(не) Любовное зелье. Ведьма на море

Глава 1. Последний скандал

Нина Ульянина

(не) Любовное зелье. Ведьма на море

Я очень люблю свою работу, люблю смешивать ингредиенты снадобий в котелке, люблю запах сушёных трав и аромат свежесваренного зелья. Я даже городок свой люблю — тихий, уютный Горнсбург, словно сошедший с картинки туристического журнала: мощёные улочки, аккуратные домики, цветочные клумбы, приветливые и доброжелательные жители. Затерянный у подножия Рейшатских гор, он был по-своему очаровательным. Свежий горный воздух, мягкий белый туман по утрам, ранние сумерки. Идеальный. А я хотела на море! Сбросить тесные туфли и опустить босые ступни в прохладную солёную воду и идти вдоль берега долго-долго…

Я нехотя отвела взгляд от рекламного буклета гостиницы на Лиатском побережье. Он обещал «отличный сервис», «тёплое море», «спокойный отпуск».

— Мисс Бэлворд, вы меня вообще слушаете?!

Сжимая в пальцах крошечный флакончик с тёмно-розовой жидкостью, я посмотрела на клиентку — мисс Бенерсби. Восемнадцать лет, около двух метров роста, плотная фигура и звучный голос, который наверняка раздавался на всю округу. Конечно, я слышала. Тут глухой услышит, а слышащий оглохнет.

— Да.

Мой фамильяр, чёрный кот по кличке Симус, лениво потянулся и зевнул, демонстрируя острые белые зубы. Вот кому живётся хорошо — ни проблем, ни забот. Лежи себе весь день на краю прилавка, наблюдай за прохожими за окном, вылизывай лапки и наслаждайся нежными поглаживаниями хозяйки.

— Вы мошенница! — выкрикнула девушка и, уперев руки в бока, впилась в меня немигающим взглядом. — Позавчера вы мне сказали, что зелье сработает за сутки! А он вчера даже не посмотрел в мою сторону!

Унизанный колечком с кроваво-красным камнем пальчик уткнулся в бутылёк с зельем.

Я сказала, что мне нравятся местные жители? Неправда, я вас обманула.

Я любила городок, а не своих клиентов. Особенно таких, как дочка мэра и ей подобные, — женщины, жаждущие красоты, любви местных красавцев и вечной молодости. Они приходили в лавку с твёрдой уверенностью, что я могу дать им всё, чего они хотят. Они требовали, заставляли, некоторые даже пытались угрожать. Ни одна из них не желала даже слышать о том, что магия требует усилий, что любовь купить нельзя, а старение остановить. Им нужна была волшебная конфетка, снадобье, заклинание, и когда оно не срабатывало, они приходили и устраивали скандал.

Я глубоко вдохнула, пытаясь удержать раздражение. Сколько раз я им повторяла: любовное зелье не может заставить полюбить. Оно лишь усиливает на время то, что уже есть в сердце. Но никто не вникает в нюансы. Всем нужно чудо по взмаху волшебной поварёшки.

— Мисс Бенерсби, я же вас предупреждала, что результат зависит от самого мужчины, — произнесла я как можно спокойнее, борясь с желанием вытолкать её вон из лавки. Призвать метлу и наподдать ею по самой выдающейся филейной части скандалистки. Однако я удержалась. Не тронь навозную кучу, она не завоняет. Хотя разило от мисс Бенерсби любовным зельем так, что даже у меня в носу защипало. — Если он не испытывает к вам ни капли симпатии, никакое зелье не поможет.

— Значит, вы меня обманули! — рявкнула она и для пущей убедительности стукнула пухленьким кулачком об стол. Симус злобно сощурил ярко-зелёные глаза. — Верните деньги!

В этот момент я вдруг поняла: мне всё равно. Они мне все надоели, до самых косточек. Я хотела тишины и покоя, а не вот это вот всё! Пусть забирает деньги. Пусть забирает всё. Я просто больше не хочу стоять здесь и объяснять глупым девчонкам, почему магия не исполняет желания.

— Лилимяу, — спросил Симус, вставая на лапы и вытягивая хвост в трубу, — Она нам надоела. Можно я её съем?

Я хмыкнула, прикидывая мысленно, чем мне это грозит.

— Ну, пожалуйста! — Симус демонстративно выпустил когти и постучал ими по столешнице. — Всего один кусочек? Малюсенький?

Я знала, что он говорит несерьёзно, а вот Бенерсби — нет. С диким визгом она выскочила из лавки, на ходу оборвав дверной колокольчик.

— И деньги забыла, — пожал плечами кот, вставая на задние лапы. — Трусиха, шуток не понимает. Что я, совсем рехнулся — людей есть? От такой, как она, только несварение желудка заработаешь. Лилимяу, ты чего?

Силы резко оставили меня, и я устало опустилась на табурет. Кот запрыгнул мне на колени и заглянул в глаза.

— Ты из-за колокольчика расстроилась? — заботливо поинтересовался он и погладил меня лапкой по руке. — Если да, то я сейчас вмиг приделаю его обратно…

Я почесала его за мягкими, непропорционально большими ушками и поцеловала в лобик. Симус, совсем как настоящий кот, замурчал от удовольствия.

— Не надо. Я просто устала.

Я посмотрела на ряды пузырьков, на полки с травами, на видавший виды котелок, на рекламный буклет, и в ту же секунду решение пришло само собой.

Я встала, решительно сняла форменный фартук и бросила его на стол.

— Симус, собирайся. Мы едем на море!

Глава 2. Дорога к морю

Собрав всё необходимое на неделю в дорожную сумку, мы с Симусом, опечатав напоследок заклинанием двери и окна, отправились в путь. На сборы мы потратили не больше получаса, зато путь до вокзала занял куда больше времени. Ни один извозчик не согласился остановиться и довезти нас до места. История Бенерсби, наверняка приукрашенная, несколько раз успела облететь городок. Последствия шутки не заставили себя ждать. Ну и ладно! Приеду — разберусь! Куда они денутся, когда заболеют или покроются прыщами? Конечно, прибегут к Лилиан Бэлворд, будут умолять и заверять в своей любви и преданности, а я ещё подумаю, стоит ли их прощать и сколько им будет стоить моё прощение.

Я шла по знакомым улицам, и каждый поворот отзывался в сердце эйфорией. Ещё чуть-чуть, и я буду на море!

Прохожие бросали косые взгляды, кто то даже отворачивался, но мне было наплевать. Меня ждал вокзал, поезд, «отличный сервис», «тёплое море» и «спокойный отпуск». Симус прибавил шагу и, подслушав разговор двух почтенных троллих, сообщил, что ходят слухи, будто я нарочно дала дочке мэра не то зелье, чтобы рассорить её с женихом. Конечно, это была ложь, но разве кто-то станет слушать ведьму, когда есть повод посудачить? Пусть поговорят, перемоют мне косточки. Дурная слава — тоже слава.

— Не обращай внимания, — тихо сказала я ему, не скрывая радостной улыбки. — Скоро мы будем далеко отсюда.

Вокзал в Горнсбурге был небольшим, но оживлённым. Здесь не было арок портала, как в соседнем Лиате, где

Мир Рейшата был многорасовым миром: здесь жили гномы, оборотни, ведьмы и тролли, и все они уживались бок о бок, пусть и не всегда мирно. На вокзале можно было увидеть гнома, торгующего сувенирами и сладостями в дорогу, оборотня, который проверял билеты, и троллей, загружающих тяжёлые ящики в багажный вагон. После окончания войны между Лиатом и Рейшатом ничего особо не изменилось. Великого переселения не случилось, и лиатцы, маги и люди, остались на своей территории, а мы — на своей. Правда, иногда, как я сейчас, мы путешествовали друг к другу «в гости».

Перед выездом я, как могла, изменила свой образ: собрала волосы в замысловатую причёску, вместо распущенной рыжей гривы затянула непослушные кудри в пучок на затылке, заменила тяжёлые серебряные серьги на маленькие гвоздики с перламутровой жемчужинкой, стёрла чёрные стрелки на веках и надела светлое лёгкое платье, модное в Лиате в этом сезоне.

И всё равно я была похожа на ведьму. Суть ведь не скроешь, да и говорящий кот, как визитная карточка, всегда был рядом.

Поезд уже стоял у платформы, длинный и величественный, с блестящими металлическими боками и большими окнами. Я подошла к кассе, купила билет до Ирата и направилась к своему вагону. Проводник кивнул мне, проверил билет и указал купе. Горнсбург не был конечной станцией на карте, просто одной из сотни точек на полотне дороги из столицы Лиата в столицу Рейшата, и проводник за весь путь следования видел самых разных пассажиров. Наметанным глазом он определил в Симусе фамильяра и придержал дверь, пока кот медленно и важно проследовал в вагон.

Купе оказалось небольшим, но уютным: две полки, столик у окна, зеркало в тонкой раме. Я поставила сумку рядом с одной из нижних полок и бросила чёрную ведьмовскую шляпу на сидение. Симус запрыгнул на стол и стал смотреть в окно на суетящихся на перроне пассажиров.

— До сих пор не верится, — улыбнулась я и, сладко потянувшись, села на полку. — Мы едем на море!

Кот в ответ несколько раз махнул хвостом. Вскоре в купе заглянули другие пассажиры: сначала молодая женщина с корзинкой, потом пожилой мужчина с ребёнком и собакой. Но стоило им увидеть меня и моего фамильяра, как выражения их лиц сменялись с приветливого на опасливо-пренебрежительное. Женщина поспешно захлопнула дверь, пробормотав что-то об ошибке, а мужчина, покосившись на Симуса, развернулся и ушёл искать другое место. Собаке и кошке в одном купе не место. Я могла бы попросить Симуса скрыться, но зачем? Если их не устраивает наша компания — не моя проблема.

Поезд тронулся, и вагон мягко покачнулся. Фамильяр демонстративно помахал лапкой провожающим, и когда вокзал скрылся из вида, с довольным видом заключил:

— Похоже, мы едем одни. Никто не захотел ехать с нами в одном купе.

— Зато никто и мешать не будет, — я указала коту на полку напротив. — Располагайся, она полностью в твоём распоряжении.

— Иногда слухи приносят пользу, — он с наслаждением поточил когти об обивку сидения.

— Симус! — шикнула я на него, и кот с виноватым видом восстановил полотно.

Он прекрасно знал, что портить мебель нельзя. Но иногда забывался, и тогда кошачьи инстинкты брали своё.

Постепенно город остался позади, и перед глазами раскинулись просторы Рейшата: зелёные холмы, извилистые реки, тёмные леса. Я смотрела на проплывающие мимо пейзажи и чувствовала, как с каждым ударом колеса поезда с души спадает тяжесть последних дней. Ещё немного, и я забуду горный городок и его обитателей, и особенно мисс Бенерсби и ей подобных.

Я открыла дорожную сумку, чтобы убрать шляпу, и наткнулась на пузырёк. Тот самый, с любовным зельем. Я взяла его из упрямства.

«Пусть будет», — подумала я тогда, а теперь, глядя на мелькающие за окном деревья и поля, вдруг решила проверить его на себе: открутила пробку, вдохнула терпкий аромат шиповника и лаванды и щедро надушилась.

— Ну что ж, проверим, — пробормотала я, усмехаясь. — Либо я напутала что то с зельем, либо…

Симус зажал нос лапкой, показывая, насколько неприятен ему запах, а потом рассмеялся.

— Да уж, едрёная смесь. Если они клюнут на эту вонь, то у них не всё в порядке с головой!

Теперь рассмеялась уже я.

* * *

Три часа пути пролетели незаметно. Симус время от времени спрыгивал с полки, чтобы пройтись по купе, понюхать воздух у окна, вздохнуть и в тысячный раз спросить: «Мы уже приехали?» А я сидела, смотрела в окно и предвкушала встречу с морем.

К вечеру поезд прибыл в Ират, а после в экипаже мы совершили небольшое получасовое путешествие в Бернг — маленький приморский городок, тот самый, что был указан в рекламном буклете. Картинка не обманула — отель был точно таким, каким я его и представляла. Трёхэтажное здание с огромными окнами и просторными открытыми балконами, соединёнными в единую галерею. На балконах стояли шезлонги, приглашая гостей отдохнуть и полюбоваться видом. С одной стороны здание вплотную примыкало к скале, а фасад выходил прямиком к морю.

Кучер остановился у главного входа и помог мне с багажом, а после, получив щедрые чаевые, попрощался и умчался назад в Ират.

Я опустила сумку на прожаренную солнцем брусчатку и вдохнула полной грудью. Воздух в Бернге был совсем другим — прохладным, свежим и солёным; хотелось пить его большими жадными глотками.

— Прелестно! — Симус встал рядом и потянулся всем телом, разминая лапы после долгого сидения в экипаже. — Наконец-то, твёрдая земля! Ещё чуть-чуть, и я бы подхватил морскую болезнь.

Он театрально покачался на задних лапах, как наш мэр после обильного возлияния в местном баре.

— Сим, фамильяры не страдают морской болезнью, — я подхватила вещи и уверенной походкой зашагала к входу.

— Я стал бы первым! — кот засеменил рядом.

Внутри нас встретил сам хозяин и проводил к стойке регистрации.

— Добро пожаловать! — радостно произнёс он. — Меня зовут Бруно. Чем могу помочь?

Я назвала своё имя и сказала, что хочу снять номер на несколько дней. Бруно, добродушный гном плотного телосложения среднего возраста, тут же принялся хлопотать, рассказывая о местных достопримечательностях, о лавке сувениров дальше по дороге, о том, что здесь невероятно красивые закаты, в чём я сама смогу убедиться уже сегодня вечером, наблюдая за солнцем с балкона.

Пока он оформлял документы, я

Обернувшись к Бруно, я заметила, что он смотрит на меня с какой-то странной теплотой. Предвкушает щедрую плату или… я ему понравилась? Это было бы странно: гномы, как правило, не считали ведьм привлекательными и женились строго на «своих». Но, похоже, Бруно был исключением. Или дело в зелье?

Я незаметно обнюхала себя. За время путешествия запах полностью выветрился, не оставив и следа.

Гном порывался проводить меня в номер, но я вежливо отказалась. Уж кого-кого, а привлекать внимание пожилого гнома я не рассчитывала.

Номер двести шестнадцать ожидаемо нашёлся на втором этаже. И здесь буклет не обманул. В номере стояла большая двуспальная кровать с мягким покрывалом, гардероб, стол, стул, диван, набор всевозможных полотенец и необходимых принадлежностей в ванной. Хозяин позаботился обо всём: на столике стоял графин с водой, а на диване лежал новенький томик «Сказок Рейшата». Я невольно улыбнулась, представив, как буду читать её вечером, слушая шум волн.

Симус вбежал в комнату раньше меня и, первым делом забравшись на кровать, принялся прыгать на матрасе, как маленький ребёнок, оценивая его пружинистость и мягкость.

— Даже не примеряйся, — посоветовала я ему. — Ты будешь спать на диване.

Я указала пальчиком на просторную софу у балконного окна.

— Ну, Лилимяу! — состроил умоляющую мордочку пушистик.

— Не-ет! Ты во сне выпускаешь когти, а я не хочу весь отпуск щеголять в «полосатом купальнике».

Разочарованно вздохнув, Симус перебрался на диван и, отодвинув лапой штору, выглянул на улицу.

— Ого! Первая линия! Можно смотреть на воду, не выходя из номера.

Симус, как все коты, купаться не любил, да и жару переносил не очень. Зато гулять по берегу поздно вечером обожал, как и наблюдать за волнами с высоты балкона.

— Или на закат, — я скинула туфли и прошла к балкону. — Пойдём, посмотрим?

Я открыла дверь на галерею, впуская в спальню поток прохладного морского воздуха.

— Мне здесь уже нравится! — пробормотала я, опускаясь на шезлонг. Солнце медленно закатывалось в воду, окрашивая воду в золотисто-розовые тона.

— И ему тоже, — Симус прыгнул на соседний лежак и показал лапой куда-то за мою спину.

Я нехотя приоткрыла один глаз и увидела самого красивого парня на свете. Высокий, широкоплечий, черноволосый и такой привлекательный…

Не мужчина — мечта. Моя ожившая мечта — один в один картинка из моей фантазии.

— Лилимяу, рот закрой, — хохотнул Симус, и я, опомнившись, отвернулась.

Нет, такого парня нельзя упустить. Рука сама потянулась к флакончику с зельем.

— Сначала в душ, потом на ужин! — скомандовала я. — А там поищем нашего соседа… — Симус восторженно поводил усами, предвидя мою следующую фразу. — …и обворожим!

Глава 3. Первый вечер

Я решила, что на ужине должна выглядеть особенно хорошо. Так, чтобы абсолютно все в гостинице обратили на меня внимание, я должна была затмить всех женщин. Абсолютно.

Я выбрала кроваво красное платье — дерзкое, вызывающее, с открытой грудью и струящейся юбкой, мягкими волнами расходившейся при каждом шаге. Волосы я собрала в высокую причёску, оставив несколько непослушных локонов свободно обрамлять лицо, а каблуки и кружевные перчатки до локтя дополнили образ.

Собственное отражение казалось незнакомым, но очень привлекательным. Однако не хватало одной детали. Я всё таки ведьма, и у меня есть своё секретное средство — флакончик специальных духов. Для взрослых девочек, не для юных барышень. Жасмин, мускус и капелька магии. Зелье не любви, а страсти. Щедро надушив шею и запястья, я подмигнула Симусу, развалившемуся на кровати и наблюдавшему за моими сборами.

— Последний раз после этих духов ты вышла замуж… — протянул кот с укоризной.

— В этот раз всё будет по другому, — заверила я кота.

— Ага, а потом мы переедем в очередной Горнсбург и будем чахнуть в окружении гор.

— Симус, не напоминай! — рыкнула я на него, поправляя выбившийся из причёски локон. — И не порти мне настроение. Лучше скажи, я хороша?

Я покрутилась перед ним, показывая, как юбка красиво раскрывается солнышком.

— Ты прелестна, Лилимяу! Он не устоит.

Я довольно улыбнулась. Внутри всё кипело от волнения, не терпелось заговорить с красавцем и определить, подходит ли он нам с Симусом.

— Ты остаёшься, — строго сказала я. Только комментатора в виде кота мне не хватало на первом свидании. И добавила уже мягче: — Тут ветерок, кровать мягкая… Наслаждайся.

— Как скажешь, — кот потянулся, зевнул и снова улёгся, подставив пушистое брюшко потоку воздуха из открытого окна. — Удачи в завоевании соседа!

— Спасибо, дорогой. Постараюсь не разочаровать.

________________________________________

Ресторан пансионата располагался на первом этаже, и из его больших панорамных окон открывался потрясающий вид на море. Я не пожалела, что выбрала именно его. Пока мне всё нравилось: столики, расставленные у распахнутых окон, шум волн, накатывающих на берег, солёные брызги, осыпавшие каменный пол террасы и время от времени влажными крупинками залетавшие в зал.

Я быстро осмотрела посетителей.

В ресторане собралось немало гостей. В углу, скрываясь в тени развесистой пальмы в кадке, сидел тролль — затянутый в балахон, характерный для южной окраины Рейшата, мужчина с грубыми чертами лица и тяжёлым взглядом. Он медленно жевал кусок мяса, время от времени бросая внимательные взгляды по сторонам. Через столик от него устроился молодой рыжебородый гном — не такой добродушный, как Бруно, а скорее деловитый и собранный. Бородка его была аккуратно острижена по гномьей моде, а из кармана жилета свешивалась золотая цепочка от часов. Он что то быстро записывал в блокнот, то и дело доставая часы и глядя на время.

Чуть дальше, у окна, расположились двое мужчин — оборотней магов. Их выдавали не только крупные плечи и звериные глаза, но и едва уловимая аура магии стихий. Официанты в аккуратных чёрных костюмах бесшумно скользили между столиками, принимая заказы, убирая посуду и подливая напитки. Их движения были отточенными, почти танцевальными, и это добавляло ресторану особого шарма. Я будто явилась на бал, где из танцующих только я и кавалеры.

Остальных я не рассмотрела, зато чувствовала, что все взгляды обратились ко мне. Именно этого я и добивалась.

Подойдя к свободному столику у окна, я села и взяла предложенное официантом меню. Открыв папку, я стала изучать не блюда, а сидевших на противоположной стороне гостей. Мне нужен был мой сосед!

Но его не было. Вместо него мой взгляд наткнулся на тщедушного блондина, сидевшего за столиком неподалёку. Худые плечи, короткие белые усики, голубые

Наши глаза встретились. Он на секунду замер, рассматривая моё лицо и выставленную напоказ верхнюю часть груди с тем же пренебрежением, что и несколько мгновений назад, а после его брови слегка нахмурились, и он недовольно покачал головой. Я ему не понравилась! Злость подкатила к горлу едкой желчью. Я! Самая красивая женщина этого мира! В действии своих духов я не сомневалась. Однако во взгляде блондинчика не было восхищения, не было того восторга, который я видела в глазах других мужчин. Он меня осудил! Меня! Будто я должна была заслужить его одобрение!

Я резко выпрямила спину и вздёрнула подбородок. Да как он посмел! Да я… да я его… я…

Так меня ещё не унижали!

Я лихорадочно придумывала план мести. Отравить? Превратить в жабу? Отобрать голос и заставить лаять, как собака? Эх, зря я не взяла котёл и книгу…

Меня отвлёк официант, молодой волк оборотень с лунно жёлтыми глазами и вежливой улыбкой.

— Добрый вечер, — произнёс он, слегка наклонив голову. — Что будете заказывать?

Я сделала глубокий вдох и попыталась сосредоточиться на меню.

— Пожалуй, я буду стейк с кровью, — озвучила так громко, чтобы сосед учёный меня услышал. — И дайте мне самый острый соус. Чтобы перебить пожар, разгоравшийся внутри.

— Гарнир? Напитки? — переспросил официант, и я бездумно кивнула.

— На ваш вкус.

Мне всё равно, что есть. Любая еда мне покажется травой после такого.

— Отличный выбор, — дежурно кивнул оборотень и удалился.

Пока я делала заказ и придумывала, что можно сделать прямо сейчас, усатик снова уткнулся в книгу, потеряв ко мне всякий интерес.

А потом я увидела его — моего прекрасного соседа по балкону. Он выглядел великолепно: лёгкие брюки, мокасины, тонкая белая рубашка с закатанными до локтя рукавами, две верхние пуговки расстёгнуты, обнажая сильную загорелую шею с ниткой деревянных бусин оберегов. Тёмно каштановые волосы красивой волной зачёсаны назад, открывая высокий аристократичный лоб. Прямой нос, пухлые губы, чёрная дуга бровей. И плюсом ко всему широкие плечи, плоский живот и крепкие бёдра и ноги. И этот идеальный образец мужской породы с лёгкой небрежностью в движениях направлялся прямо ко мне.

Во рту пересохло, а сердце в груди забилось быстро быстро. Я взяла бокал с водой и сделала жадный глоток. Легче не стало.

— Простите, что не поприветствовал вас днём на балконе, — поравнявшись с моим столиком, произнёс брюнет с обезоруживающей улыбкой. — Был так погружён в свои мысли, что даже не заметил, как рядом появилось такое чудо. Позвольте искупить вину и провести этот вечер с самой обворожительной девушкой на всём курорте?

— Ну, если вы так старательно просите прощения… — протянула я, делая вид, что раздумываю, хотя сама уже растаяла под его обаянием, как кубик льда на солнце. — Пожалуй, я вас прощу.

Он рассмеялся, и этот смех музыкой полился в мои уши. Даже если его внимание — следствие зелья, я не испытывала разочарования или чувства вины. Если будет нужно, я каждый день буду обливаться духами ради него.

— Спасибо за великодушие, — шутливо поклонился сосед. — Меня зовут Максимилиан Тэрн. Для вас просто Макс. Я обещаю, что сегодняшний вечер вы не забудете никогда.

— Никогда? — я красиво изогнула бровь.

— Никогда, — заверил он меня и, сев напротив, не сводил с меня откровенно восторженного взгляда. Его глаза скользнули по вырезу на моём платье, по кокетливо выглядывающим холмикам груди, поднялись по обнажённой шее к губам и замерли там, в жадном предвкушении. Мурашки пробежали по коже, и я облизнула губу, обнадеживая красавца. Его нескрываемое влечение и восхищение льстило.

— Лилиана, — я протянула ему руку для поцелуя и взамен ощутила жаркое дыхание на тыльной стороне запястья.

— Очень приятно.

— Для вас — можно просто Лили.

Макс послал мне воздушный поцелуй, и я, сделав вид, что приняла его, поцеловала кончики своих пальцев.

Вечер обещал быть интересным.

Весь ужин Макс сыпал комплиментами, шутками, рассказывал забавные истории из своей жизни. Маг работал преподавателем в школе для мальчиков, а мальчишки постоянно что то придумывали и влипали в неприятности. Он шутил и на тему ведьм, но делал это так легко и без злобы, что я смеялась от души. Без критики к своей профессии никуда.

— Говорят, ведьмы могут превратить любого мужчину в лягушку, — подмигнул он. — Но я готов рискнуть. Лишь бы вы продолжали так улыбаться.

— Нет, я бы ни за что не превратила вас в лягушку. Вы слишком красивы для этого, — отшутилась я. — Я бы заколдовала вас в кота, чтобы гладить перед сном и слушать мурлыканье утром.

— Так ваш кот… — артистично округлил глаза брюнет. — Он мужчина?

Я неопределённо пожала плечами, а после серьёзно заявила:

— Он мой бывший муж! — Макс напрягся, а я рассмеялась. — Расслабьтесь. Он мой фамильяр.

Я смеялась, чувствуя, как с каждым мгновением напряжение последних дней тает, растворяется в этом тёплом свете ламп, в шуме моря за окном, во внимании нового знакомого. Макс, как преподаватель, мастерски умел быть в центре внимания, но при этом он говорил и делал так, что центром мира чувствовала себя я.

Постепенно ресторан пустел, и в какой то момент остались только мы с Максом и заучка-усатик в дальнем углу. Он по прежнему сидел, уткнувшись в книгу, время от времени делая пометки в тетради.

Но вскоре ушёл и он, бросив быстрый разочарованный взгляд на меня и кивнув Максу. Они что, знакомы?

Я не понимала блондинчика. Он смотрел на меня так, будто я сделала что то не так, нарушила какие то невидимые правила, о которых он знал, а я нет.

Додумать я не успела. Макс вернул кивок и, дождавшись, когда усатик учёный выйдет из зала, обратился ко мне:

— Октавиус всегда такой серьёзный. Учёный, что с него взять. Ему бы только копаться в пыли. А настоящая жизнь проходит мимо.

Я не стала спорить. Вместо этого я улыбнулась, позволяя себе просто наслаждаться моментом. Так много я не смеялась с самого детства, и завтра у меня, наверное, будут болеть щёки. Зато какой вечер!

Мы вышли из ресторана, когда ночь уже полностью вступила в свои права. Угольно чёрное небо было усыпано звёздами, а море ласково баюкало берег.

— Волшебная ночь для прогулки. Пройдёмся? — предложил Макс, указывая на подсвеченную магическими шарами аллею, идущую вдоль берега.

— Может

Я, конечно, планировала продолжение, но не на мокром песке, а в чистой мягкой кровати отеля.

— Завтра утром встретимся на пляже? — с надеждой спросил он, слегка наклонившись ко мне. — Покажу тебе одно место, где рассвет особенно красив.

«И очень укромное», — добавила мысленно я за него.

А что, мне нравится! Я кивнула, чувствуя, как внутри разгорается приятное предвкушение.

— С удовольствием, люблю встречать рассвет.

— Тогда до встречи, прекрасная ведьма, — Макс поднёс мою руку к губам и легко коснулся её губами, потом ещё и ещё, посылая тёплую волну желания по телу. Если от простого взгляда и поцелуя руки я покрываюсь мурашками удовольствия, то что будет, если он меня поцелует?

Я вернулась в номер, всё ещё улыбаясь. В комнате было тихо и прохладно. Симус по прежнему лежал на кровати, подставив пушистое брюшко лёгкому ветру из открытого окна.

— Ну что, Лилимяу, — промурлыкал он, не открывая глаз. — Вечер удался.

— Ещё как удался, — подтвердила я и, сняв платье, легла на кровать рядом с котом. Ноги приятно гудели, и я вытянула их, свесив с края матраса.

Кот приоткрыл один янтарный глаз и покачал головой.

— Только не говори, что этот красавчик — твоя судьба. Слишком уж он блестящий.

— А я люблю блестяшки! — рассмеявшись, я забиралась под одеяло. Усталость накатывала мягкой волной. — Разбуди меня за полчаса до рассвета. У меня свидание.

— Опять? — фыркнул он.

— Ага.

— А ещё я сказала, что ты мой бывший муж.

— И?

— И он поверил, — пробормотала я.

— Значит, не судьба, — заключил Симус.

А потом я уснула крепко и сладко, мысленно планируя завтрашнее утро и новую встречу с Максом.

Глава 4. Камень на берегу

Утром, когда рассветное солнце ещё только лениво выкатывалось из-за горизонта, я была готова к свиданию с Максом. Я надеялась не только приятно провести время, но и от души поплавать, поэтому под лёгкое парео надела мой любимый купальник — шорты и лиф в зелёный горох. Тонкий и невесомый, он дарил мне ощущение лёгкости и игривости. Сняв привычные тёмные платья из плотной ткани, я чувствовала себя не ведьмой, а феей. Только вместо крыльев у меня был язвительный фамильяр и дрянной характер, смириться с которым без специального средства будет ой как непросто. Я от души надухарилась зельем мисс Беренсби. Теперь, когда у Макса появился ко мне интерес, оно точно должно подействовать.

Симус, развалившись на кровати, наблюдал за моими приготовлениями с ленивым интересом.

— Шляпу возьми, не то голову напечёт, — он подбросил в воздух широкополую белую шляпу и магией переправил ко мне.

— Ты остаёшься? — спросила я, надевая шляпу на голову и красиво загибая поля.

— Тут ветерок, тут спокойно, — он потянулся, открыл рот, будто хотел что то сказать, но передумал. — Удачи с красавчиком, — промурлыкал он, и я рассмеялась.

— Спасибо, Симус. Постараюсь не разочаровать себя и тебя.

* * *

Дорога к пляжу шла мимо главного входа по той самой дорожке, что я приметила вчера, и плавно переходила к песчаному берегу. С каждым шагом шум волн становился всё громче и приятнее уху. Я уже предвкушала, как сниму лёгкие туфли и опущу ноги в прохладную воду, когда у больших валунов впереди себя увидела вчерашнего усатика. Склонившись над гладкой серой поверхностью, он старательно записывал что то в свою тетрадь. Путь вперёд перегораживал он, возвращаться назад не хотелось. Вдруг Макс ждёт меня дальше по берегу? Мы не обговаривали конкретного места. А пляж большой, но в какой-то мере и маленький. Второй раз за два дня я натыкаюсь на этого парня. Вот же невезение!

Я нахмурилась. Моё самолюбие ещё не забыло его вчерашний взгляд — такой жалостливый, такой осуждающий. Червяк злости заворочался внутри. Этот усатик был таким правильным, таким занудным. Даже противно. Особенно в сравнении с Максом он проигрывал по всем фронтам: Макс был ярким, живым, умел рассмешить одним словом. А этот…

Ну что в нём может быть интересного? Одни правила и цифры. Или что он там пишет?

Я попыталась незаметно пройти мимо и подсмотреть в его тетрадь. Ведьминское любопытство — вещь такая, против неё не попрёшь. Вытянув шею, я осторожно со спины попыталась рассмотреть написанное. Хотя буквами назвать их было нельзя. Скорее, рисунки или иероглифы: волны, глаза, птицы, цветы, солнце. Ничего не понятно, но очень интересно.

Блондин резко развернулся.

— Доброе утро! Тоже интересуетесь древней письменностью? — самые голубые в мире глаза посмотрели на меня. На губах — лёгкая приветливая улыбка.

А учёный, несмотря на дурацкие усы, очень даже неплох собой. Если сбрить эту жуткую поросль у него под носом…

Я мысленно одёрнула себя, напоминая, что мне нравится Макс! Он красивый, он тот, кто мне нужен, и вообще — он красивый, обаятельный, притягательный. Я отстранилась, чувствуя, как щёки заливает румянец.

— Нет, я… я просто гуляла.

— А, — протянул он. — Я Октавиус Хейз, учёный. Изучаю древние языки. А вы?

— Лилиана Бэлворд, — на автомате ответила я. — Ведьма.

Октавиус кивнул и ткнул самопишущим пером в поверхность камня.

— Хотите, расскажу? Подойдите ближе, — он отодвинулся немного в сторону, освобождая место для меня.

Я послушно подошла и наклонилась над валуном.

— Вот смотрите, — он указал на первый ряд знаков. — Здесь написано, что это камень очищения. Ему, возможно, больше двух тысяч лет. — Он провёл по второму ряду, словно читая буквы, а не символы. — Каждое двадцатое полнолуние каждого третьего столетия в лунное затмение, когда первый луч солнца касается камня, заклинание активируется.

— И что происходит? — шёпотом спросила я, будто парень открывал мне страшную тайну.

Октавиус пожал плечами, и на его лице мелькнула озорная, почти детская улыбка.

— Вот этого я пока не знаю, — признался он. — Осталась самая сложная часть. Но я близок к разгадке.

— Как разгадаете — поделитесь? — в шутку спросила я, ловя себя на мысли, что мне действительно интересно и я слушаю его совсем не из вежливости. Его увлечение иероглифами было заразительным. Он рассказывал так, будто валун на пляже был не просто камнем, на котором древние набили символы, а настоящим артефактом, наделённым силой. Я провела рукой над поверхностью, но ни грамма магии от валуна не ощущалось.

— Обязательно! — воодушевился учёный. — В тот же день. Доброе утро, ант Тэрн!

Он обратился к кому то за нашими

— Моя прекрасная ведьма! — воскликнул он, подходя ближе. — А я тебя везде искал!

Я хитро улыбнулась.

— Не теряю времени даром. Изучаю древнюю письменность.

— И как, нравится? — Макс будто не замечал застывшего Хейза в ожидании ответного приветствия.

— Очень, — я загадочно улыбнулась.

— Но ты лучше! Пойдём купаться? — Он взял меня за руку и потянул за собой.

— До свидания, мистер Хейз, — бросила я через плечо, едва поспевая за Максом.

Ответ его я не слышала: жаркий шёпот красавца прямо в ухо посылал приятные мурашки по коже.

— Извини, что опоздал, выбирал плавки. Хотел выглядеть безупречно для тебя!

Я рассмеялась, чувствуя, как его беззаботность передаётся и мне.

— Ну, теперь то ты выглядишь идеально, — поддразнила я его.

Мы шли вдоль берега, сняв обувь и погрузив ноги в белую морскую пену. Макс болтал без умолку, рассказывая смешные истории, а я смеялась, как девчонка-адептка ведьмовской школы, но мысли мои то и дело возвращались к парню на берегу и надписям на камне.

Глава 5. Лунное затмение

Стоило нам с Максом дойти до той самой уединённой лагуны, которую он так таинственно обещал показать, как светло голубое безоблачное небо вдруг потемнело. В считанные мгновения поднялся ветер, и налетели серые свинцовые тучи.

— Ничего себе, — засмеялся Макс, запрокинув голову. — Похоже, сама природа против нашего свидания.

Он не успел договорить, как с неба хлынул ливень, такой сильный и плотный, что за стеной воды не было видно даже собственных рук. Шляпа не спасла: кокетливо завёрнутые полы прилипли к голове на манер шапки, а парео облепило тело, как вторая кожа.

— Да это не свидание, это катастрофа! — прокричала я сквозь шум дождя.

Макс расхохотался, схватил меня за руку, и мы побежали обратно к гостинице. Песок под ногами превратился в вязкую жижу, и, проклиная внезапную непогоду и скользя на каждом шагу, вымокшие до нитки и с грязными ногами, мы влетели в свои номера.

Симус, дремавший у приоткрытой балконной двери, приоткрыл один янтарный глаз, оглядел меня с головы до ног и фыркнул.

— Похоже, само Проведение против твоей затеи, Лилимяу, — промурлыкал он, снова сворачиваясь клубочком. — Сначала скандал в лавке, потом неудачное свидание… Может, тебе ауру почистить?

— А может, тебе язык почистить?

Я стянула мокрый купальник, накинула халат и плюхнулась на кровать.

Кот проигнорировал моё замечание и, хитро прищурившись, подытожил:

— Кто, если не я, скажет тебе правду? Этот Макс… ну, он, конечно, славный, красивый и всё такое, но как будто не из нашей истории, понимаешь?

— Это как? — устало спросила я.

— Мы живём в реальности, Лилимяу. А он — картинка из театра иллюзий, — невозмутимо пояснил Симус. — Много блеска, много движения, а смысла и чувств маловато.

Я хотела было возразить, но вдруг поняла, что в какой то мере он прав. Макс был ярким, весёлым, обаятельным, но в нём не было глубины: все его мысли были на поверхности. Каждое слово было заготовлено заранее, и я могла предугадать, что он скажет в следующее мгновение.

— Ну и что, что он не очень умный. Зато красивый!

— Ты тоже красивая, Лилимяу, но ещё и умная, — парировал кот. — Подумай своей умной головой и прими решение. Он нам не подходит. Просто морской бриз вскружил тебе голову, и ты потеряла себя.

Я фыркнула, но отвечать не стала. Спорить с фамильяром — то же самое, что спорить с собой. Он говорил то, о чём я старалась не думать. Обманывать Макса, конечно, нехорошо. Но ещё один вечер в его обществе я всё же решила провести. Последнее, но настоящее свидание!

К вечеру распогодилось, и на ужин я собиралась с особой тщательностью. Новое красное платье в пол, распущенные волосы, открытая шея и руки.

Я посмотрела на своё отражение в зеркале, и оно мне очень понравилось. А особенно — отражение Симуса, развалившегося на кровати и с воодушевлением вылизывающего задние лапы и животик. Я совсем перестала уделять ему время, даже минутки не находила в эти два дня, чтобы почесать его за ушком и погладить мягкую спинку. Но я исправлюсь. Вот только схожу на свидание с Максом, и завтра же исправлюсь.

Достав из сумки два флакончика, я осторожно смешала их содержимое: духи, вызывающие влечение, и любовное зелье. Аромат получился необычным: жасмин переплетался с шиповником, а лаванда — с пряными нотами. Я капнула смесь на запястья, за ушки и на шею, чувствуя, как запах окутывает меня с головы до ног. Потрясающе!

— Даже я в тебя влюбился, Лилимяу, — буркнул кот.

Помахав ему на прощание ручкой, я отправилась вниз на ужин.

Я планировала быть этим вечером самой красивой, самой желанной, самой неотразимой. Входя в распахнутые двери ресторана, я почему-то в первую очередь посмотрела на столик у окна, за которым сидел прошлым вечером парень-учёный. Он пустовал. Я обвела глазами остальные — и там его не было. Зато у выхода на террасу меня ждал Макс с корзинкой в руках.

— Планы меняются! Я приглашаю тебя на пикник! — Он махнул корзинкой, из-под крышки которой выглядывал угол ресторанной салфетки. — Сегодня редкое небесное явление — лунное затмение. Оно бывает раз в триста лет. Пойдем, посмотрим?

Я вспомнила рассказ Октавиуса: раз в триста лет, в двадцатое полнолуние…

Я колебалась всего секунду. Любопытство победило.

— Ладно, — кивнула я, и губы Макса растянулись в довольной улыбке. — Только пойдём к камню, хочу увидеть магию древних надписей.

Мы вышли через террасу и пошли к берегу. После дождя заметно похолодало. Ветер усиливался, и я пожалела, что не взяла свитер. В лёгком открытом платье совершать ночные прогулки не очень приятно.

— Держи, — Макс заметил мой озноб и, сняв свой жакет, накинул мне его на плечи. — Не хочу, чтобы ты замёрзла.

Ткань ещё сохранила его тепло, и я укуталась в жакет, вдыхая присущий только ему запах — свежий, холодный, с лёгкими нотками цитруса. Я подняла глаза и увидела, как лунный свет играет на его широких плечах и груди. Да, он был по-настоящему красив и галантен.

Мы дошли до камня, и я увидела, что там уже всё готово: расстелено покрывало, расставлены свечи и приборы для ужина. Макс предложил мне присесть, а сам вытащил из корзинки фрукты, сыр и конфеты. Я взяла дольку апельсина и с удовольствием съела, пока мой спутник наполнял два фужера на тонких ножках яблочной минеральной водой.

Мы сели рядом, заворожённо глядя на ночное небо, в котором луна медленно закрывалась багровой тенью.

— Знаешь, —

Он потянулся ко мне, чтобы поцеловать. Я обернулась к нему… И в этот момент из темноты раздалось громкое некрасивое чихание. Наши губы замерли в миллиметрах друг от друга. Я улыбнулась, и тут чихание повторилось снова.

— Да какого! — не выдержал Макс и встал на ноги, высматривая нежеланного свидетеля нашего свидания.

Октавиус Хейз вышел из-за камня, смущённо потирая нос.

— Простите, — пробормотал он. — У меня аллергия на дикий шиповник.

Я замерла. Шиповник был одним из главных ингредиентов моего зелья.

Максим нахмурился.

— Что ты тут забыл? — резко спросил он, явно не настроенный на дружескую беседу. Только что Октавиус испортил ему предложение руки и сердца.

Учёный скромно пожал плечами.

— Изучаю надписи на камнях. Я же говорил утром. — Он посмотрел на меня. — Я расшифровал последние символы! — Он бросил быстрый взгляд на луну. — Уже сейчас! Смотрите! Они должны засветиться в отражённом свете смены луны.

Как будто в подтверждение его слов, надписи на камне вспыхнули золотым светом, и волна энергии прокатилась по пляжу. Яркая вспышка на мгновение ослепила, и, закрыв глаза ладонью, я слышала восторженный голос Хейза:

— Оно работает! Древнее заклинание очищения!

А потом я почувствовала, как что-то внутри меня изменилось. Я чувствовала себя обнажённой, хотя всё так же оставалась в платье и обуви. Действие всех моих настоек исчезло. Я посмотрела вниз на свои волосы и увидела не ярко рыжие пряди, а всего лишь тёмно-каштановые. Мой настоящий цвет волос, не окрашенный специальным шампунем.

— Святое Проведение! — прошептала я.

Максим вдруг отступил от меня на шаг, глядя с недоумением.

— Ты… — начал он, моргая. — Что со мной было?

Его голос звучал растерянно. Очарование спало. Теперь он смотрел на меня не как на желанную женщину, а просто как на незнакомку, обманувшую его.

— Это зелье, — тихо сказала я, чувствуя, как к горлу подступает ком. — Прости.

Максим сжал кулаки, его лицо исказилось от гнева, превращая из прекрасного принца в жуткого монстра.

— Ты меня околдовала?! — закричал он. — Меня! Максимилиана Тэрна! Да как ты могла?!

Я хотела что-то сказать, но слова застряли в горле. Я с ужасом следила, как на ладони Макса вспыхнул ярко синий, потрескивающий от силы, энергетический шар.

Я приготовилась к неминуемой смерти. Ведьма не может противостоять стихийному магу. Даже Симус в такой ситуации не смог бы меня защитить.

Помощь пришла, откуда не ждала. С криком: «Стой!» — Октавиус Хейз бросился вперёд. Одним движением он развеял стихийную магию, а заодно и нижнюю часть гардероба Максима. Полы обрезанной до талии рубашки смешно хлопали по его накачанному животу, выставляя на всеобщее обозрение не очень то большое достоинство. Даже совсем маленькое, крохотное.

Я истерично захохотала. Холодный ветер хлестнул Макса по ягодицам, и он, осознав потерю и покраснев от стыда и ярости, бросился прочь, прикрываясь руками.

Я закрыла лицо руками, чувствуя, как по щекам катятся слёзы.

— Тише, — мягко произнёс Октавиус, садясь рядом со мной и мягко касаясь плеча. — Всё хорошо. Он уже ушёл.

Я подняла на него заплаканные глаза.

— Так ты маг? — прошептала я.

Октавиус улыбнулся.

— Маг демиург. Могу создать, могу развеять, — бесхитростно признался он. — Я не люблю использовать магию. Предпочитаю науку.

Я рассмеялась сквозь слёзы.

— Ты самый странный парень, которого я встречала.

— А ты — самая глупая ведьма, которую встречал я, — парировал он.

Я вскинула на него глаза.

— Почему на тебя не подействовало зелье, если ты маг?

Октавиус и тут нашёлся с ответом:

— Я с рождения не чувствую запахов, и зелья со мной не работают.

Октавиус протянул мне руку.

— Забудем о зельях. Хочешь, я завтра покажу тебе пещеру с останками настоящих древних драконов? Говорят, они жили здесь ещё до того, как люди пришли на эти земли.

Я кивнула, откидывая прядь каштановых волос за спину. Если этот усатый парень, увидев меня настоящую, с конопушками, большой родинкой на правой щеке и курносым носом, не испугался и позвал меня на прогулку, я не могла отказаться. Ведь Провидение лучше знает, что нам подходит.

— С радостью. А можно я возьму с собой своего фамильяра Симуса? Он очень любит пещеры, — попросила я, вспоминая про котика.

— Конечно. Втроём будет только веселее!

Луна, освободившись от преграды, щедро лила свой свет на берег. А мы ещё долго болтали о древних артефактах, уплетая самый вкусный в нашей жизни ужин — конфеты, яблоки и апельсины.

Конец.