мард. На лице вселенская обида.

— Каюта моя. Жена моя. А удовольствие им? — цедит он слова.

Лисниэль хихикнул, но продолжил. А я сотворил кусок льда и дала Марду показав на голову. Сарган чмокнул меня в бедро, потом в губы и загадочно улыбнулся.

— Могу принести веревки.

— Ты мой законник искуситель — простонала я и вцепилась в волосы мужа, который старательно меня соблазнял. — Сливки и сахар тоже неси. Будем завтракать и Лисниэля совращать.

— А меня? — вылез Мард из кресла. — Я тоже хочу мороженое и веревки. Сарган побольше веревок — крикнул он в спину законника.

— И тебя — выгибаясь от удовольствия стонала я.

Повезло с мужьями. Покормили, удовлетворили четыре раза и к полудню мы наконец покинули каюту. После мороженного и льда в нашей постели. Сарган и Лисниэль вышли из каюты счастливыми с горящими глазами. Мард задумчивым, а Ардон снисходительно улыбался. Да пока мы строили подвал мишке моему перепало много плюшек. Закроемся там от зарагнцев и уххх. Лисниэль в это время бомбами занимался.

— Тебе не понравилось? — спросила своего рыжика, прижимаясь к его груди на палубе.

— Наоборот — выдохнул он. — Только не понимаю за что дахью берут деньги? И большие деньги. С тобой мне всегда интересно и … ты сама понимаешь. Я всем доволен. А они почти ничего не делают.

— А может тебе жена из Митраса нужна? — мстительно спросила я.

— И думать не смей! — схватив за плечи велел он. — У такой в постели только фаворит бывает. И не потому что она стесняется, а потому что так остальным больно. А секс только ради целей каких-то или как поощрение для мужа очередного. Ну, могут дать посмотреть и это еще добротой считается.

— Вот и хорошо мой дорогой муж, ответственный за военно-морскую оборону. — Мард ухмыльнулся от этих слов. — Захочется к дахью пойти, или трофей от морячков опробовать… вспомни что дома есть я.

На что мне поклялись в верности и повели нашу эскадру к новому местожительству. Два дня мы спокойно плыли с попутным ветром. Когда на горизонте показалась полоска земли, из-за мыса выплыла эскадра кафтарцев. Мард выругался и стянул все корабли ближе. Пушки у них стреляли магическими сгустками огня. Для чего были нужны маги огня. А наша часть огненных магов отправилась на Арильян.

— Тогда ваш старый способ — сказал Шайд. — Здесь много зарганцев.

— Мы дадим сигнал и одновременно будем замораживать корабли — поддержал Зайлос. — Кафтарцы уважают только силу. Когда-то наш холод останавливал любого, кто пытался посягнуть на эти земли.

Мы с Мардом переглянулись. Мы и вдвоем справились с тремя кораблями зачем нам все зарганцы.

— Спорим что мы с адмиралом сами справимся? — усмехнулась я.

— Птичка, это дело принципа — ответил Зайлос. — Мы должны тебя защищать, а не наоборот.

Я уступила и сидела в самом, по их мнению, спокойном месте. В трюме с девушками. Там они повыли от громких криков, я похмыкала, а потом полезла наверх в тишину. Корабли и правда заморозили без меня. Только не так эпично, как мы с Мардом. Орудия забили льдом, паруса тоже. Воевать могли кафтарцы только ятаганами в руках. Вот только к нам сообщение пришло. Их главный говорить хочет с Рыжим демоном. Кличку такую моему адмиралу дали. Смешно.

На всякий случай я ребятам резерв восстановила, каждого обняла. Простым зарганцам просто руки протянула. Искры сыпались, все сработало. Зарганцы удивлены, но довольны. На всех кораблях кафтарских оставшиеся в живых выстроились как на параде на палубах и на нас смотрят.

Из лодочки вышел к нам еще один кафтарец с отрядом человек в шесть. Не боится ничего. Брови хмурит, за ятаган на боку держится. И под нос бурчит.

— Полцарства за переводчика — сказала я, настроение испортилось.

Сарган хмыкнул и перевел.

— Всех в рабов превратит. А женщин с этого корабля спрячет в своем доме.

— А сколько ты языков знаешь? — спрашиваю законника.

— Один — хмыкает тот — кроме боевой магии ты меня еще и ментальной наградила. Чувствую ложь и правду, языки не знаю, а мысленные образы вижу.

— Я тоже вторую магию хочу — пихает меня в бок Мард. — Я военный министр. Мне нужно.

Вот задница завистливая.

Дополз наконец кафтарец. На нем длинная жилетка полосатая. Брюки довольно свободные. На голове простая коса темно русого цвета, загар у него прямо африканский. Колоритная фигура. В трех шагах от нас остановился и заговорил.

— Ыыыы — чуть не застонала я.

Ну, и голос противный, скрежещущий. Еще хуже, чем у Слепца. У меня слух тонкий ранимый. А этот как дверь несмазанная скрипит.

Когда Сарган стал переводить мне полегчало.

— Вы забрали наши три корабля и посмели сюда приплыть на них. За это вас накажет главный род кафтара, и вы обратитесь в пепел.

Говорит вроде с мужьями, а смотрит на меня. Типа — это мои телохранители, а главная я здесь? А, так у них же матриархат. Говорит кафтарец, говорит, а сам рукава засучил. Там какие-то знаки

Тут он бошку поднял к небу, заголосил что-то и на нас взгляд бросил. Неприятно как-то было, страшно даже. Я от страха, руки перед собой поставила. Все ниточки в руки собрала. Тело кафтарца в небо смотрит, руки-ноги как у распятого, а изо рта дымок ползет. Секунды тянутся как часы.

— Эээ, — нарушаю молчание и на мужей смотрю. — Почему у него изо рта дымок идет?

Все мужья напряглись. По виду угрозу чувствуют, а что происходит не знают.

— Что еще ты видишь? — с интересом спросил Шайд.

Я встала боком и попыталась разглядеть.

— Ну, струйка вроде из черных нитей ко мне идет, а потом в золотой щит впитывается. Я перед вами со страху щит поставила. Золотой, как искры.

Мужья молчат, а меня затошнило. Кафтарец иссыхает на глазах. Одежда его вот-вот слетит с тела. Людишки его что с ним приплыли от страха рты открыли и лбами об палубу стучат, бормочут что-то.

— Меня сейчас стошнит — предупреждаю я и прячусь за спину Шайда.

Тот выуживает меня оттуда и ставит назад.

— Нельзя, Огонек. Терпи. Если это, то что я думаю. Они от страха перед тобой больше к нам не сунутся.

От кафтарца уже мумия осталась. Все еще скручивает его в воздухе мне уже совсем это не нравится. На кораблях кафтарских гул идет. Остатки кафтарца падают на палубу костями и некоторые кости откатываются по доскам в стороны. Долбившие лбом доски кафтарцы подняли головы и глянув на меня заголосили.

— Аттая Адинас! Аттая Адинас!

Те что стояли на кораблях подхватили этот крик. С таким восторгом орали как будто праздник начался. Потом на всех кораблях на колени упали и снова вопят. Минут десять мы ждали пока они умолкнут. Потом один из шести перед нами руку поднял и все умолкли. Он же подполз ближе к нам и льстиво что-то залопотал. Сарган сразу перевел.

— Сильное заклятие рода махал было нипочём для Аттая Адинас. Заклятие смерти было завязано на жизни всего рода Махал. Аттая Адинас выдержала силу целого рода и победила. Она первая в своем роде. Сильнейшая и по праву после уничтожения рода Махал, принимает под свою руку кафтарцев на этой части материка. А он — Разикай, свидетель и правая рука главного мужа рода Махал. Почитает за счастье передать новое имя Аттая Адинас в столицу кафтарцев.

Разикай замолчал и мне в рот смотрит. Пихаю рукой Шайда.

— Тебе нужно принять кафтарцев к себе по праву сильного и назвать наш род.

— Скажи сам — тяжело сглатываю я, какие страсти разгорелись.

То война, то мумии летающие, теперь принять кого-то.

— Они слушают только женщин — говорит Шайд. — я сейчас тебя даже тронуть не могу. У них мужьям это запрещено.

— Птичка, и название рода нужно — шепчет Зайлос.

Я мысленно матерюсь. Вот где я сейчас название рода им возьму?

— Аттая Адинас принимает вас к себе — злобно усмехнувшись сказала я. — А Разикай пусть еще скажет в столице. Кто вздумает угрожать мне и моему роду почувствует всю мою силу на себе и своем клане. Мы забираем себе все земли у горы Соркал, землю Кафтара и побережье для моего клана Эльзар. Раз в месяц все налоги. Ты Разикай привезешь в мой дом у горы Соркал, чтобы Кафтар и дальше мог быть спокоен и счастлив под моей рукой. Все военные корабли Кафтара отныне переходят к моему мужу Марду — я тыкаю пальцем в своего гордевого рыжика. — Вы построите ему еще пять новых и лучших кораблей. Я определю вам сколько привозить провизии и товаров. А если вы захотите войны — в этот момент я вспомнила что у нас скоро будет двое детей и неожиданно разозлилась.

Мои дети должны быть в покое и мире в своем доме. Силу значит любите.

Я подошла к Саргану и взяв его за руку направила его ладонь в океан. Толкнула золотые искры в него. Из его пальцев вырвался шар диаметром в метр и плюхнувшись в воду сделал такой взрыв что ближайший корабль накрыло волной и снова заголосили полуголые фигурки Аттая Адинас.

— В случае войны, я и мой муж Сарган выжгем весь Кафтар до тла!

Потом Сарган словно мы репетировали чуть попятился от меня и притронувшись к голове Разикая, видимо передал все эти знания ему в голову.

Разикай был лысоват и щербатый. Раззявив рот от страха, он тоже подвывал «Аттая Адинас». Безумными после взрыва глазами посмотрел на меня и принялся бить рукой в свою грудь.

— Разикай все передаст прекрасная Аттая Адинас! Разикай все исполнит! — переводит его вой Сарган. — Аттая Адинас назначает меня своим гласом. Пусть кораблями владеет ее Рыжий демон, а пламенем смерти Светлый муж. Да будут ее зарганцы всегда холодны и быстры. Да будет дом у горы Соркал клана Эльзар самым сильным. Позвольте удалиться Аттая Адинас. Позвольте взять один корабль для отплытия о Рыжий демон Великой Девы?

Конечно рыжик им позволил взять один корабль. Причем самый подпорченный в двух битвах. Перед уходом Разикай целовал на палубе мою тень. Благодарил море за такую Аттая Адинас с великодушным сердцем и заискивающе спросил Рыжего демона, можно ли пристроить его племянников и братьев на службу к Марду огненными магами? Мой адмирал задумался, но сразу ответ не дал.

Мы не шелохнувшись ждали пока фигурки зарганцев быстро переберутся на подпорченный корабль. Теперь уже мы с Мардом устроили демонстрацию. Толкнули переполненный кафтарцами кораблик большой волной. Кафтарцы подвывали от страха, но маневр оценили. Разворачивать подбитый корабль уже было не нужно. Когда корабль отплыл на приличное расстояние Мард повернул ко мне голову и сказал:

— Отмерзай великая Аттая Адинас — они свалили.

Я буквально запрыгнула на руки к Ардену. Сколько можно нервировать дважды беременую женщину.

— Унеси меня мишка. Мне плохо — заканючила я.

Ардону не надо повторять дважды, меня быстренько унесли подальше от кучки костей бывшей недавно кафтарцем. Остальные мужья устроили срочное совещание. А Ардон и Лисниэль успокаивали меня. Тело потряхивало от адреналина, и здорово тошнило. В объятьях двух мужей я немного пришла в себя, когда остальные мужья вернулись.

У них ко мне была куча вопросов и новостей. Во-первых, Мард почти танцевал от счастья. Я вцепилась в бедра Лиснеэля на которых лежала моя голова. В то время как мое остальное тело было в руках Ардона.

— Пять новых кораблей! Гавань возле Соркала! Эль я говорил, что люблю тебя? Забудь! Я тебя люблю и

— Птичка моя — счастливо улыбаясь спросил Зайлос и принялся разминать мои стопы. — Откуда взялось название клана?

В ответ я фыркнула, а потом застонала. Каждую ступню атаковали мужья зарганцы и мне стало не до смеха. В массаже стоп они были лучшие.

— Пришло в голову… потому что — как это было здорово такие чуткие и сильные пальцы, проминают каждую точку.

— Дайте вы ей сказать — не выдержал Мард. — Мне тоже интересно откуда.

Зарганцы принялись слегка поглаживать щиколотки и хитро усмехаться.

— Эльзар — потому что я «Эль», а «зар» — это зарганцы. Вам не понравилось?

Судя по поцелуям, всем понравилось. Но потом строгий Лисниэль велел всем катиться к черту или замолчать. Я не только жена, но и будущая мать. Это напоминание всех отрезвило. Меня накормили горячей едой. Заварили успокоительный чай.

А через два дня мы сошли на берег у горы Соркал.

2. Было весело

Первыми на новый берег ступили зарганцы. В целях безопасности. Потом я и женщины. Здесь был первый спор, который разрешила через полчаса я. Мард уперся что кораблям нужен порт с каменными причалами и не гоже такие корабли просто бросать у берега. Ардон настаивал на замке для беременной жены. Дошло до криков и странного морского мата.

Чувства, которых мало….

Нужно искать и беречь.

Погрузиться в историю

Потом я как Аттая Аддинас обоим понизила давление и заявила. У нас в семье два мага земли. Моих силенок на подвал хватит. А корабли новые нам никто не даст. Так что оба заткнулись и сделали хоть подобие порта с местами для кораблей. А с временной землянкой я справлюсь.

По чертежам марда порт отнял 4 дня и все нервы Ардона. А мирить их пришлось в постели. Связать обоих и пытать. Сарган позавидовал, но ради семьи промолчал. Законник у меня мудрый.

Потом настала очередь домов для зарганцев. Я настояла. Мы решили, что будем строить первый город как солнце. Наш замок в центре и улицы лучики во все стороны расходятся. Из-за горы Соркал лучиков было 4. Вместе с Ардоном, я спроектировала удобные каменные домики. Ардон показал мне как их строить и в две руки мы сделали два лучика за две недели. Проблемы были с дверями и стеклами. Двери мы научились выращивать, стекла летом пока были не нужны. Семьям сразу давали отдельный домик, а не семейные зарганцы жили до 10 человек в доме, но мы обещали всех расселить в ближайшее время. А вот с нашим замком Ардон возился долго. У него появилась одержимость все сделать идеально. И как известно нет предела совершенству.

Засыпаем без северного крыла, а утром оно появляется. Кухня несколько раз меняла место. Повсюду была изящная вырощенная деревяная мебель и удобные лестницы. На крыше мы с Ардоном разбили сад, который мантикоры облюбовали и пускали только нашу семью. В центре замка скрытая детская комната, ниже сокровищница. У каждого мужа есть отдельная комната и огромная общая спальня. Есть малая гостинная для нашей семьи, лаборатория Лисниэля, кабинет Саргана и комната с потайной стеной для шпионажа. Это гордо я придумала.

На первом этаже огромная зала приемов со столами и просторными окнами. Есть оранжерея, оружейная, хозяйственные комнаты, даже система водопровода с водонапорной башней, которую наполняет водой Мард раз в сутки. В замке начали суетиться Лисниэль и я. Остальные занялись другими вопросами. Все лучики в городе заполнились домами. Свадьбы играли каждый день, ко мне приходили за благословением как к главе рода.

Мы отправили к западному клану посланца с предложением встретиться и поговорить. Тенгру западных, оддина в возрасте, ответила что-то расплывчатое. Мы пожали плечами. Если у них нет к нам претензий, то и нам не интересно, чем они там занимаются.

А вот южные неожиданно приехали с целой делигацией во главе их был брат Слепца, который так и не вернулся домой. Делигацию принимали всей семьей. В зале к тому времени вставили стекла, которые мы привезли из кафтара. Повесили занавески, сшитые по моим экскизам. В центре залы перед главным столом в виде буквы «п» лежит шикарный ковер. Подарок тенгров для меня, который передали Марду с весьма туманным посланием. Шайд сказал, что тенгры себе на уме и верят в судьбу. Мард подтвердил, что они чуть того… и я постелила ковер в зале не желая подарок «того» оставлять в личных комнатах.

Южные довольно агрессивно вошли в зал и направились сразу к нашему столу. Впереди шел какой-то горилообразный, смутно напоминавший мне Слепца. Он был обвешан оружием и одет в белое. Глаза почти безумные фиолетовые. Он шел вперед, кривя свои губы как хищник.

Вся наша семья была в сборе. Я в центре, шестеро мужей по сторонам от меня, на боковых столах наши ближайшие и доверенные люди. Справа восточные и слева северные зарганцы. Немного пришлых магов и бесконечно гостящие кафтарцы, которые всегда что-то просили.

В двух шагах от стола агрессивный незнакомец остановился и стукнув кулаком правой руки в грудь уперся взглядом сначала в Шайда потом в Зайлоса.

— Звер из южного тенгру. Кто из вас вороватых слабаков готов принести извинения за то, что выкрал наш знак рода?

Он переводил взгляд на каждого из моих мужей, в конце остановив его на моем лбу.

В глазах его была только ненависть и злоба. Да и кто бы сомневался с таким имечком. Стоявшие за его спиной 4 зарганцев мордовораты с отвратными рожами, тоже увешаны оружием, но одеты пестро в отличии от Звера. Волосы у всех в такой же прическе как у слепца. Мелкие косы плетеные прямо на голове и схваченые железными кольцами.

— Отвечать на твое оскорбление мы не будем — прорычал Шайд. — Ты можешь выбрать любого из нас. Каждый с удовольствием смоет твое оскорбление кровью.

Звер обвел взглядом всех моих мужей еще раз.

— Кто из вас убил моего брата? — прошипел он.

— Море — ответила я чуть усмехнувшись. — Его партнер Кавсар выбросил его в море.

Взгляд Звера прикипел к моим губам. За мужей я не боялась. Каждый был уже достаточно сильным и опытным чтобы защитить

— Кто забрал память рода? — спрашивает он.

Сарган, не меняясь в лице сжимает мое бедро. Посылает картинку что бы я молчала. В ответ я только фыркнула. Этого Звера я не боюсь. Да артефакт у меня, но я его силой взяла. Мой он теперь.

— Я найду того, кто забрал и убью! — орет он, вращая глазами.

— Твой брат был слаб — презрительно кривлю губы. — Память рода была взята силой и признала другого хозяина. Здесь ты найдешь только неприятности и смерть для тех, кто пришел с тобой. Память рода мы не отдадим.

Общение с кафтарцами научило меня говорить жестко и быстро. А еще я знала, что потерять память рода — это большой позор и то что южный клан явился так поздно за своим артефактом чести им не вернуло.

— Я не верю, что кто-то из вас одолел моего брата в честном бою! — ревел Звер медленно поворачиваясь вокруг себя.

Но никто из наших людей и зарганцев глаз не опустил. Все знали правду и не собирались отдавать артефакт южным, тем более что он ко мне прирос.

— Я буду драться с одним из вас! — орал он, тыкая руками в моих мужей. — Завтра на закате. До смерти! И вы вернете мне память рода.

— Можешь выбрать любого — развел руки Зайлас и хищно улыбнулся. — Бой до смерти ты получишь. Память рода мы не вернем. Она наша!

Звер издал резкий крик и кажется хотел броситься вперед, но я и Зайлас одновременно выставили перед нашим столом ледяной щит, а Шайд метнул копья в то место где тоял Звер. Но за какую-то долю секунды тот оказался почти у дверей залы. Однако быстрый малый.

— Завтра на закате! — прорычал он и исчез из зала.

— Какой невоспитаный — постукивая пальцами сказала я. — Настоящий зверь — с усмешкой добавила. — А не построить ли нам Колизей? Небольшой — спросила я Ардона.

Тот посмотрел на меня с удивлением. Мы часто с ним обсуждали архитектуру моего мира. Знал он уже про акведуки и Колизей, египетские пирамиды и Сфинкса.

— Ради одного боя? — с каким-то разочарованием спросил он.

— У нас еще западные есть — шепнула я чуть тише. — Как знать, что им в голову придет. Да и тренировочные бои проводить будет удобней. Ну, хочешь назовем это стадион.

— А почему нет? — ухмыльнулся Шайд. — Пусть все увидят, как я его убью. Такие оскорбления нельзя оставить без ответа.

Рука Саргана все еще гладила мое бедро.

— Нам нужно перейти в кабинет — спокойно произнес он. — Мне это не нравится.

— Да ладно — хмыкнул Мард складывая руки на груди. — Мы его размажем.

— Вы забываете — терпеливо объясняет законник — артефакт сейчас на нашей жене. И мы не можем его снять. Даже случайный проигрыш грозит нам одной серьезной проблемой. Нам нужно в кабинет — цедит он слова сквозь зубы.

Первый медленно встает и уходит из зала. Мы начинаем веселый разговор с Лисниэлем. Отвлекаем всех в зале пока остальные мужья уходят в кабинет и долго там совещаются. Я уже распухла от местного чая. Устала улыбаться и деланно хохотать.

Ночью ко мне пришли только Зайлас и Лисниэль. Остальные были чем-то заняты. Оставшиеся двое мужей на вопросы мои не отвечали за что я тут же определила их в изменников и заявила, что отомщу всем, по-разному и долго. От такого заявления Зайлас выглядел виноватым и уснул, обнимая меня за талию со спины, а Лисниэль долго смотрел мне в глаза, но тоже гаденыш молчал.

— Круговая порука значит — процедила я сквозь зубы так и не выйграв его в гляделки.

— Защитная порука — пришел ему на помощь Зайлас сонным голосом. — Спи, птичка.

Утром в замке был только Лисниэль. Который бегал по замку как угорелый. Ардон строил у самого берега двухъярусный стадион с отдельной ложей для нашей семьи. При виде меня на строй площадке он нахмурил брови, чмокнул меня рассеяно в нос и спросил какое покрытие у стадиона.

— Песок или трава — ответила я.

От моих слов Ардон подвис и долго смотрел на два вход, которые еще не были достроены. Мой муж архитектор и министр благоустройства одновременно, явно летал в облаках и был обеспокоен. Остальных я до вечера даже не увидела.

Я воплотила в жизнь свой план с местью и тоже нашла себе интересные дела. Пообедала на крыше замка в саду с мантикорами. А когда там появился Шайд повернулась к нему спиной. Меня обняли, попросили Огонек не нервничать и быстро удалились. Похоже тактика молчаливой мести их нисколько не пугала.

Ишь, ты какие мы умные и самостоятельные. Возмущалась я мысленно и вслух рассказывая моей беременной Коше о том, что меня в планы больше не посвещают. Коша довольно громко рыкнула, спросила послать ли на помощь парочку своих мужей, чтобы Звер не дрыгал лапками. Я рассмеялась и долго лежала в мягкой траве обнимая мою красавицу.

Подумать только. Мы обе переплыли Третье море, завели большую семью и беременны. Я зацеловала ее розовый носик и не желала покидать свой уголок спокойствия пока Дрисл трижды не пришел на лестницу, уговаривая меня спуститься на ужин.

Летающие над крышей мужья Коши всех расцветок были очень убедительны и кроме меня на крышу спокойно никого не пускали. А для них как сказала Коша, я приемный котенок их жены.

После третьего раза я вспомнила, что я глава тенгру Эльзар хоть и номинальный. Так что я встала и пошла к себе в гардеробную. Надела удобное платье, заплела косу вокруг головы как корону, а одним локоном прикрыла ухо с серьгами. Кто знает сколько будет длиться бой. Я хотела комфорта и красоты.

Ужин в семейной гостинной прошел в молчании. Хотя мужья пытались вывести меня на разговор. Я упрямо молчала. Картинки поцелуев что мне подсовывал в голову Сарган я игнорировала. А когда он подошел сзади и поцеловал мое правое плечо, транслировала в голове картинку двери которая бьет Саргана в лоб. Законник отступил, а я продолжала есть.

Апетит кстати последнее время был зверским. Как говорил Лесниэль на третьем месяце я начну набирать вес. Обидно терять такую фигуру, но ладно.

Молчаливый ужин перешел в тихое шествие к новому стадиону. Покрытие было из песка кстати. Солнце садилось в Третье море,

Герои, то же мне. Хмыкнула я, оглядывая их лица. Можно подумать, что я бы растрепала их план. Или повисла на руке чтобы они не дрались. Я же не идиотка. Прекрасно вижу, что вызов придется принять. Вчера оскорбили целый род. А этот идиот Звер оскорблениями сыпал прилюдно, такое не умолчишь. Вот, только не зная их план я нервничаю еще больше. Я нервничаю! Я — их беременная жена!

Сволочи молчаливые и дружные, а не мужья. Никогда истрерики не закатывала. Теперь понимаю, что пора.

Солнце склонялось к розовой воде все быстрей. Остальные места на стадионе быстро заняли наши люди и зарганцы, даже женщины пришли. Хлеба и зрелищ вам подавай!

Звер не замедлил прийти на середину стадиона. Выпучил на нас свои фиолетовые глазюки и прошелся вдоль нашей ложи.

— Выбирай с кем будешь драться — крикнул ему Шайд.

— Я уже выбрал — скривил свои губы Звер. — Это тот, кто виноват в смерти моего брата и украл память рода как обычный вор.

Он опять играл на публику слюнями брызгал, орал, на месте крутился. Наши люди ему свистели и выражали недовольство. А он смелый, невольно подумала я. Пришел в чужой клан, вызверил всех, а вот страха ни в одном фиолетовом глазу не видно.

— Ее! — он ткнул пальцем в меня.

На стадионе наступила тишина.

Ого, а план реально гениальный восхитилась я. А когда поняла, что он задумал, внутри словно струну опустили. Фух, вот оно что! Мужья беременной женой не станут рисковать. На все согласяться, даже на брак с уродом.

В этой тишине я рассмеялась, громко с облегчением. Даже рынок рядом с моей работой вспомнила. Вах, какой пэрсик! Сказку пришел рассказал про месть, агрессивные флюиды разбрасывал. С экспрессией, с огоньком. Как кавказцы на рынке. Пришел поиграл на нервах. Дал понять, что бой будет. Строил из себя брутала, а выбрал для боя слабую женщину. Стратег. Голова. Мне положено испугаться, заплакать. Мужьям — затрястись и спинами меня загородить. А дальше переговоры, компромисы, брак. И опа! У него уже готовое королество в кармане и жена оддина без всяких хлопот. Ардон схватил меня за руку, а Сарган положил свою руку на мое бедро.

Шайд и Зайлас побледнеть не могли, они посерели и головы не повернули. На Звера в упор смотрели. Хотелось в этот момент сказать: «а вот не фиг от жены все скрывать». Раз молчат значит по зарганским традициям такое возможно.

— Ты всегда дерешься с женщинами? — усмехнулся Мард. — На мужчин силенок не хватает?

Ага, на слабо его рыжий взять решил.

— Я всегда мщу виновным — заявил Звер и зыркнул на меня.

Сканирует мое лицо. Вооот, его настоящий характер! Изворотливый, подлый. Притворялся вчера нервным дерьмом, а на самом деле интриган и подлец.

— Да, ладно тебе муж мой — весело сказала я. — Он такой же слабак, как и его брат. Теперь я точно вижу сходство. Практически одно лицо.

Сарган транслирует мне картинку продолжай. А лицо у Звера выдает его недоумение. Жертва что-то не боится. Разведка плохо сработала. Не все что обо мне говорят ложь. На стадионе полная тишина.

— Будешь словами защищаться или уже сюда спустишься? — оскалился он. — Словами меня не победить и оскорбление не смыть. С вашего фальшивого клана и фальшивой оддины.

— Это точно — согласилась я. — помниться клан махал уже пробовал, а уних не вышло нечего — всплеснула я руками. — Ты главное не уходи оттуда храбрец. Я все-таки беременная. Пока к тебе спущусь подождать придется. Но таким трусам как ты главное время потянуть.

Мда, я не Рембо. И даже не Капитан Марвел. Нагибаюсь к уху Шайда.

— Какие у него слабости?

— Мы не смогли узнать — едва разлепляет он губы.

— С рукавами помоги муж мой — киваю Зайласу на мои запястья. — А у южных какие слабости?

— Я его сейчас порву — рычит Зайлас задергивая рукава вверх.

— Ну, что ты милый — хихикаю я. — Просто оторви — громко говорю я. И уже тише шепчу своей Зае. — Хватит пыхтеть. Вспоминай если не слабости, то сильные стороны. Мне нужна стратегия.

Зая рвет левый рукав и медленно оголяет мою руку.

— Он может переноситься на короткие расстояния. Быстро окажется у тебя за спиной. — Рвет второй рукав и хрипит — Птичка…

— Мард, Сарган хоть вы им скажите. У меня хорошие шансы после кафтарцев и тюрьмы — вру как сивый мерин.

Но также знаю и другое. У меня под сердцем два ребенка, а за них я порву всех.

— Шайд я же волчица — встаю с места и хлопаю свою тень по каменному плечу. — Щас глотку ему порву и все. Только Лисниэль чур не лечить южных.

Глаза моего целителя неотступно следуют за мной, но он словно застыл. А на Саргана трудно смотреть. Его ладони уже дымят на парапете перед нашей ложей. Его тело сотрясает мелкая дрожь хотя лицо словно каменное. Его я обнимаю за шею.

— А тебя ждет наказание — шепчу ему на ухо. — Спроси за что?

— За что? — выдавливает он как будто это мое последнее желание перед смертью.

— А вот и не скажу — кусаю его за ухо. — Накажу и все. Просто жди меня.

Когда родятся мои дети — медленно спускаясь на стадион говорю я себе — о том, что у меня колени дрожали говорить не обязательно. Ладони вспотели, сердце бьется как птица в груди. Дети, повторяю себе. У тебя дети. Будь сильной, осторожной и умной. Детям скажем что я была безупречна.

Спустившись на песок, я притворно вздыхаю и оглядываю весь стадион с улыбкой. Пусть запомнят, что я не боялась.

— есть другой выход — усмехаясь говорит Звер.

— Дай угадаю — быстро говорю я. — Объединить артефакт и тебя через меня?

В моем голосе звучат издевательства и насмешка. Лицо Звера меняется.

— Не зли меня женщина я даю тебе шанс выжить! — рычит он.

— Упс, разгадали твой «супер-план». Ну, прости — прижимаю руку к груди. — В нашем клане нет ни дураков не трусов. А уж желающих породниться с тем, кто беременным женщинам вызов бросает тем более — звонко отвечаю я ему и радуюсь, что мой голос не дрогнул. — Ведь победить беременную женщину это не честь правда? — спрашиваю я у молчаливых свидтелей. — Это скорее двойной позор и бесчестие для всего клана. Но ты не волнуйся мы сейчас его смоем —

Кажется, теперь Звер дозрел. Глаза сверкают, губы подрагивают в оскале. Теперь он будет меньше соображать. Смотрю на его ноги и ловлю тот момент, когда он начинает двигаться.

Эх не зря мы с Ардоном строили домики. Я так быстро приловчилась строить каменные стены, что сейчас едва передвигая ногами выстраиваю вокруг себя лабиринт из стен разной толщины и высоты. Слышу рык Звера. Расстояние в десять шагов между нами перекрыто каменными стенами, а я хватаю голубые нити в воздухе в руки и присаживаюсь на корточки. Словно паучок в центре паутины, когда мои нити за спиной дернулись я опускаю руку и из земли лезут уже не каменные стены, а ледяные копья. Где-то за моей спиной раздается рванный всхлип и что-то брызгает мне на спину.

Сердце еще гулко бьется, во рту пересохло. Перед глазами медькает мой великан Ардон и опускает одним движением все стены. Сарган подает мне руки и подняв с песка смотрит мне в глаза тяжело дыша.

Все наши зрители сидят, застыв от изумления. Я бросаю назад один взгляд хотя и так знаю, что там. Звер как бабочка попался в мою паутину и сквозь его тело прошло два ледяных копья, что вылезли из земли вокруг меня. Одной секунды мне хватает. Я поварачиваюсь к нашим зарганцам и полузадушенным голосом приказываю.

— Артефакт южного тенгру мой по праву силы. Схватите эту южную шваль и вышвыните в море. Пусть всем расскажут про свой позор. И если кто-то захочет бросить мне вызов я его приму!

Самые быстрые из наших зарганцев перепрыгивая через парапет с ревом налетают на сопровождавших Звера, бьют их, молотят кулаками и тащат окровавленных в море. Это уже не стадион понимаю я. Это арена как у гладиаторов. Здесь пролилась кровь сегодня. И хорошо, что не моя — выдыхаю я. Синие глаза Ардона с беспокойством смотрят мне в глаза.

— Ардон он испортил наш стадион — тихо говорю я.

Горло саднит, становится так грустно от того, что работа Ардона испорчена.

— Это чертов Колизей мишка — выдыхаю я. — С кровью и болью.

— Я построю другой — обещает он, поглаживая мою руку. — Еще лучше и больше.

Я ему все рассказывала про Колизей и гладиаторов с неожиданной усталостью понимаю я. А он помнит. Сарган берет меня на руки и несет в спальню. Набирает воды в ванную и передает на руки Марду, который моет меня и насухо вытирает, но потом я смотрю на лужи воды и меня начинает жестко тошнить. Такие же лужи были под телом Звера. Лужи крови, которые появились по моей вине.

Срочно вызывают Лисниэля, который пытается понять в чем дело, но ран нет. Даже царапин нет. Я просто не могу забыть еще трепещущее от боли тело Звера на копьях. Когда мы уходили с арены он еще был жив. В агонии и трепыхался.

Меня снова жестко тошнит. Потом меня накрывает истерика. Лисниэль качает меня на руках, а прибежавшие Шайд и Зайлас в ужасе смотрят на меня. Мне дают успокоительный отвар, который я с трудом удерживаю в себе.

Они подумали, что это от страха. Винили себя за то, что этого не предусмотрели. Переглядывались с ужасом. А я, схватив Саргана прижалась к его груди на постели и рассказала страшную правду моему законнику.

— Он был готов убить наших детей — шептала я ему в ухо. — Он был настоящим поганым зверем, но и я поступила не лучше. Я лишила жизни человека. Осознанно и жестоко. Я не лучше него. Возможно даже хуже.

— С чего ты взяла это рьяна? — едва шевеля губами спросил он. — Ты защищалась. Это он напал.

— Нет, милый. Я сознательно его убила. Он был угрозой для наших детей. И если кто-то еще будет им угрожать я сделаю это сново. Сегодня я стала чудовищем Сарган. Монстром — по моим щекам вновь потекли слезы.

— Нет моя рьяна — мягко сказал он, стирая седы слез. — Монстры ложатся спать без слез. Они делают это для удовольствия даже со своими детьми. А ты ценой своей жизни защитила всех нас и еще нерождённых детей. Я буду любить тебя даже чудовищем. Никогда не бойся меня разочаровать — он поглаживает мою спину плечи, целует в лоб. — Нет такой вещи или поступка которая лишит тебя моей любви. А защищать наших детей буду я. Я сын монстра. Я точно знаю, как это делать. Стоит тебе указать пальцем, и я устраню любую угрозу. Тебе больше не надо это делать. Плевать на их традиции зарганские на честь на правила. Я сам буду защищать тебя и детей.

— Я не буду делать из мужей монстров — тяжело вздохнула я и очертила пальцами его невозможно красивые губы. — Одного монстра на нашу семью хватит. Просто обними и не отпускай — велела я, уплывая в сон.

А когда наступило утро, Сарган все также поглаживал мою спину. И мы лежали, любуясь рассветом. В теплых объятьях как две половинки целого.

А тему моего поединка и приезда Звера мы еще долго не поднимали. Эта тварь что-то сломала во мне. Что-то нежное и чистое навсегда из меня ушло. Мужья винили себя в том, что допустили это. А я пропадала три дня в саду мантикор. Было на душе такое странное ощущение что я уже больше не я. Это была самозащита, это было ради детей, а не какой-то мифической чести которую никто и в глаза не видывал. И все равно тошно и больно.

На четвертый день я спустилась вниз поцеловала каждого мужа, обняла и занялась делами.

— Эту зверюгу мы вспоминать не будем — сказала я с усмешкой. — Еще не хватало чтобы он и после смерти нам жизнь портил.

Сказала я так, когда мужья пытались извиниться передо мной за то, что произошло. Южные на некоторое время затихли, а потом зашевелились снова, но мне было все равно. Я уже знала ответ. Если понадобиться защищать мою семью… я сделаю все. Только и на такие поступки я тоже не согласна. Я буду очень стараться чтобы выбор где нужно лишить кого-то жизни вставал передо мной крайне редко. В идеале никогда. Мы же не боимся трудностей Аннэль. Мы будем искать другие пути. Мирные и спокойные.

3. Жених для безглазой овцы

Мы их приручили с глубоким вздохом подумала я в это утро. Когда к нам заявились кафтарцы

Мда, замороженный корабль кафтарцев почти у Эльзара. Западные совсем охамели. Не только с купцов дань собирают, а транспорта лишают пока им не дадут все что нужно. Замораживают корабль, дают срок и уплывают. Потом день в день возвращаются и попробуй не оплати.

Я как бы не виновата в смерти их главной «мамки» в смысле самки. Но теперь их проблемы мне разгребать, налоги как нестранно жидким ручейком, но ко мне текут, а я и не придираюсь к суммам. Марду все корабли отдала, знатным кафтаркам сказала «трофей» и лоб нахмурила. Эти сучки сластолюбивые только язык силы понимают, позыркали глазами и замолкли. Но думаю недовольных много.

А у меня теперь собственный муж адмирал военно — морских сил. С севера у нас западный клан и горы высокие. С двух сторон вода и мард на кораблях. А с нашими артефактами переноса, которые я заряжаю еще есть летучий и быстрый отряд зарганцев, которые в случае чего на помощь устремляются. Так что с воды нас хрен возьмешь. А вот купцы стонут.

Мерзкие они людишки эти кафтарцы. А с другой стороны, надо помочь, а потом налоги повысить. Хочу школу открыть и нормальную больницу для Лисниэля. Здание мы с Ардонном сделаем не проблема, а вот оборудование… пузырьки я выращивать не умею и инструменты тоже.

То, что сейчас в казну поступает мы с зарганцами делимся. Типа постоянная армия. Сарган как-то красиво назвал, но смысл ясен. Лучше армии платить, чтоб было чем попу прикрывать. А еще армию нужно кормить и одевать. Форму мы сделали серебристо синюю. У северных на груди вышивка волк в прыжке, у восточных ирбис. Плащ чуть темнее с белым мехом. Дорого обошлось, но красиво. На вновь прибывших сразу впечатление производит.

Я вообще поняла за последнее время, что управление пусть и номинально государством — это очень затратное дело. Особенно в мелочах. Прием оказать — деньги, на охоту свозить — деньги, зал обставить — деньги. Здесь аристократизм Лисниэля очень выручает. Такой утонченный, все знающий. Встретит гостей, ответит, впечатление создаст, если нужно и осадить может. Можно сказать, лицо нашей семьи. Остальные всегда в делах и в разных «дырках». Центр этого мотка из проблем я и Лисниэль. Так сказать, на хозяйстве сидим. Меня по беременности посадили, Лисниэль для прикрытия.

Скучно уже. Слушаю кафтарцев, бровями играю. На кресло троне своем поерзала. Очухиваюсь на словах Луноликое Пламя смилостивится и разморозит. Решили не платить западным. Интересно, а нам это чем грозит. С ними мы еще нос к носу не сталкивались. Северные и восточные продолжают к нам стекаться со всего Арильяна прослышали уже про нас. Южные с посольством своим вторую неделю сидят. Вроде и каши не просят, а напрягают.

Чего от западных ждать непонятно. Я бы на их месте злилась. Хоть по древним законам мы на своей исконной земле, а все же и кафтарцы здесь обжились и западный клан от своего не отступит. Пока мы плавали в одной проруби, но друг друга не трогали. Видели как-то их аристократию. На охоту ехали в горы и фи свое высказали. Рядом моя Коша стояла. Ей взгляд не понравился от западных. Она рыкнула разок, а за ней вся ее новая семейка откликнулась. Такое эхо пошло, что западные поскакали дальше.

Отомстить бывшему мужу

или полюбить нового?

Погрузиться в историю

– Разморозить мы можем только последнее время огорчаете вы меня – хмурюсь притворно. Кафтарцы уже на коленки бухнулись, помнят, что с их главным «всех-порву» получилось. – Видела я свитки о том какую сумму налога до меня в казну поставляли, а теперь она иная. Маленькая.

Кафтарцы уже лбом об пол бьют, жалеют, наверное, что пришли. А мне деньги нужны. Дыр в нашем странном тенгру прорва. Везде платить надо.

— Корабли у вас не впервый раз заморозили. И потом будут морозить. Вам нужна защита и помощь. А мне мои налоги по старым нормам. Не ровен час, разозлюсь и новые налоги установлю — подперев рукой голову посматриваю на пожилого кафтарца, который лбом слегка тюкает и по своей руке. Ишь ты хитрец какой.

Сдавливаю его холодом и на уровень моих глаз поднимаю.

— Какие новости любезный? Кто из маслил на мое место метит?

Глазки кафтарца забегали. Ага, есть такая! Деньги она значит получает, а я размораживать отправляйся. Она там в гареме мужичков плетью охаживает, а я охранять этих идиотов буду. Фиг вам!

— Говорят — блеет он. — В разных семьях по-разному к вам относятся. И род славных Атахалов подумывает получить независимый удел на краю кафтарии у фьерда Асалас.

— Что ж это не плохо — отпускаю я его на землю и остальные кафтарцы замирают. — Пусть глава рода приезжает, и мы с ней поборемся при всех на арене. Можешь любому это передать. А если кто разговоры будет вести, мои налоги собирать… сама к ним приеду и все проверю. Каждое слово — повторяю я. — С моим Светлым мужем под руку и все сожгу.

Не кафтарцы, а болванчики для торпеды. Сидят головками кивают.

— Так вы хотите полной защиты или будете и дальше налоги недоплачивать? — прежним тоном спрашиваю.

Пожилой кафтарец головой покачал, руку на грудь положил. Типа ни в жисть такого греха не будет, а по глазам вижу, что будет. Как есть мерзкие.

— Каждое первое число месяца налоги привозить сюда. А род Атахалов предупреди. Артефакты порталов у меня под рукой всегда. Где ваши корабли?

Лисниэля нашла в парадной зале. Чмокнула, объяснила куда я перенесусь. Выдержала лекцию о безопасности. Да Шайда не зову он там с новыми зарганцами беседует. Да и Зайлоса не зову, он разборки между старыми решает. Мард в море, Сарган с Ардонном на границе типа сторожевых башен строят что-то.

Беру с собой артефакты и парочку знакомых зарганцев, рядом Дрисла не оказалось. Кафтарцы берут в руки камень, и мы оказываемся на ледяном корабле. Да, работы много. Там даже люди есть вмерзшие. Торопливо прикладываю руки к стене изо льда.

Не могли сразу про людей сказать? Одно слово кафтарцы. Зарганцы мои бдят, я размораживаю. Шайд это быстрей конечно делает. Но и я могу это сделать, зачем мужей отвлекать? На втором корабле какой-то шум пошел. Со

Несколько минут боя, а за спиной-то я не углядела опасность. Опять! Пора глаза на затылке вырастить. Ну, хоть разморозить корабли успела пыхчу я. Можно было догадаться. Это мелькнуло у меня в голове, когда меня грубо схватили за талию, а другой рукой зажали рот и нос так, что я начала задыхаться. Так что момент, когда я попала на лодку с гребцами в длинных серых плащах прошёл для меня в каком-то тумане.

Кто же оставит добычу без присмотра? Они тут столетьями промышляют. Знают все ходы и выходы. А мы прискакали в серебристых плащах такие красивые. Опа! Мы вас спасем! И шашку наголо. Ну, нас и обломали.

Я для работы и плащ сняла. В одном платье ходила, работала ручками своими пока не схватили. Мужья расстроятся, мелькнуло у меня в голове. Неизвестно куда, с чужими мужиками плыву. Вот сказали бы мне такое про другую бабу, а не про меня. Я бы сказала, что она бабочка легкого поведения. У меня каждый раз во всех приключениях мужики фигурируют, приключения и моя задница.

На лодке мне дали отдышаться и тут же заорали в ухо.

— Женщина если ты не будешь сидеть спокойно. Я свяжу тебя и посыплю пыльцой забвения.

Я замерла. Пыльцу я не хочу. Забуду потом что беременна, да и 6 мужей расстроятся.

— Браслет ей надень — велит другой голос.

— Но, но. Я браслет не надену! — тут же вскидываюсь я, к браслету муж полагается.

Плавали, знаем.

— Я замужем — прячу руки от того, кто меня к себе прижал и пытается одной рукой браслет надеть.

— Браслет заблокирует магию — грохочет голос над ухом.

Ширк и на правой руке обруч из тёмного золота. Вашу за ногу. Смотрю с брезгливостью на свою руку с браслетом. А меня усадили на мужские колени. С одной стороны — вот тварь, никакого личного пространства. С другой — спасибо, мне не нужно сидеть на мокрой от солёных брызг волн скамье.

— Я могла просто пообещать вам не трогать никого на этой лодке — обиделась я.

Мой комочек магии пощупал браслет, тихо поскребся и сообщил что сломать его для нас плевое дело. После этого я успокоилась. Невидимый пока для меня голос весело выдал мне новости.

— Замужество твоё ненадолго. А вот потрогать здесь пока всех можешь.

Первая новость напрягла, а вторая немного рассмешила.

— Прямо всех? — уточняю у говорившего со мной шутника.

— Всех — явно ухмыляется он. — Кроме меня.

— Ты больной и заразный? — не сдержалась я.

Гребцы на веслах напряглись, а мужские колени подо мной дрогнули как оказалось от смеха.

Да здесь лучше не воевать. Мужиков одиннадцать человек вместе с шутником. Вот сейчас начну потасовку и полетим в холодную воду. А у меня коса на одну сторону заплетена как голуби мои сказали. Наследие Слепца все же прячу. Мы ещё до конца с артефактом не слились, так что я для телепорта потрогать должна камни двумя руками. А если не успею? А если упаду в воду и на дно потянет в мокром платье? И беременность к тому же. Вдруг простыну или еще что.

Неее, сидим пока тихо. Шутим, смотрим. На ус мотаем. И почему я послушала сегодня Ардона и одела платье? В брюках сейчас было бы удобней.

— У меня невеста есть — горделиво отвечает голос. — Тебе другого жениха дадут.

— Ого — подумала я о новом муже. — Седьмым будем — буркнула себе под нос.

— Что? — спросил голос.

— Говорю покажись. Хоть посмотрю какого сокровища лишилась.

Теперь уже гребцы посмеивались в открытую. Откуда-то из-за спины вышла фигура в плаще и скинула капюшон. Хм, зарганец. Мужик как мужик. Ну, интересный, смешливый, нос хищный с горбинкой, а глаза чёрные. Неприятно напомнил Кейрана, я даже слегка скривилась.

— Что не понравился? — пряча усмешку спросил он.

Играет значит. Ну давай, посмотрим кто кого.

— Волосы у тебя какие?

Поворачивается спиной. Причёска скажем не ахти. Виски и по бокам выбрито, сзади волосы средней длины в сложную систему хвостов собраны и кольцами железными схвачены.

— Как ты на этом спишь? — вырвалось у меня. — Головные боли мучают по утрам?

Смешливый повернулся назад.

— Привыкай, у твоего мужа будет такое же — бросил он свысока.

— У моего не будет — твёрдо сказала я. — Я люблю, когда у мужа волосы длинные, есть что потрогать и чем заняться — подумала я о плетении косички.

Уговариваю Шайда волосы отрастить, но он пока отнекивается. Упрямец. У нас вся жизнь впереди еще передумает.

— Тогда потрогай Кадма он не против — складывая руки на груди продолжает эта сваха в плаще и смеется.

Напряжение позади и смех вокруг помогает понять, что на Кадме я сижу в данный момент. Чуть отклоняюсь в сторону, чтобы увидеть чудо-юдо для щупанья.

Господи! Увидеть и не умереть бы! Судя по руке на моей талии, я понимала, что он большой, но это...

Взглядом спрашиваю можно пересесть? Он молча кивает и не сводит с меня голубых глаз.

Встаю с Кадма, он тянет меня назад, но я делаю знак расставь ноги. Он не понимает. Показываю руками. Потом сажусь на одно его бедро боком и задумчиво его рассматриваю.

Мужик скала. Лбом, наверное, камни дробит. Нахмуренный лоб, узкие губы. Суровый, но явно незлой.

А волосы, хвост толщиной с мою руку теряется за спиной. Отслеживает мой взгляд и хвост вперёд переносит. Сверху причёска как у шутника, а снизу длинный хвост. Шикарный. Завидую. Слюнями начинаю капать. Руку протянула, а потом назад оттягиваю.

— Потрогаю и женой стану? — с подозрением спрашиваю я.

— Нет — выдавил скала из себя.

— В чём подвох? — наученная горьким опытом спрашиваю я.

— Нет подвоха — хмуро басит он.

— А зачем тогда трогать? — не отстаю я.

Мужик скала краснеет и на подбородке появляется ямочка. Ути милота какая! Ахаю я.

— Кадм не женат. Если мой брат откажется от тебя, ты можешь взять его в мужья.

А я смотрю у западных зарганцев мужики разборчивые. Захотел взял в жены, захотел отказался. Получив разъяснения я двумя руками вцепилась в богатство Кадма. Глажу, перебираю. Где бы взять баб побольше и пристроить это чудо к бабе хорошей.

— И какой длины твои волосы? — шёпотом спрашиваю скалу

Тот смущённо отвечает, что ниже пояса.

— Да, ладно! — выдыхаю я. — Длиннее чем у моего Заи!?

Представила эту скалу нагого и с волосами до задницы. Черт возьми!

— А с чего это ты взял, что я твоего брата возьму в мужья? — не прерывая процесса плетения спрашиваю я. — Может просто терсием? Мне вот Кадм больше нравится.

Молчание за спиной стало тягучим. Напряжённым.

— А ты откуда про терсиев знаешь? — придушенным злым голосом спрашивает мистер Смешинка.

Упс, ладно будем исправляться. Косим под дурочку.

— Что я зарганцев не видела? — пожимаю плечами и разглаживаю косу сжавшегося Кадма. — Мужа выбираю я, и терсиев я. А твой брат выбирать не может — и глазами хлопаю.

Выкуси.

После двух браслетов от мужей, холода я не боялась, но сейчас прям могильным повеяло. Смотрю на Смешинку, а у него глаза из чёрных серебряными стали и все рядом как-то сжались. Тяну Кадма за косу вниз. Ну, а что? Они все огромные, а я маленькая. Спрашиваю шёпотом:

— Что у него с глазами? — ответ мне получить не дали.

— Откуда ты женщина? — рычит Смешинка.

Вот прям страшно. Глаза пылают как ртуть сам весь как-то подобрался. Ещё секунда и кинется. Глазами хлопаю опять, видимость дурочки показываю. Мужики должны купиться.

— С корабля, вы же меня украли.

— Где ты жила? — рычит зарганец.

Хм, сложный вопрос. Правду сказать, а что если потом это навредит нам с мужьями? Давай разведчик, разводи непуганых мужиков зарганских.

— В Хегме — выдыхаю я.

Шестерёнки у Смешинки в голове крутятся. Вроде успокоился.

— Врёшь женщина — выдаёт спокойно.

— Почему я правду должна тебе говорить? Ты мне даже имени не назвал. Выкрал меня, а теперь правды хочешь? У меня 6 мужей. Твой брат будет 7 если захочу. Вот тебе правда.

— Муж у тебя будет только один! — рявкает Смешинка и руки на груди складывает.

Заявленьеце! На это я только фыркнула. А потом погладила Кадма по груди и снова за косу тяну.

— Вы всегда воруете чужих жён и пыльцой память стираете?

— Почти — отвечает скала.

— Но это же насилие над женщиной! — возмущаюсь я. — А если с твоей сестрой так поступят или тётей? Вам такое понравится? — спрашиваю спины гребцов вокруг.

В ответ тишина. Ни звука, ни движения. Только плеск воды и скрип весел.

— Значит вы такие же как кафтарцы? — со злостью говорю я и отворачиваюсь от Кадма.

Фу, извращенцы. Как бы от пыльцы себя обезопасить? Сделать вид что замёрзла. Придвинулась ближе к груди Кадма и в плащ его завернулась. Скала не сопротивляется. Смотрит на меня как на щенка или котёнка в глазах написано «надо же косу заплела и к груди прижалась». Да, я нос прячу, успокойся. Не покушаюсь я на твои фаберже. Косу его для успокоения нервов поглаживаю. Мне можно я беременная, говорю себе и гормоны у меня. Лодка качается сильней. Впереди берег. Каменистый не обжитой. Метров за пять от берега остановились, кругом камни да вода холодная. Кадм берет меня на руки и выносит из лодки. Несёт через воду. Вижу, что у южных зарганцев сапоги на ногах. Однако.

Нос опять прячу под плащ ближе к шее Кадма. Пахнет на удивление хорошо чем-то домашним. Думаю, как на свою сторону перетянуть. Взять терсием что ли? Ну а что? Я среди врагов как видно. Надо выживать. Пока он всех раскидает я сережкой воспользуюсь.

— Кадм — глажу подбородок с ямочкой рукой. — Почему ты не женат?

— Оставь свои уловки женщина! — бдит за мной смешинка. — Ты предназначена моему брату.

— А тебе какая выгода от невесты для твоего брата? — тут же догоняю я.

— Не касается — это тебя. Понравишься брату, насыплю пыльцы и всё.

Ну-ну. Мы уже с комочком магии над браслетом работаем. Тихонечко, осторожно высасываем его магию и едем на ручках Кадма дальше. Сколько у него рост? Два тридцать что ли? Был такой знакомый бескетболист в родном мире.

В холмах появляется дорожка. Идём по ней пока на горизонте не появляется маленькая деревенька. Тут с криками на нас налетает другой отряд зарганцев. Кадм с рыком суёт меня в расселину между камней. Не успеваю туда юркнуть как атаку отбили. Убивать никого не стали, только кулаки в ход пустили. Дикари какие-то.

Меня опять на ручки взяли и в деревню строем идём.

Домики из камня, добротные. Детей совсем мало, женщин вообще не видно. В основном мужчины. Над трубами дымок вьется. Желудок напомнил, что я есть хочу. Вот поем и исчезну, говорю себе. В один приметный домик Смешинка стучится, и мы заходим с Кадмом. Остальной отряд стоит снаружи.

Внутри меня опускают с рук на пол. Стою, разглядываю убранство. Ложки, плошки, полосатые коврики. Обычный сельский дом. Из задней комнаты показалась женщина. Впервые вижу зарганку. Глаза пронзительные, волосы собраны в какую-то загогулину. Платье простое, на груди ожерелье из белого металла как мой браслет. Оглядела меня, на Смешинку смотрит теперь.

— Видишь, женщина там была. Все как я говорила. Что ты просил я сделала и в будущее заглянула. Мой долг тенгру исполнен.

— Нет — говорит Смешинка — нужно провести ритуал очищения. Тогда я освобожу тебя от слова. У нее есть мужья — нахмурив брови говорит Смешинка.

А у меня сердце в пятки ушло. Браслет я уже нейтрализовала. Куда кинуться? Кого первым уложить? Холодом или целительством воспользоваться?

Женщина снова смотрит на меня. Потом на мои руки. Примечает браслет под рукавом платья. Мужики этого не заметили, а она сразу.

— Нельзя это сделать, её муж зарганец.

Глаза Смешинки снова как расплавленная ртуть и на меня злобно смотрит.

— Я тебе говорила, что за мужем — пожимаю плечами

— Дай пыльцы — рычит он. — Пока мужья найдут её, брат успеет жениться.

— Нельзя. В ней свет жизни — заявляет женщина.

Все устремляют взгляд на мой живот. Ага свет — это беременность, а она типа знахарь тире гадалка, тире узи?

— Ты не спрашивал — говорю в ответ на бешеный взгляд зарычавшему Смешинке.

— Её нужно вернуть. Ребёнку нужна магия отцов. Ты сам знаешь.

Смешинка берет женщину за плечо и тащит в другую комнату, там он общается руками, чуть ли не истерит. А женщина спокойно отвечает. Вот только кроме рыка ничего не слышно.

Задрав голову смотрю на скалу, он на меня.

— Кадм ты не ответил. Почему ты не женат?

— Женщин мало — басит он.

Смешинка немного успокоился посматривает на меня и слушает эту гадалку странную.

— Почему вы всё время говорите мне женщина? У вас нет обращения для женщин? — продолжаю прощупывать почву.

Оооо, какой сюрприз вас ждёт. Смешинка вылетает из другой комнаты и тыкает в меня пальцем.

— Мы будем ждать брата. Терсиев не получишь!

Хммм, хмыкаю и улыбаюсь, у меня куча своих кандидатов есть. Словно услышав это мой браслет ограничитель с тихим «пык», попытался упасть с руки, но я его подняла чуть выше.

— А давайте поедим — на внимательней взгляд Смешинки, говорю я.

Мой живот выдаёт голодную трель. Это я ещё у вас селёдки с тортиком не прошу, а мне хочется. Взглядом сигнализирую Смешинке в уже черные глазки, что все серьезно. Без еды мне никак не обойтись. Успокоился вроде.

— Сколько ждать твоего брата? — спрашиваю я, в ответ на моё молчаливое убийство взглядом.

Что жалко покормить беременную женщину? Смотрю жалостливо на всех. Дело к вечеру идет, а я еще не обедала.

— Женщина ты очень наглая — выдыхает в ответ на это Смешинка.

— В чем проблема — жму плечами. — Иди кафтарку своруй. Кстати передай от меня соболезнование твоей невесте. Ты тоже далеко не подарок. И волосы короткие и причёска дурацкая — добиваю его.

Женщина и Кадм открыто улыбаются. Кажется, им тоже нравится, когда я довожу эту Смешинку до белого каления.

— Короткие волосы признак высокого рода! — отвечает он.

— Ещё хуже — не отступаю я — ни воспитания, ни волос. И ростом ты меньше Кадма.

— Оддина Бризи, накормите ее, чтобы рот закрыла — рычит он и падает на длинную скамью возле деревянного стола.

Кадм показывает мне место у стены на противоположной скамье. Ээээ, мне надо в туалет напроситься что ли. И сваливать отсюда. Прямой путь к отступлению закрыт.

На столе появляются творог, масло, вареные яйца. Кадм двигает тарелки ближе ко мне. Вытаскивает из-за пояса ножичек размером с меч и режет хлеб. Скалааааа! Сколько силы пропадает. А где-то на даче под Москвой бабы без мужиков воют на своей сотке с картошкой. А такого запрячь в работу и ууууух!

— Кадм почему ты не пошел терсием?

Скала молчит. Дорезав хлеб убирает полу меч обратно и двигает хлеб. Я нащупываю верхнее колечко из ряда сережек с артефактом. Тру его пальцем, колечко холодное, значит не отравили.

— Сколько у тебя терсиев? — отвечает Кадм вопросом на вопрос.

— Было два — начинаю очищать яйца в миске. — Сейчас нет.

— А где они? — с круглыми глазами удивляется Кадм.

— Один пропал, второй стал мужем.

Зарганцы переглядываются. Женщина с улыбкой что-то готовит у печки.

— Я хочу — облизнув губы говорит Кадм — быть твоим терсием.

Ой, мамочки. Улыбаемся и машем. Тянем время. Беру ложку и размазываю творог по ломтю хлеба. Миску с очищенными яйцами двигаю ближе к мужчинам. Они смотрят на эти яйца как на змей. Что такого страшного я сделала? Закатываю глаза и жду объяснений. Я что сейчас замуж вышла? Или за ними никогда женщина не ухаживала?

— Ты не ответила — усмехнулся Смешинка от чего-то радуясь, что я в затруднительном положении.

— Мы не торопимся. Время поговорить есть — спокойно говорю. Передаю ломоть с творогом скале в руки. — Кушай Кадм терсию нужно много сил.

Женщина у печи уже смеётся в голос, а Смешинка бесится.

— Не завидую твоим мужьям. Ты чистое наказание — ворчит он.

— Завидуй молча, тебя то я точно не возьму. Кому ты такой мелкий сдался?

Вот это я зря. Медленно жующий Кадм приосанился и посмотрел на Смешинку сверху вниз, а тот даже за дверь выскочил от злости.

— Смотри не пожалей — сказала сквозь смех женщина. — Азара любая невеста примет.

— Я не любая. А брат его что ещё уродливей? Поэтому ему невесту воруют средь бела дня? Добровольно никто не хочет.

— Традиция такая. Старший брат сначала должен жениться, а потом младший.

Продолжаю кормить свою скалу. Подкладываю ему ближе яйца, новые ломти с творогом. Мужик блаженствует и ест. Всё правильно. Потом в туалет проводит, и я смоюсь от них.

Кусочек хлеба неожиданно выскользнул из рук. Пока я его ловила из-под рукава платья звякнули символы на браслете с рангами. И полностью вылезли под удивленные взгляды. Черт! Заметили оба и напряглись. Ну, браслет у меня, зарганский браслет. Чего пялимся? Делаю круглые непонимающие глаза и пью чай из глиняной кружки.

— Кадм выйди — прищурив глаза говорит женщина.

— Нельзя, я за неё головой отвечаю — говорит Кадм и нетрогается с места.

— Кто отец твоего ребёнка? — чуть подумав спрашивает женщина.

— Кто знает — говорю я в ответ. — Зарганцев двое. Мужей шестеро.

В ту же минуту меня забрасывают магическими вестниками мои голуби. Браслет-ограничитель больше не работает. Рука под платьем зудит. На лице моем написаны нечеловеческие муки. Черт, они будут писать пока не отвечу.

— Мне бы в уборную — стараюсь говорить без всяких эмоций. — Кадм проводишь?

— Я сама — говорит женщина и кивает на дверь.

С места скала не поднялась, на носочках огибаю его вдоль стола. Он прижимает меня за талию и шепчет мне на ухо.

— Я знаю, что ты задумала. Не надо. Азур всё равно откажется. Зачем тебе такие враги?

Вежливо улыбаюсь, рука зудит. Похлопываю Кадма по руке.

— Куда я денусь от вас? Я летать не умею.

Меня отпускают. Ползу дальше к двери со скоростью черепахи. Перед дверью нас снова останавливают, уже Смешинка.

— В уборную я. Не одна — тыкаю в сторону женщины.

— Сам отведу тебя колючка — хмыкает он.

— Кто-то сходил за хорошим настроением? — не утерпела я. — Ладно расслабься. Я колючка только с похитителями. Вот отмучаешься со мной и пойдёшь к своей невесте овце безглазой.

Мы выходим из дома и огибаем угол. Там открывается задняя часть дома и небольшой двор.

— С чего это она овца? — спрашивает он.

— Ну раз ты ей тыкаешь, и она молчит в тряпочку, значит овца. Раз за тебя замуж выходит значит безглазая.

Что? Он мне план обломал с быстрым побегом я и отыгырваюсь. Стоял и лыбился. Надо лыбу ему сломать. Вот на что нарывался то и получил.

— Тыыы! — рычит он.

Хватает меня за руку и тащит через двор у дома к сараюшке с дверью. Тут не вовремя новый вестник и смешинка чувствует его через ткань моего платья.

— Это что? — орёт он.

— Болезнь — кричу в ответ и вбегаю в сараюшку.

Щеколда присутствует. Задираю рукав платья и быстро отправляю вестник.

«Где вы?»

«Замок. Шайд.»

Это хорошо, убираю волосы за ухо и готовлюсь прыгать в портал из деревенского туалета. Полный аут. Такого

— Сейчас ты выйдешь и расскажешь кто ты и откуда!

— Конечно, конечно. Как только выйду все расскажу.

Голос был, наверное, слишком радостный. Дверь вылетает с петель. Я стою над дыркой в раскорячку и щупаю ухо.

— Выходи! — рычит он.

— Иду — говорю я и отхожу назад в портал.

Азар тянется за мной рукой, но я плюхаюсь на задницу и убираю пальцы с кристаллов. Портал закрыт. А я в холле сижу на заднице. Ближайшие зарганцы из восточных подходят ко мне, поднимают с пола и провожают в кабинет к Шайду.

Он крепко обнимает меня, рассматривает моё лицо и цедит слова сквозь зубы:

— Где ты была?

— Местные замуж своровали — ухмыляюсь. — А я сбежала. Напомни больше платье не одевать. Бегать неудобно.

Глажу моего родного Мороженку. Соскучилась по ним. Трусь носом о его щеку. Запускаю руки в его волосы. Ну, до Кадма ему далеко.

— Западные своровали? — спрашивает он.

— Ага, дикари. Невест воруют — фыркнула я. — Оказывается я колючка и ваше наказание. Представляешь сказать такое обо мне? — возмущалась я.

Шайд тихонько посмеивается и садится рядом со мной на диванчик в своем кабинете. С рук не спускает. Поглаживает по спине и лопаткам.

— Что за молчание? — встрепенулась я. — Я твое наказание?

— Нет — он смотрит мне в глаза. — Ты мое счастье.

— Значит я права и его невеста овца безглазая — хихикаю я. — Послал же кому-то бог женишка дурацкого. Шайд — прижимаюсь к его груди — ты послал остальным вестник что я нашлась?

— Да сразу.

— А Зайлас где? — томно вздыхая, спрашиваю я. — Давай его вызовем сюда и будем доказывать какое я сокровище в постели для зарганцев.

Шайд смотрит на меня с удивлением и страстью. Кажется, от мстительных планов я его отвлекла. Мое тельце с радостью потащили на нашего кроватного монстра и туда же прибежал Зайлас, у которого я не выпускала косу из рук пока меня любили два нервных и обезумевших от моего похищения зарганца. Спать я легла на грудь к Зайласу.

Главное про Кадма Шайду не рассказывать. И мои мысли с Кадмом и его волосами в главной роли. Я же люблю своих зарганцев. Ну, покапала чуть — чуть слюнями. У меня гормоны, не осуждайте.

4. А сколько их?

Намеки были понятны только бесила меня эта коза старая. Азир после разговора в доме Сельмы уехал. Неделю мы отдыхали от него и наблюдали за счастьем Сельмы и Кадма. Мужчина — скала стал мужем и получил от нашей семьи в подарок рыбную лавку на рынке. Он сам ловил рыбу, а Сельма продавала. Оба светились от счастья. Его западный друг пока просто ловил с ним рыбу.

Не прошло и недели как западные вернулись. Целое посольство и сама глава западного тенгру — оддина Лишана. Сам сынок не справился так она ко мне приползла лично. А сколько пафоса было, сколько обещаний что ноги здесь не одного западного не будет, что передохнем мы здесь со своей магией не ледяной, да и помощи начнем просить у братьев по крови.

Ну, и кто приехал в итоге? Только я думаю она не за этим прибыла. Что-то другое у нее в голове. Задняя мысль мелькает, а какая именно не пойму.

Ужин проходил весьма напряженно. Сколько лет этой Лишане не знаю. Предположу, что около пятидесяти судя по возрасту сына. Она щебетала, сидя за столом. Оказывала знаки внимания моим мужьям и больше всего Саргану.

К концу этого нервного политического события. Я хотила лишить эту Лишану глаз и рук. Сиськи, что она демонстрировала всем вокруг в шлюшачьем платье, я хотела запаковать в мешок из-под картошки и вручить ее мужьям.

Азир сидел рядом с ней послушный и ласковый как теленок. Смотрел мамочке в рот после каждого слова. Сыночка — косыночка. Без разрешения мамы в туалет, наверное, не ходит. В жизни бы за такого не вышла. Мамочкин подъюбник, блин.

Стоило мне успокоиться как она почти прямым текстом начала приглашать меня на разговор с глазу на глаз. Вот сучка, я тебе сейчас этот глаз натяну куда следует.

Киваю ей на выход, потом переглядываюсь с Сарганом. Он у меня в плане политики самый хладнокровный. Потом на Зайлоса смотрю, зарганский нужник с традициями разгребать без него бессмысленно. Ему на ухо показываю рукой, Саргану на руку свою. Знаки у нас давно отработаны, один слушать будет наш разговор и реагировать в крайнем случае, а второй в соседней комнате слушать и, если что подсказывать, для этого Дрисл стоит рядом и сообщения отправляет мне на руку сразу.

Неожиданно встретилась взглядом с Шейланом, у него в глазах беспокойство и любопытство. Посмотрел на мою свекровь теоретическую потом головой покачал. Ишь ты! Еще не сват — не брат уже указания раздает. Что мне делать, а что нет. Взяли терсием по случаю, сиди и молчи.

Проходим в малую гостиную как раз для таких гостей. Здесь по стенам гобелены висят кафтарцами дареные. Диванчики четыре штуки вокруг стола стоят. На них подушки, мягкой обивки нет. Вся мебель в замке работа Ардона и моя. Мы уже так поднатарели в выращивании мебели, что и резную делать пробовали. Пока для своих личных комнат. Лишана с пренебрежением осмотрелась и на один из диванчиков села, подушку под попу подложив. Я и так плюхнулась.

— Мебель я смотрю тут у вас не очень — решила уколоть призрачная свекровь.

— Да, уж не воруем как вы и оттого сидеть нам на ней приятней.

Их-то зарганцы каждый купеческий корабль кафтарцев осматривали и лучшее забирали. Не клан зарганцев, а гиены. Не сеют, не пашут. Пиратством промышляют.

Свекровушка чуть глазки сощурила. Выглядит она для своего возраста конечно хорошо. Вздернутый носик, голубые глазки, не одной морщинки. Большая грудь вон в глубоком вырезе колыхается, тройка с переходом в четверку. Вот только у нее нет талии, как палка везде одним размером. Глаза возраст выдают. Прожжённая такая лицемерка да интриганка. Хорошо, что рожают здесь магически, иначе с такими бедрами не родит. Да и лицо явно скрытым злобством полыхает даже когда она улыбается.

Кому-то свекрухой на роду быть написано. Только свекруха у меня какая-то похотливая, видела я как она на моих мужей за столом смотрела. Особенно Сарган ей приглянулся. Думаю, она бы и хлыст в руках держать смогла. Неприятная мыслишка. Надо ее потом обдумать, отсыпать законнику побольше плюшек чтобы в эту сторону и

— Смотрю высоко нос задрала. Думаешь зарганцы в мужьях и будешь свой рот открывать, чтобы любые слова из него вываливались.

Уууу, как круто завернула! Могу и так.

— А ты мне тут своими регалиями и статусами не тряси. Я тебе не ваши мужики до баб голодные. Хватай своего сынка, бери ноги в руки и вали. Тебя никто не держит. Я свой рот в своем замке открываю.

Сказала с улыбкой даже холодно, но громко и четко. У свекрухи даже от неожиданности дыханье сперло. Сидит на меня смотрит и даже не моргает.

— Думаешь не видела, что ты на ужине пыталась делать — продолжаю медленно я, чтоб уже точно все прочувствовала стерва. — Еще раз к моим мужьям руки потянешь, я тебе по локоть их отгрызу. Поняла!?

Дыхание к ней вернулось, а вот вместо слов только сопит и шипит.

— Думаешь выстоять против меня? Один на один? — оскалилась она.

— Хм, давай посчитаем. Главную самку кафтара с семейством я пережила, Звера из южного клана многоопытного тоже пережила. Думаешь тобой подавлюсь?

— Ты даже переговоры вести не умеешь. Тебе ли править тремя кланами? — трясет она своими каменюками в серьгах.

Вот где собака зарыта! Сын ее — это кость, и я должна ее заглотить и вертеться на ее веревочке как шарик воздухом надутый. На хрен мне ты и твой сынок!

— Ну, во — первых, время свое тратить на тебя не желаю. Две недели тебе в глаза улыбаться, а потом сказать тоже самое. Во — вторых, что же ты раньше их не объединила? — съязвила я. — Ты же такая умная и опытная. Сколько там у тебя мужей?

На руке сообщение от Зайлоса «пыталась».

— Не вышло, да? Тогда ты в одном клане зацепилась. Жила себе не тужила, а тут такое… у кого-то получилось.

— Ты же хочешь открыть храм? — зашипела она. — А без нашей реликвии ничего не получится. — Примешь Азира мужем, и я подумаю отдавать реликвию или нет.

— Так я не за него замуж выхожу получается, а за тебя? Раз он реликвией не владеет, а ты мне не нравишься. На кой он мне сдался? Ко всем бабам подряд пристает даже в моем замке.

Отомстить бывшему мужу

или полюбить нового?

Погрузиться в историю

Не в бровь, а в глаз попала. Так и есть. Знает за сыном такой грешок, да и разговор я их слышала в коридоре случайно. Азир ножкой стучал и скулил как ему не хотелось на мне жениться. А свекровь ему затрещину как отвесит по прическе с кольцами железными. Даже зубы потом сцепил чтоб сдержаться. Выходит, и сыночку не пожалеет в случае чего.

— Мне вот предложение от императорского умника из Арильяна поступило. Тоже сопливый, но я его видеть не хочу. Будет у себя за морем сидеть. Но можешь кстати его мужем принять. Он себе сильную самку для производства наследников ищет.

— Ах ты дрянь! Торгуешься что ли? — знатно я ее на эмоции пробила, привыкла перед мужичками сиськами трясти, а здесь не срабатывает.

— Так и ты сама продаешь сына — поднимаю удивленно бровки. — Не стесняйся называй цену. Поговорим как две оддины — сыплю ей снова на больное место.

— Да какая из тебя оддина! — презрительно оглядывает меня с ног до головы. — Приблудная душенка! Еще неизвестно кого ты там родила! Только через месяц ясно станет.

— А права ты моя теоретическая свекровь. Давай к следующему месяцу соревнование устроим. Кто быстрей забеременеет. Я или ты. Почему нет? — смотрю на ее перекошенный рот. — Ты же оддина тебе забеременеть это пара пустяков. К тому же, говорят, у тебя больше двадцати мужей. Пара ночей и восстановишь в клане численность девок. Вот ты уже сколько лет во главе тенгру? А детей всего двое. И с девчонками все плохо. Чужих воруете, пыльцой память стираете. Что так?

Еще немного и на меня бросится, надо в другую сторону тему уводить. Явно там с детьми что-то не ладное. Я потом Азира попытаю на эту тему. За ушко потреплю, да пообещаю, что — нибудь корзиночке этой.

— Спорить не хочешь, торговаться тоже. Чего же тебе надо в приватной беседе с глазу на глаз? — спрашиваю прямо я.

— Захочешь в храм попасть? Придешь сама еще и умолять будешь. Только я знаю без чего тебе храм не открыть — блеснули голубые глаза ее торжеством, а от Зайлоса вестник «часть реликвии у нее».

— Я и так знаю, что реликвия у тебя, зачем мне к тебе приходить? Запрещу кафтарцам около тебя проплывать и начнете с голоду дохнуть. Кто тогда приползет?

Не свекровь, а змея судя по шипению. Гадюка очковая, расположилась напротив меня и шипит.

— Без соединения кровью или браком артефакт тебя не примет.

— Звер тоже так говорил — задумчиво говорю я. — Я вот знаю способ. Надо хозяина артефакта убить. Кровью его реликвию измазать и будет мне счастье. Давай я Азира на бой вызову или тебя?

Ну, хоть что-то ей в этом мире дорого. Вон как искры в разные стороны полетели. Только искры белые не чета моим. Даже мебель не прожигают.

— Не вздумай! — стоит глазами сверкает, искрами все осыпает, а я сижу и радуюсь, что дурная.

— Ну, тогда найди третий способ и передай мне артефакт сама. Без участия твоего сына.

«Целиком» пишет Зайлос.

— И чтоб реликвия целиком была. Без обмана. Если вызову твоего сына, с арены он живым уйти не сможет — традиции — тяну я последнее слово.

— Да у тебя руки не поднимутся — скрестив свои паучьи лапки на груди, заявляет она. — По глазам вижу еще ни одного не убила.

— Какая глазастая — я приложила ладони к щекам и притворно охнула. — Тогда мужей попрошу, из них любой твоего уложит издалека и рук не испачкает. Я над их магией поработала, у каждого по два вида. И резерв всегда полон.

— У всех есть слабость — вымолвила она как-то с придыханием, словно о моей уже догадалась.

К детям моим что ли намылилась, паучиха старая. Я чуть шевельнула руками и ее сжало как в тисках. Даже не льдом, от скамьи отросли стебли и мгновенно оплели ее. Деревянная ажурная тюрьма и не дернется и красиво. Я сама встала с дивана и сжала ее щеки одной рукой.

— А теперь слушай сюда, глава западного тенгру. Ты мне через неделю приносишь реликвию полностью. Как решишь этот вопрос не мое дело. Из скольких частей состоит реликвия я тоже

Она едва смогла глотнуть и прикрыла глаза.

Ее путы опали пеплом и вслед за ними она скатилась на свой диванчик.

— Чтобы через час тебя с сыном здесь не было! — велела я и вышла из комнаты тут же сворачивая в соседнюю где сидели Дрисл и Сарган. Законник сжал мою руку и подвел к тайным отверстиям.

Пришла в себя глава западных довольно быстро. Пепел с платья стряхнула, руку подняла, вестники отправляет. Потом шипит:

— Несносный мальчишка. Ты не можешь здесь остаться. Или... — она застыла, поглядывая на столик перед собой.

Потом торопливо отправила другие сообщения. И пошла к дверям. У нее был явно какой-то план.

Поживем увидим, подумала я. Дрисл уже ушел, а я отвесила Саргану плюшек. В этот раз сначала жёстким был он, а потом и я немного. Явно его еще не шлепали по ягодицам. Мне было весело, ему приятно. Никаких хлыстов, а плюшка понравилась. Ну, судя по сгоревшему от его ладоней креслу за которое он держался.

Сколько еще интересно этих дебильных женихов будет? От одного отбояришься — новый появляется. Достали уже. И где-то там еще и муж имеется, договорной и вполне реальный.

5. Имянаречение

Все ближе день, когда с моих детей спадет магический пузырь и я наконец смогу обнять их. Мне одновременно радостно и как-то тревожно. Из Арильяна строчит письмо за письмом мать Саргана. Благодаря ему она осталась жива и теперь пытается продавить наш брак с этим недомерком через сына. Сарган морщится и сжигает эти письма в руке. Я с улыбкой его обнимаю.

Лишана из западных все время мелькает у наших границ, то охота к нам привела то, проезжала поблизости. Азир к нам торговать ездит. Паучки плетут какую-то паутину, но я не чувствую пока, где эти ниточки сплетаются.

Кафтарцы все тиши и тише на море и на суше. Мард стал из-за этого дерганый. Говорит они затаились перед бурей.

Внутри все натянулось как струна. Только задень и порвется. Поэтому и то что так расписывал Лисниэль я не сразу ощутила. Словно к душе кто-то прикасался. А потом так сильно потянул меня.

Дети… сердце заполошно застучало. Едва отправила сообщение Шайду и бросилась в детскую. Трое мужей были там, остальные примчались как на крыльях.

Дети в магических пузырях за эти три месяца значительно подросли. А сейчас эта серебристая пленочка словно рябью пошла. Подрагивает, трепещет пока под нашим внимательным взглядами совершенно не пропадает.

Им предсказали встречу и любовь

Погрузиться в историю

Перед нами сидят две девочки зарганки. Близнецы. Разница только в цвете глаз, я беззвучно плачу и смотрю как они моргают, трут глазки ладонями как после сна, а потом тянут ко нме ручки.

— Мама — вскрикивают они и я тут же хватаю их на руки.

Мои красавицы! Мои девочки! Да за это стоило сражаться и с карателями, и со Звером.

— Милые мои, родные — я целую их, ощущаю маленькие ручки на моем лице, плечах.

Меня гладят целуют и даже комочек магии внутри такой довольный мурчащий. Я выбираю розовые платьица для них и быстро их одеваю.

— Мамочка — произносит моя девочка с голубыми глазами. — Не надо плакать.

— Мы проснулись — подтверждает вторая с серыми глазами. — Папа Шайд — она тянет ручки к моему резкому и жесткому мужу, а тот поднимает маленькую феечку на руки и смотрит на нее обожающим взглядом.

Да и как не смотреть. Тонкое личико с идеальными чертами лица, бровки, реснички, волнистые белые волосы до плеч. Они идеальные.

— Да, наша принцесса — едва произносит он.

— Не обижайся, но нам понравились имена, которые придумал папочка Мард.

Шайд только кивает и подзывает ближе гордого Марда.

— Я подумал назвать дочерей по заргански «жизнь» и «надежда» — говорит он, целуя крохотную ручку.

— Спасибо, папочка — говорит сероглазка и целует его в щеку. — Я буду надежда — Элания.

— Папочка Зайлос — тянет вторая малышка ручки к моей гордой Зае. — А я буду жизнь — Хайтин.

Моя Зая обнимает это чудо и кажется скрывает слезы у нее в волосах. А мои девочки без всякого стеснения обнимают кажого отца, целуют и говорят с ними о том, что было здесь за эти три месяца. Получается они все слышали и помнят. А ведь мы каждый день к ним заходили, рассказывали, смеялись, целовались и ждали их пробуждения день за днем.

Сколько им на вид? Лет пять? А они такие рассудительные, умные, ласковые.

Ния прикладывает ручку ко лбу Саргана, а потом кивает головой.

— Да мы с Тин можем делать как ты папочка Сарган. А еще мы видим мысли, особенно когда думают про нас.

Ментальная магия считается самой сильной. А мои едва родившиеся дочки уже ее применяют. С одной стороны, горжусь, а с другой сердце сдавило от страха.

— Мама все хорошо — гладит мое плечо Ния. — Мы будем помогать. Папа Сарган будет учить нас.

— А я сегодня положу спать мою принцессу — улыбается Шайд, и я давно не видела на лице его такую широкую улыбку.

Тин и Ния переглядываются словно общаясь мысленно. Потом выдают то от чего у моих мужей открывается рот.

— Хорошо сегодня папочка Зайлос и Шайд положат нас спать.

— А завтра другие папы — добавляет вторая принцесса хитро улыбаясь. — Папочка Ардон обещал нам сказки. А папочка Лисниэль маленькую лошадку. Я хочу белую.

— Мы все помним папочка — грозит пальчиком моя синеглазая дочь целителю, который прячет улыбку в ладонь.

Мард смеется и тыкает пальцами в шокированных мужчин, которые безопотно приняли власть двух этих фей. И стали сегодня отцами официально. Так вот как в этом мире относятся к детям при многомужетсве. Что ж от сердца отлегло хоть это.

— Папочка Мард забыл про кораблик — говорит сероглазая Тин.

— Будет тебе кораблик, мое солнышко — говорит он и взяв из рук Шайда дочь, целует ее ручки.

— Большой как у тебя — добавляет она и схватив его за лицо заставляет смотреть ей в глаза. — Нет, нет папочка я не забуду — грозит она.

Теперь уже смеются все остальные. Мард смущенно

Мы спускаемся в зал, где стоим перед нашим столом и всей семьей принимаем поздравления. Шайд и Зайлос взяли дочерей на руки. Каждый свою. А дочери так достойно и серьезно принимали подарки, что-то отвечали, кивали головками. Что выстроившиеся в очередь желающие поздравить не могли взгляда оторвать от моих детей.

Подходили артефакторы нашего клана, заезжие купцы, южные зарганцы, маги из Арильяна. Когда Шейлан приблизился для поздравлений и внимательно смотрел на Нию, та погрозила ему пальчиком, а Тин строго сказала.

Чувства, которых мало….

Нужно искать и беречь.

Погрузиться в историю

— Не хорошо так думать. Зависть — это плохо.

Шейлан смутился и быстро покинул зал, вручив нам самые лучшие ткани. Потом подходили людские маги из области башни Васт, просившие пообщаться с нашими детьми. Последними были кафтарцы. Четверо разодетых, стрелявших взглядами во все стороны. Самый мелкий из них смотрел на каждую из моих дочерей повторяя:

— Ахшил, ахшил.

Они держали в руках сундук с драгоценными тканями и игрушками. Кланялись, бормотали что-то, а потом Ния громко вскрикнула.

— Папочка Сарган!

Подлетевший к ней Сарган тут же забрал дочь на руки. А Ния спрятавшись у него на плече приложили ручку к его лбу. А через секунду случилось то, от чего все застыли каменными статуями от страха.

Сарган молча подошел к центральному кафтарцу и приложил свою руку ему на плечо. Рот кафтарца скривился, а уже через секунду он осыпался пеплом на пол. Весь зал затянуло запахом гари. Я даже сглотнуть не могла. Рот пересох. В зале тишина стоит такая, словно все осыпались пеплом и только Сарган как ангел смерти возвышается над кафтарцами.

— Ты — он пинает кафтарца слева, который упал на колени и в ужасе раскачивается из стороны в сторону. — Я знаю, что ты нас понимаешь. Встать!

Кафтарец вскакивает на ноги, но может соперничать белизной с моим белым платьем. Я в таком же ужасе, как и все в зале.

— Завтра ты привезешь сюда единственную дочь рода Атахал и трех сыновей от первого мужа. Я сам женю их и выдам замуж. Они будут вечно жить здесь и никогда не увидят свою семью. Если вы этого не сделаете или посмеете еще раз что-то замыслить против моей семьи…. Я лично — шипит он, — выжгу весь род Атахал и каждого кто захочет мстить. Младенцев, женщин, стариков. Всех! А этот пепел отвезите самой Хабин и пусть не смеет выбрасывать пепел этой собаки. Пусть положит на видное место и помнит, что с ней будет, если в ее голове снова будут эти мысли.

С ним рядом встает Мард и резко бьет кафтарца под дых, а потом швыряет его к стене.

— Передай что Рыжий демон приедет тоже. Выжгу всю землю и засыплю солью. Продукты больше не присылайте. А налоги увеличиваются в трое.

Кафтарцы выползали из зала с сундуком набитым пеплом. Прямо на их дары Ардон с помощью магии вывалил весь пепел и заменил мраморную плиту в зале. Гости сами разошлись по домам, а я едва смогла дышать в детской комнате, куда доковыляла под руку с Лисниэлем.

Ния все также пряталась на шее Саргана, а Тин у Ардона на груди. Я рухнула в кресло у маленького окна. Шайд посылал какие-то сообщения. Зайлос с тревогой посматривал на дочерей. Мард вообще отправился в порт. Проследить чтобы кафтарцы покинули наш порт незамедлительно.

— Может сказку почитаем сейчас? — поглаживая дочь по голове спросил Ардон.

— А давай посмотрим на твои цветы? — предлагает она.

— Сказку вечером — заканчивает мысль вторая принцесса.

Настоящие близнецы. Связанные друг с другом. В итоге Ардон и Лисниэль берут дочерей и прямо из детской спускаются в подвал. Любоваться на редкие цветы. Именно там Лисниэль и Ардон выращивают редкие лекарственные растения. Весьма доходное дело. А подвал — это место куда кроме нашей семьи никто никогда еще не заходил.

Теперь мы собираемся в кабинете. На лице Саргана гуляют желваки. Остальные мужья посматривают с опаской на меня.

— Озвучьте его мысли наконец — произношу я.

Естественно я не верю, что Сарган просто сошел с ума. Чтобы совершить такое нужна причина.

— Он думал, как украсть нашу дочь — говорит Сарган. — Та самая сучка из рода Атахал решила так от нас откупиться. Ее жизнью. Держать при себе в заложницах. А этот идиот подумал, что такую девочку из семьи отпускать нельзя. Нужно оставить для старшего сына. Мы будем выполнять после похищения все что они скажут, а эти твари будут распоряжаться жизнью нашей дочери. Некоторые слова Ния не поняла, поэтому позвала меня. Но ее напугала клетка, которую для нее готовили на корабле и ошейник.

— Чтоооо?! — я была так зла что металась по кабинету как тигрица. — Мало ты его сжег!!! Я бы воскресила и еще раз сожгла!

— Этого не будет птичка — твердо сказал Зайлос. — Мы защитим своих детей.

— Мы им глотки выгрызим — подтвердил Шайд. — Нам нужно завести шпионов. В каждом государстве и в каждом клане. Взять клятву на крови и послать. Чтобы таких сюрпризов больше не было.

— Если они не подчиняться — я остановилась и посмотрела на Саргана. — Поеду с тобой и буду жечь с другого конца. Пока другая кафтарская сучка не решила своровать нашего ребенка.

— Рыбка моя — Мард забегает в кабинет и сразу хватает меня в объятья и в этот момент моей силы и выдержки больше нет.

Я плачу и трясусь в объятьях своего рыжика. Мне страшно и больно. Я хочу, чтобы моим детям было хорошо. Чтобы никто и ничто не угрожало моим детям. Сегодня первый день как они родились, а их уже своровать хотят. А я стояла рядом развесив уши и даже не подозревала об этом.

— Уже выгнал их рыбка. Прямо из порта. Волной вышвырнул и мачту подпалил. А в море я от их кораблей щепок не оставлю.

Рыжик меня целует, гладит, а из меня все еще течет этот ужас. Не так я планировала, не о том мечтала. Они же мне покой обещали. Почему все так? Почему нет спокойствия?

Обрести любовь

в офисных джунглях? Легко!

Погрузиться в историю

— Я беременаааа — подвываю я, на что плечо Марда каменеет, и он не сразу отмерзает, а глаза остальных мужей впиваются мое мокрое лицо. — Двооооооое…

— Рыбка меня послушала — воркует Мард. — Двух рыженьких, да? Мальчишек, красивых как я. Сильных водников. Наших морячков.

— Сильных

— Главное здоровых и наших — подходит ближе Зайлос и вытирает мои слезы.

— Никто и пальцем их не тронет, рьяна — обещает Сарган. — Никто.

— Волков он захотел — поит меня водой Зайлос и ворчливо выговаривает Шайду.

Выпускать из рук жену Мард отказался, покачивает меня сидя в кресле. Животик гладит Зайлос. Сарган сидит в кресле и смотрит мне в мокрые глаза.

— Какой срок?

Я тяну носом и снова смотрю на него. А сам не помнит значит. Он и Мард, корабль, а потом берег. Почти сутки фантазии Марда в жизнь воплощали с трофеями баловались. Кто знал, что кружева и кожаная шляпа на мне — это так весело?

— Почти месяц.

Брови Саргана ползут вверх. Понял наконец.

— Никаких прогулок, рьяна — хмурит брови Зайлос. — Только сад на крыше, подвал, детская. Пока мы не решим этот вопрос. Никуда и ни с кем. Ты и дети должны быть в безопасности.

— Хорошо — киваю я — пойду к детям. Только дайте минутку с Сарганом.

В семье уже все привыкли и даже не ревнуют внешне. У нас с законником тайны. Маленькие, большие, страшные. Тайны я обсуждаю с ним.

— Герцог, ваша светлость — я начинаю издалека, и сама тянусь с объятьями к своему мужу.

Терпеливо жду пока его тело чуть дрогнув, заключит меня в крепкие объятья.

— Начало мне уже не нравится — цедит он сквозь зубы.

— А просто «муж мой» тебя устроит?

— Да — немногословно отвечает, в глазах законника больше мелькает.

— Не закрывайся от меня — прошу я, все так же посматривая в его глаза со всей мягкостью. — Ты же помнишь нам нужно больше говорить. Что бы не случилось… ты мой.

Между нами повисает молчание и его недоверие в глазах.

— После сегодняшнего — начинает он — думал ты не подойдешь. Так скривилась над этим пеплом — его пальцы поглаживают мою спину, он раздумывает.

— Это от запаха — киваю головой. — А ты себе там что придумал? Ты мой любимый законник. Нам еще рагана нужно пережить. А, кафтарцы это тьфу!

Мда, юмора во мне все меньше и меньше. Губы Саргана даже не дернулись. А вот лбом он прижался ко мне и такие картинки показал. Господи, кто его учил таким красивым словам любви. Я могла от счастья умереть там же. А в этот раз я ему тоже картинку передала про детей. Вот, чувствую, что дети от него и от Марда. Только после этого улыбнулся. Кончиками пальцев лицо приласкал.

— Мы их защитим, рьяна — произнес он уже не таким страшным голосом. — Все дети будут под нашей защитой.

6. Хочешь насмешить — расскажи планы

Да, да. План-то был хороший. И кафтарцам погрозили и план вторжения во фьерд этой твари придумали. Девочек спать уложили, утром подняли, накормили и мы пошли в сад мантикор. Маленькие мантикоры тут же их обнюхали и стали играть. Моя Коша пообещала их защищать как своих. Тем более что двое ее детей признали их своими. Так что в нашей семье добавилась серая и рыжая мантикора. А отцы эти котят и вовсе были согласны детей на себе возить. А Коша уверила что это безопасно для них, они будут для мантикор как свои котята.

«Семья расширяется» — хихикнула я.

А потом пожалела. Вот не надо раньше времени выдыхать и думать, что все впорядке. Это чревато неожиданными … гостями.

К полудню меня вызвал Сарган, а Мард с ним рядом на страже. По глазам вижу очередная дерьмовая новость.

— У нас гости — чуть погладив мой плоский животик произнес Мард.

— Кафтарцы? — вскинулась я.

— Тенгры — выплевывает Сарган.

— Анён хасимника — говорю ему я.

— Что? — округляет глаза Мард.

— Вот и я говорю, что? Мне слово тенгры ничего не говорит — начинаю психовать и мерить кабинет шагами. — И Лисниэля нет! — повышаю голос. — Как мне щас успокоиться? Рассказывайте уже быстрей.

— Это все огневики внутри тебя — говорит Мард и целует меня в плечико, останавливая у стола. — Два огненных парня — торжествует он. — Раньше ты так не взрывалась — поясняет моему бешеному лицу.

— Раньше моим детям не угрожали! Начинайте говорить!

— Тенгры живут на островах, моя рыбонька. Живут закрыто, никого к себе не пускают. Империя их пыталась покорить, но зубы обломали. Даже не выяснили какая магия у них. Просто все корабли, которые они посылали не вернулись. И вот эти тенгры приехали к нам и просят встречи с тобой.

Говорил Мард весело с поцелуйчиками, но его беспокойство я ощутила.

— Зачем?

— Лорд Даирс сказал, что ты поймешь.

— Какая-нибудь истиная хрень — буркнула я и упала в кресло. — Почему сейчас? Почему к нам? Почему сейчас я им понадобилась? Далеко до их островов?

— Три дня пути, если магией корабли вести.

— Нужно встретиться — я потерла лоб руками. — Сарган не молчи. Я себя накручиваю сейчас, и в голове каждая следующая мысль хуже первой.

— Я не знаю, чем с ними бороться — честно выдал он. — Зайлос сказал, что холод на них не действует. И еще они тоже раньше в Храм зарганцев приезжали. Такие себе дальние родственники. Сейчас сидят в зале и втроем развлекают тенгров. Лисниэль с ними. Думаю, нужно встретиться немного их прощупать.

— Родственники? — повторила я. — В храм хотят? В клан?

— Интересная мысль — произнес Мард. — Мы больше к завоеванию склонялись ради храма. Они сильны, а здесь их только Храм привлекает.

— У них полиандрия? — приподнимаю брови.

— Нет — качает головой Сарган — истиность. Ты угадала. Пары. Муж и жена.

— Чтоб вас всех! — в горле тут же пересохло.

Да ладно Аннэль. Не надо раньше времени истерить. Пойдем посмотрим на них. А вдруг они реально за тобой, а не то что тебе в голову стукнуло. Уговариваю себя и чувствую рядом искры золотые брызжут.

— Рьяна — Сарган подходит ближе и вынимает меня из кресла.

Крепко прижимает к себе, у него уже одежда в дырах, паленым попахивает.

— Вместе будем гореть — на мой взгляд отвечает он.

— Не будем — давлю из себя слова.

Открываю глаза, закрываю глаза и дышу. Считаю до тридцати и вроде отпускает. Точно гормоны играют в этот раз.

— Переодевайся и идем — говорю я.

Под бдительным оком двух мужей и после легкого исцеления Саргана идем вниз.

Ёёёперный театр! А предупредить? Восемь тенгров. Серокожих, мощных. Вот размерами с Кадма только тот милый и добрый, а эти как из опасности сделаны и на

Как мы появились в зале, все внимание на нас перешло, а конкретно на меня. Зайлос там сидит, как радио что-то щебечет, но на него гости хрен эмоций и ноль внимания.

Ну, какие это тенгры? Это эльфы темные. Дроу. Их же так всегда описывают. Какое они к зарганцам отношение имеют?

Подхожу ближе и сажусь на свое место.

— Ясных светил и солнечного дня — приветствую гостей.

Тенгры кивают степенно. Главный их в глаза мне смотрит, потом на мужей.

— Лорд Даис. Второй из Жинкара и прибрежных мест. Я спешил как мог — голос у главного такой звучный, что даже негромкая речь отдается во всем зале, думаю все слуги будут в курсе дела. — Вам нечего бояться. Мой визит действительно мирный и личный.

— Говорите — подбадриваю я, когда он замолкает и сканирует мое лицо.

— К вам меня привела метка. От доверенных людей знаю, что такая у твоего мужа — он кивает на Марда и поворачивает мне правое запястье.

Узоры похожие на зарганские как у меня на шее. Ну это понятно, дальние родственники. Только в центре узора моя щука и пузырьки воды.

— Откуда? — на одном дыхании спрашиваю я.

— Три дня назад появилась. Понимаете, почему? — серые глаза тенгра чуть ли не в душу смотрят.

— Истиность? — тяжело сглатываю я.

Он кивает и смотрит мне в глаза.

— А не рано? — ухмыляюсь я. — Два дня прошло.

— Это не имеет значения — уголки его губ дергаются чуть вверх. — К тому же это только знакомство.

Судя по тому как напрягаются все мужья, они догадывались. Только меня не хотели пугать. А вот и не надо, я сама напугаюсь и кого хочешь напугаю. Искры опять брызжут из меня, стол прожигают, кресла вокруг. Мужья губы покусывают. Остановить меня сейчас нереально, а может и к лучшему. Я-то сейчас себя сдерживаю. Истиность говоришь? Царек зажупленный! А глазами на заднице моргать не пробовал?

— Вам не нужно ждать от меня угрозы — мягче произнес он и неожиданно накрыл мою сжатую в кулак руку ладонью.

Как Сарган обнажил передо мной все свои мысли. Там тоска, одиночество и нежность. Меня прям затопило этим чувством. Еще не видел, не знает, а уже готов в этом океане укрыть. Руку свою поднял и назад вернул на свое колено, искры не брызжут из меня, задышала легче.

— У тенгров нет другой возможности завести семью. Ждем свою истинную. Иногда веками. Раньше мы приезжали в храм Холода и получали направление, но храм запечатан. Мы надеялись, что Солнце Эльзара откроет храм. А теперь на моей руке появляется печать как в давние времена. Мы знаем, что у Солнца родились две жемчужины.

— Вчера было имянаречение — подтверждаю я. — Надежда — Элания и жизнь — Хайтин.

Я киваю на Зайлоса и Шайда как кровных отцов. Даис слушает, затаив дыхание. Зарганцы хмурятся. Сопровождение лорда кажется не моргает, семь мужских статуй просто.

— Окажи мне честь Солнце Эльзара — приложив руку к груди говорит он. — Позволь увидеть жемчужины и узнать кто из них моя истинная.

Сижу закусив губу, раздумываю. Совет приходит от Коши как не странно. «Не бойся. Тенгры нам не чужие.» Отдаю ей мысленный приказ и не двигаюсь с места. Несколько минут сидим в напряжении. Тенгры смотрят на нас, а мы на них. Во дворе раздается рычание мантикор, а потом царственным шагом в зал заходят Коша и два ее мужа. На спине ее кошачьих мужей восседают наши принцессы, воркуют с гигансткими кошками, уши им треплют.

Тенгры показали первые чувства при мне, умиление и восхищение. На лицах отцов гордость и это еще кнопки, а не взрослые девушки. Что потом будет? Нервный смех в груди появился, но я сдержалась. Ружья здесь нет. Надо себя как-то подготовить к будущему. Женихов недоделанных отстреливать прям с крыши замка. Губы поджимаю чтоб не ляпнуть чего лишнего.

— Мама! Папочки! — дети скатываются с мантикор и бегут ко мне протянув ручки.

Сегодня мои дочери в синем. Цвет и узоры зарганцев, теперь у модистки заказов от меня все больше. Сажаю их себе на колени, целую и разворачиваю дрожащими руками лицом к гостям. Еще и вздохнуть не успеваю как Элания манит Даиса рукой к себе.

— Иди. Иди ближе.

Огромный по сравнению с ней тенгр, плавно поднимается и садится на одно колено перед моей сероглазкой.

— У меня внутри будет зверь — серьезно говорит она. — Как у папы — кивает на Шайда. — А ты мой! Ты должен это знать! — и головкой кивает.

Без страха эта кнопка тянет его запястье к себе и на ее ручке под нашими взглядами, возникает такая же вязь на руке и рыба. Элания тянется к Даису ручками и тут же взлетает с моих коленей наверх.

Серая ртуть в глазах тенгра сверкает. Губы растягиваются в улыбке, хотя его нещадно дергают за волосы, чтобы заплести косичку. Моя маленькая, вчера рожденная магически Элания, повелевает этим опасным мужиком. У меня прям в груди то ли смех, то ли гордость. Вот ведь! Не устает этот мир меня удивлять. Теперь у нас в родственниках тенгры.

Ручки Элании изучают его лицо, ушки слегка заостренные, длинные волосы. Ну, волосы мужские трепать — это от меня передалось.

— Он красивый — говорит Хайтин.

Элания кивает головой, краем глаза замечаю, что слуги из кухни выпучили глаза и наблюдают. Потом ручка Элании движется по лбу Даиса, и улыбка с лица тенгра пропала.

— Да здесь — добавляет она, поглаживая его нос. — Папочка Сарган сразу помог. Он стал пеплом.

Даис переводит взгляд на меня, потом на Саргана. О чем-то размышляет, потом кивает своим людям. Четверо тут же встают и уходят.

— Кафтарцы не будут мудрыми как вы — говорит мне новоиспеченый зять. — В их крови только жестокость и боль. Теперь ваша безопасность — это и мое личное дело. Я отправлю туда Доверенных. Фьорд маленький. Четверых достаточно. Элания и Хайтин будут под защитой тенгров. Всегда.

Пока зятек мне нравится. Остальные мужья размышляют.

— Завтра вам доставят подарки — кивает Даис на ковер, что нам вручили от тенгров и на котором он сейчас стоит. — Я слишком спешил. Элания, ты устала, мое сердце.

Дочка и правда прикладывает голову на его плечо. Видимо и правда истинные. Сидит на руках у чужого мужика, рассказывает ему все ментально.

— У меня есть кошечка — встрепенулась она. — Теперь она всегда будет со мной. У меня серая, а у Тин рыжая.

Услышав о себе, две мантикоры размером с ладошку подлетаю к столу и к плечу Даиса. Увидев свою мантикору Элания хватает котенка и прижимает к груди. Котенок Тин уже сидит у нее в руках.

— Через двадцать лет — опять заговорил Даис и посмотрел на Саргана, там значит ментальный диалог идет. — Элании будет двадцать пять, это хороший возраст для заключения брака. Иногда я буду навещать ее и всегда заботиться. Она теперь и моя жемчужина.

Он улыбается, глядя на маленькую принцессу и на меня.

— Всем сердцем ее чувствую. У моей матери тоже была серая мантикора. Самая умная из всех что я видел.

Стоящие поодаль Коша и ее мужья рыкают. Покачивают хвостами и уходят.

— Девочек защищает весь прайд мантикор — говорит Лисниэль. — А подлость кафтарца была неожиданностью.

Кажется, мои мужья уязвлены. Тем что были вчера беспомощны.

— Сокровище нужно охранять еще сильней — произносит Даис. — Оставлю вам четырех Довереных. Сам тренировал их, сам клятвы брал. Перед отъездом возьму еще одну клятву. Они будут подчиняться только жемчужинам и тебе Солнце Эльзара.

— К чему это? — такая навязанная защита мне не нравится тоже.

— Защиты много не бывает. И все будут знать, что за твоим плечем тенгры. Все тенгры — веско добавляет он.

Играющую Тин я передаю на руки Ардону, а спящую с котенком Эланию передает мне на руки Даис.

— Связь истинных для нее еще велика — шепчет он, поглаживая ее волосы. — Пусть, мое сердце, отдыхает больше. Сегодня самый счастливый день в моей жизни Солнце Эльзара, и я благодарен тебе за рождение Элании. А также верю, что Храм ты откроешь. Многие тенгры ждут этого, чтобы обрести свое счастье.

Ладонь всех тенгров поднялась к груди и застыла там, а глаза уперлись в мой лоб. Сразу стало некомфортно. Тенгры пробыли у нас до следующего утра. Даис смотрел на Эланию как на ангела, брал на руки, говорил, но на этом все. Все объятья и поцелуеи после достижения двадцати пяти лет, серьезно сказал он. Четверо тенгров остались у нас. По ночам двое дежурили перед детской комнатой, двое — в своей комнате поблизости от детсткой.

В замок два дня везли подарки тенгров, которым не было конца. Золото, драгоценности, оружие, чудные ковры без числа. Не тенгры, а рокфелеры какие-то. Потом пришли новости из Кафтара.

Тенгры управляют тьмой! Вот что за магия у них. Весь фьорд покрылся мраком не зайти, не выйти, ни вдохнуть. Кафтарцы что там жили либо сбежали, либо погибли и больше проблем с Кафтаром не было.

Придется принять как данность, что у одной моей пятилетней дочери есть жених. Опасный и любящий мужик, повернутый на истинности. Мечта любой тещи. Меня уважают, хорошо относятся. А присмотреться к нему есть время. Даже воспитать успеем. Нам не привыкать.

Интересно кто к Хайтин приедет свататься и когда.

Доверенных тенгров охранников как-то спросила.

— Почему вы согласились остаться здесь?

— Почему нет? Тенгры редко покидают свой дом. Это шанс встретить истинную. Только такие сильные маги как Даис чувствуют на расстоянии. Остальные тенгры должны ее увидеть глазами — отразилась в серых как ртуть глазах тоска и пропала.

Это сколько же лет Даису? Мысленно охнула и губу прикусила.

7. Политика дело тонкое

Шейлан.

Красотка сегодня явно не в духе. Я слежу за ней каждый день, скольжу по ее мыслям, пытаюсь предугадать ее действия и каждый раз ошибаюсь.

После приезда тенгров Эльзар стал неприкосновенным. Все теперь знают, что одна из дочерей оддины Эльзара истинная для лорда тенгров. А дети и правда сокровище. Ментальная магия с пяти лет проснулась. Мантикоры их признали. И дети говорят, что внутри у них звери. Неужто обратиться смогут как зарганцы в начале времен? У Хайтин — это ирбис. У Эларии — волк. Их мужья будут счасливчики.

Как же я устал! Все вокруг какие-то ососбенные значимые… в то время как проблемы достаются мне! Меня торопят танлы из Южного клана. Они поверили в мой план, дали мне свободу действий. Им все равно кто займет мое место. Не будет результатов и мое место займет другой. Мои результаты в договорах их не убедили, ни процентные ставки в банках, не то как я веду дела Слепца после его смерти. Просто она на меня отреагировала на арене. Ее реакция их устроила, а не я. Вспоминаю тот вечер и хочу свернуть ей голову.

Сколько я сменил женщин, соблазнил замужних и влиятельных ради своего дела. Добился внимания Вирги.

Но… эта женщина не так проста, как все думают. Ее не заинтерисовать лестью, комплиментами, помощью. Глядя в мои глаза, она ожидает увидеть что-то иное. То, что я пока не пониманию, где найти и как дать.

Понимаю, что тут впечатление от Слепца и Звера осталось только плохое. В ее глазах в тот день я был просто ничтожество. Мелькнувший за щитом ее мужа неизвестный зарганец из южных, которого она едва заметила. Но отступать мне нельзя. У меня договор, сроки, планы. Танлы бесятся, а я нервничаю и боюсь совершить ошибку. Клан Эльзар сам искал того, кто войдет в их семью из южных, но при этом они не торопятся. Держат нас на коротком поводке.

Память рода у нее. Видел на ее ухе. Не полностью признанная, и мы должны влиться в Эльзар. Должны быть рядом. Однажды она умрет и память рода спадет с нее. Рядом должен быть наш приемник. В идеале ребенок рожденный ею для нас. И вот тут тьма побери хочу быть я! Я заслужил! Я шел к этому так долго.

А кто она такая? Случайная душа в случайном теле. С внешностью как у сотни других призванных. Холод ее побери! Почему она делает вид что особенная, а те, кто вертятся рядом подтверждают это? Она просто самка, желанная для многих. Зарганцы из южного тенгру никогда не проигрывали самкам. В ней чувствуется ум и хитрость, но сущность едина у всех самок. Они

Да, она подпустила меня ближе за эти месяцы. Флиртует, играет, выпускает коготки, но линию не пересекает. Зайлос объяснил в чем дело. Солнце Эльзара раздумывает буду ли я в этой семье к месту, сможет ли она принять меня как других. От этого мне стало жарко где-то в груди. Солнце думало обо мне. Что будет если она возьмет меня …мужем. А если не возьмет меня заменят тайлы! Заменят на другого! Им плевать возьмет под контроль Солнце Эльзара память рода или я буду контролировать ее.

Холод и пепел! А когда ее муж позвал меня в ту комнату. Я думал, что сорвусь. Солнце Эльзара смотрела на меня, облизывала губы, но не была высокомерной или жесткой как моя любовница Вирга. На ее лице я читал как в книге страх, злость, удовольствие, сметение… наслаждение. Она окидывала меня глазами, и я видел ее мысли. Сколько страсти в них было! И сколько мыслей обо мне!

Что если бы я подошел? Что если Зайлос хотел этого? Холод и пепел, меня разрывало от сомнений и желания. Едва сдерживал эмоции на лице. Я выжидал и выбирал момент. Мне нужно чтобы она не просто приняла меня, а приняла на моих условиях. Я получу от нее ребенка, получу все привелегии как ее мужья. Я должен получить южный тенгру. Моя задача переиграть будущих побратимов, танлов, и ее… я потомок снежных демонов. Мы не проигрываем! Мы получаем все!

Эль

Ни что не вечно под луной. А в этом мире две луны. И все же… тенгры уехали. Остались только четверо для охраны. Стихли страсти. Мы ждали появления новых детей. Воспитывали двух принцесс и ждали подвоха. Только мужья при моих явных опасениях, когда я высказываю их, вслух посмеиваются надо мной. Показывают, что все это пустое. А сами завели сеть шпионов, меняют каждую неделю охрану в замке, а на границе с кафтарцами держат каких-то воздуханов. Мне даже не объяснили кто это. На что я чисто по-женски обиделась, добавила туда своих гормонов, которые в эту беременность просто зашкаливали. Гордо развернулась и ушла в сад над портом.

Девочки были под присмотром Лисниэля, у них урок чтения. Ардон творит макет дома собраний как он сказал, Сарган разбирает письма и послания. Шайд разбирается с шпионами, а Зайлос отправился к видящей из западного клана.

Вот узнаю, что она молодая и Зайлос получит сразу от меня на орехи и свои фаберже.

— Почему Солнце Эльзара проводит время одна?

От этого голоса я вздрагиваю и прижимаюсь к стволу дерева.

— А тебе не рассказывали, что за такие шутки я могу поджечь? — ворчливо интерисуюсь я.

Вот как этот Шейлан узнает, где я и чем занимаюсь. Из него выйдет замечательный шпион. Надо идею Шайду подкинуть.

— В моих словах не было шутки — уже у самого уха шепчет он.

Оборачиваюсь назад, но зарганец стоит в пяти шагах от меня и подпирает другое дерево. Демонюка хвастливая. Переместился уже.

— Откуда у тебя мысли что я шучу? Я твой терсий. Ни шуток, ни оскорблений.

— Хм, терсии не шутят? — чуть не рассмеявшись спрашиваю я.

Обхожу дерево с зелеными сливами по кругу, но Шейлана там уже нет. Он со мной играет.

— Чаще всего терсии соблазняют свою оддину — его шепот вливается в мои уши, голову.

Чувствую легкое головокружения. Южные зарганцы так могут? Влияют на восприятие? Руки Шейлана ползут по моим плечам, шее, а я сопротивляться не могу. По телу дрожь проходит, крепче вжимаюсь спиной в его грудь. Что он со мной сделал сейчас?

— Пока ничего моя оддина — отвечает на мои мысленные вопросы и припадает к моим губам.

В словах почтение, а в поцелуях только жадность и подчинение. Перехватывает мои губы своими горячими губами. Целует, обнимает, изучает каждый изгиб моего тела. Во мне сил хватает только на стон. Сама тянусь к нему, сама целую. И такие сладкие и одновременно порочные поцелуи получаюся.

Не знаю, что Шейлан делает, но мы входим в портал спиной и попадаем в комнату полную свертков, отрезов тканей, упакованных женских мелочей. Все летит на пол. Гора снизу растет, а Шейлан не прерывая поцелуя укладывает меня на постель.

Я представляла себе этот момент, после того случая в комнате. Проигрывала в голове, анализировала, думала. А когда это случилось наяву чувств и мыслей было так много, что я даже не знала, что делать. Плохо ли тайно заниматься сексом с терсием? Хорошо ли принимать этого зарганца, ведь мужья знают, что он терсий? Правильно ли что я плавлюсь в его руках? Застываю в каждом поцелуе как букашка в янтаре?

Мои метания не волновали Шейлана. Каждя ласка приблежала к развязке этой борьбы. Поцелуи заставляли гореть тело, толчки его тела отключать разум. «Еще» — шептали мои сухие губы — «еще». Его пальцы впиваются в мое тело, он движется рванно, мои ногти уже прочертили немало дорожек на его спине. Все ушло в этот жар, забылось, смылось под напором этого мужчины. Жар окативший мое тело сказал мне правду. Он сделал это. Шейлан отвоевал в моем сердце свое место, продавил, занял.

Я целовала его губы, притягивала к себе все ближе. Этот зарганец то же мой. Не отпущу! Мокрые от пота мы обнялись так крепко что никто не разлучит. Скольжу губами по его плечам, руками вдоль позвоночника веду. Сильный, идеальный, страстный и теперь мой.

— Солнце — хрипло шепчет он в мое ухо и губы попадают в мой плен. — Только не пугайся он тебя принял.

— Кто? — выплываю я из неги.

— Атефакт рода — Шейлан берет мои пальцы и ведет вдоль шеи под ухом.

Сквозь кожу выступают камушки как на запястьях. Под пальцами скользит несколько дорожек и один крупный неровный как капелька в серьге на ухе у самого края шеи.

— Ты прекрасна — шепчет он и целует вдоль камушков, движется к ключицам, переходит на полукружье груди.

— Там тоже есть камни? — останавливаю его губы и чуть сжимаюсь, чтобы сдержать смех.

— Несомненно. Самые прекрасные брилианты — шепчет он и целует мои соски.

Сейчас нам будет не до разговоров. Низ живота тянет от предвкушения. Припухшими от поцелуев губами начинаю двигаться по его шее к подбородку.

И в этот момент он застывает. Переводит на меня сначала растроенный взгляд, который медленно заполняется ненавистью. Я смотю в его глаза и не могу понять, что случилось.

«Мы что в его доме?» — возникает в моей голове догадка. — «Но ведь он живет не один. Да и я бы от такого психанула. А если это мои мужья? Сарган или Шайд?».

Мысли в собственной голове пугают меня.

Шейлан.

Все получилось! Каждый шаг оправдал себя, план дал свои плоды. И тут им нужно было прийти в дом так рано. Всегда возвращались вечером. Я еще не решил вопрос с тенгру южных, только начал говорить с ней про атефакт рода. Чтоб вас всех тьмой накрыло!

Выскочил на лестницу и тут же попал под шквал вопросов.

— Ты что в доме? — подняв брови спрашивает танл Зареш.

— Не всех еще баб здесь перещупал? — вторит ему Харат.

— Не сейчас — шиплю я.

— Именно сейчас — повышает голос Харат. — Твое время подходит к концу. А ты здесь развлекаешься. Закончи дело и потом уже выгуливай свою похоть сколько хочешь.

— У них со Звером один отец чего ты хотел? — кривит свои губы Зареш.

Нет, смысла говорить с ними. Сейчас поднимут крик, и все испортят. Лучше взять срочно Эльзарскую самку и уйти в другое место.

— У тебя в мыслях сейчас должна быть только одна баба и ты знаешь кто — начинает орать мне в спину Зареш.

Как хорошо, что я закрыл дверь перед уходом из комнаты.

Срочно увести ее отсюда пока все не испортили эти два придурка. Срочно!

Возвращаюсь в комнату плотно прикрыв дверь. Она смотрит на меня своими голубыми сейчас глазами и ждет. Лежит на боку, доверчиво изучает взглядом мое тело и не стесняется своей наготы. Нужно действовать быстрей.

— Вернулись мои соседи — я чуть улыбнулся словно хочу показать свою вину. — Прости. Не думал, что они так рано вернуться.

Она молча кивает. Собирает свои вещи и начинает одевать. Останавливаю ее пальцы поцелуем, сдавливаю плечо чтобы посмотрела на меня. А на первом этаже слышаться голоса этих двух швархов начинаю уже без притворста рычать.

— Хочу украсть тебя и забрать туда, где нет посторонних. Где будем только мы — ловлю ее припухшие губы и чуть провожу по ним пальцам.

По ее телу идет дрожь. Как сильно я залез к ней под кожу. Даже тело не скрывает желания этой самки. Идеальный момент. Нужно спокойное место. Еще немного времени с глазу на глаз. И она передаст власть тенгру мне.

— Есть такое место — кивает она и тянет меня за руку, хватаю пальцами все что смог найти из своих вещей.

Она тянется к своему уху, но я ее ласково останавливаю.

— Не надо трогать Солнце. Он тебя принял. Просто пожелай в какое место ты хочешь нас отправить — учу ее справляться с памятью рода и даже голос дрожит от того, что осталось совсем чуть-чуть.

Мгновение и мы в темном помещени, где светят сферы. Воздух влажный теплый я слегка хватаю его ртом, пытаюсь одеться. Но она меня манит на подобие низкой лежанки с пледом укладывает рядом с собой. Платье натянуть она успела. Пусть криво, но грудь и тело уже под тканью это я не успел еще натянуть ни рубашку, ни брюки. Об обуви даже не подумал. А мои портальные камни остались в доме.

Кажется, Тьма и Холод меня услышали. Жалею только, что рядом нет другого зарганца, кого угодно. Она меня жаждет, значит я получу от нее когда-нибудь своего ребенка. Ей нравится мое тело, нравится то что происходит между нами. Иначе для чего она ведет так медленно пальцами по моим ключицам и шее? Изучает мои брови и нос поцелуями. Переплетает наши пальцы и уголки ее губ дергаются в несмелой улыбке. Что в этой голове? После активации памяти рода ее защита стала сильней. Пробиться будет сложно.

Может соблазнить ее сейчас еще раз? Веду руками к ее плечам и шее. Поддаюсь искушению потрогать ее шею с проступающими камнями. Она сильна, приняла три артефакта. И мысль о том, что я буду обладать телом такое сильной оддины меня неожиданно делает счастливым, она ведь красивая. А после сегодняшнего будет моя. Я буду сам заводить ее в такие комнаты как Зайлос. Сам буду решать, что делать с ее телом и кого приглашать в постель. Что сделают с южным тенгру тайланы? Ни один тайлан мне больше не скажет, что я должен делать и куда спешить. Я буду властвовать над ними!

— Здесь вы с Ардоном выращиваете травы? — оглядываясь по сторонам спрашиваю я.

В сумраке виднеются небольшие участки с разными травами. Узнаю дорогие мастрии, безумно редкие насшиды. Так вот откуда они берут деньги. Да за такие травы маги отдают золото без раздумий. А если оставить на рынке только одного поставщика? Если я потключу свой танл и торговые пути?

Я начинаю говорить с ней о наших связях, о редких растениях, расписываю возможности. Эта женщина меня не перебивает. Смотрит прямо в глаза, отвечает на вопросы так мягко, откровенно.

Тогда приходит осознание что я победил. Настоял на своем. Она будет делать как я скажу. Сделает одним из своих мужей. Больше нечего стыдиться, не нужно работать в тенях и под чужими взглядами. Я достиг свой цели, обрел свободу и власть. Я уже стою там куда ни одного зарганца из моего рода не пускали.

— Раньше я всегда повторяла эту фразу с удовольствием — вдруг нарушает она эту тишину и даже улыбается.

— Какую? — спрашиваю, не задумываясь и слежу взглядом за ее ладонью на моей груди.

— Первое правило магии — твердо произносит она. — Меня это спасало, наполняло силой. А сегодня я подумала, что быть слепой иногда это неплохо. Даже могло бы помочь. Но... — она облизывает губы язычком как будто ей трудно говорить — и этом тоже есть смысл. Слепота не защищает. Только спасает на время.

— Ты о Слепце? То как отобрала его артефакт тебя мучает? — в голове чуть зашумело.

Едва могу отвечать. У самого пересохло в горле, смотрю на жилку что исступленно бьется на ее шее.

— Две минуты жизни ничего не решат. Смерть все равно придет — говорит какую-то чушь потом медленно встает с этого низкого ложа.

— Солнце — тянусь за ней чтобы вернуть к себе ближе, от ладоней на моей коже тянулось тепло и что-то другое… пронзительное и неизвестное.

— Ты получишь свои проценты за торговые пути. Поговори об этом с Мардом. А травами занимается Лисниэль. Я скажу ему.

Закручивает волосы в

— Давай позже — я тоже встаю и тянусь за ней рукой, хочу прижать к себе.

— Тенгру останется мне — усмехается она — можешь им так и передать. Танлам южного клана ничего не достанется. В конце концов они и не старались верно?

Что она говорит? При чем здесь танлы и тенгру? Стою и не могу понять почему она сделала шаг назад.

— Солнце что ты хочешь сказать? Иди ко мне. Мы потом решим все вопросы.

— Первое правило магии Шейлан. Оно сработало еще в комнате. А две минуты спокойной жизни ничего не исправят. Мы больше не будем говорить — холодно заканчивает она и уходит с помощью артефакта, что я активировал на ее шее.

Что это значит? Что за чушь она говорила? Такая же как все самки придумала себе что-то обиделась и решила так меня наказать?

— Чтоб вас всех! — кричу в этом влажном воздухе.

Беснуюсь и не могу успокоиться. Что ей не понравилось? Чего не хватало? Сил на злость не остается. Просто дышу и жду, когда она обо мне вспомнит. Все-таки от Вирги далеко не ушла. Самодовольная шлюшка. Трахнула меня и ушла. А, что сейчас? Расказывает мужьям что я там совершил. Придумывает мне наказание. Я тебе не твои мужья — тряпки, о которых все говорят, что ты там заправляешь и зарганцами и магами. Когда я выйду отсюда ты почувствуешь все что я сейчас ощущаю.

Минуты тянутся как часы. Воздух влажный, а я умираю от жажды. Готов облизывать листья растений с каплями влаги, но нельзя. Большинство из них ядовиты.

Наконец воздух заколыхался, в мареве портала Лисниэль манит меня рукой. Я стискиваю зубы и делаю растерянное лицо. Что в сущности правда. Красп его знает, что пришло в голову этой дуре. Лучше играть в то, что я ничего не понял, не знаю и тоже обижен. Мне нужно забрать у нее тенгру. Южный клан мой по праву рождения. После Звера моя очередь наследования. А потом уже Разван.

— Садись — кивает мне на кресло в своем кабинете Лисниэль. — Завтра принесешь мне свои планы для продажи трав. Еще есть зелья и артефакты лечения универсальные. Эльзару деньги нужны. А ты теперь его часть.

Да, она признала перед мужьями что я часть семьи. Дышать стало легче.

— Вопросы экспорта и импорта это Мард и Сарган. Для них напишешь тоже. Общаться с тобой лично они не хотят — в уголках рта Лисниэля показалась злость и боль. — Представителем южного клана будешь ты. Понадобиться что-то срочно придешь ко мне. С вашего клана через неделю представишь пятьдесят воинов. Какую форму сшить ты знаешь. Будут ли они служить пару месяцев или лет. Ваше дело. Со всей торговли мы высчитаем процент, который вы будуте вносить в нашу казну. Если вас это не устроит можете уходить. С ней ты больше не увидешься. Это ее решение.

— Что??? — я ушам своим не поверил.

Она что просто выбросила меня после этого. Активировала артефакт, взяла меня терсием и просто оставила.

— Где она? Что за глупости ты говоришь? Почему мне говоришь это ты, а не она? — встаю с кресла и тут же падаю назад.

Тело скрутила такая боль, что моргать тяжело не то что произнести хоть звук.

— Ты сейчас сядешь ровно и будешь внимательно слушать. А потом молча выйдешь отсюда и сделаешь так как тебе сказали — вежливые слова Лисниэля произнесенные мягко едва слышно, впивались в меня словно ледяные копья.

Боль отступила, и я отдышавшись сел в кресле мазнув взглядом по его рукам, которые даже не шевельнулись. Вот значит какая сила у целителя. Я не успею до него добраться. Не после этого приступа. Смотрю в его темные глаза и медленно начинаю понимать. Я где-то прокололся. Сделал что-то не так.

— Мы сами решили кто будет говорить с тобой. Меня выбрали не потому что убить тебя не смогу. А потому что могу убить потом вылечить и снова убить. Но потом придеться привыкать к очередному таракану и подлецу из южного рода. К твоей роже мы хотя бы присмотрелись. Но лучше тебе не раздражать остальных моих побратимов. Повторяю. Она не хочет тебя видеть и говорить. Все вопросы будешь решать через нас. Заходить в замок будешь только с моего разрешения. Ты понял?

— Нет — хрипло вытолкнул я. — Я не понял почему…

— Не понял — ласково протянул Лисниэль, и я согнулся еще сильней теперь от жара внутри, который сжимал все органы. — Она тебе сказала — первое правило магии.

— Да и что? — едва шевельнулись губы.

— Первое правило магии все происходит по желанию, без принуждения. Артефакт ее принял после вашего единения — Лисниэль уставился на меня потемневшими от злости глазами, и я застонал — усилил и дал ей все плетения магии южного рода. Еще там … в комнате.

Теперь я понял. Дверь была закрыта. Но она слышала мои мысли и танлов внизу. Слепец всех обходил и оставлял в дураках потомучто читал их мысли, и она теперь может. Это конец. Они меня возненавидят. Клан остался в ее руках, артефакт в ее руках, а я только терсий.

— Ты думаешь, что сделал больно ей? — все тем же голосом спросил он. — Нет, это нам ты сделал больно, и мы будем это помнить. Еще только шаг не в ту сторону и каждый из нас будет показывать на твоем теле как ему больно. А я вылечу и покажу еще раз.

Меня вышвырнули из замка. Я не смог идти на ногах от боли, что еще пожирала мои внутренности. Два воина из волков схватили меня за руки и дотащили до нашего с танлами дома. А там открыв дверь меня бросили на пороге на пол. Клан Эльзар меня вышвырнул. И будущее мое было незавидно.

Без власти в тенгру меня не будут слушать и принимать в совете южных. Мои связи и пути для продаж нужны только Эльзару и пока это спасет мою жизнь. Южный клан будет существовать только на словах. Нет главного в клане, нет и самого клана. Вся вина падет на мою голову.

Едва я смог шевелить руками и ногами. Собрал свои вещи, передал распоряжение своим помощникам и вышел из столицы Эльзара. Дальше за чертой города стояли шатры клана западных и кафтарцев, когда они приезжали сюда. В столицу их тоже не пускали. Здесь я поставил свой шатер и принялся писать письма для Марда и Саргана. Я

А еще в голове появилась странная идея. Мне нужно увидеть ее. Солнце. Посмотреть в голубые глаза и попытаться понять, что она решила. Получается она не самка. Ей не нужна была постель со мной. Власть над южным тенгру? Не думаю. Она жила без этого и особо не старалась привлечь внимание. Скорее это делал Зайлос и Шайд. Приблизила чтобы активировать артефакт. Без него не открыть храм, а слухи ходят что Зайлос ищет древние легенды как это сделать.

Шли дни, а во рту не проходила горечь после того как Лисниэль объяснял мне мое будущее. За эти дни я ее не разу не видел. Раньше она часто гуляла по улицам столицы. Мои помощники сказали, что и в садах она не появлялась. А на крыше замка два дня бесновались мантикоры. Их рык пугал всех жителей. По улицам почти не ходили люди. Мантикоры переживали свои сложности видимо.

Танлы из южного клана передали что их представителем я не буду. А потом пошли к Лисниэлю и их выгнали. Прошла неделя и они пришли ко мне. Опять. Солнце держала свое слово. Представителем южных стал я. Неугодный терсий. В мою сторону плевались, но другого выхода не было. Мы были привязаны к Солнцу Эльзара. Я как терсий точно был привязан крепко и надолго. Пока она не сменит гнев на милость. На последнее я не надеялся.

Желание встретить ее и поговорить крепло. Оно помогало мне бороться с горечью и болью внутри.

На вторую неделю. Я почти смог с ней поговорить. Она появилась в садах.

— Солнце.

Она стояла спиной ко мне и лицом к городу. При звуке моего голоса она вздрогнула и тут же пропала. Даже не повернулась. Ни одного гневного слова или взгляда. Так она сказала сразу. Мы больше не увидимся. Не будем говорить.

Выдержки больше не было. Силы тоже кончились. Я корчился от боли, но дождался пока Лисниэль ко мне вышел. Под его взглядами меня скрутил очередной приступ или это уже был Лисниэль. Рот заполнила горечь.

— Чего ты хотел Шейлан? — без всякого приветствия спросил он, брезгливо глядя на меня.

— Встреча. Несколько минут. Мне нужно с ней поговорить.

Темные глаза целителя сузились и полоснули словно ножом.

— Встречи не будет терсий. Ты еще не понял? Ничего больше не будет. И начинай нормально питаться чтобы не сдохнуть. Твои боли будут мучить тебя пока ты не начнешь есть вовремя каждый день. Думаешь она придет на твои похороны?

Ни его тон, ни брезгливый взгляд боли не причиняли, а вот его слова.

— У меня к ней только один вопрос — я поймал взгляд Лисниэля и выдержал его ненависть что сочилась в каждой мысли.

Там было много мыслей о боли, которую я причинил ей. Что именно я сделал не так? Чтобы исправить я должен понять, что сломал.

— Почему ты чувствуешь ее боль? Что ее вызвало?

— Почему? — он приподнимает красивые брови и усмехается. — По-твоему политический брак должен приносить счастье? Разве не вы южный клан ставите выгоду во главу угла? Каждый из вас получил что хотел. Ты пути для развития клана, она активировала артефакт. Верности от вашего клана не получить так что и власти вам в руки не дала.

Вот теперь я понял, о чем он говорит. Зайлос и Шайд уговаривали ее на политический договорной брак. Уговаривали кого-то принять. Она не хотела, сопротивлялась, отказывалась. А потом я смог приблизиться, соблазнил и тут же показал ради чего.

Она права. Договорной брак — это просто выгода и можно обговаривать условия хоть каждый день. Для этого не нужно говорить с ней. Не нужно ее соблазнять, просто обговорить условия. А соблазнение — это боль… потому что его не было в условиях. Потому что она подпустила меня совсем близко. Позволила то чего я был недостоин как терсий и посланец южного клана. Отдала себя добровольно поверив, что притяжение взаимное. А оказалось, что моего притяжения не было. Только расчет манипулировать оддиной Эльзара.

Вот оно что. Нашего единения с самкой не было в условиях договора. Зайлос говорил о другом. Намекал на обычный союз. Говорил, что ей как призванной ближе именно это. Я принял — это за обычные слова. Не придал им значение. Шел к своей цели. Солнцу были не нужны мои условия. Но все изменилось. Теперь условия между нами были. Вот только я был не нужен.

Внутри опять скрутило болью. Лисниэль давно ушел, а я стою у каменной стены замка и слушаю рыки мантикор. Если не думать о боли — это как раскаты грома. Грозные, опасные. Но ведь я этого и хотел. Она исполнила все кроме власти над тенгру. Остальное у меня все есть. Почему же так пусто после приступа боли? Я почти все получил.

Эль.

Нам с девочками всегда было весело. Мы играли с мантикорами. Резвились в саду. Шили кукол из цветных лоскутков. Я наслаждалась временем, проведенным со своими дочерями. Обнимала их целовала и все реже возвращалась к своим невеселым думам.

Когда девочек сморила усталость. Я уложила моих крошек на одеяло в саду мантикор. И принялась за северный фонтан, когда меня остановили руки Лисниэля.

— Милая, фонтан выглядит чудесно. Хватит его менять.

— Что опять ходишь на меня жаловаться? — сдвинув брови спросила Кошу которая скрылась виновато в кустах. — Больше не приду сюда потом попляшешь.

В ответ на мою угрозу громко рыкнул ее серый муж.

— А тебе слово не давали! — кинула я ему от чего тот принялся хлестать себя по бокам хвостом.

— Эль посмотри на меня.

Я тяжело вздохнула и скрестив руки на груди повернулась к Лисниэлю. Опять будет нотации читать. Принес бы просто зелье.

— Ты наказываешь себя сама…

— Ты наказываешь себя сама …

Мы заговорили с ним одновременно потому что я читала теперь их мысли — это немного пугало и действовало на нервы. Скрывал свои мысли только Сарган. С остальными стало сложно. А как заставить артефакт заткнуться я не знала. И как от него избавиться тоже. Может после открытия Храма. Зайлос искал любые способы и информацию что мне делать с артефактом, что занял мою левую часть шеи и ухо. Я сама попросила. Срашивать об этом южных зарганцев не имело смысла.

Лисниэль крепко обнял меня и продолжил:

— …хватит мучить свое сердце и других вокруг. А артефакт читает мысли постоянно потому что ты ему

— Так и должно быть Эль — чуть оттолкнула я своего мужа. — Боль надо пережить. Мне пора вырасти из возраста маленькой восторженной девочки. Магия, королевство, дети, три артефакта. Это все серьезно. Больше нельзя беспечно жить и думать, что вокруг только друзья. Мне нужно стать взрослой Эль. Прочувствовать это промах чтобы стать сильней. А с Зайлосом я поговорю не волнуйся.

А кроме боли было очень противно. Я хотела взять Шейлана в мужья, не поговорив со своими шестью мужьями. Это было мое решение и моя ошибка. Причем здесь Зайлос? Едва удержала их от убийства Шейлана в тот день. И не могла преодолеть свой стыд чтобы подойти к ним. Две недели с того момента как я им все объяснила ни в спальне, ни в других местах секса не было. Мне было противно дотрагиваться до себя, что уж говорить о единении с мужьями.

Мой целитель недоволен итогом разговора, мнется, а его мысли я читаю и начинаю беситься.

— Иди Эль не хочу с тобой ругаться — резко говорю я. — Я сама прочитала его мысли. Не было никакой ошибки. Каждое слово поняла.

— Он приходил сегодня. Едва ногами передвигает. Я не увидел, что он счастлив. Так не выглядят счастливцы, которые всего добились. А его экономические запросы ты все выполнила. Почему он тогда выглядит как ходячий мертвец? И еще Эль… Когда ты сейчас велела мне уходить я почувствовал, что …

Мой добрый любящий Эль. Я просто злая сука, зациклившаяся на себе. Бросаюсь к нему с объятьями и целую его руки, шею, щеки.

— Прости, мой целитель. Это не то что ты подумал. Люблю тебя. Больше жизни люблю, просто не хочу сказать что-то грубое, не хочу ранить еще больше. Поэтому тебя отсылаю. Дайте мне еще время. Я все переживу. Я справлюсь, не волнуйся. А тем, кто будет жаловаться оторву хвост — кричу я в кусты где мелькает морда моей опять беременной Коши.

В глазах моего целителя столько заботы и любви, что сама целую его в губы. Я расслабляюсь в его объятьях и артефакт молчит. Никаких мыслей никакого шепота. Мы же говорили об этом. Шесть любящих мужей и один неудачный. Это не страшно. Мы сможем это преодолеть, а я забыть.

— Чем будешь сегодня кормить? — поднимаю голову к моему мужу и растворяюсь в его улыбке. — Рыбу беременной жене не предлагать.

Артефакт южного рода молчит, а мой чудный муж улыбается уже по-настоящему и крепко меня обнимает. Вот сейчас улыбнусь ему в ответ как прежде. Спущусь вниз, обниму каждого мужа. Не как самка, которую соблазнили ради великих планов, а любимая жена к любимым мужьям.

— Послушайте, граф. Как вам кажется, мы осилим сегодня морскую прогулку с Мардом и детьми?

Лисниэль обнимает мою талию, гладит по голове и целует в нос.

— Давай всех возьмем. Боюсь Сарган нам корабль потом спалит, а Шайд и Зайлос заморозят рыжего капитана.

— Фи — сморщила я нос — какие ревнивцы. Это же прогулка. Место для пузожителей уже занято.

Мой целитель только улыбается и поглаживает еще плоский животик.

8. Жена

Ехать никуда с братом желания не было. Они с матерью и так достали с его этой женитьбой. Знает он все про традициии, если им пришло в голову женить младшенькова, то он здесь при чем? Да есть традиция что женить нужно по старшенству и сейчас он осчастливил своего братца этой новостью.

— Женился? — округлив глаза спросил он, когда приперся к нему в дом. — Когда? На ком? Я ее знаю?

Жму плечами и возвращаюсь к своему котлу с кашей. Что ему сказать? Женился, консумировал брак, мечтаю о ней по ночам и не знаю, как зовут. Возможно мой любимец женщин и братишка в одном лице и правда ее знает. Будет очень неприятно если знает личнои очень близко. Хмурюсь от этой мысли смотрю на него, не скрывая своего раздражения.

— Холод тебя побери! Почему ты такой? — кривится братишка. — Ты что на камне женился или она тоже бесчувственная как ты? Покажи мне свою жену! Я хочу с ней познакомиться!

О, праматерь! Я тоже хочу ее увидеть. Только как понять где она сейчас. Я много что могу сказать своему братишке в ответ. Только смысла в этом нет. Воспитание матери сказывается на нем. Он падок на сплетни. Легко переходит на темы, которые вовсе его не касаются. И как говорят люди продолжает воровать и таскать девушек из набегов на корабли. Одну такую тащил мне недавно, да она сбежала по дороге. Они с матерью лелеют какой-то новый план. Не хочу знать какой и тем более в нем учавствовать. Теперь они моя семья по крови, но не по духу.

— Не вижу в твоем доме присутствия женской руки — оглядывается он вокруг и кажется готов заглянуть под половик, который мне подарила Мирис.

— Зачем ты пришел Азир? Хорошую новость ты получил. Можешь идти и жениться. Чего тебе еще?

— Гостеприимством у тебя в доме не разживешься — скривился он и сел за стол спиной к стене. — ладно я согласен на кашу. Она сбежала от тебя?

— Уехала по делам — еле сдерживаю себя.

Когда вся моя семейка узнает, как я женился разговоров будет еще больше. Я согласился на требование древних знаков, женился в слепую в храме, и вовсе не жалею. Только поиски моей жены не дают результата. Я спрашивал в ближайших поселениях, у рыбаков что по всему побережью плавают и разносят новости в западном клане, но все молчат.

Ни одна женщина о переносе в Храм не сообщала. Ни одна оддина не пропадала. Я терялся в догадках где искать жену и что делать дальше. Хотелось дать кому-нибудь в нос от бессилия. Работать в одиночестве надоело сидеть в доме тоже. Благо что мое обычно молчаливое настроение не может выдать как я раздражен и зол. Тоже мне раган без семьи и жены. Смешно. Вот братик узнает и посмеется.

— Да,

— Женись на другой — произнес я уже не так злобно, как до этого.

Перед носом моего нежданного гостя встала тарелка с кашей и простая деревянная ложка.

— Легко сказать — ворчиливо отозвался он и покосился на дверь.

Мы что матушку в гости ждем? Этого еще не хватало. Аппетит пропал вовсе, но ложку в руки я взял.

— Мать сказала только на ней. Вопрос решеный. А то что она капризы свои показывает, так этот вопрос мать решит. Мы опять едем к ее дому ближе. Вот я к тебе и зашел. Не знаю, когда вернемся.

Вот это новость. Столько лет Азира пытались женить на себе самые разные невесты и замужние зарганки, а к этой он ездит домой, и она отказывает. Смешно, а этому гордецу, наверное, хвост прищемило.

— Понимаю твое удивление — прожевав несколько ложек согласился Азир. — Она из Эльзара. Там все бабы с норовом. Такое о себе воображают. Кадм женился.

— Кадм? — переспрашиваю я.

Этот громила никогда умом не отличался. Азира недолюбливал, а вот в набеги с ним ходил честно весь срок. И почему Азир злится тоже ясно. Кадм может и не стратег, зато надежный и честный. Такого не страшно за спиной оставить или дело какое поручить. В свою сторону он тянуть одеяло не станет.

— Да, лавку рыбную завел. Жена продает рыбу, он ловит. А побратимы из северного и восточного кланов. Каково? Чтобы у западного зарганца побратимами были из других кланов мужчины?! А устроила все это она! Привела его на ужин и за час женила у меня на глазах — в голосе братца было много гнева, и я уставился на него.

Какое ему дело до женитьбы Кадма. Порадоваться можно за мужика только. За рост и мощный вид жену ему было трудно найти. Даже терсием не брали. Опасались женщины его. А тут неизвестная невеста Азира за полчаса женила великана. Однако.

— Он рад? — поинтерисовался я.

— Ты спрашиваешь? — бесился брат. — Так расхвалила его. По волосам гладила. Эта рыжая готова была там на ужине Кадма на себе женить.

— И ладно — не понимаю, чего ему так неймется.

В его команде хватает воинов.

— Эта рыжая мне отказала брат! Мне! Будущему тенгру западного рода! Стояла и кривилась! Мало что моя невеста от меня отказалась так еще, и эта на глазах у Кадма…

Теперь все стало ясно. Его впервые отвергли женщины. Того самого Азира что уговаривали взглянуть на предполагаемых невест. Будущего главу тенгра и ставленника их матери просто не считали достойным. Хотелось посмеястья над Азиром, да тут вернулся апетит и совесть. Ну, посмеюсь я над братом. И что мне с того? Свои проблеммы этим не решу.

Азир еще некоторое время ругался и плевался в сторону несостаявшейся невесты, но судя по его трепыханиям, здесь было что-то еще. Думаю, эта ушлая женщина или девица ему нравилась. Потому и ее безразличие он воспринимал так болезненно.

— Она тебе нравится — сказал я, возвращаясь к своей тарелке с кашей.

— Неееет — замолтал братец головой. — Да, она высокомерная как прицесса какая-то. Даже не зарганка. А кичится своим статусом оддины.

Что? Не зарганка, но оддина. Поднимаю голову и уже внимательно его слушаю.

— И сколько там оддин в Эльзаре?

— Думаю много. У них там женщин вообще много. С собой привезли. Большая часть замужем, остальные в замке работают.

Моя жена должна быть оддиной иначе она не смогла бы в Храм попасть. Да и алтарь, когда они были вместе так сильно сиял. Она должна быть очень сильной.

— Брат — Азир вывел его из задумчивости — поедем со мной. Чувствую, что опять начну прыгать вокруг нее без толку. Мать велела без нее не возвращаться. И ждать ее велела. Хоть терсием к ней идти. А тебя трудно из себя вывести. С тобой и мне будет не так тошно возле нее находится. Брак меня ждет не по моему желанию, впервые неуверенным себя чувствую. В этот раз хочу официально приехать. С подарками и с тобой. Поддержи меня.

— Команда значит смеется — определил я причину его смущения.

— Шутят — выдавил он из себя. — Попробовали бы сами. Она же не девица невинная, у нее мужья уже есть — бурчит он и ломает одной рукой хлеб на крошки.

Заели его там значит. После Кадма и вовсе задразнили, даром что сам уже мужчина, а мозгов все еще мало.

— Кто же эта у нас такая неприступная? — молчание затянулось.

Ехать я никуда не хотел, тем более по делам клана. А ответить было что-то нужно. Сильно она Азира зацепила раз я понадобился. Ни одну женщину до этого он так не реагировал.

— После приезда тенгров ее называют Солнце Эльзара — продолжает крошить хлеб Азир и смотрит в стену за моим плечом.

Еще и тенгры приезжали. Давно не слышал, чтобы острова свои покидали. Чаще к ним пробиться пытались.

— Серьезно? — приподнял я брови.

Об этой женщине говорят много. То называют интриганкой что пересорила семьи в Кафтаре, то захватчицей. То обсуждают ее мужей что за несколько месяцев построили три города и замок. Появление нового королевства рядом с нами меня не волновало. Своих забот хватало. На нас они не нападали, да и по крови зарганцы. Объединить кланы нужно было давно. Если они смогут я буду рад.

— А вот слух что на ней три артефакта был интересным — произнес мой братец с хитрецой в глазах.

Он знает, что все что связано с храмом для меня личное дело. Про артефакты я не слышал. Думал просто одно королевство решили основать.

— Ты видел? — тут же клюю я на этот крючок.

— Только два — кивает головой мой ухоженный братец свой головой с традиционной прической нашего клана. — На руках уже знаки от восточного и северного кланов проступили. А на шее знаки их родов.

При этом ему отказали тут же подумал я. В чем же дело. Ради открытия Храма нужны все четыре артефакта. Свою половину я отдал жене. А Азир, наверное, хочет войти в их семью поманив Солнце Эльзара половиной своего артефакта. Вот только без меня он все равно работать не будет. Чтобы не говорила

Если у нее и правда три артефакта зачем меня послали в Храм? Для чего нужен раган и хранитель в одном лице который не влияет на защиту Храма? Что если эта «незарганка» выйдет замуж за Азира? Сможет ли она открыть Храм с половиной нашего артефакта? Что тогда будет? Защищать мне от нее Храм или все идет по плану Холода и Тьмы?

— Слушай Азур. Тут еще мать спрашивает про кольцо.

Ожидаемый разговор хмыкнул я. Не поддержка брата требуется Азиру, а моя часть артефакта. Вот и пришел ко мне. Ножками своими высокородными дотопал.

— Оно у моей жены — тут же говорю я и собираю грязные тарелки.

— Что? Артефакт рода? Ты с ума сошел? — он тыкает мне в грудь пальцем, а потом опускает руку под моим взглядом и садиться на место сжав ладонями голову. — И здесь не справился. Можно было привлечь ее четвертым артефактом. А так у меня только половина.

Расстроен был братик вполне натурально. Глаза потухли, на лице растеряность. Правда расчитывал что я свою половину от отца передам просто так?

— А в Эльзар хоть поедешь со мной? — глухо спрашивает он.

Я прикинул вероятность что моя жена будет там. Она не у кафтарцев — это точно. Призвать из Арильяна женщину Храм врятли сможет. Далековато. Стоит поискать мою пропажу в Эльзаре.

— Могу съездить с тобой — безразличным тоном говорю я.

Азир слегка приходит в себя и вздыхает. Видно матушка так достала его что сил сопротивляться нет у Азира. Хочет быстрей отвязаться от этого. Вполне понятное желание. Только желания матушки не кончаются, как и планы. Сейчас она хочет, чтобы он женился. А что потом?

Собираюсь я быстро. Плащ на спину, пара мечей, монеты в кошельке на поясе. Дверь в дом печатью закрыл. А лошади у Азира уже с притороченным одеялом и шатром, в седельной суме явно провизия. За несколько дней до Эльзара доедем верхом, если по тайным тропам идти.

Как мой отец мог жениться на нашей матери? Она конечно умна и хитра — это не плохо для правителя только все ее решения гнильцой какой-то попахивают. Почему умер мой отец, а затем и отец Азира? У нее всегда на уме что-то странное.

Рыбаки сказали сейчас тайный гость у нее в задних комнатах живет. Ну-ну, либо мужем новым станет, либо на корм рыбам пойдет. Мужья у моей матушки долго не задерживаются.

А сейчас за время нашего пути понимаю, что не просто попахивает от этой поездки, а прям свербит в носу. Сколько разных вопросов решила матушка решить моими руками. Брату поддержку оказать, про артефакт опять спросить, тайными тропами воспользоваться, которые я только знаю, в женитьбе моей убедиться. И это только то что вижу я сразу. А сколько подводных камней в этой поездке Тьма только знает.

Эльзар раскинулся у подножья горы Соркал. Красивый город. Еще молодой и растет все время. Порт у них добротный каменный и как они все успевают. Кораблей в порту насчитал около десятка. Несколько военных кафтарских из заговоренной древесины. Везде порядок и чистота. По улицам ходят патрули из стражей. У всех стражей форма одного цвета только эмблемы на груди разные вышиты. Молодцы мужья у Солнца Эльзара. Даже гордость появилась в душе. Как же хорошо, что у зарганцев появилось свое королевство. Сколько лет ловили наших сородичей на территории империи и других королевств, считали чуть не за животных. Опустили сильных магов до уровня отребья. А теперь есть у зарганцев и сила и гордость врагам ответить. Интересно правда ли что говорят о Карателях из Арильяна?

В порту я провел много времени. Увидел Кадма, даже обнялся с ним. Поздравил великана и на жену его посмотрел, которую он обнимал с улыбкой на лице. Нет, не она. Как сказала Сельма, рыженькая жена Кадма. В Эльзар на корабле приплыли больше тридцати женщин. О, Прародительница, сколько же мне искать придется. К вечеру патрули в городе меня остановили и вежливо объяснили, что прибывать в городе после заката западным зарганцам нельзя, таково распоряжение Солнца Эльзара и ее мужей.

Кто же из моей семейки успел испортить с ними отношения. Братец или мать? Нас спокойно проводили за черту города, где Азир с парочкой своих людей уже разбил два шатра. Я не спешу. Пусть только в светлое время, но я буду искать свою жену столько — сколько надо.

Рядом с нашими шатрами небольшое поселение с зарганцами из южного клана и кафтарцы. Всех неугодных в городе на ночь значит не оставляют. Ай, да умный клан у власти! Насчет западного клана согласен. Мало ли что мать задумала. Странно что южные свою выгоду не извлекают. Сидят у костров глазами фиолетовыми сверкают, скалятся. Одному из них Азир даже головой кивнул.

С первыми утренними лучами кафтарские купцы и я вошли в город. Гулял по улочкам, зашел на рыночную площадь и столкнулся там с братцем.

— Где ты ходишь Азур? — вскидывая голову начал он.

За его спиной еще двое из наших. Его обычные подпевалы из команды в руках у них сундук, у братишки в руках шкатулку серебрянную вижу.

— Куда? — киваю ему на поклажу в руках воинов.

— Едва выбил встречу у ее мужа Лисниэля. Ты идешь со мной! Забыл, что обещал? — нервы у Азира уже сдают.

Кажется, он нервничает и не зря. Что же ему мать сказала сделать? Чего он боится?

— Я обещал тебе поехать — напоминаю я. — Так я в Эльзаре. Чего тебе еще?

— В замок пойдем вместе. Мне надо рядом чтобы надежные люди были. Пошли — шипит он.

У такого города наверняка есть тот, кто управляет и патрулем, и остальными людьми. Что если там и спросить про женщин? Хоть бы список заиметь. Чтобы зря не болтаться, а каждую проверить. Теперь и у меня есть цель в замке. Иду рядом с братишкой и чувствую недобрые взгляды на спине. Западных здесь не любят.

Замок вблизи добротный, каждый камень в стене толщиной с лигу будет. Пушкой с моря не пробьешь такую. Хороший у них архитектор, да и строители. Рядом с замком не мусора нет, не остатков от стройки. Чудеса. Внутри двор постройками оброс разными. Стеклянные крыши меня привлекли. Что это? Мода Арильяна?

Дальше залы приемов нас не

Во время ожидания через зал проходили три женщины. Метка на груди молчит. Нет среди них моей. Азир потеет и вертится в кресле. Жалуется то на духоту, то на кресло твердое. А я все по сторонам смотрю. Уже представляю, как выйдет хозяйка этого замка в шелках да дарагоцнных камнях. В таком месте точно принцеса живет. Теперь словам о капризах не удивляюсь.

— Не уж то ты снова к нам с визитом Азир? — подходит сзади под руку с высоким магом девушка.

Молодая с золотистыми волосами. Серыми глазами. Сама стройная небольшого росточка. Смотрит на Азира и видно, что смех сдерживает. А братец терпит головой кивает ей, любезности какие-то говорит. Чья же это жена? Платье на ней простое, драгоценностей нет. На шее узоры от зарганских меток, судя по узорам из двух кланов мужья зарганцы.

— Я с дарами к тебе Солнце Эльзара — растягиваются в улыбке губы моего брата, а я стою и хлопаю глазами как дурак.

Это Солнце Эльзара? Вот эта скромная девушка объединила три клана? В глазах у нее смешинки, пожимает пальцы высокго мага, а тот внимательно смотрит на наших людей и губы поджимает. А в черных глазах у него недоверие.

— К чему это Азир? — чуть недовольно произносит она. — Мы же все решили. Замуж я за тебя выходить не хочу. Не держи на меня обиды, но раз не невеста я тебе то и подарков не приму. Не хорошо это… традиции нарушать — уже строго говорит она, прищурив глаза.

Они еще говорят, маг добавляет пару слов, Азир открывает сундук. Завлекает ее, убеждает, просит что-то. Не слышу толком слов, тольков в глаза смотрю. Теплом от нее веет, сердце забилось сильней. И от глаз оторваться не могу. Не принцесса она вовсе. Говорит спокойно, высокомерия ни в глазах, ни на лице нет. Весь ее вид только о чем-то теплом и спокойном говорит. Не верю уже Азиру, ловлю ее взгляд хотя появляется в голове мысль, а я прочь гоню ее. Так не может быть. Это неправильно. Горит. Метка на груди гореть начала, а я едва дышу.

Азир открывает шкатулку протягивает ей что-то. Красавица прикусывает нижнюю губу белыми зубками заглядывает туда. По детски брови приподнимает и оборачивается к магу чтобы спросить. В этот момент моя метка начинает гореть как клеймо от горячего железа, а я узнаю разворот этой головы. Как в минуту прощания в Храме.

Только вещь в шкатулке Азира начинает шипеть. Все словно застывают в этом мгновении, перед красавийей раскрывается портал и даже тянется оттуда две руки чтобы притянуть ее. Но я успеваю первым, преодолеваю наваждение, шипящий звук и тяну ее к себе.

В серых глазах мелькает удивление и страх. Меня не нужно бояться хочу произнести я. Только мышцы застыли и нет сил шевельнуть губами. Я так долго искал тебя моя жена. Мои ладони сжимают ее плечи, и я обращаюсь к за помощью храму потому что моих сил сопротивляться больше не хватает.

Не знаю, что натворил опять Азир по совету матери и кто пытался украсть с их помощью Солнце Эльзара. Когда мы пропадем из зала приемов братика могут серьезно наказать, только это меня не заботит. Мы оказываемся недалеко от моего дома, и я сжимаю ее плечи.

9. Моя жена 1

Азур

Моя изящная жена, едва оказавшись в моем входе к штольне начинает вырываться, кричит. Не знаю почему храм перенес нас именно сюда. Я перехватываю ее руки, но она толкается, и я прислоняюсь спиной к скале позади нас. Придерживаю ее ноги своими коленями, она не сдается как тогда в храме.

— Пусти! Пусти меня!

Не хочу ее пугать, но и отпустить нельзя или исчезнет, или себя покалечит. Перехватываю ее руки одной ладонью, а на второй быстро пишу.

«Стой».

Женское тело замирает в моих руках, и я начинаю чувствовать ее аромат. Смесь цветов и нежных фруктов. Праматерь я и без этого аромата из рук выпускать ее не хотел, а теперь и сил разжать объятья нет.

— Кто ты? — хрипло шепчет она.

Отпускаю руки и тяжело сглотнув закатываю ее рукав чтобы погладить свою метку рагана большим пальцем. Она и вовсе обмякла в моих руках, прислонилась спиной к груди. Потом развернулась и мазнув взглядом по лицу скидывает мой плащ и распускает шнуровку на рубахе. Найдя свой знак у меня на груди прерывисто вздыхает. Теперь без спешки разглядывает мое лицо, глаза, волосы.

— Здраствуй, жена — улыбаюсь ей я и кладу ладони на плечи.

Не знаю, что происходит у нее в голове на лице мелькают одновременно недоверие и любопытство.

— Ты меня похитил? — уточняет она.

Качаю головой, вот от чего она так напряглась.

— Спасал. Кто-то хотел тебя забрать в том портале.

— А ты…

— Успел забрать быстрей — успокаиваю я.

Чуть сильней сжимаю ее плечи и прижимаю к своей груди. Сопротивления пока нет. Я помню, как ты так же стояла в храме со мной. Какой было одновременно храбкой и робкой. А в любви неистовой и страстной. Тоько красоту твою сейчас рассмотрел всю. Глазам не могу поверить какая жена мне досталась. Спасибо праматерь.

— Как тебя зовут? — шепчет она пока мои ладони поглаживают ее спину чтобы успокоить.

Смеюсь, кто знал, что я женюсь, но жена не будет знать моего имени.

— Азур.

— Ты из западных? — дергается жена в моих объятьях заглядывает в глаза. — Кем тебе Азир приходится?

— Младший брат.

— Правда? — ее глаза округляются. — И ты был согласен что тебе воруют невесту и будут ее память пыльцой стирать? — вот теперь она злиться.

Глаза как грозовое небо, губы строгие, а в ладонях на моей груди искорки проскальзывают.

— Нет. Он давно женить меня хотел. Пока старший не женится и младшему нельзя. — спокойно смотрю ей в глаза поглаживая по плечу.

— Невесту я не просил. Праматерь сама все за меня решила. Не сердись мое солнце. Я только в одном виноват… — беру ее ладони в руки и целую тонкие пальчики — искал тебя долго.

— Зачем?

Бровки сдвинуты, холодные пальчики хочет вытащить из моих ладоней, а сама дышет тяжело.

— Ты сказала мне перед уходом. Помнишь? Я услышал. Я хотел остаться и поговорить. Нам не дали.

Недоверчивое у

— Не веришь? — спрашиваю я.

Кивает головой, молчит. Будь я хоть десять раз раганом она права. Нельзя прийти и тут же о правах заявить. Брак мы заключили конечно и претендовать на нее я могу. Только насильно принуждать ее никогда не стану.

— Могу я пригласить тебя в гости? Покажу свой дом и отправлю тебя назад в Эльзар. Хочу побыть с тобой вместе. Позволишь? До вечера?

В этот момент у нее появляются знаки на руке. Мужья волнуются. Она им хочет написать и смотрит на меня. Я чуть улыбаюсь и жду ее решения. Моя жена покусывает губы и молчит. Сообщения продолжают приходить. Я целую ее ладошку и смотрю в грозовые глаза. Сам пишу на ее коже.

«Она с раганом. Скоро вернется».

Солнце смотрит на меня и ничего не говорит. Сомневается или боится? После моего сообщение приходит только одно слово.

«Уверена?»

Мое маленькое солнышко хмуро меня изучает и пишет «да».

— Это твой дом? — тут же спрашивает она, оглядывая штольню.

— Нет — я улыбаюсь. — Здесь я работаю. Добываю руду.

— Работаешь? — недоверчиво тянет она, оглядывая вход в мою штольню. — Старший сын клана работает здесь?

На полу входа лежит моя кирка, мешки с рудой и фонари с железными ручками.

— Я больше не старший сын клана официально. Только по крови. Моя мать от меня отказалась. Слишком часто с ней спорил.

Мне так нравится смотреть на ее реакцию. Она такая живая, теплая.

— Клятвоотступник — кивнула она головой. — Так Зайлос сказал. Храм мог обязать к договорному браку клятвоотступника.

— Хм, я бы сказал иначе — протягиваю ей ладонь и тяну по крутому спуску к свету. — Я хочу соблюдать традиции и потому для клана я не угоден. Но мириться с тем, что зарганцам и западному клану не нужно… я не стану.

Жена подает мне руку и серьезно на меня смотрит. Я продолжаю говорить с ней только когда мы выбираемся наружу.

— Западный клан не всегда жил тем что ты видишь сейчас. Изначально мы были хранители храма. У нас были знания и умелые артефакторы, ремесленники. Южные с нами тороговали чаще других. Я хотел это вренуть и улучшить, моя семья не согласна со мной.

— Хорошие мысли — кивает головой и несмело вытаскивает из моей ладони свою руку. — То чем занимается твой брат портит репутацию всем зарганцам. А что ты добываешь в шахте?

— Брасис. Земли на которых находится мой дом принадлежат мне по праву. Из двоих моих отцов первый давно погиб в бурю, а второй оставил мне эти земли, перед тем как пропал. Чтобы заботиться о своих людях что живут на моих землях. Я добываю и продаю брасис. По своему положению я сейчас равен айлу. Хозяину земли, которую можно передать своим детям по наследству, но в совет меня никогда не примут. Мать не допустит.

— Почему ты мне все рассказываешь? — блеснув лукаво глазами под ресницами спрашивает моя жена.

— Зачем мне это скрывать? Волей Холода и Тьмы мы женаты. Я хочу, чтобы моя жена все понимала и не думала, что у меня есть от нее тайны.

— Для чего? — уголки ее губ чуть дрогнули, в глазах все еще недоверие и страх. — Что ты хочешь от нашего союза? — прямо спрашивает она.

Праматерь как можно было обидеть эту женщину? Не верю, что она может быть двуличной или корыстной. Не чувствую это ни я, ни моя суть, дарованная храмом. Метка на груди нестерпимо горит, губы покалывает от желания поцеловать, только сначала нужно показать все этому солнышку. Растопить ее недоверие как лед.

— Только ты — прямо говорю я и смотрю в ее глаза. — Как айлу земли мне больше не надо. Брасиса для артефактов мне хватает. Дом я построил сам. Конечно не такой как у тебя, мое солнце, но я рад что он мой. Знаю, что сейчас тебе сложно поверить, но я не спешу. Мы можем поговорить. Я отвечу на все твои вопросы. Дальше по тропинке стоит мой дом.

Она только кивает головой. Мы идем по тропинке все дальше к моему дому. Хочу показать ей пусть не богатый, но все же жилище, в котором я много лет был если … и не счастлив, то свободен от воли матери и клана.

Любуюсь ее профилем, точеной фигуркой. Как она с улыбкой смотрит на горные пики, посматривает на волны под самой стеной скалы над которой вьется тонкая тропинка. Праматерь как сдержаться и не схватить ее в объятья? Не хочу ее пугать, но и остаться теперь в стороне не смогу. Нет для этого нет сил нежелания. Храм дал мне это право. Я раган для нее, и я хочу воспользоваться этим правом.

— Ты можешь задать любой вопрос — подталкиваю я ее к беседе.

— Может в доме? — говорит она. — Хочу видеть в это время твои глаза. А что там за дом? Это он? — «солнце» тыкает пальцем в дом Маисы за пригорком.

Я тихо усмехаюсь. И мы идем к этому дому. Небольшая хижина у Маисы с мужьями, но они рады и этому. Сбежав от Азира и его людей, они нашли спокойствие на моих землях. Сюда люди Азира не суются. Чужих не терплю и сразу показываю им кто тут хозяин.

— Там живут мои люди. Все, кто живут на моей земле получают защиту и помощь айла.

— А почему у них такой дом? — останавливается моя пара и шепотом спрашивает. — Им трудно да?

— Они рады что могут быть вместе. В других землях они не получат такой защиты как у меня. А дом можно привести в порядок.

Словно в ответ на ее вопросы в дверях появляется Маиса и ее муж Арт. Она стоят у самых дверей и придирчиво осматривают мою жену. Другие побратимы в море. Арт же изготавливает доспехи из кожи и жену охраняет. Маису тоже украли, только прежде чем пыльцой память стерли. Арт ее выкрал и сбежал на мои земли. Азир конечно не простил. Грозил отобрать жену и отдать своим верным воинам.

— Добрых светил Азур — произносит серьезный Арт, когда до домика остается не больше шести шагов.

— Добрых Арт. Ты не в настроении Маиса? Или незванных гостей палкой хочешь проучить?

— Что ты Азур — ее глаза чуть блеснули. — Мы всегда тебе рады. Только не узнаю твою спутницу. Еще одну невесту своровали никак. Прячется здесь

— Это моя жена — поясняю я, «солнце» молчит и чуть улыбается в ответ.

Теперь глаза у Маисы открылись в изумлении. Она внимательно рассматривает лицо и фигуру моей жены. У Маисы с мужьями шанс небольшой детей завести. Едва магию терпят, но мужья ее любят. А Маиса поглядывает на меня. Может она и не так красива, как золотоволосая призванная, что стала моей женой. Но ее узкое личико сейчас отражает много чувств.

Ревность. Злость. Недоумение.

— Наши поздравления айл Азур — радостно расплывается в улыбке Арт. — Теперь и вы будете счастливы в семье.

Киваю ему и наблюдаю как моя пара что-то высчитывает шагами рядом с домом. Почти не слушает, о чем мы говорим.

— О чем ты задумалась? — кладу на плечи жене руки.

— Мы можем помочь — шепчет она мне на ухо и аромат этой красавицы окутывает меня. — Что если мы построим им дом?

— Ты думаешь это так легко? — смеюсь я. — Сюда тяжело доставить древесину и камни, местность горная.

— Здесь все есть — кивает она головой. — Только отойдите подальше.

Арт и Маиса наблюдают за ней с неверием и раздражением. Солнце начинает обходить площадку, которую только что измеряла шагами. Где-то поднимает руки где-то пальцами шевелит и из земли начинают расти стены, потом крыша, все из камня. Появляются окна и дверной проем. Она исчезает в доме, где шуршит камень, а Маиса и Арт со мной вместе наблюдают как она вытягивает из стен каменные полки, ниши, приступки и место для печки.

— Сколько окон вы хотите? — спрашивает она у хозяев.

— Ну, как получится — тянет Арт и тяжело сглотнув смотрит на нее.

А я понимаю почему тенгры назвали ее «солнцем». Она сияет не только красотой, но и душа ее ярче звезд. Добрая, отзывчивая. Любуюсь как она что-то проверяет, хмурит бровки, пересчитывает ступеньки на второй этаж. Еще несколько минут и она выдохнув поворачивается к моим соседям.

— Принимайте новый дом. Мне до Ардона конечно далеко. А такие я строить научилась. За двери и окна извините. Их я делать не умею.

Арт заикаясь благодарит как может, а Маиса стоит, закусив губы. Реакция Маисы ей непонятна. Хозяйка вроде как не рада подарку. «Солнце» смотрит на меня вопросительно, и я обнимаю ее чтобы скрасить непонимание.

— Чудесный дом. Думаю, Ардон может гордиться своей ученицей.

— Что ты Азур. Пока я строю один такой дом Ардон строит три — смеется она.

Мы покидаем новый дом Маисы и идем к моему. Я держу ее за руку, а она искоса на меня поглядывает. В моем доме прошу ее ничего не исправлять он мне дорог как дом, который я строил своими руками. И она торжественно обещает этого не делать.

10. Моя жена 2

Азур

Моя изящная жена, едва оказавшись в моем входе к штольне начинает вырываться, кричит. Не знаю почему храм перенес нас именно сюда. Я перехватываю ее руки, но она толкается, и я прислоняюсь спиной к скале позади нас. Придерживаю ее ноги своими коленями, она не сдается как тогда в храме.

— Пусти! Пусти меня!

Не хочу ее пугать, но и отпустить нельзя или исчезнет, или себя покалечит. Перехватываю ее руки одной ладонью, а на второй быстро пишу.

«Стой».

Женское тело замирает в моих руках, и я начинаю чувствовать ее аромат. Смесь цветов и нежных фруктов. Праматерь я и без этого аромата из рук выпускать ее не хотел, а теперь и сил разжать объятья нет.

— Кто ты? — хрипло шепчет она.

Отпускаю руки и тяжело сглотнув закатываю ее рукав чтобы погладить свою метку рагана большим пальцем. Она и вовсе обмякла в моих руках, прислонилась спиной к груди. Потом развернулась и мазнув взглядом по лицу скидывает мой плащ и распускает шнуровку на рубахе. Найдя свой знак у меня на груди прерывисто вздыхает. Теперь без спешки разглядывает мое лицо, глаза, волосы.

— Здраствуй, жена — улыбаюсь ей я и кладу ладони на плечи.

Не знаю, что происходит у нее в голове на лице мелькают одновременно недоверие и любопытство.

— Ты меня похитил? — уточняет она.

Качаю головой, вот от чего она так напряглась.

— Спасал. Кто-то хотел тебя забрать в том портале.

— А ты…

— Успел забрать быстрей — успокаиваю я.

Чуть сильней сжимаю ее плечи и прижимаю к своей груди. Сопротивления пока нет. Я помню, как ты так же стояла в храме со мной. Какой было одновременно храбкой и робкой. А в любви неистовой и страстной. Тоько красоту твою сейчас рассмотрел всю. Глазам не могу поверить какая жена мне досталась. Спасибо праматерь.

— Как тебя зовут? — шепчет она пока мои ладони поглаживают ее спину чтобы успокоить.

Смеюсь, кто знал, что я женюсь, но жена не будет знать моего имени.

— Азур.

— Ты из западных? — дергается жена в моих объятьях заглядывает в глаза. — Кем тебе Азир приходится?

— Младший брат.

— Правда? — ее глаза округляются. — И ты был согласен что тебе воруют невесту и будут ее память пыльцой стирать? — вот теперь она злиться.

Глаза как грозовое небо, губы строгие, а в ладонях на моей груди искорки проскальзывают.

— Нет. Он давно женить меня хотел. Пока старший не женится и младшему нельзя. — спокойно смотрю ей в глаза поглаживая по плечу. — Невесту я не просил. Праматерь сама все за меня решила. Не сердись мое солнце. Я только в одном виноват… — беру ее ладони в руки и целую тонкие пальчики — искал тебя долго.

— Зачем?

Бровки сдвинуты, холодные пальчики хочет вытащить из моих ладоней, а сама дышет тяжело.

— Ты сказала мне перед уходом. Помнишь? Я услышал. Я хотел остаться и поговорить. Нам не дали.

Недоверчивое у меня солнышко. Отворачивается размышляет о чем-то. Видно обижали ее до меня. Знать бы кто обижал и не уйдут от меня эти люди.

— Не веришь? — спрашиваю я.

Кивает головой, молчит. Будь я хоть десять раз раганом она права. Нельзя прийти и тут же о правах заявить. Брак мы заключили конечно и претендовать на нее я могу. Только насильно принуждать ее никогда не стану.

— Могу я пригласить тебя в гости? Покажу свой дом и отправлю тебя назад в Эльзар. Хочу побыть с тобой вместе. Позволишь? До вечера?

В этот момент у нее появляются знаки на руке. Мужья волнуются. Она им хочет написать и смотрит на меня. Я чуть улыбаюсь и жду ее решения. Моя жена покусывает губы и молчит. Сообщения продолжают приходить.

«Она с раганом. Скоро вернется».

Солнце смотрит на меня и ничего не говорит. Сомневается или боится? После моего сообщение приходит только одно слово.

«Уверена?»

Мое маленькое солнышко хмуро меня изучает и пишет «да».

— Это твой дом? — тут же спрашивает она, оглядывая штольню.

— Нет — я улыбаюсь. — Здесь я работаю. Добываю руду.

— Работаешь? — недоверчиво тянет она, оглядывая вход в мою штольню. — Старший сын клана работает здесь?

На полу входа лежит моя кирка, мешки с рудой и фонари с железными ручками.

— Я больше не старший сын клана официально. Только по крови. Моя мать от меня отказалась. Слишком часто с ней спорил.

Мне так нравится смотреть на ее реакцию. Она такая живая, теплая.

— Клятвоотступник — кивнула она головой. — Так Зайлос сказал. Храм мог обязать к договорному браку клятвоотступника.

— Хм, я бы сказал иначе — протягиваю ей ладонь и тяну по крутому спуску к свету. — Я хочу соблюдать традиции и потому для клана я не угоден. Но мириться с тем, что зарганцам и западному клану не нужно… я не стану.

Жена подает мне руку и серьезно на меня смотрит. Я продолжаю говорить с ней только когда мы выбираемся наружу.

— Западный клан не всегда жил тем что ты видишь сейчас. Изначально мы были хранители храма. У нас были знания и умелые артефакторы, ремесленники. Южные с нами тороговали чаще других. Я хотел это вренуть и улучшить, моя семья не согласна со мной.

— Хорошие мысли — кивает головой и несмело вытаскивает из моей ладони свою руку. — То чем занимается твой брат портит репутацию всем зарганцам. А что ты добываешь в шахте?

— Брасл. Земли на которых находится мой дом принадлежат мне по праву. Из двоих моих отцов первый давно погиб в бурю, а второй оставил мне эти земли, перед тем как пропал. Чтобы заботиться о своих людях что живут на моих землях. Я добываю и продаю брасл. По своему положению я сейчас равен айлу. Хозяину земли, которую можно передать своим детям по наследству, но в совет меня никогда не примут. Мать не допустит.

— Почему ты мне все рассказываешь? — блеснув лукаво глазами под ресницами спрашивает моя жена.

— Зачем мне это скрывать? Волей Холода и Тьмы мы женаты. Я хочу, чтобы моя жена все понимала и не думала, что у меня есть от нее тайны.

— Для чего? — уголки ее губ чуть дрогнули, в глазах все еще недоверие и страх. — Что ты хочешь от нашего союза? — прямо спрашивает она.

Праматерь как можно было обидеть эту женщину? Не верю, что она может быть двуличной или корыстной. Не чувствую это ни я, ни моя суть, дарованная Храмом. Метка на груди нестерпимо горит, губы покалывает от желания поцеловать, только сначала нужно показать все этому солнышку. Растопить ее недоверие как лед.

— Только ты — прямо говорю я и смотрю в ее глаза. — Как айлу земли мне больше не надо. Брасла для артефактов мне хватает. Дом я построил сам. Конечно не такой как у тебя, мое солнце, но я рад что он мой. Знаю, что сейчас тебе сложно поверить, но я не спешу. Мы можем поговорить. Я отвечу на все твои вопросы. Дальше по тропинке стоит мой дом.

Она только кивает головой. Мы идем по тропинке все дальше к моему дому. Хочу показать ей пусть не богатый дом, но все же жилище, в котором я много лет был если … и не счастлив, то свободен от воли матери и клана.

Любуюсь ее профилем, точеной фигуркой. Как она с улыбкой смотрит на горные пики, посматривает на волны под самой стеной скалы над которой вьется тонкая тропинка. Праматерь как сдержаться и не схватить ее в объятья? Не хочу ее пугать, но и остаться теперь в стороне не смогу. Нет для этого нет сил нежелания. Храм дал мне это право. Я раган для нее, и я хочу воспользоваться этим правом.

— Ты можешь задать любой вопрос — подталкиваю я ее к беседе.

— Может в доме? — говорит она. — Хочу видеть в это время твои глаза. А что там за дом? Это он? — «солнце» тыкает пальцем в дом Маисы за пригорком.

Я тихо усмехаюсь. И мы идем к этому дому. Небольшая хижина у Маисы с мужьями, но они рады и этому. Сбежав от Азира и его людей, они нашли спокойствие на моих землях. Сюда люди Азира не суются. Чужих не терплю и сразу показываю им кто тут хозяин.

— Там живут мои люди. Все, кто живут на моей земле получают защиту и помощь айла.

— А почему у них такой дом? — останавливается моя пара и шепотом спрашивает. — Им трудно, да?

— Они рады что могут быть вместе. В других землях они не получат такой защиты как у меня. А дом можно привести в порядок.

Словно в ответ на ее вопросы в дверях появляется Маиса и ее муж Арт. Она стоят у самых дверей и придирчиво осматривают мою жену. Другие побратимы в море. Арт же изготавливает доспехи из кожи и жену охраняет. Маису тоже украли, только прежде чем пыльцой память стерли. Арт ее выкрал и сбежал на мои земли. Азир конечно не простил. Грозил отобрать жену и отдать своим верным воинам.

— Добрых светил Азур — произносит серьезный Арт, когда до домика остается не больше шести шагов.

— Добрых Арт. Ты не в настроении Маиса? Или незванных гостей палкой хочешь проучить?

— Что ты Азур — ее глаза чуть блеснули. — Мы всегда тебе рады. Только не узнаю твою спутницу. Еще одну невесту своровали никак. Прячется здесь — выдает она, оглядывая нас.

— Это моя жена — поясняю я, «солнце» молчит и чуть улыбается в ответ.

Теперь глаза у Маисы открылись в изумлении. Она внимательно рассматривает лицо и фигуру моей жены. У Маисы с мужьями шанс небольшой детей завести. Едва магию терпят, но мужья ее любят. А Маиса поглядывает на меня. Может она и не так красива, как золотоволосая призванная, что стала моей женой. Но ее узкое личико сейчас отражает много чувств.

Ревность. Злость. Недоумение.

— Наши поздравления айл Азур — радостно расплывается в улыбке Арт. — Теперь и вы будете счастливы в семье.

Киваю ему и наблюдаю как моя пара что-то высчитывает шагами рядом с домом. Почти не слушает, о чем мы говорим.

— О чем ты задумалась? — кладу

— Мы можем помочь — шепчет она мне на ухо и аромат этой красавицы окутывает меня. — Что если мы построим им дом?

— Ты думаешь это так легко? — смеюсь я. — Сюда тяжело доставить древесину и камни, местность горная.

— Здесь все есть — кивает она головой. — Только отойдите подальше.

Арт и Маиса наблюдают за ней с неверием и раздражением. Кому приятно узнать, что со стороны их дом похож на лачугу и вызывает жалость.

Солнце начинает обходить площадку, которую только что измеряла шагами. Где-то поднимает руки, где-то пальцами шевелит и из земли начинают расти стены, потом крыша, все из камня. Появляются окна и дверной проем. Она исчезает в доме, где шуршит камень, а Маиса и Арт со мной вместе наблюдают как она вытягивает из стен каменные полки, ниши, приступки и место для печки.

— Сколько окон вы хотите? — спрашивает она у хозяев.

— Ну, как получится — тянет Арт и тяжело сглотнув смотрит на нее.

А я понимаю почему тенгры назвали ее «солнцем». Она сияет не только красотой, но и душа ее ярче звезд. Добрая, отзывчивая. Любуюсь как она что-то проверяет, хмурит бровки, пересчитывает ступеньки на второй этаж. Еще несколько минут и она выдохнув поворачивается к моим соседям.

— Принимайте новый дом. Мне до Ардона конечно далеко. А такие я строить научилась. За двери и окна извините. Их я делать не умею.

Арт заикаясь благодарит как может, а Маиса стоит, закусив губы. Реакция Маисы ей непонятна. Хозяйка вроде как не рада подарку. «Солнце» смотрит на меня вопросительно, и я обнимаю ее чтобы скрасить непонимание.

— Чудесный дом. Думаю, Ардон может гордиться своей ученицей.

— Что ты Азур. Пока я строю один такой дом Ардон строит три — смеется она.

Мы покидаем новый дом Маисы и идем к моему. Я держу ее за руку, а она искоса на меня поглядывает. В моем доме прошу ее ничего не исправлять он мне дорог как дом, который я строил своими руками. И она торжественно обещает этого не делать.

Дом рагана. Эль.

Паника меня накрыла так сильно. Что связанных мыслей не осталось в голове. Отбиться. Ускользнуть. Выжить. Дети. Кричала, билась в чьих-то руках пока не услышала голос. Потом надписи на руке.

Стало чуть легче, но мысли которые появились вслед за этим меня заставляют паниковать ещё больше. Не думала, что он так скоро найдёт меня.

Повернулась. Стала рассматривать мужчину, что выдернул меня из зала.

Главный вопрос. Спас он меня или это и был его план?

Внешне красавец, как и большинство зарганцев. Серег нет на ушах — не Южный клан. Татуировок нет — не восточный и не северный. Причёска на западных не похожа, но что я могу знать о зарганцах? Я сама тут душа новая иномирная. Может у них и пятый клан имеется или что-то редкое с чем я пока не сталкивалась.

Хочет быть со мной. Искал??? Пока эти слова оставляют больше вопросов чем ответов. Ещё и брат Азира. Кожу покалывает от его прикосновений, печать на руке тянет. Держусь.

Больше я не девочка, которую поманили мужским телом, и она обо всём забыла. Спасибо, Шейлану за урок взрослой жизни. У меня свою жизнь. Дети. Семья. Мужья. А он никто. Мужчина из Храма, с которым велели заняться сексом местные боги. Не смешно, но правда.

И мысли его напрягают что-то поверхностное ещё могу прочитать, а дальше как заслонка стоит. Внутри что-то есть. Живое. Сильное и очень сопротивляется. Он раган. С одной стороны, он сам сказал, что ему нужен шанс, с другой ведёт себя так, как будто уже все права на меня получил. Отвечает за меня мужьям. О себе прямо не говорит.

Будь умнее Аннэль то что не скажет он, увидишь по обстановке и его поведению. Дом посмотреть. Хорошо. Я не против. Сейчас я уже готова к отпору. Уже смогу реагировать быстро и резко. Дом небольшой у Азура. Напоминает тот в котором я была после своего похищения западным кланом. Деревянный, основательный. Теперь я поняла, что он напоминает. Дом викингов.

Внутрення обстановка явно выбрана мужчиной. Мебель прочная можно сказать грубая. Следов женщины не наблюдается. Я достаточно обожглась чтобы просто молчать. Делать выводы пока не хочу. Уговариваю тараканов пока наблюдать без выводов.

— У тебя есть любовница?

Смотрит с каким-то удовольствием. Мысли прочитать тяжело. Как будто на нем защита.

— Постоянных нет.

Ого, а так значит, что не дом то развлечение. Вот почему эта Маиса вместо спасибо за дом хотела мне волосы выдрать. Я же помню взгляд этой «соседки». В ее глазах была ревность и злость. Потому и дом не радовал хозяйку. За откуп приняла его.

— Тебе нечего бояться. Те женщины, с которыми я был … не из моего клана. С другого континента.

Какие подробности. Стою и думаю, как это понимать пока Азур начинает готовить. Вяленое мясо, крупы. Ничего особенного. Такая себе каша. Понимаю, что чаще всего он готовит это. Помогаю с овощами и крупой, а мысли по-прежнему о его женщинах.

— Солнце не думай об этом — просит он и без всякого предупреждения целует меня за ухом. — После нашей встречи в Храме больше никого не было.

По телу идут мурашки. Как у мужчин все просто. Договорной брак. Чужая баба. С шестью мужьями. А его все устраивает.

Азур отвлекает меня разговорами о нашем порте, детях, кланах. Это все не то. В душе поднимается протест. Знаю, что нужно. Знаю, что это договорной брак нового мира и мне следует его принять. Только опять меня обязывают пойти против моего собственного желания. И у меня плохое предчувствие. Или я стала паникершей.

Ведь Азур вот он. Ничего не скрывает. Сидит как на тарелочке перед моим взглядом. На все вопросы отвечает.

— Я понимаю тебе сложно — он вдруг прерывает свою речь о брасле. — Мы можем подождать. Я дам тебе время чтобы все принять и осознать.

Даст время значит… мы словам больше не верим. Девочка попавшая в этот мир повзрослела и словам больше не верит. Повторяю, себе еще строже. Забудь про улыбки, иголочки на коже и то что тянет что-то внутри к нему ближе оказаться. Верим только делам и поступкам.

Внешне Азур красив. Смотрю на него пока мы едим за столом. Он сидит с прямой спиной, говорит спокойно. Не вижу даже малейшего волнения. Увереный в себе, зрелый мужчина.

Страсть моя — зарганские волосы, длинные. Хочется уже ручонками

«Чего тебе еще надо?» — подняв все лапки вверх спрашивает таракан-паникер.

Да ничего мне не надо! У меня уже все есть. Семья. Дети. Дом. А все эти лишние приключения меня достали. Особенно приключения с неизвестными мужиками. Если приму его он всегда будет рядом. Если приму… я тяжело сглатываю, и мы с ним смотрим в глаза друг другу.

Оставь эти мысли Аннэль. Панику, неуверенность, боль. Все это отложи в сторону. Он договорной муж. Здесь главное это слово. Будем договариваться в том числе и о постели. В этот раз говорить по-взрослому. Чтобы потом не плакать и не жалеть. Главное не спеши.

— Солнце, — зовет он хриплым шепотом и кладет свою ладонь на мою. — я понимаю, что все сложно. Может мне пожить в Эльзаре какое-то время? Чтобы ты ко мне присмотрелась. Да и я с твоими мужьями познакомился.

От его теплой ладони по руке поднимаются мурашки. Память подсказывает о том, что было в Храме и я понимаю, что этот мужчина не такой как Шейлан. Он намного опасней и устроен сложнее. Приглядеться к нему рядом с мужьями не такой плохой вариант.

Киваю ему головой и осторожно улыбаюсь.

— Мне нужно тебе кое-что показать — с хитрой улыбкой заявляет он. — Обещай не пугаться.

— Не могу давать таких сложных и невыполнимых обещаний — пытаюсь шутить.

Мы прибрались в доме после перекуса. Смотреть как мужчина моет посуду, поверьте очень сексуальное зрелище. Неторопливые движения больших ладоней, выверенные движения. Наводят на совсем другие мысли. Прислушиваюсь к себе снова пойманная им на том что я разглядываю его. Азур улыбается от проявления моего явного интереса.

Мы покидаем его дом. Оказалось, что все нужное у него уже в Эльзаре.

— Да я поехал в Эльзар с Азиром, который хотел посвататься к тебе — смеется он. — А с порталом мы разберемся не волнуйся.

И по другой тропинке среди скал мы спустились к полоске берега в небольшой залив. Пока мы шли Азур начал говорить.

— Храм призывал меня дважды, мое солнце. Западный клан зарганцев раньше был хранителем Храма и его традиций. Вернее, лучших избирали для этой службы. Зарганцы были настолько сильны, что не уступали этих земель не тенграм, не воздуханам. От былого величия остался лишь храм и легенды о хранителях.

У самой воды мой новый муж остановился, помогая мне подняться на большой валун, который волны лизали со всех сторон.

— Во время первого призыва меня благословили быть хранителем Храма, как и прежде благословлял Холод и Тьма своих детей. Ты помнишь, что волноваться не надо? — спрашивает он, оказавшись по колено в воде. — Если не испугаешься мы сможем добраться до Эльзара часа за два.

Раз привел сюда значит точно покажет это что-то. И смысл отказываться? Подавляю вздох и киваю головой. Вокруг Азура клубиться что-то вроде тумана. На воде лежит или замерло что-то похожее на китайского дракона серо-голубого цвета.

Я в ступоре. Зайлос говорил, что раньше зарганцы могли обращаться в волков, ирбисов, но со временем утратили эту способность. А западные значит от каких-то драконов произошли.

Узкое тело, длинный змеинный хвост. Все в чешуе. Морда в шипах и чешуйках. Два острых длинных рога загибаются назад. Короткие четыре лапы и никаких крыльев. А в глазах зверя прячется ум.

Кто кем управляет? Он зверем или зверь им?

Это он считает благословением?

Серьезно?

Потом паника дошла до моих тараканов. Мой договорной муж дракон! Дракон! Чем он атакует? Холодом? Или все же огнем?

Дракон лапой прикрыл морду. Потом головой помотал и в глаза мне смотрит. Из воды выполз и в глаза смотрит с каким-то ожиданием. Тянется вроде понюхать. Размером эта живность с лимузин будет. Страха нет потому что я в ступоре. А ты что раган подумал? Что я смелая что ли?

А дракон ползет ко мне медленно. Косится лиловым глазом. К самым ногам моим подполз и на свою спину показывает.

— Залезть? — отмерзаю я.

Кивает шипастой головой. Лапу подставляет. Так вот как он в Эльзар собрался. Хочет при параде перед моими мужьями появиться. Хм, стратег значит. По договору главный. Драконом своим рот заткнет всем, кто западных не любит. А его братишка получается тоже так может? И все западные? Мать моя женщина! Вот почему они такие наглые!

Приподнимаю платье и с помощью дракона лезу к нему на спину. Он теплый, шершавый. Посмотрел лиловым глазом с беспокойством. Вроде хрюкнул. Это еще что означает?

— Что-то сделать? Сказать? — отрицательный жест головой. — Пообещать? — кивает. — Не бояться? Хорошо. Что-то еще? Хм, держаться крепче? — хватаюсь за два больших нароста. — Буду Азур. Упасть в воду я не хочу. Не волнуйся.

На суше дракон довольно неповоротлив. Гигантский крокодил. А в воде все изменилось. Мы поплыли с такой скоростью, что я еще и к шее его склонилась. Не знаю, как героини там в книжках в это время красотой любуются, разговаривают, сложные решения принимают. Я могла только просить своих тараканов не паниковать и держаться за эти костяные наросты на его шкуре.

В лицо брызги летят, одежда напитывается влагой. Вот оно мне надо. Стратег тоже мне!

Остановились мы в гавани Эльзара. Моряки на кораблях. Рыбаки. Все глядели на нас как на чудо. У самой пристани дракон-Азур передней частью тела заполз на пристань и терпеливо ждал пока я слезу, а вокруг собиралось все больше народу.

Когда я слезла с дракона под взглядами всех, кто стекался все ближе. Удастся проскользнуть через толпу? Чего я тут растеклась?! Разозлилась даже на себя. Ты беременная в мокрой влажной одежде. Берешь Азура, открываешь портал. И срочно в замок.

Азур вышел из тумана и подхватив мою руку переплел свои пальцы с моими. Рука как-то потеплела. Волны этого тепла поползли по всему телу. Паника улеглась. Артефакт. Быстро. Зачем? Мысли в голове как-то быстро улеглись на самое дно. Паника? Нет, никакой паники.

В толпе уже летали вздохи и возгласы. Меня то они узнали точно. Я здесь каждый день болтаюсь. Ступор не проходил. Рука, которую держал Азур пульсировала теплом. Это было странно.

Едва я окинула взглядом лицо Азура как он мне улыбнулся.

Толпа расступилась и на меня посмотрели трое моих мужей, судя по лицам готовые Азура бить, а меня обнимать. Перед толпой они явно сдерживались. Ждали пока мы подойдем. Не зря в

Я глубоко вздохнула и направилась в сторону своих мужей с Азуром за руку. Шайд, Зайлос и Сарган стояли среди замеревшей толпы на дороге.

— Огонек? — хрипло выдохнул Шайд. — Кто это?

Внутри у меня что-то дрогнуло. Произносить это слово не хотелось. А, с другой стороны. Раньше-позже. Все узнают. Слухи в Эльзаре расползаются быстро. Да и слуги в замке молчать не станут.

— Это мой раган Шайд — я произнесла и уголки губ чуть дернулись в стороны.

Толпа ахнула, зашумела. А мы подошли ближе к мужьям. И уже там не выпуская пальцы Азура я обнялась со своими мужьями. Это было символично.

11. Старые лица

Эль

После встречи в порту я повела себя по-свински. Оставила Азура с моими зарганскими голубями, кивнула на картинку от Саргана с коротким «всё проверю» — и на графских ручках улетела домой.

Уже по дороге в замок я поняла, насколько всех напугала. Меня искали так, будто я провалилась сквозь землю. Перевернули весь город, заглянули под каждый камень. Потом рванули за его пределы — вытаскивали западных и южных зарганцев из шатров, допрашивали всех подряд. Сарган, конечно, занимался этим лично.

Толку было немного. В шатрах сидела одна мелочь. Шейлан даже предлагал помощь, но мужья на него так рыкнули, что его быстро запихнули обратно.

Потом взялись за кафтарцев. Тем пришлось едва ли не клясться, что в замке их не было. А когда паника начала брать верх, решили идти к мантикорам. Моя хвостатая подружка, едва услышав о моей пропаже, тут же отправила несколько мужей на поиски с воздуха.

Остальные психовали в башне с детьми и ждали. Изо всех своих мужских силёнок.

Когда я вернулась, замок сам рассказал мне, что здесь творилось без меня. На месте северного коридора лежали руины. Ардон, видимо, очень наглядно показал всем, что оставлять меня без присмотра им всё-таки нельзя. Даже моих скромных знаний магии земли хватило понять: работы там недели на две, и это если очень аккуратно.

За полдня новостей так и не появилось, зато кто-то успел подраться. Тенгры-охранники хотели звать Даиса, и вот тут Шайд сорвался окончательно — второй этаж покрылся льдом. Какой был бы позор: звать Даиса на помощь, когда у меня пять мужей.

У зарганцев из-под носа украли жену. Зайлос, как всегда, мучился молча. Шайд лютовал. От Саргана погорело немало вещей. А Лисниэль едва успевал всех лечить и отпаивать.

А потом из порта пришло сообщение: по морю плывёт какой-то странный зверь, и на спине у него женщина.

Мужья оставили Ардона и Лисниэля с детьми, а сами рванули туда.

Натерпелись, в общем, мои красавцы. А потом я просто вернулась домой на драконе.

Я обняла лицо Лисниэля и принялась целовать всю его левую часть лица. Скулы, губы, глаз, висок. Мой бедный граф был очень растроен и счастлив одновременно. Представляю каких ужасов они себе придумали после моего исчезновения.

— Я дома Эль. Все хорошо — уверяла я его. — Просто устала и грязная. Да, и рагана надо пережить. Но опыт у нас большой… мы сможем.

В замке к нам бросился Ардон и не спускал меня с рук пока в ванну не набрали воды. В четыре руки меня раздели осмотрели. Выслушали новости про рагана стиснув зубы. И только потом дали мне тишину и возможность наслаждаться ванной.

Я откинулась на бортик мраморной белой ванны, которую сделал Ардон для меня и погрузилась в пенку, болтая рукой. Аннэль отпусти пока все мысли. Что делать если в этом мире магия и опасность на каждом углу. И все твои желания просто жить счастливо не могут сбыться. Так что отпусти все переживания.

Вот мужья и раган, например, взрослые ребята. Да, что там ребята. Мужики взрослые. Пусть сами разбираются и притираются друг к другу. А мне сейчас хочется полежать и отдохнуть. Побыть в кои-то веки слабой женщиной.

Пока можно отмокать в теплой приятной водичке… нужно пользоваться.

Мысли были правильные. Даже успокаивали. А вот последствия, говорили о том, что я «накаркала». Да, уж…

Сначала звуки меня совсем не испугали. Ну, топчется кто-то за стеной и что? В замке много народу.

Раздумывала какого мужа буду «наказывать в ванной» за шум после возвращения. В дверь вошла та, кого я видеть точно не собиралась.

— Я была права.

В её голосе было столько торжества, что его можно было пить.

Лишана стояла в моей ванной, не скрывая ни злости, ни… удовлетворения. Словно всё это — часть давно продуманного плана.

Я тяжело вздохнула.

Быстро же она узнала. И пришла не просто так — пришла добивать.

— И? — лениво подтолкнула я, плеснув водой на шею.

Она усмехнулась — тонко, зло. Явно готовилась к этой сцене. Я даже глаза закатила. Не сдержалась.

— Вот и вся ваша великая оддина… — протянула она. — Одна. Без защиты. Без своих “мужей”. — Думаешь, тебя выбрали? — тихо продолжила она, глядя на меня с откровенным презрением. — Тебя просто поставили на место, которое я строила годами.

Её взгляд скользнул по мне медленно, оценивающе. — Я собирала кланы. Кровь. Связи.

А ты пришла — и тебе всё дали. Без борьбы. Без цены. Ошибаешься!

И толкнула дверь. В комнату вошли еще два зарганца что тащили под руки совсем неожиданного гостя.

При виде посторонних мужчин я опустилась в воду. Только голова над водой. А того что держали под руки оглядела уже внимательно и презрительно вернула этот взгляд Лишане.

— У вас клуб незванных гостей? — едко спросила я.

— Вот видишь, мой дорогой — заворковала она над скрючевшейся фигурой. — Все бросились в наш тенгру на поиски, а она здесь одна. Ничего не контролирует. Только слухи и никаких действий.

На эти слова я только выгнула бровь, наблюдая за этим представлением. Надолго меня мужья одну не оставят — это раз. Мантикоры почуят чужих в замке — это два. Да и я отправлю одним движением всех спать магией Лисниэля — это три.

А потом зачем ломать этот фарс? Пусть пока говорит.

Словно меня и нет в собственной ванне. Посторонние мужики пяляться на меня. Лишана ворковала над фигурой Кейрана. Худого, заморенного, с щетиной на лице и запавшими глазами. На лице жили только его глаза. И пока эта молодящаяся пиранья пристраивала тело Кейрана на стульчик в шаге от моей ванной из мрамора. Черные глаза Кейрана неотрывно смотрели на меня.

— Слушай ты — закончив ворковать начала Лишана.

— Ой, ой! — запищала я.

Свекровь сначала присела от неожиданности заколыхавшись своим бюстом, а потом попыталась мне по лицу заехать, но я ее тут же остановила. Она злобно фыркнула и дала знак двум зарганцам позади себя.

Я заранее отпустила одну руку под воду, а вторую приложила в притворном страхе к щеке. Моя догадка была верна. Магия целителей работает и под водой. Оба подпевалы этой грымзы упали как подкошенные.

— Следущий! — прокричала я в сторону двери. — Ты кстати всех своих мужей притащила или только неугодных?

— А как тебе это пришлая тварь? — выкрикнула она, хватая что-то в маленьком мешочке, висевшем на поясе ее платья.

Пришлось скрутить нити перед собой. Какая-то пыль или грязь полетевшие в меня стукнулись об этот золотой прозрачный купол и Лишана в ярости «палила» в мой купол магией льда, то копьями, то нитями.

Лёд бьётся о мой щит.

— Думаешь, щит тебя спасёт?!

Ещё удар. Она замирает перед ударом от напряжения.

— Всё тебе досталось просто так!

Вспышка магии. Щит поглощает.

— Бездна… я за это платила годами!

Ещё сильнее бьет уже ледяным копьем.

— Он был мой! Слышишь?! МОЙ!

Щит трещит.

— Тьма тебя побери!!

А мы с Кейраном в это время смотрела друг другу в глаза. Под защитой купола и пенной воды, я отправила сообщения своим мужьям зарганцам.

Кейрану кивнула за дверь. Давая шанс сбежать. Я все же беременна и лишать жизни этого предателя не хочу. Лишана рвала щит, не жалея ни сил, ни магии.

В её ударах не было расчёта — только ярость и желание добраться до меня любой ценой. А потом добить как угрозу себе или просто объект ее ненависти.

Кейран улыбнулся вымученой улыбкой. Он что рад меня видеть? Мазохист что ли?

Затрясшаяся в бессилии Лишана мне надоела, и я ее вырубила. Причин для этого я не знала. А этот МОЙ… Азур или Кейран, который и сам не рад появлению в этой комнате.

— Ну — посмотрев на Кейрана спросила я и добавила в ванну горячей водички. — С чем пришел? Еще один артефакт захотел украсть или есть цели поинтересней?

— Я умираю — произнес он с улыбкой. — Артефакты больше не нужны.

В ответ на мой недоверчивый взгляд он отогнул ворот куртки. На шее пульсировали черные сосуды. Выглядело плохо. Не врет. В чем смысл? Да, ладно закусила губу. Он предатель и мучитель моих голубей зарганских. Чего жалеть таких?

— Ты ее сын?

Кейран кивнул и снова улыбается.

— Родила меня Лишана по плану. Вырастила, дала задание. И велела не возвращаться не исполнив. А я приполз, поджав хвост. Больной.

— Лишана? Переспросила я.

— Не могу называть ее матерью. Слишком много других воспоминаний — пояснил он.

— А я вам зачем? — закусив губу спросила я.

— Она надеялась, что ты меня вылечишь или велишь это сделать своему мужу. Тебя хотела в заложниках оставить пока. Лишана не бросает своих планов. А на меня она потратила столько лет и сил. Так что вылечить меня она была настроена серьезно.

Кейран немного помолчал, потом поднял на меня глаза. Исповедь в моей ванной? Фыркнула скептически и посмотрела на него.

— Она тоже хотела объединить кланы только иным путем. Через детей.

— Кейран я ничего не понимаю. Можно объяснить как-то иначе. Я ваших традиций не знаю — с тяжелым вздохом добавила я.

— У меня черные глаза — озвучил он очевидный факт. — Я смесок от зарганцев двух разных кланов. Она родила четыре сына от четырех глав тенгру.

Вот теперь стало ясно. Кейран это не сын для нее, а актив. А я в таком случае…

— А я должна была всех объединить, да? Или другая женщина. Главное под ее руководством. Четыре зарганца из разных кланов объединяются в одну семью и один клан. Азира она мне в мужья сразу пропихнуть хотела, а потом и остальных? Для этого тебе артефакты были нужны? — я подяла вверх руки на которых красовались преобразовавшиеся артефакты.

— Да. Заминка была только с южным кланом. Слепец с Лишаной зачать не смог. Тогда она родила от Звера. Его сыном стал Азир.

— Азур из западного клана — догадалась я, вспоминая синие глаза рагана. — Шайд или Зайлос? — спросила я, а сердце заполошно застучало.

— Ты всегда была умнее их — усмехнулся Кейран. — Когда я играл роль терсия, то ходил между двух огней. С одной стороны, была ты — женщина которую я действительно желал. И которая подходит под весь план. А с другой он. Зарганец которого я ненавидел, потому что он даже не понял кто я. А еще говорят, что родовая магия сильней всего. Врут они все Солнце. Ты стала его женой, и для меня все закончилось. Не могут отец и сын быть мужьями одной оддины.

Мне захотелось застонать. Противостояние в нашем старом доме. Гневные взгляды.

— Шайд — качнула я головой. — Почему он о тебе не знал?

— Лишана не сообщила. У нее же был план. Забрать все реликвии. Северную и восточную реликвии забрать поручено было мне. Звер должен был разобраться с братом. Он был в курсе плана и одобрял его. А с появлением Эльзара, он придумал новый план. Получить готовый клан и тебя. Перед приездом в ваш клан он был у нас. Ругался с Лишаной. Они долго были любовниками. От того и ненависть к тебе в ней только росла. Ты забирала все легко. Шайд, Звер, клан… а у нее только больной сын от Шайда, самостоятельный Азур, бабник Азир и сын которого она прячет. Даже имени его не знаю.

Кейран от разговора стал дышать тяжело. Склонился направую сторону приложив руку к груди. Пальцами второй руки вцепился в стул. Я потянулась к полотенцу за секунды замоталась в него и стиснула его руку на груди посылая целительскую силу в него. Пусть Шайд не знал о Кейране, а тот выкрал отца, пытал. Но они пусть решают этот вопрос сами. Думаю, сыновьями разбрасываться не стоит.

— Не надо лечить — попросил Кейран. — Она не успокоится — показал он на лежавшую на полу мать интриганку.

— Надо — твердо прервала я его. — Это мантикора, да? — продолжая лечить спросила я.

— Ты и правда Солнце — грустно произнес он, не поднимая глаза — любую тень осветишь.

На его лбу появились бисеринки пота. Дышал он

— Кто сын Зайлоса? Он в западном тенгру?

— Не знаю — шепнул Кейран. — Не Зайлос стал отцом ребенка, а отец самого Зайлоса. А потом она его убила. Это был ее первый ребенок. Первая ступенька к ее мечте. Она всех отцов планировала убить потом кроме Звера. Они были оба из южного клана. Солнце остановись — попросил он. — За один раз не вылечить. Да и от боли я сейчас отключусь. Пару дней я теперь продержусь. Остановись.

Он чуть сжал мои пальцы в благодарность.

— Я знаю о своей вине Солнце — продолжил он, только сейчас поднимая на меня глаза.

Там была боль. Сожаление и что-то еще, но я не хотела в этом копаться. Самой было больно от новостей.

— Что он здесь делает? — рыкнул с порога Шайд за которым мелькнуло озабоченое лицо Азура.

— Смешно — пожала я плечами и выпрямилась рядом с Кейраном, оставив руку на его плече. — Узнаешь эту дамочку? — кивнула я Шайду на Лишану, что до сих пор лежала на полу. — Когда собирался сказать?

— Это дело старое. У тебя нет причин для волнений — скривился он. — Лишана всегда была как яд.

— Что ж побеседуйте с ней про объединение кланов Шайд и про … твоего сына — выдохнула я. — Только смотри не отравись в процесе еще разок — посоветовала я.

Широко открыв глаза Шайд воззрился на меня как на чудище. Потом перевел взгляд на Кейрана и только теперь стал прозревать. Я же поймала взляд Азура.

— Так сколько у тебя братьев? — спросила я.

— Трое — спокойно произнес он. — Не знал, что вы знакомы с Кейроном. А где старший брат Адарон не знаю. Он больше двух лет как пропал.

— Интересная у вас семейка — уже по-настоящему разозлилась я. — Отцы пропадают, братья пропадают. А вы спокойно живете дальше. Как так можно?

Напоследок сжала еще раз плечо Кейрана в знак своей поддержки и пошла на выход из своей ванной комнаты в объятья Саргана.

— С Кейраном полегче. Он болен. Поговори сначала — бросила Шайду, перевела взгляд на Азура. — Хорошо подумай раган. У нас другая семья. Подойдет ли тебе такое.

А вот уже Зайлосу в коридоре я пожаловалась на всех. Я устала. Я замерзла. Я хотела дома тепла и спокойствия. Неужели я много прошу? Выставить в замке нормальную охрану.

— После похищения мне хотелось ванну принять… а потом уже разбираться с вашим семейным зарганским древом. Что Сарган пойдем искать твоих с Ардоном детей или ужинать?

Сарган промолчал. Я поймала взгляд Шайда. Он понял. И это только всё усложнило.

Я положила руку на локоть Саргана и в своем шикарном полотенце направилась под взглядами всех собравшихся в наших покоях мужиков в комнату к мужу. Может оденусь спокойно. Без новых членов семьи.

11. Раган в семье

Эль

Познакомиться с мужьями. Так кажется он сказал. На деле Азур сливался с ними в мелочах и больших делах. Да именно сливался как перчатка с рукой, как нож и сливочное масло.

Всё, за что он брался, начиналось с советов.

И заканчивалось тем, что эти советы становились решениями.

Но не будем портить хронологию. Начал Азур с размахом. Познакомился с тремя мужьями в порту и тут же решил опросить западных зарганцев, которые лагерем стоят за пределами города. Спрашивал на счет всех планов Лишаны. Потому что те что были в замке во время моего похищения. Пока все застыли, кинулись в тот портал вместе с Азиром. А мчаться в западный клан с выяснением отношений — это начало войны.

От таких мыслей даже от тараканов моих сарказма не дождешься. Замерли в ужасе. У меня двое дочерей. Я опять беременна. Кому эта война нужна? Никому.

Лишану закрыли в подвале, где она плевалась ядом. Тоже опасное решение — все же она тенгру клана. Кейрана, еще больного и слабого. Держали под присмотром на первом этаже. Шайд ходил мрачный всю неделю. Дернулся было ко мне поговорить. Но хватило одного взгляда и приподнятой брови. Знает же — лжецов не люблю. Если все было в прошлом с Лишаной почему молчал?

Сосулька чертова! Только о себе и думает. А она молчала естественно, когда явилась сюда с Азиром, чтобы потом посильней мне вдарить правдой в глаз. Ага.

«Умеешь выбирать врагов» — шепнул главный таракан. — «Покой нам только снится».

Пошел третий месяц моей беременности. Я возилась с дочками. Вернулась к рутине и … наблюдениям.

Я была не против затишья в семье. Устала морально от всех переживаний. Хотелось сесть в уголок. Разобраться со своими мыслями, ощущениями. Привести себя в порядок после поездки на драконе. После появления в нашей жизни рагана. Перед моими вторыми родами.

Так что на следующий день после ночи в объятьях Саргана и Ардона. Приступила к своему скромному плану.

Привести себя в порядок удалось. Большую часть времени уделила детям. Поела под присмотром Лисниэля. И только на его коленях мне позволили углубиться в свои переживания по-женски. С соплями, слезами и вездесущими тараканами.

— Это нормально что ты переживаешь — уговаривал он меня, качая в своих объятьях. — Ты живая и умная женщина. Ты во всем разберешься, а мы поддержим тебя. Теперь мы знаем рагана в лицо. Так легче.

Знать бы еще с чем разбираться. Дракон. Раган. Странное ощущение при встрече с мужьями. А у меня впереди третий месяц беременности. Самый ответственный. Мог этот раган объявится чуть позже? Тут еще Азир со своим «подарком». Что теперь делать с Азиром? Он брат моего рагана. Раган — на секундочку зарганский старший муж. Как бы новая глава семьи. Станет ли он наказывать бесхребетного Азира? Что скажет про Лишану?

А раган взялся за вливание в семью нешуточным образом.

Морские сражения Марда — дал ему карты западного клана. Саргану — дал кучу информации о том как присматривать за границей с Кафтаром. Раньше в клане это была его забота. Ардону оказал помощь в строительстве последнего города дальшеу побережья. Привлек для этого около сотни зарганцев что живут на его земле. Многие остались жить в городе. Азур в ответ на это улыбался.

С Лисниэлем как я поняла у них отношения были с прохладцей. Моему графу раган явно не нравился. Но Лисниэль тактично прикрывал глаза и улыбался. Воспитание сказывалось. Такого не нагнешь и к ногтю не прижмешь. Сарган его вроде слушал с обычным лицом «дернешься не в ту сторону убью». Так что

Зарганцы... Хм, эти смотрели ему в рот. Шайд думаю от чувства вины. Зайлос скорее из стадного рефлекса. Моя Зая, умный, но противостоять прямо не любит. Скорее поджидать момент и выворачивать в свою сторону.

В общем разобравшись с мужьями Азур взялся за меня. Ну-ну, раган. Сначала были ежедневные беседы. Демонстрация другим мужьям как он держит меня за руку. Помогает подняться. Подает нужные вещи.

Потом была беседа в библиотеке. Книг мы к тому времени набрали всего два шкафа, но комната гордо именовалась библиотека.

— Солнце — мягко позвал он, опуская руки на мои плечи.

— Да, Азур.

Вот вроде ведет себя правильно. И слова лишнего не сказал, а чуйка меня предупреждает. Тараканы усиками трясут.

— Нам нужно поговорить — целует меня между шеей и плечом.

Нам? У меня то тем пока нет для разговора. Хотя… вот чего он пристает к беременной женщине? Я не в настроении.

«Мы уверены?» — шевельнулся таракан ответственный за секс.

Нуууу, даже не знаю. В Храме он был ничего. Гормоны шалят. Чуйка насторожено шипит. Не спеши Аннэль. Понаблюдаем.

— Хорошо — иду к диванчику и сажусь в ожидании разговора.

— Солнце, мое — мягко произносит он и садится у моих ног.

Поглаживает мои колени, проводит пальцами по бедрам. Глаза синие. Смотрит не отрываясь. Красивый зараза.

— Я скучаю по тебе. И думаю, что пора тебе принять это — на его ладони тонкое кольцо.

Цвет зарганских волос у металла. Небольшой камень цвета ртути. Тянет мою руку и огладив все пальчики надевает кольцо на тот палец, где уже есть первое что он мне дал в храме. Оба кольца соприкоснувшись слились в одно. Дальше ничего не пошло.

Азур посмотрел. Выждал несколько минут оглаживая мою руку. Поднял взгляд.

— Реликвия против — улыбнулся он.

— Против нашего брака? — удивилась я.

— Нет — еще шире улыбнулся он — против нашего разделения.

— Разделения? — переспросила я.

«Да он гений!» — восхитился мой таракан.

— Между нами. Я хочу быть ближе. Еще ближе к тебе милая — целует мои пальцы, печально смотрит.

Ого, то есть увидел проблему. Сделал вид что это наша общая проблема. А потом и на меня перебросил. Он хочет быть ближе, а я типа отдаляюсь. Тонко. Зрело. Моим зарганцам до этого далеко. Манипулятор. Другая дамочка на чувстве вины сейчас бы лепетала. «Прости, дорогой. Как это исправить? Что сделать?»

Да, ничего. Тебе нужно влиться в нашу семью. Не наоборот. Мы без тебя были семьей и будем. А ты только зарганская традиция. Слово с большой буквы.

— Ты дашь мне шанс?

Умный мальчик. Понял мою реакцию. Стал крутить со всех сторон. Синими глазками блестит. Моська грустная.

— Что тебя смущает Азур? Нельзя построить семью за пару недель. Со временем все будет. Не о чем грустить.

Сжимаю его пальцы. Улыбаюсь в ответ. Тараканы аплодируют. Он кивает головой. А я уже обожглась на Шейлане. Так что буду дуть со всех сторон на тебя.

Азур.

Раган — это не просто муж. Это власть. Глава семьи. А я только и делаю что заглядываю всем в глаза. Солнце Эльзара тоже не так проста, как кажется. Драгоценностей не носит, в шелка не наряжается, но мужья у нее в руке.

Посмотреть, как она ими вертит во время официальных встреч. Один взгляд — и все улыбаются. Молчит — и бегут веселить.

Холод и пепел. Она красивая, сильная, умная. Но у меня и выбора нет. Быть просто мужем не могу и не хочу. У меня слишком много дел. Мать до сих пор в подвале замка. Просто муж ее оттуда не выпустит. Азир скрывается на моих землях. Дурачок глупый, но не могу же я его бросить?

Да, и по своему происхождению западный клан должен я наследовать. Азир это сын Звера как выяснилось, а не моих отцов так что пусть на южный претендует. А мне как главе клана нельзя держать собственную мать в подвале. Письма от ее мужей приходят чуть ли не каждый день. Но приезжать опасаются.

Реликвия не приняла Эль. Надел ей на руку намекал на единение. Приподняла удивленно бровь сказала, что надо подождать. Чего ждать? Ее милости? Когда она решит обращаться со мной соответственно моему статусу?

Я — раган! Все должно исходить от меня!

Выделили в замке комнату и кабинет. На мои намеки что я раган Ардон хлопал глазами. Этот маг правда не знает кто такой раган? У меня должен быть лучший кабинет.

А вечера? Я смотрел ей в глаза. Ожидал, но … Солнце не зовет меня в спальню. Кого угодно кроме меня. Даже Саргана, на лице которого только холод и дерзость в глазах. А меня не разу за эти недели.

Я должен быть с ней каждую ночь. И я решаю кто к ней придет. Ревность съедает меня больше всего. Она моя! И я не собираюсь делить её с ними.

Не одну женщину так не хотел. А то что в ее состоянии женщинам хочется еще больше близости я точно знаю. Не верю, что в ее спальне мужья просто держат ее за руку.

К моему раздражению добавился приезд Бизани. Оддина Бизань видела иногда по воле Холода и Тьмы будущее. Негласно считалась жрицей Храма. Ее приезд — это всегда головная боль. То, о чем она скажет ложиться на плечи тяжким грузом.

Она передает ИХ волю. Волю наших богов. А мне ее нужно принять.

Бизань не спешила садиться. Она прошлась по кабинету, медленно, будто примеряя его под себя. Провела пальцами по спинке кресла Азура, по столу, задержалась у окна. Взгляд скользил по стенам с таким выражением, словно она уже видела, как здесь всё изменится. И только потом села. Не напротив. Чуть сбоку. Не спрашивая.

Я понял. Она оценила кабинет, мебель. Статус меня как мужа в семье. Не высокий.

— Азур.

Имя прозвучало спокойно. Слишком спокойно.

— Воля богов ясна.

Он не ответил сразу. В кабинете стало тише, чем должно быть. Даже огонь в светильнике будто притих.

— Четыре клана. Четыре реликвии. Открытый Храм.

Она смотрела не на него —сквозь него.

— У тебя всё есть.

Азур медленно сцепил пальцы.

— Она не приняла последнюю реликвию. Южный клан …

— …уже твой.

Она не перебила. Оназакончила за него. И только тогда перевела взгляд. Холод пришёл не сразу. Сначала — как тень под кожей. Потом

— Ты говоришь, как человек, у которого есть выбор.

Тишина. Где-то внутри дракон недовольно шевельнулся.

— Не забывайся, Бизань, — медленно произнёс он. — Я раган.

Она чуть наклонила голову. Не споря. Не соглашаясь. Просто рассматривая.

— Я помню, кто ты.

— Вопрос в том, помнишь ли это ты.

Холод стал плотнее. Давил на грудь. Она подалась вперёд. Совсем немного.

— Сделай терсия мужем. Прояви реликвию — Её голос не изменился. Ни на каплю. Не приказ. Факт. — Открой Храм. — И только теперь — тише: — Или скажи им, что ты отказался.

Дракон внутри вздрогнул. Азур откинулся в кресле, сдерживая дыхание.

— Внутри нее свет. Она носит ребёнка. Третий месяц.

Бизань замерла. На секунду. И этого оказалось достаточно, чтобы понять — онауже это знала.

— Поэтому и сейчас. После родов она станет слабее. Сейчас она — ключ. Потом — просто женщина.

Без жалости. Без сомнений. Она выпрямилась. Холод ударил по мне сильнее.

— Ты из рода хранителей, Азур.

Теперь она смотрела прямо в глаза.

— Или ты хочешь стать тем, при ком Храм окончательно замолчит?

Тишина. Долгая. Тяжёлая. Она поднялась. Никаких резких движений.

— Два шага, — сказала она уже у двери. — Ты знаешь какие. — Рука легла на створку. — И времени у тебя меньше, чем ты думаешь.

Она не обернулась. Просто вышла. И только когда дверь закрылась — стало можно дышать.

Она была права. Я должен подтолкнуть жену. Мне осталось два шага. Два дня — более чем достаточно.

12. 2 ступени

Бизань ушла. И вместе с ней — все сомнения. Да она была права. Печатью я еще не пользовался. «Две ступени, два шага» — мысленно повторил я. Принять это, а потом использовать.

Я покинул свой кабинет.

Долго искать жену не пришлось. Она сидела в малой гостинной, что-то рисовала на листах бумаги, смеялась и явно наслаждалась обществом Лисниэля и Марда, который сегодня вернулся домой после патрулирования акватории.

Нежность, улыбки, взгляды. Нежность, улыбки, взгляды. И ни одной — для меня.

Внутри неприятно дернуло. Раган им не нужен?

Посмотрим.

Желание увести её от них стало резким. Почти физическим. И я не собирался ему сопротивляться.

— Солнце — я наклонился, целуя ее макушку, аромат этой женщины тут же взял меня в свой плен.

— Азур — она подняла голову и легко чмокнула меня в подбородок — мы тут думаем, как правильно расширить улицы и дать им название. У тебя есть идеи?

Как мило. Она пытается меня этим поддеть или купить мое хорошее поведение. Неделями ведет себя как мой приятель, а не жена. При других своих мужьях почти не замечает меня.

Внутри странное чувство. Что-то среднее между злость и зависть.

Уверен, что этим магам достаются не только безликие вопросы про улицы. Но теперь все изменится. Сегодня.

— Думаю Мард и Лисниэль справятся сами. А вот мне очень нужна твоя помощь.

И это правда. Без тебя мне Храм не открыть милая.

Тяну ее за руки к себе. И быстро вывожу из комнаты. Подальше от остальных соперников. Сегодня на ней голубое платье. Это к лучшему. Довожу ее до своей спальни.

Пока она не успела задать вопрос — я опустился перед ней на колени.

Так определили боги. Артефакт тенгру активирует полное принятие мужа. Здесь печать рагана мне ни к чему. Жена у меня страстная, но вот ее окружение. Им я не доверяю. Я бы тоже не радовался новому мужу. Тем более рагану. Делиться этой женщиной нет никакого желания.

Кладу свои ладони на ее округлившуюся талию.

— Азур что случилось? — беспокоится она, поглаживая меня по голове.

Ее пальчики проходят по моим волосам раз за разом. Такая простая ласка, а мне от удовольствия глаза зажмурить хочется.

— Случилось то, что мне вручили лучшую жену в этом мире — шепчу я ответ.

Поглаживаю ее тело, целую бедра, руки. Вскакиваю на ноги чтобы целовать эти невозможно сладкие нежные губы, до стонов что срываются с них. Чуствую что прикосновения ближе к ее животу заставляют ее сжиматься. На душе становится легче. Все встало на свои места. Не раган ей был противен, а то что ее тело не такое идеальное во время беременности как при нашей встрече в Храме.

Моя нежная жена стеснялась меня. Другие мужья уже видели ее такой. Любили вовремя беремености ее в спальне, а меня она просто стеснялась.

Боги, какой же я дурак! Придумал себе невесть что!

Ласкаю свою глупую девочку. Поглаживаю сквозь ткань платья. Обнимаю, целую. Чувствую, что она уже горит после вех моих ласк. Да и чему тут удивляться, она страстная женщина, а я не зря старался доставлять своим любовницам удовольствие. Сейчас я чувствовал все что происходило с ее телом. Чем больше стараешься перед единением, тем желанней они будут отдаваться в следующий раз. А желание женщины многое меняет в постели.

Возвращаюсь к позе, когда я стою перед ней на коленях. Женщинам такое нравится. Я показываю ее власть надо мной.

Тянусь к подолу платья. Поднимаю медленно вверх. Начинаю ласкать между ее ножек языком. Долго без устали заставляю ее стонать, чтобы, почувствовав ее сладкие судороги в лоне, потянуть ее мягко вниз на дрогнувших ногах и посадить мне на бедра.

Сквозь пелену удовольствия и желания она едва заметила, что я уже лежу под ее телом на полу без одежды. Тяну ее за бедра вдоль своего тела чтобы медленно насадить на свой член.

Она широко раскрывает глаза, облизывает губки розовым язычком перед тем как протяжно застонать.

Да моя девочка. Я знаю, чего ты хочешь. Придерживаю ее бедра чтобы не вздумала двигаться и начинаю безумно долго и медленно погружасться в ее тело. Она тонет в этом огне что я разжег. Покусывает мои губы, ерзает на моем члене чтобы насадиться быстрей и глубже, но я не даю это сделать. Облизываю ее соски на груди через кружево на корсете, затем прикусываю.

Тебе будет это нравиться. Ты станешь приходить за этими ласками сама и просить о них моя жена.

Стоны срываются с губ один за другим, пока она не сжимается всем телом вокруг моего члена. Кусает мои губы, шею, царапает плечи. Падает мне на грудь без сил.

Я подхватываю ее на руки и вместе с ней иду к кровати, где сажусь в изголовье, поглаживая ее тело и волосы.

Все получилось.

12.1 2 ступени

Эль

Из грустного мужа Азур мгновенно превращается в чуственный

Ласкает мой новый муж восхитительно. Его язык находил на моем теле такие точки, что мне и дышать было сложно. Все тело затопило огнем. Каждый вздох и пытка и наслаждение.

А он все продолжал ласкать мое тело. Покусывал соски сквозь ткань платья. Поглаживал, целовал, прикасался. Заставляет стонать от оргазма сначала стоя, а затем и вовсе посадил меня сначала себе на лицо, чтобы еще глубже погрузить свой язык в меня, а затем и на свой ствол.

Удивительный мужчина. Это ведь был точно не просто секс, но медленно и методично он доказывал мне на сколько я ему нужна и как он в этом хорош.

Я и так поняла, что нужна тебе Азур. Станет ли муж, которому плевать на жену, ласкать ее с пузом размером с маленького теленка.

После бесконечно медленных и нежных толчков внутри меня Азур кончил вслед за мной.

Лежать на полу и дальше он не стал, а со мной на руках перешел на кровать. Положил меня сверху и продолжал гладить мою спину, бока, выписывать на моем теле одному ему известные узоры.

Это так сексуально и странно. Я чувствую его наготу и кожу своими бедрами, верхняя часть тела томится в платье, но вставать лень, да и оголяться в беременном состоянии перед Азуром нет никакого желания.

Поэтому я лежу, распластавшись на его груди. Оседлала своего рагана, придавила немаленьким беременным весом и наслаждаюсь остатками неги и жара что гуляют по всему телу вместе с его руками.

Бедра бесстыдно оседлали его бедра, руки обняли его торс. Не страха не стеснения нет. Стоит сказать спасибо местным богам за такого мужа.

Следующая мысль меня саму насмешила и немного напугала. Я трахалась с мужем драконом как в сказке. Вот этот самый дракон хотел со мной это делать или нет? Как бы перетереть с этой живностью за жизнь? Он вообще участвует в личной жизни Азура или наблюдает?

Да погоди ты Аннэль! Обрывают мои мысли тараканы. Главное здесь, что ты со своим новым мужем окончательно сжилась, спелась и соединилась. В данную минуту вы даже тела разъединить не успели.

«С мужем — драконом» — охнула я. «Китайским дракончиком» — спорят тараканы. С раганом. С этим согласны все. А вот это уже добавляет нам в жизнь новых вопросов.

«Может пока просто полежим?» — интересуюсь у самой себя. — «Без вопросов?».

— А когда ты успел раздеться? — хрипло спрашиваю я после всех своих стонов и неспешных размышлений.

Азур смеется красивым грудным смехом под моей щекой.

Кожа у него на бедрах и животе прохладная, гладкая как шелк. Ни единого волоска.

— Тебя только это волнует? — отсмеявшись спрашивает он.

— Нет, есть еще вопрос сколько у тебя было любовниц и где их лучше убить. Я ревнивая — честно поясняю я.

Кажется, он улыбается и целует мои волосы, висок, щеку.

— Не нужно никого убивать. Они все далеко и это было давно.

Каков хитрец. Сначала распалил беременную женщину. Удивил. А теперь мол и говорить не о чем.

— Посмотри на свою руку Солнце — просит он.

Поглаживает мою руку и тянет ближе к нашим лицам. Однако. Теперь его артефакт меня принял. Тонкий узор из мелких камней опоясывает все пальцы на левой руке, кольцо пропало.

— Что он позволяет делать? — спрашиваю я.

— Артефакт рода в западном клане весьма своенравный. По легенде он исполняет одно желание. Хочешь быть драконом как я?

Хм, таких желаний в моей голове точно не возникало. Мне бы мира во всем этом мире. Звучит банально, но я вот-вот второй раз стану матерью и не хочу, чтобы моим детям досталась война из-за какой-нибудь глупости венценосной особы.

За последние месяцы я вообще сильно повзрослела. Это королевство. Мужья. Завистники. Противостояние. Я устала, одним словом.

Ну, а вдруг это пригодится детям?

— Азур — мой голос перешел на шепот. — Это опасно?

— Ну, если только первый оборот — он все еще на своей волне. — Организм в первый раз как бы лепит вторую ипостась из твоей магии. А потом все происходит по памяти. Волноваться не о чем.

Я тяжело вздыхаю. Конечно мужчины с Марса, женщины с Венеры. Мужчина бы выбрал возможность усилить себя самого. Это естественно. А вот я усилений больше не хочу. А чего я хочу кроме мира для своих детей? Здоровья конечно, спокойствия, обычного детства без страданий и ужасов как было у Саргана и Лисниэля.

— Солнце — мышцы Азура на груди напряглись под моей щекой.

— Ммм, да — глаза закрываются сами собой.

Мне тепло и хорошо. А еще до дрожи сексуально засыпать полуодетой, когда твой мужчина абсолютно наг и открыт пред тобой. Надо с Сараганом попробовать.

— Мы теперь можем открыть Храм.

Я молчу. Столько разговоров об этом Храме. Иногда это даже напрягает.

— Солнце — зовет он с нетерпением.

— Я думаю Азур. Столько всего за последнее время случилось. Иногда хочется просто пожить в спокойствии. Без борьбы и лишних волнений. Храм ведь от нас не уйдет. Давай дадим нашим детям родиться, а потом займемся всем остальным.

И в подтверждение своих слов кладу его ладонь на свой живот, где малыши опять пинаются.

После моего ответа наступила тишина. Неприятная. Липкая. Словно азур надеялся на другой ответ, а теперь раздумывает что делать с этим неугодным ответом.

— А как же четыре клана? — спрашивает он.

— Причем здесь четыре клана? — удивляюсь я.

— Они ждут открытие Храма. Думаешь им не хочется иметь семью и стать счастливыми как мы? А сообщение от Тенгров? Велишь передать им, что наше счастье важней чем их желание встретить свою единственную?

Хотела двинуть Азуру по плечу, но потом что-то меня остановило. Серьезно? После такого улетного секса будем говорить о политике кланов?

— Ты ставишь на одну чашу весов меня, а на другую четыре клана? Есть свидетельство о том, как сама механика или магия открытия Храма подействует на беременную женщину? Есть гарантия что я не наврежу? — притрагиваюсь без слов к животну.

Азуру этот жест ясен. Он молчит и кусает губы.

— Есть еще кое-что. Нужно принять Шейлана мужем — неожиданно говорит он.

— Это здесь каким боком? — удивляюсь я и ерзаю на его теле.

— После принятия Шейлана. Все четыре артефакта придут

— Все не так просто — пыхчу я и пытаюсь спрятать лицо у него в объятьях. — У Шейлана был шанс, а он … повел себя как дерьмо — выпаливаю я.

— Он сказал, что очень сожалеет и хочет все исправить.

После этих слов меня даже в дрожь бросило и пришлось Азуру меня успокаивать.

— Ты мне смотри — пригрозила я пальцем. — Между тем что говорит он и я прочитала в его мыслях есть существенная разница. Он решил, что я просто самка, а он меня… — я подавилась ругательствами как всегда при мысле об этом зарганце из южных. — удовлетворит — выплюнула я из себя — и тут же получит все что хотел.

— Милая в политических браках всегда так бывает.

После этих слов мне слегка поплохело. Голос. Сейчас голос Азура был каким-то избирательно добрым и вкрадчивым.

— Он тебя обидил я понимаю. Но ты не хочешь принимать его мужем как остальных. Хорошо. Ты можешь принять его и оставить все так же — слишком вкрадчиво разливается голос Азура.

Только эта мужская хрипотца и низкие нотки больше не возбуждают, а раздражают.

— Тогда зачем принимать? — поразилась я его логике. — Я не приемлю ложь в семье. А если он не станет частью семьи, то для чего мне принимать мужем того, кто наплевал на меня и мои …

Я уже расхотела нежиться на его груди. А Шейлана захотелось прибить. Ходит и жалуется всем на меня. Азуру на уши присел. Кому еще про жесткую меня ходит там рассказывает? Мм?

— Для гормонии твоих магических потоков — гладит по голове и ждет мою реакцию.

У меня внутри даже волна гнева поднялась.

— Азур — начало я проникновенно и зло, боюсь не понимает этот раган смысла в том, что я говорю. — Политический брак по-вашему с Шейланом мнению должен приносить удовлетворение моральное или физическое. Так вот физического удовлетворения мне хватает. Мужей у меня много и все меня любят активно и часто — от этих слов губы Азура дрогнули. — Моральная сторона вопроса меня совершенно не трогает. Мне не нужны предатели, интриганый и самцы которые думают, что все вопросы с женщиной решаются в постели. Я не то что принимать… видеть его не хочу. А свои извинения пусть затолкает в свою собственную задницу. Судя по его действиям у него там мозги находятся.

Азур молчит, но его рука на моей спине застыла, а в синих глазах мелькает столько мыслей. Едва сдерживаюсь от того чтобы не прочитать.

— Есть события и решения, которые мы не можем отменить — подбирая каждое слово говорит он. — Вы решили объединить все кланы. И пойти сейчас на попятный будет еще хуже, чем принять Шейлана в семью мужем.

Я шумно вздохнула чтобы хоть немного успокоиться. Этот раган такой же как Шейлан. Все для него только политика и выгода. К черту ваши игры! Я в новом мире чтобы обрести счастье.

— Да, есть такие события, которые не отменить — после дыхательного упражнения соглашаюсь я. — Как бой со Звером. Как защита от Кафтара. Как приезд тенгров. Но в своей семье я хочу быть просто любимой женщиной. Не политической единицей, не одним из условий договора. А просто счастливой и любимой женщиной — чеканю каждое слово и смотрю ему в глаза. — наш с тобой брак вообще принуждение. Думаешь мне легко было тут же тебя принять? Или осознать тот факт, что у меня появился в семье старший муж не знамо зачем? А я тебе скажу, как обстоят у нас дела. По твоей логике мы тут с тобой перешли черту политического брака, речи о близости между нами не было. Такого мне Храм не озвучивал. С другой стороны, в моей семье все мужья имеют равные права. И потому я не задаю тебе вопросов, которые могут тебя смутить и задеть сейчас. А вопросов поверь мне много. Я даю тебе такой же шанс быть счастливым с нами, как и остальным мужьям. Быть со мной не из чувства долга и выгоды, а потому что тебе хочется. Но если у тебя нет такого желания тоже пойму и отпущу.

Иногда хочется мне мужиков этого мира просто придушить. Я понимаю, что многих из них обижади женщины и это деформировало их характер. У одних перекос в сторону жестокости, у других — покорность перед любым желанием женщины. Но эта их упертость в плане женитьбы и всех этих правил о семье… уже достала. Неужели они не видят, что эти правила делают их несчастными. А семья это и есть счастье! Она должна приносить счастье! А иначе для чего это все?

— Знаешь Азур — я сползла с постели и к моему стремительно улетучившемуся настроению добавилось и то что останавливать меня раган не спешил. — Я тебя предупреждала, что наша семья не совсем обычная. Давала тебе время подумать.

Глаза моего нового мужа сияют совсем не от счастья или обиды. В них отражается что-то другое. Ну, и я сейчас счастья не испытываю. Одергиваю платье, выпрямляю спину.

— Я люблю своих мужей — сцепив пальцы произношу я, глядя ему в глаза. — И от них жду того же. На первом месте будут наши нужды и желания, а политика… — брови Азура дернулись. Кажется, рагану есть что сказать, но он смолчал.

— Политика и семья невоместимы. Посмотри хотя бы на свою мать. Принесла ей счастье эта политика?

На этом разговор и сближение было окончено. Еще несколько минут назад — это был нежный и страстный любовник. А сейчас между нами повисла липкая тишина непонимания. Похоже Азур был на меня обижен. Я тоже не была в восторге. Стоило догадаться, что наша семья для кого-то не является образцом для подражания. И этому зарганцу на постели, что сверлит меня взглядом, положение «все равны» явно не нравилось.

Из комнаты я выходила злая, но тревожный звоночек в голове услышала вполне четко.

13. Ужин с раганом 1.1

Сказать, что я был зол, будет не правда. Внутри клокотала ярость. Я хотел семьи. Но не той странной, что она мне предлагала, а семьи согласно законам и традициям нашего мира.

Да и не было в ее отношениях с мужьями раноправия. Они бегали за ней, а она только улыбалась и чаще всего уединялась с Сарганом. Та же история что и в семье моей матери только

Бизань была права. Здесь нужен не просто муж, а раган. Я вызвал стражей что патрулировали сегодня в замке и велел привести мою мать в свой кабинет. Когда в глазах этих зарганцев из южного клана мелькнули сомнения моя вторая сущность зарычала.

— Исполнять! — рявкнул я.

Такого больше не будет. Это было мое обещание себе. Никто больше не станет проявлять ко мне неуважение и сомневаться в моих приказах. Дракон внутри одобрял.

Ждал я долго. Когда привели в кабинет пленницу в голове был четкий план действий.

Вся красота и лоск с матери слетели за эти недели. Одежда на ней была цела, о том, как ее кормят я тоже знал, а вот на лице ее было видно все, о чем она думала за эти дни.

Вся злоба и бессилие проступили на ее лице. Получается Солнце не только смогла ее победить, но и осуществила тот план, что она лелеяла столько лет. Кивком велел ей сесть. Смотреть на ее лицо было сложно.

Это вообще больно хоть я уже взрослый мужчина. Сознавать что для матери я был не ребенком, а частью плана. Теперь хотя бы стало ясно почему Азир был ее любимцем. Дело в отце. Моих отцов она не просто использовала, но и убила чтобы расчистить себе дорогу. Жестоко. Умно.

— Как они умерли? — хрипло неожиданно для себя спросил я.

— Еще поплачь — презрительно скривила она губы.

— Как они умерли?! — я бахнул по столу кулаком.

От неожиданости Лишана подпрыгнула на стуле и облизнула сухие бледные губы.

— Сначала поймали в ловушку. Обоих. Потом столкнули со скалы — говорила она спокойно, а вот голову задрала. Храбрится. — Что убьешь теперь? Убьешь мать?

— Ты самка, а не мать — тут же затыкаю ее фонтан эмоционального давления. — Одного сына где-то держишь под стражей. Другого отправила на задание. Третьего лишила наследия в клане, а четвертого сделала пиратом слабаком, который только женщин воровать способен. Где ты здесь увидела мать?

Лишана отвела взгляд в сторону окна. Ее губы дрогнули, но она сдержалась.

— Тебе не понять — сухо заметила она. — В твоей жизни с самого начала все было. А я карабкалась к этому долгие годы. Ты не познал не холода, не голода. Твоя жизнь была тиха и размеренна. Я хотела отдать тебе клан после объединения.

Потом она замолчала, а ее руки неожиданно вцепились в складки платья.

— А материнство было для меня недосягаемой роскошью…

— Ну, да — перебил ее я — родить четыре сына — это не повод стать матерью. Странно что ты вспомнила как защищать своего сына, когда Кейран чуть не умер.

— Я не могла этого допустить! — она повернула ко мне лицо опять отражавшее только ярость. — У меня получилось! Почти! Если бы не эта девка! Шайд даже смотреть мне в лицо при ней не хотел. Сделал вид что не знает меня. А Звер едва приехав побежал на нее любоваться. И сразу другой план придумал. Тоже захотел себе оставить. А что в ней есть? Ничего! Кожа, да кости.

Грудь Лишаны тяжело вздымалась, она кричала и плевалась. Шипела. Сыпала проклятьями пока не обесилила. А я впитывал недостоющую информацию.

— Ты вернешься — в клан — после всей этой бури сказал я. — Будешь там тихо сидеть. Больше ты не тенгру. Живи своим домом. Кейран если захочет останется здесь. Если нет — держать брата не стану.

— Возомнил себя сильным — усмехнулась она. — Или поверил, что в этом замке твоя власть будет главной? Да, те стражи что вели меня только что, есть не сели. А шли так медленно что мы могли кружок вокруг Эльзара сделать. Здесь она всем заправляет! — выплюнула она в конце.

Пытается меня разозлить. Глупая.

— Верно, зачем мне спасать такую как ты… ничтожная зарвавшаяся в своей власти самка. Верну тебя назад в подвал. Там ты сможешь еще подумать над своей жизнью и материнством — задумчиво говорю я.

— Что зубы прорезались? — оскалившись шипит она. — Вспомнил что такое борьба и сила?

— Всегда знал. Просто сейчас мне мешает рядом самка, которую будут воспринимать как мою мать. Моим людям не надо знать кто ты на самом деле.

Я чуть потянул вниз ворот рубашки, чтобы Лишана смогла увидеть печать.

— Раган — выдохнула она и уже через секунду пришла в себя. — Это все меняет Азур. Прикажи ей принять всех братьев! Прикажи это сделать! А старых мужей убери. Война или стычка с Арильяном. Неважно. Убери их с дороги. Останешься только ты и братья.

Она говорила торопливо, ее глаза бегали. Лишана сново обрела цель.

— Ты должен быть чист Азур для всех. Я сама возьмусь за это. И южных возьму, тех что со Звером приехали. Они поставят Азира во главе клана и будут его поддерживать. Кейран… ему надо придумать историю с тем что случилось. Афир! Выпустить, а потом свести с девкой. Он должен быть доволен. Нам нужно спешить. Теперь понимаю, что ты отправляешь меня в клан по необходимости. Я подготовлю …

— Заткнись! — я взял ее за плечо и встряхнул. — Я не стану убивать побратимов ради твоего плана. Моя единственная цель это убрать тебя подальше. У рагана не может быть матери в подвале. Теперь поняла?!

Лишана скорчилась в своем кресле, и я убрал руку.

— Чтобы не мешала твоим планам — слово планам она выделила и подняла на меня потухший взгляд.

— Именно — подтвердил я. — Вот портальный камень. Бери его и возвращайся. Никаких планов и интриг. Просто живи. Я буду проверять.

Двигаю по столешнице камень в ее сторону. Она закусывает нижнюю губу и цепко хватает камень. Даже не взглянув на меня исчезает.

Оно и к лучшему. К чему мне такая мать? А если в ее голове вспыхнет еще один план? Тогда остановлю. Навсегда. Но смеяться над раганом никто не будет. Что это за раган у которого родная мать сидит в подвале? Червяк какой-то, а не раган.

Отправляю сообщение всем побратимам. Прошу собраться вместе на ужин. От слова «прошу» в сообщении меня коробит. Как будто не прошу, а умоляю их уделить мне время. «В последний раз» — уговариваю себя. Когда раздумывал, где собирать их на ужин, слуга с кухни увидел мою жену. И тут же бросился к ней. Тьма, тебя побери!

— Оддина, где накрывать ужин для вашей семьи? — слуга смотрит ей в глаза, а она на

Без злости. Изучает. Поглаживает дочь по голове, вторая вертиться за спиной. Играет с ней в прятки. Хайтин машет мне рукой. Дети приняли меня в семью сразу. Улыбаюсь им. Скоро и у меня будет такой одаренный малыш или два. Нужно подумать.

— В малой гостинной конечно — Солнце кивнула мне, улыбнулась и пошла дальше.

Да, мне говорили, что она не злопамятная. Это хорошо. Не будет криков и ссор после всех перемен что я начну осуществлять.

Вечером, я пришел в гостинную первый. Решил посмотреть, как они собирутся чтобы мне решить кто друг, а кто враг. Кому будет лучше дать только указания без доступа и общения с женой, а кто станет для меня надежной опорой.

Первыми пришли на удивление Мард и Сарган. Даже втянули меня в разговор про войну с Арильяном. Империя выслала свой флот, который плавал у самых границ, но пока не нападал. Реакции этих двоих я опасался. Слишком боевые.

Потом пришли Зайлос и Шайд, оба сумрачные, что-то приключилось в городе. И как мне пояснили «зарганские проблемы» всегда на них. Ардон пришел с листом бумаги в руках и явно о чем-то крепко задумался. Потом окинул всех за столом взглядом и извинился. Лист бумаги и перо-артефакт попали в его кармане. Последним был Лисниэль.

Я сел во главе длинного стола. Никто и слова не сказал, но по лицам видел, что заметили и им не нравится.

— Решал вопросы в замке — вместо извинений сказал он.

Потом перевел взгляд на меня.

— Лишана пропала.

Эта новость заставила всех встрепенуться. Я уже был готов. Встретился с ними взглядом.

— Я ее отпустил — предупреждая все вопросы и крики сказал я.

В гостинной повисла опасная тишина.

— Значит мы ищем среди своих шпиона… а ты ее просто отпустил? — полузадушенным шепотом спросил Шайд.

— Она дважды покушалась на Эль — сказал Сарган. — Ее нельзя выпускать из виду.

— Почему не сказал нам? — чуть нахмурился Лисниэль. — Да она твоя мать, но это наше семейное дело. Такие вопросы мы должны решать вместе.

— Нет — жестко припечатал я — раган не будет давать вам отчеты в своих действиях.

Зарганцы на меня как-то странно посмотрели. Шайд напрягся. А вот магам требовалось пояснение.

— Это он, о чем? — нахмурился Лисниэль глядя на Зайлоса.

— Он с нами яйцами помериться решил, что ли? — с усмешкой на губах спросил Мард. — Ну, так пошли. Там три кафтарских корабля в соседнем фьёрде стоит. Сейчас посмотрим кто быстрей их …

Я чуть сдавил их печатью. Не зарганцев. Только магов. В их глазах плескалось непонимание.

— Никто мериться не будет — усмехнулся в ответ Марду. — Раган — это старший муж. Тот, кто говорит, а остальные исполняют. Моя мать будет жить в своем клане под моим присмотром.

Радости на лицах не было как я и думал. Больше всех проявляли агрессию Мард и Сарган. Скатерть на столе рядом с ними уже дымилась. Пришлось надавить на них снова. Застыли. Только глазами вращают. Тело под моим контролем. Печать прекрасно работала и на магах.

— Ты что в рабов нас решил превратить? — неожиданно четко и ясно спросил Ардон.

Кажется, маг земли молчит не потому что ему нечего показать другим мужчинам, а потому что до определенной поры ему плевать на любую политическую возню. Ардон не тихоня. Он живет своей работой. А я его сейчас разбудил от спячки.

— Нет — четко говорю я. — Но ослушаться меня не советую. Боги дали мне эту печать рагана и дали цели. Я не отступлю.

Лисниэль откинулся в кресле и задумчиво посмотрела на Ардона, тот кивнул головой. У них есть свой язык жестов. Неприятно. Опасно для меня как для рагана. Но вполне ожидаемый ход, который я могу превратить в ничто.

— Вы ничего не скажете моей жене — велел я. — Не об этом разговоре не о том, что я говорю вам наедине. Таково мое распоряжение.

Зайлос выпрямился в кресле и его синие глаза засияли ярче. Что-то кошак напрягся.

— Чего ты хочешь Азур? — спросил этот синеглазый кошак.

— Раган — рыкнула моя вторая ипостась. — Обращайся ко мне только так.

— По нашим традициям — Зайлос не стал меня слушать, а обратился ко всем побратимам. — Рагана избирают все побратимы после голосования. Раган это опора оддины. Ее беспрекословная защита и опора. А ты хочешь скрыть от нашей жены, что печатью принуждаешь слушаться тебя.

— Эту печать мне дали Боги Зайлос. Наши Боги — Холод и Тьма. Или ты и в воле Богов сомневаешься? И я не наврежу своей жене. Она носит свет. Не стоит ее сейчас волновать мужскими делами. Это ты хотел услышать?

Все молчат. Магам моя власть конечно поперек горла стоит. И это они еще не знают, что я и с женой их общение ограничу и сделать они ничего не смогут. Мард с Сарганом под действием печати застыли и в беседе не участвуют, только жгут под собой кресла. Ардон и Лисниэль о чем-то молча договорились. Остались зарганцы. Зайлос похоже колеблется, между тем как хорошо и удобно было раньше, и тем, что должно быть по нашим традициям, если в семье есть раган.

— Повторю вопрос Зайлоса. Чего ты хочешь Азур? — открыл рот Шайд разглядывая салат в большой миске.

Солнце любит из такой раскладывать мужьям по тарелкам. Целовать каждого, что-то говорить. Но последние дни животик ей не позволяет. Двигается она все меньше. Тяжело.

— Для начала открыть Храм — сообщаю я. — Завтра мы соберемся все вместе и Солнце примет Шейлана в мужья.

— Не примет — ухмыляется Лисниэль.

— Если попросит раган примет — обрываю его веселье.

— Станешь давить магией на беременную женщину? — жестко спрашивает Ардон. — Серьезно?

— На мою жену я давить не стану — исправляю его. — А лишь покажу как работает печать. Она сама все поймет и примет его если вы все покажете, что это нужно сделать. Он уже терсий. Поменяется лишь его официальный статус. Четыре клана — четыре артефакта. Или вы не знали, что так будет, когда решились дать жене свои родовые реликвии? — спрашиваю с зарганцев, а намекаю всем остальным.

— Вы прибыли к горе Соркал — родине Зарганцев. Назвались объединенным кланом и на этом успокоились? С Богами не шутят. Сегодня приходила жрица Бизань и подтвердила мои опасения. Времени уговаривать нет. Нужно принять Шейлана в клан и открыть Храм как можно скорей.

В голове начало шуметь. Виски сжало болью. Все же мужья у Солнца подобрались сильные, даже мне с печатью рагана сложно

— Мард отправляйся решать вопрос с кафтарцами и Арильяном. Сейчас!

Тело мага поднялось, он даже сделал пару шагов к двери, а потом обернулся.

— Я вернусь и поговорим … раган — издевательски протянул он.

Когда он ушел стало легче. Сдерживать только Саргана не составит труда. Лисниэль и Ардон выбрали видимо тактику выжидать и наблюдать. Пусть так. Пока не мешают мне.

— Она не согласится — масируя свои виски произнес Зайлос. — Это плохая идея. Тебе лучше помириться с Мардом и Сарганом. Нам всем нужно научиться договариваться и решать вопросы мирно. Эль будет недовольна, когда узнает про конфликты в семье.

— Солнце или вы? — спросил я прямо.

Мои читающие девочки, предлагаю зайти ко мне в канал за артами и деталями мира Арильян Приглашаю насладиться доп.контентом с артами и деталями мира Арильян

ЗАХОДИ И НАСЛАДИСЬ

Как вам Шайд? Спасибо за арты моему другу Аргелиону!

Вы знали что бесит Эль в Шайде? А что позволено Ардону? Там можно найти бестиарий, нежные моменты, стекло, тайны. Музыка для каждого героя

14. Ужин с раганом 1.2

Переплетаю пальцы и смотрю на всех собравшихся.

— Все — подтвердил Лисниэль. — Наша семья живет в мире и согласии. Это наш выбор.

— В таком согласии, что вы за столько времени не смогли найти ей мужа из южного клана?

— Открыв Храм мы станем сильны как никогда — говорит Шайд. — Оставшиеся в Арильяне зарганцы вернуться сюда. Тенгры будут нашими верными союзниками. Магические ветры вернутся на гору Соркал и воздуханы не станут преградой у западных островов для зарганцев.

Наконец-то! Я сдержал свой вздох. Хоть кто-то знает, что такое обязаности. Возможно Шейлан мне и не понадобится. Вдвоем с Шайдом мы сможем зачать мое дитя с женой. У Шайда уже есть дочь, так что ребенок родится моим наследником. А еще лучше если дочь. Дочь сможет возродить клан западных. Соберет сильнейших воинов в своей семье, как это сделала Солнце.

— Она не потерпит давление — отвечает ему Зайлос. — Вспомни что ты наделал в тот раз! Ты хочешь остаться без нее? Уверен? Хотя, о чем я. У тебя теперь есть сын.

Я думал эти двое как кровные побратимы. Всегда вместе, всегда едины. А оказалось, что как кошка с волком еще и тайны есть.

— Ну, подумаешь — включился в разговор Ардон наливая себе вина из стеклянного графина, который начали делать в нашем клане неделю назад маги огня. — Появится еще один муж. У Эль каждый следующий муж все сильнее и сильнее. Кто там пострашнее рагана — дракона? Макараган какой-нибудь? Придет и врежет Азуру по …

Все смеются. Даже застывший Сарган улыбается через силу.

Всерьез меня не восприняли. Не вижу на их лицах или в глазах послушание и смирение. придеться пойти путем силы.

Я стукнул по столу и так сдавил Ардона печатью, что он захрипел. Дернувшегося Лисниэля тоже прилепил к креслу.

— Вот значит какие мысли у вас в голове — прошипел я, наблюдая с удовольствием за мучениями Ардона. — Должен вас растроить. Без разрешения рагана жена больше в брак вступить не сможет. Не по желанию, не по договору. Я здесь власть! Я закон! Вы подчиняетесь и молчите. Богов не уважаете — бросил взгляд на Шайда и Зайлоса. — Храм для вас шутки? Будете делать как я сказал.

Хрип Ардона стих. Я отпустил его и всех остальных вместе с Сарганом тоже. В глазах магов полыхала ненависть. Ожидаемо.

— Идите. Сказать вы ей ничего не сможете. Сделать против меня тоже. Печать не позволит.

Маги встали. Сарган подал руку Ардону и помог встать. Лисниэль приложив руку к его горлу снимал боль. Теперь у меня четыре врага. Плевать. Они не поймут, они не зарганцы. А если будут сильно мешать можно действовать и по плану Лишаны. Боги видят что я не хотел… но и лишаться жены, будущих детей и объединенного клана не собираюсь.

Зарганцев оставил знаком на месте. Когда за магами закрылась дверь, заговорил.

— Что за история произошла в прошлый раз? — впился взглядом в злое лицо Шайда.

— Я на нее надавил, и она сбежала — пояснил он. — А когда сбежала, нашла Зайлоса. Он стал шестым мужем. Обманул ее. Дал заплести косу с рангами. А она назло нам приняла его, а за обман не наказала.

Солнце … она может сбежать. Внутренняя сщность недовольно дернулась. остаться без своей жены я не хочу. Она примет любого мужчину назло? Готова рисковать и бороться значит.

— Сейчас не сбежит у нее дети — успокоил их я. — Вам тоже надо объяснять кто мы и что нужно сделать? Шайд — громко позвал я.

— Не надо — согласился он. — Я говорил, что Шейлана надо принять. Пусть сидит в своем шатре у городской черты и дальше. Принять не значит, что он будет здесь рядом с нами?

Вопрос адресован мне, и я кивнул головой. Согласен полуживой южный зарганец мне не нужен. Перевел свой взгляд на Зайлоса.

— Она разозлится Азур — он остановил рвущийся из груди приказ называть меня раганом — и традиции не говорят о насилии в семье. Только о разумном управлении в руках рагана. Эль любит всех наших побратимов. Она не станет терпеть твое давление. Договорись с ней. Найди нужные слова. Эль весьма мудрая женщина.

От этих слов мои зубы заскрепели, пальцы обхватили подлокотники изо всех сил. Тоже мне умник. Решил мне советы раздавать.

— У нас нет времени на уговоры. Жрица Бизань передала волю Богов. Наше дело исполнять. Сейчас в ее крови бушует свет детей. Потом после родов она будет волноваться о войне, потом она найдет еще десятки причин, чтобы не принимать Шейлана мужем. Она не только мудра, но и хитра — усмехнулся я. — Догавариваться с ней я буду потом. После открытия Храма.

— Уверен? — упрямо поджимает губы Зайлос.

В одном этом слове он хотел сказать, что все последствия этого решения нужно обдумать сейчас, но черту между неповиновением рагану не переступает. Хитрый восточный тенгру. Они всегда были такими. Осторожными и верткими.

Если все получится у меня, то он предельно вежлив с раганом. Если победит его женщина, то и меня он уговаривал отступить.

— Зая у нас всегда такой — ухмыльнулся Шайд и его шрамы порозовели от гнева. — Боится рукой махнуть чтобы ветром бабочку

Зайлос хмуро на него смотрел, но ждал пока северный тенгру закончит говорить.

— Я живу по традициям — тихо сказал он — но и терять жену не хочу. Дело ваше. Эль не прощает предателей и ложь. Она пережила похищение. Переиграла Слепца и торговцев. Выжила после… — он выразительно посмотрел на Шайда. — Я не буду занимать ничью сторону. Я люблю Эль. Она моя оддина, и я хочу быть с ней. Хорошенько подумайте Азур и Шайд прежде чем завтра решите на нее надавить. Это Эль!

— Она оддина и исполнит свой долг перед зарганцами. Разве это плохо? — тихо зверяя спросил Шайд. — Или тебе удобно выставить меня врагом перед ней? Вели ему молчать обо всем! — бросил Шайд взгляд на меня. — Зайлос всегда забывает, что это мужчина должен защищать женщину, а не наоборот. Наша обязаность защищать огонек. Чем сильнее наш клан, тем меньше опасности для нее. Что будет если выкрадут нашу жену? Кто мы без нее? Кучка мужчин, которые живут в замке? Ради детей возможно с нами останутся зарганцы. Но что потом? Выдадим вторую дочь за любого лишь бы в замке была оддина? На это ты согласен? Готов поменять жизнь и судьбу дочери ради небольшой уступки со стороны Эль?

Зайлос побледнел. Такого видимо восточный не ожидал. Да, и я не думал, что Шайд способен так бить словами. Из него выйдет хороший союзник.

— Ради нашего ребенка — я пожертвую своей жизнью — твердо произнес Зайлос. — Но ты не видишь главного… это не маленькая уступка. Это то чего птичка не любит больше всего.

Дальше Шайд его перебил и не стал слушать.

— Это порядок Зайлос! Порядок на основе традиций. Все как ты любишь.

Оба зарганца с гневом смотрели друг на друга. Зайлос резко встал и кресло со стуком упало. Он посмотрел мне в глаза кивнул головой.

— Раган — вопросительный взгляд и получив мое разрешение удалиться, быстрым шагом покинул малую гостинную.

На столе стояли миски с салатами. Остыли блюда с мясом и овощами. Похлебку Солнце не любила. А наш ужин с раганом прошел совсем не по плану. Что если ей доложат? С тарелок не съедено и кусочка. Я напрягся.

— Что она сказала, когда вы пошли на ужин? Удивилась что ее не позвали?

— Она была занята детьми — ответил Шайд. — Да, и ей все тяжелее передвигаться. Осталась последня неделя перед родами.

Последняя неделя. Магов пока трогать нельзя. Даже Саргана и Марда. Неизвестно кто отец детей что она носит. Мы знаем только то, что это еще одна двойня. Солнце сильная оддина. Если каждый раз будет рождать по двойне, наш клан станет самым сильным.

— Шайд — я говорил, поглядывая искоса на северного тенгру. — Теперь все поменяется.

Северный молчит. Он не дурак. Грубый, резкий, но понимает, что следует за этими словами. В его серых глазах только упрямое согласие с тем что я говорил. Больше мне пока и не надо.

— Знаю. Не напугай ее завтра. Огонек может от страха сделать то, что и в голову тебе не пришло. И на магов больше не дави. Сдерживай как Саргана. Даже если они не скажут, она почувствует.

Выходит, и он полностью на мою сторону не встал. Только понимает, что так будет выгодней для зарганцев. А нужен ли мне такой союзник? Все больше вижу, что Лишана в чем-то была права. Шайда можно заменить на Кейрана. Сына он не принял. Только поговорил с ним раз за закрытыми дверями, порычал. И Кейран остался на первом этаже. Тихо жил, общался с моей женой. Несмотря на все произошедшее она его не винила, прочь не гнала. Зайлоса заменит его брат Афир, говорят он очень красив. Проблема будет с Азиром, но его можно принять, а в замке не оставлять.

Зачем мне уговаривать этих магов и двух недалеких тенгру? В них нет ни особой силы, ни пользы для клана. Вместо траты времени на договоры, я всегда могу их заменить.

Неприятно сдавило в нутри сердце. Чем я лучше тогда Лишаны? Тем что я не соблазнял восемь мужчин для рождения четырех братьев от разных тенгру?

Завтра я дам им последний шанс, пообещал я своему сердцу. В присутствии Солнца они станут мне верны или я их заменю. Зачем мне шесть врагов в моем доме?

— Конечно, Шайд — выдавил улыбку для своего пока побратима. — Зачем мне пугать жену? Маги против печати пойти не смогут. Вреда не причинят. А в вас с Зайлосом я уверен. Просто поужинаем завтра. И все решим. По-семейному.

Просто ужин с раганом. Еще один.

15. Пикник

Шейлан

Она согласилась! Я шел, опираясь на свою трость и чувствовал, что с каждым шагом слабость овладевает всем телом. Колени едва держат меня. Картинка перед глазами становится не четкой. Родовое проклятье работало в полную силу. Тело разваливалось день за днем.

Вот тогда в череде дней и отчаяных мыслей. Солнце наконец разрешила мне себя увидеть. Я упорно шел к садам на плато. Встретил в черте города Шайда и Зайлоса. Один посмотрел со злостью, другой с тоской. Наверняка уже в курсе куда я спешу. С старался ничего не им не показать. Потому что мое счастье наверняка для них станет болью и дойду ли я потом до сада, где меня ждет Солнце неизвестно. О неконтролируемой ревности Шайда знают все.

После того ужина с раганом все резко изменилось.

Сразу после ужина Солнце вместе с Сарганом отправились на помощь Марду. Бой с армадой Арильяна был быстрый и безжалостный. Солнце отправила с мужьями такую волну огня на армаду, что весь такелаж и большинство захватчиков сгорели сразу. Бывший принц, а с недавних пор новый император не был найден. Не ясно сгорел он сразу или настолько изуродован, что его решили не узнавать и в столицу не возвращать. Любви у народа и своих приближенных он не снискал. Министры искали в столице срочно бастардов прежнего императора.

Род императора всегда был малочислен. Не хотел он разбавлять свою полубожественную кровь. А что теперь? Прямых наследников нет. Императрица — кукла без детей. Марионетка. В Арильяне есть новые каратели, нет законного императора, и не один моряк не желает плыть к землям Эльзара по собственной воле.

Для Арильяна Солнце Эльзара — кровожадная тварь, что собрала вокруг себя поганых зарганцев. Она стала из лакомого куска в виде магически одаренной дурочки, что призвали в Арильян, опасной и зубастой тварью.

В собственной семье

Когда Солнце пришла в порт и услышала эти шепотки снова, только улыбнулась и встав в центре портовой площади крикнула:

— Хотите бросить мне вызов? После того как я с мужьями в очередной раз спасла вас от Арильяна? Бросайте! Там арена на которой встретимся — кивнула она головой на место, где уже однажды убила южного зарганца. — Что замолчали прославленные воины? За столько веков не смогли объединить кланы сами. Не смогли отвоевать свою землю у Арильяна. А я смогла! Как жертвенные барашки умирали в лапах карателей! А я их остановила! Никто не мог сравниться с кафтарцами на море, а мы с мужьями превзошли их и возглавили. И после всего этого вы решили вспомнить, что я не зарганка?

От Солнца летели золотые искры. Она была в гневе еще прекрасней. Крылья ноздрей трепетали, волосы волной стелились по плечам и рукам.

— Пришлите вызов ко мне в замок после родов или не шлепайте губами как вздорные бабы!

Там же оказались и Шайд с Зайлосом, кому-то из зарганцев в толпе прилетело в глаз, кому-то в скулу. Шепотки стихли. Она была права. Когда нужно было действовать она и ее семья поступали как лучше для всего Эльзара. На их плечах держались кафтарцы, тенгры, морские победы Марда, расширение городов и поселений Эльзара. Тех, кто не желал это признавать злило именно то, что она права.

Азур фактически пересла быть ее мужем, как и Шайд с Зайлосом, но если последние двое не оставляли попыток вернуть все назад, то Азур был более проницательным. Прощения жены он за свои планы не получит.

Солнце открыла Храм через день после битвы с армадой Арильяна. Азур занялся всеми вопросами, связанными с Храмом. Лишана отошла от дел с тенгру. Так что и там Азур занял свое законное место. Про его младшего брата знали только то, что он промышлял все тем же пиратством недалеко от западного тенгру. Но этого мелкого засранца никто пока не трогал. Ему и его людям появляться в Эльзаре было запрещено под страхом смерти.

Считаю, что заслуженно. Он не только своровал Солнце с корабля до всех этих событий, но и пытался похитить второй раз по приказу его собственной матери. Шайд грозился закопать его живьем в песок Арены, а Мард за пыльцу привязать к носу своего флагмана.

Через неделю после ужина с раганом у Солнца прошли вторые роды. И тут все зарганцы узнали кое-что новое. Артефакты нашего мира не могли показывать тройню. А Солнце родила троих детей сразу. Три месяца весь Эльзар говорил только об этом. К сроку имянаречения к Эльзару стекались послы стран, тенгры, воздуханы прислали наблюдателя, княжество Градан своих лучших воинов. В общем всех, кто слышал о тройне лихорадило.

Конечно Солнце и здесь смогла превзойти все ожидания. У нее появились на свет два сына от Саргана с его магией и красотой, и удивительная дочь Марда. Тонкие черты лица как у матери, золотые волосы отца и характер тоже его. Едва успев открыть глазки, она заявила, что ей нужен корабль, потому что она будет плавать как папа и стрелять огнем как мама. Мард был шокирован и горд одновременно. Все было как он хотел. Его ребенок родился магом огня, моряком в душе и дочерью. Чувствую, что рыжий на этом не остановится.

Сыновья Саргана были его точной копией. Сосредоточенные даже в пятилетнем возрасте, серьезные. Отец был для них почти богом, а мать объектом поклонения. В зале приемов оба мальчика уже кидали пульсары боевой магии от чего воины из Градана восхищенно кричали в голос. Такая военная мощь в пятилетнем возрасте не шутка! Приглашали Саргана прислать на обучение детей к ним. Сарган туманно, но вежливо отказался. Воины понимали. Такое сокровище нужно клану. Детей главы клана им не уступят даже для обучения.

На второй день праздника стало ясно почему в королевстве такой наплыв послов и заинтерисованных лиц. Солнце Эльзара родила за короткий срок пятерых детей, двое из которых свободные от обязательств дочери, магически одаренные и желанные в жены. Когда пошли такие разговоры прямо в зале. Тин залезла на руки к Зайлосу и спряталась у него на плече. На официальное имянаречение Шайда и Зайлоса как отцов пригласили. Меня как представителя южного тенгру тоже. Но возможности помириться не дали. Рия смотрела на это все задумчиво с рук Шайда и поглядывала на родителей, ожидая их решение. У нее то уже был истинный — лорд Даис. Один из пяти вождей тенгров, который также приехал, но на свою малышку — истинную не наседал.

А вот дочь Марда показала сразу свой характер и вызвала на лице своего отца, военного министра, гордую улыбку.

— Подарки оставьте и идите! — нахмурив бровки велела она и пальчиком так грозно на дверь показала. — Я сначала все моря своими сделаю. А потом на вас посмотрю.

— Рьяна, девочки не плавают по морям — с гадкой улыбочкой произнес стоявший рядом представитель башни Васт. — Девочки сидят дома и радуют свою семью.

Глаза Солнца уже сверкнули гневом, но дочь Марда, которую назвали необычным именем Ирэна тут же ответила, опередив мать.

— А я-никакая-то девочка. Мой папа Мард — Рыжий Демон. Гроза всех морей! Дома сидеть мне не надо!

На этом улыбка мага из башни Васт с лица сползла. Да, Ирэна точно знала, чего хотеть, и я даже сочувствовал Марду. Характер был его, но достался девочке. Он даже что-то прошептал в торону Солнца на что она гордо улыбнулась, глядя на него с Ирэной на руках.

— Не волнуйся. Сделаем. Не только ружье, но и автомат. На моей родине негодных женихов отстреливают сразу. Кому в ноги стреляют, кому в глупую голову.

Слово ружье и автомат я не понимал. Послы тоже стояли озадаченные, но посыл угрозы для женихов поняли все. Даже тенгр Даис из дальнего угла напрягся.

Так ужин у рагана привел к новым решениям, печальным последствиям и неожиданным подаркам.

Я шел на встречу с ней и не знал для чего меня зовет любимое Солнце. Но того что я увижу Солнце. То, что буду рядом хоть несколько минут, уже было для меня счастьем.

Перед самым садом я остановился чтобы отдышаться. Тяжело навалился на трость. По лбу и спине потекли капельки пота от бессилия. Нужно было собраться. Только

— Это он да? — спросила она быстро.

— Нет глупая — протянул мальчик — его пригласили.

Мне уже было не просто забавно наблюдать, а интересно, о чем речь.

— Бизань сказала, что зарганец — упрямо заявила Ирэна.

Жрица Бизань? Я приподнял брови. Приезжала сюда и говорила с детьми?

Мальчик молча потащил ее за деревья. И я только сейчас ощутил аромат этих цветов и фруктов. С болью вспомнил, что мог ее здесь целовать, любить и быть счастливым. Едва успел провести рукавом по лбу, чтобы стряхнуть капли пота. С левой стороны подошел Лисниэль как-то жалостливо оглядел меня и мне слегка полегчало. Видимо решил меня подлечить, чтобы жену не растраивал своим видом.

— Пойдем Шейлан.

Я только кивнул и пошел за ним. Без геройства и попыток выпрямить спину. От таких попыток потом мое тело отвечало судорогой и даже обмороками.

Солнце украсила этот сад еще больше. Высадила кусты с душистыми цветами. Расставила скамейки, длинный стол. Ардон у походной печки. Что-то сосредоточенно изучает, поглядывает на жену вопросительно. Сарган со вторым сыном стоят у края плато и любуются морем, беседуют. Вернувшийся Лисниэль и Мард сидят с Эларией и Тин на пушистом пледе и что-то собирают вместе с дочками. А вот Ирэна носится по саду с криками «е-ха-ха» уворачиваясь от второго брата.

А Солнце в самом центре семьи, что-то перебирает в большой миске, улыбается, смотрит с любовью на семью, беседует с семьей Кадма и Сельмы которые сидят за длинным столом. Потом замечает меня, кивает. Обтерла руки об полотенце. Делает знак подождать. По дороге обняла Ардона за талию, чмокнула в ухо от чего он смешно покраснел. Что-то показала ему и двинулась легкой походкой ко мне.

Она шла ко мне. Улыбалась, смотрела прямо на меня. Скромное, элегантное платье. Никаких украшений. Глаза сияют от счастья. Я ловил даже ее вздохи.

"Помню этот зеленый бархат" — подумал я. Для весны подходит ей идеально. Такая яркая, теплая. Как настоящее солнце с улыбкой на губах размышлял я и продолжал любоваться. Вот только она не остановилась рядом, сделала жест прогуляться с ней вместе. Мы прошли за новую посадку кустов с ярко розовыми бутонами и там Солнце показала мне на широкую скамью. Видно и помощь Лисниэля не помогла мне. Выгляжу слабо и жалко.

— Ты как всегда прекрасна Солнце — едва она села выдохнул я.

— Спасибо — она чуть помялась перед следующей фразой, ее явно что-то смущало. — Хорошо, что ты пришел. Нам нужно поговорить.

— Ты велела, и я пришел — согласился я.

— Попросила — исправила меня она. — Я не раган чтобы из вас марионеток делать.

Не простила их Солнце за тот ужин и что он нес для ее семьи. Ведь Азур счастья только для себя хотел. Проскальзывали у него такие мысли, даже я читал. А Солнце с артефактом южных и вовсе в каждый уголок его души могла попасть.

Если бы Азур победил. Он смог бы низвести мужей-магов до уровня прислуги. А ее оставить только женщиной, что продолжает рожать и принимать в спальне мужа. Да и то выбранного раганом мужа. Печать рагана сильна, но и носитель печати должен быть исключительно справедливым и непогрешимым. будь он таким, смогла бы Солнце победить?

— Верно — согласился я. — Мне сказали, что ты зовешь на пик-ник. Что это?

Я произнес это слово осторожно посматривая на нее, осторожно чтобы не рассердилась, не ушла. Мне нужно как можно больше воспоминаний. Впереди все будет только хуже.

— Это когда семья собирается вся вместе с друзьями. Готовят что-то вкусное, беседуют, веселяться и забывают о всех печальных событиях последнего времени. Традиция моего мира — объясняет она, глаза у Солнца сверкнули фиолетовым отсветом.

Читает меня понял я. Читает мои мысли, эмоции. Мне даже стало весело, и я улыбнулся. Мне нечего больше скрывать. В моем положении можно планировать только одно место. И этим я уже озаботился. Если она позволит, то на этом плато.

— Хорошая традиция.

— Шейлан — медленно произносит она. — Есть еще одна традиция, которую ты знаешь. О фактическом и юридическом муже — она фыркнула, вспоминая Азура неприличным словом, наверное. — Я хотела поговорить с тобой об этом.

Ожидаемо. Но больно. Меня позвали не на пикник как члена семьи, а как нежелательного дядюшку приживалку. Совместить присутствие всей семьи и важный разговор на котором в случае опасности, мужья придут на помощь.

В боку сдавило очередной орган болью. Я откинулся на спинку деревянной скамьи, но глаз не отпустил.

— Знаю — подтвердил я. — Пусть кто-то считает, что твои традиции не должны идти в разрез с зарганскими, но жизнь… она вносит свои поправки в любой договор. А я знаю толк в договорах Солнце.

Теперь уже она кивнула в ответ на мои слова.

— Я хочу тебя отпустить Шейлан. Чтобы ты нашел свое счастье, а не жил на отшибе у черты города. Следовал своему сердцу несмотря на то, что так все сложилось. Чтобы…

В ее глазах была жалость. Ей было больно видеть меня таким, и пора внести ясность. Не хочу, чтобы потом южные надавили на нее правдой и принудили на нового терсия из южных сыграв на чувстве вины. Артефакт рода уже принадлежит ей до смерти. А вот пригрозить новым терсием южные могут.

— Я и счастлив — произнес это резко, с вызовом, перебив ее нейтральный тон, который она видимо репетировала. — Счастлив и живу согласно своему сердцу. Все именно так как нужно. Ты просто не знаешь секрет южных зарганцев — я попытался скрасить свою грубость улыбкой, потянулся к ее ладони, но в последний момент отпрянул.

Сначала поговори с ней. Не напугай, велел я себе.

— Мы произошли от ледяных демонов. По легенде он был проклят. Сердце демона превратилось в кусок льда. Он должен был завоевывать своих женщин для жизни. Питаться их чувствами и любовью. Так и было долгое время, не одна перед ним не устояла. А потом он встретил свою оддину. Она растопила его сердце в груди. Оно забилось. Научилось любить. Вот только сама женщина осталась к нему холодна. Это и было его проклятьем. Если женщина не полюбит всем сердцем — демон скоро погибнет.

Я опустил подробности с болью, что рвет меня из нутри. О том презрении, что будет сопровождать меня остаток жизни. Для южного племени я проигравший, расходный материал. Пустышка. Слово смерть превратил в разговоре в угасание. Я берег ее. Единственную что полюбил.

— Шейлан! — она сама стиснула мои пальцы, а после вскрика прикусила губу.

— Поэтому не жди что южный клан зарганцев когда-нибудь примет тебя окончательно. Они боятся тебя. Ты победила меня. Напомнила о том, что будет с каждым из них в случае проигрыша. Они конечно будут пытаться после меня сломить твою волю, претендовать на сердце и постель, но… верными и любящими не будут. Нам нельзя. Древние зарганские традиции.

— Почему ты молчал? — она отвела от меня взгляд, а я накрыл ее пальцы второй ладонью.

— Зачем? — я пожал плечами стараясь запомнить ее нежную кожу на щеке, заставить замереть время пока ее теплые пальцы в моих руках.

Заполнить всю пустоту в сердце этой жалостью и тишиной, если любви этой женщины мне не досталось.

— Потому что это … неправильно — выдохнула она продолжая разглядывать что-то за моим плечом.

— Выигрыш или проигрыш. Все южные это знают — я слегка улыбнулся ей. — Посмотри на меня Солнце — попросил я. — Не стоит печалиться. Я могу тебя видеть. Сегодня прикоснулся — она фыркнула в ответ. — А то что такова наша природа… никому этого не поменять.

— Мне часто это говорили. Но я в это не верю — жестко ответила она и чуть качнула в мою сторону головой. — Я буду искать способ — это остановить. Я не сдамся. Неразделенная любовь не должна превращаться в … угасание.

Не желая меня растроить кажется, моя любимая использовало эту милую замену вместо слова смерть. А что она придумает вместо слова сжигающая боль? Недомогание.

— Не надо Солнце — попросил ее я, представив, как она пойдет в Храм к высокомерной Бизань, даже попросит Зайлоса и Азура о помощи. — Я правда счастлив. Мне даже Шайд сегодня завидовал. Ты меня позвала на пикник, а его нет — мы посмеялись вместе недолго, но одновременно. — Может — по мнению других южных я и проиграл свое сердце и время, но для меня любовь к тебе оказалась откровением. Можно наслаждаться не только процентами со сделки, но и твоим присутствием рядом, ароматом твоих волос, блеском глаз. Не все зарганцы — это понимают и еще больше из нас считают, что на первом месте сила оддины для будущих детей, а не то как она смотрит на тебя и что чувствует. Не стесняйся читать мои мысли Солнце. Секретов больше нет. Я полюбил тебя в этом саду, а потерял в своем доме.

— Шейлан — глаза Солнца подернулись влагой.

Несколько секунд она молчала. А я повторял в мыслях — люблю тебя. Люблю каждую минуту, что еще живу. Люблю и не боюсь потерять. Только надеюсь, что когда-нибудь и зарганцы южного клана поймут, что это не проклятье. Это дар! Любить и быть любимым без всякой корысти и цели.

— Что ж — она разжала свои пальчики и выскользнула из моих ладоней, чтобы легко встать и оправить несуществующие складки на платье. — Давай увеличим твое счастье. Чувствую, что Ардон наконец понял, как это мясо готовить.

Улыбнулась мне чуть стеснительно и подала руку.

— Приглашаешь вместо разговора на пикник? — спросил я из вредности.

— Нееет — нахмурила она бровки. — Дразню зарганцев конечно. Вот ты поешь жирной пищи, посидишь в нескончаемом детском гомоне и расскажешь все это Шайду. Он умрет от зависти и ревности, а Зайлос тебя добьет.

Солнце всегда добивается того что хочет. Я засмеялся. Под взглядами подходивших Лисниэля и Саргана. Они не предполагали, что разговор будет таким длинным. Не думали, что я попаду на пикник. Буду слушать их шутки, любоваться красавицей женой и наблюдать как Ирэн продолжает носиться по саду. От напора дочери даже Мард вздохнул, погладил по голове сидевшую рядом Эларию и шепотом попросил:

— Не будь как Ирэн милая. Договорились?

— Да папа — согласилась дочка и бросила на него любящий взгляд.

После еды и пирогов Сельмы, Солнце обещала гостей в следующий раз научить петь песни своего мира и играть в какие-то шарды.

У моих ног показалась голова Ирэн. Под прикрытием стола она подобралась ближе ко мне и приложила пальчик к губам.

— Ты мне подаришь вот такой кораблик — она расставила руки как могла далеко. — Так Бизань сказала. Папа зарганец подарит — зашептала она, прикладывая руку к губам. — Размер запомнил? — напоследок сурово спросила она.

Я только кивнул головой, и она тут же поползла дальше.

Дочь Марда была чистый огонь. А какой была бы моя? Неожиданно с болью в сердце подумал я.

Солнце открыла для меня портал. Сурово посмотрела и велела отдыхать.

Отдыхать перед смертью. Смешная шутка. Меня еще наполняло счастье от сегодняшней встеречи, в голове вертелись все эти если. Ну, сказал бы я ей про проклятье сразу. С чего я взял что она бы поверила? Только от того, что мне этого хотелось? Я почесал шею.

Сел в шатре с новыми документами южного тенгру, но мыслями остался на пикнике.

Какой же ты дурак Азур! Какой дурак… мысленно ужаснулся я. Она ведь его приняла. Он мог быть счастливым. Солнце настолько добра, что пошла ему на встречу. Оставила жить в замке. А он…

С работой ничего у меня не выходило. Встал из-за стола. Пометался на одной ноге по шатру и не мог выкинуть мысли о своей любимой из головы не под каким предлогом.

Реакция ее мужей сегодня? Агрессии не было. Мард и головы в мою сторону не повернул, его волновали только дети и жена. Лисниэль смотрел с каким-то пренебрежением, Сарган с обычным холодом в глазах. Ардон… Ардон изучал меня. Проверял реакцию жены на меня. Мои слова слушал внимательно. Переглядывался с Лисниэлем.

Да, я бы тоже от такого гостя восторгом не наполнился. Переглядывался маг земли… для чего? Рука потянулась опять к шее. Этот зуд раздражал. Я сморщился от боли в ноге и преодолевая боль, добрался до зеркала. Отодвинул ворот рубашки, чтобы застыть, побледнеть, и впиться в собственное отражение глазами до серой мути в голове.

Вот оно что…

Какой там Ирэн просила кораблик? Неожиданно цепко спросила меня собственная память.

Городок на первый взгляд оказался хорош. Тихий такой, чистенький. С Арильяном не сравнить. «Хотя, что мы с тобой в жизни этого мира Корза понимаем?» — спросил чертушка. Вдруг — это тихий омут, в который я сама прыгнула и ручкой чертей подманила.

Привели нас прямиком к замку. Благо что расстояния здесь небольшие пока можно и пешком добраться. Но ноги от усталости уже ломило.

В реалиях здешнего мира я еще не разобралась. Вроде землячка моя здесь главная, к ней меня вез мой Котик, но к ней сразу не провели. Эмас руки ходит заламывает. У него свои сложности в жизни. Хотя, что я его жалею? Мне же принимать пять зарганских мужей, а он просто один из пяти. Тююю, пусть сам справляется. Подумаешь побратим его меня увидит с дороги грязную да страшную.

Не мои проблемы. Кому не нравится дверь с табличкой «выход» слева.

Промурыжили нас в коридоре минут десять. Слуги все разбежались. Тишина. И какого черта я тащилась через Третье море? Чтоб здесь постоять? Потом посмотрела на Эмаса внимательно.

— Куда идти? — спрашиваю я.

— Она занята — пытается сохранить лицо, но не выходит.

Хмыкаю и двигаюсь в ту сторону, куда слуги уходили и посыльные. Под причитания Эмаса иду вперед. На первом этаже только слуги бегают. На втором слышу жаркий спор. Слушаюсь чертушку и иду на звук спора.

— Не твое дело что у нас с Шейланом! Главное, что с тобой ничего! И ты мне никто!

Голос такой звонкий, но с оттенком усталости.

— Я твой муж! — рычит мужской голос. — У тебя мои знаки на шее. У нас родилась дочь. И я не могу по щелчку твоих пальцев перестать тебя любить! Я! Тебя! Люблю! И я не отступлю!

— Это не повод врываться в мою жизнь и что-то требовать. Не отступать нужно было перед лицом Азура. Встать в позу и защищать семью! — резко прерывает его она. — Убирайся Зайлос! Или видят твои боги… я сейчас тебя …

Потом тишина наступила. Трагическая такая. Я с Эмасом переглянулась и дверь толкнула. Хм, ага… точно трагикомедия.

Стоит моя соотечественница глаза отводит, губы припухли. По виду такая же куколка из Храма призыва в Арильяне, как и я. Рядом зарганец, который ее за плечи держит, а она его то по голени пинает, то взглядом пронзает.

— Ну, здравствуй землячка! — раскрываю руки в объятьях. — Пойдем хоть обнимемся. Отпусти ты свой гриб зарганский вместо рязанских. Этого добра у тебя в городе полно.

Выглядит землячка почти как я только глаза серые. На шее роспись какая-то узорачатая. На правом запястье камешки, на левом тоже, за ухом полоса камней и палец безымянный такими же камнями глаз радует. Что за хохлома узорчатая? На мне тоже такое после свадьбы вылезет?

Зарганец в бешенстве, землячка улыбнулась вымученно. Типа не серчай. Сейчас вот вопрос решу и поговорим. У зарганца на голове коса хитро сплетеная железками перевитая. Впервые вижу такое. По одежде и осанке какой-то руководитель или начальник. Синие глаза сверкают злостью. Пальцы сжались с такой силой на плечах девушки, что синяки точно будут.

Чисто визуально красавец! А по поведению мразота кажись.

— Ты кто такая? — зарганец рычит по-прежнему.

Эмаса взглядом испепелил, а мне по фиг.

Ну, зарганец. Ну, злой. Видела я вас уже. Вопрос в том помогать или нет? Сигнализирую ей бровями. Тут зарганец дернулся ко мне, и я на автомате ребром ладони его спать положила, на пол конечно. Землячка моя выдохнула, перешагнула и в кресло усаживает. Потом одним словом разъяснила все сразу.

— Развожусь вот так весело. Новый мир. Новая жизнь. Было семь мужей. Осталось четыре — всплеснула руками потом сама меня обняла и всхлипнула.

— Хочешь придушу его пока лежит? — слегка пинаю зарганца на полу.

Эмас за моим плечом морщится, но молчит. Лояльность свою показать решил.

— Плевать — всхлипывает она и то же садится в кресло.

Между нами лежит ее бывший муж, судя по всему. Потом красотка стирает с щек слезы, тянет носом и потряхивает головой.

— Привыкнет. Развода у них видишь ли нет. Не было — будет. С предателями жить не хочу. Эмас выйди — вдруг сурово говорит она, мой зарганец подчиняется и выходит. Дверь затворяет. — Я Аннэль — кивает она. — Для всех Эль или Солнце Эльзара.

— Корза для всех, а так Зинаида. Химки.

— Да, ладно — удивляется Аннэль. — Москва, Хамовники. Как тесен чужой мир — задумчиво говорит она после восторга и смотрит на зарганца на полу чуть скривившись.

Тоже смотрю на красавца с косой. Живописно лежит, щетиной поблескивает. Скулы острые, фигуры красивая. Сравнила мысленно с Фараном.

Это что мое будущее? Вот так избавляться от мужиков потому что у нас слишком разный менталитет? Передернула плечами. Ээээ, Корза. Рано расклеиваться. Мы в таких с тобой местах побывали. Не нужно под них адаптироваться. Нужно изменчивый мир под себя адаптировать. Ведь так Корза?

А бить женщин и принуждать к чему-то… ни в одном месте не позволю.

— Помочь? — спрашиваю я. — Совсем удалить могу из твоей жизни, если хочешь... или на время?

Эль машет рукой.

— Не поможет. Упертые они. Ты прости что вместо настоящей встречи и радушия — вот это все перед тобой.

Она прикусывает губу, припоминает как будто что-то болезненное, потом поднимает на меня глаза уже улыбаясь.

— Я, когда только призвана сюда была. Тоже думала, что ужас, а не мир. Пять мужей. Носки. Свадьба принудительная. А потом ничего… втянулась. Повоевала. Детей родила. С тремя мужьями развелась. Один категорически не согласен был. Второй ревнует ко всему живому. Но все что Эмас говорил правда. По своим скучаю. Пароль доверенным людям сообщила. Кого из наших увидишь — зови ко мне. Любая помощь, защита, поддержка. Не стесняйся Зин. Кроме тебя, да меня, кто у нас здесь есть, чтобы просто поговорить без подоплеки и двойного дна?

Мне даже самой тоскливо стало как-то. А ведь правда. На всей этой планете у меня два человека, кому я могу довериться. Адарис и Эль. Только мой Адарис пропал, а Эль рядом. Пробило на слезу, сопли. Теперь мы хлюпали носом вместе.

— А что случилось? — спрашиваю я. — Почему развод?

Мне Эль и рассказала. Как ее дважды предали. Сначала думали, что она без магии и хотели от нее избавиться. Потом она всего добилась, магией управлять научилась. И ее захотели прогнуть местными традициями. Чтоб подчинялась и молчала. А она на все эти традиции плевать хотела и сделала по-своему. Одного из

— Я бы тоже не смолчала от такого — согласилась я. — Кормить будешь? — под звуки урчания желудка спросила я.

Эль чертыхнулась и отправила зарганские вестники. И тут на полу зарганец зашевелился.

— Может еще разик приложить? — спросила я, глядя на ее насупленные брови. — Он и не вспомнит. Я по работе часто этим пользовалось. Смотрю здесь все навыки пригодились. То воруют меня, то угрожают. Теперь вот должна за пять зарганских мужиков замуж выйти. Не жизнь, а цирк.

— Ты кто? — хрипит бывший муж с пола, потирая шею и разглядывая меня.

— Я твое наказание — сообщаю я. — Эль сказала мне, что отдаст тебя на перевоспитание. Будешь брыкаться в расход пущу.

Зарганец явно поверил, посмотрел на брови Эль и поперхнулся воздухом. В этот момент нам занесли два подноса с едой. А после в коридоре раздался рев какой-то. По-другому этот звук не определить. Зарганец на полу сразу в себя пришел. Вскочил, с Эль взглядом многозначительным обменялся. Позади открылся портал, и она указала ему туда.

— Эль — беззвучно шепнул он и на его лице отразилась прям боль.

Ооо, как мужика повело. У них развод страшно проходит, с болью да слезами. Походу не мне тут помощь окажут, а я буфером психологической поддержки стану. Но мне даже в радость таких предателей наказать.

Портал схлопнулся и в комнату влетел другой зарганец из дверей. Колоритный такой, с шрамами. Гневный. Волосы короткие. Серые глаза молнии метают.

— Огонек! — ревет он и всю комнату взглядом окидывает, меня глазами сверлит.

Изморозь от него по полу тянется, шипит, узоры рисует. Псих какой-то. Зверюга. Я рукой по полу тоже провела, приготовилась.

— Ты простила Зайлоса? — тяжело дыша ревет он. — Это правда? Сначала Шейлана потом Зайлоса?

— Выйди Шайд — грозно велела она, в руке копье ледяное появилось.

— Ответь! — рычит он.

— Ушел из моего замка и моей жизни предатель! — шипит она в ответ.

Я сижу и только глазами хлопаю. И у меня так будет? Пять зарганцев в семье. Что если один из них такой будет?

Ну, зверюга слушать не стала, вперед рванула. Я ему льда под ноги мазнула побольше, воздухом рукой по инерции закрутила. Он так лбом с размаха об дверь приложился, что и нам от звука больно стало. Эль с интересом посмотрела на меня, потом на еду.

— Угощайся — ледяное копье из рук пропало.

— И часто так? — макая кусочком хлеба в мясную подливку спрашиваю я.

— Да, сегодня с ума посходили. Четыре месяца терпели, а сегодня никак не успокоятся. Приятного аппетита Зиночка. Не обращай внимание. На чем мы остановились? Чем тебе помочь?

— Нууу, можно я пока у тебя поживу. Советов бывалой землячки послушаю. Лайфхаки по магии нужны. Назвали меня какой-то зел-зереш, а как это применить не поняла. С пятью мужьями зарганскими определюсь пока. Брать или подождать.

— Сколько? — Эль застыла с кусочком хлеба в руках. — Зиночка, а ты уверена? — в ее глазах показалась настоящая паника. — Пять зарганцев?

— Да, какая Зиночка — усмехнулась я, меня и в детстве так не звали. — Зови меня Корза. А что про мужей … так знаешь — я тяжело вздыхаю и загибаю пальцы. — Принц на моей шее вообще без магии. Ему я должна невесту найти. И кроме этих пяти у меня еще воздухан есть, именем привязанный. Пропал, правда. Но я найду его. Притомилась в дороге маленько. Передохнуть нужно. Непонятный один еще есть. Исчезает-появляется. В общем... Пустишь в теремок пожить?

* * *

Отправив Корзу отдыхать. Эль прижала ладони к глазам, устало потерла виски. Потом оглянулась на чуть поскрипывавшего снегом на окне ворона. «Торопит как всегда» — подумала она. Взяла в руку перо, кусочек пергамента и быстро записала пару слов. Потом не глядя протянула в сторону ворона.

— Она здесь. И скажи, что он был прав … опять. Код красный.

Ворон легко приземлился на стол роняя снежинки на деревянную поверхность. Аккуратно выхватив кусочек пергамента из пальцев Эль, он сдавленно каркнул и покинул кабинет, оставив Эль задумчивую и одинокую в бывшем кабинете Шайда.

Аргелион всегда прав…