Мой рождественский медведь

Глава 1

Ариана Хоукис

Мой рождественский медведь

Внимание!

Текст предназначен только для ознакомительного чтения. После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно её удалить. Сохраняя данный текст, Вы несёте ответственность в соответствие с законодательством. Любое коммерческое и иное использование, кроме предварительного ознакомления, ЗАПРЕЩЕНО. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Ариана Хоукис

Мой рождественский медведь

Серия: «Медведи-оборотни на Рождество», книга 2

Над переводом работали:

Перевод:Denika

Сверка:Юлия

Редактор:Настена

Вычитка:Мария

Дизайн обложки:Оксана

Мэдисон Армстронг кружилась по гостиной своего нового дома, раскинув руки в стороны.

— Ты так делала, когда тебе было пять лет, — произнесла наполненным смехом голосом ее мать Элсбет, сидя на диване.

— И я никогда не перестану так делать, — ответила Мэдисон, улыбаясь, стоя неподвижно и ожидая, когда ее голова перестанет кружиться. — Это гораздо больше, чем я получила бы в Чикаго за такие деньги.

— Это ведь неплохое место, правда? Жизнь в Мисти Холлоу имеет некоторые преимущества.

— Я знаю, что это так, и счастлива вернуться сюда, мама. Мне просто нужно немного времени, чтобы привыкнуть к жизни за пределами большого города.

— Конечно, дорогая. И я действительно благодарна тебе за то, что ты здесь, но я просто чувствую себя такой виноватой, что отрываю тебя от твоей жизни. — Мэдисон пересекла большую гостиную и присела рядом с мамой, взяв ее за руку.

— Мама, мой главный приоритет — заботиться о тебе. И мне давно пора было уехать из Чикаго. Это отличное место с большими возможностями для карьеры, но не такое хорошее место для жизни. И теперь, когда я больше не замужем за другим крутым адвокатом, мои приоритеты изменились. — Элсбет поймала пальцами прядь густых каштановых волос Мэдисон и заправила ее в идеальную прическу дочери.

— Я просто переживаю, что тебе здесь будет скучно и ты испортишь свою карьеру, работая адвокатом в маленьком городке.

— Нет, вовсе нет. Я была расстроена офисной политикой, когда уходила из «Харберт и Браун». Если я когда-нибудь снова буду работать в Чикаго, это будет продолжение адвокатской конторы, которую я открою здесь. У меня все еще есть два моих самых крупных клиента, которые были лояльны ко мне в течение долгого времени, и этого достаточно, чтобы двигаться дальше. Но, честно говоря, я с нетерпением жду возможности работать на здешнее сообщество и помогать людям делать их жизнь лучше. И я не думаю, что это изменится в ближайшее время.

Глаза Элсбет были полны гордости, когда она смотрела на свою дочь.

— Ты всегда была милой, даже когда тебя распирало от амбиций. Я знала, что ты будешь достаточно жесткой для закона, хотя и немного волновалась, что это сломает твою чувствительность. Я была так счастлива, что этого не случилось.

— О, потребуется нечто большее, чем беспощадная юридическая карьера и горький развод, чтобы превратить меня в большую старую вредину! — сказала Мэдисон, обнимая Элсбет за плечи.

— Это моя девочка. А теперь скажи мне — ты собираешься взять отпуск, прежде чем начнешь работать в своем новом бизнесе, верно?

— Я не буду работать, пока ты полностью не оправишься после операции, мама, — ответила Мэдисон, взглянув на ногу матери, которая была в гипсе после недавней операции на колене. — Я чувствую, что мы не достаточно видели друг друга в последние несколько лет, и я хочу наверстать упущенное.

В этот момент входная дверь с грохотом распахнулась, и в комнату влетела девочка с растрепанными каштановыми волосами и розовыми щеками, неся большую картонную коробку.

— Эй, Эбби! — Мэдисон позвала свою одиннадцатилетнюю племянницу. — Что это у тебя?

— Привет, тетя Мэдисон, бабушка, — сказала Эбби, ставя коробку на середину комнаты. — Мама попросила меня принести тебе рождественские украшения. И она спрашивает, не хочешь ли ты съездить за елкой сегодня вечером?

— Спасибо, милая. И да, это было бы здорово! Можешь попросить ее сообщить мне во сколько?

— Да, она сказала, что около шести заедет за тобой на грузовике.

— Отлично. Ты уже приобрела себе костюм для парада? — Эбби закатила глаза.

— Да, но это глупо.

— Почему ты так говоришь, милая? — спросила Элсбет, протягивая руки в знак того, что хочет обнять внучку. Эбби подбежала и крепко обняла ее, улыбка осветила милое, озорное лицо девочки. Мэдисон посмотрела на племянницу с нежностью, радуясь, что она была таким добродушным ребенком с несформированным мировоззрением. После того как Элсбет отпустила ее, Эбби театрально вздохнула.

— Это костюм помощника Санты, который я всегда надеваю. Он слишком мал для меня, но я не хочу покупать новый костюм, потому что в следующем году буду слишком большой, чтобы участвовать в параде.

— Кто это сказал? — спросила Элсбет.

— Мелинда в школе. Она говорит, что это не круто — ходить в нем, когда ты подросток.

— Ну, по моим подсчетам, ты не будешь подростком в следующем году. А быть крутым — значит делать то, что ты хочешь, а не то, что тебе говорят другие. — Эбби снова вздохнула.

— Наверное, я знаю, — ответила она. — Иногда Мелинда бывает злой.

— Тебе нравится учувствовать в параде, не так ли? Это была твоя любимая часть Рождества

— глаза Эбби заблестели.

— Да, знаю, — призналась она.

— Хорошо, как насчет того, чтобы мы все вместе сшили тебе костюм в этом году? И если это твой последний год на параде, тогда это будет чем-то, что ты запомнишь, а если нет, то сможешь надеть его и в следующем году, — сказала Мэдисон.

— Да! — воскликнула Эбби, поднимая в воздух свой маленький кулачок. — Я бы с удовольствием. Спасибо, тетя Мэдисон. — Эбби крепко обняла ее и бросилась к двери.

— Она такой замечательный ребенок, — произнесла Мэдисон, когда племянница ушла. — Мне грустно, что я пропустила ее взросление.

— Не волнуйся, она еще молода, а ты здесь, и это самое главное, — ответила Элсбет.

* * *

В пол седьмого вечера сестра Мэдисон, Карен, подъехала к дому на своем пикапе.

— Обязательно купи хорошую и большую ель, — сказала Элсбет, пока Мэдисон собирала пальто и сумочку.

— Это и так ясно! — ответила Мэдисон, глядя на высокий потолок своего нового дома. — Думаю, что все, что ниже пяти футов ростом, будет выглядеть здесь нелепо! Увидимся позже, мам. — Она поцеловала Элсбет в щеку, выскочила за дверь и запрыгнула в грузовик рядом с Эбби.

— Привет,

— Нет, ты приехала как раз вовремя. Плюс полчаса — это всегда то время, когда я жду тебя, — ответила Мэдисон с усмешкой. Карен прищелкнула языком.

— Суровая оценка, но справедливая, — согласилась она.

— А где София? — спросила Мэдисон о своей второй племяннице.

— Она, как обычно, тусуется со своей лучшей подругой Мариной. Подростки. Ты же знаешь, — Мэдисон понимающе кивнула.

— Тетя Мэдисон, я уже решила, кем хочу быть на параде, — вмешалась Эбби.

— И кем же?

— Призраком прошлого Рождества, — Мэдисон разразилась пронзительным смехом.

— Неужели? Эм... я имею в виду... это звучит очень круто. Итак, ты собираешься явиться в простыне? — Эбби хихикнула.

— Не-е-ет! Я хочу, чтобы люди могли меня узнать! Так что я просто сделаю свое лицо очень бледным или что-то в этом роде. И мне нужна свеча на голове.

— Да, так и будет, — сказала Карен.

— О, я думаю, мы можем создать что-то действительно похожее на свечу, — проговорила Мэдисон, поворачиваясь на сиденье и подмигивая племяннице.

Через полчаса езды по горам они прибыли к месту назначения. Это был большой открытый магазин, который, казалось, не продавал ничего, кроме хвойных деревьев.

— Это что-то новенькое, да? — спросила Мэдисон.

— Да. Магазин существует уже около трех лет. Он принадлежит семье медведей-оборотней.

— Медведи-оборотни. Я почти забыла о них.

— Да, они были более заметны в наши школьные годы, но теперь они, как правило, живут за пределами общины. Я думаю, это потому что в информационном веке им труднее держать свою личность в секрете от всего мира.

— Это довольно грустно. Я всегда знала, что мы не должны были упоминать о них посторонним, но думаю, что в наши дни всегда найдется кто-то, кто сфотографирует их на свой телефон или опубликует что-то небрежное на Фейсбук.

— Точно. Так что это эко-бизнес. Они выращивают деревья без химикатов и сдают их нам на Рождество, а когда Рождество закончится, они приедут и заберут их. Затем они снова выращивают их до конца года и сдают в аренду на следующее Рождество.

— Это так здорово! — проговорила Мэдисон. — Я всегда чувствовала себя такой виноватой, когда после Рождества елка отправлялась в мусорное ведро.

Они вошли во двор, Эбби шла вприпрыжку впереди.

— Здесь такой большой выбор, что я не знаю, с чего начать, — сказала Мэдисон, глядя на ошеломляющее множество деревьев всех форм и размеров.

— Чем могу помочь, дамы? — спросил высокий темноволосый мужчина, подходя к ним. Он был одет в красную рубашку лесоруба и выцветшие джинсы, и был поразительно хорош собой. У него были выразительные карие глаза, квадратная челюсть и полные, хорошо очерченные губы. И — Мэдисон вдруг поняла, что это был кто-то, кого она знала раньше. Ее сердцебиение немного ускорилось, и, что было для нее нехарактерно, она почувствовала легкую дрожь, когда открыла рот, чтобы заговорить с ним.

— Разве мы не учились вместе в школе? — спросила она. В тот же миг в его глазах промелькнуло узнавание.

— Думаю, да, — сказал он с усмешкой, протягивая ей руку. — Я Брок.

— Мэдисон! — ответила она, на мгновение отвлекшись от того, насколько крепким и теплым было его рукопожатие. Он нахмурился.

— Кажется, я не видел тебя с тех пор, как мы уехали?

— Я была в отъезде, — произнесла она. — Я прожила в Чикаго последние десять лет, но только что вернулась в Мисти-Холлоу.

— Лучшее в мире место для жизни, — ответил он с легкой усмешкой.

— Это моя сестра Карен и племянница Эбби.

— Рад познакомиться со всеми вами. — Брок пожал им обеим руки, а Эбби смотрела на него широко раскрытыми глазами. Он был очень высок, по меньшей мере шесть футов четыре дюйма, коренаст, широкоплеч.

— Это место твое? — спросила Мэдисон.

— Да. Я владею им вместе с моим дядей Грейсоном и кузеном Райли — вон там. — Он указал на двух таких же высоких мужчин, болтавших с покупателями в противоположном конце магазина. — А теперь, возможно, вам всем нужны какие-то рекомендации, чтобы выбрать свое дерево?

— Да, думаю, да, — с улыбкой ответила Мэдисон.

— Итак, у нас есть голубые ели, сербские ели, пихты Фрейзера и норвежские ели, — сказал он, ведя их вокруг. — У них разные достоинства и недостатки…

Пока он объяснял, что же это за черты, Мэдисон украдкой поглядывала на него. Брок Флетчер. Она точно знала, кто он такой. Она только притворялась, что плохо его помнит. И он не стал менее горячим за эти годы. На самом деле, взрослая жизнь сделала его еще более красивым. В старших классах она восхищалась им издалека. Он был одним из группы медведей-оборотней. Они всегда держались особняком и неофициально были вне пределов досягаемости. Например, девушкам не запрещалось встречаться с ними, но они никогда не проявляли интереса, и всегда предполагалось, что люди будут встречаться с людьми, а оборотни — с оборотнями. Но он все еще был предметом многих ее подростковых фантазий. Даже когда ему было пятнадцать, он был более мужественным, чем человеческие мальчики в ее классе, и она часто задавалась вопросом, каково это — встречаться с оборотнем.

— Так, каков ваш выбор? — спросил Брок, и Мэдисон поняла, что он смотрит прямо на нее своими сияющими карими глазами. Она резко вернулась к реальности, покраснев. Она была погружена в мечты, слушая звук его голоса — глубокий, скрипучий и звучный — вместо его слов.

— Тетя Мэдисон? — позвала Эбби, похлопывая ее по руке.

— Прости! Я немного ошеломлена, — сказала она, пытаясь быстро прийти в себя.

— По-моему, лучше всего голубая ель, с таким чудесным голубым оттенком, — вмешалась Карен.

— Да, я согласна, — ответила Мэдисон, стараясь говорить, как умная, решительная женщина, а не как легкомысленная школьница.

— Отлично. Таким был бы и мой выбор, — проговорил Брок, одарив ее улыбкой, от которой дрожь пробежала по всему ее телу. — А какую высоту вы ищете?

— Ну, у меня высокие потолки — может быть, футов одиннадцать. Так что, думаю, довольно высокую?

— Тогда, может быть, девять футов. Как эта? — он указал на прекрасный экземпляр с красивыми густыми иголками. Ель была превосходной. Мэдисон сложила руки вместе.

— Да, такую! — сказала она.

— Здорово. Мы можем доставить, если хотите? — она хотела сказать «да», просто чтобы дать себе повод снова увидеть его.

— О, не надо, у моей сестры есть грузовик, — вместо этого произнесла Мэдисон. На мгновение ей показалось, что Брок разочарован, но потом она приказала себе перестать быть такой глупой.«У него внешность Бога и, вероятно, есть жена медведь-оборотень, которая красива и

— Итак, с вас семьдесят пять долларов, — промолвил он. Мэдисон дала ему наличные, и он вернул немного мелочи, вытащив ее из пояса с инструментами, который носил.«Он такой грубый, готовый и мужественный», — подумала она.«Именно таким и должен быть парень, а не самодовольными, подлыми уродами-карьеристами, с которыми я работала последние десять лет».

— Ладно, мы можем идти. Который из них ваш грузовик?

— Вот этот. — Она ожидала, что Брок позовет кого-нибудь из парней, чтобы помочь ему, но вместо этого он взвалил массивное дерево на плечо и понес его к грузовику, положив небрежно, как будто оно ничего не весило.

— Спасибо! — сказала она.

— Это часть службы, мэм, — ответил он, шутливо отдавая честь. — Вот наш номер телефона. — Он протянул ей визитную карточку. — Просто позвоните мне после Рождества, когда захотите вернуть елку. Старайтесь поливать дерево каждый день, чтобы дать ему наилучшие шансы на выживание. — Мэдисон кивнула.

— Так и сделаю.

— И, если я вас больше не увижу, счастливого Рождества всем вам, — сказал он.

— Счастливого Рождества, — ответили мы. Брок помахал рукой и ушел, уже разговаривая с другими посетителями.

— Кто-то влюбился! — пропела Карен, когда они ехали обратно по склону горы.

— Прекрати, — произнесла Мэдисон, смеясь. Потом ее щеки потеплели во второй раз за этот день. — Но разве это было так очевидно? — Карен хихикнула.

— Только потому, что я твоя сестра. Для внешнего мира ты выглядела как образец достойного адвоката.

— Брок и его семья живут в Мисти Холлоу?

— Не думаю. Вообще-то я никогда не видела их вне рождественского бизнеса. У меня такое чувство, что они живут рядом с магазином, но, может быть, я это выдумываю.

— И все они оборотни, верно?

— Да, думаю, что да.

— Интересно, — произнесла Мэдисон, нервно покусывая губу. Карен бросила на нее лукавый взгляд.

— Так и есть, — сказала она. — Сколько времени прошло с тех пор, как вы с Дигби развелись?

— Восемь месяцев.

— А сколько времени прошло с тех пор, как вы с Дигби..., — она прищелкнула языком.

— Возможно, год.

— А сколько времени прошло с тех пор, как ты с кем-то еще..., — она снова прищелкнула языком.

— Э-э, смотри предыдущий ответ. — Карен вздохнула.

— Сестренка, мы должны поскорее это исправить! — сказала она.

— То же самое я могу сказать и тебе!

— Да, но у меня есть и другие развлечения. — Карен наклонила голову в сторону Эбби, которая была увлечена телефоном. — У тебя нет никаких оправданий. И я точно знаю, что прямо сейчас ты задаешься вопросом, каково это — прогуляться по дикой стороне и быть со страстно горячим полу-медведем, — хихикнула Мэдисон.

— Может быть, — согласилась она. — Он хорошо выглядит, не так ли?

— Да. Пожалуй, самый красивый парень, которого я видела во плоти. Я имею в виду, что с такой внешностью его место на большом экране. Они тратятся впустую на Мисти Холлоу и несколько старых рождественских елок. — Мэдисон вздохнула.

— Что он во мне найдет?

— Э-э-э.… сексуальную леди с острым умом, нежным сердцем и порочным чувством юмора.

— Или пухлую, озлобленную женщина с неудачным браком.

— Прошу, ты не такая толстая. У тебя фигура гораздо лучше, чем у меня.

— Не-а, — сказала Мэдисон, окидывая себя критическим взглядом. Она была одета в мятно-зеленый свитер, который выглядел неструктурированным, но на самом деле был скроен так, чтобы свободно облегать ее большой бюст и заканчиваться чуть выше бедер. Она объединила его с черными узкими джинсами и коричневыми сапогами до колен, чтобы максимально использовать свой рост в пять футов семь дюймов. Этот наряд прекрасно подходил для похода в супермаркет, и Мэдисон пожалела, что не выбрала что-то более сексуальное. В прошлом она нанимала личного консультанта по стилю, чтобы та помогла ей выбрать одежду, которая заставляла выглядеть Мэдисон немного менее пышной, чем есть на самом деле, но она всегда была и всегда будет девочкой с большими формами.

— И вообще, — продолжила Карен. — До меня дошли слухи, что они предпочитают пышных девушек вроде нас с тобой.

— Ты имеешь в виду оборотней?

— Да, — Мэдисон помолчала, обдумывая слова Карен.

— Но почему? — спросила она, наконец.

— Возможно потому, что они такие большие, им нравятся женщины с мясом на костях, — ответила Карен с блеском в глазах.

— Ты когда-нибудь встречалась с оборотнем?

— Нет. Так что я знаю это из случайных источников.

— И все равно я уверена, что он женат.

— Спаренный.

— А?

— У медведей оборотней есть пары. — Мэдисон вздрогнула.

— О, это... это..., — она обмахнулась рукой.

— Так оно и есть, верно? — Карен согласилась.

— Мне понравился тот мужчина. По-моему, он очень милый и красивый, — пропищала Эбби.

— Кто?

— Тот, о котором ты говоришь, конечно. — Карен застонала.

— Ты не должна была меня слушать, малышка!

— Ты говорила об этом при мне.

— Но я думала, что ты поглощена своей игрой.

— Я могу быть многозадачной ты же знаешь! — сказала Эбби, широко раскрыв свои большие голубые глаза, и обе сестры захихикали. — Думаю, тебе следует встречаться с тем мужчиной. Но если у него уже есть жена, тогда ты должна встречаться с кем-то другим, чтобы забеременеть и родить ребенка, с которым я буду играть.

— И я думаю, что это отличная идея, — поддержала дочь Карен, на что Мэдисон подняла бровь.

Снова пошел снег, и к тому времени, как они добрались до дома, дерево было слегка припорошено. Они втроем вытащили его из грузовика и затащили внутрь. Наконец, ель стояла в центре гостиной Мэдисон, придавая тихую красоту и изящество своему окружению. Мэдисон смотрела на нее, думая о Броке и его удивительной силе. О том, насколько легко ему было находится среди деревьев, как будто он был связан с миром природы способом, утерянным для людей давным-давно.

— О, она прекрасна! — воскликнула Элсбет. Она сидела перед открытым камином, закутавшись в одеяло.

— Мам, с тобой все было в порядке? — спросила Карен.

— Конечно, дорогая. Ты же знаешь, какой я теплолюбивый жучок зимой. Я только что читала хороший рождественский роман на свой читалке и смотрела на снег.

— Давайте украсим елку! — вмешалась Эбби.

— Предлагаю выпить глинтвейна! — сказал Карен.

— Думаю, что обе идеи превосходные, — согласилась Мэдисон.

— Отлично! У меня дома полная кастрюля. Я только заберу его, — проговорила Карен, уже выбегая за дверь.

Эбби достала все украшения из картонной коробки и разложила их на полу.

— Вау, ты еще и гирлянды купила! — Мэдисон размотала длинную нить огней и обернула их вокруг дерева, встав на стул, чтобы прикрепить их к самым высоким ветвям. Она включила их в розетку, и дерево мгновенно осветилось всеми цветами радуги.

Карен ворвалась в дверь, неся что-то похожее на котел. Она отнесла его на кухню и поставила на огонь. Через пять минут она уже наливала в три кружки восхитительно пахнущее вино.

— С новой рождественской елкой! — сказала она, стукаясь кружками с мамой и сестрой. Мэдисон улыбнулась ей, любя готовность Карен всегда что-то праздновать. — Ладно, давайте нарядим эту штуковину!

Спустя много украшений, и елка была готова, тяжело нагруженная огнями, мишурой, игрушками и другими безделушками, собранными за годы.

Они выпили еще вина и поужинали вместе, прежде чем Карен отправилась домой с Эбби, а Мэдисон помогла маме приготовиться ко сну.

«Все так изменилось за последний год, но, возможно, перемены не так уж и плохи, особенно если они приблизят меня к семье», — подумала Мэдисон, забираясь под мягкое одеяло в своей большой новой кровати. Она вздохнула, устраиваясь поудобнее в центре постели. Она не скучала по Дигби; вся романтика и близость давно были вытеснены из их брака долгими ночами на работе и неудачными попытками забеременеть. Но она скучала по мужчине. Несмотря на свою независимость, Мэдисон тосковала по большому сильному мужчине, который мог бы обнять ее и позаботиться о ней. Растянувшись на постели, ее мысли снова обратились к Броку. Его большому, мускулистому телу, его сильным, нежным манерам, этим ярким карим глазам — как озера, в которые можно упасть и потеряться навсегда. Он должен быть женат — или спарен. Такой парень, как он, в свои тридцать лет никак не мог обойтись без медведицы. Но девушка может помечтать.

Глава 2

Последние пару дней в мыслях Брока Флетчера царил беспорядок. Его дядя Грейсон и кузен Райли постоянно спрашивали у него, что не так, и почему он продолжал давать клиентам не те деревья. По правде говоря, он все еще не мог осознать, что только что произошло. Женщина, о которой он мечтал столько лет, с тех пор как впервые увидел ее в школе, зашла в его магазин и купила рождественскую елку. И сказала ему, что только что вернулась в Мисти Холлоу.

Брок прокручивал их разговор снова и снова. Мэдисон стала еще красивее, чем в подростковом возрасте, когда он восхищался ею издалека. Она превратилась в потрясающую, соблазнительную богиню, такую уравновешенную и элегантную, что Брок был практически не в состоянии разговаривать с ней. Неужели он вел себя странно? Он так часто думал о ней, постоянно представлял, как столкнется с ней, но, когда это случилось на самом деле, он был так удивлен, что вел себя как идиот. Все то, что он мечтал ей сказать, а кончилось тем, что он продал ей дерево и позволил уйти. Брок думал, что его способность общаться с женщинами значительно улучшилась с тех пор, как он был прыщавым ребенком. Женщинам он нравился — во всяком случае, женщинам-оборотням, — но он не нашел себе пару. И в глубине души всегда знал, что это потому, что он не мог забыть Мэдисон.

Она была такой милой, жизнерадостной девочкой, учащейся на год младше него в средней школе. Ее всегда окружала компания хихикающих подруг, но Брок чувствовал, что она немного отличается от них — более амбициозна и целеустремленна. Он часто слонялся по библиотеке, надеясь хоть мельком увидеть ее, и чаще всего она была там, склонившись над стопкой учебников. Его не удивило, что она училась в хорошей школе. А потом до него дошли слухи, что она поступила в юридическую школу и вышла замуж за другого адвоката. После этого Брок понял, что должен забыть о ней, и изо всех сил постарался отодвинуть ее на задний план. Но шли годы, а он так и не смог найти свою пару, и Мэдисон продолжала вторгаться в его мысли. Увидеть ее в магазине было все равно, что увидеть призрака, но красивого и очаровательного.

Она пришла в магазин, чтобы купить большое, пушистое дерево вместе с сестрой и ребенком. Значит ли это, что у нее больше нет мужа? Брок едва осмеливался поверить, что это может быть так. Возможно, это просто означало, что ее муж занят работой. Все, что Брок знал, что, если бы Мэдисон была его парой, он бы никогда не оставил ее одну.

Он попытался задать Грейсону и Райли обычные вопросы о семье Армстронгов, но безрезультатно. В последние годы медвежье сообщество оборотней все больше отдалялось от человеческого, особенно теперь, когда они жили по другую сторону горы, в получасе езды от Мисти Холлоу.

Однако у Брока была причина для волнения — во второй половине дня в городе пройдет ежегодный Рождественский парад, на котором все местные дети, нарядившись в костюмы, будут гулять по городу. Он надеялся увидеть там Мэдисон или даже найти возможность снова поговорить с ней. Каждый год он посещал парад в надежде увидеть ее, и каждый год эта надежда рушилась. Он пообещал себе, что, если она будет там сегодня, и с ней не будет мужа, он наберется храбрости и заговорит с ней, попытается выяснить, одинока ли она. Брок не позволит еще нескольким годам ускользнуть от него. Даже если Мэдисон не свободна или не заинтересуется, по крайней мере, он успокоится и не будет тратить остаток своей жизни, мечтая о том, чему не суждено случится.

Когда Брок пришел на работу, он застонал, прочитав список поставок на сегодня. Их бизнес быстро рос, и теперь они доставляли деревья в дома по всему их горному округу. На день было запланировано тридцать доставок, а ночью шел сильный снег, сделав дороги медленными и коварными. Он и Райли должны быть очень эффективными, чтобы закончить все к параду.

— На сегодня осталось всего три остановки, и все в Майо, — весело сказал Райли сразу после трех часов дня, когда они возвращались из Октона.

— Отлично, а потом мы отправимся в Мисти Холлоу на празднование Рождества, — ответил Брок. Райли нахмурился, глядя на спутниковый навигатор.

— Чувак, я думаю, нам придется отказаться от этой поездки. Это далеко от Майо, и сегодня вечером по прогнозу большой снегопад.

— Но... — Брок запнулся. Он никому не рассказывал о своей жалкой влюбленности в Мэдисон. — Может, найдем возможность как-нибудь это сделать? Я действительно хочу пойти, — Райли удивленно уставился на него. Процессия предназначалась для детей и их гордых семей.

— Просто есть кое-кто, с кем я действительно хочу встретиться, — Райли искоса взглянул на него.

— Этот кое-кто девушка? — спросил он. Брок надеялся, что внезапный жар в груди не достигнет его лица.

— Может быть, — лицо Райли просияло от восторга.

— Почему ты сразу не сказал? Это потрясающе, бро. Самое время найти себе пару. — Брок глубоко вздохнул.

— Послушай, я даже не знаю, свободна ли она. Мне просто... нужно выяснить.

— Кто она?

— Она человек.

— Круто. — Брок наблюдал за лицом Райли. Иметь пару человека не запрещалось, но в его клане это было исключительной редкостью. — И? Я видел ее раньше?

— Хм, она была в магазине пару дней назад.

— Шикарная кудрявая брюнетка в сапогах?

— Да. Но как ты узнал?

— Хм, потому что ты вел себя странно, когда вернулся после того, как положил елку в их грузовик!

— Я был странным? Черт, — Брок потер затылок. В таком случае, он, вероятно, вел себя странно и с Мэдисон.Потрясающе. Просто потрясающе.

— У нее сногсшибательная сестра.

— Да?

— Да. Великолепная соблазнительная фигура, и эти длинные непослушные волосы, с которыми просто хочется поиграть. — Брок понимал, что никак не мог описать сестру. Он был так увлечен Мэдисон, что все остальное отошло на второй план. — Думаешь, эти девушки одиноки? — продолжил Райли.

— Ну, последнее, что я слышал, у Мэдисон был муж, а ребенок — дочь ее сестры, так что думай.

— И все же они тащили это большое старое дерево сами. Нет. Они одиноки. Если бы я был парой любой из них, я бы помог им.

— Я слышал, что люди не так заботливы, как медведи.

— И все же, если бы Мэдисон была твоей, ты бы хотел, чтоб она исчезла с твоих глаз? — Брок рассмеялся.

— Мэдисон — адвокат. Думаю, это делает ее довольно независимой женщиной.

— Еще одна причина, по которой ей понравится быть под защитой в нерабочее время!

— У тебя есть ответы на все вопросы, Райли.

— Я стараюсь, — сказал Райли, пожимая плечами.

— Итак, мы почти в Майо. Если мы быстро закончим с поставками и скоренько вернемся в Мисти Поинт, то, возможно, успеем добраться до Мисти Холлоу до того, как пойдет снег.

— А если мы там застрянем?

— Мы и застрянем. Кто я такой, чтобы стоять на пути медведя и его страсти?

— Спасибо, чувак. Я твой должник, — произнес Брок с усмешкой.

Все дамы, получавшие поставки, желали пригласить Брока и Райли и угостить их рождественской едой и питьем. Они привыкли к этому — люди, как правило, были очень увлечены своей внешностью, и видеть, как расширяются глаза женщин, когда они открывают им свои двери, было обычным делом. В большинстве случаев парни принимали пищу, так как, будучи медведями, чаще всего были голодны, но на этот раз вежливо отказались и поспешили.

Они вернулись в магазин за полчаса до начала парада.

— Не ожидал, что вы так быстро вернетесь, — заговорил Грейсон, выходя им навстречу. — Ты опять быстро ехал, Райли?

— Вроде того, но у нас важная миссия, — ответил Райли.

— Да? И какая?

— Брок запал на женщину. Он хочет узнать, сможет ли найти ее на Рождественском параде в Мисти Холлоу.

— Хорошо, тогда нам лучше запереться и поехать!

— Ты тоже идешь, дядя Грейсон? — спросил Брок.

— Конечно, — ответил он. — Я уже много лет не был на этом параде. Хотя раньше мне нравилось туда ходить; это всегда пробуждало во мне рождественский дух.

— А как же магазин? — Грейсон оглянулся через плечо.

— Люди вернутся завтра, если им нужно дерево. И вообще, уже полчаса никого нет. Я думаю, они все уже отправились на парад. — Он запер дверь магазина, затем открыл пассажирскую дверцу и забрался внутрь, усадив Райли посередине. — Поехали! — сказал он, постукивая по приборной доске. — Не хочу пропустить все самое интересное!

Глава 3

Макияж Эбби наконец-то был сделан, и она выглядела соответственно: бледной и призрачной. На ней был старый белый атласный халат Карен, изорванный и опаленный по краям. На голове у нее была старая соломенная шляпа, обернутая фольгой с золотыми гирляндами.

— Как я выгляжу? — требовательно спросила она, поворачиваясь.

— Ты отлично выглядишь, Эбби. Но разве ты не замерзнешь? — спросила Карен, на что девочка пожала плечами.

— Рядом с другими детьми мне будет тепло, — произнесла она.

— Я не помню, чтобы мне было холодно во время процессии, — сказала Мэдисон. — Что довольно странно, учитывая низкие показания термометра. Но я думаю, что отчасти это из-за волнения, а отчасти из-за безумного количества людей, собравшихся в городе и сохраняющих тепло.

— Возможно, но давай мы возьмем твое пальто, Эбби, и передадим тебе его, если ты позднее замерзнешь.

Мэдисон и Карен отвезли Эбби в начальную школу Мисти Холлоу, где собирались все дети, а затем отправились искать хорошее место, чтобы посмотреть шоу.

В полпятого вечера уже стемнело, но уличные фонари продолжали красиво освещать город бледно-оранжевым сиянием, отражавшимся от снега. Мэдисон оглядела собравшихся, оживленно болтающих, людей. Было много лиц, известных ей с давних времен, и люди продолжали подходить к ней, чтобы приветствовать ее в городе и задать миллион вопросов о том, где она была и почему покинула Чикаго. Нелегко было объяснить, что она развелась, но все были добродушны, и ей нравилось находиться среди людей, которые искренне заботились друг о друге.

— Вот, — сказала Карен, проталкиваясь сквозь толпу и протягивая ей дымящуюся чашку с глинтвейном. — Я подумала, что это поможет тебе справиться со всеми вопросами.

— Спасибо, — ответила Мэдисон, благодарная сестре за проницательность.

— Счастливого Рождества, сестренка!

— Счастливого Рождества. — Мэдисон вздохнула. — Я бы хотела, чтобы мама могла это видеть.

— Я тоже. Ее травма колена очень не вовремя, не так ли? Тем не менее я сделаю много фотографий для нее.

Заиграл детский духовой оркестр, сигнализируя, что процессия вот-вот начнется. Предвкушение покалывало в животе Мэдисон.

— Я так волновалась и нервничала, когда ждала своей очереди выйти в толпу, — сказала она.

— Я тоже! Я всегда боялась, что люди не одобрят мой костюм. Но так было всегда. Не думаю, что имело значение кто во что был одет, пока они делали хотя бы символическое усилие.

— Помнишь, как Мэйзи Кларк так нервничала, что ее стошнило прямо перед нашим выходом?

— Ага! — сказала Карен, и обе девушки захихикали.

— Помнишь тот год, когда Томми Дженкинс забыл свой костюм или что-то в этом роде и ходил с ножницами, пытаясь испортить все остальные, пока Джессика Хенсон не вырубила его каратэ приемом?

— Помнишь, в

— Да, и меня наказали на месяц после Рождества, потому что я была одной из главных зачинщиц. Хотя я просто действовала в целях самозащиты! — они все смеялись и смеялись.

— И разве не здорово, что ты стала мамой, и теперь наблюдаешь как твоя дочь проходит через то же самое?

— Так и есть, сестренка. — Карен сжала плечо Мэдисон. — И я уверена, что с тобой случится тоже самое. Не переживай.

— Спасибо, что сказала это, Карен, — произнесла Мэдисон, поворачивая голову и встречаясь взглядом с сестрой. — Надеюсь, ты права.

Они с Дигби страдали «необъяснимым бесплодием». Они оба были здоровы, и не существовало никакой медицинской причины, по которой они не могли зачать. Этого просто не происходило, что в итоге привело к спорам и взаимным обвинениям, пока они не разлюбили друг друга. Сделав над собой усилие, Мэдисон выбросила эти гнетущие мысли из головы и сосредоточилась на том, чтобы наслаждаться жизнью.

— Они здесь? — спросила Карен, вытягивая шею, чтобы лучше видеть.

— Думаю, да! — Наконец-то появился маленький мальчик, одетый в костюм осла, а за ним вприпрыжку бежала девочка в голубом головном уборе. Она выглядела так, словно под длинным платьем у нее был воздушный шарик. Карен и Мэдисон снова расхохотались.

— О Боже! Я и забыла, какие они до смешного милые! — воскликнула Мэдисон.

За Мэри и ее ослом быстро последовали трое детей с кухонными полотенцами на головах, один из них держал в воздухе звезду из фольги.

— Но где же Джозеф? — спросила Карен.

— Ой, у него сегодня не очень хороший день. — Мэдисон указала на мальчика в головном уборе, который отошел в сторону, причитая и дергая свой костюм.

За вертепом последовал Санта с множеством эльфов. Дюжина девушек примерно того же возраста, что и Эбби, образовали танцевальную труппу оленей. Они выглядели очень мило в коричневых трико, с черными носами и бакенбардами, нарисованными на лицах, и большими войлочными рогами на головах. У одной из них был ярко-красный нос, и она танцевала немного впереди остальных.

— Это так восхитительно! — воскликнула Мэдисон, ее глаза наполнились слезами.

За труппой Санта Клауса следовали снеговики, прогуливающиеся рождественские елки и несколько детей в картонных коробках, украшенных рождественскими подарками.

Мэдисон и Карен захлопали в ладоши и засмеялись, когда один за другим появлялись гениальные костюмы. Мэдисон почувствовала тоску, жалея, что так часто пропускала парад за последние годы. Ей всегда хотелось вернуться в Мисти Холлоу на неделю перед Рождеством, но обычно она либо торчала в суде, либо на скучных приемах у клиентов. Она пообещала себе, что никогда не пропустит его снова.

Они долго ждали появления Эбби, и наконец, она появилась. Достав телефон, Карен сняла ее. Девочка была очень хладнокровным и уравновешенным призраком. Две ее лучшие подруги были одеты в похожие костюмы, и все они несли зажженные свечи. Карен неодобрительно фыркнула.

— Эй, все в порядке, Миссис Томсон рядом, — сказала Мэдисон, указывая на их пожилую учительницу начальной школы. Теперь у нее были седые волосы, и она стала более хрупкой с тех пор, как Мэдисон видела ее в последний раз.

— Как она до сих пор преподает? Ей сейчас, наверное, лет восемьдесят?

Карен рассмеялась.

— Да, примерно так. Очевидно, она отказалась уйти на пенсию, и она все еще очень хорошая учительница, и дети любят ее, так что она должна оставаться. — Они обе кричали и улюлюкали, когда Эбби проходила мимо. Она кивнула им в знак согласия, но не помахала, как большинство детей, когда они увидели своих родителей. Затем она снова устремила взгляд прямо перед собой и продолжила шагать.

— Благослови ее Господь, я надеялась, что она останется в образе, — сказала Карен, вытирая слезы радости с глаз.

— Я вижу, она хорошая актриса, — проговорила Мэдисон. — А, это мистер Барнс? — она указала на дородного парня, подпрыгивавшего и выкрикивавшего слова ободрения детям.

— Ага. Сейчас он женат, у него двое детей.

— Ух ты. Так здорово видеть все эти знакомые лица! — произнесла Мэдисон с улыбкой. — Ты уже получила известия от Софии?

— Нет, я просто подумала, что она уже должна быть здесь. Дай я позвоню ей. — Карен достала телефон и набрала номер дочери. — Хм, сигнала нет. Так всегда бывает в дни парадов. Я думаю, что сеть перегружена из-за собравшихся вместе людей.

— Может быть, она застряла где-то в толпе и наблюдает оттуда?

— Да, скорее всего. Я просто напишу ей сообщение, чтобы она позвонила мне, как только сможет, — Карен напечатала смску и положила телефон обратно в карман. — Ты уже видела каких-нибудь симпатичных парней? — спросила она, толкнув сестру локтем.

Мэдисон рассмеялась.

— Полагаю, ты сейчас на охоте!

— Эй, парад — это первоклассная разведывательная площадка! Это единственный раз, когда ты видишь всех сразу. Проблема в том, что все парни моего возраста теперь женаты.

— И моего возраста тоже, сестренка, — ответила Мэдисон.

Карен порвала с отцом Эбби еще до рождения малышки, и с тех пор была так занята воспитанием двух девочек, что у нее почти не оставалось времени на свидания с кем-нибудь. У нее было несколько мимолетных отношений здесь и там, но она не нашла никого, с кем могла бы остепениться. Это часто огорчало Мэдисон. Карен была такой заботливой и веселой; она заслуживала найти кого-то, кто оценит ее многие хорошие качества. Мэдисон часто задавалась вопросом, не тратит ли ее сестра впустую свою жизнь в Мисти Холлоу с таким небольшим количеством свиданий. Но теперь она тоже оказалась в такой же ситуации.

— Он довольно симпатичный — вон там, в красном пуховике, — Карен фыркнула от смеха.

— Знаем, плавали! Три года назад мы встречались минут пять. Он очень напряженный и дотошный. Его дико бесило, что в нашем доме всегда такой беспорядок, поэтому ему пришлось уйти

— А в вашем доме нет беспорядка?

— Именно. Мне нравится думать, что он уютный, и, честно говоря, на полу всегда было несколько игрушек. Но для него это был свинарник. Вот такие дела. Я предпочту быть одинокой, чем с аккуратным уродом.

— А как насчет него — того высокого, коренастого парня, прямо впереди, на три ряда назад?

— А, кажется, он женат… э-э, слева от него жена. Но как насчет него — темноволосого, в первом ряду, в темно-синем пальто? — Мэдисон вытянула шею.

— Я его не вижу.

— Хорошо, я покажу локтем, — хихикая, Мэдисон попыталась проследить за локтем Карен.

— О, мне кажется, я вижу его..., — начала она, но так и не закончила фразу,

— Смотри, это медведь-оборотень. Три ряда назад от него.

— Да, это он! И посмотри, с кем он. Не думаю, что когда-либо видела три таких прекрасных экземпляра вместе за всю свою жизнь!

— Его дядя и кузен, верно?

— Ага. И я предпочту ему кузена. Просто есть что-то в том, как его волосы спадают на один глаз.

— Не-е-ет. Он и в подметки не годится Броку.

— Каждому свое. Тот, что постарше, тоже горячий. Он как настоящий серебристый лис. Будь я лет на двадцать постарше, я бы на него набросилась! — Мэдисон захохотала, наслаждаясь комичностью сестры.

Трое парней наблюдали за парадом, улыбаясь и смеясь, когда дети проходили мимо. Но, возможно, привлеченный пристальным вниманием женщин, Брок внезапно повернул голову и посмотрел прямо на них. Мэдисон наблюдала, как он расплылся в улыбке и помахал рукой. Она помахала в ответ, ее сердце бешено колотилось, а в животе бурлил адреналин. Она чувствовала себя кроликом, попавшим в свет фар автомобиля, загипнотизированным его видом и не способным оторвать от него глаз.

Остальные мужчины тоже приветливо помахали.

— Посмотри на себя, — произнесла Карен, искоса глядя на Мэдисон. — Я думаю, что тызапалана него! Думаю, ты хочешь быть с ним!

— Прекрати, Карен! — прошипела Мэдисон, но не смогла стереть улыбку с лица. Она была примерно в пятидесяти футах от него, но ей казалось, что карие глаза Брока сверлят ее, и его улыбка была ослепительной.

— Ты хочешь этого медведя, просто признайся! — продолжила Карен.

— Думаю, да, — ответила Мэдисон и, произнося эти слова, почувствовала еще один толчок возбуждения, пробежавший по всему ее телу, от мозга к клитору. Каково это быть поцелованной им? Находиться в этих сильных руках?

— Держу пари, он очень хорошо целуется, — сказала Карен, возвращаясь к своим мыслям.

— Ты говоришь о его друге, верно?

— Угу. — Карен смотрела на другого молодого парня, открыв рот.

— Ты могла бы быть немного более деликатной, сестренка.

— Ой. — Карен встряхнулась. — Я немного увлеклась. Эти трое — первые по-настоящему горячие парни, которых я вижу за долгое-долгое время. Я имею в виду, что парни, на которых мы только что указывали, довольно горячие, но они находятся на другом уровне. Как будто ты ожидаешь увидеть их на обложке журнала про накачку мышц или что-то в этом роде. — Мэдисон хихикнула.

— Ты думаешь, они качки?

— Да, черт возьми. Они целый день таскают елки. Ты видела, как легко твой парень нес то дерево на плече? К тому же они медведи, поэтому, должно быть, проводят много времени, бегая по лесу.

— Так безумно думать, что они превращаются в медведей.

— Верно, — сказала Карен с дрожью.

— Это происходит внезапно или постепенно?

— Думаю, это быстро. Но помнишь того парнишку из средней школы — Бенни Доусона — я собиралась покурить за гаражом для велосипедов и увидела, как он там пытается перекинуться. Это было странно — сплошные когти и мех. Я думаю, что это трудно, когда происходит впервые, но после этого все будет гладко.

Процессия подходила к концу, и последние дети, одетые как диснеевские персонажи, пробежали рысцой, а двое игроков на бубнах замыкали шествие. Все снова аплодировали и подбадривали, люди сошли с обочин и начали собираться посередине дороги. Карен взглянула на телефон.

— От Софии по-прежнему ничего, и сигнала тоже нет. — Она все равно позвонила, но телефон не отвечал.

— Нам стоит волноваться? — спросила Мэдисон.

— В большинстве городов — да, но в Мисти Холлоу — нет. Здесь никогда не пропадал ребенок. Она где-то на параде, тусуется со своими лучшими подругами.

— Ладно, хорошо. Пойдем побродим в толпе?

— Ты надеешься наткнуться на этих медведей, не так ли?

— Возможно, — ответила Мэдисон с ухмылкой.

Когда они вышли на дорогу, к ним присоединились несколько друзей Карен, и вскоре все были увлечены оживленной беседой.

Пока они разговаривали, маленькая рука обвилась вокруг талии Мэдисон, и она взглянула в вниз, чтобы увидеть Эбби, все еще одетую только в свой костюм призрака.

— Эй, милая! Ты была потрясающей! — сказала она, одновременно выхватывая у Карен пальто племянницы и оборачивая его вокруг маленького тела Эбби.

— Думаешь? — спросила Эбби, ее щеки порозовели от напряжения и возбуждения. — Некоторые люди не понимали, кто я.

— Наверное, потому, что это старая история. Но, поверь мне, ты выглядела очень, очень круто.

— Эй, милая, — промолвила Карен, обнимая ее. — Ты так хорошо выглядела там. Я так гордилась своим ребенком!

— Спасибо, мама, — сказала Эбби с оттенком подростковой застенчивости.

— Ты не видела свою сестру?

— Нет, — ответила Эбби, и Мэдисон заметила, как по ее юным чертам пробежал призрак эмоций, слишком быстрый, чтобы она могла его распознать.

— Думаю, она дальше по дороге.

— Да, наверное, — пожала плечами Эбби.

— Давай я принесу тебе горячего питья, милая. — Карен исчезла, вернувшись через несколько минут с чашкой чая и кренделями для каждого из них. — Вот, держи. Дай мне знать, если тебе станет холодно. Не хочу, чтобы ты простудилась прямо перед Рождеством.

— Да, мама, — Эбби закатила глаза и с энтузиазмом принялась за крендель.

— Что будем делать вечером? — спросила Мэдисон.

— У меня запеканка из дикого кабана в мультиварке, так что я подумала, что мы могли бы спокойно поужинать вместе.

— Звучит замечательно, — сказала Мэдисон. — Ты готовишь самую лучшую запеканку из кабана во всем мире!

— Не уверена, что претендентов так уж много, но все равно спасибо. Так что я с удовольствием останусь здесь еще на полчаса или около того, но мне хотелось бы встретиться с Софией как можно скорее.

— Она не писала тебе?

— Нет. Однако есть один уровень сигнала. — Карен снова набрала номер Софии. — Черт, он не устойчивый — сигнал все еще слабый.

Эбби потянула Мэдисон за пальто.

— Эй, там ребята из магазина рождественских елок, — воскликнула она.

Проследив за взглядом Эбби, Мэдисон поняла, что они были прямо за ней. Глубоко вздохнув, она сосчитала до десяти и, чувствуя, как колотится в груди сердце, обернулась.

Брок был менее чем в десяти футах от нее. И он выглядел таким красивым, что она едва могла дышать. Когда их глаза встретились, он улыбнулся теплой дружеской улыбкой.«Он рад меня видеть?», — задумалась она на миллисекунду, прежде чем отбросить эту мысль.

— Еще раз здравствуйте, — сказал он, подходя к ней и протягивая руку. Мэдисон была в перчатках, но все же физический контакт выстрелил разрядом электричества через ее тело, когда ее

— Привет, — весело ответила она.

— Как поживает дерево?

— О, замечательно. Оно смотрится невероятно в моей гостиной.

— Рад это слышать. Продав деревья, я никогда не вижу конечно результата.

— Тебе стоит взглянуть на него..., — Мэдисон замолчала, ее щеки вспыхнули.

— Это было бы очень мило, — произнес он с ослепительной улыбкой, но вместо ответа Мэдисон ошеломленно уставилась на него.«О Боже, что я только что сказала? Он подумает, что я только что выдала ему самую глупую фразу!»

— Мэдисон, я все еще не могу связаться с Софией, — перебила ее Карен.

— Сигнал вернулся? — задала вопрос Мэдисон слегка дрожащим голосом.

— Все еще одно деление, но звонок не соединяется. Я удивлена, что она до сих пор не присоединилась к нам.

— Эбби, ты ведь ее нигде не видела, пока была на параде? — спросила Мэдисон у племянницы.

— Нет, — ответила она, но что-то было в ее выражении.

— В чем дело, Эбби?

— Ни в чем.

— Эбби, ты знаешь, где она? — девочка покачала головой, плотно сжав губы. Карен сжала ее маленькую руку.

— Ну же, милая. Тебя не накажут, но у тебя такое выражение лица, что ты что-то скрываешь. София тебе что-то сказала и взяла с тебя обещание не говорить нам? — Эбби кивнула.

— Ну, это, вероятно, означает, что это то, что нам следует знать, тем более что снова пошел снег..., — все посмотрели вверх, когда с неба начали падать снежинки, сначала медленно, лениво, но меньше чем через минуту они уже набирали темп. — А сегодня вечером прогнозируют сильный снегопад.

— Важно хранить секреты, но иногда важнее быть в безопасности, — добавила Мэдисон. Губы Эбби сложились в тугую букву «О».

— Иногда София тусуется с Мариной и двумя мальчиками, — сказала она, наконец.

— И что? Куда они направились?

— Я уже видела, как они уезжали из города по горной дороге.

— И она сказала тебе, что поедет сегодня?

— Нет. Когда я увидела, что она уходит, то спросила ее об этом, и она взяла с меня обещание не говорить тебе.

— София что-то скрывает от меня? Я не могу в это поверить. Моя собственная дочь!

— Эй, ей четырнадцать. Все дети в этом возрасте такие, — проговорила Мэдисон.

— Она сказала мне, что это ерунда, но ты бы взбесилась, если бы узнала, так что я не должна говорить тебе, или это повысит твое кровяное давление.

Карен ахнула.

— Что? Ах, эта непослушная маленькая шалунья! — воскликнула она.

— Высший балл за хитрость, — сказала Мэдисон.

— Что случилось? — вмешался Брок, его глубокий баритон поразил всех.

— Моя дочь-подросток, кажется, сбежала в лес с двумя парнями и еще одной девушкой, — ответила Карен.

— Эй, подожди, мы не знаем, что случилось, — сказала Мэдисон. Как раз в этот момент на них налетел порыв ветра, и снег начал падать под косым углом.

— Полагаю, у тебя сейчас нет телефонной связи, если твой прием похож на мой? — спросил Брок.

— Нет, — Карен снова посмотрела на телефон и попыталась набрать номер.

— В какой сети вы все? — спросил Брок каждого из них. — Ладно, давайте все попробуем, по одному. — У всех был один и тот же результат — нечеткое соединение, которое не могло продержаться достаточно долго, чтобы соединить вызов.

Мэдисон огляделась. Сильный снегопад заставил людей разойтись, и теперь их группа стояла одна на замерзшей дороге под оранжевыми фонарями.

— Давайте не будем паниковать, но мы должны попытаться выяснить, где именно она сейчас, — сказал Брок. — Как насчет того, чтобы пойти и поговорить со всеми здесь и узнать, не видел ли ее кто-нибудь. А пока, может быть, кто-нибудь из вас, девушек, пойдет домой и проверит, там ли она, и мы все встретимся здесь через десять минут?

Даже в темноте Мэдисон увидела, как побледнело лицо Карен.

— Эй, все в порядке, — проговорила она, сжимая руку сестры. — Это не поисковая группа, мы просто проверяем. Она, наверное, у подруги или еще где-нибудь. — Мэдисон повернулась к Броку. — Спасибо за помощь. Это звучит как хороший план.

Он склонил голову.

— У тебя есть фотография?

— Да, — Мэдисон пролистала фотоальбом и выбрала лицо Софии крупным планом. — Она весит около ста пятнадцати фунтов и ростом пять футов три дюйма.

— Мы можем обмениваться данными по Bluetooth, даже если нет сигнала, верно?

— Думаю, да, — она и Брок включили Bluetooth-соединение, и вскоре фотография была передана на телефон Брока. Его дядя и двоюродный брат собрались вокруг и внимательно рассматривали его.

— Ладно, пошли, — сказал Грейсон, немедленно направляясь к парку, который, в конце концов, привел к горам.

Все остальные рассредоточились, расходясь в разных направлениях.

— Ты останешься с мамой, малышка, — промолвила Мэдисон Эбби. — Думаю, ей пойдет на пользу твое лазерное зрение.

Мэдисон разговаривала со многими людьми. Ее адвокатский опыт очень помогал, когда она задавала людям очень прямые вопросы, пытаясь заставить их вспомнить как можно больше подробностей. Но она слышала одно и то же снова и снова: почти все знали Софию, но никто не видел ее в этот день.

Пятнадцать минут спустя все вернулись, но без хороших новостей.

— Ее нет дома, — сказала Карен, ее глаза расширились от беспокойства. Снег оседал на одежду людей, и заметно похолодало.

— Эбби, София рассказывала тебе что-нибудь о том, что она делает, когда поднимается на гору? — поинтересовалась Мэдисон.

— Она говорила, что ходит в ущелье, — ответила Эбби.

— В ущелье? О Боже, это так опасно! — воскликнула Карен.

— Но я не знаю, ходит ли она туда зимой. — Карен часто дышала, на грани гипервентиляции. Брок положил большую нежную руку ей на плечо.

— Все в порядке. Мы отправимся на ее поиски, — сказал он.

— Но..., — они оглянулись, и у всех возникла одна и та же мысль. До снежной бури оставалось несколько минут. Скоро начнется метель.

— Ничего страшного. Мы будем в безопасности. Мы приспособились к такой погоде. — Он сделал паузу, словно прикидывая, как сформулировать то, что собирался сказать. — Ты ведь знаешь о нас, верно? — наконец-то спросил он почти на ухо Мэдисон, его дыхание согрело ее волосы. Она кивнула, понимая, что он имеет в виду.

— Знаю.

— Нам бы очень помогло, если бы у нас было что-то с ее запахом, — сказал его кузен Райли.

— Мы можем принести вам что-нибудь из дома. Вы не против?

— Да, пойдем вместе, чтобы сэкономить время.

Они все побежали к дому Карен. Когда Карен открыла входную дверь, Мэдисон отчаянно надеялась, что София будет лежать на диване, не обращая на них внимания. Но это было не так. Там была только Элсбет, сидевшая в кресле.

— София пропала? — спросила она, когда они вошли в дверь.

— О Боже! — воскликнула она, пытаясь встать, но тут же вспомнила, что ее нога в гипсе.

— Все в порядке, мама. Мы собираемся найти ее, и у нас тут три джентльмена, которые любезно согласились помочь нам, — сказала Мэдисон, садясь рядом с ней и беря маму за руку, когда Карен побежала наверх.

Сестра вернулась через несколько минут с ночной рубашкой Софии.

— Это подойдет? — спросила Мэдисон.

— Отлично, — сказал Брок, забирая у нее вещь. Затем он подошел ближе и понизил голос. — Здесь есть гараж или сарай? Нам бы не помешало немного уединения, чтобы подготовиться.

— Конечно, из кухни есть выход в гараж. Эбби, мне нужно, чтобы ты осталась здесь с бабушкой и позаботилась о ней, хорошо? Пожалуйста, оставайся на диване и никуда не уходи.

— Да, мама, — ответила Эбби, широко раскрыв глаза, когда она осознала факт исчезновения сестры.

— Сюда, — произнесла Мэдисон, ведя троих мужчин к гаражу.

В этот момент зазвонил телефон Карен. Она схватила его.

— София? Где ты? Где именно? — уронив руку, женщина разрыдалась.

— Это была она. Говорит, что находится на горе, но звонок снова прервался. — Они все посмотрели на свои телефоны, но сигнал полностью исчез.

— На этот раз, наверное, из-за метели, — произнес Брок.

— Это происходит каждый чертов раз! — крикнула Карен, сверкая глазами. Мэдисон взяла ее за руку.

— Все в порядке. Это хорошая новость. У нее с собой телефон, и она на горе.

— Но там так холодно! — взвыла Карен.

— Мы сможем найти ее, верно? — сказала Мэдисон, адресуя вопрос мужчинам.

— Никаких проблем, мэм, — ответил Грейсон. — Сейчас нам просто нужно обратиться и принять нашу животную форму, так что, возможно, вы захотите отвести глаза. — Он тут же принялся расстегивать рубашку.

— Погодите, а что будет, когда вы ее найдете? Она совсем взбесится, когда увидит, что к ней приближаются три медведя. — Мужчины переглянулись.

— Мы можем взять с собой одежду и снова принять человеческий облик, прежде чем она нас заметит, — предложил Райли.

— Но она может испугаться, когда из ниоткуда появятся трое парней. И у нас все еще есть проблема с ее возвращением. Возможно, нам будет нелегко объяснить ей, что мы оборотни, — сказал Грейсон.

— А что, если ты пойдешь с нами? — задал вопрос Брок Мэдисон.

— Конечно, но как? — Брок бросил взгляд через плечо.

— На спине, — просто ответил он. У Мэдисон отвисла челюсть.

— Но… разве я не буду для тебя тяжела? — он рассмеялся.

— Вовсе нет. Я довольно большой, когда нахожусь в медвежьей форме.

— Ладно, — медленно произнесла она.

— Ничего страшно, я обещаю. Тебе будет удобно и безопасно. — Мэдисон кивнула. Сейчас ее единственной заботой было найти племянницу, и она сделает все возможное, чтобы это произошло.

— Верно, отводим глаза, — сказала она, поворачиваясь спиной к трем медведям, и Карен сделала то же самое.

— Не могла бы ты сложить нашу одежду в небольшую сумку и взять ее с собой?

— Конечно, — промолвила Мэдисон.

Уши Мэдисон стали супер-сосредоточенными, когда она прислушивалась, как они раздеваются. За звуком сбрасываемой ткани последовала серия громких тресков и несколько хрустов, а затем послышалось мягкое мурлыканье, немного похожее на кошачье, но гораздо более глубокое. Мэдисон осторожно обернулась. Она громко ахнула. Гараж был практически заполнен тремя огромными медведями. Они выглядели абсолютно устрашающе, если не считать того, что их глаза были мягкими, и каким-то образом, узнаваемыми как трое мужчин. У двух из них был черный мех, а у Брока — блестящий коричневый. У них были огромные лапы с длинными, острыми как бритва когтями и длинными узкими мордами. Брок наклонил голову, словно говоря: «не бойся», — и ее сердцебиение немного замедлилось. Их одежда была аккуратно сложена на полу. Карен побежала в дом и вернулась с маленьким рюкзачком. Поместив в него полиэтиленовый пакет, она сложила туда их одежду, словно она занималась домашними делами. Мэдисон поняла, что находится в шоке. Взяв у сестры рюкзак, она закинула его себе на спину.

— Это я должна идти с медведями, — произнесла Карен.

— Нет, будет лучше, если ты останешься здесь с телефоном, на случай, если София позвонит, и присмотришь за мамой и Эбби.

— Хорошо, — согласилась Карен, необычно покладисто.

Медведи подошли к ночной рубашке Софии, лежащей на сушилке, и глубоко втянули ее запах. Мэдисон пришло в голову, что они ждали этого момента, пока не окажутся в своей медвежьей форме.«Они должны извлечь больше пользы из их медвежьего обоняния», — подумала она. Мэдисон шагнула к Броку и остановилась, все еще не в силах поверить, что она должна ехать на его спине. Он присел, так что его тело расположилось низко к земле, и она неловко подняла ногу и оседлала его спину. Стараясь не пинать его бока, Мэдисон поерзала, пока ее вес не распределился по центру.«Ух ты, как удобно сидеть вот так», — подумала она. И она действительно чувствовала себя маленькой по сравнению с ним. Ее руки затрепетали над его шерстью, прежде чем она осмелилась позволить им погрузиться в нее и ухватиться. Его мех был таким густым и роскошным. Брок снова замурлыкал, что, как она инстинктивно поняла, означало: «ты готова?» Мэдисон застегнула все пуговицы на пальто и натянула капюшон на голову, заправив его, как могла.

— Готова, — пробормотала она, и Карен открыла ворота гаража.

— Будьте осторожны! — крикнула сестра, и они вышли в ночь.

Ветер завывал, швыряя снег туда-сюда. Было холодно, жутко холодно, и на улицах не было ни единой живой души. По крайней мере, медведей никто не увидит. Пытаясь защитить лицо от холода, Мэдисон наклонилась вперед, пока мягкий мех медведя не защекотал ей ноздри.«Какого черта», — подумала она и ткнулась носом прямо в него. Было удивительно тепло, и внезапно она совсем перестала чувствовать холод.

Глава 4

Медведи пробежали через маленький городок и направились прямо к горе. Они двигались гуськом с Грейсоном и Райли впереди, а Брок замыкал шествие, передвигаясь более осторожно с Мэдисон на спине.

Брок был уверен, что они найдут Софию, если она будет на горе, но он призвал поторопиться двух других медведей, опасаясь, что девочка может подхватить переохлаждение, прежде чем они доберутся до нее. Мужчина хотел бы, чтобы ситуация не была такой срочной, и он мог насладиться нахождением Мэдисон на его спине. Она ощущалась такой легкой, ее нежные конечности обвились вокруг него, а мягкое дыхание щекотало его шею. Брок хотел быть в своей человеческой форме, чтобы иметь возможность перевернуться и притянуть ее

Грейсон и Райли достигли подножия горы и вышли на узкую тропинку, ведущую прямо к вершине. Брок не слишком хорошо знал эту часть горы, потому что раньше ему никогда не приходилось подниматься на нее с этой стороны. Грейсон и Райли начали принюхиваться, изо всех сил стараясь уловить запах Софии. Снег сильно осложнял дело, но вскоре они его нашли, и Грейсон громко заревел.

— Они уловили запах, верно? — спросила Мэдисон прямо ему в ухо. Брок замурлыкал так успокаивающе, как только мог.

Брок следовал за двумя медведями, пока они быстро поднимались в гору. Они вышли на небольшое плато, а затем свернули с тропинки на еще более узкую боковую тропу. Брок уловил звук бегущей воды вдалеке. Должно быть, это водопад в ущелье. А потом он учуял гораздо более сильный запах. Это был не просто след Софии, это был ее настоящий запах вместе с тремя другими людьми. Он последовал за Грейсоном и Райли за поворот, и все они остановились перед потрепанной деревянной хижиной. Спереди было два окна, и внутри почти темно.

Подойдя к нему вплотную, Грейсон принюхался, а потом заурчал. Брок низко опустился на землю и почувствовал, как вес Мэдисон переместился, когда она поняла, что может слезть с его спины. Она слезла и направилась к двери, а он подскочил к ней и потянул за рюкзак.

— Ой, прости. Мне подождать, пока ты переоденешься? — спросила она.

Три медведя посмотрели друг на друга. Они понятия не имели, что происходит за этой дверью. Если бы существовала какая-то опасность, им было бы гораздо лучше быть в своей медвежьей форме. Но в противном случае им было бы удобнее находиться в своем человеческом обличье. Брок кивнул двум другим медведям. Не имея возможности сказать Мэдисон, чтобы она отвела взгляд, он просто начал превращаться. Когда его мышцы напряглись, а кости хрустнули, она поняла намек, порывшись в рюкзаке и вытащив какую-то одежду. К тому времени, как он предстал перед ней обнаженным, Мэдисон уже протягивала ему вещи, которые правильно определила, как его. Брок быстро оделся, дрожа в своем человеческом обличье.

— Мэдисон, ты можешь остаться за тем деревом, пока мы не узнаем, что происходит?

— Конечно, — ответила она, делая то, что он просил. Затем Брок побежал к двери. Из-под нее пробивался свет, но очень слабый. Ноздри подсказали ему, что там горит огонь. Грейсон и Райли подошли к нему сзади, Брок повернул дверную ручку и осторожно открыл дверь.

Дверь на прогнивших петлях распахнулась настежь, открыв очень обветшалую комнату с маленькой печкой в центре и четырьмя перепуганными детьми, сидящими вокруг нее, сжавшись в крошечные комочки. Он облегченно рассмеялся.

— Мэдисон! Они здесь! — закричал он. Ворвавшись, Мэдисон заплакала, когда увидела Софию.

— София, милая! — воскликнула она, и одна из двух девочек встала и бросилась в ее объятия. Мэдисон крепко сжала ее, а затем удержала на расстоянии вытянутой руки. — Ты ранена? С тобой что-нибудь случилось? — спросила она.

— Нет, — сказала София между всхлипами. — Мы просто приехали сюда, как это часто бывает, а потом пошел сильный снег, и мы не смогли вернуться. Здесь так холодно, и мы все очень испугались.

— Почему ты считаешь, что болтаться в дрянной старой лачуге — это хорошая идея, когда прогноз предвещал снежную бурю? — спросила Мэдисон.

— Я и не догадывалась. Мы просто хотели потусоваться. Маршалл сказал, что все будет хорошо.

Мэдисон повернулась лицом к мальчикам.

— Кто из вас Маршалл? — крикнула она. Один из них поднял дрожащую руку. — Ты! Ты мог убить этих девушек — и себя. Ты это понимаешь? — Брок смотрел на нее, в благоговении от страсти, бушевавшей в ней; на ее защитные инстинкты по отношению к племяннице. — Ты был таким безответственным! — продолжала Мэдисон, шагнув к мальчику и сжав кулаки. Но затем она одернула руку и сделала продолжительный, глубокий вдох. — Мы поговорим об этом позже, и я переговорю с каждым из ваших родителей, можете в этом не сомневаться. Но сейчас давайте подумаем, как мы доставим вас домой.

Брок шагнул вперед.

— Вам холодно? — спросил он детей. Все дружно закивали. — Дай мне пощупать твои руки, — сказал он Софии, и она протянула их. — Они как лед. Ты чувствуешь слабость? Сонливость? Растерянность? — она покачала головой. — А остальные? — он потрогал все их руки. — Вам повезет, если у вас не будет переохлаждения. Сначала, я думаю, нам нужно развести огонь, чтобы помочь вам поднять температуру тела, а потом мы спустим вас с горы.

Мэдисон посмотрела на плиту. Горело лишь несколько небольших кусков дерева, дававших очень мало тепла.

— Мы нашли только валявшиеся здесь дрова, — произнесла София.

— Я это вижу, — мрачно сказала Мэдисон.

— Я принесу еще. Подождите немного.

Брок вышел наружу и с радостью увидел, что Грейсон и Райли нашли охапку дров и сложили ее у двери.

— Спасибо, — промолвил он, и его сердце потеплело от благодарности к дяде и кузену. Они были лучшими родственниками, на каких только мог надеяться медведь. Они вдвоем лежали под нависающим карнизом хижины, ожидая дальнейших действий. — С детьми все в порядке. Нам просто нужно немного согреть их, прежде чем мы спустим их с горы.

Оба медведя спокойно кивнули.

Брок вернулся в хижину с охапкой веток.

— Ребята только что собрали их для меня, — объяснил он в ответ на вопросительное выражение лица Мэдисон. — И они достаточно сухие. Должно быть, они были защищены от губительного воздействия сырости.

— Здорово! — сказала Мэдисон, одарив его прекрасной улыбкой, и мужчина почувствовал, как его сердце снова нагревается, но совсем по-другому.

Брок разломал дрова руками и сунул их в печку. Затем он нашел металлический котел и тоже наполнил его дровами, терпеливо работая над ним, пока не вспыхнуло пламя. Он поставил его в дверной проем хижины и оставил дверь немного приоткрытой.

— Здесь может быть дым так что, дайте мне знать, если это вас побеспокоит.

Дети энергично закивали. Все они были похожи на перепуганных детей, гораздо моложе своих лет.

Через десять минут в хижине стало тепло. Мэдисон стояла у двери, изо всех сил стараясь выпустить дым. Это было не идеально, но лучшее, что они могли сделать. Брок

Через полчаса Брок спросил каждого из детей, как они себя чувствуют.

— Примерно на двадцать процентов теплее, — ответила София, и остальные сказали то же самое.

— Ладно, этого должно быть достаточно. Должно хватить на недолгое путешествие.

— Но мы не можем спуститься туда пешком. Там метель! — воскликнул Маршалл.

— О, я не заметил, — сухо сказал Брок. — Жаль, что ты не учел такую вероятность до того, как притащил всех сюда. — Мальчик опустил голову, словно стараясь стать как можно меньше. Брок перевел взгляд с девочек на мальчиков и задумался. Наконец он принял ответственное решение. Он полагал, что Мэдисон может просто убить двух мальчиков, если останется с ними наедине, а девочки выиграют от дополнительного времени перед огнем.

— Ладно, ребята, пошли, — произнес он, хлопая в ладоши. Они быстро поднялись на ноги. — Кто раньше ездил на спине медведя? — спросил он, прежде чем открыть дверь в хижину. Парни в глубоком замешательстве покачали головами. — Ну что ж, сегодня ваш счастливый день. Просто залезайте и держитесь крепче, а остальное они сделают сами. Вы живете недалеко от городской площади? — они кивнули. — Ладно, там они вас и высадят. Так что не бойтесь, у них добрые сердца. — Он открыл дверь и вывел мальчиков наружу. Грейсон и Райли ждали, растянув губы в широкой медвежьей ухмылке. Другой мальчик, тот, что еще не говорил, испуганно пискнул. — Пошли. — Брок направлял его, положив руку ему на поясницу и подмигнув медведям. Он помог ему взобраться на спину Грейсона. — Ухватись покрепче за его мех, чтобы удержаться. Не бойся его обидеть — он крепкий старый медведь. Да, вот так, — мальчик дрожащими руками вцепился в мех Грейсона. — Ладно, иди, — Брок игриво шлепнул Грейсона по заду, как будто тот был ослом, и тот зарычал, отчего мальчик захныкал. — Ладно, Маршалл, иди сюда. Как бы мне ни хотелось, чтобы ты прошел весь путь пешком, вот твой верный конь. — Райли фыркнул и принялся скрести лапой землю.

— Он собирается убить меня? — закричал Маршалл срывающимся голосом.

— Нет, если только ты не разозлишь его, — ответил Брок с ухмылкой. — Залезай, вот так. — Он помог ему сесть. — Ты можешь идти, — мужчина наблюдал, как медведи убегали прочь с перепуганными мальчиками на спинах. Он решил, что нужно как можно меньше рассказывать детям об оборотнях. И, возможно, они будут настолько дезориентированы, что подумают, будто все это им привиделось.

Вернувшись в хижину, Брок увидел Мэдисон, болтающую с двумя девушками, и они казались более расслабленными.

— Я больше никогда не буду разговаривать с Маршаллом, — услышал он голос Софии.

— Я тоже! Он заставил нас почувствовать себя незрелыми из-за того, что мы не хотели идти сюда с ним и Джейденом, — сказала ее подруга Марина. Брок сел рядом с ними.

— Если вы ставите себя в положение, когда вы полагаетесь на кого-то другого в своей безопасности, вам нужно убедиться, что этот человек достоин вашего доверия, — произнес он. Мэдисон бросила на него взгляд, выражение ее лица было полно благодарности. Она выглядела такой красивой в свете костра — сильной и сияющей, с большими нежными глазами.

— И мы пропустили парад, — промолвила София.

— Маршал сказал, что он для неудачников, — добавила Марина.

— Но парад — это нечто особенное. Я не знаю ни одного города в штате — или во всей Америке — где было бы что-то подобное. Очень важно сохранить эти старые традиции, — сказала Мэдисон.

— Мир наполняется корпорациями, одни и те же сетевые магазины заполняют все наши города, и все начинает выглядеть одинаково. Когда ты находишь что-то необычное, ты должен защищать и наслаждаться этим, — продолжил Брок и не смог удержаться, чтобы не взглянуть на Мэдисон. Неужели она думает о том же, что и он? Или ему просто почудился огонек желания в ее глазах?

Наконец послышался скребущий звук в дверь. Брок вышел.

— Все в порядке? — спросил он у двух медведей. Они издали хрюкающий звук, означавший «да». — Хорошо, мы выйдем через минуту.

Он вынес котел наружу, пригоршней снега погасил пламя и осмотрел печь, прежде чем решил, что можно оставить ее догорать.

— Ладно, девочки, мы можем идти, — сказал Брок. — Для вас это будет шоком, но вы спуститесь с горы на двух больших медведях. Они очень приветливые и стабильные, поэтому, пожалуйста, не бойтесь. Просто сидите тихо, и вы вернетесь домой раньше, чем успеете оглянуться, — обе девушки кивнули, полные доверия к человеку, который только что спас их жизни. Брок помог им взобраться на спины Райли и Грейсона и показал, где держаться, прежде чем плотно натянуть капюшоны на лица.

— Увидимся дома, девочки, — крикнула Мэдисон, когда медведи снова побежали вниз с горы. — Думаю, я должна этим ребятам пару кружек пива за их старания, — сказала она Броку. Он рассмеялся.

— Не беспокойся об этом. Нам достаточно того, что мы смогли помочь.

Они вместе вернулись в хижину. Теперь в ней было тепло и уютно. У него возникло дикое желание поцеловать Мэдисон, раздеть ее и себя и часами валяться на полу в свете камина. Их глаза встретились, и они долго смотрели друг другу в глаза.

— О, прости, я должна выйти наружу, чтобы ты превратился, — промолвила она с нервным смехом, нарушая тишину.

— Э-э, наверное, да.

«Она вышла наружу, двигаясь медленно — неохотно?»— удивился он. Брок снял одежду и положил ее обратно в рюкзак, а затем быстро изменился.

Выйдя на улицу, он протянул Мэдисон рюкзак, зажатый в зубах, и она надела его, прежде чем забраться медведю на спину, более уверенно, чем раньше.

Она легла плашмя и крепко прижалась к нему, позволяя ему двигаться быстро. Снег был тяжелым, делая видимость плохой, и жестокий ветер жалил его чувствительный нос. Путешествие заняло всего двадцать минут или около того, но оно не могло закончиться достаточно быстро. Броку не терпелось вернуться и убедиться, что все в порядке.

Глава 5

— Слава Богу — мы сделали это! — воскликнула Мэдисон, когда Брок вез ее с горы в город. Сейчас он был рад, что все еще шел сильный снег и снаружи их никто не видел. И все же он держался в тени на случай, если кто-то случайно выглянет из окон.

— Хорошо, что вы добрались, — сказала она и, подбежав к Мэдисон, заключила ее в объятия. — Большое тебе спасибо, — ее голос дрогнул, Карен разрыдалась и долго цеплялась за Мэдисон. Затем она отступила назад. — И большое тебе спасибо, — промолвила она Броку немного неловко, словно не зная, как обращаться к медведю.

— Наверное, нам следует оставить его одного, чтобы он переоделся, — проговорила Мэдисон, ведя сестру обратно на кухню.

На кухне было полно людей, все пили дымящийся чай. София и Марина сидели на маленьком диване, завернувшись в толстые одеяла; Элсбет сидела на стуле, Эбби стояла рядом, обняв ее за плечи, а Грейсон и Райли, прислонившись к стойке, болтали со всеми. Парни были в халатах, и Мэдисон вспомнила, что их одежда лежала в ее рюкзаке.

— Тетя Мэдисон! — закричала Эбби, когда увидела ее, подбегая и обнимая ее руками, притягивая в крепкие объятия.

— Дорогая! Я так рада, что с тобой все в порядке! — воскликнула Элсбет, а Мэдисон подошла и поцеловала ее.

— Как прошел спуск с горы? — спросила Мэдисон, поворачиваясь к Софии и Марине.

— Это было о-о-очень захватывающе! — ответили они одновременно. Мэдисон рассмеялась.

— Я думала, вы слишком замерзнете, чтобы оценить это, — сказала она.

— Не-а! — промолвила Марина, ее глаза были похожи на блюдца.

— Просто помни, о чем мы говорили — в знак благодарности за то, что мы спасли ваши задницы, — вы никому не скажете, что у нас есть домашние медведи, — подмигнул Грейсон.

— Мы никому не скажем об этом, клянусь всем сердцем, — произнесла София, выглядя пристыженно.

— А как насчет ваших бойфрендов?

— Они не наши бойфренды, — промолвили обе девушки, скривив лица от отвращения. — И мы больше не хотим с ними общаться.

— Наверное, это разумно, если это их способ показать вам хорошее времяпрепровождение, — сказал Райли, и девочки захихикали, щеки их порозовели. Он был действительно красив и обаятелен, и Мэдисон понимала, почему Карен тянет к нему. Но для нее никто не мог сравниться с Броком. То, как он справился со всей ситуацией — его спокойное, логичное и ясное отношение — сделало его еще более симпатичным в ее глазах. И было что-то невероятно сильное в том, чтобы ехать на его спине, быть рядом с ним, что не уменьшилось тем фактом, что он был в своей медвежьей форме. У них также был момент — почти момент — в хижине, когда она думала, что он собирается поцеловать ее. Мэдисон ужасно хотелось, чтобы он это сделал.

Как по команде, Брок вышел из гаража, выглядя великолепно в клетчатой рубашке на пуговицах и в джинсах. Верхние пуговицы были расстегнуты, открывая поросль темных волос на груди и намек на выпуклые грудные мышцы. Мэдисон чуть не упала в обморок. Он был чертовски сексуален. Он поймал ее взгляд, и они обменялись тайной улыбкой.

— Похоже, все вернулись домой целыми и невредимыми, — сказал Брок.

— Ага. Но я думаю, что этой разминки для меня достаточно на весь праздничный сезон, — ответил Грейсон.

— Мальчики в порядке?

— Да, я звонила их матерям, — ответила Карен. — Сейчас они уже в постелях. Но я не думаю, что Санта принесет им что-нибудь в этом году. Обе матери казались сердитыми и извинялись перед всеми за доставленные неприятности.

— Что ж, надеюсь, это преподало им важный жизненный урок, — сказала Элсбет.

— О, всем приходится делать ошибки, когда они молоды и глупы, — произнес Грейсон, подмигнув ей, и Мэдисон могла поклясться, что увидела, как ее невозмутимая мать покраснела.«Что особенного в этих медведях? Похоже, они превращают всех женщин в этой семье в глупых подростков», — подумала она.

В дверь позвонили, и Карен пошла открывать, приведя с собой маму Марины.

Марина бросилась к ней в объятия и заплакала.

— Мама, мне так жаль! — плакала девочка.

— Все хорошо, милая, я просто рада, что ты в безопасности, — пробормотала мама, поглаживая ее по голове. — Так кого же мне благодарить за спасение Марины?

— Брока, Грейсона и Райли, — ответила Марина, указывая на каждого.

— Не за что нас благодарить, — сказал Грейсон, покачав головой.

— Это неправда. Я хочу от всего сердца поблагодарить вас за то, что вы сделали. Страшно подумать, что было бы, если бы вы не отважились выйти в такой снег. — Трое парней выглядели смущенными, пряча лица за кружками с чаем, и Мэдисон вздрогнула, когда женщина озвучила мысль, пронесшуюся и в ее в голове.

— Ладно, пойдем и оставим этих добрых людей в покое, — сказала мама Марины.

Когда они ушли, Карен приготовила Софии горячую ванну.

— Джентльмены, вы можете остаться на ужин, или вам еще где-то нужно быть? — спросила она, спустившись вниз. Услышав ее слова, все трое обменялись встревоженными взглядами.

— У вас все хорошо? Что-то не так? — спросила Мэдисон.

— Нет, ничего, — ответил Брок. — Просто мы живем на другой стороне вершины, недалеко от магазина рождественских елок, и думаем, что сегодня вечером вернуться будет не так-то просто. Надо проверить, есть ли сегодня в мотеле «Мисти Холлоу» свободные номера.

— Нет, — твердо сказала Мэдисон. — Вы останетесь у нас. У меня есть свободная спальня и хороший большой диван, и я думаю, что у тебя тоже есть свободная кровать, Карен?

— Конечно! — проговорила она. — Для меня будет честью, если вы все останетесь с нами, — глаза трех медведей загорелись.

— Вы уверены, что это не доставит никаких хлопот? — спросил Грейсон.

— Для нас это будет в радость, — ответила Мэдисон, не в силах сдержать улыбку. Она боялась того момента, когда они уйдут и Брок исчезнет из ее поля зрения.

— В таком случае давайте выпьем глинтвейна, — сказала Карен и нырнула в кладовку, доставая еще один чан вина. Мэдисон рассмеялась.

— Сколько у тебя там? — спросила она.

— О, я делаю новую партию каждые два дня, — ответила Карен, подмигнув. Она поставила вино на плиту и проверила кастрюлю. Невероятный запах достиг их, когда она открыла дверцу духовки, смешиваясь с восхитительным пряным ароматом вина. — Всего пара добавок, — сказала Карен и принялась резать овощи и готовить картошку. Мэдисон решила, что Карен поняла, что ее запеканка недостаточно велика, чтобы накормить их пятерых, плюс трех голодных медведей.

— Ребята, вы бы не хотели одеться? — спросила она, отвлекая их, чтобы они не замечали дополнительных усилий и не чувствовали себя виноватыми из-за этого.

— Да, наверное, — ответил Грейсон, глядя на халат так, словно забыл, что

— Снег сыпется все сильнее, если такое возможно, — подметила Мэдисон Броку. Он стоял рядом с ней и смотрел в окно, от его близости все волоски на ее теле встали дыбом. Она уловила его запах — восхитительный, земляной, пряный аромат, который заставил ее еще больше желать, чтобы его тело переплелось с ее. Ее клитор слегка дернулся, и Мэдисон виновато сжала бедра.

— Так и есть. Завтра будет непросто добираться домой, — сказал он.

— Что вы, ребята, делаете на Рождество?

— Нас только трое, мои родители переехали на запад, и поездка туда слишком утомительна, поэтому мы уже договорились, что я проведу Рождество с дядей Грейсоном и Райли. Честно говоря, Рождество никогда не было большим событием в нашей семье, так что мы просто устроим роскошный ужин и посмотрим несколько фильмов.

— Что у тебя на рождественский ужин? — пропищала Эбби, спасая ее. Брок потер затылок.

— Ну, олень, кролик. Все, что поймаем. Но мы еще не готовы к этому, так что это будет немного в последнюю минуту. А что у вас, ребята?

— У нас есть гусь. Это старая семейная традиция. За исключением того, что мне не доводилось наслаждаться им в течение нескольких лет, так как я застряла в Чикаго, работая над чрезвычайно важной сделкой, — сказала Мэдисон саркастическим тоном, сдувая челку со лба. — Подобное больше не повториться. Я слишком большой поклонник Рождества, чтобы проводить его поедая китайскую еду на вынос в десять вечера.

— Похоже, ты не будешь скучать по Чикаго, — промолвил Брок с улыбкой.

— Нет. Ни капельки. Я просто рада своему возвращению сюда. И я не собираюсь снова уезжать.

— Что заставило тебя уехать?

— Развод.

— Мне очень жаль, — сказал он.

— А мне нет, — ответила она и рассмеялась. На его губах застыл вопрос, который он был слишком вежлив, чтобы озвучить. — Мы с моим бывшим мужем просто отдалились друг от друга. В этом не было ничего драматического. Я рада, что у нас хватило смелости признаться в этом самим себе.

Брок понимающе кивнул.«Это вспышка страсти промелькнула в его глазах?»— задалась вопросом Мэдисон.

— А у вас, ребята, есть близкие? — она продолжала, стараясь говорить небрежным тоном, но съеживаясь от напряжения в голосе.

— Нет. Мы с Райли еще не нашли себе пары, а дядя Грейсон потерял свою пару несколько лет назад, и он намерен превратиться в сварливого старого медведя. — Мэдисон громко рассмеялась, чтобы скрыть волнение, пробежавшее по ее венам. Брок холост! «Но как это возможно, когда он самый до смешного удивительный парень, которого я когда-либо встречала?»Она сжала губы, прежде чем задать неловкий вопрос, вроде: «Разве в Мисти-Холлоу не много одиноких медведиц?»

Парни вернулись в рубашках и брюках.

— Почему бы вам всем не присесть за стол, а потом мы сможем расслабиться и поболтать? — прокричала Карен от плиты.

— По-моему, это великолепная идея, — согласилась Элсбет. — Эбби, не передашь ли ты мне эти чертовы костыли, чтобы я могла доковылять? — Грейсон пробежал взглядом по забинтованной ноге Элсбет.

— Я буду очень рад доставить вас туда, если вы позволите? — предложил он.

— О... — Элсбет прикрыла рот, выглядя ошеломленной. — Вообще-то да, если вы не возражаете, — ответила она, наконец.

Кивнув, Грейсон быстрым движением наклонился к ней, очень легко поднял ее и перенес к большому кухонному столу на другой стороне открытой кухни-столовой.

— Итак, где бы мадам хотела сесть? — спросил он, ухмыляясь.

— Сюда, пожалуйста, — сказала она, указывая на стул у стола.

— Несомненно, но я думаю, что как королева и матриарх семейства, вы должны занять здесь главное место, — он подошел к краю стола, где стоял большой резной стул.

— Хорошо, да, это было бы чудесно, — согласилась Элсбет, розовая и смущенная. Грейсон осторожно опустил ее на сиденье, убедившись, что ее нога ни обо что не ударится. Брок, Мэдисон и Эбби тоже подошли и присели, а Райли остался с Карен на кухне.

— Это прекрасное место, — сказал Грейсон, оглядывая комнату.

Это был дом их детства, и Мэдисон любила его. Кухня-столовая была огромной и в деревенском стиле, с деревянными балками и большим старым кухонным столом. Пол был выложен каменной плиткой, а стены увешаны картинами местных художников и картинами, которые они сами рисовали в детстве. Это было теплое, уютное пространство.

— Тебе нравятся рождественские украшения? — спросила Эбби.

— Они великолепны, — ответил Брок с усмешкой, глядя на ряды ярких украшений из фольги, развешенных на стенах. Все растения в горшках были завернуты в мишуру, как и многие другие случайные предметы.

— Я сделала всю мишуру, — гордо произнесла Эбби.

— Ты проделала фантастическую работу, — Брок улыбнулся ей, и сердце Мэдисон сжалось от его умения точно знать, как с ней общаться.«Когда-нибудь он станет отличным отцом», — подумала она и мысленно дала себе пощечину.«Да что с тобой такое?»

— Мама и София сделали все остальные украшения, потому что я еще недостаточно большая, чтобы стоять на лестнице.

— О, скоро придет и твой черед, — сказал Брок, нежно глядя на девочку.

— Так, ребята, все готово, — крикнула Карен. Мэдисон вскочила и пошла за Софией.

Племянница спустилась вниз вся розовая и мокрая после ванны, и вид у нее был очень смущенный. Она явно размышляла, находясь в одиночестве. Она тихо скользнула на свое место, вместо того чтобы спорить о том, где ей следует сесть, как она обычно делала.

Мэдисон пошла на кухню и налила еще несколько чашек глинтвейна, а Карен поставила на стол кастрюлю. Пахло невероятно. Когда Карен заняла свое место, Мэдисон заметила, что сестра светится, ее глаза сияли ярче, чем она видела в течение многих лет. Она слышала, как Карен и Райли много смеялись на кухне. Теперь она украдкой наблюдала, как они обменялись парой взглядов. Мэдисон скрестила пальцы под столом, очень надеясь, что в конечном итоге они будут вместе.

Они произнесли тост с глинтвейном, после чего все принялись жадно есть. Со всей этой драмой день пролетел и было уже десять вечера, и крендель, который Мэдисон съела на параде, казался очень давним.

— Ух ты, Карен, это просто невероятно, — произнес Грейсон. — Лучшая еда, которую я не ел, уже не знаю сколько.

— Очень вкусно, — согласились Брок и Райли.

— Ты потрясающе готовишь, — сказал Райли, и Карен просияла.

— Я научила ее всему, что она знает, — проговорила Элсбет с ироническим выражением на лице, и все рассмеялись. — Что вы, джентльмены, обычно готовите дома? — спросила она, обращаясь ко всем, но глядя при этом на Грейсона. Мэдисон могла сказать, что ее

— Мы, медведи, обычно существуем на довольно простой диете, — ответил Грейсон. — Мы готовим барбекю, и я могу сделать хороший маринад или два, когда приложу усилия. Но это практически предел.

— В таком случае я очень рада, что мы можем обеспечить вас хорошей домашней едой. Хотя на этот раз я, к сожалению, не смогла помочь.

— Да, мам, спасибо, — рассмеялась Карен.

— Не могу поверить, что завтра канун Рождества, хотя, кажется, я говорю это каждый год, — сказал Брок.

— Я тоже. Это как бы накатывает на тебя, — произнесла Мэдисон.

— Надеюсь, все уже сделали свои рождественские покупки. Иначе будет уже поздно, — подметил он, глядя в окно. Снегопад не прекращался и практически валил стеной. Даже вернуться к ней домой через две улицы будет непросто.

Они все опустошили свои тарелки, а медведи сделали это за секунды. Карен правильно предвидела количество необходимой для них еды. Разговор продолжился, когда они закончили есть, и никто не спешил выходить из-за стола, хотя все продолжали зевать. Это было похоже на уютный, непринужденный семейный ужин, как будто все знали друг друга гораздо дольше, чем есть на самом деле. Ребята были живыми собеседниками, постоянно шутили друг над другом. Они рассказывали о своем бизнесе, объясняя, что Брок работает арбористом(прим. перев. — древовод, специалист по обслуживанию деревьев и по уходу за ними как за индивидуальными организмами), а Райли и Грейсон летом работают плотниками.

— Ярмарка рождественских елей была просто для того, чтобы поддержать нас в морозные месяцы, но на самом деле она стала нашим самым большим заработком. Настолько, что мы можем взять пару месяцев отпуска следующим летом, — сказал Грейсон.

— Ты поедешь в отпуск? — спросила Эбби.

— Да, мы, вероятно, будем много охотиться и ловить рыбу, но в этом нет ничего нового, — усмехнулся Брок. Эбби выглядела немного смущенной. Мэдисон задумалась — она ведь всегда знала об оборотнях. Она понимала, что это не то, чем можно поделиться с людьми, живущими за пределами города, но это не было секретом внутри него. Это была просто альтернативная личность. Казалось печальным, что теперь это стало чем-то скрытым от молодых поколений.

Когда глинтвейн был допит, Мэдисон встала из-за стола.

— Думаю, пора спать, — промолвила она. — Итак, кто же идет со мной?

Вино придавало ее голосу небрежность, но внутри она чувствовала что угодно, только не это.

— Думаю, маме лучше остаться здесь на ночь. Мы не сможем вытащить коляску в снег.

— О, я буду очень рад переправить вас, если хотите? — предложил Грейсон. На лице Элсбет появилось то же благосклонное выражение, что и раньше, когда он поднес ее к столу.

— Ну, есть пара вещей, которые мне действительно нужны дома, — сказала она.

— Я отнесу вас, — молвил Грейсон. — С превеликим удовольствием.

— И у меня есть место еще для одного, — проговорила Мэдисон, ее сердце быстро билось.

Брок поднялся на ноги.

— Это для меня, — проговорил он с усмешкой. Мэдисон заметила, как Карен бросила взгляд на Райли. Только сестра могла знать, что она также взволнована и нервничает из-за того, что мужчина, к которому она испытывала влечение, остался под ее крышей.

— Ладно, пошли, — сказала Мэдисон. — Спокойной ночи, Карен, дети, Райли.

Все пожелали ей спокойной ночи, она взяла мамины костыли и направилась к входной двери. Грейсон подхватил Элсбет на руки так же легко, как и раньше, и Мэдисон подумала, что никогда раньше не видела свою маму такой юной и женственной.

— Дом прямо за углом, — крикнула она ребятам, когда они вышли в метель, холодный, влажный воздух хлестал их по лицам. Грейсон накинул пальто Элсбет прямо на голову, чтобы защитить ее от непогоды.

Несколько долгих минут спустя они ворвались в дом Мэдисон, задыхаясь от холода.

— Жестоко, — заключил Брок, стягивая сапоги.

— Так и есть, — сказала Мэдисон. Ее лицо покалывало, а легкие горели.

— Куда мне вас отнести, Элсбет? — спросил Грейсон.

— Этажом выше, если не против, — ответила она.

Грейсон поднялся по лестнице со своей ношей, оставив Брока и Мэдисон наедине перед рождественской елкой. Они повернулись лицом друг к другу, и напряжение в воздухе казалось почти осязаемым.

— Красивое дерево, — промолвил он.

— Спасибо!

— И еще раз спасибо, что разрешила мне остаться.

— В любое время.

Ей следовало бы показать ему, где находится свободная комната, но вместо этого они продолжали стоять неподвижно, не сводя друг с друга глаз. Красивые, напряженные глаза Брока, казалось, прожигали ее, заставляя чувствовать головокружение. Он сделал шаг вперед, оказавшись в двух футах от нее. Сердце Мэдисон бешено колотилось в груди, и она боролась с желанием отвести взгляд, но каким-то образом ей удавалось смотреть в эти темные озера глаз.

Ступеньки скрипнули, означая, что Грейсон спускается. Они виновато отшатнулись друг от друга.

— Ой, надо отнести мамины костыли, — сказала Мэдисон.

— Все хорошо, я отнесу, — ответил Грейсон, спрыгивая с последней пары ступенек, хватая костыли, прислоненные к перилам, и снова поднимаясь по лестнице. Облегчение и паника смешались в венах Мэдисон. Она отошла от Брока.

— Пойду принесу одеяла для дивана, — промолвила она и тут же пожалела об этом.

— Конечно, — ответил он медленно, словно в трансе.

Подойдя к шкафу, Мэдисон вытащила пару ярких шерстяных одеял.

— Я купила их в Непале, когда путешествовала туда несколько лет назад, — произнесла она, поднося их к дивану и раскладывая. — Они были сделаны вручную в одной маленькой семейной мастерской, — бормотала она, но не могла остановиться. Девушка хотела Брока, и он собирался поцеловать ее.«По крайней мере, я так думаю. Иначе зачем бы он стоял и смотрел на меня так пристально, его зрачки расширились в этих великолепных глазах?»

— Мэдисон, — сказал он.

— Да? — ответила она, выпрямляясь и одновременно оборачиваясь.

Он был прямо перед ней. Брок наклонил голову, и его прекрасные, полные губы приблизились, а затем они оказались на ее губах. Его губы были мягкими, но настойчивыми, и Мэдисон охватила дрожь, ее губы инстинктивно приоткрылись, приветствуя его поцелуй. Мужчина коснулся кончиками пальцев ее плеч, затем провел ими по ее предплечьям. А потом Грейсон сказал: «Тук-тук!» Брок отстранился, но пристально посмотрел на Мэдисон, словно сообщая ей о своем сдерживаемом желании.

— Все хорошо! — крикнул он в ответ, и Грейсон спустился вниз, озорно улыбаясь.

— Просто проверяю, — сказал он. — Мэдисон, твоя мама очень очаровательная женщина. Тебе повезло, что у тебя такая мать.

— Я знаю, — ответила она с улыбкой.

— Ну, я почти готов ко сну. Я подумал, что мы должны бросить монетку за кровать, — предложил он.

— О, сегодня я буду спать на

— Э-э, боюсь, что нет. Мы ни в коем случае не собираемся вторгаться к тебе и красть твою постель на ночь!

— Нет, я настаиваю, — проговорила она так же твердо. — Тебе даже не пришлось бы здесь спать, если бы не тот факт, что ты героически спас сегодня мою племянницу. В знак благодарности я бы с удовольствием поспала на полу.

— Мэдисон, мы же медведи. Когда мы в медвежьей форме, то можем спокойно спать на жестком полу. И в нашей человеческой форме мы по-прежнему можем рухнуть на довольно жесткую кровать без каких-либо проблем, — ответил Брок. — Было бы совершенно против нашей природы соглашаться спать на кровати, в то время как ты спишь на своем диване. Мы ценим эту мысль, правда, но я переночую здесь. Никаких возражений. — С этими словами он плюхнулся на диван.

— Хорошо, — пробормотала она. — В таком случае я просто скажу тебе, что там есть ванная комната с полотенцами, а в шкафу под раковиной лежит куча новых зубных щеток. Пожалуйста, чувствуй себя как дома и не стесняйся есть что угодно на кухне.

— Спасибо. Спокойной ночи, Мэдисон, дядя Грейсон.

— Спокойной ночи, Брок. Грейсон, я покажу вам комнату и проверю, застлана ли кровать простынями, — сказала она и повела его наверх.

Через несколько минут Мэдисон вошла в свою комнату, закрыла за собой дверь и глубоко вздохнула. Голова у нее шла кругом, а губы все еще покалывало от поцелуя с Броком. Она провела пальцем по нижней губе.Возможно ли это вообще?Это казалось каким-то безумием, но в тот момент, когда их губы с Броком встретились, по ее телу словно пробежал электрический разряд.

Улегшись в постель, Мэдисон некоторое время ворочалась с боку на бок, не в силах выбросить из головы мысли о Броке. Он был самым горячим, самым защищающим и самым сексуальным парнем, которого она когда-либо встречала в своей жизни. И он заставил ее ощутить себя такой уязвимой.

Она провела больше десяти лет в качестве крутого адвоката, который никогда не подводил ее, даже с бывшим мужем, но Брок заставил ее почувствовать, что он действительно видит ее такой, какая она есть. И это была пугающая, но волнующая мысль.

Глава 6

Брок просыпался медленно, дрейфуя без сна час или около того. Как и всем медведям, ему было очень трудно вставать в темные зимние месяцы. Когда он, наконец, открыл глаза, первое, что он увидел, была огромная рождественская елка, сверкающая безделушками и мишурой. Он был в доме Мэдисон.Мэдисон!Она была не замужем. И он поцеловал ее прошлой ночью. После стольких лет мечтаний о ней он, наконец, прикоснулся к ней и поцеловал ее мягкие губы. И сейчас она наверху, наверно, еще спит. Он попытался пофантазировать о ней, представил ее в шелковой ночной рубашке, может быть, нежно-розовой, с тонкими бретельками. Она лежала на боку, ее длинные темные волосы разметались по подушке, темные ресницы были опущены.

«Черт, как бы я хотел быть рядом с ней, держать ее в своих объятиях, слушать звук ее дыхания, пока она спит», — подумал Брок. Мэдисон была такой сильной и независимой, но он также чувствовал в ней уязвимость, и он жаждал защитить и лелеять ее. Прошлой ночью он столько раз собирался спросить ее о разводе. Должно быть, она ушла от мужа. Мужчина ни за что бы не ушел от такой женщины.

Брок напряг слух, пытаясь уловить звуки ее сна, но слышал только ворчливый храп дяди Грейсона. Он надеялся, что их не слышат и человеческие уши. Зевнув, он потянулся, довольный тем, что хорошо выспался. Диван был очень удобным, и он ни разу за ночь не проснулся. Брок сел, надел рубашку, застегнул ее и, подойдя к окну, отдернул занавеску. Он тихо присвистнул. Снега намело много, местами фута три. Даже их полноприводному грузовику было бы трудно проехать через него.

Брок прошел через холл в кухню, наслаждаясь прохладой кафеля под босыми ногами. Он открыл холодильник и осмотрел его содержимое. На прилавке стояли яичница с беконом и буханка хлеба. Он помедлил. Ему, правда, хотелось сделать что-то приятное, но, возможно, Мэдисон приберегла еду для чего-то, и она рассердиться, если он начнет готовить обед на ее кухне, не спросив разрешения. Конечно, можно было приготовить кофе, и кофеварка выглядела достаточно простой — очень похожей на ту, что была у него дома в хижине. Брок наполнил ее и включил, и вскоре восхитительный аромат хорошего кофе наполнил воздух.

Как раз в тот момент, когда он раздумывал, не налить ли ему и не отнести ли несколько чашек наверх, лестница заскрипела под тяжестью медленных, тяжелых шагов.

— Доброе утро, — поздоровалась Элсбет, когда Грейсон внес ее в комнату и усадил на диван. — Вы заставляете меня чувствовать себя королевой Англии, — сказала она, глядя на Грейсона сверкающими глазами.

— Для вас все, что угодно, мэм, — ответил он, склоняя голову в преувеличенном поклоне. — Я не знаю, как вы раньше справлялись с этой лестницей.

— О, очень медленно. Я также провела несколько ночей на диване, когда не было сил доползти до кровати. Он довольно удобный, не так ли?

— Так и есть, — усмехнулся Брок. — Я не шевельнулся за ночь. А теперь, могу я предложить вам кофе?

— Да, пожалуйста, дорогой. С молоком, без сахара.

— Мне тоже, пожалуйста, дружище, — сказал Грейсон.

— А как насчет Мэдисон, может и она выпьет чашечку?

— Я в этом не сомневаюсь. Ты мог бы отнести его ей, если хочешь? — произнесла Элсбет и, к удивлению Брока, подмигнула ему.

Он не мог налить кофе достаточно быстро. Убедившись, что не переполнил чашку Мэдисон, он вскоре осторожно пересек коридор и направился вверх по лестнице.

Дверь ее комнаты все еще была закрыта, но парень слышал, как она ворочается в постели и тихо вздыхает. Он осторожно постучал.

— Войдите, — позвала она.

Когда Брок открыл дверь, Мэдисон уже принимала сидячее положение. Она выглядела потрясающе. Ее волосы были слегка растрепаны, падая на плечи, а глаза огромными и нежными, как будто они еще не были готовы к этому дню. Самое главное, на ней была шелковая ночная рубашка на тонких бретельках. Изделие было изумрудно-зеленым, а не розовым, но Брок подумал, что на самом деле предпочитает этот цвет.

— Доброе утро! Я предположил, что тебе это пригодится, — сказал он, подходя к ней.

— И тебе доброе утро, и мне бы очень не помешал кофе, — ответила Мэдисон, улыбаясь с намеком на застенчивость. Она взяла у него чашку

— Ты хорошо спала? — спросил он.

— Да, лучший сон за последние годы. Должно быть, это все из-за вчерашнего волнения. Но, более важно, как ты?

— Хорошо. Твой диван удивительно удобен.

— Мама тоже так говорит. — Мэдисон взяла свою чашку и обхватила ее ладонями, прежде чем поднять и отпить из нее. — Ребята, вы сегодня работаете?

— Мы подумывали открыть магазин, но, по-моему, у всех в городе уже имеются деревья. Более того, я даже не знаю, как мы доберемся туда по снегу.

Она выглядела задумчивой.

— Ты хочешь сказать, что сегодня вам будет трудно вернуться домой?

— Может быть. Я даже представить не могу, какой будет гора сегодня. Я уверен, что дороги практически уничтожены снегопадом.

— В таком случае, почему бы вам, ребята, не остаться здесь на Рождество?

— То есть здесь, здесь?

— Здесь, значит здесь. В моем доме. Мы можем устроить большой рождественский ужин. Думаю, Карен захочет быть ответственной за приготовление еды, но я знаю, что она будет просто рада видеть вас.

— Но разве мы не помешаем? Разве ты не хочешь устроить семейное Рождество?

— Вовсе нет. У меня было слишком много одиноких рождественских праздников. По-моему, чем больше людей, тем веселее.

— Ты абсолютно уверена? Я имею в виду, что мы вполне можем остановиться в мотеле, я уверен.

Мэдисон щелкнула языком.

— Никто из нас не позволит этому случиться. Поверь мне, мы будем рады, если вы останетесь. Просто дай мне сообщить Карен хорошие новости.

Она взяла телефон и начала печатать. Брок наблюдал за ней, едва сдерживая волнение. Он проведет еще тридцать шесть часов в присутствии этой великолепной женщины. И хотя он всегда говорил, что Рождество не имеет для него большого значения, он всегда втайне мечтал о полноценном американском Рождестве.

— Вот доказательство того, что Карен хочет, чтобы ты остался, — торжествующе сказала Мэдисон, показывая ему экран своего телефона. Она написала:«Как бы ты отнеслась к тому, чтобы три медведя остались на Рождество?»— и Карен ответила:«На седьмом небе! Чем больше, тем веселее!»

— Видишь ли, у нас с сестрой есть кое-что общее, — промолвила она с усмешкой.

— В таком случае мне не хотелось бы вас всех разочаровывать, так что, думаю, мы остаемся!

— Потрясающе! — На мгновение Броку показалось, что Мэдисон собирается обнять его, но она, казалось, переборола себя и сдержалась. — Ладно, пожалуй, мне лучше встать.

— Конечно, — сказал он, поднимаясь на ноги и направляясь к двери. — Увидимся внизу.

Брок с сожалением закрыл за собой дверь спальни, ненавидя находиться вдали от своей пары. Ее энергия была магнитной, привлекая его к себе, как прохладное озеро в невыносимо жаркий день.

— Грейсон только что сказал, что возвращение на гору будет немного затруднительным сегодня, поэтому я предложила вам, мальчики, остаться и отпраздновать Рождество здесь, с нами, — проговорила Элсбет, когда Брок вернулся на кухню. Грейсон был занят приготовлением яичницы с беконом на плите. Брок расплылся в улыбке.

— Забавное совпадение, потому что мне только что поступило очень похожее приглашение, — ответил он.

— Тебе? И что ты сказал? — спросила она. Брок пожал плечами.

— Я сказал, что мы будем очень рады.

— Я тоже, — поддержал его Грейсон.

— Ну, разве это не фантастика? — спросила Элсбет, переводя взгляд с одного на другого. — Мы проведем чудесное Рождество вместе. София и Эбби будут в восторге!

— Большое спасибо за приглашение, Элсбет, — сказал Брок, наклоняясь и целуя ее в щеку. — А ты рад, что не откроешь магазин сегодня, дядя Грейсон?

Грейсон фыркнул.

— Если кто-то настолько глуп, что еще не купил себе дерево, пусть придет, заберет у меня ключ от двора и подберет себе дерево сам, — ответил он.

В этот момент Мэдисон спустилась вниз в черном вязаном платье и темно-зеленых шерстяных колготках. Медведь Брока поцарапал его изнутри и захныкал. Броку становилось все труднее держать себя в руках. Волосы девушки были влажными после душа, и его желудок перевернулся, увидев ее такой, прежде чем она была готова к внешнему миру.

— Доброе утро! — приветствовал Грейсон. Он был в своей стихии, готовя для всех, фартук был завязан вокруг талии. Брок подозревал, что у Карен может появится конкурент во время приготовления рождественского ужина завтра.

— Доброе утро, — ответила Мэдисон, улыбаясь.

— Садитесь, пожалуйста, — сказал Грейсон всем и подал бекон, яйца и тосты.

На протяжении завтрака они постоянно болтали, Брок старательно избегал смотреть на Мэдисон. Она находилась совсем рядом с ним, и время от времени, когда она оживленно говорила, ее нога качалась и задевала его ногу. Казалось, она не осознанно это делает, но это разжигало в нем огонь, желание струилось в его венах.

— А что вы обычно делаете в канун Рождества? — спросил Грейсон, когда они закончили есть.

— Мы часто водим детей играть в снежки. Кроме этого, обычно в последнюю минуту упаковываем подарки и подготавливаемся к обеду на следующий день, — ответила Элсбет. — А еще мы выходили на улицу в полночь и поздравляли соседей с Рождеством. Но мы не делали этого уже несколько лет, потому что снега было слишком много. И, похоже, в этом году этого тоже не произойдет.

— Я не знаю. Чувствую, что сегодня снега больше не будет, — сказал Грейсон, вытягивая голову, чтобы посмотреть в окно. — Небо чистое, — и оно было... оно было совершенным, зимним бледно-голубым. Он встал и начал убирать со стола тарелки.

— Если вы не возражаете, нам, парням, нужно сегодня утром заняться кое-какими делами. Но после этого мы вернемся, чтобы помочь вам.

— Абсолютно, — произнесла Мэдисон. — Но здесь я все уберу. — Она отобрала у него тарелки и сложила их в посудомоечную машину.

Через несколько минут Брок и Грейсон застегнули пальто и вышли из дома, направляясь к Карен, чтобы забрать Райли. Он вышел, ухмыляясь.

— Итак, мы идем на охоту? — уточнил он.

— Я хочу, но не знаю, что из этого получится, потому что нам негде готовить мясо, — ответил Брок.

— Карен сказала, что мы можем воспользоваться гаражом, если только не привезем с собой что-нибудь крупное.

— Она так и сказала, да? — Брок толкнул кузена плечом. — А что еще она сказала?

Райли ничего не ответил. В этом не было необходимости. Медведи редко говорили о своих чувствах, но было очевидно, что парень влюблен в нее.

По предложению Грейсона медведи направились к хижине, где накануне вечером нашли Софию и других подростков. Не было никаких признаков того, что кто-то

— Я думаю, что мы сделаем всю подготовку здесь, — сказал Райли.

— Отличные новости. В таком случае мы, вероятно, можем поймать и оленя, — высказался Грейсон.

Они вошли внутрь хижины и разделись, оставив одежду сваленной в углу.

Через пару часов мужчины вернулись с четырьмя кроликами и маленьким оленем. Они мастерски приготовили мясо, упаковали его и спустили с горы к дому Карен.

Глава 7

Мэдисон и Карен решили отпраздновать Рождество у Мэдисон, чтобы облегчить жизнь Элсбет, поэтому их мама сидела у камина, пока остальные четверо приносили все съестное на кухню Мэдисон. София чувствовала себя ничуть не хуже после вчерашнего приключения и работала гораздо усерднее, чем обычно, как бы компенсируя причиненные неприятности. Мэдисон работала быстро и радостно, пекла пироги, нервничая и волнуясь при мысли о том, что снова увидит Брока.

Они прервались на сэндвичи в обед, и когда снова приступили к делу, Брок постучал в дверь и попросил ключи от гаража. Его щеки порозовели от холода, он выглядел грубым и взъерошенным.

— У нас есть немного лишнего мяса, и оно готово к приготовлению, но мы решили оставить его в гараже, так как оно займет слишком много места в холодильнике, — объяснил он.

— Прекрасно. Вы, ребята, собираетесь теперь тусоваться с нами? — спросила Мэдисон.

— Скоро. Но сначала нам нужно выполнить еще пару поручений в городе.

Глаза Мэдисон были прикованы к губам Брока, когда он говорил, воспоминание об их поцелуе украдкой все еще было свежо в ее памяти. Он бросил на нее тлеющий взгляд, от которого ее соски затвердели под лифчиком.

— Мы скоро вернемся, — промолвил он и снова исчез.

* * *

Когда через пару часов трое парней вернулись, смеясь и шутя, Карен решила, что пора выпить еще глинтвейна.

— Это для того, чтобы защитить нас от холода, — объяснила она. Они все сидели у огня и потягивали кофе, а Эбби нетерпеливо ждала.

— А теперь мы будем играть? — спросила девочка, как только Карен прикончила свою порцию.

— Да, пойдем! — крикнула Карен, устремляясь за своим пальто. София закатила глаза, но тоже надела куртку.

— Ребята, вы идете? — спросила Мэдисон.

— Еще бы! — ответил Брок.

— Пожалуй, я останусь и составлю компанию Элсбет, — сказал Грейсон, и Элсбет посмотрела на него с восторгом.

— Куда мы идем? — поинтересовался Брок, когда они бегом вышли из дома.

— Только на край парка, — крикнула Мэдисон через плечо.

— А почему мы бежим?

— Семейная традиция!

Как только они добрались до заснеженной травы, Эбби бросила в Брока снежок, который попал ему в голову.

— Эй!

— Это значит, что ты ей нравишься! — пояснила Мэдисон. Он рассмеялся и инстинктивным животным движением стряхнул снег с волос.

— Эй, Эбби! — Брок очень мягко бросил ей в спину снежок, который отскочил от ее плеча. Девочка взвизгнула от возбуждения и наклонилась, зачерпнув еще снега, чтобы снова атаковать его. Снежки начали лететь во все стороны, когда Карен и Райли присоединились к ним, все истерически смеялись, бросая снаряды так быстро, что некоторые из них даже не были должным образом сформированы и разваливались по пути.

В какой-то момент Брок метнул один из них в Мэдисон с большого расстояния, и тот попал ей прямо в грудь, едва не задев сиськи. Девушка резко упала спиной в снег. Брок хлопнул рукой по губам и подбежал к ней.

— О Боже, мне так жаль, — воскликнул он, падая на колени. — Иногда я забываю о своей силе. Я сделал тебе больно?

Глаза Мэдисон были закрыты, но теперь она открыла их и увидела, что его лицо было всего в нескольких дюймах от ее, глаза Брока были полны беспокойства и вины. Она больше не могла дразнить его.

— Не-а, — промолвила она и, подняв руку, прижала снежок к его затылку.

— Ой! — завопил он. — Сначала ты обманываешь меня, а теперь пытаешься убить!

— Это так драматично! — воскликнула Мэдисон.

— Да? Как насчет этого? — Брок схватил немного снега и попытался засунуть его ей под шарф, но тот был слишком туго затянут. В конце концов, он сдался, опрокинув девушку обратно на снег, и вместо этого его ледяная рука коснулась ее щеки. Мэдисон вздрогнула. Время, казалось, остановилось. Не сводя с нее глаз, Брок опустил голову, приближая свой рот все ближе и ближе к ее, пока их губы не встретились в мягком поцелуе. Она вздохнула, когда все ее тело закололо от эйфории.Боже, почему у него такие мягкие губы?Она чувствовала, как они тают рядом с ней, его дыхание было таким теплым в морозном воздухе. Губы Брока приоткрылись, и кончик языка скользнул по ее губам, пробуя на вкус. Мэдисон расслабилась на целых пять блаженных секунд, наслаждаясь сладостью его губ. И тут она вспомнила о детях. Она замолчала и повернула голову. Где они?Она не видела никого из них. Должно быть, они отправились в декоративный сад играть в прятки, как обычно.

— Никто не наблюдает, — сказала она, поворачиваясь к нему.

— Хорошо, — ответил Брок, и взгляд его карих глаза впился в нее. Он обнял ее и снова слился с ее губами. Но этот поцелуй был другим. Парень навалился на нее сверху, притягивая в свои объятия, и его рот был яростным, голодным. Его губы встретились с ее губами с яростной силой, и его язык проскользнул в ее рот, выискивая ее, восхитительно вторгаясь в рот. Тело Мэдисон взывало к нему. По собственной воле ее бедра раздвинулись, побуждая его скользнуть между ними, придавить ее своим весом. Ей пришлось сдержаться, чтобы не обернуть их вокруг его талии и не притянуть ближе. Броку было так хорошо прижиматься к ней, так сильно и по-мужски. Его руки были в ее волосах, запутались в них, теребя их, как будто он не мог насытиться ею.

— Мэдисон, — выдохнул Брок между поцелуями. — Ты самая красивая, невероятная женщина, которую я когда-либо видел. Я так долго хотел тебя и не могу поверить, что ты вернулась в мою жизнь.

— Неужели? — ошеломленно спросила она.

— Еще со школы. Я тогда сильно влюбился в тебя, но ты всегда казалась такой недосягаемой. А потом я услышал, что ты поступил в юридическую школу, вышла замуж, и это меня задело. Я знал, что должен выбросить тебя из головы и жить своей жизнью, но я никогда не забывал о тебе. Я был так потрясен, увидев тебя, когда ты вошла в

— Ух ты, — промолвила Мэдисон, временно не в силах больше ничего сказать, и погладила его подбородок, покрытый легкой щетиной. Брок нахмурился.

— Это было слишком искренне?

— Нет, вовсе нет. Ты мне тоже очень нравился в школе, но ты тоже казался недосягаемым. Я не знала, что медведи заинтересованы в свиданиях с людьми.

— Я тебе нравился? Я понятия не имел. — Глаза Брока были полны удивления, когда он наклонил голову и увлек Мэдисон в нежном поцелуе. Она вздохнула, крепко обнимая его, волны блаженства прокатились по ее телу.

Казалось, прошло несколько часов, прежде чем они отстранились друг от друга. Уже темнело, и парк купался в пурпурном свете сумерек.

— Наверное, нам надо встать со снега. Ты, должно быть, замерзла, — сказал Брок, и в его глазах мелькнуло чувство вины.

— Нет, совсем нет. Ты согревал меня, — ответила Мэдисон, хватаясь за воротник его пальто. Он осторожно слез с нее и протянул руку, чтобы помочь ей подняться.

— Подожди! — крикнула она, пытаясь опрокинуть его на спину без особого успеха. — Снежные ангелы!

Брок рассмеялся.

— Ты серьезно?

— Ну конечно!

Мэдисон задвигала руками вверх-вниз по снегу. Он смотрел на нее, как зачарованный, потом пожал плечами, лег рядом и сделал то же самое.

Наконец она вскочила на ноги и протянула ему руку. Они осмотрели свою работу.

— Довольно хорошо, — произнес Брок и нежно стряхнул снег с девичьей спины.

— Ага. Хотя мой ангел выглядит до смешного маленьким рядом с твоим, — промолвила Мэдисон, глядя на него. Он ухмыльнулся, обнял ее за плечи и поцеловал в уголок глаза.

Они вместе вышли из парка, и Брок обнял ее. Ей казалось, что она на седьмом небе, когда они вышли на главную улицу, и несколько человек с любопытством посмотрели на них. Мужчина обращался с ней так, словно она принадлежала ему, и ей это нравилось.

Когда они приблизились к ее дому, Мэдисон на мгновение пожелала, чтобы дома больше никого не было. Она хотела, чтобы там были только она и Брок, прижимающиеся друг к другу перед камином, целующиеся часами. Она открыла дверь, ожидая, что ее встретят голоса и суета. Но все было тихо.

— А где все? Не могут же они все еще гулять, верно?

Они прошли на кухню. На столе лежала записка:

«Мы все ушли к Карен на пару часов. Мы дадим вам знать, когда ужин будет готов. Целую и обнимаю. Мама».

— О, благослови их Господь, — усмехнулась Мэдисон. — Должно быть, они увидели нас и решили, что нам не помешает уединение.

— Я не знаю, радоваться мне или смущаться, — сказал Брок низким и рокочущим голосом.

— Аналогично. Но так как камин в нашем распоряжении, мы, вероятно, должны извлечь из него максимум пользы. Как насчет того, чтобы сделать нам по горячему шоколаду, чтобы согреться?

— Звучит замечательно.

Мэдисон ожидала, что он пойдет и посидит у огня, пока она поставит кастрюлю на плиту, но вместо этого Брок подошел сзади и обнял ее за талию.

— Ты такая красивая, Мэдисон, — промолвил он, покрывая поцелуями ее макушку. Она сдержала вздох, эйфория снова наполнила ее вены. Она немного откинулась назад, позволяя ему поддерживать ее вес, наслаждаясь ощущением защищенности.

Шоколад был готов, она разлила его по двум кружкам и посыпала корицей. Напиток был густым, ароматным и вкусно пах. Они прошли в гостиную, Брок обнял ее за талию, как будто не хотел расставаться с ней. Мэдисон подбросила дров в огонь и, присев на диван, он притянул ее к себе, как нечто ценное, что ему нужно было обнимать и оберегать. Когда тепло от огня согрело их тела, они целовались снова и снова, сначала медленно, исследуя губы друг друга, их руки нерешительно лежали на бедрах и талии. Но вскоре они уже не могли сдерживать свой голод, и их языки обрушились друг друга, а пальцы хватали друг друга за одежду. Брок просунул руку под свитер Мэдисон и коснулся обнаженной кожи на пояснице, она вздрогнула. Он продолжал продвигаться, пока не добрался до бретельки лифчика, и тогда она выгнула спину, ощущая, как ее соски затвердели и прижались к белью. До сих пор она прикасалась к Броку сдержанно, заставляя себя чувствовать невероятные выпуклые мышцы его бицепсов под рубашкой, но теперь ее рука скользнула под рубашку, и Мэдисон почувствовала его пресс. Мускулы Брока дрожали под кончиками ее пальцев, как волнообразные горные хребты. Постепенно ее рука двигалась выше, пока не соприкоснулась с его грудью.О боже мой.Она никогда раньше не ощущала настоящих грудных мышц. Дигби был стройный, но не тягал железо. И она знала, что мускулы Брока были естественными, отточенными от охоты в его медвежьей форме и физического труда в его человеческой, что было гораздо, гораздо сексуальнее, чем быть спортивным кроликом. Когда кончик ее пальца коснулся его соска, он втянул воздух сквозь зубы, и его руки впились в бедра Мэдисон, притягивая ее ближе. Теперь она оказалась сидящей у него на коленях и чувствовала, что он возбужден. Это открытие усилило ее собственное возбуждение, и покалывание расцвело между ее бедер, быстро превратившись в глубокую боль. Губы Брока переместились с ее губ на горло, осыпая легкими поцелуями и облизываниями, медленно сводя с ума. Она жаждала, чтобы он снял с нее одежду и поцеловал ее обнаженную.

— Мэдисон, я хочу тебя так сильно, — пробормотал он, мурлычущим голосом. Она отстранилась и выдержала его взгляд. В его глазах была такая страсть.

— Мм-м, я тебя тоже, — ответила она, прикусив губу. Они только что встретились — снова, — но она чувствовала, что они так много разделили за прошедший день. И это было так правильно. — Может, переместимся наверх? — прошептала она.

— Да, — тут же ответил Брок. Они отхлебнули горячего шоколада и захихикали. Он давно остыл. Затем Брок подхватил Мэдисон на руки.

— Я слишком тяжелая... — начала она, но потом вспомнила, как легко он нес ее, будучи медведем, и каким высоким и сильным было его тело.

Он нес ее вверх по лестнице быстрыми, атлетическими шагами, останавливаясь, чтобы поцеловать на полпути.

Мэдисон была рада, что ее спальня была такой уютной и гостеприимной, с мягким кремовым одеялом на кровати. Брок усадил ее на постель и опустился на колени. Взявшись за низ ее свитера, он приподнял его вместе с футболкой, которую она носила как дополнительный слой под ним. Девушка затаила дыхание, внезапно занервничав, но он издал глубокий вздох благодарности, когда девичей мягкий живот и большие груди открылись его голодному взгляду.

Брок отбросил одежду Мэдисон в сторону,

Мэдисон чувствовала, что внутри него борются две силы — мужчина, желающий не торопясь ласкать и исследовать ее тело, и животное, которое хотело сорвать с нее одежду и взять ее жестко. Это было волнующе, и она наслаждалась каждой секундой. Это было похоже на секс с двумя мужчинами одновременно. Животное, казалось, обретало контроль, когда Брок, схватившись за молнию на ее джинсах, расстегнул их. Повернувшись, Мэдисон легла на спину. Это были узкие джинсы, и их было трудно снять, но он умело справился с ними. Как обычно, на ней было контрастное нижнее белье — темно-фиолетовый кружевной бюстгальтер и вишнево-розовые трусики, и в глазах Брока отобразилось одобрение.

— Прекрасна, — бормотал он снова и снова.

Он потянулся к ее лифчику, но в последний момент отдернул руку.

— Прости, — пробормотал он. — Я хочу, чтобы это было действительно особенным, и я хочу не торопиться с тобой, но мне трудно держать моего медведя под контролем.

— Все хорошо, Брок. Я хочу тебя таким, какой ты есть. Я хочу тебя нежным, и я хочу тебя грубым. Пожалуйста, не сдерживайся со мной.

— Ты уверена? Мы, медведи, можем быть грубыми, когда спариваемся.

— Да, я уверена, — ответила Мэдисон и в то же время схватила его за пояс джинсов и расстегнула молнию.

Брок не жаловался, помогая ей снять штаны, пока они оба не оказались в одном нижнем белье. На нем были черные боксеры, которые идеально обрисовывали его член.Боже. Она так сильно желала, чтобы он вошел в нее. Хотела, чтобы он грубо взял ее и полностью овладел ею. Мужчина набросился на Мэдисон, и они упали на одеяло, переплетаясь почти обнаженными телами. Одно из его бедер оказалось между ее, и она терлась об него назад-вперед, пытаясь облегчить боль, превратившуюся в пульсацию. Они переворачивались снова и снова, и, без ее ведома, Брок расстегнул застежку лифчика, и тот, сначала застрял между их телами, а потом свалился. Мужские руки вцепились в края ее трусиков, и он прервал их поцелуи достаточно надолго, чтобы стянуть белье вниз. Когда их губы снова соприкоснулись, Мэдисон вздрогнула, чувствуя себя гораздо более уязвимой теперь, будучи полностью обнаженной.

Брок скользнул вниз по ее телу, ее ноги обвились вокруг его талии, когда он наклонил голову и взял в рот один из ее ноющих сосков. Он обвел языком чувствительную ареолу и провел им туда-сюда по кончику, прежде чем пососать. Он мягко мял ее другую грудь своей огромной мускулистой ладонью, и Мэдисон наблюдала, как Брок ублажает ее, двигаясь от одной груди к другой, его умелый рот вытягивал из нее больше удовольствия, чем она могла себе представить.

Наконец Брок отстранился и сел, глядя на нее горящими глазами. Она лежала на спине, приоткрыв губы, полностью открытая его взору. Обычно она стеснялась своего пышного тела, но выражение его лица заставляло ее чувствовать себя уверенной и сексуальной. Его взгляд блуждал по всему ее телу: от возбужденных, карамельного цвета сосков до маленького темного треугольника над слегка раздвинутыми бедрами. Мэдисон боролась с желанием сжать ноги вместе, спрятаться, но он стоял на коленях между ними, держа их раздвинутыми. Протянув руки, Брок обхватил ее груди своими огромными ладонями, нежно лаская их, пока его член касался ее половых губ. Не в силах больше сдерживаться, она протянула руку и коснулась его. Пресс Брока напрягся, все тело дернулось, и с губ сорвалось что-то вроде рычания.

«Он медведь»,— сказала она себе, словно на время забыла. Его животное было близко к поверхности, как будто оно могло вырваться из него в любой момент. От этой мысли по телу Мэдисон пробежала дрожь.

— Не думаю, что это справедливо, что я здесь одна голая, — проговорила Мэдисон, продолжая прикасаться к его пульсирующему члену. Он был большим, очень большим и твердым, как камень, от его желания к ней.

— Ты права, — произнес Брок, одарив ее похотливой улыбкой, и быстрым движением стянул с себя трусы. Мэдисон ахнула при виде его полностью обнаженного, настоящий образец мужественности. Мужчина присел перед ней на корточки и обхватил ее бедра, раздвигая их шире. Она извивалась, наполовину смущенная, наполовину безумно возбужденная. Он заставил ее почувствовать себя покорной, чего она никогда не ощущала в повседневной жизни. Ей нравилось отдавать Броку контроль, позволять делать с ней все, что он захочет.

Держа Мэдисон очень неподвижно, он наклонил голову и попробовал ее на вкус, проводя языком по нежным малым половым губам. Ее бедра дернулись, когда прикосновение, которого она так жаждала, наконец, пришло. Брок кружил языком вокруг ее клитора, но не прикасался к нему, дразня ее до тех пор, пока его пара не начала биться, стонать и шептать:«Пожалуйста». Наконец он подчинился, проведя языком прямо по сверхчувствительному кончику. Девичьи бедра дернулись сильнее, и она приглушила крик рукой. Брок тихонько замурлыкал и начал посасывать клитор, пока его язык двигался назад и вперед по кончику.

«Боже, его рот так хорош», — подумала Мэдисон, не в силах мыслить ни о чем другом, когда удовольствие от ее клитора разлилось по всему телу, как будто нервные окончания гудели с головы до ног. Боль внутри нее превратилась в жгучую потребность, яростный голод, который должен был быть наполнен Броком. Она запустила пальцы в его волосы, бессознательно потянув за них. Она больше не могла этого выносить, ей нужно было, чтобы он вошел в нее.

— Пожалуйста, Брок, ты нужен мне внутри! — прошептала Мэдисон. Не успела она договорить, как его язык вонзился в нее глубже, чем она могла подумала, заставляя ее стонать, а мышцы киски трепетать. — О Боже! — прошептала она, когда его длинный, подвижный язык скользнул в нее, возбуждая, намеренно дразня. Когда у нее перехватило дыхание, а бедра ритмично двигались, Мэдисон почувствовала приближающийся оргазм. Как бы

— Брок! — воскликнула Мэдисон. Он поднял голову, его глаза были полны озорства.

— Что?

— Мне нужен твой член. Внутри меня. Сейчас же!

В мгновение ока он поднялся вверх по ее телу, пока не оказался над ней, огромный и мощный, его член, как опасное оружие, в нескольких дюймах от ее киски. Брок долго целовал ее, его язык глубоко проник в ее рот, намекая на то, что должно было произойти. Она посасывала его, побуждая проникать все глубже и глубже. Прижавшись губами к ее губам, он раздвинул ладонью половые губы и начал входить в нее. Мэдисон откинула голову назад и ахнула, когда его широкая толщина постепенно заполнила ее. Его было так много, что она не была уверена, сможет ли принять его всего. Ее бедра напряглись, но затем он вошел, его член погрузился в нее по самую рукоять, и ее мышцы сильно сжались, когда они послушно подчинились ему. Мэдисон открыла глаза и увидела, что Брок смотрит на нее с беспокойством, словно опасаясь, что причинил ей боль.

— Ты не сделал мне больно, — прошептала она. — Ты так хорошо ощущаешься.

— Ты тоже, — ответил он, его голос был сексуальным рычанием. — Ты такая сексуальная, Мэдисон. Такая красивая женщина.

Он начал двигаться внутри нее, поначалу мягко, с каждым толчком воспламеняя ее внутренности. Она обвила руками его широкую, сильную спину, чувствуя, как напрягаются и расслабляются его мышцы. Оргазм был близок, но Брок не собирался позволить ей легко кончить. Несмотря на свои размеры, он двигался с такой точностью, входя и выходя из нее мучительно медленно, удерживая ее прямо на краю пропасти, Мэдисон стонала и вздыхала. Пока ощущение нарастало и нарастало, он внезапно остановился и вышел из нее.

— Я не позволю тебе кончить прямо сейчас, — прорычал он. — Я буду брать тебя везде и всюду, пока полностью не признаю тебя своей. И тогда ты сможешь кончить.

Удивившись, Мэдисон слегка охнула, услышав такие слова из уст Брока. Ее клитор пульсировал. Ему повезет, если он сумеет сдержать ее оргазм.

Обхватив ее руками, Брок перевернулся на спину и притянул к себе.

— Садись на меня, — сказал он. Она приподнялась на руках, но он толкнул ее назад, пока она не встала на колени. Поняв его намек, она начала опускаться на его член, а он пристально наблюдал за ней. Мэдисон вскрикнула, когда Брок снова наполнил ее, ощущение было совсем другим, когда она навалилась на него всем своим весом. Он держал ее за бедра, когда она начала двигаться вверх-вниз, мышцы киски крепко сжимали его. Подняв руки, Броки обхватил ее сиськи, дразня чрезмерно чувствительные соски.

Вскоре и его бедра начали двигаться, он входил и выходил из нее, постепенно увеличивая темп. Черты его лица стали жестче, кости щек и челюсти, казалось, расширились. Мэдисон осознала, что смотрит на его животное, когда пальцы, прижатые к ее плоти, стали намного острее.

Внезапно Брок оторвал ее от себя.

— Я не могу контролировать это, — пробормотал он сквозь стиснутые зубы. — Перевернись.

Она сделала, как он велел, чувствуя головокружение от того, что ей сказали, что делать. Она чувствовала себя очень уязвимой, стоя на четвереньках, беззащитной перед его взглядом. Брок раздвинул ее половые губы рукой, открывая ее, прежде чем снова скользнуть в нее своим членом. Проникнув внутрь, он издал низкое рычание.

— Моя, — сказал он, наклоняясь к ее уху. — Моя пара. Теперь ты вся моя. — Он сильно толкнулся, заполняя ее до тех пор, пока его таз не ударился о ее задницу, и Мэдисон издала звук — нечто среднее между стоном и криком. Это было почти слишком. Ее киска пульсировала, и она чувствовала, как его член растягивает ее до предела.

Брок держал ее за бедра, когда начал трахать, двигаясь сначала медленно, но быстро увеличивая темп. Она была беспомощна и едва держалась на руках.

— Ты вся моя, отныне и навсегда, — пробормотал он, повторяя эти слова снова и снова, словно блаженное пение, от которого у Мэдисон закружилась голова. Он обнял ее одной рукой за грудь, другой за талию и притянул к себе. Она слегка выгнула спину, помогая ему оставаться внутри нее. Его зубы впились в ее шею, а рука скользнула вниз по животу. Когда его палец нашел клитор, она вздрогнула, как будто ее ударило током. Увеличивая ее влажность, он выводил легкие круги, погружаясь и выходя из нее, его член подводил ее к грани.

— Моя прекрасная пара, — пробормотал Брок, снова ускоряя темп. — Я буду заботиться о тебе и защищать тебя вечно.

Его слова прорвались сквозь туман экстаза в мозгу Мэдисон и заговорили с чем-то глубоко внутри нее, с чем-то, что она долго подавляла как независимая женщина, которой она была. Она действительно хотела, чтобы он защитил ее, желала этого огромного, сильного, нежного человека-медведя. В этот момент она полностью открылась ему, телом и разумом, полностью окруженная им. Ее зрение помутилось, клитор пульсировал под пальцами Брока, и легкая дрожь в ее теле превратилась во взрыв, который пронзил ее насквозь, оставив беспомощной и дрожащей в его руках. Мышцы киски сжимали его член, когда Мэдисон снова и снова испытывала оргазм, а Брок продолжал двигаться внутри нее, трахая ее, пока не прошла каждая капля ее кульминации. Удовлетворенный тем, что его пара кончила, он мягко толкнул ее вперед, пока она не легла плашмя на кровать, затем он трахал ее жестко, с самозабвением, безжалостно входя в нее. Наконец, Брок кончил с ревом, толкая себя в нее, его тело тяжело навалилось на нее, когда он наполнил ее своим семенем.

— Моя, — бормотал он снова и снова.

Они долго не двигались, довольствуясь тем, что лежали и слушали дыхание друг друга. Мэдисон чувствовала легкий, свежий запах пота Брока и более тяжелый смешанный запах их спаривания. Наконец он повернулся на бок и обхватил ее руками. Она уткнулась лицом в его светлые волосы на груди, совершенно расслабившись.

— Мне кажется, мы здесь уже несколько часов, — пробормотала Мэдисон. Она потянулась к телефону и увидела, что не ошиблась. Было уже полдесятого вечера.

— Уверен, что все задаются вопросом, куда мы пропали, — произнес Брок, уткнувшись лицом ей в шею.

— Я уверена, что у взрослых есть довольно хорошая идея, — сказала она со смешком. — Что более чем немного смущает.

— Мм-м, но совершенно неизбежно, — проговорил он, запечатлевая крошечные поцелуи на ее щеке. — Как ты думаешь, мы могли бы остаться здесь на

— Как бы мне ни нравилась эта идея, я думаю, они могут немного обидеться. Позволь я только узнаю, как обстоят дела с ужином.

Мэдисон написала Карен. Прижавшись с Броком друг к другу, они нежно целовались в ожидании ответа. Через пять минут зазвонил ее телефон.

— Карен написала: «Мы только что купили еду на вынос, и на вас тоже. Доставка должна быть здесь через несколько минут, так что придите и заберите ее!»

— Это так мило с ее стороны, — пробормотал Брок, обводя пупок Мэдисон.

— Остановись! — она рассмеялась и накрыла его руку своей. — Мы никуда не пойдем, если ты будешь продолжать в том же духе!

— Наверное, я немного голоден, — сказал он, и тут же в животе у него заурчало.

— Ладно, пошли, — согласилась Мэдисон, принимая сидячее положение и дрожа, когда потеряла тепло от тела Брока.

Они рылись в своей одежде, разбросанной по всей кровати, отцепляя ее друг от друга. Мэдисон быстро оделась, жалея, что у нее нет времени принять душ. Она была уверена, что от них обоих пахнет сексом. Затем она пошла в ванную, чтобы быстро привести себя в порядок. Она была поражена, увидев себя. Ее волосы были немного растрепаны, но она сияла. Ее глаза были как лазеры, а щеки пылали.

«Это потому, что у тебя только что был лучший секс в твоей жизни», — сказала она себе и не смогла сдержать похотливой улыбки, осветившей ее лицо.

Луна была яркой, когда они вышли на улицу, ее отражение блестело на снегу. Небо было ясным, и не похоже, что сегодня ночью снова пойдет снег. Ветер тоже полностью стих, и, хотя было значительно ниже нуля, холода совсем не ощущалось.

— Какая прекрасная ночь, — прокомментировала Мэдисон.

— И идеальная женщина, чтобы провести ее с ней, — ответил Брок, обнимая ее за талию.

Она прижалась к нему, проскользнув под его руку. Ей нравилось, что он был намного выше нее; она никогда не чувствовала себя такой маленькой и хрупкой, как тогда, когда была с ним, и ей начинало нравиться это чувство. Мэдисон не могла перестать думать о том, что Брок говорил ей, пока они спаривались, — о таких вещах, как «ты моя» и «навсегда».

«Он действительно так думает, или это то, что говорят медведи, когда они спариваются?»— задавалась она вопросом. «Навсегда».

Она знала Брока всего ничего, но у нее уже было сильное чувство, что он единственный. У нее никогда не было такого с бывшим мужем. Мэдисон всегда чувствовала, что они — две личности, оба упорно трудились над своей карьерой бок о бок. Они были компаньонами. Но с Броком все было по-другому. Когда они были вместе, казалось, что больше ничего не существует. Если бы кто-нибудь сказал ей вчера, что она будет валяться с ним в снегу посреди парка, она бы рассмеялась. Но сегодня все было именно так, они оба вели себя как подростки, прямо перед детьми. И Мэдисон ни капельки не жалела об этом.

Они прибыли к дому Карен и, хрустя снегом, направились к входной двери. Эбби впустила их. Ее лицо пылало от возбуждения.

— Иди сюда и посмотри! — крикнула она, хватая Мэдисон за руку и таща ее в гостиную.

Рождественская елка, которая была даже больше, чем у Мэдисон, была завалена множеством подарков, носки развешены, комната была освещена волшебными огнями, и вся мебель была задрапирована белыми одеялами, имитирующими наличие снега. На Грейсоне была шляпа Санта-Клауса, и он сидел на диване рядом с Элсбет, и они, казалось, держались за руки. Мэдисон присмотрелась, и ее мама, встретившись с ней взглядом, застенчиво улыбнулась. У Карен на голове были оленьи рога, и она сидела на почтительном расстоянии от Райли, но между ними не было ощущения отчужденности.

— Мы создали грот Санты! — объявила Эбби.

— Я это вижу. Вы проделали огромную работу, — ответила Мэдисон.

В дверь позвонили, Райли вышел и вернулся со стопкой пиццы.

Вы, ребята, пришли как раз вовремя! — сказал он, раздавая ее.

Вскоре все уже жадно ели и обсуждали планы на следующий день. Мэдисон молчала, сидя рядом с Броком на диване, чувствуя тепло его бедра на своем, и млела от полного удовлетворения. Ей нравилось быть с семьей, но она также не могла дождаться, чтобы снова оказаться с ним в постели.

— Мы видели вас сегодня днем в снегу, — сказала Эбби, нарушая затишье в разговоре. Мэдисон едва не подавилась пиццей.Проклятье!Она полагала, что Карен удалось увести их подальше от нее.

— О да, Мэдисон поскользнулась. Я просто помогал ей подняться, — холодно ответил Брок. Эбби изумленно уставилась на него.

— Но... — начала она.

— Эбби, перестань совать нос в чужие дела и ешь свою пиццу, — сказала Карен. Эбби театрально вздохнула, но сделала, как ей было велено.

Покончив с едой, они сидели и разговаривали, никто не спешил ложиться спать. Мэдисон подумала, как странно, но здорово, что они чувствовали себя семьей. В разговоре были удобные паузы, и все вели себя непринужденно и шутили друг с другом, вместо того чтобы относиться к парням как к гостям.

Внезапно за окном вспыхнул оранжевый свет. София подошла посмотреть, что это.

— По-моему, они празднуют сочельник! — промолвила она, и Мэдисон тоже подошла к окну. Снаружи стояли три семьи из города с оранжевыми фонарями и тарелками с едой.

— Да, так и есть! — сказала она. Карен радостно воскликнула.

— Впервые за восемь лет! Ладно, пошли. Мы можем взять один из тыквенных пирогов, которые испекли. — Она пошла на кухню и нарезала пирог ломтиками, пока все остальные надевали пальто.

— Не беспокойтесь обо мне… я останусь дома, — сказала Элсбет, когда они собирались уходить.

— Нет, не останешься, — проговорил Грейсон мягким голосом. — Райли поможет мне с креслом, и мы найдем подходящее место, чтобы поставить его снаружи.

С этими словами он помог ей надеть пальто, затем они с Райли подняли кресло и вынесли Элсбет наружу, словно королеву в карете.

— Знаешь ли, я обычно очень активная, — услышала Мэдисон слова матери, обращенные к Грейсону. — Не успеешь оглянуться, и я снова буду ходить в походы в горы.

— Я не сомневаюсь в этом, — ответил он.

Остальные последовали за ними и присоединились к другим семьям снаружи. Вскоре все больше и больше людей собиралось вместе, каждый приносил тарелки со сладостями, чтобы поделиться друг с другом.

Вместе они образовали свободный круг, в центре которого расположились все соседские дети. Некоторые из ребят начали петь рождественскую песнь, и вскоре все присоединились к ним, их сладкие молодые голоса пронзали

— Почему бы вам двоим не отдохнуть? — прошептала она. — Я присмотрю за Софией и Эбби и прослежу, чтобы они не замышляли ничего дурного.

— Спасибо, сестренка, — сказала Карен, и ее лицо осветилось благодарностью. Она что-то прошептала Райли, и они вместе выскользнули из толпы.

Брок стоял позади Мэдисон, обнимая ее. Она чувствовала себя такой счастливой, что ей казалось, будто она светится, излучая сильные чувства, испытываемые к Броку. София разговаривала с тремя другими девочками-подростками на краю круга, а Эбби была прямо посередине, распевая от души.

— Дети очаровательны, правда? — спросил Брок, его теплое дыхание коснулось ее макушки.

— Да, они такие, — ответила Мэдисон, чувствуя себя еще мрачнее обычного.

— Хочешь иметь своих когда-нибудь? — спросил он неуверенным тоном.

— Да, — ответила она без колебаний. Брок положил руку ей на живот.

— Я так и думал. И что-то мне подсказывает, что долго ждать тебе не придется.

— Что ты имеешь в виду? — Мэдисон посмотрела на него через плечо.

— Ну, я могу сказать, что сейчас у тебя овуляция, и у меня есть очень сильное подозрение, что наше спаривание было, эм-м, успешным.

У нее перехватило дыхание.

— Ты хочешь сказать, что я от тебя забеременела? — Брок улыбнулся.

— Думаю, да.

— Ты знаешь это, потому что ты медведь, верно?

— Ага. Сочетание животного инстинкта и очень сильного обоняния.

— Ух ты, — выдохнула Мэдисон, накрывая его руку своей.

В пении наступила пауза, и кто-то крикнул:

— Рождество! — затем все закричали: — Рождество! — и раздались радостные возгласы. Кто-то выпустил фейерверк, и небо наполнилось разноцветными звездами.

— Что ты об этом думаешь? — спросила Мэдисон, у нее закружилась голова.

— Что самый счастливый парень на свете, — ответил Брок.

— Неужели? — пробормотала она, ее сердцебиение замедлилось.

— Ты что, шутишь? Женщина, которую я хотел всю свою жизнь и которую, как мне казалось, потерял навсегда, вернулась в город. Она стала моей парой и, скорее всего, носит моих детенышей. Как я могу не быть таковым?

Убедившись, что София и Эбби заняты, Мэдисон повернулась к Броку лицом, ее горло сжалось от волнения.

— Мы пара, официально? — спросила она, и мужчина рассмеялся.

— Конечно. Неужели ты этого не поняла?

— Наверное, я еще не до конца понимаю обычаи медведей, — сказала она, нервно хихикая.

— Хорошо, позволь мне сделать это официально, — промолвил Брок. Он опустился на снег, встал на одно колено и взял ее за руку.

— Мэдисон Армстронг, станешь ли ты моей парой на всю жизнь и присоединишься ко мне на официальной церемонии бракосочетания в самом ближайшем будущем? — спросил он. Звезды волнения пронзили ее тело.

— Да, стану, — ответила она, улыбаясь ему. Он притянул ее голову к себе и нежно поцеловал в губы. Мэдисон закрыла глаза, дрожа от волнения. Несколько человек, стоявших вокруг них, аплодировали и подбадривали. Брок поднялся на ноги и прижал ее к себе.

— Ты делаешь меня таким счастливым, — прошептал он ей на ухо.

— И ты делаешь меня счастливой, — сказала она.

В этот момент вернулись Карен с Райли. Они оба раскраснелись, и глаза у них блестели. Карен тайком улыбнулась Мэдисон.

— Мы что-нибудь пропустили? — спросила Карен.

— О, ничего особенного. Но думаю, что я только что обручилась, чтобы официально скрепить спаривание, — ответила Мэдисон.

— О Боже, это потрясающе! — воскликнула Карен и обняла ее.

— Кажется, у вас все хорошо, ребята? — спросила Мэдисон.

— Ага. Райли потрясающий. И он целуется лучше всех!

— Вы... только что?

— Угу. Он заметил омелу в соседском саду и подвел меня к ней. Что я могла сделать в такой ситуации?

— Превосходно. Я так рада за тебя, сестренка, — сказала Мэдисон.

— И я за тебя.

— И за маму... — Мэдисон замолчала, когда они повернулись, чтобы взглянуть на Элсбет. В данный момент она была наедине с Грейсоном.

— Вау. И за маму, — эхом отозвалась Карен, и они расхохотались.

— Как так получилось, что три дня назад мы все были одиноки, а теперь нашли кого-то, прямо накануне Рождества?

— Я думаю, это как-то связано с тремя красивыми медведями и рождественской магией, — радостно ответила Карен.

Глава 8

Брок поднимался по лестнице дома Мэдисон, восхищаясь чувственным телом своей прекрасной пары, когда она шла перед ним. Его медведь царапал его внутренности, побуждая его снова спариться с ней. Он валялся в экстазе всю ночь. Он все еще не мог поверить, что он с ней, что она его пара. Он мечтал поцеловать ее, спариться с ней, так много раз, что не найти себе другую пару, потому что не мог забыть Мэдисон. Он молча поблагодарил ее бывшего мужа-неудачника, снежную бурю и непослушного подростка за то, что они сошлись.«Или судьбу», — напомнил он себе. Брок всегда знал, даже в старшей школе, что она была его истиной парой, но, как и все оборотни, понимал, что не всегда есть возможность быть со своей суженой. Что для этого требуется особое стечение обстоятельств.

На верхнем лестничном пролете Мэдисон повернулась и взяла его за руку. Даже в тусклом свете коридора ее лицо было таким красивым, и когда она улыбнулась ему, у него внутри все перевернулось.

— Ты хочешь спать? — спросила она.

— Не совсем. А ты?

— Нет, — ответила она, похотливо улыбаясь.

— Ну, я могу придумать много вещей, которые мы можем сделать вместо сна.

Мэдисон отступила назад, опираясь на дверь спальни, чтобы открыть ее. Запах их предыдущего спаривания все еще висел в воздухе, чувственный и вызывающий.

— Например?

— Я мог бы снова спариться с тобой, — сказал он, подхватывая ее на руки, и устремляясь через комнату на кровать. Она смотрела на него снизу-вверх, расширившимися от желания зрачками.

— Неужели?

— Да, я собираюсь взять тебя жестко, снова заявить о своих правах, — произнес Брок, одним движением стягивая с нее свитер и майку. Она потянулась к его рубашке и тоже сорвала ее.

— А потом?

Он расстегнул молнию на ее джинсах и стянул их вместе с трусиками. Его пара подражала ему, дергая за штаны, а он помогал ей, быстро становясь полностью голым.

— Потом мы заснем и проснемся рождественским утром, — пробормотал Брок, протягивая руку ей за спину и расстегивая застежку на лифчике.

Мэдисон была влажной и готовой для него, и он оказался

— Счастливого Рождества, моя прекрасная, удивительная пара, — прошептал он, когда она прижалась к его руке, уже засыпая. — Я люблю тебя, — девичьи глаза распахнулись.

— Счастливого Рождества. Я тоже тебя люблю, — прошептала она. Брок поцеловал ее мягкие губы еще раз, прежде чем они оба погрузились в беспамятство.