(не) настоящий пират для поддельной рабыни

Глава 1

Наталия Ош

(не) настоящий пират для поддельной рабыни

Я смотрела на свой первый рассвет на море. На небе ни облачка, розово-желтые лучи солнца играли на почти ровной водной глади. Мерное покачивание небольшого корабля умиротворяло. Если бы не клубы вонючего черного дыма, и не крики людей, то это было бы даже чудесно.

Чтобы никого не видеть, повернула голову, не обращая внимания на то, как железный ошейник впился в кожу. Проведя в темноте несколько дней, я никак не могла привыкнуть к свету, слезы застилали глаза, но смахнуть их не могла. Часто моргала, стараясь не упустить ни единого мига.

Вот бы так же просто было закрыться чтобы не слышать брань моряков и тихие стоны рабов. Это все раздражало, но сил на эмоции совершенно не осталось, сказывались голод и усталость.

Рядом прогремел зычный голос, отдавая приказ:

— Магов в трюм, с остальных снять цепи, самих за борт!

Кто-то дернулся, громко звякнув цепями, кто-то заревел.

Другой, не менее громкий голос удивленно спросил:

— Всех? И девок тоже?

— Можете развлечься, — дал дозволение первый. — Потом за борт. Жрать самим нечего, не подохнуть бы с голоду… — пробурчал он, проходя мимо меня.

Дернула головой, чтобы не пропустить природное чудо. Бородатого крупного дядьку привлек звон моей цепи. Только краем глаза заметила, как он остановился, внимательно меня осмотрев.

Я же продолжала наблюдать, теперь уже за своим последним рассветом. Не смотря на осознание близкой смерти, на моем лице появилась улыбка. В голове мелькнула мысль о том, кто меня раздражал, кажется, уже в прошлой жизни: «Ну что, профессор Негощь, какие сейчас у меня шансы?»

Леди Кайез, Маркиза Вьюрок, родилась и выросла в родовом поместье. Усадьба герцога Вьюрока больше напоминала дворец.

Знатный род сильнейших магов. Плодородные земли и богатые леса. Лучшие наставники. Дорогие украшения. Роскошные платья. Во всем этом великолепии только профессор Негощь, больше напоминавший кривую палку, портил жизнь своими нравоучениями:

— Леди Кайез, при вашей красоте, вам совершенно не нужны точные науки. Займитесь женскими делами. Выйдете замуж, супруг решит, что нужнее. Используйте правильно свой шанс хорошо устроиться в жизни.

От нахлынувших воспоминаний по спине пробежали мурашки. Передернула плечами, прогоняя их, при этом громко звякнув цепями.

— Эта, — раздалось совсем близко ко мне.

Кто-то грубо взял меня за подбородок и повернул голову, но я продолжала наблюдать за почти оторвавшимся от водной глади солнечным диском.

— На меня смотреть! — приказал мужской голос, и сильная ладонь дернула голову из стороны в сторону.

Нехотя перевела взгляд на говорившего. С вызовом посмотрела ему в темно-синие, почти черные глаза.

«Зачем звал, морда ты бородатая? От такой красоты оторвал.»

— И правда, не похожа… — задумчиво произнес он, разглядывая меня.

Два громких резких железных удара и крик боли одного из рабов вынудили меня посмотреть на происходящее.

Рабов стало значительно меньше, на палубе среди матросов осталось с десяток людей в грубых одеждах с цепями на щиколотках и запястьях. Наверное, уже увели «нужных» — тех, что принесут деньги на невольничьих рынках. Остались такие, как я — те, кто не обладает магией, мы сомнительная ценность, даже цепи стоят дороже, чем можно выручить за нас.

Еще два гулких удара, моряк пнул тяжелым сапогом цепь в сторону, а перед ним двое уже ставили на колени нового раба. Еще двое схватили за плечи «освобожденного» и поволокли его к борту, оставляя за собой грязные разводы.

Я понимала, что сейчас произойдет, но была не в силах закричать, зарыдать или попытаться вырваться, как это делали другие. Я даже не могла отвернуться. Обессилевшего раба перекинули головой через борт, пираты наклонились к его ногам, чтобы вытолкнуть окончательно. Перед глазами все расплылось, понимание своей участи и приближение конца вызвали дрожь во всем теле. Зубы застучали от страха. Я не увидела, чем все закончилось. Меня резко дернули в сторону, так, что я потеряла равновесие и упала на того, кто меня до этого держал за подбородок. Звон моих цепей, железные удары, крики и всплеск воды, смешались в один ужасающий звук.

— Боцман! — раздалось над головой.

Я отказывалась принимать происходящее. Больше всего я хотела, чтобы этот рассвет никогда не наступал, или хотя бы, чтобы пираты не захватили торговый корабль, на котором нас перевозили. Но сильнее всего я мечтала о том, чтобы никогда не было того дня, когда в наш дом приехал Магистр, советник Короля, и сообщил отцу, что его старшая дочь «пуста».

Большая мозолистая ладонь легла мне на лицо, плотно прижимая голову и закрывая глаза. Тело словно закутали в плотный кокон, не давая пошевелиться. Чужая магия обволакивала от плеч до талии, не давая дернуться. Тяжелый удар отозвался вибрацией по всему позвоночнику и гулом в ушах. Сквозь этот шум почти не различала остальные звуки на палубе и то, как упал ошейник.

Яркий свет солнца вновь резанул по глазам, когда с них исчезла ладонь. Не успела прерывисто вздохнуть, увидев на грязной палубе раскуроченную железку, как мою руку вытянули вперед. Пытаясь унять крупную дрожь, сжала пальцы в кулак. Голову прижали к мужскому плечу, а руку на перилах жестко держала мозолистая ладонь.

— Тихо, расслабь, — услышала я, сквозь стук в висках. — Не смотри, — продолжал незнакомый мужской голос. — Я за тебя посмотрю.

Глава 2

Я лежала в гамаке в каюте капитана. Он сам меня сюда принес, когда я, окончательно обессилев, свалилась на палубу, после того как с меня сняли все кандалы.

Теперь надо мной хлопотал очередной бородатый дядька. Только в отличие от огромного боцмана и высокого широкоплечего капитана, этот был невысоким и худым. Самым выдающимся в его внешности был большой нос с горбинкой, на котором сидело пенсне в круглой тонкой оправе.

Голова кружилась, запахи лекарств вызывали тошноту. В ушах все еще стояли крики рабов и звон железа. Усиливалось это все радостными возгласами попугая, скачущего по жердочке. Эта пернатая тварюшка не затыкаясь орала о женщинах фривольного поведения в портах.

Наконец, капитан, сидевший за большим столом, что занимал почти все пространство в каюте, не выдержал и выставил попугая за дверь. В процессе выставления, птица возмутилась, что ему не дают посмотреть и лишают его прав. В комнате сразу стало тихо, насколько это возможно на корабле.

Тихо выдохнула от облегчения. Но мужчина в пенсне, что-то сунул мне под нос. Новый

Во рту сухо и горько, облизала слипшиеся губы сухим языком. Тело тяжелое, но почти не ощущалось боли. Только голод и легкий дискомфорт на запястьях, шее и щиколотках. А еще ожог на плече. Я впервые лежала на нем с того момента, как мне поставили клеймо. Меня странно укачивало, но было мягко и тепло. В трюме торгового галеона было холодно, сыро и бегали крысы, ужасно воняло потом и другими нечистотами. Медленно пришло понимание произошедшего.

В темноте трюма, почти не шевелясь сидели рабы, а с верхних палуб доносились звуки боя… Тягучая тишина. Пираты захватили судно… Нас перевели на их бриг. Именно так, они называли свой корабль… Рассвет… И взрывы на удаляющемся галеоне…

— … Не понимаю я… — говорил мужской грубый голос.

— Чего ты не понимаешь? Может быть они изменили маршруты, — спокойно произнес капитан.

— Так изменили, что вместо провизии и золота, на галеоне, кучка второсортных рабов?! — выкрикнул первый говоривший.

— Не дергайся, — усмехнувшись сказал капитан. — Нас уже давно подслушивают.

Открыв глаза, встретилась взглядом с капитаном.

— Я не хотела, — произнесла чуть слышно.

В маленькой каюте было светло, солнце попадало прямо в окна. Попыталась вспомнить, как они называются на корабле. Я лежала на кровати, укрытая одеялом. При этом рассматривала силуэт крупного мужчины, окруженного ярким светом. В этом образе сразу признала того бородатого здоровяка, что заметил меня среди других рабов и позвал капитана.

Капитан же сидел за столом, заваленным картами и другими бумагами. Молча приподнял кружку, показал ее мне и снова поставил на стол. Вновь облизала сухие губы, в надежде получить воду.

— Хочешь пить, подойди и возьми, — бросил капитан.

Стыд, скромность и гордость — качества присущие леди, и совсем непозволительная роскошь для рабыни.

Откинула в сторону одеяло, садясь на кровати и пытаясь понять, где качает меня, а где корабль. Грубая одежда, выданная мне взамен простого платья, сменилась тонкой мужской сорочкой с длинными рукавами. Шатаясь, поднялась с места, подтягивая рукава, освобождая кисти рук. Заметила на запястьях плотные желтовато-зеленые бинты. Такие же были на щиколотках.

Схватила со стола кружку и, не глядя, припала к ней губами. Воды в ней оказалось на самом донышке, буквально два глотка.

Разозлившись, поставила кружку на стол и вновь с вызовом посмотрела на капитана. Самое последнее дело — хамить, но мне уже нечего терять:

— Я думала у вас другие развлечения. Примерно там, о чем орал ваш попугай.

— И эти тоже будут, — осмотрев меня с ног до головы ответил капитан. — Как ты попала в рабство?

— Вам как-то эта информация поможет в мужском деле?

Мужчина у окна хохотнул в кулак.

— Мне эта информация поможет понять как долго я, — он выделил последнее слово. — Буду развлекаться с тобой сам, а когда отдам тебя команде.

Пожала плечами. Конец был неизбежен, осталось потерпеть совсем немного.

— За долги.

— Чьи?

— А не много ли вы хотите за глоток воды?

Капитан взял графин и медленно наполнил кружку на половину.

— Я буду отпивать за каждый уточняющий вопрос. Остальное получишь после рассказа, — сказал он, глядя на меня.

Громко сглотнула, наблюдая за тем, как его пальцы обхватывают бока кружки.

— Отца, точнее отчима, — ответила коротко я.

Капитан усмехнулся в бороду и приподнял кружку.

— Нет, нет, нет, — выставила вперед руки. — Я все расскажу, но это очень длинная история.

— Слушаю.

Кружка глухо опустилась на стол.

Глава 3

Я с вожделением смотрела на сосуд, зажатый в большой мужской ладони. Была бы я магом воды, просто притянула бы нужное количество воды и не мучилась бы сейчас. Что им рассказать? Сказать, что я была маркизой? А как мне это поможет? Выкупать меня все равно никто не будет.

Капитан покачал кружкой. Вода тихо плеснулась. Этот звук породил новые воспоминания. Медленно отвела взгляд от кружки на лицо капитана. И вместо рассказа тихо спросила:

— А вы уже оторвались от фрегата Скуала?

— Скуала? — капитан не скрыл скепсиса в голосе. — Скуал сам в море?

Хохот капитана наполнил каюту, ему вторил другой, более громкий.

Я кивнула, не сводя глаз с капитана. Поняла, что мне не верят. Решила продолжить:

— Галеон был приманкой. Рабы — маяки, метки. Скуал знал, что у вас закончилась провизия и вы выбросите лишних за борт.

— Откуда тебе это известно? — все еще недоверчиво спросил капитан.

— Скуал сам мне об этом рассказал. Еще маги отравлены, они будут умирать медленно и все в разное время…

— Сам сказал? — перебил меня капитан. — Взял и рассказал рабыне свой план?!

Он поднялся с места и с силой поставил кружку на стол расплескав ее содержимое. Посмотрела на растекающеюся по столу лужицу.

— Запас воды на галеоне должны были отравить, при вашем появлении… — продолжила я.

— Я еще раз спрашиваю откуда тебе это известно?! — уже проорал капитан.

— А я еще раз отвечаю! — так же заорала я, глядя ему в глаза. — Скуал рассказал! Когда рассказывал, формально я еще не была рабыней, он клеймил меня позже!

— Что ты несешь? — не выдержал второй. — Портовой девке план захвата… Скажи еще, что ты так очаровала его в постели, что Скуал поплыл.

— Постели не было, он взял меня прямо в камере для клеймения рабов. Сказал, что хочет опробовать разок то, что берег столько лет. Все?!

В каюте повисла давящая тишина. Я понимала, что мне не верят. Слезы душили, но я сдерживалась, сейчас мне нужно было уговорить пиратов сбежать как можно дальше. Ведь я не хотела попасться Скуалу, гораздо сильнее, чем эти бородатые мужланы.

— Я была его невестой… — привела последний аргумент.

Тот, что стоял у окна усмехнулся, повернулся к капитану и сказал:

— Не верю я ей. Слишком простая речь, не сдержана…

Я сделала глубокий книксен. И распрямляясь заговорила с другой интонаций, той, что уже много месяцев не звучала в моем голосе:

— Ох, простите сударь. Я нисколько не хотела оскорбить вас своей простой речью и отсутствием манер. К моему великому сожалению, я уже не могу воспользоваться родовым именем, чтобы вы предъявили свои претензии старшему рода. Моя несдержанность действительно не позволительна. Даже данная ситуация не должна сказываться на манерах леди, хоть и бывшей…

— Так почему не состоялась свадьба? — перебил меня капитан.

— Помолвку расторгли, как только стало известно, что я не унаследовала родовую магию. Отец и Скуал перезаключили договор и невестой Скуала стала моя младшая сестра. Как хозяйка дома, а я заняла место ее помощницы.

— Отец или отчим? — усмехнулся капитан.

— Отчим. Я не так давно

— Что скажешь? — капитан посмотрел через плечо.

— Не знаю. Проверить стоит. Береженого…

— Пей, — капитан пододвинул мне кружку.

Я шагнула к столу и схватив ее тут же начала жадно пить.

— Не боишься, что это вода с галеона? — с усмешкой спросил второй.

Опустошив емкость, облизала губы и отрицательно покачала головой.

— Мне все равно…

Тем временем капитан поднялся из-за стола и, подойдя к большому сундуку у стены, начал выкидывать из него все содержимое на пол.

— Иди в трюм и проверь магов, я скоро приду, — приказал капитан второму мужчине, продолжая безжалостно бросать на деревянный пол книги.

Я аккуратно поставила кружку на стол, не понимая, что мне сейчас делать. Обернулась к капитану, чтобы спросить его о своей судьбе, как он быстро поднял меня на руки.

— Что вы делаете!? — вскрикнула я, понимая, что меня опускают в сундук.

Попыталась выбраться, но капитан схватил меня за запястья, и вмиг мои руки оказались связаны воздушными путами.

— Вы м-м-м… — я не успела спросить, про его магию.

Рот заткнули воздушным кляпом. Миг и ноги тоже плотно связаны.

Выгнулась, пытаясь подняться, продолжая мычать.

Капитан положил свою большую ладонь мне на голову, придавливая обратно. Рука исчезла, но воздушный след остался, не давая мне подняться.

Сундук с грохотом закрылся, погружая меня в темноту. Путы тут же исчезли. Глубоко вдохнула и заколотила кулаками по крышке.

— Выпустите меня!

— Не ори! — донеслось глухое. — Береги воздух.

Глава 4

Я не понимала сколько уже сидела в этом сундуке. Тело затекло от неудобной позы. Выпрямиться или перелечь не получалось, только немного повернуться. А еще раздражали рукава рубашки. Они были почти вдвое длиннее, чем нужно и все время куда-то попадали, не давая пошевелить руками. Несколько раз закатывала их на ощупь, но ткань была слишком скользкой и от моих попыток перелечь, снова распускалась.

Вначале мне было дико страшно. Я всегда боялась темноты и замкнутых пространств. Паника обуяла меня моментально, сердце заколотилось так сильно, что я слышала как оно бьется в ушах. Начала часто дышать ртом, но тут же зажала его ладонями. Сама себе приказала успокоиться, глубоко вдыхая носом. Мне сейчас нельзя было паниковать. Только здравый рассудок.

Время шло, и я даже свыклась со своим заключением. Не оставит же капитан меня здесь навсегда. Расслабившись и успокоившись, даже умудрилась вздремнуть. Проснулась оттого, что онемела нога. Шипя сквозь зубы, растерла ее. С той стороны раздались тяжелые шаги и мужской разговор:

— … Тебе нужно найти какую-нибудь знатную магичку и жениться, — громко шептал первый.

— А что мне мешает хорошо проводить время до того, как я женюсь? — в голосе капитана прозвучала усмешка.

— То, что бастард может поставить под угрозу весь многолетний план! — выкрикнул первый и резко замолчал. — А где девка? — удивленно спросил он.

По сундуку постучали, внутри этот звук был слишком громким, но я ответила:

— Все нормально, вы продолжайте. Я тут побуду.

Вместо этого крышка сундука поднялась.

— Вылазь, — приказал капитан, отходя в сторону. — Старпом, прикажи подать ужин, на нее тоже. Курс прежний.

Бородатый здоровяк, оказавшийся старпомом, вышел, оставив нас с капитаном в каюте одних.

— Что? Помилование? — пробурчала я, выбираясь из заточения.

— Временное, — ответил капитан, отвернувшись к умывальнику на стене. — Ты так и не рассказала кто ты такая.

— Это что-то изменит? — скептически спросила я.

— Возможно… — протянул капитан, вытирая лицо. — Люблю длинные истории.

— Я даже не знаю с чего начать…

Невольно начала качать ступней. Это совершенно детская привычка, вернувшаяся внезапно. Я так делала, когда мама выговаривала мне за поведение, не соответствующее юной маркизе. Мама-а, протянула я мысленно. Глубоко вздохнула, погружаясь в воспоминания.

— Наверное, все началось, когда мама и младший братик умерли от какой-то болезни. Нас с сестрой даже близко к их покоям не подпускали. А похороны были тайными, — рассказывать было тяжело, я говорила тихо, не поднимая глаз на капитана. — Казалось, что отец стойко перенес утрату, только стал немного грубее. Но вскоре начали пропадать драгоценности. Стол становился скуднее. Увольнялись слуги… — я вновь прерывисто вздохнула. — Потом приехал маг. Я оказалась пустой и меня назначили младшей в роду. Перезаключили помолвку со Скуалом… Денег в доме становилось все меньше. Украшения закончились. Последними были мамины серьги, которые носила я. Отец их забрал, сказав, что мой статус не позволяет их носить и что они отойдут Кайене… А через несколько недель, сообщил, что нас двоих он больше не может содержать. Если Кайена еще принесет ему деньги, выгодным замужеством, то я пустое место и лишний рот в доме… — слова отца, произнесенные мной, больно резанули по сердцу, почувствовала, как глаза наполнились слезами, а голос дрогнул, но продолжила рассказ. — На следующий день меня забрали на невольничий рынок… Потом несколько раз перепродавали, и я оказалась на побережье. Там встретила Мортиса. Мы не виделись несколько лет, но он узнал меня сразу. Когда он меня выкупил, я была рада тому, что буду ему служить. Но это оказалось не так. Он отвел меня в тюрьму… Там нашлось какое-то дело, что я уличная воровка. В этот же вечер меня клеймили. А Мортис… Капитан Скуал сказал, что если меня просто так убить, чтобы я не мешалась никому, то будут вопросы. А если я пропаду вместе с другими рабами, то никто и не заметит…

Я подняла взгляд на капитана, замершего у умывальника. Жар к щекам хлынул только от того, что я хотела спросить. Снова опустила глаза. Начала теребить край манжета. Набравшись смелости, зажмурилась и быстро произнесла:

— Капитан, а у вас большой опыт?

— В чем? — растерянно спросил он.

— Ну… в развлечениях…

— Зачем тебе это? — все так же стоя у стены спросил он. Что-то изменилось в его голосе, но я не понимала, что именно.

— Ну, мне собственно ваш опыт не нужен. Просто стало интересно, а это всегда больно?

— А ты разве не обсуждала это с кем-то из женщин?

Отрицательно покачала головой, но все же решила быть откровенной до конца.

— Гувернантка говорила, что надо лечь и не шевелиться, тогда все быстро закончится.

Капитан громко усмехнулся, но я продолжила.

— Мама плакала, когда отец выходил из ее покоев и не пускала нас к себе. А горничная Онки, говорила, что нет ничего прекраснее…

Вздрогнула от того, как оказывается близко стоял капитан. Он поднял руки и медленно положил их мне на талию, приближаясь еще сильнее. Одна рука скользнула мне

— Отчим? — спросил он, слегка помяв мочку между пальцев.

На ухе остался след от грубо выдернутой серьги, вторую после этого я сняла сама… Несколько раз кивнула, прикрыв глаза, закусывая губы.

Капитан скользнул тыльной стороной ладони от моего виска к подбородку.

— Значит старпом и я не ошиблись, ты из благородных, — тихо произнес он. — А теперь ты беглая рабыня, — усмехнулся он в бороду.

— Смертная казнь? — спросила я одними губами, а по спине пробежал холод.

Капитан прикрыл глаза.

— Если поймают, — с усмешкой ответил он. — Сейчас ты или с нами, или на сушу, но ненадолго.

— Как с вами? — удивилась я. — Я же ничего не понимаю в кораблях.

— Я научу. Будешь моим юнгой, но с небольшими поправками. А ты взамен на возможность спастись, обучишь меня манерам.

— Странный обмен, но в моем случае это лучшее…

Сейчас я смотрела снизу вверх на этого грубого, большого бородатого капитана с суровым взглядом под сдвинутыми широкими бровями, и видела то, что не ожидала — защиту.

— Согласна? — снова усмехнулся он.

— Да. Но если под с вами вы не подразумеваете, что я буду… Ну, и с командой… Тогда лучше на сушу.

Капитан снова расхохотался, отпустив меня.

В теплой каюте резко стало холодно. Передернула плечами.

— Сейчас принесут ужин. Обучение начнем после стоянки, — сказал капитан, усаживаясь на свое место и что-то рассматривая на карте.

Глава 5

Проснувшись, долго лежала не шевелясь, и осматривала каюту. Вчера было как-то не до того, а после ужина меня разморило так сильно, что с трудом вспомнила, как оказалась в кровати.

В каюте царил полумрак, рассветные лучи почти не попадали в большие окна на одной единственной стене. Вновь попыталась вспомнить как они называются. Поморщилась.

Кровать стояла в левом углу от окон, под ними узкая полочка или подставка с непонятным мне назначением, предположила, что там дополнительные места для сидения. В противоположном углу тумба повыше, на ней таз, над ним умывальник, прикрепленный к стене. Вдоль стены несколько больших сундуков, в одном из которых я вчера побывала. В углу высокий шкаф. По диагонали, слабо покачиваясь, висел гамак, прикрепленный к потолку. Рядом со входом в каюту высокая толстая жердь для попугая. Все остальное пространство занимал стол, за которым сейчас, сидя спал капитан, положив голову на сложенные перед собой руки. Куртка спала с его плеч и лежала между спинкой стула и спиной, почти полностью свалившись на пол.

Задумалась о том сколько лет капитану. Темные иссиня-черные волосы с яркими синими прядями и почти черная борода без седины, но он маг воды, и похоже, что очень сильный, а они стареют медленно.

Издалека доносился шум волн, бьющихся о борт корабля. Тихо поскрипывали железные фонари, пахло морем, воском и травами. Возможно, травами пахло и от меня самой. Подняла руку, принюхалась к бинту на запястье, схожий запах.

Поняла, что надоело лежать, да и другие желания проснулись. Я впервые выспалась за долгое время и теперь не представляла, чем себя занять. Тихо поднялась и подошла к окнам. За ними простиралось бескрайнее спокойное море. Однообразный, хоть и красивый вид быстро наскучил, да и плеск воды все больше напоминал о требованиях организма. Обернулась к капитану. Аккуратно подняла его куртку и положила на широкие плечи. Заметила, что чернильница стоит рядом с его рукой и начала ее отодвигать. Большая ладонь тут же схватила меня за запястье, я вздрогнула от неожиданности.

— Что ты собралась делать? — совсем не сонно спросил капитан, выпрямляясь и закрывая книгу, на которой лежал.

— Отодвинуть чернильницу, она стояла слишком близко. Но раз уж вы проснулись, скажите, пожалуйста, где можно уединиться.

— Нигде, — приводя стол, по его мнению, в порядок, буркнул капитан.

— Но мне очень надо.

Капитан внимательно осмотрел меня, уделив внимание скрещенным ногам.

— Под иллюминаторами крышка, открыла, сделала дела, закрыла. — продолжая раскладывать приборы и книги, проговорил капитан. — В шторм советую терпеть.

— Где? — пискнула я.

— Под окном, — со вздохом пояснил он.

Указанное место находилось чуть левее капитана, ближе к умывальнику.

— Прямо при вас? — уже притоптывая спросила я. — А вы не могли бы выйти?

— А вот это наглость. В твоем случае я однозначно не оставлю тебя одну в каюте.

— Но я не могу при вас.

— Можешь сходить в общий гальюн.

— В общий? А это где?

— Палубой ниже.

Сглотнула, внимательно наблюдая за капитаном, что даже не смотрел в мою сторону, и пыталась понять шутит он или серьезно.

— Благодарю, я лучше тут.

Под крышкой, оказалась круглая дыра, а там несколько метров до воды и бескрайнее море.

Зажмурившись села. Краснея, смотрела в спину капитана и никак не могла уговорить себя сделать дела.

В каюту без стука вошел старпом, тут же с его плеча слетел попугай, устраиваясь на своем месте и заорал свою фразочку. Заливаясь краской еще сильнее, натянула край рубахи, насколько могла. Капитан поднялся и словно невзначай обронил мне на колени свою куртку. Подхватив ее, спрятала ноги. Я бы вообще вся спряталась, но все же это только короткая куртка.

Посмотрела на спину капитана, что замер передо мной, а он строго заговорил:

— Ты что-то хотел?

— Питца принес, — растерянно ответил старпом.

— Ты хотел найти на стоянке учителя этикета, можешь не утруждаться по этому поводу. Но с сегодняшнего дня учишь этикет тоже. Начнем с того, что в каюту капитана заходить после разрешения.

Я замерла, продолжая буравить спину капитана. Его голос звучал, словно сталь. Так же холодно и четко. А вчера мне показалось, что капитан и старпом друг другу доверяют больше остальных.

— А где девка? — спросил старпом, никак не отреагировав на слова капитана. — Опять в сундуке запер? — с усмешкой добавил он.

Попугай, притихший во время речи капитана, снова оживился:

— Питц хороший, умный…

А потом вспомнил про женщин и порт.

— Питц, тихо! — приказал капитан. — Пусть несут еду, потом поговорим.

Глава 6

Как только за старпомом закрылась дверь, я тут же вскочила, обронив с грохотом крышку. Причем сама испугалась этого шума.

— Это неприемлемо и оскорбительно! — выкрикнула я капитану.

Тот молча отодвинул меня в сторону.

— Хватит со мной обращаться, как с вещью!

— Мне больше нравилась твоя роль тихой рабыни, — усмехнулся он, вновь поднимая крышку.

— Что вы собрались делать? — изумилась я.

— Тоже, что и ты. Или ты думаешь, люк здесь для тебя?

Когда постучали в дверь, я сиганула к кровати, прячась целиком под одеялом, совершенно не обращая внимания на смешок капитана. В комнате раздались шорохи, тихий звон посуды. Вскоре дверь закрылась и тут же прозвучал насмешливый голос капитана:

— Завтрак подан, извольте.

Выглянула из-под одеяла осматривая комнату, но в ней были только капитан и попугай.

Я сидела за столом напротив капитана и ковыряла ложкой что-то жидкое серо-коричневого цвета. Рядом лежал сухарь с белыми крапинками начинающейся плесени.

Подняла взгляд на молчавшего капитана.

— В холодном виде эта бурда еще противнее, — сказал он, продолжая расправляться со своей порцией.

Вчера нам давали тоже самое, но я не вглядывалась и быстро все съела, слишком сильно была голодной. Сейчас же, даже вид этого блюда вызывал отвращение.

— Другой еды нет, — снова сказал капитан.

Зажмурившись, начала есть. Действительно неизвестно когда меня снова покормят.

Когда расправилась с едой, решилась задать вопрос, слишком сильно диссонировал капитан в его поведении с тем, кем он должен быть. Не отрывая глаз от грязной тарелки, тихо произнесла:

— Почему вы стали пиратом?

— Я им родился, — откидываясь на спинку стула ответил он, с интересом наблюдая за мной.

— А к этому можно привыкнуть?

— К чему именно?

— Вы нападаете на корабли… Убиваете.

— На абордаж! — заорал попугай.

Я вздрогнула и обернулась.

— Это не та тема, которую я хотел бы с тобой обсудить, — сказал капитан.

Молча повернулась обратно, уже глядя на его силуэт в солнечном свете.

— Ты хотела замуж за Скуала?

Пожала плечами, взяла в руки ложку и начала водить ей по пустой миске, наблюдая за ней.

— Мы росли вместе, он воспитывался моим отцом, и я с детства знала, что должна выйти за него замуж.

— То есть, ты готова к договорному браку и шока это у тебя не вызовет? — задал новый вопрос капитан.

Резко посмотрела на него, пытаясь увидеть что-то больше, чем легкие очертания. Не зная что сказать, промолчала, но капитан не ждал моего ответа, почти сразу продолжив:

— Наша вчерашняя договоренность остается в силе. Ты получаешь возможность скрыться от Скуала, я — наставника по этикету, — четко разглядела, как капитан поморщился при этих словах, будто съел что-то кислое. — Но есть некоторые сложности. Остатки твоей чести… — он вновь усмехнулся. — В безопасности ты только в этой каюте. Стоит тебе выйти отсюда, любой будет претендовать на тебя. А мне бунт на корабле не нужен.

— Я же не могу все время тут находиться! — возмутилась я, но тут же неуверенно добавила. — Или могу?

— Я предлагаю тебе стать моей женой…

Капитан молчал и ждал ответа, а я была в полной растерянности.

— Как женой? — выдохнула я.

Тут же подключился попугай со своими криками о женщинах. Капитан немного склонился в бок и громко крикнул:

— Питц, заткнись! — и уже спокойно продолжил. — Обычно. Днем мы прибудем в порт, там сходим в морской храм и все. Считай это браком по расчету.

Я снова опустила взгляд на тарелку. Это действительно просто расчет. В моем случае — шанс выжить. Посмотрела на молчавшего капитана, что все еще ждал ответа.

— У меня будут хоть какие-то права?

— Я предложил тебе стать моей женой, а не рабыней. Разницу чувствуешь?

— То есть, как жена я смогу вам сказать все, что захочу и вы меня послушаете? — теперь усмехнулась я, слишком абсурдна была ситуация.

— Гарантирую, что выслушаю, но поступлю по-своему.

— Хотя бы честно. Тогда попросите своего попугая больше не обзываться.

Попугай, услышав, что речь идет о нем, начал переступать с лапы на лапу, качая головой и на разные лады орать свою коронную фразочку.

— Женой, а значит моей правой рукой. Все на корабле должны слушаться тебя. Начни с него. — капитан кивнул на попугая.

— Как правой рукой? — изумилась я.

— Прости, неправильно выразился. Ты — мои глаза, рот и уши. Все что говоришь ты — говорю я.

— Вы сами напросились. — ответила капитану, поднимаясь с места и поворачиваясь к попугаю. — Значит так, Питц, мне тут дали право голоса, поэтому говорю один раз. Еще раз обзовешься, у меня будет шикарный веер из твоих перьев, за второй отправлю в рагу на капитанский стол. Ты меня понял?

Притихший попугай склонил голову на бок, почесал клюв длинным когтем.

— Ш-ш-шлю..

— Выдергивать начнем с хвоста или крыльев? — тоже склонила голову на бок и скрестила руки на груди.

Питц уверенно встал на жердь и выдал:

— Кор-р-ролева на борту.

— То-то, — удовлетворенно кивнула я, поворачиваясь к улыбающемуся капитану.

— Боюсь представить, чем ты будешь угрожать мне, — стараясь не смеяться сказал капитан.

— Начнем с бороды? — спросила я, вскидывая бровь.

— Так какой у тебя, говоришь был титул?

— Я не говорила, но, если вам это важно, леди Кайез, Маркиза Вьюрок.

Капитан как-то странно на меня посмотрел. А я мысленно усмехнулась. Да, я из знатного рода, вот только магии нет.

Глава 7

— Я не полезу… — в испуге сказала я, глядя то на капитана, то на открытый сундук.

— Полезешь. Либо мы повторим вчерашний трюк.

— Я не понимаю зачем. Я могу просто побыть в каюте, — еле сдерживая слезы сказала я. — Я обещаю, что ничего не буду делать с вашей бородой.

— Кайез! Живо лезь! — прикрикнул капитан.

От обращения по имени вздрогнула, кажется, я не слышала его целую вечность, слеза сорвалась и покатилась по щеке. Капитан тут же шагнул ко мне и обхватил большими ладонями лицо, стер шершавым пальцем слезу. И уже спокойно заговорил:

— В каюте без меня не безопасно. Это если не считать того, что я не догадываюсь о твоих мыслях. В сундуке до тебя никто не доберется. А я буду спокоен, что ты чего-нибудь не вытворишь.

Шмыгнула носом, скосив глаза на сундук.

— А если меня найдут.

— Магический замок, который могу открыть только я. Это самое безопасное место на корабле.

Тяжело вздохнув, забралась в сундук и скрестила руки на груди, показывая всем видом, что я обиделась.

Крышка медленно закрылась, щелкнул засов. Раздались тихие шаги капитана по каюте. Старалась дышать коротко, чтобы снова не началась паника, но сердце заходилось в таком бешенном ритме, что с трудом различила слова, сказанные капитаном попугаю:

— Сам в рагу пущу, если к ней кого-нибудь подпустишь.

В этот раз спать не хотелось, несмотря на темноту. Наверное, я к ней привыкла. Лежала тихо,

Старпом настаивал на браке капитана с магичкой. Тут я проблем не видела. Капитан, судя по темно-синим волосам и ярким прядям — маг воды. Вот только не понятно какой силы, ведь капитан так и не назвал своего имени. Возможно, старпом хочет, чтобы капитан усилил свою магию после союза.

Задумалась, чем это обернется для меня. Заключенный в храме брак можно расторгнуть, особенно, если один из супругов не маг. По сути, это просто клятвы в красивом месте. А вот если бы оба были магами, то тогда магический “браслет” и даже грамота не будет так важна.

Это все означало, что мне нужно придумать какой-то план спасения своей шкурки, пока старпом не найдет подходящую партию для капитана.

План я придумать не успела. По крышке сундука постучали и с той стороны раздалось насмешливое голосом капитана:

— Хорошо сидишь?

— Выпускайте уже!

— Думаешь надо? Может тебя сразу так в храм доставить?

— Выпустите, пожалуйста, — уже застонала я, понимая, как сильно затекло тело.

Крышка открылась.

Я тут же выбралась, пытаясь найти хоть толику грации в своих движениях.

— Одевайся. За дверью ждет старпом, он отведет тебя в гостиницу.

Капитан сунул мне в руку сверток вещей.

— Зачем в гостиницу? — тихо спросила я, стараясь не дрожать.

— Ты конечно и сейчас… Как бы это сказать… Обворожительна. Но я хочу видеть в храме чистую невесту.

Так и не поняв до конца сделали мне сейчас комплимент или наоборот унизили, пристроилась на кровати разбирая вещи. Их оказалось немного: чулки, платье и туфли, все темно-синего цвета.

Побоялась спросить откуда у пиратов женская одежда, да еще и цветов магов. Ведь это не просто синий, а «глубокий пурпурно-синий».

— Они новые, старпом купил жене.

Неожиданно прозвучал голос капитана, бросившего рядом со мной плащ-накидку.

Почему-то мне стало стыдно за свои мысли, и я залилась краской.

— Вещи для обряда тебе доставят в гостиницу. Когда будешь готова, старпом отведет тебя в храм.

— А почему не Вы? — пискнула я, откровенно побаиваясь оставаться с помощником капитана.

— У меня есть дела. Но я буду в храме к нужному времени, — ответил капитан, отвернувшись к окну, за которым сейчас был виден порт.

— Хорошо, — со вздохом согласилась я, откладывая чулки в сторону. Слишком грязными оказались ноги, даже несмотря на то, что их похоже обтерли, прежде чем бинтовать щиколотки.

— Знаешь, — обратился ко мне капитан ровным и тихим голосом. — Я не против, если ты сбежишь и не придешь в храм. Даже прикажу старпому тебя отпустить.

Я подняла на него глаза и заметила, странный взгляд, будто ему тяжело это говорить.

— Но я хочу, чтобы в храм ты пришла добровольно.

Я ничего не ответила, продолжая одеваться.

Глава 8

В сопровождении молчавшего и недовольного старпома я спустилась на деревянную пристань, кутаясь в накидку. Большой капюшон скрывал меня от посторонних глаз, но и мешал увидеть что-то большее, чем грязные потемневшие доски, сменившиеся такой же грязной и покрытой мхом брусчаткой.

Приподняла край капюшона и осмотрелась, тут же рядом раздалось тихо и суровое:

— Не вертись, привлекаешь внимание.

Глубоко вздохнула, опустив голову. Легкие тут же наполнились вонючим воздухом, будто полностью состоявшего из запахов пота, протухшей рыбы и нечистот. Тут же закашлялась. Рядом раздался громкий хохот старпома, перекрывающий мой кашель. Как только я успокоилась, смех прекратился.

— Дыши мелко, — последовало новое тихое указание.

Быстро перебирала ногами вслед за широко шагающим сопровождающим, боясь потеряться. Миновав узкие проходы между складами и снующими людьми с бочками, мешками и прочим грузом или налегке, мы наконец-то вышли на дорогу пошире. Быстро глянув на меня, старпом сказал:

— Тут недалеко, не будем брать рикшу.

— Угу, — уже изрядно запыхавшись ответила я.

Путь до гостиницы был однообразным: грязные сапоги и штаны старпома сбоку, передо мной мощеная темным камнем дорожка, и все остальное скрыто все тем же капюшоном.

Тяжелые двери гостевого дома скрипнули, и по моей спине пробежал холодок. Остановилась и начала приподнимать капюшон. Большая рука тут же отдернула его вниз, а другая аккуратно подтолкнула меня вперед, но этого хватило на несколько быстрых шагов.

— Незачем всем видеть тебя сейчас, — шепнул мне пират.

— Дорогой гость! — радостно заголосил мужчина за тяжелой стойкой при виде нас. — Все готово! Ждем! Ждем!

Оказавшись в узком коридоре второго этажа, резко повернулась к старпому и скинула капюшон:

— Как же вы скрываетесь, если вас тут в лицо знают и знают, что вы приплывете.

— Придете. И ты, иди.

Старпом грубо ухватил меня за локоть и дернул дальше по коридору. Потом зачем-то добавил:

— Я парней вперед отправил.

После этого старпом запихнул меня в комнату и зашел следом, а я замерла в испуге, пока он медленно закрывал дверь.

— Я не согласен с решением капитана, — тихо заговорил он, встав у дверей. — Но я останусь верен ему до конца, даже если для этого придется свернуть твою стройную шейку.

Я громко сглотнула, осмотрев комнату на предмет защиты от этого здоровяка, но единственным оружием были подушки на большой кровати.

— Я за дверью… И, если надумаешь бежать, советую выйти через нее, а не в окно.

— Я не собираюсь бежать, — наконец выдавила из себя.

— Зря. Я бы помог, — усмехнулся он в бороду, покидая комнату.

Посреди комнаты стояла большая наполненная ванная, от которой поднимался пар. Забыв обо всем, скинула одежду и, прикрыв глаза, со стоном наслаждения опустилась в горячую воду.

Уже сидя в воде, поняла, что забыла про бинты. Размотала одно запястье и, не веря глазам, уставилась на абсолютно гладкую кожу без единой ссадины или синяка. А там ведь все было содрано, и даже гноиться начало. Быстро сняла оставшиеся бинты, убеждаясь в том, что на руках и ногах нет следов от кандалов. Провела пальцами по шее. Обернулась в поисках зеркала, но оно было далеко. Все же решила остаться в ванной и вначале помыться.

Пока натирала себя мягкой мочалкой с душистым мылом, не могла оторвать взгляда от запястий.

Как так получилось, что маг-лекарь такой силы среди пиратов? Да ему при дворе каком-нибудь можно служить, и он будет купаться в золоте.

Меня прервал настойчивый стук в дверь. Закутавшись в большое полотенце, открыла маленькую щель.

— Платье, — сказал старпом, немного больше открыв створку и просунув в проем одежду. — Помощь нужна?

— Я сама! — быстро ответила я, наваливаясь на дверь и пытаясь ее закрыть.

— Вообще-то я собирался позвать служанку при гостинице.

Дверь с грохотом захлопнулась, так, что я упала на нее.

Одеваясь, удивлялась тому какие вещи мне принесли. Все было очень дорогим и качественным. Тонкие швы на нижнем белье почти не ощутимы. Кружевные чулки невесомые. Нежно голубые платье и туфли украшены камнями. Да и гарнитур из колье и сережек прилагался к моему одеянию.

Нахлынули воспоминания. Когда стало не хватать денег и отчим начал увольнять личных слуг, то первыми оказались моя гувернантка и горничная. Тогда я научилась сама затягивать корсеты и делать прически, какие подобало леди. Поэтому сейчас я совершенно не нуждалась в посторонней помощи.

Облачившись в нежный шелк платья, посмотрела на себя в зеркало, стоящее на тумбе. Поморщилась от ненависти ко всему миру и в первую очередь к своему облику. Дорогое одеяние слишком сильно контрастировало с торчащими в разные стороны короткими голубыми волосами. Провела ладонями по прядям, сжала кончики волос в пальцах, пытаясь их немного оттянуть, хотя бы на висках. Это все выглядело ужасно. Скуал остриг меня, рыдающую после изнасилования, там же в камере, а потом клеймил.

Вдохнув, надела на шею колье и долго смотрела на изящные серьги, похожие на каплю голубой воды. Решившись, с трудом вставила одну в почти заросшую дырочку на мочке. А второе — разорванное ухо прикрыла волосами. Серьгу заколола вместо брошки на платье.

Взглянула в окно, тяжело вздохнула.

— Я готова, — сказала старпому, резко распахнув дверь.

— Накидку надень, — бросил он, внимательно меня осмотрев.

Глава 9

Я была не права. Храм богу морей — это не просто красивое место, оно великолепное. Тихий шум моря успокаивал, мелкие волны дарили ощущение свободы, с шелестом набегая на ступени храма, что вели прямо в воду. Нежный запах цветов и пение птиц зарождали радость в сердце, заставляя улыбаться, как и идеально голубое небо. Сейчас оно было точно такого же оттенка, как выбрали своим древние маги воздуха. Редкие пушистые белые облака, стесняясь обходили стороной солнце и маленький подсолнышек рядом. На самом деле подсолнышек не был светилом, только яркой звездой, что появлялась на небе в определенные часы. Для путников он служил ориентиром, а для меня сегодня, его появление означало лишь то, что уже скоро должен начаться обряд.

Осмотрелась по сторонам. Множество магов воды в темно-синих одеждах. Кто-то принес подношение, кто-то просто прогуливался в месте их силы, наполняя свой резерв чистой магией. Какие-то пары ожидали момента, когда можно будет произнести слова и заключить брак. Старпом давно исчез, оставив меня здесь одну.

Я боялась, что капитан передумает и не придет. Сейчас он был моей единственной надеждой на отсрочку и спасение. Без денег и связей мне самой не выбраться. Совсем скоро я окажусь в том месте, о котором так любит говорить Питц. Тяжело вздохнула, теребя между пальцев серьгу, пристегнутую к платью.

Один из прогуливающихся здесь магов направился в мою сторону. Этого молодого мужчину в ярко синем костюме и белой рубахе я заметила давно, слишком сильно он отличался своей мощью, будто возвышаясь над остальными магами. Мне показалось, что все здесь присутствующие наблюдали за ним, как и я, исподтишка. Вот только теперь, я разглядывала его в открытую, раздумывая сбежать или узнать, чего он хочет.

Пронзительный, расчетливый и холодный взгляд темных глаз из-под густых, слегка изогнутых бровей. Прямой нос с ярко выраженной переносицей и высокие рельефные скулы, добавляли ему еще больше мужественности. Плотно сжатые тонкие губы придавали облику строгости.

В нерешительности сделала шаг назад.

— Все же решила сбежать? — с усмешкой произнес маг. — Уже поздновато.

— Кап… Капитан? — заикаясь, в изумлении спросила я.

— А я узнал тебя сразу, — улыбнувшись сказал капитан, поднял руку и почти не касаясь провел по моим волосам. — Пушистенькая.

Я молча смотрела на мужчину перед собой и пыталась сопоставить два образа: невероятно привлекательного молодого мага и жесткого бородатого мужлана с корабля.

— Меня сложно не узнать, — прошептала я. — Тут с такой стрижкой только я.

В этот момент к нам подошел жрец и спросил, определились ли мы с местом обряда. Каждая пара выбирала свой «уголок»: кто-то спускался к воде или даже заходил в нее, кто-то, наоборот, уходил подальше, кто-то прятался под навесом. Дар речи покинул меня, в горле пересохло, а тело начала бить мелкая дрожь, сердце заколотилось так, что перекричало шум моря, ноги обмякли, и я с трудом стояла. Капитан приобнял меня за талию, придвигая чуть ближе к себе, и ответил жрецу:

— Это место идеально.

Улыбнувшись, вложил мою трясущуюся руку в свою и уже спросил меня:

— Да?

Я часто закивала не в силах вымолвить хоть слово. Глаза заволокла пелена и мир начал расплываться. Туман проникал в сознание. Все происходящее только немного отпечатывалось в моей памяти.

Вначале жрец произнес слова очищения, потом капитан свои слова, я тоже что-то говорила, и снова жрец, закрепив наш брак магическими путами.

Не помня себя, подошла к краю воды, все так же чувствуя на талии большую ладонь капитана. Не понимая, как отстегнула серьгу от платья и бросила ее в воду. Капитан тоже бросил что-то, похожее на золотой.

Сквозь гул в ушах услышала его тихий голос:

— Все позади, не надо так бояться.

Прикрыв глаза, глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться, но мое тело словно пронзило холодным копьем от того, как к моему подбородку прикоснулась большая ладонь, слегка поглаживая щеку шершавым пальцем, а губы накрыли мужские. Странное и неизвестное чувство, я такого не испытывала раньше. Дрожь, словно испугавшись происходящего, свернулась в животе большим щекочущим чувством.

Распахнула глаза и увидела довольное лицо капитана. Прерывисто выдохнула.

— Ну, что жена, пойдем? — привычно усмехнулся капитан.

Я снова часто закивала.

Глава 10

Паника отступала. Я медленно шла рядом с капитаном, который больше ко мне не прикасался, и рассматривала улицу с белыми домами и цветущими деревьями, вдыхая полной грудью сладковато-горький аромат цветов. Вскоре поняла, что мы удаляемся от моря.

— А мы разве не на корабль? — удивленно спросила я.

— В гостиницу, — спокойно ответил капитан и неожиданно для меня продолжил: — Хотелось бы побыть на суше и поспать в чистой постели. Ты не против?

Отрицательно покачала головой. А следом пришло понимание, закатные лучи и слова капитана натолкнули меня на мысль. Огляделась по сторонам, мы на улице одни, редкие прохожие были далеко от нас. Затеребила тесьму на поясе корсета, решаясь на просьбу.

— Ты что-то хочешь спросить? — раздалось

— А как вы догадались? — вскинув взгляд на капитана, произнесла я.

— Ты теребишь тесьму. Значит решаешься на что-то, скорее всего спросить о чем-то или попросить.

Тут же отдернула руку.

— Это пустяки.

— Я бы хотел это услышать.

Я еще какое-то время помолчала, пытаясь уговорить себя быть смелой.

— Вы бы не могли все сделать так, будто у меня это в первый раз.

Капитан остановился, приобнял меня за талию, провел ладонью по щеке убирая с нее пряди и запуская пальцы мне в волосы. Это вызвало новую волну мурашек, а жар тут же прильнул к щекам.

— Ты все еще боишься, что я сделаю тебе больно? — спросил он, всматриваясь в мое лицо.

— Простите, — получилось тихо, больше похоже на писк.

— Ты помнишь мою клятву?

Рефлекторно кивнула, потом отрицательно покачала головой. Провела пальцами по лбу, пытаясь успокоить горящее лицо.

— Я, кажется, перенервничала и забыла.

— И сейчас ты снова нервничаешь, — усмехнулся капитан, я часто закивала. — Что ж, может в этот раз запомнишь, — продолжая улыбаться говорил он. — Я пообещал защищать и оберегать тебя до последнего вздоха, дать тебе все, чего бы ты ни захотела.

— Опрометчиво, а если я захочу вернуть свой титул.

Капитан склонился к моему уху и прошептал:

— Хоти лучше.

От этих слов и его дыхания новые толпы мурашек пробежали по телу, поднимая волоски.

— А вы все запомнили? — спросила, лишь бы не думать о неожиданно вспыхнувшем странном волнении.

Капитан кивнул, отстраняясь от меня. Тут же почувствовала холод.

— А… А что пообещала я?

— Вспомнишь, расскажешь.

Оставшуюся дорогу до гостевого двора я провела в раздумьях. Вначале пыталась вспомнить сказанные мной же слова в храме. А потом задумалась над поведением капитана.

Сейчас оно противоречило всем моим представлениям о кровожадных и беспощадных пиратах. Тот же Скуал оказался более страшным человеком, чем капитан. Бросила короткий взгляд на идущего рядом статного мага. Что-то в нем было не так. Ведь капитан снял с меня кандалы, да это было болезненно и страшно, но он постарался облегчить этот процесс. А Скуал заковал меня в них в расчете, что меня убьют. Передернула плечами, отгоняя мысли о той участи, которую миновала. Капитан меня допрашивал? Он предложил обмен, информация для него взамен того, что очень было нужно мне. Думать о том, что сделал со мной Скуал не хотела, но непроизвольно провела ладонью по плечу. А еще капитан дал возможность меня исцелить. Лекарь не оставил ни единого следа на моем теле, напоминавшем о рабстве. Грубая и короткая речь, но что-то мне подсказывает, что на корабле нет возможности на все эти длиннющие фразы: не соблаговолите ли вы, будьте так любезны… Точно! Капитан на меня накричал. Но опять же, скорее всего он торопился, а я устроила истерику…

— И что надумала?

— Ой!

Только сейчас я осознала, что оказалась посреди комнаты в гостинице, а капитан снимал пиджак стоя рядом со стулом.

— Я полагала, что это моя комната… — в растерянности произнесла я, глядя на то, как капитан начал расстегивать пуговицы на рубашке.

— Это наша комната, не вижу смысла снимать две разные.

— Почему? — мой вопрос прозвучал совсем тихо.

Я думала, что капитан сейчас, как обычно, рассмеется над моей глупостью, но он снял сапоги и медленно подошел к кровати, сел на нее и притянул меня к себе, поворачивая спиной.

Схватилась за верх платья, почувствовав, как ловко капитан справляется со шнуровкой на спине. Закончив с корсетами, он быстро развернул меня к себе лицом. Сидя, капитан оказался чуть ниже меня.

— Ты не хочешь говорить о том, о чем размышляла почти всю дорогу?

Отрицательно покачала головой.

— Тогда можно я спрошу?

Немного напряглась не зная, чего теперь мне ожидать, но все же кивнула, продолжая плотно прижимать сползающее платье к груди.

— У меня есть шанс получить твою любовь?

Я смотрела в темно-синие глаза, в которых плескалось море и пыталась осознать вопрос, заданный капитаном.

— Кайез, не молчи, пожалуйста, — шепотом попросил он, скользнув руками по моим ногам поверх многочисленных юбок платья.

— Зачем это вам? Я не понимаю вас…

Мне казалось, что я говорю только одними губами, так тихо звучал мой голос. Сердце колотилось так сильно, что я чувствовала его удары ладонями, а лицо снова опалял жар. Капитан молчал, и я продолжила:

— Вы говорили, что я не просто стану вашей женой, а мои слова — это ваши слова. Такого не позволяет даже высший магический орден. Жена всегда за спиной мужа, но не равна ему… Вы говорили про временный брак по расчету, а теперь спрашиваете про чувства.

Капитан улыбнулся и уверенно сказал:

— Я не говорил про временный брак. Но сейчас я просто хочу знать, возможно ли то, что ты когда-нибудь меня полюбишь?

Я молчала, не зная, что на это ответить.

— Хорошо, этот вопрос слишком сложный. Давай начнем с другого. Доверие. Если ты готова довериться мне, опусти руки.

В комнате повисла тишина, я слышала стук своего сердца и прерывистое дыхание. А потом тихий шорох шелка, от падающего на пол платья.

Глава 11

Я лежала на мягкой кровати чуть прикрывшись и пыталась разобраться в своих чувствах и ощущениях. Капитан лежал рядом на животе, подперев подбородок кулаком и опираясь на локоть. Наткнулась на его внимательный взгляд и тут же скрыла лицо, запылавшее от смущения, под простыней.

— Ну и что ты спряталась? Я уже давно все рассмотрел, — со смешком сказал капитан, оттягивая ткань вниз. — Покажи мне свои глаза, — все так же с улыбкой в голосе попросил он, настойчиво продолжая тянуть простынь.

— Зачем? — спросила я из своего укрытия.

— Мне нравится следить за тем, как у них меняется цвет.

— Это не правда! — я тут же откинула простынь, открывшись до плеч. — Они не меняют цвет!

— Откуда тебе знать? Ты же этого не видишь.

Капитан подтянулся и поцеловал меня в щеку, потом в губы и уже тихо начал шептать, поправляя окончательно растрепанные волосы.

— Когда мы встретились, ты была готова к тому, что конец неизбежен и твои глаза были серыми, словно штормовое небо. И, я тебя заверяю, как твой муж и моряк, что сделаю все, чтобы больше никогда этого не увидеть. Когда ты рассказывала о своем прошлом, они стали почти белыми с тонким голубым ободком. А в храме они были светлыми, как чистые воды, а сейчас они стали голубыми, как сегодняшнее небо.

— Вы врете, они всегда голубые, — не веря в услышанное произнесла я.

— Ты обвиняешь меня во лжи? — наигранно удивился

Взгляд капитана сместился к моему уху, следом его коснулись пальцы. Я дернулась. Мне совершенно не хотелось, чтобы он туда смотрел.

— Нужно сказать лекарю, чтобы он тебе исцелил ушко, — задумчиво произнес капитан и склонившись коснулся губами мочки.

— Зачем?

— Как зачем? Когда я дарю тебе две серьги, я хочу, чтобы ты носила обе, — капитан снова заулыбался и посмотрел мне в глаза.

— Можете не дарить… — пожала я плечами. — И простите, что отдала одну серьгу морю. У меня больше ничего не было.

Капитан отзеркалил мое действие и тоже пожал плечами, склонился обратно к уху, теперь уже щекоча дыханием висок произнес:

— Это твои вещи и тебе решать, что с ними делать.

Он снова выпрямился и произнес с улыбкой глядя мне в глаза:

— Вернемся к тому, с чего начали. Как ты себя чувствуешь?

— Кажется, Онки была права, — заливаясь жаром и чувствуя его по всему телу призналась я. — Только… Я не хочу как они со…

Капитан не дал мне договорить, ухватил за бедро притягивая ближе, почти подминая под себя.

— Сейчас-ка, вот это все мое и делится я не собираюсь!

— Это временно, — произнесла я, отводя глаза.

— Да что ты заладила про временно? Неужели я тебя не понравился?.. — возмутился он, а потом понял. — Тот разговор со старпомом?

Я кивнула, все еще не в силах посмотреть на капитана. Он повернул мою голову, положив ладонь на щеку и тихо сказал:

— Я выполнил его план, женился на магичке из знатного рода. Но на той, что выбрал я.

— Вы сделали неправильный выбор. Магии во мне нет, а род от меня отказался…

— Цвет твоих волос говорит о том, что ты сильная магиня, а твой отчим…

— Мама так же говорила, но магистр сказал, что они скоро потемнеют.

— Потемнеют? — усмехнулся капитан, перебирая мои короткие пряди. — Я вижу серебряные волоски — признак просыпающейся силы.

— А еще это может быть седина!

Капитан щелкнул меня по носу и указал чуть ниже моей левой ключицы.

Я попыталась рассмотреть сложный синий рисунок из волн и водных завихрений, потом совсем позабыв про стыд вскочила с кровати и подбежала к зеркалу, теперь уже в нем рассматривая магическую метку.

— Не может быть, — прошептала я.

Капитан подошел ко мне и обняв со спины выставил вперед свою руку, демонстрируя правое запястье. Ухватилась за его предплечье и провела большим пальцем по голубовато-белому рисунку вихря похожего на маленькую птицу.

— Как?

Вскинув на отражение глаза и встретившись там со смеющимся взглядом капитана спросила я, почти осев от изумления в его объятиях, но рука, державшая меня за талию, плотно прижимала к мужскому телу.

— Магическая консумация брака произошла, теперь никаких разводов.

После этих слов, капитан начал покрывать мое плечо поцелуями, плавно приближаясь к шее.

— Ты еще завтра со мной за грамотой сходишь? — сказал он, касаясь меня губами.

— Какой грамотой? Кто нам ее даст? Мы оба вне закона.

Тело отказалось мне подчиняться, послушно подставляясь под незнакомые до этого ласки.

— Пойдешь? — спросил капитан, снова целуя в шею. — Пойдешь? — тут же переспросил, а потом начал щекотать чувствительную кожу своей щетиной и уже утверждал: — Пойдешь, пойдешь, пойдешь.

Я извивалась в его руках, хохоча до слез и с трудом ответила:

— Пойду.

— Так бы сразу, а то какой…

Капитан развернул меня к себе и поднял на руки, усаживая так, чтобы я обхватила ногами его бедра.

— А теперь продолжим… — поцеловав меня в губы сказал он, направившись обратно к кровати.

Глава 12

Я лежала на постели, боясь пошевелиться и разбудить спящего за моей спиной капитана. Мужская рука уверенно придавила меня к кровати, а ладонь лежала там, где постыдно даже говорить девушке. Поглубже вздохнула, пытаясь убрать таким образом тяжелую конечность. Не помогло. Натянула простынь до самого подбородка и продолжила наблюдать за птичками, скачущими и перелетающими с ветки на ветку в утренних лучах солнца. Мне казалось, что сейчас они рассказывают друг другу от том, как бывшая маркиза Вьюрок проводила время этой ночью. Стыд опалял щеки, а спина полыхала от того, что сейчас касалась мужской груди. Горячее дыхание мужа в затылок только усиливало ощущение пожара.

Неожиданно раздался тихий шепот, от которого я вздрогнула:

— Мне уже можно перестать притворяться, что я сплю или тебе нужно еще подумать?

Пискнув, натянула простыню до самого носа.

— Прекрати прятаться, — целуя меня в волосы сказал капитан.

— Простите, — с трудом произнесла я, медленно опуская руку.

— Неужели этой ночью тебе было плохо, и ты теперь жалеешь, что вышла за меня замуж? — в голосе капитана звучала усмешка.

— Нет… Но я же…

— Еще скажи, что леди себя так не должны вести.

— Не должны, — еще сильнее заливаясь краской подтвердила я, продолжая смотреть на птиц.

— То, чем мы занимаемся наедине и тем более, как мы это делаем — это наше дело.

Часто закивала, пытаясь внушить себе эти слова.

В комнате снова воцарилась тишина, только теперь она стала какой-то уютной, и птички за окном словно сменили свои разговоры.

Рука капитана слегка сжала мою верхнюю округлость.

— Капитан! — возмутилась я, дернувшись, но спиной плотнее прижалась к его груди.

Тут же замерла, и совсем не от прикосновения к нему, а по другой причине. Почувствовала, как округлились мои глаза, медленно повернула голову глядя через плечо на своего мужа.

— Наконец-то дошло? — усмехнулся он.

Кивнула и закрыла лицо руками.

— Теперь мне на самом деле стыдно, — сказала я в ладони, вновь чувствуя, как горит кожа на лице.

— Я могу еще подождать, пока ты решишься спросить.

Убрала руки, поворачиваясь на спину, и, утопая в синих смеющихся глазах, задала вопрос, который нужно было озвучить еще вчера утром:

— А как тебя зовут?

— Курт, — стараясь не смеяться ответил мой муж.

— Просто Курт? Без фамилии, без рода?

Вся веселость слетела с лица капитана, он тяжело вздохнул и сел на кровати.

Чувства пронеслись с такой скоростью, что я даже не успела толком распознать растерянность от его поведения, как на смену ей пришел ужас.

На спине капитана были три отметины от смертельных запрещенных заклинаний: воздушный смерч, земляная ловушка и огненная плеть. Дрожащими пальцами прикрыла рот, открывшийся в немом крике. Я, не моргая, рассматривала белую спираль выше левой лопатки, три красные полосы от правого плеча до левого бока и черную сетку рядом. Края каждого заклинания были размыты, словно пятно чернил на сырой бумаге.

— Как ты выжил? — еле слышно произнесла я, пытаясь сдержать слезы, представляя боль, что испытал капитан.

— Как это произошло? Такие заклинания запрещены.

Я села, нерешительно касаясь кожи рядом с отметинами. Вспомнила, как ночью впивалась ногтями в его плечи и спину.

— Тебе не больно?

— Сколько вопросов сразу, — горько усмехнулся Курт. — Не больно, почти. Я не могу назвать тебе свой род и как это произошло.

— Ты вчера просил о доверии. А сегодня не доверяешь мне?

Капитан взял мою руку и поцеловал в центр ладони. И тихо, но уверенно заговорил:

— Я готов вложить в эту ручку клинок и повернуться к тебе спиной, полностью уверенный в том, что ты не вонзишь его в меня. Но от того останется ли эта история в тайне, зависит очень много жизней.

Я молчала, не зная как мне реагировать на его слова.

— Кайез, если нас поймают, то ты должна говорить, что вышла за меня замуж под принуждением, поняла?

Кивнула, облизав внезапно пересохшие губы, не в силах проглотить ком застрявший в горле.

— Возможно, это будет твой шанс на жизнь. Но тебя не должны казнить из-за меня.

Курт обернулся, перетягивая меня к себе на колени и перекидывая мою ногу через свои. Положил ладонь мне на щеку, вытирая взявшиеся из ниоткуда слезы.

— Когда придет время, я тебе все расскажу.

Я снова закивала, обняла его за шею и тихо спросила:

— Тебе правда не больно?

— Некомфортно, когда рядом сильный маг колдует, не более.

— А это тоже оттуда? — тихо спросила я, коснувшись алого пятна в виде расплывшейся птицы под правой ключицей. — Я думала это от…

— Тоже, все оттуда. Как пирата меня ни разу не ранил маг, — усмехнулся Курт прижимая мою голову к своему плечу.

— Наверное, нам много нужно друг о друге узнать, — все так же чуть слышно сказала я, касаясь губами его кожи.

Это было дико и странно, но мне нравился его запах и вкус. Я все время пыталась разгадать что они напоминают.

— Давай начнем с простого, — предложил Курт. — Сколько тебе лет?

— Двадцать три, а тебе?

— Двадцать девять, — ответил он, но тут же приподнял мою голову за подбородок, заглядывая в глаза. — Когда отчим тебя продал?

— Ты обещал простые вопросы. Чуть меньше полугода, вроде бы.

— Четыре года… — тихо прошептал Курт.

Мне не нужно было пояснять его слова. Четыре года я была пустым местом в собственном доме, четыре долгих года всего лишь тень сестры без права голоса. Все что мне дозволялось сказать свое мнение с разрешения Кайены, и лучше бы оно совпадало с ее.

— Однажды мы получим свое право на счастье, — сказал капитан, касаясь губами моей щеки. — И мы пройдем этот путь вместе. Да?

— До конца, — тихо произнесла.

— Но нам же никто не мешает быть счастливыми сейчас? — вдруг улыбнулся он, ухватив меня за бедра.

— Ты что делаешь!? — пискнула я, упираясь в его широкие плечи.

— То, чем занимаются супруги по утрам, — все так же хитро улыбаясь говорил Курт.

— По утрам супруги завтракают!

— Позавтракаем, но позже…

Глава 13

За завтраком в общем зале гостиницы, по пути на ярмарку, мне все время казалось, будто все смеются надо мной или осуждают, но как только я увидела множество людей, снующих между неровных торговых рядов, забыла обо всем и встала, словно вкопанная.

— А мне обязательно туда идти? — тихо спросила остановившегося рядом Курта.

— Женушка моя, им всем все равно чем мы занимались этой ночью, — с трудом сдерживая смех произнес он.

— Дело не в этом… Я… — посмотрела ему в глаза, ища поддержку. — Я не бывала на таких больших ярмарках.

— Вот оно что. Ты боишься толпы?

Я коротко кивнула. Курт одной рукой обнял меня за талию, а другую выставил передо мной ладонью вверх и тихо шепнул в волосы:

— Вместе.

— До конца, — ответила я, вкладывая свои пальцы.

Вначале я совсем не обращала внимания на товар, меня бросало то в жар, то в холод. Добела сжимала пальцы, лишь бы не отпустить руку Курта. Вздрагивала от каждого пристального взгляда.

Капитан же уверенно переходил от лавки к лавке, где-то что-то покупал, где-то торговался. Понемногу стал втягивать меня в этот процесс, интересуясь моим мнением. Я начала привыкать к толпе и даже увлеклась покупками, но руку Курта так и не отпустила, даже когда приходилось прикладывать одежду, чтобы определиться с выбором.

На самом деле выбор был небольшой, белые легкие рубахи до середины бедра, но с разными вариантами рукавов. Многие как раз не подходили из-за длины рукавов.

— Я могу их перешить, — после очередной примерки сообщила Курту.

— Ты умеешь шить?

— Ну да. Причем не плохо.

— Хорошо, тогда выберем те, что понравятся, а ты перешьешь, — осмотрелся по сторонам. — Где-то видел товары для шитья. Скажи мне, а чем ты еще любишь заниматься?

— Гулять, читать. А что?

— Ну, с гулять могут возникнуть проблемы, а вот с читать…

— Курт, зачем тебе это? Это ведь не важно…

Капитан отвел меня в сторону от прохода, закрыл собой от толпы, чтобы меня не толкали:

— Мы будем в море, некоторые переходы занимают недели. Тебе нужно будет чем-то заниматься. И даже если бы не это, мне важно знать, что ты любишь, а что нет. Разве тебе все равно на мои предпочтения?

— Я как-то не подумала. А что любишь ты?

— Море и читать.

Я замерла, наблюдая за Куртом.

— Представь себе, у нас есть что-то общее.

Эта фраза что-то сломала во мне окончательно. Я перестала сравнивать Курта с другими мужчинами которых встречала. Просто поняла, что все мои знания неверны в корне. Бывают другие, вот он, стоит передо мной и, улыбаясь своей постоянной улыбкой, ждет моей реакции. Ведь я действительно могу с ним говорить, не дожидаясь дозволения, могу смотреть на него открыто и не опускать взгляд в пол, могу…

— Ты не шутил там, в каюте? — прошептала я, замирая от страха и боясь услышать, что ошиблась в своих выводах.

— Я вообще редко шучу, — улыбка слетела с его лица, превращая в сурового мага, от взгляда на которого ты понимаешь, что с ним лучше не связываться. — Но я бы хотел получить уточнение, о чем именно ты говоришь.

— Про то, что я… — запнулась, не решаясь произнести вслух. Глубоко вздохнула. — Что у меня есть право голоса…

Курт прижал меня к себе и прошептал в висок:

— Запомни: глаза, рот и уши. Я женился на тебе, потому что в тебе есть то, чего так не хватает остальным леди.

— Цвет глаз? — вспомнила я наш ночной разговор.

— Я читала, что волчица закрывает собой горло своего волка, когда он готовится к бою… Тогда мне показалось это глупостью, а сейчас…

— Пойдем, волчица, — усмехнулся Курт. — нам еще остальную одежду тебе надо купить.

— Я не понимаю зачем на меня тратить так много. Ты уже купил мне рубашки и у меня есть платье…

— В походах одежда изнашивается намного быстрее, чем от жизни во дворце. А еще в платье на корабле не набегаешься. Или ты хочешь расхаживать по палубе в одной рубахе?

— Не хочу, — ответила я, рефлекторно опустив взгляд, как поступала всегда, когда отчим делал мне замечание.

— Я тоже не хочу этого. Мне как-то больше нравится мысль о том, что твои ножки вижу только я.

— Курт! — возмутилась я, заливаясь краской стыда, а перед глазами пронеслись картинки прошлой ночи и утра, опаляя жаром все тело.

В итоге мне купили плотные кожаные штаны, толстые короткие чулки, высокие сапоги, длинные камзолы — все это было мужское и вызывало у меня смешанные чувства. Когда Курт выбирал для меня небольшую непромокаемую сумку, которую я должна была по его указанию носить везде и всегда с собой, он заметил несколько кожаных корсетов. Я пыталась объяснить, что это лишнее, но продавец заливался соловьем, о том, что это новая мода в Лютрене, девушки носят такие корсеты поверх рубах с длинными юбками. Потом были кожаные плотные наручи и перчатки тончайшей выделки.

— Я отказываюсь что-либо понимать, — сказала я, заправляя за пояс одну из пар, чтобы Курт проверил, хватает ли длины.

— Без перчаток твои руки огрубеют, а несколько пар, потому что они быстро износятся.

— Но можно же тогда взять более грубые.

— Кайез, тебе не кажется, что я лучше знаю, что можно?

Тут же опустила голову, но мой подбородок уперся в костяшки его кулака.

— Не прячь глаза, — совсем с другой интонацией произнес он. — Не теряй уверенности в своих словах, даже если оппонент думает, что он прав.

Глава 14

Отдав все покупки кому-то из команды, во всяком случае я так поняла, по короткой фразе Капитана:

— Отнесешь на корабль и скажешь старпому, что договоренность в силе.

После мы отправились в таверну, а оттуда на второй круг по ярмарке. Я уже изрядно устала, но теперь хотя бы понимала, что от меня требуется. Курт сказал купить все для обучения столовому этикету. Посуду, упакованную в ящики и застеленную соломой, продавцы сами доставляли на нужный адрес, в нашем случае корабль, совершенно не задавая вопросов.

— Это все, что ты сказал, — повернулась я к Курту, убедившись, что четыре комплекта тарелок упакованы верно.

— Как ты запомнила это все?

Пожала плечами, меня учили этому с детства, для меня это было нормальным.

— Ну, раз все, — продолжил Курт. — Пойдем?

— Куда? — почти простонала я, чувствуя, как гудят ноги от долгой ходьбы.

— За грамотой, ты согласилась.

— Это был твой коварный план? Вначале исходить со мной всю ярмарку, а потом повести за грамотой?

— Устала? Очень? — тут же забеспокоился он. — Я как-то не подумал, что ты не привыкла к таким длительным прогулкам.

— Все хорошо, ты же говорил, что потом долго не получится гулять, вот нагуливаем впрок, — постаралась улыбнуться, чтобы сгладить момент.

— У нас правда нет времени, завтра на рассвете мы должны отчаливать. Так что и ночевать будем уже на корабле. Ночевать… Прости, женушка, еще один круг.

— Что? — пискнула я.

Казалось бы, простая задача: купить постельные принадлежности, оказалась изматывающе невозможной. Ну что может быть не так? Всего лишь: перина, пара подушек, одеяло и несколько комплектов сменного белья. Мы уже в который раз обходили огромную территорию ярмарки в попытке найти то, что устроит капитана. Вся проблема была в том, что то, что предназначалось для походов в море было грубым и жестким, а мягкие принадлежности не подходили, так быстро гниют от морского воздуха и влажности.

— Все! Я сдаюсь! Ты невозможен!

— Кайез? — удивился Курт.

— Что Кайез? Мы тут до заката ходить будем. Я уже торговцев в лицо узнаю! Пожалуйста, выбери то, что подходит для корабля и пойдем в гостиницу, я есть хочу. Если хочешь, я за грамотой не пойду, побегу.

Сложила руки в умоляющем жесте, но тут же опомнилась и снова ухватилась за шершавую ладонь мужа.

— Раз ты запомнила торговцев, веди к тому, что тебе понравился больше всего.

— Мне ни один не понравился, — буркнула я, — Но вон там ты сказал, что товар неплох.

Я бежала к городской мэрии, шпиль которой был виден от арочных ворот ярмарки, позабыв о том, что леди только шествуют и всегда чинно, не думая о том, что прямо там меня могут признать и арестовать. Опомнилась только оказавшись в помпезном здании, слишком сильно напоминавшее одно из крыльев нашего дома.

Обстановка давила, заставляла подчиниться, вспомнить прошлое и себя. Проснулись все страхи разом, я сильнее сжала ладонь Курта.

Несмотря на мои опасения, на нас никак не реагировали. Мы вошли в приемную мэра. За дорогим столом сидел мужчина средних лет. По огненно-красной пышной кудрявой копне которого было сразу понятно, что перед нами сильнейший маг огня.

— Я уже начал думать, что ты не придешь, — привстав, он протянул руку Курту.

— Немного задержались, показывал жене город, — ответил Курт, пожав протянутую ладонь.

— А это, я так понимаю, жена и есть? — устраиваясь обратно в своем кресле и не предлагая нам присесть сказал мэр. — Поздравляю… Позвольте полюбопытствовать, что же случилось с прической юной леди?

Я вспыхнула от столь нетактичного вопроса. Тут же понимая, что совсем близка к аресту, по моей спине пробежал холодок, контрастируя с пылающим лицом.

— Не советую экспериментировать с бальзамами для волос, — ответил вместо меня Курт. — Вон, одна допробовалась, — усмехнулся он. Тут же стал серьезным. — Ты грамоту уже дашь или мне еще подождать?

— Да, да, конечно.

Мэр достал из ящика бумагу с сургучной печатью.

— Так кого вписываем? — взяв перо, спросил он, устраивая руку над бумагой.

Сердце бешено заколотилось в груди, еще больше опаляя лицо жаром.

— Я сам впишу, как капитан имею право, — ответил Курт.

— Да ладно, раз вы оба тут, — с пугающей улыбкой произнес мэр.

— Мы бы хотели сделать это при команде, дух семьи и все такое…

— Да, ты прав, — начав нехотя сворачивать бумагу сказал мэр. — Просто сейчас пошли такие капитаны, что с

— Мы знакомы много лет, вроде бы у тебя не было сомнений в моей грамотности, — забрав из рук мэра сверток, говорил Курт, снова развернув и пробежав взглядом, быстро свернул обратно и убрал во внутренний карман.

— Не злись ты, праздник, вся эта суматоха, сам понимаешь… В знак извинения, и нашей дружбы, приглашаю на закате на бриг «Тункай».

— Не горю желанием.

— Ну, выведи ты свою жену в высший свет, а то так и будет сидеть в четырех стенах и ждать твоего возвращения.

В комнате повисла тяжелая давящая тишина.

— Мы будем, — ответил Курт, бросив на стол увесистый мешок, что громко звякнул монетами.

Глава 15

Вернувшись в гостиницу, мы устроились в дальнем углу большого зала на первом этаже. Курт тут же заказал еду у пышногрудой подавальщицы, которая пыталась подсунуть свои прелести поближе к носу моего мужа. Моего! Между прочим.

— Не скрипи зубами, — усмехнулся Курт, как только мы остались одни. — Я понял еще днем, что мне запрещено смотреть на других женщин.

— Вот и не смотри!

— А я и не смотрю! Только на тебя.

— Что они тебе все свои выставляют? — я показала грудь в несколько раз больше своей.

— Ну, в следующий раз спросишь.

— Я смотрю, милые уже бранятся, — присаживаясь за наш стол сказал старпом. — Ну, что?

— Эта су… — Курт прервался, бросив быстрый взгляд на меня. — В общем… Мы с Кайез сегодня идем на «Тункай». Вернемся после салюта.

Он говорил все это ровно и спокойно, достал из кармана грамоту, расправив ее на столе. Старпом тут же поставил небольшую чернильницу и положил рядом короткое походное перо.

— Готовь команду, выйдем в ночи. — окуная перо в чернила, тихо сказал капитан, сейчас именно он был перед нами. — Всем скажешь, что на рассвете, как в документах.

Быстро и уверенно вписал имена в грамоту и свернул ее до того, как к нам вернулась подавальщица.

— Ты знаешь, что делать с этим, — Курт протянул старпому сверток.

Тот кивнул и, не обращая внимания на подошедшую девушку, вышел из-за стола.

— Научи меня ругаться, — попросила Курта, глядя на брошенную подавальщицей тарелку.

— Питца попроси.

— А это идея.

Быстро поужинав, мы поднялись в комнату, где не менее быстро переодевались в парадную одежду, уже ждавшую нас.

— Откуда она здесь? — спросила Курта, который расшнуровывал корсет моего повседневного платья.

А сама задумывалась над тем, что уже не краснею от этого действия.

— Хотел сходить с тобой на берег вечером и посмотреть салют.

Меня удивило как Курт ловко справляется с ролью горничной.

— Как ты вообще справлялась с этим сама? — спросил он, затягивая шнур.

Обернулась через плечо:

— А я хотела спросить, где ты так натренировался, — усмехнулась я.

— Не вертись, — скомандовал Курт, дернув шнур плотнее. — Отец научил.

— Отец? — удивилась я, уже оправляя платье и подходя к зеркалу, чтобы надеть гарнитур.

— Сказал, что если я хочу раздевать девок, то нужно научиться их одевать, — Курт перехватил застежку колье. — Спорим я затянул больше корсетов, чем ты?

Повернулась, вставляя серьгу в ухо.

— Ты же понимаешь, что со вчерашнего дня…

— Когда ты ревнуешь, у тебя темно-синие глаза, как морская гладь в непогоду, — тихо сказал он, перебив меня, поднимая мое лицо за подбородок.

Провела руками по вороту его рубахи и так же тихо ответила:

— Тогда капитану известно, что дальше злить море не стоит.

У гостиницы нас ждал помощник капитана, стоя рядом с рикшей.

Курт передал старпому нашу сумку с вещами.

— Не нравится мне это, — пробурчал он, забирая ношу.

— Лукас нам нужен, сейчас не время портить с ним отношения отказом от приглашения, — ответил капитан.

Рикша быстро привез нас к нужному пирсу.

Здесь все было иначе, в отличие от того места, где стоял бриг пиратов. Ухоженные газоны со стриженной травой, вазоны с цветами, лавочки для ожидания и роскошная пристань с белыми перилами. Все для комфорта тех, кто мог себе позволить отправиться в морское путешествие или просто на прогулку.

— Вместе, — выставил передо мной ладонь Курт, как только рикша остановился.

— До конца, — ответила я, вкладывая пальцы.

Мэр нас встретил на причале, рядом с бригом.

— Рад, рад, — сказал он, совсем без радости, пожимая двумя руками ладонь Курта. — Сожалею, но неожиданные дела, не смогу составить вам компанию в прогулке и оценить столь прекрасное зрелище с воды, — продолжал между тем мэр. — Поднимайтесь, вы последние гости.

Глава 16

На палубе действительно было людно. Я разглядывала гостей с интересом, но мне быстро это надоело, слишком похожие друг на друга маги средней силы. Отвернулась к борту и стала смотреть на огни удаляющегося города, что расположился на небольшом возвышении. Вскоре поняла, что ночная прохлада и ветер окутали меня, и я начала мерзнуть. Провела ладонью по плечу. Курт, заметив мои движения, снял свою камзол и накинул мне на плечи, обняв со спины.

— Пора поворачиваться, сейчас начнется, — сказал он, перекрикивая шум волн, бьющихся о борт.

В подтверждение его слов, на палубе погасили огни, погружая нас в темноту.

Стоя в кольце рук мужа, я вздрогнула от первого громкого залпа с соседнего корабля. В черное ночное небо взметнулась огненная «стрела», оставляя за собой сноп искр. Высоко поднявшись, она снова хлопнула, но уже тише и раскрылась ярко-красным пышным цветком.

Улыбаясь, обернулась к Курту, тот одними губами прошептал:

— Смотри.

Новые стрелы с грохотом устремлялись в небо. Каждый раз мое сердце пропускало удар от такого шума, но это было невероятно красиво.

Очередной залп и по глазам ударила вспышка. Я не успела никак отреагировать, как оказалась подмята Куртом, свалившемся на меня.

Мир погрузился в темноту, но кажется совсем ненадолго. Открыла глаза.

— Курт! Курт! Очнись! — кричала я, сквозь шум волн и взрывов салюта, упираясь мужу в плечи. — Мне дышать нечем!

Наконец он приподнялся, давая возможность вдохнуть. Курт повернул ко мне лицо и мой вздох потонул в моем собственном крике. Его темно-синие глаза были абсолютно белыми: ни зрачка, ни радужки. Зажала рот ладонями, чувствуя, как по пальцам текут слезы.

— Судя по тому, как ты орешь, — поморщился Курт. — Ты видишь. Твоя очередь смотреть за меня, — совершенно спокойно и собранно говорил он, поднимаясь сам и увлекая меня за собой. — Что ты видишь?

Я пробежалась взглядом по палубе, освещенной яркими вспышками разноцветного салюта.

— Все без сознания, — выдохнула я в ужасе.

— Что-то горит, ищи что, — новый приказ.

Задрала голову.

— Парус.

— Какой? — тут же спросил он.

— Откуда я знаю какой?! — возмутилась я.

Но

— Парус свернут или расправлен?

— Свернут! Что ты творишь!?

— Снимаю с тебя платье.

— С ума сошел?! — воспротивилась я, не понимая его действий и стараясь не трястись от страха и холода.

— Платье потянет тебя ко дну, как камень, — Курт дернул мою одежду вниз, вырывая платье из пальцев и оставляя меня в одном белье и рубахе.

— Какое дно? Я плавать не умею!

— Вот и научишься, — сказал он, нащупывая рукой перила и перекидывая через них ногу. — Кайез, вместе, — протянул он мне ладонь.

Решение далось за долю секунды:

— До конца.

— Не отпускай мою руку, — сказал Курт, помогая мне перелезть через перила. — Держи крепко, как бы сильно не тянуло. Вдох! — скомандовал он и сиганул в черную воду, дернув меня за собой.

Ледяная вода окутала моментально, легкие обожгло жаром, вокруг непроглядная мгла, черная вода, страх парализовал, но при этом тело само дернулось в попытке всплыть. Что-то уверенно потянуло меня в сторону, и я поняла, что это Курт. Тут раздалась череда громких ударов, чуть приглушенных толщей воды. Все вокруг стало оранжево-желтым с красными всполохами. Меня мотнуло из стороны в сторону.

Резкий рывок и мой громкий вдох. Тут же следом закашлялась.

— Все, все. Держу тебя. Смыться она от меня решила, женушка, — говорил Курт убирая с моего лица волосы и прижимая к себе. — Шевели ножками, давай, давай.

— Курт, — хрипло сказала я, чувствуя, как саднит горло.

— Шевелись, — рука опустилась мне на бедро, заставляя двигать ногой. — Умница, без паники, самое страшное позади. Смотри, что видишь.

Резко осмотрелась по сторонам.

— Корабль взорвался, — с ужасом произнесла я.

— Это я уже понял, усмехнулся он. — Ты канарейку видишь?

— Какую канарейку!? — заорала я, понимая, что я уже в истерике.

— Успокойся, наш бриг, — ровно продолжал Курт, успокаивая своей уверенностью.

— Да, да, — сказала я, кивнув и глотнув воды. Тут же ее выплюнула. — Я думала вода в море соленая, — почему-то произнесла я.

— Это залив. Теперь я тебя отпущу…

— Что?! Не смей!

— Тихо! — прикрикнул он на меня. — Держишься за плечи и перебираешься на спину, шевелишь ногами. Отпускаю.

Я снова ушла под воду, но быстро всплыла, опираясь на широкие плечи мужа. Стуча зубами от холода, перебралась на спину Курту.

— Молодец. Теперь смотришь внимательно, чтобы мы не подплыли близко к бочкам и другим обломкам, — я закивала. — В какой стороне канарейка?

— Там, — показала я рукой, другой крепко держась за плечо и грудь мужа.

— Головой, Кайез.

Повернула голову, чтобы смотреть на бриг прямо. Курт тут же крутанулся в воде, в указанном направлении.

— Говори все, что видишь, — сказал он, сделав большой гребок в сторону корабля пиратов.

— Справа бочка, метра два от нас.

— Хорошо, дальше.

Передвинула голову к другому плечу, и в ужасе прошептала, каменея от страха:

— Слева…

— Сколько?

— Меньше двух, — выдавила, глотая слезы, глядя на темно-синий сюртук, вздувшийся над водой.

— Берег. Что на берегу?

— Бриг плывет сюда.

— Какой? — продолжал плыть Курт.

— Раз, два, три, третий от «Канарейки» слева, — меня трясло, зубы стучали, ноги отказывались работать. — От «Канарейки» к нам плывет шлюпка.

— Плохо, смотри, чтобы мы были от нее подальше и в тени. Веди меня, Кайез.

— Почему? Это же за нами. Справа доска.

— Пока говоришь, что видишь, потом объясню.

Глава 17

Курт медленно приплыл к пиратскому бригу, сделав большую дугу в воде. Чем ближе мы были к пристани, тем легче мне становилось, рядом не было обломков, бочек и еще не так давно улыбавшихся в предвкушении салюта магов. Но холод сковывал, парализовал. Только горячая спина мужа и его твердые мышцы. Мое дыхание стало прерывистым, а говорить я уже могла с трудом, пытаясь сжать зубы сильнее, чтобы они не стучали так громко.

Курт придержал веревочную лестницу, сброшенную с «Канарейки», и расцепив мои замерзшие руки заставил лезть вверх, сам начал подниматься следом.

— Тихо, — сказал он шепотом, прижимая меня собой к кораблю и зажимая мне рот ладонью.

Сверху донесся разговор:

— Еще раз, где капитан?! — спрашивал незнакомый голос.

— Сами ждем, — ответил старпом.

— Зачем отправили шлюпку к кораблю? — снова незнакомец.

— На помощь, но так рвануло, что и помогать там некому.

— Береговые без вас справятся. Давай сигнал своим, пусть возвращаются, — командовал неизвестный.

В небо взметнулась красная тонкая стрела и сделав дугу погасла, до того, как упала в воду.

— Обыскали все, пусто, — добавился третий голос.

— В воду, — шепнул мне Курт, медленно утягивая меня вниз.

Руки тряслись и не слушались. Мы бесшумно погрузились в черную холодную гладь. Курт отплыл подальше от лестницы. Потом обнимал меня одной рукой, другой держась за какой-то канат. Пока шлюпка не вернулась на «Канарейку» и ее не досмотрели.

— Скоро, слышишь? — шептал мне Курт.

— Откуда ты знаешь? — заглядывая с надеждой в его белые глаза, стуча зубами и дрожа всем телом, спросила я. — Ты уже видишь?

— Слышу. Они почти закончили обыск. Держись, женушка.

И я держалась, за его плечи, что хоть немного дарили тепла.

Сверху раздались громкие шаги по палубе и все стихло.

— Курт, — донеслось тихое, чуть слышное за стуком воды о борт.

— Здесь, — отозвался капитан.

Нам тихо спустили новую лестницу. Я с трудом взбиралась по ней, все время соскальзывая, но муж уверенно держал меня за талию, не давая свалиться.

Сверху все время доносилось тихое, но радостное:

— Выплыл… Смог…

Как только мы оказались на палубе, капитан тут же произнес:

— Если кто-то коснется моей жены — он труп.

Я стояла рядом и, обняв себя за плечи, тряслась, стуча зубами. Тут же к нам шагнул старпом, снимая свою куртку.

— Лекарь… — выдавила я. — Магическая слепота…

Мы упали на руки подоспевшей помощи одновременно.

Я очнулась в каюте капитана на гамаке укутанная в одеяло, а старпом быстрыми движениями растирал мне руки. Лекарь в это время хлопотал над Куртом.

Тут же забыв обо всем ломанулась к кровати, но была остановленная старпомом,

— Не мешай, он справится, — роняя меня большой рукой обратно на гамак, шепотом произнес он.

Растерев руки, старпом сунул в них большую горячую кружку, и так же тихо, но строго сказал:

— Пей.

Пить я забывала, все время следя за спиной лекаря, и ждала, когда пошевелится Курт. Совсем не обращая внимания на то, что старпом стянул с меня чулки и растирал ноги.

— Пей, пей, — напомнил он. — Ох, погубишь, ты меня девка, — с усмешкой произнес помощник капитана.

— Почему? — одними губами прошептала я, все же отпивая отвар из

— Вот очнется наш капитан, узнает, что я твои ручки и ножки трогал…

— Сперва я посмотрю на твою наглую бородатую рожу, — раздалось с кровати.

— Курт! — сипло крикнула я.

— А ну, лежать! — скомандовал лекарь. — Оба!

— Ты не встанешь оттуда, — ткнул он в меня пальцем. — Пока не допьешь до дна. — Повернулся к Курту и добавил. — А ты, до утра не трогаешь повязку.

— Старпом, слышишь… — сказал Курт. — Меня второй раз спасла канарейка.

Помощник замер, медленно поднял взгляд на мое лицо, потом повернулся к капитану, он словно почувствовав это продолжил:

— Моя жена из рода Вьюрок.

— Канарейка, — прошептал помощник, снова глядя на меня.

Поднялся, пряча мои ноги в одеяло.

Что все это значит я не понимала, но в каюте воцарилась такая тишина, что казалось даже волны перестали качать корабль и биться о его бока.

Наконец лекарь закончил и разрешил мне встать. Но мою очередную попытку оказаться рядом с Куртом остановил он сам:

— Переоденешься в сухое, потом пущу в кровать.

— Курт, — жалостливо произнесла я, поджимая пальцы ног на холодном полу и кутаясь в одеяло.

— Чем быстрее ты это сделаешь, тем быстрее обниму.

Пришлось искать свои вещи и переодеваться.

Глава 18

Я проснулась от того, что было безумно жарко, еще мой нос упирался во что-то твердое и вкусно пахнущее. Кажется, что сквозь дрему я смогла распознать этот запах, но как только открыла глаза и вылезла из-под одеяла и глубоко вдохнула, сразу же забыла, о чем мне так сильно напоминал запах Курта.

Окончательно проснувшись, поняла, что обнимала руку мужа, и спала, уткнувшись носом в его плечо. С улыбкой коснулась губами твердого бицепса. Подняла взгляд на лицо Курта. Увидев повязку на его глазах, вспомнила вчерашний вечер, и настроение тут же испортилось.

— Куда? Нельзя! — чуть хриплым спросонья голосом сказала я, ловя его вторую руку.

— Женушка, я хочу тебя увидеть.

— Нельзя, — продолжала оттягивать его руку вниз от лица. — Лекарь сказал, что снимет сам.

— Тогда тебе придется его позвать.

— Хорошо, только не трогай, — попросила я, перелезая через Курта к краю постели.

— Сама не ходи, открой дверь Питцу, — произнес он, придержав меня за ягодицы. — Питц, позови старпома и лекаря.

Пока я шла к двери, попугай спикировал со своей толстой жерди на пол, глянул на меня держащую для него дверь и вышел в узкий коридор.

— Старпо-о-ом! — заорал он, оказавшись за дверью. Повернул к одной из кают, растопырил в стороны крылья, приподняв их вверх, склонил голову на бок. — Капитану! — снова сложил крылья, сделал шаг. — Лекарь-рь-рь! — опять растопырил крылья. — Капитану!

Пронаблюдав за птицей, идущей по коридору, закрыла дверь.

— Ну, так бы и я справилась, — пробубнила я. И поддавшись какому-то порыву, передразнила попугая, пародируя его жесты. — Старпом… Капитану…

Хорошо, что я отошла в сторону. Дверь резко распахнулась и в каюту вошел довольный старпом. Он ничего не успел сказать, Курт начал первым:

— Я просил тебя стучать, прежде чем войти!

— Не привык, — ответил старпом без особого раскаяния.

А я поняла, что не знаю его имени, так же, как и лекаря. Хотя оно, наверное, и к лучшему. Мне не известно о них ничего, поэтому ничего не смогу рассказать.

— В каюте теперь есть женщина, и тебе придется привыкнуть соблюдать минимальные правила приличия. — грозно произнес Курт, что очень контрастировало с его расслабленной позой и повязкой на глазах.

— Да чего я в ней еще не видел?

— Предлагаешь мне твою жену рассмотреть во всей красе? — с издевкой спросил Курт.

Старпом побагровел, его руки сжались в кулаки до белых костяшек. Непроизвольно отступила от него на шаг.

— Кайез, — позвал меня Курт. — Прекращай скакать босиком, надень сапоги или вернись в кровать.

Быстро посмотрела на сапоги, к которым нужно было пройти мимо все еще злого старпома, на постель с лежавшем в ней мужем.

К мужу идти было стыдно, все же жизнь еще не до конца выбила из меня приличие и воспитание. Мимо старпома — страшно. Моя рука коснулась качнувшегося за спиной гамака. Молча забралась в него и укрыла ноги одеялом, что осталось там со вчера.

Тем временем капитан уже начал раздавать приказы:

— Отправь всем птичек, чтобы не совались в Помариел. Лукас — предатель. Курс навстречу «Касатке», пока примерный, встану, подкорректирую.

Старпом ничего не ответил, только зло глянул на меня и вышел из каюты хлопнув дверью, но в нее тут же постучали.

— Входи! — дал дозволение Курт.

Лекарь с улыбкой на лице осмотрел помещение и сразу шагнул ко мне.

— Зачем? — удивилась я.

Но мужчина, полностью проигнорировав мой вопрос, ощупал мне шею, скулы, щеки.

— Язык покажите, — сказал лекарь.

Высунула требуемое, демонстрируя горло. Лекарь внимательно его рассмотрел, шутливо схватил меня за нос и будто дернул вниз.

— Сегодня только горячая еда и тепло. На палубу без верхней одежды не ходить.

Я покивала в такт всем его словам.

— Вытерпел? — разворачиваясь к Курту, продолжил лекарь.

— С трудом. Снимай уже.

С Куртом лекарь возился гораздо дольше, и я даже смогла разглядеть из-за его спины всполохи синей — водной магии.

— Ну вот и все, — произнес лекарь, направляясь к выходу.

— А ему рекомендации? — спросила я.

— Капитан все сам знает, — с улыбкой ответил он.

— Вы мне их скажите, чтобы я проследила.

— Тогда тем более не скажу. — усмехнулся лекарь, уже взявшись за ручку двери.

— Это почему? — удивилась я.

— Чтобы вы не нервничали, — открыл дверь и уже из коридора добавил. — Потому что выполнять он их не будет.

Несколько раз моргнула, глядя на закрывшуюся дверь, потом посмотрела на довольного Курта, который уже лег на бок.

— Женушка, иди уже ко мне.

— Не пойду, — сказала я, все еще пытаясь понять произошедшее.

— Это еще почему? — удивился Курт.

— Я босиком!

— Не понравилось, что я сделал тебе замечание?

— Мне не понравилось то, как ты его сделал. И вот это, про жену старпома тоже.

— Ты знаешь, да, что замужем за грубым и неотесанным пиратом? — усмехнулся Курт.

Что ответить на это я не придумала, а подойти к мужу и убедится в том, что его глаза такие же иссиня-черные хотелось до безумия. Пришлось идти на уступки.

Глава 19

Я млела лежа на животе в постели и пыталась уловить чуть заметный запах Курта от его наволочки. Молча пронаблюдала за тем, как он оделся, умылся. Спрятала лицо в подушку, когда Курт открыл крышку под окном.

— Тебе придется привыкнуть к таким условиям, — сказал Курт.

— Угу-м, — ответила я не отрываясь.

— Кайез, я

Раздался глухой стук крышки. Я подняла голову.

— Я привыкну, только дай мне немного времени.

Курт улыбнулся и устроился за столом. Начал что-то перед собой раскладывать и заговорил дальше:

— Воду не экономь. С ней у нас проблем нет. Со всем остальным разберемся попутно. Завтрак придется подождать.

Приняв все это за то, что мне нужно подниматься, оделась, сделала все свои утренние дела и вернулась к постели, чтобы ее застелить.

— Женушка, подойди, — раздалось у меня за спиной.

Повернувшись к Курту, посмотрела за тем, как он сидит за столом и что-то делает. Вспомнила о нашем договоре и произнесла:

— Супруга моя, не соблаговолите ли вы почтить меня, подойдя сюда на несколько минут.

Курт поднял на меня взгляд, несколько раз моргнул и, усмехнувшись, сказал:

— Учить этикету будешь меня на суше, на корабле у тебя на это не будет времени. Иди сюда, — снова повторил он.

Встала перед ним, скрестив руки под грудью. На мой грозный вид Курт никак не отреагировал.

— Вот эта сумка всегда должна быть при тебе и под рукой. Даже если ты встала ночью в гальюн.

— Куда? — спросила я, глядя на маленький кожаный мешочек с ремешками, размерами чуть больше кошеля.

— В туалет.

— А так тут.

Я развела в стороны руки, показывая, что каюта слишком маленькая.

— В экстренных ситуациях тебе будет некогда бегать даже по этой каюте, или ты можешь забыть о сумке. Поэтому у тебя должна бы четкая и уверенная привычка.

Курт обхватил меня за бедра и притянул к себе ближе.

— Это наша грамота, — он взял одной рукой бумагу, сложенную в несколько раз. — Предъявишь ее доверителю… Это доказательство, что грамота настоящая.

Курт положил на стол рядом с сумкой бумагу и подвеску на черном шнурке с огромным треугольным зубом.

— Что это? — спросила, глядя на странную вещь.

— Зуб акулы. Если быть точным, акулы, пойманной и убитой мной.

Вместе с этим в сумку были убраны небольшой кошель с отборным белым жемчугом, несколько золотых и серебряных монет, странный прибор, назначение которого я даже не знала.

Курт притянул меня к себе. Сам закрепил на поясе сумку, заправил за ее ремень тонкие перчатки. Проверил надежность замочков, дернув за мешочек так, что меня качнуло. Тут же ухватил меня за бедра и внимательно посмотрел снизу вверх.

— Из каюты выходишь только так. Пока мы в холодных водах, надевай камзол.

— Хорошо. Только что мне со всем этим делать?

— Я тебя познакомлю с нужными капитанами, к которым ты сможешь обратиться за помощью. И тебе придется выучит карту, что где находится и кто тебе там нужен. А теперь иди, раздевайся до рубахи и белья.

— Курт, это что за шутки?

— Кайез, запомни первое правило на корабле: все приказы капитана выполняются быстро и сразу, даже если они кажутся идиотскими.

Я молча пошла к кровати и начала раздеваться, думая о том, что всегда подчинялась приказам отчима, потом сестры, потом Скуала, а Курт обещал, что все будет иначе. Я так хотела поверить в это, так мечтала о другом, но на деле оказалось… Оставшись в одном нижнем белье, посмотрела на Курта, он даже на меня не взглянул, только недовольно произнес:

— Кайез, быстро и сразу. Одевайся.

Уже не задавая вопросов начала одеваться. Справившись, снова посмотрела на Курта.

— Сумка, камзол, — безразлично бросил он.

Надев перечисленное, не выдержала:

— Доволен?

— Нет. Слишком медленно. Раздевайся…

— Я есть хочу, — тихо призналась я.

— Я тоже, но ты будешь раздеваться и одеваться, пока не научишься делать это быстро.

Курт поставил на стол песочные часы с гравитационным полем. Таким часам было все равно как их наклоняют, песок в них продолжал сыпаться равномерно, отсчитывая минуты.

— А только после этого мы будем есть, — глядя уже на меня сказал Курт. — Долго стоять будешь?

— Хам! — огрызнулась я, срывая с плеч камзол.

— Женушка, вчера мы были на прогулочном корабле. И ты совсем не была готова к экстренной ситуации. Сейчас же может произойти все что угодно. Ты должна, как минимум, научиться спасать свою собственную шкурку. Это понятно?

Пока Курт все это говорил, я вспомнила то, как он быстро освободил меня от платья. Если бы не это, то у меня действительно не было бы шансов. Может быть Курт и вытащил меня на поверхность воды в тяжелом тряпье, но продержалась бы я за его плечи столько времени?

— Засекай, — сказала я, признавая его правоту. Это другой мир, другие правила и муж пытается меня научить всему как можно быстрее.

Глава 20

Через три мои попытки одеться и раздеться, Курт, похоже временно, удовлетворился результатом, но сразу сказал, что завтра утром мы будем повторять. После этого нам наконец-то принесли наваристое рагу.

Закончив плотный завтрак, Курт поднялся из-за стола, взяв какие-то приборы со словами:

— Нужно осмотреть корабль и проверить курс.

Я, вздохнув, встала рядом с сундуком, в котором он меня запирал. Курт уже взялся за ручку двери и обернулся.

— Ты чего там застыла? — удивился он.

— Запирай.

Курт отпустил дверь и шагнул ко мне, поднял мое лицо за подбородок и внимательно посмотрел в глаза:

— Ты у меня вчера не перемерзла случайно? — с усмешкой спросил он.

Я молча искала ответ на это вопрос в его синих омутах, Курт ответил сам:

— Я, когда тебя женой звал, что сказал? Глаза, рот и уши. Как ты собралась с этим справляться, если элементарное устройство корабля не знаешь?

Пожала плечами.

— Идем, будешь учиться. Станешь моей помощницей.

— У тебя есть старпом. Как его зовут, хоть?

— Билл. У тебя будут другие обязанности. Идем, — повторил Курт и взял меня за руку.

Мы вышли на палубу. На безоблачном небе солнце и подсолнышек светили совсем высоко, волны безустанно ударялись о корабль, качая его. Все моряки были чем-то заняты, к счастью, их на палубе было не так много, но при нашем появлении стали бросать на меня противные взгляды.

Курт быстро осмотрелся. Я же поежившись от прохлады и взглядов, плотнее сжала лацканы кафтана, невольно шагнув за широкое плечо мужа.

— Капитан, курс… — громко заговорил старпом.

Я не понимала из их разговора ни слова. Будто это совершенно иной язык. Старпом отошел, оставив нас. Курт что-то посмотрел на приборе, через другой, взглянул на солнце. Крикнул:

— Курс зюйд-зюйд-ост, три градуса! Выбрать грот и фок-шкот!

Команда вторила ему.

Курт развернулся ко мне и значительно тише заговорил:

— Каждый твой приказ должны повторить, чтобы ты убедилась в том, что

Голова у меня загудела достаточно быстро. И вот этот человек спрашивал у меня как я выучила название посуды? Пф-ф-ф, да эперне даже рядом не блестело с фоком, реями, мачтами, фалами, шкотами. Это был не просто другой мир, это мир с другим языком, законами и этикетом.

Я радовалась, как ребенок, забыв о головной боли, когда без запинки сказала, где на корабле корма, а где нос. И еще больше, когда назвала все три мачты.

Мы вернулись обратно в каюту. Я думала, что на сегодня мое обучение закончено, даже хотела достать рубашки для перешивки, но Курт позвал меня к столу.

На столе лежала карта, Курт указал пальцем в море.

— Мы здесь. Нам нужно сюда. — указал на еще одну точку. — Это около двух месяцев, если все будет хорошо. А теперь ты учишь все города на карте.

— Серьезно? У меня уже голова трещит от всех названий. — повернулась я к Курту. — И вообще откуда ты знаешь, что мы «здесь»?

— Я только что курс прокладывал, — усмехнулся он.

— Все равно не понимаю. Какой от этого толк? Если с одеждой я согласна, с названиями на корабле тоже, то от того, что я выучу наизусть карту какой?

— Ты не просто выучишь карту, ты запомнишь в каком городе что обменивать, в какой гостинице останавливаться и к кому за чем обращаться.

Курт посмотрел на меня и провел рукой по моему бедру, притянул ближе к себе.

— Женушка, мне нужна уверенность в том, что если со мной что-то случится, то ты не пропадешь.

— А давай, с тобой ничего не будет случаться, — предложила я.

Курт рассмеялся.

— Я бы с радостью, но ты забыла, что я пират. Давай учи, — кивнул он на карту.

Вздохнув, я устроилась на стуле рядом и начала запоминать города.

Мне было откровенно скучно. Уставший мозг никак не хотел запоминать. Я все время отвлекалась на Курта, который занимался своими многочисленными приборами и делал какие-то записи в большой книге.

— Хорошо, хорошо, уговорила. Сделаем перерыв на обед, — сказал он с улыбкой, после очередного моего взгляда, брошенного тайком в его сторону. — Питц, организуй.

Попугай сидевший тихо на жерди слетел на пол и посмотрел на меня. Нормально. Это я теперь ему все время дверь открывать буду?

Поднялась из-за стола, подошла к двери и дернула за ручку. Меня тут же снесло с ног криками:

— Корабль на горизонте!

Питц захлопал крыльями и тоже заорал:

— Кор-р-р-рабль на горизонте! Отставить обед!

Курт уже был рядом со мной и, обняв меня за талию, сказал:

— Питц прав, придется отложить обед. Надеюсь, это «Касатка».

Глава 21

На палубе по-прежнему было прохладно, ветер продувал до самых костей, несмотря на то что я была в камзоле, в отличие от Курта. Вот только ему, кажется, совсем не было холодно. Его горячая рука уверенно прижимала меня к не менее горячему боку, и мне от этого становилось чуточку теплее, просто от самого жеста. Курт не отпустил меня, когда смотрел в подзорную трубу, когда крики на корабле с обеспокоенных «корабль на горизонте» сменились на радостные «Касатка прямо по курсу». Он продолжал держать меня, когда отдавал приказы. А я удивилась тому, что понимаю большую часть из них. Хоть еще не до конца выучила все термины, что говорил мне сегодня Курт, но теперь это были не пустые слова.

— Кайез, тип судна? — спросил Курт мне в макушку, когда корабль уже можно было разглядеть без трубы.

— Бриг? — больше спросила, чем ответила, посмотрев на Курта.

— Для первого дня совсем не плохо.

Пока «Касатка» приближалась к нам, Курт мне рассказывал об отличиях двух бригов. Теперь я не спрашивала для чего мне это. Уже знала, что раз говорит, то нужно все запоминать.

Курт и капитан «Касатки» начали перекрикиваться еще до того, как корабли поравнялись и пришвартовались. А когда бросили трап, капитан «Касатки» очень ловко оказался у нас на борту.

— Что такое случилось, что ты расстался с бородой? — с усмешкой спросил он Курта, спрыгивая на палубу.

— Женился, — хмыкнув ответил Курт, быстро посмотрев на меня.

— А это, я так понимаю, и есть жена?

— Птаха, знакомься, Эван капитан «Касатки». В случае чего, ты должна будешь найти его, и он позаботиться о тебе. Поняла?

— Курт!

Как-то этот капитан у меня сразу симпатию пробудил. Ведь мы одновременно с ним осуждающе произнесли имя моего мужа. Вот только причины у нас оказались разные:

— Ты обалдел? Я раньше за тобой шмотье донашивал, а теперь жену приглаживать буду. Не, брат, сам женился, сам страдай.

— Груз в трюм! — скомандовал Курт. И тише добавил мне: — Женушка, посчитай-ка пока количество сундуков и мешков.

Я кивнула, сразу же начиная следить за указанным.

— Ты мне не доверяешь? — спросил Эван.

— Тебе доверяю, твоей команде нет.

Я внимательно следила за ящиками и мешками, стараясь не сбиться со счета, ведь не скажешь, чтобы вначале одно приносили, потом второе. Поэтому даже вполуха не слушала капитанов.

— Четыре сундука, восемнадцать мешков и шесть ящиков, — сказала я, как только прекратили появляться новые.

— Идем в каюту, — позвал Курт Эвана, а сам уже подтолкнул меня к ней.

Только в маленьком душном помещении я поняла, как сильно успела замерзнуть. Наплевав на этикет, залезла в гамак и накинула прямо поверх камзола тонкое одеяло, лежавшее тут же.

— И верно, Птаха, — усмехнулся Эван, бросив на меня короткий взгляд и устраиваясь на стуле. — Заболеет же девка.

— Ты мою жену девкой бы не называл, — заняв свое место огрызнулся Курт.

— Что ты ее с собой таскаешь? — Эван говорил так, будто меня тут и вовсе не было.

— А что? Надо было оставить там, где взял? Или может ты знаешь гражданское судно, что отвезет ее к Аперее?

Курт и Эван начали говорить о делах, а я задумалась об Аперее. Причем здесь гражданское судно и мифический город? Из размышлений выдернул громкий голос Эвана, что начал ругать со всех сторон Лукаса.

— В общем в Помариел не заходи, — подвел итог Курт, прерывая его тираду. — Если нужна вода, провизия, скажи. Дам все что необходимо.

— До Каруна хватит. Там пополним все. Только куда ты теперь денешь груз?

— Это уже мои проблемы.

Как только Эван, попрощавшись с нами, покинул каюту, в нее вошел старпом. Курт молча посмотрел на Билла.

— Да ладно,

— Твою…

— Между прочим все что ты сейчас сказал куда более неприлично, чем то, что я не постучал, — усмехнулся старпом.

— Курс держать прежний, нам нужен «Вихрь», — устало сказал Курт.

Билл вышел, и я тут же ломанулась к карте.

— Женушка, ты забыла про обед? — усмехнулся Курт, огладив мои бедра.

— Не отвлекай, — попросила я, пошевелив ногами, скидывая наглую конечность. — Принесут, поем. Питца все еще нет, не меня же пошлешь.

— Ты недооцениваешь этого попугая, — усмехнулся Курт, возвращая руку на прежнее место.

— Так, сама не найду, — решила я и повернулась к Курту, продолжая стоять облокотившись на стол. — Какая связь между побрился и женился, между Апереей и гражданским судном?

— Ты, на оба вопроса. — усмехнулся Курт. И звонко шлепнул меня по одному месту.

— Курт! — возмутилась я, не то его поведением, не то странным ответом.

Глава 22

Время в бескрайнем море течет совсем иначе. С одной стороны я совершенно не заметила, как пронеслись две недели, с другой, кажется, что они растянулись на целую вечность. За эти дни я привыкла к распорядку, организованному Куртом, к бесконечным занятиям. Хотя, все было довольно просто: тренировка на скоростное одевание, завтрак, обход корабля и изучение всех тонкостей в его управлении, потом занятия с картой, дальше обед, обучения приборам, а потом у меня было время на перешив одежды или чтение, пока Курт занимался своими делами, что-то рассчитывая и мастеря новые приборы. Я обычно садилась за стол напротив него и начинала орудовать иглой. Сильных изменений вносить в крой не требовалось и мне хватало немного места. Но главным было то, что я могла незаметно поглядывать на увлекшегося мужа. В этот момент был сосредоточен и внимателен, все, как всегда, но пропадала строгость. Иногда он раздосадовано хмурился, или наоборот победно улыбался. Потом был ужин, а потом Курт рассказывал мне в каком городе к кому и с чем можно обратиться. Эта часть обучения мне не нравилась больше всего, но я терпела.

— Прекрати хмуриться, — сделал мне замечание муж.

— Ну, ты же знаешь, что мне не нравится мысль о том, для чего ты мне это рассказываешь.

Курт притянул меня к себе, обхватил рукой за бедра.

— Хорошо, давай тогда ты будешь думать о том, что узнав все это, ты сможешь мне помогать в построении маршрутов. М?

— Да, так определенно легче, — согласилась я.

— Вот и хорошо, на сегодня хватит. Пойдем сполоснем твои волосы и в кроватку.

После этого разговора мне действительно стало намного проще все запоминать, теперь меня не снедали дурные мысли и не отвлекали от дела.

А еще, каждый вечер Курт промывал мне голову каким-то травяным настоем, что дал нам лекарь. За две недели волосы действительно ощутимо подросли и их уже можно было собирать в короткий хвостик больше похожий на кисточку. Но челка и волосы на висках росли плохо. Курт объяснил это тем, что Скуал вложил магию в тот момент, когда стриг. Я чувствовала всю заботу мужа, разбирающего пряди и медленно, день за днем снимающего с каждого волоска блокирующее заклинание. Потом я заматывала волосы в плотную ткань и уже в таком виде топала в постель к Курту.

Сегодня, когда Курт сказал, что я могу заняться своими делами, я привычно направилась к своему сундуку в углу каюты. Осмотрев содержимое, поняла, что рукоделием этим вечером заниматься не буду. Одежда, особенно рубахи, пачкалась очень быстро. В сундуке лежала всего одна чистая рубаха и две для переделки. Если за вечер я и успею перешить одну, то этого хватит еще на день, но вот нижнего белья у меня совсем не осталось. Да и нужно было прополоскать ткани, которыми я оборачивала голову.

Собрав грязные вещи в охапку, подошла к умывальнику, плеснула воды в таз и начала застирывать первую рубаху.

— Женушка, что ты там делаешь?

Я растерялась от этого вопроса, но обернувшись ответила:

— Хочу постираться, ты же говорил, что можно не экономить воду… Мне нужно немного.

Курт отложил прибор, которым был занят и подошел ко мне, привычно обняв за талию, посмотрел в таз и с улыбкой сказал:

— Кажется маркиз не обучают прачечному делу.

— Курт! Я умею стирать!

— Да этой воды не хватит и на платок! Давай-ка, двигайся.

Муж выдвинул из угла бочонок с запасом воды, отлил из него часть в умывальник и в основной таз, из которого я обычно брала воду для ежедневных нужд.

— Все свои вещи туда, — Курт кивнул на бочонок. — Что ты так на меня смотришь? — усмехнулся он, открывая свой сундук с вещами. — Решила стираться, будем стираться.

Курт бросил в бочонок свои рубашки, портки и гольфы. Потом отцепил от одной стены гамак и натянул две веревки. Вернулся к бочонку, сел перед ним на корточки, закатывая рукав выше привычного и опустил руку в воду. Вода завертелась, превращаясь в воронку. Курт повернулся ко мне.

— Чего замерла? Доставай штаны. Им другое заклинание нужно.

Я достала штаны из сундука и замерла рядом с мужем, прижимая вещи к себе.

— Да брось ты их на пол, уже грязнее не будут, — усмехнулся муж и достал руку из бочки вместе с первой рубахой. — Ну, все, я отжимаю, ты развешиваешь.

Я развешивала почти сухие вещи на веревке и удивлялась тому насколько они чистые, даже прачки в доме маркиза так не отстирывали белые одежды.

Когда Курт закинул наши штаны в бочонок и снова опустил туда руку, то вода забурлила, словно закипев.

Я наблюдала за всем этим и мне стало стыдно. Муж был занят своими делами, я отвлекла его, сама толком ничего не делаю, только смотрю, ну еще развешиваю поданные им вещи.

— Утром можно будет все убирать в сундуки, — сказал Курт поднимаясь и держа в руках свои штаны, которые сам же накинул на веревку.

— Если бы я знала, что ты отвлечешься на меня, не стала бы затевать стирку.

— Ты правильно сделала. Завтра будет гроза, возможно, шторм. Поэтому лучше постирать сегодня. Пойдем, пополним запас воды.

Курт взял бочонок и направился к выходу из каюты, я, естественно, за ним следом. Выйдя на палубу, он выплеснул за борт воду и поставил перед собой пустой бочонок. Вытянул руку в бок, ладонью вниз. Я не видела магических нитей, о которых мне рассказывали, но увидела, как вода из моря потянулась к руке мужа, обвила ее прозрачной лентой и плюхнулась в бочку.

Хоть я и росла в семье магов, я почти не

Мы вернулись в каюту с полным бочонком, а следом нам уже принесли ужин.

— Ты чего такая задумчивая? — спросил меня Курт, после ужина. — Если ты переживаешь за стирку, так ты мне сейчас поможешь. Вот окажемся в постели, и ты наполнишь мой резерв.

Я залилась краской от этих слов, хоть уже и привыкла к ласкам и прочему, чем мы занимались наедине, но слышать даже намек было как-то чересчур. Отмахнулась от мыслей, что уже радостно распалили тело, сжигая жар стыда. Тяжело сглотнула.

— Курт, ты маг воды?

— Странный вопрос.

— Подожди… Не перебивай. Я только что видела, как ты очистил морскую воду превратив ее в пресную, видела, как ты заставлял воду вращаться и бурлить. В конце концов, мы женились в Водном храме… Но я вспомнила… Если то, что было на палубе, тогда, когда ты снимал с меня кандалы я могу списать на магию боцмана, он же маг воздуха, хоть и слабый. То как ты объяснишь то, как ты запер меня в сундуке? Это же была боевая магия воздуха.

Курт немного помолчал, а потом с очень странной интонацией произнес:

— Тебе показалось.

— Ну как же, я помню…

— Уверена? — перебил меня он. — Хочешь докажу, что когда ты боишься или у тебя стресс, то твоя память вытворяет нечто странное?

Я молчала, не зная, что на это ответить, и Курт решил, что это согласие.

— Ты помнишь, что пообещала мне в храме?

Я отрицательно покачала головой, опуская взгляд на свою пустую тарелку. Кажется, Курт прав, мне все привиделось.

Глава 23

Мое хорошее утреннее настроение не портили даже низкие свинцовые тучи, нависшие над морем. Сегодня Курт впервые был удовлетворен тем, с какой скоростью я оделась, разделась и оделась обратно. В сундуке лежала гора чистых, вкусно пахнущих свежестью вещей. И муж улыбался, глядя на меня. А потом я совершила еще один личный маленький подвиг и без заминок указала правильно на компасе все стороны света, что назвал Курт.

— Умница, — похвалил он меня, проведя рукой по спине и остановившись ниже поясницы. — А теперь пошли на палубу.

После этих слов последовал легкий шлепок. Я уже привыкла к поведению мужа, которое раньше могло показаться мне грубым и даже оскорбительным, сейчас же это вызывало легкую улыбку. Выпрямилась и пошла следом за Куртом.

Выйдя из каюты, тут же оценила силу ветра, бросила взгляд на паруса, осмотрела небо. Этому всему меня научил Курт, странно, что за столь короткий срок это превратилось в привычку, так же, как и ношение маленькой, почти невесомой сумочки на бедре.

— Ветер умеренный, без порывов, — докладывал капитану старпом. — За нами следует грозовой фронт, хорошо бы скорость набрать.

— Чуть позже, — ответил Курт. — Птаха, к штурвалу.

Птахой Курт называл меня исключительно при команде, кажется, кроме старпома никто и не знал моего настоящего имени, но, наверное, так лучше, так правильнее, слишком редкое имя.

— Чего замерла? — голос мужа обрел приказные нотки. — Я кому сказал, к штурвалу.

— Есть, к штурвалу! — ответила я, поднимаясь на полуют.

Матрос, стоящий у штурвала, посмотрел на меня, мягко говоря, как на что-то непригодное к существованию, потом бросил взгляд мне за спину и все же отступил, уступая место.

Я тут же ухватилась за рукояти, еще не понимая, что делать дальше. Курт встал у меня за спиной и тоже положил ладони на штурвал.

— Курс, один градус зюйд-зюйд-ост.

— Есть, один градус зюйд-зюйд-ост, — ответила я, внимательно смотря на компас перед собой.

Я еще не успела понять, как вращать штурвал, чтобы повернуть целый корабль, как за спиной зло прозвучало:

— Капитан, если твоему юнге нечем заняться, пусть драит палубу. Как раз бабское дело, справится.

Курт сам повернул штурвал немного влево, так что стрелка компаса показала нужное направление. Вернее, повернул сам компас, этим он отличался от моего карманного.

— Держи так, я сейчас, — сказал Курт мне в макушку. — Не отвлекайся.

Спине стало холодно, когда он отошел от меня. Я внимательно следила за стрелкой на компасе, которая норовила сбежать от нужного курса. За спиной раздался глухой удар.

— Я в состоянии решить, чем будет заниматься мой юнга, — прогремел голос капитана. — Правила ты знаешь. Если забыл, вспомнишь. Старпом, этого в штрафное дежурство!

Когда Курт снова вернулся ко мне, тихо спросила, чтобы нас не услышал никто:

— Зачем ты так? Может действительно это слишком много?

— Тебе тоже штраф назначить? — ответил вопросом на вопрос Курт мне в волосы.

— Нет, капитан. Делаю то, что приказано, когда приказано, без рассуждений.

— Умница.

Курт уже объяснял мне раньше, что делают матросы, когда звучит та или иная команда, теперь он объяснял, как это сделать. Как должен себя вести парус, куда смотрит нос корабля, как держать штурвал. Штурвал, оказалось, не так сложно вращать. Да, физически это требовало усилий, но не самых больших. А в какой-то момент я поняла, что руки Курта уже исчезли с рукоятей и я сама управляю кораблем. Миг радости испортил крик:

— Корабль на горизонте! Вышел из грозы! Стремительно движется к нам.

— Держи курс, — приказал капитан мне.

— Есть держать курс, — ответила я громко.

Мне безумно хотелось обернуться, посмотреть, что там за корабль, взять у Курта трубу, но я следила за парусами и компасом.

— Манул!

От этого крика я вздрогнула и тут же окаменела, хватаясь сильнее за рукояти, словно за последнее спасение. Манул — корабль, на котором Скуал собирался отправиться в погоню за пиратами.

— Все наверх! — скомандовал капитан. — Ставить все паруса! Выбрать шкоты!

Стук моего собственного сердца звучал громче, чем приказы Курта, я их почти не слышала.

— Птаха! — раздалось рядом.

Поняла, что пропустила приказ, но не успела среагировать, Курт быстро отодвинул меня от штурвала и взял на себя управление.

Я смотрела на раскрывающиеся паруса, что выгибались дугой, поймав ветер, каждый хлопок ткани вызывал содрогание.

— Скорость? — продолжал командовать капитан.

Пожалуйста, быстрее, быстрее. Просила я неизвестно кого. Теперь я боялась обернуться, словно, если посмотрю назад, то нас сразу же догонят. Пожалуйста, быстрее, билось у меня в голове.

Паруса совсем выгнулись, Курт начал невнятно ругаться. От этого мне стало еще страшнее. Я уже не понимала приказов, не понимала, что делают матросы, хотела только одного — оказаться как можно дальше от Скуала.

Вдруг, вместо выгнувшихся невероятной дугой парусов, передо мной возникла грудь

— Смотри на меня! — приказал капитан.

Медленно подняла взгляд на лицо Курта.

— Успокойся, — словно облегченно выдохнув, сказал он, положив мне на лицо свои горячие ладони. — Все, мы ушли от него. Мы далеко, — твердил Курт. — Успокойся. Все хорошо. Он нас не достанет.

Я не понимала почему Курт так себя ведет. Почему ветер такой сильный и не утихает.

— Давай, отпускай магию, — продолжал Курт.

— Я? Я ничего не делаю, — совсем растерявшись ответила я.

А сама еле на ногах держалась от неизвестно откуда взявшейся усталости, даже пришлось ухватиться за широкий ремень Курта, хотя я обычно боялась прикасаться к нему, ведь на одной стороне висел палаш, а на другой длинный кинжал.

— Отпусти, выдохни, — уже просил муж.

— Я не колдую. У меня нет магии. — упорно отвечала я, крепче держась за Курта и разгоняя черные точки, появившиеся перед глазами, что мешали разглядеть лицо мужа.

— Ты помнишь, что я чувствую магию? — тяжело усмехнулся он.

— Но я же ничего не делаю! — не выдержала я, почему-то теперь разозлившись на Курта. — Я даже не знаю заклинаний!

— Прости, похоже по-другому не получится.

Я не успела понять за что он просит прощение. Курт резко склонился, и его горячие губы накрыли мои. Я тут же прикрыла глаза, а следом пришла легкость, веки же наоборот отяжелели и сознание покинуло меня.

Глава 24

Когда очнулась, первое что увидела это качающийся потолок. Но даже не успела ничего сказать, как заговорил Курт, обнимавший меня:

— Прости.

— За что? — спросила я тихо.

Горло пересохло, но хотя бы я разобралась в том, что качает не меня, а гамак. От этого стало немного легче.

— Мне пришлось связать твой резерв.

Медленно прокрутила в голове все то, что произошло на палубе. Повернулась к Курту, ухватилась за его плечо, утыкаясь носом в грудь, и заплакала.

— Не расстраивайся, ты освоишь контроль на малых заклинаниях, и я сниму блок.

От его слов затряслась еще сильнее. Курт же прижал меня к себе, начал гладить по голове и спине. Я не знала, как мне объяснить ему все. Если бы магистр не ошибся, то ничего этого не было. Я бы не попала в рабство… И тут пришло осознание, что тогда я бы стала женой Скуала… Не узнала Курта.

Отстранившись от его груди, подтянулась и стала покрывать поцелуями его лицо.

— Женушка, да что там в твоей голове происходит? — усмехнулся Курт.

— Прости, я ни за что не променяю тебя на магию. Прости.

— Никто и не просит этого делать.

— Я просто подумала, что если бы магистр… Прости.

— Случилось так, как случилось. Мы можем или идти вперед, или жалеть о прошлом.

— Ты прав. Если бы не это, то я не встретила бы тебя. Или это ты меня нашел?

Прерывисто вздохнув, обняла Курта за шею.

— Вместе, — прошептал он мне в висок.

— До конца…

Курт подождал пока я успокоюсь и сказал, что от погони мы оторвались, но попали в шторм. Правда уже в другой. А я своим бесконтрольным порывом, чуть не оставила «Канарейку» без парусов. Но Курт гордится мной, ведь я действительно очень сильный маг воздуха. Пообещав, что обязательно займется моим обучением, муж ушел на палубу. Я поначалу порывалась за ним.

— За борт захотелось? — строго спросил он.

Я отрицательно покачала головой.

— Вот и сиди тут. Скоро приду.

Только за Куртом закрылась дверь, я вспомнила о том, что собиралась сделать очень давно, но не могла при нем.

Слезла с гамака и с трудом держась на ногах, сделала два шага до стола.

Корабль качало из стороны в сторону безумно сильно. Все что не было закреплено каталось по столешнице. Быстро начала разбирать свертки в узком ящике, в поисках нужного. Но мне упорно попадалось не то. Территория огневиков, водников… Мы, конечно, уже давно все смешались и в каждом княжестве стояли храмы всем стихиям, но на «родной» земле были магические школы по стихиям, и магия давалась проще.

Неожиданно, среди больших свертков мне попался маленький, перевязанный веревочкой. Не удержавшись, я размотала ее и окаменела, глядя на изображение.

— Ее там нет, — раздался за спиной голос мужа.

Я повернулась к нему, так и держа листы в руках.

— Кого? — спросила я, в попытке придумать оправдание.

— Карты Воздушного княжества.

— Почему? И что это?

Протянула Курту листы, на которых была изображена я. Много меня. Не узнать свои взъерошенные короткие волосы я просто не могла. А еще все было так точно и детально прорисовано. Даже бинты на запястьях и шее.

— Ты поругаться хочешь? — спросил Курт, аккуратно забрав из моих ослабевших рук рисунки.

— Нет.

— Я тоже, поэтому не отвечу на оба вопроса. Марш в гамак.

— Курт, — жалостливо попросила я.

Курт вздохнул.

— Карту я убрал давно. Еще когда не знал тебя…

— Ты думал, что я отправлю весточку домой?

— Да. И по этой же причине я тебе ее все еще не покажу.

Сердце сжалось. Курт все еще мне не доверял. А я отдалась ему полностью, без остатка, даже не задумываясь о том, кто он на самом деле.

— Твоя магия сильна, — Курт прижал меня к себе, бросив листы на стол. — Ты пока не можешь ее контролировать. Я сам научил тебя строить маршруты. Даже если ты не захочешь специально отправить домой птичку, это может произойти неосознанно.

Я вскинула на него взгляд.

— Я дам тебе полную карту Воздушного княжества, когда ты научишься контролю.

— Просто покажи на общей карте, где мой дом, и я больше не буду.

Курт развернул большую карту, которую я каждый день изучала. Показал на верхний левый угол.

— Почему ты женился на мне?

— Я уже отвечал на этот вопрос, — усмехнулся Курт. — А ты никогда не говорила почему согласилась за меня замуж.

— Ты был слишком убедителен, — улыбнулась я. Взгляд упал на стол с раскрытой картой. — Ты просил о доверии, — вздохнула я, снова теряя настроение. — Я тебя подвела.

— Знаешь что? Твой муж промок, замерз и устал. Нанервничался, кстати, сегодня. Может утешишь, согреешь?

Ухватилась за его широкие плечи, встала на цыпочки и поцеловала.

— Курт… Я не хочу тебя подвести, даже случайно, — тихо сказала ему в губы.

— Я знаю.

Мы вернулись в раскачивающийся гамак. Я с удовольствием грела мужа и просила прощение за свой необдуманный поступок. Я хотела не только словами, но и действиями дать понять, что благодарна Курту. Он всегда верил, что моя магия проснется. Он подготовился к этому.

Глава 25

Я проснулась

— Кор-р-р-рабль! — завопил Питц.

— Слышу я! — хором ответили мы с Куртом.

Курт сейчас сидел за столом и что-то рассчитывал по карте.

— Женушка. Это «Вихрь». Я представлю тебя капитану. Пока буду с ним говорить, ты посчитаешь товар с нашего корабля на их и обратно. Но! Грег ничего не должен понять.

— Ты уверен, что это «Вихрь»? — спросила я, уже накидывая на плечи камзол.

— Есть сомнения?

Курт привычно ухмыльнулся со своей коронной хитринкой. Я это видела даже против света.

— В тебе нет, — ответила, закручивая волосы шнуром в короткий хвостик. — Можно мне сейчас узнать, примерно, сколько и чего должно быть перенесено?

— Зачем? — удивился Курт.

— Ты сказал посчитать незаметно. Я думаю, как это сделать. Так можно или нет?

Снаружи уже доносились крики о том, что это «Вихрь», а значит скоро нужно выйти на палубу.

Курт озвучил мне цифры. Я ненадолго призадумалась.

— Дай листочек, пожалуйста.

— Ты думаешь Грег не заметит, как ты ведешь записи?

— Не заметит. Если спросит, скажешь, что я нервничаю.

Пока мы шли к палубе, я быстро сложила из бумаги цветок с длинными лепестками, четыре в верхнем ряду и четыре во втором.

— Зачем тебе цветок? — усмехнулся Курт, увидев у меня его в руке.

— Увидишь, — ответила я, закладывая серединку к одному лепестку.

«Вихрь» ничем не отличался от «Канарейки», да и капитан Грег был похож на того Курта, когда он ходил с бородой. Длинные темные волосы с синими прядями, борода. Только одежду он предпочитал темную. Короткое знакомство и капитаны начали говорить о своем. Я с самым скромным видом стояла рядом с мужем опустив глаза и теребила цветок.

Бочки, сундуки, ящики, мешки были перегружены с корабля на корабль и обратно. «Вихрь» продолжил свой путь, а мы с Куртом вернулись в каюту.

— Посчитала? — усмехнулся Курт.

Я положила на стол цветок, что выглядел изрядно помятым.

— Что это? — удивился муж.

— Господин маг, позвольте мне осведомить вас о деятельности экономки при дворе знатных домов.

Курт икнул от неожиданности, но подключился к игре:

— Леди, будьте милостивы, не оставьте в неведении убогого.

— Хм, — растерялась я от его ответа. Я же действительно считала мужа неотесанным мужланом. Быстро собравшись, продолжила. — Бывает такое, что экономке поручают незаметно проверить состояние и количество утвари или чего-то дорогостоящего в доме. А в это время могут быть гости или слуги, что донесут своим хозяевам о недоверии. И вот, в разных домах есть разные хитрости, как сделать подсчет незаметно. Сейчас мы просто посчитаем количество сгибов. Верхний ряд с «Канарейки» на «Вихрь», нижний к нам.

Сосчитав сгибы, назвала количество мужу.

— Нам нужно обозначение, совпало или нет, — задумчиво произнес Курт.

— Зависит от того, какой ты хочешь показать меня капитанам.

В этот же день я начала заниматься магией. Курт нарисовал мне на бумаге базовую схему бытовой магии, она была основой всего.

— Повтори в точности. Она должна встать у тебя перед глазами, — сказал муж. — Следи за последовательностью символов. Тут их немного, всего три, но при разных заклинаниях и комбинациях их количество может быть огромным.

Схема действительно была простой. Круг — поле влияния. В нем направление и сила. Круг — поле смыкания. Это очень походило на расчеты ветра и скорости. Даже символы похожи. Вот только я рисовала это на бумаге, а магическое зрение так и не появлялось.

— Запомнила? — спросил Курт, когда я закончила. — Идем.

Мы устроились на кровати. Он обнял меня, притягивая ближе к своему боку.

— Смотри в никуда. Ты точно умеешь это делать. Я видел у тебя этот взгляд. Пробуй представить схему.

— Не могу, — сказала я через некоторое время.

— Кайез, ты даже не пытаешься.

— Я не могу! Я не хочу!

— Женушка, это что за бунт? — усмехнулся Курт.

— Ты сказал, что, когда рядом колдует сильный маг, тебе больно. Я не хочу причинять тебе боль, — опустив глаза ответила я, боясь на него посмотреть.

— Теорию магии тебе не преподавали? — тихо спросил муж.

Я отрицательно покачала головой.

— Тогда начнем с нее. Магия может быть бытовой, боевой, она же защитной, целительской и ритуальной. Когда маг проходит первую ступень — бытовая магия, определяется его потенциал и способности. Думаю, что при должной практике, ты охватишь все направления. Так вот. Мы используем внутренний резерв для создания базы. То, что я тебе показал. Создав базу, мы строим схему заклинания. То есть вносим дополнительные символы. Это все из резерва. От его объема зависит площадь и дальность твоего заклинания. Дальше, мы направляем поток на захват стихии. Получив доступ к ней, мы черпаем силу из самой природы. Ты видела, как вода очистилась и набралась в бочку. Именно момент контакта мага со стихией причиняет мне дискомфорт. В отпечатках остались нити заклинаний и стихий, они рвутся к призыву. Это не больно. Просто не комфортно, но вполне терпимо. Каждый маг ощущается по своем. Мне не было больно, когда ты колдовала на палубе. Похоже на то, как ты впиваешься мне в спину своими ноготочками.

Я усмехнулась. Каждый раз себя за это ругала, но ничего не могла сделать. В порыве страсти все время забывалась об отметинах на спине Курта, а потом просила прощения.

— Теперь соберись. Просто база.

— А если я случайно призову стихию?

— Я не дам тебе этого сделать.

— У тебя всегда все под контролем, — улыбнулась я.

Глубоко вдохнув, постаралась расслабиться. Я верила Курту, доверяла ему.

Глава 26

— Щекотно! — кричала я сквозь хохот, отбиваясь от Курта.

— Ты вредничаешь, я тоже буду.

— Прекрати! — уже задыхаясь, просила я.

— Нет, — серьезно ответил он, продолжая водить своей щетиной по моей шее, перемежая это с короткими поцелуями.

— Лучше бы ты был бородатый! Не так бы кололось!

— Ага, и ты бы мне бороду выщипала.

— Ощипаешь тебя, как же! Прекрати!

— Кор-р-р-ролева на борту! — присоединился к моим крикам Питц.

— Тогда садись и строй схему, — поднимаясь с меня и усаживаясь на кровати, сказал Курт.

— Может в другой раз?

— Кор-р-р-ролева тр-р-ребует!

— Ты заткнись, — ткнул пальцем в сторону попугая Курт. — Ты колдуй, — кивнул на меня. — Сейчас!

Мало того, что с первого моего занятия уже прошло три недели, так теперь это стало обязательным. Даже изучению кораблей мы начали отводить меньше времени, чем практике в магии. Вот только я никак не могла себя пересилить и внести в схему стихию. Мне все время казалось, что как только я прикоснусь к воздуху, только

— Так, женушка, через пару часов мы будем в Лютрене, если ты сейчас не послушаешься меня, то останешься без подарков.

— А мне и не надо подарков, — скрестила я на груди руки.

Курт прищурился, а потом хитро произнес:

— В Лютрене самая большая ярмарка во всех четырех королевствах.

Представила сколько времени Курт будет таскать меня за собой по этой самой ярмарке и мне стало дурно.

— Я с тобой никуда не пойду. Буду сидеть в гостинице, — буркнула я.

— А тебя кто-то спрашивает, где ты сидеть будешь? Кто будет меня от всяких подавальщиц охранять?

Ревность внутри всколыхнулась так сильно, что даже жар к щекам прилил.

— Шанта-а-а-аж! — заорал Питц.

Я указала ладонью на него.

— Вот, согласна.

Все же Курту пришлось уступить мне и в этот раз. Время уже поджимало, хотелось быстрее собраться и закончить все дела на корабле, чтобы наконец оказаться на суше. Теперь я понимала Курта, желавшего хоть одну ночь провести в гостинице. В Лютрене мы должны были провести три дня, а это целых две ночи на некачающейся кровати!

Я начала собирать вещи, что хотела бы взять с собой, но их оказалось немного, всего платье, в котором я была на церемонии и потом гуляла по ярмарке в Памариеле, и сменное белье.

— Придется прикупить тебе побольше вещей, — сказал Курт посмотрев в пустой саквояж.

Ведь платье я планировала надеть перед спуском на берег, не в штанах же по городу разгуливать.

А я тем временем рассматривала небольшую деревянную шкатулку для рукоделия, наполненную цветочками, рыбками, зверюшками и кисточками из нитей.

Курт оценил мою систему подсчета товаров и попросил сохранить, если я запомню какой корабль что означает. До знакомства со мной, Курт это все запоминал. Я тоже помнила каждый корабль. Ведь в обозначении было зашифровано название, вернее не само название, а моя ассоциация от него. А кораблей и капитанов за это время я узнала много. После «Вихря» был «Необузданный», потом «Амфритрит», следом «Тщеславие», на следующий день «Патан», а вчера «Труант». Я запоминала типы кораблей, ведь не все они были бригами, как «Касатка». Знакомилась с капитанами, какие-то мне не нравились вовсе, некоторые были терпимы, но рядом со мной всегда был Курт, а значит мне ничего не угрожало. Я молча делала вид скромной жены и, «скрывая волнение», считала товар, переносимый с корабля на корабль. Вначале я не понимала, почему это делаю я, ведь есть еще тот же старпом. Но вскоре осознала, что у каждого на корабле, в этот момент своя задача. Не все капитаны и их команды расположены к Курту. У всех есть свои тайны. Старпом внимательно следил за командой «гостя» на верхней палубе, боцман в трюме, лекарь всегда находился в своей каюте, его вообще было не заметно. Курт разговаривал с капитаном, давая инструкции на следующие маршруты.

— Ка-айе-ез, — протянул муж, явно уже не в первый раз позвавший меня.

— Прости, задумалась, — улыбнулась я, пряча коробку в сундук.

— Бери перчатки, встанешь к штурвалу.

Перчатки из тонкой кожи действительно спасали от мозолей от грубых канатов, за которые то и время приходилось хвататься, пока передвигалась по кораблю. Иногда, когда мы с Куртом спускались в трюм, то перчатки защищали еще и от грязи.

Надевая на ходу перчатки, вышла за Куртом на палубу. Все отточено, быстрый взгляд по сторонам, внимание на старпома. Команда от капитана: занять место у штурвала.

Моряки настолько привыкла к моей ежедневной практике, что уже никто не возражал и не возмущался, а может быть хватило того единственного раза. А еще Билл как-то обмолвился, что, когда я у штурвала, корабль будто плавнее идет. Конечно, услышать такое приятно, но сегодня я нервничала. Мне предстоял первый заход в порт и швартовка. Курт стоял рядом. Я знала, что в любой момент его рука окажется на штурвале и он мне поможет. Но мне хотелось все сделать самой, аккуратно, правильно, чтобы Курт мной гордился.

И я делала, четко следуя его командам.

Когда «Канарейка» замерла у причала, Курт обернулся ко мне и быстро коснулся губами моих.

— Умничка. Вот так бы с магией.

— Я постараюсь…

Глава 27

Сегодня с корабля я сходила вместе с Куртом. Это снова был торгово-военный порт, снова грязь и вонь. Я посмотрела на город. Он сильно отличался от Помариела. Низкие массивные дома с плоскими крышами, широкие улицы. В этом месте чувствовалось, что мы на территории магов земли.

Курт оплатил стоянку корабля и пошлину на торговлю, при этом все время держал меня за руку.

— Пойдем гулять или в гостиницу? — спросил Курт, ведя меня вдоль порта.

Я посмотрела на закатное небо.

— Давай в гостиницу. Есть хочу. Мы же завтра погуляем?

На мой вопрос в глазах Курта загорелся такой огонек предвкушения, что я тут же пожалела о сказанном.

— Почему ты сказал на таможне на сколько мы прибыли? — решила я сменить тему. — А если они Скуалу птичку отправят?

— Эти? Не-е-е, — протянул Курт. — Им лень.

— Это как? — удивилась я.

— Лютрен — это не один город, а два. Здесь проходит граница княжеств Огня и Земли. Лютения принадлежит огневикам, а Тренита — земле. Каждый градоначальник сваливает на своего соседа всю работу, и в целом им некогда заниматься проблемами княжества Воды и Воздуха.

— Вот, да. Ты маг воды, фактически живешь в море. Почему на тебя объявило охоту королевство Воздуха?

— Много будешь знать, морщины появятся, — шутливо ответил Курт.

Я не стала ничего говорить на это, все мое внимание было приковано к кованым воротам, за которыми протекала река, а на том ее берегу расположился совсем другой город. Вся его набережная тонула в оранжевом свете фонарей, словно полыхая в огне. Вдоль которой располагались дома с изящными балконами, башенки на крышах. Это выглядело изящно, статно и красиво.

— Вот теперь верю, что это два города, — выдохнула я, обернувшись и посмотрев на дома из крупных камней за спиной.

Я молча шла по набережной, к каменному мосту с большими фонарями на обеих его сторонах. Смотрела на встречных людей, на тех, кто нас обгонял. Народу здесь было много, похоже, что мост пользовался спросом.

— О чем задумалась, женушка? — спросил Курт, крепко держа меня за руку.

— О несправедливости.

— И какая несправедливость не дает тебе покоя?

— Браки между

— Ну, вообще, не все браки запрещены. С согласия Верховных магов стихий можно вступить в брак.

Я не знала об этом и внимательно вслушивалась в тихие слова Курта, что скрадывал гомон толпы. Это же значит, у нас есть шанс сделать наш брак легальным.

— Но, маги должны быть слабыми и обладать противодействующими стихиями. Огонь — вода, воздух — земля, — продолжал Курт.

— Почему нельзя вода и воздух?

Естественно, это сочетание волновало меня больше всего.

— Потому что можно объединить магию в более мощное заклинание.

— Угу, то есть раньше было можно. А теперь нет? Странные они какие-то. Вот даже на корабле, обязательно должны присутствовать маги всех четырех стихий, — рассуждала я дальше.

Курт с улыбкой кивнул, подтвердив мои слова.

— И универсалы, они же от смешанных браков. А сейчас их почти нет.

— Тем и опасен универсал, что он владеет всеми стихиями и в случае чего, ему нечего противопоставить.

— Но они же все среднего уровня. Ведь так?

— А ты будешь бегать по знатным домам и искать мага, в случае если какой-то универсал нарушит закон?

За разговором я не заметила, как мы подошли к гостинице, что расположилась на углу набережной. Одна ее сторона смотрела на море, другая на реку.

В таверне при гостинице было шумно, к моему облегчению, все посетители были из среднего класса и выше. За одним из столов нашелся старпом.

— Билл, мы пришли, — сказал Курт, подходя к старпому со спины.

— О, уже? — удивился Билл. — Я думал вы погулять пойдете.

— Решили отдохнуть сегодня, — ответил Курт, усаживаясь за стол.

Мне ничего не оставалось, как устроиться рядом.

Мы сделали заказ и Курт обнял меня за плечи, притягивая к своему боку:

— Сотрешь зубы, мясо есть не сможешь, — с улыбкой говорил он мне в волосы.

— А чего она свои вот эти, — возмущенно сказала я, показывая на грудь. — выставляет, а Биллу нет? И потом еще так, пошла, оп-оп-оп. У тебя жена рядом сидит!

— Так ты спрятала символ, вот она и наглеет, — ответил Курт, аккуратно стягивая у меня с плеча плащ.

— И что? А так не видно? — покраснев спросила я, принимая его правоту.

А еще было обидно, что Питц так и не научил меня ругаться. При моих просьбах, эта наглая птица замолкала, и при первой возможности сбегала из каюты.

Подняла глаза на Курта и, еще больше разозлившись, спросила:

— Это ты подговорил Питца?

— Нет, — с самым честным выражением лица ответил муж.

Нам принесли заказ. Выставив тарелки на стол, подавальщица провела рукой по бедрам обтянутыми тонкими кожаными штанами и лишь слегка прикрытыми спереди юбкой.

Наряд мне нравился. Удобно, наверное, даже на корабле так можно бегать. Подавальщица — нет.

— Он, — указала я на Курта. — Женат! И тот тоже! — добавила я, увидев переметнувшийся на старпома плотоядный взгляд подавальщицы.

— Не птаха, волчица, — рассмеялся Курт, глядя на удаляющуюся девушку.

А я вспомнила свои слова, сказанные на ярмарке в Помариеле. Залившись краской смущения, опустила взгляд. Повела себя так глупо, и совсем ни как положено леди.

— Женушка моя, — заговорил мне в волосы Курт. — Только ты способна прикрыть мое горло. Только ты останешься преданной и верной в самый тяжелый момент.

— Почему ты так уверен во мне? — я посмотрела на мужа.

— Я вижу это в твоих глазах.

Глава 28

Рано утром в дверь нашей комнаты постучали. Курт будто ждал этого и очень быстро открыл. Я же спросонья пыталась понять, где нахожусь и почему кровать не качается. Курт что-то забрал и, крадучись, направился к стойке с вещами.

— А ну стоять! — скомандовала я. — Что там у тебя?

По лицу Курта на мгновение пробежало разочарование, а потом появилась шкодливая улыбка.

— Нам сегодня нужно будет сходить на склады в порту… — начал он, явно подбирая слова.

— Та-а-ак, — подбодрила я, переворачиваясь на живот в попытке разглядеть, что же в руке у мужа.

— Я подумал, что в твоем платье это не очень удобно…

Курт продемонстрировал мне юбку с коротким передом.

— Откуда она у тебя? — удивилась я, быстро глянув на рассвет за окном.

— Билл принес.

— А у него она откуда? — уже с улыбкой продолжала я.

— Кайез, если она тебе не нравится, то ты конечно можешь пойти в платье… Или мы вначале сходим на ярмарку, ты сама выберешь себе одежду.

Я смотрела на Курта и не верила своим глазам и ушам. Мой муж был в растерянности и подбирал слова. Соскочив с постели, подбежала к нему и обняла за шею.

— Я даже ее не видела, но скажу сразу: нравится. Просто потому, что ты подумал о моем удобстве, — подумав, добавила: — И на ярмарку сходим.

— Тебе же не нравятся ярмарки, — с сомнением сказал Курт, уже водя по моему телу рукой.

— За то тебе нравятся. Я готова потерпеть ради лучшего мужа на свете.

Курт отбросил в сторону юбку и схватил меня двумя руками, поднимая от пола.

— И даже не будешь сопротивляться покупкам? — с привычным прищуром спросил он.

— Немного, чтобы не отвыкал.

И теперь я шла в этой самой юбке поверх своих штанов, взявшись за руки с мужем, и не могла перестать улыбаться. В этот раз меня не смущали сонные взгляды встречных прохожих, не пугала мысль о ярмарке, на которую я сама согласилась пойти. Сейчас я благодарила всех Богов за то, что дали мне такого замечательного Курта. Из моей головы совсем вылетело то, что вообще-то мой муж пират и вне закона, но это совсем не вязалось с тем, каким он был для меня.

В порту мы посетили несколько складов и встретились с их владельцами. Курт договаривался с ними о продлении договоров, оговаривал изменившиеся условия.

После мы направились в таверну. Сидя за дальним столиком в самом углу, я тихо спросила:

— Не понимаю, почему ты договаривался в одинаковых складах на одинаковые товары, но на разных условиях. Можно же было выбрать какой-то один склад, где выгоднее всего и сэкономить время.

— Чтобы я кому-то одному назвал всех своих поставщиков? — так же тихо ответил Курт.

Замолкла, медленно осознавая, что я и Билл, и есть те «одному», кто знает всех. Если меня еще не со всеми познакомили, то старпом уж наверняка…

— А если кто-то из хозяев складов проболтается? — задала я новый вопрос.

— Тогда ему придется предъявить к досмотру помещения и товары. А они этого очень сильно не хотят. Примерно так же,

Плотно пообедав, мы отправились на ярмарку. Она действительно оказалась в разы больше той, где мы уже были. Проходя вдоль прилавков, я молилась о том, чтобы Курт не решил пройти по ней несколько раз.

Увидела посуду, точь-в-точь, как та, что мы купили.

— Курт, а почему мы везем посуду из Помариела, если могли купить ее здесь?

— Потому что твой муж жадина.

— Сказал тот, кто купил мне четыре платья, просто потому что я не смогла выбрать. А юбки я вообще считать не буду.

— Не считай, а носи, — усмехнулся Курт.

— Но все же, почему?

— Тут на фарфор наценка большая за транспортировку. Зачем мне платить за то, что я могу сделать сам?

Три дня в Лютрене пролетели незаметно. С самого утра мы шли на склады, каждый раз разные. Потом обязательно шли через ярмарку. Курт все время что-то покупал, и это всегда было для меня, себе же он почти ничего не приобрел. А после ярмарки мы шли в огненную часть города и до самой ночи гуляли по улицам.

Мне безумно нравилось в Лютрене. Не сам город, а то, как мы проводили время. Я могла спрашивать Курта о чем захочу. Он никогда не ругал меня за вопросы, никогда не одергивал, если тема не подходила леди.

— Почему ты загрустила? — спросил Курт, когда поздно вечером мы вышли из гостиницы, после ужина и направились к порту.

— Три дня закончились…

— Через три недели мы будем в одном местечке, там отдохнешь от моря.

— Дело не в море. Оно мне нравится, — призналась я впервые, даже самой себе. — А в том, что на корабле мы говорим только о моей учебе. Корабли и их устройство, схемы магии, приборы, карты. А тут…

— Что тебе мешает говорить со мной на корабле на те темы, которые тебе интересны?

Я пожала плечами, но все же ответила.

— Не хочу тебя отвлекать. Ты так занят, когда занимаешься приборами.

— А ты попробуй, — хитро улыбнулся Курт. — По правде сказать, я молчу, потому что мне нравится наблюдать за тем, как ты шьешь.

Я усмехнулась. Мы оба наблюдали друг за другом и молчали, чтобы не отвлекать. Вот же глупость… Но почему от этого так тепло на душе?

Глава 29

Три недели на корабле, это много или мало? Думала я, складывая одежду в свой сундук. В этот раз мы должны будем освободить каюту, ведь нас ждет длительное пребывание на суше.

С одной стороны, я безумно нервничала. Тут все было понятно и привычно. После того, как «Канарейка» вышла на рассвете из порта Лютрена, капитан задал курс, и мы следовали точно по нему. Дважды встретились с кораблями, меня познакомили с капитанами и обменялись грузами. Но это было так давно… Мое обучение в корабельном деле почти прекратилось. Курт стал реже ставить меня к штурвалу. Что несомненно огорчало, ведь у меня это так хорошо получалось. Чего нельзя было сказать о магии, которой мы уделяли почти все время. Я ругала сама себя, с трудом сдерживая слезы. Толку от моего потенциала, если я не могу заставить себя влить магию в схему. Структуру базового заклинания я изучила вдоль и поперек, научившись создавать его в одно мгновение. Но я так и не решалась вплести воздух. Вначале Курт меня уговаривал, а потом запретил вставать к штурвалу. Допуская до управления кораблем изредка, только чтобы я не потеряла навык.

Думая обо всем этом, я распрямилась, глядя на сундук, начала теребить край манжеты.

— Женушка, если ты что-то забудешь, мы всегда можем прийти и взять это, — сказал Курт, обняв меня за талию и прижав к себе.

— Я просто не знаю как мы будем? Там ведь все по-другому?

— Там тоже небо, — Курт начал меня успокаивать, гладя по волосам. — Таже земля… Даже таверны есть.

— А ярмарки? — спросила я, посмотрев на его довольное лицо.

— Есть, одна и маленькая.

Я тяжело вздохнула.

— А еще ты сможешь заняться моим обучением, — продолжал успокаивать меня Курт.

— Обучишь тебя. Я уже давно поняла, что ты прикидываешься мужланом. Есть в тебе что-то такое…

— Вот и проверишь.

— Не знаю, ты опять где-нибудь схитришь.

— И на какой хитрости ты меня подловила?

— Карты, — кивнула я на пустой стол. — Ты убрал их в свой сундук перед Лютреном и больше не доставал. Только я не понимаю какой в этом толк. Я же знаю курс, по которому мы идем.

— Уверена?

Я замерла в объятьях Курта. Да, я такая гордая, подловила его на хитрости. В очевидном. А на самом деле. Не знаю курса, ведь он совсем немного, но постоянно корректировался. Мне известно направление, в котором находится Аперея, но я понятия не имею с какой скорость «Канарейка» шла по ночам, как Билл корректировал курс, пока меня не было на палубе. Да и построить в голове всю цепочку курс-скорость за эти три недели я не могу. Выходит, что я не знаю ничего. Искать Аперею опираясь на мои знания бесполезно.

— Мифический город… — подвела итог я.

— На самом деле с мифами, что его окружают там мало общего, — усмехнулся Курт. — Нет золотых гор, только обычные скалы. Нет божеств, только простые люди. Но я надеюсь, что тебе там понравится.

— Главное, что ты будешь там, остальное не важно.

Я обняла Курта и почувствовала, как он закаменел от моих слов. Наверное, стоит ему как-нибудь сказать о том, что я чувствую, но на это я никак не могу решиться.

В дверь каюты постучали.

— Входи! — крикнул Курт. — Вот видишь, женушка, одного мужлана уже обучили, — усмехнулся он.

— Молодцы какие, — буркнул старпом. — Надеюсь, твой резерв полон, — обратился Билл к Курту. — Полная луна и штиль. Боцмана надолго не хватит.

Курт поморщился, посмотрел на меня.

— Ну, что, женушка, раз не практикуешься в магии, будешь сегодня ночью практиковаться в другом.

— Курт! — возмутилась я, чувствуя, как жар опаляет мне щеки.

Старпом захохотал в голос, покидая каюту.

— Давай, заканчивай сборы. Скоро на палубу. Будешь умницей, пущу к штурвалу.

Слова Курта про штурвал подняли мне настроение, и я уже гораздо быстрее собирала вещи. Кроме своей одежды и личных мелочей, скидала во второй сундук постельные принадлежности и пустые подсвечники. Одно постирать и проветрить, второе почистить. Вздохнув, еще раз осмотрела каюту. Странное чувство, будто ухожу отсюда навсегда, вновь поселилось в сердце.

Глава 30

Иссиня-черное небо, без единого облачка, украшали звезды и огромная серебристо-желтая луна. От горизонта до горизонта раскинулось бескрайнее

На мостике стояли боцман и старпом. Питц сидел на ограждении, нервно перебирая лапками и взмахивая крыльями. Все трое вглядывались куда-то вдаль.

Я разочарованно вздохнула, поднимаясь вслед за Куртом на полуют. Ожидала увидеть сушу, а ее нет. Зачем тогда нас выдернули сейчас? При таком ветре еще до рассвета спать можно было.

— Птаха, к штурвалу, — сказал капитан.

Рулевой уступил мне место, тут же сбежав вниз на палубу.

— Нашел? — спросил кого-то Курт.

— Ищет, — тихо ответил Билл. Взглянув на меня, добавил. — Курс прежний.

— Есть, курс прежний, — повторила я, уже глядя на приборы.

На корабле снова воцарилась тишина.

Неожиданно для меня Питц громко захлопал крыльями, быстро посмотрел на старпома, потом на капитана и, оттолкнувшись, взлетел, направляясь впереди корабля.

— Два градуса лево руля! — скомандовал старпом.

Я тут же повторила его команду и навалилась на штурвал.

— Две сотни ярдов прямо по курсу, — доложил старпом капитану.

— Держать курс, — отдал мне команду Курт. — Старпом, высота?

— Двадцать ярдов, — расстроенно доложил он.

О чем они сейчас говорили, я не понимала. С Куртом я выучила морские меры длин и вполне неплохо переводила их в понятные для себя значения. Но какая высота в чистом море? Я бы еще поняла глубину…

Тем временем, пока я, задумавшись о своем, следила за стрелкой компаса, Курт заговорил:

— Я пообещал жене, что сегодня она увидит Аперею. Придется постараться. Алик, малый на главный.

Руки боцмана засветились белым светом, с едва заметными проблесками голубого. В главный парус ударил поток ветра, выгнув его с громким хлопком.

Руки Курта обволокли синие всполохи, ленты магии метнулись к носу корабля.

Билл начал отсчет, внимательно глядя вперед.

— Сто тридцать, двадцать два… Двести восемьдесят, двадцать четыре.

Руки Курта светились все сильнее.

— Птаха, пол градуса право руля, — скомандовал старпом, прервавшись в своем счете.

Штурвал я повернула, но… Что за маневры?

— Четыре, сорок два, — выдохнул старпом.

— Боцман, добавь! — устало крикнул Курт.

Ветер сильнее выгнул паруса. Шум воды усилился.

— Птаха, готовься! — скомандовал Билл.

К чему!? Хотела спросить я, но не успела. Корабль будто встряхнуло. Паруса хлопнули, опустившись и снова наполнялись ветром. А перед самым носом корабля появился узкий арочный проход в скалах. Его высоты едва хватало, чтобы «Канарейка» прошла под ним. Но еще больше мне не нравилось, как близко острые выступы скал оказались к бортам.

— Алик, держи! — уже почти прошипел Курт.

— Теперь сама, — сказал старпом, внимательно глядя вперед.

Корабль медленно двигался по ущелью. Я внимательно следила за тем, чтобы мы были ровно посередине между скал. Тело окаменело от напряжения, а руки задрожали от страха. Я больше не отвлекалась на мужчин, стоящих рядом, на их короткие команды, раз среди них не было ничего для меня.

— Больше не могу! — раздалось сбоку, голосом боцмана.

Паруса резко опустились.

— Зараза! — выругался Курт.

Я огляделась и поняла, что мы встали ровно в середине пути.

Быстро посмотрев на мужа, поняла как ему сейчас тяжело, что он тоже устал.

«Вместе… До конца…» прозвучало у меня в голове.

Базовая структура сама появилась перед глазами. Часть моего сознания вплетало в схему поток воздуха, а другая следила за скалами.

— Молодец, женушка, молодец, — прозвучало рядом. — Добавляй по чуть-чуть.

Я плавно усилила поток.

— Держи, не переусердствуй, — тихо говорил Курт.

Медленно двигаясь вперед, «Канарейка» вышла из ущелья в бухту.

— Отпускай, — сказал капитан.

Вывела воздух из схемы, развоплотила схему и только теперь посмотрела на мужа. Синее свечение на его руках таяло, а в ущелье за нами медленно погружалось в воду.

Совсем неприлично раскрыла рот в удивлении.

— Ветер умеренный! Скорость два узла! — доложил старпом.

— Команда! Занять места! — скомандовал капитан, устало опираясь на ограждение. — Лекаря на мостик! Заменить рулевого!

Как только подошел один из матросов и принял у меня штурвал, я тут же шагнула к Курту.

— Ты… Ты море…

— Билл, командуй. Полный ход. — устало улыбнулся Курт и обнял меня. — Пойдем. Сейчас ты увидишь Аперею.

Глава 31

«Канарейка» медленно двигалась по узкой реке, с обеих сторон которой расположились маленькие уютные домики с треугольными крышами. Во всех окнах, над всеми дверями горел оранжевый свет.

Река стала шире. С обеих сторон появились причалы с множеством пришвартованных лодок. И на обоих берегах реки стояли люди, в основном это были женщины, подростки и дети.

Наш бриг плавно остановился рядом с деревянным пирсом. Я думала, что толпа сейчас подбежит к кораблю, но нет. Все продолжали стоять на берегу и ждать.

— Как Алик? — спросил Курт, пока я рассматривала набережную.

— Да нормально, — ответил старпом. — Сейчас жена его встретит, быстро на ноги поднимет.

— Ты тоже давай иди, тебя уже ждут.

— А вы? Птаха, наверное, уже мечтает на берег.

— Иди, Билл, иди, — сказала я. — Мы-то здесь вместе.

Посмотрела на Курта, что все еще придерживал меня, положив руку на живот.

Вскоре Курт отпустил всех, кто был женат, убедившись в том, что каждый помнит про свое дежурство. Старпом спустился с корабля, прихватив и наши вещи.

— А ему удобно с нашими вещами? Он же домой хочет, — спросила я, когда увидела как к Биллу подбежала женщина немного старше меня.

Посмотрев, как она обнимает старпома, отвернулась смутившись.

— Удобно… — Курт замялся. — Мы пока у них остановимся.

— Хорошо, — согласилась я. Так как даже не догадывалась какие тут правила.

— Я мог бы отправить птичку, чтобы нам купили дом. Но подумал, что ты захочешь выбрать его сама.

— Вместе, — с улыбкой сказала я.

Наконец-то все дела на корабле были сделаны: все снаряжение проверено, товары все выгружены, а дежурные заняли свои места. Мы с Куртом спустились на берег. В отличие от остальных мы шли налегке. Из вещей — его сабля и моя маленькая сумочка на бедре.

Луна спряталась за тучами, а в домах погасили свет. Двигаясь рядом с Куртом по узкой тропинке, я переживала о том, что мы давно идем.

— Мы не заблудились?

— Нет, — усмехнулся Курт. — Просто возвращаемся к бухте.

Как только он это сказал, мы оказались на вершине холма. Курт приостановился и указал мне на дом.

— Вон, свет горит. Это нам.

Видя цель, идти было значительно проще и казалось, что быстрее.

Нам открыл довольный Билл, зажимая в кулаке огромную жареную ножку птицы.

— Мы уже заждались, — говорил он, пропуская нас.

— Курт, давай скорее, а то он сейчас все съест! — раздалось из глубины дома.

Я медленно осматривала уютный домик.

Небольшая комната, похоже, что гостиная.

Из-за занавески вышла женщина, вытирая передником руки.

— Ох! — сказала она, увидев меня.

Я невольно напряглась. Мне не хотелось стеснять людей. Может надо было спросить про гостиницу?

— Ты не один? — спросила она Курта, тут же повернулась к Биллу. — Почему меня не предупредили?

— Потому что тогда ты взбаламутила бы весь город, — усмехнулся Билл, обнимая женщину и уводя обратно за занавеску.

— Идите скорее за стол, — позвала нас хозяйка дома.

За столом во время сытного ужина мы познакомились. Одри — маг воды и жена Билла. Я внимательно рассматривала красивую женщину лет сорока с огромными синими глазами и черными волосами, собранными в плотный пучок. Она же почти не смотрела на меня, все время хлопоча по хозяйству, добавляя на стол все больше и больше блюд.

— Где же мне вас разместить? — взмахнув руками спросила Одри.

— Да мы только до утра. Можем на мансарде, — ответил Курт. — Завтра дом пойдем посмотрим.

— Ты то понятно на мансарде, тебе ничего не страшно. А жену застудишь? — устраиваясь рядом с Биллом за столом говорила она. — И кто дом за один раз выбирает? Присмотреться надо.

Я опустила взгляд в тарелку. Мне было очень некомфортно, Одри так хлопочет, а на дворе ночь. А еще… Совсем не она встретила Билла на пристани. А то, как Одри смотрела на старпома говорило о ее любви к нему.

Пока мы сидели за столом, я думала, что сейчас Одри активно занята, но нет. Отправив меня мыться в горячей ванной, она устроила в доме перестановку. Как только стих грохот от переставляемой и переносимой мужчинами с этажа на этаж мебели, в ванную вошел Курт.

— Вроде успокоилась, — со смешком сказал он, снимая рубаху.

Я вылезла из воды, освобождая ему ванную.

— И где же мы будем спать? — с улыбкой ответила я.

— На мансарде, но теперь там есть кровать и пара десятков перин с теплыми одеялами… И еще комод.

— Комод зачем? — удивилась я.

— А вдруг леди захочет вещи переложить? — передразнил Одри Курт.

— Она знает? — замерла я с гребнем в руке.

— Женушка моя, у тебя манеры и стать привитые годами, все твои приключения этого не сотрут. Поэтому и дурак догадается, что ты из благородных.

— Это плохо?

Курт пожал плечами.

Глава 32

Мое утро было странным и непонятным. Вернее, уже был день, судя по ярким лучам солнца, что попадали в окно и светили прямо на постель.

Села на кровати и, прищурившись, посмотрела на небо, подсолнышек уже начал появляться, значит почти полдень. Курта в комнате не было, как и сундуков с вещами. Одевшись в то же, в чем была вчера, умылась из кувшина, оставленного на комоде. Вытираясь белым хрустящим полотенцем, невольно замерла, от него исходил такой приятный запах свежести.

Спустившись вниз, никого не обнаружила и растерялась.

— Ты уже встала? — раздалось за спиной.

От неожиданности я вздрогнула и обернулась. Одри смотрела на меня с улыбкой и ожидала ответа.

— Доброе утро, точнее день.

— Как спалось? — спросила она, вытирая руки о передник.

— Благодарю, очень хорошо. У вас такие мягкие перины.

— Рада это слышать. Пойдем, накормлю тебя.

Одри действительно чуть ли не с ложечки меня кормила. Для меня такая забота была дикой и странной.

— А где Курт? — спросила я, когда в меня перестали буквально впихивать еду.

— Они с Биллом ушли в форт, обещали вернуться к обеду.

Я покачала головой, не зная как на это реагировать. Да и вообще слабо понимала, как мне себя вести и что можно говорить.

— Прости, пожалуйста, за любопытство, — теребя передник сказала Одри. — А где ты покупала рубахи?

Я несколько раз моргнула, глядя на Одри.

— У них такой крой необычный. И такие интересные. Мне Билл все время платья привозит. А мне хочется рубаху с юбкой. Я же еще не старая.

— Я сама перешила, из мужских. Хотите, я научу?

— Хочу! Только я сейчас все достираю быстренько, хорошо?

С этими словами Одри быстро убирала все со стола, пряча по шкафчикам. А грязная посуда, которую она положила в раковину, помылась сама. Женщина достала уже чистые тарелки и кружку, обтерла полотенцем и расставила на полках.

— Может вам помощь нужна? — замявшись спросила я, понимая, что толку от меня у такой хозяйки будет мало.

— Ой, да какая помощь? — отмахнулась Одри. — Ты отдыхай. Только же с дороги. Пойдем во двор, я буду стирать, а ты со мной посидишь, на солнышке погреешься.

— Там же мои вещи, я бы сама.

Одри остановилась, оценивающе посмотрела на меня, а потом шепотом сказала, словно доверив самый большой секрет:

— Я обстирываю большую часть Апереи, не уж то от ваших трех сундуков сломаюсь?

— Как? — выдохнула я.

— Пойдем, пойдем.

Одри приобняла меня за талию, словно дочку и повела к выходу во двор, через гостиную и небольшой амбар. По пути говоря:

— Помню, когда мы только приехали сюда, я после корабля еще неделю не хотела дома сидеть, мне бы все на полянки какие-то, к травке и цветочкам, — Одри хихикнула. — Хотя я тогда Аськой беремена была, так все букетики собирала. Она же маг земли, вот и проявилось.

— У вас есть дочь? — успела вставить я.

— Сейчас познакомишься.

— А что значит всю Аперею обстирываете? — продолжила я расспросы, решив, что это безопаснее, чем начнут спрашивать меня.

— Так у нас тут услуга за услугу, или услуга за товар. Женщин водниц мало, а мужики редко бытовыми заклинаниями пользуются, да и зачем им. Парням не до стирок, старикам уже и не хочется. А другие стихийницы руками возиться с бельем не любят.

Мы вышли во двор, и я залюбовалась красотой. Небольшое каменное ограждение вплотную подходило к скале. По ее склону несся быстрый ручей, прямо к дому, потом отворачивал и продолжал свой путь по склону дальше. Все вокруг было таким ярким, радостным. И мне так захотелось здесь побыть подольше.

И только насмотревшись на чудеса природы, я заметила столбы с натянутыми между ними рядами веревок и развешанное на них белье.

— Ася! — крикнула Одри.

— Что Ася?! — донеслось из соседнего дома, что скрывали простыни.

Вскоре, из него вышла девушка с большим деревянным ведром и, ворча направилась к нам:

— Ася, приберись в доме… Ася, не пыли… Ася, быстрее… — явно передразнивая Одри твердила она. — Говорила же Эвану выбирать дом на другой стороне, так нет… С мамой не будет скучно…

— Не ворчи! — перебила ее Одри, подходя

— Привет, — сказала Ася.

А я смотрела на девушку, что вчера вечером встретила Билла и мне было очень стыдно за свои мысли.

— Привет, — все же ответила я.

Ася подошла к столу, выложила на него содержимое ведра, потом отправилась к ручью, сделала легкий пас рукой и уже с ведром наполовину наполненным песком вернулась к своему рабочему месту. Устроившись на небольшом стульчике, разложила перед собой различную утварь, посыпала ее песком, снова легкий пас и под внимательным взглядом Аси песок завертелся вокруг первого подсвечника, очищая его.

Я посмотрела на Одри, та тоже уже была занята, стирая при помощи магии. Вздохнув, я ощутила всю свою бесполезность.

— Можно я развешивать буду? — вновь я попыталась предложить свою помощь.

Одри улыбнулась мне и кивнула на корзину у ее ног.

Глава 33

Я пыталась сдерживать смех, сидя за накрытым к обеду столом и посматривая то на Курта, то на Билла.

— Какой форд? — возмутилась Одри, посмотрев на Билла, уперла руки в бока и продолжила: — Ты мне что обещал? Заделать щели на мансарде. Этот ладно, — махнула она в сторону Курта. — Ему что море, что чердак! А если девочку продует?

— Так Никлас тут… — Тихо сказал Билл, совершенно растеряв все свое командное мастерство.

— Никлас?! — всплеснула руками Одри. — Та-а-ак. Где моя большая скалка?!

Тут подала голос Ася, тоже сидевшая с нами за столом:

— Я ее себе забрала, вечером Эван приедет.

— И? — Одри переключила внимание на дочь.

— Должно же у меня быть орудие для допроса, — совершенно не растерялась она.

— Свою заведи! Этой скалкой я отца воспитываю!

— Ма-а-ам, считай этой приданным.

— Молодец, Аська, я приданное одобрил, — вставил Билл.

— Бунт на кор-р-рабле! — встрепенулся Питц, что сидел на стойке около стены. — Маму не слуш-ш-шают!

— Питц, молодец, вот тебе добавочка. — сказала Одри, подкладывая фрукты в закрепленную на жерди миску. — Скалку вернуть, — немного тише заговорила Одри. — С Эваном сама разберусь, рано тебе еще допросы устраивать. Мансарду починить. А ты хватит работать, — повернулась она к Курту. — Жене остров покажи, а то кроме тухлой каюты на твоем корабле и не видела ничего!

Раз нам дали возможность смыться с поля боя, мы с Куртом спорить не стали, а хихикая, направились на задний двор, а оттуда вверх по скале вдоль ручья.

— Значит дома, капитан — Одри? — спросила я, взбираясь по едва заметной тропке.

— Хуже, она — командор, — усмехнулся Курт.

Я обернулась к мужу через плечо, и он пояснил:

— У нее в подчинении два капитана и старпом.

— Два капитана? — удивилась я, а потом до меня дошло. — Эван с «Касатки»?

— Да.

— А как так получилось?

Я вспомнила про шутку Эвана о вещах, что он донашивал за Куртом. Неужели они на самом деле братья? Получается, что я совсем ничего не знаю про своего мужа.

— Чуть позже, — голос Курта изменился. — Мне нужно еще немного времени.

Я молча шла туда, куда вел Курт, правда я больше смотрела на скалы, окружавшие нас и на домики, что разместились на берегу бухты. В ее середине торчал остров, и на нем можно было рассмотреть руины старой крепости.

— А что там? — не выдержала я тишины.

— Склад, — ответил Курт. — Не все корабли могут пройти по реке.

На этом он снова замолчал, погружаясь в свои мысли.

Мы забрались почти на самый верх скалы. Отсюда просматривался весь небольшой город, что разместился вдоль реки. Курт показал мне в какой стороне ярмарка, пообещав сводить туда. А еще показал несколько домов, которые можем осмотреть для покупки.

Потом мы обогнули скалу, и я замерла, не веря своим глазам. Мы оказались у еще одной бухты, окруженной скалами. И в ней тоже был замок, даже дворец… Я не могла подобрать других слов для описания такого большого и величественного корабля, который видела.

— А чей это корабль? — выдохнула я.

— Мой, — спокойно ответил Курт. — Идем.

Мы устроились в тени отвесной стены с видом на бухту, где едва заметно качалась на волнах плавучая крепость.

Я долго молча сидела на коленях мужа, навалившись спиной на его грудь и слушала звуки природы. Курт же, то обнимал меня, то нежно гладил по рукам и животу. Мне казалось, что сейчас его мысли такие же растерянные, как и действия, поэтому я просто ждала.

— Я тебе соврал, — заговорил мне в макушку Курт, лишая возможности обернуться к нему. — Я не родился пиратом, но вырос им и среди них… Мне было семь, когда под видом мирной делегации к нам пришли убийцы. Я плохо помню… Помню только, что прыгнул с обрыва и долго плыл… Очень долго. Потом меня подобрал пиратский корабль. Не знаю почему капитан тогда решил меня оставить. Может не рискнул связываться с властями, может пожалел…

Курт вздохнул, крепче прижав меня к себе. У меня уже пересохло в горле, а сильная хватка не давала вдохнуть, но я не шевелилась, не мешая ему говорить.

— Он тогда вез мелкого Эвана на Аперею, вместе с беременной Одри. Может и она не дала капитану избавиться от меня. Ты видела какой у нее нрав, — Курт усмехнулся. — Нас привезли сюда. Одри стала для нас с Эваном не просто нянькой, а матерью. Вот только если я Аську считал всегда сестрой, то Эван с детства был в нее влюблен… Потом мы подросли, капитан забрал нас на «Канарейку», научил морскому делу и…

Курт замолчал.

— А корабль? — напомнила я.

— Корабль? — словно забыв о том с чего начал, переспросил Курт. — Ты уверена, что готова принять такого мужа и узнать все темные стороны его жизни?

Я обернулась к Курту, внимательно на него посмотрела.

— Я встретила тебя тогда, когда твои люди захватили галеон, когда ты приказал убить тех, в ком нет магии. Знаешь, я как-то догадалась, что ты не милый мальчик.

— Когда капитан умер, у нас уже была «Касатка». Встретившись с Эваном, мы решили, что пусть так и останется: он на «Касатке», я на «Канарейке». Но полностью изменили стратегию старого капитана. Договорились с другими капитанами на Аперее. Захватчиками стали галеоны, а бриги транспортировщиками. Галеон нападает на нужный корабль, потом встречается с бригом, передает груз. С брига получает другой, либо легальный для вод, в которых он находится, либо провизию для дальнейшего похода. Бриги передают груз дальше или отвозят на склады. Гламорган был последним захваченным мной кораблем, но я не смог оставить его в руках врагов.

— Почему он так важен? — тихо спросила я.

— Ыджит Кутш? — переспросила я, пытаясь вспомнить род с такой фамилией.

— Князя Беркутовых скал.

— Ты князь?!

— А ты маркиза, я же не кричу, — улыбнулся Курт.

— Почему ты напал на тот галеон? Раз бриги не должны были вступать в бой?

— Жрать хотелось. Скуал не давал нам прохода, и мы очень сильно отклонились от курса. Пришлось напасть на торговцев, но вместо провизии в трюмах оказались рабы.

Мы еще посидели в тишине.

— Пойдем, женушка, нужно хотя бы пару домов сегодня посмотреть.

— Пойдем, — ответила я, поднимаясь. — Почему ты сам не выберешь? Ты же лучше знаешь тут все.

— Мне не принципиально. Мой дом будет там, где меня будешь ждать ты.

Я остановилась как вкопанная.

— В смысле? Ты собрался меня оставить тут?!

Курт обернулся ко мне, я шагнула вперед, стирая расстояние, между нами, порывисто обняла за талию, желая впечататься в него так сильно, чтобы никто не оторвал.

— Не оставляй меня тут, пожалуйста, — почти неслышно попросила я, глотая слезы.

Мой мир только что рухнул. Я наивно верила в то, что всегда буду рядом с Куртом. Даже не пыталась представить себе другую жизнь. Ноги стали совсем ватными и не держали.

— Курт, ты обещал. Ты говорил, что я твои глаза и уши…

— Ты ими будешь, здесь.

— Я не хочу сидеть на Аперее и ждать тебя. Зачем ты тогда меня всему учил? Зачем научил любить море так же сильно как тебя?

— Кайез, там опасно. Ты понимаешь это? — Курт пытался заглянуть мне в лицо.

— И что? А тут не будет тебя… Я тебя никогда ни о чем не просила… Пожалуйста… Ты же знаешь, что я справлюсь…

Слезы катились по щекам, и я часто всхлипывала.

Курт тяжело вздохнул, словно ему было больно.

— Я возьму тебя, если ты сможешь делать тоже, что и я, — сказал он, обхватил мое лицо ладонями и внимательно посмотрел мне в глаза. — Доплывешь до галеона…

— Что?! — у меня тут же прорезался голос. — Тут метров пятьсот.

— Всего шесть сотен ярдов, — усмехнулся он. — Доплывешь до галеона, обплывешь его и вернешься на берег.

Я сглотнула. Придется тренироваться, много. Но я согласна. Тут же хотела сказать об этом, но Курт продолжил:

— Дважды, под водой.

— Что?!

— А для этого ты освоишь магию.

Тяжело вздохнув, я часто закивала.

— Согласна, научи плавать и колдовать. Я больше не буду спорить. Только не оставляй меня тут одну.

— Как бы я об этом не пожалел, — сказал Курт, прижав меня к себе и накрыв мою голову ладонью.

Глава 34

Когда я успокоилась, мы, не торопясь, направились к дому старпома. Стоя на холме, увидела, как в арку между скал заходит корабль. Курт остановился и подождал, пока я пронаблюдаю за знакомым бригом. «Касатка» виляла из стороны в сторону, норовя задеть скалы.

— Надо сказать Эвану, чтобы менял рулевого и мага воздуха, что один, что другой не чувствуют корабль, — словно самому себе проворчал Курт.

— Как ты провел в эту арку галеон? — задала я интересующий меня вопрос.

— Чем ниже уровень воды, тем шире проход, но удержать его сложно. И главное не посадить корабль на мель.

— Если ты столько сил потратил, чтобы прошел бриг, что же было с тобой, когда ты проводил галеон?

Курт повернул ко мне голову и оценивающе посмотрел.

— Не, я не готов получать взбучку, за то, что было несколько лет назад, — усмехнулся Курт и начал быстрый спуск по склону.

— Кур-рт! А ну, стоять!

Хохоча, мы спустились на задний двор и, немного выдохнув, вошли в дом. В гостиной на полу стояли деревянные ящики с купленной мной посудой.

— Как хорошо, что вы уже вернулись, — взглянув на нас сказала Одри. — Я не знаю, что с этим сделать.

— Я пообещала Курту научить его столовому этикету, но теперь даже не знаю, — произнесла я в растерянности, хватаясь за шнурок корсета.

— Что тебе для этого нужно? — тут же деловым тоном поинтересовалась Одри.

— Стол, где можно расставить посуду…

— Это понятно. Какие блюда подать? Ты же не будешь учить пользоваться вилкой и ножом на пустой тарелке?

Я задумалась. Одри же продолжила:

— Давай мы это пока уберем. У меня есть полный комплект, но фарфор там намного проще. Для начала обучения, самое оно.

Я кивнула, окончательно растерявшись и начав качать ногой. Зачем же Курт просил меня обучить его, если есть Одри?

В этот раз меня не отодвинули в сторону и даже заняли делом. Одри, дав указания Курту выставить стол и убрать из дома ящики в амбар, озадачила и меня.

Я с удовольствием сервировала стол на шесть персон, протирая каждую тарелку, ложку и вилку от несуществующей пыли. Настроение улучшилось в разы. Тихо напевая мелодию, я думала о том, рассказывать из того, что мне известно с детства.

С кухни доносился умопомрачительный аромат блюд, стол был сервирован, а я стояла перед ним в полной растерянности. В гостиную выглянула Одри и позвала меня к себе, а после короткого разговора отправила наверх, переодеваться в другое платье.

Вернувшись в гостиную, застала обнимающихся Эвана и Асю. Курт стоял рядом, и они о чем-то тихо шептались. На мгновение почувствовала себя лишней.

Курт резко обернулся ко мне и подал руку, помогая спуститься с лестницы.

— Женушка, ты великолепна, — с улыбкой произнес он.

— Я не помешала?

Заметила во взгляде Аси зависть. Одри меня об этом предупредила, поэтому сделала вид, что так и должно быть. Выросшая вместе с двумя шалопаями и проказниками Ася вела себя так же и совершенно не желала становиться женственной. Одри же хотела показать дочери, что девушка может выглядеть иначе на моем примере.

Следующей проблемой оказалось посадить за стол Асю и Эвана. Они никак не хотели садиться друг напротив друга, пытаясь все время взяться за руки.

Одри и я просто ужинали, показывая как и чем правильно есть. Курт и Билл, поглядывая на нас, повторяли. А вот Эван выбрал для себя удобную вилку и не стал заморачиваться. Ася старалась, но все время путалась в приборах, по итогу пошла по пути мужа. Я не стала ничего говорить, решив, что для первого раза очень хорошо.

После ужина мы немного пообщались, стараясь придерживаться манер, но все время скатывались к обычным байкам и подколкам в сторону Эвана со стороны Курта и Билла.

Когда за окном окончательно стемнело, Ася и Эван отправились к себе в дом, а мы с Куртом поднялись на верх.

Курт повернул меня

— Зачем нужен был договор о манерах со мной, если есть Одри. Она тоже не простая домохозяйка из небольшой деревни.

Курт задумался, начал водить руками по моему телу, сжимая ткань. Я ждала, навалившись на него и внимательно следя за его дыханием.

— Мне нужен был повод, чтобы ты осталась на корабле, — наконец заговорил он. — Я понимал, что если высажу тебя в Помариеле, то скорее всего больше никогда не увижу.

— Поэтому ты так скоро на мне женился?

Я накрыла ладони Курта, чтобы он понимал, что я не против, просто пытаюсь понять.

— Я объяснял тебе причину скорого брака. Мне не нужен бунт на корабле. Поэтому не мог ждать хотя бы до того же Лютрена.

— Почему я? Из-за происхождения?

Курт резко развернул меня к себе.

— Потому что ты, это ты. Моя идеальная во всех смыслах жена. Я получил то, о чем даже мечтать не смел. Красивая, умная и мой самый преданный соратник.

Я улыбнулась его словам и, пристав на цыпочки, потянулась за поцелуем.

— Вместе, — шепнула я.

— До конца, — ответил Курт, накрывая мои губы своими.

Глава 35

Рано утром мы с Куртом отправились в форт, прихватив мою шкатулку с подсчетами. Спустившись к берегу бухты, Курт помог мне забраться в небольшую старую лодку, а сам сел на весла.

Короткий путь до форта я любовалась мужем. Все же вон у меня какой, сильный, красивый, умный… Пират… Хотела бы я другого? Нет.

На острове со старым разрушенным фортом разместились два старинных здания из камня с соломенными крышами, за которыми явно следили.

Мы вошли в дом поменьше. Снаружи он казался более ухоженным, чем внутри. Ярко-синяя краска на перилах и дверях потрескалась и висела тонкими лепестками, норовя вот-вот отпасть.

— Если ты решишь остаться на Аперее, то сможешь привести это место в порядок, — сказал Курт, отпирая одну из дверей.

— Не повезло этому месту, — ответила я, проходя в небольшой кабинет.

В кабинете с маленьким окном в воздухе витала пыль, переливаясь золотыми блестками в лучах солнца. Осмотрелась по сторонам, из мебели только большой стол с массивной столешницей и один стул.

Курт отодвинул бумаги с угла стола и усадил меня на их место.

— Карл! Неси книги учета! — крикнул он.

Вскоре в кабинете появился молодой мужчина в очках в тонкой круглой оправе. Положил на стол толстые большие книги и, быстро посмотрев на меня, предложил:

— Может стул принести?

— Нам нормально, — усмехнулся Курт, проведя рукой по моему бедру, обтянутому брючками. За что сразу же получил по ней легкий шлепок. — Лучше чернила принеси свежие, той бурдой, что ты мне дал вчера, писать невозможно.

В маленьком кабинете форта мы пробыли до обеда. На обратном пути заглянули в небольшой коридор. Там, вдоль стены были установлены ящики, в каждом маленькая щель. В эти ящики Курт забрасывал письма для других капитанов с маршрутами и действиями.

— Осуждаешь? — спросил Курт, помогая мне забраться в лодку.

Я пожала плечами, вместо ответа спросила:

— Ты когда будешь учить меня плавать?

— Не сегодня, женушка. Мне нужно будет вернуться обратно.

Я скрестила руки на груди и надула щеки.

— Одри отведет тебя к Никласу.

— К кому? — удивилась я.

— К лекарю, — с усмешкой ответил Курт. — Он будет заниматься с тобой магией.

В обед Одри снова оформила стол по всем правилам этикета, но на этот раз я не успела переодеться и видела в глазах Аси облегчение.

Когда мы вышли из-за стола, все трое мужчин отправились в форт. Одри, подумав, отправила со мной Асю, а сама осталась готовить ужин. Глядя на все это, мне так нравилась большая семья и на мгновение задумалась о том, что я бы хотела, чтобы так было всегда.

Дом лекаря оказался совсем неподалеку, его было видно и от дома старпома и от форта.

— Ну, обратно дорогу найдешь, — проворчала Ася, разворачиваясь на тропке.

Я утвердительно кивнула, но она этого уже не увидела. Мне стало обидно, как из-за одного платья она от меня отдалилась, а казалось, что мы могли бы подружиться. Вздохнув, я постучала в двери.

Двери мне открыл сам лекарь. Посмотрел на удаляющуюся фигуру Аси и усмехнулся.

— Сбежала твоя компаньонка?

— Ничего страшного, — постаралась, как можно вежливее ответить я, чувствуя неловкость.

— Проходи, — сказал он мне, немного отступая, и крикнул вглубь дома: — Марта, посиди с нами в гостиной, Ася все же сбежала.

— Вы знали что так будет? — удивилась я.

— Догадывался. На меня она злится давно, а ты попала под раздачу из-за идеи Одри. Проходи, проходи.

Я осматривала гостиную. В отличии от скромного жилища старпома, этот дом был роскошнее. В гостиной висели картины в позолоченных рамах, а на диванах красовалась парчовая обивка, на полу ковры с высоким ворсом. Вот теперь я почувствовала себя неловко в уже привычной простой одежде. Да и изменившийся почти до неузнаваемости Никлас этому способствовал. Он поправил свой и без того идеальный узел на шейном платке и указал мне на стул рядом со столом.

— Давай изучим несколько схем, а потом будем пробовать вливать в них магию, — сказал Никлас, устраиваясь напротив и открывая большую книгу.

В комнату почти неслышно вошла женщина и устроилась с вышивкой у окна.

Вздохнув, я склонилась над раскрытой книгой, запоминая символы.

— Запомнила, — сказала я, подняв взгляд на лекаря.

— Воспроизводите, — с улыбкой произнес он.

Я изумилась, когда мысленно созданная схема засветилась перед моим лицом.

— А теперь давайте разберем неточности.

Я внимательно слушала Никласа и делала так как он говорит, наблюдая за тем, как светящиеся голубые линии меняют свое положение в зависимости от моих мыслей. А ведь структуру моего заклинания никто не должен видеть. Только теперь я начала понимать, насколько для магов опасны универсалы.

— Что-то не так? — спросил меня Никлас.

Потеряв концентрацию, тут же взглянула на него.

— Да. С самого начала я не понимала, что вы делаете на корабле среди пиратов. А сейчас…

Женщина за моей спиной поднялась.

— Никлас, я сделаю чай, — сказала она, откладывая вышивку.

— Не рассчитывайте на долгую историю, — улыбнулся лекарь и поправил очки на переносице.

Глава 36

Марта уже принесла ароматный чай и разливала его по чашам из тончайшего фарфора, Никлас же все еще молчал, будто решая, что можно мне сказать.

Я не торопила его.

— Когда-то очень давно я был учителем при дворе Ыджит Кутшей… — Никлас замолчал, тяжело вздохнул. — Той ночью, вместо того чтобы попытаться помочь княжеской семье, я трусливо сбежал и затерялся среди моряков «Гламоргана». Когда объявили новые законы, я поставил на себе блок и спрятал магию… «Гламорган» отправился в свой последний поход к берегам Виранта… Старшего княжича я узнал сразу, слишком похож на своего отца. Он меня не признал, но почувствовал блок. Предложил остаться с ним…

— Зачем? — тихо перебила Никласа.

— Целительство. В Аперее были только слабые лекари. Прибыв сюда, я учил и лечил всех желающих.

— Как вы оказались на «Канарейке», раз вы не рядовой лекарь?

— Вспомнил о клятве верности, — горько усмехнулся Никлас. — Вначале Курт обучался у меня целительству, а потом привыкли. Так с ним и хожу в походы.

Я тяжело вздохнула. Осуждать Никласа за то, что он не попытался защитить Ыджит Кутшей я не могла. Кто знает, как бы он сам поступил в такой ситуации? А потом поняла, что еще меня смутило в скомканном рассказе лекаря.

— Курт старший княжич, значит есть и младшие?

— Был. Еще один мальчик. Немногим старше тебя.

Мы посидели в тишине.

— Что ж, пора вернуться к занятию, — отставляя пустую чашку в сторону, произнес Никлас. — Строй схему короткого направленного потока.

Вздохнув, снова приступила к построению структур.

Когда светящиеся символы стали получаться именно такими, как требовало заклинание, кто-то громко постучал в дверь дома.

Это оказался Курт. Муж сам пришел за мной, узнав о побеге Аси.

— Я надеюсь, ты ее не сильно ругал? — спросила я, медленно идя с ним за руку и любуясь закатом.

— Она спряталась у себя в доме и прикрывается Эваном, — усмехнулся Курт.

— Можно я сегодня не буду наряжаться на ужин? Мне так неловко перед Асей.

— Ей полезно. Может быть, она подумает о муже и решится сделать ему приятное.

— Ты так говоришь, будто я тебе только в платьях и нравлюсь, — возмутилась я.

— Ты мне и без всего нравишься.

— Курт!

— Если серьезно, в тебе есть что-то такое, что даже в Лютренской одежде ты остаешься леди. И Асе было бы полезно ощутить себя такой. Я не знаю как тебе это объяснить.

— Я поняла. Мне Одри говорила, но так обидно, что Ася теперь злится и на меня.

— Она злится всегда и на всех, — засмеялся Курт. — На меня, на Одри, Била и Никласа, даже безобидной Марте досталось.

Спросить почему, я не успела, мы как раз подошли к дому.

Сегодня Ася бросала на меня косые взгляды, но уже начала повторять за тем, как я и Одри ели. Смирившись с тем, что я временно в опале, решила не показывать, как сильно меня это задевает. В конце концов, меня учили тому, как «держать лицо».

На следующее утро мужчины сразу после завтрака направились в форт. Ася ушла к себе в дом, буркнув о том, что ей надо прибраться. Одри тоже занялась уборкой. Я вновь ощутила себя ненужной.

Выйдя на задний двор, осмотрелась по сторонам. Составила схему короткого направленного потока и медленно запустила в нее магию. Должно было получиться что-то напоминающее то, как дует человек, но вместо этого вырвался сильный порыв ветра.

Развешанное на веревках белье взметнулось. Простыни и пододеяльники начали хлопать, словно паруса. Наволочки и другие мелкие вещи слетели. Одна веревка не выдержала и оборвалась.

С трудом выпутав магию из схемы и быстро развеяв структуру, я закрыла лицо ладонями и упала на зеленую траву, тихо заплакав.

— Тише, девочка, тише, — раздался голос Одри.

Я почувствовала, как она опустилась рядом и, обняв меня за плечи, притянула к себе. Одри начала гладить меня по голове, успокаивая.

— Я не специально, — всхлипнув прошептала я.

— Так бывает, — спокойно говорила Одри. — Ты привыкла к большому объему магии, теперь нужно учиться маленьким. Давай успокаивайся, — она улыбнулась, посмотрев на меня и вытирая слезы одной рукой. — Сейчас соберем все что разлетелось. И пойдешь тренироваться.

— Не пойду. Я снова все переломаю.

Слезы хлынули новым потоком.

— Ну, ну, ну. А как ты научишься, если не хочешь тренироваться?

Я разревелась, снова пряча лицо в ладонях.

— Ты думаешь у кого-то все вот так сразу получалось? — продолжала Одри. — Что Курт и Эван в мгновение ока научились управлять морем? Что Аська сразу стала филигранно управлять песком? Все мы учились, совершали ошибки. Давай поднимайся, я расскажу тебе, как чуть не затопила отцовский дом.

В тот момент, когда я хохотала от истории Одри и привязывала веревку обратно к столбу меня неожиданно схватили и я тут же завизжала от испуга, только через мгновения осознала, что это Курт.

— Напугал! — возмутилась я.

— А ты меня нет? — внимательно разглядывая меня спросил Курт. — Такой выброс магии устроила.

— Ты из-за меня вернулся? — удивилась я.

Одри не дала Курту ответить, да это и не требовалось, я видела беспокойство в его взгляде.

— У нас все хорошо, — сказала она, снимая сухое белье. — Но ты привыкай, еще пару раз точно будут выбросы, потом научится.

Я тяжело вздохнула, готовясь к тому, что еще могу натворить.

Глава 37

Две недели на Аперее прошли незаметно. Утром я тренировалась во дворе под присмотром Одри, вечером шла к Никласу и изучала структуры. Одри оказалась права: в первую неделю я еще трижды получала выбросы магии. Меня это бесило и расстраивало, если бы не одно «но». Как же это приятно восстанавливать резерв с Куртом.

Сегодня Одри, закончив утреннюю стирку, велела мне развесить белье и подсушить его потоками, а сама отправилась за продуктами на ярмарку. Курт по обыкновению уже уплыл вместе с Билом и Эваном в форт.

— Ты мои глаза и уши, — проворчала я, цепляя прищепку на простыни. — Ага, как же… С собой не возьму — опасно. Тут оставлю, но в дела не пущу.

Было безумно обидно, Курт отказывался учить меня плавать, ссылаясь на нехватку времени и дела в форте.

Тут скрипнула дверь дома Аси.

Я замолчала и быстрым движением смахнула непрошенные слезы с щек. Проследила за тем, как Ася прошла мимо меня с ведром, готовясь приступить к работе. Все это время она со мной так и не разговаривала.

— Ася, ты умеешь плавать? — спросила я без прелюдий, вспомнив о том, что говорили мне о ней Курт и Одри.

— Умею. И что? — с вызовом ответила Ася.

— Можешь научить меня?

— И получить нагоняй от

— Вот ты прям его боишься? — спровоцировала я ее.

— Я? Нет… Но зачем тебе?

— Если я научусь плавать, Курт заберет меня с собой, и я не буду мозолить тебе глаза.

Ася поджала губы и отвернулась.

— Ася, ну, пожалуйста. Ну, что ты хочешь взамен?

— Научи меня быть такой же красивой, — собравшись с духом сказала она, а потом быстро добавила: — Только без всяких смешков!

— А ты не смейся, когда я буду учиться плавать.

Мы переглянулись и обе усмехнулись.

Дождавшись Одри, предупредили ее о том, что пойдем купаться. Получив напутствие, не заплывать далеко, мы отправились к дальней бухте.

— А почему мы идем туда? Та ведь ближе? — я указала на бухту с фортом.

— Там обломки форта и старые затопленные постройки. Я вообще удивлена, как Курт и отец провели ту махину через бухту. Им понадобилась неделя, чтобы это провернуть. Никлас тогда каждый вечер принудительно восстанавливал им резерв.

— А почему тебе не нравится Никлас? — неожиданно для себя спросила я.

Ася пожала плечами, но все же ответила:

— Не скажу, что не нравится, просто он отказался меня учить объединенной магии и боевой.

— Зачем тебе это? — удивленно спросила я.

— Вот он спросил тоже самое, только добавил, что я вспыльчивая и не умею себя контролировать.

Я не стала это комментировать, побоявшись разрушить едва намечающееся перемирие, к счастью, мы уже подошли к воде.

Вернувшись домой перед самым обедом, я успела привести себя в порядок. Когда увидела Курта, сдерживалась изо всех сил, чтобы не рассказать ему о своих успехах. Мне казалось, что тогда он придумает какой-нибудь способ не дать мне учиться плаванию.

Курт лично проводил меня к Никласу и пообещал забрать перед ужином.

— Зайди, пожалуйста, немного пораньше, — попросила я. — Я хочу Асе помочь приодеться.

Курт с улыбкой кивнул и, поцеловав меня, отправился к берегу, где его уже ждали.

Сегодня во время занятий у меня никак не получалось сосредоточиться и те схемы, что еще вчера получались с легкостью, выходили кривыми.

— Что тебя беспокоит? — тихо спросил Никлас.

Я спрятала руки под стол и начала теребить кончик шнура от корсета.

— Я не собираюсь тебя осуждать, но пытаюсь понять, почему у тебя сегодня не получается сконцентрироваться.

— Почему у всех магия проснулась рано, а меня вообще «пустой» объявили? — глядя в книгу и не видя схем, спросила я.

— Помнишь я говорил тебе как прятался на «Гламоргане»?

Я подняла взгляд на Никласа и кивнула.

— На тебе тоже был блок. Только не осознанный, как это сделал я. Возможно, что твоя матушка, когда была на сносях с тобой или когда ты была малышкой испытала очень сильный выброс и в этот момент пожелала, чтобы твоя магия запечаталась, чтобы тебе не было так же, как и ей.

— Моя мама не могла так поступить!

— Если она была сильным магом, то мимолетной мысли бы хватило.

— А как снялся блок?

Я отказывалась верить в слова Никласа, но и не поверить ему было нельзя, он знал очень много.

— Курт. Ты вышла за него замуж. Его магия сплелась с твоей, блок треснул. Сильные эмоции вызвали всплеск.

Я покивала, все сходилось.

— Я хочу знать какие боевые заклинания есть у воздуха, кроме запрещенного смерча? И какие есть объединяющие с другими стихиями?

— Уверена, что тебе это нужно? — усмехнулся Никлас.

— Да. Я хочу знать, чем владеет Скуал, как от этого защититься и почему запрещены смешанные браки.

Этой ночью я часто просыпалась от того, что вздрагивала. Распахивала глаза, лишь бы убедиться, что Курт рядом. Прижималась к его руке и вглядывалась в спокойное лицо в свете яркой луны и звезд.

«Я все еще верна тебе, ты все еще можешь мне доверять», — твердила я мысленно, уговаривая себя в том, что не обманываю мужа.

Глава 38

Обучение с Никласом и тренировки с Одри не прошли даром. Теперь у меня появились свои маленькие обязанности в этом уютном доме.

После каждого завтрака, пока Одри занималась посудой на кухне и стиркой во дворе, я проходилась по дому и «подметала» пол магией. Еще, я проветривала все комнаты, а потом просушивала белье на веревках.

— Ты освободилась? — спросил меня Курт, когда я сняла сухое белье.

— Да, — ответила я, улыбнувшись. — А ты почему вернулся? Тебе разве не надо быть на «Канарейке»?

Хоть я и говорила это с улыбкой, но сердце сжималось от боли и глаза щипало от готовых вот-вот появиться слез. В магии я делала успехи, это было заметно, с плаванием у меня не получалось так как хотелось, а «Канарейка» готовилась покинуть Аперею уже через две недели. Теперь Курт и Билл все время пропадали в доке и следили за тем, как чистят и ремонтируют бриг.

— Решил, что стоит прогуляться с женой, — обняв меня, сказал Курт.

Я не удивилась тому, что мы отправились к дальней бухте. В город идти совсем не хотелось. Хоть ярмарка на Аперее в действительности оказалась не большой, я это проверила пару раз сходив с Куртом за продуктами, но это все равно было достаточно людное место.

Мы шли молча, обычно это было комфортно, но сегодня я с трудом сдерживалась, хотелось кричать и умолять Курта взять меня с собой.

Остановившись у небольшого обрыва, с которого я не так давно научилась прыгать, Курт повернулся ко мне.

— Показывай, — с усмешкой сказал он.

— Что? — удивилась я.

— Как ты плаваешь.

Курт положил руки мне на талию и притянул к себе.

— Откуда? — еле выдавила я.

— Капитан должен знать все, что происходит на его корабле. Аперея — это мой большой корабль.

— Давно? — я опустила взгляд, стало безумно стыдно.

— Давно корабль или давно я знаю? — в своей манере с легкой издевкой спросил он.

— Знаешь…

— С самого начала. Показывать будешь или еще подождем?

— Я не могу доплыть до «Гламоргана», — тихо сказала я, все еще глядя на зеленую редкую траву, пробивающуюся среди камней.

Вот теперь слезы хлынули с такой силой, что я даже всхлипнула.

— Женушка, я не спрашиваю, что ты можешь. Я дал тебе конкретный приказ. А приказ капитана…

— Выполняется сразу, — шмыгнув носом закончила его фразу.

Курт отступил, давая мне возможность раздеться до белья.

Скинула с себя все вещи и, не взглянув на мужа, сделала два шага к обрыву и вдохнув поглубже сиганула в воду.

Я плыла так долго под водой как только могла, легкие уже жгло от желания вдохнуть. Несмотря на то, что вода в бухте была безумно прозрачной, открывать глаза я не

Меня обняли большие мозолистые руки и заскользили по животу и бокам, а Курт зашептал на ухо:

— Если бы я не был уже на тебе женат, то прямо сейчас бы потащил на плече к храму.

— Я не могу… Курт, я не могу, — в отчаяние повторяла я.

— Не можешь, потому что устала или не хватает воздуха?

— Не хватает воздуха.

— Сейчас я научу тебя одной структуре, она относится к боевой магии, запоминай внимательно, ошибка будет фатальной.

Я кивнула.

Прямо передо мной на поверхности воды стали проявляться символы, будто нарисованные тонкой палочкой по сырому песку.

Я на мгновение обернулась к Курту, что продолжал меня придерживать.

— Не отвлекайся, запоминай, — тут же сказал он.

— Запомнила, — сказала я, через несколько секунд.

— А вот так оно выглядит, если нужно поделиться с кем-то.

На водной глади стали появляться новые символы, дополняя уже существующую структуру.

— Запомнила, — произнесла я, поворачиваясь к Курту.

— Сейчас я сделаю нам воздушные маски, — Курт внимательно вглядывался мне в глаза и убрал от лица волосы, заправив их за ухо. — Если у тебя хватит сил дважды проплыть от берега до галеона и обратно, то ты попробуешь ее воспроизвести сегодня вечером при Никласе.

— Значит ты владеешь двумя видами стихий, — тихо сказала я, буквально касаясь его губ.

— Да, но воздух очень слабый, поэтому не могу построить сам объединенные заклинания.

— Ты все это время меня обманывал, — возмутилась я. — Ты сказал, что мне показалось!

— А ты мне не договаривала. Плыть будешь?

— Буду!

Курт коротко поцеловал меня и резко утянул под воду, миг и я смогла сделать глубокий вдох. Странное название «маска», заклинание в отличие от воздушных пут совсем не ощущалось на лице, но позволяло открыть глаза под водой без боли и дышать носом, поглощая пузырьки воздуха на выдохе.

Обернулась к Курту, он тоже смотрел на меня. Внимательно присмотрелась, пытаясь увидеть «маску» на его лице, но тщетно.

Курт кивнул в сторону «Гламоргана».

Когда мы вышли на берег, я с улыбкой посмотрела на Курта и упала прямо на камни, перевернулась на спину и вытянула руку в победном жесте. Мышцы ужасно болели, усталость была неимоверной, но я справилась! Я дважды оплыла «Гламорган», доплыв до него от берега.

Курт словно не чувствовал усталости, стоял надо мной и с улыбкой наблюдал.

— У тебя есть две недели на то, чтобы самой освоить «маску». После этого поговорим о твоем пребывании на «Канарейке».

Силы вернулись ко мне с такой скоростью, что я вскочила на ноги.

— Ты обещал!

— Я сказал, что возьму тебя, если ты сможешь делать тоже, что и я. Освоишь маску и поговорим. Завтра утром встаем раньше и до завтрака идем плавать.

Я промолчала. Плавать, так плавать. Главное, чтобы он взял меня с собой.

Глава 39

Пираты, однозначно, любят играть в догонялки. А больше, чем удирать, им нравится охотится самим. Думала я, несясь в каюту и не обращая внимания на все, что происходило на палубе.

С того дня, как я сдала экзамен Курту, оплыв галеон дважды в созданной мной маске, прошел почти год. Правда, моя радость была недолгой. Курт шел домой в задумчивости, словно придумывая еще поводы оставить меня на Аперее. За ужином он сказал Биллу, что я отправлюсь с ними. Комната погрузилась на несколько секунд в полную тишину, а потом все заговорили сразу и вместе: Ася стала требовать у Эвана взять ее с собой, Одри ругалась на Билла, что тот не досмотрел за Куртом, Билл орал на Курта, что мне не место на корабле, Питц тоже присоединился к общему состоянию и горланил что-то о полундре, бунте и прочем.

Не выдержав, я сбежала из-за стола на мансарду. Курт пришел следом, обнял меня, прижимая к себе.

— Женушка, пойми ты, что море опасно, тем более сейчас.

— Оно не опаснее для меня, чем для тебя, — шмыгнув носом, ответила я, порывисто вытирая слезы пальцами.

— Мне будет спокойнее, если я буду уверен, что ты в безопасности.

— Самое безопасное место — рядом с тобой. Понимаешь? Мне здесь даже заняться нечем, а на корабле я буду тебе полезна.

— Не будешь слушаться, я оставлю тебя тут при первой же возможности. Поняла?

Я подняла голову и посмотрев в глаза Курту часто закивала, но это было еще не все.

— Год. Через год мы вернемся на длительную стоянку, за это время ты должна стать не юнгой, а вторым капитаном.

— Вместе? — протянула я ему руку.

— До конца, — ответил Курт прижимая меня к себе и целуя в волосы, снова повторил: — До конца, женушка.

Почти год ежедневных тренировок магии, изучение кораблей и маневров. Меня даже начали уважать, как рулевого. Но самым прекрасным стали занятия плаванием. Мы с Куртом часто ныряли в открытом море и по долгу находились в воде, то отплывая далеко от корабля, то ныряя очень глубоко. Подводный мир оказался еще прекраснее, чем морская гладь в лучах солнца. С каждым днем я все сильнее любила море и мужа. Вот только стать вторым капитаном у меня не получалось. Увы, пираты признают только физическую силу, а я в этом им значительно уступала.

Поняв это, Курт начал заниматься со мной единоборствами.

В очередной раз я брыкалась, сопела и пыхтела, пытаясь высвободиться из захвата, но все было тщетно. Рядом раздавались смешки и улюлюканья, только сильнее напоминая мне о моем плачевном положении.

«Конечно!», — внезапно осознала я. Мой муж капитан пиратов, хитрость и тактика вот что нужно, чтобы стать похожей на него.

Резко крутанулась вправо, делая вид, что пытаюсь нанести удар локтем. Создала сетку заклинания «воздушного кулака» и пока противник закрыл бок, я запустила магию направив ее в широкое левое плечо.

Курт резко отпустил руки, освобождая меня из захвата и отшатнулся на несколько шагов назад. Я обернулась, наблюдая за ним и пытаясь понять не навредила ли я случайно мужу. Он медленно выпрямился, не спуская с меня потемневших глаз, расправил плечи. Только сейчас поняла, что на палубе стало очень тихо, все замерли в ожидании.

Развернувшись, я побежала в нашу каюту.

— А ну, стоять!

— Как же! — бросила я через плечо.

— Приказ капитана!

— Дома поговорим, — ответила я и захлопнула тонкую дверцу.

То, что тактика и хитрость не мои сильные

— И кто тебя научил такому приему? — с усмешкой спросил Курт.

— Муж! — все еще тяжело дыша ответила я.

— Му-у-уж? — загадочно протянул Курт.

— Ага. Он у меня знаешь какой!? — заговаривала ему зубы, в поисках путей отступления.

— Какой?

— Самый лучший!

Курт сделал вид, что на мгновение задумался.

— Вообще, я тоже женат.

— Да ты что? — еле сдерживая улыбку спросила я. — И какая она?

От резкого выпада в мою сторону я не успела увернуться. Вмиг оказалась прижатой лицом к столу с аккуратно заведенными за спину руками. Почувствовала, как Курт начал склоняться ко мне.

— На много лучше, чем она о себе думает, — прошептал он мне на ухо.

Я улыбнулась, уже предвкушая ласку мужа.

— Корабль! — донеслось с палубы.

Курт освободил мои руки и перед моим лицом тут же появилась большая мозолистая ладонь.

— Вместе, — произнес он.

— До конца, — ответила я, вкладывая пальцы.

Другой рукой, я уже взяла со стола подзорную трубу и выпрямляясь повернулась к Курту.

Глава 40

Курт по привычке передал мне трубу, но я даже смотреть в нее не стала. И так знала, что прямо по курсу «Манул» — военный галеон Скуала.

— Что будем делать? — спросил Билл Курта.

Я, как и муж огляделась по сторонам.

Перед нами корабль способный затопить наш бриг единым залпом. Принять бой? А какой приказ у Скуала? Захватить? Уничтожить? Сколько у нас осталось времени? Пара часов?

Слева приближается шторм, в нем мы потеряем единственное преимущество — скорость. Даже с моей магией мы не сможем долго держать паруса.

Справа риф русалок. Туда однозначно нельзя…

— Этот гад не гнушается объединенной магии, — поморщился Курт, тоже глядя на сизое небо. — Право руля! — скомандовал он.

— Там русалки! — тут же возмутился Билл.

— Есть сомнения в силе любви Одри? — усмехнулся Курт.

— Курс на рифы! — скомандовал Билл вместо ответа.

— Боцман! Запри каюту лекаря, потом всех в трюм. Встанешь на выходе. Не стесняйся применять силу.

Алик кивнул.

— Ну что, женушка, проверим насколько ты меня любишь, — усмехнулся Курт. Я не успела возмутиться, как последовал приказ капитана. — К штурвалу.

Безумно нервничая, я сжимала до побелевших костяшек рукояти штурвала, то поглядывая на Курта, сидевшего на рее, то на сходивший с ума компас, то вперед. Уверенности не добавлял беспокойно топчущийся по перилам полуюта Питц.

— Два градуса права руля! — крикнул Курт.

— Есть два градуса! — ответила я, а сама посмотрела на вращающийся круг с гравировкой, превратившуюся в одну сплошную полосу. — Где я тебе тут два градуса найду? — пробурчала уже тихо.

Ориентируясь только на нос корабля и рукояти, медленно повернула штурвал.

— Дальше сама! — крикнул Курт.

Я тяжело выдохнула. Мы медленно проходили мимо обломков кораблей, торчащих из воды скал. Ноги тряслись от напряжения, а ладони вспотели так, что я боялась, что выскользнут рукояти, но отвлечься и надеть перчатки уже не могла.

— Вот же дура, — шепотом ругала я себя.

Краем глаза заметила русалку с синими волосами, что сидела на одном из камней. Не обращая на нее внимания, продолжала следить за кораблем.

Курт и Билл начали ставить паруса, значит мы почти прошли рифы, но мне расслабляться было рано. На палубе раздался громкий шлепающий звук.

Резко обернувшись на него, увидела русалку, что сидела прямо на перилах и била длинным хвостом о палубу, глядя на Курта.

— Какой хорошенький капитан, сильный, красивый, — сказала она, со странным акцентом.

Я промолчала, продолжая следить за торчащими рифами и поглядывая на Билла, указывающего мне путь.

— Отдай капитана, — обратилась русалка ко мне.

— Обойдешься, — огрызнулась я сквозь зубы, не смотря на нее. — Пошла вон, отсюда!

— Отдай капитана, он мне нужен.

— Мне тоже нужен, — я быстро взглянула на наглую рыбину с человеческим телом.

— Я принцесса морей и океанов!

— И что? Я маркиза. Вон пошла, я сказала!

— Отдай капитана! — взвизгнула русалка.

Я поморщилась от противного звука.

— Питц, будь добр, объясни этой камбале переростку, что ей тут не рады.

Попугай взлетел со своего места, громко захлопав крыльями.

Русалка приготовилась отбиваться, но выдохнула с облегчением, поняв, что Питц не будет нападать.

— Это ты зря, — шепнула я с улыбкой, глядя на Билла.

— На абордаж! — заорал Питц.

Русалка вздрогнула от неожиданности и растопырила плавники, что были вместо ушных раковин.

— Слушай, слушай, — шептала я, чтобы хоть немного расслабиться. Все тело уже свело, хотелось расслабиться, расправить плечи.

Русалка слушала не долго, краснея от каждой фразочки Питца всем телом, так что синяя чешуя на руках стала отливать розовым оттенком, а может быть так заиграло закатное солнце.

Я глубоко вздохнула, слишком долго я стою у штурвала и держу концентрацию.

— Пошляк! — выкрикнула русалка возмущенно и в тоже время в ужасе смотря на Питца, и спрыгнула за борт.

— Кор-р-р-ролева на бор-р-р-рту!

Отрапортовал попугай, снова занимая свой пост на перилах полуюта.

— Умничка, — похвалила я его, а сама задумалась, что же такое я пропустила.

Парус громко хлопнул раскрываясь, словно знаменуя нашу победу.

Курт и Билл лихо спустились на палубу.

— Давай я, — сказал муж, обнимая меня со спины и не давая оглянуться.

Я вздрогнула от доносящихся из далека канонад выстрелов — «Манул» прокладывал себе путь через рифы.

— Сможешь колдовать? — спросил Курт.

— Да, а что?

— Алик уже пуст.

Представила, каково было одному Алику среди целой команды моряков желающих подняться на палубу под зов русалок. Если мы тут с Питцем одного Курта отбивали.

— Русалки правда так заманчиво поют? — спросила я, запуская поток ветра.

— Не знаю. У меня хватало ума к ним не соваться, а сейчас не слышал.

— Потому что я тебя люблю? — обернувшись на мгновение, спросила я.

— А ты сомневалась? — усмехнулся Курт.

— Уже давно нет.

Когда команда вернулась на свои места, а мы с Куртом смогли уйти в каюту, он протянул мне свой кортик.

— Теперь ты действительно второй капитан, — усмехнулся он.

Глава 41

Встреча с «Манулом» на пути к Аперее сильно отклонила нас от курса. Первые пару дней мы еще надеялись оторваться от преследования, но тщетно, Скуал словно чувствовал нас, следуя по пятам.

Использовав наши резервы на максимум, мы смогли ненадолго уйти вперед, чтобы отправить всем капитанам птичек с единственным посланием: «Срочно вернуться домой».

Обстановка на «Канарейке» стала невыносимой. Через две недели провизия закончилась. Мы не могли встретиться ни с кем из своих кораблей и причалить куда-то к берегу. Мы ходили запутанными маршрутами, лишь бы не вывести Скуала к Аперее. Ведь

Съев слегка теплую серую бурду, именуемую похлебкой, я зажала рот руками и подбежала к гальюну.

Сидя прямо на полу, я вытерла трясущимися руками слезы.

— Женушка моя, — тихо сказал Курт, подхватывая меня на руки.

— Все хорошо, просто…

Курт бережно положил меня в гамак, поправил косу, что теперь доходила до середины спины.

— Я тут, только лекаря позову.

— Не надо. Это просто от еды, — схватила его за руку, чтобы не уходил.

Курт грустно улыбнулся и, медленно освободив пальцы, подошел к двери и крикнул в коридор:

— Лекаря в капитанскую каюту!

Никлас не заставил себя долго ждать, а вскоре я не знала, как мне быть. Теперь я точно останусь на Аперее, но мы даже не можем туда добраться.

Курт устроился рядом со мной на гамаке, как только Никлас, грустно улыбаясь, вышел из каюты.

— Иди сюда, — притягивая меня к себе и устраивая на плече сказал муж. — Ты сделала меня счастливым в самый необычный момент.

Его пальцы начали расшнуровывать мой корсет. Я тихо шмыгнула носом.

— Ну же, — усмехнулся Курт. — Чего ты испугалась?

Молча замотала головой, боясь произнести вслух свои мысли. Курт начал едва ощутимо водить кончиками пальцев по моему, пока еще плоскому, животу.

— Знаешь, — тихо заговорил Курт. — Год назад, мы собирались вернуть мне Беркутовы скалы. Только планы у нас с Биллом были разные. Он хотел меня женить на какой-нибудь магичке из знатного, но бедного водного рода. Дальше я мог выкупить у них земли и титул, потом полноправно претендовать на Беркутовы скалы. Я же просто хотел взять их штурмом.

Я тяжело вздохнула, вспоминая случайно подслушанный когда-то давно кусок разговора. Обняла Курта, удобнее устраиваясь на его плече.

— В один из дней мы так сильно поругались, что решили возвращаться на Аперею. Провизии на обратный путь нам не хватало, а наши были все далеко. Поблизости оказался торговый корабль воздушников.

Я не сдержала смешок.

— Билл пошел на уступки, и мы отправились к Помариэлу. Самыми сложными были четыре дня, что ты провела без сознания.

— Как четыре? — вскинула я голову, глядя на Курта. — Мне казалось, что я уснула вечером, а проснулась утром.

— Так и было, но между ними прошло еще четыре дня.

— Подожди, получается, что когда я тебе рассказывала про Скуала и рабов…

Курт молча кивнул.

— Вот почему ты мне поверил... А в сундуке зачем запер?

— А ты как думаешь? — усмехнулся он.

— Ты тогда меня рисовал? — задала я новый вопрос, поняв, что Курт выходил на палубу для проверки курса.

— У меня было время подумать. Мне хотелось узнать, что такое, когда ты сам кому-то нужен, когда ты можешь защитить. А когда ты очнулась, то я убедился в том, что не смогу тебя отпустить. Билл же надеялся, что ты сбежишь, — Курт усмехнулся, вздохнул и продолжил свой рассказ. — Потом мы вернулись в Аперею. Ты попросилась в следующий поход. Я не знаю, что ты со мной творишь. Видя твои слезы, я готов совершать глупости, только бы ты успокоилась. И вместо того, чтобы собрать всех, я решил еще год продолжить заниматься нашими схемами.

— Получается, что я не дала тебе вернуть дом дважды…

— Ты не дала мне совершить ошибку. За этот год я понял, что мой дом — это ты сама.

— А что за история с канарейками? — спросила я.

Курт уже хотел ответить, как в дверь каюты забарабанили:

— Капитан, выйдите на палубу!

— Пойдем, посмотрим, что там.

На горизонте маячил галеон Скуала, а от него в нашу сторону тянулся густой белый туман.

Курт передернул плечами и медленно расправил левое, где был один из отпечатков магии.

— Капитан, полный штиль, — доложил Билл. Разозлившись, добавил: — Как он узнает, где мы?

— Кто-то отслеживает наших птичек и шлет ему координаты, — предположил Алик.

Мне не понравилось, что в этот момент, все кроме Курта посмотрели на меня.

— Еще скажи, что я, — прорычал Курт. — Моя жена все время со мной.

Это сняло подозрения с меня, но вопрос повис в воздухе. Кто же тогда?

— Поднять паруса! — скомандовал Билл.

— Отставить! — прервал его Курт.

— Соглашусь с капитаном, — прозвучал тихий, но уверенный голос.

Впервые на полуют поднимался Никлас. Все тут же посмотрели на него.

— Это магический туман поглощения. Любой маг открывший резерв хотя бы для мелкого заклинания будет сразу же опустошен.

— Он же запрещен! — возмутилась я.

— А ты еще не поняла, что Скуал давно перешел границы закона? — с усмешкой сказал Курт.

— И что нам теперь делать? — спросила я то, что беспокоило всех.

— Ждать, — пожав плечами ответил Никлас. — Такое заклинание требует огромного резерва, да и площадь они охватывают большую…

Глава 42

Появившийся утром туман не развеялся к вечеру, и даже за ночь. Мысли о том, как подпитывал свой резерв маг, создавший это заклинание вызывали боль в сердце. Я старалась не думать об этом, но не могла полностью отрешиться. Безжалостность Скуала и то, как он использует людей меня пугала.

В темноте ночи, окутанная туманом «Канарейка» медленно двигалась на веслах. Это было почти бессмысленно. Тихий всплеск от весел разлетался очень далеко, но команда старалась делать это как можно тише.

Напряжение ощущалось во всем, мы даже не ложились спать, просто ждали. Я удивилась, когда Курт молча поднялся с гамака и начал собирать мои вещи и часть своих в сундук. Потом он вывел меня на палубу.

Билл был измотан так сильно, что едва стоял на ногах, придерживаясь за трос.

— Билл, — тихо заговорил Курт, подходя ближе. — Скажи Алику и Никласу собирать вещи, сам тоже собирайся. Сундук Кайез у входа.

Билл молча кивнул и направился к люку на нижнюю палубу, скорее всего где-то там был Алик.

— Что ты задумал? — шепотом спросила я.

— Гайвис, шлюпку на воду… И тихо.

Команда, подчиняясь новому приказу капитана, старалась как можно бесшумнее спустить шлюпку, а до меня начало доходить.

— Я не оставлю тебя, ты обещал.

— Тихо, женушка, тихо, — Курт прижал меня к себе.

Сейчас он был без рубашки, и я провела пальцами по его горячей коже, царапая ее, будто стараясь срастись с мужем. Курт усмехнулся и накрыл мою руку своей.

— Туман

— Курт, ты обещал, — повторила я. — Вместе, — с надеждой сказала я.

— До конца. Но теперь я буду не только в твоем сердце, но и под ним. Ради нашего будущего, ты должна.

Я всхлипнула, чувствуя, как слезы обжигают глаза.

— Не плачь, море и так соленое, — горько усмехнулся Курт, вытирая мокрые дорожки шершавым пальцем с моих щек.

Мы молча стояли на палубе и ждали пока приготовят шлюпку и все в нее погрузят. Для меня время словно замерло и в тот же момент оно казалось всего лишь мигом. Я не могла надышаться мужем, вдыхала его запах, терлась о его грудь щекой и носом, прижималась как можно ближе.

— Пора, — тихо сказал Курт, отдаляясь от меня всего на одну ладонь, но уже казался так далеко.

Сняв с одной руки тонкое кольцо, а с другой перстень с темно-синим камнем, он взял мою дрожащую кисть и надел оба на указательный палец.

— Кольцо тебе, оно сделано из монеты Ыджит Кутшей. А перстень отдашь нашему сыну, пусть он завершит начатое.

Курт поцеловал мои пальцы, глядя мне в глаза.

— Ты уверен, что будет мальчик? — улыбнулась я сквозь слезы.

— По другому не может быть. Присмотри за ними, — он кивнул вниз, на шлюпку, где уже меня ждали Алик, Никлас и Билл.

Питц тихо спикировал в шлюпку, устраиваясь рядом со старпомом.

— Вместе… — тихо произнес Курт.

— До конца…

Я зажимала рот ладонями, чтобы не издать ни звука, глядя на то, как «Канарейка» скрывается в тумане, как Курт стоя на палубе провожал меня взглядом…

Туман постепенно рассеивался. Уставший Алик сложил весла и навалился на руки, взявшись за голову. Никлас и Билл, кажется, уже давно спали от изнеможения. А я все еще смотрела вдаль, надеясь увидеть в рассветных лучах паруса «Канарейки».

Сквозь шелест волн донесся грохот залпов и череда взрывов. Сердце пропустило удар и сжалось до боли. Я опустила голову и, облокотившись на борт шлюпки, стала вглядываться в темные воды моря, сейчас оно как никогда напоминали мне глаза мужа.

— Я ненавижу рассвет на море, — одними губами прошептала я, чувствуя как в воду падает моя слеза.

Не сразу поняла, что увидела, как от нее начали расходиться рябью волны.

— Не плачь, маркиза, море и так соленое.

От женского голоса, донесшегося из глубины, я отшатнулась, резко выпрямляясь.

Из воды вынырнула русалка и, ухватившись за шлюпку, стала внимательно вглядываться мне в глаза.

— Пошла вон, — сквозь зубы произнесла я, не желая расставаться с теми, кто еще остался со мной.

Русалка отвела взгляд в сторону, тяжело вздохнула.

— Слушай, — заговорила она тихо. — Давай на время помиримся. Мне больше твой капитан не нужен.

От упоминаний о Курте, мне снова стало больно, сжала кулаки до побелевших костяшек. Показывать слабость при русалке я не хотела.

— Жив твой капитан, — вдруг сказала она. — Часть команды, ну живых, забрал маленький корабль, мои сестры сейчас преследуют его, как только смогут, сразу помогут отбить корабль и привести его в Аперею.

Я всхлипнула, боясь спросить о главном.

— А с капитаном все сложно. Его забрали на большой корабль. Мы не можем к нему близко подплыть, там какой-то маг, он начинает нас убивать… Но мы проследим.

— Зачем ты мне все это говоришь? — наконец смогла спросить я, лелея маленькую надежду на то, что это правда.

— В общем, мне за твоего капитана досталось. Ты ей только не говори, что я требовала его отдать. Ладно?

— Кому не говорить? — удивилась я.

Шлюпку качнуло и рядом с нами из воды вынырнула еще одна русалка, но эта была старше первой, и в ней было что-то такое властное. Мы молча разглядывали друг друга. Наконец она заговорила:

— Я мать русалок и тритонов, Царица русалочьего рифа… Была.

— Что вы хотите? Я не отдам вам моих спутников, — сразу же сказала я, обернувшись и увидела, что мужчины по прежднему крепко спали, даже Питц упал на спину и подрагивал лапкой, от этого стало жутко.

— Знакомая вещица? — Царица подняла из воды руку.

На ее ладони лежала моя серьга. Я тут же залезла в свою маленькую сумочку и с облегчением достала из нее вторую.

— Это мне отдал Бог морей, — заговорила Царица. — Он согласен на то, что мы хотим заключить с тобой сделку.

— Какую сделку? — удивилась я.

— Мы поможем тебе освободить капитана и вернуть ему Беркутовы скалы, а ты дашь нам право жить в бухте у этих скал.

— Чем вас не устраивают рифы? — совсем растерялась я.

— Устраивают всем, мы там жили тысячи лет… — Царица встрепенулась, от нее в разные стороны пошли круги по воде. — Пока один идиот на своем корабле их не уничтожил! Моих деток! Мой дом!

Я чувствовала, как расширяются мои глаза от ужаса. Красивая женщина, превращалась в нечто пугающее с острыми клыками, а ее человеческая часть тела покрывалась сине-зеленой чешуей.

Резко успокоившись, как и завелась, она снова заговорила тихо, словно шелест волн:

— Если ты нас впустишь в бухту, то мы будем ее охранять.

— А не много ли вы про нас знаете? — спросила я.

— Я знаю все обо всех, кто живет в море.

Больше я не стала размышлять. Если русалки — мой путь к тому, чтобы вернуть Курта, то я согласна.

Протянула руку ладонью вверх. Царица молча положила в нее мою серьгу и сразу нырнула, давая понять, что сделка заключена. Подумав, я тут же вдела серьгу в ухо.

— Я приду куда ты позовешь, — сказала принцесса. — Пошлепай ладонью по водной глади.

— И в Аперею ты попадешь?

— Да. Туда, где будет морская вода. Мои сестры отвезут вас к Аперее.

Принцесса нырнула более эффектно, чем Царица, обдав меня снопом брызг. В шелесте воды я услышала ее голос: «Я прослежу за капитаном».

Глава 43

Я не почувствовала магии или еще чего-то, лодка просто медленно плыла в окружении русалок по волнам, а вскоре одна из них нырнула под воду и появилась уже рядом со мной.

— Через магический барьер мы не сможем проплыть, — сказала она мне. — Буди свою птицу, дальше вы сами.

— Почему вы не сможете проплыть?

— Нас туда не приглашали.

— Я могу пригласить.

— Ты здесь, а не там.

На этом русалка решила, что с меня достаточно и опустилась под воду. Я огляделась по сторонам.

Солнечный день, не единого облачка на небе, подсолнышек уже начал проявляться рядом с солнцем.

— Билл, — позвала я, внезапно севшим голосом. — Билл.

Старпом не отзывался, продолжая спать.

Потянулась к нему и потрясла за плечо.

— Билл, пожалуйста!

На глаза навернулись слезы, сейчас мне самой казалось, что это все сон, ужасный сон и я должна проснуться.

Билл встрепенулся и посмотрел на меня растерянным взглядом, тоже огляделся по сторонам. Аккуратно пересел ко мне, обнимая за плечи.

— Не плачь, дочка, море и так соленое, оно не терпит женских слез, — тихо сказал он.

— Я испугалась, что ты не проснешься, — улыбнувшись ответила я, быстро вытирая слезы пальцами.

— Да-а-а, что-то сильно меня сморило. Наверное, дело в том тумане.

Похоже, что старпом наконец осознал происходящее и непонимающе уставился на улыбающуюся меня.

— Он жив, Курт жив, — произнесла я радостно.

— Птаха, твой муж очень сильный, но…

— Нет, он жив, мне русалки сказали. Курт на «Мануле». А команда на другом корабле, но русалки помогут им освободиться.

— Никлас! — Билл ударил ногой по скамье, где все еще спал лекарь.

Тот встрепенулся, тоже осмотрелся по сторонам, вместе с Никласом проснулся и потревоженный Питц.

— Никлас, посмотри-ка Птаху, похоже, у нее бред.

— Нет у меня бреда!

От такого заявления, я оттолкнула все еще обнимавшего меня Билла и вскочила на ноги, опасно пошатнув лодку. Пришлось тут же сесть обратно.

— Питц, ищи! — скомандовала я. — Мы у Апереи, нас сюда привели русалки. Я говорю тебе правду.

Никлас тяжело вздохнул, посмотрев на Билла. В этот момент Питц вспорхнул с лавки и направился вперед, открыв нам проход. Проснувшийся Алик тут же взялся вместе с Биллом за весла. А я понимала, что мне никто не поверил. Не поверили ни единому моему слову.

Если в море я думала о том, что уже скучаю по Курту и представляла, как Билл и Никлас, проснувшись, решат все проблемы и спасут его, то теперь я вновь впала в отчаяние. Мой муж где-то в плену, а его соратники оставили веру в него, даже не пытаясь помочь.

Лодка тихо причалила к берегу бухты. Из близлежащих домов начали выходить люди. Среди них я разглядела бегущую к нам Одри. Мелькнула мысль, что она мне поможет, что она поверит. Я тут же бросилась к ней. Я видела, что Одри в растерянных чувствах, ее муж вернулся, но с нами не было Курта.

— Одри, он жив! — выпалила я, попадая в ее объятия.

Женщина вскинула взгляд мне за спину. Обернувшись, я увидела, как Билл отрицательно покачал головой.

— Жив! — упорно твердила я.

Оглянувшись, я поняла, что уже все присутствующие здесь скорбят, кто-то о друзьях и родственниках с «Канарейки», а кто-то осознал, что теперь на Аперее будет новая власть. Поняв это, я взглянула на Эвана, что прижимал к себе рыдающую Асю. Конечно же, он новый правитель!

— Эван, он…

Я не успела договорить, в нос ударил резкий сладкий запах, и сознание тут же покинуло меня, только почувствовала, как кто-то подхватил меня на руки.

В себя пришла лежа на кровати в доме старпома. За окном светила луна, знаменуя поздний вечер.

Я провела рукой по половине, где обычно спал Курт. Не желая оставаться в постели в одиночестве, быстро поднялась. Совершенно не задумываясь, одела штаны и рубаху, зацепила на поясе сумочку и кортик. Натянув высокие сапоги, спустилась в гостиную.

Замерев у самого низа лестницы, прислушалась к разговору, доносившемуся с кухни.

— Девчонке надо отдохнуть, — сказал Билл.

— Да, пусть поспит, — согласилась Одри. — Ей нужно время.

— На рассвете я соберу всех капитанов на совет, объявлю о смене власти, — тихо заговорил Эван. — Билл, ты теперь будешь здесь, моей правой рукой.

Вслух Билл ничего не ответил.

Проскользнув мимо опущенной занавески, я вышла во двор, а оттуда направилась вверх по скале. Бурча себе под нос, я вышла к дальней бухте.

— Время, мне нужно, время… Нет у меня времени! У Курта его нет!

С остервенением смахнула слезы, появившиеся от моей беспомощности. Я верила Курту, он дал мне возможность быть сильной, а сейчас все снова вернулось в привычное русло, другие решают за меня как мне поступать и что делать. Взглянула на «Гламорган». Скинула сапоги и с разбега нырнула в воду, прямо в одежде.

Не стала создавать маску, просто плыла над водой так быстро как могла, хотелось выплеснуть всю злость. Доплыв до флагмана, я поняла, что Курт прав в одном, помощь не придет и мне нужно сделать все самой, а рычаги управления он мне уже дал. Коснулась губ кончиками пальцев и приложила их к сырому борту судна.

— Вместе…

Ответа конечно же не последовало. Чтобы на глазах снова не появились слезы, нырнула под воду.

Глава 44

Почти на рассвете я вышла к бухте с фортом и остановилась, глядя на ряд лодок у берега. Курт научил меня многому, почти всему, но не грести веслами. Парусов у маленьких двух-трехместных лодок не было, а магией воды я не обладала, чтобы заставить шлюпку плыть к форту.

— Да пошло оно… — выругалась я, заходя в воду прямо в сапогах.

Едва подсохшая одежда снова намокла, но мне было все равно. Выбравшись уже на берегу острова я направилась к нижней его части. Там, среди водопадов, располагался большой каменный стол и такие же каменные стулья около него. Пройдя вдоль стола, провела кончиками пальцев по глыбе, окончательно признавая, что не готова отступать. Упала во главе стола и задрала на него ноги. Да, неприлично, но воду из сапог как-то надо было слить, да и не о приличии сейчас речь. Отжимая волосы, я смотрела на тропинку, на которую должны были выйти капитаны и гадала, кто из них придет первым.

Первыми появились Эван и Грег. Оба замерли, не дойдя до стола с удивлением глядя на меня. Я же улыбнулась своим мыслям. Вот значит кого Эван выбрал своим ведущим капитаном.

— Ты что здесь делаешь? — наконец заговорил Эван быстро направляясь в мою сторону.

— Сижу. Не заметно? — пародируя издевательскую манеру Курта ответила я.

Эван приблизился и попытался ухватить меня за локоть. Отдернув руку, посмотрела на него снизу вверх.

— Даже не пытайся, — сквозь зубы процедила я.

— Птаха, тут не место для женщин.

— Ты сказал, что соберешь капитанов. Я здесь.

Эван опустился рядом на корточки и заговорил с другой интонацией:

— Птаха, я уважаю выбор Курта… Я сдержу свое слово, но тебе тут не место.

Только теперь я спустила ноги, поворачиваясь сильнее к Эвану и готовясь защищаться, если он решит вытолкать меня силой.

— Где же твой корабль? — усмехнулся подошедший Грег.

— Там, в бухточке стоит… Большой такой. Видел?

Грег зашелся хохотом, запрокинув голову.

— Птаха, — произнес Эван, вкладывая в это слово все, что он говорил ранее.

— Я не уйду! Придут остальные капитаны и решим.

Эван поджал губы и выпрямился. Я не сводила с него глаз, опасаясь, что он снова решит меня схватить, но он только сел рядом отворачиваясь к тропинке. Показывая этим, что он не одобряет моих действий.

Капитаны не заставили себя долго ждать, все явились с первыми лучами солнца. Каждый поднимавшийся по тропе был изумлен, увидев меня. Вместе с капитанами прибыли и старпомы — главные их советники. Билл явился последним и с облегчением выдохнул, встретившись со мной взглядом.

— Я там весь город перевернул, думал, что ты утонула! — начал орать он, направляясь в мою сторону. — Одри с в слезах! Марш домой!

— Дела закончу и пойду, — спокойно сказала я, игнорируя смешки капитанов и их помощников. — Отправь ей записку, что я здесь.

— Птаха! — возмутился Билл.

— Я пробовал, — произнес Эван. — Бесполезно. Проще выслушать ее.

Капитаны зашушукались между собой. Их шепотки сливались с шумом водопадов.

— Тихо! — скомандовал Эван. — Быстрее скажет, быстрее продолжим! — повернулся ко мне. — Говори.

Я пробежалась взглядом по капитанам. Я видела их всех, кого-то чаще, кого-то реже. Свою речь я придумала еще ночью и план тоже, осталось заставить их пойти за мной.

— Вы знаете меня как Птаху, — начала я, выпрямляясь, но не поднимаясь с места. — Я же леди Кайез, в прошлом маркиза Вьюрок. Ныне жена командора Курта, капитана «Канарейки» и его второй капитан.

— Хороший титул, — выкрикнул кто-то из помощников, порождая новый виток смешков.

— Тихо! — снова приказал Эван, ударив ладонью по глыбе.

— Какие у тебя доказательства? — спросил Ханель, самый старший по возрасту капитан. — Сейчас на имущество командора объявлена охота. Эван, самый младший из нас, будет претендовать на роль лидера, кто-то заявит права на долю в казне. Почему мы должны поверить девчонке?

— Можете мне не верить, но поверите документам.

Пожав плечами, я достала из сумки свернутую грамоту, обмотанную веревочкой с зубом акулы. Положила ее на стол, а рядом, отстегнув от ремня, кортик капитана.

Грамота и подвеска переходили от капитана к капитану, старпомы заглядывали через плечи в попытке рассмотреть содержимое бумаги. Тихо переговариваясь между собой, они принимали решение.

— Допустим… — заговорил Ханель. — «Гламорган» и личная доля Курта в казне твои…

— Этого недостаточно, — уверенно произнесла я.

— Птаха! — возмутился Эван.

— Курт собирал вас всех в единую армаду и готовил пойти на Беркутовы скалы…

Дружный громкий смех перебил меня.

— Ты хочешь, чтобы мы теперь пошли за тобой?! — выкрикнул кто-то.

— Нет! — перекрикивая смех, ответила я. — Вы пойдете за Куртом, но вначале освободите его!

— Почему мы должны тебя слушать? — спросил кто-то другой.

— У меня флагман, — вновь пожав плечами ответила я спокойно.

— «Гламорган» сейчас не больше, чем вооруженный памятник былой славы Ыджит Кутшей, — произнес Ханель. — От него толку никакого. Если только скалы в бухте крушить.

— Я выведу «Гламорган» из Апереи. Тогда вы пойдете со мной?

«Не, вообще эти капитаны веселые ребята, смеются по любому пустяку», — подумала я, пережидая очередной приступ смеха.

— Если ты выведешь «Гламорган», я пойду за тобой, — сказал Эван, но тут же добавил: — Но на мою помощь не рассчитывай.

— Не очень-то и хотелось, — тихо ответила я.

Взглянула на Билла с надеждой. Он ответил молчаливым согласием в легком кивке и прикрыв глаза. Я выдохнула про себя, большего мне было и не нужно.

— Выведешь флагман, «Вепрь» пойдет за тобой, — решился один из капитанов галеонов.

Я мысленно ликовала.

На тропинке показался запыхавшийся Карл — секретарь форта. Он остановился, согнувшись и уперся руками в колени. Выдохнул, поправил тонкую оправу очков и, тяжело выпрямившись, указал в сторону арки.

— Там! Там такое… — тяжело дыша сказал он всем сразу.

Глава 45

С этой стороны барьер был прозрачным и в арку хорошо было видно то, что совсем недавно было бригом. Мачты сломаны, как и один борт, другой пробит и сверкает огромной дырой. На верхней палубе собралась команда и все махали руками призывая к вниманию. В вокруг корабля непрерывно ныряли русалки.

Капитаны, как и старпомы толпились на берегу острова и с изумлением рассматривали открывшуюся им картину.

— Чего встали?! — закричала я. — Русалки сюда не могут заплыть! Заводите корабль! Или тоже самой?

Мой крик вывел всех из оцепенения. Наконец море начало медленно разливаться, открывая арку, а бриг притягиваться к берегу.

Капитаны знатно выложились в ресурсах, удерживая корабль на плаву, пока тот не уперся носом в берег.

Команда с облегчением выскочила на сушу. Я насчитала тридцать восемь человек, почти все. Облегченно выдохнула, что спалось так много. Старалась сдерживать слезы, чтобы капитаны не заметили моей слабости. Я плакала не по тем малознакомым мне людям, что теперь не с нами, а потому, что среди них не было того, кто мне стал дороже всего.

Один из моряков нашел среди капитанов меня и устало побрел в мою сторону. С трудом узнала в исхудавшем мужчине Гайвиса — помощника Алика.

— Капитан, — обратился он ко мне, собирая в себе остатки сил. — «Канарейка» затонула. Капитан Курт на «Мануле»… Команда почти в полном составе… Вражеский корабль восстановлению не подлежит…

— Вы молодцы, — с трудом сказала я, следя за тем, чтобы голос не дрогнул. — Отправляйтесь по домам, покажитесь близким.

На острове на мгновение воцарилась тишина. Капитаны и их помощники осознали, что команде «Канарейки» самим не добраться от форта до берега и начали помогать истощенным мужчинам грузиться в лодки.

— У Никласа будет много работы, — произнесла я, взглянув на Билла.

Тот внимательно разглядывал меня и пропустил мои слова мимо ушей.

К нам подошел Ханель и встал рядом со мной, наблюдая за погрузкой людей, тихо заговорил:

— Я надеюсь, что у тебя есть план. Вывести флагман из Апереи мало, чтобы спасти Курта и захватить скалы.

Я обернулась, пытаясь понять на моей ли он стороне.

— Мне достаточно спасти Курта. А будет ли он захватывать скалы, решать ему.

Ханель кивнул и направился к остальным, оставляя нас Биллом вдвоем на каменистом берегу.

— Как ты собралась выводить «Гламорган»? — тихо спросил Билл, но я чувствовала, что он едва сдерживается.

— Это моя проблема. Но после

— Я найду тебе команду. Только пообещай, что не угробишь себя.

— Ну, ты же проследишь за мной? — усмехнулась я. — Найди мне водного мага, хотя бы в половину силы Курта, и четырех огневиков.

— Сколько тебе нужно воздушников, чтобы пройти арку? — спросил Билл.

— Нисколько. Команда мне нужна будет после… И озаботься тем, чтобы максимально облегчить корабль. Большие пушки не трогай, займет много времени. Снимите шлюпки, мелкие орудия, боеприпасы.

— Нельзя ставить в док вооруженный корабль, — напомнил мне Билл.

— А я и не собираюсь ставить его в док, — усмехнулась я. — До завтрашнего вечера времени хватит?

Билл неуверенно кивнул.

— Так хватит или нет?

— Хватит, — огрызнулся он.

Я огляделась по сторонам, убеждаясь в том, что кроме нас здесь никого нет. Подошла к кромке воды, присела на корточки и пошлепала по ней рукой.

Ничего не происходило и я начала переживать, что весь мой план провалится именно сейчас, но по воде пошли круги и показалась принцесса русалок, вынырнув до плеч.

— Спасибо за команду, — поблагодарила я ее сразу.

Русалка на мгновение улыбнулась и вновь стала серьезной.

— Если что, это не мы. Они такими и были… — с опаской сказала она.

— Я знаю. Что с… — я побоялась произносить имя мужа.

— Он на том же корабле, и они плывут к Виранту.

— Это тот город, где вместо улиц каналы? — спросила я русалку.

— Да.

— Мне нужна твоя помощь…

— Слушаю, — русалка улыбнулась и склонилась ко мне ближе.

Выслушав мой план, она немного отдалилась, удивленно посмотрев на Билла, что все это время молча стоял у меня за спиной. Я обернулась к нему.

— Курт был прав, когда сказал, что такую женщину нельзя иметь во врагах, — с усмешкой произнес Билл, глядя на русалку.

— Я все сделаю, — ответила русалка. — Позовешь, когда будет готово, мы придем с сестрами.

Я кивнула ей. Принцесса словно оттолкнувшись поплыла спиной вперед, создавая плечами волну, а вскоре вода накрыла ее полностью и по воде вновь пошли круги.

— Ты слышал, что говорила русалка? — спросила я, выпрямляясь.

— Нет, я понимал только тебя. Она вообще, как рыба открывала рот и не звука.

— Понятно, — отряхивая руки произнесла я. — Пойдем домой, успокоим Одри, а потом займемся остальным.

Глава 46

Эван вернулся раньше и, естественно, рассказал где я сейчас. Одри встретила нас около дома, стоя со скалкой и ритмично похлопывая ею по ладони.

— А меня бить нельзя, — сказала я, прячась за Биллом.

— А я не тебя, — ответила Одри. — Ты почему за ней не уследил?

— Я у тебя просил одного ребенка, а их почему-то уже четверо! — огрызнулся Билл, не спеша подходить к жене. — Я за ними не успеваю. И вообще скоро внуки пойдут. Стар я за всеми бегать!

Я подняла взгляд на затылок Билла, думая о том знает ли он о моем положении. Решая, что нужно будет поговорить с Никласом, во-первых, уговорить его отправиться в еще один поход, а во-вторых, предупредить, чтобы никому ни слова.

— Стар он стал! А я молодею? — возмутилась Одри.

Я вынырнула из-за плеча Билла и подошла к ней, обняв как можно жалостливее сказала:

— А я кушать хочу-у.

Это сработало. Одри, тут же позабыв обо все всем, направилась вместе со мной в дом, обнимая меня и что-то говоря о том, что мужики зло и меня не кормили. Я только тихо улыбалась.

— Значит ты теперь будешь их командором? — спросила Одри, ставя на стол еще одну тарелку с чем-то вкусно пахнущим.

— Временно, — ответила я, облизав с пальцев сок от мяса и выискивая на большой кости еще вкусненькие кусочки. — Курта спасем, и он займется остальным.

— Ты же понимаешь, что за тобой никто не пойдет, даже если ты выведешь «Гламорган»? — спросил вошедший в кухню Эван.

— Да. Пока ты не согласишься, — ответила я с безразличием, продолжая расправляться с мясом.

Эван сел за стол полубоком и внимательно на меня посмотрел.

— Ты узнала где он?

— Его везут в Вирант.

— Мы не сможем их нагнать, — задумчиво произнес Эван.

— Но мы сможем идти достаточно быстро, ему нужно будет продержаться один день.

Я говорила серьезно, стараясь сдерживать подступившие слезы, но аппетит пропал сразу. Отложила недоеденную кость и вытерла руки о салфетку, стараясь скрыть волнение.

— Вирант на открытой территории, мы не сможем подойти так, чтобы нас не заметили. Даже на бриге.

— Эван, я не собираюсь сейчас с тобой это обсуждать, — посмотрела я на капитана излишне напоминавшего Курта. — Ты мне не веришь. Я выведу «Гламорган», а ты соберешь капитанов. И очень надеюсь, что ты сдержишь слово, данное Курту.

Эван молчал.

— А сейчас, с твоего позволения, я продолжу трапезу.

Эван поднялся и быстро вышел из кухни, зло посмотрев на меня. Вопреки своим же словам я не спешила снова браться за еду. Одри тяжело вздохнула, устраиваясь на своем месте.

— Я справлюсь, — сказала я. Но это было больше для себя, чем для нее.

Наевшись, я сходила к Никласу, узнала как обстоят дела с командой «Канарейки». Просить его ни о чем не пришлось. Никлас сам сказал, что мне лучше пока не озвучивать о своем положении, и что он отправиться вместе со мной, чтобы подстраховать.

Ночь я провела в беспокойстве и слезах. Без Курта было холодно не только снаружи, но и внутри.

С самого утра я отправилась к бухте с флагманом и следила с берега за тем, как облегчают корабль.

Билл подошел ко мне и молча сел рядом.

— Кренгование надо делать, — тихо сказал он.

— Я осмотрела дно. Только наросты, повреждений нет.

— Мы потеряем в скорости.

— Мне не нужна его скорость, только пушки и значимость.

— Делай как знаешь, — ответил Билл, поднимаясь и возвращаясь к шлюпкам, что подходили к берегу.

— Билл, — окликнула я. Когда он обернулся, спросила. — Ты сможешь вплавь добраться до «Гламоргана»?

Билл усмехнулся и отрицательно покачал головой.

— Тогда советую сегодня ночью быть у форта, желательно со шлюпкой, — с улыбкой сказала я.

Ася и Одри в течении дня несколько раз приносили на берег еду в корзинах. Никлас тоже приходил, но стоял в отдалении. Я бы его не заметила, если бы не почувствовала, как он прикоснулся ко мне магией проверив мой резерв. С улыбкой обернулась к нему, мысленно благодаря за поддержку.

На закате Билл подвел ко мне пятерых молодых мужчин. Четверо из них были просто сильными физически, но не магами, один же выделялся: мускулатурой и длинными черными

Билл представил каждого, я внимательно запоминала все, что он говорил.

— Махель, — обратилась я к магу воды. — Ты случайно не родственник Ханеля?

— Я его сын, — с вызовом ответил он.

— И отец будет не против, что ты пойдешь в моей команде?

— Отец считает, что я недостаточно силен, поэтому нет. Он сказал, что я буду вам обузой, а не помощью.

— Добро пожаловать… — ответила я на это.

Вскоре к нам подошли Алик и Гайвис. Отправив всех на шлюпке к галеону, я осталась на берегу. Мне нужно было вызвать русалку. Почему-то я не хотела делать это при посторонних, хоть и понимала, что русалок они все равно увидят.

— Все готово? — оглядевшись по сторонам спросила принцесса, вынырнув из воды.

— Готово, — ответила я ей.

— Ты поплывешь с нами? — удивилась русалка, увидев, как я захожу в воду.

— Только до галеона, — усмехнулась я.

— Наперегонки! — радостно предложила она.

Глава 47

Русалок конечно же мне было не обогнать, но я хотя бы хорошенько размялась. Теперь главной задачей стало сосредоточиться на деле.

Влезла через орудийный порт на самой нижней палубе. Вернее, меня втянули за руки Алик и Билл. Люк за моей спиной громко захлопнулся.

— А они нас не того? — спросил кто-то из матросов.

Прыгая на одной ноге и надевая высокий сапог поверх мокрых штанов, ответила:

— Будете нарушать устав, тогда того…

Убрала мокрые пряди волос с лица, осмотрелась по сторонам.

— Все наверх! — скомандовала я, и пошла первой.

Мы поднимались сюда с Куртом и осматривали галеон, и теперь я чувствовала присутствие мужа рядом. Это давало мне сил на то, чтобы действовать.

— Ортис, Самель, фок-мачта, — я на ходу отдавала приказы, следуя к штурвалу. — Гайвис, Койт, грот-мачта. Алик, Махель, бизань-мачта.

Вместо подтверждения за спиной раздалось:

— Я думал, что иду служить магом.

Резко развернулась и посмотрела на Махеля.

— Думать буду я, — четко произнесла, глядя на него снизу вверх. — Выведем «Гламорган» с Апереи, там поговорим.

— Есть бизань-мачта, — ответил Махель.

Я ухватилась за большую руку Алика, тот резко обернулся.

— Присмотри за ним, — шепнула едва слышно.

Алик прикрыл глаза.

— Билл, Шон, поднять якорь.

Никлас тоже оказался на корабле и ждал меня стоя рядом со штурвалом. В целом понятное дело, меня же надо беречь и охранять. Не стала ничего говорить по этому поводу, просто сделала вид, что так и было задумано. Встала к штурвалу.

Билл вскоре подошел и встал с другой от меня стороны.

— Побереги магию, — сказала Биллу. — Здесь русалки справятся. Нам самим нужно будет пройти арку.

«Гламорган» медленно и величественно шел по узкой для него реке в свете полной луны создавая большие не естественные волны. На самом деле, волны создали русалки, подняв под кораблем уровень воды, они же и толкали корабль вперед. Я только слегка его направляла и следила за парусами. Это был самый расслабленный для меня момент. Вот только я ожидала, что если буду выводить корабль ночью, то это будет менее заметно для жителей Апереи. Все оказалось напрасным. На берегах реки стояли толпы людей, они махали руками, что-то кричали, их даже не отпугивали большие волны и то, как качались пришвартованные корабли и лодки.

Наконец стало тихо. Жители Аперее остались далеко позади, только капитаны собравшиеся в форте стояли и смотрели нам вслед. А еще я и Билл прекрасно знали о том, что за нами наблюдают Одри и Ася.

— Готов? — спросила я Билла, видя, как опускается уровень моря, открывая арку.

Вместо ответа прозвучало:

— Шестьдесят семь ярдов… Это предел. Ниже нельзя.

Я глубоко вздохнула, создала перед собой схему направленного потока и наполнила им главный парус. Главное не повредить борт и не задеть мачтами верхушку арки.

Один ярд запаса. А если где-то будет торчать камень, и Билл его не увидит? Если за столько лет рельеф дна изменился и галеон просто тут не пройдет? А если… А если… А если… Но все это было слишком далеко в сознании. Сейчас есть только я и штурвал, только вперед. Русалки не могли помочь и направить корабль, слишком узким был проход. Они уже давно ждали нас в море, наблюдая за тем, как громадный «Гламорган» медленно ползет в узком проеме.

Глаза слезились от напряжения. Радостный клич победы ударил по нервам, словно молния. Я быстро развеяла схему заклинания и упала головой на руки, сложенные перед собой, упираясь в штурвал.

— Отдать якорь, — скомандовала я.

Билл похлопал меня по плечу и громче произнес:

— Отдать якорь!

В тишине ночи раздался одинокий удар молота, грохот тяжелой цепи и громкий всплеск воды. «Гламорган» снова вышел в море.

Поблагодарив свою не многочисленную команду, спустилась с Биллом на маленькую лодку, единственную оставшуюся на корабле и отправилась в форт.

— Ты извини, — тихо сказала я, сидя на скамье и опустив голову на руки, смотреть на Билла не хотела. — Понимаешь же, что кроме вас троих никому не могу доверить флагман, а ты мне нужен на совете.

— Ничего страшного, девочка, хоть разомнусь, — натужно ответил Билл, работая веслами.

Усмехнулась.

— Ты при капитанах так не ляпни.

— Ляпнешь, — усмехнулся Билл. — Ты теперь новый командор Апереи.

— Временно, временно, — устало повторила я.

— Помощь нужна? — ухватившись за шлюпку спросила Принцесса.

— Если не затруднит. Если что, он женат. — сразу предупредила я.

— Вижу. И что-то я с ней связываться не хочу, — ответила русалка, плывя рядом.

— А со мной значит можно было? — удивилась я.

Та пожала плечами.

— Я же не знала, что ты такая. Думала маг воздуха и все. А там. Ух… Страшная женщина в общем, достанет же.

— У нее еще и скалка есть, — подняла я авторитет Одри еще выше.

— Это еще что за орудие? — удивилась русалка.

— Я вас познакомлю, она тебе покажет, — пообещала я.

Короткий разговор с Принцессой помог немного расслабиться.

Когда я спрыгнула на берег, капитаны уже ждали нас в нетерпении.

— Ты вывела «Гламорган», — сказал Эван, похлопав меня по плечу. — Командуй, командор, флот твой.

Я пробежала взглядом по капитанам, все начали прикладывать правый кулак к левой груди. Задержалась на Ханеле, он словно проверяя мою выдержку не спешил, а внимательно следил за моей реакцией, но все же усмехнувшись поднял руку.

— Выводите корабли, и сразу к Виранту.

— К Виранту? — удивился кто-то из капитанов. — Там открытый залив, нас еще на подходе разберут, что «Гламорган» не поможет.

— Мы пройдем залив, — уверенно сказала я. — Карту!

Глава 48

Совещание с капитанами было коротким, теперь со мной никто не спорил,

Одри накрыла поздний ужин на кухне, и я, забыв о столовом этикете, наедалась впрок, слушая дифирамбы от Эвана в мою честь.

— Если тебя сейчас так распирает, — усмехнулась я, изрядно устав от восхвалений. — Что же с тобой было там? — кивнула в сторону форта.

— А там мне приходилось сдерживаться. Я как-никак Эвандер Аперейский — Хозяин Апереи.

Усмехнувшись над Эваном, я отправилась на мансарду. Проверив, все ли собрала, упала на кровать в надежде почувствовать хоть ненадолго воспоминание о Курте. Прикрыла глаза и не заметила, как провалилась в сон. Передо мной будто ожила когда-то давно прочитанная легенда об Аперее.

В старые-старые времена, когда море не было соленым, жил молодой капитан. Его сердце было полно любви, но не к женщинам, не к деньгам, а к морю. Однажды его настиг сильный шторм. Корабль затонул, команда погибла, но капитан был очень силен и смог добраться до берега. Это оказался крошечный необитаемый остров без еды и укромных мест, только одни раскаленные камни. Капитан сидел на берегу и решал, как ему быть дальше. Кораблей на горизонте не было, а прошло несколько дней, силы заканчивались. Он уже собрался зайти в море и плыть так долго, пока не устанет.

— Не делай этого, — остановил его женский голос. — Ты слишком хорош, чтобы просто так утонуть. Отдай мне свою силу.

Капитан посмотрел на большие камни рядом с берегом, и увидел деву необычайной красоты. Приняв ее за мираж, он шагнул к ней с усмешкой.

— Забирай! — сказал он, протягивая руку.

Только тогда он увидел длинный рыбий хвост, что плескался в воде.

— А жизнь ты мне сможешь отдать? — прищурившись на солнце спросила русалка.

— Забирай, — с усмешкой ответил капитан.

— Смешной ты, человек… — залилась звонким смехом русалка. — Жди свой корабль, он уже близко.

Обдав брызгами капитана, русалка нырнула в море и исчезла.

Капитан еще немного постоял в воде решая, что ему делать. Все же побрел к берегу, жить ему нравилось больше, чем умирать.

Всю ночь капитан ворочался на острых камнях пытаясь уснуть, и ему все время чудился звонкий смех русалки.

На утро он снова увидел ее сидящую на камнях.

— Ты решила забрать мою магию? — спросил капитан.

— Я очень этого хочу, ты сделаешь меня сильной. Но если я возьму у тебя хоть каплю, ты не дождешься корабля, — вдохнула она.

Капитану захотелось снова услышать ее смех, так сильно, что и жизнь уже показалась неинтересной.

— Тогда забирай мою магию и жизнь, — предложил он.

— Глупый ты, человек… — разозлилась русалка и спрыгнула с камней в море.

Всю ночь капитан не мог уснуть, лишь иногда проваливаясь в бред, где он гулял со своей русалкой по лугам. Но когда капитан приходил в себя, он слышал тихий плач, от которого его сердце обливалось кровью.

На утро его нашел корабль проходивший мимо. Капитана спасли, вернули домой. Вскоре он восстановился, купил новый корабль и собрал команду. Капитан снова вышел в море. Но теперь оно изменилось, вода стала соленой и непригодной для питья. А каждую ночь капитан слышал тихий плачь и его сердце сжималось от боли и тоски.

Найдя тот маленький остров, на котором, когда-то ждал спасения, он отдал свой корабль своему помощнику и велел забыть об этом месте.

Выбравшись на берег, он стал ждать. Но на следующее утро появилась не русалка, а сам Бог морей.

— И кого ты ждешь? — спросил Бог.

— Явно не тебя, — со смешком ответил капитан.

— Я давал тебе то, что ты так любишь, а теперь ты мне дерзишь? — разозлился Бог.

— Теперь есть та, кого я люблю сильней, чем море. Дай нам возможность быть вместе. Отпусти ее ко мне или дай мне возможность прийти к ней.

— Она заперта так глубоко, что ни один человек туда не доберется! — разозлился Бог еще сильнее.

— Что ты хочешь? — спросил капитан. — Я готов заплатить любую цену.

— Докажи, что любовь к моей дочери сильнее всего остального, — пошел на уступки Бог. — Вот тебе ручей, не пей из него.

Из-под камней пробился маленький и юркий поток воды. Весь день солнце нещадно палило, обжигая капитана и нагревая камни на островке. Ручеек звонко журчал, все время маня к себе. Капитан не двинулся с места, прислушиваясь к этому журчанию и слыша в нем смех самой прекрасной женщины. Ночью жара спала, но теперь сквозь призывный шелест ручейка он слышал горький плач русалки. Снова проворочался на острых камнях без сна. На следующий день Бог морей не появился, а солнце разгорячилось еще сильнее.

На третье утро снова явился Бог морей.

— Отдай мне свою дочь, — сказал капитан хриплым голосом.

— Ты можешь сделать два глотка из ручья, — ответил ему Бог морей.

— Я не могу пить из этого ручья — это ее смех.

— Тогда окунись в море, освежись.

— Я не могу — это ее слезы.

Бог морей усмехнулся.

— Пока течет этот ручей, и пока твоя любовь к моей дочери не будет сильнее любви к морю, она будет с тобой.

Земля задрожала и маленький остров разросся, поднимаясь из воды. На нем появились луга и скалы, что огородили его от посторонних глаз.

Из воды на берег вышла дева, что для капитана была прекраснее всех.

— Не плач, родная, море и так соленое.

Русалка улыбнулась и с грустью посмотрела на капитана.

— Отец сказал, что ты передумаешь, едва увидишь сокровища, что он поднял для тебя со дна.

— Какое сокровище? — удивился капитан, крепче прижимая к себе девушку.

— Это, — указала она в сторону.

На солнце переливались целые горы самоцветов, золотых монет и украшений.

— А я и не заметил, — усмехнулся капитан. — Я смотрел только на тебя. Я отдам тебе свою магию и жизнь.

— Проживи со мной свою жизнь, — попросила его девушка.

Капитан построил для них дом на этом острове. Шли годы. Капитан старел, а русалка все еще была такой же молодой. У них за эти годы родилось много детей, что обладали огромной силой в водной магии. Остров разрастался. Маленький дом превратился в замок. Дети, что любили море, так же сильно как и их родители, начали путешествовать и возвращались домой уже со своими семьями.

— Вот я и отдал тебе свою жизнь, дорогая моя Аперея, — сказал капитан, засыпая на всегда.

В этот раз он уже не слышал, как тихо заплакала его русалка.

Проводив своего возлюбленного, Аперея попрощалась с детьми и внуками и нырнула так

Я резко распахнула глаза и посмотрела в окно, где уже появились первые лучи солнца. Вздохнув, села на кровати. Провела ладонью по холодной подушке Курта.

— Лучше моего капитана нет никого… — прошептала я.

Смахнув слезу, быстро поднялась. Пора.

Глава 49

Не смотря на ранее утро, на берегу бухты с фортом уже собрались люди.

— Может все-таки на бриге? С Эваном? — снова спросил Билл.

— Я тебе уже говорила, — пыхтя ответила я, снимая сапоги. — Вначале выходят галеоны, потом бриги. Я не могу оставить «Гламорган» наполовину разоруженным без команды и без присмотра. Тем более, что капитан должен встретить команду на корабле, я и так уже сделала для некоторых исключение. И пусть капитаны армады видят, что я на флагмане. Выпускать бриг вперед из-за одной меня глупо. Ты не хуже меня знаешь, что груженные галеоны поднимут волну и бриг будет качать. А на лишние маневры времени нет.

— Тогда я отвезу тебя на лодке, — предложил новый вариант Билл.

— Ты нужен мне здесь. Проследи, чтобы все погрузили. Сам выйдешь на заключительном бриге.

— Если почувствуешь неладное, сразу ныряй и плыви сюда, — наставительно сказал Билл.

— Во-первых, я никому не позволю отобрать у меня «Гламорган». Во-вторых, хотелось бы чуточку больше веры в меня, — усмехнулась я, и добавила. — Я знаю, что ты переживаешь, но «удачи», было бы вполне достаточно.

Билл опустил голову, поджимая губы. Я обняла Одри, что тихо шепнула мне:

— Удачи.

Шагнув к воде, усмехнулась снова. Наверное, это из меня так стресс выходил.

— Чуть не забыла. Одри, я тебя должна кое с кем познакомить.

Пошлепала ладонью по воде и подождала, пока появится Принцесса. Ни я, ни русалка не обратили внимания на дружный взволнованный вздох толпы.

— Это Принцесса, — сказала я, подзывая Одри ближе.

— Ты меня не помнишь? — вдруг спросила русалка. — Я запуталась в сетях рядом с твоим замком, и ты меня спасла.

— Вы поболтайте, я пошла, — сказала я, еще раз обняв растерявшуюся Одри.

Русалка посмотрела на меня, заходящую в воду, на Одри.

— Я догоню, — бросила она мне, перед тем как я нырнула в воду.

Плыть под водой было безопасней, так хотя бы было видно острые кромки камней, торчащих на дне бухты, но также это оказалось отличным способом спрятаться ото всех и ненадолго побыть одной. Вообще я собиралась осмотреть дно «Гламоргана». Понимала, что мало чем смогу помочь кораблю, если все же задела дно, пока мы проходили арку, но мне нужно было удостовериться, просто чтобы успокоиться.

Доплыв до корабля, замерла, ухватившись за толстую якорную цепь.

— Кажется, он должен выглядеть так, — прозвучал рядом женский голос.

От неожиданности я вздрогнула и чуть не потеряла концентрацию над заклинанием. Обернувшись, увидела рядом Царицу русалок. Кивнув ей, сделала пару гребков в сторону дна, намереваясь все же его осмотреть.

— Не доверяешь?

Показала жестом, что нужно всплыть, под водой я говорить не могла.

Оказавшись на поверхности воды, сразу развеяла схему.

— Как? — спросила я, тут же получив всплеском воды в лицо.

— Я просто попросила всех моллюсков отпустить корабль, — усмехнулась Царица. — Ведь без них он будет быстрее.

— Спасибо, — в восхищении сказала я.

Да, чистое дно, значительно облегчит нам задачу.

— Но мне нужно его осмотреть, вдруг что-то с деревом.

— Не нужно, — остановила меня Царица, на мой непонимающий взгляд продолжила. — «Гламорган» участвовал во множестве сражений. Слава о подвигах его капитанов разнеслась не только по суше, но и достигла самых темных морских глубин. Сам Бог морей покровительствует «Гламоргану» и не допустит, чтобы морская вода ему навредила. Но помни, что это так, пока капитан корабля помнит девиз Ыджит Кутш.

— Честь, доблесть и отвага, — впервые произнесла я девиз.

— Не забывай его. Это девиз не только твоего мужа, но и твой, а еще…

Царица кивнула вниз, загадочно улыбнувшись. Я рефлекторно прикрыла одной рукой живот.

— Познакомишь, когда родиться?

— Аперея? — тихо прошептала я.

Царица мне ничего не ответила, ее улыбка резко спала, и она строго произнесла:

— И где ты была?

Рядом появилась Принцесса.

— Там… Там… — растерялась она.

— Я попросила ее проследить за погрузкой.

— Да, вот. Билл уже в доках. Все как планировалось.

Царица посмотрела на меня и загадочно улыбнувшись нырнула, а я вспомнила ее слова: «Я знаю все обо всех, кто живет в море».

— Опять ругаться будет, — вздохнула Принцесса.

— Ты мне лучше скажи, как мне с тобой дальше общаться. Не могу же я каждый раз прыгать в море.

— Забыла. На, — Принцесса подняла руку, в которой был зажат маленький флакончик. — Две капли в чашу с водой. Показаться я не смогу, но мы будем друг друга слышать.

Я мысленно ругала все на свете, вновь забираясь на свой корабль через люк. Какой-то я неправильный капитан. Замерла, услышав тихий разговор на палубе.

— Если бы Билл не был старпомом, я бы и не пошел в море с этой девчонкой. Она же младше меня.

— Может и младше, но не хуже любого другого капитана, — ответил Гайвис. — Она не бросила своего мужа, не бросила команду, не стала ждать на Аперее, когда кто-нибудь рискнет. Она все сделала сама. Я буду верен ей до последнего вздоха. А тебе, салага, — выделил он это слово. — Советую подумать, пока ты еще можешь вернуться домой.

Руки устали цепляться за край люка, и я подтянулась, выдавая свое присутствие. Гайвис сразу заметил меня и бросился помогать. Когда я выпрямилась, он осмотрел меня с ног до головы и со смешком спросил:

— Капитан, а вы вообще через верхнюю палубу на корабль заходите?

— Иногда, — так же со смешком соврала я, пряча бутылек, выданный русалкой, в свою набедренную сумку.

Глава 50

Пока я поднималась с нижней палубы, Гайвис уже убежал вперед, оповестить всех, что капитан на борту. Следом за мной, понурив голову, брел Самель, и мне не нужно было слов, чтобы понять, о чем он думал в этот момент.

На верхней палубе меня встретил Никлас с сапогами и камзолом, перекинутым через локоть.

— Билл так и сказал, что ты опять будешь добираться вплавь.

— Семейное, — пожала я плечами, забирая из его рук обувь.

Вскоре через арку один за другим с небольшим интервалом начали выходить галеоны. Груженные корабли двигались медленно. Каждый капитан, проходя мимо «Гламоргана», смотрел на меня и прикладывал кулак к груди. Я отвечала кивком и гадала: семь вооруженных военных галеонов и один торговый, забитый провизией

— Кранцы за борт, оба борта! — крикнула я.

Канаты громко ударялись о борта. Я же нервничала больше обычного, рядом со мной, словно два стража стояли Алик и Никлас. Лекарь все время с беспокойством поглядывал на меня.

— Принять команду на борт! — отдала я следующий приказ, Алик вторил мне эхом.

Я знала, что Билл уже распределил всю команду, поэтому быстро осмотрела прибывающих.

— Занять места согласно штатному расписанию! — немного усилив голос заклинанием приказала я, при этом наблюдала за каждым, как себя поведут.

Если на «Канарейке» команда была чуть меньше пятидесяти человек, то на «Гламоргане» это уже пять сотен.

Первая пара бригов отшвартовалась, и я ненадолго выдохнула. Теперь на борту половина команды, а значит работа пойдет быстрее. Еще два брига прибыли со второй частью команды. Следующая пара бригов доставила нам пушки.

Наблюдать за работой моряков было в разы сложнее, чем на «Канарейке», хотя бы, потому что, там, стоя на полуюте, было видно всю верхнюю палубу, тут же приходилось все время крутить головой.

К полудню мы разгрузили только половину бригов, которые, оставив на «Гламоргане» груз, уходили вперед и швартовались к торговому галеону, забирая свою провизию на неделю и снаряды для пушек. Туда мне тоже приходилось посматривать.

— Ты сейчас вливаешь слишком сильный поток, — шепнул мне Никлас. — Дай структуре закрепиться.

Выдохнув, я постаралась расслабиться.

Уже в сумерках к нам пришвартовалась «Касатка». Эван был единственным капитаном, что поднялся на флагман сам.

— Решил проверить? — спросила я с улыбкой.

— Вразумить тебя.

— О как, — усмехнулась я. — Ну попробуй.

— Ты выбрала магов воды для слияния?

— Эван, мы все это уже обсудили.

— Я помню. Поэтому я сам буду колдовать и за Куртом тоже пойду.

— Тогда тебе придется оставить «Касатку» во время шторма.

— Если ты не примешь меня на борт в оговоренной точке, я заберусь сам.

— Удачи. Советую поторопиться с возвращением на корабль, а то придется добираться вплавь, капитан.

— Вы с Куртом не родственники? — усмехнулся Эван. Развернувшись, замер на мгновение и, обернувшись через плечо, произнес: — Удачи, командор.

— Временный, — шепотом добавила я.

Короткая перепалка с Эваном отняла у меня остатки сил. Задав курс и передав командование Биллу, я направилась в каюту капитана.

Невольно сравнивала малютку «Канарейку» и величественный «Гламорган». Флагман для меня значил много, но к бригу я уже привыкла.

Вместо маленькой душной каюты меня встретили двухкомнатные покои. Я уже знала здесь все, но просто подняться с Куртом, чтобы побыть наедине, и совсем другое обосноваться на месте капитана. Первой комнатой была столовая, совмещенная с кабинетом. Небольшой столик для приема пищи в углу у входа, и большой, даже огромный стол для работы около иллюминаторов. Пробежалась взглядом по дорогому интерьеру с настенными светильниками, большой люстрой под потолком. Подошла к столу и провела пальцами по секстанту с гербом Ыджит Кутш.

Меня прервал стук в дверь.

— Капитан, личные вещи! — крикнул Билл.

— Заноси.

Вместо матросов с моими сундуками первым вразвалочку зашел Питц. Следом занесли сундуки, оставив их там, где я указала.

— Тебе еще что-то нужно? — спросил Билл.

— Немного побыть одной. Ты не против? Только до ужина.

Билл усмехнулся и, кивнув, вышел из каюты, закрыв за собой дверь.

— С новосельем, — сказала я попугаю, с любопытством осматривающему комнату.

— Кор-р-р-ролева! — выдал он, взлетая на толстую перекладину. — Командор-р-р-р!

Улыбнувшись попугаю, пошла в спальню. Я уже знала, что там, но мне так хотелось оказаться в том месте, что было только для нас с Куртом. Будто в это мгновение он мог стать ближе ко мне. Упала на широкую кровать и посмотрела на узкую дверцу с резьбой. Там скрывался не гальюн, а настоящая ванна. Улыбнулась своим воспоминаниям, стараясь сдерживать слезы.

— Я уже в пути, любимый. Только дождись, — тихо прошептала я в подушку.

Мне показалось, что в этот момент я почувствовала запах Курта.

Глава 51

Две недели тянулись неимоверно долго, мне казалось, что я начала сходить с ума от тоски.

В первый вечер разбирая сундуки в поисках одежды, нашла капитанские приборы Курта, карты и небольшой свиток, перетянутый голубой лентой. После того, как я нашла рисунки себя, Курт, уже не стесняясь, рисовал мои портреты. А ленту я ему сама подарила.

Спрятав свиток обратно в сундук, я забрала все остальное и разложила на столе, а то, что было с гербом Ыджит Кутшей, спрятала в ящики. Сходила переоделась и устроилась за столом, найдя чистую книгу. Вписала дату выхода «Гламоргана» в море. В дверь тихо постучали.

— Войдите! — крикнула я, замерев рукой над следующей строкой.

Билл прошел к столу и сел напротив, увидев раскрытый журнал усмехнулся.

— Я умею его заполнять, — сразу же огрызнулась я.

— Ну, тогда я подожду. Тебе же нужен будет точный курс.

Я посмотрела на еще почти пустую страницу. Рука задрожала, слезы тут же заволокли глаза. Отбросив в сторону ручку, захлопнула книгу.

— Не могу, Билл, я не могу без него.

— Давай я заполню, а потом поужинаем.

Просто покивала в знак согласия, крутя по столу компас Курта.

Вечером я на миг прикрыла глаза и тут же провалилась в темноту. Проснулась с первыми лучами солнца. Не стала дожидаться завтрака, быстро оделась и вышла на палубу.

— Алик, доложи обстановку.

Сверившись с курсом, я все же вернулась в каюту. Не потому что хотела, а потому что Никлас и Билл пригрозили меня туда затащить и насильно накормить.

После завтрака и до самого ужина я обходила корабль, проверяя все, сделав принудительный перерыв на обед, к вечеру добралась до трюма. Билл пригрозился запереть меня на ночь в каюте, если я опять удумаю куда-то идти. Оставшись в каюте одна, набрала в глубокую тарелку воду и капнула туда из флакончика, который мне дала Принцесса. Немного поговорив с ней и убедившись, что «Манул» еще в пути, легла спать.

— Гайвис, доложить обстановку, — приказала я, выйдя на палубу с первыми лучами солнца.

А потом я просто повторила обход. Команда бурчала о том, что капитан им не доверяет, раз второй день подряд все проверяет.

На третий день шепотков стало меньше. На пятый все уже привыкли ко мне, а я, замечая приближение Билла или Никласа, молча разворачивалась и шла в каюту.

— Сам Бог морей благоволит нам, — сказал Билл, закрывая только что заполненный журнал.

Я подняла на него глаза.

— Недостаточно, — вздохнула я. — У Скуала три дня форы.

Время шло, дни сменяли друг друга, если бы не журнал, я бы запуталась в них. Выйдя в очередной раз с рассветом на палубу, встретилась взглядом с Биллом.

— Может сегодня без обхода? — спросил он, вместо стандартного доклада.

— Вот как раз сегодня, он обязательно нужен, — спокойно ответила я. — Старпом, доложить обстановку.

Во время обеда мне кусок в горло не лез, но приходилось жевать под внимательным взглядом Никласа. Мы все понимали, что сегодня нам будет не до ужина.

— Билл, птичек отслеживают? — тихо спросила я.

— Ни одной.

Покивала головой. С одной стороны, это хорошо, что никто не отправил весточку Скуалу, с другой мы понятия не имели кто это делал в первый раз.

— Пора, — сказала я, ударив ладонями по столу и поднимаясь с места.

Выйдя на палубу, взглянула на голубое чистое небо.

— Отдать сигнал построения!

Корабли находились в видимости друг друга, и я еще на Аперее запретила использовать магических птичек для общения. Только сигналы флагом.

Я наблюдала в подзорную трубу за тем как идут маневры. Впереди выстроились бриги, за ними галеоны, в центре армады торговый «Амфритрит», завершал строй «Гламорган».

— Попутный ветер усилился, — как бы между прочим сказал Билл.

Кивнула ему, но не успела ничего ответить.

— Шлюпка по правому борту! — пронеслось по палубе.

— Принять на борт! — отозвалась я, продолжая смотреть за кораблями.

Услышав за спиной тяжелые шаги, обернулась, ожидая увидеть Эвана.

— Капитану не по статусу самому работать веслами? — спросила я, глядя на Эвана и его старпома. — Ты на кого «Касатку» оставил?

— Ты знаешь всю мою команду? — с усмешкой парировал Эван.

Не став ничего отвечать, начала отдавать команды:

— Убрать паруса!

Эван стоял рядом и наблюдал за всем молча, но меня безумно раздражал его старпом.

— Ты зачем его приволок? — спросила я, когда убедилась, что все готово к шторму.

— Ты после выплеска будешь пуста, а паруса кто-то должен наполнить.

Медленно повернула голову к Эвану.

— А тебя не смущает, что у меня в команде с десяток магов воздуха?

— Еще один лишним не будет.

— Армада завершила маневр, сигналы о готовности к шторму получены, — доложил Алик.

— Ну, что ж, — ответила я, осматривая помрачневшее небо. — Хватайтесь за канаты.

Хоть я и сказала это тихо, но все, кто находился на верхней палубе начали искать за что ухватиться, только Эван не шелохнулся, стоя радом, и Никлас который все это время был у меня за спиной.

Коснувшись живота, тихо прошептала:

— Прости малыш, я обещаю, магию мы тебе вернем, но папка нам сейчас нужнее.

— Ты, что?! — выкрикнул Эван, схватив меня за запястье. — На сносях?

— Ори громче, еще не все услышали, — огрызнулась я, освобождая свою руку.

— Отменяй план, придумаем другой, — сказал Эван, глядя на меня, резко развернулся. — Поднять паруса!

Я сама не поняла, как мой кулак впечатался ему в подбородок. Голова Эвана дернулась и он, ухватившись за скулу, повернулся ко мне. Я потрясла ушибленную кисть.

— В следующий раз используй воздушный кулак, — подсказал Никлас с усмешкой.

— Это мой корабль, приказы на нем отдаю только я и доверенные лица. У тебя есть свой, хочешь командовать, вали на него, — процедила я сквозь зубы.

Вздохнула успокаиваясь.

— Махель! — крикнула я.

Водный маг тут же появился рядом.

— Я сам! — опередил меня Эван.

Скептически посмотрела на него.

— Махель, подхватишь поток магии Эвана, — решилась я.

Прикрыла на мгновение глаза, резко распахнула, создавая перед собой структуру. Развела руки в стороны, растягивая заклинание над всей армадой. На самом деле такой большой сетки должно было хватить на то, чтобы поднять шторм от горизонта до горизонта. Главное, чтобы к армаде не подошел ни один корабль, пока мы минуем залив и спрячемся.

Глубоко вдохнув, выплеснула из себя все разом, чувствуя, как опустошается мой резерв.

— Дава-а-а-ай! — проорала сквозь взметнувшийся поток воздуха медлившему Эвану.

Он начал вливать свою магию, но никак не мог ухватиться за символы. Почувствовала третий поток. Это Никлас медленно направлял силу Эвана, давая возможность закрепиться.

Небо вмиг почернело. Тяжелые капли дождя с грохотом упали на деревянную палубу, знаменуя начало шторма.

Тихий шепот Никласа и к Эвану присоединился Махель.

Вокруг засверкали молнии, корабли стали вздыматься на волнах. Ветер усиливался, сметая на своем пути все, до чего дотягивался.

Медленно начала выпутывать схему, теперь сама природа закончит начатое, шторм продержится всю ночь.

Тихие охи перекрыли буйство природы. Я улыбнулась, понимая, что «Гламорган», как и все корабли армады, окружали русалки.

— Никогда не видел столько русалок, — выдохнул Эван потирая виски.

— Смотри, в другой раз не увидишь, — отозвалась я, хватаясь за подставленный Никласом локоть.

Глава 52

Этой ночью я боялась сомкнуть глаза. Сразу после того, как Никлас напоил меня отварами, восстановив резерв, я, борясь с сонливостью, вышла на палубу. «Гламорган» безумно сильно качало на волнах, приходилось держаться за все подряд, плавать в мои планы сегодня не входило.

Во время шторма видимость была отличной, сверкающие молнии освещали корабли воздушников на горизонте, которые не могли к нам подойти. Армада шла прямо у них под носом, но была недосягаема для поимки.

Билл настойчиво затащил меня обратно в каюту. Не желая никого видеть, заперлась в спальне. Лежа на постели, смотрела в потолок, гладила живот и тихо плакала. Слушала, как волны бьются о борт, и мое сердце вторило этим ударам. Никлас заверил меня, что все прошло отлично и нет повода для волнения, но я боялась. Боялась, что навредила, боялась, что не успею.

К рассвету шторм начал стихать. Умывшись, я вышла в кабинет, где за обеденным столом спал Никлас, а за капитанским Эван. Меня так разозлил его вид на этом месте, что, не удержавшись подошла и пнула по ноге.

— Подъем, — бросила я, направляясь к выходу из каюты.

Билл ожидаемо стоял на палубе.

— Ты спал? — вместо приветствия спросила я его.

— Немного, — усмехнулся он. Внимательно вгляделся мне в лицо. — Как и ты.

— Сколько у нас времени? — спросила, кивнув в сторону горизонта, откуда приближались корабли воздушников.

— Пять — шесть часов, — ответил он. — А у нас примерно час. Поешь, а?

Спорить с Биллом не хотелось, да и признавала я его правоту. Но есть пришлось не только в компании Никласа и Билла, но и Эвана. После завтрака я снова вышла на палубу и посмотрела в подзорную трубу, как русалки уводили армаду дальше, через рифы. Мне же предстояло повести флагман как можно ближе

Сама встала к штурвалу, просто чтобы занять голову и руки. Никак не могла решить, кого взять с собой. Выбор был между Аликом и Гайвисом, Билла в расчет я не брала. Мне нужен был кто-то физически выносливый, увы, старпом уже терял форму.

— Алик, — решившись, позвала я.

Оказавшись в окружении мужчин, не сразу заметила за плечом Эвана его старпома, но промолчала. Билл тоже всегда следовал за мной и Куртом.

— Нас проводят по каналу к старому затопленному входу…

Рассказав свой план, я начала скидывать сапоги и камзол.

— Я пойду, вместо Алика, — вызвался старпом Эвана.

— Зачем? — спросила я, замерев на мгновение.

— Мой резерв полнее, и я физически сильнее, — ответил он.

То, что этот мужчина, имя которого я даже не знала сильнее Алика физически, я сомневалась, но что магически он порядком выше, говорили его голубые пряди. Я взглянула на «Касатку» качающеюся неподалеку на волнах, на всех, кто стоял рядом. Эван доверял своему старпому, а мы с Куртом доверяли Эвану. А команде «Касатки» я не верила вовсе. Указав кивком Эвану и его старпому на канат, свешанный за борт «Гламоргана», сняла камзол и отдала его Биллу.

— Если «Касатка» приблизится хоть на ярд, залп на поражение, — тихо прошептала я.

Билл и Алик прикрыли глаза в подтверждение того, что услышали меня.

Спустившись по канату в воду, тут же встретилась взглядом с Принцессой.

Пришлось обплыть скалистый берег, чтобы оказаться у домов Виранта. Как только впереди показались каналы и лодки, качающиеся на волнах, я повернулась к русалке, что все это время молча плыла рядом. Она протянула мне руку, утягивая вниз. Я осмотрелась в прозрачной воде. Старпом уже накинул маску на себя и его взяла за руку другая русалка. Эвана резко дернула за руку еще одна русалка, утягивая его под воду. Я тут же накинула маску на себя и Эвана.

По телу пробежала легкая щекотка, словно меня окутывали тысячи мелких пузырьков.

— Теперь нас не увидят, — сказала Принцесса и потянула меня вперед.

Мы долго плыли по узким каналам, некогда бывшими улицами, среди обломков камней, лестниц, все еще спускающимися до самого дна. Наконец перед нами появилась проржавевшая от времени толстая решетка.

Показала Эвану, что развеиваю магию. Как только маска исчезла, Эван схватился за прутья. Почти сразу же к нему присоединился старпом. В этот момент они были скрыты от стражи башни только лишь старой каменной аркой. Прутья поддались с трудом, но теперь между ними можно было протиснуться. Эван показал свободные руки, и я тут же накинула на него маску, давая возможность отдышаться, а сопровождавшая его русалка скрыла его от глаз стражи. Проследила за тем, что старпом тоже отдохнул.

Я пыталась успокоиться, сердце бешено колотилось, стремясь к Курту, но мне нужна была концентрация. Эван показал, что готов плыть дальше. Старпом согласно кивнул. Развеяла маски и первой протиснулась между изогнутых прутьев. Не став ждать, поплыла вперед по коридору, уводившему вниз.

Глава 53

Темный коридор закончился не менее темным затопленным подземельем. Вынырнув на поверхность, глубоко вдохнула и тут же закашлялась от смрада. Тяжелый спертый воздух, резкий запах нечистот и тухлой воды напомнили мне о не самом лучшем времени моей жизни. Выбравшись на каменный пол, поморщилась от отвращения, босые ноги скользили по слизким камням покрытыми редким мхом. Сдерживая рвотные позывы, осмотрелась.

— Куда нам? — спросил шепотом Эван.

— Туда, — указала я на одну из двух одинаковых лестниц, ведущих наверх.

— Уверена? — недоверчиво переспросил он.

— Если сомневаешься, то какого ты поперся со мной? — чуть громче зашептала я и тут же зажала рот ладонью, от моего голоса среди непрерывного капанья разлетелось эхо.

Я была уверена, что правильно выбрала путь. Среди моей команды, что собрал Билл, был один маг универсал, который много лет назад служил здесь стражем, пока однажды ему не пришлось бежать, чтобы не оказаться с другой стороны решетки. Он-то и воссоздал для меня полную схему этой тюрьмы. А потом я отрабатывала на решетке склада «Гламоргана» единственное заклинание, что применю.

Тихо поднимаясь по лестнице и дыша через раз, прислушивалась ко всем шорохам опасаясь услышать стражей. Мы уже поднялись над поверхностью воды и сквозь узкие решетчатые окошки пробивался дневной свет. В его тусклых лучах можно было разглядеть черную сгнившую солому на полу камер и исхудавших узников. На нас никто не обращал внимание, то ли принимали за видение, то ли просто не было сил.

Мы поднялись на последний этаж, выше уже были допросные. Я с замиранием сердца шла по коридору. Курта я больше почувствовала, чем разглядела.

— Курт, — тихо позвала я, взявшись руками за прутья решетки.

От моего голоса мужчина, лежавший спиной к нам, вздрогнул и резко обернулся. Встретившись с ним взглядом, я пропустила момент, когда он оказался рядом. Пелена слез мешала разглядеть мужа.

— Ты что здесь делаешь? — спросил Курт обхватив мое лицо ладонями.

Я тихо всхлипнула не в силах произнести ни слова.

— Беги отсюда, глупышка, — сказал мне Курт, нехотя убирая руки. — Беги.

— Сейчас тебя освободим и побежим, — ответила я, смахивая слезы и примеряясь к замку.

— Ты зачем ее сюда привел? — задал новый вопрос Курт.

Я старалась не обращать на них внимания, не думать о том, как сильно скучала, как дрожали руки от звука его голоса. Мне нужно было сконцентрироваться. Три удара сердца на все. Первый создать структуру и наполнить магией, второй сжать воздух до плотной отмычки, третий повернуть защелки. Глубоко вдохнула, унимая дрожь.

— Это она меня приве…

Тихий чавкающий звук, резкий рывок и я оказалась далеко от Курта, а к моему горлу прижимался клинок.

— Хотел двоих, но да ладно, — выдохнул мне в ухо старпом.

— Зачем? — тихо спросила я, глядя в глаза Курту.

— Мне обещали помилование, если сдам вас. Стра…

Вместо крика раздался хрип, и я почувствовала свободу. Тут же сделала два шага к решетке, хватаясь за нее, чтобы устоять на ослабевших ногах, продолжая смотреть в глаза Курта.

— Соберись, — тихо приказал он. — Вместе…

— До конца, — отозвалась я, смахивая вновь набежавшие слезы.

Сделала глубокий вдох и, стараясь не думать о том, что у меня за спиной, создала структуру.

Громкий щелчок затвора и скрип открывшейся решетки.

Курт, покачнувшись, вышел из камеры и быстро склонился к старпому, вынув из его шеи кортик, что я всегда носила на поясе.

Эван тихо застонал, я уже хотела броситься к нему, но Курт меня остановил.

— Он не сможет плыть, нам с ним не уйти, — сказал

— Капитан.

Мы с Куртом обернулись на голос, в соседней камере, у решетки стоял молодой мужчина, судя по всему универсал.

— Я создам структуру, твоя женщина напитает ее магией, ты сможешь забрать своего друга, — тоже быстро и прерывисто говорил он.

Мы с Куртом переглянулись, и он согласно кивнул, подтягивая Эвана к решетке. Да, это опасно объединяться магией с незнакомцем, но я была уверена в том, что Курт голыми руками свернет шею магу, если тот попытается причинить мне вред.

Эхо доносило то, как к нам приближалась стража. Я торопилась, но пыталась держать концентрацию. Напитывая структуру магией, я взглянула на Курта и получила от него сигнал открыть решетку.

Тут же создала вторую структуру, щелчок задвижки.

— Помогай, — сказал Курт неизвестному магу, подхватывая под руку Эвана и поднимая его.

Я побежала вперед, показывая дорогу. Приближение погони не давало расслабиться. Как только мы оказались в воде, не раздумывая накинула на всех маски. Скрываться магически смысла не было.

У решетки нас встретили русалки, немало удивившись смене состава и почти бездыханному Эвану.

По каналам уже бороздили лодки со стражами, непрерывно вглядывающимися в воду. Они даже не догадывались, что мы проплывали прямо под ними.

Глава 54

Нам пришлось подняться на скалистый берег раньше, чем мы доплыли до корабля. Во-первых, мой резерв подходил к концу, а держать заклинание, останавливающее кровь Эвану было нужно. Во-вторых, плыть с одним Эваном было неудобно, а если бы еще и я потеряла сознание.

— Как ты его вообще уговорила? — спросил Курт, подгоняя меня.

Я не сразу решилась ответить, больше была сосредоточена на том, чтобы перепрыгивать с одного большого валуна на другой, держать темп и питать заклинание.

— Так получилось… — все же произнесла я.

— Твою же… — выругался Курт, когда вместо «Касатки» увидел паруса «Гламоргана», торчащие из-за скал.

Я обернулась и с самым невинным выражением лица, на которое была способна повторила:

— Так получилось.

Курт захохотал, медленно оседая на камни. Прихваченный нами маг был немного шокирован и просто посматривал то на меня, теребящую тесьму сырой рубахи, то на Курта.

Мы наконец добрались до берега, рядом с которым стол корабль. Плыть пришлось мне. Расставаться с Куртом я не хотела, но другого выхода не было. Оставлять меня с незнакомым магом он не рискнул, а мага отправлять на «Гламорган» было бесполезно, мы бы потеряли время.

Я торопилась как могла, без моей подпитки заклинание продержится очень мало.

— Может дверь тут приказать сделать? — пробурчала я сама себе, вновь подтягиваясь на краях орудийного порта. — Неправильный я какой-то капитан, — пропыхтела я, забираясь внутрь корабля.

— Капитан? — раздалось удивленное со всех сторон.

— Шлюпку на воду! — вместо подтверждения приказала я.

Сама, выдохнув, побежала наверх, чтобы предупредить Никласа о раненом Эване.

Удивившись моему появлению не стой стороны откуда нас ожидали, Билл потянулся к приготовленным камзолу и сапогам.

— Не надо, — тихо сказала я.

Хотелось отмыться как следует, а вещи, в которых я была сейчас выбросить.

— Никлас, — обратилась к подоспевшему лекарю. — Там Эван ранен. Тебе лучше за ним…

Никлас молча всунул в руки Билла флягу с заготовленным отваром, восстанавливающим резерв и большую кружку с водой.

Старпом молча развел лекарство и протянул мне, готовясь к сопротивлению. Я, усмехнувшись, осушила кружку до дна.

Притаптывая босыми ногами по палубе, смотрела на то, как к «Гламоргану» приблизилась шлюпка, как в сетях подняли Эвана, как взобрался по скинутой веревочной лестнице Никлас, а следом за ним безымянный маг. Наконец-то Курт оказался рядом со мной. Обняв его, тут же с неохотой отпустила и повернулась к команде.

— Кап… — договорить я не успела.

Курт закрыл мне рот большой ладонью и прижал голову к груди.

— Мы на минуточку, — сказал он изумленной команде и поволок меня к полуюту.

Только за нами закрылась дверь кают-компании, Курт убрал руку и тут же развернул меня к себе.

— Быстро, все, что ты натворила, — громко зашептал он.

— Я немножко, — ответила я, качая ногой.

— Кайез! — прикрикнул на меня Курт.

Вздрогнув от неожиданности, я вздохнула и решила сдаться, все равно надо будет все рассказывать.

— Ну-у-у, они мне не поверили, что ты жив. Пришлось вывести «Гламорган» …

— Женушка-а, — поторопил меня Курт.

— Я не специально! Эван не хотел мне помогать. Пришлось…

— Где остальные корабли? Ты понимаешь, что сейчас начнется охота за ними?

Покивала, глядя в пол.

— «Касатка» вон стоит, — кивнула я в сторону, где был корабль, хоть его и не видно было из полуюта. — Остальные, там…

— Где там? — устал от расспросов Курт.

— Буквально за поворотом. Я собрала армаду, чтобы ты захватил Беркутовы скалы.

Подняла глаза на Курта и увидела, как он в изумлении покачнулся и ухватился за дверной проем.

— Что ты сделала? — не веря своим ушам переспросил он.

— Ну ты же хотел…

Вместо ответа Курт резко прижал меня к себе.

— Ты самая лучшая, верная и любимая жена, — сказал он мне в волосы.

— Я правда случайно, — повторила я, обнимая в ответ и вдыхая его запах. После купания в море Курт пах почти привычно. — Они не хотели.

Тут я не выдержала и разревелась. Курт подождал какое-то время, а потом выдохнув сказал:

— Женушка, ну все же уже хорошо, не плачь.

— Море соленое? — спросила я.

— Командоры не плачут, — усмехнулся Курт.

Глава 55

Вернувшись к команде, я отдала приказ следовать к армаде, и просигналить об этом «Касатке».

— Билл, оставайтесь начеку, — тихо добавила я. — Мы отойдем ненадолго.

— У вас есть три часа, — усмехнулся Билл.

— Меньше, сейчас русалки помогут, — бросила я, уже направляясь с Куртом в каюту.

У самых дверей мы столкнулись с Никласом.

— Как Эван? — спросила я, испытывая вину за то, что все так обернулось.

— Повезло ему, что Рамиля встретили, — ответил лекарь, протягивая кружку Курту.

Я чуть не спросила кого, но вовремя успела понять, что речь о прихваченном нами маге.

— А он как?

— Помог с Эваном, помылся, сейчас перекусит и спать, — усмехнулся Никлас. — Капитан, — обратился он к Курту. — Можно мне его помощником.

Курт, обнимавший меня за плечи, слегка качнул головой и указал взглядом на меня.

— Я думал, ты передала командование, — с улыбкой произнес Никлас, так как он все пропустил, спасая Эвана.

— Хотела, не берет.

Курт бегло осмотрел капитанскую каюту.

— Ничего не поменяла?

— Некогда было, — пожала я плечами, все еще прижимаясь к его боку. — Да и думала, что капитаном будешь ты.

Подняла взгляд на Курта, тот внимательно смотрел на меня, будто решаясь на что-то.

— Там бы не было тебя. И я обещала, — предательские слезы снова навернулись на глаза.

— Что ты обещала? — с улыбкой спросил он.

— Я всегда последую за тобой, только укажи мне путь, — тихо сказала слова, произнесенные когда-то мною в храме Помариела.

Курт медленно склонился ко мне. Поцелуй опалял, выжигал всю боль, что томилась в моем сердце последнее время, разжигал пламя, что всегда согревало лучше любого теплого одеяла.

Обвила руками его шею, зарываясь пальцами в волосы и впивалась в его губы не менее жадно, мечтая утолить жажду, мучившую меня в разлуке.

— Пойдем отмоем тебя, — прошептала я, тяжело дыша.

Ванна уже была наполнена горячей водой и Курт с наслаждением в нее опустился, прикрыв глаза. Я разглядывала его тело, покрытое ссадинами и синяками, стараясь сдерживать боль в груди.

— Женушка, — позвал Курт, взяв мои пальцы в свою руку. — Иди ко мне. Быстрее восстановим мой резерв, скорее заживет.

Решалась всего мгновение, которое мне нужно было, чтобы вновь отпустить Курта, а другой рукой я уже расстегивала ремни, держащие сумку и кортик. Стянув рубашку через голову, перешагнула через бортик ванной, внимательно глядя в глаза Курту. Он отвечал тем же, а его ладони заскользили по моим бокам.

Нежные ласки утонули в новом страстном поцелуе. Мы наслаждались друг другом, расплескивая воду и не обращая на это внимание. Я чувствовала, как наша любовь восполняет мой магический резерв, как дает силу двигаться дальше. И я хотела еще больше.

Немного успокоившись, мы все же помылись. Непрерывно улыбаясь и постоянно обмениваясь короткими поцелуями.

В черных волосах Курта проявились ярко-синие пряди. Когда мы выбрались из ванны, он легким движением собрал воду с пола.

— Нужно срочно восполнить потери, — сказал он, подхватывая меня на руки.

— Все! Сдаюсь! — сказала я, задыхаясь и скрывая смех, падая на кровать рядом с Куртом. — Мне нужна передышка.

Мы устроились на боку, взявшись за руки и глядя друг на друга.

— Расскажи мне с самого начала все, что было, — тихо попросил Курт.

И я рассказала о сделке с русалками, о том, как решилась вывести «Гламорган» в море, потому что меня никто не хотел слушать. Я боялась, что он будет недоволен, будет злиться, но вместо этого Курт улыбнулся и, коснувшись губами моих пальцев, не отводя при этом взгляда от моих глаз, спросил:

— Какой план, командор?

— Я думала, что ты возьмешь командование. И вообще, я уже ошиблась, выбрав не того человека…

— Мы все совершаем ошибки, — ответил Курт. — Но ты уже показала, что можешь справиться с тем, на что не хватило смелости у меня.

— Ты вернешь себе Беркутовы скалы? Я пообещала русалкам, что они смогут там жить.

Курт обнял меня, придвигая ближе к себе и не спешил отвечать.

— Нам… — тихо произнес он. — Я поклялся, что у тебя будет все, что ты захочешь.

— Я хочу только, чтобы ты был рядом.

— Тогда тебе нужно придумать план. Князь, которого ты посадишь на трон у тебя уже есть.

— Это приказ? — усмехнулась я.

— Вместе, — вместо ответа сказал Курт, поворачивая свою ладонь.

— До конца, — ответила я, вкладывая свои пальцы. — Туда, где честь, доблесть и отвага еще что-то значат.

С палубы донесся звук колокола, мы приближались к армаде.

— Пора, — тихо сказал Курт.

Я кивнула и, тоже нехотя, начала подниматься с кровати.

Прозвучал тихий стук в дверь спальни и Билл крикнул из-за двери:

— Армада близко!

— Созывайте капитанов! — отозвалась я, посмотрев на Курта.

Глава 56

План у меня был, но я опиралась на карту и слова Принцессы. Я быстро рассказала его Курту, пока мы одевались.

— Женушка, это не план, а самоубийство, — обняв меня сказал Курт.

— А что ты предлагаешь? Пойти в лоб, затопить корабли и потом тем, что останется разнести дворец? Это не самоубийство?

— Хорошо, хорошо, — примирительно сказал он, поцеловав меня. — Но твой план нуждается в доработке.

— Для этого мне нужен Никлас и те три дня, что мы проведем в пути.

Мы вышли на палубу. Курт обнял меня со спины, накрыв руками живот. Тут же положила свои ладони сверху. Пусть это выглядело неприлично, но я так по нему скучала, что не была готова отойти хоть на шаг.

— Никогда не видел все эти корабли вместе, — усмехнулся Курт.

Я на это только пожала плечами и взглянула на Билла.

— Полный штиль, — начал он доклад. — Сейчас мы оторвались, но это на пару часов, не дольше.

— Все хорошо, — сказала я. — Резерв их магов не безграничен, у нас тоже есть маги воздуха и русалки на нашей стороне. Но вот переговоры нужно будет поторопить.

Обернулась через плечо к Курту, он согласно кивнул.

Я посмотрела на лодки, которые еще приближались к «Галеону», терять время не хотелось, поэтому решила:

— Алик, Гайвис, сопровождайте капитанов в кают-компанию, мы спустимся туда позже. Билл, ты тоже приходи. Алик, на время совещания, командование на тебе.

Мы отправились в каюту Никласа, которая временно превратилась в лазарет.

Узнав о здоровье Эвана и Рамиля, я попросила еще раз просканировать меня. Когда Никлас с улыбкой заверил, что все хорошо, мы с Куртом синхронно выдохнули с облегчением. Я начала расспрашивать Никласа о деталях, касающихся дворца Ыджит Кутшей. С палубы доносились звон колокола. Посмотрела на Курта, собравшись с силами, сказала:

— Иди, если тебя не будет, может все пойти не по плану. Я сейчас закончу и приду.

Это было нужно для сохранения спокойствия среди капитанов и их старпомов, но как же тяжело было расставаться с Куртом хотя бы на миг. С его уходом все опустело, казалось, что даже мир стал тусклее. Посмотрела на Никласа, пытаясь сформулировать всевозможные вопросы. Задав еще пару, поняла, что прямо сейчас не могу все продумать. Да и нужен будет кто-то кому верят капитаны и кто подтвердит мои слова.

— Пойдем со мной, — позвала Никласа на совещание.

Я вошла в кают-компанию, когда уже все капитаны были в сборе, следом за мной зашли Никлас и Билл.

— О-о, женщина, а ты чего с пустыми руками? Или не рада возвращению мужа? — выкрикнул Грег.

— Ты на моем корабле, не забывай об этом, — бросила я, проходя мимо него к Курту.

Встала по правую сторону от Курта, положив руку ему на плечо. Я могла бы и присесть, свободных стульев было достаточно, но так бы мне было плохо видно всех собравшихся.

— Почему это твой корабль? Курт же здесь. И кстати, а где Эван?

Капитаны и старпомы начали переглядываться и шептаться о чем-то.

— Я поясню ситуацию, — громко заговорил Курт. — Кайез останется капитаном «Гламоргана», а значит и командором армады.

Затихшие капитаны тихо зароптали, их прервал грохот открывшейся двери и возмущенное:

— Да отстань ты от меня, не нужна мне нянька!

Эван шатаясь ввалился в каюту, отмахиваясь от Рамиля пытавшегося ему помочь устоять на ногах. Дойдя до ближайшего стула, Эван упал на него, придерживаясь за перебинтованный бок.

— Продолжайте, — тяжело дыша, выдал он в воцарившейся тишине.

— Напомню, какой был план, — заговорил Курт с усмешкой. — Освободить меня, а следом и Беркутовы скалы.

— Ты предлагаешь нам идти под командованием бабы? — возмутился Джозев.

Я только усмехнулась тому, что «Тщеславие» идеальное название для его брига.

— Заставь команду «Гламоргана» подчиниться тебе, договорись с русалками о помощи и придумай как пройти к скалам, тогда я пойду под твоим командованием, — ответил Курт.

— Почему ты сам не хочешь быть командором? Пусть она с русалками якшается, но командуй ты, — выкрикнул Гордон. — Вон, ее командование, — добавил он, кивнув на Эвана.

— Это не ее вина, а моя оплошность, — морщась от боли отозвался Эван. — Птаха мне жизнь спасла.

Курт посмотрел на меня, взяв мою руку в свою и тихо заговорил:

— Сейчас я займу место старпома у Эвана, в силу некоторых обстоятельств. А когда мы возьмем Беркутовы скалы, а мы из возьмем, мне нужен будет командор флота. Так зачем перестраивать то, что сейчас идеально работает?

— Я пообещал, что если Кайез выведет «Гламорган», то «Вепрь» пойдет за ней, — заговорил капитан военного галеона. — Я своими глазами видел обломки брига, на которых добралась команда «Канарейки». Видел, как она в одиночку вывела флагман в море, — на этих словах Курт бросил на меня быстрый взгляд. — Мы прошли через залив мимо вооруженного флота без единого залпа. Разве вам этого недостаточно, чтобы признать, что Кайез достойный командор и пойти дальше под ее командованием? «Вепрь» все еще с тобой, командор.

— «Тепис» пойдет за Кайез! — выкрикнул капитан еще одного галеона.

— «Антилис» с вами! — присоединился следующий.

— «Нирка» с вами!

— «Инвир» с вами!

— «Экмуран» с вами!

— «Необузданный» с вами, — тихо сказал Франк.

Я посмотрела на Хамеля, капитана последнего галеона. Тот, встретившись со мной взглядом усмехнулся и приложил кулак к груди, прикрыв глаза в согласии.

— Бриги? — спросила я, сжимая плечо Курта от волнения.

— Вам наша маневренность ни к чему. Какой от нас толк? Прикрыться нами? — возмущенно сказал Грег.

— Я надеюсь пройти «горло» и взять скалы без единого залпа, бриги нужны, чтобы занять позиции на мелководье, где не встанут галеоны и сопровождать вражеские корабли на переговоры, — уверенно сказала я, глядя Грегу прямо в глаза. — Вопросы?

Со всех сторон на перебой зазвучало:

— «Труант» с вами!

— «Арун» с вами!

— «Крео» с вами!

— «Каттел» с вами!

— «Ракун» с вами!

— «Горпар» с вами!

— «Мафрут» с вами!

— «Касатка» с вами, — тихо сказал Эван, держась за бок. — Но меня, похоже не спрашивают.

Грег обернулся к нему, потом посмотрел на Джозефа. Тот, вместо ответа, тихо, но уверенно произнес:

— «Тщеславие» с вами.

— «Вихрь» с вами, — ответил Грег, скорее уже потому, что все смотрели на него в ожидании.

— Вам торговый галеон нужен? — с усмешкой спросил Чен. — Но, если что, мы лучше с вами, чем против вас.

Я улыбнулась ему, чувствуя, как его шутка развеяла появившуюся напряженность.

Глава 57

За все три дня, что мы шли к узкому проходу ведущему к Беркутовым скалам, ветра так и не появилось. Я сама выходила на палубу и поддерживала паруса, чтобы дать возможность магам отдохнуть. Русалки помогали, но их силы тоже были не бесконечны.

Принцесса рассказала, что к нам с двух сторон движутся военные корабли, со стороны водных земель три десятка, со стороны воздушных двадцать четыре, и еще «Манул» снова вышел из Виранта и пытается всех нагнать. А это означало, что как только мы окажемся у скал, нам остается только либо идти вперед, либо сдаться.

Самым тяжелым для меня стал момент, когда «Касатка» пришвартовалась к «Гламоргану».

Первыми на бриг спустились Эван и Рамиль. Следом отправился один из магов воздуха.

Курт обнял меня.

— Всего на два дня, — прошептал он. — Эван сможет колдовать и я вернусь.

Я покивала, стараясь сдержать слезы. Ком застрял в горле, не давая произнести ни звука.

— Ну, что ты так расстроилась, командор, — усмехнулся Курт, поднимая мою голову за подбородок. — Пара сотен метров, ты даже будешь меня видеть.

— Близко не подходите… Волна, — шмыгнула я.

— Ну уж волну-то я смогу погасить.

— Не трать магию понапрасну. Хорошо?

— Слушаюсь, командор.

Курт поцеловал меня и быстро спустился на бриг.

— Отдать швартовы! — проглотив ком, крикнула я.

Питц опустился передо мной на перила.

— Питц, лапушка, — позвала я его. — Лети-ка с Куртом, присмотри за ним.

Попугай повернул ко мне голову.

— Если кто-то будет о нем плохо говорить, ты сразу того в лоб тюкай. Мы потом по этим звездочкам поймем кто нам предан.

— На аборда-а-а-аж! — крикнул Питц, растопыривая крылья и прыгая вниз.

Без говорливого попугая в каюте стало совсем скучно, чтобы чем-то себя занять, просила Принцессу разузнать как устроены форты, охраняющие «горло» на входе в Беркутовы скалы. Уточняла какой рельеф у бухты, какой у залива. Есть ли военные корабли. Никласа я тоже пытала, он рассказывал мне все о дворце и его устройстве.

Наконец получив детальный эскиз местности, я прорисовала схему расстановки наших кораблей и скептически ее осматривала. Пришла к выводу, что Курт нарисовал бы лучше.

— Не скучала? — раздалось от двери.

Бросив все свои занятия, я побежала к мужу. Обняла его за шею и, притянув немного вниз, я привстала на цыпочки и начала покрывать короткими поцелуями его лицо.

— Бородатик мой, — прошептала я.

— Не вздумай за нее дергать, сейчас побреюсь и поговорим, — усмехнулся Курт.

Пока Курт приводил себя в порядок, я молча ходила за ним следом, как рыбка-прилипала. Решила побыть ответственной женой и неуверенно спросила:

— Ужинать будешь?

— Женушка, ты не поверишь, но меня кормили и даже воду иногда давали, — усмехнулся Курт.

Я опустила взгляд и принялась теребить тесемку у рукава рубахи.

— Давай, ты лучше мне расскажешь, что ты там так внимательно разглядывала, — вытирая лицо, попросил Курт. — А потом мы немного восстановим резервы, да?

Я улыбнулась, оказавшись в его объятиях. Почему-то безумно волновалась, рассказывая Курту о своем плане. Ожидаемо, ему понравилось не все, но я была к

Инструкциями мы занимались до самого утра, возможно, мы бы закончили быстрее, если бы не отвлекались друг на друга.

На рассвете передав через орудийный порт Принцессе двадцать плотно закупоренных скляночек, честно отобранных у Никласа, я строго настрого велела отдать их только в руки капитанам.

До самого обеда мы фиксировали погодные показания, рассчитывали схемы. Ближе к вечеру мы снова вышли на палубу, вдалеке уже виднелся поворот к заливу. Глубоко вздохнув, я посмотрела на карту, что прихватила с собой. Залив заканчивался узким проходом, охраняемым фортами, с одной стороны воздушные земли, с другой водные земли, а дальше начиналась огромная бухта, в центре которой на большом острове расположился город, а уже за ним несколько скалистых архипелагов с особняками знати, среди них был и дворцовый остров.

— Так как ты собралась провести армаду через «горло»? — с улыбкой спросил Билл.

— Туман, — пожав плечами, ответила я.

Улыбка тут же слетела с лица старпома.

— Не бойся, это будет обычный природный туман, но… Проследите, чтобы никто не колдовал и не шумел. Мы должны очень тихо пройти мимо фортов. Скорее всего нас и так уже ждут.

Построила схему, решительно растянув ее над армадой. Медленно наполняя ее магией, навалилась спиной на грудь обнимавшего меня Курта.

— Готова? — тихо прошептал он мне в макушку.

Я с улыбкой кивнула.

С руки Курта сорвалось тонкие ниточки темно-синего цвета, они незаметно и ласково проскальзывали среди моих радужных искр, нежно и бережно вплетаясь в узор структуры. Прогреваемый мой воздух стал тяжелеть, превращаясь в более влажный.

Развеяв сетку, обернулась к Курту и улыбнулась, несмотря на то что мой резерв был значительно опустошен, я чувствовала легкость и удовлетворение от завершенного дела.

Всего один поцелуй и магия вновь заплескалась во мне.

— Восстанавливать резерв становится намного проще, — усмехнулась я.

— Но мы еще потренируемся, — глядя мне в глаза сказал Курт, и провел кончиками пальцев по щеке.

Немного подождав, Курт охладил поверхность воды и подтолкнул ее течением вперед.

Вскоре над морем начал появляться плотный туман, а когда мы вошли в залив, армаду окружала молочная пелена, разливающаяся далеко вперед, уходя в бухту и скрывая форты.

Глава 58

Темной ночью «Гламорган» медленно двигался вперед, что почти не ощущалось, только чувствовалось едва заметное движение тяжелого влажного воздуха, что окутывал нас. Вокруг царила полная тишина, лишь где-то, очень далеко внизу можно было различить плеск волн. Русалки тянули каждый корабль в армаде, проводя по «горлу», и скрадывали поднимаемые волны.

Я нервничала не от того, что с обеих сторон на нас были направлены по сотне орудий, а из-за того, что не знала прошли мы мимо фортов или нет, и когда мы доберемся до дворцового острова. Сжала руку Курта, сидящего рядом со мной на палубе, пытаясь разглядеть хоть что-то в бело-сером тумане. Выдохнула с облегчением, поняв, что завеса по-прежнему такая же плотная.

К нам подошел Гайвис.

— Сигнал получен, армада заняла позиции, — тихо сказал он склонившись.

— Спускайте шлюпку и сети, — шепотом отдала приказ.

Курт, улыбнувшись, поднялся. Я с трудом заставила отпустить его руку.

— Женушка, уже меньше часа до рассвета, а с первыми лучами солнца, ты войдешь в этот дворец.

Молча кивнула, боясь произнести хоть слово. Курт прижал меня к себе.

— Если у нас не получится, то просто разнеси его, — усмехнулся он.

— Сделай так, чтобы получилось, — тихо попросила я. — Аккуратнее сам и береги Никласа.

Как только Курт начал спускаться вниз по сетям, я тут же развернулась и сделала два быстрых шага в сторону люка, намереваясь попасть на нижнюю палубу и воспользоваться своим личным лазом, но была поймана за шкирку.

— Капитан во время боя остается на корабле, — тихо, но строго произнес Билл.

— Но ведь они, — пискнула я.

— Они справятся, а ты ждешь здесь, — непреклонно сказал Билл, не отпуская руки.

— Весь час будешь держать? — возмутилась я, передергивая плечами.

— Если придется, — усмехнулся он и добавил: — Самый неугомонный ребенок из всех, а ведь казалась такой тихой.

Я скрестила руки на груди, показывая как сильно разозлилась.

Медленно потянулись минуты ожидания, утопая в белесом тумане. Я то качала ногой, то в волнении закусывала губу, то теребила тесьму. Успокаивала себя тем, что все просто и обязательно должно получиться.

Узнав мой план от Курта, Никлас решился пойти с ним. Во дворец они должны были попасть через ворота для поставки провизии, оттуда добраться до покоев наместника и захватить его.

Небо медленно окрашивалось розово-оранжевыми красками, солнце скоро поднимется и развеет туман.

— Гайвис, приготовить орудия, — отдала я приказ, до боли сжимая кулаки.

Осмотрела бухту в подзорную трубу, сквозь оставшуюся легкую дымку виднелась армада, выстроившаяся вокруг дворцового острова. За корабли, пока, я не переживала. В свое время, князь — отец Курта, сделал ставку на флот, с суши бухта охранялась двумя фортами. После захвата власти, флот поделили между собой воздушники и водники, как и два форта. Наместнику же осталась только личная охрана. И вот это меня сейчас пугало больше всего.

— Правый борт. Орудия готовы, — доложил Гайвис.

Давящая тишина воцарилась вокруг. Я бросила быстрый взгляд на, едва появившийся на горизонте, солнечный луч, знаменующий восход.

Медленно повернула голову на сигнальную башню дворца, в ожидании увидеть сине-белое пламя.

Руки задрожали. «Гламорган» единым залпом мог разнести дворец до основания, но тогда погибнут сотни людей живущих там, и их убьет не корабль, а одно мое слово.

— Отдать якоря, — приказала я, оттягивая момент.

Больше хранить тишину и скрываться смысла не было. Звон освободившихся цепей отдавался дрожью во всем теле. По бухте громким эхом разлетались удары молотов, совпадая с гулким биением моего сердца. Еще раз взглянув на башню, зажмурилась.

Победный клич ворвался в мое сознание за миг до того, как я произнесла приказ. Распахнув глаза, увидела яркие языки пламени на башне. Ноги тут же ослабли, а пелена слез от облегчения размыла мир. Я тихо осела на палубу и закрыла лицо ладонями.

— Командор! Командор! Вы это сделали! — орал Гайвис сквозь общие крики ликования и тряс меня за плечо.

Билл опустился рядом на корточки и с улыбкой сказал:

— Ну, что, леди, не желаете принарядиться в платье?

— Шлюпки на воду, — выдавила я из себя, хватаясь за Билла и поднимаясь на ноги.

Пятьдесят человек владеющих боевой магией приближались на лодках ко дворцу, в одной из них была

Бросила быстрый взгляд на армаду, от нее отходили шлюпки, в каждой по пятнадцать — двадцать магов. Капитаны же оставались на кораблях. Теперь наше сражение переходило на сушу. Я очень надеялась, что никому не придется воспользоваться клинком или магией, но нам нужна была хоть какая-то армия внутри дворца.

Алик зашел в воду, еще до того, как нос шлюпки уперся в мелкую гальку на единственном пологом берегу дворцового пика. Усмехнувшись, поднял меня за талию и вынес к Никласу, не дав замочить ноги.

Внимательно осмотрела обоих.

— Да целы, целы, — едва сдерживая смех сказал Никлас. — Все целы… Почти.

— Что? — тут же напряглась я.

— Так, наместника немного помяли, — повинился Алик.

Усмехнувшись, а положила руку на его плечо.

— Давай-ка, друг, на «Гламорган». Билл там сейчас за капитана, ему нужен старпом.

— Ваша светлость, позвольте сопроводить вас в тронный зал, — сказал Никлас, подставляя мне локоть.

Глава 59

Первое, что я увидела, войдя в тронный зал, это уставшего Курта, сидевшего на троне.

— Тебе идет, — усмехнулась я, встретившись с ним взглядом.

— Тесноват, — ответил он, пытаясь удобнее устроиться в кресле.

— Смею заметить, ваша светлость, — заговорил Никлас. — Что несмотря на несомненное семейное сходство в чертах лица, ваш батюшка не был таким крупным мужчиной.

— Ничтожеством он был… — раздалось сбоку.

Только теперь я заметила сидящего на полу мужчину в длинной ночной сорочке с кандалами на руках.

Сняла с пальца перстень с камнем и протянула его Курту.

— Держи, сейчас тебе он нужнее, — тихо сказала я.

— К коронации у тебя будет свой, — пообещал Курт и вместо того, чтобы забрать кольцо, схватил меня за руку и притянул к себе на колени.

— Быдло, — выругался мужчина на полу.

Я снова взгляну на него. С трудом разглядев лицо под синяком с левой стороны и заплывшим глазом, с сомнением произнесла:

— Лорд Байтраш?

Герцог Байтраш бывал частым гостем в доме моего отчима. И насколько мне было известно, являлся его близким другом.

— Маркиза Вьюрок, — прищурившись произнес он. — Тебя сложно узнать. Хотя чего ожидать от твоей поганой наследственности…

— Что вы имеете ввиду? — возмутилась я, не став объяснять, что уже давно не имею отношения к этому роду.

Герцог усмехнулся и замолчал.

— Мне спросить? — сказал Курт, обнимая меня крепче.

Байтраш с вызовом посмотрел на Курта и тут же поморщился.

— Мать Кайез была очень сильной магической, но из паршивого смешанного рода. Их первыми объявили предателями объединенных королевств…

— Дальше, — приказала я, с силой сжимая предплечье Курта.

— Нириту от казни спасло то, что она уже стала женой Герцога Вьюрок. А когда Виктора казнили, Ворок решил оставить ее при себе, в надежде получить сильного наследника.

Я с трудом сдерживала слезы и чувствовала, как ком в горле мешает дышать. Из всего сказанного Байтрашем, поняла, что моим отцом был Виктор.

— За что казнили моего отца, — выдавила я из себя, едва слышно.

— За предательство, — усмехнулся Байтраш и снова поморщился.

— Точнее! — приказал Курт.

Лорд молчал, заговорил Никлас:

— Осмелюсь предположить, что за дружбу с вашим отцом.

— Да если бы не это ничтожество, ты бы сейчас тут не сидел! — выкрикнул Байтраш.

— Говори, — терпение Курта подходило к концу.

Байтраш заговорил, легко и непринужденно, а я чувствовала, как у меня волосы начали становиться дыбом от ужаса, и то, как Курт превратился в камень.

Виктор Вьюрок прибыл в Беркутовы скалы для заключения какой-то сделки с князем Ыджит Кутш. В это же время сюда, только сформировавшееся объединенное королевство, направило четырех магов под благовидным предлогом: обговорить условия вступления Беркутовых скал в единый союз. На самом деле уже все было решено и под покровом ночи маги отправились вершить свой суд. Князь Беркутов оказался не так прост и магам пришлось с ним изрядно повозиться, приводя приговор в действие, на поднятый шум отреагировал Виктор. Прибежав в княжеские покои, он застал четырех магов и два тела. Поняв, что происходит, Виктор запер дверь магией и направился в спальни сыновей князя. Разбудив старшего — Сеймира, велел бежать из дворца на корабль. Пока Виктор отбивался от непонимающей происходящего няньки второго княжича, он потерял время. Сеймира уже окружили маги и запустили в него смертельные заклинания. Все что Виктор успел — накинуть на мальчишку щит и столкнуть его с обрыва. Разозлившиеся маги тут же обвинили Виктора в предательстве и казнили. Но Виктор оказался очень сильным магом и оставил им сюрприз, как бы маги не пытались расправиться с младшим княжичем у них ничего не получалось, а применить клинок не решился ни один из них, ведь это не по статусу дворянам.

В тронном зале воцарилась тишина. Мое сердце обливалось кровью и отдавало гулкими ударами боли по вискам.

— Где мой брат? — тихо произнес Курт.

— Скорее всего где-то рядом и преследует одну единственную цель: убить вас обоих, — усмехнулся Байтраш.

Мне словно ледяной кол вонзился в позвоночник. С трудом повернула голову к Курту. Тот с невидящим взглядом смотрел на Никласа.

— Ты знал? — сквозь зубы спросил Курт.

— Откуда? Я его никогда не видел!

Глава 60

Как только прошел шок, первое, что я хотела сделать, это отправиться на «Гламорган» и встретить «Манул» с открытыми орудийными портами. Но осознала, что если мне все же придется отдать приказ, то я не смогу простить себе гибель людей.

— Отведи меня в храм, — попросила я Курта.

— Сейчас? — удивился он.

— Да, прямо сейчас, — уверенно ответила я.

Оставив лорда Бейтраша под присмотром магов и Никласа, мы молча вышли из тронного зала вдвоем на широкий балкон, с которого полностью просматривались Беркутовы острова, а где-то вдали, если очень хорошо присмотреться, на горизонте виднелось «горло».

С балкона вниз вела широкая белая каменная лестница с витыми перилами. Не удержавшись, положила на них руку, а другую на локоть Курта, вынуждая его идти рядом.

— Когда ты собирался мне сказать? — стараясь улыбаться и говорить как можно непринужденнее, спросила я.

— Что именно? — уточнил Курт, все еще сдерживая злость.

— Что я замужем за …

— Ты замужем за Куртом! Тебе этого мало?

Он резко спустился на одну ступень ниже, остановился, потер лицо ладонью, и, уже спокойнее посмотрев на меня, произнес:

— Прости, женушка.

— Знаешь, что, муж мой, — положила ладони ему на плечи. — Ты меня так избаловал, что мне тебя теперь всегда мало. Но мне бы очень хотелось получить то, о чем ты однажды просил меня… Доверие.

Курт притянул меня к себе, уткнувшись лбом в основание

— Куртом меня назвал старый капитан, посчитал, что Сеймир слишком броско, — заговорил он, не поднимая головы. — Я сам забыл это имя. За все годы слышал его только однажды, когда меня узнал Никлас. Я привык быть Куртом, с трудом свыкся с тем, что капитан. К командору так и не привык, — усмехнулся он мне в шею, обдавая кожу горячим дыханием. — Наверное, еще поэтому не захотел забирать это звание у тебя. Ты его достойнее, чем я.

Курт замолчал, продолжая меня обнимать, я же не спешила отстраняться, гладя его волосы.

— Прав был Билл, — снова заговорил Курт. — Не готов я к дворцовым интригам. Не так меня воспитала Одри, не того хотел старый капитан. Кажется, я все еще не верю, что ты привела меня сюда.

— Знаешь, в интригах у меня, конечно, маловато опыта. Я как-то больше времени уделяла обучению этикету и ведению хозяйства, но уверена, что мы справимся.

— Вместе? — спросил Курт, так и не подняв головы и слегка сжав пальцы моей руки, так и лежавшей на перилах.

— До конца, любимый. До конца… — ответила я, коснувшись губами его волос.

— Слабак у тебя муж, — с усмешкой сказал Курт, подняв голову и глядя мне в глаза.

Таким я Курта никогда не считала и в этот момент подумала о том, что если бы мои родители были живы, то они одобрили бы такого мужа, даже если бы он был просто капитаном.

— Угу, — отозвалась я. — А кто лицо подпортил лорду Бейтрашу?

— Лицо — не я, — тут же возмутился Курт. — Это Алик, я немного по ребрам сходил.

Я положила обе ладони ему на щеки и с улыбкой сказала, едва сдерживая смех:

— У-у-у, мальчишка!

Пока мы спускались к храму, я чувствовала, как мне становилось с каждым шагом легче. Прошлое оставалось в прошлом, а впереди нас ждало наше будущее и для того, чтобы оно было счастливым, нужно постараться прямо сейчас.

Подойдя к краю берега, опустилась на корточки и похлопала ладонью по водной глади. Принцесса не заставила себя долго ждать, появившись почти сразу же.

— Ну все? Ты княгиня? — только вынырнув из воды, спросила она, даже не взглянув на Курта.

— Нет, — с улыбкой ответила я. — Пока, нет.

— У-у-у, — расстроилась русалка.

— Это займет еще некоторое время, но как только, я обязательно тебе скажу. Ой, а у нас же будет коронация? — спросила я Курта, обернувшись к нему. Тот молча кивнул, прикрыв глаза. — Вот, — повернувшись обратно к Принцессе, продолжила: — Коронация будет тут, в храме, и ты даже сможешь посмотреть.

Из воды резко поднялся большой синевато-зеленый хвост, ударив по поверхности и подняв огромный сноп брызг.

— Прости, — тут же сказала русалка, глядя на сырую меня.

Я только усмехнулась.

— Скажи мне, пожалуйста, а где тот большой корабль, «Манул»?

Русалка опустила взгляд на воду словно искала там ответ, склонила голову на бок, будто прислушиваясь.

— К полудню тут будет, — сказала она, снова посмотрев на меня. — Если ты хочешь, чтобы мы с ним что-то сделали, то не получится. Мы даже близко подплыть не можем. Они то заклинаниями швыряются, то из этих палок стреляют.

— Мушкеты, — подсказала я. — Можешь позвать Ее?

— Уверена? — с опаской уточнила Принцесса.

Я кивнула.

В этот раз пришлось подождать. Когда Царица появилась, я заговорила первой.

— Здравствуйте.

— Так вроде, не прощались, — с легкой издевкой произнесла она.

— Мне ваша помощь нужна.

— Что, не справляется? — кивнула она в сторону Принцессы.

Русалка тут же встрепенулась, оттопырила ушки-плавники и надула щеки, через воду было видно, как она сжала кулаки, глядя на Царицу.

— Справляется, — заверила я. — Но мне нужна ваша помощь.

— Слушаю, — с одолжением ответила Царица.

— Вы бы не могли скрыть корабли армады. Временно, — тут же поспешила добавить я. — Только до полуночи.

— Хорошо, — согласилась Царица.

— Не сразу, — осознав свою оплошность, сказала я. — Нам шлюпки надо вернуть.

— Скажешь ей, — Царица снова кивнула на Принцессу. — Когда будете готовы, сделаю.

И не говоря больше ничего скрылась под водой.

— Фу-у-ух, — выдохнула громко Принцесса.

— Опять где-то провинилась? — спросила я.

— Чуть-чуть, — призналась русалка, показав на ноготок указательного пальца.

— Все, жди, — сказала я, поднимаясь.

Глава 61

Я стояла у огромного окна в тронном зале и вглядывалась в глубь гавани, разделяющей Беркутовы скалы и материк, пытаясь разглядеть скрытые невидимым барьером корабли или какие-то их признаки, но поверхность воды была тихой и спокойной. Повернув голову, взглянула на причал, где начал швартоваться «Манул». С замиранием сердца смотрела на то, как накидывают толстые канаты, гадая, заметит кто-нибудь подмену или нет.

Всю знать, жившую при дворце, мы заперли под охраной в большой столовой, слуг пришлось временно запереть в обеденной. Прибывших с нами магов быстро привели в относительный порядок и выставили их вместо слуг.

Прислушиваясь к звукам во дворце, увидела, как Скуал уверенно шагнул на трап. Этот момент совпал с тем, как загремел колокол отбивающий полдень. От неожиданности вздрогнула всем телом.

— Женушка, отойди от окна, — тихо попросил Курт.

— Он меня не увидит, — ответила я, теребя тесьму, и не сводя глаз с черной макушки.

— Мне попросить более настойчиво? — усмехнулся Курт.

Скуал уже скрылся под навесом дворца, и я быстрым шагом прошла к двустворчатой двери, встав по левую сторону от нее.

— Все будет хорошо, — одними губами прошептал Курт.

По анфиладе залов с той стороны закрытой двери разлетелись первые звуки тяжелых и быстрых шагов. Чем ближе они становились, тем отчетливее вторило им эхо и сильнее билось мое сердце. Положила дрожащие пальцы на позолоченную ручку. По сигналу Курта мы, как два вышколенных лакея, синхронно распахнули белые створки.

Скуал сделал еще пару шагов по тронному залу, осознавая, что он пуст и приостановился.

— Ну, здравствуй, братец, — произнес Курт.

Мортис резко развернулся на звук голоса, но тут же получил увесистый удар по лицу, от которого пошатнулся.

— Закончим начатое, — усмехнулся Курт и нанес удар в живот Скуала.

Тот резко выдохнул, сгибаясь, и потерял концентрацию, незавершенная структура заклинания осыпалась искрами. Мгновенная подсечка и Мортис оказался распластан на мраморном полу, а его накрыла магическая сеть, опустошающая резерв.

Курт опустился на корточки, перед поверженным Скуалом.

— С той стороны не так весело? — спросил он.

Мортис задергался, пытаясь освободиться и изверг поток брани.

— При леди, и так выражаться? — со своей коронной улыбочкой произнес Курт, слегка стукнув пальцами по лбу Скуала.

Этого хватило, чтобы Мортис сильно ударился затылком о пол. Сжав зубы, он зарычал.

— Заметь, тебя воспитывала знать,

Я вспомнила все витиеватые фразочки, что успела услышать от Питца и нервно хихикнула, прикрыв рот кончиками пальцев.

Мортис перевел взгляд на меня, так и замершую в углу зала.

— Кайез? — выдохнул он.

— Не отвлекайся, — сказал ему Курт. — Сейчас ты мне расскажешь все, что тебе известно. Кто, что и как.

Скуал долго сопротивлялся, прежде чем все рассказать. Я смотрела на Курта и поражалась тому, насколько он сдержан. Он не применял силу, не угрожал, просто в своей манере издевки вызнавал все. Мне только нужно было запоминать имена и подтверждать, что среди знати были такие люди.

— Женушка, ты не разберешься с корабликом, пока я здесь закончу? — ласково спросил Курт.

Мое тело, словно покрылось корочкой льда, и я оказалась не в силах пошевелиться, только перевела взгляд с поверженного Скуала на Курта.

— Командор, я хочу получить «Манула» в свой флот. Ты можешь это сделать? — уже строго произнес Курт.

Я заторможено кивнула и с трудом сделала первый шаг, покидая тронный зал. За спиной громко хлопнула закрывшаяся дверь. От этого звука я вздрогнула и словно сбросила то парализующее чувство, что меня обуяло. Уверенно направилась к пристани.

Команда «Манула» изрядно удивилась тому, что я прошла мимо дворцового караула и спокойно взошла по трапу на корабль.

Пошлые шутки зазвучали со всех сторон, но я от них даже не покраснела, в свое время еще не такое слышала от команды «Канарейки». Дождавшись, когда моряки успокоятся, заговорила:

— Я командор флота его светлости Ыджит Кутша, требую команду «Манула» освободить корабль, незаконно вошедшего в наши воды.

— А не пойти ли тебе отсюда… командор, — выплюнул один из магов сквозь хохот остальных.

— Что ж, не хотите по хорошему… — пожав плечами сказала я.

На лицах моряков засияли усмешки, больше похожие на оскалы.

— На абордаж, — с легкой улыбкой спокойно произнесла я.

— На абор-р-рда-а-аж, — раздалось картавое за спинами моряков, вынуждая их обернуться от удивления.

Из ниоткуда появился Питц, пикируя вниз, следом из пустоты вылетели концы канатов и сети. А потом появился и сам «Гламорган», возвышаясь над «Манулом».

Маги, что ждали команды на суше, не успели добежать по широкому трапу до корабля, а на палубу не спустилась и треть команды «Гламоргана», готовая сражаться, как на «Мануле» прозвучал сигнал капитуляции.

— Мне дадут сегодня хоть кому-нибудь морду набить? — проворчал Алик.

— А что, наместник уже не в счет? — усмехнулась я.

— Там была случайность, — тут же оправдался он.

Едва сдерживая смех, приказала:

— Команду на берег, корабль в гавань. Флаги снять, — оглянувшись, крикнула: — Махель!

Как только маг оказался рядом, продолжила:

— На «Гламоргане» капитан Билл, старпом Гайвис, на «Мануле» капитан Алик, старпом Махель. Команду перераспределите сами. Его светлость желает видеть «Манул» в своем флоте.

Налюбовавшись на их вытянувшиеся лица, я направилась к трапу.

— Командор, — прилетело мне в спину. — Я ж на фрегатах не ходил, — сказал Алик, как только я обернулась через плечо.

— Научишься, — ответила я, пожав плечами.

А сама, топая по деревянному настилу, думала о том, что часть команды захочет вернуться в Аперею, среди них скорее всего будут Билл и Алик. А Курт захочет вернуть флот Ыджит Кутшей. Где мне брать людей, а самое главное верных капитанов?

Глава 62

Я сидела, развалившись в гостевом кресле кабинета князя, закинув ноги на подлокотник, смотрела на круглую луну в окне, думая о том, что пора бы бросать эти, взявшиеся из ниоткуда, привычки и возвращаться к статусу леди, но пришла к выводу, что не сегодня, слишком сильно для этого устала.

— Женушка, может пойдешь спать? — тихо спросил Курт, бросая на стол очередную пачку документов.

— Не хочу без тебя, — подтянувшись отозвалась я. — Закончишь и вместе пойдем.

После моего возвращения днем во дворец и молчаливого обеда с Куртом начал происходить кошмар. Знать распихали по заслугам, кого в казематы, кого в покои, кого по домам. Проверили слуг, тех, кто выказал лояльность новому правительству, оставили при дворце, остальных рассчитали и тоже отправили по домам, к слову, таких оказалось крайне мало. Потом я обошла дворец от самых нижних служебных этажей до самого верхнего, попутно поблагодарила Бога ветров, за свою силу и жизнь, осознав, что впервые за долгое время оказалась в храме своей стихии. Подумав о том, что его сделали специально для княгини — матери Курта, ведь князь был магом воды, почтила ее память, вместе со своими родителями, впервые назвав имя отца.

Убедившись в том, что дворецкий и старшая экономка, служившие здесь еще при прежнем князе, вполне справляются с работой и у меня не возникнет с ними проблем, вернулась к Курту. А после ужина, за которым мы болтали о наших маленьких успехах, мы пришли в кабинет.

— Я не понимаю, — сказал Курт, словно самому себе. — Должны же быть какие-то документы, но тут только расчеты слуг, поставка провизии.

— Если бы ты позвал Никласа, то быстрее проверили бы все, — зевнув сказала я.

— Никлас занят, — ответил Курт, доставая из очередного ящика новую пачку бумаг. — Он сейчас перерывает архив. Существует какое-то право по возврату наследнику земель, но я не до конца понял, что он имел ввиду.

— Существует, — подтвердила я. — По сути, мы сейчас захватили Беркутовы скалы не как наследник и его жена, а как завоеватели, то есть остальные королевства вправе объявить нам войну. Но, если мы найдем документы, подтверждающие, что ты Ыджит Кутш, и, что это твоя земля по праву, то… Там как договоримся, — подтянулась снова я.

— Неужели леди учат таким вещам? — удивился Курт.

— Не-а, я тайком читала книги в секции для наследников, — усмехнулась, увидев в свете настольной лампы вытянувшееся лицо мужа. — Мне было интересно узнать, чему не обучают девочек и разобраться с тем, почему не обучают.

— То, что ты любопытная, это я уже понял. То, что ты быстро ориентируешься в ситуации и отменный стратег, я оценил и намерен этим пользоваться дальше, — с деловым тоном сказал Курт. — Только скажи мне, как ты догадалась, что я прикажу захватить «Манул» и откуда там взялся «Гламорган»? Я же слышал, как ты сказала русалкам убрать все корабли в гавань.

— А там был не только «Гламорган», — невинно произнесла я, поковыряв пальчиком вышивку на кресле.

— Знаешь, леди Кайез, иногда я тебя побаиваюсь, — признался Курт.

— Раз мы перешли к откровениям, может ты мне все же расскажешь, что за история

Курт отложил бумаги, откинулся на спинку своего кресла.

— Но после этого, ты пойдешь спать, — сказал он, я кивнула. — Ты видела в храмах цветы?

— Да, очень красивые, — подтвердила я, еще не понимая к чему он клонит.

— Это дельфиниумы, — продолжил Курт. — Моя мама их очень любила и считала, что это символ единства воды и воздуха. Но так как княгиня не могла уделять должного внимания цветам, этим занималась какая-то женщина. Я не помню зачем, но сорвал цветок. Та старушка подошла ко мне… В общем она тогда сказала, что однажды придет свора, что погубит род Беркутов, но меня пять раз спасет канарейка и канарейка же возродит Ыджит Кутшей и вернет то, что было погублено. Потом она велела отдать цветок морю и попросить Бога морей о покровительстве, ведь мне предстоит много лет зависеть от его милости, пока такой же погубленный цветок не появится в моей жизни, вот тогда мне нужно будет сделать все, чтобы уберечь его… И ты знаешь, с самой первой встречи, я чувствую, что ты пахнешь именно этими цветами.

— В нашу первую встречу я воняла трюмом галеона и прочей мерзостью, — возмутилась я.

— Тебе только так кажется, — усмехнулся он. — А теперь спать.

После этих слов, что-то изменилось в Курте, он замер, а взгляд стал невидящим. Резко поднявшись из-за стола, он подошел к шкафу у стены, убрал книги с полки, что-то сделал внутри и замер.

— Курт, — позвала я тихо.

Вместо ответа раздался хохот, потом он притих. Я не торопила, пытаясь понять, что он нашел в тайнике.

— Пять раз, — едва слышно произнес он, чем-то шелестя.

— Курт, — уже настойчивее повторила я.

— Первый раз, — заговорил он четко, продолжая что-то пролистывать. — Твой отец спас меня, я этого не помнил. Второй раз — корабль, потом ты и бриг, снова ты, вытащила меня из тюрьмы…

— Четыре, — поддержала я его рассуждения. — Хочешь сказать, что мне тебя в пятый раз спасать придется?

— Уже, — улыбнувшись ответил он, резко обернулся ко мне держа в руках пожелтевшие бумаги. — Ты согласилась стать моей женой.

Сонливость слетела с меня вмиг, как только я увидела герб рода Вьюрок на протянутом мне документе, подскочив, схватила бумагу и стала читать ее содержимое. Вчитываясь в текст договора, я сбивалась, перескакивала со строчки на строчку, перечитывала снова. Руки ходили ходуном, а глаза наполнились слезами.

— Мы… Мы… — не смогла произнести я.

— Мы должны были пожениться, когда тебе исполнилось двадцать один. Немного опоздали, — усмехнулся Курт.

— Тут же прописано все, флот, земли… — я подняла взгляд на Курта, но пошатнулась и упала обратно на кресло. — Зови Никласа, это то, что он ищет.

Глава 63

Найденные Куртом бумаги ошарашили настолько сильно, что спать уже не хотелось никому. Прибежавший из архива Никлас подтвердил, что это те самые документы, что должны легитимизировать нового князя Беркутов. И самое главное, что у Курта было кольцо, которое отдал ему Виктор.

— Почему ты не рад, что мы нашли бумаги? — тихо спросила я, лежа в постели в объятьях Курта.

— Почему? Рад… Но я так и не нашел ничего по жемчугу, — ответил Курт, устраиваясь удобнее на подушках.

— По жемчугу? — удивленно переспросила я.

— А твоя русалка тебе не рассказала? — усмехнулся он, начав гладить большим пальцем мою ладошку.

— Она рассказала про бухту, как кораблям лучше пройти, про гавань, что там разлом и очень глубоко…

Курт поднял мою руку и начал водить пальцем по кисти.

— Ты заметила, что у Беркутовых скал пять отдельный островов? — спросил он, проведя по моим подушечкам пальцев. — А вот здесь у нас остров — город, — Курт провел от запястья почти до локтя. — А вот тут, — он поцеловал центр ладони. — Мелководье. Будто рука замерла, поднимаясь из воды. И называется это место «жемчужная ладонь». Там добывают самый лучший жемчуг.

Ласка, которую мне дарил Курт, рассказывая о Беркутовых скалах, сбила меня с мысли, что вернулась ко мне только утром.

— Никлас! — крикнула я, войдя в огромную библиотеку дворца, не понимая, где его искать.

— Ваша светлость, — отозвался он, почти сразу выйдя из-за стеллажей, заставленных книгами до самого потолка.

— А… А какой у вас титул? — вместо задуманного спросила я.

— Полагаю, что не этот вопрос является целью вашего, столь раннего, визита, — с легкой улыбкой ответил он.

— Да… Нет. Никлас! — возмутилась я.

— Некогда я был трусливым виконтом, но, если позволите, хотел бы забыть об этой части своей биографии.

— Вы же знаете все рода, что признали предателями?

— Не лично, но о них кое-что знаю. Что вас интересует?

— Все. Какое у них было состояние, какая сила, какая стихия.

Никлас поперхнулся от моей просьбы, но я еще не закончила.

— Это все я хочу знать до того, как прибудет первая делегация. А судя по тому, что мне доложили, они будут здесь уже завтра утром.

После завтрака мы собрали в комнате совета всех капитанов. Те недовольно изучали дорогую обстановку дворца.

— Значит, теперь ты будешь жить здесь? — спросил Эван, повертев в руках позолоченный подсвечник.

— Надеюсь, — усмехнулся Курт.

Джозеф вальяжно плюхнулся в одно из кресел, обтянутых темно-синим бархатом, и, закинув ногу на ногу, спросил:

— Мы тоже? Или так и будем болтаться с командами на кораблях? Вернуться то мы не можем, — с усмешкой добавил он.

Грег сел на соседнее кресло и посмотрел на меня.

— Где-то ты просчиталась, Птаха. Или ты изначально планировала отдать нас на откуп? — прищурившись сказал он.

— Пока вы нужны здесь, — спокойно ответила я. — Как только все закончится, я обеспечу выход в море и возвращение на Аперею.

Капитаны начали между собой шептаться, решаясь верить ли мне.

— Как вы смотрите на то, чтобы устроить небольшую реформу? — спросил громко Курт. — Но возможно, это превратится в переворот, — со смешком добавил он.

— На чьи земли вы нацелились первыми, командор? — со смешком спросил капитан «Вепря» сложив руки на груди. — Хотя-я, к морской бездне… Куда скажешь, туда и пойду.

Я не сдержала смешок, а ведь даже не помню его имени…

— Начнем отсюда, а там посмотрим, — ответил Курт.

Остаток дня превратился в подготовку к прибытию делегации. Если бы мне просто нужно было организовать прием, то я бы даже сильно не переживала, ведь я не раз это делала. Сейчас же, гостей ждал жаркий прием… Три сотни боевых магов от причала до тронного зала смотрелись неуместно в своей простой потрепанной морским ветром одежде среди роскоши палат. А по всей бухте рассредоточилась армада, оставив

Стоя у окна тронного зала, в очередной раз одернула длинную юбку атласного платья.

— Нервничаешь? — спросил Курт, обняв меня со спины.

— Отвыкла, — усмехнулась я.

— Тогда зачем ты его надела? — удивился он.

— Давай, будем шокировать знать планомерно, — ответила я, кивнув в сторону «горла».

Медленно двигаясь по бухте, ко дворцу приближались корабли.

— У нас все получится, — сказал Курт, протянув мне свою ладонь. — Вместе.

— До конца, — отозвалась я, вкладывая свои пальцы.

Курт встретил делегацию, вошедшую в зал быстрым шагом, устроившись на троне, я же осталась стоять у распахнутого окна, наслаждаясь легким летним ветерком.

Осмотрев прибывших, передернула плечами. Каждого из них видела хотя бы раз, но самым главным оказалось то, что я встретилась взглядом с отчимом, стоящим одним из первых.

— Ты можешь идти, — сказал мне отчим.

— Леди Кайез останется, на правах моего советника и командора флота, — спокойно, но четко произнес Курт.

— Командора? — усмехнулся маркиз Девар. — Ладно советоваться с женщиной, но доверить ей корабли…

— Маркиз Девар, — позвала я, кивнув на окно. — Если не ошибаюсь, это ваш корабль сейчас штормит…

Среди спокойных вод один единственный галеон кренило и качало, словно он попал в самый сильный шторм. Расправленные паруса изгибались от порывов ветра. Корабль заваливался то на один бок, то на другой, готовый вот-вот перевернуться.

На самом деле, я не делала почти ничего, только указала капитанам армады на нужный корабль, немного качнув его парус. Капитаны же, уставшие от притеснений и не особо любящие нынешнюю верхушку власти, как и другие маги на их корабле, устроили локальную качку, играясь волнами и уровнем воды. С их навыком прохождения арки, сейчас это был пустяк.

— Прекрати! — взвыл маркиз, понимая, что я могу погубить его корабль, а значит лишить его доходов.

Отправив новый сигнал, я посмотрела на то, как галеон замер на тихой воде.

— Не обращайте на ее выходки внимание, — сказал верховный магистр Его Величества Воздушных земель. — Держи, щенок, — сквозь зубы выдавил он, бросив к ногам Курта свиток. — Условия твоей капитуляции, у вас есть сутки.

— Не угадал, — с издевкой ответил Курт. — Все желающие могут покинут Беркутовы скалы вплавь, кроме магистра Водного королевства и герцога Вьюрок.

— Да как ты смеешь?! — выкрикнул кто-то из делегатов. — Ты не вправе удерживать нас здесь силой.

— А я и не удерживаю. Беркутовы скалы — независимое княжество. Ваши корабли оказались в наших водах без согласования, и мы их забираем. Повторюсь, желающие, могут вернуться до залива вплавь.

В тронном зале на мгновение воцарилась тишина. И в этот миг перед Куртом появился плотный воздушный щит, переплетенный с водным, а в него врезались «воздушный смерч» и «цунами».

— Теперь удерживаю, — произнес Курт шокированным магам.

Всех делегатов накрыла плотная сеть, вытягивающая резерв.

Я отошла от окна и медленно подошла к замершему столбом верховному магистру.

— Соврав, что я «пуста», вы сами создали то, кем я сейчас являюсь, — тихо сказала я.

Эпилог. Туда, где честь, доблесть и отвага

С той ночи, как армада прошла в Беркутовы скалы под прикрытием тумана миновало два месяца. Именно столько мы готовились и ждали королей и их советников. За это время мы успели побывать на главном острове несколько раз. Изучить местный быт и уклад, заверить жителей, что вся смена власти пройдет спокойно и на них это не отразится. Занялись восстановлением разрушенных доков. Разместили моряков в одном из отдельных островов, заняв резиденцию барона — сподвижника герцога Байтраша, рассудив, что барон свою резиденцию увидит еще не скоро, а если и увидит, то только издали. Курт все же узнал, где лорд Байтраш прятал документы по добыче жемчуга и отчеты о передачи его в казну. Из них мы узнали, что кое-кто немало прятал и перепродавал по своим каналам готовя хороший задел на безбедную старость.

Королей мы встретили в малом зале совещаний.

— Это бесспорная наглость, не допускать магов советников на совещание, — возмутился король огненных земель.

— Мы их обязательно пригласим, но чуть позже, — спокойно ответил Курт, указав на стулья, расставленные около стола.

Четыре короля, нехотя, заняли гостевые места, Курт и я устроились во главе стола.

— Не будем терять время, — произнес король воздушных земель. — Какие твои условия?

— Независимое княжество с правом торговли во всех королевства, — заговорил Курт, вызывая своими словами шок у королей. — Неприкосновенность кораблей флота Ыджит Кутш.

— Ты — пират и твое место на плахе! А ты собираешься независимость и неприкосновенность требовать?! — сорвался огненный король.

— А вы мне это все сами дадите, чтобы свои места сохранить, — усмехнулся Курт. — И, к слову, независимость и неприкосновенность — это только начало.

— Ты нам угрожаешь? — прошипел водный король.

— Предупреждаю, что, когда маги королевств узнают правду, они поднимут бунт, а я с удовольствием им помогу, — ответил Курт, короли, не привыкшие к такой наглости, растерялись с ответом, и он сразу продолжил. — А начнем мы с вами с урока истории. Лорд Никлас, войдите, пожалуйста!

Моя случайная догадка о том, что причиной захвата Беркутовых скал стал не смешанный брак князя Ыджит Кутш, а «жемчужная ладонь», приведшая к тому, что вначале Никлас сам вспомнил несколько фамилий, потом Курт уточнил информацию у знати, сидевшей в тюрьме. А найдя в пыльном хранилище при библиотеке гербовый справочник тридцатилетней давности, мы надолго потеряли дар речи. Тогда Никласу пришлось забыть о роли лекаря и вернуться к работе с книгами, восстанавливая ход истории по крупинкам.

Двадцать с небольшим лет назад четыре королевства объединились, подписав мирный пакт. С одной стороны, это было хорошо: мирное существование, возможность гражданам беспрепятственно путешествовать, открытая торговля. Но… И это «но» было слишком тяжелым.

На самом деле, все началось незадолго до объединения королевств. Правящие тогда короли умерли в течение нескольких лет, никто не связал это воедино. Во всех королевствах взошли на трон несовершеннолетние наследники, регентами которых стали Верховные магистры. Маги воспитывали королей и взращивали в них мысль о чистоте магической крови. Рассказывали о том, как было бы хорошо жить в объединенных королевствах, но тогда появится много универсалов, а они опасны.

Юные короли, поддавшись внушению о прекрасном будущем, подписали пакт объединения королевств и тут же, похоже, что, не особо задумываясь, создали указ о чистоте магической крови. Тем самым обрекли шестнадцать знатных родов на уничтожение, количество погибших от этого указа остальных магов мы не смогли восстановить, слишком мало у нас было информации. Но по

— Ну, как? Интересный урок истории? — спросил Курт в воцарившейся тишине зала совещаний.

— Это все вымысел! — первым откликнулся огненный король.

— Как пожелаете, Ваше Величество, — ответил Курт. — Вы можете сейчас одуматься и подписать мирный трактат о восстановлении суверенитета, компенсировать все то, что разворовали. И прямо здесь отменить указ о чистоте крови, легализовав все смешанные браки и магов универсалов. А можете отправиться домой и оставить все как есть.

— Вы понимаете, что не сможете покинуть бухту? — спросил король водных земель.

— А мы и не собирались, — усмехнулся Курт, подав мне руку. — Документы на столе, изучайте. Ждем вас в тронном зале.

Я исходила тронный зал вдоль и поперек, изучила пол, потолок, стены. Заметила на некоторых лепнинах потемневшую позолоту, недостаточно начищенный хрусталь на люстре, трещинку на мраморном полу недалеко от трона, грязные уголки на окнах. Пришла к выводу, что обязательно нужно будет провести беседу с прислугой, тронный зал — лицо дворца, а тут такой беспорядок. Задумалась о том, что нужно будет повнимательнее походить по всему дворцу.

— Женушка, займи, пожалуйста, свое место, — ласково сказал Курт. — Я уже пять часов смотрю на то, как ты красиво ходишь.

— Почему они так долго? — возмутилась я, сама прекрасно понимая ответ.

По залу разлетелся стук от трости церемониймейстера.

Быстрым шагом подошла к Курту и встала по правую руку. Пока не было коронации, трон княгини мне не полагался.

С появлением королей сделала реверанс, пытаясь разглядеть бумагу у кого-нибудь из них в руках.

— Ответь на один вопрос, — сказал водный король. — Ты показал нам свою жену, чтобы мы лишний раз убедились в ошибочности своих суждений?

— Моя жена — мой советник и командор флота, — с гордостью ответил Курт. — Кроме этого, она одна из сильнейших магов. Среди бумаг был рапорт о допросе верховного магистра воздушных земель, где он четко указал, что фальсифицировал результаты. Леди Кайез — одна из пострадавших.

Король воздушных земель протянул Курту бумагу с подписями, сказав:

— Выдай арестованных, их казнят на землях королевств. Уверен, что за ними еще что-нибудь найдется.

Курт посмотрел на королей, поднялся с трона и забрал бумагу. Пробежал по ней взглядом.

— Пятеро останутся здесь, — ответил он.

Эпилог. Каждому по заслугам

Коронацию назначили через три дня после отбытия королей. Хотелось уже скорее закончить с формальностями, да и пора было отпускать армаду в Аперею.

— И чего ты так разнервничалась? — усмехнулся Курт, глядя на меня и застегивая жилетку.

Я в который раз поправила диадему, все время казалось, что она сидит криво.

— Ну, не каждый же день я княгиней становлюсь.

— Женушка, — Курт шагнул ко мне и притянул к себе в объятия. — Ты уже давно княгиня. Ты управляешь дворцом, флотом, помогаешь со всем княжеством. Разве что-то изменится от того, что старый жрец при всех назовет тебя княгиней?

Я отрицательно покачала головой и опустила взгляд, скользнув ладонями по груди Курта, оправляя и без того идеальную жилетку. Он коснулся моего подбородка, вынуждая поднять голову.

— Я же просил тебя больше так не делать, — прошептал Курт, проведя большим пальцем мне по губам.

Привстала на цыпочки, в надежде получить поцелуй.

Колокольный сигнал тревоги вынудил бросить все. Мы вместе подбежали к окну.

— А-а-а… — выдавила я в изумлении, увидев в бухте дряхлую лодку с тремя женщинами. — Я об этом не просила, — тихо прошептала я.

— Знаю, это я попросил, — усмехнулся Курт. — Пойдем, встретим.

Когда мы спустились к берегу, Билл уже помогал Одри, Асии и Марте выйти на берег. Никлас же замер у самого дворца и не верил своим глазам.

— Одри, ну еду-то зачем? — доставая из лодки мешки, проворчал Билл.

— Свое, домашнее. Будто мы с Мартой не знаем как во дворцах кормят, — осматривая нас, ответила Одри.

— Ну, вообще у нас отличный повар, — отозвался Курт.

— Вот сейчас и проверим, — сказала она и взяла меня под локоть. — Показывай свой дом.

Одри шествовала по дворцу, внимательно осматривая все и всех. Слуги, которые поначалу видели меня в походной одежде, с опаской косились на леди в простом платье, что то и дело недовольно поджимала губы или морщила носик.

Обойдя весь дворец, мы пришли в свободные гостевые покои. Одри аккуратно присела на краешек софы и сложила в изящном жесте руки на коленях. Я сжала пальцы в замок и приложила их к губам, с волнением ожидая вердикта.

— Что ж, хорошо, что я взяла с собой еду, — сказала она, осмотревшись по сторонам.

— Почему? — вырвалось у меня.

— Ну, если тут готовят так же, как и убирают, — усмехнулась Одри. — Иди ко мне, — протянула она руку в мою сторону. — Я соскучилась.

Мы немного поболтали с Одри. Я порывалась попросить ее остаться и помочь мне навести порядок во дворце, уже давно осознав, что пожилая экономка, хоть и лояльна к нам, но не справляется. Останавливала себя тем, что Одри нужнее Асии в Аперее, скоро и туда нагрянут изменения. Эван, пообщавшись в Куртом, решил восстановить старый форт и заново отстроить дворец, а после легализовать остров и свои права.

— Марта училась на экономку, и возраст у нее, подходящий, — решила мои метания Одри. — Если она немного освоится, то из нее выйдет толк. Да и Никлас, я так понимаю, тут останется.

— Женушка, — в покои без стука вошел Курт. — Я понимаю, что ты сейчас ищешь любой повод, чтобы избежать коронации, но нам пора.

В храме Богу морей присутствовали только близкие: Билл, Одри, Эван, Асия и Никлас. Марта сама отказалась, сославшись на свой статус. Остальных мы пригласили на бал, так как на небольшой площадке, окруженной колоннами, места было маловато для широкоплечих моряков и капитанов.

Жрец начал зачитывать со свитка наши с Куртом обязанности. Я внимательно прислушивалась к его словам и дрожала от страха, а вдруг я не справлюсь. За спиной раздался тихий всплеск, и я обернулась, увидев в воде много русалок, что наблюдали за нами. Самыми первыми были Царица и Принцесса. Царица, заметив, что я отвлеклась, жестом показала слушать жреца. Не сдержав улыбки, я снова прислушалась к монотонной речи, только теперь без страха. Мы обязательно справимся.

Жрец надел нам на головы венцы и протянул синюю подушечку с двумя перстнями.

— Вместе, — произнес Курт, надев мне на палец кольцо княгини.

— До конца, — отозвалась я, надев ему перстень.

— Честь, доблесть и отвага, — взявшись за руки, произнесли мы вместе девиз рода Ыджит

Спокойное до этого море взметнулось огромной волной, ударившейся о ступени храма. В зависших в воздухе маленьких брызгах, переливавшихся на солнце всеми цветами радуги, я смотрела на Курта и вдыхала усилившийся аромат цветов.

Жрец дочитал молитву и опустил свиток, взглянул на бухту и тут же издав какой-то невнятный звук схватился за сердце.

— Русалки! Там русалки! — указывая пальцем другой руки на них, завопил жрец.

Бросив свой свиток, побежал во дворец, продолжая кричать.

— Надо найти жреца пострессоустойчивее, — сказал Курт, с улыбкой глядя на меня.

— Однозначно, — согласилась я.

Так и держась за руки, мы подошли к кромке воды, Царица подплыла поближе.

— Это от меня, — подняла она из воды небольшой ларец. — Сможете позвать тогда, когда буду нужна.

В ларце оказались два кулона с синими камнями, напоминающими цветом морскую гладь.

— Почему вы решили нам помочь? — все же спросила я.

— Ты забыла условия сделки? — усмехнулась Царица.

— Я помню, но это явно больше, чем для того, чтобы найти новый дом.

— Умница, — с улыбкой произнесла Царица. — Ты же все поняла. Мне нужен был тот, кто покажет Эвандеру правильный путь, вы это сделали. В вашей гавани будет жить моя старшая дочь, — она кивнула на Принцессу. — А я с младшей… — Царица не договорила, загадочно улыбнувшись.

Несмотря на то, что корабли армады временно подняли флаги Беркутовых скал, я все равно опасалась, что за пределами бухты им могут попытаться отомстить. До этого разговора я хотела попросить Царицу присмотреть за кораблями, возвращающимися в Аперею, но теперь поняла, что не нужно, она сама это сделает.

На бал были приглашены все капитаны армады и их старпомы. Широкоплечие маги в дорогих сюртуках выделялись среди местной знати. Поглядывая на них с балкона, прикрытого портьерой, я улыбалась. Мужчины, не скрывая зависти, бросали неприязненные взгляды в сторону моряков. Дамы же метались между страхом и восторгом. При этом тем и другим было безумно любопытно. Капитаны же держались особняком, скрывая неловкость.

— Все гости прибыли, можно начинать, — шепотом доложил нам дворецкий.

Мы с Куртом подошли к парадной двери тронного зала. Я положила пальцы на его локоть, и посмотрела на лазурно-синий герб с позолотой перед собой. Глубоко вздохнула.

С той стороны раздалось три громких удара тростью и перед нами распахнулись створки.

— Его светлость, Сеймир Курт Ыджин Кутш, князь Беркутовых скал! — огласил церемониймейстер и его голос разлетелся гулом по залу. — Ее светлость, Кайез Ыджит Кутш, княгиня Беркутовых скал!

Медленно двигаясь к возвышению в конце зала, я цеплялась за локоть Курта, словно боясь утонуть. Каждый шаг отдавался в висках стуком громче, чем трость церемониймейстера. Стараясь держать голову высоко поднятой и смотреть только прямо, все равно видела всех тех, кто склонился перед нами в реверансе.

Аккуратно опустившись на трон, повернула голову, и проследила за тем, как Курт устроился рядом.

Три громких удара о мраморный пол, тихий шелест платьев и зал взорвался криками:

— Да здравствует князь! Да здравствует княгиня!

Над городским островом засверкал салют, а с кораблей раздались победные залпы пушек. Я чувствовала, что этот момент стал праздником для всех, даже для тех, кого мы не знали лично.

Эпилог. Время лечит

Четыре года после коронации.

Колокол пробил полдень, на сигнальной башне заполыхало синее пламя. «Гламорган» отправился в свой ежедневный рейд вокруг бухты. Я сидела на скале неподалеку от острова, где теперь располагалось адмиралтейство и болтала босой ногой в воде.

— Ну, как там у тебя? — спросила синеволосая русалка, сидя рядом со мной на большом камне.

— Как и вчера, — усмехнулась я. — Учит плавать, а я мешаюсь. А у тебя?

— Снова приплывал… — вздохнула Принцесса. — Слушай, а давай мы его к «Гламоргану» привяжем и тебя назовем: Кайез, победительница тритонов. Тебе статус, а ему будет чем заняться. — с воодушевлением сказала она.

Я поперхнулась воздухом.

— А может ты просто согласишься выйти за него замуж? Год уже сватается.

— Может быть, — вздохнула она. — А ты уже сказала?

— Еще нет, — теперь вздохнула я, погладив живот. — Сегодня, после бала скажу.

— Угу-м, — с сомнением отозвалась русалка.

— Ну, что? Еще кружочек и по домам? — предложила я, уже чувствуя, что соскучилась по мужу и сыну.

— Наперегонки? — задорно спросила Принцесса, спрыгивая в воду.

Выбравшись на берег, улыбнулась маленькому синеглазому княжичу, завернутому в теплое покрывало и сидевшего на руках большого князя. Сын что-то воодушевленно рассказывал Курту.

— Наплавались? — спросила я, целуя по очереди обоих.

— Мы да. А ты?

— Тоже, — ответила я, вытирая волосы протянутым мне полотенцем. — Надо бы Алику сказать, что второй док кренится.

— Эйнара спать уложим, сплаваем, покажешь. Потому что все остальные в голос говорят, что нет.

— Ну правильно, они с берега смотрят, а я из воды, — возмутилась я.

— Иди-и-и, — подтолкнул меня в сторону дворца Курт.

— Вот так, сыночек, вначале маму командором назвали, а потом не слушаются, — проворчала я.

Пока мы поднимались во дворец я осмотрелась по сторонам, вдыхая жаркий летний воздух и ненадолго окунаясь в воспоминания…

На следующее утро после коронации, мы с Куртом вышли к пирсу, армада вот-вот должна была отправиться в Аперею, уже безбоязненно пройдя мимо фортов, вновь принадлежавших Беркутовым скалам. Билл занял должность старшего помощника на «Касатке», теперь Эвану нужен был надежный советник и опора. Одри и Ася, уже были на корабле и махали нам оттуда руками. Я улыбнулась и тоже махнула им, попрощались мы заранее. Одними губами прошептала: «Удачи».

Из-за широкого плеча Курта не сразу заметила, что к нам направлялась целая делегация.

— Командор, — обратился ко мне Алик. — Позволите остаться капитаном «Гламоргана»?

— А как же твоя жена? — удивилась я.

— Я думаю, она будет не против перебраться в Беркутовы скалы, — усмехнулся он.

— Ну, если не против… — согласилась я. — Только команды у тебя не будет, капитан. Все домой возвращаются.

— Не все, — хохотнул Алик. — Гайвис и Махель остаются, ну и так, еще несколько… Вот, — Алик протянул мне лист бумаги.

— Несколько? — ошалело переспросила я. — Да это почти вся команда, — выдохнула я, ухватившись за локоть Курта, чтобы устоять на обмякших ногах.

— Те, у кого стоит плюс, тоже хотели бы привести сюда жену и детей, — добил меня Алик.

— Я подумаю, как это сделать… — ответила я, едва слышно.

— Ваша светлость, — заговорил Ханель. — Вы не будете возражать, если в вашем флоте дополнительно появятся два военных галеона и один торговый?

Курт усмехнулся и кивнул на меня.

Я посмотрела на Хамеля, капитана «Вепря», от неожиданности вспомнила, что его зовут Бернанд, перевела взгляд на Чена — капитана «Амфритрита».

— Предоставьте списки ваших команд, пожалуйста, —

По началу я пыталась сама везде успеть, но все чаще слышала от Никласа: «Ваша светлость, вы вливаете слишком сильный поток. Дайте структуре закрепиться». Вскоре я поняла, что быть командором, помогать Курту управлять княжеством и следить за дворцом, не сложнее, чем быть капитаном «Гламоргана». Главное найти верных помощников, а они были, и со временем их становилось все больше и больше.

Десять лет после коронации.

Князь сидел за столом и с серьезным выражением лица изучал документы. В очередной раз развалилась в полюбившемся мне кресле в кабинете князя, я ждала, когда он закончит и мы вместе отправимся спать. Подумала о том, что прошло уже столько лет, а я так и не смогла избавиться от этой привычки. …

— Кажется, нам пора кое-кому объявить помилование, — тихо сказала я.

— Уверена? — недовольно спросил Курт.

— Он повел себя не очень… Хм. Благородно, но все же десять лет прошло.

Из пяти магов, которых князь отказался выдать королевствам, четверо были теми, кто убил князей Беркутовых скал, среди них оказался и мой отчим. Эта новость для меня стала ужаснее всего. Кроме того, что этот человек ударил смертельным заклинанием в спину ребенка, он участвовал в казни своего брата, а потом забрал его жену и дочь. Но еще я понимала, что пятый маг — Скуал, он же Морис Ыджит Кутш, родной брат Курта. Тогда я опасалась, что Курт казнит их сразу. Мне не было жалко отчима или Скуала, я не хотела, чтобы Курт проливал кровь. Он тоже рассудил по-своему. Ночью русалки «выпивали» из пленников всю магию, пока те спали в своих камерах с маленькими решетчатыми окошками у самой кромки воды, а днем арестантов отправляли добывать жемчуг. Если они хотели получить «жемчужную ладонь», то получили ее сполна. Нырять на глубину за ракушками было сложно даже с магией. Не отличавшиеся хорошей физической силой и ослабленные условием существования маги через несколько лет умерли, сгинув в пучине, остался только один, что каждый день с упорством нырял на дно и поднимал ракушки.

— Его просто так воспитали, — тихо добавила я.

— Меня тоже не цветочки растили нюхать! — возмутился Курт. — Но я женщин не насиловал!

Я отвела взгляд, уже жалея, что заговорила об этом.

Курт плавно поднялся из-за стола и подошел ко мне, опустившись рядом на корточки.

— Все что я могу предложить, сменить условия содержания на домашний арест. Выдавать ему минимальное жалование и лишить всех титулов и регалий. Такой вариант тебя устроит?

Я обняла Курта за шею и закивала.

— Я просто хочу, чтобы ты не забывал девиз Ыджит Кутш и понял, что честь, доблесть и отвага, это не всегда идти напролом. Иногда нужно найти в себе силы помочь тем, кто упал.

— Я подумаю над этим, — отозвался Курт.

Двадцать пять лет после коронации.

Поправляя широкий ремень и громко стуча широкими набойками сапог, я направлялась к кабинету князя. Так повелось, что княгиню Беркутовых скал чаще видели в штанах и сюртуке, чем в платье. Форму командора, конечно, немного переделали, добавив так полюбившуюся мне укороченную спереди юбку. Поначалу я пыталась соответствовать статусу, но устала от постоянных переодеваний и того, сколько это занимало времени, а на кораблях мне приходилось бывать часто.

Распахнув дверь кабинета, на мгновение замерла, любуясь мужем, что за эти годы почти не изменился. Все же мы очень сильные маги. Встретившись с ним взглядом, улыбнулась.

— Люблю, когда ты в форме, — откидываясь на спинку кресла, сказал Курт с улыбкой. — По шагам знаю, что ты чем-то недовольна.

— Очень, — выдохнула я.

— Слушаю.

Курт отвел руку в сторону, давая возможность подобраться к нему поближе и обнять.

— Они отказываются возвращаться, — сдала я сыновей.

— Зная характер будущей жены Эйнара, я бы тоже запрятался где-то подальше, — усмехнулся Курт.

— Нормальный у нее характер, всем нравится! — заступилась я за будущую невестку.

Дочь Эвана и Аси была копией Одри, что вызывало радость самой бабушки и Царицы русалок, которая постоянно приплывала то к нам, чтобы потискать маленького Эйнара, а потом и Ганара, то к ним, чтобы провести время с Эммой. Царица же и намекнула нам как сделать Аперею законным государством. Мы понимали, что взявшегося из ниоткуда Эвандера Аперейского никто не признает правителем, а претендовать на остров будут все королевства, ведь мифы о горах сокровищ так и блуждают среди людей. Вот только никто так и не понял, что сокровища не всегда золото и драгоценные камни, есть кое-что гораздо ценнее.

Долгие годы мы собирали документы, искали пути. В итоге, когда увидели, как общаются Эйнар и Эмма, поняли, что вот он — способ сделать Аперею частью Беркутовых скал. А связываться с князем Ыджит Кутш не желало ни одно королевство.

— Что ты распереживалась? Рамиль с ними, а лучше него за парнями не присматривает никто, — спокойно отозвался Курт.

Прихваченный за одним из тюрьмы маг-универсал оказался не только толковым учеником Никласа, но отличным гувернером обоим княжичам. А когда те впервые отправились в море, пошел лекарем на их корабль. Теперь для наших сыновей он был и Биллом, и Никласом в одном лице.

Дверь кабинета громко хлопнула, ударившись о стену.

— Вот, все, — сказал Эйнар, затягивая за руку сопротивляющуюся Эмму. — Пап, давай быстрее кольцо, а то опять сбежит. Два дня вылавливал ее по всей Аперее.

— Сын, вначале у папы берут кольцо, а потом сватаются, — сказала я, глядя на точную копию Курта.

За спиной Эйнара стоял Ганар, скрестив руки на груди и усмехаясь. Он был таким же крупным, как и Курт, да и жесты перенял, но внешне больше походил на меня, особенно голубыми прядями.

— Хорошо, что ты об этом не подумала двадцать лет назад, — прошептал Курт, прижимая меня к себе.

— Я что, потом буду с этим кольцом, как тот тритон, двадцать лет за принцессой бегать? — возмутился Эйнар.

— Сколько? — подала голос Эмма. — Я тебя столько ждать не буду. Жените.

Оставшись в кабинете вдвоем, я вздохнула, прижимаясь к нему ближе.

— У нас же все получится? — тихо спросила я.

— Обязательно, — отозвался Курт, целуя меня в волосы. — Вместе, — тихо произнес он, протягивая мне ладонь.

— До конца… Туда, где честь доблесть и отвага.

КОНЕЦ.