Магия судьбы
Глава 1. Сейдж
Бритт Эндрюс
Магия судьбы
Посвящение
Это посвящение всем моим собратьям-королевам с большой попой. Вы прекрасны. Вы удивительны. Вы сексуальны. Владейте своей магией.
«Ох уж, какая же ты крепкая, однако?» — голос Бабушки проник сквозь мою сонную одурь и окончательно разбудил мужчину, прижимавшегося к моей спине. Большая рука сжалась на моем бедре, когда я попыталась стряхнуть остатки сна.
«Это она с кем разговаривает?» — прошептал Фарис мне на ухо, и я вздрогнула от ощущения. Бабушки не было с нами в комнате, слава богам.
«Наверное, с Брамом, если его здесь нет, — зевнула я. — Ей нравится его телосложение».
«Тсс. Я еще сплю», — проворчал где-то Кай. Потянувшись, я почувствовала, как моя нога ударилась обо что-то твердое, за чем последовал стон. Упс. «Кьюююб», — простонал он, и я подавила смех.
«Прости», — предложила я, садясь и протирая глаза. Кай обычно был ранней пташкой, но теперь я знала, что ему было трудно, поэтому его сон был вполне объясним. К тому же, у нас была безумная ночь. Лори сбежала, но Брайс был мертв. Мертвее не бывает. Мертв и без членов. Я усмехнулась про себя, вспоминая, как Слоан превратился в настоящего зверя, защищая меня.
Да, я сильная, независимая женщина, и да, мне нравится, когда большой, сексуальный мужчина защищает мою честь. Мне это очень нравится. Черт, это было чертовски горячо.
«Где Кэм?» — спросила я, увидев, что Фишер мирно спит справа от меня.
«Наверное, внизу, Светлячок. Большой день для Кэма, помнишь?» — подсказал Фарис, и я вылетела из кровати, задев бедного мага крови.
«Черт, прости. Я сегодня сама не своя. Мой мозг какой-то заторможенный, и... Ай!» — завопила я, заставив Кая и Фишера вскочить с дикими глазами.
«Что?» — пробормотал Фиш, оглядывая мое тело.
«Фух, простите, что разбудила. Мое тело такое, будто меня грузовик сбил. Плечо болит, куда Брайс попал дротиком», — объяснила я, потирая место укуса.
«Никаких больше извинений, это уже... три, и ты проснулась всего пять минут назад. Иди сюда, сладкая». Фишер протянул руку, притягивая меня к себе без особых усилий.
Я осторожно обошла кровать, проведя рукой по плечам Кая. Когда я подошла достаточно близко, Фиш легонько усадил меня к себе на колени и уткнулся лицом в мою шею. «Боги, ты так вкусно пахнешь. Я люблю тебя».
Я почувствовала его улыбку у своей шеи. Совершенство. Просыпаться с моими парнями, получать объятия и поцелуи. Обожание. Они, блин, обожали меня. Это было все.
«Я люблю тебя, Рыбка».
«Ладно, хватит монополизировать мою Детку», — поддразнил Кай, и я взглянула на него. Он надвигался на меня, буквально ползком на руках и коленях, абсолютно голый.
«Рррр», — протянул Фарис, а Фишер даже хмыкнул.
«Никаких шалостей», — предупредила я, уже чувствуя твердость Фиша у своего лона.
«Я и не смеюсь», — прорычал Кай, сузив глаза и сфокусировавшись на моей заднице. Сладкие лунные девы.
Стук в дверь заставил всех замереть.
«Ау! Грандиозный завтрак-бранч на кухне!» — прокричала Бабушка через дверь. — «Ваши двое других "маточных веников" умотали около двух часов назад. Мне скучно».
«Маточные веники?» — беззвучно спросил Фарис, широко раскрыв глаза.
Кай спрыгнул с кровати. «Куда они пошли?» — спросил он через дверь, оглядываясь в поисках шорт.
«Большой белокурый викинг оставил записку, я не читала. Она внизу. О, и здесь гость! Он красавчик. Я уложила его в гостевой, он уже храпит. Чур, мой!» — Бабушка расхохоталась, и я услышала шлепанье ее ног, удаляющихся прочь.
«О, черт. Хантер здесь! Но зачем Кэму уезжать, если он знал, что его брат прибудет?» — спросил Фишер, взглянув на Кая.
«Может быть, Хол получил зацепку по Энни?» — с надеждой сказала я.
«Может быть...» — ответил Кай, натягивая шорты. Фиш и Фарис тоже одевались.
Я внезапно почувствовала тревогу. Встреча с братом Кэма, его единственной кровной семьей, без него самого? Это казалось неправильным. Что, если Хантер возненавидит меня?
«Эй, ничего подобного. Хантер полюбит тебя, так же как и мы», — заверил меня Фишер, уловив мои мысли через нашу связь.
«Но не совсем так же», — крикнул Кай из ванной, и за его словами последовало низкое рычание.
Фарис подвел меня к шкафу. «Одевайся, Светлячок», — поторопил он.
«Но мы ведь не собираемся его будить, правда?» — спросила я, снимая с вешалки платье-футболку.
Фишер покачал головой. «Конечно, нет. Кэм бы нас убил, если бы мы разбудили его брата и увидели его раньше него».
«Ладно, давайте спустимся вниз и поедим. Я умираю с голоду. К тому же, нам нужно проверить, что там в записке», — напомнила я им.
Как я ни старалась быть позитивной, у меня было нехорошее предчувствие, что что-то не так. Я надеялась, что Кэм и Брам получили какую-то информацию об Энни, но это не имело смысла — они бы так внезапно уехали после событий прошлой ночи. Особенно учитывая, что Кэм был невероятно рад снова увидеть брата.
Я быстро оделась и почистила зубы. Беглый взгляд в зеркало не показал порезов или синяков, благодаря моей новой способности быстро заживать, но мои волосы? Святая Медуза. Вот почему нельзя спать с мокрыми волосами. Я расчесала их и заплела в две свободные косы; сойдет и так.
«Ты выглядишь такой невинной с этими косами, Светлячок», — поддразнил Фарис, накручивая одну из них на палец.
«Думаю, мы знаем, что она далеко не невинна». — Фишер усмехнулся, потянув за другую. — «Кай уже спустился, он нервничает».
Я кивнула. «Он нервничает. Думаю, нам всем стоит проявить к нему побольше любви», — прошептала я, не желая, чтобы он меня услышал. Эти чертовы кошачьи уши...
«С ним все в порядке?» — спросил Рыбка, приподняв бровь.
«Да, думаю, да. Он просто... через кое-что проходит», — медленно ответила я, не уверенная, что он хотел бы, чтобы я рассказывала остальным.
Фиш притянул меня к себе. «А ты? Ты в порядке, сладкая?» Я вдохнула его пряный аромат и расслабилась.
«Да. Я имею в виду, мне легче. Я не рада, что Лори где-то там, но чувствую, будто камень с души упал, теперь, когда мне не нужно беспокоиться о Брай...»
Фарис зашипел, перебивая меня. «Не произноси это имя. Его больше нет. Я никогда не хочу слышать его имя из твоих уст. Меня это бесит до дрожи».
Я взглянула на
«Гадюка. Мы не режем сучек. Мы находим их слабости и уничтожаем изнутри», — сказала я, похлопывая его по спине.
«Я обожаю, когда ты говоришь грязно, Светлячок», — прорычал Фарис, и я почувствовала его стремительно твердеющую длину у своего живота.
Фишер закатил глаза. «Пошли», — пробормотал он, беря меня за руку и уводя из комнаты.
МЫ НАШЛИ Кая сидящим за столом с запиской в руке. Проходя мимо миски Мэйвена, я автоматически потянулась за ложкой корма, но заметила, что миска все еще полна. Мой ворчливый лис иногда предпочитал охотиться, поэтому я не придала этому значения и направилась к Каю.
«Ну что?» — спросил Фишер, садясь на стул. «Что там написано?»
Я увидела, как дернулась челюсть Кая, и сразу поняла, что все плохо. Проклятье. Почему нам нельзя поймать удачу?
«Слоан пропустил проверку связи, но Кэм спал и не заметил этого. К тому времени, как он проснулся, прошло уже несколько часов. Он пишет, что Брам перенес их в тюрьму, потому что телефон Слоана выключен. Он написал эту записку четыре часа назад», — процедил Кай. «Я пытался звонить им обоим, но там, наверху, наверное, плохая связь».
По моей спине пробежал холодок страха. «О нет», — прошептала я. Взглянув на своего Рыбку, я увидела на его лице смесь беспокойства и гнева.
«Тогда они должны скоро вернуться», — спокойно сказал Фарис, отодвигая для меня стул. Я рухнула на него и начала трясти ногой от нахлынувшей нервотрепки. Через мгновение передо мной поставили тарелку с вкуснейшими гренками с яйцом и беконом.
«Спасибо, Гадюка», — пробормотала я, схватив кусок хрустящего бекона и откусывая огромный кусок.
«О, хорошо, вы здесь», — весело позвала Бабушка, входя через заднюю дверь. «Пришлось сбегать домой, полить цветы. Сегодня будет адски жарко! Эти агенты добрались вчера? Я видела, сарай был пуст, так что, думаю, все прошло нормально?»
«Фух», — простонала я. У меня не было сил пересказывать всю историю заново. Более того, я предпочла бы вообще о ней не вспоминать. Никогда.
Фишер, должно быть, уловил мои чувства, потому что вызвался все объяснить. Я благодарно кивнула и сразу отключилась, сосредоточившись на еде, пока он говорил с Бабушкой. Тем не менее, я улавливала некоторые вещи, которые она говорила. Например:
«Гребаный дракон? Лучами солнца — я никогда не встречала оборотня — дракона. Объясняет его угрюмый характер, я права?»
«Он сделал ЧТО со своим членом? О боже мой. А потом затолкал его себе в глотку?! Сладкие лунные лучи, вот это воин!»
«Мы уверены, что он один из шестерых? Если нет, не мог бы ты замолвить за меня словечко? Мы бы отлично поладили, и ты помнишь, как он был с другими стариками в городе. У него слабость к зрелым дамам».
Но затем Фишер обрушил на нее бомбу. «Лори сказала Слоану, что у нее есть еще одна дочь».
Кружка, которую держала Бабушка, ударилась о стол, и горячий кофе разлился повсюду. Фарис в мгновение ока схватил полотенце, но Бабушка уже была на ногах.
«Что ты только что сказал?» — спросила она ровным тоном.
«Это то, что она сказала», — подтвердила я. По реакции Бабушки на эту новость было невозможно понять, было ли это для нее полной неожиданностью или она была просто шокирована тем, что я знаю. «Это правда?»
Бабушка вперила в меня свой взгляд. «Насколько я знаю — нет. Это для меня такой же шок, как и для тебя. Она сказала, сколько девочке лет? Она могла лгать — в этом она мастер», — сердито сказала Бабушка, наконец-то проявив эмоции.
Раздался мягкий хлопок, за которым последовал громкий стук.
«Черт возьми, ты такой большой». — Приглушенный голос Брама донесся с другой стороны кухонного острова, и я вскочила, чтобы подбежать и проверить их.
«О боже мой». — Я зажала рот рукой при виде Брама, лежащего ничком на полу, с Кэмом на нем. Оба повернулись, как только услышали мой голос.
«Это не то, что выглядит», — начал Кэм, вскакивая с Брама.
«Черт», — прошептал Фарис, вскинув руки, когда Брам метнул в него сердитый взгляд.
«Где Слоан?» — спросила я, пока Фарис помогал Браму подняться.
Кэм покачал головой и проворчал: «Его нет в тюрьме. Он так и не появился». Я чувствовала разочарование в его голосе, но дергающаяся челюсть выдавала его с головой. Мои мысли сразу же метнулись к немыслимому — что Слоан ушел от нас. Мои щеки вспыхнули от этой мысли, и когда зеленый взгляд Кэма встретился с моим, я уверена, он увидел в моих глазах то же смятение, что и я в его. Но его лицо смягчилось, когда он взглянул на меня с беспокойством, и я глубоко вздохнула.
Фишер барабанил пальцами по столу. «Это не имеет смысла».
«Да, мы знаем. Заехали на заправку, единственную в радиусе сорока миль от этой дыры. Женщина, которая там работала, сказала, что не видела никого, подходящего под его описание, и она была там всю ночь. Камер наблюдения тоже нет», — фыркнул Брам, словно сама мысль об отсутствии таких вещей оскорбляла его лично. Кто знает, может, так и было. Он же, черт возьми, принц.
«Его телефон не работает. Он либо разрядился, либо он его выключил», — добавил Кэм, доставая воду из холодильника и осушая бутылку одним глотком. Бабушка подошла и начала подгонять всех к столу, чтобы поесть.
Брам выглядел особенно изможденным, вероятно, из-за всех этих прыжков. Я направилась прямо к нему и скользнула к нему на колени, обхватив руками его шею.
«Принцесса, как ты себя чувствуешь?» — прошептал он мне в волосы, обнимая меня.
«Тело болит. И теперь я волнуюсь. Боюсь за Энни и опустошена за Миранду», — призналась я, и мой большой демон прижал меня чуть крепче. Брам был заботливым и любящим. Что бы мне ни понадобилось, он предугадывал и просто... давал это. Само его присутствие успокаивало меня. Я видела, как Фарис тепло улыбнулся мне, выскользнув из комнаты и направившись в коридор. Мне нравилась та легкость, с которой мы все жили вместе, словно нам суждено было быть здесь.
Мне не хватало только моего угрюмого дракона.
«Я могу попробовать связаться с ним телепатически», — предложил Фишер, вырывая меня из моих влюбленных мыслей.
«Да, это хорошая идея. Как думаешь, что случилось?» — спросила Бабушка, смотря на сосиску так, как не следует смотреть на еду.
«Думаешь, он ушел в подполье намеренно? Ясно, что что-то произошло — может, он импровизировал?» —
«Что ж, я волнуюсь. Надеюсь, с ним все в порядке». — Я нервно потерла руки, и Брам сжал их своими, успокаивая меня одним движением.
«Понятия не имею, но мне хочется навалять ему», — прорычал Кэм, запихивая в рот два куска бекона.
«Навалять кому?»
Все тело Кэма напряглось, и он закрыл глаза. Вся комната замерла, словно время остановилось. Глаза Кэма встретились с моими через стол, его спина была обращена к коридору и новому участнику нашего разговора. Он глубоко вздохнул, его плечи дрожали, когда он опустил лицо в ладони, словно не в силах повернуться и увидеть, что Хантер там не стоит.
«Какого хрена!» — закричал Кай, вскакивая и опрокидывая стул.
Кэм поднял лицо, и я улыбнулась моему сильному магу, моему нежному великану, чье самое заветное желание сейчас исполнялось — вернуть любимого члена семьи из мертвых. По моим щекам уже катились слезы.
Кэм медленно повернулся на стуле, и я подняла взгляд на Хантера. Звездами, он был великолепен. Татуировки вились по его рукам, шее, костяшкам. Я полагаю, у братьев Джейкобс была слабость к тату.
«Хантер», — хрипло произнес Кэм.
«Си-Джей... Черт. Я не могу поверить, что это ты», — сказал Хантер, изучая Кэма с такой интенсивностью, будто не был уверен, что то, что он видит, реально. Я не видела лица Кэма, но представляла, что оно выглядело так же.
Оба мужчины двинулись одновременно, словно резинка лопнула и столкнула их вместе. Они столкнулись в объятиях, которые раздавили бы меня, как орех. Они тихо разговаривали, обнимаясь; я не слышала их слов, но видела, как Хантер вытирает глаза. Внезапно я почувствовала себя нарушительницей очень личного и особенного момента.
Кай заскулил, танцуя на месте, явно желая поскорее добраться до Хантера.
Я вздохнула, чувствуя, как губы Брама касаются моей шеи, напоминая мне, что он здесь со мной. Видимо, я была громче, чем думала, потому что взгляд Хантера метнулся ко мне, а затем ниже, туда, где губы Брама скользили по моей коже.
Терпение Кая лопнуло, и он бросился через комнату, сбивая с ног Кэма и Хантера, создавая одну большую кучу из конечностей и смеха. Фишер присоединился к ним, плюхнувшись сверху.
«Проклятье, я не могу дышать! Вы, придурки, стали огромными», — смеялся Хантер, пытаясь столкнуть с себя всех парней. «Где Слоан?»
«Вот кому я хочу навалять», — пояснил Кэм, вставая и помогая остальным подняться с пола.
Хантер усмехнулся. «Я вижу, некоторые вещи не изменились».
Я соскользнула с колен Брама, делая вдох, чтобы придать себе уверенности. Кэм оглянулся и улыбнулся мне, протягивая руку в приглашающем жесте. «Младший брат, это Сейдж Уайлдс».
Я подняла глаза на Хантера, который был таким же крупным, как и его старший брат. Его зеленые глаза сверкали, и цвет идеально соответствовал глазам Кэма. «Приятно познакомиться, Хантер», — сказала я, протягивая руку.
Он вложил свою большую ладонь в мою. «Это твой дом?» — спросил он, и я кивнула. «Обожаю этот ретро-вайб». Хантер подмигнул мне, и из горла Кая вырвалось рычание, которое напугало меня до чертиков. Я отпустила руку Хантера, словно она горела.
«Какого хрена, Кай?» — в замешательстве спросил Хантер.
«Моя», — ответил Кай, приподнимая губу в предупреждении.
О нет.
Я уже видела, как в голове Хантера закрутились шестеренки. «Что? Эта твоя?» — Он шагнул ближе, и я пискнула, когда он обнял меня с ухмылкой. «Мне показалось, она его». — Хант указал на Брама, который теперь стоял.
Сладкие лунные камушки... Пожалуйста, пусть это не закончится дракой.
Я услышала звуки потасовки — и несколько противных рычаний со стороны Кая — когда меня выдернули из рук Хантера и прижали к Кэму, спиной к его груди. Подняв глаза между двумя мужчинами, я увидела, как глаза Хантера слегка расширились, когда Кэм положил руку мне на талию и сплел наши пальцы.
«Она наша, младший брат», — пояснил Кэм. «И я бы не советовал провоцировать Кая. Она его истинная пара. Что касается рыжего? Он демон. Они тоже спарены».
Я думала, мое лицо расплавится от жара, который я чувствовала в этот момент.
Но Хантера больше привлек не я. «Какого. Хрена?» — потребовал он, качая головой на что-то позади нас. Я отошла от Кэма и посмотрела назад, чтобы увидеть, в чем проблема.
Я подавила смешок, увидев, как Фишер и Фарис держат Кая между ними. Хантер был знаком с этими парнями первые десять лет своей жизни, поэтому я представляю, каким шоком для него было внезапно увидеть второго Фишера.
Фиш фыркнул. «Это долгая история».
«Я Фарис. Более привлекательный близнец Бахри».
«В твоих мечтах», — парировал Фиш, закатывая глаза.
«Вы оба красивые», — вставила Бабушка, впервые заговорив за последние несколько минут, и оба брата Бахри одарили ее обезоруживающими улыбками.
«Близнецы?» — слабо спросил Хантер, глядя на двух мужчин. «И демон? Во что же ты ввязался, Си-Джей?»
«Как сказал Фиш, это долгая история», — сказал Кэм своему брату. «Хочешь пойти куда-нибудь и поговорить? Есть еще кое-какое дерьмо, но я чувствую, ты можешь помочь».
Я очень надеялась, что Хантер сможет пролить свет на внутреннюю работу корпорации «Монтегю». Я знала, что я была не единственной, кто устал от того, что нас постоянно застают врасплох. Энни была где-то там, и я готова была пройти через кого угодно, чтобы вернуть ее сюда, где ей место.
«Да, да. Я думаю, это хорошая идея», — согласился Хантер.
Кэм повернулся ко мне и притянул меня к себе. «Мы просто прогуляемся по территории. Хочу ввести его в курс дела», — прошептал он мне на ухо, и я кивнула. Я не пропустила вопросительный взгляд, который он бросил на Фишера, хотя у меня не было времени думать об этом, прежде чем его губы накрыли мои, и я утонула в Кэме.
Я пискнула, когда его язык скользнул по моему, и он удержал меня за затылок, зная, что я попытаюсь отстраниться. Я не была уверена, что его брат оценил демонстрацию чувств на публике; он казался шокированным самой идеей наших полиаморных отношений. Кэм прервал поцелуй, и я вздрогнула от его бурного, горячего взгляда. «Мы найдем Слоана, где бы он ни был. Я обещаю, детка».
«Он прав, Светлячок. А когда мы это сделаем, я вызываюсь шлепнуть его за наглость!» — крикнул Фарис из другого конца комнаты, разряжая обстановку и заставляя всех смеяться. Он был тем, кого мне не хватало всю жизнь.
Кэм повел Хантера к задней двери, их голоса затихали.
«Я все еще не могу поверить, что он
«Он был так молод, когда это случилось. Может быть, было слишком больно думать о том, чтобы открывать старые раны, когда он стал достаточно взрослым, чтобы связаться с вами», — ответил Брам.
«Наверное, ты прав; это все равно кажется каким-то безумием. Боги, ты помнишь, каким был Кэм после того всего?» — спросил Фишер Кая и Фариса. Оба выглядели потрясенными. Было такое чувство, что само воспоминание о боли Кэма причиняло им боль.
«Честно говоря, я стараюсь не думать об этом, но да, я все помню. Он не говорил несколько месяцев после этого. Ни слова», — рассказал нам Кай, и из его горла вырвался тихий скулеж.
У меня разрывалось сердце за подростка Кэма, и я прижала ладонь к груди.
«Ему можно доверять, брат?» — спросил Фарис, глядя на Фиша.
«Насколько я мог понять, да. Он был настороже, когда ты выскочил, как черт из табакерки. Нам нужно поработать над этим, кстати. Нельзя носиться туда-сюда и пугать людей до усрачки», — отчитал он Фариса, проводя рукой по своим темным вьющимся волосам. «А потом, когда Кэм рассказал ему, кто такой Брам, я почувствовал только любопытство и, возможно, тень опасения. Хантер был невероятно рад видеть Кэма — и нас — так что, если он не скрывает свои эмоции или не умеет отлично их имитировать, он чист. Хотя я проведу более глубокую проверку, чтобы убедиться. Сейчас слишком много поставлено на карту, чтобы быть наивными».
Мои плечи расслабились после этого разъяснения. Последнее, что нужно было Кэму, — это разбитое сердце. Он был таким сильным и храбрым, просто хорошим человеком. Реалистично говоря, травмы и боль, через которые мы все проходим в жизни, меняют нас — никто не застрахован. Человек, которым вы были раньше, исчезает, и только от вас зависит, кем вы станете после. Все мои мужчины были немного травмированы и несовершенны, но они были полностью моими и всем, что мне было нужно. Их индивидуальные трудности сформировали их, и они выжили, перестраивая разбитые кусочки своих душ в версии самих себя, которыми они могли гордиться.
«Иди сюда, принцесса», — предложил Брам. «Тебе нужно еще поесть. День, наверное, будет долгим».
Я направилась к столу, но меня перехватил Фарис, который быстро уселся на стул, который Брам отодвинул для меня, усаживая меня к себе на колени. Я улыбнулась, когда Брам бросил на Фариса сердитый взгляд. За этими двумя было трудно наблюдать без смеха.
«Что? Мне понравилось, как ты держал ее раньше. Я хотел попробовать. Укуси меня», — сказал Фарис, высунув язык, и его пирсинг блеснул перед большим демоном.
«Высунь его еще раз, и я укушу, Малыш Клык», — ответил Брам, его голос понизился до глубокого тембра, от которого мои бедра дернулись.
«Сверхновая соска-соска», — простонал Фарис, когда его член проснулся от движения моих бедер.
Кай расхохотался. «Какого хрена это значит?» Фарис фыркнул. «Откуда мне знать? Мой мозг покинул здание две секунды назад».
Бабушка задумчиво хмыкнула. «Это напоминает мне одного проходимца — Кожаного Ларри, я его называла. В общем, мы были в баре, и я играла в пул с девчонками. Он подошел ко мне сзади, как вор в ночи. Принц воров, если хотите. Я сразу почувствовала его кий. Вот когда ты знаешь, что парень не шутит — он сразу дает понять, с чем работает». Звякнула вилка, упав на стол. «Он мог бы разбить треугольник... и не только мой, если вы понимаете, о чем я», — продолжила Бабушка, поигрывая бровями.
«Что здесь происходит?» — прошептал Кай, широко раскрыв глаза.
На лице Брама застыло выражение ужаса. «Я не знаю, мне страшно», — ответил он.
«И как именно это напомнило тебе о Кожаном Ларри?» — с досадой спросила я Бабушку.
«Ой, да, прости. Я отвлеклась. У него были чудесные соски-соски», — пояснила она, откинувшись на спинку стула и отпив глоток кофе.
Секунду спустя Фарис уже рыдал от смеха подо мной.
«Ладно. Время выяснить, куда, черт возьми, делся Слоан и почему», — объявила я, вставая и хлопая в ладоши для убедительности. Я не могла больше сидеть без дела, пока Энни пропала, а местонахождение Слоана неизвестно. Так не пойдет.
Я очень надеялась, что он не пострадал. Но я также очень надеялась, что он не сбежал от нас, от своей семьи.
Глава 2. Кэм
Черт, было странно видеть Ханта, идущего рядом со мной. Казалось, время не прошло, и в то же время мы так много потеряли. Братья, которых лишили возможности вырасти вместе и узнать друг друга так, как мы того заслуживали. Это время нельзя было вернуть, но мы, по крайней мере, могли исправить наши отношения сейчас — наша любовь как братьев никогда не угасала.
Мы были одного роста, хотя его тугие кудри добавляли ему дюйм. Где я был покрыт яркими татуировками, он был помечен черными.
Я указал на сады, которые теперь вернулись к своему обычному размеру после того, как Сейдж случайно превратила их в джунгли.
«Итак», — начал я, и мы оба усмехнулись, начиная идти. «Это безумие».
«Можешь повторить. Боги, Си-Джей. Тот день разрушил меня. Потерять всю семью вот так? После такого идеального дня? В десять лет я думал, что солнце больше никогда не взойдет», — сказал он, и в его голосе звучала сильная эмоция.
«Я знаю. Я, блядь, знаю, Хант. Я провел последние пятнадцать лет, переживая тот день. Я спрятался, чувак. Когда я плыл к причалу, я увидел огонь. Как раз когда я собирался запрыгнуть обратно на пирс, я увидел, как люди запускают еще больше огня в хижину, и я, блядь, застыл. Как трус. Мне так жаль, Хантер», — прохрипел я, не скрывая слез, выступивших на глазах. «Я не могу передать, сколько раз я шептал тебе, маме, маме Би. В своих снах, в кошмарах — всегда прося прощения, желая, чтобы я мог тебя спасти».
Хантер выбросил руку вперед, останавливая нас, и повернулся ко мне лицом. «Господи, Кэм. Это была не твоя вина. Ты был ребенком, таким же, как я. Что ты мог сделать? Итог был бы тем же».
«Но, может быть, я бы нашел тебя, и мы были бы вместе», — возразил я.
Он покачал головой. «Нет. Я сильно сомневаюсь в этом. Я
«Что случилось, Хант? Эти люди причинили тебе боль?» — спросил я, боясь узнать ответ. Слышать о его горе и печали в детстве и знать, что я ничего не мог сделать, чтобы это исправить, уже разрывало мое сердце на части.
«Не совсем. Я имею в виду, это почти все, что я знаю сейчас, хотя у меня есть счастливые воспоминания о нас до пожара. Люди, которые сожгли хижину, должно быть, пытались забрать меня. Меня перехватили до того, как я прошел через дверь, но я не знаю, что случилось дальше. Должно быть, я потерял сознание или вытеснил воспоминания, потому что следующее, что я помню, я проснулся в каком-то учреждении. Отрывки пожара вернулись, и я был полным развалиной. Вошла женщина и объяснила, что я в безопасности в корпорации «Монтегю», что вся моя семья погибла и я могу оставаться там столько, сколько захочу.
Честно говоря, я не помню первые несколько месяцев там. Они были довольно добрыми и внимательными. У меня была еда, одежда и свобода передвижения по учреждению. Там были и другие дети, но я вышел из своей скорлупы только после того, как встретил Палмер. Она моя лучшая подруга и по сей день. Мы просто сошлись; думаю, я привязался к ней, потому что чувствовал себя потерянным, а она уже так долго была там. Она показала мне положительную сторону — мы могли играть, ходить в школу, изучать магию и всякие крутые штуки. Что тут не любить, когда у тебя больше ничего нет?»
Я поднял руку. «Хантер... я встретил Палмер. Вот так я узнал, что ты жив».
«Что?» — переспросил он, потрясенный. «Но как? То есть, каковы шансы?»
«Здесь много всего происходит, и это долгая история, которую я хочу тебе рассказать, но это займет часы. Суть в том, что, судя по всему, «Монтегю» тебя промывали. И Палмер. И всех тех детей, которых они украли за эти годы», — процедил я.
«Украли? О нет, Кэм. Это не так. Те поджигатели были схвачены «Монтегю» — вот как я оказался у них. Они спасли меня. И других детей тоже. Я не знаю, кто стоит за всем этим, но это не «Монтегю»».
Я покачал головой, делая глубокий вдох. Он был зомбирован; конечно, так и было. Это было типично, и мы узнали об этом на первом курсе академии. Методы допроса, сенсорная депривация, всевозможные манипуляции с сознанием. Это было похоже на создание спящих агентов из детей. Такое дерьмо случается в реальной жизни, и казалось, что «Монтегю» усовершенствовала эту задачу.
«Кай, Слоан и я были схвачены женщиной по имени Лори. Сейдж, моя девушка, ее дочь. Это произошло после того, как она убила Фишера», — сказал я, снова поднимая руку, когда он начал перебивать меня. «Поэтому теперь есть два Фишера. Сейдж — наполовину демон и наполовину зеленая ведьма, и ей каким-то образом удалось извлечь жизнь из земли, чтобы восстановить его. В результате чего-то он раскололся. В общем, вернемся к сути. Когда мы были у Лори, нам стерли воспоминания и отвезли в замок, принадлежащий Азраэлю».
Глаза Хантера смешно расширились. «Вы были в Замке?»
«Тот, что у моря? Да. Мы были там. И угадай, что в подвале? Файлы и папки, полные информации о детях, Хант. Кай видел это своими глазами. «Монтегю» только что сожгли дом лучшей подруги Сейдж, и теперь дочь Миранды, Энни, пропала. Совпадение? Кай также видел в замке файл на Энни до того, как это случилось. Он также слышал, как Азраэль и один из его прихвостней обсуждали это. Я бы не стал тебе врать, брат. Никогда. Я сделаю для тебя все», — поклялся я.
Протянув руку, я притянул его к себе и обнял. Сначала он был напряжен, и я почувствовал укол сочувствия к тому, через что он, должно быть, сейчас проходит. Все, что он считал правдой большую часть своей жизни, было ложью.
«А Палмер? Она знает?» — тихо спросил он.
«Понятия не имею, брат. Ты знаешь эту женщину лучше меня. Что тебе подсказывает интуиция?»
Он отступил и посмотрел мне в глаза. «Она бы не стала врать мне о таком».
«Тогда вот и ответ. Всегда доверяй своей интуиции», — ответил я. «Может быть, позвонишь ей позже? Посмотришь, что она скажет?»
«Я бы позвонил, но она под прикрытием и пока недоступна. Я даже не знаю, где она точно. Я знаю, что это было что-то личное для нее. Она готовилась к этому годами, по слухам. Мои вопросы могут подождать». — Он тяжело вздохнул.
«Просто друзья?» — спросил я, изучая его лицо. Они были друзьями долгое время, и он явно заботился о ней. Не то чтобы мужчина не мог иметь друга-женщину, но мне было чертовски любопытно.
Его глаза встретились с моими. «Да. Просто друзья. У нас не такие отношения». Он подкрепил это заявление, толкнув меня плечом, и я поднял руки в знак капитуляции.
«Ладно, ладно. Я должен был спросить». — Я усмехнулся, и он ухмыльнулся. Мое сердце забилось чаще. Черт, это действительно был сон, ставший явью для меня. Под ослепительным шоком воссоединения я надеялся, что Хантер чувствует то же самое.
«Что ж. Раз уж ты открыл этот ящик...» — Он сделал паузу, и я уже знал, что будет дальше, по тому, как его голос был полон любопытства. «Ты делишь женщину со своими друзьями?»
Я не уловил ни тени осуждения, но хотел сразу прояснить свои отношения. «Во-первых...» Я увидел, как Хантер напрягся от тона моего голоса. Он прозвучал более напористо, чем я намеревался, поэтому я сделал глубокий вдох, смягчая свою резкость до более приемлемого рычания. «Они моя семья. Я люблю этих парней. И я люблю ту маленькую ведьму внутри больше самой жизни. Я не могу это объяснить, Хант. Она — все, что я, как мне казалось, никогда не хотел. Заботливая, любящая, забавная. У нее самое большое сердце из всех, кого я знал. Мы принадлежим друг другу. Все мы», — добавил я, подчеркивая тот факт, что я был вроде как в отношениях со всеми шестью людьми в нашем кругу.
«Везет же ублюдкам», — пробормотал он, когда мы снова пошли. «У нее случайно нет сестры? Может быть, идентичной?» — Он подмигнул мне, и я толкнул его в плечо.
«Я знаю, что мы только что воссоединились, и ты
Внезапно он резко остановился, и я обернулся, чтобы увидеть, в чем дело. Его глаза были широко раскрыты, цвет лица побледнел.
«Хант? Что случилось?» — спросил я, и у меня упало сердце.
Он не ответил, сунув руку в карман джинсов и достав складной нож.
«Какого хрена, чувак? Что происходит?» Я сделал шаг назад, когда он сунул нож мне в руки, лезвие все еще было сложено.
«Возьми. Быстрее. Ты должен кое-что сделать. Сейчас, Си-Джей!» — приказал он, задирая рубашку и поворачиваясь ко мне спиной. «На правом плече. Татуировка, похожая на кельтский узел? В центре есть бугорок. Вырежи его. Сейчас».
«Что это?» — спросил я, подходя и щелчком открывая лезвие.
«Жучок», — выдохнул он.
«Черт».
«Блядь, вырежи его, Си-Джей. Я пока не опоздал на тренировку, так что у них не было причин проверять мое местоположение, но это может измениться в любой момент. Я не говорю, что я всему верю, но если то, что ты сказал, правда, мы не хотим, чтобы они отследили меня здесь», — быстро сказал он, протягивая руку, чтобы опереться о ствол дерева.
«Будет больно, как черт», — предупредил я.
«Я знаю, просто твою мать — ТВОЮ МАТЬ!» — закричал он, когда я без колебаний разрезал его кожу, засовывая внутрь указательный и большой пальцы и копаясь в поисках жучка.
Хантер ругался, пока я тянул. «Извини, он просто не хочет выходить. Застрял или что-то в этом роде», — объяснил я, все еще дергая проклятую штуку.
«У него, наверное, есть якоря. Представь его как жука. Я почти уверен, что они так и выглядят — лапки цепляются, поэтому его труднее удалить. Делай, что нужно. Просто избавься от него», — выдохнул он.
«У меня есть идея. Не двигайся», — проинструктировал я, позволяя своей магии подняться к поверхности кожи. Я представил, как вода течет из моих пальцев прямо в открытую рану.
Хантер дернулся, когда прохладная вода начала течь по его плечу, стекая по спине. «Какого хрена это? Это моя кровь?»
«Нет, это вода. Теперь я могу создавать ее с помощью своей стихии». Я направил поток воды сильнее в разрез. «Дай мне посмотреть, смогу ли я ее затопить, и, возможно, это ослабит ее хватку. Я не хочу испортить тебе спину».
«Хорошо», — простонал он. «Но мы даем ей только две минуты. Потом ты ее вырезаешь».
Жучок напоминал мне клеща по тому, как он впился в мышцу. Я крепко держал его пальцами и поддерживал постоянный поток воды, слегка потягивая. Через минуту я почувствовал, что он немного поддается, достаточно, чтобы понять, что это работает. Эта чертова штука живая?
Хантер глубоко вздохнул. «Тяни как можно сильнее».
Я резко дернул, и Хантер закричал, когда жучок наконец вышел, захватив с собой небольшой кусочек мышечной ткани. Посмотрев на ладонь, я увидел, что он действительно выглядит как маленький металлический жук.
«Уничтожь его», — сказал он мне, и мы оба подпрыгнули, когда лапки жука дернулись.
Держа его между пальцами, я пропустил через него электрический разряд, внимательно наблюдая, как жук зашипел и заискрился, прежде чем превратиться в обугленную кучку пепла.
«Что это за чертовщина только что была?» — спросил я, с удивлением глядя на остатки на своих пальцах.
«Это, — сказал Хантер, сверля меня серьезным взглядом, — то, с чем мы сталкиваемся. Это только верхушка айсберга. Поверь мне, Си-Джей. У «Монтегю» есть технологии, о которых ты можешь только мечтать».
«Что ты делал для них, Хантер?»
Он посмотрел на меня, и по его лицу промелькнула тень эмоции, но она исчезла прежде, чем я успел ее идентифицировать. «Все, что они просили», — тихо ответил он, поворачиваясь, чтобы направиться обратно к коттеджу.
Я убью Азраэля. Одна смерть будет недостаточной расплатой за то, что он заслужил.
Я пошел за Хантером, догнав его прямо перед коттеджем. Я знал, что нужно сделать, но это не помешало беспокойству закрутиться в моей душе. «Слушай, — сказал я, когда он потянулся к ручке двери, — я надеюсь, ты не поймешь меня неправильно, но мы имели дело с кучей дерьма, и мы не можем выдержать больше прямо сейчас. У тебя был гребаный жучок в спине, чувак».
Хантер повернулся ко мне, и напряжение в моих плечах спало, когда я увидел в его глазах одно лишь понимание. «Я понимаю. Ты не уверен, можешь ли мне доверять. Что тебе нужно от меня?» — спросил он, не отрывая взгляда.
Вздохнув, я покачал головой. «Ты ошибаешься. Я доверяю тебе, но теперь это касается не только меня. У меня есть женщина, которую я поклялся защищать, и есть еще пятеро, которые дали ту же клятву».
«Просто скажи, что мне нужно сделать, Си-Джей».
«Нам нужно найти Фишера».
Глава 3. Сейдж
Я оставила Хантера с Фишем после того, как Фарис залечил рану от его жучка. Они решили провести допрос в гостевой комнате, подальше от шума остального дома. Фиш объяснил процесс того, что он будет делать во время сеанса, заверив моего брата, что не будет вмешиваться в его воспоминания или даже заглядывать в них. По сути, он просто проводил проверку на детекторе лжи, задавая вопросы, требующие ответа «да» или «нет». К счастью, Хант с пониманием отнесся ко всему, что сказал ему Фиш.
Когда я выскользнула из комнаты, чтобы дать им уединение, скрип половицы был единственным предупреждением, прежде чем Сейдж бросилась на меня. Я усмехнулся, прижимая ее к себе и целуя в макушку.
«Это за что, детка?»
«Просто хотела обнять тебя. Я так рада за тебя», — пробормотала она мне в грудь, сжимая меня крепче. Прижав ее к стене, я приподнял ее лицо, чтобы видеть ее. То, как она сосредотачивалась на мне, когда мы были вдвоем, было одним из моих любимых моментов. Ее губы приоткрывались, щеки розовели, а глаза сверкали, как изумруды.
«Моя красивая девочка, — сказал я, мой голос стал глубже обычного. — Спасибо». Она наградила меня улыбкой, за которую мужчины начали бы войны. Но здесь не было других мужчин — она была моей. Нашей.
«Поцелуй меня, сексуальный мужчина», — поддразнила она, а затем взвизгнула, когда я грубо сжал ее задницу, поднимая ее к стене. «Ооо, ты грязный папочка, не так ли?»
Я не сдержался. Я откинул голову назад и рассмеялся.
«Что? Слишком много?» — спросила Сейдж, вытирая слезы с глаз, когда мы оба смеялись до упаду.
«Ты иногда бываешь чересчур, маленькая ведьма. Я
Дверь спальни Сейдж скрипнула, привлекая наше внимание. Я услышал, как Кай крикнул: «Спускайтесь вниз, у нас сегодня есть работа...» Я почти мог слышать его улыбку отсюда. Не говори этого. Не говори этого. «ГРЯЗНЫЙ ПАПОЧКА!» — закричал он и вылетел из комнаты, бросившись к лестнице.
Я быстро опустил Сейдж. «Извини. Нужно идти», — сказал я ей, указывая на лестницу.
«Догони его». — Она ухмыльнулась, и я бросился за Каем.
Мы все собрались на патио, готовые к работе. Ноутбуки, телефоны, книги — все, что нам нужно было, чтобы начать собственное расследование того, где может быть Слоан. Первым делом — отследить машину. Это была арендованная машина, но мы всегда старались быть готовыми, добавляя свои собственные скрытые маячки в новые автомобили, если мы работали порознь, просто чтобы подстраховаться.
Хол появился около получаса назад, выглядя так, будто вылез из преисподней, чтобы добраться сюда. Его щетина была длиннее, чем я когда-либо видел, его обычно идеально уложенные волосы торчали во все стороны, и, возможно, самой странной деталью было то, что на нем были баскетбольные шорты и футболка. Исчез могущественный бизнесмен, которого мы всегда знали, и было трудно не смотреть на него.
«Почему ты так на меня смотришь?» — огрызнулся он на Кая.
«Эй, извини. Ты просто выглядишь иначе, чем... ну, в общем, каждый раз, когда я видел тебя за последние десять лет», — сказал Кай, открывая чехол для iPad и сосредотачиваясь на экране с легкой улыбкой на губах.
Сейдж заговорила. «Давайте попробуем работать вместе и быть вежливыми, хорошо?» — Ее взгляд скользнул по каждому из нас, включая Хола. Он фыркнул и плюхнулся на стул. Я улыбнулся про себя, заметив, как сильно он уже был опутан пальцами Сейдж. Я не мог слишком самодовольствоваться — мы все были такими.
«Как Миранда? Я звонила ей раньше, и она не ответила», — спросила моя маленькая ведьма у Хола, и я нахмурился, услышав разочарование в ее голосе. Она любила всем сердцем, и мне было больно видеть ее грустной.
«Она не в порядке. Но я и не ожидал ничего другого, — ответил Хол, барабаня пальцами по колену. — Ее мама сейчас с ней в квартире. Она отказалась вставать с кровати, а я отказался оставлять ее одну. Так что это был компромисс».
«Мне бы хотелось хоть что-то для нее сделать», — прошептала Сейдж.
В этот момент Фишер и Хантер вышли из дома, чтобы присоединиться к нам. «Мы сделаем все возможное, сладкая. Лучшее, что мы можем сделать, — это как можно скорее вернуть ее дочь, и это будет нашей главной целью», — заверил ее Фиш. Я поймал его взгляд, и он незаметно показал мне большой палец вверх. Черт, я даже не осознавал, как сильно я нервничал из-за того, что Хантер работал на «Монтегю», пока мне не дали добро. У него, по-видимому, не было намерения обманывать нас, и знание этого сняло груз с моих плеч.
«Он прав, дитя. Боль от потери ребенка — это личное путешествие, и каждый реагирует на такую ситуацию по-своему. Она делает то, что считает нужным, чтобы выжить, поэтому мы будем уважать это. Тем временем мы будем изо всех сил стараться вернуть Энни. Есть еще вопрос о пропавшем драконе», — добавила Бабушка.
«Дракон?» — спросил Хантер, его брови взметнулись к линии волос.
«Слоан. У него был так называемый "прилив сил"», — объяснил Кай.
Мы ввели Хантера в курс большинства событий, через которые мы прошли, чтобы он был в курсе. Я также рассказал остальным о жучке.
«Черт. Вы, ребята, странная компания», — задумался Хантер, и Фарис ухмыльнулся, показав клык.
Брам прочистил горло. «Лично я считаю, что у нас есть основания подозревать нечестную игру в отношении Слоана. Он не сбежал бы по своей воле, не после всего, что только что произошло. Он наконец завершил связь с Деткой, и...»
«Брам!» — закричала Сейдж, резко повернув голову в его сторону.
«Что?» — невинно спросил он.
«Не нужно объявлять об этом всем», — отчитала она.
«Луной клянусь, Детка. От тебя пахло так, будто ты использовала его как царапку для всего тела. Это не секрет», — сказал он с досадой.
«Не у всех такой нюх, как у ищейки, Брам». Она наклонила голову в сторону бабушки, чтобы подчеркнуть свою мысль.
Бетт подалась вперед в кресле. «О, не сдерживайся ради меня. Я люблю хорошие межвидовые игры!»
«Сладкие солнечные лучи. Может быть, девочка просто не хотела, чтобы ее отец знал об этом?» — предположил Хантер, взглянув на Хола.
«Почему меня это должно волновать? Мой нос работает так же, как и у Брама. Слоан — ее пара; конечно, они должны завершить связь. Для женщин нашей расы это естественно — иметь ненасытные аппетиты...»
«На этом разговор окончен!» — взвизгнула Сейдж. «Продолжим... Но я согласна с Брамом. Я не думаю, что он ушел бы сам. Не сейчас. Он обещал, что вернется».
«Тогда остается только одна возможность? Похищение?» — спросил Фишер, и на его лбу залегла обеспокоенная морщинка.
«Что ж, это явно не совпадение, что его отец — которого он ненавидит — внезапно умирает, и Слоану приходится ехать в тюрьму за его прахом. И теперь он исчез с лица земли. В тюрьме действительно не было никакой информации?» — спросил Кай.
Брам покачал головой. «Тюрьма подтвердила смерть, но Слоан так и не прибыл. Насколько я мог судить, они сказали правду».
«Я пытался связаться с ним телепатически. Это было похоже на пустоту. Не с чем соединиться, почти как когда компьютер отключен. Я мог чувствовать его разум, но не мог проникнуть в то, что его блокировало», — добавил Фишер, и Хол хмыкнул.
«Возможно, это связано с последним дерьмом, которое тестирует Азраэль. У Слоана внезапно появляется способность становиться драконом, в то время как Аз одержим клеточной модификацией. Если Аз увидел проблеск чего-то многообещающего, когда вы были в Замке, логично предположить, что он захочет использовать Слоана для других целей», — объяснил Хол, и на его лице появилось мрачное выражение.
Сейдж резко вдохнула, и Фишер перетащил ее со своего стула к себе на колени. «Все будет хорошо, сладкая. Мы найдем его», — пообещал он, его голос был низким и полным искренности. Фиш был утешительным присутствием для нашей женщины, но я
«Они могут причинить ему боль! Нам нужно... Я не знаю... Сделать что-нибудь! Прямо сейчас, — приказала она. — Я не могу просто сидеть здесь, пока он там совсем один! Он один». — Ее голос дрогнул от эмоций.
«Светлячок, нам нужна вся информация на столе, прежде чем предпринимать какие-либо действия. Если нам повезет, Слоан и девочка могут быть в одном месте, поскольку вполне вероятно, что «Монтегю» стоит за обоими этими делами», — сказал Фарис, открывая блокнот и доставая то, что выглядело как гелиевая ручка с блестками, увенчанная большим фиолетовым помпоном.
«Это моя ручка?» — спросила Сейдж, подозрительно прищурившись на него.
«Кто нашел, того и тапки. Теперь она моя», — ответил Фарис, проводя пушистым шариком по щеке. Боги, этот парень был уникальным. Это было странно, потому что я видел вспышки личности Фишера в Фарисе. Что вызывало вопрос — была ли это когда-либо на самом деле личность Фишера, или это всегда был Фарис? Вот это маразм. По крайней мере, было легко принять его в группу, слава богу.
«Возможно, мы сможем снова попытаться связаться с ним, как мы сделали с Каем. Мы можем одолжить тебе свою магию, чтобы это сработало?» — предложила Бабушка.
Фиш задумчиво хмыкнул. «Это неплохая идея, но я не уверен, что это сработает, так как я не могу дотянуться до его разума. Что ты делаешь, Кай?» — спросил он, пока Кай печатал.
«GPS-навигатор машины. Он поврежден, но, похоже, слабый сигнал все еще есть. Я пытаюсь получить координаты; машина не могла просто исчезнуть». Кай продолжал нажимать на клавиши, прежде чем закричать: «Есть!»
Брам и Хол оба вскочили, готовые к действию.
«Я тоже пойду», — сказал Фиш, помогая Сейдж встать, прежде чем подняться сам.
«Я тоже», — добавил Кай, закрывая ноутбук. «Может быть, я смогу уловить его запах».
Хантер встал и оглядел нас, слегка переминаясь с ноги на ногу. «Я бы тоже хотел пойти. Моя стихия может пригодиться в этой ситуации».
Хол выглядел обеспокоенным. «И какова именно твоя стихия?»
Мой брат усмехнулся, выбегая на большой, пышный двор. Мы все с нетерпением наблюдали, как он расставил ноги и свободно опустил руки по бокам. Медленно его голова откинулась назад, и пальцы дернулись. Пока ничего не происходило, но в воздухе висело предвкушение.
Я услышал, как Сейдж ахнула, когда земля под нашими ногами начала вибрировать. Хантер начал вращать запястьями, выставив указательный палец, и травинки
поднялись с земли, следуя за движением его пальца. Затем последовали мелкие камешки и рыхлая земля, все кружилось вокруг моего брата, как торнадо.
«Черт», — с уважением прошептал Хол, и я ухмыльнулся, но моя улыбка померкла, когда из-под земли раздался громкий треск.
«Можешь повторить», — пробормотала Бетт, не сводя глаз с могущественного мужчины, который владел магией так, будто был частью земли.
«Какого хрена это было?» — спросил Фишер, оглядываясь в поисках источника звука. Я сосредоточился на своем брате, который теперь поднимал руки над головой, и огромные куски твердой земли и скал присоединялись к циклону.
«Это земля треснула под давлением его магии», — выдохнула Сейдж, ее глаза сияли от изумления.
Последним толчком Хантер вскинул руки к небу, и циклон взлетел в воздух. Он взмахнул руками влево, направляя свое творение над деревьями. С сильным рывком он резко опустил руки, отправляя кружащийся мусор вниз, в лес. Глухой гул прокатился по всей территории, поднимая в небо испуганных птиц.
«Святое дерьмо, брат. Это было чертовски круто!» — закричал Кай, медленно аплодируя.
«Ты маг земли?» — спросил я, подходя к Хантеру и замечая пот на его лбу и легкую дрожь в руках. «Мама была бы так горда, что ты пошел в нее».
Он пожал плечами, преуменьшая свои способности. «Да. Я умею делать и другие вещи, но циклон — одна из самых крутых». Легкий румянец выступил на его лице от похвалы окружающих. «Прости за твой двор», — сказал он Сейдж с легкой гримасой.
«Я могу делать нечто подобное, но только с растениями. Я исправлю это через пару минут, не волнуйся. Это было офигенно круто!» — воскликнула Сейдж, подпрыгивая на носочках. «Ты также можешь создавать землетрясения?»
«Да. Хотя я не делаю этого, потому что это может быть разрушительно. Но способность расколоть землю для побега пригодилась», — гладко ответил он, улыбнувшись, когда явно вспомнил что-то из своего прошлого. «Я также могу чувствовать движение сквозь землю, вибрации и толчки. Это сильно упрощает отслеживание».
«Хантер-охотник», — усмехнулся Брам, с восхищением разглядывая моего брата. Я мог сказать, что Брам о чем-то думал, но у меня не было времени спросить его, прежде чем Фишер прервал мои мысли.
«Что ж, тогда тебе лучше пойти с нами. Поехали. Чем скорее мы найдем ответы, тем скорее вернем Слоана и Энни».
Сейдж фыркнула. «Что, вы все едете? Я тоже хочу поехать».
«Нет», — сразу сказал я, и вокруг меня раздался хор таких же ответов.
Глаза моей маленькой ведьмы сузились. «Я не какая-то беспомощная маленькая девочка. У меня есть магия. Я наполовину демон!» — запротестовала она, ее лицо становилось все краснее от возмущения.
«Сладкая. Мы не поэтому не хотим, чтобы ты ехала. Мы знаем, что ты не беспомощна — ты сильная и невероятно могущественная. Ты также пережила серьезное испытание прошлой ночью», — мягко напомнил ей Фишер.
«Я в порядке», — возразила она.
«Светлячок, — пропел Фарис, подходя к ней сзади. — Останься здесь со мной. Я хочу попрактиковаться в магии, и я надеялся, что ты поможешь мне?»
Это, казалось, расслабило ее. Дело было не в том, что она хотела поехать с нами — она просто не хотела чувствовать себя бесполезной. Ей нужно было задание. Как лидер, я умел давать людям цель. Возможно, это было именно то, что ей было нужно.
«Хорошо. Выезжаем через пять. Встречаемся в гостиной», — приказал я, и все разошлись по дому, чтобы переодеться или сделать последние приготовления. Сейдж последовала за ними и уже собиралась пройти в дверь, когда я перехватил ее. Она пискнула, когда я прижал ее к своей груди и отступил в сторону, разворачивая и прижимая спиной к стене.
«Кэм, какого хрена?» — выдохнула она.
«Ты послушай меня,
«Ты останешься. Здесь. Блядь. Ты поможешь Фарису тренироваться. Это приоритет. Нам нужно, чтобы он был в лучшей форме для того, что будет дальше, потому что ты чертовски хорошо знаешь, что что-то будет. Мы должны быть готовы. Даже не думай покидать эту территорию. Я ясно выразился?» — проворчал я, нуждаясь в том, чтобы она отнеслась к этому серьезно, но я также знал, что внутри она мечется. Моей маленькой ведьме нужно было направление. Это успокоило бы ее разум и укрепило бы тот факт, что она важная часть нашей группы. Наверное, самая важная.
Ее щеки покраснели — от злости из-за того, что я командую, или от возбуждения, я не был уверен. Она выглядела прекрасно.
«Я делаю, что хочу, Кэм», — ответила она, в ее голосе звучала сталь. «Но я приму твои пожелания к сведению».
Приподняв бровь, я наклонился и прошептал ей на ухо: «Вот как?»
Ее дыхание участилось, когда я прижался губами к ее шее. Мои зубы слегка царапнули ее кожу, и ее аромат кокоса и ванили окутал меня, заставляя жалеть, что у нас было больше четырех минут.
«Ты называешь меня Кэм, детка? Мне нужно напомнить тебе, как ты любишь меня называть? И почему?» — промурлыкал я, проводя руками по ее талии к пышным бедрам. Черт, эта задница.
«Да», — простонала она, когда я сжал ее ягодицы и поднял, позволяя ей обхватить меня ногами. Держа ее за подбородок, я нежно поцеловал ее.
«Недостаточно времени, детка. Но если будешь хорошо себя вести, я с удовольствием заставлю тебя кричать мое имя, когда вернусь», — пообещал я, и она прижалась ко мне.
«Ты козел», — выдохнула она.
Я усмехнулся. «Нужно дать тебе стимул вести себя хорошо. Но просто запомни, маленькая ведьма, — прошептал я, проводя пальцем по ее нижней губе, — в любое время, в любом месте я отшлепаю эту сочную задницу до полусмерти. А потом, если повезет, я ее трахну».
Ее рот приоткрылся, и я прижался своей твердостью к ее лону, позволяя ей почувствовать трение о ее идеальную киску. Брам позвал меня по имени из дома, и я медленно опустил ее на землю и отступил назад, пытаясь унять эрекцию.
«Я позже отшлепаю тебя за твою дерзость», — прошипела она, как дикая кошка.
Детка не любит, когда ее оставляют с неудовлетворенным желанием. Замечено. Но бьюсь об заклад, она останется в доме, пока нас не будет. Она сможет заняться сексом в гневе со мной позже.
«Я люблю тебя», — сказал я, украдкой поцеловав ее, прежде чем она успела возразить, и увернувшись, когда она шлепнула меня по заднице.
«Я тоже тебя люблю, — проворчала она. — Будь осторожен!»
Глава 4. Слоан
Мрак.
Моя голова раскалывалась, и тело казалось весом в десять тонн. Где я?
Открыть глаза оказалось самой сложной задачей в моей жизни, поэтому я решил использовать другие чувства, чтобы понять, где я, черт возьми, нахожусь. Думай, Слоан. Думай.
Пробираясь сквозь затуманенный разум, я ухватился за последнее, что отчетливо помнил. Чувство удовлетворения разлилось по мне, как чума, и я поймал себя на том, что ухмыляюсь. Брайс. Без члена, задушенный, мертвый.
В горле пересохло; я бы убил за стакан воды. Когда я вдохнул, запах антисептиков и чистящих средств проник в мои чувства, и тогда мои глаза действительно распахнулись, несмотря на то, какими тяжелыми они казались.
Больница. Я был в гребанной больнице. Мое сердце бешено забилось, когда я моргнул, пытаясь сфокусировать зрение. Все было размыто и не в фокусе, особенно левый глаз. Нужно выбираться отсюда.
Черт, я ненавидел больницы. Слишком много времени провел в приемных покоях в детстве, с слишком маленькой заботой со стороны лечивших меня людей. Я застонал, пытаясь сесть; мои мышцы живота болели так, будто меня избили.
«Эй, эй, большой парень. Не торопись. Ты попал в аварию», — сказал голос. Мое зрение постепенно возвращалось, и я огляделся, заметив, что эта комната не совсем похожа на больничную. Она выглядела как...
«Черт», — выругался я, пытаясь приподняться на локтях и обнаружив, что мои запястья надежно прикованы к кровати.
«Нет смысла бороться. Тебя зафиксировали для твоей же безопасности». Женщина подошла ко мне. Она была одета в медицинский халат и, казалось, была за пятьдесят.
«Где...» — прохрипел я, сухость в горле делала мой голос хриплым и грубым.
«Ах, дай-ка я принесу тебе воды. Но сначала мне нужно взять утренний образец. Приказы босса. Ты знаешь, как это бывает», — сказала она, пожав плечами. Мои глаза расширились, когда она направилась к локтевому сгибу с иглой. Пошло оно все к черту.
Я зарычал, и из моей груди вырвался глубокий рык.
«Никаких глупостей, мистер Салливан, — отчитала она. — Будь паинькой, и мне не придется тебя усыплять».
Усыпить меня, как же. Я призвал свою магию, но почувствовал, как гнев вспыхнул во мне, когда я обнаружил, что она полностью исчезла. Никакого огня. Никакого дракона. Ублюдки, должно быть, накачали меня чем-то. С их стороны умно, но для меня не очень хорошо. Это меняло все, и я знал, что мне нужно подходить к этому осторожно — по-другому, чем мои обычные огненные инстинкты. Они, скорее всего, уже взяли кровь, так что что еще немного? Это стоило того, чтобы не быть усыпленным. Мне нужно было сохранять ясность ума, чтобы понять, что, черт возьми, происходит. Позволить себе замереть было не так просто, как казалось. Позволить кому-то взять у меня что-то без моего согласия было не тем, с чем я когда-либо мог смириться. Даже моя собственная кровь.
«Очень хорошо», — похвалила медсестра, и через мгновение я почувствовал острую боль от иглы. Она сделала все быстро и вложила мне в руку холодную бутылку воды. У женщины был какой-то инструмент, который позволял ей ослабить мои оковы ровно настолько, чтобы я мог напиться. И, звездами, я пил жадно, немалая часть пролилась мне на подбородок.
«Где я?» — спросил я, вытирая рот тыльной стороной ладони.
Она цокнула в ответ, поместив пробирку с кровью в пакет для биологических отходов и запечатав его. «Он скоро придет», — ответила она и вышла из комнаты, не оглянувшись.
Он? Я вспомнил убийство Брайса. Что еще случилось? Он собирался изнасиловать Рыжую, насколько я помнил, и этого было
Пожар в доме ее подруги. Исчезновение Энни. Побег Лори. Звонок из тюрьмы о том, что мой отец наконец-то ушел.
Мое сердце упало при воспоминаниях. Воспоминания возвращались быстрее, и явно не в порядке. Я помирился с Фишером. Слава богу. Я наконец сказал ему, что люблю его, и он ответил взаимностью, несмотря на то, что не хотел, чтобы я ехал в тюрьму. Я помнил, как вел машину, остановился на убогой заправке и потерял связь. Огненный шар, врезавшийся в внедорожник. Две фигуры, стоящие надо мной... Нет. Пожалуйста, нет.
Повернув голову, я вырвал на чистый пол, прежде чем откинуться на подушки.
«Я вижу, ты очнулся».
Это не реально. Это кошмар.
«Посмотри на меня, мальчик. Прошло слишком много лет с тех пор, как я видел своего сына», — сказал мой отец своим властным голосом, и я обнаружил, что поднимаю на него глаза практически бездумно.
Он постарел, это очевидно. Прошло так много лет с тех пор, как я видел его. Его время в тюрьме, должно быть, было тяжелым, если судить по шрамам на его руках, не говоря уже о большом рваном шраме, идущем по одной стороне лица.
Мой отец был таким же высоким, как я, ростом в шесть футов два дюйма, но он был шире в плечах. И более жестоким.
«Думал, ты мертв», — выпалил я, сжав челюсть.
Скрестив руки на своей огромной груди, он уставился на меня. «Ты надеялся сплясать на моей могиле, сын?»
Я фыркнул. «Как будто я позволил бы тебе иметь могилу».
Для старого человека он двигался быстро. Не то чтобы я мог заблокировать удар, даже если бы предвидел его. Боль взорвалась на моей скуле, и я был уверен, что услышал хруст. С лицом всегда трудно было определить.
«Ублюдок», — прошипел я.
«Я вижу, наше время в разлуке заставило тебя потерять уважение, мальчик. Это не проблема. Мы это исправим. Немедленно», — пригрозил он, и я хотел бы убежать как можно дальше. Я ненавидел то, как он даже сейчас, спустя столько лет, имел надо мной эту власть. Я был не Слоаном Салливаном, одним из лучших шпионов в «Радикал», хранителем чар и самым искусным магом огня в мире. Нет, я снова был тем испуганным, тощим, робким ребенком, которого он избил до беспамятства.
«Зачем я здесь?» — потребовал я.
«Потому что мы, мужчины Салливаны, важны для дела. Я работаю с Азраэлем еще до твоего рождения, мальчик. Все идет по плану, и мы так близки к финишу», — зловеще ответил он, и на его лице появилась тревожная усмешка. «Теперь мы посмотрим, из чего ты на самом деле сделан. Пошли».
Он зашел за кровать, и она зашаталась, когда он отпустил тормоз на колесах. Куда бы мы ни направлялись, я знал, что это не будет приятно. Он толкал меня по длинному, ослепительно белому коридору.
Когда мы приближались к углу, женщина обогнула его с маленькой светловолосой девочкой. Мои глаза впились в девочку, когда она подняла лицо.
«Энни?» — выдохнул я. К счастью, она выглядела нормально — физически не пострадавшей. Легкое движение ее губ подсказало мне, что она пытается не улыбаться. Какого черта она хотела улыбаться в такой момент? Я встречал девочку лишь мельком, так что я даже не был уверен, знает ли она меня.
«Ненастоящий», — прошептала она. Что, черт возьми, это значит?
Я извернулся, пытаясь не сводить с нее глаз, но мой отец продолжал толкать проклятую кровать дальше.
«Ты лучше не тронь ни волоска на голове этой девочки», — прорычал я, теряя остатки самообладания. «Что вы с ней делаете? Отпустите ее, старик. Она всего лишь ребенок!»
Его глубокий смех был единственным ответом, когда он вкатил меня через двойные двери. В центре огромной комнаты был прозрачный загон, и мы направлялись именно туда. Несколько человек в белых халатах слонялись вокруг, некоторые с ноутбуками и блокнотами. Большинство из них смотрели на меня с нетерпеливыми глазами, и мне это чертовски не нравилось. Резкий укол в руку заставил меня дернуться от мужчины в белом халате, который только что ввел мне что-то. Они уже подавили мои силы, так что, какого черта это было?
Кровать закатили в загон, и через несколько мгновений наручники, удерживающие меня, упали с лязгом. Я не медлил, спрыгивая с кровати и бросаясь туда, где должен был быть мой отец. Конечно, трус был снаружи стекла, с самодовольным видом.
«Какого хрена это?» — взревел я, кружась, пытаясь понять, зачем я здесь. Кроме кровати, здесь ничего не было в этой прозрачной коробке.
«Приведите его», — рявкнул мой отец кому-то, и мой взгляд метнулся к дверям, где двое крупных мужчин волокли человека за руки.
Паника сжала мое сердце, когда я узнал эту кудрявую голову темных волос, этот разворот плеч.
«Нет!» — взревел я. «Руки прочь от него! Фишер!»
Фиш не ответил, и все его тело обвисло, когда они положили его на стальной хирургический стол. Мои кулаки бешено забарабанили по стеклу, но это ничего не изменило.
«Ты вызываешь у меня тошноту, — с отвращением произнес мой отец, и в его глазах читалось отвращение. — Я всегда знал, что между вами двоими что-то было. Это кончается сейчас».
«Не трогайте его!» — закричал я, когда один из мужчин в лабораторном халате начал брать разные хирургические инструменты.
«Ты принимаешь его член, как маленькая сучка? Меня это не удивляет — ты всегда им и был».
Я не мог сосредоточиться, не мог осмыслить слова отца из-за того, как громко теперь билось мое сердце в ушах. Когда тот мертвец, держащий скальпель, сделал свой первый надрез, мое зрение обострилось. При втором надрезе из моей груди вырвался нечеловеческий рев, и я полностью превратился в свою драконью форму. Эти ублюдки за это заплатят.
Они продолжали резать его. Кровь стекала по столу, а Фишер лежал неподвижно, как труп. Огонь вырвался из моей огромной пасти, когда я попытался уничтожить проклятую клетку, в которой находился. Она была магически усилена чем-то. Мой огонь, когти, зубы, грубая сила — ничто не помогало.
Хирург наконец прекратил свое кромсание. «Очистите его. Отведите обратно в камеру. Приведите следующего».
Двое крупных мужчин, которые втащили Фишера, подошли и вынесли его
«Отпустите меня!»
О боги. Нет. Пожалуйста, нет...
«Слоан! Они причинят мне боль, пожалуйста, помоги мне!» — закричала Рыжая, ее глаза бешено метались по комнате. Двое новых мужчин тащили ее к столу, пока хирург готовил ремни. Вернувшись в человеческую форму, я с силой ударил кулаками о стену.
«Рыжая! Мне так жаль, мне жаль», — взревел я, надеясь, что она услышит меня сквозь свои дикие крики.
«Знаешь что, сын? Нам нужны дети. Демоны. Драконы. И те, и другие. И мы их получим».
Мое горло сжалось, когда одежду Рыжей разрезали. Черт. ЧЕРТ. Я не могу. Я не могу ее спасти.
«Папа, — хрипло прошептал я, делая последнюю попытку. — Пожалуйста, не делай этого. Я умоляю тебя».
Он приподнял бровь и поднял руку, останавливая своих людей, окруживших мою женщину. Он уставился мне в глаза, и я покачнулся на ногах, внезапно чувствуя истощение от отсутствия еды и прилива адреналина.
«Это, — он указал на меня, — именно та причина, по которой это должно быть сделано. Ты слаб». Он посмотрел на своих людей. «Делайте».
В мгновение ока я снова стал драконом. Мое тело снова и снова врезалось в стены, пока крики агонии Рыжей наполняли комнату. Боль взрывалась повсюду, сила моих попыток прорвать ограждение была достаточной, чтобы раздавить мои собственные кости.
С последним рывком и всей моей силой я бросился на стену так сильно, что мое зрение поплыло, и я отшатнулся. Я попытался прояснить голову, но движение лишило меня равновесия, и все почернело, когда я рухнул на землю.
Последнее, что я слышал, был крик моего имени. Мольба и проклятие.
Глава 5. Фишер
Дни тянулись бесконечно. Каждую свободную минуту я пытался связаться со Слоаном. Ничего не работало. Мы даже попробовали то, что использовали для связи с Каем, с добавлением магии остальных в круге силы, и все равно ничего.
Все были измотаны и на взводе. Сейдж в особенности была настоящим удовольствием. Мэйвен к этому моменту официально пропал; он никогда раньше не исчезал так надолго, так что это было дополнительным стрессом. Я понимал, действительно. Это была эмоционально заряженная ситуация, и у каждого есть свой предел. Не помогало и то, что Миранда до сих пор ни с кем толком не разговаривала. Хол сказал, что она просто как будто отключилась. Я надеялся, что она позволит нам заскочить, и, возможно, я смогу немного облегчить ее боль. Даже если минимально, это дало бы ее разуму передышку.
Я снова и снова переживал тот момент со Слоаном перед его отъездом. Я, блядь, говорил ему не делать этого — и вот что случилось. Я был в бешенстве на него, этого упрямого придурка. Потом я думал о том, что он ранен или его пытают, и беспокойство сжимало мои легкие, дыхание становилось тяжелым и прерывистым.
«Давай еще раз», — прорычал Фарис. Он был неутомим в своих тренировках. Его общие знания магии были инстинктивными, как и для любого сверхъестественного существа. По крайней мере, это работало в его пользу. Минус был в том, что мы все учились владеть магией с детства. Мы не обретали свои истинные стихии до подросткового возраста, но изучение заклинаний, создание простых настоек и вся прочая магическая академическая база были вбиты в нас с рождения. Хотя Фарис был внутри меня всю мою жизнь, видя все, что видел я, у него никогда не было возможности физически практиковать магию до сих пор.
Я вздохнул. «Ладно. Но я сделаю это еще только полчаса. Я готов к обеду».
«Что ты хочешь, чтобы я попробовал сейчас?» — спросил он, нетерпеливо подавшись вперед.
Мы сидели за кухонным столом. Бетт принесла целый ворох гримуаров, которые Фарис пролистал как одержимый. Он уже заманил Наполеона в качестве подопытного кролика для нескольких заклинаний левитации. Это продолжалось недолго, однако маленький мышонок обиделся, когда Брам вошел и завизжал, как ребенок. Демон действительно не любил мышей, и Наполеон сильно обиделся на его фобию.
«Хм... Я хочу увидеть больше твоей силы убеждения. Я свяжусь с Каем и попрошу его зайти сюда. Когда он войдет, убеди его приготовить нам обед. Некоторые из его сэндвичей с сыром на гриле», — предложил я, и у меня уже потекли слюнки.
Фарис ухмыльнулся, хотя мой план не вызывал у него энтузиазма. Он все еще выживал на сырой лапше и крови. У парня не было ни малейшего понятия, чего он лишен.
Мое зрение затуманилось, когда я поискал разум Кая.
«Иди на кухню». Я послал ему мысль и рассмеялся, когда он выругался.
«Ты не можешь просто делать это дерьмо, Фиш. Что, если бы я был по уши в процессе?»
«Ну, тогда я бы присоединился к тебе через минуту. Ты в процессе?»
«Ха, хотел бы я. Росток не позволяет никому из нас делать на нее хоть один шаг. Лично я думаю, что ей нужно хорошее завладение».
Да. Он был прав. Ничто не успокаивает темперамент женщины лучше, чем оргазм.
«Иди на кухню».
«Черт. Ладно».
Я отпустил психику Кая, и комната снова сфокусировалась.
Фарис подпрыгивал на стуле от нетерпения. «Он идет?»
«Да. Веди себя круто», — сказал я ему.
Кай влетел на кухню, огляделся и сел за стол. «Я думал, Росток будет здесь». — Он надулся, и я усмехнулся.
«Прости, что разочаровал. Только мы», — протянул Фарис, барабаня пальцами по столу, глядя на Кая. Движение было на сто процентов моим. Еще одна странная вещь в копилку безумия.
«Вы, ребята, не против небольшого сюрприза сегодня? Я отчаянно хочу ее. Я звучу как нытик, но, богами, меня благословили парой с самым идеальным телом и самой тугой...»
«Привет», — внезапно сказала Сейдж, и мы все подпрыгнули, повернувшись к ней. Она только что вошла с улицы, судя по грязи и пятнам травы на коленях.
«Привет», — мягко сказал я.
«Привет, Росток», — ответил Кай с ухмылкой.
«Что ты там делала? У тебя колени грязные», — заметил Фарис.
«Кое-какие дела с растениями. Нужно было проветриться. А вы что делаете?» — спросила она, глядя на книги на столе. В ее голосе звучало подозрение, хотя я предположил, что это из-за того, что мы все подскочили, когда она появилась из ниоткуда.
«Я тренирую свою магию. Хочешь посмотреть?» — спросил Фарис, не скрывая надежды на лице.
«Конечно! Дай-ка я быстро вымою руки», — сказала ему Сейдж. Она направилась к раковине, схватила бумажное полотенце и наспех вытерла свое блестящее
Кай и Фарис оба вскочили и бросились к холодильнику. Фарис победил, но с небольшим отрывом.
«Миледи», — сказал он, протягивая ей бутылку воды, словно это была редкая драгоценность.
«Спасибо, Гадюка». — Она улыбнулась, взяла воду и выпила половину. Кай что-то проворчал и вернулся на свое место.
«Иди сядь к нам, сладкая», — подбодрил я. Мы все скучали по ней из-за безумия прошлой недели.
Несмотря на то, что я чувствовал себя более контролирующим свою стихию в целом, она все еще успокаивала меня лучше, чем любой другой человек. Это было похоже на то, как ее магия действовала инстинктивно. Она успокаивала зверя внутри меня, которого я теперь начинал принимать за то, что это был не Фарис. Нет, у меня было достаточно своих собственных проблем, и он просто был козлом отпущения всю мою жизнь, простым объяснением. Теперь, когда он покинул мой разум, мне нужно было признать это и принять себя настоящего. Мои темные сексуальные желания, потребность доминировать над противниками ментально... это был весь я.
«Но мне нужно пойти и сделать...» — начала она, и Кай быстро перебил ее.
«Нет, Росток. Ты ничего не делала, кроме как изматывала себя последние пару дней. Присядь на минутку, и позволь мне принести тебе поесть», — сказал он, вставая и подходя к ней.
Она стояла, перебирая в голове мысли. Она перестала защищать их, и я слышал ее внутреннюю борьбу.
Слишком много дел. Нужно помочь Слоану и Энни. Я так чертовски устала.
Мое сердце болело за мою милую ведьму, которая всегда беспокоилась обо всех, кроме себя. Она отчаянно пыталась занять себя, чтобы отвлечься от этих мыслей.
Однако ее плечи расслабились, когда она решила воспользоваться идеей Кая. Она шагнула вперед, и он обнял ее.
«Мы всегда позаботимся о тебе. Особенно когда тебе самой слишком трудно это сделать, Детка», — прогудел Кай у макушки ее головы.
«Спасибо, Альфа. Я иногда теряюсь в своих мыслях. Но я действительно голодна», — призналась Сейдж, даря Фарису и мне маленькую улыбку.
«Что ж, тогда позволь мне приготовить тебе обед», — сказал Кай, отступая назад и ухмыляясь. Его настроение, казалось, поднялось при мысли о том, чтобы накормить нашу пару.
«Вот тебе и тест». — Я подтолкнул мысль Фарису, и он лениво откинулся на спинку стула с самодовольной улыбкой.
«О, я найду способ проверить это. Не бойся, брат».
Это было немного пугающе. Мои ноги чертовски чесались, когда волосы снова отрастали после того, как он придумал заставить меня их сбрить. Я все еще был ему должен за это дерьмо.
«Иди сюда, Светлячок. Ты выглядишь так, будто тебе не помешает немного любви», — протянул Фарис, все еще откинувшись на стуле, как гребаный король.
«Я так волнуюсь, — прошептала Сейдж, направляясь к нему. — Когда я пытаюсь уснуть, мне снятся... сны».
«Какие сны, Росток?» — крикнул Кай из холодильника, выискивая то, что ему нужно для обеда.
Страх начал исходить от нее волнами, и мои кулаки сжались.
«Мне снятся те теневые существа — те, что король Тэйн, должно быть, посылал некоторое время назад, чтобы найти меня?» Мы кивнули. Конечно, мы помнили. Бетт и Сейдж наложили заклинания и поставили защиту на дом от этих проекций. Если ей снятся они сейчас, это могло означать только одно. Тэйн снова искал ее и находил способ обойти созданную ими защиту.
«Я поговорю с Бетт после обеда и убежусь, что защита надежна». Кай расхаживал по кухне, время от времени издавая тихий рык.
«Тебя это действительно удивляет? — спросила она нас. — Тэйн был первой из наших проблем. Азраэль появился позже, и теперь мы полностью сосредоточены на нем. Это было бы идеальное время для Тэйна напасть, если он это планирует. Или, может быть, они работают вместе, как сказал Брам?»
Кай прекратил ходить. «В тот день, когда Брам забрал нас из замка, Азраэль прямо сказал ему, что придет за троном. Если они работают вместе, либо Тэйн не знает о планах Азраэля, либо он знает и не беспокоится. Я готов поспорить, что они пытаются использовать друг друга, а потом это будет просто гонка, кто убьет первого», — предположил он.
Я кивнул. «Какова бы ни была причина, нам нужно быть более бдительными, чем раньше. Мне не нравится не знать, что происходит». Мое сердце билось быстрее при мысли о надвигающейся опасности. И она была. Она придет. Все, что мы могли сделать сейчас, — это ждать и готовиться.
«Нам нужно понять, как перейти в наступление. Внезапная атака — это идеально», — мрачно сказал Фарис.
«Я действительно думаю, что нам нужно как можно скорее добраться до Бесмета, — сказала Сейдж. — Там есть ответы, и я чувствую это... притяжение. Мне нужно туда».
«Вот, Детка. Съешь это», — приказал Кай, ставя перед ней тарелку с одним из тех гребаных сэндвичей с сыром на гриле. Боги, это выглядело восхитительно.
Мои глаза метнулись к Фарису, и я увидел, что он пристально смотрит на Кая. Я подавил смех, когда Кай озадаченно посмотрел на нас и на всех парах понесся обратно к плите. Должно быть, он открыл какое-то приложение на телефоне, потому что заиграла музыка.
«Твой скоро будет готов, Фиш. Ты хочешь капколу или прошутто?»
Я не мог больше сдерживаться. Фарис и я одновременно расхохотались, а Сейдж посмотрела на нас, прежде чем отложить свой сэндвич.
«Что вы двое сделали?» — спросила она, и на ее лице появилась улыбка, от которой у меня перехватило дыхание. Я не видел ее достаточно в последнее время, и мне нужно было это исправить как можно скорее. Кай игнорировал нас, теперь с гордостью распевая "Buss It", пока готовил.
«Мы? — поддразнил Фарис, его голос возмущенно повысился. — Мы ангелы, Светлячок».
Она рассмеялась. Мелодичным, заразительным, прекрасным смехом, который ударил меня сильнее любого наркотика.
«Ты внушаешь ему?» — догадалась она, откусывая кусок от сэндвича.
Припев возвращался, так что на этот раз Фарис и я подпевали Каю.
«Да, трясись, К!» — закричал я, когда Сейдж начала двигаться в такт, подпевая нам.
«Думаю, ему нужен партнер по танцам», — крикнул Фарис.
Сейдж хихикнула, когда я уставился на нее, но вдруг я обнаружил, что встаю и танцую к Каю, который теперь стоял обеими руками на островке, задницей к нам, тверкая. Боги, я хотел не большего, чем потанцевать с его сексуальной задницей.
Фарис завопил, когда я подошел к Каю сзади, и мы начали двигаться вместе. Начала играть "Candy Shop"
«Я отведу тебя в кондитерскую, — пропел он мне на ухо, пока наши движения сливались воедино. — Я позволю тебе облизать леденец...» Он прижался своим твердым членом к моей заднице, и я подавил стон. Боги, прошло слишком много времени с тех пор, как мне трахали задницу.
«Взять его, Кай!» — закричала Сейдж, и мои глаза обратились к ней.
«Иди сюда, сладкая...» — поманил я, протягивая руку.
Она проплыла ко мне и взяла меня за руку, позволяя мне поставить ее между нами. Кай обхватил одну ее ногу за бедро и начал двигать бедрами в такт музыке. Мои руки скользили вверх и вниз по ее талии, мой член упирался в ее задницу.
«Звездами», — пробормотал Фарис. Мы, должно быть, выглядели довольно непристойно. Мне стоило огромных усилий не раздеть ее и не трахнуть на этой проклятой стойке.
Песня закончилась, и мы все еще были прижаты друг к другу. Мои губы искали ее шею, отодвигая волосы, чтобы я мог оставить на ней свою метку.
«Черт, — выдохнул Кай. — Сэндвич, наверное, подгорел».
Сейдж рассмеялась, откинув голову мне на грудь. «Ты можешь съесть половину моего, Рыбка», — предложила она, взглянув на меня.
«К черту сэндвич», — прорычал я. Ее глаза расширились от волнения, когда я обхватил ее за талию, поднял и опустил на стойку, животом вниз. Одним быстрым движением я стянул с нее шорты, обнажив ее кружевное белье.
«Боги», — сказал Кай, наблюдая за разворачивающейся сценой.
«Рыбка!» — взвизгнула Сейдж, когда я схватил ее трусики и, блядь, разорвал их посередине, обнажив ее блестящую киску. Ее ноги свисали со стойки, и она была полностью в моей власти. Когда она попыталась приподняться, Кай был тут как тут, твердой рукой прижимая ее обратно.
«Фарис, держи ее руки», — прохрипел я.
В мгновение ока он оказался на другой стороне островка, взял ее руки в свои и обеспечил ее полную неподвижность. «Ты этого хочешь, Светлячок? Тебе нужны твои мужчины так же сильно, как они нуждаются в тебе?»
Сейдж глубоко застонала и выгнула спину. «Трахай меня... Пожалуйста, трахай меня», — взмолилась она.
Я отбросил остатки ее трусиков через плечо и сосредоточился на ее влажной киске. «Чертова мокрая, сладкая», — простонал я, стягивая свои шорты. «Я тебя уничтожу». Мой член был тверд как камень, и когда я встал на место, мой вход был без сопротивления.
«Аааа, черт», — выругалась она, ее ноги разлетелись от силы моего траха.
«Я. Нуждаюсь. В тебе». — Каждое слово подкреплялось сильным ударом бедер. «Я всегда, блядь, нуждаюсь в тебе. Эта киска, боги». Кай теперь дрочил свой член, его глаза были прикованы к точке соединения Сейдж и меня. «Ты хочешь почувствовать ее, К?» — спросил я, мой темп был безжалостным. Хлюпанье моего таза о ее задницу эхом разносилось по стенам, смешиваясь с ее стонами и криками удовольствия.
«Сначала наполни ее. Я хочу, чтобы эта киска была влажной», — прорычал Кай, его глаза вспыхнули желтым. Мои пальцы впились в мягкую кожу ее ягодиц, и я сжал их сильнее. Завтра на ней будут синяки от пальцев.
«Боги, да! Трахай меня, Фишер!»
Фарис держал ее руки полностью вытянутыми, и мне нравилось видеть ее в нашей власти. Он громко застонал, когда она сжала его эрекцию.
«Трахай ее сильнее, чувак. Отдай ей свою сперму». Кай схватил меня за затылок, и я уставился в его черные глаза, пока вбивался в нашу пару.
«Я кончу», — повторял я, мое тело жаждало разрядки.
«Даааа», — прошипела Сейдж, как раз в тот момент, когда Кай впился в мои губы, и я вогнал в нее раз, два, три раза, прежде чем все мое тело дернулось и задрожало. Моя сперма вырвалась наружу, и казалось, что оргазм длится вечно.
Как только мои яйца опустели, я отступил назад и наблюдал, как моя сперма капает из ее опухшей киски, падая на пол. Сейдж заскулила от потери члена, но быстро передумала, когда Кай пальцами медленно заталкивал мою сперму обратно внутрь.
«Пожалуйста, Альфа», — взмолилась она.
«Надеюсь, ты готова к гону, Детка», — предупредил Кай, занимая мое место позади нее и быстрым движением входя в нее полностью.
«Тебе нравится, когда твои пары по очереди пользуются твоим телом?» — промурлыкал Фарис низким голосом, заставляя Сейдж сосредоточиться на его лице.
«Я обожаю это», — закричала она, когда ладонь Кая шлепнула ее по заднице.
«Отлично, принимай свои трахи, как хорошая маленькая мамочка», — сказал ей Фарис.
Маленькая мамочка? Черт, это горячо.
Звуки, которые издавали Кай и Сейдж, были абсолютно гипнотическими. Хорошо, что кухонный остров был прикручен к полу, иначе я был уверен, что Кай протрахал бы ее через всю комнату с такой силой каждого удара бедрами.
«Трахай меня, трахай меня, о боги!» — закричала Сейдж, когда Фарис собрал ее волосы в руку и потянул.
«Кончи на мой член, Детка. Сожми этот член», — приказал Кай.
С маленьким криком все тело Сейдж содрогнулось, и я увидел, как ее пальцы ног выпрямились, икры напряглись, а бедра задрожали, когда ее оргазм пронзил ее тело. Кай наклонился над ней и укусил ее за плечо, заставляя ее издать стон чистого, блядь, греха.
«Вот так, Светлячок», — прошептал Фарис ей на ухо.
«Прими мое семя, Детка», — процедил Кай сквозь зубы за мгновение до того, как откинул голову назад и зарычал, как гребаный зверь. Он упал на нее, сразу же начиная вылизывать рану на ее плече длинными движениями своего широкого языка.
«Так красиво, как ты принимаешь нас, сладкая», — похвалил я, поглаживая ее щеку, не прижатую к столу.
«Ты так хорошо меня трахаешь», — ответила она прерывисто. «Фарис?»
«Хм?»
«Хочу, чтобы тебе тоже было хорошо».
Он усмехнулся и погладил ее по волосам. «Я чувствую себя фантастически, Светлячок».
«Но...»
«Никаких "но". Давай приведем тебя в порядок», — сказал он, обходя стойку, чтобы помочь ей слезть.
Фарис до сих пор не занимался с ней сексом, и я должен признать, мне было немного любопытно, почему. Я решил поговорить с ним об этом позже.
Хлопнула дверь, и по коридору разнесся мужской смех. Мы все замерли. Кэм и Брам о чем-то оживленно беседовали, но их разговор быстро утих, когда они вошли на кухню и застали нас в основном без штанов.
«Какого черта?» — потребовал
Кэм скрестил руки на груди и прислонился к стене, на его губах играла усмешка. «Ну, ну, ну. Что у нас тут? Небольшая послеобеденная забава?» — Он усмехнулся. «Знаете, вам чертовски повезло, что Хантер остался с Холом в квартире работать. Если бы он вошел сюда и увидел мою ведьму полуголой и раскрасневшейся...» — Он указал на Сейдж, которая была раздета до пояса, с твердыми сосками, просвечивающими сквозь рубашку, и кожей, сияющей от напряжения. — «Мне пришлось бы навалять кому-то».
«Согласен. Мы единственные, кто видит Детку такой». Глаза Брама пылали, когда он смотрел на нашу девочку.
«Это просто случилось, — невинно вставила Сейдж. — Но я должна сказать, что меня никогда так не трахали, будучи в подвешенном состоянии. Святые лунные девы, это было чертовски горячо».
И Кэм, и Брам прищурились от этой информации, и я почувствовал исходящее от Сейдж самодовольство. Она их дразнила, проказница.
«Может быть, когда-нибудь я мог бы попробовать веревки?» — спросил Фарис, но его глаза были прикованы к Браму.
Интересно.
«Веревки? Будет больно?» — спросила Сейдж, наклонив голову и поставив маленькие руки на бедра.
«Я бы никогда не причинил тебе боль, Светлячок. Если только ты об этом специально не попросишь», — ответил Фарис с озорной ухмылкой.
«Если кто-нибудь не оденет ее через две секунды, она будет перегнута через стол», — предупредил Кэм. Он сжал свой член через джинсы, его взгляд пронзал Сейдж.
«Э-э... Мои трусики...» — Сейдж огляделась, наконец заметив порванное кружево. Она наклонилась, чтобы поднять их, стараясь сгибаться в бедрах, а не в коленях — подарив двум ворчунам отличный вид на свою задницу и киску.
Кай расхохотался, когда двое мужчин двинулись вперед, их намерения были очевидны. Сейдж выпрямилась и развернулась как раз перед тем, как они достигли ее. Она подняла кружево, и парни остановились, глядя на него мгновение, прежде чем она объяснила: «Рыбка сорвал их с меня. Разорвал их, а потом они держали меня на стойке и по очереди трахали. Ты можешь в это поверить?»
«Ты пытаешься заполучить еще два члена прямо сейчас, принцесса?» — сказал Брам, его голос стал глубже, когда его рога медленно появились.
«Хм, думаю, я бы предпочла душ».
Кай, Фарис и я усмехнулись ее очевидной провокации.
«Хорошо. Тогда душ», — объявил Брам, взваливая Сейдж на плечо.
«Эй!» — закричала она, ее великолепная голая задница дергалась в воздухе. Ладонь Кэма приземлилась на ее щеку, как магнит, и мне понравилось, как вся ее задница тряслась, когда он шлепал ее.
«Будьте готовы выехать через несколько часов. Мы собираемся помочь Холу в доме Миранды позже», — сообщил Кэм нам троим.
«Понял, босс», — подтвердил Кай.
«Мы?» — переспросила Сейдж, пытаясь взглянуть на нас вниз головой. Кэм снова шлепнул ее, а Брам погрузил два пальца в ее киску.
Боже, звезды действительно благословили нас.
«Пошли, Большой Грозовой Папочка. Нам нужно кое-что прояснить с этой маленькой дразнилкой».
Мы слышали ее визги и крики восторга, когда Брам нес ее через дом и вверх по лестнице.
Глава 6. Сейдж
Я отчаянно сопротивлялась, рука Брама сжимала мои бедра, как тиски, пока он несся через дом с моей перевешенной через плечо фигурой. Руками я оттолкнулась от его задницы и почувствовала, как мое сердце забилось быстрее, когда я увидела Кэма, следующего за нами. Наши взгляды встретились, и я сжала бедра при абсолютном обещании разрушения в его взгляде.
Пальцы Брама все еще были плотно засунуты внутри меня, но мой демон ловко ввел еще один, заставляя меня застонать.
«Звезды, Брам, — выдохнула я. — Кажется, там целая твоя рука».
Он рассмеялся, когда мы поднялись по лестнице. «Это потому, что так оно и есть. Ты мне нравишься такой... растянутая и безвыходная».
Я ожидала, что он положит меня на кровать, но к моему удивлению, Брам повернулся, когда дверь захлопнулась, и я почувствовала две большие руки на своей заднице, раздвигающие мои ягодицы. «Тсс, маленькая ведьма». Кэм трижды быстро шлепнул меня, и моя киска сжимала Брама все сильнее с каждым ударом. Приподнявшись снова, я была готова возразить, разозлить его грубой речью, но все это вылетело из головы, когда его твердый, влажный язык прижался к моей заднице.
«О!» — закричала я, падая обратно. Язык Кэма кружил вокруг моей дырочки, пока Брам играл с моей точкой G. «О боги», — простонала я, и борьба покинула мое тело.
«Вот так, детка. Расслабься и впусти меня. Я возьму эту задницу, а Брам возьмет твою сладкую киску одновременно», — выдохнул Кэм, его губы скользнули по задней поверхности моих бедер.
«Черт возьми», — выругался Брам, и по его телу пробежала дрожь. «Ты была грязной». Шлепок. «Грязной». Шлепок. «Девочкой». Шлепок.
Я закричала, когда каждое слово сопровождалось умным шлепком по моей заднице. «Кэм!» — закричала я, пытаясь возмутиться его поведению неандертальца, но это прозвучало гораздо более нуждающимся, чем я ожидала. Его большие руки снова легли на мои щеки и раздвинули их, прохладный воздух дразнил мои самые чувствительные места. Я чувствовала, как мое лицо горит от жара, но я была полностью в ловушке и во власти двух моих самых крупных пар.
«Намажь это здесь», — скомандовал Кэм, и Брам вытащил пальцы со звуком, непристойным и громким в моих ушах. Теплые, влажные пальцы закружились вокруг моей дырочки, и я похотливо застонала, готовая ко всему, что приготовили мои мужчины. Я заметила, что мы медленно двигались назад к кровати, и я сжала упругую задницу Брама, заставляя его ответить ворчанием.
Когда Брам опустился на матрас, Кэм схватил меня за бедра, притягивая к себе, чтобы я оседлала Брама.
«Ммм, ты так хорошо чувствуешься рядом со мной, Детка», — прошептал Брам мне в шею, и я покатилась бедрами по его члену.
«Сними с себя одежду», — пробормотала я, потянувшись за подолом его рубашки. Я была одержима. Все, о чем я могла думать, — это как они будут глубоко внутри меня.
Мои. Они мои.
Звуки того, как Кэм раздевается, разнеслись по комнате с мягким шуршанием ткани и громкой молнией. Я возилась с рубашкой Брама, наконец сняв ее, прежде чем он взял обе мои руки, прижав мои запястья вместе одной своей. Мой рот открылся от досады, так как он все еще был одет, и мне нужны были руки, чтобы немедленно это исправить. Я дернулась против его хватки, но замерла при звуке его голоса.
«Детка, — прогудел он. — Посмотри на меня». Я подняла глаза, заметив, как
«Брам, — сказала я с томным вздохом. — Я скучала по тебе, мой демон». Внезапно мы целовались так, будто были голодны друг по другу всю жизнь. Он отпустил мои запястья, и я толкнула его на спину, возясь с его джинсами, пока он приподнимал задницу, помогая мне стянуть их. Я застонала, когда обнаружила, что он без трусов, и уже готова тереться своей голой киской о него. Наши губы не разрывались, пока я скользила взад-вперед по его твердости, и не разрывались, когда его руки запутались в моих волосах и его хватка стала крепче, и мы оба зарычали.
«Боги, вы двое заставите меня кончить, прежде чем я вообще окажусь внутри нее», — простонал Кэм позади меня, когда я почувствовала прохладную влагу на своей заднице. «Просто смазка, детка. Начинай трахать своего парня, потому что я не буду долго ждать». Его ладонь хлопнула по моей щеке с громким шлепком, и я повернулась, чтобы посмотреть на него через плечо.
«Ты думаешь, что бросать на меня такие взгляды — это мудро, маленькая ведьма?» — поддразнил он, и я высунула ему язык, не отрывая глаз, и потянулась вниз, чтобы направить член Брама к моей мокрой киске. Я ухмыльнулась тому, как ноздри Кэма раздулись, а зрачки расширились до черноты, когда он наблюдал, как Брам исчезает глубоко внутри моего тела.
«Черт. Возьми. Меня. Твоя киска — национальное достояние», — громко заявил Брам, когда я начала с энтузиазмом подпрыгивать на нем. Я снова сосредоточилась на демоне подо мной. Его большие руки впились в мои бедра, и его бедра двигались подо мной. Наклонившись, я провела языком по его напряженному соску, заметив дрожь, пробежавшую по его телу. Я провела зубами по твердому бугорку и усмехнулась, когда он громко застонал.
«Осторожнее с ними, они чувствительные — АХ!» — закричал Брам, когда я резко укусила его, и его член дернулся внутри меня.
«Непослушная, непослушная», — цокнул Кэм, когда его большая рука скользнула от моего копчика вверх по позвоночнику, прижимая меня к Браму давлением между лопаток. «Я не могу дождаться, чтобы войти в тебя, детка».
Я громко застонала, когда палец закружил вокруг моей дырочки, хотя я сжалась инстинктивно. Кэм провел свободной рукой вверх и вниз по моей спине, заставляя меня расслабиться. Он проскользнул в мое тело без особых возражений, и я была так возбуждена, что легкое жжение было приятным.
«Боже», — выдохнул он, вводя еще один палец и растягивая их, пробуя. «Все в порядке, маленькая ведьма?»
«Да», — выдохнула я, полностью замерев с Брамом внутри.
«Ты так хорошо справляешься, Детка. Посмотри на себя, заботишься о своих мужчинах». Брам провел пальцами по моим волосам, успокаивая. Прикосновения, слова, любовь — все это заводило меня в клубок желания, и я знала, что взрыв будет невероятным.
«Пожалуйста, Папочка», — взмолилась я, теперь отчаянно нуждаясь в его члене.
«Войди в нее, Кэм; давай трахнем ее как следует», — сказал Брам, теряя контроль. Я чувствовала, как его бедра сгибаются, сдерживая желание рвануться вверх.
Еще больше прохладной жидкости попало на мою задницу, и затем член Кэма уперся в меня, ища вход. «Я буду двигаться медленно, детка. Не забывай дышать», — сказал он мне, начиная входить.
Все мое тело дрожало и тряслось, когда он проникал в тугое кольцо мышц, и я вскрикнула, когда головка его члена застряла.
«Дыши, — прошептал Брам. — Ты тоже, Папочка Кэм». Я услышала насмешку в его использовании прозвища и улыбнулась.
«Отвали», — выдохнул Кэм, продвигаясь вперед, медленно заполняя мою задницу дюйм за дюймом своим пронизанным членом. Штанги были интересным ощущением, когда они скользили по краю моей дырочки, посылая разряды по нервам.
«Черт возьми», — выругался Брам, его глаза были плотно закрыты.
«О боги», — застонала я, когда почувствовала прикосновение жестких волос Кэма к моей заднице. «Я никогда... Я не могу...»
«Чувствуется так, блядь, хорошо», — простонал Кэм, его ногти впились в кожу моей задницы.
На мгновение мы все просто замерли, соединенные, тяжело дыша и дрожа. Брам приподнял бедра в экспериментальном движении, и мы все застонали. Это было за гранью всего, что я когда-либо делала; интимность и связь уже кружили мне голову. Каждый из нас почувствует это, каждое движение, каждый толчок, каждый крик удовольствия — мы будем знать, что вызвало каждую реакцию.
«Нужно двигаться, Детка», — предупредил Брам, и я встретилась с ним взглядом. Слегка кивнув, он начал трахать меня снизу, толстый член Кэма, как стальной стержень, растягивал меня сзади. Толчки Брама были сначала нежными, проверяя мою реакцию на то, что меня берут так. Мои руки лежали на его широких, сильно покрытых веснушками плечах, и когда его темп увеличился, мои ногти глубже впились в его кожу.
«Черт, о боги. Да!» — закричала я, что быстро перешло в долгий стон, когда Кэм покатил бедрами в противоположном направлении. «Ах, о мои...»
«Ты можешь выдержать больше, детка?» — спросил Кэм, и я слышала по его голосу, что он боролся с желанием дать волю своим инстинктам.
«Трахай меня, Кэм. Оба. Сильнее», — потребовала я, чувствуя, как мои рога выдвигаются, когда мой внутренний демон оживал от эротизма.
Мои две пары начали вбиваться в меня, работая вместе идеально. Это было грязно, горячо и так чертовски правильно.
«Вместе», — сказал Кэм, и прежде чем я успела спросить, что он имел в виду, он и Брам начали входить в меня одновременно. Полнота была не похожа ни на что, что я когда-либо чувствовала.
«О боги, я кончаю. Я кончаю!» — закричала я, уже чувствуя, как волна судорог поднимается от пальцев ног. Это было так мощно, что я почти испугалась испытать это.
«Черт. Да. Кончай для нас», — прорычал Брам, хлопнув ладонями по рукам Кэма на моих бедрах, двое из них теперь заставляли меня опускаться на их яростные, твердые как камень члены.
Я закричала и села прямо, выгнув спину и ударившись головой о грудь Кэма. Его рука запуталась
«Боги, это сжатие», — простонал Кэм, и я почувствовала, как его горячее семя заливает меня, сжатие моей задницы было слишком сильным для него. Давление члена Брама, разбухающего, снова завело меня, когда Кэм выскользнул из моего тела, прежде чем застрять внутри. Я смутно задумалась, не причинит ли ему это боль.
Внезапно меня перевернули на спину, и Брам навис надо мной, как что-то из фильма ужасов. Его огромные рога начали скручиваться, крылья расправились, а хвост хлестнул в предупреждении.
«Прими мое семя, Детка. И мой хвост», — выдохнул он, и мои глаза расширились, когда я увидела, как его хвост изогнулся и исчез позади него. Я пискнула от удивления, когда гладкий, твердый отросток скользнул внутрь моей задницы, теперь уже скользкой от семени Кэма.
«Черт возьми», — вздохнул Кэм в изумлении, рухнув рядом со мной на кровать.
Бедра Брама сильно хлопали по мне, и он кружил своим хвостом, словно описывая большие круги.
«Свяжи меня», — взмолилась я, нуждаясь в этом сейчас больше всего на свете. Он злобно улыбнулся, и мы оба ахнули, когда он достиг полного размера и больше не мог двигаться. Однако его хвост никогда не останавливался, и Брам кончил с ревом, изливая свое семя глубоко в мои стены. Мои глаза закатились, спина выгнулась, и я поддалась еще одному землетрясающему оргазму.
Брам убрал свой хвост, и я заскулила от чувства пустоты, но он начал массировать мою дырочку снаружи. Это было божественно, как форма послетренировочного ухода, о которой я не знала, что нуждаюсь.
«Так идеально, — пропел он мне в волосы. Я потянулась за рукой Кэма и прижала Брама к себе, обхватив ногами, пока мы ждали, когда узел отпустит нашу связь.
«Мои», — пробормотала я, закрывая глаза.
«Твои», — ответили они, и я позволила своим глазам закрыться.
«Ты уверена, что она готова к этому?» — спросил я двух голых мужчин, лежащих в моей кровати. Я оторвалась от них, как только услышала, что Миранда готова принять посетителей. Оказывается, должен был приехать подрядчик для оценки ущерба от пожара, и Хол предложил нам помочь Миранде разобрать дом, чтобы посмотреть, можно ли спасти какие-то памятные вещи или ценности.
«Да, Детка. Кажется, шок от всего понемногу прошел, и теперь она готова заняться чем-то продуктивным», — сказал мне Брам, лениво почесывая грудь.
«Это маловероятно, но, возможно, мы также сможем найти что-то в разрушении, что поможет указать нам правильное направление», — добавил Кэм.
Боги, они выглядели чертовски аппетитно, их большие члены были потрачены и лежали на бедрах. Может быть, я действительно превращалась в сексуальную развратницу. Четыре раза за пару часов? Я сжала ноги и была приятно удивлена, что не чувствовала ничего, кроме приятной боли. Слава звездам за магию и быстрые способности к исцелению.
«Чего ты смеешься, как злой гений?» — спросил Брам.
О черт.
«Что? Я не...»
«Да, ты была, ты маленький зануда». Кэм сел, его глаза смеялись.
«Я думала о том, что я, по сути, супергерой. Сейдж: Пожирательница Членов. Сейдж: Заклинательница Змей. Сейдж: Ведьма Членов».
Брам захохотал. Кэм просто покачал головой на мои выходки, но я знала, что ему это нравится.
«Что смешного? Это правда!» — настаивала я, направляясь в ванную для быстрого душа.
«Конечно, ты воин членов», — пропел Брам, следуя за мной, его глаза были прикованы к моей заднице. Типично.
Я усмехнулась ему и захлопнула дверь перед носом.
«Эй!» — запротестовал он, сразу же постучав в дверь и дергая ручку.
«Извини, время душа. Вы, мальчики, идите в другую!» — крикнула я.
«Пошли, чувак. Ей, наверное, нужно по-большому или что-то в этом роде», — сказал Кэм достаточно громко, чтобы я услышала, от чего у меня отвисла челюсть.
«О, точно. Надеюсь, все пройдет... гладко», — крикнул Брам, и я рассмеялась.
«Убирайтесь!» — закричала я, едва говоря сквозь смех.
Я услышала удаляющиеся шаги и тихое бормотание. «Какое мне дело, если она какает?»
Фыркнув от этого, я включила душ и забралась под воду. Как только я осталась одна, мои мысли сразу же обратились к Слоану. Притяжение в моем сердце было сильным, отчаянно побуждая меня найти его и защитить. Он был моим угрюмым королем задниц, и я любила заливать его солнцем и улыбками. Боги, как же я хотела как-нибудь с ним связаться. Мне просто нужно было верить, что Азраэль на самом деле не причинит ему вреда — зачем проходить через все эти хлопоты, чтобы просто убить его? Тем не менее, мой желудок скручивало при мысли о том, что может произойти.
Я быстро помылась и собралась. Я не могла дождаться, чтобы увидеть Миранду. Она была моей лучшей подругой с детства, и меня убивало то, что я еще не обняла ее, даже несмотря на то, что она дала понять, что ей нужно пространство. Я не могла представить ту боль и отчаяние, через которые она проходила, когда ее маленькую девочку похитили. Как ее подруга, я сделаю все, что ей нужно, и так как оставить ее одну на несколько дней, чтобы она переварила случившееся, было тем, что ей было нужно, я уважала это.
Когда Хантер объяснил парням про жучки, имплантированные каждому сотруднику «Монтегю», Хол кое о чем подумал. Если были жучки, их потенциально можно было взломать и отследить. Хантер оказался немного компьютерным гением, поэтому эти двое были прикованы к экранам компьютеров последние два дня.
Их надежда была, во-первых, найти Лори — или хотя бы проследить ее прошлые передвижения, а во-вторых, выяснить, не установил ли «Монтегю» уже жучок на Слоана.
Мысль о том, что у меня может быть сестра, не выходила у меня из головы, но, к сожалению, это должно было подождать. Были более насущные проблемы. Например, мой пропавший парень и дочь моей лучшей подруги.
МЫ ВЫГРУЗИЛИСЬ из машины перед тем, что осталось от дома Миранды, и нашли Хола ждущим. На нем снова были футболка и баскетбольные шорты. Кто этот парень, и куда делся мистер Ларсон?
Хантер был в квартире — он звонил, чтобы сказать, что не будет помогать нам сегодня днем, сказав, что его таланты лучше подходят для работы за монитором компьютера. Как бы мне
Проезжая мимо «Волшебного Поросенка», я вспомнила, как была благодарна Арло и Фрэнку за то, что они помогали управлять магазином. Сейчас я просто не могла представить, что у меня есть энергия общаться с покупателями, как бы я их ни любила.
Мои ноги несли меня по тротуару туда, где ждал Хол, и я взглянула на разрушенный дом. Части земли были обуглены там, где пламя горело нещадно, прежде чем Кэм прибыл и пролил дождь.
Хол улыбнулся, когда наши глаза встретились, и он раскрыл руки в приветственном жесте. Я легко позволила себе утонуть в его объятиях.
«Привет, Дикая. Как ты себя чувствуешь? Держишься?» — спросил он, мягко похлопывая меня по спине.
«Да, да... Я в порядке», — сказала я ему. «Где Мир...»
«Привет всем! Давайте, этот бардак сам себя не уберет. Хол, можешь, пожалуйста, заказать пиццу для всех?» — крикнула Миранда сбоку от дома. Я повернулась, чтобы посмотреть на нее, и чуть не ахнула.
Ее волосы торчали во все стороны, под глазами были темные круги, и каким-то образом ее черты осунулись всего за несколько дней. Она встретилась со мной взглядом на долю секунды, прежде чем развернуться и направиться обратно.
«С ней все будет в порядке, — заверил меня Хол. — Мы вернем Энни, и все будет хорошо».
Я сглотнула подступающий к горлу комок и кивнула.
«Я лучше закажу ту пиццу», — сказал он мне, доставая телефон из кармана и уходя.
«Эй, Росток, — тихо сказал Кай, подходя ко мне. — Ты в порядке?»
Слабая улыбка — все, что я смогла выдавить. «Я просто волнуюсь за нее. Давай войдем, хорошо?»
«Договорились, Детка». Брам повел нас всех к разрушениям. Только половина ее дома еще стояла, и даже в ней все окна были разбиты, а черная сажа покрывала оконные рамы.
Миранда разговаривала с группой мужчин с планшетами. Я видела, как ее плечи опустились от того, что ей говорили.
«Осторожнее здесь, детка». Кэм переплел наши пальцы и слегка сжал их, давая мне понять, что он рядом. Боги, как же я люблю этого мужчину.
Миранда появилась как призрак. Я чуть не взвизгнула, когда мы обогнули угол в гостиной, а она уже стояла там, оглядываясь по сторонам.
«Какой план, Миранда? Чем мы можем помочь?» — спросил Фишер успокаивающим тоном.
«Эти мужчины сказали мне, что будет лучше снести дом полностью. Построить заново или купить что-то другое. Проблема в том, что страховая компания не заплатит за это, если это был поджог — а это был поджог. Следователи все еще пытаются определить, что это не я устроила пожар, так что пока ничего не может быть сделано с домом», — сказала она нам, ее голос был таким же печальным, как и глаза.
«Но это абсурд — конечно, ты не поджигала свой собственный дом!» — закричала я, возмущаясь за нее.
«Им все равно. Они не поверят мне на слово». — Она пожала плечами, выглядя подавленной. «Думаю, давайте просто возьмем то, что можно, и я положу это в складскую ячейку. Не беспокойтесь о сборе одежды. Я уже вытащила кое-какие вещи в тот день, чтобы постирать, так что все остальное можно выбросить. Обитая мебель остается; все пахнет огнем. Снаружи есть коробки для всего остального».
Парни кивнули и направились к двери, оставляя нас наедине. Она стояла ко мне спиной, и я видела, что ее футболка была в морщинах, а леггинсы покрыты пеплом. Моя бедная подруга.
«Миранда...» — прошептала я, и мой голос дрогнул.
Все ее тело напряглось. «Не надо», — резко сказала она.
Я закусила губу, когда мои глаза наполнились слезами. «Мне так жаль», — прохрипела я, подходя ближе. Приглядевшись к ней сейчас, я увидела дорожки на ее щеках, где слезы смыли сажу, покрывавшую ее кожу, сажу с ее почерневшей оболочки дома.
Я подняла руку, желая прикоснуться к ней, утешить ее. Что-то.
Она начала говорить тихо, почти про себя. «Это несправедливо, знаешь? Один человек. У меня есть один человек, который принадлежит мне. Весь мой мир. Моя вторая половинка. Моя радуга. И по какой-то причине мне это не разрешено. Почему я не могу иметь своего одного человека, Сейдж?»
«Я не знаю, что сказать. Мы вернем ее. Ты должна верить...»
Ее голова резко повернулась в мою сторону. «Верить? Кому?» — Ее глаза сузились, и я вздрогнула, когда она продолжила ядовитым тоном: «Мужчинам, которые появились в Изумрудных Озерах и принесли все это дерьмо в нашу жизнь?»
Мои брови взлетели от ее вспышки.
«Не только в мою жизнь, и ты это знаешь. Твоя тоже не была прогулкой в парке в последнее время. Или я должна доверять твоему отцу, который один из... одного из них. Это то, что я должна делать?» — спросила она, ее голос дрожал, когда она выплескивала свою боль.
Мое сердце билось так громко, что я слышала его. Ее боль была такой острой, что, казалось, дотянулась до меня призрачными руками и сжала мое горло.
«Миранда, это не их вина. Мне так, блядь, жаль. Я не знаю, что делать», — призналась я, чувствуя себя побежденной. Я хотела взять на себя вину, позволить ей выместить это на мне и сделать что угодно, чтобы облегчить ее боль. За исключением нового пророчества от Провидцев, она знала все, что я могла ей рассказать, и она бы знала, если бы я когда-либо успокаивала ее ложью. У нас никогда не было отношений, построенных на лжи, и я не собиралась начинать сейчас. Я бы обязательно рассказала ей о новом пророчестве, хотя сейчас было не время.
Она развернулась и выбежала из комнаты, направляясь на кухню, и я последовала за ней. Она так сильно страдала, и я хотела, чтобы она знала, что я буду здесь, независимо от того, кричит она на меня или нет.
«Мы ели китайскую еду в тот вечер, — прошептала она, проводя рукой по испорченному обеденному столу.
«Это всегда было ее любимым», — тихо ответила я.
«Она сидела здесь, делая наброски, пока мы ели. Она делает это все чаще и чаще. Я тебе говорила? Я начинаю немного беспокоиться о том, сколько времени она проводит за рисованием. Я попросила ее сделать перерыв и поесть, но она расстроилась. Как будто она всегда должна закончить то, над чем работает, прежде чем сможет заняться чем-то еще. Это странно — стихии не должны
Я моргнула, прогоняя слезы, которые собирались, пока я смотрела, как моя подруга переживает свою последнюю ночь нормальной жизни с дочерью. Способности Энни определенно были тревожными, и ей скоро понадобится руководство от инструкторов, знакомых с ее типом талантов.
«В любом случае, — продолжила она, — мы поспорили об этом. Я позволила ей закончить набросок, а потом убрала ее книгу сюда». Она потянулась на верхнюю часть холодильника, снимая слегка обгоревший альбом для рисования и прижимая его к груди, ее слезы текли свободно. «Я провела всю свою жизнь здесь, в этом городе, в окружении магических людей, и я никогда не боялась. Ни разу. Но теперь мне страшно. И моя...» — Ее голос сорвался, и мое сердце разбилось вместе с ним. «Мой ребенок пропал. Она пропала!» — Миранда закричала от отчаяния, швырнув альбом для рисования через комнату, ее колени коснулись пола раньше, чем книга. Рыдания сотрясали ее плечи, и я бросилась к ней, чуть не повалив нас обеих на землю.
Я обняла ее, и мы обе плакали. Рыдали от несправедливости. Плакали от реальности этой беспросветной ситуации.
Через некоторое время — невозможно было сказать, сколько именно — я подняла голову и увидела Хола и моих парней, стоящих прямо за пределами комнаты. На их лицах застыли выражения сочувствия, боли и гнева. Если кто и мог вернуть Энни, то это были эти мужчины. Я не сомневалась в этом ни на секунду. Все они были рыцарями тьмы, могущественными и жестокими. Я безоговорочно верила в своих мужчин.
Я отстранилась от лучшей подруги, и мы посмотрели друг на друга, обе с опухшими лицами и покрасневшими глазами.
«Прости за то, что я сказала раньше», — прошептала Миранда.
«Не нужно. Я знаю, ты не это имела в виду. Я люблю тебя», — сказала я ей, положив руки на ее щеки.
«Я тоже тебя люблю. Я просто, блядь, потеряна, Сейдж. Я потеряна, и если мы не... Если мы не вернем ее, я буду потеряна навсегда», — торжественно сказала она, и я кивнула. Если Энни не вернется, Миранда тоже не вернется. Я не была готова позволить этому случиться.
Взглянув на парней, я спросила: «Вы нашли что-то, что можно было спасти?»
«Да. Коробки все спереди — Фрэнк и Арло приедут на своем грузовике, чтобы загрузить их и отвезти в складскую ячейку», — сообщил нам Кай.
«Давайте поднимем вас, леди, с этого грязного пола», — сказал Хол, подходя и протягивая руку каждой из нас. Я смотрела, как Миранда смотрит на нее мгновение, прежде чем вложить свою руку в его. Встав среди обломков, мы отряхнули свои задницы и огляделись по сторонам.
«Пицца спереди. Пойдемте поедим и посмотрим, что еще можно сделать», — предложил Кэм.
Миранда кивнула, и мы последовали за ней.
Я остановилась. «О, я чуть не забыла. Я буду через секунду», — сказала я Фишу, который шел рядом со мной.
«В чем дело?» — с любопытством спросил он.
Я уже направлялась обратно на кухню. «Ничего страшного, просто нужно кое-что взять», — крикнула я через плечо. «Иди ешь!»
На кухне я поспешила к тому месту, где альбом для рисования Энни лежал раскрытым на полу. Я вдохнула, когда поняла, что вижу. «О. Святое. Дерьмо». — прошептала я, прижимая руку ко рту. Я быстро вырвала эту страницу из книги и сложила ее. Быстрый пролистывание остальных страниц не показало ничего подобного тому, что я только что видела, но я не знала, хорошо это или плохо. «О боги...»
«Сейдж?» — крикнул Фишер, и я вздрогнула, выронив книгу.
«Иду!»
Засунув сложенный рисунок в карман и подняв книгу, я развернулась как раз в тот момент, когда Фиш вошел в комнату.
«Просто хотела забрать это — это альбом для рисования Энни. Может быть, там есть что-то, что даст нам подсказки? Миранда сказала, что она рисовала в нем в ночь похищения», — сказала я ему, надеясь, что не слишком очевидно скрываю что-то.
«Ты нервничаешь?» — спросил Фишер, прищурившись.
«Ну да. Вся эта ситуация заставляет меня нервничать. А тебя нет?» — ответила я, подавляя чувство вины настолько, насколько могла, прежде чем он уловил и это. Его взгляд упал на то, как я потираю живот, чего я даже не замечала. Я сразу же убрала руку.
«Я уверен, что мы все выясним. Ладно, ты голодна. Давай поедим и подышим свежим воздухом. Здесь воняет». — Он скривил нос, обхватил меня за талию и вывел из обгоревших руин.
Я ужасный, ужасный человек.
Глава 7. Брам
Мы разлеглись на газоне перед домом Миранды, набивая животы пиццей. Ну, все, кроме Фариса. Я протянул ему свой кусок. «Давай, просто попробуй кусочек».
«Фу». Он отвернулся в последний момент, и кончик коснулся его щеки.
«Ой, прости. Держи». Я протянул ему салфетку. «Ты не знаешь, что упускаешь, чувак».
Он сидел так близко ко мне, что практически был у меня на коленях. Таким он и был. Я начал замечать, что он так себя ведет не с кем-то еще. Фарис был похож на маленького утенка, который вылупился из яйца и привязался к кому-то, думая, что это его мать. Ну, я не его мать, и он не утка. Если только утки не любят сосать кровь. Я откусил кусок и задумался об этом. Нет, утки едят хлеб и всякую всячину.
«Тогда ты попробуешь мою кровь?» — спросил Фарис, и я чуть не подавился.
«Что?» — пробормотал я.
«Ты не знаешь, что упускаешь», — самодовольно сказал он, подмигивая мне. Опять это чертово порхание в животе. Я гуглил это — люди называют это бабочками. У меня раньше такое было только с Деткой, так почему же, черт возьми, у меня бабочки в животе, когда Фарис делает определенные вещи?
«Я пил твою кровь раньше, помнишь?» — спросил я его, наблюдая, как Кэм и Хол спорят о чем-то.
«Вряд ли я когда-нибудь это забуду», — пробормотал Фарис.
«Эй, почему ты не присоединился раньше?» — выпалил я, вспоминая, что Фарис был единственным одетым человеком, когда мы с Кэмом ворвались в их секс-забавы.
«Было не время», — холодно ответил он.
«О. Но... почему нет?»
«Тебя там не было», — пробормотал он. Я посмотрел на него, и его глаза медленно — так медленно — поднялись к моим.
«Что?»
Его карие глаза встретились с моими. «Я сказал то, что сказал», — настаивал он. «Я немного нервничаю из-за большого события. Глупо, правда? Я
«Промахнешься? Как, кончишь преждевременно?» — спросил я, усмехаясь его выбору слов.
«Нет, чувак. Что, если я засуну его ей в задницу вместо киски?»
Я упал на траву и завыл от смеха. Я вытирал слезы, когда весь воздух вылетел из моих легких с хриплым звуком. Фарис запрыгнул на меня и ударил кулаком прямо в грудь.
Мой рот открылся от возмущения, и я прикрыл соски от дальнейшей атаки. Наглость этого человека! «Что с вами, людьми, и нападениями на мои гребаные грудные изюминки? Они — дар богов мужского совершенства, и я начинаю думать, что здесь замешана зависть!»
«Фарис! Что ты делаешь с Брамом?» — раздался голос Детки, когда она присоединилась к нам на улице, и я самодовольно усмехнулся, зная, что его сейчас отчитают.
«Он начал. Он насмехался надо мной!» — Фарис ткнул пальцем мне в лицо и скорчил перед Деткой щенячьи глаза.
Я дернулся и ткнул пальцем в ответ. «Это ложь!»
«Ну, прекратите. Я голодна. Граничу с голодной злостью», — предупредила Детка, и мы сразу же выпрямились. Я сунул ей в руки тарелку с остатками пиццы и усадил ее к себе на колени.
«О, кто-то рад меня видеть», — усмехнулась она, поерзав на моем члене. Потому что да, у меня точно не стоял гребаный стояк только потому, что Фарис прижимал меня к земле, как укротитель быков.
Глаза Фариса заблестели, когда он посмотрел на нас двоих. «Мы всегда рады тебя видеть, Светлячок», — сказал он, включая все свое обаяние.
«Вот, я взяла это, чтобы мы могли посмотреть. Это один из альбомов для рисования Энни, но я думаю, это ее последний. Может быть, там есть что-то?» — Она протянула его Фарису, а затем откусила большой кусок пиццы.
Я поцеловал ее в плечо. «Хорошая мысль, принцесса».
Я наблюдал, как Фарис пролистывает страницы, надеясь найти какую-то зацепку. «Ну что? Что-нибудь есть?» — спросил я, мое любопытство росло.
«Хм, не много. Но она нарисовала это здание несколько раз. Я его не узнаю», — сказал он с нахмуренным лицом, протягивая книгу мне. Детка сползла с моих колен, чтобы я мог получше рассмотреть.
«О, святое дерьмо», — выругался я. Схватив книгу из рук Фариса, я вскочил и побежал через лужайку.
«Брам! Что такое?» — закричала Детка позади меня.
«Хол! Хол!» — закричал я, привлекая его внимание, а также всех остальных, кто собрался вокруг, жуя. «Смотри». Я сунул альбом для рисования ему в руки.
«Черт. Где ты это взял?» — спросил Хол, широко раскрыв глаза.
«Беготня совсем задолбала. У меня уже бедра натирает от этого спринта», — проворчала Детка, когда добралась до нас. «Миранда показала это мне внутри. Я вынесла его в надежде, что там будет что-то полезное. Это Энни. Там есть что-то полезное?» — спросила она, ее голос был полон надежды.
Хол и я переглянулись. «Да. Это полезно», — медленно сказал он. Остальные парни и Миранда теперь собрались вокруг, желая услышать о последних событиях.
«Что это? Вы знаете, где Энни?» — неуверенно спросила Миранда, словно если она произнесет это вслух, возможность исчезнет.
«Мы знаем», — сказал я ей.
«Ради бога, так где же она тогда?» — прорычал Кай.
«Она в Бесмете. И я готов поспорить, что Слоан тоже».
Глава 8. Слоан
Мы проанализировали каждую страницу этого альбома для рисования в поисках подсказок. Хол и я сразу узнали здание, потому что Энни нарисовала его с пейзажем на заднем плане. На расстоянии была набросана известная горная цепь, а лаборатория имела очень характерный дизайн. Это был объект, который мой отец создал для изучения уровня бесплодия в королевстве. Я никогда не был внутри, но присутствовал при создании чертежей и видел множество фотографий после его постройки. Меня крайне заинтересовал тот факт, что именно здесь, скорее всего, находились Энни и Слоан, так как мы не получили точного подтверждения.
Кто на самом деле управлял лабораторией? Мой отец? Какой интерес он мог иметь к Слоану и Энни? Это не имеет смысла. Значит, Азраэль... но как он вернулся в Бесмет и когда?
«Я слышу, как ты думаешь, аж отсюда», — крикнул Кай, зашнуровывая ботинки и застегивая жилет. Мы одевались в полную тактическую экипировку; нельзя быть слишком осторожным, входя в место, где не уверен во всех переменных.
«Просто обдумываю все. Я не хочу никаких ошибок». Я выпрямился во весь рост, застегивая ремень.
Звук вибрирующего телефона заставил всех замереть. Кэм достал свой телефон из кармана и включил громкую связь.
«Что там, Хант?»
«Я на громкой? Хол и Сейдж там?» — спросил Хантер.
«Да, мы здесь», — ответил Хол. «Что ты нашел?»
«Мне удалось взломать систему и отследить жучок Лори. Было десять лет архивных записей. Я отсортировал результаты по местоположению, чтобы увидеть, были ли места, которые она посещала и которые выглядели подозрительно. По большей части она годами придерживалась одних и тех же мест, хотя я заметил кое-что странное в ее передвижениях», — объяснил Хантер, вдалеке раздавался стук пальцев по клавиатуре.
«Выкладывай, Хантер», — практически прорычал Хол.
«Название Либерти-Кейп вам о чем-то говорит?» — спросил Хантер, и мы все переглянулись. Все качали головами.
«Никому здесь не знакомо», — ответил Кэм.
«Лори посещает этот конкретный город как по расписанию. Каждые три месяца она остается на два-три дня, а затем снова уезжает. Я проверил город по базе данных миссий, и никогда не было задания «Монтегю» рядом с Либерти-Кейп. Что бы она там ни делала... это не за деньги «Монтегю», — предположил Хантер.
«Где мы сейчас находимся в этом цикле?» — спросил Фишер, скрестив руки на груди. Его глаза сверкали едва сдерживаемой яростью. Я понимал его. Я тоже хотел убить эту суку.
«Три месяца — завтра», — ответил Хантер с самодовольством в голосе.
Кай задумчиво хмыкнул. «Мы можем не вернуться к тому времени».
«Я могу поехать, — вызвался Хантер. — Теперь, когда я могу взламывать и отслеживать ее, это должно быть легко».
«Есть зацепки по сестре?» — спросил Кэм.
Снова стук клавиатуры. «Нет, но я буквально только что обнаружил эту закономерность. Я даже не начинал
«Будь осторожен, — крикнула Детка. — И спасибо».
«Не за что. А теперь идите, верните Слоана. Я не могу дождаться, чтобы снова подшутить над ним, как в старые времена». Хантер усмехнулся, и Кай, Фишер и даже Фарис засмеялись вместе с ним.
Иногда было обидно не быть частью их первоначальной группы. Обычно я никогда не чувствовал себя посторонним. Они отлично справлялись с тем, чтобы я не чувствовал себя белой вороной, но в такие моменты — видя их историю, слыша их внутренние шутки... я просто не мог с этим поделать. Мой взгляд скользнул по комнате к Детке. Наши глаза встретились, и она одарила меня улыбкой и подмигнула.
Кэм отключил звонок, но Детка и я все еще смотрели друг на друга через комнату. Наша связь буквально кричала о том, чтобы я бросился к ней и заявил о ней. Я никогда не мог насытиться этой женщиной.
«Что за спасение Райана и его причиндалов здесь происходит?» — взвизгнула Бетт, внезапно появившись в гостиной, как черт из табакерки. Ее взгляд заметался по комнате, отмечая нас всех в тактической экипировке, и она задрожала от удовольствия. Буквально задрожала, как рыба, выброшенная на берег.
«Мы идем на задание», — сказала ей Сейдж.
«И никто не подумал мне сказать? Или пригласить меня сюда для этой здоровой порции визуального наслаждения? Это возмутительно, дитя». Бетт взмахнула рукой, как арбитр. Казалось, она пыталась выглядеть строгой, но блеск в ее глазах и то, как она явно боролась с улыбкой, отрицали это впечатление.
«Прости, Бетт. Мы немного торопимся. Скоро придет Миранда. Мы идем за Энни и Слоаном, и мы убедили Миранду подождать здесь, с тобой», — объяснил Кэм, натягивая черную шапку.
«Слава звездам», — выдохнула Бетт, прижимая руку к сердцу. Мгновение спустя она саркастически добавила: «Держу пари, это прошло отлично». И, черт возьми, если она не попала в точку. Это была катастрофа.
«Все прошло именно так, как вы и ожидали», — ответила Детка с гримасой, застегивая свою легкую кожаную куртку. Когда Хол сказал Миранде, что она не едет, я думал, она выцарапает ему глаза.
«Она прислушалась к доводам рассудка. После нескольких минут споров», — сказал Кай старшей ведьме Уайлдс.
«Хорошо, я сделаю все возможное, чтобы занять ее, пока вас нет. Как думаете, вы надолго?» — спросила Бетт Детку, протягивая руки к ее рукам.
Моя маленькая воительница выглядела как настоящий боец в своем снаряжении, и то, как она выпрямила спину и высоко держала голову, не показывая ни капли страха или тревоги... Черт, я люблю эту женщину.
Она крепко обняла бабушку. «Надеюсь, нет, но никогда не знаешь. Если Мэйвен вдруг появится, пока нас нет, сможешь запереть его в доме?» Сейдж с каждым днем все больше нервничала из-за пропавшего лиса.
Хол прочистил горло, и мы все сразу подняли головы, чтобы обратить на него внимание. «Вот план. Брам и я ведем, потому что это наше королевство. По большей части все в Бесмете так же, как и здесь. Исключение составляют... ну, демоны. У нас есть способности, которых у вас нет, поэтому у меня есть несколько амулетов для защиты от некоторых из них. Пока мы там, носите их с собой постоянно, и никто не сможет принять вашу внешность». Он полез в карман и достал маленькие камни, похожие на золото дураков. Это был единственный минерал, который успешно предотвращал способность демона с изменением формы принимать ваш облик.
«Значит, изменение формы — это та хрень, которую Брам вытворял, когда притворялся Джонни?» — прокомментировал Фишер, засовывая свой камень в карман брюк.
«Именно так, — подтвердил Хол. — Я не ожидаю встретить много демонов с высокоуровневыми способностями, такими как телекинез или биокинез. Просто... будьте настороже в отношении летающих предметов, если нас обнаружат. Кэм, твоя магия ветра пригодится. Фишер и Фарис, я бы хотел, чтобы вы двое работали вместе как команда. С вашими объединенными силами вы — идеальное оружие», — сказал он двум мужчинам, которые выглядели одинаково, но были невероятно разными. Фарис ухмыльнулся, как маньяк, а Фиш серьезно кивнул. Способность Фариса внушать и способность Фишера чувствовать эмоции и читать мысли делали их грозной силой, и я действительно жалел любого, кто встанет у них на пути.
Хол прочистил горло, глядя на меня с ожиданием, и я вырвал себя из своих грез о том, как близнецы ужаса сеют хаос. «Вот, — сказал я, засовывая руку в карман и достав маленькую коричневую бутылочку с пипеткой. Я передал ее Каю. — Все капните по паре капель на язык. Это нейтрализует способность демонов замораживать вас на месте. Кроме Азраэля, я не ожидаю, что у кого-то будет такой уровень силы, но лучше перестраховаться».
«Что это?» — с любопытством спросила Детка.
Кай поперхнулся, его лицо скривилось от отвращения. «На вкус как грязь», — выдавил он и передал бутылочку Фишеру.
«Это настойка из экстрактов нескольких разных растений. Эта крошечная бутылочка невероятно дорогая, не говоря уже о том, что ее нужно достать у алхимика, а они обычно безумнее беличьего помета», — объяснил я и расхохотался при виде выражения отвращения на лице Фариса, когда он принял свою дозу.
Хол повернулся к темноволосому оборотню. «Кай, когда мы окажемся на месте, я хочу, чтобы ты попытался уловить запах Слоана или Энни. Посмотри, есть ли знакомые запахи. Есть подземный вход примерно в миле от главного здания. Там мы и войдем. Они нас не ждут — по крайней мере, я надеюсь, что нет. Я понятия не имею, насколько активна или заселена эта лаборатория. Мы должны быть готовы ко всему», — строго сказал он, напоминая нам об опасности впереди.
«Понял, сэр», — гладко ответил Кай.
«А что насчет меня?» — спросила Детка.
Каждый мужчина в комнате сосредоточился на ней, хотя это не было чем-то новым. Всякий раз, когда она была рядом, мы были в курсе. Постоянно наблюдали. Возможно, это было бы жутко, если бы мы все — кроме Хола — не были по уши влюблены в нее.
Или, может быть, это все еще было жутко.
В любом случае, мне все равно.
«На тебе будет задача забрать Энни», — сказал ей Кэм, и ее глаза расширились.
«Если она там — а я полностью верю, что это так — мы захотим вытащить ее как можно быстрее и безопаснее. Она хорошо тебя знает, поэтому она не будет сопротивляться,
«Детка, — сказал я, мой голос был глубоким и властным. — Сейчас не время быть героиней. Ты сильная и могущественная; ты, блядь, сила, с которой нужно считаться. Но это твой первый раз, когда ты делаешь что-то подобное. Даже выпускники академии не получают таких заданий, пока не пройдут годы тренировок и учебных миссий. Ты видишь эту маленькую девочку? Хватай ее, открывай портал и убирайся. Никаких колебаний. Никаких. «НО». Ты поняла?» — спросил я, изучая ее лицо, чтобы убедиться, что она понимает серьезность происходящего.
Люди погибают на заданиях постоянно. И это в этом мире — не в гребаном Бесмете, где способности были выше, а обитатели гораздо менее цивилизованы.
«Да. Я понимаю. Забрать Энни, уйти. Я приведу ее прямо сюда. Клянусь».
«Нам просто нужно, чтобы ты была в безопасности, Росток. Если дела пойдут плохо, ты должна уйти. С девочкой или без нее», — мягко сказал ей Кай. Это тоже было возможностью. Успех никогда не был гарантией во время извлечения — нам просто нужно было быть позитивными и надеяться, что мы сможем вытащить обе цели.
«Обещаю. Пошли за ними», — твердо сказала она.
«Когда! Это было как сцена из фильма...» — Бетт выдохнула, обмахиваясь рукой. «Луной, вы, мальчики, действительно настоящие, а? Я имею в виду, я знаю, что вы рассказывали нам о своей работе, но я думала, что есть доля преувеличения и немного мужского позерства, знаете? Пытаясь завоевать мою Сейдж супер-пупер шпионскими работами. Должна признаться, я в равной степени испугана и возбуждена».
Ее юмор всегда был желанной передышкой в серьезных ситуациях, и мне нравилось дразнить старушку. «Ты бы видела нас в этих нарядах на танцполе», — поддразнил я ее с подмигиванием, и Детка улыбнулась мне, беззвучно говоря: «Спасибо».
Ей не нужно было меня благодарить. Я знал, что Бетт тоже использует юмор как защитный механизм, и последнее, чего бы я хотел, — чтобы она еще больше волновалась, пока нас нет. Уверенность была девяносто процентами этой работы. Бесстрашие — другими десятью. Верить в себя, несмотря на знание того, что ты можешь умереть — невозможно контролировать все переменные в жизни — это все, что ты можешь сделать. Но бояться смерти? В этой работе нет места страху.
Я оглядел свою команду, свою новую семью. Эти мужчины были лучшими из лучших. Прошло слишком много времени с тех пор, как мы работали вместе в этом качестве, и я чувствовал, как мои пальцы подергиваются, а сердце бьется в предвкушении. Азарт всегда заводил меня.
«Ты тоже это чувствуешь, да?» — прошептал Кай, ухмыляясь мне, его глаза вспыхнули желтым.
Мои рога откликнулись на эту маленькую демонстрацию его магии, и я оскалился, как дикий зверь.
«Надеюсь, Бесмет готов. Их наследный принц возвращается... и он жаждет крови».
Глава 9. Кай
«Пожалуйста, пожалуйста, хватит», — умолял я. Мои глаза распухли, и я был почти уверен, что у меня сломана переносица. Я почти желал, чтобы мои глаза были повреждены до неузнаваемости, чтобы мне не приходилось больше смотреть, как они пытают, насилуют и ломают мою семью.
«Превратись».
«Иди. Ты. На хрен». Я сплюнул кровавый сгусток изо рта, не заботясь о том, куда он попадет. Надеюсь, в лицо этому ублюдку.
Удар по ребрам был такой силы, что я почувствовал, как весь воздух покинул мои легкие. Хруст костей и острая боль, взорвавшаяся в моем торсе, заставили меня скрутиться в клубок.
Я понял, что они изучают меня в моей драконьей форме, и после тех зверств, которые они совершили... я отказался превращаться.
Большой ботинок перекатил меня на спину, и я расхохотался, как безумец. Может быть, я им и был. Может быть, я наконец-то сломался.
«Ты превратишься. Так или иначе». Все потемнело.
ХНЫКАНЬЕ. Звуки того, как кто-то колотит в дверь. Крики. Мольбы.
«Вставай, Слоан...» Голос Рыжей пронзил туманное состояние моего мозга, и я огляделся. Было темно, где бы я ни находился. После того, как я вчера кого-то укусил, меня поместили в камеру одиночного заключения. По крайней мере, я думаю, что это было вчера.
Без дневного света было трудно отслеживать время суток. Может быть, прошло больше дня. Или меньше. Нет, точно больше.
«Слоани Балони», — прошептал Кай мне на ухо, но когда мои глаза распахнулись, насколько это было возможно, никого не было.
«К... где ты?» — прохрипел я. В горле пересохло.
«Они причиняют нам боль», — ответил он, и в воздухе разнесся высокий скулеж.
«Нет», — выдохнул я, пытаясь встать.
«Помоги нам, Слоан», — крикнула Рыжая.
«Ааааа!» — закричал я от разочарования. Мое тело не слушалось. Кожа покалывала, и сердце билось как бешеное в ушах.
«Нет, нет, не трогай меня!» — завыла Рыжая. Паника в ее голосе сломала меня. Они собирались снова причинить ей боль. Рев вырвался откуда-то из глубин меня, и мой дракон вырвался наружу, готовый убить первое же существо, которое встретит.
В этой форме я лучше видел в темноте. Комната, в которой я находился, едва ли была достаточно велика, чтобы вместить мое огромное тело, хотя одну целую стену почти полностью занимала массивная дверь. На полу был один матрас и ведро в углу. Вот и все. Движение у двери привлекло мое внимание, и я увидел две фигуры, делающие записи.
«Похоже, подпитывается адреналином», — пробормотал один из них другому.
Фыркнув, я выдохнул огромную струю огня прямо в них. Когда дым рассеялся, дверь все еще стояла на месте, без следов повреждений. Вместо наблюдателей за дверью я увидел лишь самодовольное лицо моего отца.
ВРЕМЯ ПЕРЕСТАЛО СУЩЕСТВОВАТЬ.
Я был в своей драконьей форме дольше, чем когда-либо прежде, и попытки превратиться обратно были болезненными. Шарканье ног у двери привлекло мое внимание.
«Дракон. Мы перемещаем тебя в лабораторию. Если попытаешься что-то сделать, мы изнасилуем твою женщину. Может быть, и твоего мальчика тоже», — прокричал мужчина через дверь.
Мой хвост застучал по полу, когда я почувствовал, как гнев и беспомощность поднимаются во мне. Часами они заставляли меня смотреть, как творят невыразимые вещи. Ужасные вещи. И я ничего не мог сделать, чтобы остановить их. Мои братья, моя женщина, все умоляли меня помочь им, остановить боль...
Неудачник. Неудачник. Неудачник. Вот и все, кем я был.
Если уступка их требованиям пощадит мою семью, я сделаю это. Замок на огромной двери лязгнул, и двое мужчин с шоковыми дубинками стояли там, одетые с ног до головы в огнеупорные
«Двигайся».
Выйдя из комнаты, я моргнул, давая глазам привыкнуть к разнице в освещении. Я шел по длинному коридору, следуя за ними. В своей драконьей форме я был огромен, но эта область была полностью способна вместить зверя моего размера, что заставляло меня задаваться вопросом, были ли здесь другие, подобные мне.
Сердцебиение мужчин передо мной билось сильнее, когда мы приближались к месту назначения. Время от времени они оглядывались на меня. Я бы тоже обосрался, если бы за мной крался дракон. Было бы так легко перекусить их пополам... Но кто знает, что другие садистские ублюдки сделают в отместку с людьми, которых я люблю.
Мы вошли в ту же лабораторию, в которую меня привели после того, как я очнулся здесь. Быстрый осмотр не показал никого, кто был бы мне дорог, и я немного расслабился. С их стороны умно не дразнить меня до того, как я окажусь в этой гребанной клетке.
Маленький вздох донесся с другой стороны комнаты, и я поискал источник этого крошечного звука. Мои глаза остановились на Энни. Боги, как я мог забыть о ней? Может быть, потому что тебя пытали последние несколько дней?
Она сидела перед большим мольбертом, кисть в маленькой руке. Ее глаза были комично большими, когда мужчины вели меня в прозрачный загон.
«Продолжай рисовать, девочка», — рявкнул кто-то, и Энни повернулась на стуле и сосредоточилась на своем искусстве. Женщина надела на нее большие наушники. Зачем девочка здесь? Это не место для ребенка.
Как только меня заперли в клетке, около десяти человек подошли к прозрачным стенам. Не многие лица были мне знакомы, поэтому я предположил, что это новые сотрудники. Или, может быть, инвесторы?
Один из них повернулся к остальным, пролистывая пачку бумаг в руке. «После четырех дней изучения, похоже, что его дракон связан с адреналином».
Четыре дня? Прошло четыре дня? Это казалось и невероятно коротким, и невероятно долгим.
«И как вам удалось заставить его сохранять форму?» — спросил другой.
«С правильной мотивацией это было несложно. Он находится в таком состоянии уже тридцать восемь часов. Прибыли ли остальные с самкой?»
Самкой?
«Пока нет. Была какая-то задержка, так что это займет еще несколько часов. Можете ли вы представить, сколько яиц можно получить? Это просто захватывающе. Азраэль будет в восторге», — сказал третий с ухмылкой на лице. Я запомнил эту ухмылку, каждую ее деталь. Я с большим удовольствием выбью все эти зубы ему в глотку, очень скоро.
Первый скоро-будет-мертв ублюдок снова заговорил. «Процесс размножения будет захватывающим, если это сработает. Дикие драконы проходят через циклы течки, как и демоны-женщины. Все драконы когда-то умели принимать человеческую форму, но по какой-то неизвестной причине, похоже, звери утратили эту способность. Они могут зачать в любой форме, но зачатие в драконьей форме произведет большее количество потомства с гораздо большей скоростью. После вылупления яиц детеныши дракона созревают всего за две недели», — объяснил он.
Они хотят, чтобы я трахнул самку дракона, в превращенном состоянии... Во имя члена Юпитера?!
«Мы заполним его загон адреналиновым паром. Над этим работают наши ученые. Мы пробовали эпинефрин, пока он был без сознания, но ни одна игла не пронзила его чешую. Он невероятно хорошо сложен — он станет отличным быком для разведения».
«Для чего нужен адреналиновый пар?» — спросил еще один из ученых.
«Пар нужен, чтобы позволить животному взять верх». Громовой голос привлек всеобщее внимание к дверям. Мой отец вплыл, как гребаный павлин, ведя себя так, будто он самый важный человек в комнате. Я почувствовал, как моя шерсть встала дыбом при виде его самодовольного лица. «Мой сын любит цепляться за мораль, которая ничего не значит в этом мире, — объявил он. — С самкой дракона в течке, мы надеемся, что всплеск адреналина в сочетании с ее запахом заставит его следовать своим природным инстинктам».
Я быстро взглянул на Энни и увидел, что ее глаза были белыми, а кисть летала по холсту. Хорошо. Она не обращала внимания на то, что они говорили.
Мой отец выглядел как самодовольный придурок, стоя там и объясняя обо мне. Ублюдок понятия не имел о моем моральном кодексе. Конечно, такой кусок дерьма, как он, не имел бы их вообще, а человек без морали — не человек вовсе. Нужно было многое, но я оставался спокойным и собранным.
Группа людей отошла от стекла, продолжая разговаривать, и я следил за их передвижениями по комнате. Энни все еще была полностью отключена, ее маленькая рука летала по мольберту как размытое пятно. Я все больше беспокоился, наблюдая за ней. Всего восемь лет, а ее силы не должны быть такими сильными. Это заставляло меня задаваться вопросом, что они потенциально делали с ней, чтобы ускорить проявление ее стихии.
Как только у меня появится шанс, я с большим удовольствием уничтожу это место и всех этих ублюдков вместе с ним. Опустившись на корточки, я устроился поудобнее и приготовился к битве. Я ни за что на свете не буду спариваться с гребаным драконом. У меня есть пара с волосами цвета магии, горящей в моих венах, и самыми сексуальными изгибами, которые я когда-либо видел у женщины.
К счастью, теперь я чувствовал себя спокойнее из-за всего этого — потому что к черту их грандиозные планы, единственная самка, с которой я буду спать, будет моей, как только я придумаю способ сжечь эту клетку и спасти ее.
Я насчитал людей, слоняющихся по комнате — теперь их было больше, около тридцати трех, не считая Энни. Если бы я мог превратиться обратно, может быть, я смог бы поговорить с ней. Посмотреть, все ли с ней в порядке. Она выглядела нормально, без видимых признаков травм. В отличие от Фиша, которого избили до кровавого месива, когда я видел его в последний раз. Луной, я даже не был уверен, что человек может пережить такое избиение или захочет ли он продолжать жить после того, что они сделали с его телом. Меня тошнило при одной мысли об этом, и казалось, что мое сердце горит, вспоминая пытки, которым они подвергали Фиша.
Мне потребовалось мгновение, чтобы заметить изменение в воздухе. Тишину. Никто не говорил и не двигался, и, возможно, они даже не дышали.
Двое мужчин-ученых медленно подошли к хирургическому столику и взяли по скальпелю. Когда они повернулись друг к другу, я заметил пот, стекающий по их лицам. С широко раскрытыми глазами они подняли инструменты и одновременно перерезали друг другу горло. Никто не реагировал.
Мой отец покинул комнату за несколько мгновений до этого, и я задавался вопросом, не был ли он ответственен за это. Но это не имело бы смысла. Зачем ему убивать людей, которые нужны Азраэлю для исследований? И, что еще более важно, как он мог достичь такого уровня магии? Единственный, кто не был живой статуей, кроме меня, была Энни. Она яростно смешивала краски и теперь использовала пальцы, продолжая работать над своим холстом. Слава звездам, она была в каком-то трансе; ни одному ребенку не нужно было видеть то, что только что произошло.
Я смотрел с полным очарованием, как все в комнате начали молча убивать друг друга. Тела усеяли пол, кровь лужами растекалась под ними, пока они истекали кровью. Охранник, который ранее угрожал Фишеру, был последним, кто остался стоять. Хриплый звук пытался вырваться из его сомкнутых губ, когда его тело двигалось по чьему-то приказу.
Кровь начала сочиться из его ушей, рта и носа.
Был только один человек, которого я знал, способный на такое.
Резкий вдох Энни прозвучал как бомба в мертвенно-тихой комнате. Обернувшись, я увидел, что она стоит прямо у ограждения, глядя на меня. Она подняла свой холст, и по моему позвоночнику пробежал холодок, когда мои крылья распахнулись.
«Они здесь», — прошептала она, и я встретил ее жуткую улыбку зловещей драконьей улыбкой.
Глава 10. Фарис
Портал выплюнул нас всех на вершине скалистого утеса. Густой сосновый лес окружал нас, скрывая наше прибытие. «Фу», — простонал Фарис, наклоняясь и блюя в куст.
«Да, это может быть тяжело для организма в первые несколько раз», — сказал нам Брам. «Ты в порядке, Малыш Клык?» Он хлопнул Фариса по спине.
«Нормально. Просто не ожидал такого», — ответил маг крови, доставая салфетку из кармана, чтобы вытереть рот.
«Ты взял салфетки с собой на задание?» — опешил Фишер, и Фарис кивнул.
«Что, если кому-то нужно было по-большому? Тогда бы вы пожалели, что кто-то не подумал о такой роскоши», — парировал Фарис, засовывая грязную салфетку в задний карман.
Хол направился к краю утеса, глядя на открывающийся вид. Обернувшись, он спросил: «Кто-нибудь еще чувствует последствия перемещения? Кому-то нужно время или мы можем продолжать?»
«Все в порядке, сэр», — ответил я, и мы все подошли к краю. Росток шагнула ко мне и обняла меня за талию, прислонившись головой к моей груди.
«Вау. Это...» — Фишер сказал с благоговением, его глаза сканировали горизонт.
«Невероятно», — выдохнул я.
Здесь был закат, и все небо было освещено оттенками фиолетового, оранжевого и ярко-розового. Водоемы, прорезающие лес внизу, мерцали, как дорожки из драгоценных камней. Честно говоря, я никогда не видел более красивого пейзажа — и это впечатляло, учитывая, что мы побывали почти во всех странах мира.
«Это Флореста». — Хол указал на раскинувшийся перед нами лес, который простирался на многие мили. «Объект находится за той горой», — объяснил он, указывая на высокую гору вдалеке.
«Мы прыгаем ближе?» — спросил Росток.
«Да. Мы прыгнем группой. С тремя демонами у нас будет достаточно сил, чтобы перенести вас четверых», — объяснил Брам. «На этот раз предупреждаю, вас может стошнить, когда мы приземлимся. Даже если в прошлый раз не стошнило. Так что... не блюйте на меня». — Он вздрогнул.
«Мы будем в порядке», — гладко ответил Кэм. Он всегда был собран, редко выходил из себя. Поэтому он был таким чертовски хорошим боссом. Его темно-русые волосы были собраны в узел, спрятанный под шапкой, свободные пряди красиво развевались на ветру, дующем через горный перевал.
«Когда мы окажемся на месте, сразу же укройтесь. Я не приземлю нас слишком близко, но, на всякий случай. Никогда нельзя быть слишком осторожным, и в Бесмете глаза повсюду», — зловеще сказал нам Хол.
«Детка, дай-ка я посмотрю на твою спину». Брам повернул ее, когда она отошла от меня. На спине ее тактического жилета были молнии над лопатками, и Брам быстро их расстегнул. Достав нож из кармана, он просунул руку внутрь и разрезал ее рубашку.
«Эй! Какого черта, Брам?» — возмущенно сказала она, когда поняла, что он разрезал ее одежду.
«Для твоих крыльев, принцесса», — подмигнул он, целуя ее нахмуренные губы.
«Хол, расстегни мои», — сказал Брам, поворачиваясь, чтобы старший демон обработал его одежду. Брам ответил тем же, и затем нас окружили три крылатых демона с хвостами и рогами.
«Где же, черт возьми, действие?» — раздался писклявый голос. Очень французский писклявый голос.
Вздохнув, я открыл свой карман на липучке, и, о чудо, оттуда вылез Наполеон.
«Ты взял мышь?» — с ужасом спросил Брам.
«Я не брал. Он, должно быть, пробрался внутрь до нашего ухода», — ответил я, не сводя глаз с хитрого пушистого француза. Французской мыши?
«Ты действительно думал, что сможешь пойти в бой без обученного воина рядом с тобой, великан?» — фыркнул Наполеон, тряся своими крошечными мышиными кулачками в небо.
«Мои извинения. Ты прав. Я должен был посоветоваться с тобой», — ответил я, подавляя сарказм в попытке утихомирить маленького тирана.
«Извинения приняты, великан. А теперь, где битва?» — спросил Наполеон, и, клянусь богами, его черные глаза-бусинки сверкнули обещанием кровопролития.
«Просто запрыгни обратно в мой карман — мы прыгаем ближе, и ты сможешь выйти тогда. Давай, тиран, полезай». Я открыл карман. Наполеон фыркнул, но больше не протестовал, и я убедился, что он надежно закреплен, прежде чем кивнуть остальным.
«Все в порядке?» — спросил Росток. В ее вопросе звучала мягкая насмешка, и я не пропустил того, как плечи Фариса тряслись от беззвучного смеха.
«Поехали». — Я ухмыльнулся. Было ли странным, что я привязался к французской мыши, которая была удивительно похожа на настоящего Наполеона Бонапарта? Да. Плевать мне на это? Нет. Он был крутым, и мог проникнуть туда, куда я обычно не мог.
Хол протянул руки. «Встаньте в круг и крепко держитесь за руки рядом стоящих. Все закончится через секунду».
Росток вложила свою руку в мою, а другую в руку Фишера. Мою левую руку сжала большая ладонь, и я посмотрел на Кэма, стоящего неподвижно с серьезным выражением лица. Хол был по другую сторону от него, затем Фарис, затем Брам.
«Позволь мне направлять прыжок. Просто одолжи мне свою силу», — сказал Хол Браму и Сейдж.
В мгновение ока все вокруг меня закружилось в различных оттенках серого и черного. Пронзительный крик пронзил мои уши, и мое сердце упало в желудок. Детка...
Я упал на
«Кай?» — спросила она в замешательстве.
«Я слышал, как ты кричала — ты ранена, Детка?»
«Что? Нет. Я не кричала», — ответила она, глядя на остальных парней.
«Кхм...» — Фарис прочистил горло и медленно поднял руку. «Это был я».
«Думаю, ты пробил мне барабанные перепонки», — проворчал Брам. «Быстрее, прячемся за эти валуны».
Шестеро из нас пригнулись за грудой огромных камней, некоторые из которых были высотой более десяти футов.
«Вход в лабораторию, который мы используем, находится примерно в четверти мили к северу», — тихо сказал Брам.
«Проверка оружия перед продвижением», — приказал Хол, сразу же проверяя свое собственное.
Все убедились, что их оружие выбрано и готово. Для таких магов, как Кэм и Фишер, их сила была обычным оружием, но у них также была слабость к острым игрушкам.
Фиш любил метать кинжалы; это было искусство, в котором он был смертоносен. На бедре Фариса висел гребаный топор. Брам носил на спине широкий меч, который был почти такого же роста, как и он. Лично я любил носить катану, но знал, что скоро мне придется превращаться, и Багира был более смертоносным оружием, чем любой меч.
Порыв ветра пронесся сквозь деревья, когда я проверял шнурки на ботинках. Волосы на затылке встали дыбом.
«Не может быть!» — прорычал я, заставляя остальных вздрогнуть.
«Убить. Убить. Убить». — прорычал Багира в моей голове.
«Что такое, К?» — потребовал Кэм.
Я поднял руку. Принюхавшись к воздуху еще мгновение, на моем лице появилась дикая улыбка. Все смотрели на меня, с нетерпением ожидая объяснений.
«Слоан здесь», — сказал я, заработав несколько вздохов облегчения. «И Энни тоже». Росток чуть не разрыдалась от этого.
«Тогда что тебя так взбесило?» — спросил Хол, изучая меня.
«Отец Слоана... он тоже здесь. И я ждал очень, очень долго, чтобы убить его. Его смерть — моя», — сказал я, мой голос становился все более хриплым и глубоким, когда Багира рвался наружу. Ему не терпелось вырваться на свободу.
«Тюрьма была ловушкой с самого начала, — заключил Кэм. — Азраэль, должно быть, подставил другого заключенного, чтобы его убили вместо отца Слоана».
«У меня есть идея, — объявил я, привлекая всеобщее внимание. — Раз Наполеон здесь, мы должны использовать его. Слияние с ним позволит мне проскользнуть через практически все уровни безопасности в этом месте. Позвольте мне пойти вперед. Я разведаю обстановку, и мои чувства приведут меня к Слоану и Энни. Где бы они ни были, я смогу их найти. Позже я все еще смогу превратиться в Багиру, а Наполеон будет полезен для других задач».
«Ты звал?» — мордочка Наполеона высунулась из моего кармана.
«Что думаешь?» — спросил я, подпрыгивая на месте. Я был готов к действию.
«Я думаю, это гениальная идея», — сказал Брам, ухмыляясь. «Они никогда не увидят тебя».
«Согласен», — добавил Кэм, а Фарис и Фишер кивнули в знак согласия.
«Отлично, — промурлыкал я, хрустя костяшками. — Я раздеваюсь». Фиш автоматически протянул руку, чтобы забрать мою одежду. Он всегда клал ее в свой рюкзак для меня; мы делали это так долго, что это стало привычкой. Наполеон спустился по моей руке, прыгнув к Ростку, который протянул ладони, чтобы поймать его.
Каждый предмет одежды передавался Фишеру, который затем аккуратно убирал его в свой рюкзак. По крайней мере, мне не придется быть голым после битвы. Наверное, это хорошо. У меня всегда вставал как камень после хорошей драки.
«Если почувствуешь что-то неладное, убирайся оттуда. Немедленно», — строго сказал Хол.
«Абсолютно точно, сэр. Мы должны сделать это правильно», — ответил я.
«Следуй по этой тропе четверть мили. Должна быть гравийная дорога, ведущая к воротам промышленного размера. Ты не пропустишь», — объяснил он, и я запечатлел все это в своей голове. Мой нос приведет меня туда, куда нужно.
«Будь осторожен», — мягко сказал Росток, бросаясь мне в объятия. С урчанием я обнял ее и вдохнул ее сладкий аромат. Такой сладкий, и такой мой.
«Всегда, маленькая Детка. А теперь позволь мне сделать свою работу», — поддразнил я. Когда она отстранилась, я приподнял ее подбородок и поцеловал ее так, что дух захватывало.
«Альфа», — выдохнула она, отстраняясь и закусывая губу.
«Увидимся скоро». — Я подмигнул, прежде чем повернуться к остальным. «Поехали».
Я закрыл глаза, позволяя Багире взять управление. Прыгнув вперед, четыре лапы коснулись лесной подстилки, и мы встряхнули шерстью, привыкая к этой форме. Росток посадила Наполеона нам на шею, и мы дали ему мгновение, чтобы устроиться.
«Иди за ним, К. Будь в безопасности. Никаких глупых рисков». Кэм уставился на нас, серьезность ситуации теперь давила на него. Взмахнув хвостом, мы бросились через лес на бесшумных лапах, как живая тень.
Деревья размывались, когда мы прыгали и мчались сквозь густой лес. Когда запах людей стал сильнее, мы немного сбавили скорость, на случай, если кто-то окажется на прогулке. Травянистый, покрытый плющом холм показался впереди, когда мы подкрались ближе к запаху. Запрыгнув на поваленное дерево, мы забирались все выше и выше, пока не получили четкую линию обзора. С обеих сторон дверей были установлены две камеры, но никого не было видно. Отлично.
«Багира, мы превратимся в форму Наполеона и проникнем в здание. Мы останемся в его форме, пока не оценим ситуацию», — сказал я ему.
«Понял. Давай сначала спустимся на землю», — прогудел он.
С кошачьей грацией мы спрыгнули с нашего насеста, приземлившись бесшумно. Сделав глубокий вдох, мы превратились обратно в мою форму.
«Наполеон, давай сделаем это», — с волнением сказал я, когда он спустился по моей ноге на покрытый листьями лесной пол.
«Я живу, чтобы сражаться, великан», — похвастался он.
Мой разум потянулся к его, и мгновение спустя я оказался в нескольких сантиметрах над листьями. Жаба внезапно выпрыгнула из-за палки, и я пискнул. Более быстрый на ногах, Наполеон развернулся и помчался по тропе, как черт из табакерки.
«Луной, это было страшно до чертиков», — выдохнул я.
«Да, когда ты такого размера, вокруг много опасностей», — ответил он.
Я был рад остаться просто пассажиром и позволить Наполеону управлять своим телом. Он лучше всех знал, как управлять этой формой, и меня это устраивало. Шорох сверху привлек мое внимание, и Наполеон нырнул под камень как раз в тот момент, когда сзади раздался пронзительный крик.
«Гребаные крылатые твари. Все они», — выругался Наполеон.
«Это была птица?» — спросил я, адреналин бурлил в нас.
«Да. Какой-то ястреб.
«Может быть, нам стоит подождать...» — начал я, но был резко прерван, когда он издал боевой клич и вылетел из нашего укрытия.
Наши маленькие ноги двигались так быстро, что, казалось, мы парили. Еще один пронзительный крик раздался прямо над нами, когда Наполеон в последний момент вильнул вокруг дерева, и птица нырнула в противоположную сторону.
«Лох!» — завопил Наполеон, когда птица улетела в лес, сдаваясь. Мы не остановились, мчась прямо к дверям. Я не видел ни одного проема, но Наполеон не сбавлял скорости. Почти незаметная щель между дверью и рамой становилась все ближе и ближе.
«Свяяятое дерьмо!» — закричал я, когда мы нырнули вперед, проскользнув на другую сторону.
«Сделано», — радостно воскликнул Наполеон, взбираясь по стене на небольшой выступ, тянущийся по всей длине входного холла.
«Если я увижу огромного паука, я просто свихнусь», — предупредил я его, пока мы мчались дальше, вглубь туннеля.
«Не бойся, великан. Я слишком быстр для пауков», — ответил он, совершенно беззаботно.
Я принюхался к воздуху и уловил много разных запахов, но они все еще были там — запахи Энни, Слоана и его скоро-будет-мертвого отца.
«Мы на правильном пути», — сказал я своей мышиной половине.
Через минуту или около того мы добрались до второй двери. В ней были встроены толстые стеклянные окна. Я сразу заметил охранника, сидящего в маленькой будке по ту сторону. Он, казалось, читал что-то на своем столе и был полностью поглощен этим занятием.
«Нам нужно разобраться с ним», — сказал я Наполеону. «Когда он уйдет, остальные смогут войти без проблем».
«Держись за свой берет, мы входим», — объявил Наполеон, протискиваясь в щель в стене, и затем мы оказались на гребаной вертикальной канатной прогулке по электрическому шнуру. Тонкая полоска света прорезала тьму, показывая нам, где находится следующий выход. К счастью, этот казался немного больше предыдущих двух. Клянусь, я никогда не привыкну к этому протискиванию.
Наша маленькая мышиная задница заерзала от предвкушения. Когда мы прыгнули вперед в будку охранника, я отделился от Наполеона. Охранник перевернул страницу своей книги, но, должно быть, почувствовал, что кто-то за ним наблюдает, потому что внезапно поднял глаза. Я не удержался и помахал ему. Его лицо побледнело, он попытался схватить оружие, но я был на нем быстрее.
Поскольку я не знал, кто из них вовлечен — невиновен или виновен — я просто вырубил его двумя быстрыми ударами в висок. Он рухнул, как мешок дерьма. Не теряя времени, я открыл ящики стола в поисках скотча, веревки или чего-то, чтобы связать его. Мои глаза остановились на наручниках, и я ухмыльнулся. Идеально.
Пристегнув его к стальной балке, руки за спиной, я взглянул на экраны мониторов. Я расхохотался, когда увидел свою команду, стоящую на видеоэкране, на виду. Если бы только ублюдок делал свою работу... Как жаль.
Я нажал кнопку интеркома, усмехаясь, когда все на экране подпрыгнули от внезапного шума.
«Охранник нейтрализован. Входите», — объявил я.
Фарис ухмыльнулся. «Это сильно упрощает задачу».
«Какие-то проблемы?» — спросил Кэм.
«Никаких. Мы с Наполеоном продолжим; запахи Слоана и Энни здесь уже намного сильнее. Фишер и Фарис, будьте готовы использовать свою магию, как только подойдете достаточно близко, чтобы нанести урон. Мне нужно идти», — сказал я, нажимая кнопку с надписью «Дверь туннеля». Снова взглянув на экран, я дождался, пока все исчезнут в туннеле, прежде чем вырвать все провода.
«Положи книгу в дверь, чтобы оставить ее открытой для них», — предложил Багира.
Схватив книгу со стола, я подглядел название. «Особняк Руксгрейв». Черт.
«Даже не думай открывать эту книгу», — прорычал Багира, и я вздохнул.
«Ладно. Но она следующая в моем списке на прочтение, как только мы выберемся отсюда». — Я надулся, открывая дверь и подпирая ее романом. Черт, какая трата хороших слов...
Я быстро слился с Наполеоном, и мы помчались по коридору, а я указывал путь. Наконец мы добрались до двойных распашных дверей. Запах отца Слоана был настолько силен здесь, что я знал, что он должен быть рядом. Все они были рядом, возможно, прямо за этими дверями.
Двери распахнулись без предупреждения, и мы прижались к стене, прячась.
«...скоро будет здесь. Если он не будет сотрудничать, приведите их и сделайте все необходимое», — сказал мужской голос, и, черт возьми, я не вздрогнул, сдерживая желание немедленно превратиться в Багиру. Даррелл Салливан. Человек, которого я поклялся убить так давно...
«Не сейчас, великан. Мы искупаемся в крови наших врагов после того, как заберем дракона и девочку», — напомнил мне Наполеон и тут же нырнул в открытую дверь. Он легко нашел себе место на полке у задней стены, держась рядом с выходом.
Что это, во имя луны, за место? Я подавил рев ярости, когда мои глаза остановились на прозрачном загоне в центре комнаты. Внутри был заперт огромный дракон, ледяные голубые глаза которого говорили мне все, что нужно было знать. Этот дракон был Слоаном. Святое дерьмо. Я имею в виду, он говорил нам... но увидеть его воочию? Невероятно.
«Девочка. Вон там», — прошептал Наполеон, когда мы огляделись, и я увидел Энни, рисующую в стороне от комнаты.
«Принято», — подтвердил я. Мы осматривали комнату еще несколько минут, отмечая, что там было, вероятно, около тридцати человек. Некоторые из них были вооружены, и довольно многие, если не все, были демонами. Запах Азраэля нигде не чувствовался, что говорило мне о том, что его нет на месте и не было уже несколько дней.
«Время шоу, Наполеон. Надеюсь, ты готов к победе и крови».
«Я родился с сердцем воина и склонностью к смерти, великан», — поклялся он.
Через мгновение мы с восхищением наблюдали, как по лаборатории прокатилась волна молчаливой бойни. Когда последний мужчина шатко стоял у клетки Слоана, мы спрыгнули с полки и бросились вперед. Действие только начиналось, и я был проклят, если не собирался занять место в первом ряду.
«Они здесь», — прошептала Энни дракону Слоана через стекло.
Небольшая дверь справа от главных распахнулась, и в нее вошел не кто иной, как человек, чья смерть принадлежала мне.
«Здесь мы расстаемся, Наполеон. Держись крепче», — предупредил я, а затем прыгнул вперед, в мгновение ока превратившись из себя в Багиру. Дикий крик вырвался из нашей глотки, когда мы помчались по лаборатории. Глаза Даррелла расширились, когда он увидел нас, и в них мелькнуло узнавание. Да, ублюдок. Смерть пришла за
Тогда мы увидели маленькую кнопку в его руке, на которую он тут же нажал большим пальцем. Мы замедлились, потому что, черт возьми... что, если у него бомба? В воздухе раздался громкий шипящий звук, и мы обернулись как раз вовремя, чтобы увидеть дымный пар, заполняющий загон Слоана. Пронзительная сирена завыла где-то снаружи комнаты в тот же момент, когда дракон Слоана взревел и начал метаться, явно отчаянно пытаясь вырваться из клетки.
Глава 11. Сейдж
«Держись рядом, принцесса», — тихо сказал Сейдж Брам.
«Можешь не волноваться», — ответила она, ее глаза расширились, когда она увидела бессознательного охранника в кабинете наблюдения.
Честно говоря, то, как мы штурмовали коридоры, все в ногу... Я чувствовал себя настоящим крутым парнем. Я покрутил язычок между зубами, осматривая здание. Довольно скучно — белые стены, бетонные полы, ни единого произведения искусства. Разве демоны не ценят хорошую эстетику?
Как раз когда я открыл рот, чтобы спросить Брама, Хол остановил группу сжатым кулаком. «Фиш, докладывай», — приказал Хол, понизив голос.
«Чем дальше мы продвигаемся в здание, тем больше я улавливаю. Рядом должна быть большая зона с большим количеством людей», — пробормотал Фиш, закрывая глаза. «Нам нужно двигаться на западную сторону здания. Это интересно, потому что, если они действительно демоны, я все еще могу их чувствовать». — Он нахмурился, озадаченный.
«Может быть, потому что мы теперь связаны, и ты лучше чувствуешь демонов? Или потому что мы в Бесмете?» — предположила Светлячок. Ее догадки были не хуже других.
«Сколько их, Фиш?» — спросил Кэм.
Мой брат моргнул, и его глаза стали полностью черными. Я отступил от него и скользнул за Брама. Жуткий тип.
«По крайней мере, тридцать», — ответил Фиш, его голос стал глубже обычного. Он моргнул, и его глаза вернулись к норме, остановившись на мне. «Начнем, брат?»
Мои клыки выскочили в ответ. «Начнем, брат», — ответил я с усмешкой.
«Брам, Сейдж, Кэм и я поищем Энни», — сказал группе Хол, его руки были крепко сжаты по бокам.
«Поехали», — добавил Кэм с ноткой предвкушения.
Я делал это. Я наконец был частью команды, их команды. Чувство принадлежности и места наполняло вещи в моей душе, о которых я даже не подозревал, что скучаю. Да, я все еще ненавидел Слоана и хотел ударить его по яйцам, но я делал это для своей женщины и парней. Все они любили угрюмого контрол-фрика, и я любил их. К тому же, Фиш явно испытывал к Слоану более сильные чувства, и я не хотел видеть его грустным.
Фишер и я двинулись прочь, отделяясь от группы. Он был полностью сосредоточен, с расправленными плечами и выражением пугающего безразличия на лице.
«Какой план?» — спросил я, сворачивая за угол.
«Я смогу проникнуть в их головы и определить, враги они или нет. Если есть невиновные, я дам тебе сигнал, и ты сможешь заставить их выйти с поднятыми руками. Хотя я не питаю на этот счет больших надежд». Он посмотрел на меня. «Будет грязно».
Мое сердце забилось быстрее от волнения. «Не могу дождаться».
Мы шли в ногу, плечом к плечу, как близнецы смерти. Звук приближающихся шагов заставил меня замереть и схватить Фиша за жилет, останавливая его. Приложив палец к губам, я сделал движение пальцами, изображая ходьбу, а затем указал вниз по коридору. Он закатил глаза на мою жестовую речь, но все равно показал мне большой палец вверх.
Между нами и концом коридора была небольшая ниша. В мгновение ока я бросился к ней, скрываясь. Шаги становились громче по мере приближения людей.
«Какого черта ты?» — потребовал один из них, очевидно, заметив Фишера.
«Черт. Зови кого-нибудь, быстро», — пробормотал другой.
Я ждал, подтверждения того, что это плохие парни. Мгновение спустя я получил его.
«Враги».
Одно слово. Громко и ясно в моем разуме. Что ж, это все, что мне нужно было услышать.
Я выскочил из своего укрытия, приземлившись прямо перед тремя мужчинами, которые теперь расширили глаза от страха.
«О боги», — прошептал один из них, и я медленно наклонил голову, изучая их.
«Никаких богов. Просто два брата, которые пришли отправить вас к ним», — прошептал я в ответ, словно доверяя им маленький секрет. Фишер заставил их стоять неподвижно, как статуи. Они были как сидячие утки.
Я покачал головой и бросился на ближайшего мужчину, вонзая свои клыки ему в шею, как нож в масло. Его кровь брызнула, когда я перерезал ему яремную вену, и из моих уст вырвался шокированный смех. Я никогда не убивал, своими руками — или клыками — и, святое дерьмо, это было великолепно.
Все было кончено за десять секунд. Три тела лежали на полу, а брызги крови украшали болезненно-белые стены. Наконец-то я добавил немного искусства в это скучное место.
«Ты, безусловно, эффективен, хотя и немного грязноват», — заметил Фиш, перепрыгивая через быстро растущую реку крови.
«Я должен был быть незаметным?» — спросил я, вытирая подбородок. Я почти уверен, что это движение только размазало кровь, но, возможно, это был мой стиль.
«Здесь это не так важно, но нам, возможно, придется поработать над этим для будущих миссий», — сказал он мне через плечо. «Но я понимаю. Первая миссия и все такое. К тому же, с твоей стихией у тебя, наверное, есть определенные позывы. Сегодня — как праздник души, я не чувствую ни одного доброго намерения ни от кого, кроме нас. Так что если хочешь утолить жажду крови, без проблем».
Ну, если он так ставит вопрос...
Мы добрались до большой двери с биометрическим сканером отпечатков пальцев для входа. Быстрый взгляд в окно оказался бесполезным, так как для конфиденциальности использовали матовое стекло.
«Это здесь, — сказал Фиш. — Я чувствую около тридцати человек, плюс Кай. Внутри есть и ребенок. Я не уверен, что это Энни, так что просто будь начеку. Я зацеплюсь за их психику и определю, друг или враг. Сможешь послать замораживающее внушение? Оставь Кая, Слоана и ребенка, если возможно».
Я кивнул. «Да. Я смогу это сделать». Это была бы самая массовая команда из всех, что я пробовал, но я практиковался раньше на этой неделе и легко заставил десять человек в городе подчиниться. Я был готов.
«Поехали», — прорычал Фиш, его глаза стали чернее дна океана.
Глубоко вздохнув, я позволил своему сознанию распространиться, представляя волну, исходящую от меня, просачивающуюся под дверь и захватывающую комнату, одного человека за другим.
«Все враги. Сознательные враги», — голос Фиша пронесся в моей голове. Взглянув
«Тогда они умрут», — спокойно ответил я. Приложив немного больше усилий, я подтолкнул каждую цель к собственной гибели.
Когда остался только один, я снова услышал своего брата в голове. «Этот мой». Его тон был смертоносным. Мгновение спустя Фишер вернулся в реальность, и мы уставились друг на друга, оба тяжело дыша от напряжения. Нелегко было провести скоординированную атаку с таким количеством целей, но мы справились.
Мы ухмыльнулись друг другу, и в этот момент, я думаю, мы оба поняли, что на самом деле не так уж и отличаемся. По правде говоря, мы очень похожи... Жаль для него, что я всегда буду самым сексуальным.
«Сканер отпечатков». Я указал на устройство, которое в данный момент отказывало нам в доступе в комнату, в которую нам нужно было попасть — чем скорее, тем лучше.
«Должна быть другая дверь... Мы можем продолжить поиски?»
«О, я не могу поверить, что не подумал об этом раньше». — Я щелкнул пальцами. «Сейчас вернусь!»
Куча тел была там, где я их оставил, поэтому я сделал то, что сделал бы любой нормальный человек в такой ситуации. Подняв руку ближайшего ко мне мужчины, я откусил его большой палец.
«Фу. Мертвая кровь на вкус как дерьмо», — пробормотал я. Как раз когда я повернулся, чтобы бежать обратно к Фишу, у меня случилось еще одно озарение. Что, если отпечаток этого человека не подходит? Вздохнув, я быстро откусил большие пальцы двух других мертвецов и засунул их все в карман, затем помчался обратно.
Волосы Фишера развевались на ветру, когда я остановился рядом с ним. «Куда ты ходил?» — прошипел он.
«Добыл вот это», — ответил я, доставая пару отрезанных пальцев из жилета.
Он моргнул от удивления. «Это на самом деле отличная идея».
«Я знаю, правда? Просто представь, если бы я все еще был внутри тебя, это могла бы быть твоя идея. Но тогда тебе пришлось бы откусывать эти пальцы своими тупыми, базовыми зубами, и это заняло бы так много времени», — затараторил я, прижимая первый палец к сканеру. Он замигал красным. «Черт». Я перебросил отвратительную штуку через плечо.
«Слушай, ты должен перестать говорить это. «Когда я был внутри тебя». Звучит так, будто ты трахал меня или что-то в этом роде». Фишер поморщился от отвращения.
Я прижал второй палец, и снова экран замигал красным. «Нет, брат. Единственный, кто был в пролете в нашей предыдущей ситуации, это я», — холодно ответил я, доставая наш последний вариант. Он покачал головой на мое заявление, но не стал спорить. Я не хотел сейчас вдаваться в это — не тогда, когда мы так хорошо работали вместе.
Прежде чем он успел заговорить, я посмотрел ему прямо в глаза. «Надеюсь, это сработает». Как раз в этот момент я услышал приближающихся людей. Много людей. Черт.
«Приближаются», — прошептал я.
«Ну, тогда давай быстрее, пока палец — я имею в виду, пока кто-нибудь нас не увидит», — поторопил Фиш, и я не сдержался. Я расхохотался, прижимая палец к сканеру.
«Ты чуть не сказал «пальце-ловек». Я не могу дождаться, чтобы рассказать Светлячку». — Я усмехнулся, но сразу побледнел, когда сканер отпечатков начал издавать пронзительную сирену.
«О черт», — выругался Фиш, его взгляд был прикован ко мне через плечо. Я уже чувствовал мужчин, бегущих к нам.
«Давайте повеселимся, брат», — радостно сказал я, разворачиваясь. Используя инерцию, я метнул палец прямо в группу приближающихся охранников. Не было ничего, что мужчина мог бы сделать против пальца, летящего в него со скоростью сто пятьдесят миль в час, и последовавший за этим крик агонии был тому доказательством.
Солнцем, это выглядит так отвратительно. Палец торчал из глазницы одного из мужчин, и мне посчастливилось увидеть это мельком, прежде чем он упал лицом вниз на землю, мертвый как дохляк.
«Сними их, я прямо за тобой», — заговорил Фиш в моей голове, и я бросился в действие. Я уже проверил свои ментальные способности; я был готов пролить немного крови. На нас надвигалось около пятнадцати мужчин, некоторые из них превращались в полноценных демонов. Без сомнения, скоро их будет больше — этот сигнал тревоги оповестит всех в здании о том, что что-то происходит.
Я был не более чем вспышкой, проскальзывая между охранниками. Опустив руку, я достал топор, висящий на бедре. Сделал пируэт, выбросил ногу вперед, и мой ботинок встретил твердую грудь. Я оттолкнулся от большого зверя и перевернулся в воздухе. Пролетая, я встретился глазами с демоном, который собирался вонзить меч мне в спину. Приземлившись за ним, мое тело вопило от адреналина. Я чувствовал этот отчаянный порыв, эту яростную потребность защитить свою семью.
Все встало на свои места, мои движения стали размеренными и сверхъестественными. Резким взмахом я отрубил хвост демона и исчез. Взглянув на Фишера, я невольно выругался, увидев его стоящим там, похожим на воплощение дьявола. Неподвижный, с мертвыми черными глазами, ладони подняты перед ним, черная магия лилась из его рта, носа и ушей. Она кружилась по его рукам, образуя циклон в его ладонях. Что за улитки Сатурна...
Четверо охранников бежали к нему; они были почти рядом.
«Фишер!» — взревел я. «Очнись!» Чья-то рука сжала мое запястье, и я повернулся с рычанием, бросаясь на горло врага. Он упал, но я быстро оказался окружен. Моя голова была не в игре — я слишком сосредоточился на том, в какую западню попал мой идиот-брат.
Я бил, пинал и рубил всех, кто подходил достаточно близко, но казалось, что они продолжали прибывать. Обжигающая боль пронзила мою руку, и я взревел. Не от боли, а потому что я был в ярости. Что-то глубоко в моей душе завибрировало, словно мой внутренний зверь колотил в ворота ада, чтобы его выпустили.
«Вы все мертвы», — поклялся я. Мои глаза переключились с раны на руке на моего брата. Чернота в его глазах исчезла на миг, и этого было достаточно. Наша магия столкнулась, и каждый демон поблизости застыл на месте, когда черная магия Фишера взорвалась из него, как сверхзвуковой удар. Какой-то ублюдок, должно быть, выстрелил из пистолета мгновением ранее, потому что три пули были в дюйме от лица Фиша. Когда мужчины вокруг нас рухнули на пол, я бросился к брату, выхватывая пулю из воздуха. Какого черта?
Я почувствовал его тогда. Переведя взгляд с мрачного выражения лица Фиша, я посмотрел вниз по коридору и увидел Брама, его руки
«Похоже, вам, ребята, понадобилась дополнительная рука», — крикнул он, шагая к нам.
«Черт возьми», — выдохнул Фишер. «Это было близко».
«Не говори мне! Какого черта ты думал, впадая в транс?» — я хлопнул его по плечу.
«Моя магия взяла верх, я не знаю, что случилось», — признался он, выглядев испуганным до чертиков. Фишер всегда был спокойным, тихим и собранным, поэтому видеть его неуправляемым меня пугало до усрачки.
Я повернулся к Браму. «Где остальные?»
«Прямо вниз по коридору. Хол понял, как заткнуть эту гребанную сирену, но очевидно, что наше присутствие уже известно», — зловеще сказал он.
«Я посмотрю, что они нашли. Нам нужно попасть в эту комнату», — проворчал Фиш, уходя.
Брам изучал мое лицо. Я заметил, что на его лбу была полоса крови, отчего веснушки выделялись на фоне багрового цвета.
«Ты ранен?» — спросил я, подходя ближе и прикасаясь пальцами к его лицу.
«Нет, — мягко сказал он, беря меня за запястье, чтобы остановить, прежде чем я коснулся его кожи.
«Спасибо за помощь». — Я прошептал свою благодарность. Я был заворожен его янтарным взглядом, и мне казалось, что если я заговорю слишком громко, этот момент разрушится. Медленно я продолжал тянуть руку к его лицу, и его сопротивление ослабевало.
Луной, этот мужчина, этот демон... Мое сердце трепетало в груди, как птица, вырвавшаяся из клетки.
«Брам, — прошептал я, мои кончики пальцев коснулись его щеки. Он не ответил, но и не отстранился. Позволив руке опуститься ниже, я не смог удержаться, чтобы не провести большим пальцем по его нижней губе. Пятнышко крови теперь покрывало его идеально пухлый рот, и я сглотнул.
«Я рад, что с тобой все в порядке», — хрипло сказал он. Между его бровей залегла морщинка, когда он посмотрел на меня. Замешательство? Отвращение? Возбуждение? «Давай войдем внутрь, чтобы мы могли, наконец, убраться отсюда, а?»
«А, да. Конечно». — Я отступил назад, разрывая чары, в которые мы были окутаны. «Как мы попадем внутрь?»
«Мы прыгнем», — ответил он, как будто это был самый очевидный ответ в мире.
«Чувак, значит, я откусил эти пальцы без всякой причины? Ну, они все равно не сработали, но это была хорошая идея», — проворчал я, качая головой, пока мы шли рядом по коридору.
«Фу, это то, на что я наступил? Я думал, это червь». Брам усмехнулся, и звук проник прямо в мое сердце.
Боги, в последнее время я какой-то слюнявый психопат. Что эти люди со мной делают?
Рев из комнаты заставил нас бежать, и мы чуть не столкнулись с остальными, обогнув угол.
«Поехали», — сказал Хол Браму. Сейдж схватила Кэма и Хола, а Брам вложил одну мою руку в свою, а другую — в руку Фишера. Мгновение спустя мы были внутри лаборатории.
Вся наша подготовка, тренировки, интенсивные занятия...
Ничто не могло подготовить нас к тому, что происходило.
Глава 12. Слоан
«О боже мой», — выдохнула я, оглядывая лабораторию, в которую мы только что попали. В центре комнаты стоял огромный загон, закрывающий почти половину лаборатории от нашего обзора. Я чувствовала Кая в комнате, но пока не видела его. С того места, где я стояла, я видела ряд стерильных стальных столов, напоминающих морг. Вздрогнув, я осмотрела ряды столов, покрытых различными химическими инструментами. Я заметила стеклянные мензурки и мерные колбы, наполненные различными жидкостями всех цветов, некоторые из которых источали видимый пар.
Тела были разбросаны по всему пространству, но они не привлекли моего внимания надолго. Мои глаза остановились на огромном драконе в центре комнаты. Какой-то туман заполнял его загон, когда он отчаянно пытался освободиться.
«Они травят его!» — прошептала я, бросаясь к своему дракону. Парни были у меня на хвосте.
Слоан ревел от агонии, когда пар становился гуще, скрывая его из виду. Я забарабанила кулаками по стеклу, пытаясь разбить его. Что угодно. Пожалуйста!
Смех с другой стороны загона заставил Кэма подойти ко мне сзади, его руки схватили мои кулаки и удержали их. «Слушай, детка», — прошептал он мне на ухо.
Рычание Багиры пробивалось сквозь панику Слоана по ту сторону загона.
«Мы подкрадемся к ним», — тихо сказал Хол, и я кивнула.
«Не теряйте из виду ребенка», — напомнил нам Брам.
Мы начали обходить клетку, когда я оглянулась. Фишер стоял у стекла, прижавшись к нему ладонями и глядя на бушующего внутри дракона.
«Рыбка», — позвала я, стараясь не кричать. Он не ответил, поэтому я попробовала телепатически. «Рыбка».
Его голова дернулась в мою сторону, выражение лица было болезненным. «Прости, сладкая. Я никогда не видел его в этой форме, и он так несчастен. Испуган. Зол. Нет... не зол. В ярости. Если он выберется оттуда в таком состоянии, я думаю, мы все в опасности».
Я ахнула. «Он не причинит нам вреда», — возразила я по нашей связи, отказываясь даже рассматривать такую возможность.
«Он бы не причинил, но он сейчас сам не свой. Что бы ни было в этом тумане» — он указал на пар — «оно влияет на него».
«Я попробую кое-что», — тихо прорычал Кэм. Вспышки молний бегали по его рукам, когда его глаза обратились к небу.
Крик мужчины пронзил комнату.
«Кай», — прошептала я.
«Это был не Кай», — ответил Кэм, спокойный как всегда. С идеальной точностью он выпустил молнию в вентиляционное отверстие наверху загона, полностью уничтожив его и открыв небольшой зазор. Пар перестал поступать к Слоану, к счастью, но большой дракон, казалось, становился все более взволнованным.
Звук открывающегося замка заставил всех затаить дыхание. Мы с ужасом смотрели, как дверь загона распахнулась, и земля задрожала, когда зверь внутри сделал шаг к свободе.
«Звездами...» — выдохнул Хол. «Двигаемся, сейчас!» — рявкнул он, и мы все побежали вокруг края загона к рычанию Багиры, которое звучало невероятно злобно. «Мы в жопе!» — закричал высокий мужчина на Багиру, когда они кружили друг вокруг друга. «Его клетка открыта, и с таким количеством адреналина в его системе он снесет здание вместе со всеми нами!»
Багира оскалил зубы, его хвост хлестал, как кнут. Наполеон сидел на плечах Багиры. Это была...
«Это мышь, размахивающая шприцем как оружием?» — спросил Брам в неверии. Он был прав, но мое внимание было сосредоточено на другом.
«Кто этот человек?» — прошептала я, мое беспокойство росло с каждым толчком земли.
«Это отец Слоана», — ответил Кэм сквозь зубы.
«Гребаный сын шлюхи», — прошипел Рыбка, и я посмотрела на
Багира не удивился нашему присутствию, вероятно, учуяв нас в тот момент, когда мы вошли в эту лабораторию ужасов. Но отец Слоана... Его взгляд метнулся от Багиры к нашей группе.
«А, вот и он». — Он мрачно усмехнулся. «Мой сын-педик». Он выплюнул эти слова, словно они отравляли его язык.
«Что ты сделал?!» — глаза Фишера сузились, и я уже видела, как в них просачивается чернота.
«То, что нужно было сделать уже давным-давно! Я освобождаю его! Он станет величайшим оружием, которое когда-либо видели Бесмет и наш мир. Я просто благодарю звезды, что он знает, как трахать женщину, потому что это первое, что он сделает. Одна уже в пути, видите ли? Полноценная самка дракона, готовая и созревшая, чтобы принять его семя».
Я сглотнула желчь, обжигающую горло. Нет.
«Ты больной, — закричала я. — Твой сын в сотню раз лучше тебя!» Я рванулась вперед, готовая убить придурка, но сильные руки удержали меня. Отец Слоана просто рассмеялся надо мной в совершенно снисходительной манере, которая еще больше меня разозлила.
«О, милая. Я понимаю, почему он тебя любит», — сказал он с одобрением, не сводя глаз с Багиры. Он создал огонь в своих руках, и Багира держался на расстоянии.
Звук разбитого стекла и опрокинутой мебели говорил о том, что время уходит.
«Нам нужно уходить», — сказал Брам с ноткой беспокойства в голосе.
«Что? Нет!» — возразила я. «Мы не уйдем без него. И без Энни».
«Детка, — хрипло сказал Кэм, притягивая меня к себе. — Здесь небезопасно. Это выходит из-под нашего контроля. Нам нужно хотя бы убраться в безопасное место, пока то, что происходит со Слоаном, не пройдет...»
Я собиралась ответить, когда оглушительный рев сотряс стены, и мои руки автоматически взлетели к ушам, защищая их.
Затем произошло несколько событий одновременно, и все это было как в замедленной съемке.
Багира всем весом бросился на отца Слоана, принимая огненный шар в грудь, но не сбавляя скорости. Я закричала, когда челюсти Багиры сомкнулись вокруг горла злого человека.
«Лохматый!»
О звезды. Этот голос. Этот маленький голосок...
«Энни!» — закричала я, когда она вынырнула из-под стола и бросилась в объятия Хола.
Я не успела шагнуть в ее сторону, как летящие обломки от ярости Слоана полетели в нашу сторону. Большой микрофон задел Фариса по голове, и он упал на пол.
«Черт!» — закричал Брам. «Мы уходим, сейчас».
«Забери Кая», — крикнул Кэм Браму. Мой демон бросился в действие, оттаскивая Багиру от хрипящего куска дерьма.
«Хол, иди. Уведи Энни отсюда, — рявкнула я. — Забери Фариса и Кэма с собой. Я приведу Фишера!»
«Какого хрена нет», — рявкнул Кэм, шагнув ко мне.
Хол наклонился с Энни на руках и схватил Фариса за руку, взваливая его на плечо, словно он ничего не весил. Кай с рычанием превратился обратно, на его груди был огромный ожог, а с подбородка капала кровь. Я моргнула, сдерживая слезы при виде моих мужчин, моей любви, страдающих.
«Кэм, тащи свою задницу сюда», — скомандовал Хол.
Мой повелитель гроз поднял средний палец, не оборачиваясь.
«Я не могу оставить его, Рыбка». Я протолкнула мысль через нашу ментальную связь. «Тогда мы не уйдем», — с решимостью ответил он.
Фишер шагнул передо мной, когда Хол двинулся к Кэму.
«Мы вернемся как можно скорее», — сказал Кэм Фишеру.
Фиш кивнул. «Да, мы вернемся». С этими словами он сильно толкнул Кэма назад, чтобы Хол смог схватить его за плечо. В мгновение ока четверо из них исчезли.
«Клянусь луной...» — Брам нахмурился, глядя на нас двоих, Кай вцепился в его руку, отчаянно пытаясь устоять на ногах.
«Кай», — закричала я, когда его глаза закатились, и он обмяк, чуть не упав на землю, прежде чем Брам подхватил его под руки.
«Уведи его отсюда», — крикнул Фишер, когда по комнате снова полетели обломки.
Болезненный взгляд Брама встретился с моим, и слеза скатилась из моего глаза. «Уведи его в безопасное место, пожалуйста», — умоляла я.
Его ноздри раздулись, он явно колебался между тем, чтобы заставить нас уйти с ними, и тем, чтобы уважить мою просьбу. «Я люблю тебя, Детка. Но я так чертовски зол», — прорычал Брам, его и без того устрашающий рост увеличился еще на шесть дюймов, когда его рога начали скручиваться. «Пошли, Альфа», — сказал он Каю, его голос был глубоким и искаженным. С последним прощальным взглядом они исчезли из виду. Прямо на том месте, где они стояли, пролетел письменный стол и разбился о стену.
«Они напуганы, сладкая. Все будет хорошо, — сказал мне Фишер. — Давай заберем нашего мужчину и уберемся отсюда».
Тяжелые вздохи и острые когти о бетонный пол были единственным, что я слышала сквозь стук своего сердца. Слоан приближался, и теперь, когда туман рассеивался, я видела вспышки чешуи, когда смотрела сквозь загон.
Огромная голова показалась на виду, и я ахнула. Да, я видела Слоана в этой форме раньше, но не так. Не таким... диким. Таким неуправляемым. Его глаза горели, как раскаленные угли, а длинный раздвоенный язык высунулся наружу. Медленно, так медленно, эта массивная голова повернулась в нашу сторону. Фишер заслонил меня своим телом, защищая, и Слоан зарычал так глубоко, что сама агрессия этого звука сотрясла мои кости. Ему не понравился этот жест.
«Слоан», — спокойно сказал Фишер, словно мы собирались вместе выпить пива или что-то в этом роде. Как ему удавалось сохранять такой спокойный голос? Я смотрела, завороженная, как чешуя на спине Слоана колыхалась, когда он подходил ближе, и его язык снова высовывался.
«Стой», — приказал Фиш, и дракон открыл пасть в том, что могло быть самой страшной улыбкой, которую я когда-либо видела в своей жизни. «Мы здесь, чтобы помочь тебе».
Слоан не остановился. Он сделал еще один шаг ближе, его хвост хлестнул по воздуху и ударил по ограждению, заставляя всю конструкцию заскрипеть.
«Мы должны вытащить его отсюда». Голос Фишера прозвенел в моей голове.
«Я могу вылететь отсюда, заставить его гнаться за нами?» — быстро предложила я, потому что он был, может быть, в десяти футах от нас.
«Назад, к туннелю, это наш лучший шанс», — согласился Фишер. «СЕЙЧАС!»
Мы обняли друг друга, и я не колебалась. Мои крылья раскрылись и поймали воздух, поднимая нас вверх и прочь от Слоана. О, он был в ярости.
«Вперед, сладкая!» — закричал Фишер, и я быстро призвала свою зеленую магию, позволяя лианам
Я нырнула вниз, приближаясь к огромным дверям, которые, к счастью, теперь были открыты. Еще один землетрясающий рев подстегнул меня бежать быстрее, зная, что он преследует нас. Несясь по коридору, я чуть не остановилась, увидев группу из десяти охранников, бегущих к нам.
«Вперед! Не останавливайся», — закричал Фишер.
Демоны внизу начали отращивать крылья и готовились схватить нас, когда я увидела, как их рты открылись.
«Дракон!» — закричал один из них, пытаясь разбежаться. Мы уже сворачивали за угол, когда жар коснулся моей спины.
«О звезды, он их поджег», — выдохнула я.
«Хорошо. А теперь выведи нас отсюда, сладкая!» — крикнул Фишер в ободрении.
Я легко нашла путь обратно к туннелю, рычание, ворчание и рев ярости Слоана подстегивали меня. Однако я не привыкла нести чужой вес во время полета, и у меня быстро заканчивались силы.
«Давай, еще немного!» — завопил Фиш.
«У меня кончается энергия», — выдохнула я, видя впереди дверь на улицу. Мы были так близко.
Последним рывком, вызванным чистой решимостью и адреналином, мы вылетели из все еще открытой двери в ночь. Мои крылья кричали от усталости, и я чувствовала, как пот стекает по позвоночнику.
«О боже мой», — выдохнул Фишер, и я повернулась, чтобы посмотреть. Я сразу пожалела об этом.
Слоан выходил из туннеля, как зверь из преисподней, его кожа светилась огнем, освещая ночь. Размах его крыльев должен был быть около тридцати футов, и он бежал. Гребанный бег. Прямо на нас. Прыжок, который выглядел как усилие, его массивное тело взмыло в небо как раз в тот момент, когда я попала в яму турбулентности.
Я закричала, когда мы перевернулись в воздухе, мои крылья слишком ослабли, чтобы исправить траекторию полета.
«Держись, сладкая», — сказал Фишер у моей шеи, когда наши груди быстро вздымались и опускались друг против друга. Я даже не успела посмотреть, за что я держусь, когда огромная лапа сомкнулась вокруг нас обоих, крепко сжимая.
«О нет, нет, нет», — повторяла я, пытаясь вырваться из хватки Слоана, но это было бесполезно.
«Он нас не раздавливает, так что это уже что-то, верно?» — спросил Фиш, все еще спокойный.
«Нет, но он летит все выше и выше. Я слишком вымотана, чтобы лететь дальше. Если он уронит нас, Фиш...»
«Он не уронит», — сразу ответил Фиш.
Я надеялась, что он прав. Последние несколько часов казались размытым пятном. Я была так благодарна, что мы нашли Энни, и одна мысль о ее воссоединении с Мирандой вызывала у меня слезы на глазах. Все остальные выбрались и должны были быть в моем коттедже в безопасности. Надеюсь, когда Фарис придет в себя, он сможет помочь вылечить Кая. Мой бедный, свирепый Альфа. Если нет, я знала, что Бабушка сможет помочь вылечить их раны в меру своих возможностей.
Крылья Слоана мощно били по прохладному ночному воздуху, хотя движения его тела были на удивление нежными, пока мы летели. Мы нашли его. Я могла только надеяться, что он не пострадал, и что этот огромный открытый воздух поможет вывести из него тот адреналин, которому он подвергся.
«Как думаешь, куда мы летим?» — спросила я через некоторое время, когда мы все еще парили в открытом ночном небе, и только звезды и облака были нашими спутниками.
«Понятия не имею. Ты как?»
«Нормально. Устала. Мое тело как желе», — призналась я с тихим смехом. По крайней мере, казалось, что Слоан не собирается нас ронять.
«Мы снижаемся», — заметил Фиш.
Мир под нами начал расти, секунду за секундой. Гора, казалось, была нашей целью.
Пожалуйста, звезды, верни его нам.
«Если он попытается причинить тебе боль, я сделаю то, что нужно», — внезапно пробормотал Фиш, на его прекрасном лице застыло торжественное выражение.
«Что? Что ты имеешь в виду?»
Он печально покачал головой. «Ты знаешь, что я имею в виду, сладкая. Я не позволю причинить тебе боль или убить тебя».
«И я не позволю тебе сделать это с ним!» — закричала я в негодовании.
Он вздохнул. «Давай надеяться, что до этого не дойдет», — пробормотал он, когда мы приземлились.
Глава 13. Фишер
Он так вкусно пахнет. Пахнет так, как моя собственность.
Приземлившись на одну лапу, стараясь не раздавить свое сокровище, я опустил их на траву. Наклонив голову, я высунул язык, впитывая еще больше ее сладкого аромата. Моя грудь заурчала от удовлетворения. Они все еще были связаны вместе, оба смотрели на меня снизу вверх с широко раскрытыми испуганными глазами.
Она пахнет демоном. Он пахнет человеком. Они пахнут вкусно. Я поднял коготь, протягивая руку к узлу на земле, и она взвизгнула, когда я разрезал лианы, связывающие их. Он вскочил, потянулся к ней, но я был быстрее. Это сокровище теперь принадлежало мне.
Я зарычал на мужчину, оттесняя его от того, что принадлежало мне.
«Слоан!» — закричал он.
Кто?
Я фыркнул на него, дым вырвался из моих ноздрей. Идиот попытался броситься вперед, к моему драгоценному сокровищу. Схватить его с земли было достаточно легко; мне просто нужно будет сделать клетку для этого человека. В конце концов, он сам был довольно красивым сокровищем.
Самка заплакала, когда я держал мужчину в плену, но я не обращал на это внимания. Чем скорее я его обезопашу, тем скорее смогу удовлетворить эти... позывы.
Я выдохнул круг огня и осторожно опустил мужчину в центр. Он ругался, кричал и возмущался, но он не мог сделать ни хрена.
«Слоан, пожалуйста», — закричала самка позади меня, и я развернул свое огромное тело, глядя на ее форму. Изумрудно-зеленые переливающиеся крылья, маленькие черные рога, хвост... но это были не самые интересные особенности. Ее полные груди почти обнажались над черным топом, один из ремешков был уже разрезан. Ее бедра раздавались так, что я был уверен — она идеальная пара. Она сможет принять меня.
«Слоан», — прошептала она, отступая от меня, когда я преследовал ее. Она была как бабочка — я поймал ее и теперь буду любоваться ее красотой все свои дни.
Красивая самка отступила к дереву, как раз когда я добрался до нее. Я почувствовал ее страх в воздухе, но также и что-то еще. Ее любовь. Любовь к кому? К мужчине в огненном круге?
Я сердито стукнул хвостом. Нет. Эта самка была моей. Прежде чем она успела среагировать, я осторожно разрезал когтем ее топ, задев и нижнее белье. Ее тяжелые груди выпали наружу, и я зарычал от одобрения, мое
«Слоан, — заскулила она. — Пожалуйста, вернись ко мне. Вернись к нам». Она смотрела прямо на меня, но ее слова не имели смысла.
Потянувшись за ее лодыжкой, я дернул, и она соскользнула вниз по дереву. Я слышал мужчину вдалеке, поднимающего шум.
«Не делай этого», — закричала она, ударив меня по морде. Я фыркнул от наглости. Мои когти быстро справились с ее штанами, и я сел на корточки, чтобы полюбоваться своим сокровищем.
«Ты совсем меня не помнишь?» — прошептала она, слезы на ее красивых красных щеках.
Помню ли я ее?
Ее руки потянулись к моему лицу, и я оттолкнул ее головой. Маленькие руки. Мягкие, нежные руки. Я не причиню ей вреда. Я бы никогда...
Ее зеленые глаза сверкали в лунном свете, как звезды, а ее рыжие волосы выбились из пучка, развеваясь вокруг головы, как нимб. Красивое, красивое сокровище.
Расположиться над ней было задачей, но она не сопротивлялась. Она продолжала говорить о каком-то Слоане и о том, как сильно она его любит. Пара. Пара. Вот и все, что моя голова кричала мне; это было единственное, что я мог слышать сквозь стук моего сердца, которое, казалось, вот-вот вырвется из груди. Ее маленькая фигурка подо мной выглядела нежной и хрупкой — как я собирался достичь своей цели? Я должен оплодотворить ее и сделать полностью своей. Мое тело готово. Возможно, перевернуть ее будет лучше.
Фыркнув, я подтолкнул ее перевернуться с помощью своего большого когтя.
«ПРОКЛЯТЬЕ, СЛОАН! ОЧНИСЬ, БЛЯДЬ!» — закричал мужчина.
Боги, как бы я хотел, чтобы он заткнулся.
«ХОЗЯИН!»
Я замер.
«Инферно! Инферно!»
Стоп-слово. Мой... питомец?
«Слоан, мы любим тебя. Вернись, детка, пожалуйста, пожалуйста», — умоляла самка.
«Инферно, Хозяин. Хватит!»
Мое сердце начало замедляться впервые с тех пор... Я даже не мог вспомнить, когда. Я покачал головой. Это было так, будто открылась невидимая клетка, и вдруг я понятия не имел, где я, черт возьми, нахожусь.
Посмотрев вниз, я увидел Рыжую подо мной, голую и в слезах.
Нет. Слоан, что ты, блядь, наделал?!
Я издал скорбный рев и отпрянул, подальше от нее. Подальше от женщины, которую поклялся защищать. Они оба были так ужасно замучены и избиты в той лаборатории, пока я был вынужден беспомощно смотреть... и теперь я делал то же самое? Я даже запер Фишера в огненном кольце, чтобы он не мог помешать. Боже. Я гребанный дракон, а она женщина. Мой разум кружил от образов, которые я предпочел бы никогда больше не вспоминать.
Внезапно я не мог дышать, и все звуки были как под водой. В моей голове проносились вспышки того, что я видел в лаборатории, того, как я только что разрезал одежду Рыжей, даже того, как я предал всех до этого.
Со мной будет покончено. Я буду, в этот момент.
Я смутно заметил маленькие вспышки огня, загорающиеся на моем теле, прежде чем они быстро гасли, только чтобы появиться в другом месте.
Я теряю контроль.
«Эй, эй». Успокаивающий голос Фишера окутал меня, как утяжеленное одеяло. «Дыши, детка. Ты в порядке. Тсс».
Мой взгляд метнулся по окрестностям, и я обернулся, чтобы посмотреть на Фишера. Я не мог смотреть на Рыжую сейчас. Если бы я сделал то, что выглядело, я бы бросился с этой горы, как только найду обрыв.
«Ты не сделал того, о чем думаешь», — сказал он мне. «Тебя накачали наркотиками в той лаборатории, и мы вытащили тебя оттуда. Но ты не причинил нам вреда».
Я все еще не помнил. Последнее, что я мог вспомнить, это как Энни показала мне свою картину, хотя сам рисунок был смутным в моей памяти. О боги, Энни... Где теперь эта маленькая девочка?
«Слоан. Посмотри на меня. Пожалуйста?» — мягко спросила Рыжая, ее голос немного охрип от криков. Я закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов. Мне нужно было подготовиться к тому, что я собирался увидеть. Медленно я открыл их и осмотрел окрестности, заметив каменистый уступ. В глазах собирались слезы, потому что я знал, что мне придется сделать, как только я увижу ее. Непростительно. Недопустимо.
«Детка, пожалуйста», — прошептала она, и ее слова дрогнули от мольбы.
Я медленно повернул свое огромное тело, найдя ее перед собой. Ее голое тело было исцарапано о лесную подстилку, но я не видел никаких травм. Кроме того, что она была голой и расстроенной, Рыжая не выглядела физически пострадавшей. Если бы я действительно занялся с ней разведением, она бы точно пострадала. Огонь, удерживающий Фишера, теперь прогорел достаточно низко, чтобы он мог перепрыгнуть через пламя. Он бросился вниз и обнял нашу женщину, глядя на меня своими проницательными карими глазами.
«Слоан». Мягкий голос Сейдж вырвал меня из мыслей, и я наблюдал, как она осторожно движется ко мне. Лунный свет, пробивающийся сквозь деревья, освещал ее тело и волосы, заставляя ее сиять, как богиня, которой она была. Она остановилась прямо передо мной, ее рука потянулась к моей морде, и я старался стоять как можно неподвижнее. Последнее, чего я хотел, — напугать ее еще больше, чем уже напугал. Я не мог поверить, что она все еще хочет быть рядом со мной.
«Превратись обратно, любовь моя. Вернись ко мне», — прошептала она. Фиш подошел к ней сзади и положил свою руку поверх ее ладони на мою чешуйчатую щеку.
«Ты нам нужен». Слова Фиша ударили меня в сердце, как самая острая стрела. В последний раз, когда я видел его, он был ужасно избит, его лицо обезображено от жестокого обращения. Как он мог быть здесь сейчас, выглядеть как ангел-мститель, пришедший спасти мое жалкое сердце?
Если я превращусь обратно, эти люди могут снова причинить им вред. Заставить меня смотреть...
«Слоан. Мы здесь, не прячься». Рыжая погладила мою щеку, и слеза, упавшая из ее глаза, была для меня последним ударом по сердцу. Моя кожа зачесалась и зазуденела, человек внутри меня хотел успокоить ее, прижать обоих моих любимых к себе.
«Вот так», — подбодрил Фишер. Я мог только представить, что они увидели, глядя на меня в тот момент.
За время, пока мое сердце билось один раз, я оказался голым, лежащим в грязи. Рыжая вскрикнула и бросилась на мое тело, обхватив меня, как обезьянка.
«Слоан, о боги, детка», — заскулила она, когда мои руки обхватили ее за талию, прижимая к себе. Я вдыхал ее кокосовый и ванильный аромат, чувствуя, как ее сердце бешено колотится в груди. Черт.
Две руки скользнули
Повернувшись немного, крепко держа свою женщину, я потянулся вверх и запустил руку в его пышные волосы. Наши глаза встретились через плечо, и эмоции в его взгляде просто уничтожили меня.
«Ты...» — начал он, и я резко заткнул его, прижав наши губы. Слишком долго я не мог поцеловать его так, как мне нравилось.
Он застонал, когда мой язык ворвался в его рот. Ему не нужен был дополнительный стимул, его собственный язык встретил мой с нетерпением и страстью. Я слегка укусил его нижнюю губу и отстранился, снова глядя на него.
«Красивый», — хрипло сказал я. Рот Фиша приоткрылся от моих слов, и я понял, что, вероятно, никогда прямо не говорил ему, как он дорог мне. Да, я наконец вытащил голову из задницы и признался в любви к этому мужчине, но у нас никогда не было ничего подобного... Ничего, выходящего за рамки сессии или сцены, и, черт возьми, я хотел этого с ним. И с ней.
«Мне так жаль», — сказал я им обоим, опуская голову. Мне было чертовски стыдно. «Все эти избиения, изнасилования, пытки...»
«О чем ты говоришь?» — выдохнула Рыжая, взяв мое лицо в обе руки. Ее большие зеленые глаза искали ответы. «Они сделали это с тобой?»
Мой лоб нахмурился. «Что? Нет. Они сделали это с тобой. С Фишером».
«Нам никто ничего не делал. Мы здесь всего полдня», — объяснил Фиш.
Я усмехнулся без тени юмора. «Должно быть, я схожу с ума», — сказал я, совершенно сбитый с толку.
«Что случилось?» — мягко спросила она, опуская руки на мою грудь, когда Фиш обнял меня за талию, прижимаясь щекой к моей лопатке.
«Если я превращался из дракона обратно в человека, они заставляли меня смотреть, как они делают ужасные вещи. Ничто из того, что я делал — кроме того, что оставался драконом — не мешало этому. Если я не делал то, что они просили, они наказывали вас обоих. Я думал...» — Мой голос дрогнул, когда образы ужасов, которым я подвергался, пронеслись в моем сознании. Я быстро моргнул, когда лицо Рыжей на моих глазах трансформировалось из ее обычного потрясающего вида в избитое и в синяках, окровавленное до неузнаваемости.
«Нет. Нет. Нет!» — выругался я, вскакивая и отступая от них.
«Слоан, все в порядке. Все в порядке». Голос Фишера успокаивал меня, но слишком ненадолго.
«Помоги ему, Фишер, пожалуйста», — закричала Рыжая, выглядя все более и более раненой.
«Оставайтесь сзади. Я должен превратиться. Превратиться. Превратиться. ПРЕВРАТИТЬСЯ!» — Я расхаживал, проводя руками по волосам. Я не мог причинить им вред. Я не мог.
«Слоан, посмотри на меня», — крикнул Фиш, и мои глаза метнулись к нему. «Хорошо, так хорошо. Я помогу тебе, но ты должен понять, что все, что ты там видел, было ненастоящим».
«Это было настоящим! Я знаю, что видел! Это было так же реально, как этот момент здесь и сейчас!» — закричал я, отступая от них.
«Ты истекаешь кровью», — встревоженно сказала Сейдж, когда что-то влажное потекло у меня изо рта. Тыльной стороной ладони я вытер это и увидел ярко-красный цвет. Идеальное время для кровотечения из носа.
Мое сердцебиение снова начало замедляться, и успокаивающий груз опустился на мои плечи. Мои колени подогнулись, и я упал на землю.
Фишер и Сейдж снова обнимали меня, проводя руками по моей коже, шепча слова, которые в данный момент не имели для меня смысла. Я не знаю, что реально. Что реально?
«Мы реальны. Это реально. Ты сбежал, и они, должно быть, обманули тебя с помощью оборотней или чего-то в этом роде», — предположила Сейдж, целуя меня в грудь. Она чувствовалась такой хорошей.
«Мне так жаль, Рыжая. Я чуть не... раньше, я имею в виду, я не хотел...» — Проклятье, я не мог даже говорить, когда думал о зверстве, которое чуть не совершил.
«Мы знаем это, Слоан. Тебя накачали адреналином. Они заполнили твою клетку им, и это что-то спровоцировало. То, что чуть не произошло, не на тебе, чувак. Это на них. На твоем гребаном отце», — прорычал Фишер.
Мой отец. Рык вырвался из меня, прежде чем я успел его проглотить.
«Он мертв».
Я поднял глаза, мой взгляд метался между двумя людьми, о которых я заботился больше всего на свете.
Слова, когда они пришли, были не более чем шепотом. «Что ты сказала?»
Рыжая взяла одну мою руку и переплела наши пальцы. Ее рука была маленькой, теплой и идеальной, и я понял в тот момент, что никогда раньше не держал никого за руку. Я сглотнул, осознавая, что мне это нравится. Я никогда не хотел отпускать ее руку.
«Кай убил твоего отца», — сказал мне Фишер, и я потянулся за его рукой тоже. Такие разные, мои две любви. Там, где ее рука была изящной и женственной, рука Фишера была почти такой же большой, как моя, но ощущалась так же хорошо.
«Скажи что-нибудь», — мягко сказала Рыжая, все еще голая, как в день своего рождения.
«Он обещал мне, что сделает это», — сказал я им. Когда никто не заговорил, я продолжил. «Когда мы были детьми, в ночь первого превращения К, на самом деле... Он обещал мне, что однажды сделает это». Я видел, как Сейдж бросила на Фишера беспокойный взгляд, и я покачал головой. «Я думаю, я сейчас в оцепенении? Я никогда не чувствовал себя так раньше. Я рад, что он мертв. Он заслужил что-то более худшее, чем то, что получил. Даже если это была самая ужасная смерть, которую человек может получить... Он. Заслужил. Худшее».
«Нормально чувствовать оцепенение. Ты только что пережил травматическое событие», — рассудил Фиш. Возможно, я был в каком-то шоке.
«Мы любим тебя», — твердо сказала Рыжая, привлекая мое внимание к своему красивому лицу.
Мои большие пальцы медленно поглаживали их руки. «Я не знаю, что реально. Это тоже может быть трюком», — заметил я, мой голос звучал почти механически.
Сейдж пододвинулась ближе, и, прежде чем я понял, она выдернула свою руку из моей и оседлала мои бедра, обхватив руками мою шею. «Почувствуй меня, любовь моя. Почувствуй, насколько я реальна», — пробормотала она у моего горла, и я застонал, когда ее твердые соски коснулись моей
Я позволил своей руке скользнуть вверх по позвоночнику Сейдж к затылку, прежде чем притянуть ее ближе, чтобы наши губы встретились. Я издал глубокий стон в ее рот, который, клянусь, исходил из моих яиц.
Большая рука провела по моим волосам, и я улыбнулся в губы своей женщины, зная, что Фишер здесь, очень даже часть нас.
«Ты теперь веришь, что мы реальны?» — спросил он, его голос был глубоким и соблазнительным. Боги, прошло слишком много времени с тех пор, как я слышал этот голос, обращенный ко мне. Мой член дернулся, коснувшись лона Сейдж.
«Думаю, он начинает верить». Моя девочка ухмыльнулась Фишеру, и на ее щеках расцвел красивый румянец.
«Хм, — задумчиво хмыкнул Фишер. — Наверное, нам стоит убедить его дальше, как думаешь, сладкая?» Он протянул руку и провел большим пальцем по губам Сейдж, прежде чем наклониться и страстно поцеловать ее. Луной, я не испытывал их обоих так, как в тот раз, когда мы возились в ее саду. Это казалось целой жизнью назад.
«Вы двое пытаетесь взять инициативу в свои руки?» — я приподнял бровь на двух сексуальных созданий передо мной.
Фишер усмехнулся. «Я забыл, ты здесь уже некоторое время. Есть кое-что, о чем ты не знаешь. С тех пор, как я освободился от Фариса, появились новые вещи, которые мне нравится... практиковать», — туманно объяснил он, и мне вдруг отчаянно захотелось узнать больше. Я жаждал любой информации об их жизни с тех пор, как меня не было. Даже до того, как я ушел, если считать все те способы, которыми я был таким идиотом.
Рыжая потянулась к Фишеру, стягивая с его плеч тактический жилет. Их губы встретились, и я с жадностью наблюдал за мельканием их языков. Моя рука потянулась к подолу рубашки Фиша, помогая Рыжей снять ее через голову. Я вдохнул, увидев его татуировку на груди, которую видел сотни раз. Крылья дракона... мои крылья дракона.
«Святое дерьмо», — выдохнула Сейдж, и мы оба провели пальцами по замысловатому рисунку. «Это ты, Слоан».
Мой взгляд поднялся к моему мужчине, моему якорю. Человеку, который проявил ко мне сострадание и любовь, несмотря на мои сексуальные предпочтения и очаровательную личность.
«Это всегда был ты», — объявил он. Если кровь в моем теле обычно была горячей, сейчас она просто кипела. Руки Рыжей скользили по Фишеру и мне, когда мы прижались лбами друг к другу. «Хозяин...»
«Нет», — хрипло сказал я. Он отпрянул, глядя на меня в замешательстве. «Я не хочу, чтобы ты так меня называл. Это не мы. Не сейчас».
Фишер моргнул несколько раз, прежде чем открыть рот. «Я называл тебя так, потому что ты был таким. Не в унизительном для меня смысле, но когда я был так неуправляем и кружился в спирали, ты был хозяином моих эмоций. Но если ты больше этого не хочешь, я понимаю».
Я сглотнул комок, внезапно образовавшийся в горле. «Дело не в этом. Я просто чувствую, что те имена, которые мы дали друг другу — те отношения, которые у нас были — это не то, что у нас есть сейчас. Я хочу быть с тобой. Я хочу настоящих отношений с вами обоими». Я вздохнул, пытаясь объяснить то, что чувствовал. Это было нелегко. Чувства все еще заставляли меня вздрагивать от опасения.
«Ты хочешь начать с чистого листа». Рыжая убрала выбившиеся волосы с моих глаз, погладив мою щеку ладонью.
«Да».
Фиш с редкой улыбкой толкнул меня вперед, укладывая на землю. Мои глаза расширились. Это было так необычно для нас. Но я хотел этого; мне был нужен этот опыт. Когда его губы встретились с моими, я застонал. Когда рука Рыжей сжала мой член, я прошипел, мои бедра уже приподнялись в поисках сладкого трения.
«Смочи его хорошенько для меня, сладкая», — приказал Фишер Сейдж, помогая ей устроиться над моими бедрами. При первом же трении ее мокрой киски о мой член я мог бы кончить, как фонтан. Она чувствовалась так чертовски хорошо. Горячая и скользкая, теплая и, блядь, моя.
«Встань, Рыбка. Я хочу снять с тебя штаны», — прерывисто сказала Рыжая, тихо застонав, когда мои руки легли на ее бедра и подтолкнули ее тереться об меня сильнее. Мой мальчик встал, его глаза были прикованы к нашей девочке, когда он перешагнул через мою талию, вставая прямо перед ней.
Я наблюдал, как его рука исчезла в заднем кармане его штанов, доставая бумажник. Мои глаза закатились, когда я понял, что это значит. Рыжая быстро расстегнула его и стянула штаны. Они даже не дошли до его колен, когда она наклонилась и начала ласкать его член языком.
С моей точки зрения, я видел не так много, но я слышал это. Я чувствовал, как сильно это возбуждало ее — влаги, собирающейся на моем члене, было достаточно.
«Дааа», — прошипел Фишер. «Вот так, сладкая».
Я использовал одну руку, чтобы остановить движения Рыжей, и другой направил свой член к ее тугому входу. Она опустилась на меня, как королева на свой законный трон, и я набух еще сильнее, заставляя ее застонать с членом Фишера во рту. Мне нравилось видеть ее такой, обезумевшей от похоти и желания. Когда мои глаза не закрывались от ошеломляющего ощущения ее киски, сжимающей меня, я сосредоточился на том, как напрягаются ягодицы Фишера, когда он скользит в ее рот и обратно.
«Я больше не могу. Снимай эти гребанные штаны, Фишер», — процедил я сквозь зубы. Он посмотрел на меня через плечо с усмешкой на своем красивом лице, но послушался. Отойдя в сторону, он быстро снял ботинки и одежду. «Иди сюда и дай мне эту задницу, красавчик».
«Мммм», — мой маленький котенок промурлыкал от моих слов, и я подмигнул ей в ответ.
«И как я должен «дать тебе эту задницу»?» — спросил Фишер, неуклюже подражая мне, что заставило Сейдж хихикнуть.
«Устройся на моем лице».
«О, лунные девы...»
Глава 14. Кэм
Я опустился на землю, оседлав его лицо, но повернувшись лицом к нашей женщине. Она улыбнулась мне, выглядя блаженной и жаждущей большего. Сейдж наклонилась вперед, наши губы мягко соприкоснулись, как раз в тот момент, когда горячий язык Слоана коснулся моих яиц.
«Черт, да, да», — выругался я, и Сейдж воспользовалась моментом, чтобы просунуть свой язык в мой рот. Мой член плакал от внимания, от того, что разворачивалось здесь, посреди леса, на вершине горы в
«Я так скучал по этому красивому члену», — пробормотал Слоан, его зубы коснулись моей внутренней поверхности бедра.
Боги, это так хорошо. Он меня убьет.
«Трахай его, сладкая. Оседлай этот член», — подбодрил я Сейдж, которая начала двигать бедрами, преследуя свое удовольствие. Я нашел ее клитор и, неудивительно, он был скользким от возбуждения. Мой большой палец кружил вокруг него, поднимая ее все выше.
Когда я почувствовал, как влажное тепло коснулось моей задницы, я чуть не взорвался на месте.
«Ах, боги, да», — выдохнул я. Мои слова были немедленно заглушены, когда Сейдж снова просунула свой язык в мой рот. Ее язык трахал мой рот в ритме с языком Слоана. Она отстранилась и быстро лизнула мою губу.
«Скажи мне, что он с тобой делает», — потребовала она, ее голос был низким и чувственным. Видя ее подпрыгивающие груди, ее раскрасневшуюся кожу и нашего мужчину, глубоко засаженного в ее киске, я знал, что превзошел все предыдущие сексуальные переживания в своей жизни.
Когда я не ответил достаточно быстро, резкий шлепок по моей заднице заставил меня подпрыгнуть.
«Ответь нашей женщине», — приказал Слоан, возвращаясь к тому месту, где он готовил меня к чему-то, чего я ждал неделями.
«Он... он лижет меня», — сказал я ей.
«Где?» — подтолкнула она, проводя руками по талии к своим полным грудям. Она сжала и потянула свои соски, ее глаза были затуманены желанием.
«Мою задницу, мои яйца, о черт!» — закричал я, когда Слоан провел пальцем вокруг моей дырочки, а затем проник внутрь.
«Такая тугая маленькая дырочка», — простонал он, вонзая зубы в мою ягодицу.
«О боги», — закричала Сейдж, ее движения становились все более хаотичными. Она была близко.
Моя голова упала на грудь, когда он растягивал меня. Мое тело дрожало от абсолютного удовольствия при ощущении полноты.
«Прыгай на моем члене, котенок», — прорычал Слоан, и я наблюдал, как Сейдж делает то, что он просит. «Да, вот так, именно так. Боги, Фишер, ты трахал себя, когда мы были в разлуке? Ты скучал по моему члену между твоих щек? Скажи мне, красавчик, скажи мне, что ты делал», — выдохнул Слоан, его короткая бородка терлась о мою внутреннюю поверхность бедра.
«Я близко, я кончаю», — застонала Сейдж, грязные слова нашего мужчины возымели действие.
«Я представлял, что это ты», — ответил я, наблюдая, как пальцы Сейдж исчезают между ее ног, доводя себя до исступления. С всхлипом она содрогнулась, ее оргазм достиг пика.
«Господи», — выругался Слоан, и я знал, что он чувствует, как ее киска пульсирует вокруг него.
Как нам так повезло? Таково ли это чувство судьбы?
«Иди сюда, котенок», — прорычал Слоан, и мы все сдвинулись, перестраиваясь. «Ложись, дай нам на тебя посмотреть». Он улыбнулся, беря ее за руку. Он был почти... нежным. Улыбка тронула мои губы, когда я увидел, как загорелись его глаза, когда они скользнули по ее телу.
«Где ты хочешь меня?» — прошептала она, они оба были поглощены друг другом.
«Прямо здесь, где я был», — ответил он, позволяя пальцам, которые только что были по костяшки внутри меня, коснуться ее скулы. Видеть мужчину, которого я знал всю свою жизнь, который всегда был резким и грубоватым, проявляющим такую нежность и заботу к любимой мной женщине... У меня защипало в глазах от слез, и мое сердце наполнилось надеждой. Надеждой на то, каким будет наше будущее. Все мы, вместе.
Слоан помог Сейдж лечь, ее рыжие волосы ярко выделялись на тускло-зеленом фоне скудной травы под ней. Ее шелковистая кожа была цвета луны — или, возможно, сами звезды взяли одну из своих, вылепили ее до совершенства и поместили здесь, на этой горе, как дар для нас. Я не собирался упускать такой дар.
«Иди сюда, красавчик». Слоан протянул мне руку, и я с готовностью шагнул вперед, готовый и желающий сделать все, что он задумал. Он никогда не называл меня иначе, чем «питомец», когда мы трахались. Каждый раз, когда он называл меня «красавчик» сегодня вечером, это растапливало мое темное сердце, по кусочку за раз.
Это было новое начало — наши отношения переросли в этот момент. Вся боль, разбитое сердце, потери... хотя это было ужасно, я не мог не задаться вопросом, достигли бы мы этого пика без испытаний, через которые прошли. Позволил бы Слоан своим стенам рухнуть достаточно, чтобы позволить Сейдж и мне любить его так? Стал бы Фарис когда-нибудь самостоятельной личностью, чтобы мы могли стать теми мужчинами, которыми должны были быть?
Моя рука скользнула в руку Слоана, и энергия между ними разжигала мое желание все сильнее.
«Рыбка». — Сейдж потянулась ко мне с улыбкой на лице. Ее бедра раздвинулись, и мы оба застонали при виде ее, раскинувшейся, как жертва. Наша женщина извивалась на земле, ее руки скользили по талии к ее восхитительному центру.
«Поцелуй ее». Слоан направил меня ближе, слегка надавив на мое плечо.
«Моя прекрасная, прекрасная ведьма», — промурлыкал я, целуя внутреннюю поверхность ее мягких бедер.
«Я люблю тебя, Рыбка».
«Ммм, я люблю тебя, сладкая», — ответил я, прижимаясь языком к ее киске и проводя по ней долгим, медленным движением. Тот факт, что Слоан только что был внутри нее, сводил меня с ума. «Вкусно».
Сейдж запустила руки в мои густые волосы, направляя меня туда, где я был ей нужен. Мои губы обхватили ее клитор, и я сосал, покусывал и ласкал ее, как и должен мужчина.
Теплая рука скользнула по моему позвоночнику, и ощущение того, что меня касаются в стольких разных местах, было невероятным. Я вслепую потянулся к Слоану, и мой кулак нашел его член справа от нас. Я двигал им в такт с движениями Сейдж у моего лица.
«Трахай меня, пожалуйста, пожалуйста. Трахай меня, Рыбка», — умоляла она, ее голова металась из стороны в сторону.
«Пока ты трахаешь нашу женщину, я буду трахать тебя», — прогудел Слоан мне на ухо, прежде чем укусить меня за шею.
«Мм, да», — пробормотал я.
«Вы, сексуальные дьяволы». Затуманенные глаза Сейдж, приоткрытые губы и набухшие соски говорили мне все, что нужно было знать о том, что она чувствует по поводу этого... соглашения.
«Возьми мой бумажник», — сказал я Слоану, который уже шел к нему. Как бисексуальный мужчина, я всегда носил смазку в бумажнике. Мой маг огня знал это.
Я поднялся над телом Сейдж, устраиваясь между ее ног и нависая над ней, опираясь на предплечье, и смотрел на нее сверху вниз. Она
Мои бедра рванулись вперед в тот же момент, когда наши губы встретились, моя рука держала ее лицо неподвижно, пока мой язык врывался в ее рот. Черт. Я любил целовать ее так, глубоко и крепко, с моим членом, плотно сидящим в ее роскошном теле.
«Мммм», — застонала она, когда я напряг ягодицы, входя в нее сильнее.
Скользкие пальцы скользнули между моих ягодиц и легко нашли мою дырочку, и я оторвался от губ Сейдж с грубым стоном. «Да, черт», — выдохнул я. Сейдж обхватила мои бедра ногами, и я скользнул рукой под ее шею, прижимая наши тела вплотную. Ее пальцы впились в мою спину, как будто ей нужно было быть ближе, нужно, чтобы я полностью овладел ею. Новая позиция давала идеальный угол для Слоана, чтобы присоединиться к нам.
«Ты готов для меня, красавчик?»
«Боги, да. Дай мне этот член, Хоз...» — я остановился, прежде чем слово сорвалось с губ, но он услышал оговорку.
Он глубоко усмехнулся и провел руками по моей спине. «Все в порядке. Старые привычки умирают с трудом. Мы посмотрим, как ты захочешь меня называть, когда я буду трахать тебя», — пробормотал Слоан, его губы коснулись моей спины, заставляя меня выгнуться. «Котенок, ты готова?»
Сейдж все еще обнимала меня, ее руки касались каждого кусочка кожи, до которого могли дотянуться, и я чувствовал, что она тянется к нему сейчас. Оказаться зажатым между ними было просто мечтой.
«Да, трахай нас обоих», — взмолилась она, поворачивая голову и целуя мою шею.
Член Слоана коснулся моей задницы, и я раздвинул колени, раскрываясь для него. Я, блядь, вздрогнул, принимая легкое жжение и растягиваясь, чтобы вместить его толщину.
«Ммм», — простонал я, полностью потерявшись в моменте. Мои глаза закатились, когда Сейдж сжала свои стенки вокруг меня, а Слоан начал входить в меня.
«Черт возьми, я скучал по этой заднице», — простонал Слоан, его пальцы впились в мои бедра, когда он трахал меня. Каждый толчок вгонял меня глубже в нашу женщину.
Между всхлипами Сейдж и ворчанием Слоана это должно было стать моей смертью.
«Звуки, которые вы двое издаете вместе, — самая сексуальная симфония, которую я когда-либо слышал», — выдохнул я. Мои собственные бедра начали двигаться, и двое моих любимых наградили меня новыми звуками удовольствия.
«Вот так, красавчик. Трахай нас, именно так», — похвалил Слоан, наклоняясь над моей спиной и входя в меня каждый раз, когда я выскальзывал из Сейдж. Он немного сдвинулся, и его член коснулся моей простаты, посылая взрыв электрического удовольствия через мое тело. Я закричал, утопая в интенсивности нашего траха.
«Не выдержу, — предупредил я. — Я кончу...»
«Я тоже, о боги», — закричала Сейдж.
«Тогда кончайте», — приказал Слоан, и это все, что нам нужно было услышать. Голова Сейдж откинулась назад, крик вырвался из ее уст, ее стенки пульсировали вокруг меня с такой силой, что я не мог остановить свою сперму, изливающуюся глубоко внутри нее.
«Вот так, выпусти это», — пробормотал Слоан позади меня.
«Не могу... не могу больше», — заскулила Сейдж, и я сжалился над ней, выскользнув из нее с влажным хлопком. Видеть, как смесь наших оргазмов вытекает из нее, было так сексуально, что я едва мог дышать.
Рука надавила между моими лопатками, и я положил голову на грудь Сейдж, прямо между этими красивыми грудями. Я чувствовал, как Слоан встал на одно колено, поставив одну ногу на землю, прежде чем схватить меня за бедра, приподнимая их выше. Он снова вошел в меня под новым углом, и я закричал, когда он жестко трахнул меня.
«Боги, да, трахай его так, Слоан», — подбодрила Сейдж, и наш мужчина не подвел.
Каждый толчок сопровождался хлопаньем его кожи о мою, эхом разносящимся вокруг нас, наши резкие вздохи и всхлипы вторгались в тишину леса.
«Прими меня, красавчик. Я, блядь, люблю тебя», — прорычал Слоан, изливаясь глубоко внутри меня.
«Я так сильно тебя люблю», — ответил я, удовлетворенный, но истощенный, прежде чем мы оба рухнули в кучу из конечностей и любви.
Глава 15. Брам
«Ты не должен был этого делать», — я развернулся и прорычал на Хола в ту же секунду, как наши ботинки коснулись паркета в гостиной Сейдж.
«Энни!» — зарыдала Миранда. Она бросилась к Холу, даже не потрудившись вынуть ребенка из его рук, просто обнимая их обоих. Хватка Хола на Фарисе ослабла, и маг крови чуть не упал на пол, прежде чем я направил поток воздуха в его сторону, замедляя его падение ровно настолько, чтобы подхватить его, как младенца.
У него была глубокая рана на лбу, но я знал, что благодаря его ускоренному исцелению это не будет проблемой надолго. Я уложил его на диван, чувствуя себя немного нарушителем очень личного момента. Я был невероятно рад, что мы вернули Энни. Поскольку я в некоторой степени знал то чувство потери, которое, должно быть, переживала Миранда, я пытался обуздать свой гнев. Но, черт возьми, я был в ярости. На Хола. На Сейдж. На всю ситуацию.
Взглянув в сторону, я увидел, как Энни утешает свою мать. Как бы ни было страшно похищение, девочка, казалось, чувствовала себя намного лучше, чем Миранда.
«Я в порядке, мам». Энни погладила Миранду по голове, и Хол теперь крепко обнимал женщину за спину. Они выглядели как хорошая маленькая семья, что вернуло мое плохое настроение в полную силу.
Сзади раздался хлопок, и я развернулся, готовый к драке. Адреналин все еще бурлил в моих венах, как часто бывает после миссии.
«Нам нужна помощь», — сквозь зубы сказал Брам, держа бессознательного, голого Кая.
Женский писк предупредил меня о присутствии Бетт в комнате. «Хол? Отведи девочек в гостевую комнату, чтобы они привели себя в порядок — быстро».
Миранда держала Энни так, чтобы она не видела большого голого оборотня, и Хол вывел их из комнаты.
«Сейдж?» — спросила меня Бетт, и я покачал головой, сжав челюсть.
«Упрямая, невыносимая женщина. Она все еще там, с Фишером и Слоаном. По ее собственному желанию», — прорычал Брам, осторожно укладывая Кая на другой конец секционного дивана, несмотря на свой гнев.
Даже Бетт выглядела встревоженной, покачав головой с легкой гримасой. «Ожоги?» — спросила она, кивнув на Кая.
Брам хмыкнул. «Да».
«У меня есть мазь от ожогов. Я сейчас вернусь», — сказала она нам, выбегая из комнаты.
Я опустился на колени рядом с
«Пульс сильный. Мы сможем его привести в порядок». — Я вздохнул, проведя рукой по лицу. Когда я не получил ответа, я посмотрел на Брама. Демон стоял на том же месте, застыв как статуя, просто глядя в комнату.
«Брам?» Я проследил за его взглядом, остановившись на Фарисе. «С ним все будет в порядке. Его сильно ударило».
Он кивнул, но не заговорил. По крайней мере, он меня услышал. Внезапно он двинулся из гостиной на кухню. Возможно, ему нужно было немного воздуха.
Я посмотрел на Кая рядом со мной. «К, ты меня слышишь, чувак?» — сказал я, взяв его за руку. Я смотрел на его лицо, с нетерпением ожидая любого признака понимания. «Давай, К. Я знаю, что ты там».
Его глаза быстро двигались под веками, с губ слетали маленькие вздохи. Обычно загорелое лицо Кая теперь было бледным, и мне было больно видеть его таким. Это был не первый раз, когда кто-то из нас получал травму во время миссии, и я был уверен, что это не будет последним — не с тем злом, с которым мы сталкивались. Нет, это было далеко от конца. Нам нужно было быть готовыми к травмам, а также к психологическим последствиям того, что те, кого мы любим, могут пострадать.
Выдохнув, я плюхнулся на задницу, решив немного устроиться поудобнее, пока ждал возвращения Бетт с мазью. Шуршание пакета и ругань донеслись с кухни, прежде чем Брам снова ворвался в комнату.
«Лед», — сказал он мне, поднимая пакет Zip-loc. Щеки Брама слегка покраснели, и он отвел взгляд, приподняв Фариса за плечи и усаживая его на диван, положив голову Фариса себе на колени. Я старался не смотреть, но не мог отвести взгляд, когда Брам, огромный, устрашающий демон, превращался в кого-то другого. Его длинные пальцы отодвинули волосы со лба Фариса, и он достал влажную тряпку, которая, должно быть, была в другой руке. С величайшей осторожностью он начал вытирать кровь с лица Фариса.
«Солнцем, это может оставить шрам», — прошептал он, качая головой, говоря сам с собой.
«Если только я что-то не сделаю с этим», — сказала Бетт, входя, чтобы присоединиться к нам. Она держала в руках маленькую сумку, копаясь в ней на ходу. «Кэм, вотри это осторожно в ожоги Кая. Нужно, чтобы слой был около четверти дюйма. Его кожа должна быстро впитать это, так что нужно будет повторно нанести через тридцать минут». Она передала мне маленькую баночку с мазью, и я встал на колени, желая начать процесс заживления.
«Брам, — продолжила Бетт, передавая ему бутылочку. — Это поможет от шрамов и ускорит заживление Фариса. Нанесите пять капель прямо на рану. Это нужно будет повторять каждые шесть часов, если она не закроется к тому времени».
«Как они?» — спросил Хол, и я слегка подпрыгнул. Черт, я даже не слышал, как он вошел.
«Все еще без сознания, — ответила Бетт, и я был благодарен — я внезапно так устал, что мои веки становились все тяжелее с каждой секундой. — Как девочки?»
«Хорошо. Мира уже намного лучше, хотя я не сомневаюсь, что это останется с ней на всю жизнь. Она укладывает Энни спать».
Я ухмыльнулся прозвищу Хола для Миранды. Бедный демон был полностью очарован этой женщиной.
«Они останутся здесь?» — спросила Бетт, садясь на диван.
«Нет. Я предлагал это, конечно, но Мира знала, что некоторые из парней ранены. К тому же, Сейдж еще не вернулась, и я думаю, она не хочет вторгаться», — объяснил он.
«Если она захочет остаться, они могут занять гостевую комнату. Мы с удовольствием поспим в гостиной. Черт, я бы сейчас спал на полу, если бы мог», — признался я, и Хол усмехнулся.
«Согласен. Прошло так много времени с тех пор, как я был на задании. Какой кайф, но и чертовски истощающий». — Он провел рукой по волосам. «Как бы ни было щедро это предложение, я перекину девочек обратно в квартиру. Они могут поспать вместе в одной из комнат, и это значит, что они смогут поспать. Без обид, но в этом доме иногда может быть немного... шумно».
Брам фыркнул. «Ну, если сегодня будет шумно, могу заверить, это будет не из-за веселья».
Хол прищурился на другого демона. «Она защищает своего парня, как защищала бы любого из вас».
«Она безрассудна!» — закричал Брам, его рога выскочили из головы в такт с его вспышкой. Фарис дернулся у него на коленях, привлекая наше внимание, и Брам провел пальцами по его волосам с нежностью, которой мужчина с рогами, торчащими из головы, казалось бы, не должен обладать. Не говоря уже о горящих янтарных глазах. Я отвел взгляд, прежде чем он понял, что я застал его в нежный момент.
«Мальчики, — одернула Бетт. — Сейчас не время. И именно поэтому Миранда не хочет, чтобы ее дочь была здесь после всего, через что она прошла. Вы иногда ведете себя как пещерные люди. В этих стенах есть ребенок, так что давайте не забывать о внутреннем голосе», — отчитала она Брама, также убедившись, что встретилась взглядом с каждым из нас. Черт, эта женщина могла быть немного страшной.
«Прости», — пробормотал Брам, поставленный на место.
«Есть новости от Хантера?» — я совершенно забыл спросить о своем собственном брате до сих пор. Сегодня вечером я отлично справлялся с защитой людей, которых люблю.
«Твой брат в порядке, — сказала мне Бетт с мягкой улыбкой. — Он дал мне знать, что прибыл, и сказал, что свяжется, когда узнает больше. Я уже отправила сообщение, что вы вернулись».
«Спасибо, — ответил я с благодарностью. Я слышал, как истощение просачивается в мой голос.
«Если позволите предложить? — спросил Хол, делая паузу, чтобы дождаться возражений. Когда никто не заговорил, он продолжил. — Я отвезу девочек домой, и я действительно думаю, что всем здесь стоит отдохнуть. Может пройти несколько часов, пока они не вернутся, но они вернутся. И когда они прибудут, нам нужно быть в наилучшей форме, на случай, если мы понадобимся».
Он был прав. Если они вернутся ранеными, нам понадобится энергия, чтобы позаботиться о них.
«Согласен, — пробормотал Брам, осторожно прижимая лед к голове Фариса.
«Хорошо. Сообщите мне, как только они вернутся или будут какие-либо новости», — крикнул Хол, выходя из комнаты.
«Я позволю вам устроиться. В холодильнике осталась лазанья и примерно сто печенек на кухне. Похоже, Миранда заедает стресс выпечкой», — сказала Бетт
«Это нам повезло. Даже если я так зол, что могу плеваться гвоздями», — проворчал Брам.
Я тоже был зол, но сейчас побеждала усталость. Бетт пожелала нам спокойной ночи и ушла к себе в коттедж.
«Ладно, большой парень, давай отведем тебя наверх», — сказал я Каю, поднимая его. Проходя мимо Брама, он неловко прочистил горло. Я остановился, ожидая, что ему нужно.
«Это было странно?» — тихо спросил он, его кончики пальцев перебирали густые волосы Фариса.
«Что было странно?» — ответил я, хотя у меня было представление о том, куда он клонит.
«Быть с... — Он снова прочистил горло. — Мужчиной. Вот так».
Я переложил Кая в руках. «Честно? Нет. Это казалось абсолютно естественным. И я был не «с мужчиной», я был с Каем. Моим лучшим другом, парой моей женщины, кем-то, за кого я бы убил и умер», — объяснил я. Если Браму нужно было какое-то заверение, что все будет в порядке, если он будет исследовать сексуальные отношения с Фарисом, я сделаю все возможное, чтобы дать ему это.
«Он мне нравится, — сказал он мне, его голос был глубоким, а лицо серьезным, как будто он не мог поверить, что произносит эти слова вслух.
«Я заметил, — ответил я с усмешкой. — Ладно, я уложу этого парня. Он становится тяжелым».
«О черт, извини. Да... хорошая идея, — пробормотал Брам, хотя его глаза не отрывались от лица Фариса. — Но ты не думаешь, что она будет против? Детка?»
«Нет, чувак. Я думаю, ей это понравится. Это дико заводит ее, когда мы возимся друг с другом». — Я подмигнул ему, и он покраснел. Кто бы мог подумать, что наследный принц всех демонов может быть застенчивым в таких вопросах?
«Я уложу его в гостевой», — сказал мне Брам, беря Фариса на руки и вставая.
«Да». Я подошел к лестнице, Брам был прямо у меня на пятках. Когда мы добрались до верхнего этажа, я отнес Кая в комнату Сейдж, а шаги Брама направились в гостевую.
Я остановился. «Эй, чувак».
Янтарные глаза Брама посмотрели в мою сторону.
«Тебе, наверное, стоит спать там. Ну, чтобы присматривать за его травмой, или на случай, если он проснется или ему что-то понадобится», — пояснил я.
Он уставился на меня мгновение, прежде чем кивнуть. «Хорошая идея. Я, э-э... увидимся позже».
Я усмехнулся. «Да, брат. Увидимся».
ДАВЛЕНИЕ на мой член, прежде чем я открыл глаза, было именно таким пробуждением, к которому я мог привыкнуть.
«Разбуди меня», — сказал хриплый голос, и мои глаза распахнулись. Я посмотрел вниз и увидел голову Кая у моего пресса, его щека терлась об меня, когда он начал урчать.
«Кай?» — спросил я, слегка озадаченный, но он продолжал свои кошачьи ласки. Я усмехнулся, теперь почти уверенный, что он даже не осознает, что делает. Он был по крайней мере на восемьдесят процентов еще спящим.
«Громовой Папочка», — вздохнул он, прижимаясь к моему члену.
«Черт, чувак. Эй, просыпайся».
Пауза в его урчании сказала мне, что он проснулся. «Фух, мое тело», — простонал он, и мы оба замерли, когда он слегка сдвинулся, и его щека приземлилась прямо на мою эрекцию. «Что здесь происходит?» — спросил он, в его хриплом, сонном голосе послышалась насмешка.
«Утренний стояк. К которому ты прижимался, как к плюшевому мишке», — парировал я. Его глаза расширились, и румянец начал подниматься по его шее. «Как твои ожоги сегодня утром, К? Дай-ка посмотрю».
Кай сел, скрестив ноги на кровати, и я повторил позу, наклоняясь вперед, чтобы осмотреть его грудь и часть плеча, которые были обожжены. Кожа была розовой, но зажила удивительно хорошо для такого ужасного ранения.
«Выглядит намного лучше», — сказал я ему.
«Он мертв, да?» — спросил Кай, за вопросом последовало низкое рычание.
«Он мертв, — подтвердил я. — Ты хорошо сделал, К».
Его руки поднялись к груди, осторожно касаясь чувствительной кожи. «Хорошо. Я хотел убить этого ублюдка уже давно. Со Слоаном все в порядке? Где все?»
Вздохнув от разочарования, я провел рукой по лицу и откинул волосы назад. «Прошлой ночью, когда я уложил тебя спать, Брам и Фарис были в гостевой. Фарис получил сильный удар по голове и был без сознания. Энни вернулась к матери в квартиру, там же Хол. Слоан, Фишер и Сейдж остались в Бесмете. Она и Фишер отказались уходить от Слоана», — объяснил я, наблюдая, как его лицо меняется от облегчения до ярости.
«Сын шлюхи», — выругался он, вскакивая с кровати и направляясь к своему ящику в комоде за шортами. Я смотрел, как он принюхивается к воздуху.
«Ну что?» — спросил я.
Он покачал головой. «Еще не вернулись. Хотя Фарис и Брам проснулись». Внезапно Кай откинул голову назад и захохотал. О боги. Я мог только представить, что он слышит.
«Они два горошка в стручке психопатов». Его смех продолжался, пока он натягивал шорты на бедра. Он повернулся и поймал меня на том, что я смотрю на него. «Видишь что-то интересное, босс?»
«Кайто, — предупредил я, приподняв бровь.
«Что? Это не должно быть странно. Я сосал твой член, тебе понравилось. Что еще тут сказать?»
Я поперхнулся. «Боже, чувак».
«Слушай, — сказал он, подходя к кровати и плюхаясь рядом. — Неудивительно, что мы начинаем исследовать что-то новое. Не только мы, но и все мы. Мы в групповых отношениях, черт возьми. Ты действительно ожидаешь, что у нас не будет любопытства?»
«Мы говорим об этом сейчас?» — спросил я в неверии.
«А когда еще? Я хочу прояснить ситуацию». — Кай вздохнул, перекатываясь на спину и почесывая живот.
«Честно говоря, я просто немного сбит с толку тем, что я чувствую...» — я замолчал. Я не хотел говорить об этом, правда. По какой-то причине говорить с Брамом об этом прошлой ночью было легко, но быть здесь сейчас с Каем делало этот разговор таким болезненным.
«Хорошо. Почему?» — Кай лениво потянулся. Он был совершенно спокоен, как будто мы обсуждали, какие носки ему купить.
«Правда? Как ты можешь быть таким легкомысленным? Ты сосал меня — ты буквально съел мою сперму из киски нашей женщины». — Я фыркнул, раздосадованный им.
«Я не легкомысленный. Меня устраивает то, что
Я выдохнул, проведя рукой по лицу. «Нет». — Я вздохнул, а затем быстро продолжил, когда его лицо вытянулось. «Нет, я имею в виду, нет. Это не так». Он смотрел в потолок, и я чувствовал себя полным придурком. «Кай, — сказал я умоляюще. — К, посмотри на меня, черт возьми». Когда он уступил и повернулся ко мне, я признался. «Мне понравилось. Очень, хорошо? Это удивило меня. Я не ожидал, что это будет так...»
«Естественно?» — предположил он, и его лицо снова обрело свой обычный счастливый вид.
Я кивнул. «Да. Естественно, нормально».
«Потому что так и было. Так и есть. Ты знаешь, что у меня никогда не было возражений против секса с мужчиной. Если я нахожу человека привлекательным и он меня чем-то заинтересует, это то, что имеет для меня значение. Дело не в том, что у тебя под одеждой. Хотя у тебя действительно очень красивый член».
Ошеломленный его словами, я расхохотался и запустил в его ухмыляющееся лицо подушкой. Когда мы успокоились, я прочистил горло и задал вопрос, который жёг мне голову, несмотря на ответ, который я дал Браму.
«Ты думаешь, Сейдж справится со всем этим? Я имею в виду, Фишер и Слоан уже трахались до этого...»
«Кэм, она любит это. Она любит нас, и ей не только нравится смотреть на нас, я думаю, ей нравится идея, что мы тоже любим друг друга. У нас была эта связь до того, как мы встретили ее. Да, мы добавили пару новых парней, но на самом деле все прошло гладко. Она — центр нашего круга, и мы ответственны за то, чтобы этот круг оставался сильным, чтобы мы могли защищать и заботиться о ней. Если мечи, защищающие ее, иногда пересекаются...» — он замолчал, и мы оба рассмеялись над его аналогией.
Но я понимал, что он имел в виду. Мы все были сильнее вместе. Мы все будем делить кровать, и со временем я определенно видел, как более сильные эмоции неизбежно вступят в игру.
Кай пожал плечами. «Росток любит это. Если нам хорошо, то я не вижу проблемы».
А я? Нет. Больше нет.
Напряжение покинуло мое тело, и я вздохнул с облегчением. Затем я взглянул на Кая, который барабанил пальцами по груди в ритме. Он выглядел таким расслабленным, что не соответствовало его альфа-натуре, так как Сейдж еще не вернулась, но я предположил, что он чувствовал ее безопасность через их связь. В противном случае я знал, что он бы сорвался, а не лежал мирно в постели со мной. Мои глаза скользнули по его предплечью, отмечая выступающие вены. Я мог видеть изгибы его мышц живота, даже когда он лежал плашмя. Я сглотнул, увидев выпуклость в его шортах, и прежде чем я успел остановиться, слова слетели с моих губ.
«Так ты хочешь, чтобы я... трахнул тебя?» — Я простонал, но мне нужно было прояснить. Как это будет работать?
Кай расхохотался, приподнимаясь на локтях. «Сейчас?» — промурлыкал он, его глаза вспыхнули жаром.
Теперь настала моя очередь усмехнуться, и он опустил глаза, когда румянец поднялся от его шеи к высоким скулам.
«Серьезно... Да, я бы хотел этого. Если ты хочешь. Когда-нибудь... в будущем». Кай поднял глаза с явно увлекательного одеяла на кровати и встретился со мной взглядом.
Мой член дернулся от этого признания, и я пошевелился, чтобы облегчить боль.
«Эм, вау. Хорошо...» — Это все, что я смог выдавить.
«Если ты не хочешь, это тоже нормально, — быстро добавил он, неправильно истолковав мою реакцию. — Но ты спросил, хочу ли я этого, и я хочу. Я хочу быть честным». Кай перевернулся на живот, подперев лицо ладонью.
«Я никогда не говорил, что не хочу», — гладко ответил я, наблюдая, как на его лице расцветает улыбка.
Он уставился на меня секунду, ухмыляясь. «Тогда я буду ждать этого», — сказал он, прежде чем снова вскочить с кровати. «Я голоден. Увидимся внизу». Он исчез в дверях, бросив мне подмигивание.
Боги.
Возможно, я маг гроз, но Кай был похож на гребанный торнадо... и я внезапно почувствовал, что меня уносит.
Глава 16. Сейдж
Я имела дело с безумцем.
Именно этим я и хотела заняться первым делом утром после провальной миссии. И да, я считал ее провальной, потому что моей богини здесь не было.
«Клянусь богами, Фарис... если ты не успокоишься, мне придется тебя связать», — предупредил я. Для постороннего наблюдателя ситуация выглядела бы не лучшим образом. Это я был загнан в угол, размахивая лампой над головой.
Когда мои глаза открылись ранее, я обнаружил, что он ползет по стене, как гребанный паук, шипя, как змея. Говорите о жутком дерьме. Я взвизгнул и отпрянул от кровати, но недостаточно быстро, потому что он приземлился мне на спину, сбив с ног. Мы недолго боролись на полу, пока я не пнул его в грудь, отбросив через всю комнату.
И вот я здесь, в углу, держу лампу, как мой гребанный широкий меч. Мне было жаль это делать, но он меня пугал до усрачки.
«Пить», — прошипел он, оскалив на меня зубы.
«Ну, святое дерьмо, он говорит», — сказал я с притворным удивлением. «Что за движения экзорциста и поведение сертифицированного крипи сцены?»
Низкое рычание наполнило воздух.
«Ради бога, чувак. Используй. Слова».
«Ты. Кровь».
«Ты хочешь меня укусить?» — догадался я. Судя по тому, как он облизнул губы и его взгляд лазером сфокусировался на моей шее, это было оно. «Ладно, но не бери...»
Фарис бросился на меня так быстро, что его тело, казалось, стало невидимым на мгновение. Он поднял меня, и мне пришлось обхватить его ногами за бедра, чтобы не упасть. Какого черта? Лампа разбилась об пол, когда он схватил меня за волосы и откинул мою голову назад, вытягивая горло. Его клыки вонзились в мою кожу, и я вскрикнул, укус только на мгновение обжег, прежде чем ощущение абсолютной эйфории воспламенило мою кровь.
Прежде чем я понял, мои руки были в его волосах, крепко прижимая его к своей шее, пока он жадно пил. И когда его бедра начали двигаться, а его рычание становилось громче, я понял, что мои собственные звуки смешивались с его — создавая эту мужскую, эротичную музыку, о которой я понятия не имел, что она может быть такой приятной для моих ушей.
«Фарис», — простонал я, когда
Как раз когда я собирался похлопать его по плечу, он отпустил мое горло, и его теплый язык провел по чувствительной коже.
«Мммм... — довольно вздохнул он. — Ты восхитителен. Я знал, что ты будешь».
Мои руки все еще были запутаны в его волосах, его голова слегка двигалась, пока он продолжал лизать меня. Его бедра снова качнулись, и я почувствовал, как мои собственные качаются в ответ.
«Черт», — выдохнул я.
Фарис откинулся назад, его лицо оказалось прямо передо мной. Его глаза горели похотью; на его щеках был румянец, а кровь стекала по обеим сторонам рта. Он был диким, и это была одна из тех вещей, которые я начал в нем ценить.
«Твое сердце колотится, Брам. Ты нервничаешь?» — с любопытством спросил он, склонив голову набок, как щенок.
«Нет», — ответил я, вдыхая, когда он провел пальцами по моему животу. Я был без рубашки, как и он.
«Теперь оно бьется быстрее», — заметил он почти клиническим тоном. «Интересно...»
Его рука двинулась быстро, в мгновение ока сжав мое горло, и его губы с силой прижались к моим — кровь и все такое.
О, гребанные яйца Сатурна.
Целовать мужчину — нет, не просто мужчину. Целовать Фариса, того, о ком я заботился и кого находил привлекательным, делало меня тверже гребанной стальной трубы. Мои ноги коснулись пола, и я двинулся вперед, наши рты все еще сражались в самой эротичной манере.
Он мог держать руку у моего горла — мне было насрать. Но если он думал, что будет доминировать надо мной в постели или где-либо еще, ему придется за это бороться. Я поднял его, и мы оба рухнули обратно на кровать.
«Солнцем», — выдохнул он, прижимаясь ко мне теперь без всяких сомнений. Я целовал его шею, покусывая его теплую кожу, наслаждаясь звуками, которые он издавал.
«Я думаю, мы оба больше подчиняемся луне, Малыш Клык». Стон сорвался с моих губ, когда он опустил руку между нами и сжал мой член.
«Вау», — выдохнул он, его рука сжалась. «Я хочу, чтобы ты научил меня».
«Научил чему?» — пробормотал я, наслаждаясь давлением его руки и вкусом его плоти.
«Всему».
Я отстранился и уставился на него. Его волосы были дикой гривой кудрей, его губы припухли от поцелуев. «Для маленького психопата ты чертовски красив», — сказал я ему.
Он прорычал и перевернул нас, усаживая меня на спину.
«Все еще думаешь, что я красив?» — насмехался он, его язык коснулся кончика его клыков. Блеск его пирсинга в языке привлек мое внимание. Черт, я готов поспорить, что это будет ощущаться потрясающе на моем члене.
Я пожал плечами.
«Брам?» — спросил он, садясь между моих ног. Он провел руками по моим бедрам, прежде чем позволить им исчезнуть под краем моих шорт.
«Хм?»
«Я действительно хочу трахнуть тебя. И Светлячка. Вместе».
Я моргнул. Я не был особо удивлен, услышав это от него, хотя я не был уверен насчет той части, где он трахает меня.
«Ты хочешь трахнуть меня? Типа, ты хочешь трахнуть мою задницу?» — спросил я, нуждаясь в дополнительной информации, прежде чем даже начать обдумывать это.
Он решительно кивнул. «Я думал».
«О звезды...»
«Что, если ты сядешь на мой член, а Светлячок сядет мне на лицо? Или я могу трахнуть тебя, пока ты будешь лизать ее. Или ты можешь трахнуть ее, пока я трахаю тебя. Или...»
Я расхохотался. «Ладно, парень. Успокойся. Я не уверен насчет всего этого...»
Он выглядел бы менее раненным, если бы я ударил его кинжалом.
«Но я не говорю "нет". Я хочу... исследовать это. С тобой. С ней. Я никогда раньше не испытывал влечения к парню — это все ново для меня, хорошо? Так же, как и для тебя. Ты будешь терпелив со мной?» — спросил я, надеясь, что он поймет.
Его улыбка расплылась в широкую ухмылку. «Я ждал этого всю свою жизнь. Я бы ждал еще одну жизнь ради нее и ради тебя».
Черт возьми. Он был полностью очарован.
«Это хорошо, Малыш Клык, — ответил я, закинув руки за голову.
«Нам нужно принять душ и посмотреть, не появились ли какие-то новости. Я не слышу Фишера или Светлячка, значит, они, должно быть, еще не вернулись». Фарис соскользнул с кровати, и я сразу почувствовал, что скучаю по его прикосновению.
Он был прав; многое могло случиться, пока спишь.
«Иди в душ. Я приму после».
Маленький психопат оглянулся на меня. «В первый раз, когда я действительно трахну тебя, не волнуйся. Я не буду сильно давить на твою дырявую задницу».
Я запустил в него подушкой. «Маленький засранец», — прорычал я, вскакивая с кровати. Он исчез в мгновение ока, дверь захлопнулась за ним.
Я выдохнул и поправил себя. Черт возьми, я был возбужденнее, чем армия демонов.
Упав обратно на кровать, я уставился в потолок и думал о своей женщине. Где ты, Детка? Я надеялся, что с ней все в порядке, потому что одна только мысль о том, что ей снова причинят вред — кто угодно — была почти достаточной, чтобы отправить меня в безумный рейд. Мне надоело все это дерьмо. Если какой-то мужчина посмотрит на нее слишком долго, я вскрою ему живот и задушу его собственными кишками, прежде чем он успеет взглянуть на нее еще раз.
Часть меня думала, что Детке это, наверное, понравится. Нет, она будет в восторге. Это то, что мне в ней нравилось. Снаружи она излучает эту невинность, эту... чистоту. Что, безусловно, является частью ее личности... но затем есть другая часть — безумная часть. Часть, которая грязная, сексуальная, развратная и кровожадная, когда ситуация того требует.
И она становилась сильнее. С каждым днем она усердно оттачивала свои навыки и осваивала новые способности. Она была прирожденным летуном.
Мне захотелось пить, поэтому я спустился вниз в поисках кофе. В доме было тихо. Я приготовил себе кружку вкуснейшего кофеина и направился искать двух пропавших магов. Интересно, они пошли в город?
Мой вопрос ответил сам собой, когда я нашел их сидящими на заднем патио, обсуждающими Хантера и его миссию.
«Джентльмены, — поприветствовал я, садясь. Я взглянул на Кая и был доволен, заметив, что от травмы почти не осталось и следа.
«Эй, чувак. Как твое утро?» — спросил Кэм, что-то записывая в свой блокнот.
Кэм поднял голову. «Мы пока не слышали от Хантера, но это не обязательно означает, что что-то не так. Я уверен, он скоро свяжется».
«А остальные? Я не чувствовал их, но ты что-нибудь слышал?» — спросил я, в моем голосе звучала надежда.
«Прости, бро. Пока ничего, — ответил Кай. — Хотя, похоже, Мэйвен вернулся. Я чувствую его запах. Он в гостиной».
«Слава богам. Детка будет так рада. Этот проклятый лис так много значит для нее», — пробормотал я.
«КАКОГО ХРЕНА?» — прогремел голос Фариса, и мы трое вскочили так быстро, что наши стулья опрокинулись. Кай первым бросился в дом.
«Фарис!» — закричал я.
Огибая поворот и заглядывая в гостиную, я зарычал и бросился на стоящего передо мной демона. Как демон попал в этот дом?
«Какого черта ты?» — прорычал я, сбивая его с ног.
«Слезь», — выдохнул он. Его голос был хриплым, как у курящего джазового певца. Его золотые крылья распустились под ним, как и его длинные белые волосы.
«Кто он, черт возьми?» — прорычал Кэм, и я слышал, как электричество искрит позади меня.
«Кто тебя послал? В чем твой интерес? Ты не уйдешь отсюда живым, если думаешь, что хотя бы прикоснешься к волоску на ее голове!» — прорычал я, ярость пульсировала в моем теле, как ударные волны.
«Я здесь не для того, чтобы причинять вред. Отпусти меня, парень. Я не могу дышать. Позволь мне объяснить», — выдохнул он подо мной.
Взглянув на других мужчин, я подождал, пока мы все согласились, прежде чем отодвинуться от него. «Попробуешь что-нибудь, и я тебя прикончу», — пригрозил я.
Демон медленно сел и отряхнул рубашку. Он определенно был старше, что вызвало мое любопытство. Демоны не стареют, как люди.
Из груди Кая вырвался низкий рык.
«Что такое, К?» — спросил Кэм.
«Скажу через секунду», — ответил Кай, снимая с себя одежду и мгновенно превращаясь в Багиру.
«Есть что сказать?» — прошипел Фарис на демона, который сидел неподвижно, пока пантера кружила вокруг него.
«Много чего сказать. Но я подожду, пока котенок закончит. Меня зовут Маверик», — огрызнулся он, заработав рычание от котенка в ответ. Молния Кэма вспыхнула из-за отношения этого парня, и мне хотелось посоветовать демону быть осторожнее.
Сзади раздался грохот, и мы обернулись, увидев Бетт, стоящую с разбитой кружкой у ног и черным кофе, разлитым по полу. Ее руки так сильно тряслись; неудивительно, что она ее уронила.
«О звезды мои», — прошептала она, прижимая руку к сердцу. Ее обычно румяное лицо побледнело, как будто она увидела привидение.
«Бетт, что случилось? Ты знаешь этого человека?» — мягко спросил ее Кэм, направляясь к испуганной ведьме.
«Бетти, детка...»
Какого черта?
Фарис и я встретились взглядами, и я уверен, что мы выглядели как участники какого-то мальчикового бэнда с широко открытыми глазами. Но серьезно... Бетти, детка?
«Он... Он...» — начала Бетт, но не смогла вымолвить ни слова.
Кай внезапно превратился обратно и указал пальцем на демона. «Он — Мэйвен».
«Солнцем», — выругался Кэм.
«Р-Рик?» — прошептала Бетт, ее голос теперь дрожал так же сильно, как и тело.
«Какого черта такой Рик?» — выпалил я и указал на демона. «Ты сказал, что тебя зовут Маверик... О. Я понял. Игра слов».
«Но как он может быть Мэйвеном?» — потребовал Фарис.
«Это, — сказал Маверик, медленно вставая во весь рост и стряхивая белые волосы с груди, — очень долгая история».
«Мать лун, благословенные круги и небеса над нами», — затараторила Бетт. Ее глаза были такими же круглыми, как полная луна, и прикованы к Маверику.
«Все в порядке, Бетт, мы тебя прикроем», — сказал ей Кай, подходя, чтобы встать рядом с бабушкой нашей пары. Когда он положил руку на плечо Бетт, начался ад. «УБИРАЙ. СВОИ. РУКИ. С. МОЕЙ. ПАРЫ!» — Маверик прогремел так громко, что окна задрожали, а его длинные белые волосы разлетелись вокруг головы, когда его огромные золотые крылья снова раскрылись. Золотые рога и шипастый хвост, последовавшие за ними, делали его чертовски устрашающим.
«Д-д-д-демон», — пискнула Бетт, и Кэм поймал ее как раз в тот момент, когда она потеряла сознание.
«Какого черта ты?! Кто ты для нее?!» — закричал я. Обычно я был довольно спокойным человеком, но я не потерплю такой херни в доме моей пары. У ее собственной бабушки, черт возьми.
«Я ЕЕ МУЖ!»
«Думаю, он нашел свой голос», — бесполезно заметил Фарис, и я метнул в него взгляд, на который он ответил подмигиванием.
«Тебе нужно успокоиться. Сейчас, — спокойно сказал Кэм. — Если ты Мэйвен, то ты знаешь, что мы не заинтересованы в твоей... паре. У нас есть своя».
«Ты имеешь в виду мою внучку? Ту самую внучку, которую я поймал, когда она падала со ста футов на смерть?» — Маверик уставился на Кэма, который поддерживал голову Бетт.
«Ты, сукин сын». Кай бросился вперед, явно предпочитая насилие дипломатии, но я встал перед ним, обращаясь к Рику. Я слышал, как Наполеон устраивает истерику, сидя на плече Кая, и его писк давал мне понять, что он, вероятно, ругает меня на французском мышином языке.
«Это было... ужасное событие. Спасибо, что сделал это», — процедил я сквозь зубы.
«Ты дедушка Сейдж? Значит, ты отец Лори...» — Кэм озвучил свои мысли, и мы все принялись соединять точки, когда бомба была сброшена на нас.
«Отец. Я ее отец. Или, я бы хотел им быть. Возможно, ничего из этого дерьма сейчас не происходило бы». Его светло-голубые глаза вспыхнули гневом и болью.
«Так почему сейчас? Почему ты раскрываешь себя именно сейчас, после стольких лет?» — Кэм скрестил руки на груди, ожидая ответа Маверика. Черт, мы все ждали.
«Я был проклят, я думаю. Я не уверен, что сломало проклятие, кроме того факта, что когда я увидел Сейдж, падающую с того утеса, я смог сбросить форму лиса, которую носил последние сорок семь лет. Так что я могу только предположить, что ключом к разрыву проклятия был бескорыстный поступок? Потому что я бы все равно перепрыгнул через тот утес в форме лиса и надеялся на лучшее. Я люблю эту девочку». Он любил — это было очевидно по взгляду в его глазах и искренности в голосе.
«За несколько недель до рождения моей дочери я работал на человека, который оказался невероятно ненадежным и злым. У него были свои планы, и когда
«Кто был этим человеком?» — медленно спросил я, чувствуя беспокойство, закручивающееся в моей душе.
«В этой истории есть гораздо больше. И я расскажу. Клянусь». Он посмотрел на меня и ударил кулаком по сердцу — демонический эквивалент рукопожатия — только после того, как другой демон ответил на клятву, она скреплялась магией. Я кивнул и ударил себя кулаком по сердцу, чувствуя, как по телу пробегает электрический разряд силы.
«Почему не сейчас?» — нетерпеливо спросил Кай.
Маверик посмотрел на каждого из нас, и его черты приняли выражение суровой интенсивности. Мои кулаки сжались в предвкушении, потому что я внезапно понял, что бы он ни собирался сказать, мне это не понравится.
«Чтобы ответить на твой вопрос, Ваше Высочество, человеком, на которого я работал, был Азраэль».
Ругательства наполнили воздух вокруг меня. Мое зрение начало затуманиваться красным от ярости.
«В тот момент, когда я вернул себе тело демона и понял, что все в порядке, я выследил его и провел собственное расследование. Оказывается, я все еще могу превращаться в лиса, что было удобно. Я вернулся сюда как можно быстрее, чтобы предупредить вас».
«Предупредить нас о чем?» — потребовал Кэм, заламывая руки перед грудью.
«Война почти наступила. У него есть армия. Я нашел, где он их держит. Их должны быть сотни...»
«Сотни чего?» — прошептал Кай.
Маверик встретился со мной взглядом. «Драконов».
Глава 17. Кай
Ночной воздух быстро становился прохладнее на большой высоте. Должно быть, это разбудило меня. Быть голой не помогало. Но боги, мои мужчины были обвиты вокруг меня, так что случайный холодный ветерок не был большой жертвой.
Рука убрала волосы с моей шеи, и губы Слоана прижались к моей коже. «Ты в порядке, Рыжая?» Его голос был восхитительно глубоким после нашего сна. Это был недолгий — и не особенно хороший — сон, но, надеюсь, этого было достаточно, чтобы я смогла добраться до дома.
«Теперь я в порядке, раз ты с нами», — ответила я, и почувствовала, как его тело напряглось. Он все еще не привык к моим внезапным признаниям в любви, но я собиралась поработать над этим. Я никогда не хотела, чтобы он сомневался, что он владеет моим сердцем и что я хочу его так же, как и остальных. Этот прекрасный, сломленный мужчина решил довериться мне, впустить меня в свое сердце, и я отказывалась принимать это как должное.
Рыбка потянулась, и из его уст вырвался стон. «Нам нужно вернуться в Изумрудные Озера, как только ты восстановишь силы, сладкая. Остальные будут сходить с ума».
Он был прав. К тому же, мы не хотели попасть в руки Азраэля... или короля Тэйна.
«Они будут недовольны мной», — вздохнула я.
Мой милый Рыбка наклонился и нежно поцеловал меня. «Ты бы сделала то же самое для любого из них».
«И они, блядь, знают это. Не волнуйся, Рыжая. Я прикрою твою спину. Сегодня ты была настоящим бойцом», — прошептал Слоан у моей шеи.
«Ты почти звучишь впечатленно», — поддразнила я, и он игриво укусил меня.
Я села, оглядываясь в поисках своей одежды. О. Точно. Она была разорвана. Я сердито посмотрела на Слоана, и оба моих парня усмехнулись.
«О! Брам однажды сделал одну крутую вещь, когда я была здесь раньше», — выпалила я, вскакивая на ноги.
«Рыжая... как бы я ни любил делить тебя, не могла бы ты подождать, чтобы рассказать нам о его крутых секс-трюках...»
Я рассмеялась. «О звезды, нет. Это не то. Я имею в виду, да, он делает это...» — я закусила губу при огненном взгляде Слоана. «В общем, он мог доставать вещи щелчком пальцев. Может быть, я тоже смогу попробовать и достать одежду?» Это стоило попробовать. Если не сработает, худшее, что может случиться, — я буду выглядеть как щелкающая пальцами нудистка на вершине горы.
Фишер искал свою одежду, поэтому я закрыла глаза и представила, что мне нужно. Леггинсы, футболка и нижнее белье. Я могла обойтись без лифчика, чтобы пройти через портал и добраться до дома.
Вздохнув, я вытянула руку и щелкнула пальцами, ухмыльнувшись, когда почувствовала текстуру одежды в своей руке. Открыв глаза, я издала победный крик, увидев черные леггинсы и черную футболку. Сама футболка выглядела немного большой, но сойдет. Я повторила действие и снова ухмыльнулась, обнаружив в другой руке шорты и майку, и бросила их Слоану.
«Ты сделала это», — с гордостью заметил Фишер, натягивая штаны. «Это действительно крутой трюк».
Я натянула хлопковые трусики и надела штаны. «Я не могу поверить, что это было так просто», — заметила я, просовывая голову в футболку. «Хм. Эта футболка пахнет Брамом». Повернувшись, я посмотрела на своих парней, и они оба рассмеялись.
«Что? Она выглядит нелепо?» — я взмахнула руками.
«Собственность Детки, да?» — поддразнил Слоан, и я посмотрела вниз. На футболке большими печатными буквами было написано «Собственность Детки».
«О боги, — простонала я. — Почему он такой?»
«Потому что он любит тебя и, видимо, хочет, чтобы весь мир знал, что он теперь твой». Фишер притянул меня к себе и поцеловал в макушку.
«Это довольно забавно, Рыжая», — поддразнил Слоан, натягивая собственную футболку. Фишер и я рассмеялись над Слоаном, который теперь с гордостью носил майку с рисунком меня на спине Брама, который до сих пор стоял у Брама на заставке телефона.
«Какого хрена это?» — спросил Слоан с досадой.
Я собиралась ответить, когда земля задрожала.
«Что...» — я взвизгнула, когда это случилось во второй раз.
«Нам нужно уходить, пока то, что там, не появилось...» — тихо сказал Фишер, в его голосе слышалось беспокойство.
«Хорошо, отойдите, и я открою портал», — сказала я им. Почему у нас не может быть хотя бы одного нормального дня?
«О луны мои», — выдохнул Фиш, и я замерла.
Медленно повернув голову, я увидела блеск в густом кустарнике. Два оранжевых глаза практически светились, глядя на нас, а темно-синяя чешуя мерцала в лунном свете.
«Я не хочу умирать, — прошептала я. — О боги, он огромен».
«Давай, сладкая», — поторопил Фишер.
Я повернулась, чтобы сосредоточиться на открытии портала. Земля больше не дрожала, поэтому я
«Слоан! — прошипел Фишер. — Какого черта ты делаешь?!»
Мой маг огня отходил от нас и направлялся к дракону, как будто это было нормально. Я имею в виду, он может быть диким. Верно? Драконы не одомашнены. Кто знает, когда это существо в последний раз видело человека?
«Все в порядке, — ответил Слоан. — Он говорит со мной».
Все в порядке? Он говорит со мной? Что?!
«Фишер. Слоан сошел с ума. Нам придется забрать его силой», — подтолкнула я через ментальную связь, когда мы приблизились друг к другу, наши глаза были прикованы к Слоану и огромному дракону.
«Подожди минутку. Это вполне может быть правдой. Мы мало знаем о способностях Слоана как дракона. Нет причин, по которым другой представитель его вида не мог бы общаться с ним. Дракон мог бы легко поджечь нас, но он этого не сделал, так что, возможно, он искал нас. Что бы он ни говорил Слоану, это должно быть достаточно важно, чтобы Слоан согласился поговорить с ним в ответ», — спокойно объяснил Фишер.
Неужели мы все видели слишком много дерьма? Мы все теряем рассудок? Это реально? Может быть, я в коме, и все это полностью придумано в моем воображении.
«Что он говорит?» — спросила я Фишера. Я слышала, как Слоан разговаривает со зверем, но его голос был недостаточно громким, чтобы разобрать слова на таком расстоянии.
«Я не совсем слышу — что-то о помощи? Я не знаю... Давай просто дадим им минуту», — ответил Фишер, притягивая меня к себе.
Я попыталась успокоиться, но все, на чем я могла сосредоточиться, были эти огромные оранжевые глаза и то, как легко этот дракон мог бы проглотить Слоана в один укус.
Слоан добрался до того места, где притаился дракон. Он протянул руку, и в его ладони зажегся огонь. Дракон издал фыркающий звук, как будто был впечатлен. Интересно.
«Это мои пары», — объявил Слоан, указывая на нас. Я подняла руку и помахала. «Можешь выходить. Здесь никто тебя не тронет».
Я сглотнула, когда дракон встал во весь рост, и я запрокинула голову, чтобы следить за ним. Боги, я думала, Слоан был большим драконом. Этот был почти вдвое больше него.
«Что он говорит?» — крикнул Фишер.
«Много чего, и его зовут Вейрин. У него много информации о том, что здесь происходит. Он говорит, что видел, как мы выходили из того здания, и проследил за нами сюда», — объяснил Слоан, возвращаясь к нам. Дракон последовал за ним, и я вцепилась в Фишера, когда земля снова задрожала вокруг нас.
«Что он знает об этом месте?» — спросила я с дрожью. Весь этот объект нужно было закрыть — чем скорее, тем лучше.
«Он говорит, что они годами захватывают драконов. Они берут их в плен, проводят тесты и эксперименты. Этот самец потерял много друзей и семьи в этих учреждениях».
Дракон фыркнул таким образом, что я поняла, что он, возможно, плакал. Может быть, он и плакал? Я ничего не знала о драконах.
«Кто их захватывает?» — спросила я, обращаясь к дракону, а не к Слоану. Я не хотела быть грубой. Если дракон мог понимать наш язык, я могла бы говорить с ним напрямую и относиться к нему с уважением.
«Азраэль». Голос был глубоким и гортанным, с легким шепелявеньем, вероятно, из-за длинного языка, который время от времени высовывался.
«Святое дерьмо. Он говорит со мной!» — выпалила я, мои глаза расширились от шока.
«Да, моя королева. Для меня честь познакомиться с вами», — ответил он.
«Что он говорит?» — спросил Фишер, подходя ближе. Его рука скользнула в мою и ободряюще сжала.
«Ты не слышишь его?» — я посмотрела между Фишем и Слоаном, но они оба покачали головами.
«Они услышат, когда я захочу», — прогудел Вейрин.
«А... он сказал, что ты услышишь его, когда он будет готов...»
Слоан усмехнулся сарказму дракона.
«Почему ты назвал меня королевой?» — спросила я дракона, глядя ему прямо в глаза.
«Как еще я мог бы назвать предназначенную? Наш вид ждал тебя очень долго», — ответил он, опуская голову к земле прямо у моих ног.
«Он преклоняет колени? Кланяется тебе?» — воскликнул Фишер, его голос был полон изумления и благоговения.
«Он продолжает называть меня своей королевой, предназначенной. Он говорит, что его вид ждал меня долгое время. Это должно быть связано с пророчеством?» Я опустилась на колени и протянула дрожащую руку, ожидая, не будет ли он возражать против того, чтобы я прикоснулась к нему. Но протеста не было. Моя ладонь прижалась к бугристой коже у его носа. Звездами, я думаю, все мое тело могло бы поместиться у него во рту.
«Друг, можешь ли ты рассказать нам свою историю? Историю драконов? Мы были в неведении месяцами, пытаясь понять, что все это значит. Мы всегда на шаг позади Азраэля, и если у нас есть хоть какая-то надежда исправить» — Слоан указал на все вокруг — «это, нам нужна вся возможная помощь».
«Хорошо».
Фишер ахнул, очевидно, теперь тоже услышав слова Вейрина, и я сжала его руку. Было довольно странно слышать, как говорит дракон.
«Было время, когда драконы и демоны сосуществовали с уважением и честью. Мы были союзниками, работая вместе, чтобы обеспечить процветание каждой расы. Это было много веков назад. После того как король Тэйн взошел на трон, прошло не так много времени, прежде чем начались восстания. Этот демон — не король. Он не заслуживает этого титула, а его брат Азраэль? Его брат еще хуже.
Азраэль вел армии на истребление повстанцев. Он думал, что, раздавив восстание своей пятой, это отпугнет других от подобных идей. Это только заставило людей быть более скрытными в своих планах.
В конце концов, с помощью Хола Беспощадного, большинство последователей Азраэля увидели ошибочность его путей. Он был — и есть — эгоцентричным маньяком, жаждущим власти. Однажды вечером Азраэль пришел к драконам в ту гору, самую высокую вершину на севере. Он встретился с нашими старейшинами, в том числе с моим отцом. Он предлагал множество стимулов. Больше свободы для охоты, когда захотим, золото, драгоценные камни, всевозможные сокровища. Мы слышали шепот о зверствах, которые он совершал, и не хотели иметь с этим ничего общего. Когда мы сказали ему об этом, он очень расстроился.
Азраэль покинул ту гору в тот день, полный решимости найти способ управлять нами. В течение следующих нескольких лет драконы начали пропадать. В основном молодые, маленькие. У демонов
«Я не могу дождаться, чтобы убить этого ублюдка», — прорычал Слоан, и шипы на спине Вейрина встали дыбом.
«Он проклял драконов, но из-за своего нарциссизма или ослепляющей одержимости властью он решил проигнорировать тот факт, что мы защищены звездами. Судьба сама следит за драконами. Мы — редкость».
«Зачем ему проклинать вас тогда? Зачем рисковать?» — спросил Фишер.
Вейрин издал драконий смешок. «Желание некоторых мужчин к господству и превосходству перевешивает здравый смысл. Только когда мужчина или женщина могут сбалансировать бремя обеспечения своего королевства бескорыстным образом, они преуспеют в управлении Бесметом».
«И ты думаешь, что я тот самый человек?» — воскликнула я, ошеломленная. «У меня есть дом, жизнь». Как я могла быть королевой другого королевства? Хотела ли я этого вообще? Я любила Изумрудные Озера... но я никогда не знала ничего, кроме них. Из-за Лори у меня никогда не было желания уезжать. Может быть, когда все это закончится, мы сможем попутешествовать. Все вместе.
«Я не сомневаюсь, что ты та самая. Что готовит будущее, еще неизвестно. Пункт назначения нельзя изменить, хотя путь к нему зависит от сделанных выборов».
Слоан, Фиш и я переглянулись. В воздухе повисла тяжесть, которая говорила об интенсивности момента. То, как ветер проносился сквозь кроны деревьев, сами листья шелестели в предвкушении. Что бы мы ни узнали этим утром, я знала на уровне костного мозга, что это будет поворотным моментом. Надеюсь, тем, который даст нам преимущество.
«Пророчество говорит о спасении расы», — добавил Слоан, проводя большим пальцем по челюсти.
«Действительно, так и есть. Спасая одного, ты можешь спасти всех. Проклятие драконов может быть снято, только когда эта несправедливость будет остановлена».
«Значит, пророчество никогда не относилось к демонам. Оно относилось к драконам», — выдохнул Рыбка, его глаза загорелись, когда он ухмыльнулся Слоану. Иногда они были такими занудами.
«Вейрин, я предлагаю нам троим вернуться в Изумрудные Озера и рассказать всем остальным о том, что ты рассказал. Мы можем договориться о встрече здесь, скажем, через неделю?» — предложил Слоан, и большой дракон кивнул.
«Я поделюсь новостями с последними свободными драконами. Мы будем готовы ко всему», — поклялся Вейрин.
«Спасибо, что нашел нас. Для меня было честью познакомиться с тобой, Вейрин», — сказала я, глядя на его огромное тело. Он фыркнул и опустил голову, чтобы нам не нужно было напрягаться, разговаривая.
«Это я должен благодарить вас, и честь полностью моя, моя королева. Будьте осторожны». Он нежно ткнулся мордой в мой живот.
Фиш и Слоан уже собирали остальные наши вещи, чтобы мы могли уйти.
«Они уже знают, моя королева?» — спросил Вейрин, и я вздрогнула, оглянувшись. Парни все еще были заняты, так что мне было ясно, что они не были посвящены в этот разговор.
«Знают что?» — ответила я.
«Ты будешь велика во многих вещах... лгать же ты не умеешь».
Мои руки опустились к животу, куда только что прикасался большой дракон. Мои глаза наполнились слезами прежде, чем я смогла их остановить. «Нет, — прошептала я через ментальную связь.
«Ты должна сказать им. Ему, особенно, — твердо сказал мне Вейрин. Прежде чем я успела спросить, кому, он добавил: — Драконы особенно защищают своих детенышей и своих беременных пар. Не удивляйся, если увидишь в нем перемену, как только он узнает. Его дочь растет сильной в твоей утробе, моя королева».
Я подавила рыдание. Дочь. Дочь Слоана?
«Но тебе также нужно сказать принцу. У тебя скоро будут две чрезмерно заботливые пары, с которыми придется иметь дело», — сказал он мне, и мой лоб нахмурился.
«Брам? Что ты имеешь в виду?»
Смех пронесся сквозь связь, и мое сердце забилось быстрее.
«Почему, другая дочь — его, конечно», — объявил он.
«Другая? Подожди. Вейрин! Ты имеешь в виду... Ты имеешь в виду, что я...» — я даже не могла вымолвить слова. Или мысленно, что бы это ни значило. Весь этот разговор через ментальную связь сбивал с толку.
«Да, моя королева. Ты родишь двух принцесс. Одну демоницу, одну драконицу».
Я подавила слышимый всхлип, вспомнив, что Провидцы говорили о звездах, которые были так громки из-за демона и дракона. Мои дети... Они имели в виду моих детей. Я сглотнула.
«Будь готова. Такой беременности никогда раньше не случалось. Их генетический состав, скорее всего, означает, что они будут развиваться намного быстрее, чем человек или ведьма».
«Сколько у меня времени?»
«Максимум четыре месяца. Хотя ты редкость, и здесь замешано нечто большее, чем кажется на первый взгляд», — прогремел Вейрин в моей голове.
Мои глаза расширились, когда мысль проникла в мой шокированный мозг. «Я ведь не собираюсь откладывать яйца или что-то в этом роде, да?» Вейрин издал большие клубы воздуха, смеясь своей чешуйчатой задницей. Я прищурилась. «Ладно. Без яиц. Поняла. Но четыре месяца — это так скоро. Что, если мы не будем готовы?»
«Никто никогда по-настоящему не готов принять свою судьбу, но твое время близко».
«Я скажу им скоро. Спасибо, что сказал мне это». Я шагнула вперед и обняла его за морду. Ему, казалось, понравилось внимание, и из его груди раздалось громкое урчание.
«Ты заставляешь этого большого дракона урчать, Рыжая?» — крикнул Слоан, а Фишер усмехнулся.
«Она могла бы заставить урчать любое существо. Она такая милая, — добавил Фиш. — Поехали, сладкая. Твои другие мужчины ждут».
«Через неделю, моя королева», — сказал Вейрин на прощание, отступая на хорошее расстояние, прежде чем прыгнуть в небо, широко расправив крылья. Ветер взметнул мои волосы вокруг головы. Слоан издал одобрительный крик своему сородичу, и вскоре Вейрин стал просто точкой, исчезающей в ночи.
«Поехали», — сказала я своим парам. Мне нужно было как можно скорее рассказать им о беременности. Я не хотела, чтобы они узнали об этом иначе. Когда я бросила свою магию к поляне и создала портал, картина, которая была в блокноте Энни, постоянно вспыхивала в моем сознании.
Я лучше умру, чем позволю этому сбыться.
Глава 18. Фарис
В данный момент мы бежали через лес. После всего этого драматизма и событий за последние двадцать четыре часа мне действительно нужно было снять стресс. Мой
Наши ноги летели по сухим листьям и упавшим веткам на высокой скорости, и я заставлял Багиру бежать быстрее. Сильнее. Я хотел чувствовать, как мое сердце бьется, как боевой барабан, кровь пульсирует в венах. Я никогда не был из тех, кто боится опасности, но, черт возьми, как бы я хотел просто схватить всех и бежать. Тогда я мог бы защитить их всех. Готовить для них и все такое. Сделать мою пару пухленькой от вкусной домашней еды.
Багира заурчал в знак согласия с этой мыслью. К сожалению, от этого пророчества не убежать. Судьба... Звезды всегда сияют в ночном небе, где бы человек ни пытался спрятаться.
С этим пророчеством ничего нельзя было поделать. Все, что мы могли сделать, это пытаться оставаться на шаг впереди врагов и держать нашу женщину в безопасности. После убийства отца Слоана я должен признать, что чувствовал себя лучше морально. После стольких ситуаций, которые заставляли меня чувствовать себя неудачником в защите моей стаи, мне нужна была эта победа.
«Это было давно назревшее», — прорычал Багира через нашу связь.
«Я только хочу, чтобы я мог сделать это медленнее. Или чтобы Слоан хотя бы успел ударить», — ответил я.
«Важно только то, что мерзавец мертв. Он даже на вкус был как мудак», — проворчал Багира и брезгливо покачал головой.
Я фыркнул. «Как задница кота?»
«Хуже. Если бы мне пришлось гадать, я бы сказал, что его вкус был на уровне черепахи», — задумчиво сказал Багира.
«Черепаха. Знаешь что? Ты странный кот», — ответил я со смехом.
«Что? Они, наверное, склизкие, и у них этот маленький хвост, который совершенно не соответствует остальному телу. Я им не доверяю».
«Ты явно много думал об этом».
«Мне не нравится, как их шеи растут, а потом сжимаются обратно».
«У меня когда-то был друг-черепаха. Ты прав — у него была странная задница», — вставил Наполеон.
«Наполеон. Где ты был?» — спросил я. Он почти все время молчал.
«Был здесь, великан. Я готовился к битве мысленно. Ты не можешь выиграть войну без мысленной подготовки. Многие мужчины пали, думая, что все дело в физической силе и грубой мощи. Нет. При правильном планировании я мог бы убить человека семью различными способами с помощью шарфа и задушить его багетом». Наполеон безумно расхохотался.
«Ладно, это приняло жестокий оборот, которого мне следовало ожидать...»
Связь пары внезапно усилилась, сообщая мне, что моя пара близко.
«Она вернулась!» — взревел Багира, и мы бросились к дому, мчась через лес.
Наполеон закричал. «К нашей женщине!»
«Моя», — в предупреждении прорычал Багира.
«Наша, — ответил Наполеон. — Хотя я и присматриваюсь к этому звероподобному рыжеволосому демону. Мне нравится вид войны в его глазах».
«Ради бога», — пробормотал я.
Был поздний вечер, воздух был влажным и жарким. Лес давал тень, так что было не слишком неприятно. Птицы взлетели, когда мы продирались сквозь чащу. Кролики и белки сегодня получили свободу, так как единственное, что интересовало моего пантеру, была наша Детка.
Вырвавшись на опушку леса, мы взревели к небесам. Нам ответили огненным шаром, взмывшим в небо, как ракета. Черт, я был так рад, что они дома.
Мы обогнули угол коттеджа и увидели Фишера, Слоана и Сейдж, стоящих вместе. Они, должно быть, были здесь всего несколько мгновений, потому что никто еще не вышел их встретить.
«Багира!» — закричал Росток, раскрывая объятия.
«Притормози, большой парень!» — закричал Слоан, и нам потребовались все силы, чтобы снизить скорость.
Сейдж рассмеялась и ждала, пока мы достигнем ее. Мы приземлились на нее — нежно, потому что мы джентльмены... Джентль-коты? Она перекатилась на спину и обняла нас, запустив пальцы в наш густой мех. Громкое урчание вырвалось из нас, когда она царапала, щекотала и целовала нашу морду.
«Лучше проваливай, Наполеон. Багира, теперь моя очередь». В мгновение ока я оказался сверху на своей паре, абсолютно голый. Так, как мне нравилось. Я смутно осознавал, что мой маленький мышиный друг сполз с моей руки и нырнул в волосы Сейдж. Маленький засранец всегда пытался вздремнуть там... или в пучке волос Кэма.
«Мой Альфа», — выдохнула она, обхватывая мои щеки и притягивая мои губы к своим. Луной, я мог бы целовать ее часами и часами. Днями. Вечность.
«Я так скучал по тебе, Детка», — прошептал я ей на ухо.
«Ммм, я скучала по тебе еще больше», — ответила она, и я покачал головой с усмешкой.
«Не может быть».
«А мы что, обделенные?» — сказал Фишер, я предполагаю, Слоану.
Моя голова резко поднялась, и я уставился на своего друга. На нем все еще была тактическая экипировка, его волосы были более дикими, чем обычно. Они тоже становились длиннее. Моя задница начала вилять, и он перестал улыбаться.
«Даже не думай об этом», — строго сказал он.
«Думать о чем?» — спросила Сейдж в замешательстве.
Слоан заорал. «Взять его, К!»
С боевым кличем я прыгнул вперед и перекатился.
«О черт!» — закричал Фишер, разворачиваясь и готовясь бежать.
«Двигайся, Фишер! Он тебя поймает, — крикнул Слоан, помогая Сейдж встать.
«Иди сюда, маленькая Рыбка», — поддразнил я, бросаясь за ним.
Он оглянулся через плечо и споткнулся, начиная смеяться. Я догнал его в три шага, сбив с ног с изяществом игрока НФЛ.
«Черт», — простонал он, когда мы упали на землю. Он расхохотался, перекатываясь на спину и держась за живот. «Бро, твой член был как оружие».
«Это не помешало мне поймать тебя... хотя я не думаю, что когда-либо бегал с эрекцией». Я посмотрел на свои бедра, нахмурившись при виде двух красных полос, оставшихся от моего члена, двигавшегося на высокой скорости без ограничений. Могу поспорить, что так чувствуют себя женщины, когда бегают без бюстгальтера. Это должно быть ужасно.
Ну и ладно.
«Я чертовски по тебе скучал», — сказал я Фишу, наклоняясь и целуя его прямо в губы.
«Боги, Кай», — усмехнулся он, отталкивая меня, чтобы сесть.
«Это было горячо! Сделай это снова!» — закричал Росток через двор.
Фиш поднял меня, и мы пошли обратно к дому. Дверь распахнулась, и Кэм, Брам и Фарис вывалились наружу, как какая-то банда плохих парней. Так мы выглядим, когда ходим вместе?
«Вы вернулись», — констатировал Кэм, глядя на Ростка.
«Да, мы вернулись», — ответил Слоан, прижимая Сейдж
Брам просто скрестил руки на груди, выглядя снова злым.
«Гадюка, ты в порядке?» — спросила Сейдж Фариса. «Твоя голова?»
«Все хорошо. Просто ушиб». Он подмигнул, и она ярко улыбнулась ему.
«Ты пахнешь иначе, — объявил Брам, его глаза были прикованы к нашей девочке.
«Что? Нет, я нет», — запнулась она, заставляя всех нас повернуться к ней.
Брам шагнул ближе и наклонился, чтобы лучше принюхаться. «Да, ты пахнешь».
«Перестань. Мне нужен душ». Она развернулась и направилась к двери, оставляя нас всех стоять.
«Я могу придумать несколько вещей, которые ей нужны», — проворчал Кэм.
«Какого черта только что произошло? — спросил я. — Вы даже не поздоровались с ней как следует. Вы что, с ума посходили?»
«Мои отношения с ней — это мое личное дело», — огрызнулся Брам, глядя на меня с вызовом. Мне не нравилось, когда мне бросали вызов. Альфа во мне вскинулся от неуважения.
Кэм встал между нами, чувствуя, что должно произойти. Посмотрев на меня, он сказал: «Он прав, К». Затем всем: «Да, мы группа, но мы также и личности. Мы все разные, и мы не будем одинаково реагировать на каждую ситуацию».
«Что-то с ней происходит», — настаивал Брам.
«У нас была насыщенная ночь». Слоан провел рукой по волосам и вздохнул. «Я устал. Уверен, она тоже. Она отчаянно хотела вернуться сюда, чтобы увидеть вас, ребята. Разве вы не знаете, что она сделала бы то же самое для любого из вас? Это просто такая женщина. Ее сердце больше, чем ее чувство самосохранения, но как еще вы ожидаете, что она сможет любить шесть трудных, требовательных придурков?»
Я стоял и моргал. «Бро, это было глубоко, — сказал я Слоану, похлопывая его по плечу. — Я не думаю, что когда-либо слышал, чтобы ты так говорил о ком-то раньше. Молодец, чувак!»
«Спасибо, — проворчал он. — Я собираюсь принять душ и вздремнуть». Слоан направился к дому, но остановился, развернулся и быстрым шагом вернулся к нам. «Спасибо. За то, что пришли за мной», — сказал он, взглянув на каждого из нас. Меня он оставил напоследок, и наши глаза встретились, и вместе с ними поднялось прошлое между нами. Через минуту он развернулся и направился внутрь.
«То же самое. Мы все обсудим через пару часов. Я даже не могу думать прямо», — пробормотал Фиш, следуя за Слоаном.
«Ну, это могло быть и лучше, а, мальчики?» — спросил я, когда они скрылись внутри.
«Она просто сгусток солнца и любви». Фарис мечтательно вздохнул. «Хочу держать ее в кармане, чтобы никто никогда не смог ее забрать».
Брам простонал, глядя в небо. «Черт возьми. Мне нужно пойти и поцеловать ее». Он и Фарис побежали, и Брам выругался, когда Фарис опередил его.
«В чем дело, босс?» — я посмотрел на Кэма, пытаясь понять, о чем он думает.
«Я не знаю, К. Просто... когда она делает такие вещи, без колебаний, не заботясь о своей безопасности... это сводит меня с ума. Я не могу передать, как сильно я хочу наказать ее за это. Сделать ее задницу красной».
«Но?»
«Но если бы это был я, ради которого она осталась? Это было бы все», — ответил он.
И в этом была вся забава, пытаясь разобраться в отношениях с семью людьми. Нашей девочке приходилось лавировать между шестью мужчинами, следя за тем, чтобы все были счастливы, чтобы все чувствовали себя любимыми.
«Думаю, нам нужно дать ей поблажку, босс. Она делает то, что считает правильным», — напомнил я ему.
Прежде чем он успел ответить, зазвонил его телефон. Я увидел имя Хантера на экране, как раз когда Кэм ответил на звонок и включил громкую связь. «Привет», — сказал он.
«Привет. Хорошие новости и плохие новости», — хрипло ответил Хантер.
«Выкладывай».
«Плохие новости в том, что Лори, должно быть, знала, что кто-то за ней следит. Я был близок к тому, чтобы схватить ее прошлой ночью, но она ускользнула». В голосе Хантера звучала досада.
Кэм и я обменялись мрачными взглядами. Мы хотели, чтобы с этой сукой разобрались.
«Хорошие новости?» — спросил я.
«Хорошие новости в том, что я нашел девушку».
«Ты нашел? Ты уверен? Ты думаешь, она действительно ее сестра?» — потребовал Кэм, и его волнение начало проявляться.
«О, я уверен, что они сестры. Девушка живет в приемной семье здесь. В этом городе довольно паршиво — много бедности и неблагополучных районов...»
«Сколько ей лет?» — спросил я с любопытством.
«Ей исполняется восемнадцать на следующей неделе, так что ей придется покинуть приемную семью. Я еще не выяснил, есть ли у нее планы на следующий шаг. Как мне действовать?»
«Позволь нам сначала поговорить с Сейдж и ее бабушкой, и мы посмотрим, что они думают. Ты можешь задержаться там еще на некоторое время?» Кэм шел, разговаривая, уже готовый бежать к Сейдж, теперь, когда у нас были новости.
«О да. Без проблем. Дай мне знать».
Хантер отключил звонок, и мы с Кэмом ухмыльнулись друг другу.
Глава 19. Сейдж
Я оставила Брама в пыли, взлетев по ступенькам и направляясь прямо в комнату Светлячка. Его ругань позади меня подстегивала меня. Он был невероятно соревновательным, но я всегда буду быстрее. И красивее. Таков наш удел, и он должен был это принять.
«Проклятье, Фарис», — выдохнул он, входя в комнату.
«Не моя вина, что ты старый и медленный», — поддразнил я с моего места в центре ее кровати.
Душ работал, поэтому он подошел и плюхнулся рядом со мной. Мы подождем ее вместе.
«Почему, как ты думаешь, она пахла иначе?» — спросил я его.
«Ты тоже это заметил?» — Он взглянул на меня, и я кивнул.
«Изменение не большое, но что-то точно есть...» — добавил я, барабаня пальцами по груди.
Душ выключился, и через минуту из ванной вышел совершенно голый Слоан.
«О, гадость...» — скривился я и закрыл глаза руками.
«Э-э-э, прости?» — сказал он своим ворчливым, альфа-голосом.
«Ты слышал».
«Ради луны, вы двое не можете просто поладить?» — спросил Фишер, так как он был следующим голым человеком, выходящим из парной комнаты.
Я мельком увидел его хозяйство. Да. Мое больше.
«Все, что я сделал, это вошел, а он меня оскорбляет», — сказал Слоан, указывая на меня.
Я рассмеялся. Я так громко рассмеялся.
«Все? Это все, что ты когда-либо делал? Ты теперь комик? Черт, это было хорошо».
Брам выглядел так, будто не знал, что ему делать. Я не винил его. Эта динамика между Слоаном и
«О, иди сядь на член Юпитера, Фарис. Слушай, тебе нужно перестать зацикливаться на этом. Откуда мне было знать, что был еще один настоящий мужчина, делящий тело с моим... с Фишером?» — потребовал Слоан, вопросительно протягивая руки.
«Я не знаю, может быть, попробуй думать своим мозгом, а не членом? Попробуй слушать людей, а не просто трахать их в подчинение?» — съязвил я, и Брам молча встал и исчез в ванной.
«Это не то, что произошло, и ты это знаешь», — заговорил Фишер, защищая Слоана. Как предсказуемо.
Я сел прямо, наклонив голову, изучая двух мужчин. В последнее время Слоан действительно казался менее «у меня дубовая палка в заднице» и более «у меня дубовый саженец в заднице», что, я должен признать, было приятной переменой. Но если бы Слоан не был там — с его властным поведением и доминирующей личностью — мне приходилось задаваться вопросом, смог бы я освободиться из плена гораздо раньше.
«Как скажешь, брат», — безразлично ответил я, соскальзывая с кровати. «Если позволишь...» Я поклонился Слоану, чтобы позлить его, и вошел в ванную.
«Сильнее», — услышал я, как Светлячок дышит, и мои глаза расширились, когда я вошел и увидел Брама, трахающего ее сзади. Всего за две минуты наедине с ней, а он уже согнул ее над раковиной.
«Не смей больше так делать, Детка», — прорычал Брам низко в горле, его рога начали закручиваться. Мой рот был открыт, и мне было все равно.
«Извини», — заскулила она, и он поднял ее ногу, поставив колено на тумбу, позволяя себе войти под другим углом. Она вскрикнула от удовольствия от нового ощущения, и мой член заплакал от звуков, которые они издавали вместе.
«Фарис», — простонала она.
Черт. Я не думал, что они заметили мое появление.
«Да, Светлячок?»
«Иди сюда», — выдохнула она, а затем взвизгнула, когда Брам шлепнул ее по заднице, заставляя ее попку подпрыгивать. Ни одна женщина не должна быть такой чертовски сексуальной. Это было преступление. Тяжкое преступление.
«Ты смотришь, Малыш Клык?» — спросил меня Брам, встретившись со мной взглядом, а затем опустив его на мои клыки, торчащие над нижней губой. «Да... ты смотришь, не так ли? Смотри, как хорошо я трахаю эту киску».
«Боги...» — выдохнул я.
«Да, да!» — закричала Сейдж.
Мой член был тверже камня, когда я смотрел, как Брам вбивается в нее. Его левая рука запуталась в ее влажных волосах, оттягивая их назад, что удлиняло ее красивую шею. Его правая рука сжимала ее бедро, его пальцы впивались в ее мягкую, восхитительную кожу.
«Детка, — простонал он. — Хочешь знать, что Фарис мне сказал?»
«Что?» — застонала она, когда он повернул бедра, замедляя темп.
«Он хочет трахнуть нас, принцесса. Нас обоих... и он хочет, чтобы я показал ему, как доставить тебе удовольствие», — прошептал он у ее плеча.
«О боги», — выдохнула она.
«Я думаю, его обучение может начаться прямо... сейчас». Он подчеркнул конец предложения резким толчком, и ее бедра задрожали. «Иди сюда, Малыш Клык».
Я подплыл к ним, притянутый нашей связью, похотью и предвкушением того, что бы он ни задумал.
«Запрыгивай сюда, принцесса», — сказал Брам, вытаскивая свой член из нашей женщины и быстро разворачивая ее. Его руки легли на ее талию, поднимая на тумбу. «Ммм, да. Раздвинь эти красивые ноги».
«Звездами», — простонал я, закусывая нижнюю губу, когда она открылась, как гребаный цветок. Я никогда не хотел попробовать что-либо так сильно в своей жизни. Сладкая, влажная и слегка опухшая после внимания Брама...
«Как думаешь, чувак? Ты хочешь довести ее до оргазма?» — спросил он, взглянув на меня в зеркале за Светлячком. Наши глаза встретились, и моя кровь превратилась в чистый огонь.
«Да, — ответил я, шагая к нашей женщине. — Светлячок». Встав между ее ног, я позволил своим рукам скользнуть от ее лодыжек вверх, по изгибу колен, а затем по внутренней стороне бедер.
«Гадюка», — промурлыкала она с маленькой улыбкой на губах. Я наклонился и поймал эту улыбку своим ртом, желая поглотить все, что она могла мне дать. Ее улыбки, ее тело, ее любовь.
«Давай снимем с тебя эту одежду». Я почувствовал, как моя рубашка приподнимается, и в зеркале я увидел, как Брам стягивает ее через мою голову.
«Его штаны тоже, Брам», — с томлением сказала Сейдж. Я почувствовал жар тела Брама за своей спиной, его дыхание на моем плече. Мои глаза все еще были на ней, но я оглянулся и увидел вопрос в его глазах. Я кивнул, и он усмехнулся, стаскивая мои штаны. Мой член, казалось, стал еще больше, выйдя из одежды, и то, как моя Светлячок смотрела на меня, заставляло меня чувствовать себя самым удачливым сыном на планете.
Брам подошел и встал рядом со мной, играя с одним из ее сосков. Ступнями на стойке ее бедра начали двигаться, ища трения. Мне это не понравилось. Если она хотела тереться, у нее должна быть такая возможность.
«Я хочу, чтобы ты попробовал ее, Фарис. Я хочу, чтобы ты использовал свой язык и лизал ее киску, пока ее сок не начнет капать на стойку под ней», — проинструктировал Брам, и я думаю, что перестал дышать на секунду.
«О да, пожалуйста, Гадюка. Пожалуйста, попробуй меня».
Рука Брама скользнула по изгибу ее живота к ее центру. Два пальца исчезли внутри нее, и он лениво двигал ими, звук ее возбуждения был громким в комнате.
«Такая мокрая», — пробормотал я.
Брам убрал руку и поднес ее к моему рту. «Попробуй. Ее».
Я схватил его за запястье, встретившись с ним взглядом. Мой рот открылся, и я держал его руку на месте, обхватывая губами его пальцы и посасывая. Ее вкус взорвался на моем языке, и мои глаза закатились от чистого ощущения ее сущности. Сейдж застонала, наблюдая, но не прикасалась к себе. Нет, она ждала меня. Я отпустил пальцы Брама с медленным облизыванием, наслаждаясь тем, как его глаза почти почернели.
«Встань на колени», — подтолкнул он.
Опуститься на колени никогда не казалось таким могущественным. Наклонившись вперед, я обхватил руками ее бедра и притянул ее ближе, чтобы ее киска оказалась в идеальном месте. Дрожащий вздох сорвался с моих губ, и Светлячок заерзала от потока воздуха на ее обнаженной киске.
«Пожалуйста, Фарис», — умоляла она.
Улыбнувшись, я прижался губами к ее женскому лону и поцеловал ее клитор. Она чуть не подпрыгнула на стойке от прикосновения, но я был в отличной позиции,
Мой язык высунулся, и я провел им долгим, медленным движением от ее тугого входа обратно к клитору.
«Черт. Меня», — выдохнул Брам, теперь работая рукой с собственным членом. Он смотрел с пристальным вниманием, как я пожираю нашу пару.
«Да, Фарис, боги... вот так», — застонала она, давая мне понять, что ей нравится мой язык.
«Как ощущается его язык, Детка? Тебе понравилось, как я трахал тебя, а потом его рот поклонялся твоей растянутой киске?»
Она дрожала от экстаза. «Брааам...»
«Это даже не начало того, что мы с тобой сделаем, принцесса. Я построю нам еще одно гнездо для траха. Ты примешь нас обоих. Снова. И. Снова».
«Черт», — выругался я, затем зарылся лицом между ее бедер, позволяя своему языку погрузиться глубоко в ее сладость.
«Да, чувак. Ешь ее так, будто это последний раз», — потребовал Брам. Он был властным и доминирующим, что я и просил. Это было горячее ада, и я знал, что не продержусь долго, как только мой член получит немного внимания. Но если он думал, что так будет всегда, он ошибался.
Я позволю ему иметь свой момент — пока.
«Я близко, я так близко», — выдохнула Сейдж, теперь прижимаясь ко мне лицом без всякой опаски.
«Возьми два пальца, Фарис», — сказал Брам, подождав, пока я взгляну на него. «Как только ты войдешь как можно глубже, поверни руку вот так и сделай это движение». Он сделал приглашающий жест указательным и средним пальцами.
Я скользнул пальцами внутрь нее, застонав от того, насколько она была тугой и горячей. «Боги, Светлячок. Ты меня убьешь».
Она приподняла бедра, чтобы встретить мою руку. «Так хорошо...» — застонала она. Когда я не мог проникнуть глубже, я повторил движение, которое показал мне Брам. Она откинула голову назад, ее тело начало напрягаться под моими руками. «Аааа, да! О боги».
«Теперь пососи ее клитор, чувак. Пососи его сильно», — приказал Брам, и я прижался к ней с решимостью. Мои пальцы работали внутри, пока мой язык поднимал ее все выше и выше.
«Я кончаю, я кончаю. Ах, Фарис», — закричала она, и я почувствовал, как ее киска начала буквально трепетать и сжиматься вокруг моих пальцев.
Я сохранял тот же ритм, пока не почувствовал, что пульсация начала стихать. Я немного отстранился, с расширенными глазами глядя на ее киску. «Колдовство», — прошептал я в благоговении. Мой член обязательно отвалится, если она сделает это, пока я внутри нее. На самом деле, нет. Я просто умру. Это будет конец короткой жизни Фариса.
«Ты прирожденный, Малыш Клык», — пробормотал Брам, наклоняясь, чтобы убрать волосы с раскрасневшегося лица Детки. У нее было мечтательное выражение, несмотря на то, как быстро вздымалась и опускалась ее грудь.
«Так хорошо, Гадюка. Спасибо», — прошептала она, улыбнувшись мне.
Я закусил нижнюю губу, уже скучая по ощущению ее скользкой плоти под моим языком. Брам потянулся ко мне, его рука сжала мой затылок, и он притянул меня к себе, его губы с жаром и чистой, нефильтрованной страстью прижались к моим.
«Черт, да», — выдохнула Светлячок. Ее бедро было зажато между нами, оба наших члена, без сомнения, терлись о нее. Его язык сражался с моим, никто из нас не хотел уступать. Со вкусом Сейдж между нами наши животные инстинкты боролись, чтобы вырваться наружу.
Я зарычал и отстранился, когда Брам вонзил зубы в мою нижнюю губу, пуская кровь. Мой язык играл с маленькой ранкой, пока я смотрел на него.
«Думал, тебе понравится». Брам пожал плечами, облизывая свою губу и убирая красный оттенок, который я оставил.
«Мне нравится», — вставила Светлячок.
«Мне бы понравилось больше, если бы я был тем, кто кусает», — ответил я.
Брам изучил меня и Сейдж, его взгляд метался между нами. «Детка, поменяйся со мной местами», — сказал он, помогая ей соскользнуть со стойки и занимая ее место. «Встань между моих ног. Да, вот так». Он страстно поцеловал ее, и я не мог отвести взгляд. Они были прекрасны.
«Возьми в рот, принцесса», — сказал Брам, поглаживая свой член. Встав позади нее, мои глаза сосредоточились на ее круглой заднице, когда она наклонилась и сделала то, о чем он просил. Его голова откинулась на зеркало, когда она работала над ним. Моя рука обхватила мою собственную длину, и я застонал от того, как хорошо это было. Я был готов взорваться.
«Гадюка?» — спросила Светлячок, повернув голову, чтобы посмотреть на меня, ее глаза были полны надежды. «Трахай меня?»
«О сладкие змеи, — пробормотал я. — Я сделаю все, что тебе нужно, маленькая мамочка». Мысль о том, чтобы излить свое семя в нее, кружила мне голову. У меня была серьезная одержимость этой идеей, и теперь это должно было произойти.
«Иди сюда, Фарис». Брам поманил меня. «Ты хочешь убедиться, что твой член будет хорошо увлажнен, прежде чем ты его засунешь. Это сделает его на сто процентов лучше, когда все будет гладко». Он поднял ладонь и плюнул на нее. «Подойди ближе», — подтолкнул он.
Я стоял так близко к стойке, как только мог, не запрыгивая на нее. Брам протянул руку и обхватил мой член своей влажной ладонью.
«Сын шлюхи — Ааааа...» — вздохнул я. Сейдж оторвалась от своего демона, приподнялась и завладела моими губами, пока Брам двигал моим членом. «Даааа», — прошипел я. Ощущения были ошеломляющими и абсолютно фантастическими.
«Хорошо. А теперь заставь ее кричать на моем члене, Малыш Клык. Трахай ее хорошо». Брам взял ее за подбородок и притянул к себе для обжигающего поцелуя, прежде чем направить ее рот туда, куда он хотел. Я встал позади нее и провел своим членом между ее губ, наслаждаясь ощущением тепла и влаги.
Рай. Это был рай.
Ее бедра толкнулись назад, и я толкнулся вперед. Ее киска проглотила мой член, как будто наши тела были голодны по этой связи, этому соединению. Мои руки сжали ее бедра, и я откинул голову назад, резко выдыхая.
«Так хорошо... так хорошо».
«Теперь начинай двигаться. Давай, чувак», — сказал Брам, его слова вырывались сквозь сжатые зубы. «Детка, вот так. Принимай это. Черт, ты прекрасна».
Я отодвинулся и снова рванул вперед, проверяя движение и обнаруживая, что оно мне очень нравится. Мой темп начал ускоряться, звук моего удара о нее становился громче с каждым толчком бедер. Она начала сжимать мой член, заставляя мои яйца сжиматься, и я выругался. Ее стоны и визги сводили меня
«Потрогай ее клитор. Я кончаю», — простонал мне Брам, и я просунул руку между ног Светлячка, чтобы нажать на ее клитор. Клянусь звездами, это была кнопка включения. Трепет, который я чувствовал ранее вокруг моих пальцев, был ничем по сравнению с абсолютным сжатием, которое теперь происходило вокруг моего члена.
«Мммм». Я попытался заговорить, но не смог. Молния пронзила мой позвоночник, и фейерверки взорвались за моими веками, когда я почувствовал, как опустошаюсь глубоко внутри своей пары, ее блаженные вздохи были идеальным саундтреком.
«Дааа, маленькая мамочка. Я наполню тебя так хорошо», — пообещал я, продолжая медленно двигать бедрами.
Она рассмеялась, прижавшись щекой к бедру Брама. «Вы двое станете моей смертью».
«Идеально для нас», — прошептал Брам, нежно поглаживая ее плечо, пока я сделал еще несколько толчков, желая продлить момент. Когда я достаточно смягчился, чтобы больше не быть внутри нее, я присел на корточки и раздвинул ее ягодицы. Дрожь пробежала по моему телу, когда я наблюдал, как моя сперма начинает вытекать и стекать по ее бедру.
«Дай мне встать, Гадюка», — сказала она игриво, вставая и потягиваясь руками вверх.
«Ты в порядке там, внизу?» — Брам посмотрел на меня с ухмылкой на своем сексуальном лице.
«Я никогда не видел ничего такого... Я никогда не чувствовал этого чувства...»
Черт, я не имел смысла.
Светлячок протянула руку, предлагая свою. Я взял ее и встал, наши тела снова прижались друг к другу. «Как ты себя чувствовал, Фарис? Мы хотим знать», — мягко сказала она, убирая мои непослушные кудри с глаз.
Я взглянул между ней и Брамом, внезапно полностью ошеломленный этим чувством. Я знал, почему никогда не чувствовал его раньше.
«Скажи нам, Малыш Клык. Как ты себя чувствуешь?» — спросил Брам, подбадривая меня найти свой голос.
«Целым. Я чувствую... целым».
Глава 20. Кэм
После интенсивного секса с Брамом и Фарисом я приняла еще один быстрый душ и рухнула в кровать. Слоан был посередине с Фишером на другой стороне, его голова покоилась на груди Слоана. Они были полностью вырублены, тихо похрапывая. Мы не много спали в Бесмете — земля не самое удобное место для сна. По крайней мере, я отдохнула достаточно, чтобы восстановить достаточно сил, чтобы открыть портал и вернуть нас домой. Я знала, что Кэм все еще расстроен, но я ожидала этого. Я не была уверена, каким будет наш разговор, когда он наконец состоится.
Я прижалась к Слоану, и во сне его рука обняла меня и притянула ближе. Сон пришел ко мне, когда я слушала, как его сердце ровно стучит.
Когда я проснулась позже, Слоан и я были обвиты друг вокруг друга, как пара кренделей. Он все еще спал, и я заглянула через него, обнаружив, что Фишера больше нет в кровати. Перекатившись на спину, я потянулась и взглянула в окно. Солнце садилось, сумеречный свет струился в окно. Оттенки оранжевого, розового и фиолетового кружились на горизонте. Мы проспали несколько часов, и я была благодарна парням за то, что они позволили нам отдохнуть.
Слоан пошевелился, поворачиваясь ко мне на бок. Его лицо было таким расслабленным и по-мальчишески беззаботным во сне, словно вся травма, через которую он прошел в своей жизни, не могла коснуться его. Он будет потрясающим отцом. Все мои мужчины будут — я не сомневалась. В некотором смысле я знала, что Слоан превзойдет себя для любых детей в своей жизни, потому что его так ужасно подвел собственный отец.
И Брам... В моем воображении промелькнула картинка, как он кружит маленькую девочку с длинными рыжими волосами, пока она визжит, а он смеется. Кэм будет тем типом отца, который постоянно опекает, всегда защищает своих детей — как он делает со всеми нами. Фишер будет самым легким для детей, если им нужно будет поговорить; его стихия позволит ему легко понимать их так, как никто из нас не сможет. Что касается Кая... Я усмехнулась про себя. Я видела, как он полностью завален кучей детей, смеется и притворно рычит. А Фарис? Ну, Фарис потеряет рассудок, когда узнает. Он уже выразил свой интерес к тому, чтобы увидеть меня беременной.
«П-пожалуйста...»
Сдавленный голос Слоана вырвал меня из моих грез. Я посмотрела на него и увидела, что его лицо, которое мгновение назад было мирным, теперь искажено и покраснело.
«Не надо. Не трогай ее!» — прорычал он, и мое сердце разбилось. Инстинкт подсказывал мне, что он переживает то, чему стал свидетелем в Бесмете.
«Слоан», — мягко сказала я.
Он не ответил, но его дыхание участилось, и из его рта вырвался хриплый крик. «Прости... Рыжая».
О боги. Мои глаза наполнились слезами. Я не знала, что делать для него. Мне просто оставить его спать? Попытаться разбудить? Когда он начал метаться, я решила, что будет безопаснее позволить этому продолжаться и отойти подальше. Слоан был крупным мужчиной, и я не хотела попасть под его случайный кулак. Он никогда бы не простил себя, если бы причинил мне боль.
Я медленно села, свесив ноги с кровати. Я ахнула, когда его рука обхватила мое запястье, и меня отдернули обратно на матрас. Он двигался с быстротой и точностью, прижимая меня к кровати своей рукой, обхватившей мое горло.
«Слоан», — выдохнула я, царапая его руку. «Детка. Это я!»
Пот выступил у него на лбу, его глаза метались взад-вперед, словно он не понимал, что делает.
«Слоан!» — прохрипела я, давление на горло усиливалось. Мои царапины на его руках, казалось, не будили его. Отдернув руку, я изо всех сил ударила его по лицу. Хлопок эхом разнесся в моей комнате, и слезы полились из моих глаз, как дождь с небес.
Его глаза сфокусировались на моем лице, и я увидела, как в них промелькнуло узнавание. Его лицо изменилось с панического на растерянное, а затем на абсолютно ужаснутое. Он отпустил мое горло, будто моя кожа обжигала его, и посмотрел на свою руку, словно она принадлежала кому-то другому.
«Что... Какого черта я делаю, Рыжая? Я был... О боги». Его голос дрогнул. «Мне так жаль, так жаль. Зачем я?» — бормотал он, все еще в состоянии сильной растерянности.
Я потерла горло, заставляя свое тело исцелить то, что он сделал, как можно быстрее, чтобы это не мучило его. «Тебе снился кошмар, или ты вспоминал что-то из лаборатории. Когда ты не
«И я применил к тебе силу?» — Он поднял руки, и я увидела, как они дрожат. «Я применил силу к своей паре? Чтобы навредить тебе? Чтобы убить тебя?» — Его голос был почти истеричным, и я приподнялась, садясь. Я взяла его руки и сжала их, поднося к губам, чтобы поцеловать его пальцы.
«Ты не проснулся. Ты бы никогда не причинил мне вреда, детка. Ты понимаешь? Это была не твоя вина. Мы не могли знать, что у тебя будут такие последствия от того, что ты видел». Его дыхание все еще было учащенным, и он не смотрел в глаза, все еще запертый в клетке со своими воспоминаниями. «Эй, — пропела я. — Посмотри на меня, Слоан. Я здесь. Ты в безопасности. Я в безопасности. Все в безопасности. Это реально».
Его ледяные голубые глаза врезались в мои. «Боги, — всхлипнул он, притягивая меня к себе на колени и зарываясь лицом в мою шею. — Ты не представляешь — что они делали. Это будет преследовать меня до конца моих дней. И я не мог остановить их. Мне так жаль», — сказал он мне, его слезы увлажнили мою кожу. Я провела руками по его волосам и спине, успокаивая его, как ребенка.
«Ты в безопасности. Они обманули тебя. Никто не причинял мне или Фишеру вреда, клянусь», — прошептала я.
«Ты не понимаешь». Он отодвинул меня с колен и вскочил с кровати, бросившись в ванную. «Меня сейчас стошнит...»
Когда он закончил и вымыл руки, дверь ванной распахнулась. Он стоял там, выглядя уничтоженным. Его лицо было бледным, волосы дикими, а под глазами были темные круги.
«Мы больше не можем делить кровать», — объявил он, с серьезным выражением лица направляясь к комоду за футболкой.
«Что?»
«На ночь. Или когда я сплю. Пока я не возьму это под контроль. Я не причиню тебе боль», — сказал он мне.
«Но...»
«Никаких "но"». Он подошел к кровати и взял мое лицо в свои большие ладони. «Ты — сокровище. Мое сокровище. Я не могу описать это, Рыжая. Мысль о том, что тебе причиняют боль...» Он покачал головой. «Мысль об этом заставляет меня хотеть зарычать в небо и выжечь землю, в надежде, что тот, кто посмел причинить тебе боль, умрет мучительной смертью».
«Вау», — выдохнула я. Страсть, стоящая за его словами, была такой интенсивной, что мне пришлось сделать глубокий вдох, чтобы успокоиться.
«Я спущусь вниз и скажу им, что я сделал. Если мне наваляют, не останавливай их. Я заслужил это». Он быстро поцеловал меня в губы и направился к двери. Я растаяла; его поцелуи доставляли мне такое наслаждение.
Подожди, что?!
«Эй! Слоан, подожди!» Я соскочила с кровати, когда он закрыл дверь, и услышала, как он спускается по лестнице. Сын шлюхи. Я быстро натянула одежду, что заняло у меня меньше минуты — новый личный рекорд, — и слетела вниз по лестнице.
«Ты сделал ЧТО?»
О боже мой.
Я ворвалась на кухню и увидела Слоана, прижатого к холодильнику Каем.
«Отпусти его!» — закричала я, и все шестеро моих парней посмотрели на меня. Я подняла палец и наклонилась, делая несколько глубоких вдохов. «Фух. Твоя девушка совсем не любит быстро перемещаться из одного места в другое», — выдохнула я, обмахиваясь рукой.
«Ты имеешь в виду бег?» — спросил Фарис.
«Не произноси это слово в моем доме», — ответила я с дрожью, и он рассмеялся. Но он был единственным, кто смеялся. Все остальные были напряжены и сосредоточены на Слоане. «Что он сказал, когда спустился?»
Кай прорычал. «Он вошел и объявил, что чуть не задушил тебя в постели».
«Слоан, ты хочешь, чтобы они наваляли тебе? Ты думаешь, что заслуживаешь какого-то наказания за то, что произошло не по твоей воле?» Я подошла к холодильнику и оттолкнула Кая, подальше от моего грустного мальчика-дракона. «Гостиная. Все. Сейчас». Я подтолкнула Слоана в спину, чтобы он двинулся. Я чувствовала напряжение и беспокойство за спиной, как густой туман.
Когда парни расселись, я направилась к Слоану. Он попытался изолироваться на одной стороне секции, но я не собиралась этого терпеть. То, что произошло, не было его виной, и я бы не позволила ему снова закрыться в себе. Ситуации, подобные этой, — именно поэтому мы должны быть друг для друга.
Его глаза расширились, когда я плюхнулась рядом с ним и взяла его за руку. Я держала крепко, потому что полностью ожидала, что он попытается отстраниться. Наши глаза встретились, и я сузила свои, надеясь, что он поймет мои слова без слов.
Даже не думай об этом, мистер.
Он фыркнул, откидываясь на диван, и я отвела взгляд, пряча улыбку. Которая довольно быстро исчезла, потому что мои другие мужчины явно были взвинчены.
«Тогда давай поговорим», — прорычал Кай, в его голосе звучала первобытная нотка, от которой волосы у меня на затылке встали дыбом.
Тишина в комнате была невыносимой. Мы никогда не молчим. Кто-то всегда смеется, дразнит, прикасается или говорит.
Повернувшись к Слоану, я говорила тихо, потому что не хотела смущать его, если ему было некомфортно. «Ты хочешь, чтобы я рассказала им, что случилось? Или ты хочешь?» Его челюсть дернулась от раздражения, но его большой палец вырисовывал круги на тыльной стороне моей руки, поэтому я знала, что он не злится на меня.
Он прочистил горло и посмотрел на парней. «Когда меня схватили, у них был, ну, интересный метод, чтобы заставить меня подчиняться». Я видела, как все выпрямились, за исключением Фишера, так как он уже знал. «Мой отец был там, когда меня схватили, и когда я очнулся, я был привязан к столу в какой-то смотровой комнате. Вошла женщина и сделала мне инъекцию препарата, который подавлял мою магию. Они хотели, чтобы я все время был в своей драконьей форме, чтобы изучать меня. Когда я отказался...» Слоан замолчал и застонал. Боль в этом звуке была настолько очевидной, что Кай заскулил от его явного дискомфорта.
«Все в порядке. Ты здесь, с нами. Мы все здесь, и мы любим тебя», — прошептала я, подбадривая его продолжать, но надеясь помочь ему оставаться в настоящем.
«Люди, которые там работали... у них были вы, ребята. Или я так думал. Все казалось таким реальным. Сначала они пытали их, когда я отказывался превращаться, но они быстро поняли, что, причиняя им боль, превращение в дракона все равно произойдет. Я терял рассудок. Запертый в клетке, без выхода. Я должен
«Боже», — прошипел Кэм.
Слоан глубоко вздохнул. Его рука дрожала в моей, поэтому я накрыла ее другой рукой. «Когда стало ясно, что я превращусь, чтобы избежать дальнейшего вреда для Рыжей или Фиша, они начали делать это просто для того, чтобы увидеть, насколько я могуществен, или чтобы наблюдать, как я реагирую на разные сценарии. Они хотели сломать меня... и я думаю, что у них это получилось», — объяснил он, последняя часть прозвучала тихо.
Кай вскочил на ноги и подошел, плюхнувшись на пол рядом с ногами Слоана. «Это невозможно. Ты один из самых сильных мужчин, которых я знаю. Может, потребуется время, но все будет хорошо, брат».
На моих глазах выступили слезы от любви, которую эти ребята испытывают друг к другу. С таким прочным фундаментом, как их дружба, я знала, что все получится. Эти мужчины заботятся друг о друге, и они делали это задолго до того, как я появилась в их жизни.
Скрестив ноги, Брам провел рукой по волосам. «Гребаные оборотни, — выплюнул он, вскинув руки, когда каждый человек в комнате посмотрел на него с одинаковым выражением «ты серьезно?». — Да, я знаю. Изменение формы — это способность, которая есть у меня, но я бы никогда не злоупотребил ей так, как они. Ментально пытать кого-то так? Я бы хотел вернуться туда и лично уничтожить этих гребанных ублюдков». Его глаза вспыхнули, и я знала, что он буквально просчитывал логистику этого в своем уме, чтобы увидеть, возможно ли это. Когда этот демон жаждет крови, его почти невозможно отвлечь от целей истребления.
Фарис все это время молчал, слушая и внимательно наблюдая за комнатой. Я знала, что у них со Слоаном были проблемы, но я очень надеялась, что они смогут их решить.
Волна спокойствия внезапно накрыла комнату, и мое тело расслабилось. Рука Слоана обняла меня, притягивая к себе, и я глубоко вздохнула. Рыбка встал и подошел к нам, взяв другую руку Слоана и переплетая их пальцы. Я была благодарна за использование его стихии в этот момент; казалось, мы все могли вздохнуть на мгновение.
«Расскажи нам, что случилось наверху?» — спросил Рыбка, глядя на Слоана, который выглядел почти как в трансе.
«Я спал, и мне снился сон. Флэшбек был бы точнее. Только на этот раз я добрался до того ублюдка, который причинял им боль — того, кто был самым жестоким. Я обхватил руками его шею, но потом он ударил меня. Однако, когда я посмотрел вниз, это был уже не он. Это была Рыжая». Он отдернул руки от Рыбки и меня, поднимая их, как будто не мог поверить в то, что сделал. «Я душил ее. Как они. Как мой отец обычно...»
«Ты ничем не похож на него, — резко сказал Кэм. — Ты прошел через ад, брат. Мне до сих пор снятся сны о горящей хижине, и я просыпаюсь в поту, задыхаясь. Это останется с тобой навсегда. Естественная реакция на травматическое событие не делает тебя слабым».
«Я мог бы убить ее!» — прогремел Слоан, отталкиваясь от дивана. Кай быстро отодвинулся, освобождая место.
Вскочив сама, я потянулась к его руке. «Ты ведешь себя так, будто я сделана из стекла. У меня есть своя магия, Слоан. Поверь мне, ты бы никогда не подошел так близко. Шок заставил меня не среагировать так быстро, как следовало бы, но теперь, когда мы все на одной волне, я не повторю эту ошибку».
«Кто-то из нас проследит, чтобы мы были с тобой, если ты спишь с кем-то. Никто не пострадает и не будет изолирован. Мы справимся с этим вместе», — сказал Кай твердым голосом. Он никогда не позволит Слоану запереться. Черт, он никогда не позволит никому из нас сделать это; это одна из причин, по которой я люблю этого большого властного Альфу.
Фишер стоял в стороне, изучая Слоана. «Позволь мне забрать воспоминания», — выпалил он, и все головы в комнате повернулись к нему.
«Абсолютно нет». Слоан скрестил руки, сверля Рыбку взглядом.
Я фыркнула на него. «Какого черта нет?»
«Никто — и я имею в виду никто — никогда не увидит того, что я там видел», — предупредил Слоан, в его голосе звучал вызов.
Рыбка нахмурился. «Ты пытаешься защитить меня, и в этом нет необходимости. Мои силы сильнее, чем когда-либо. Я уверен, что смогу сделать это быстро, и клянусь тебе, что не буду смотреть на воспоминания, Слоан. Я просто хочу помочь тебе. Подумай об этом, хорошо? Если передумаешь, я здесь». Он рванулся вперед и обхватил рукой затылок Слоана, притягивая его к себе и касаясь их лбов.
Оглянувшись, я встретилась взглядом с Кэмом и Брамом. Казалось, они теперь успокоились, слава звездам. Я посмотрела на Фариса, чувствуя легкое замешательство, когда увидела, что он хмурится. Прежде чем я успела спросить, все ли с ним в порядке, Слоан сбросил еще одну бомбу.
«Они хотели, чтобы я спарился с самкой дракона».
Я моргнула. И снова моргнула. И снова моргнула еще много-много раз.
«Прости, что?» — потребовала я.
Брам кивнул. «Имеет смысл. Они заинтересованы в Слоане, потому что он может менять формы, но я думаю, Азраэль явно хочет вырастить больше драконов. Если он сможет их разводить...» Он замолчал, и настроение в комнате потемнело.
«Ну, ты это сделал?» — Фарис заговорил впервые, и рык, вырвавшийся из Слоана, был серьезным предупреждением.
«Я изменил своей красивой паре с чешуйчатой ящерицей весом в тонну? Пошел на хрен, Фарис», — рявкнул Слоан, показывая ему средний палец.
Фарис не принял вызов, просто откинувшись на спинку дивана и пожав плечами. Мой лоб нахмурился от напряжения между ними. Мне это не нравилось. Я мало что могла с этим поделать сейчас. Надеюсь, со временем они начнут доверять друг другу.
«Прекратите, придурки», — отчитал двух мужчин Кэм, но им, казалось, было все равно.
Решив сменить тему, я рассказала о нашей встрече с Вейрином. Это заняло некоторое время, но в конце концов мы все были на одной волне относительно того, что произошло, пока мы были в разлуке.
Тишина опустилась на нас, пока каждый переваривал переизбыток информации. Было ясно, что нам нужно помочь драконам и сдержать обещание о встрече через неделю, но как насчет объекта, в котором держали армию?
«Так откуда ты узнал об армии драконов? Я, кажется, не слышал этой части?»
Брам, Кай, Фарис и Кэм обменялись взглядами, прежде чем
Я резко встала с дивана. «Где он? Я так по нему скучала. Мэйвен?!» — позвала я, готовая обнять свой маленький белый клубок пуха. Я не видела его с той ночи, когда Лори сбежала, а Брайс пытался убить меня. Боги, это казалось целой жизнью назад.
«Он... другой», — добавил Кэм.
Я прижала руку к сердцу. «О нет. Он пострадал?» Только не мой Мэйвен.
«Нет, я не пострадал. Я освободился», — сказал глубокий голос, и я взвизгнула, увидев незнакомца, стоящего в коридоре, его внешность была скрыта тенями.
«Что происходит?» — я посмотрела на Кая; он скажет мне прямо.
Кай пожал плечами. «Это Мэйвен».
Я вдохнула, когда мужчина шагнул в свет. Его голубые глаза были того же оттенка, что и у моего лиса, а его золотые крылья и длинные белые волосы были сразу узнаваемы. Это был демон, который спас меня от падения насмерть.
«Ты». Слоан был на ногах, вставая между мной и Мэйвеном.
Он все еще Мэйвен?
«Да. Я. Можешь любезно отойти в сторону, чтобы я мог представиться своей внучке?»
«Твоей чему?» — пискнула я, явно ослышавшись. Медленная улыбка озарила рот пожилого мужчины, и за ним появилась Бабушка. «Бабушка?»
«Это правда, дитя. Этот мужчина — твой дедушка. Это долгая история», — ответила она, слегка поморщившись.
«Человек, который оставил тебя, когда ты была так близка к родам? Этот человек?» — потребовала я, скрестив руки. Я живо вспомнила выражение лица Бабушки, когда она рассказывала мне о нем.
Она, должно быть, увидела гнев, кипящий в моем выражении, потому что как раз когда я собиралась ударить этого парня по лицу, она встала между нами и начала тараторить без остановки.
«Сейдж, здесь гораздо больше, чем кто-либо из нас мог предположить. Похоже, мы все пешки на шахматной доске, а звезды управляют нашими ходами». Бабушка вздохнула, и я заметила, что она тоже выглядит измученной. Но она также выглядела... спокойной. Она получила ответы на что-то, что было огромной загадкой большую часть ее жизни.
Я подошла и обняла ее. «Я скучала по тебе, Бабушка. Так чертовски сильно».
«О, милое дитя. Я скучала по тебе еще больше. В этом я могу тебя заверить», — успокоила она, поглаживая меня по спине.
«Тебе нужно, чтобы я убила этого человека?» — прошептала я ей на ухо.
«Я слышал это», — проворчал Мэйвен — или, может быть, Рик?
«Я сама чуть не сделала это, когда пришла в себя после глупого обморока». Бабушка фыркнула, как будто это было неважно.
«Ты упала в обморок? Луной, Бабушка». Я снова потянулась к ней, готовая суетиться, но она отстранилась.
«Я в порядке, дитя. А теперь иди, познакомься с Риком». Она взяла меня за локоть и направила прямо к высокому демону.
«Ты демон... Как это возможно? Я думала, вы не можете легко размножаться, и все же, у вас вместе есть ребенок?» — спросила я смело. Если он собирался остаться, я не собиралась позволять ему снова обманывать мою бабушку.
«Действительно, я демон. Однако я был создан, а не рожден».
Брам чуть не поперхнулся, и я увидела несколько выражений шока на лицах остальных. Демон, который был создан?
«У меня есть некоторые теории, и я готов их обсудить», — сказал Рик, сложив руки перед грудью.
«Почему лис? Почему тогда? Почему ты никогда не раскрывал себя?» Вопросы лились один за другим, и я сделала глубокий вдох. Я хотела знать больше о том, как он стал демоном, но сначала мне нужно было знать, почему он расхаживал в моей жизни, как мой лучший друг, когда он не был животным.
«Я был лисом, потому что именно в это меня прокляли. Почему тогда? Ты имеешь в виду, почему я появился именно тогда?» — спросил он меня, и я кивнула. «Ах». Он издал глубокий смешок. «Честно говоря, я не уверен. Я сказал, что был проклят, но теперь я задаюсь вопросом, не было ли это просто частью неудачного эксперимента Азраэля. Поверь мне, я пытался превращаться годами. Каждый день, пробуя все, что мог придумать, и безрезультатно.
Все, что я знаю, это то, что когда я увидел, как ты перелетаешь через тот утес той ночью, я не смог остановиться. Прежде чем я успел рационально осознать, что я просто лис, я уже летел по воздуху. Прости, что у меня нет для тебя более конкретного ответа, но я благодарен, что был там и смог сделать то, что сделал».
Я изучала его лицо. Он был красив, и я могла заметить некоторое сходство между формой его носа и моей. Бабушка переминалась с ноги на ногу, наблюдая за нами. Я не хотела, чтобы ее сердце снова разбилось. Я всегда даю людям шанс; я не хотела быть слишком доверчивой здесь и позволить ковру выдернуть из-под меня. Кроме того, этот человек был моим лисом. Мэйвеном. Ворчливым маленьким пушистиком, который был источником безопасности и эмоциональной опоры в течение многих лет.
Я заставила себя улыбнуться. «Я тоже благодарна. Спасибо, что спас меня и что был рядом со мной все эти годы, даже если это был лис».
Он улыбнулся в ответ и кивнул мне, его щеки слегка порозовели от моих слов.
Кэм прочистил горло, разрывая момент и возвращая всех к делу. Он так хорошо справлялся с этим дерьмом. «Почему Азраэль сделал это с тобой? Без обид, но
почему он пошел именно за тобой?» Кэм также умел задавать трудные вопросы дипломатично. Он был большим, грубым...
«Прекрати эти мысли прямо сейчас, сладкая. Ты заставишь нас всех встать перед твоим дедушкой», — отчитал меня Фишер по связи.
«Ой, извини», — извинилась я, взглянув на Рыбку, но я видела, что все парни смотрели на меня, как на стейк. Мое лицо вспыхнуло, и я повернулась к Рику и Бабушке, уделяя им все свое внимание.
«Без обид. У меня было много времени, чтобы задаваться всеми этими вопросами, и приятно наконец иметь возможность говорить о вещах. Честно говоря, я думаю, он просто шел за мужчинами, у которых были эмоциональные связи с другими людьми, чтобы их можно было легко контролировать. У всей нашей команды были женщины или мужчины, которых они любили. У некоторых были дети. Тогда он использовал шпионов, чтобы высматривать потенциальные цели, как он делает сейчас с одаренными детьми. Он заманивал людей стабильной работой и отличной зарплатой. Работа была не сложной. Это был ручной труд на складе в Кингстауне — город
Мои глаза сразу же метнулись к парням. Конечно, не может быть, чтобы это был тот же склад.
Похоже, эта история займет некоторое время, поэтому я указала на кресло, чтобы он присел. Бабушка села напротив него в другое свободное кресло. Диван был набит моими парнями, но именно Кэм взял меня за руку, усаживая к себе на колени. Видимо, он не слишком зол на меня...
«И что случилось дальше?» — спросил Фишер, подавшись вперед с нетерпением. Он был самым восторженным из моих мужчин, когда дело касалось новой информации. Он действительно наслаждался этим.
Рик прочистил горло. «Когда Азраэль узнал, что моя жена беременна, мне повысили зарплату. Я был в восторге. Ничто не было для меня важнее, чем обеспечить мою жену, и чувство, когда знаешь, что появится ребенок? Боги, я бы сделал для них что угодно. Для тебя, Бетти, детка», — сказал он Бабушке с влюбленными глазами. У меня в животе закололо при упоминании ребенка.
«Как только он понял, что тебе нужна работа, он убедился, что ты останешься сотрудником, чтобы он мог следить за тобой», — сказал Кэм, озвучивая свои мысли.
Рик кивнул. «Интересно, что он никогда не встречал мою Бетт. По крайней мере, он никогда не делал этого в той форме, которую принимал как мой работодатель. Что касается моего превращения в демона, я думаю, он подмешивал что-то в воду на работе — это единственное, что имеет смысл. Это не так, что он заставлял нас стоять в очереди на уколы. Я бы никогда не согласился на это. Только после того, как он захватил меня, у меня начали проявляться признаки изменений».
«Мне никогда не нравился этот человек. Истории, которые ты рассказывал мне о его поведении... Это было неправильно». Бабушка ударила кулаком по подлокотнику кресла, ее лицо покраснело.
«Но потом он проклял тебя?» — спросил Слоан, возвращая разговор к вещам, которые мы все жаждали узнать.
«Однажды ночью меня вызвали на работу. Бетт была на поздних сроках беременности, поэтому я не хотел оставлять ее, но он настаивал. Когда я добрался до офиса, он был там. Он быстро связал меня — его сила была за гранью, так что ему не составило труда справиться со мной, особенно потому, что он застал меня врасплох. Меня посадили в клетку и куда-то перевезли. Там были и другие, хотя я не могу сказать, сколько их было. Я не уверен, как долго я прожил в этой клетке, поддаваясь изменениям и испытаниям, пыткам, беспокоясь о моей Бетт и нашем ребенке, которого я так и не увидел. Но однажды ночью я почувствовал, как магия ударила по моему телу, как грузовик, и в течение нескольких минут я стоял на всех четырех лапах. Я не сомневался; я просто проскользнул сквозь прутья клетки и сбежал».
«Святое дерьмо», — пробормотал Кай.
Бабушка нервно сплела пальцы. «Так это было своего рода благословением, что ты превратился в лиса? Иначе ты бы не смог сбежать».
Лицо Рика потемнело. «Благословением? Конечно, если бы это было что-то, что я мог контролировать, переключаясь между формами. Как есть, я был человеком, запертым в теле лиса весом в пятнадцать фунтов почти пятьдесят лет. Когда я наконец нашел дорогу обратно в Изумрудные Озера — что заняло гораздо больше времени, чем я предполагал, потому что какой-то человек поймал меня, думая, что делает мне одолжение, отправив в заповедник дикой природы — мне пришлось жить так, наблюдая, как моя семья живет своей жизнью без меня. Даже не зная, что я здесь. Это было худшее из пыток».
Я смотрела, как лицо Бабушки побледнело от его слов, и она пискнула маленьким «Ох». Она вела себя странно.
Рик потянулся к ней, притягивая к себе. «Все в порядке, Бетти, детка. Мы снова вместе — это главное».
Мы поговорили еще немного, прежде чем все начали голодать. Кай приготовил мне домашнее пико-де-гайо и гуакамоле, и я с удовольствием это съела, прежде чем другие парни добрались до этого. К тому времени, как они закончили, ни одной чипсы не осталось.
Я сочувствовала Рику, правда. И Бабушке. Я не могла представить ту боль, через которую прошли они оба. Одна мысль об этом заставляла мое собственное сердце болеть.
Когда парни начали уничтожать чипсы и соус, я улизнула, чтобы позвонить Миранде. В последний раз, когда я видела ее, она была в такой боли и отчаянии из-за Энни, и мне было интересно, как у них сейчас дела.
«Сейдж?» — ответил маленький голосок Энни, и мои глаза защипало от слез.
«Привет, милая! Как дела?» — ответила я, сдерживая эмоции.
«Я в порядке! Мама отвела меня играть с Ребеккой и Джесс в парке сегодня. Было очень весело, пока Ребекка не перестала говорить о мальчике по имени Тайлер из класса. Фу», — простонала Энни, и я могла представить, как она драматично прикладывает руку ко лбу.
«Фу, действительно. Мальчики — это самое худшее».
«Кроме твоих мальчиков, тетя Сейдж. О, и Лохматого. Он выглядит ворчливым, но на самом деле он не такой», — тараторила Энни, и я услышала, как Миранда спрашивает, с кем она говорит. «Это тетя Сейдж. Ага. Ладно. Сейдж? Мне нужно идти. Вот мама».
Я услышала звук перекладывания и затем смешок Миранды. «Привет».
«Девочки в ее возрасте уже говорят о мальчиках? Мы так делали?» — спросила я ее, вспоминая, когда мы были маленькими девочками.
«Ну, мы нет, а вот Кэт — да. Помнишь?»
«О боже мой, я совсем забыла об этом. Записки от тайного поклонника. А потом тот мальчик запечатал их обратно и подложил в стол мистера Уэлча!» — я смеялась до слез, вспоминая, как он открывал записки в классе, его лицо становилось все краснее и краснее.
«Хорошие времена». Она смеялась вместе со мной, а затем мы обе замолчали.
«Как все?»
«Гораздо лучше. С Энни в безопасности я чувствую, что могу дышать и быть более-менее нормальной. Однако мне стало труднее засыпать. Я сплю в ее спальне. Я не хочу выпускать ее из виду, Сейдж. Я не могу снова через это пройти», — прошептала она, в ее голосе звучала срочность и паника.
«Ох, подруга, я знаю. Я не могу представить...» — я замолчала, думая о том, что теперь я несу ответственность за две жизни и сделаю все, чтобы защитить их.
«Кстати, Хол был невероятен. Я не знаю, почему — я была с ним довольно жестока, говорила ужасные вещи. Пыталась ударить его по
Мои глаза вылезли из орбит. «Ты что?»
«Да, подруга, это было не лучшее время. Я не рекомендую пытаться сделать это с демоном, кстати. Это не было оценено», — серьезно сказала она, и я фыркнула.
«Я не думаю, что какой-либо мужчина оценит это», — возразила я. «Я рада, что ты нашла кого-то, на кого можно положиться».
«Он был очень заботлив по отношению к нам обоим. И он готовит. Готовит. Это как... кто этот мужчина? Мы еще не спали вместе, но я хочу».
«Фу. Он мой отец. Ты не можешь говорить мне это!»
«Что? — возмущенно спросила она. — Ты моя лучшая подруга. С кем еще я могу об этом поговорить?»
Я зажала нос. Она была права.
«Ладно, так почему ты еще... ну, знаешь?»
«Ну, я была не в себе некоторое время без Энни. До этого я не знала его достаточно, хотя я хотела узнать больше. Я просто не хотела затуманивать это сексом. А теперь, это как будто мужчина делает всю работу по дому и заботится о нас... это как медленное горение, тлеющая прелюдия», — тараторила Миранда, ее голос стал прерывистым.
«Мужчины, которые делают работу по дому, — это иголка в стоге сена. Боги, когда Кай готовит и носит этот фартук, я просто хочу наброситься на него», — добавила я в полном согласии.
«Да? Как, "о да, стирай эти вещи, большой мужчина. Жарь этот стейк, детка. Мни эту картошку!"»
Мы обе погрузились в истерический смех, пока я не схватилась за бок, слезы текли по моим щекам.
«Ты хочешь стейк и картошку на ужин?» — спросил глубокий голос по телефону, и Миранда пискнула от удивления. Моя рука прижалась к открытому рту, и я почувствовала, как мои щеки залились румянцем.
«Э-э... сколько ты слышал?» — спросила она Хола, пока я слушала, молча, как мышь.
«Достаточно», — промурлыкал он, и мои брови взлетели вверх. Девчачий смешок донесся до моих ушей, и я быстро попрощалась, отключив звонок, прежде чем услышать то, что никогда, никогда не хотела слышать. Или о чем думать. Фу.
Я откинулась на кровать, думая ни о чем и обо всем. Слоан и Энни были в безопасности. Мэйвен был не Мэйвеном, но у Бабушки снова был ее Рик. Кэм снова обрел своего брата. Я все еще не могла поверить, что у меня есть сестра... и что я скоро встречу ее. Надеюсь, она согласится переехать сюда. Это была еще одна эгоистичная вещь, которую сделала Лори, скрыв эту девочку, не дав ей узнать свою семью, и зачем? Чтобы использовать ее как пешку? Это было дерьмо, и это действительно меня злило. Я решила прямо сейчас, что сделаю все возможное, чтобы быть лучшей сестрой и помочь этой девочке делать все, что она захочет.
И дети. Девочки. Я положила руку на живот, удивленная, что он кажется твердым и слегка опухшим. Мои малышки.
Зевнув, я потянулась. Боже, я бы не отказалась от небольшого сна, что было смешно, потому что я не так уж долго не спала. Может быть, я уже чувствую ранние симптомы беременности? В этот момент мой желудок заурчал — тоже смешно, потому что я только что поела.
Дверь скрипнула, когда медленно открылась, и в проеме показалось красивое лицо Кая. «Привет, красивая Детка».
Я широко улыбнулась. «Привет, красивый Альфа».
Кай закрыл за собой дверь и лег, положив голову мне на колени. Мои руки нашли его волосы, как всегда, и он довольно заурчал, пока я массировала его кожу головы.
«Давай сделаем что-нибудь веселое сегодня вечером», — предложил он.
«Веселое? Например?»
«Хм, я не знаю. Что-то другое. Я думаю, нам нужно выбраться из дома». Он перевернулся на спину и посмотрел на меня.
«Я как раз хотела сходить в новый бар и гриль, который Мастер Руперт открыл в «Волшебных Палочках»?»
Кай оскалился. «Я за. Я так хотел туда попасть с тех пор, как Фишер рассказал мне о стене для лазания с членами!»
«О боги», — простонала я, притворяясь раздраженной.
УДИВИТЕЛЬНО, но все, казалось, были за и взволнованы идеей вечернего выхода. Я пригласила Бабушку и Рика, но она отказалась. Я не была уверена, как у них обстоят дела, но я была рада, что она хотя бы получила некоторые ответы.
Я сидела на переднем сиденье, пока Кэм вел машину. Мы были только вдвоем, так как остальные предпочли мотоциклы. Брам ехал на мотоцикле Кэма с Фарисом на пассажирском сиденье, и я могла только представить, какой разговор сейчас происходит.
«Ты прекрасно выглядишь, маленькая ведьма», — сказал Кэм, беря меня за руку.
«Спасибо. Ты выглядишь сексуально, в таком темном, убийственном стиле».
Он озорно улыбнулся и подмигнул. Его волосы были собраны в пучок на макушке, несколько прядей выбивались вокруг лица. Темные джинсы, ботинки и черная рубашка-поло завершали его образ. У меня потекли слюнки, когда я изучала его. Кэм был одним из самых горячих мужчин, которых я когда-либо видела. И одним из самых крупных. Его присутствие было не просто настроением, это было как целая собственность. Настолько сильная, что для ее удаления потребовался бы экзорцизм.
Кэм поерзал на сиденье, и я самодовольно улыбнулась. Я выбрала обтягивающие джинсы с высокой талией в сочетании с белой майкой с черным горошком. Я едва вырвалась из дома не трахнутой.
«Ты сердишься на меня?» — внезапно тихо спросила я, желая знать, где мы находимся.
Он взглянул на меня. «Я был. Я был в ярости».
Я кивнула. Это то, что я предполагала, так что это меня не удивило. «А сейчас нет?»
«Нет, детка. Я не в ярости. Не могу сказать, что я счастлив, но я понимаю, почему ты это сделала, но, черт возьми, неопределенность того, все ли с тобой в порядке? Это убивало меня», — проворчал он, проводя рукой по бороде.
«Мне жаль. Я просто не могла оставить его. Я люблю его».
Он протянул руку и взял мою в свою. «Я знаю, детка. Я тоже его люблю. Спасибо, что вернула его». Он поднес мою руку к своим губам и поцеловал костяшки. «Хотя я чуть не сломал ему лицо за то, что он сделал с тобой раньше».
Я прищурилась. «Это была не его вина».
«Тем не менее, это проблема, и нам придется найти решение. Я знаю, что он никогда бы не причинил тебе боль в здравом уме, но он пережил травму. Ему нужен терапевт; если бы мы все еще работали в «Радикал», его бы уже заставили. Слоан пережил
«Такой папочка», — пробормотала я, и он повернулся ко мне, притягивая ближе.
«Я покажу тебе папочку», — пригрозил он, его губы с жаром накрыли мои. Стон вырвался из меня, и он с жадностью проглотил его, его язык грабил мой рот, как будто он не мог насытиться. Когда я окончательно потеряла дыхание и была почти насквозь мокрой, он отстранился. «Я вылижу твою киску точно так же позже».
Мой рот открылся, и Кэм небрежно взял телефон из бардачка и выпрыгнул из машины.
Гребаный сексуальный, викинг-волосый, фантазийный, дьявольский член.
Я вышла из машины и увидела Рыбку с широко открытыми глазами. Он открыл дверь и помог мне выйти, очевидно, пытаясь не смеяться.
«Ты слышал это, да?» — спросила я, напоминая себе держать свои мысли взаперти. Особенно в отношении определенных вещей.
«Черт возьми, какое оскорбление. Хотя я подозреваю, что он воспримет все это заявление как комплимент. Мне особенно понравилась часть про дьявольский член». Фишер усмехнулся, когда мы подошли ко входу в «Волшебные Палочки».
«Заткнись», — прошипела я, смеясь под нос.
Рука Фишера скользнула мне на поясницу и продолжила опускаться, пока он не сжал горсть моей задницы. Я вздрогнула, взглянув на него. Это был не тот жест, который я ожидала бы от него, когда мы только встретились... но теперь так много изменилось.
«Я люблю, когда ты носишь такие джинсы», — сказал он, в его взгляде горел жар.
Лунные девы, я не знаю, что я буду делать с этими проходимцами.
«Не могу вас никуда взять, клянусь», — поддразнила я и быстро поцеловала его в пухлые губы.
«Вы двое собираетесь заходить или мы просто надеемся наесться по запаху еды?» — крикнул Слоан, и мы с Рыбкой виновато посмотрели друг на друга.
«Похоже, некоторые вещи никогда не меняются», — пробормотал он, ведя меня в здание.
«Он становится голодным и злым, как и я. Давайте поторопимся, прежде чем он драконит всех вокруг. Руперт убьет меня, если его гордость и радость будут разрушены».
Рука Фишера скользнула в мою, и мы последовали за остальными парнями мимо парадной лестницы к двойным дверям, ведущим в величественный бальный зал, который недавно был превращен в стейк-хаус. Легендарный бальный зал-дискотека и стрип-клуб все еще был наверху, в целости и сохранности. Это было просто новое приключение Руперта, и, судя по всему, в Изумрудных Озерах только об этом и говорили, пока мы были заняты борьбой со злом.
По комнате были стратегически расставлены круглые столы и большие деревянные кабинки вдоль стен. Ресторан был заполнен, и я улыбнулась при мысли о том, что Руперт становится еще более успешным. У всех есть мечты — иногда вам просто нужно следовать за ними и воплощать их в жизнь.
Брам отодвинул для меня стул в центре длинного стола, и я улыбнулась ему, садясь. Парни быстро заняли места, Брам сел с одной стороны, а Кай — с другой. Фарис, Слоан, Кэм и Фишер сели напротив. Мое сердце забилось быстрее, когда я
посмотрела на каждого из моих красивых парней. Они уже листали меню, обсуждая, что хотят поесть, и я вдруг поняла, что это наше первое групповое свидание. Это был первый раз, когда мы делали что-то, что делают нормальные пары.
В нормальной жизни не было бы ничего особенного в том, чтобы нарядиться и пойти поужинать и потанцевать. Проснуться рано утром в субботу, взять кофе и отправиться на фермерский рынок, или провести день, бродя по бесконечным тропам, вьющимся через Парк Перидота и дальше в холмистую местность.
Я хотела этих вещей. Жаждала их даже, и у меня был лишь этот очень маленький отрывок того, как это могло бы выглядеть. Мое зрение затуманилось от слез, и в полном единстве все мои мужчины посмотрели на меня.
«Что такое, Росток?» — мягко спросил Кай, его рука была на моем бедре.
Боги, они выглядели такими обеспокоенными. Мысль о том, что они переживают из-за моих слез, заставила меня задуматься, как все будет, когда здесь появятся девочки. Я фыркнула и рассмеялась. И смеялась все больше.
«О боги, извините. Правда, — сказала я, делая глубокий вдох, пытаясь успокоиться. — Я в порядке. Просто так счастлива». Я пыталась, правда пыталась держать себя в руках, но каким-то образом из моего горла вырвался сдавленный всхлип. Внезапно почувствовав себя подавленной, я закрыла лицо руками.
«Ой, Детка. Все в порядке». Брам обнял меня за плечи, и несколько слез скатились по моим щекам.
«Мы будем делать больше таких вещей, сладкая. Клянусь», — пообещал Рыбка, и я кивнула.
«Пожалуйста, не плачь, Рыжая. Я не вынесу этого», — прошептал Слоан, его голос был напряженным. Я схватила салфетку и прижала мягкую ткань к щекам, стараясь не испортить остатки макияжа.
«Здравствуйте и добро пожаловать в "Плиту". — Кай и Фарис подавили смех от нелепого названия. — Меня зовут Кейд, и я буду вашим официантом сегодня. Наши специальные предложения...»
«Абсолютно нет», — перебил официанта Брам.
«П-простите, сэр?»
«Ее». Брам указал через комнату на пожилую женщину, которую я узнала как Джоанну из «Ужина вовремя». «Мы хотим, чтобы она обслуживала нас».
«Брам», — отчитала я, глядя на Кэма за помощью, который посмотрел на Кейда, затем через плечо на Джоанну.
«Это все, Кейд. Спасибо», — сказал Кэм молодому человеку, и тот развернулся и ушел с опущенными плечами.
«Какого черта ты делаешь? Пытаешься уничтожить самооценку этого бедного мальчика? Вы все извинитесь перед ним, прежде чем мы уйдем, и оставите огромные чаевые», — возмутилась я.
«Мне не понравился его вид. Хорошее решение, мальчики», — вставил Фарис.
«Его вид? Мы что, в девятнадцатом веке?» Я вскинула руки. Что здесь происходит? Счастливая, плачущая, злая... о. Детка. Младенцы.
«Джоанна! Давно не виделись. Как дела, куколка? Новая работа?» — Кай поприветствовал женщину, и я обуздала свое дикое настроение.
«Привет, Кай, — сказала она, а затем кивнула мне. — Привет, Сейдж». Джоанна тепло улыбнулась, и я почувствовала, как расслабляюсь, отвечая на улыбку. «Да, мне нужно было устроиться на работу, чтобы немного подзаработать, так что я здесь».
Мы немного поболтали, прежде чем она приняла наши заказы на напитки. Парни заказали смесь пива и крепкого алкоголя, поэтому, когда я заказала диетическую докторскую пепси, я удостоилась нескольких любопытных взглядов.
«Вы готовы заказать еду или хотите сделать это, когда я вернусь с напитками?» — вежливо спросила Джоанна, и я поняла, что даже не взглянула на меню.
«Мы будем готовы, когда ты вернешься», — сказал
Я взглянула на Фариса, который с пристальным вниманием смотрел на свой стейк-нож. «Фарис, ты увидел что-то, что хотел бы попробовать?»
Его глаза встретились с моими. «Я собираюсь спросить насчет пасты».
Брам фыркнул. «Конечно. А как насчет очень редкого стейка?»
«Я не хочу заказывать целый стейк. Что, если он мне не понравится?» — спросил Фарис, выглядя немного напряженным.
Лицо Брама смягчилось, он тоже уловил дискомфорт Фариса. «Я собирался заказать огромный стейк, и я всегда беру редкий. Ты все еще можешь заказать свою пасту и попробовать мой стейк, если хочешь?» — предложил он, и Фарис кивнул.
Это была одна из тех вещей, которые я любила в своих парнях. Они были так чутки и сострадательны друг к другу; мне нравилось видеть это.
«Чему ты улыбаешься, сладкая?» — спросил Фишер.
Я оглядела каждого из моих мужчин. «Мне просто нравится, как мы все вместе. Та любовь, которую вы испытываете друг к другу, делает меня такой счастливой». Мне также нравилось видеть их вместе. Прикасающихся. Целующихся. Мои щеки залились румянцем, и Фишер тихо застонал.
Глаза Слоана сузились на мне. «О чем ты думаешь, котенок?»
Все глаза были на мне, и я заерзала на стуле. «Ни о чем», — солгала я.
Брам усмехнулся. «Ты думаешь о нас голыми, не так ли?»
«Она точно думает», — поддразнил Кай.
«Вместе. Она думала о нас голыми. Вместе», — подсказал Рыбка, и я притворилась возмущенной, что он выдал мои секреты. Но это не было секретом.
Фарис драматично ахнул и подмигнул мне, высовывая свой пирсинг в языке между пухлыми губами.
«Ладно. Да, я признаю. — Я понизила голос до шепота. — Это просто так горячо. Горячее всего, что я когда-либо видела. Так что, пожалуйста, если вы хотите сделать что-то подобное, просто следуйте туда, куда ведут ваши члены».
Кэм расхохотался, и остальные присоединились. «Ты поощряешь нас спать вместе?» — спросил он, когда успокоился.
Я пожала плечами. «Пока мы верны людям за этим столом, я не вижу в этом проблемы». Судя по количеству ерзаний на стульях и незаметных рук, скользнувших под стол, у них тоже не было проблем с этим. Я улыбнулась и развернула салфетку. Служит им правильно, пытаясь завести меня.
Джоанна вернулась с нашими напитками в этот момент, и мы сделали заказ.
«Хорошая идея — вытащить нас из дома, Рыжая». Слоан поднял свой бокал за меня и сделал маленький глоток.
«Ну, это была не только моя идея, — ответила я, разглаживая рубашку. — Это была идея Кая».
Следующие пятнадцать минут мы говорили и смеялись. Ароматы жареного мяса и чеснока разносились по открытому залу, и я была уверена, что мы все готовы наброситься на еду, как только Джоанна и другой официант появятся с нашими заказами.
«Наслаждайтесь», — сказала она нам с улыбкой, убедившись, что нам больше ничего не нужно.
«Выглядит просто офигенно», — весело сказал Кай, осматривая свой рибай. Парни предупреждали меня, что он может быть немного придирчивым к еде, когда ест вне дома, чему он с радостью признался.
Я уставилась на свою тарелку. Я тоже заказала рибай с печеной картошкой и грилем из спаржи. Запах чего-то ужасного ударил меня по лицу, как пощечина, и я почувствовала, как побледнела. «Что это за запах?» — процедила я, пытаясь дышать через рот.
«Я заказал брокколи с начинкой — может быть, это оно?» — спросил Кэм, указывая вилкой на кучу зелени, щедро покрытой расплавленным сыром. Я схватила бокал с диетической докторской пепси и сделала глоток.
«Ты в порядке, сладкая? Ты была... немного не в духе сегодня вечером», — осторожно спросил Рыбка, как будто имел дело с бомбой замедленного действия. Я полагаю, в некотором смысле, так оно и было.
«Да, — вздохнула я. — Прости. Просто много всего произошло. Мне нужно просто насладиться вечером с моими мужчинами».
«Я согласен с этим заявлением, Детка. Позволь нам позаботиться о тебе и показать тебе хороший вечер». Брам отрезал кусок своего стейка, как раз когда я взглянула, и я заметила кусочек сырого мяса.
«О боги, извините меня на минуту». Я резко встала, чуть не опрокинув стул в спешке добраться до туалета. Я не оглядывалась, чтобы увидеть, идет ли кто-то за мной; я знала, что хотя бы один из них последует. Я обеими руками толкнула дверь в женскую комнату и направилась к самой большой кабинке как раз вовремя.
Жестокий. Это было лучшее слово для описания того, что произошло в той кабинке. Меня никогда так сильно не тошнило в моей жизни.
«Росток?»
«Ммм? Здесь. Одну секунду», — выдохнула я, хватая туалетную бумагу и вытирая рот. Смыв все, я вышла из кабинки и увидела Кая, прислонившегося к стене у раковины.
«Что происходит, Детка? И не говори, что ничего, потому что я знаю, что что-то есть», — твердо сказал он. Я не ответила, сосредоточившись на мытье рук. Он протянул мне бумажное полотенце, когда я закончила, и приподнял брови с ожидающим видом.
«Давай вернемся за стол», — мягко сказала я.
Он прищурился, оценивая меня. Его взгляд начал скользить по моему телу, и мне нужно было остановить это, прежде чем он догадается, что на самом деле происходит. Я хотела рассказать им всем вместе.
«Ты только что блевала здесь как ненормальная. Ты не вернешься за стол — я отвезу тебя домой», — сообщил мне Кай, беря меня за руку и открывая дверь.
«Что? Нет. Я в порядке. Мне уже намного лучше», — выпалила я, слова вылетали быстро.
«Мы можем попробовать снова скоро. Ты явно заболеваешь, и Альфа во мне настаивает, чтобы я отвез тебя домой, уложил в постель и позаботился обо всем, что тебе может понадобиться. Так что, пожалуйста, Детка. Пойдем домой», — сказал он, беря мою руку и прикладывая к своему сердцу.
Я не хотела причинять ему боль. Или кому-либо из них, когда-либо. У каждого из нас разные желания, надежды и порывы — вещи, которые делают нас теми, кто мы есть. Для Кая забота о его паре, когда она плохо себя чувствует, была чем-то, что стояло на первом месте в списке его потребностей.
«А как же еда? Остальные?» — спросила я, уже смирившись с тем, что уйду.
«Они сейчас упаковывают все в коробки. Мы устроим пикник дома, в гостиной. Как тебе такой вариант?» — спросил Кай с маленькой улыбкой на губах.
«Это на самом деле
Парни были все на взводе. Я чувствовала, как каждый из них наблюдает за мной, пока мы собирали наши вещи в ресторане и направлялись на улицу. Кай отвез меня домой на машине, а Кэм отогнал мотоцикл Кая обратно. Слоан был приклеен ко мне с того момента, как я вышла из туалета в ресторане, а затем, когда мы вернулись домой, он открыл мою дверцу и проводил меня в дом. Убедившись, что я уютно устроилась в углу дивана с пледом, он исчез на кухне. Я протестовала, когда он загнал меня сюда, говоря, что мне нужно взять свою еду, но Слоан не слушал.
Фарис сразу же вошел и теперь прижимался ко мне.
«Ты в итоге попробовал стейк Брама?» — спросила я его, переплетая наши пальцы.
Он покачал головой, вздохнув. «Нет. Мы все были очень обеспокоены, Светлячок».
«Мне жаль, — пробормотала я. — У нас есть одно групповое свидание среди всего этого дерьма, и...»
«Эй, эй, без этого», — отчитал Рыбка, присоединяясь к нам на диване. Он протянул мне стакан воды, который я сразу поднесла к губам, пока он ставил свою тарелку на журнальный столик. «Слоан просто режет твой стейк, так что это займет секунду».
Я поперхнулась, маленькие струйки воды потекли по моему подбородку, пока я проглатывала и кашляла несколько раз. Мой милый Гадюка принялся массировать мою спину, пока я не пришла в себя. «Прости, ты сказал, что Слоан режет мой стейк?»
Фиш одарил меня улыбкой. «Да, именно это я и сказал. Он как новый человек».
«Не давайте Слоани Балони слишком много кредитов. Ему пришлось играть в камень, ножницы, бумагу и со мной, и с Кэмом, чтобы получить эту честь», — объявил Кай, двигаясь по комнате с той грацией, которая была присуща только ему.
Как раз в этот момент к нам присоединились Брам, Кэм и Слоан.
«Держи, детка», — сказал Кэм, ставя мою тарелку на колени и быстро целуя меня в лоб.
«Спасибо», — ответила я, улыбаясь моему огромному светловолосому парню. Звездами, он был чертовски сексуален. Я видела, как его глаза потемнели, словно он знал, о чем я думаю.
«Детка, я подумал, что, возможно, спаржа вызвала твое недомогание раньше. Она сильно пахла, поэтому я попросил Джоанну упаковать и салат. Если ты предпочтешь его вместо этого, просто скажи слово», — небрежно объяснил Брам, как будто такой уровень внимательности был обычным делом для любой женщины.
«Энергия папочки», — объявил Фарис, закидывая руку на спинку дивана. Я откинула голову назад и рассмеялась, потому что он был так прав.
«Похоже, у тебя появилась конкуренция, Громовой Папочка», — поддразнил Кай, подмигнув Кэму.
«Ну, вы все скоро станете папочками, так что не дразните его слишком сильно», — сказала я, откусывая кусочек картошки, а затем подняла глаза, когда все звуки поддразнивания и шуток прекратились. Вдруг стало так тихо, что я слышала сверчков снаружи. Буквальных сверчков.
«Прости, что ты только что сказала?» — спросил Фишер, его рот был слегка приоткрыт.
Сын шлюхи. Мои щеки залились румянцем, когда я оглядела комнату, и на каждом лице застыл спектр эмоций, от шока до надежды и страха.
«О боже мой, ты беременна?» — слова Кэма вырвались резким, сдавленным голосом. Он поставил свою тарелку на стол и втиснулся на пол рядом со мной, его руки были на моих бедрах. «Это правда, маленькая ведьма?» Его изумрудно-зеленые глаза сияли любовью и слезами. Когда я кивнула, он зарылся лицом в мои колени, его плечи дрожали.
«У меня будет детеныш? Святое дерьмо, где мы будем его держать?» — прошептал Кай.
«Сладкая, это потрясающе. Я так тебя люблю», — пропел Фишер, протягивая руку к моей.
«Нам нужно немедленно составить список. О, реестр. Вот что нам нужно. Я сейчас открою Таргет. Моя сестра всегда хвалила их детский отдел», — затараторил Кай, вскакивая и расхаживая, нажимая на своем телефоне.
«Детка, — хрипло сказал Брам, вытирая щеку. — Когда ты узнала?» Он и Слоан стояли, Кай расхаживал между ними.
«Только пару дней назад», — солгала я. Технически я подозревала с тех пор, как нашла рисунок в сгоревшем доме Миранды, но я считала разговор с Вейрином официальным моментом.
«Я хочу принимать роды», — вставил Фарис, и Слоан быстро убил эту идею.
Я приподняла брови. Прости, мистер, но я думаю, у нас будет разговор по этому поводу.
Все теперь говорили, еда была забыта. Я провела рукой по волосам Кэма. Он до сих пор не отрывался от моих колен, и я не хотела его торопить.
Я не была уверена, какой реакции ожидала от них, но я еще не раскрыла самую важную часть. В разговоре наконец наступил перерыв, и я прочистила горло.
«Их двое. Младенцы. У нас будут близнецы».
Глава 21. Сейдж
«Близнецы?» — прохрипел я, поднимая голову, чтобы посмотреть на Сейдж. Я едва мог дышать от переполнявшей меня радости.
Сзади раздался громкий стук, и Фарис взлетел с дивана, как черт из табакерки. «О боже мой, демон упал!» — закричал он, падая на пол.
«Он упал в обморок? Черт, вытащите меня из этого угла», — попросила Сейдж, протягивая руки. Как только она встала, она опустилась на колени рядом с Фарисом и очень бледным Брамом.
«Детеныши», — мечтательно сказал Кай, с глупой улыбкой на лице. Он взглянул на меня, и мы обменялись взглядами, которые сказали больше, чем слова когда-либо могли.
«Я не могу поверить, что он упал в обморок». Слоан фыркнул, покачав головой.
Сейдж одарила его взглядом, который мог бы иссушить мужские яйца. «Это большое дело, Слоан».
«О, я знаю, что это...»
Она перебила его. «Ты бы не стал смеяться над Брамом. Бьюсь об заклад, звезды наградят твою дочь твоей невероятной способностью к сарказму».
«Мою что?» — прошептал Слоан. Я знаю, что я определенно слышал, что она сказала, и все остальные тоже, судя по тому, как мы все навострили уши.
«Маленькая девочка? Ты уверена?» — спросил Фишер в благоговении. «И она дочь Слоана?» Клянусь, все его тело качнулось, и он покачнулся на ногах.
«Это то, что сказал мне Вейрин, дракон. Я знаю это всем своим существом», — ответила она, когда Брам застонал, приходя в себя.
Все теперь смотрели на Слоана, и его лицо побледнело. «М-моя маленькая девочка?» Внезапно его глаза закатились, и он тоже упал.
«О черт, кто-нибудь, схватите его!» — крикнул я, так как он был следующим, кто упал в обморок. Фишер
«Ну, это прошло хорошо», — пробормотала Сейдж, садясь на край дивана.
Кай был так взволнован, что практически порхал по комнате. «Детка? Ты сказала, их двое. Это две маленькие девочки?»
Все взгляды снова были прикованы к нашей паре, когда она улыбнулась, прижав руку к животу. «Они обе девочки. Я хочу, чтобы вы все знали, что это не было ожидаемым. Я имею в виду, у меня был цикл течки, но я принимала меры предосторожности своими заклинаниями и пила чай противозачаточный. Я всегда хотела быть мамой, но я представляла это немного иначе», — объяснила она, вытирая ладони о бедра.
«Ты несчастна? Из-за этого?» — мягко спросил Фишер. Я знаю, что это был вопрос, который мы все задавали себе.
Сейдж вздрогнула, подняв на нас глаза. «Звезды, нет». Она снова улыбнулась, выглядя абсолютно сияющей. «Это не то время, которое я бы выбрала, но это то, как такие вещи работают, да? И просто чтобы вы знали — девочки не обе дочери Слоана».
Ну, это еще одна бомба. Боже, я никогда не был так взволнован...
«Ты собираешься сказать нам, кто второй отец, Детка?» — спросил Брам. Он выглядел немного лучше, хотя его лицо все еще было бледным.
«Я хочу, чтобы вы все знали, прежде чем она скажет нам, что независимо от того, кто является биологическими отцами этих девочек, я буду любить их и лелеять. Я воспитаю их как продолжение себя, потому что вы все моя семья», — объявил Кай, и мы кивнули.
«Хорошо, поднимайся», — сказал Фишер, помогая Слоану сесть и прислонив его к дивану.
Слоан моргнул и посмотрел на нас. «Это не было запланировано». Он провел рукой по волосам, и Сейдж рассмеялась, даря ему взгляд, полный любви.
«Я чувствую то же самое, что и Кай, — заговорил Фарис. — У этих детей будет шесть замечательных отцов и самая красивая мать во всех мирах».
Улыбка тронула мои губы, когда я смотрел, как щеки моей маленькой ведьмы покрываются румянцем. Мне было любопытно, кто был отцом второго ребенка, и я бы солгал, если бы сказал, что не надеялся, что это буду я. Но в словах парней была правда. В конце концов, это не имело значения. Обе эти маленькие принцессы будут моими так же, как и их.
«Брам».
«Да, принцесса? Что тебе нужно?» — спросил он, подползая к ней поближе.
Она улыбнулась ему. «Другой ребенок — твой».
Кай наклонился и хлопнул Брама по плечу. «Только представь, какие у нее будут красивые волосы! Бьюсь об заклад, у нее тоже будут веснушки. Боги, я не могу дождаться, чтобы встретить их!»
Брам все еще был ошеломлен тишиной, и у меня сами собой потекли слезы, когда по его щекам потекли слезы. «Я сделал ребенка? Настоящего ребенка», — выдохнул он. Он, казалось, был в шоке, что было понятно, учитывая трудности его расы с фертильностью.
«Да, моя любовь. Мы сделали ребенка, и она будет свирепой».
«Кто-нибудь может принести воды? Я думаю, я могу снова упасть в обморок», — сказал Брам, вытирая щеки.
Фарис вылетел из комнаты как пуля и через секунду вернулся, протягивая бутылку воды плачущему демону.
«Я не могу в это поверить». Я оглядел своих братьев и свою пару — нашу семью. «Мы станем отцами!» — прогремел я, и Кай завопил, вскинув кулак в воздух.
«Это лучший день!» — закричал он, и Сейдж хихикнула.
«Я люблю вас, ребята», — сказала она, уделяя время, чтобы посмотреть на каждого из нас, ее слова звучали с искренней преданностью.
«Мы любим тебя еще больше, сладкая. Теперь ты станешь матерью наших детей. Как же нам повезло?» — спросил Фишер, обращаясь к никому в частности, просто делая наблюдение.
Кай сел рядом с Сейдж, взял ее за подбородок и повернул ее лицо к себе. Их губы встретились в спешке, и она заскулила, когда Брам сжал ее бедро. Она откинулась назад, притягивая Кая так, чтобы он оказался над ней, пожирая ее рот.
«Не заводись», — предупредил Слоан, и Сейдж оттолкнула Кая, уперевшись ладонями в его грудь. Приподнявшись, она посмотрела на Слоана с вызовом в суженных глазах.
«Прости?» — потребовала она, и я увидел, как Фишер и Фарис, казалось, отпрянули от тона ее голоса.
«Что? Теперь ты не можешь заниматься сексом. Ты беременна! Близнецами!» — воскликнул Слоан, возмущенный.
«Ты сошел с ума, если думаешь, что я буду три месяца без секса», — возразила она.
«Три месяца?» — спросил я в замешательстве. Младенцам нужно девять месяцев.
«По-видимому, демоны и драконы вынашивают быстрее, чем ведьмы и люди. Мне сказали, что максимум им понадобится четыре», — спокойно объяснила Сейдж, все еще сверля Слоана смертельным взглядом. «По моим подсчетам, у меня осталось около трех месяцев? Но, скорее всего, я рожу на пару недель раньше, так как это близнецы. К тому же, с их сумасшедшей генетикой, кто знает?»
«Я никогда не слышал, чтобы женщине нельзя было заниматься сексом во время беременности», — подозрительно сказал Кай.
«Ах да, но это потому, что эти женщины не были беременны моим ребенком», — добавил Слоан, и, святое дерьмо, если бы взгляды могли убивать, он был бы мертв пять раз.
Сейдж выскользнула из-под Кая. «Я все еще буду заниматься сексом. Это мое тело».
«Я думаю, я в некотором роде согласен со Слоаном», — сказал Фишер. Ее ядовитый взгляд метнулся в его сторону, и он пожал плечами. «Что, если что-то случится?»
Она скрестила руки, приподнимая груди и отвлекая меня до чертиков. «Если ты так обеспокоен, тогда я не буду заниматься сексом с тобой. Или с ним». Сейдж указала на Слоана.
Руки Фиша взлетели вверх в знак капитуляции. «Эй, сладкая. Ты знаешь, что я хочу тебя. Я всегда тебя хочу. Я просто хочу, чтобы все было безопасно». Тело Сейдж расслабилось от его слов, и он подмигнул ей.
Гладкий ублюдок.
«Я думаю, если мы будем осторожны, все будет в порядке», — настаивал я.
Кай прорычал. «Вы ведете себя так, будто я собирался швырять ее по комнате».
«Секс не вреден во время беременности — на самом деле, некоторые женщины хотят его больше, чем до беременности», — добавил Фарис, и мы все посмотрели на него в замешательстве. «Что? — спросил он. — Я смотрел видео».
Лицо Брама было искажено в замешательстве. «Ты смотрел видео о сексе во время беременности?»
Фишер расхохотался. «Это "видео" случайно не было порно?»
Лицо Фариса покраснело, как я никогда не видел.
«О
«Я хочу, чтобы вы знали, они были очень познавательными, и женщины, казалось, прекрасно справлялись с этим». Он скрестил руки и приподнял бровь в ответ на вызов.
«Ладно, парень. Мы тебе верим», — серьезно сказал ему Брам с ноткой веселья.
Сейдж так широко улыбалась, что это напомнило мне о том, как мы встретились впервые — как беззаботно она дарила нам свою улыбку и как ее внутренний свет сиял для всего мира. С тех пор многое произошло, и все же, вот она.
«Мы можем поговорить подробнее о всех тонкостях беременности позже. Я сейчас немного голодна, так что давайте на самом деле поедим эту потрясающую еду, хорошо?» — предложила Сейдж, и мы все согласились. Было трудно есть, когда хочется постоянно улыбаться, но каким-то образом мы наконец смогли закончить наши ужины.
НА СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО я открыл глаза и увидел пару великолепных, голых, идеально круглых грудей, подпрыгивающих у моего лица.
«Тсс», — прошептала Сейдж, прикладывая палец к моим губам, пока она вращала бедрами.
«Боже», — прошипел я, чувствуя, как ее влажная киска сжимает мой член, как тиски. Сейдж схватила мои руки и положила их себе на ягодицы, поощряя меня натягивать ее на мой член и обратно.
«Трахай меня, Папочка», — застонала она, откидываясь назад и кладя руки на мои бедра. Ее восхитительное тело вытянулось перед моими глазами, влага между ее бедер блестела. С рычанием я перевернул нас, прижимая ее под себя и легко скользя в ее тугое тело.
«Да, вот так», — подбадривала она, ее ногти царапали мою спину, когда она прижимала меня к себе. То, как ее бедра раскрылись навстречу моему гораздо более крупному телу, было для меня таким возбуждением, и я почти мог представить, насколько горячо мы должны были выглядеть в этот момент.
«Ты такая непослушная маленькая ведьма», — прохрипел я у ее теплой шеи.
«Такая непослушная для тебя», — выдохнула она, выгибая бедра навстречу моим толчкам. Ее маленькие руки сжали мои ягодицы, царапая меня, желая, чтобы я был глубже.
«Ты хочешь мою сперму, детка?»
«Да, дай мне это, Кэм. Трахай меня», — застонала она, закусывая губу, пытаясь не закричать, когда я ускорился. Знакомое покалывание в яйцах начало нарастать, когда они подтянулись к моему телу, и я просунул руку между ее ног, надавливая на ее клитор.
Не было ничего прекраснее для меня, чем то, как ее тело выгнулось, ее розовые соски затвердели. Ее руки сжали простыню, когда она кончила, пульсируя вокруг моего члена и выкрикивая мое имя, пока я трахал ее, пока наконец не залил ее струей за струей своего горячего семени.
«Кэм...» — тихо вздохнула она, и ее спина наконец снова коснулась матраса с мягким стуком. Я наклонился, убирая влажные волосы с ее раскрасневшегося лица. Мой член все еще был глубоко внутри, где ему и место — где я был нужен. Ее тело дрожало, когда я позволил своим пальцам провести линию от ее щеки до пупка.
«Я люблю тебя», — страстно объявил я. Мой член выскользнул из ее тепла, и я сполз по ее телу, целуя ее слегка припухший нижний живот. «И я люблю тебя».
Сейдж запустила руки в мои волосы и улыбнулась, когда я прижался щекой к ее чуть более округлому животу. «Ты самый нежный мужчина».
«Я не знаю насчет этого, маленькая ведьма. Не многие видели меня таким, какой я с тобой. Черт, я никогда не видел себя таким. Ты делаешь меня лучше», — сказал я ей, и это была абсолютная правда. Я делал ужасные вещи во имя борьбы за лучший мир, но они все равно оставались зверствами, независимо от причины.
«Я люблю тебя, Кэм». Она продолжала гладить мои волосы, а я прижимался к ней. «Не говори Слоану о том, что мы только что сделали. Я думаю, он напуган».
Я рассмеялся. «Он определенно напуган. Это парень, который до недавнего времени был аллергичен к чувствам».
«Как я и сказала... давай просто не будем упоминать горячий секс». Она усмехнулась. «Кто-то сказал "горячий секс"?» — голос Кая донесся через дверь за мгновение до того, как она открылась, и он замер. «О черт, да. Я чувствую запах». Его глаза вспыхнули, когда он увидел нас двоих, лежащих голыми, в объятиях друг друга. «Душ может быть хорошей идеей, если ты не хочешь, чтобы Слоани разбил вам задницы».
«Это можно устроить», — пробормотал я, не особо желая вставать.
«О, вот твой телефон, Кэм. Хантер звонил несколько минут назад. У него есть новости, я думаю. Я сказал ему, что ты перезвонишь». Кай протянул мне телефон и с жадностью посмотрел на Сейдж. Вздохнув, я отодвинулся от кровати и направился в ванную, а звуки урчания Кая и смеха Сейдж следовали за мной всю дорогу.
Я быстро принял душ, не теряя времени, потому что хотел услышать, что скажет мой брат. Боги, это все еще было так странно для меня. После того, как я так долго думал, что он мертв, внезапно снова иметь его в своей жизни было невероятно. Мы снова сблизились, как будто не прошло десяти лет, будто мы все еще были теми мальчиками в машине в тот день, когда ехали в хижину. Мое сердце сжалось от мыслей о наших матерях — они были бы в восторге, если бы стали бабушками.
«О, Кай!» — крик Сейдж был достаточно громким, чтобы я услышал его сквозь шум воды, и я злобно ухмыльнулся, задаваясь вопросом, что он с ней делает. Моя маленькая ведьма всегда была готова к нам; это было заразно. Она была алтарем, у которого мы поклонялись и преклонялись. Каждый раз, когда она принимала нас, она делала нас целыми.
Я выключил воду и вытерся, звуки тяжелого дыхания и скрип кровати доносились из ее спальни. Как ни весело было делить нашу женщину между собой, я знаю, что каждый из нас ценил возможность побыть с ней наедине, поэтому я не торопился, садясь на стойку, чтобы позвонить Хантеру.
Он сразу же ответил. «Си-Джей».
«Привет, что случилось? Все в порядке?» — спросил я, услышав, что он на громкой связи. «Ты за рулем?»
«Да. Планы изменились». Хантер звучал немного раздраженно, поэтому я сразу насторожился.
«Что случилось?» Я услышал возню, а затем приглушенный крик, похожий на «ублюдок». «Хантер? Кто это был?»
«Фу, слушай, Кэм. Я должен был это сделать. Она как дикая кошка и не слушала доводов. Мне пришлось принимать решение на месте», —
«О, ради бога. Я волнуюсь».
«Ферн и я будем в Изумрудных Озерах через несколько дней, хорошо? Это долгая история, и я расскажу тебе все, когда мы приедем. Если я сначала не убью ее», — мрачно добавил он, и мой рот открылся.
«Хантер Джеймс, — прошипел я. — Ты не причинишь вреда сестре моей пары. Что с тобой?»
Он саркастически рассмеялся. «О, ты скоро увидишь, брат».
С этими словами он завершил звонок, и я глубоко вздохнул. Какого черта это было? Я прислушался на мгновение и, не услышав звуков секса, соскользнул со стойки и вошел в спальню.
Великолепное зрелище ожидало меня, и я сглотнул. Кай лежал на спине, а Сейдж лежала на нем, давая мне четкий обзор обеих ее восхитительных дырочек, теперь блестящих от нашей спермы. Она повернулась, глядя на меня через плечо с диким блеском в глазах.
«Ты ненасытна, маленькая ведьма, — усмехнулся я. — Лучше получите наши члены сейчас, потому что твоя маленькая сестра будет здесь через несколько дней».
«Что?» — закричала она, скатываясь с Кая, несмотря на то, что он тянулся к ней.
«Да, Хантер сказал, что что-то случилось, и ему пришлось импровизировать. Похоже, у нас будет еще один сосед по дому». Я взял боксеры, шорты и черную майку.
«Я должна поговорить с Бабушкой прямо сейчас!» Сейдж направилась к двери, и Кай прочистил горло.
«Ты что-то забыла?» — спросил он с усмешкой.
Она посмотрела вниз и покраснела. «Ой. Ну ладно. Я сначала приму душ, а потом поговорю с Бабушкой». Мы оба смотрели, завороженные, как ее задница подпрыгивает, когда она проходила мимо. У нее были самые сексуальные ямочки на бедрах и ягодицах. Я подавил желание последовать за ней и вылизать каждую из них.
Кай вздохнул, плюхаясь обратно на кровать, закинув руки над головой. «Нам так чертовски повезло, чувак».
«Нам повезло. Мы не должны забывать об этом», — предупредил я, но это было не в адрес Кая. Это было напоминание для самого себя.
«Две маленькие девочки, Кэм. Можешь в это поверить? Боги, я уже влюблен в них», — разглагольствовал Кай, и я улыбнулся. Он всегда был любовником, даря всем свой солнечный характер. Это была одна из вещей, которые я любил в нем больше всего. Он мог развеселить любого, заставить каждого почувствовать себя важным и ценным.
«Ты будешь отличным отцом».
Его глаза метнулись к моим. «Ты так думаешь?»
«Я, блядь, знаю это, Кай. Ты один из лучших людей на этой планете».
«Ты тоже. Поэтому она так сильно тебя любит», — сказал Кай, слегка потягиваясь. Мои глаза скользнули по его стройному телу к его полустоящему члену, который красиво лежал на его прессе. Ради бога, я только что трахал Сейдж, как одержимый, и теперь я здесь, глядя на член Кая, наслаждаясь тем, как он блестит от следов ее оргазма. Рука Кая сжала его яйца, и я перевел взгляд на его глаза.
Попался.
«Я — Э-э, мне лучше спуститься вниз», — выдохнул я, поправляя себя.
«Да, тебе лучше», — согласился Кай, но он не убрал руку, и его глаза не отрывались от моего лица. Мое сердце билось как бешеное. Боги, мы все превратились в сексуально-озабоченных зверей.
«Ты присоединяешься к миру живых сегодня, или мы должны планировать наш следующий шаг без вас, ребята?» — крик Слоана донесся снизу и был отчетливо слышен через дверь.
Я вздохнул и начал собирать волосы в пучок. «Сейчас буду!» — крикнул я в ответ, засовывая телефон в карман.
«Эй, Громовой Папочка?»
Я остановился прямо перед дверью и оглянулся.
«Скоро», — промурлыкал Кай, оскалившись в острой улыбке, лениво поглаживая свой теперь очень твердый член.
Наши глаза встретились с обжигающим жаром.
«Скоро, маленький Альфа», — пообещал я, и я очень насладился маленьким скулежом, сорвавшимся с его губ, когда я вышел из комнаты.
Глава 22. Слоан
«Бабушка?» — позвала я, открывая дверь ее коттеджа. Я не видела ее снаружи, поэтому надеялась, что она дома.
«Здесь!» — крикнула она, ее голос доносился из маленькой кухни.
Я сглотнула и сделала несколько вдохов, прежде чем войти. В последний раз, когда я была в ее доме, была та ночь, когда Лори заманила моих мужчин в ловушку и... Нет. Я не могу туда. Решительно покачав головой, я отогнала эти мысли и прошла дальше в ее дом.
«Что во имя кометы Галлея...» — я замолчала, увидев состояние ее обычно очень опрятной, безупречной кухни. Сейчас она была заставлена коробками, которые, казалось, были снесены либо с чердака, либо из кладовки.
«Мне нужен твой совет, дитя. Заходи, быстрее. Я отправила Рика в магазины с Рэнди». Мы обе посмотрели друг на друга и расхохотались.
«О, ты абсолютно злая, Бабушка». — Я усмехнулась, плюхаясь на пол прямо рядом с ней. «Что мы делаем?»
«Я ищу книгу заклинаний. Я думаю, что могла совершить ужасную ошибку, и я пытаюсь это проверить, прежде чем признаться в чем-то чудовищном», — пробормотала Бабушка, лихорадочно роясь в коробке.
«Что? — спросила я, потрясенная. — Что ты могла сделать такого, что можно было бы классифицировать как чудовищное?»
Ее пальцы мелькали, пролистывая стопку бумаг. «Ну, был тот инцидент с Джинсовым Дэном и Кожаным Ларри. Два материала не очень хорошо сочетались, и...»
Я подняла руку, качая головой. «Нет. Нет. Давай вернемся к делу».
Она драматично откинула голову назад и посмотрела на потолок. «Могут ли звезды, пожалуйста, объяснить мне, почему моя чопорная внучка — та, которую благословили гаремом? Луной, это даже не маленький гарем! Шесть? Шесть мужчин, и она не дает мне говорить о моем порочном прошлом?!»
«Ну, это немного драматично». — Я рассмеялась, все еще качая головой. «А теперь скажи мне, что ты, возможно, сделала, чего не следовало делать?»
«Ах, да. Ну, Рик не уверен, как и почему он превратился в лиса, но он предполагает, что это был Азраэль, поскольку Азраэль использовал его для тех других вещей, о которых мы говорили на днях...» Бабушка указала на коробку, и я придвинула ее к себе, чтобы мы могли вместе ее просмотреть.
«Океееей», — медленно сказала я.
«Ядумаю, япревратилаеговлиса».
Ее вспышка заставила меня замереть в шоке. «Прости, ты сказала, что думаешь, что превратила его в ЛИСА?! БАБУШКА!» — закричала я, и она дернула воротник рубашки, пряча лицо.
«Я знааааю, это так ужасно. Но, Сейдж, я была так зла и никогда не ожидала, что это действительно сработает! Теперь я должна быть уверена, потому что Рик все еще
«Вы не обречены. Боги, ты сегодня на коне. Ладно, ты помнишь какие-нибудь слова из заклинания?» — спросила я, думая, что могла бы погуглить это, как современная ведьма, которой я была.
Бабушка задумчиво посмотрела по сторонам, а затем щелкнула пальцами. «О! Я помню, что использовала немного его волос и слова «Я проклинаю тебя быть лисом». Она закусила губу и взглянула на меня.
«Бабушка! Зачем ты вообще ищешь? Ты точно прокляла его!»
«Я надеюсь, что я неправильно помню. А теперь давай продолжим поиски. Что у тебя вообще случилось?» — любопытно спросила она.
Я задумалась, как сказать Бабушке, что у нее есть еще одна внучка — та, которая скоро будет здесь. Решив, что лучше просто оторвать пластырь, я встала на колени и взяла ее за руку. «Хантер нашел девушку. У меня есть сестра».
Бабушка напряглась, как будто ее ударили. Моя бедная бабушка пережила так много из-за эгоизма Лори, и вот еще одно серьезное предательство, чтобы добавить к этому длинному списку обид. «Значит, это правда?» — прошептала она, качая головой. «Я просто не могу поверить в твою мать».
Я тоже не могла, но я даже не могла думать об этой суке, не чувствуя себя убийцей, поэтому я проигнорировала это. «Это правда. Я надеюсь, она согласится приехать сюда. Хантер сказал, что она была в приемной семье», — сказала я Бабушке, которая буквально тряслась от ярости от этой новости. Не было никакого оправдания тому, что она не выросла здесь, с Бабушкой и мной — у нее была бы любящая семья здесь. «Я рада встретить ее», — призналась я. Я всегда задавалась вопросом, каково это — иметь брата или сестру в детстве.
«У тебя самое большое сердце из всех, дитя. Просто... помни, что мы не знаем эту девушку. Мы не знаем, как она жила, ни влияний, которые на нее оказывали. Я надеюсь до звезд, что у нее были положительные примеры для подражания в приемной семье, но это может быть не так. И мы знаем, что Лори была в некоторой степени вовлечена, так что у нас может быть много работы».
Я обдумала ее слова. Она подняла хорошие моменты, но я надеялась, что все будет проще. Хотя, честно говоря, сейчас у нас ничего не получается просто.
«Если она решит остаться на некоторое время, она может остаться здесь, в моем доме. У тебя полно дел там, и я бы хотела узнать ее поближе», — предложила Бабушка, открывая новую коробку.
«Кстати о том, что у меня полно дел...» Я сделала вдох. Я всегда задавалась вопросом, как все будет, когда я скажу Бабушке, что беременна. Это прошло не очень хорошо с ее собственной дочерью, но тогда я полагаю, что те обстоятельства были очень отличались от моих. Бабушка подняла глаза от коробки, ее голубые глаза сияли. Мы медленно улыбнулись друг другу, и она взвизгнула, бросаясь ко мне.
«Я знала! О звезды мои, — затараторила она, прижимая руки к моему животу. — Когда я смогу встретить маленького ангела?»
Я улыбнулась и накрыла ее руку своей. «Ангелов, Бабушка. Двух».
Она резко вдохнула, на ее лице застыло выражение чистой радости. «Они девочки. Они будут силами природы, милая девочка. Я чувствую это».
«Да, они девочки. Брама и Слоана».
«О, они будут красивыми маленькими ангелами! Нам нужно подготовить детскую!»
«Да, и довольно быстро. У меня всего несколько месяцев на подготовку», — добавила я, и она подняла на меня взгляд, ужаснувшись.
«Несколько месяцев?!» — воскликнула она, как будто я только что сказала ей, что совершила великое преступление.
«Говорят, что демоны и драконы созревают быстрее».
«Быстрее — это одно. А несколько месяцев — это совершенно неприемлемо. Мы едва успеем на душ, не говоря уже о том, сколько покупок нам нужно сделать!»
Я рассмеялась, когда она суетилась по кухне, что-то ища.
«Что ты делаешь, Бабушка?»
«Я ищу бумагу и ручку. Нам нужно делать заметки и организоваться. Время ограничено!»
«Мне на самом деле нужно идти. Я хочу посмотреть на новые растения и немного сжечь магию. Ужин со всеми звучит хорошо? Кай говорит о гриле, и я знаю, как тебе нравится его стряпня», — поддразнила я.
«Мне нравится смотреть шоу еще больше...»
«Что?»
«А?» Она притворилась невинной, и я взяла телефон.
«Ладно, ну... Позвони, если тебе что-то понадобится. Я могу прислать кого-нибудь из парней, чтобы они убрали эти коробки обратно, если хочешь?»
Она улыбнулась, как кошка, съевшая канарейку. «Я возьму викинга, горца и угрюмого дракона».
«Договорились, Бабушка». Я обняла ее и вышла. Солнце в этот момент выглянуло из-за туч, заливая золотистым светом зеленые просторы моего двора и садов. Я не торопилась, снимая обувь и позволяя босым ногам соединиться с землей. Мягкая трава всегда успокаивала меня.
Я бродила бесцельно. Боги, прошло так много времени с тех пор, как я делала это, просто существовала. Я использовала маленькие прикосновения своей магии там, где она могла исправлять и исцелять, давая жизнь и рост всему вокруг. Мои пальцы искрились зелеными и золотыми нитями, когда они касались распустившихся цветов и плюща. Мое сердце было полно, тело пульсировало силой и магией. Гравий под моими ногами хрустел, когда я блуждала по извилистым дорожкам, и я восхищалась тем, как я могла чувствовать каждый маленький камень. Мои чувства пробудились на уровень, которого я, кажется, никогда не испытывала.
Движение привлекло мое внимание краем глаза, и я осмотрела опушку леса, ничего не видя. Это был, вероятно, олень; здесь так много животных.
Потрясающая клумба с лилиями заставила меня остановиться. Яркие вспышки розового, золотого, оранжевого и красного взрывались из крепких темно-зеленых стеблей, что делало их окраску еще более заметной. Одно маленькое грустное растение было примерно вдвое меньше остальных. Из-за своего роста оно явно боролось за солнечный свет.
«Ну, малыш», — прошептала я, позволяя своей магии обвить его и проникнуть в землю, ища корни растения. Я улыбнулась, когда оно начало расти, все больше цветов вырываясь на свет. Положив руку на живот, я вдохнула ароматный запах лилий и жимолости, ползущей по всему саду.
Станут ли мои дочери зелеными ведьмами? Я понятия не имела, как их стихии будут реагировать на смешение с кровью демона. На самом деле, я многого не знала о беременности, и это должно было беспокоить меня больше, чем
Видение накрыло меня: семеро из нас на улице, в день, подобный этому... Мы устраиваем огромную битву водяными шарами с детьми. Парни, наверное, вернутся к своим шпионским тренировкам, а девочки будут хихикать, наблюдая, как они крадутся и ныряют за деревья и камни в укрытие. Кай будет готовить на гриле, но я видела, как у его ног стоит огромный водяной пистолет, чтобы он не упустил веселье.
У меня была еще одна вспышка, на этот раз девочек в сарафанах, бегущих впереди меня по дорожкам с гравием, их маленькие грязные руки касались листьев, нависающих над их головами. Я научу их всему, что знаю, и они никогда не узнают, что значит быть нежеланными.
Бабушка установила для меня высокую планку, и я хотела дать своим девочкам все, что она дала мне. И боги, парни были так взволнованы, когда я сказала им, что беременна. Я никогда не представляла себе такую жизнь, но вот она... и я была так счастлива.
«Сладкая, ты в порядке?» — голос Рыбки пронесся сквозь воздух, вырывая меня из мечтаний.
Мягко улыбнувшись, я взглянула на него. «Да, Гуп. Просто восстанавливаю связь с землей и использую магию». Его медово-карие глаза пленили меня, наша связь ожила.
«Они будут красивыми. Ты знаешь это, да?» — спросил он, убирая несколько прядей волос с моего лица. Тепло его рук разливалось по мне, когда он взял мое лицо в ладони. «Я надеюсь, они будут похожи на свою маму. Я уже знаю, что они будут такими же милыми, как ты, полными солнца и радуги».
«Рыбка, — сказала я, и мое горло сжалось от эмоций. — Как ты можешь быть самым нежным мужчиной на свете?»
Он опешил, как всегда, когда я называла его нежным, но его улыбка все равно появилась. «Нежный только с тобой. И скоро с этими двумя маленькими девочками. Я буду нежен и с ними».
Да, вот мое сердце тает и выходит через вагину. Там уже не влажность от возбуждения. Это мое сердце превращается в лужу любовного сока.
«Любовного сока?» — Рыбка расхохотался, и я игриво толкнула его плечо, сверля его злым взглядом.
«Выметайся из моей головы, сладкий пирожок», — поддразнила я.
Он обнял меня за плечо и повел обратно к дому. «Зачем мне оставаться в стороне от твоей головы, когда она полна, возможно, самых интересных вещей, которые я когда-либо слышал в своей жизни? Если бы я не слушал, я бы никогда не узнал, что женщина становится влажной во время секса, потому что ее сердце превращается в...»
Я ткнула его в ребра, заслужив еще один искренний смех, когда он побежал. «Эй! Куда ты?»
«Расскажу парням о том, что я только что узнал!» — крикнул он через плечо, и я показала ему средний палец.
«Ты знаешь, что я не бегаю! Это обман, Фишер!»
Он исчез внутри, послав мне воздушный поцелуй, и я спрятала улыбку, бредя по траве. Мне нравилось видеть эту игривую сторону его, и меня не беспокоило поддразнивание, когда наградой был его богатый смех и мальчишеская улыбка. Хорошо, что у меня есть целая жизнь, чтобы наслаждаться этим.
Глава 23. Фишер
Меня раздирало желание превратиться и взмыть в небо, как пуля. Сидеть на патио в прохладном ночном воздухе было приятным отдыхом от хаоса, который, казалось, преследовал эту команду. К тому же, в этом доме всегда было шумно. Находиться в одном месте в течение длительного времени не было тем, что мы делали со времен академии, и я начинал нервничать.
Но видеть всех в безопасности и вместе было огромным облегчением. Гребаный Азраэль и мой мудак-отец. И гребаный ПТСР. Я никогда не был так ужаснут своими собственными действиями, как когда мои глаза распахнулись, и я увидел, как моя рука сжимает жизнь из женщины, которую я люблю. Да, я был угрюмым придурком, но я не был абьюзером. А потом узнать, что она беременна двойней и носит моего ребенка? Моего. И я мог бы непоправимо навредить всем троим... Меня тошнило от этой мысли.
Мне придется обратиться за помощью до рождения детей. Быть опасностью для своей семьи — это то, с чем я никогда не мог смириться. Нет, я скорее устраню опасность полностью, чем рискну ими. В моей памяти были части, которые были не чем иным, как вспышками образов, и это меня беспокоило. Не то чтобы я хотел знать, что я пропустил, а потому что я не хотел вспоминать. Видений, уже кружащихся в моей голове, было более чем достаточно, чтобы преследовать меня.
Новый телефон, который Кэм купил мне, завибрировал на стеклянном столике, вырывая меня из мыслей. Я нахмурился на неизвестный номер. К счастью, все на моем старом телефоне было сохранено в облаке, поэтому все было легко перенесено. Кто бы ни звонил сейчас, это был не тот, кого я сохранил.
«Алло?»
«Капитан. Это я — твой сенсей», — сказал мужской голос в трубке.
«Какого черта?» Фу. У парня, наверное, неправильный номер, но это раздражало. Как и большинство вещей.
Преувеличенный вздох раздался в трубке. «После того, как я позволил тебе остаться в моей самой ценной гостевой комнате, признаюсь, я ожидал большего от своего лучшего друга».
Мои глаза расширились, и я почти уверен, что прошептал «Какого хрена?», но сказал: «Роджер?»
«Ага! Всегда играешь плохого парня, да? Я вижу тебя, Кук-Зуке, я вижу тебя». Роджер рассмеялся в трубку, и я почувствовал, как уголок моего рта дернулся, хотя я резко остановил это.
«Что я могу для тебя сделать?» — спросил я, не понимая, зачем он мне звонит. «И какого хрена ты достал мой номер?»
Я услышал, как звучит вода. «О, ну, я достал его с твоего телефона, пока ты спал, конечно».
«Роджер!»
«Успокойся, я не смотрел на те обнаженные фото, которые были сохранены в твоей приватной папке, клянусь!»
«РОДЖЕР!» — закричал я, мой рот открылся. Мои щеки залились румянцем, когда я подумал об очень эротических изображениях, которые я сохранил и которые Фишер присылал мне на протяжении многих лет, а также о своих собственных, которые я отправлял в ответ. Там были даже видео нас вместе, делающих примерно все грязные вещи, которые мужчина может сделать с другим мужчиной.
«Я шучу — я достал твой номер у Бетт. Хотя если есть приватная папка с обнаженными фото, тебе стоит изменить имя файла или что-то в этом роде. Я имею в виду, если я
«Я рассмотрю возможность смены названия. Спасибо», — процедил я. «Теперь, что я могу для тебя сделать?»
Он рассмеялся, и я мог представить, как он качает головой, его кудрявый мулет подпрыгивает от этого движения. «Нет, нет, мой друг. Я слышал, что поздравления в силе. Папа Кук-Зуке, да? О луны мои, эти дети будут такими красивыми и дерзкими. Как их крестный отец, я просто хотел, чтобы ты знал, что я буду...»
«Как... Как их кто?» — запнулся я, и он проигнорировал меня.
«Я с удовольствием обучу их искусству владения оружием, с акцентом на использование всего, что есть под рукой. Нужно уметь сражаться чем угодно, чтобы победить».
«Боги», — пробормотал я. «Как ты узнал о детях?»
«Я все забываю, что ты все еще новичок в Изумрудных Озерах. Об этом говорят по всему городу. Наша милая Сейдж встречает своих пар, и теперь она с ребенком? Дважды?» Он драматично вздохнул.
Я откинулся на спинку стула, когда дверь открылась, и Брам высунул голову. «Ну, спасибо за поздравления, Роджер», — сказал я. Брам беззвучно спросил «Рэнди Роджер?» и я кивнул.
«Знаешь, я был там, когда родилась Лори. Я оставался с Бетт большую часть того первого года и помогал ей, как мог, потому что у нее никого не было. Затем, когда родилась Сейдж и Лори сбежала, я снова помогал. Что бы вам ни понадобилось, вы дайте знать старому Рэнди Роджеру, хорошо? Дети — это тяжелый труд, и вам всем понадобится выходной или время на долгий сон. Я знаю, что ты будешь лучшим папой», — сказал он мне, как будто его слова были нормальным разговором, который ведут люди. Дело в том, что они, вероятно, были такими, между нормальными семьями — как то, что отец должен сказать своему сыну.
У меня, блядь, глаза начали щипать, и я сглотнул комок, внезапно образовавшийся в горле. «Спасибо», — выдавил я, мой кулак сжался на столе. На том конце было тихо мгновение, прежде чем Роджер снова пожелал нам удачи и объявил, что будет на связи. Звонок отключился, прежде чем я успел попрощаться.
Положив телефон, я вздохнул. Как бы странен ни был этот парень, я почувствовал тепло, разливающееся по моему телу. Роджер был больше, чем просто его эксцентричная личность и любовь к овощам в форме фаллоса.
Моргнув, прогоняя влагу в глазах, я сосредоточился на Браме. Большой демон плюхнулся на стул, и странный звон заставил меня покоситься краем глаза, чтобы увидеть, что он задумал. В свете луны блестела бутылка виски, и я наблюдал, как Брам достает две рюмки из кармана толстовки.
«Что происходит?» — подозрительно спросил я.
Брам усмехнулся, отвинчивая бутылку. «Ну, Огонек... мы собираемся напиться до чертиков, обсудить кого угодно и что угодно, а потом, возможно, если наши члены все еще будут работать после всего виски, мы найдем нашу женщину и посмотрим, не даст ли она нашим пьяным задницам трахнуть себя из жалости?»
Я уставился на него на мгновение, прежде чем громкий смех вырвался из моего рта. Откуда это взялось? Но это было как прорыв плотины, и теперь, когда это вырвалось наружу, я не мог остановить смех.
«Я рад видеть, что ты смеешься, но, учитывая, что это редкое явление, которое случается так же часто, как нашествие саранчи, я не уверен, должны ли мы пить или готовиться к концу света», — пошутил Брам, разливая нам по двойному янтарному алкоголю.
«О, отвали». — Я снова усмехнулся и взял свой напиток. Подняв его, я подождал своего собутыльника.
«За то, чтобы быть самыми крутыми отцами в мире», — сказал Брам, и я фыркнул, звякнув своим бокалом о его. Виски обжег горло, но быстро превратился в успокаивающее тепло, разлившееся по моему телу, как нежное прикосновение.
«Думаю, ты нас проклял. Тот, кто говорит, что он "крутой отец", определенно не крутой отец», — сказал я ему, пододвигая свой бокал для добавки.
На этот раз один глоток.
Брам сделал глоток и задумчиво посмотрел на меня. «Как ты справляешься с новостями?»
Я оперся локтями о стол и глубоко вздохнул, заставляя себя позволить этой дискуссии состояться с моим другом. «Это был небольшой шок. Я не уверен, что должен был быть тем, кто размножается», — признался я.
Брам откинулся на спинку стула, крутя виски в бокале. «Почему? Из-за твоего отца?»
«Да. Это часть. У меня не было отличного примера того, как должен выглядеть хороший отец», — объяснил я. Мягко говоря.
«Я понимаю. Мы можем не знать, как выглядит хороший отец, но мы знаем, как это не выглядит. Я думаю, мы можем использовать это как ориентир. К тому же, остальные парни будут классными. Ты тоже будешь, чувак», — заверил он меня с ухмылкой.
«Я надеюсь, она будет похожа на нее», — пробормотал я и быстро допил свой напиток. Прошло много времени с тех пор, как я выпил пару рюмок и расслабился вот так, и моя голова уже слегка кружилась.
Брам наклонился и наполнил мой бокал. «Ну, я на это надеюсь. Смотреть на твое лицо — уже пытка», — сказал он без запинки, и я так же гладко показал ему средний палец.
«О, пошел ты. Я в сто раз лучше тебя выгляжу».
Брам откинул голову назад и громко рассмеялся, звук наполнил тихий ночной воздух. Мы сидели в удобном молчании некоторое время, пили и смотрели на звезды.
«Итак, ты и Фарис, да?» — спросил я, и Брам медленно перевел взгляд на мое лицо, приподняв бровь.
«Что насчет этого?»
«Ничего. Просто любопытно», — быстро добавил я. «Он ненавидит меня».
«Он не ненавидит тебя. Я думаю, он запутался в нескольких вещах с тех пор, как получил свое тело. Уверен, ты можешь представить, откуда он берется? Отношения, которые у вас были с Фишером, всегда держали его плотно запертым в маленькой коробочке. Так что для него, я думаю, когда он видит тебя, это, наверное, немного пугает», — сказал мне Брам, и я кивнул. Он был прав. Я не смотрел на это именно так раньше, но это имело смысл.
«Так что мне делать, чтобы это исправить?»
«Ты хочешь это исправить?» — Брам звучал шокированно, и я возмутился на мгновение, прежде чем вспомнить, кто я... или кем я был.
«Я пытаюсь стать лучше. Ради нее. Ради всех
«Ты пытался извиниться?»
«Конеч...» — я замер. О черт... Я не думаю, что извинялся.
Брам медленно ухмыльнулся и поднес свой бокал ко мне. «Может быть, начни с этого?» Я поднял свой бокал и звякнул о его, алкоголь становился все легче с каждым разом.
«Черт, меня покалывает». — Я усмехнулся, вытянув ноги и вращая лодыжками.
«Мне нужно много дерьма, чтобы начать кайфовать». Брам вздохнул, а затем внезапно вскочил. «О хо-хо...» — Он усмехнулся. «Забыл, что я взял это, когда мы были в Бесмете». Он щелкнул пальцами, и в его руке появилась украшенная драгоценностями фляга.
«Какого хрена?» — я яростно моргнул.
«Это "Огненный шар дракона". Демонический алкоголь, сделанный с использованием огня драконов. Это единственная вещь, достаточно крепкая, чтобы напиться демону. Попробуем?»
«Это может быть концом для меня. Я уже чувствую виски», — сказал я ему, вставая, чтобы пройтись. Когда я оглянулся на него, он протягивал мне флягу с умоляющим взглядом. «Фу, ладно. Давай сюда».
«Черт, да!» — закричал Брам, сунув флягу мне в руки. Я сделал глоток и почувствовал, как моя кровь воспламенилась в тот момент, когда жидкость коснулась моего языка.
«Святой Юпитер», — простонал я, возвращая флягу ему. «Это лучший алкоголь, который я когда-либо пробовал».
«Гладкий, да?» Брам поднес флягу к своим губам и сделал несколько больших глотков. «Аххх, черт возьми. Сегодня мы повеселимся, Огонек».
Час спустя мы лежали на траве, щека к щеке, наши ноги были направлены в противоположные стороны.
«Твое лицо такое мягкое», — пропел Брам, и я рассмеялся, когда он потерся своей бородой о мою кожу.
«Прекрати, ты испортишь мою внешность», — проворчал я с притворным раздражением.
«Я не думаю, что мы должны оставаться здесь. Нам нужно продолжать вечеринку. Давай найдем Фариса», — предложил Брам, поднимаясь.
Я поднялся на ноги. «Да, у меня есть кое-что, что нужно сказать этому парню».
«Ооо, у меня есть идея. Что, если мы заставим его охотиться на нас? Это будет как крутая версия пряток?» — Брам энергично кивал своей собственной идее, и я рассмеялся при мысли о том, что мы прячемся от мага крови. Это было бы нелепо. Но звучало довольно весело.
«Давай», — сказал я и скрестил руки в ожидании.
«Фарис!» — прошептал Брам, и я шикнул на него. Последнее, что нам нужно, это разбудить Бабушку и Рика.
«Что ты делаешь?!» — прошипел я ему.
«Зову Фариса. Он услышит меня, не волнуйся. Фарис!»
«Ради члена Юпитера», — простонал я, а затем подпрыгнул, когда порыв воздуха взметнул мои волосы вокруг головы.
«Вы звали?» — спросил Фарис у Брама, пристально глядя на него, руки на бедрах.
Мне все еще было странно видеть его — идентичного Фишеру, но с более беззаботным отношением. Фиш всегда сдерживал себя, боясь того, что его монстр внутри мог бы сделать без жесткого поводка, но Фарис жил с этой дикой и безрассудной отвагой, которую я хотел бы, чтобы Фишер принял. Ради него самого. Хотя у Фариса определенно была темная сторона, это заставляло меня задуматься, не боролся ли Фишер с самим собой больше, чем с магом крови, запертым внутри.
«Огонек и я думали о том, чтобы поиграть в игру», — уверенно объявил Брам, как будто это была величайшая идея из всех, что он когда-либо придумывал.
Фарис перевел взгляд с меня на Брама. «Насколько вы двое пьяны?»
«Пф, неважно». Брам взмахнул рукой, словно отбрасывая вопрос. «Ты хочешь играть?» Я определенно не представлял себе хрипотцу в его голосе, и Фарис тоже.
«Во что мы играем?» — гладко спросил Фарис.
«В прятки, — вставил я. — В лесу».
Его глаза загорелись при этой идее, и я знал, что он согласен. «Что я получу, если найду вас?»
«Все, что захочешь, Малыш Клык», — сказал Брам с широкой улыбкой.
Луна пробилась сквозь облака в тот момент, осветив лицо Фариса, отбрасывая тени, которые делали его похожим на хищника.
Я переступил с ноги на ногу, готовясь бежать. «У нас есть пятиминутная фору, а потом ты можешь искать нас».
«Давай. Мне понадобится меньше, чтобы найти вас, дураков». Он звучал скучающим, но я видел ритмичную пульсацию вены на его шее и знал, что он взволнован.
Брам и я встретились взглядами, и в мгновение ока мы помчались по пышной траве и бросились к опушке леса. Это было некрасиво, и определенно не по прямой линии, но мы добрались вовремя и прорвались сквозь кустарник, как пара пьяных идиотов. Я громко рассмеялся, и Брам шикнул на меня, но он тоже смеялся.
«Ладно, так куда мы идем?» — спросил я, оглядываясь и видя только деревья.
«Следуй за мной — я однажды нашел здесь пещеру. Она через небольшой ручей, так что, возможно, это поможет скрыть наши запахи», — объяснил Брам, бросаясь в чащу.
Мы бежали так, будто за нами гнался дьявол, и я знал, что через несколько минут он, по сути, будет здесь. «Вон ручей», — выдохнул я, когда он наконец показался.
«Пещера вон на том склоне», — сказал Брам, издавая победный клич, когда перепрыгнул через ручей, и я повторил его прыжок прямо за ним. Мы взобрались на небольшой холм, кусочки скал и растительности осыпались под тяжестью наших ног.
«О черт», — сказал я в восхищении, когда мы добрались до вершины. Небольшая пещера, примерно в пятнадцати футах от вершины холма, аккуратно скрывалась за плющом. «Идеально».
Брам поднял руку, и я дал ему пять с ухмылкой, когда мы протиснулись через узкий вход. Используя свою магию, я зажег небольшое пламя, чтобы увидеть внутренности нашего убежища. Я вздохнул с облегчением, что там не было животных, готовых откусить нам лица.
«Теперь ждем», — сказал Брам, садясь на большой камень. Внутри пещера была довольно просторной, несмотря на маленький вход.
«Как долго, думаешь, у нас есть?» — спросил я, вытирая пот с лица подолом футболки. Когда я не получил ответа сразу, я выглянул из-под хлопка и прочистил горло. Брам подпрыгнул, удивленный, что я поймал его на том, что он явно меня разглядывал. «Ты только что любовался моими прессами?»
«О, пожалуйста...» — фыркнул он, но я видел румянец на его щеках. Я изучал его мгновение; его темно-рыжие волосы упали на его странно окрашенные янтарные глаза. Его веснушки выделялись четче, чем когда-либо, благодаря приливу крови от того, что мы только что бежали, в сочетании с его румянцем. Все еще было странно знать, что он был нашим куратором все эти годы. Джонни. Он всегда был очень сосредоточен на работе и
«Все в порядке, — сказал я, махнув рукой. — Они довольно впечатляющие». Я подмигнул ему и сел, прислонившись спиной к стене пещеры. Звездами, я, кажется, только что флиртовал с Брамом.
«Нам следует быть тихими. Он сейчас будет носиться по лесу», — тихо сказал Брам, и я кивнул. Мои пальцы барабанили по коленям, которые я подтянул к груди, но именно мои глаза пошли на попятную и продолжали скользить к крупному мужчине, сидящему рядом со мной. Я уже собирался открыть рот, чтобы сказать, кто знает что, когда звук сломанной ветки поблизости заставил меня сжать губы и погасить маленькое пламя, которое я зажег на земле. Брам приложил палец к губам, когда пещера потемнела до почти полной темноты.
Голос Фариса донесся сквозь каменный вход. Он пел. «Когда темно, как ночь, и звезды сияют ярко, два хитрых мальчика ищут испуг».
Маленькая искра страха пронзила меня, даже когда я знал, что это просто Фарис со своей жуткой натурой. Я замедлил дыхание, закрыл глаза и сосредоточился на своем драконе. Когда я открыл глаза, мое зрение было идеальным, несмотря на темноту. Взглянув на Брама, я увидел, как он сидит, вытянув ноги перед собой, и держит ладонь на своем члене, грубо его поправляя. Святое дерьмо, он возбужден этим. Мой собственный член затвердел, и я не мог отвести взгляд от того, как он начал поглаживать себя через шорты.
«Я смотрел здесь, я смотрел там, глупые мальчики, я чувствую ваш страх», — запел Фарис зловещим, пугающим тоном, и голова Брама откинулась назад, чтобы опереться о стену пещеры.
Тонкая полоска света у входа в пещеру потемнела, и я понял, что Фарис нашел нас. Выражение его лица было абсолютно безумным, когда он проскользнул через вход и остановился. Он был так неподвижен, что я задавался вопросом, дышит ли он вообще. Я был спрятан в тенистом углу, но Брам был на виду. Я был уверен, что Фарис может его видеть, поэтому, когда он бросился вперед, я выставил ногу и ухмыльнулся удивленному звуку, который издал Фарис, когда он пролетел по полу пещеры. Будучи проворным ублюдком, он перекатился и приземлился на ноги.
Развернувшись, чтобы встретиться с нами лицом, он зарычал. «Вставай», — прорычал он, и я знал без вопросов, что он говорит со мной.
Ну, мы делаем это сейчас.
Вздохнув, я выпрямился во весь рост и отряхнулся. Огонь вспыхнул в моих руках, отбрасывая жуткие тени по всей пещере. Я направил его на участок каменного пола подальше от нас, давая свет. Брам тоже встал, его руки были сложены перед пахом.
«Я встал. И что дальше?» — поддразнил я, несмотря на здравый смысл. Фарис усмехнулся и снял рубашку, отбрасывая ее в сторону. Он хрустнул костяшками и направился ко мне. «Если ты хотел, чтобы я трахнул тебя, все, что тебе нужно было сделать, это попросить».
С ревом он бросился на меня, сбив с ног в поясе. Мы упали на землю с глухим стуком, и я поймал его кулак как раз перед тем, как он врезался мне в щеку. Я приподнялся и быстро перекатил нас, перебрасывая его через голову со смехом.
«Почему ты дерешься со мной, Фарис?» — спросил я, вставая и поворачиваясь к нему. Его волосы торчали во все стороны, и пирсинг в носу блестел в свете пламени.
«Ты знаешь почему», — ответил он, преследуя меня теперь.
«Луны», — простонал Брам где-то слева от меня.
«Потому что ты ненавидишь меня?» — спросил я раздраженно. «Если ты хочешь мне что-то сказать, то просто скажи, блядь».
«Да. Я, блядь, ненавижу тебя, ты самоуверенный ублюдок. Ты думаешь, что ты такой фантастический — белый рыцарь, готовый в любой момент прийти на помощь Фишеру, без всякого уважения ко мне. Как ты думаешь, я себя чувствовал?!» — закричал Фарис, его клыки блестели и были смертоносны.
«Я не знал, что ты существуешь!» — закричал я в ответ, разгорячившись.
«Ты должен был знать! И ты знаешь сейчас, не так ли? Я настоящий. Такой же настоящий, как и когда ты нас трахал. Это меня ты трахал, когда он был не в себе — не притворяйся, что ты этого не знаешь! Ты глуп, но не настолько, блядь, глуп».
«Ты ревнуешь?!» — взревел я, не в силах больше сдерживаться. «Я не очень хорошо играю в игры разума, Фарис, так что либо скажи, что, блядь, имеешь в виду, либо забудь. Мы не выйдем из этой пещеры, пока это не решится, так что, пожалуйста, скажи мне, что ты на самом деле чувствуешь».
Он откинул голову назад и расхохотался. «Это богато от тебя. Мастер игр разума». Я не упустил ударения, которое он сделал на слове «мастер», и я поморщился. «Тебе нравится притворяться защитником, тем, кто не колеблясь бросится защищать своих братьев, а теперь и свою женщину. Распространяется ли эта любезность на меня или только на тех, кого ты решаешь признавать живыми людьми?»
Он подошел ближе, и я стоял на своем.
«Пошел ты, Слоан. Я ненавижу тебя так сильно, что это поглощает меня большую часть дней. Стоять здесь, так близко к тебе, заставляет мою кожу чесаться. Ты самоуверенный придурок, и я закончил этот разговор».
Я шагнул к нему, касаясь грудью его груди. Он был всего на несколько дюймов ниже меня, но пол пещеры был неровным, поэтому мы были на одном уровне.
«Ну, Фарис, я тоже, блядь, ненавижу тебя. Ты был причиной многих его страданий. Страданий, через которые мне пришлось помочь ему пройти. Так что если это тебя расстраивает или злит?» Я прижался носом к его носу, делая паузу, пока наше дыхание смешивалось. «Хорошо. Ты этого заслуживаешь».
Его глаза вспыхнули гневом, и в мгновение ока его рука сжала мое горло, а моя спина ударилась о скалу, выбивая воздух из моих легких. Моя собственная рука нашла его горло, и я сжал его так же крепко. Наши лица были так близко, что я мог видеть крапинки темно-коричневого в его глазах, которые обычно были незаметны.
«Ненавижу. Тебя», — процедил он сквозь зубы, но мои глаза расширились, когда я почувствовал его твердый член, прижатый к моему. Свободной рукой я грубо схватил его за волосы. С последним взглядом в его глаза я решил, что знаю, что вижу там, и вздрогнул, чувствуя то же желание, текущее
Я притянул его голову ближе, мои губы едва коснулись его, прикосновение было таким мягким и нежным, что его можно было бы вообразить. Он оттолкнул меня, чего я и ожидал. Прислонившись к стене, я тяжело дышал, восстанавливая дыхание. Он повернулся ко мне спиной, его движения были резкими.
«Не смей уходить от меня», — прорычал я, мой голос был низким и резким.
«Больно быть проигнорированным, не так ли?» Он показал мне средний палец, направляясь к Браму, который смотрел на нас с широко открытым ртом и безумно похотливыми глазами, впившимися в мои. Брам слегка кивнул мне, и каким-то образом я точно знал, что он имел в виду. Исправь это. Я причинил боль Фарису — хотя это было косвенно, ему было больно. Я все еще был зол.
Бросившись к нему, я сжал его плечо и развернул к себе. Мои руки сжали его лицо, и я вдавил его в Брама, зажимая между нами. Брам громко застонал, и я уставился на Фариса.
«Я не знал, что тебе сказать. Я не знал о тебе, потому что Фишер никогда не объяснял. Конечно, ты будешь ненавидеть меня. Но то, что было между мной и Фишером, или было, когда ты был частью его — это было между мной и Фишем. Мне жаль, что ты был вовлечен без твоего согласия, но ты здесь сейчас. Так что просто скажи мне, блядь, Фарис. Скажи мне, чего ты хочешь, потому что сейчас твердый член, который трется о мой, говорит мне, что ты хочешь меня, но выражение твоего лица говорит, что ты скорее умрешь, чем позволишь мне трахнуть тебя. Чего. Ты. Хочешь?!»
«Ой», — выдохнул я, когда он бросился на меня, обхватив руками мою шею и припав к моим губам в обжигающем поцелуе, от которого у меня закружилась голова. Я чувствовал его пирсинг в языке, чужой и дразнящий на моем языке.
«Черт, да», — выдохнул Брам, когда мои пальцы возились с ремнем Фариса. Его бедра уже сильно двигались, наши языки переплетались, когда он вырывал мои волосы, как дикий зверь. Его джинсы упали на пол с лязгом пряжки, и так как он уже был без рубашки, он был великолепно гол.
Брам прижал Фариса к своей груди, его большие руки скользили по его телу, опускаясь к бедрам, но избегая его длины, которая плакала от внимания. Я сжал челюсть Фариса и повернул его голову к Браму, наблюдая, как они целуются с жаром, от которого мои яйца кипели, а сердце бешено колотилось.
«Черт, вы двое выглядите так сексуально вместе», — простонал я, сжимая свой член. Мелькания их языков чуть не заставили меня кончить без единого движения. То, как они целовались, говорило мне, что они делали это раньше.
«Ты хочешь его, Малыш Клык?» — прошептал Брам у его губ, его глаза были прикованы к моим.
«Я хочу убить его», — ответил Фарис, и Брам усмехнулся.
«Я бы хотел посмотреть, как ты, блядь, попробуешь», — прорычал я. Его клыки блеснули в свете огня, и он зашипел, когда моя рука сжала его яйца. Его рука выстрелила, и он сжал воротник моей рубашки, притягивая меня к своей груди. Звук рвущейся ткани был громким в пещере, и прохладный воздух коснулся моей обнаженной груди, когда моя рубашка упала с меня в клочьях.
«Дерзкий», — поддразнил я, внезапно моргнув в замешательстве, когда обнаружил себя на спине с острой болью в шее. Я застонал, толкая бедра вверх, ища трения. Фарис прижимался ко мне, его руки крепко прижимали мои запястья над головой, пока он жадно пил из моего горла. Туманно я сосредоточился на Браме, который теперь потерял свою одежду, его рука была крепко обхвачена вокруг его большого члена, когда он смотрел на разворачивающуюся перед ним эротическую сцену. Он застонал, что привлекло внимание Фариса, и он убрал клыки с моей кожи, поворачиваясь, чтобы посмотреть на большого демона. Я воспользовался моментом.
С приливом адреналина я перевернул нас, оказавшись сверху Фариса, и схватил его за волосы. Я лизнул его щеку, что, казалось, действительно разозлило его, и это сделало мой член еще тверже. Рядом с его ухом я прошептал: «Если ты еще раз вонзишь в меня эти зубы без моего разрешения, ты пожалеешь».
Острая боль взорвалась на моей заднице, и я сел так быстро, что у меня закружилась голова. Фарис мгновенно застыл подо мной, его глаза широко раскрыты.
«Святое дерьмо. Ты только что шлепнул Слоана», — выдохнул Брам, глядя на него, но по звукам, которые он издавал, этот маленький поворот событий определенно не испортил его возбуждения.
«Правда?» — сказал я низким голосом, приподняв бровь на мужчину, распростертого на прохладном каменном полу.
Он поднял подбородок. «Ты заслужил».
Я злобно ухмыльнулся ему, чувствуя прилив уважения за то, что он стоял на своем. Но, святое дерьмо, если моя ладонь не чесалась от желания отхлестать его задницу так сильно, чтобы она по цвету могла соперничать с кровавой луной.
Глава 24. Кай
«Рыбка».
Я любил слышать, как она произносит имя, которое она мне дала. Это всегда произносилось с обожанием, как будто я был единственным, на кого у нее были глаза. Я знал, что она создана для большего, чем один мужчина, благодаря ее способности заставлять каждого из нас чувствовать себя таким важным.
«Рыбка!»
Вздрогнув, я приоткрыл один глаз и моргнул. В комнате было темно, лунный свет просачивался сквозь щели в шторах и давал достаточно света, чтобы разглядеть лицо Сейдж.
«В чем дело?» — прошептал я, садясь и протягивая руку к ней. Я не хотел будить остальных. Было очень не похоже на нее просыпаться среди ночи. Ужасная мысль заставила мой желудок упасть. «Это из-за детей?» Я усадил ее к себе на колени, проведя рукой по ее животу.
«Нет, нет, — мягко сказала она, сжимая мою руку. — Мы в порядке. Но я чувствую проблески страха от Брама и Слоана. Думаю, нам стоит проверить их...»
Я вздохнул с облегчением за свою пару и маленьких. «Они пили, когда я их видел в последний раз. Они, наверное, просто пьяны, но давай проверим». Она подарила мне благодарную улыбку, и мы оба выскользнули из кровати, оставив Кэма и Кая крепко спящими.
Мы быстро натянули одежду и спустились вниз. В коттедже было темно, за исключением нескольких маленьких ночников, которые автоматически включались. Все было тихо, и Сейдж вложила свою руку в мою.
«Дай мне сначала попробовать связаться
«Слоан? Брам?» — позвал я и не получил ответа. Странно. «Ничего», — сказал я Сейдж, которая теперь покусывала нижнюю губу.
«Их здесь нет, но они недалеко. Чувствуется, что Фарис рядом с ними. Это странно, потому что теперь это смесь эмоций. Страх, предвкушение, веселье...»
«Ну, давай, обуйся, и мы посмотрим, что происходит. Я знаю, что не смогу уснуть, пока не узнаю». Я улыбнулся ей, надеясь облегчить ее беспокойство. Эти пьяные идиоты — я буду так зол, если они заставили нашу беременную пару волноваться без причины.
Через несколько минут мы шли по лесу. Дневная влажность уступила место более прохладной температуре, и туман клубился среди деревьев с жутким видом.
«Это как сцена из фильма ужасов», — прошептала Сейдж, сжимая мою руку.
«Да, но в этом конкретном фильме ужасов ты уже спарена с теми, кто бродит в ночи», — ответил я, окидывая взглядом местность.
«Не говори так», — твердо сказала она, и я усмехнулся.
«Что? Это правда, сладкая. Мы можем быть на хорошей стороне битвы, но мы все еще мужчины, которые делали — и, вероятно, будут продолжать делать — плохие вещи».
Она фыркнула, перешагивая через упавшую ветку. «Я думаю, что важно намерение, которое движет вами, когда вы делаете эти вещи. Если никто не вмешается, злодеи всегда будут побеждать».
Я обдумывал ее заявление, пока мы продолжали идти. Она вела меня, так как внезапно почувствовала это притяжение к каждому из нас, когда нас не было рядом. Дети, вероятно, усилили эту связь с двумя пьяными мужчинами, которых мы искали в три часа ночи.
«Они там, наверху», — сказала Сейдж, указывая на холмистую местность за узким ручьем. Я снова послал свои чувства, но ничего не получил.
«Ты лети, я пойду следом».
Она резко развернулась и посмотрела на меня. «Что? Почему?»
«Потому что я не хочу, чтобы ты поскользнулась на этом холме и упала. Просто подожди меня наверху, сладкая». Я поцеловал ее, незаметно сжав ее задницу для убедительности. Я хотел, чтобы это был быстрый поцелуй, но она испортила план, когда просунула свой язык в мой рот и застонала. Мне потребовались все силы, но я отстранился и дрожаще выдохнул. «Я буду целовать тебя до утра, когда мы вернемся домой, но сейчас тебе нужно поднять свою сексуальную задницу наверх, чтобы мы поняли, что, черт возьми, происходит».
Маленькая проказница надулась, но она знала, что я прав. Ее крылья расправились и затрепетали, и у меня возникла мысль, что мне следует заказать ей еще несколько майок с открытой спиной. Именно такую она сейчас и носила, и она идеально подходила для ее красивых крыльев.
«Встречай меня наверху, Рыбка». Сейдж развернулась и прыгнула, ее крылья легко понесли ее на вершину. Я ухмыльнулся и перепрыгнул через воду, быстро взбираясь
по холмистой местности. Когда я достиг ее, я отряхнул руки, позволяя маленьким камешкам и грязи упасть обратно на землю, откуда они и пришли.
«Ты что-нибудь чувствуешь?» — тихо спросила она меня, и я послал свою магию, нахмурившись, когда не уловил никаких эмоций. Ну, кроме эмоций моей девочки.
Я медленно покачал головой. «Ничего. А ты?»
«Еще в доме было приглушенно, как будто пытаешься понять кого-то под водой. Этого было достаточно, чтобы привлечь мое внимание через связь, но странно, что сейчас это не сильнее. Я знаю, что мы в правильном месте... так где же они?»
Мы осматривали местность еще несколько минут, прежде чем мои глаза заметили огромный камень, выступающий из земли. Я провел рукой по гладкой поверхности, покрытой изрядным количеством мха и плюща. Камень был прохладным на ощупь из-за ночного воздуха.
«О, посмотри-ка», — крикнула Сейдж. Она была дальше, тоже осматривая каменную стену. Я направился к ней, и она указала на приличную трещину в поверхности. «Это что?» Ее рука поднялась, и я заметил блеск у входа, где часть внешней каменной стены была разрушена. Святое дерьмо.
«Это камень Нокс. Ты можешь сказать по окраске — видишь, как черный камень усыпан вкраплениями всех цветов радуги? Нокс — это отсылка к ночи, с яркими цветами, напоминающими существ, которые бродят в темноте. Он невероятно редок, и именно поэтому мы не смогли уловить их эмоции или связаться с ними телепатически. Он склонен экранировать тех, кто находится рядом. Если весь этот камень — Нокс, это будет, возможно, самой большой находкой в сообществе ведьм», — объяснил я, сжимая ее руку.
«Это безумие», — сказала она в изумлении, изучая каменистую поверхность. Я знал, что в детстве она облазила каждый дюйм этого леса, но если магический кристалл был скрыт под толстой, шероховатой внешней оболочкой, то я не удивлен, что она никогда его не замечала.
Я сжал ее руку, когда мы приблизились ко входу в пещеру. «Держись рядом». Я уже собирался войти, когда Сейдж издала слабый стон. Какого черта? Я оглянулся через плечо и увидел ее раскрасневшееся лицо.
«В чем дело, сладкая?»
Она издала еще один легкий стон, ее щеки порозовели. «Похоть. Много. И злость. Она сильная».
Похоть? С Брамом и Слоаном? Интересно.
Вернувшись к своей задаче, я повел нас в пещеру, и мы услышали ворчание, ругательства и звуки борьбы. Сейдж и я замерли, когда Фарис — абсолютно голый Фарис — бросился на Слоана без рубашки, сбивая его с ног. Его клыки вонзились в шею Слоана, и оба мужчины застонали. Брам стоял в стороне, тоже голый, и гладил свой большой член, наблюдая за представлением. Когда он застонал, Фарис оторвался от шеи Слоана, поворачиваясь, чтобы посмотреть на демона.
Внезапно Слоан перевернул Фариса, прижимая его под собой и что-то рыча ему на ухо. Похоть исходила от всех в этой пещере, и Сейдж просто тонула в ней. Я уже собирался объявить о нашем присутствии, когда громкий шлепок эхом разнесся по пещерному залу.
Мой рот открылся, и казалось, что сама комната сделала вдох и задержала дыхание, потому что произошло немыслимое.
Слоана Салливана отшлепали. По заднице. Как непослушного мальчика.
«Святое дерьмо, ты только что шлепнул Слоана», — выдохнул Брам, его рука все еще крепко обхватывала его член.
«Правда?» — Слоан уставился на Фариса, в его тоне не было и тени веселья.
«Ты заслужил». — услышал я ответ Фариса, и плечи Сейдж тряслись от сдерживаемого смеха. Рот Слоана скривился в улыбке, обещающей боль.
Я прочистил горло, выходя из тени и
«Нас не пригласили на извращенную пещерную вечеринку?» — надулась Сейдж, когда Брам прикрыл обеими руками свой член, как будто мы ничего не видели. Это было смешно. Слоан вскочил, подошел к нам и провел рукой по волосам.
«Это не было запланировано», — сказал он, его встревоженные глаза метались между нами. Как ни удивительно, я не был расстроен. Я никогда не думал о том, что Слоан будет с другими в нашей группе, но теперь, когда это происходило, я обнаружил, что на самом деле рад. Я хотел, чтобы он впускал людей в свою жизнь почти всю нашу жизнь, и, кроме Кая, который несколько раз баловался с нами, Слоан никогда не спал с одними и теми же людьми больше нескольких раз. Он был достоин любви и привязанности, и я надеялся, что он, возможно, начинает это видеть.
«Меня разбудили эмоции, доносившиеся через связь. Похоже, что-то происходило. Я могла чувствовать страх, предвкушение... Поэтому я разбудила Рыбку, и вот мы здесь. Я не расстроена, ребята», — заверила их Сейдж. «На самом деле, мне сейчас немного жарко». Она прошла мимо Слоана, проведя пальцами по его груди, направляясь к Фарису. Его член указывал прямо на нее, когда он стоял гордо, ожидая ее.
«Светлячок», — хрипло сказал он, поглаживая ее щеку.
«Вы двое избивали друг друга?» — спросила она, проводя пальцами по царапинам на его щеке и его опухшей губе.
«Ага. Это было давно назревшим», — ответил Фарис без сожаления. Брам двинулся к ней сзади, его руки легли ей на плечи.
«Понятно, — задумчиво сказала она. — И вам теперь лучше? Вы поцеловались и помирились?»
Брам фыркнул, Слоан проворчал, а Фарис мрачно рассмеялся. «Даже близко, Светлячок. Я был очень близок к тому, чтобы трахнуть его...»
«Как будто я бы тебе позволил», — прорычал Слоан, и я протянул руку, чтобы схватить его за запястье, прежде чем он бросится туда и сделает что-то идиотское.
«Значит, у нас еще есть дела?» — спросила Сейдж, поднимая руки к потолку. Глаза Фариса расширились, и Брам поднял ее рубашку через плечи, бросая на пол. Его ловкие пальцы быстро справились с ее лифчиком, позволяя ему соскользнуть с ее рук.
Фарис застонал, когда большие, красивые груди Сейдж открылись ему, и я усмехнулся, увидев, как его пальцы дергаются от желания схватить их. Она сбросила обувь, и Брам стянул ее леггинсы. Трое из них теперь были кожа к коже, руки двигались по нагретой плоти, используя только прикосновения, чтобы разжечь желание в комнате до уровня, который был почти удушающим.
Брам наклонился и лизнул ее горло, и я наблюдал, как она подняла руку и крепко обхватила пальцами один из его рогов. Ему это, должно быть, очень понравилось, судя по животному рычанию, сорвавшемуся с его языка. Черт, мне это понравилось, и мой член затвердел как сталь, пока я смотрел. Я шагнул к Слоану, который тоже был прикован взглядом к троим перед нами.
«Я не собирался его трахать», — пробормотал Слоан, не сводя глаз с Сейдж.
Я фыркнул. «Он бы никогда не позволил тебе трахнуть себя, даже если бы ты захотел».
Слоан переступил с ноги на ногу. Его штаны были расстегнуты, и я мог видеть выпуклость, напрягающую молнию. Прерывистый стон привлек мое внимание как раз в тот момент, когда Фарис и Брам опустились на колени, положив правую ногу Сейдж на плечо Фариса. Двое двигались синхронно, зарываясь лицами в ее самые чувствительные места. Ее голова откинулась назад, длинные рыжие волосы почти коснулись головы Брама, когда он обрабатывал ее своим языком.
«Боже», — выдохнул Слоан, сжимая свой член через штаны.
«Достань свой член», — выдохнул я, скрещивая руки и наблюдая, как наша девочка разваливается под языками двух своих пар. Слоан вздрогнул и уставился на меня с открытым ртом.
«Прости?» — Его брови взлетели, и я насладился шоком на его лице от того, как я только что приказал ему.
«Ты слышал меня, — холодно ответил я. — Достань этот член. Я хочу его видеть».
Мы встретились взглядами на мгновение, прежде чем он раздраженно выдохнул, его руки двинулись к поясу и опустили джинсы на пол. Его толстый член хлопнул по V-образной мышце живота, и у меня потекли слюнки при мысли о том, чтобы попробовать его на вкус. Крики удовольствия Сейдж становились громче, когда Фарис и Брам поднимали ее все выше и выше.
«Я хочу сделать тебя своим», — выпалил я не подумав.
«Ты знаешь, что я твой, красавчик. Я говорил тебе, я не собирался...»
Я положил руку ему на грудь, полностью поворачиваясь к нему. «Дело не в этом. Мы уже договорились, что все, что в нашем кругу, допустимо. Я бы не сказал этого, если бы не имел в виду».
Ледяные голубые глаза Слоана затуманились замешательством. «Тогда в чем дело, Фишер? Скажи».
Я переместил руку ему на бедро, притягивая его ближе. «Я хочу твою задницу. Я хочу похоронить свой член так глубоко в твоей дырочке, чтобы ты никогда не забыл ощущение того, как я заявляю права на твое тело так же, как ты заявлял права на мое на протяжении многих лет. Я хочу трахать тебя, любить тебя, изливаться глубоко внутри тебя. Черт, Слоан. Мне нужно трахать тебя так сильно, чтобы наши души столкнулись». Его зрачки расширились, и я почувствовал, как его сердце бешено колотится в груди. Моя собственная грудь быстро вздымалась и опускалась.
«Ешь эту киску, Малыш Клык!» — закричал Брам, прерывая наш интенсивный взгляд, и мой член дернулся от силы в голосе Брама. Мы оба посмотрели туда и увидели Брама, держащего Сейдж сзади, его руки были под ее коленями, широко раздвигая ее для Фариса, чтобы тот пожирал ее. Сейдж издала громкое «дааа», когда Фарис направил член Брама в ее тело.
«Тогда трахни меня, красавчик», — пробормотал Слоан, поворачивая мое лицо к себе. Черт. Я не ожидал, что он скажет «да». За все наши годы вместе я ни разу не трахал его.
«Ты уверен? Если ты не хочешь...» — мои слова были прерваны, когда губы Слоана прижались к моим, теплые и мягкие. Я застонал в поцелуй, открывая рот, чтобы его язык встретился с моим. Когда мы лизали и сосали друг друга, Слоан быстро справился с моими штанами, и я снял рубашку. Мы были отчаянно нужны друг другу, все руки и зубы.
«Бумажник», — выдохнул я, прерывая поцелуй и опускаясь, чтобы достать его
Я шагнул к нему сзади и поцеловал его плечо, наслаждаясь тем, как по его коже пробежали мурашки. «Наклонись немного вперед и раздвинь ноги».
Он немедленно принял позу, и я взглянул вниз, чуть не кончив на месте, увидев его тугую дырочку. Боги.
«Дай мне смазку», — выдохнул Слоан, протягивая руку, и я нахмурился в замешательстве. Я передал ее ему, и он разорвал ее зубами. Я был заворожен, когда он покрыл два своих пальца смазкой, а затем передал остатки обратно мне. Опершись на валун предплечьем, он завел руку назад со смазанными пальцами и начал касаться своей задницы.
«Черт», — выругался я, и мой член пульсировал, предсемя постоянно капало из меня. «Это так горячо». Я взглянул на остальных троих и увидел, что они с пристальным вниманием наблюдают за тем, как Слоан мастурбирует себе пальцами. Сейдж выглядела так, будто была в секундах от очередного оргазма, ее щеки пылали, когда она подпрыгивала на члене Брама.
«Трахни меня, Фишер», — процедил Слоан сквозь зубы, его тело дрожало. Его тело было покрыто тонким слоем пота, и я провел руками по его спине, вставая позади него.
«Я не хочу причинить тебе боль. Ты уверен? Мы никогда не делали этого раньше...» Я так хотел его, но только если он хотел меня так же.
«Ты никогда не просил раньше, Фишер. Засунь свой член в меня. Сейчас». Слоан извернулся, захватив мой рот в обжигающем поцелуе, который заверил меня, что он действительно этого хочет. Выдавив остатки смазки на свой член, я покрыл себя и сжал его несколько раз, прежде чем приставил к его заднице.
«О черт», — выдохнул Слоан, опуская щеку на гладкий камень. Мои ноги дрожали, пока я сдерживался, чтобы не ворваться в него, как зверь. Мы оба тяжело дышали, когда головка моего члена вошла в его тело. Моя хватка была крепкой на его бедрах, и я откинул голову назад, делая несколько глубоких вдохов. «Проклятье, Фишер. Двигайся».
Вернувшись в реальность, я медленно проник глубоко в его тугую задницу. Слоан зарычал, когда мои бедра прижались к нему, и я чуть не задохнулся, когда он начал двигать бедрами. Он доминировал надо мной снизу. Нет. Резким толчком бедер я жестко вошел в него, заставляя его вскрикнуть.
«Ты не трахаешь меня. Я трахаю тебя. Теперь замри и прими этот член. Я понятия не имел, что ты так этого хочешь. Ты такой сексуальный, обвитый моим членом», — пробормотал я, используя большой палец, чтобы обвести точку нашего соединения. «Трахай его, Рыбка!» — застонала Сейдж, похоть сочилась из ее голоса и волнами исходила от ее тела. Все были возбуждены до предела — эта ситуация была похожа на энергетический напиток, но для секса. Брам оказался на спине с Сейдж верхом на нем лицом. Я сохранял свой наказывающий темп, когда Фарис опустился на колени между ног Брама и сжал его большие яйца.
«Соси его, Гадюка», — прошептала Сейдж, ее собственные бедра двигались с бешеной скоростью, преследуя оргазм. Фарис навис над тяжелым членом Брама, наклоняясь и едва касаясь его кончиком языка. Брам выдохнул, и его бедра подались вверх, преследуя рот моего брата.
«На вкус как демон», — пробормотал Фарис, позволяя вкусу осесть у него во рту. Сейдж громко рассмеялась, ее груди подпрыгивали от движения.
Слоан застонал, и я знал, что он так же сосредоточен на троих, как и я. «Вернись туда и возьми его в рот», — рявкнул он, и Фарис так медленно повернул голову к нам, что это было почти как в фильме ужасов.
«Заткнись, или я засуну тебе кое-что в рот и сделаю работу сам», — прорычал Фарис, его клыки в тени казались какими-то длиннее.
«Фарис, пожалуйста», — взмолился Брам, делая глубокий вдох, прежде чем вернуться к своему занятию между бедер Сейдж.
«Мой большой демон нуждается в моем рте, да? Интересно, как глубоко я смогу тебя взять». Он снова наклонился и на этот раз взял член Брама в рот до горла, уткнувшись носом в грубые волосы у основания его члена.
«Черт, это так горячо», — заскулила Сейдж, ее бедра бесстыдно терлись о рот Брама. «Сделай языком, Брам. Я так близко». Ее руки нашли ее соски, и она потянула и сжала их между большими и указательными пальцами.
«Боги», — закричал я, чувствуя, как мои яйца поднимаются, знакомое покалывание предупреждало меня, что конец близок.
«Трахай меня, красавчик. Я хочу, чтобы твоя сперма капала из меня всю ночь», — приказал Слоан, и я ускорил темп, давая ему то, что он хотел. Я потянулся к его члену, и он отбил мою руку, задыхаясь, когда дрожь пробежала по его позвоночнику. «Вытрахай сперму из меня, Фиш. Я так близко».
Я издал какие-то бессвязные звуки, меняя позу, чтобы войти в него под новым углом, и когда все его тело сжалось, включая тугое кольцо мышц, в котором был зажат мой член, я прокричал свой оргазм. Сперма вырвалась из меня, струей попадая глубоко в задницу моего мужчины. Я слышал восхитительные стоны Сейдж, когда она кончала, но мои глаза были плотно зажмурены, интенсивность моего собственного оргазма не позволяла мне увидеть мою богиню в момент ее пика.
«Черт, да, Малыш Клык, вот так». Я медленно открыл глаза. «Отвали, если не хочешь», — простонал Брам, выгибая спину, когда Фарис удвоил усилия, пока Брам не излился ему в глотку. Сейдж соскользнула с Брама, ее взгляд метался от двух мужчин рядом с ней к Слоану и мне.
«Боже», — простонал Слоан, опираясь обеими руками о камень, когда его тело содрогнулось, а его сперма разбилась о камень. Я буквально вытрахал из него сперму. Брам выглядел ошеломленным, когда Фарис пополз по его телу.
«Что ты делаешь языком, что ей так нравится?» — спросил он Брама с озорной ухмылкой.
«Он вибрирует», — хрипло ответил Брам, пожимая плечами. Глаза Фариса загорелись от этого откровения.
«Я хочу это». Он сел, оседлав Брама и скрестив руки на груди. Сейдж рассмеялась, и я улыбнулся. Мой член выскользнул из Слоана, оставляя его липким и полным. Он двинулся, чтобы встать, и я толкнул его обратно. Он повернулся, чтобы посмотреть на меня с выражением «какого черта», и я скользнул пальцами
«Иди сюда. Дай мне встать», — сказал Брам, садясь и помогая Фарису встать. «Я никогда не прикасался к члену — кроме своего собственного — и у меня никогда не было члена во рту, так что прости, если я дерьмово справляюсь».
«Ты был моим первым членом», — сказал Фарис с ухмылкой, когда Брам обхватил руками его ягодицы, притягивая его вперед. Его язык высунулся и лизнул блестящую головку, вызывая стоны у обоих. «О, ты красивый банановый варвар!» — закричал Фарис, когда его член исчез между губ Брама. Я взглянул на Сейдж, которая поймала мой взгляд и сделала мне знак «я понятия не имею, что это, блядь, значит».
Все закончилось через секунды. Фарис был так возбужден и чувствителен от всего, что уже произошло. Я предположил, что у Брама действительно был волшебный язык, потому что, черт возьми, мой брат выглядел так, будто его ноги действительно оторвались от земли от силы его разрядки. Я убрал палец из Слоана и похлопал его по дырочке, заработав его фирменный хмурый взгляд мгновением позже, прежде чем меня развернули и прижали к валуну, его рот запечатал мой.
«Ты трахал меня так, как прожил свою жизнь, Фишер», — пробормотал он, когда прервал поцелуй. Когда я не ответил, он продолжил. «Сдерживаясь. Не пойми меня неправильно, это было фантастически — но ты все еще борешься с самим собой. Я думаю, мы все узнаем, кто мы на самом деле, и я хочу, чтобы ты освободил себя. Я слишком долго помогал тебе держать себя в клетке, но теперь я помогу тебе взлететь». Он убрал волосы с моего лба и прижался губами к моей раскрасневшейся коже. Мои глаза защипали от слез, которые, казалось, взялись из ниоткуда, и я сглотнул, кивая.
«Давай вернемся и постараемся немного поспать. И закуски. Я хочу жареных соленых огурцов с соусом ранч. О! И Кай приготовил мне свежее пико-де-гайо и гуакамоле. Ладно, новый план. Сначала буфет на кухне, потом сон», — затараторила Сейдж, двигаясь по пещере и собирая одежду.
«Где мы возьмем жареные соленые огурцы в такой час?» — прошептал Слоан мне и остальным парням.
«Черт его знает, но нам лучше понять, как их приготовить, прежде чем она начнет злиться», — ответил Брам, и в его голосе послышался оттенок настоящего страха.
«Я сбегаю и разбужу Кая. Он будет знать, что делать», — объявил Фарис, и мы все кивнули в знак согласия.
«Слава богу за шесть пар, — с усмешкой пробормотал я, но мое сердце было полно; я был благодарен, что мы все предлагали ей разные вещи.
Слова Слоана пронеслись в моем сознании, и мой желудок сжался от волны тревожной энергии. Он был прав. Я боролся с самим собой всю свою жизнь, и я надеялся, что, получив собственное тело, эта тьма внутри меня будет изгнана из моей души.
Чернота начала просачиваться на края моего зрения, и я моргнул, запаниковав, когда она не исчезла сразу, как в прошлом. Что должен делать человек, когда монстр, с которым он боролся всю жизнь, на самом деле оказывается им самим?
«Готов, Гуп?» — спросила Сейдж, беря меня за руку. Я выдавил фальшивую улыбку и отвернулся, прежде чем она смогла увидеть сквозь эту маску.
«Да, сладкая. Пойдем домой».
Глава 25. Сейдж
Я убрал беспорядок, который устроил из жареных соленых огурцов, которые заказала моя Детка, и ухмыльнулся при воспоминании о ее маленьких стонах удовольствия, когда она пожирала их. Я приготовлю ей все, что она захочет, когда она захочет. Я никогда раньше не готовил домашние жареные огурцы, но, черт возьми, я на мгновение позволил себе похвастаться. Они получились потрясающими.
Пятеро из них исчезли наверху, чтобы еще немного поспать, но я был совершенно бодр и жаждал чем-то заняться. Схватив полотенце, висящее на ручке духовки, я вытер руки и оглядел комнату. Хм, должно быть что-то. Мои глаза остановились на моем коврике для йоги, прислоненном к углу. Прошло много времени с тех пор, как я занимался йогой, но на этой неделе я чувствовал себя лучше, чем за последнее время. Возможно, выполнение моего давнего обещания Слоану убить его отца было именно тем, что мне нужно, чтобы выбраться из той хандры, которая овладела мной, отказываясь отпускать.
Я взял коврик и вышел на улицу. Солнце только начинало подниматься над горизонтом, разбрасывая розовые и оранжевые лучи по небу. Это было мое любимое время суток, и я поймал себя на том, что стою неподвижно, запрокинув голову, чтобы чувствовать тепло утреннего солнца на коже. Заземленность. Вот что я чувствовал, когда мои босые ноги касались травы, мягкой и податливой. Нежный ветерок ласкал мои волосы, проносясь по ландшафту, как шепот в ухо любимого человека, когда он находится между сном и бодрствованием. Он был там, мимолетный и нежный, достаточно, чтобы дать тебе знать, что ты не один.
Природа всегда меня заземляла, и я чувствовал, что надо было ударить себя за то, что не делал этого раньше. Забавная штука — депрессия. Несмотря на знание того, как можно справиться и улучшить свое состояние, в некоторые дни ты просто не можешь найти энергию или желание что-то с этим делать. Что ж, я собирался стать отцом, и я не хотел подводить своих девочек своим нерешенным психическим здоровьем. Я шел по траве с решимостью, пульсирующей в моих венах. Я сильный. Я достоин. Мои навязчивые мысли — это искаженные, вредоносные вещи, которым не место в моем мозгу.
Я расстелил коврик; звуки птиц сегодня будут моей музыкой. Я очистил голову от всего, позволяя стрессу и беспокойству стекать с меня, отдавая их земле. Мое тело вошло в привычный ритм, мышечная память делала всю работу за меня. Я потянулся, чувствуя жжение в мышцах, когда мое тело превратилось в размытое пятно длинных линий и изогнутых силуэтов. Пот стекал по моей спине, и я дрожал от напряжения. Я действительно вышел из практики.
Решив не перенапрягаться и не травмироваться, я закончил сессию, тяжело дыша. Я подолом майки вытер влагу с лица и замер, услышав, что кто-то рядом. Я обернулся и увидел Кэма, отталкивающегося от коттеджа и идущего ко
«В чем дело, чувак?» — выдохнул я, все еще восстанавливая дыхание.
Его изумрудные глаза изучали мое лицо мгновение. «Это выглядело мирно».
Я улыбнулся, приседая, чтобы поднять коврик. «Так и было. Слишком давно я не делал утреннюю йогу. Похоже, пришло время».
«Хорошо. Я рад видеть, что ты делаешь что-то для себя». Кэм посмотрел в сторону леса. Искал ли он что-то или просто любовался пейзажем, я не был уверен, но я присоединился к нему.
«Ты в порядке?» — спросил я его, мои руки были заняты сворачиванием коврика.
Он хмыкнул, всегда невозмутимый большой парень.
«Хм. Так на языке Кэма это означает "я в порядке, но беспокоюсь о чем-то"?» — предположил я, и он покосился на меня и усмехнулся.
«Отвали», — поддразнил он хрипло, толкая меня плечом. Я ждал; что-то было у него на уме. «Я хочу проверить этот объект сегодня. Тот, где, по словам Рика, Азраэль держал драконов. Нам стоит провести разведку, чтобы узнать, что мы можем найти. Если мы сможем получить преимущество, мы должны его использовать».
«Да, я согласен. Я думал, мы сделаем это в ближайшее время. Мне просто нужно сначала принять душ. Кого ты хочешь взять?» — спросил я, уже зная, что он захочет оставить хотя бы нескольких из нас с Сейдж.
Он покрутил бороду пальцами, размышляя. «Я думаю, Слоана, Фариса, Фиша, Брама и Рика».
Я открыл рот, чтобы возразить, но он перебил меня, прежде чем я успел вымолвить ни слова. «Я знаю, ты бы отлично справился, но выслушай мои доводы. Слоан, потому что он сам дракон. Фарис, потому что он быстрый, и Фишер из-за его телепатических способностей. Рик, чтобы он мог указать им путь, и Брам, чтобы он мог переместить парней и мгновенно вернуть их, если потребуется. Я думаю, я, возможно, попрошу Хола присоединиться. У него есть счеты с Азраэлем не меньше, чем у нас».
«Но ты не едешь?» — спросил я удивленно. Кэм был нашим лидером. Он всегда ходил на задания; это было похоже на то, что его потребность в контроле не позволяла ему сидеть сложа руки и позволять другим решать все.
«Ты удивлен?»
«Ну да. Я могу пересчитать на пальцах одной руки, сколько раз ты сидел сложа руки», — заметил я, и он пожал плечами.
«Да, ну, я пытаюсь кое-что новое. Называется быть более расслабленным. Мне не обязательно идти — я не лучший человек для этой работы, и я могу это признать. К тому же, я не хочу, чтобы Сейдж нервничала из-за того, что нас уезжает больше», — добавил он, сохраняя серьезное лицо и поворачиваясь обратно, чтобы смотреть на вид.
Я поднял бровь. «Ооо. Не хочешь, чтобы Сейдж нервничала, да? И это никак не связано с желанием побыть наедине с нашей девочкой?»
Он скрестил руки и посмотрел на меня, застав меня с глупой ухмылкой. «Конечно, нет. Я бы никогда не отправил парней на задание, чтобы монополизировать время со своей маленькой ведьмой. Просто так случилось, что я не самый подходящий для...»
«Да, да. Я все понял, Громовой Папочка. Просто знай, что я начеку, и если ты хочешь так играть, мы можем поиграть». Я размахнулся ковриком, ударив его по заднице. «Кай», — прорычал он, разворачиваясь и преследуя меня, когда я танцевал в сторону коттеджа.
«Догони меня, Громовой Папочка!» — крикнул я, наслаждаясь тем, как его лицо краснеет, когда я дразню его этим прозвищем. Я проскользнул в дом и помчался наверх, смеясь всю дорогу до ванной.
Мысль о том, что Кэм не отправил меня на это задание, потому что знал, что мне тоже нужно побыть с моей Деткой, пришла ко мне только в душе. Особенно после известия о ее беременности, желание быть привязанным к ней 24/7 захлестнуло меня с новой силой.
Спасибо, Громовой Папочка.
«Пожалуйста, будьте осторожны», — умоляла Росток, двигаясь между каждым из своих мужчин, крепко обнимая и целуя их.
«Конечно, сладкая. Не волнуйся, это просто разведка. Если все пойдет по плану, мы будем там в течение часа».
«Это она сказала», — крикнула Бетт рядом со мной, и я поднял руку, давая ей пять за этот комментарий. Мы хихикали вместе, как десятилетние дети, и остановились только тогда, когда получили строгий взгляд от Громового Папочки.
«Ух ты. Он мог бы приказать мне сделать что угодно, бросив такой взгляд, и я бы сделала», — прошептала она мне, когда Кэм повернулся спиной.
«Да? Это так страшно и так сексуально», — прошептала я в ответ заговорщически, подавляя смех, когда ее глаза слегка расширились от того, что я назвала Кэма сексуальным. Прежде чем она успела задать какие-то грязные вопросы, Рик появился рядом с маленькой ведьмой, глядя на нее сверху вниз с подозрением.
«Что?» — спросила Бетт, и ее голос стал высоким от притворной невиновности.
«Оставайся с Риком, он уже был там, так что следуй за ним», — крикнул Хол остальным, делая последнюю проверку своего снаряжения. Рик отвлекся от Бетт при звуке своего имени, и она закатила глаза за его спиной.
Боже, у этого мужчины были полны руки с этой женщиной.
Миранда стояла рядом с Сейдж, когда парни разбивались на пары со своими демонами-проводниками. Она и Хол приехали вместе. Энни проводила день в бассейне с бабушкой и дедушкой. Я знала, что Миранде было нелегко выпускать дочь из виду, особенно так скоро после похищения. Я не уверена, как бы я отреагировала в ее ситуации; даже мысль о таком кошмаре вызывала у меня тошноту. Наши дети еще даже не родились, а я уже была готова идти в огонь ради них.
Миранда рассмеялась чему-то, сказанному Сейдж, две подруги хихикали, как подростки. Хол пристально смотрел на улыбающуюся женщину, и я ухмыльнулась. Беглые взгляды и затянувшиеся взгляды, когда другой не смотрел, ясно давали понять, что между ними что-то происходит, но я пока не видела ничего большего.
«Мы прыгнем группой, чтобы быть уверенными, что попадем в нужное место», — сказал Рик парням. «Все готовы?»
Хор согласия наполнил воздух, прежде чем грубое «подождите». Все повернулись к Холу, который теперь выглядел более раздраженным, чем обычно. Он резко выдохнул и бросился через комнату, потянувшись к Миранде. Она пискнула, когда он согнул ее, прижимаясь губами к ее губам. Мурлыкая от удовольствия, она обняла его за шею, возвращая поцелуй с равной страстью.
Фарис завопил, а Бетт начала восторженно хлопать. Росток прижал руку к груди, видимо, обмирая от этого романтического зрелища.
Хол отстранился, и его голос был
«Черт», — прошептала она, прижимая пальцы к губам.
«На что вы все смотрите? Пошли», — рявкнул Хол, хлопая в ладоши и разрывая чары, в которых, казалось, находились все. Они все образовали круг, взявшись за руки, чтобы соединиться во время прыжка.
«Звоните, если будут проблемы», — крикнул Кэм, и затем группа исчезла из комнаты, как будто их там никогда и не было.
«Святое дерьмо», — выдохнула Миранда. «Это было дико».
«Исчезновение, или то заявление, которое Хол сделал перед всей комнатой?» — спросила Бетт, обмахиваясь рукой, и тут же расхохоталась, когда Миранда густо покраснела.
Сейдж просияла, потянувшись к руке лучшей подруги. «Я рада за тебя. Честно, я просто хочу, чтобы ты была счастлива, и если Хол — это то, что тебе для этого нужно, я полностью за». Она обняла Миранду. «И он заслуживает быть счастливым тоже».
«Спасибо, подруга. Ты лучшая. И он заслуживает — правда заслуживает».
«Ну, леди, мне жаль это делать, но мне нужно одолжить Сейдж на пару часов», — объявил Кэм, и я удивленно наклонил голову, задаваясь вопросом, что он задумал.
«Меня?» — спросил Росток, ее глаза широко раскрылись от удивления и волнения.
Кэм подошел и прошептал ей на ухо. Что бы он ни сказал, у нее отвисла челюсть, а глаза затанцевали от веселья. Она повернулась к Миранде и Бетт с усмешкой.
«Извините, девчонки, похоже, мои парни запланировали небольшое свидание днем. Не стесняйтесь остаться здесь, если хотите. Мне нужно переодеться», — объяснила она, уже быстро направляясь к лестнице.
Я вопросительно посмотрел на Кэма, потому что понятия не имел об этом свидании, которое мы якобы запланировали, но он просто подмигнул мне.
«Иди возьми свои плавки, К. Мы выезжаем через пять минут», — объявил он, выходя из гостиной, не оглядываясь.
«Похоже, мы остались вдвоем, дитя. Мы можем подождать здесь наших демонов, пока они вернутся к нам, и подумать о том, как свести их с ума». Бетт подпрыгивала рядом с Мирандой от радости, и я покачал головой на ее выходки, выбегая из комнаты, чтобы взять свои плавки. Я был рад выбраться из дома, и если мы собирались купаться, я предполагал, что это будет где-то в одном из больших водоемов, разбросанных по всей этой местности.
Мой шаг был легким, а сердце полным, когда я собирал вещи для качественного времяпрепровождения с частью моей семьи.
Мы втроем ехали на внедорожнике, отказавшись от мотоциклов в пользу более безопасного транспорта. Росток с тоской смотрел на мотоциклы, и я знал, что она будет готова снова сесть за руль, как только дети родятся.
Кэм свернул с дороги и поехал по длинной грунтовой дороге. Вскоре мы добрались до сверкающего голубого озера, которое казалось совершенно уединенным. Сейдж подпрыгивала на сиденье с самой широкой улыбкой на лице. «Я не знаю, как вы, ребята, находите эти потрясающие места, о которых я даже не подозревала», — сказала она, собирая свою большую сумку.
«Ну, это прямо за городской чертой, так что я думаю, это из-за чар, которые здесь раньше были», — сказал ей Кэм, его рука сжалась на руле. Мы все знали, что он имел в виду. Из-за той куски дерьма Лори исследовать жизнь за пределами Изумрудных Озер было еще одной вещью, которой Сейдж была лишена.
Я вышел из задней двери, открыл дверцу Ростка и взял ее сумку. «По крайней мере, я вижу это впервые вместе с вами», — счастливо ответила она. Меня никогда не переставало удивлять, как этой женщине удается быть такой позитивной, несмотря на ужасные ситуации, в которые она попадала.
«Точно, Росток. А теперь дай мне посмотреть, как сексуально ты выглядишь в купальнике». Я игриво прорычал, помогая ей выйти из машины.
«Давай сначала устроимся, извращенец», — сказала она, надевая свою широкополую соломенную шляпу. Я откинул голову назад и рассмеялся, но я знал, что этот
купальник станет моей смертью. На ней было длинное платье в стиле батик, и я мог сказать, что это был топ-халтер... что означало сиськи. Прямо у меня перед лицом.
«Да, извращенец», — поддразнил Кэм, проходя мимо меня с холодильником в одной руке.
«Разве называть меня извращенцем должно обидеть? Потому что, кажется, это возымело обратный эффект. Я чувствую себя извращеннее, чем когда-либо!» — закричал я, бегом догоняя его.
«Тебя ничем не удержать, Кай». Сейдж хихикнула, доставая из сумки большое одеяло. Мы вместе раскрыли его и расстелили на траве. Кэм снял рубашку, обнажая свое татуированное тело и пирсинг на сосках.
«Классные плавки, чувак», — прокомментировал я, впервые хорошо их рассмотрев.
«Она купила их мне», — хмыкнул он, и я посмотрел на Сейдж, которая внезапно стала очень занята, роясь в сумке в поисках чего-то.
«О, Детка, как мило. Что в этом большом парне сказало тебе: «Купи мне эти плавки с хот-догами и бутылками кетчупа и горчицы, стреляющими струей?»
Она подавила смешок, а затем, сдавшись, совершенно потеряла контроль. «Ты бы видела его лицо, когда я подарила их ему. Оно было бесценным!» — засмеялась она, вытирая слезы с щек.
«То есть это была шутка?» — проворчал Кэм, глядя на нас двоих, которые теперь катались от смеха.
«Бро... да ладно. Ты серьезно думаешь...» — я взвизгнул, когда Кэм прыгнул ко мне, схватив меня за лодыжку своей железной хваткой. «Не трогай меня!»
«Заткнись, К. Дразнишь быка — получаешь рога». Он усмехнулся, обхватив меня за талию и поднимая без особых усилий.
«Дай ему рога, Папочка!» — закричала Сейдж, и Кэм захохотал так громко, что птицы взлетели с деревьев.
«Да, Папочка, дай мне рога! О, нет, подожди. Кэм. Что ты делаешь?» Я извивался в его хватке, когда он топал к озеру. Как только мы оказались примерно в шести футах от края, он разбежался и прыгнул со мной в воздух. Он отпустил меня в середине прыжка, и мы вместе рухнули в воду. Температура сначала была ледяной, так как мы погрузились почти на дно, но когда я выплыл на поверхность, она заметно потеплела.
Я вынырнул из воды мгновением раньше него, смеясь от прилива адреналина. Кэм поднялся из глубин, как водный бог, его золотые волосы потемнели от воды, стекающей крупными каплями по лицу.
«Ты козел», — поддразнил я, брызгая на него водой.
«Как ощущается?» — голос Ростка донесся до нас с берега. Я посмотрел на нее, и, черт возьми...
«Твердо, — сказал я
«Что ты сказал?» — крикнула она, и Кэм прочистил горло.
«Тепло! Он сказал, что тепло!» — крикнул он, и Росток улыбнулась, поворачиваясь в сторону, чтобы положить солнечные очки на одеяло. Умно. Держу пари, на дне этого озера было больше, чем пара пленных солнечных очков. Моя вечная способность обращать внимание на каждую деталь заставила меня заметить выпуклость ее нижнего живота. В моем горле зародилось урчание, а Кэм вздохнул. Он тоже заметил. Мы посмотрели друг на друга, и это был момент единения — молчаливая клятва, что мы не позволим причинить вред этим детям или нашей паре. Никогда.
«Иди ко мне!» — закричала Сейдж, и момент испарился. Но это обещание? Оно никогда не будет нарушено.
Мы нырнули к ней, теперь гоня по привычке. Немного дружеского соревнования никому не вредило. Кэм опередил меня на волосок, в чем он не преминул похвастаться, когда поднял руки, чтобы помочь Сейдж войти в воду.
«Как мужчина твоего телосложения может выиграть какую-либо гонку?» — спросил я, озадаченный. «Это как "Верьте или нет" Рипли! Это неестественно». Я надулся.
«Он бодрый Папочка», — поддразнила Росток, обвивая руками его шею, когда он вышел на более глубокую воду.
«Да, да. Ты просто завидуешь, что я более подтянут, чем мы двое», — прогудел Кэм, и я откинулся на спину, позволяя себе просто плыть.
«Хотел бы я», — парировал я, хотя теперь я был доволен тем, что существую в этом состоянии невесомости с солнцем на коже, водой на спине и моей девочкой рядом. Я позволял воде нести меня туда, куда она считала нужным, и слушал искаженные хихиканье и смех Кэма и Сейдж.
Я не уверен, как долго я так лежал, раскинув руки и ноги, но я расслабился, и, черт возьми, это было просто так чертовски безмятежно.
У меня внезапно возникла мысль поделиться этой информацией, и я выпрямился, привыкая к смене положения. Мое сердце бешено забилось, когда я осмотрел озеро и с первого взгляда не заметил их. Затем я услышал ритмичные хлопки кожи о кожу и чуть не проглотил язык при виде разворачивающейся сцены.
Росток лежал на плоском камне, а Кэм стоял в воде, его задница едва была видна, напрягаясь и сокращаясь, когда он жестко трахал Сейдж. Как, черт возьми, я пропустил это? Я подплыл ближе, чтобы лучше видеть. Луной, он отодвинул в сторону промежность ее купальника, так что ее груди в халтере все еще были на месте. У меня потекли слюнки при виде этого зрелища.
«Мне нравится, как ты трахаешь меня, Папочка», — застонала Сейдж.
Кэм прорычал в ответ, ускоряя темп. «Боги. Посмотри на свою киску, принимающую этот член. Ты была создана для меня, детка», — хрипло сказал он, его яйца хлопали о ее задницу с каждым толчком. Он заметил меня первым, его глаза горели огнем и похотью, когда я выбрался из воды и подкрался к своей Детке.
«Альфа», — промурлыкала она, заметив меня. «Поцелуй меня». И звездами, я поцеловал. Я мог бы целовать ее губы днями, но проказница просунула руку в мои плавки и начала тереть мой член.
«Черт», — выдохнул я у ее рта, проталкивая свой твердый член в ее плотный кулак и обратно.
«Пососи его», — приказал Кэм, его большой палец с точностью и решимостью кружил вокруг ее клитора. Росток дернула мои плавки, пытаясь снять их с моих бедер, поэтому я решил помочь своей девочке.
«Новая позиция, Большой Папочка», — сказал я, помогая Сейдж встать и подзывая Кэма к берегу. «Нагнись, грязная Детка». Я сжал свой член и направил его вверх с усмешкой. Ее глаза засверкали похотью, когда она нагнулась в бедрах, ее рот накрыл головку моего члена. Я громко застонал и заставил себя успокоиться, когда Кэм снова вошел в нее, проталкивая мою длину глубоко в ее горло.
«Так идеально для нас, не так ли, брат?» — спросил Кэм, его руки сжимали ее задницу, в то время как он пронзил меня порочным взглядом.
«Черт, да. Звезды, Детка. Как сейчас», — выдохнул я, поощряя ее продолжать свою дьявольскую оральную атаку.
«Я кончаю, о черт», — выдохнул Кэм, вены на его шее резко выделялись, когда он безжалостно вбивался в нее. Ее звуки удовольствия заставляли мою голову кружиться.
«Кончи на мой член», — выпалил я, и глаза Кэма распахнулись.
«Что ты сказал?» — спросил он, замедляя бедра. Сейдж громко застонала от моей просьбы.
«Я сказал, кончи на этот член. Затем я собираюсь трахнуть нашу девочку и засунуть его обратно туда, где ему место. Смешанный с моим».
Сейдж оторвалась от меня, вытирая рот и глядя на Кэма. «Я чувствую, насколько тебе нравится эта идея, Папочка. Сделай это. Кончи на член нашего Альфы и позволь ему залить меня вами обоими после».
Веки Кэма опустились, и он сделал дрожащий вдох. «Тогда держись, детка. Это будет быстро и жестко. Кай, иди сюда». Кэм не терял времени, трахая нашу пару так, будто от этого зависела его жизнь, пока я стоял и смотрел, как он входит в ее тело снова и снова.
«Сделай это. Кончай для нас, Кэм!» — закричала Сейдж, содрогаясь от собственного оргазма, который спровоцировал его. Отступив, Кэм выскользнул из все еще пульсирующей киски Сейдж и сжал мое плечо. Я шагнул как можно ближе, выбив его руку и сжав его член и мой вместе.
«О черт», — выругался Кэм, пристально наблюдая, как наши члены скользят вместе в моей хватке.
«Кончи для меня, Громовой Папочка», — простонал я, чувствуя, как его член дергается рядом с моим, что говорило мне, что он в секундах от оргазма.
«Боже», — взревел Кэм, когда струя за струей горячей спермы вырвалась из его члена, заливая мой. Несколько струй попали на мой пресс, и я наблюдал, как он следит за ними взглядом. Когда он был истощен, он переместил руку на мой затылок, притягивая мои губы к своим в обжигающем поцелуе, который чуть не подкосил мои колени. «Помести нашу сперму туда, где ей место, Альфа», — сказал он, отстраняясь, запыхавшись.
Сейдж стояла, ее пальцы скользили между ног, когда она бесстыдно терла свой клитор.
«Это было безумно сексуально», — сказала она мне, когда я поднял ее, позволяя ей обхватить ногами мою
Я куплю ей больше таких вещей. Это как выставочная полка для великолепных сисек.
Я был готов объявить о своей новой любви к этому стилю одежды, когда она скользнула вниз, и мой член идеально вошел в нее. «Я люблю вас, ребята». Мы оба застонали, и мои глаза закатились от удовольствия.
«Мы любим тебя, Детка. Всегда». И через несколько небольших толчков я излился глубоко внутри нее, гарантируя, что и Кэм, и я оставили свой след. Ее ноги упали с моих бедер, и я нежно поцеловал ее, наслаждаясь ее кокосово-ванильным ароматом, который был полностью ее.
Она посмотрела на нас обоих с расслабленным вздохом. «Давайте еще немного поплаваем, прежде чем нам придется возвращаться?» Мы кивнули; было невозможно сказать ей «нет». Мы использовали запасное полотенце, чтобы немного вытереться, прежде чем снова прыгнуть в воду и играть еще около часа.
Звук звонящего телефона Кэма донесся до нас, и мы трое замерли.
«Черт», — пробормотал он, быстро плывя к берегу.
«Думаешь, что-то случилось?» — спросила меня Сейдж, закусывая нижнюю губу.
«Может быть, ничего», — ответил я, но мое чутье подсказывало, что это не так.
Мы направились к берегу, когда Кэм расхаживал, слушая того, кто был на другом конце. Я вылез из озера и протянул руку Ростку, чтобы она не поскользнулась. Кэм бросил телефон обратно на одеяло, его руки уперлись в бока, когда он встретился со мной взглядом.
«Что?» — спросил я, готовясь к ужасным новостям.
«Нам нужно вернуться в коттедж. Они вернулись, но драконы? Они исчезли».
Черт.
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ О ТРИГГЕРАХ
Пожалуйста, имейте в виду, что следующая глава содержит несколько вещей, которые могут быть травмирующими для некоторых читателей. Продолжайте с осторожностью, если вы боретесь с физическим насилием, эмоциональным насилием и осложнениями беременности.
Глава 26. Сейдж
Мы свернули на мою подъездную дорожку, поднимая облака пыли и гравия позади нас. Настроение в машине резко изменилось с легкого и игривого, которое было у нас раньше. Теперь в воздухе витал темный дух предчувствия. Мы втроем были погружены в свои мысли. Если драконы исчезли... боги, они могли уже сравнять Бесмет с землей.
Кэм поставил машину на парковку, и мы выпрыгнули, желая услышать, что видели остальные. Решив оставить себе еще один маленький момент, я протянула руку и схватила Кэма и Кая за руки, останавливая их.
«Что такое, детка? Ты в порядке?» — спросил Кэм, и в его глазах светилось беспокойство.
«Я в порядке... отлично, правда». — Я улыбнулась им обоим. «Я просто хотела сказать спасибо. За то, что вывезли меня. Это было самое веселое время за последнее время. Я не осознавала, как сильно мне нужны были несколько часов отдыха и смеха, так что спасибо». Я бросилась к Кэму, обхватив руками его талию. Моя голова едва доставала до его плеч, и мне нравилось, как защищенно я чувствовала себя в его объятиях. Его глубокий смех заставил его грудь вибрировать у моей щеки, а его большие руки притянули меня ближе.
«Я люблю тебя, маленькая ведьма. Ты все время заботишься о других. Если кто и заслуживает отдыха, так это ты. Я просто рад, что тебе удалось немного передохнуть, поскольку похоже, что это может быть не скоро». Он наклонился и поцеловал меня в макушку.
Тепло окружило меня сзади, руки Кая обхватили мою талию, его губы нашли мою шею за мгновение до того, как он укусил меня. «Независимо от того, что мы делаем, пока мы вместе, это будет одним из лучших моментов моей жизни, Росток», — промурлыкал Кай, и я закрыла глаза, наслаждаясь его земным запахом кожи и сосны.
Я вздохнула. «Ладно, пойдем посмотрим, что там происходит. Я просто хотела сказать вам, что люблю вас обоих и очень ценю. О, и вы выглядели безумно горячо с вашими членами вместе, и я хочу подержать их в следующий раз, хорошо, спасибо, пока!» Я выскользнула из-за них и бросилась к двери, улыбаясь звукам их глубокого смеха.
Я услышала голоса еще до того, как вошла в дверь. Звучало как хаос. Прекрасно. Скинув обувь и бросив пляжную сумку на маленькую скамейку у двери, я направилась на кухню.
«Принеси все это», — приказал кому-то Хол.
«Как долго вас не будет?» — спросила Бабушка.
Мои глаза расширились при виде моей кухни, теперь пораженной тактическим торнадо. Рюкзаки, стопки оружия и множество магических предметов усеивали пол.
«Что происходит?» Слова прозвучали немного дрожаще, но, черт возьми, реальность обрушилась на меня, и мне нужна была минута, чтобы привыкнуть. Мои парни все бросили и окружили меня, каждый быстро поцеловал, прежде чем вернуться к своим делам. Брам задержался, взяв меня за руку. Кэм и Кай были у меня за спиной, ожидая информации.
«Мы добрались туда, как и планировали. Но представьте наше удивление, когда мы поняли, что здание было заброшено. Ни одного человека во всем месте. Фишер сразу понял это, когда не почувствовал никого, поэтому мы ворвались и обыскали здание комнату за комнатой. Казалось, там никогда никого не было. Зато подвал был в три раза больше пространства над ним. Там точно были драконы, хотя трудно было сказать, сколько времени прошло с тех пор. Там также было всевозможное испытательное и обследовательное оборудование. Честно говоря, это было похоже на лабораторию сумасшедшего ученого». Брам провел рукой по лицу, в его глазах читалась усталость.
Я шагнула ближе к нему и обняла его за талию. Мой большой демон нервничал, и я хотела бы сделать для него больше, чем просто обнять, но иногда таких объятий должно быть достаточно. Его тело расслабилось через несколько секунд, и я сжала его крепче. Видите? Я знала, что объятия помогут.
Я открыла глаза и увидела Миранду, смотрящую на нас с мрачным выражением. Наши глаза встретились, и она грустно улыбнулась мне. Ей тоже будет тяжело. Она только что встретила мужчину, с которым видела будущее, который был отличным с ее дочерью и защитником... а теперь он экипировался для войны в другом мире.
Я выскользнула из объятий Брама и направилась к своей лучшей подруге, обнимая ее в следующую очередь, пока парни продолжали разговаривать друг с другом, строя планы. Я пойду за ними, что бы они ни захотели; они были стратегами, а не я.
«Привет, подруга, ты выглядишь немного грустной», — тихо прошептала я, похлопывая ее по спине.
«Да, и взволнованной. Вы все едете, а я останусь
Я отстранилась и взяла ее за плечи. «Мы вернемся, Миранда». Полотенце, в которое я была закутана, начало разворачиваться, поэтому я сняла его и перекинула через стул сушиться. Я очистила купальник в озере после того, что мы там делали, и он уже почти высох. Мои руки расчесывали спутанные волосы; у меня не было времени расчесать их.
Я уже добралась до большого узла, когда Миранда ахнула.
«Что? О боже мой, на мне мертвая рыба?» — запаниковала я, глядя вниз и лихорадочно стряхивая ноги и руки. Однажды, несколько лет назад, я нырнула в озеро и обнаружила маленькую мертвую рыбку между грудями через несколько часов, когда принимала душ. Это до сих пор вызывает у меня отвращение. Кроме того, бедная рыбка на груди. Я снова взглянула на подругу и увидела, что ее взгляд лазером сфокусирован на моем животе. Ее глаза медленно поднялись к моим, и они сияли непролитыми слезами.
«Ты... Ты...»
Я посмотрела вниз и сама ахнула от шока. Мой живот значительно вырос с утра. Сильно. «Какого черта?» — прошептала я.
Скулеж был единственным предупреждением, прежде чем Кай развернул меня к себе. «Что случилось, Детка? Ты ранена? Это из-за... о, звезды», — выдохнул он, его глаза расширились. «Ребята, — позвал он, все еще глядя на мой очень беременный живот. Голова Рыбки поднялась с другой стороны кухонного острова, но остальные все еще были сосредоточены на планировании. «РЕБЯТА!» — закричал Кай, и все замолчали.
«В чем проблема?» — спросил Слоан, подходя к нам, его лицо было мрачным из-за текущей ситуации. Я была уверена, что быть драконом и видеть ту лабораторию, должно было спровоцировать его ПТСР. «О, святое дерьмо, ты такая беременная сейчас. Типа... что?» Он и все остальные в комнате глазели, и я пожала плечами, потому что не знала, как ответить на его вопрос. Он, казалось, взял себя в руки, потому что в следующее мгновение он уже был в панике. «Что во имя члена Юпитера мы стоим здесь?! Кто-нибудь, принесите этой женщине стул!» Он подхватил меня на руки и отнес к столу, осторожно усаживая на стул. «Рыжая, когда это случилось? Расскажи нам все».
«Я не знаю. Мы плавали и... всякое». Мое лицо залилось румянцем при воспоминании о том, чем мы занимались. «Я не была такой раньше». Я огляделась в поисках Бабушки. Она была мне нужна. Она, должно быть, почувствовала это, потому что, когда я сделала следующий вдох, она уже была здесь, протягивая мне стакан воды и начиная массировать мои плечи.
Кай низко заскулил в горле. «Я имею в виду, мы заметили, что ты немного округлилась, но это было ничто по сравнению с этим».
Хол выглядел потрясенным. Рик казался сбитым с толку. Миранда была безмолвна.
«Младенцы идут!» — радостно закричал Фарис, и начался ад.
«Что значит, они идут?» — Кэм.
«Я еще не дочитал книги по родам!» — Фишер.
«Кажется, меня сейчас стошнит. Я так нервничаю». — Кай.
«Вы, дураки, прекратите?!» — завопила Бабушка, и все замерли. Громкий звон заставил меня подпрыгнуть на стуле, и я обернулась, чтобы увидеть, что, черт возьми, случилось.
«Фарис, какого хрена ты делаешь с тостером?» — потребовал Фиш, когда Фарис поставил прибор обратно на стойку.
«Я не знаю! Я запаниковал и подумал, что он может пригодиться для подогрева вещей! Не суди меня, брат. Если бы мы предоставили это тебе, у нас были бы только книги, чтобы пройти через эти роды!»
«ХВАТИТ!» — закричала я. «Всем нужно успокоиться. Я не рожаю. Младенцы не идут прямо сейчас. Просто... прекратите. Пожалуйста».
Бабушка продолжала массировать мои плечи и начала раздавать указания всем сесть.
«Младенцы?» — голос Хола был тихим за моей спиной, и я повернулась, чтобы увидеть его, вытирающего одинокую слезу со щеки. «Я стану дедушкой?» — его глубокий голос дрогнул, и мои собственные глаза наполнились слезами, когда мы смотрели друг на друга. Это был человек, который зачал меня, а затем был лишен этой роли в моей жизни. Разве не странно, что он был тем родителем, который был со мной сейчас, выглядел так, будто я только что достала солнце и луну с неба и подарила их ему обоим?
«Д-да», — ответила я, и мой голос непреднамеренно дрогнул. «Близнецы». Я улыбнулась и подняла два пальца. «Это девочки».
Хол схватился за грудь, и я слышала, как Бабушка и Миранда шмыгают носами при этом трогательном моменте. «Я так рад за тебя, Дикая. Поздравляю». Он подошел и, не колеблясь, обнял меня крепко. «Это лучшие новости. Я не могу дождаться, чтобы увидеть их драгоценные лица».
Я рассмеялась его энтузиазму, задаваясь вопросом, сбудется ли его желание увидеть их скорее, чем позже. Это внезапное увеличение размера было немного тревожным. Я думала, это будет постепенный процесс, а не такой.
Хол отпустил меня, качая головой в неверии, прежде чем направиться прямо к Миранде и обнять ее в следующую очередь.
«Итак, есть мысли о том, почему это происходит?» — спросил Брам комнату. Его рога, крылья и хвост выскочили — вероятно, во время всего этого волнения — и его длинный хвост хлестал по воздуху, как кнут.
Кай расхаживал по комнате, а Наполеон теперь сидел у него на голове с мышиным хмурым выражением на крошечной мордочке. «Я ничего не придумал», — пробормотал он.
«Возможно, это нормально для такого типа беременности?» — добавил Рик, отпивая кофе.
«Это единственное, что приходит мне в голову... Мы знаем, что и демоны, и драконы вынашивают намного быстрее, чем люди или ведьмы. И у тебя их двое». Слоан похлопал меня по бедру. Он теперь сидел на полу между моих ног, его руки не отрывались от моего тела. «Что думаешь, Фиш?»
Рыбка задумчиво покусывал нижнюю губу. «Я думаю, ты прав, Слоан. Сладкая, ты чувствуешь боль? Что-то кажется тебе странным?»
Я сделала паузу, прежде чем ответить, позволяя себе оценить, как я себя чувствую, теперь, когда у меня было время сосредоточиться. «Нет, боли нет. Мне нужно в туалет, но я чувствую себя нормально».
Брам потер лицо рукой, обдумывая. «Я собирался предложить встретиться с драконом Вейрином сразу по прибытии в Бесмет. Теперь я думаю, что лучшим планом действий будет отправиться прямо в замок. Я знаю, что первая встреча с моим отцом прошла не очень хорошо, но я знаю его. Если Азраэль действительно увел свою армию драконов в Бесмет, мой отец захочет узнать об этом
«Мы все еще на дни впереди нашей запланированной встречи с Вейрином. Я думаю, это хороший план, и как бы мне ни хотелось, чтобы ты была где угодно, только не рядом с королем Тэйном, наши варианты ограничены. Брам, я предполагаю, что во дворце есть врачи, которые смогут оценить беременность Сейдж?» — спросил Кэм, всегда оставаясь лидером.
Брам кивнул. «Конечно. Поэтому я и предложил изменить планы. Я думаю, мы все почувствуем себя лучше, когда получим отзыв от врача, чтобы знать, чего ожидать».
Фарис шагнул ко мне и взял меня за руку. Мягкие губы прижались к моим костяшкам, и я улыбнулась этому нежному жесту. «Что думаешь, Светлячок? Ты согласна с этим планом?»
Мысль о посещении врача действительно успокаивала меня. Может быть, мы сможем услышать сердцебиение? У врачей-демонов есть аппараты УЗИ? Отец Брама был жутким, но я не видела других вариантов. Мы не могли позволить Азраэлю захватить королевство демонов, и я действительно хотела посетить врача, теперь, когда это было предложено. Будучи наполовину демоном, я не могла просто пойти в обычную больницу здесь — могла быть информация, которую мне действительно нужно было знать о беременности демонов. Однако было несколько вещей, которые я должна была прояснить.
«Я не доверяю Тэйну. Совсем. Если мне придется быть рядом с ним, я хочу, чтобы не меньше двух из вас были со мной, и ни при каких обстоятельствах он не должен прикасаться ко мне. Мы приезжаем, делимся тем, что знаем, посещаем врача и уезжаем». Я посмотрела на Брама. «Мне жаль, детка. Я знаю, что это твой дом, но в прошлый раз мне было так страшно, и я...» — мои слова замерли, когда мой большой рыжий демон обнял меня.
«Я никогда не прощу себе, что позволил тебя терроризировать в моем доме, моей собственной кровью», — выплюнул он, его голос стал глубоким и рычащим.
Почему психопат Брам такой горячий?
Я похлопала его по спине. «Ты не мог знать. Мы знаем сейчас, так что мы можем быть умными. Он показал свои карты в прошлый раз, когда мы были там. Я не виню тебя, Брам. Я просто хочу, чтобы все были на одной волне, когда мы войдем туда. Я бы предпочла вообще не ехать, но это может стать концом целого королевства, и нам нужно получить как можно больше информации о беременности и девочках. Мы все немного в неведении...»
Неудивительно, что все, казалось, согласились с изменением плана. У этих маленьких малышей будет так много любящих влияний в их жизни; одна только мысль об этом заставляла мое сердце биться чаще.
«Итак, команда». Голос Кэма вернул внимание комнаты, и парни выпрямились, готовые получать приказы. «Давайте закончим сборы и уедем как можно скорее. Я собираюсь быстро принять душ и забрать свои вещи наверху». С этими словами он подошел ко мне и опустил лицо к моему. Я вдохнула, когда он положил руку на мой округлившийся живот.
«Ты такая красивая, детка. Я соберу твои вещи. Просто расслабься, хорошо?» Он крепко поцеловал меня, оставляя ошеломленной, прежде чем направиться наверх.
Кай занял место Кэма передо мной, прижимаясь щекой к моей. «Мне тоже нужно быстро принять душ, но я скоро вернусь. Я принесу закуски и сохранил те итальянские рулетики, которые тебе так понравились. Ты хочешь, чтобы я приготовил что-нибудь еще? Ты хочешь...»
Я встала и обвила руками шею Кая, притягивая его лицо к своему. «Я в порядке, Альфа. Но спасибо, что думаешь обо мне». Я быстро поцеловала его в надутые губы. Он выглядел так, будто все еще хотел спорить или, скорее, настаивать на том, чтобы приготовить для меня больше еды, но я была уверена, что в замке будет достаточно еды.
Он вздохнул, и я слышала, как остальные двигаются, упаковывая наши вещи. «Ладно, ладно. Но я все равно возьму рулетики. Тот соус из вяленых томатов был одной из моих лучших работ». Он подмигнул и побежал наверх, чтобы принять душ.
«Что я могу сделать?» — спросила я остальных, чувствуя себя бесполезной.
«Посиди и отдохни, Детка. Может пройти много времени, прежде чем мы сможем поспать позже», — сказал Брам, не поднимая головы. Он был занят тем, что складывал вещи в свой рюкзак, поэтому я вздохнула и села обратно. Миранда и Бабушка присоединились ко мне за столом, и я решила, что несколько минут девичника не повредят. Я буду скучать по ним, пока нас не будет.
Прочистив горло, я постучала пальцами по столу и взглянула на свою лучшую подругу. «Прости, что я не успела тебе рассказать. Я бы сказала до того, как мы уедем».
«Сейдж. Тебе не за что извиняться. Беременность — это личное путешествие, и никто не имеет права быть его частью, если ты сама этого не хочешь. Я так рада за тебя, подруга. Ты потрясающая, сияешь и...» — она замолчала и просто завизжала от восторга, заставляя Бабушку и меня присоединиться. Хол что-то проворчал о женщинах, и Миранда показала ему средний палец, заработав несколько смешков от парней.
«Это безумие, как все привело к этому. К этому моменту. Несмотря на все препятствия, которые еще впереди, я не могу не чувствовать себя невероятно удачливой. Делает ли это меня плохим человеком?» Я нахмурилась. Надвигалась война, и было так много неизвестных, и вдруг меня охватила паника, что я была невероятно эгоистичной. «Абсолютно нет, Сейдж Уайлдс. Прекрати сейчас же. О чем бы ты ни думала, ты ошибаешься», — резко сказала Бабушка, указывая на меня пальцем. «Ты не удачлива, ты заслуживаешь. Ты всю жизнь тяжело работала; ты сильная и независимая. Ты отдаешь всем без раздумий и не ожидая ничего взамен. Люди не становятся удачливыми, дитя. Они получают победы, которые заслужили, и ты должна наслаждаться каждым моментом. Всегда найдутся люди, которые захотят твоей силы, твоей магии, твоих денег или твоей семьи, и ты можешь либо позволить им победить, либо бороться. Ты борешься и уничтожаешь их, Сейдж. Я не учила тебя ничему, кроме как создавать свое счастье и владеть своей магией. Ты не знаешь, что принесет завтра, так что ты, черт возьми, должна наслаждаться сегодняшним днем. И наплевать на всех, кто говорит иначе». Бабушка строго кивнула, заканчивая
Я смотрела на нее, моргая и переваривая ее слова. Она была права. «Спасибо», — прошептала я.
«Простите, мне нужно, э-э...» — Рик протянул руку Бабушке, его глаза горели. «Слово, Бетти, детка?» Я хихикнула, когда Бабушка вложила свою руку в его и взглянула на меня, поигрывая бровями. Рик провел ее через кухню и через заднюю дверь, восторженный визг Бабушки заставил всех рассмеяться.
Хол покачал головой. «Эта женщина — нечто».
«По крайней мере, у нее снова есть Рик. Это так романтично», — ответила Миранда с мечтательным выражением лица.
«Как Энни?» — спросила я у подруги. Ее здесь не было, поэтому я предположила, что она у родителей Миранды.
«Хорошо. Похоже, с ней не плохо обращались, пока она была в плену, и я так благодарна за это. На самом деле она не много помнит о том времени. Она сказала, что они просто заставляли ее много рисовать. Вероятно, пытались понять, как работает ее стихия, и смогут ли они увидеть проблески того, что может принести будущее». Она нахмурилась на стол и резко ударила по нему кулаком. «Я хочу, чтобы этот ублюдок был мертв, Сейдж».
«Я знаю, — мягко сказала я, беря ее за руку. — Он заслуживает не меньше. Он заплатит за свои преступления так или иначе».
«Мы готовы?» — спросила я своих парней, которые собрались вокруг меня на заднем дворе. Все двигались на удивление быстро, и мы были готовы менее чем через час после того, как вернулись с озера. Мы все приняли противные на вкус капли, чтобы нас не могли заморозить на месте с помощью демонической силы, и каждый носил на себе камень, блокирующий изменение формы.
«Да», — ответил Слоан, затягивая лямки рюкзака.
«Настолько готовы, насколько это возможно», — добавил Кай с решимостью в голосе.
Кэм хрустнул костяшками, поворачивая шею в ожидании. «Тогда поехали».
Мы попрощались внутри. Рик должен был остаться с Бабушкой и Мирандой. Он не хотел оставлять Бабушку без защиты, и мы согласились, что так будет лучше. К тому же, они только что воссоединились, и я не могла вынести мысли о том, что Бабушка снова останется без своей любви. Хантер должен был вернуться в любой момент, и он согласился остаться в коттедже, пока нас не будет. Надеюсь, когда мы вернемся, моя сестра будет здесь.
«Будьте умны. Пусть любовь и свет ведут вас в безопасности!» — крикнула Бабушка, когда мы все взялись за руки.
Хол, Брам и я выпустили нашу демоническую силу, создавая вращающийся портал прямо в центре нашего круга. Искры синего и белого цвета исходили от сферы, и, бросив последний взгляд на Бабушку, я шагнула в проем. Через несколько секунд мои ноги коснулись каменной дорожки, и звуки недовольства более чем одного из моих мужчин от ощущения прыжка через портал достигли моих ушей.
Подняв глаза, я проследила взглядом за замысловатой каменной кладкой массивного замка. Мы сделали это. Мы были здесь.
«Все в порядке?» — спросил Фишер.
«Да, не считая того, что у меня такое чувство, будто желудок сейчас выпадет, я в порядке», — ответил Фарис, прижимая руку к животу. Я подошла и обняла его.
«У меня тоже живот болит», — крикнул Кай с усмешкой, и я просто показала ему язык.
«Что-то кажется странным?» — спросил Брам у Хола, и они оба осматривали окрестности. Во дворе, казавшемся внутренним, не было других демонов, так что наше прибытие могло остаться незамеченным. Пока.
«Пока не могу сказать. Чем скорее мы найдем твоего отца, тем лучше. Давай войдем внутрь», — осторожно сказал Хол, хлопая Брама по плечу. Двое из них провели нас к огромной изогнутой арке, покрытой резьбой с изображениями демонов и замысловатых цветов. Я хотела бы иметь больше времени, чтобы рассмотреть детали, но рука Кэма на моей пояснице подтолкнула меня продолжать путь.
«Где все?» — тихо спросила я, потому что именно это было странным... Было тихо. Здесь не было так, как в прошлый раз, когда я была здесь.
Плечи Брама были напряжены. «Я не уверен. Может быть, там какое-то мероприятие, и все внутри. Просто... будьте начеку», — ответил он.
Мы вошли в замок без проблем, следуя извилистыми коридорами немного быстрее, чем моя обычная скорость ходьбы. Через несколько минут тишины и не увидев ни души, у меня возникло дурное предчувствие. Что-то было не так. Я собиралась высказать свои опасения, когда наконец кто-то пересек наш путь.
«Простите?» — окликнул Хол мужчину-демона, который вздрогнул от звука его голоса.
«Да?» — ответил мужчина, наклонившись немного влево, чтобы увидеть остальную часть нашей группы.
«Где все?» — спросил Брам, подходя к нему.
Когда демон понял, с кем разговаривает, его глаза расширились, и он сразу же опустился на одно колено. «Мой принц, простите меня. Я не узнал вас сначала», — выпалил он.
«Прощаю. А теперь, пожалуйста, скажите нам, где мы можем найти моего отца. Это срочно». Голос Брама передавал важность вопроса, и мужчина-демон встал и почти комично быстро кивнул.
«Конечно, Ваше Величество. Он в тронном зале. Было собрание; оно может все еще продолжаться». Мужчина нервно заламывал руки. Я понимала. Я имею в виду, я встречала короля Тэйна несколько раз, и с ним было что-то серьезно не так. Как кто-то мог чувствовать себя в безопасности в его присутствии, было для меня загадкой.
«Очень хорошо, спасибо. Продолжайте», — ответил Брам, отпуская мужчину от допроса. Он повернулся к нам, его лицо стало немного более расслабленным, теперь, когда мы получили подтверждение, что его отец здесь. «Пошли».
Мы последовали за Брамом и Холом, когда они шли по замку к тронному залу. Я вспомнила месяцы назад, когда я впервые встретила Брама и спряталась в шкафу. Казалось, это было только вчера и в то же время так давно.
Две огромные деревянные двери были закрыты, но Брам и Хол не остановились, толкая их, как будто они не были толщиной в шесть дюймов и высотой в двадцать футов. Они скрипнули на петлях, предупреждая всех в комнате о нашем прибытии. Мои глаза сразу же метнулись к главе комнаты, где находился трон, и я глубоко вздохнула, увидев мужчину, которого надеялась больше никогда не видеть, сидящего, как король, которым он и был.
Его темные волосы были уложены, корона гордо сидела на голове. Роскошная мантия из красного бархата была накинута на его плечи и касалась пола. Улыбка тронула уголок его рта, когда мы приблизились к трону, и Кэм вложил свою руку в
«Ах, наследный принц вернулся. Чему я обязан этому радостному событию?» — прогремел король Тэйн, поднимаясь на ноги и широко раскидывая руки.
«Отец. Я пришел с серьезными новостями. Возможно, вы могли бы собрать своих генералов, и мы могли бы обсудить это наедине?» — предложил Брам, и король наклонил голову набок, позволяя своим глазам оторваться от Брама, чтобы изучить остальных из нас. Его взгляд скользнул по Фишеру и Фарису с интересом. Какого хрена? Когда его глаза встретились с моими, я могла бы поклясться богам, что видела, как в них что-то вспыхнуло, но это исчезло так быстро, что я, возможно, это вообразила. Этот мужчина просто жуткий.
«Чепуха. Ты привел гостей, я вижу. Хол Холодный, давно не виделись», — сказал он Холу, спускаясь по ступеням на наш уровень. Пройдя мимо Хола, король Тэйн даже не остановился, чтобы поприветствовать его должным образом. Его глаза были прикованы ко мне, и я уже слышала шипение Фариса и глубокое рычание Слоана, Брама и Кая.
«Отец, прекрати. Она моя», — прорычал Брам, хватая Тэйна за руку и разворачивая его. В тишине, которая воцарилась в комнате, можно было услышать, как упала булавка.
«Ты спарился?» — усмехнулся Тэйн, и Брам издал ужасающий рык, от которого моя кровь не должна была нагреваться так, как она нагрелась, но я была наполовину демоном. Видеть, как моя пара встает на защиту и заявляет о своих правах на меня, было чертовски горячо. Крылья Брама хлопнули от раздражения, и его тело вытянулось, его рост легко увеличился еще на четыре дюйма, не считая закрученных рогов.
Тэйн откинул голову назад и захохотал, как будто это был величайший день в его жизни. «Успокойся, мальчик. Хорошо для тебя». Глаза Брама сузились, пытаясь понять, был ли его отец искренен или нет. «Вы все слышали великую новость? Мой сын нашел пару!»
Около пятидесяти демонов, находившихся в комнате, зааплодировали, и мы все занервничали. Этот парень был нестабилен. Я шагнула вперед, желая добраться до Брама, чтобы просто молча поддержать его, когда Тэйн развернулся и ухмыльнулся. Его глаза скользнули по моему телу, и он заметно дернулся, когда увидел мой беременный живот.
«Она беременна? Твоим ребенком?» — спросил король в неверии.
«Не то чтобы это было твое дело, но да. Один из этих детей зачат твоим сыном», — рявкнула я, прежде чем успела подумать.
Он приподнял бровь. «Один из них?»
«Другой — мой», — ответил Слоан, занимая место рядом со мной и обхватывая меня за талию. «У нас будут проблемы, Ваше Высочество?» Он даже не пытался скрыть сарказм в титуле, и я почти слышала, как Кэм скрежещет зубами за нами от нашего намеренного хамства.
«Интересно», — сказал Тэйн, поворачиваясь спиной и направляясь обратно к своему трону.
Я посмотрела на Брама, который выглядел таким же озадаченным, как и я.
«Что за срочные новости?» — крикнул ему отец.
«Ваше Высочество, если позволите», — начал Хол, делая паузу, пока король не кивнул ему, чтобы он продолжал. «Нам стало известно, что в мире людей был объект, который Азраэль использовал как своего рода центр содержания для драконов. Мы отправились на расследование и обнаружили, что этот объект пуст. У нас есть основания полагать, что он готовится к захвату трона, поэтому мы пришли как можно скорее, чтобы сообщить эту информацию и предложить нашу поддержку».
Король Тэйн вздохнул и покачал головой, и хватка Слоана на моей талии сжалась.
«Будьте готовы ко всему. Я не могу читать его, но его язык тела не в порядке», — сообщил Фишер всем нам через ментальную связь, и я позволила стене, сдерживающей мою магию, приоткрыться.
Король погладил бороду, не выглядя ни капельки встревоженным откровением Хола. Солнечный свет, который проникал через окна, внезапно был заблокирован, как будто огромные облака только что накатились и затмили свет. Я обернулась и взглянула на Кэма, задаваясь вопросом, не стоит ли он за этим, но он выглядел таким же озадаченным, как и мы.
«Если моя память мне не изменяет, Хол, в последний раз, когда вы были здесь с моим дорогим сыном и вашей дочерью, ваше поведение было тем, что некоторые назвали бы государственной изменой. Фактически, — прогремел он, чтобы вся комната слышала его слова, — все трое из вас могут быть виновны в этом тяжком преступлении».
Я почувствовала гнев, пульсирующий по связи от моих пар, и мне не нужно было видеть их, чтобы знать, что они формируют более плотное построение, готовясь к худшему.
«Отец, — позвал Брам, поднимаясь по ступеням к мужчине, который зачал его. — Мы можем обсудить это позже, но вы должны понять, что речь идет о сотнях драконов. Только потери...»
Король взмахнул рукой, и Брам внезапно замолчал. Фактически, он перестал двигаться. Черт. Капли, которые мы приняли, явно не могли сравниться с силой этого демона. «Не бойся. Я прощаю тебе твои изменнические преступления. Я просто не вижу смысла казнить тебя за преступления, совершенные при предыдущем правлении».
Предыдущем правлении? Но...
«Беги, Дикая. Убирайся, сейчас!» — закричал Хол, и я почувствовала руки, хватающие меня, оттаскивающие обратно к тому, откуда мы вошли. Смех короля наполнил зал, хриплые раскаты медленно перешли в другой смех.
«Черт», — прошептала я, мои глаза были прикованы к демону, стоящему перед троном, когда его форма заколебалась и исказилась, оставляя на его месте не кого иного, как Азраэля.
Злой демон поправил корону обеими руками. «Схватить их! Заковать всех!» — взревел он, и его стражи хлынули, как тени, просачивающиеся из трещин в стенах. Брам все еще был на лестнице, и я закричала, когда Азраэль приблизился к нему. Парни отчаянно кричали мне, и порыв ветра взметнул мои волосы вокруг головы, когда Фарис бросился к трону. Азраэль просто выглядел скучающим, когда он выбросил руку, отправляя огромную люстру, падающую с потолка.
«Фарис!» — закричала я так громко, что поклялась, что чувствую, как кровь течет из моих ушей.
«Черт!» — прорычал Фишер на фоне звуков борьбы. Рев Багиры послал мурашки по моей коже, но мое сердце разбилось, когда массивный осветительный прибор ударился о каменный пол с оглушительным грохотом, и я не видела Фариса нигде.
О боже мой. О звезды, нет.
Азраэль замахнулся и ударил моего демона так сильно, что тот отлетел на десять футов назад, врезавшись в каменную колонну и превратив ее в руины. Я призвала свою магию и с ужасом обнаружила, что у меня ее нет. Совсем ничего. Бешено обернувшись, я увидела, как Багиру сбивают с ног почти дюжина
«НЕТ!» — закричала я, не зная, что делать. Что я могу сделать? Я увидела вспышку золотых волос, и глаза Кэма встретились с моими, когда он упал под натиском охранников. Это не реально. Может быть, я снова сплю? Где Рыбка?
«Вы, ублюдки!» — услышала я его крик и последовала за звуком его голоса на пол, где я могла видеть, как несколько охранников связывают его запястья и лодыжки. Хол был недалеко от Фишера, сражаясь с огромным демоном в рукопашной, и для моего отца это выглядело не очень хорошо. Его лицо было в крови, он шатался. Мое зрение затуманилось от слез, когда его противник поднял массивную ногу и пнул Хола в грудь, сбивая его с ног. Блеск серебра в руке охранника, когда его рука рассекла воздух, был единственным предупреждением, прежде чем он вонзил меч глубоко в живот Хола.
«Нет, нет, нет». Это все, что я могла сказать. Все были серьезно ранены, схвачены или хуже. Гораздо хуже. Мой живот внезапно сжался, перехватывая дыхание. Слоан. Где он был? Охранники не обращали на меня внимания, и я задавалась вопросом, сказали ли им не причинять мне вреда или они просто не видели во мне угрозы.
Ужасный, пугающий гул раздался позади меня. Все мое тело тряслось, когда я повернулась, делая шаг назад, и увидела огромную голову дракона Слоана прямо за мной.
«Слоан», — выдохнула я с облегчением, обнимая его за морду и крепко прижимаясь. Мы будем в порядке. Он убьет их всех и вытащит нас отсюда.
«Закрепите заключенных!» — закричал Азраэль.
«Слоан, слушай меня. Подожди, пока охранники все соберутся вместе, и тогда ты сможешь обжечь их огнем, хорошо? Брам не двигался, — выдавила я. — И Хол, о боги. Слоан, мы должны выбраться отсюда». Еще одна волна спазмов ударила меня с силой поезда, и мне пришлось согнуться, делая глубокие, прерывистые вдохи.
«Иди сюда, зверь», — приказал Азраэль. Я стояла к нему спиной и споткнулась, когда Слоан прошел мимо меня.
«Подожди», — умоляла я.
«Глупцы. Все вы. Вы действительно думали, что сможете победить меня?» — жестоко рассмеялся Азраэль. Я тяжело дышала, глядя, как Слоан идет к Азраэлю. «Вниз», — рявкнул Азраэль, и Слоан упал на землю, опуская голову в знак подчинения.
О луны, мы так влипли. Слезы текли из моих глаз, хотя я не была уверена, от шока ли, от страха за моих мужчин или от боли, которую я чувствовала.
Откуда-то привезли тележку, и охранники бросили на нее моих мужчин одного за другим. Повернув голову, меня вырвало, когда безжизненное тело Брама ударилось о тележку, и его рука безжизненно свесилась через край, неестественно вывернутая. Кай все еще был в форме Багиры, но глаза большого кота были закрыты, а язык вывалился. По крайней мере, я видела, как его грудь медленно поднималась и опускалась, поэтому я знала, что он не мертв. Кэм и Фишер были единственными двумя, кто был в полу-сознании, но это было преувеличением. Хол все еще лежал там, где его пронзили, и я не могла заставить себя посмотреть поближе.
«Выкопайте мага крови из-под люстры позже. Это может подождать», — сказал Азраэль охранникам.
«Почему?» — прохрипела я, когда Азраэль медленно приблизился ко мне.
Его рот изогнулся, когда его похотливые глаза скользнули по моему телу. «Ты можешь выйти сейчас, дорогая», — крикнул он через плечо. Я попыталась стоять прямо и быть храброй ради моих мужчин, ради моих детей, но, о, черт возьми, все болело.
Я почувствовала, как побледнела, когда увидела вспышку рыжих волос. Длинное темно-синее платье.
«Здравствуй, дочь. Я бы сказала, что ты хорошо выглядишь, но у тебя кое-что...» — Лори замолчала, указывая на свою промежность.
«Что?» — прошептала я, проводя рукой по внутренней стороне бедер, которые были плотно сжаты из-за волн спазмов. «Нет», — закричала я в ужасе, глядя на кровь, теперь покрывающую мою ладонь.
Рисунок, который я нашла в альбоме для рисования. Это было оно. Это происходило.
«Нет». Суматоха в моем животе — первое, что я почувствовала — заставила меня обхватить себя руками. Маленькие пинки и удары давили на мои предплечья, пока рыдания сотрясали мое тело. «Помогите мне, пожалуйста», — умоляла я женщину, которая родила меня.
Она и Азраэль переглянулись, и Лори медленно подошла ко мне на несколько шагов. Ее рука легла на мою щеку, и в моем сердце вспыхнула надежда, что она сделает что-то. Что угодно.
«Я говорила тебе раньше. Пророчество обо мне, а не о тебе. И вот ты все еще пытаешься забрать то, что предназначено мне», — прорычала она, и я вскрикнула, когда ее ладонь ударила меня по лицу с достаточной силой, чтобы сбить меня с ног.
«Уберите их с моих глаз, пока я не решил, что с ними делать», — рявкнул Азраэль, и охранники начали выкатывать тележку с моими мужчинами из комнаты, когда старые знамена с гербом короля Тэйна упали на пол, а новые с гербом Азраэля заняли их место. Я потянулась к Слоану, хотя это не имело значения. Я не могла двигаться, и он был потерян для своего ПТСР, и, возможно, Азраэль имел над ним более сильную власть.
«Слоан», — прохрипела я, мой голос был не более чем сломанным шепотом. Его ледяные голубые глаза встретились с моими, и я клянусь, они были такими же влажными, как и мои.
Мое зрение затуманилось. Пожалуйста, звезды. Только не мои дети. Они все еще двигались, поэтому я нашла некоторое утешение в том, что я, по крайней мере, смогла их почувствовать. Моя голова была затуманена и дезориентирована, когда я смотрела на своего сломленного дракона. Я потеряла много крови, и я знала, что скоро потеряю сознание.
«Не позволяй им причинить нам боль, Слоан. Ты нам нужен. Ты сильнее, чем думаешь». Я протолкнула мысль через ментальную связь, мое дыхание замедлялось.
Это не могло быть концом. Мои мечты только начали сбываться. Медленно моргая, я подняла глаза и посмотрела в большое окно. Море тьмы двигалось по небу.
Крылья, чешуя и хвосты.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге