Ледяной чертог для герцогини

Глава 1

Александра Гаршина

Ледяной чертог для герцогини

Я кралась вдоль тёмных стен, сняв туфли. Замок был полон гостей, которые стекались на праздник смены года. Несмотря на наше положение, матушка с папенькой продолжали устраивать пышные балы и просто чаепития. Меня это не устраивало, но кто же меня спрашивал?

Поэтому сегодня, улучив момент, когда родители отвлеклись на гостей, я сбежала с праздника и старалась незамеченной пробраться в свою комнату.

Ещё ни разу до этого мне не приходилось проверять, правду ли говорят: если помолиться богине в эту ночь и загадать желание, она его обязательно исполнит. Но просить можно лишь один раз в жизни, хорошо подумав. Сегодня я решила это проверить.

Попав в свои покои, я заперлась, подошла к окну. Разноцветные магические огоньки, которыми был украшен сад, мерцали и переливались. По дорожкам медленно прогуливались гости, наслаждаясь маленькими снежинками, что мягко сыпались с неба, окутывая голую землю, будто белоснежное одеяло. Ощущение чуда витало в воздухе, даже несмотря на то, что все знали: снег вызван магом именно для праздника, и уже завтра от него не останется и следа. Слишком жаркий у нас климат для того, чтобы снег был реальностью.

Подняла взгляд на небо. Я знала, что богиня Ниера меня услышит в любом случае, но было проще сосредоточиться, наблюдая за яркими звёздочками, которые подмигивали мне с неба.

— Пожалуйста, услышь желание в этот праздник. Пусть родители одобрят мою помолвку с тем, кто сегодня придёт к ним за благословением. Это шанс нам выбраться из бедности, а для меня — построить любящую семью!

Я прижала руки к груди, где, казалось, сердце готово выпрыгнуть от волнения. Именно сегодня должен прийти вновь с просьбой просить моей руки Риедлен — красивый молодой человек, с которым уже год я общалась и была сильно влюблена. Два раза родители ему уже отказывали. А всё потому, что он был всего лишь сыном купца, неподходящая партия для дочери графа. А то, что этот брак помог бы нам выбраться из нищеты и долгов, родителей не волновало. Как и наши чувства. Сегодня будет третий и последний — после третьего отказа уже запрещено пробовать снова. Потому загадать желание виделось мне единственным шансом.

Я вновь спустилась в зал. Кинула взгляд в зеркало, поправляя выбившуюся светлую прядку из высокой причёски. Разгладила пышную юбку голубого бального платья, поправила сапфировое колье, которое оттеняло цвет глаз. Сегодня хотелось выглядеть идеально. Ведь если богиня исполнит желание, о помолвке могут объявить сразу, пока разгар праздника.

«Всё получится!» — улыбнулась, пытаясь подбодрить себя.

Время шло, а родители молчали. Я приняла несколько приглашений на танцы, постояла в компании главных сплетниц, попробовала пообщаться с подругами, но не могла ни на чём сосредоточиться.

— Эледия, — услышала, наконец, голос матушки, от которого перехватило дыхание. Получилось⁈

— Да, матушка, — на секунду замерла, пытаясь совладеть с расплывающейся улыбкой, после чего повернулась к ней.

— Тебя зовёт отец, сейчас. Он в своём кабинете.

— Иду, матушка, — я поклонилась, медленно двинулась к выходу, хотя так хотелось бежать! Но не по статусу, как и выдавать все эмоции. За девятнадцать лет своей жизни искусством держать лицо я овладела идеально.

— Садись, дочь, — седовласый подтянутый мужчина кивнул на кожаный диван, стоящий у стены. Я присела, аккуратно расправив складки на юбке, сложила руки. Посмотрела на отца, который сидел за рабочим столом, подписывая какие-то бумаги.

— Сейчас ко мне приходили просить твоей руки. Я дал согласие.

Я прикусила щеку изнутри, стараясь сдержать рвущуюся на волю улыбку. Ну наконец-то! Скоро я стану женой любимого мужчины, перееду в его поместье на берегу моря. Буду недалеко от родных, смогу их часто навещать.

Тем не менее несмотря на выпирающие эмоции, я, как послушная дочь, сидела молча, ожидая продолжение.

— Мы с герцогом Алдорским уже всё подписали, свадьба пройдёт в его замке, в путь отправляешься завтра на рассвете.

Я шокировано смотрела на отца.

— Прости, с кем?

— Герцогом Алдорским, — терпеливо повторил он.

— Но как же… — я замолчала, пытаясь уложить в голове новую информацию. Воодушевление пропало, как и не бывало. Холод сковывал душу, невольно подступили слёзы. Так не должно быть! Я же загадывала другое!

— Как же твой Риедлен? Я уже говорил, не по статусу тебе такой брак. Он должен прийти через час, и я бы ему отказал третий раз, но сейчас всё сложилось ещё лучше.

— Но я даже не знаю герцога, — потрясённо прошептала, сжимая руки в кулаки.

— Узнаешь, это не препятствие к браку. Получишь титул выше, хорошее содержание. Это отличная партия для тебя, дочь, — в его тоне скользнули виноватые нотки. Я подняла на него глаза. Мне до сих пор не верилось, что это происходит на самом деле. Я же просила богиню!

— Твои служанки уже собирают вещи. Можешь взять с собой любую личную горничную, герцог не против.

— Но, пап!

— Это не обсуждается! Ты мне ещё спасибо скажешь.

— Не скажу! — всхлипнула, не удержавшись.

— Всё, дочь, иди. Завтра в путь, — он встал, отошёл к окну, давая понять, что разговор закончен.

Я вскочила, кинулась к нему, хватая за рукав.

— Папенька, прошу тебя! Я же другого люблю, не буду я счастлива в этом браке!

Он даже не повернулся.

— Иди к себе и готовься, — глухо произнёс. — Всё уже решено.

«Бесполезно его просить» — эта мысль проскочила в голове, вбивая последний гвоздь в осознание реальности. Я пошатнулась, схватилась за угол стола. Перед глазами всё плыло, слёзы стекали по щекам. Медленно вышла из кабинета, тихо прикрыла дверь. И осела на пол, закрывая рот обеими руками, сдерживая рыдания. Всё кончено. Шансов на счастье у меня не осталось.

Глава 2

Ночь прошла в слезах, пока служанки суетились и укладывали чемоданы. Мыслить о побеге я даже не стала, иначе родители просто не расплатятся за нарушение договора.

К утру у меня не осталось никаких эмоций. Абсолютно равнодушно я смотрела в стену, пока служанки меня умывали и собирали. Так же бездумно ткнула пальцем на первую попавшуюся горничную, которая поедет со мной. Мне было всё равно, кто это будет.

— Дочь, напиши, как доберёшься, устроишься, — мама со слезами на глазах обняла меня. Я молча кивнула, даже не поняв, что она попросила. В голове был полный вакуум. Мне не было интересно, куда я поеду, сколько будем в дороге, кто меня

— Сколько мы уже едем? — это была моя первая фраза за долгий путь, во время которого я или спала, или смотрела в стену кареты.

— Девять дней, леди, — тихонько ответила Лиссина. Я изумлённо на неё глянула.

— Серьёзно⁈

— Да, леди. Через пару дней будем на месте.

— Хорошо.

«Даже не заметила, как прошло столько времени», — я отодвинула шторку с окошка, глядя на белоснежные просторы до самого горизонта.

— Это… Снег? — Тихо выдохнула, боясь поверить своим глазам. Куда же мы едем⁈ Неужели отец согласился выдать меня замуж за кого-то северного⁈

— Да, леди.

Просто не верится. Как он мог так поступить, зная, как я ненавижу холод⁈ Почему вообще согласился⁈

«Потому что сама так загадала», — тут же поняла я, стоило вспомнить, как именно я сформулировала желание. И что мне мешало нормально его высказать, с нужными именами⁈ Понадеялась на то, что к дочери обнищавшего графа больше никто не посватается? Вот и получила. Дурная была идея с этим желанием.

Я вздохнула, прикрыв режущий глаза пейзаж шторой. Откинулась на мягкую спинку, кутаясь в непонятно когда взявшийся шерстяной платок. И почувствовала, как замёрзла. Как затопило меня отчаяние, бьющееся в голове, будто птица в клетке. Как подступили вновь слёзы к глазам, которые я пыталась сдержать, закинув голову вверх. Нельзя плакать, хватит. Это ничего не изменит. Надо думать, как быть в сложившихся условиях. Учитывая, сколько времени уже потеряно, нужно срочно собраться с мыслями. Да я даже банально не готова по вещам к жизни на севере! А вместо этого сижу и страдаю! Нет уж, что сделано, то сделано. Обратно не повернёшь.

— Лиссина, папенька дал с собой монеты?

— Нет, леди.

Так, здесь уже пролёт. Значит, пока не окажусь у жениха, эту проблему не решить. Что ещё?

— Где все документы?

Горничная вытащила небольшой сундучок. Я приложила к нему руку, послала магический импульс. С тихим щелчком крышка откинулась. Меня интересовал только договор, который я быстро нашла и углубилась в чтение.

Оказалось всё довольно неплохо. Содержание есть, помощь родителям с их долгами тоже, за меня даны хорошие откупные. Даже интересно, зачем вдруг герцогу понадобилась? Без приданого, титул ниже, магия очень слабая. В чём его выгода? Если герцог окажется адекватным мужчиной, обязательно спрошу.

Остаток пути прошёл незаметно. Я строила планы, продумывала своё поведение. И дико мёрзла, несмотря на то, что Лиссина то и дело подкладывала горячие камни под мою скамью и кутала меня уже в несколько одеял. За окном пейзаж практически не менялся. Или занесённые искрящимся белоснежным одеялом поля, сливающиеся с горизонтом. Или зелёные ели, укрытые снегом, будто шапками. Изредка попадались постоялые дома, что располагались на широком тракте, и в которых мы останавливались перекусить или заночевать.

— Подъезжаем, леди, — услышала я крик кучера к завершению одиннадцатого дня пути.

— Лисси, подай зеркало, — тут же скомандовала служанке. Не секрет, что встречают по внешнему виду. А окрестности ещё успею посмотреть, жить мне здесь теперь долго.

На секунду в сердце ворвалась тоска, но я тут же её прогнала. Не сейчас, не время.

Сняла платок с головы, повернулась к горничной спиной. Пока она делала причёску, а я пыталась не отморозить уши, постоянно их растирая, оглядела себя в маленьком зеркальце. В целом видом осталась удовлетворена. Всё прилично, наряд чистый, статусный, а небольшая помятость допустима после долгого пути. Накинула лёгкий плащ, сомневаясь, что при такой погоде он сильно поможет. Я готова.

Карета, пошатнувшись, остановилась. Я дождалась, когда откроется дверь. Приняла предложенную кучером руку, спустилась. Ноги в лёгких сапожках моментально замёрзли, ледяной ветер прошёлся по открытым участкам кожи, покалывая, будто сотни иголочек.

«Если я здесь останусь в живых, то как минимум отморожу мозги и стану дурочкой», — мысленно истерически хохотнула, однако не позволила проступить на лице и тени недовольства. Плавно, не спеша, приблизилась к замку, у которого меня уже ждали выстроившиеся в шеренгу слуги. На самом крыльце, у дверей, стоял высокий мужчина. Чем ближе я подходила, тем отчётливей видела проступающее на его лице недоумение.

«Хотя бы не старик и не страшный», — промелькнула у меня мысль, когда я подошла почти вплотную. Присела в реверансе, прекрасно осознавая всё хуже работающей головой, что я ниже его по положению. Холод добрался, казалось, до каждой моей косточки, пальцев я уже не чувствовала, в голове всё плыло, зубы невольно стучали, как бы я ни старалась это сдержать.

— Светлого дня вам, милорд, — прошептала непослушными губами… И рухнула, уплывая в темноту.

Глава 3

Очнулась в незнакомой комнате. Сквозь щель в плотных бордовых шторах пробивались солнечные лучи. Трещали дрова в камине, наполняя жаром помещение.

— Лисси? — в полутьме разглядела фигурку служанки, которая дремала в широком кресле у окна. Девушка испуганно подскочила, приглаживая растрепавшиеся тёмные волосы.

— Леди, как вы себя чувствуете? — она подбежала ко мне, подала дымящуюся чашку.

— Что здесь? — я скривилась, почувствовав неприятный запах.

— Отвар лечебный с мёдом. Вы сильно замёрзли, заболели.

— Какое чудесное вышло знакомство, — шёпотом произнесла. Заткнула нос, залпом залив в себя эту горькую гадость, которой мёд нисколько не помог.

— И давно я так лежу?

— Нет, леди, мы прибыли вчера.

— Хорошо. Открой шторы и можешь пока идти.

— Леди, — девушка помялась, — милорд просил сообщить, когда вы очнётесь.

— Да что же такое, — тихонько выдохнула. Даже поболеть не даёт. — Лисси, помоги мне собраться.

Я встала, почувствовала, как холодный ветер прошёлся по ногам. Да уж, обувью здесь тоже явно стоит озаботиться. Только я даже не представляю, как выеду в город с тем количеством тёплой одежды, которая у меня есть. Точнее, которой у меня ровно ноль. Одна надежда, что жених вызовет мастера-сапожника и модистку во дворец, и желательно как можно быстрее. Иначе вдовцом он станет раньше, чем ему хотелось бы: ведь явно не просто так эта поспешность.

Умылась холодной водой, но старая привычка сделала только хуже. Если на юге прохлада помогала мне взбодриться поутру, то здесь она сыграла злую шутку. Я замёрзла ещё сильнее, несмотря на жар от камина.

— Лисси, теперь приноси для умывания только тёплую воду, — стуча зубами, велела служанке, пока она укладывала волосы в высокую причёску.

— Как скажете, леди.

Спустя минут десять я была готова принимать жениха и, наконец, нормально с ним познакомиться. Лисси проводила меня в гостиную, недалеко от моих покоев, и пошла докладывать хозяину замка. Я же в волнении

— Светлого дня, милорд, — присела в реверансе сразу, как только герцог вошёл в комнату.

— Светлого дня, леди. Присаживайтесь, — указал он мне рукой на диван. Сам же расположился в кресле напротив, закинув ногу на ногу. Я вспыхнула под внимательным взглядом, которым он, казалось, прощупал каждую клеточку моего тела, в нарушение всем правилам этикета. Во мне столько наглости не было, поэтому я просто разглядывала герцога из-под опущенных ресниц. Тёмные волосы зачёсаны назад, нос с небольшой горбинкой, чёткие скулы, лёгкая небритость. Возраст не больше тридцати. Лёгкая рубашка с закатанными рукавами открывала вид на накачанные руки. В карих глазах мелькали голубые искорки, явно давая понять: передо мной сильный маг. У слабых такого не было. Всё бы хорошо, вот только нет ничего общего с любимым.

Сердце тоскливо заныло, но я попыталась взять себя в руки. Нет смысла уже страдать по несбывшемуся, будущее определено, и оно рядом с этим мужчиной.

— Эледия, для начала ответь: почему ты вышла из кареты в таком лёгком одеянии? Если рассчитывала заболеть и сгореть от лихорадки вместо брака со мной, то очень зря. Лекари у меня прекрасные.

— Что вы, милорд! Просто на юге нет нужды в тёплых вещах, у меня их нет.

— Но я оставил твоим родителям с откупными и хорошую сумму на новый зимний гардероб. Почему они ничего не купили перед тем, как отправлять тебя?

— Возможно, из-за недостатка времени, милорд, — мягко намекнула на то, что о помолвке мне сообщили ночью, а выезд был уже на рассвете. Сам же явно такие сроки поставил!

— Целой недели на подготовку было мало⁈ — Он побарабанил пальцами по подлокотнику.

— Я всё это время была в пути!

— Я оплатил и портал из вашего графства в моё герцогство. На дорогу должно было уйти лишь день-два, от портального города до замка.

Я промолчала. Что на это можно ответить, если я и сама не знала? Но к родителям появились вопросы.

— Так, ладно, с этим разберёмся. Основное тебе закупят в городе из готового, позже сошьют новое. Праздника никакого не будет, на это нет времени. Церемония послезавтра, в храме при замке.

— Милорд, позвольте спросить. К чему такая спешка?

— Так надо. — Скупо ответил, поднимаясь. — Сегодня тебе принесут еду в твои покои, отдыхай. Завтра познакомлю со слугами и замком. Надеюсь, проблем ты не доставишь.

Он вышел из комнаты, а я откинулась на спинку дивана, скользя взглядом по тяжёлым портьерам. Что же, знакомство прошло неплохо. Подкупает то, что он позаботился о моём комфорте. Если, конечно, сказал правду: в брачном договоре эти моменты прописаны не были, надо спрашивать родителей. И прямо сейчас я этим и займусь.

Глава 4

'Матушка, отец. Как у вас дела? Я добралась, встретили меня хорошо. Вот только чуть не поймала лихорадку, пока ехала такой долгий путь без тёплых вещей. И к сожалению, не имела даже возможности купить их по дороге. Очень жаль, что этим никто не успел озаботиться.

Более того, по приезду в моих лёгких вещах и сапожках мне пришлось выходить из кареты и идти к замку. По снегу, в ужасный мороз. Хорошо, что у герцога прекрасный целитель, его зелье меня быстро поставило на ноги'.

Здесь я чуть было не добавила «несмотря на ваши надежды на обратное», так сильно меня затопила обида! Но всё же удержалась. Недолго подумав, решила не упоминать и про пропавшие деньги: сначала дождусь их ответа. Вдруг они сами что-то скажут?

Открыла почтовую шкатулку, сложила свёрнутую в трубочку бумагу, перевязанную лентой. Теперь надо ждать. Дома такая шкатулка обычно стоит у папеньки в кабинете, в котором он проводит очень много времени. Поэтому я надеялась, что он быстро увидит и даст ответ.

Спустя несколько минут резную шкатулку на секунду охватило бордовое сияние. Письмо забрано адресатом. Я вскочила, обходя комнату круг за кругом. Переложила с места на место гребни, ленты и бархатные футляры с немногочисленными, положенными по статусу, драгоценностями. Оборвала лепестки у белоснежных цветов, стоящих в вазе на туалетном столике.

«Так, хватит, успокойся!» — приказала, почти силой заставляя себя вернуться в стоящее у широкого окна кресло. Закуталась в плед, кинула взгляд на улицу. Непривычная белизна, переливающаяся от лучей уходящего солнца, почти слепила.

Со вздохом отвернулась, уставившись на красно-оранжевое пламя в камине. Интересно, здесь вечная зима? Или, всё же, мне повезёт хоть иногда видеть зелень травы и буйное цветение деревьев, ощущать тёплый ветер, ласково касающийся лица и рук, слышать шёпот листьев и заливистую трель птиц? А ведь я, раздавленная всем происходящим, даже не выяснила, в какой части нашего огромного королевства очутилась! Раз поездка занимала всего десяток дней, значит, не на самом севере.

Тут я краем глаза увидела вспышку голубого цвета от шкатулки, стоящей рядом на столе. Потянулась, послала магический импульс, откидывая крышку.

Буквы, написанные неровным, резким почерком отца, меня поразили. «У нас всё хорошо. Рад, что добралась».

Серьёзно, это всё⁈ То есть ни слова о моём здоровье, о вещах, о причинах отправить меня так, что чуть меня не довели до лихорадки⁈

«Я знаю, что герцог вам выделил деньги…» — капля чернил сорвалась с пера, оставив жирную кляксу. Я смяла лист дрожащими руками, взяла новый. Выцарапывала аккуратные буковки, как меня учили, но они прыгали по бумаге, выдавая волнение.

— Нет, так не пойдёт, — глухо пробормотала, смяв очередное незаконченное письмо. Как меня в детстве учила нянюшка?

Закрыть глаза. Расслабиться. Сделать глубокий вдох. Медленно выдохнуть. Повторять до тех пор, пока не почувствую спокойствие. И считать.

Унять дрожь мне удалось только на тридцатом вдохе. Решительно пододвинула себе новый лист, вновь начиная письмо.

«Отец, я сегодня разговаривала с герцогом. Он сообщил, что дал неделю на подготовку к поездке, оставил деньги на проход порталом, а также на тёплые вещи. Откупных, что он заплатил, вам хватило бы и покрыть долги, и жить. Я бы тоже выделяла вам со своего содержания на восстановление герцогства. Почему вы так поступили? Я даже не могла купить себе в дороге хотя бы тёплый плащ и сапоги!»

В этот раз письмо было забрано адресатом моментально, но ответа не поступило даже спустя час. Я смахнула злые слёзы, скатившиеся по щекам.

— Лисси!

— Да, леди? — она тут же выбежала из смежной небольшой комнаты, отведённой во всех покоях для горничных.

— Принеси мне ужин. И приберись

— Конечно, леди.

Пока служанка проворно выполняла поручения, я отчаянно пыталась не скатиться в жалость к себе. Прекрасно осознавала, что это губительное развлечение, потому старательно переключала мысли на что-то другое. Ну вот, например, о вещах бы подумать. Список необходимого составить. Имеющийся гардероб явно не подойдёт даже для замка с его холодными коридорами и скользящим по ногам сквозняком. Не говоря уже про улицу.

Начало дела прервала появившаяся служанка с полным подносом, а я вдруг осознала, насколько голодна!

Первая же тарелка с дымящимся супом… И нет, что-то уже не голодна. Золотые кружочки жира так обильно покрывали поверхность бульона, что меня чуть не стошнило! На горячее оказалось не менее жирное мясо, пропитавшее сочащимся соком даже лежащие рядом овощи.

— А нет чего-то полегче? — жалобно спросила, боясь открывать крышку третьего блюда.

— Простите, леди, — пискнула служанка, — я спрашивала на кухне, ничего лёгкого тут не готовят. Сказали, жирная пища легче помогает перенести холод.

— Передай им, чтобы завтра мне приготовили нормальную еду на завтрак. Я не собираюсь это есть!

Крышку оставшегося блюда я всё же подняла. Там оказались горячие свежие булочки, смазанные… Конечно же, толстым слоем сливочного масла. Но здесь хоть проще снять излишки. Что я и сделала, запив всё это горячим мятным чаем. Да уж, сложно мне здесь будет. Первый же день, и уже ввязываюсь в противостояние с кухней.

Вернулась, было, к списку, но внезапно услышала стук в окно. Нахмурилась, подошла ближе, сразу не разглядев, кто умудрился дотянуться до второго этажа. Но когда открыла украшенное морозными узорами окно, впустив холодный воздух…

— Риедлен⁈

Глава 5

— Что ты здесь делаешь? — прошептала, помогая ему залезть в комнату. — С ума сошёл⁈ А если бы упал, по обледеневшим веткам ползти! — Я кинула взгляд на заснеженное дерево, по которому он пробрался.

— Ну не упал же, — он улыбнулся, взлохматив волосы с тающими снежинками. — Я пришёл за тобой!

— Что это значит? — Озадаченно замерла. Но уже через несколько секунд кинулась к дверям покоев, задвигая щеколду. Ещё не хватало, чтобы у меня в комнатах постороннего видели!

— Мы же созданы друг для друга, — жарко зашептал мужчина, приближаясь ко мне. — Давай сбежим, пока не поздно! Пока ты незамужняя. Будем жить вдвоём, как и хотели, как планировали. Ну и пусть без благословения родителей! Но мы же будем счастливы!

Он напирал, я отступала, пока не упёрлась в стену. Замерла с быстро колотящимся сердцем. В голове испуганными пташками метались мысли, надежды, воспоминания о проведённом вместе времени.

— Ну же, решайся, пончик, — он потянулся к моим губам. Я зажмурилась, пытаясь призвать все остатки здравого смысла. Сердце умоляло пойти с ним, но…

— Прости, — отклонила голову, отчего его губы лишь слегка мазнули меня по щеке, оставляя влажный след. — Я не могу.

— Что значит не можешь? Я за тобой сюда столько ехал! Мы же всё продумали, какая у нас будет жизнь, какие дети! — Он попытался меня обнять, но выскользнула, отбегая к кровати. Перед глазами всё плыло. Если бы кто знал, как тяжело было отказывать! Но…

— Родители останутся в огромных долгах.

— Я погашу!

— Нас больше не примут в высшем свете! Это убьёт моих родителей, так нельзя!

— Но это же мелочи, которые не должны встать на пути настоящей любви! — мой возлюбленный снова кинулся ко мне. Мне понадобилась огромная сила духа, чтобы отскочить. Я не должна. Нельзя забывать. Я уже помолвлена.

— Прошу тебя, пончик мой, пошли со мной! — Умоляюще воскликнул Риедлен. —

Мы будем счастливы вместе!

— Прости, — я отвернулась, изо всех сил сдерживая слёзы. — Тебе лучше уйти. Я не пойду против родителей. — Как я ни старалась, но голос сорвался. Я зажала рот ладонью, сдерживая всхлипы. Спустя минуту тишины я услышала, что мужчина выскользнул на улицу. Кинулась к открытому окну, убедилась, что он спустился без неприятностей. И рухнула на пол, разом растеряв все силы. Они все ушли на то, чтобы не поддаться, не сбежать, как требовало сердце, как шептали мне все мои эмоции! Но я послушная дочь. И просто не могла поступить по-другому. Мне придётся отказаться от своей любви.

Ночь прошла в слезах. Забылась тревожным сном я лишь под утро, но уже спустя пару часов меня разбудили.

— Леди, милорд хочет вас видеть к обеду, — виновато сказала Лисси, распахивая тяжёлые портьеры и впуская в комнату солнечный свет.

— Хорошо. Скоро встану, — сипло ответила, свернувшись под одеялом. Вылезать не хотелось. Ничего не хотелось. Но я давно приучилась делать то, что надо. Аристократам поблажек нет, что бы ни думали обычные люди. Мы не принадлежим себе и своим чувствам. Потому спустя пять минут я уже умывалась, одевалась, ёжась от холода. Лисси сделала несколько примочек на лицо, с которыми я сидела в кресле у камина, ожидая, когда спадёт краснота и припухлость. Внешний вид всегда должен быть идеальный. Правило, выдолбленное ещё с детства. Никогда нельзя дать понять, что что-то не так.

К обеду я была готова. Бросила на себя взгляд в зеркало и осталась полностью довольна увиденным. Ни следа от всплеска эмоций. Всё идеально, как и положено.

Глава 6

Я не спеша следовала за Лисси, постоянно осматриваясь. Стены коридора были сплошь завешаны родовыми портретами. На полу пролегала синяя ковровая дорожка, с обеих сторон стояли высокие вазоны и горшки с цветами. В этом, левом крыле второго этажа, были только покои мои и жениха. В правом располагались гостевые покои для членов семьи. Это было стандартное расположение для аристократии, и меня порадовало, что хотя бы здесь меня не ждут изменения. На третьем этаже, значит, будут располагаться гостевые покои. На первом бальный зал, кабинет, библиотека, столовая, кухня, музыкальная комната и курительная для мужчин. Только одно здесь было не по стандарту: как поведала мне Лисси, комнаты прислуги и хозяйственные были тоже на первом этаже. Хотя в основном по королевству они располагались за пределами замка, на заднем дворе, и отстраивался на это им целый дом, разделённый на комнаты.

Впрочем, местное правило я вполне могла понять: если люди будут часто бегать по морозу, так и до лихорадки недолго.

Я спустилась по широкой лестнице с резными перилами, покрытой красной ковровой дорожкой, и оказалась в холле. Огляделась. Мраморный светлый пол блестел от чистоты, на бежевых стенах висели позолоченные канделябры и стеклянные шары для магических светлячков. Ни пылинки не было на них видно — что же, прислуга своё дело

Поёжившись от холода, продолжила путь. Со всеми помещениями познакомлюсь позже, сейчас же хотелось побыстрее дойти до столовой и погреться. И попытаться поесть. Настроения на это не было, но я не ела уже долго, а так нельзя.

Столовая была в два раза меньше, чем у меня дома. И это я тоже вполне могла понять, отапливать так проще.

— Милорд, — я сделала реверанс, склонив голову.

— Светлого утра, Эледия. Хорошо спала?

Я приняла поданую руку.

— Да, спасибо, милорд. И вам светлого утра.

— Завтра мы уже станем мужем и женой. Пора называть меня по имени.

— Как скажете… — я запнулась, — как скажешь, Вирен.

Мужчина отодвинул мне стул, я присела. Расстелила на коленях белоснежную салфетку. К счастью, нас было только двое — во главе стола герцог и я по правую руку — поэтому не было нужды поддерживать беседу.

С большим облегчением я увидела, что кухарка прислушалась к моей просьбе, хоть и всё равно блюда сделала не настолько лёгкими, как я привыкла. Каша с небольшим кусочком сливочного масла, поджаренный хлеб с паштетом, свежие овощи, приправленные чем-то ароматным. Я запихнула в себя всего по немногу, вяло погоняла вилкой по тарелке зелёную горошинку.

— Я уже отправил служанку в город за вещами для тебя, — герцог начал разговор лишь тогда, когда подали чай и десерты.

— Спасибо.

— Сейчас познакомишься со слугами и примешь управление замком. К торжеству всё готово. Платье тебе принесут. Если есть какие-то пожелания к празднику, сообщи экономке.

— Их нет.

Герцог усмехнулся.

— Я так и думал. Пошли.

Я приняла предложенную руку, ухватившись за локоть жениха. Мы вышли в холл, где моментально кожа покрылась мурашками от холода. Вирен это заметил, покосился на меня, но ничего не сказал.

Вдоль лестницы уже выстроились в две шеренги слуги. По этикету я им должна была быть представлена в момент приезда, но мой обморок спутал все планы. Герцог представил меня, как новую хозяйку замка, слуги поклонились.

— Кабинет твой уже должны прибрать. Можешь встретиться с экономкой там. Она и покажет замок.

— Ты же хотел это сделать сам? — Вспомнила я его вчерашние слова. Не сказать чтобы я расстроилась замене — но мужчина не должен нарушать слово.

— Планы изменились.

— Как скажешь, — я пожала плечами. Но большой минус мыслено ему поставила. Ох, папа, куда же ты меня отправил…

Кабинет мой располагался рядом с покоями и был… Пустым. Практически. Дубовый стол, массивный стул, зажжённый камин, и на этом обстановка заканчивалась. На невесте герцог всё-таки сэкономил. А может, никаких денег он родителям и не давал, а я зря папе возмущения писала? Но тогда он бы что-то ответил.

Я села на неудобный стул, поморщилась. Нет, это не дело, надо всё менять. Надеюсь, герцогу хватит благородства выделить на это средства.

— Леди, вы готовы осмотреть замок? — На пороге появилась высокая худая экономка. Тёмные волосы собраны в строгий пучок, ровная осанка, прямой взгляд, идеальный реверанс. Она явно из какого-то обедневшего аристократического рода. Такое не порицалось, но было редкостью.

— Готова.

Выходить из тёплой комнаты в холодные коридоры не хотелось. Но лучше изучить всё сегодня.

В целом замок впечатлял. Везде очень много цветов и зелени, на стенах портреты и картины, смешанное освещение: магические шары и свечи. В подвальном помещении даже была купальня с горячими источниками! В том, что замок располагался на горе, определённо были свои плюсы.

Глава 7

Утро началось непривычно рано. Меня подняли уже на рассвете и потащили в купальню. Пока слуги в несколько рук обмазывали меня различными отварами и мазями, пока промывали и сушили волосы, мне некогда было думать, что настал самый поворотный день в моей жизни. Но когда из пополнившейся вчера гардеробной вынесли подготовленное свадебное платье, пришло это понимание.

Оно было очень красиво — украшенный драгоценными камнями корсет, по поясу и подолу пышной юбки вилась серебристая вышивка в виде морозных узоров, украшенная мелкими сапфирами. Но это не то, о котором я мечтала.

Слуги повесили платье и вышли, оставляя меня одну на час. По традиции в это время родственники и друзья невесты заходили, одаривали её, поздравляли. Точно так же и жених в своей комнате оставался на этот час без слуг, только с поддержкой близких. Но ко мне здесь заходить было некому. Этот час я проведу в полном одиночестве. Я села в кресло, совершенно неаристократично поджав под себя ноги. Обхватила руками плечи, покрытые мурашками от страха и переживаний. В глазах всё плыло, но я сдерживалась, не даваясь пролиться ни одной слезинке. Конечно, как у любой девушки, у меня с детства были мечты, как именно должен пройти этот день. Но как любая аристократка, я понимала, что он может пройти не так, как в мечтах. Что муж будет не любимый, а «подходящий»; что декорации будут другие; что гости будут приглашены не для поздравлений и поддержки, а потому, что их нельзя не пригласить.

Но мне и в страшном сне не могло присниться, что моя свадьба будет такой. Без гостей, без праздника, и главное: в одиночестве. Раньше на чужих свадьбах я видела, что часа прощания бывает мало. Сейчас же каждая минутка тянулась, словно вечность. Я не отводила взгляда от платья, а видела на его месте то, о котором мечтала. Лёгкое, летнее, цвета золота, без лишних украшений.

Подняла голову к потолку, пытаясь проморгаться. Не должна будущая герцогиня идти к алтарю с красными заплаканными глазами, надо брать себя в руки. Но, боги, как же это сложно!

Услышав стук по стеклу, я испуганно подскочила. Кинулась к окну, распахнула.

— Что ты здесь делаешь⁈ — Оглядела заснеженный сад, убедилась, что он пуст. Помогла Риедлену забраться в комнату. — Я же тебе уже всё сказала! Договор подписан, я не могу пойти против воли родителей!

— Но разве ты меня не любишь⁈ У нас последний шанс сбежать! Прошу, пошли со мной! — Он схватил меня за руку, притягивая к себе.

— Мне больно! — прошептала, пытаясь освободить запястье. — Не терзай моё сердце, молю тебя, мне и так непросто!

Возлюбленный слегка ослабил хватку.

— Эледия, ты не можешь выйти замуж за этого герцога! Он же тебя не любит, ты будешь несчастлива!

— У меня нет выбора, как ты не понимаешь⁈ Это мой долг!

— Выбор есть всегда! — Риедлен резко наклонился, впиваясь в мои губы. Я попыталась его оттолкнуть, но в этот момент хлопнула дверь комнаты.

— Нет! — Я кинулась наперерез, зажмурилась. Лишь чудом Вирен успел махнуть рукой, меняя направление заклинания.

Я осторожно открыла глаза. Герцог тяжело дышал, сжимая кулаки. Стрелы торчали в стене и изголовье кровати. Я слегка отступила в сторону, держа в поле зрения обоих мужчин.

— Выкиньте его из замка. Усильте охрану. — Бросил он отрывистый приказ заглядывающей в дверь страже и повернулся к Риедлену. — Если я тебя ещё раз увижу на своей территории — убью. Это понятно?

Тот быстро закивал, бочком пробираясь вдоль стены на выход.

— Теперь ты. — Герцог повернулся ко мне. Я напряглась, опуская взгляд. — Из замка ты не выйдешь без моего разрешения. Свадьбу отменять не собираюсь. Но брак не будет консумирован ближайший месяц. Я должен убедиться, что ты не понесла от этого слизняка.

Я вспыхнула, вскидывая голову.

— Но я не!..

— Мне плевать! — Резко оборвал он, не давая мне и шанса объясниться. — Собирайся. Твоё время вышло.

Я вздрогнула от сильного хлопка двери. Осела на пол, прикусив губу до крови. Всё тело била дрожь. Я всё же опозорила родителей. Если завтра утром в магической книге жрецов не появится надпись о новом члене рода Алдорских, все поймут, что брак заключён не до конца. А отложенная консумация всегда означала подозрение в несохранённой девичьей чести. Слухи разносятся по высшему обществу молниеносно. И мне теперь репутацию вовек не отмыть! Что же мне делать⁈

— Леди, пора готовиться, — дверь тихо открылась, на пороге стояла Лисси с двумя горничными, которые кидали на меня презрительные взгляды.

— Хорошо. — Я поднялась с пола, тяжело опираясь на руку своей служанки. Умылась холодной водой, остужая разгорячённые щёки. Девушки забегали вокруг, накладывая макияж, делая причёску. К их чести, несмотря на изменившееся отношение ко мне, старались они на славу. Макияж в серебристых тонах был идеальным. Волосы завили, собрали в сложную высокую причёску, украсили шпильками с мелкими топазами. Помогли надеть тяжёлое свадебное платье. Дверь открылась, впуская появившуюся экономку.

— Милорд просил передать. Это фамильные драгоценности, они обязаны быть в свадебном образе. — Экономка положила футляр на туалетный столик, проигнорировав мою протянутую руку. Я медленно её опустила, сжимая пальцы.

— Леди, гляньте, какая красота! — Восхищённый голос Лисси в напряжённой тишине прозвучал очень громко и царапнул по ушам. Я была ей благодарна: бедняжка всего лишь пыталась разрядить обстановку, видя, как обмениваются другие служанки издевательскими усмешками. Но легче мне от этого не становилось. Выжить среди зимы мне и так было бы сложно, а когда ещё и все люди замка настроены недружелюбно, это всё утяжеляет. Даже если это слуги. Хотя не так: особенно если это слуги. Ведь именно они отвечают за комфорт, и кто, как не они, умеют портить жизнь очень виртуозно и так, что придраться не к чему.

Перед выходом я бросила взгляд в зеркало. Красные пятна на щеках успешно скрыты макияжем. Комплект украшений: тиара, колье и серьги из белого золота, в виде снежинок с маленькими капельками-топазами — прекрасно дополнял платье и оттенял цвет моих глаз. Идеальную внешность портило лишь одно. Плескающийся в глазах страх.

— Я готова.

Глава 8

На счастье, храм был соединён с замком узким проходом, поэтому не пришлось выходить на заснеженную улицу. С волнением приближалась к его дверям, где уже ждал Вирен, равнодушно оглядывая меня. За его спиной собрались слуги с перевитыми разноцветными лентами корзинами. Даже гости на моей свадьбе вышли фальшивые…

Сердце неприятно кольнуло, я остановилась, не дойдя пары шагов. Что-то не так.

Герцог схватил меня за руку, резко притягивая. Двери храма открылись. Переливалась серебром арка, рассыпая искры в воздухе. Я, было, попятилась, но Вирен не позволил отступить. Мне нельзя проходить эту арку! Это единственное, что я знала абсолютно точно! В голове загудело по мере приближения к ней, перед глазами всё плыло. Я пыталась вырваться, но герцог до синяков сжал мой локоть, силой тащил к серебристому свечению. Остались последние шаги. Я рухнула на колени. Вирен протащил меня по полу. Перед глазами всё вспыхнуло ярко-красным, а по телу разлилась боль.

Всё прошло уже спустя несколько минут. Арка вновь светилась серебром, боль прошла. Герцог подал мне руку, помогая встать.

— Что произошло? — прошептала, крепко в него вцепившись. Колени ещё дрожали от слабости. — Помню, как подошла к тебе… А дальше?

— Арка засветилась красным, — устало объяснил он, а я ахнула. — Нам надо завершить ритуал. Можешь идти?

— Д-да, — запнулась, пытаясь взять себя в руки. Это было непросто. Вирен спокойно ждал, пока я отдышусь.

— Можем идти, — тихо произнесла, как только получилось перестать трястись.

Я ухватилась за предложенную герцогом руку, крепко сжимая пальцы. Пока мы шли через огромный зал с мраморными полами, в голове каруселью вились мысли. Про красное свечение мне приходилось слышать, но я ни разу этого не видела. При свадебном обряде пройти через арку стало традицией мира после того, как одна из ведьм опоила короля мощным приворотным зельем. Много неприятностей это принесло тогда королевству, пока придворный маг пытался тайком от новой королевы снять приворот. С той поры и вышел указ во всех обрядовых храмах поставить при входе арки, снимающие привороты и ментальные метки. Но за все два столетия даже в книгах было очень мало упоминаний о том, что они срабатывали и загорались красным.

Почувствовав спиной пронзающий взгляд, я обернулась. Среди толпы слуг в коридоре мелькнуло движение.

— Всё в порядке? — тихо спросил Вирен.

— Да, — я вновь обернулась и продолжила путь, — показалось просто.

Он недоверчиво на меня взглянул, но ничего не сказал. Мы подошли к алтарю. На гладком камне лежали три серебристые ленты, стоял наполненный водой кубок, был воткнут тонкий кинжал.

— Перед богом и богиней я клянусь, — начал герцог, взяв одну из лент и завязывая её на моём запястье, — заботиться и оберегать, защищать и уважать, обеспечивать и существовать вместе до скончания жизненных лет.

— Перед богом и богиней я клянусь, — взяла вторую ленту, повязывая её герцогу, — слушать и почитать, молчать и уважать, встречать и провожать всегда до скончания жизненных лет.

— Перед взором богини клянусь быть верным, — герцог отпил из кубка и передал его мне.

— Перед взором богини клянусь быть верной.

— Перед взором бога клянусь быть опорой, — Вирен кинжалом сделал маленький надрез на ладони, протянул его мне.

— Перед взором бога клянусь быть поддержкой, — повторила движение и вложила порезанную ладонь в его руку. Кровь соприкоснулась. Третья лента взвилась,

— Отныне и до смерти клянёмся быть одной семьёй, — хором закончили. По телу разлилось тепло, придавая сил, помогая справиться с остатками слабости и боли. Я даже забыла про то, что брак навязанный; про Риедлена, который оказался искусственной любовью; про неприязнь слуг. Боги благословили обряд, подарив нам поток чистых эмоций. И пусть эффект продлится недолго, но даже это ценно, хоть на несколько минут забыть о неприятностях. Я улыбнулась Вирену, получив в ответ такую же искреннюю улыбку.

В коридоре вдоль стен выстроились слуги, осыпая нас мелкими монетами и яркими лентами. В столовой уже оказался накрыт стол, за которым снова мы сидели только вдвоём.

— Хочу, чтобы ты знала, — после десерта герцог отложил приборы. Я вскинула голову. — То, что на тебе был приворот, не отменяет моих слов ранее.

— Я невинна, — быстро выпалила и залилась краской, надеясь, что под слоем макияжа не будет видно. Но лучше уж эта минутка позора, чем потом получить убитую репутацию перед всем высшим светом. — Готова пройти любые проверки!

Вирен задумчиво смотрел на меня. Я смущённо опустила взгляд.

«Пожалуйста, поверь! — молила его мысленно, замерев в ожидании, — Прошу!»

— Магический осмотр лекаря. Согласна?

— Да! — я радостно вскинула голову, — спасибо, что поверил!

— Пока не поверил, — он тонко улыбнулся, — но готов проверить.

Глава 9

— Этого не может быть! — я мотала головой, заламывая пальцы, — неправда!

Вирен холодно глянул на меня и вышел из комнаты. Лекарь развёл руками, глядя на меня.

— Простите, леди, но осмотр дал чёткий результат.

— Но он не верный!

— Ничем не могу вам помочь. Вам стоит вернуться в свои покои.

Я в бессилии сжала кулаки. Как такое возможно⁈ Ну не могло у меня ничего быть ни с кем, я не нарушала традиции, берегла честь, не позволяла ничего сверх поцелуев!

Постояв ещё минуту, резко развернулась и пошла к себе. Приятный подъём сил и настроения после благословения богов уже закончился. От злости кровь прильнула к щекам, и я физически ощущала, как проступили на лице некрасивые красные пятна. Это было ещё одной причиной, почему я с особой тщательностью с детства училась владеть своими эмоциями: стоит себе позволить почувствовать что-то негативное сильнее, чем нужно, как я покрывалась пятнами, которые потом оставались на коже мелкими прыщиками на несколько дней. Так они ещё и жутко болели и чесались вдобавок!

Я распахнула окно в спальне, впуская морозный воздух. Снежинки, танцуя, ворвались внутрь, оседая на подоконнике и моих волосах. Сделала глубокий вдох, остужая лицо. Сначала успокоиться, а потом уже думать. Что это за ерунда и чем мне это грозит — кроме позора и обсуждений высшего света.

— Опять решила лихорадку поймать? — услышала я холодный голос и оглянулась. В дверях стоял Вирен, засунув большие пальцы за ремень.

«И как ему не холодно?» — мелькнула у меня мысль, стоило увидеть его. Снова закатанные рукава лёгкой рубашки, расстёгнутые пуговицы, открывающие вид на мускулистую грудь. Посмотрела и сама замёрзла!

— Нет, — наконец, поняла, что ответа нет уже неприлично долго. Закрыла окно, обхватила озябшие плечи.

— Переоденься в тёплое. И жду тебя в своём кабинете.

Он вышел, оставляя меня одну. Я вздохнула. Ничего приятного от этого разговора ждать не приходится.

— Лисси!

— Да, леди, — тут же на пороге спальни появилась служанка.

— Помоги мне переодеться.

Я остановила свой выбор на платье тёмно-синего цвета. Мелкие камни, украшавшие юбку и корсаж, напоминали звёздочки на ночном небе. С удивлением обнаружила, что оно предполагает сразу два нижних платья, вместо привычного мне одного очень лёгкого.

— Чтобы не кололось, леди, это чистая шерсть, — пояснила Лисси, затягивая корсет. — Я старалась для вас самое лучшее и тёплое выбрать.

— Спасибо, — я благодарно ей улыбнулась. Дома никогда не обращала внимания на такие мелочи, а здесь… Так приятно оказалось чувствовать искреннюю заботу. Особенно в незнакомом месте, среди чужих людей. И это хорошо хоть гостей нет, только слуги! Да и те настроены против меня.

— Готово, леди, — прервала Лисси мои размышления. — Я вас провожу.

У кабинета я слегка притормозила. Сердце быстро колотилось, ладони вспотели. Я неуверенно тихонько постучала. Вошла, получив разрешение.

— Присаживайся, — кивнул он мне на массивное кресло, обтянутое коричневой кожей. Я опустилась в него, расправив складки платья. Вскинула голову.

— Эледия, давай сразу обговорим, — он скрестил руки на груди, смотря мне прямо в глаза. — Первое. Этот месяц ты из замка не выходишь.

— Я пленница? — вскинула одну бровь.

— Нет. Ты моя жена. А мне рога не пойдут.

— Но я!..

— Знаю, — оборвал он меня на полуслове. — Но пока неизвестно, кто, когда и как тебя приворожил. А значит, это может повториться.

Я сдулась. Он прав.

— Дальше. У твоей комнаты теперь всегда будет дежурить стража. По замку ходишь тоже с ними.

— А это почему? — я с трудом удержалась от колкости.

— Безопасность. Как-то же твой… — Вирен задумался, подбирая слово, — поклонник пробирался на территорию замка. А это не так легко сделать.

— Поняла, — послушно кивнула, опустив голову.

— Ужинать будем вместе, завтрак и обед по отдельности. Обсуди с кухаркой своё меню. Только учти, что на лёгких блюдах ты долго не протянешь. Здесь не юг.

— Хорошо.

Вирен помолчал, окинул меня подозрительным взглядом.

— Тогда можешь идти. Если будут вопросы, задашь за ужином. Отвлекать от работы можно только в самых крайних случаях.

Я кивнула, вышла, тихо прикрыв за собой дверь. Вроде ещё месяц назад жизнь была хороша. Почему же она свернула не туда?

Глава 10

— Лисси, принеси мне чай, — приказала, как только вернулась в покои. И замерла, увидев на окнах радужные переливы. Ни с чем не спутать, окна мне тоже запечатали. Даже просто воздухом подышать не смогу.

Я подавила раздражение. Надо поискать что-то хорошее в этой ситуации. Выходить в этот мороз я всё равно не планировала, даже с наличием тёплых вещей. По крайней мере, в ближайший месяц, пока не привыкну. Да и окна открывать — только выпускать столь ценное для меня тепло. Так чего же мне злиться?

Я опустилась в кресло у камина. Итак, чем же занять себя на время заточения? Самое глобальное — это ремонтом. Кабинет надо обставить, да и покои под себя изменить. А то нынешние серые тона меня вообще не радуют. Хотя меня сейчас ничего не радует…

— Леди, ваш чай, — Лисси составила с серебряного подноса на невысокий столик изящную чашку и вазочку с вялеными фруктами.

— Спасибо. Принеси мне мой сундук и пока свободна.

Согревшись ароматным

— Леди, пора собираться на ужин.

— Спасибо, — я выпрямилась, покрутила шеей. Всё жутко затекло, но итог меня радовал. Почти закончила расписывать то, что мне будет необходимо для покоев, и какими я хочу их видеть. Надеюсь, муж в деньгах не откажет.

Ужин проходил в тишине. До кухарки я сегодня не дошла и с недовольством оглядывала стол. Как и предполагала, слуги воспользовались возможностью хоть как-то мне напакостить, и из лёгкого был только салат из свежих овощей. Однако сильно заправленный маслом. Я поморщилась. В глазах герцога заметила мелькнувшую тень раздражения. Надеюсь, не на меня?

— Вирен, — я перестала ковыряться в салате и отложила вилку, — есть просьба.

— Слушаю.

— У меня пустой кабинет. И мне жить здесь теперь долго. Покои бы тоже обставить немного, — я слегка преуменьшила масштаб ремонта, как учила меня матушка.

— Жить недолго, через три месяца уедем, — равнодушно отозвался он, — поэтому сильно не разгоняйся.

— А куда уедем? — я прикусила язычок, ругая себя за несдержанность. Нельзя же быть с мужем болтливой, не любят они такого!

— В моё основное поместье, — спокойно ответил Вирен и я облегчённо выдохнула. Похоже, мне повезло. Вопреки учению матушки, на меня даже не прикрикнули, не говоря уж про что-то посерьёзней. — Сюда я приезжаю только на сезон. Зима очень лютая, жителям тяжело приходится. Я сдерживаю морозы.

Я округлила глаза. Это — сдерживает⁈ Какая же тогда она будет сама по себе⁈

— В остальное время живу в основном поместье, у подножия горы. Там теплее. А основной ремонт сделаешь летом, будем сюда приезжать. Договорились?

— Да, спасибо, — я кивнула и уткнулась в кружку с чаем. Повисло неловкое молчание.

— Эледия, ты помнишь, о чём я говорил тебе недавно? — через несколько минут нарушил он тишину.

— Да. Не ходить без стражей, не выходить из замка.

— Я не про это.

— А про что?

— Что во время ужина ты задаёшь мне любые вопросы. Я же вижу, что хочешь о чём-то спросить.

Я замялась. Пока всё, что рассказывала матушка о мужчинах и браке, сильно выбивается из реальной картины. Но раз разрешил:

— Почему жители не могут просто уехать, если здесь так холодно зимой и без тебя не справляются?

— Семьи, дома, работа. Именно здесь, на этой горе, добывается долерин. Металл поставляется королевскому двору, поэтому прерывать на зимний сезон добычу накладно. Да и потом больше времени уйдёт снова пробивать проходы под слоем льда, которыми покрываются шахты при длительном отсутствии там движения.

Я заворожённо слушала. Про долерин, разумеется, знала: дорогущий металл, самый лучший при создании брони. Несмотря на тонкость и лёгкий вес, обладает практически непробиваемыми свойствами. Особенно ценно для меня оказалось то, что Вирен спокойно про всё рассказывал. С Риедленом обычно такие вопросы сводились на: «Незачем девушкам забивать прелестную головку ерундой. Учись лучше дом вести да о муже ухаживать». Вспомнив об этом, меня передёрнуло. Богиня, и как я это выдерживала! Всё же хорошо, что желание моё так коряво исполнилось. И папенька был прав: я ему обязательно скажу спасибо. Когда выяснится, что там с деньгами, которые Вирен оставил на мой комфорт.

Глава 11

— Эледия, завтра прибывают твои родители, — буднично сообщил Вирен за ужином. Я поперхнулась. Прошло всего три дня после нашей свадьбы. Меня, значит, они отправили ехать долгой дорогой, а сами решили городскими порталами воспользоваться⁈ Какая забота, слов нет.

— Зачем? — откашлявшись, смогла из себя выдавить. Они же мне даже не писали!

— Проведать, — пожал он плечами. — И я хочу тебя попросить вести себя согласно положению. Понимаю, что у тебя есть к ним вопросы. Но не стоит их поднимать.

— Почему? — хоть и прошло совсем немного времени, но я уже не боялась задавать вопросы, зная, что он спокойно на них реагирует.

— Я сам это решу.

— Хорошо, — я улыбнулась.

— Как у тебя продвигаются успехи с обстановкой?

— Вчера мебельщики приходили, обсудили всё с ними, обещали приняться за мой заказ в первую очередь, — воодушевлённо начала я рассказывать. Вирен внимательно меня слушал, задавал уточняющие вопросы. Ни разу не видела в своей, да и в семьях подруг, такого отношения.

А уже следующим утром мы с мужем встречали гостей. Матушка стояла с виноватым видом, папенька, как всегда — спокоен. После приветствия слуги проводили их в гостевую комнату отдохнуть с дороги. Я же наматывала шаги по своей спальне. Так хотелось пойти и всё выяснить! Но ослушаться мужа женщина не может, это мне вбито с детства. Да и, честно говоря, я не хотела рисковать нашим хрупким миром. Поэтому надо набраться терпения. Я верю в то, что Вирен честно ответит на мои вопросы. Так что пусть выясняет сам. А мне пока нужно на что-то отвлечься.

Я забралась в кресло у растопленного камина. Это место стало моим любимым. Даже несмотря на тёплую одежду, я всё ещё мёрзла в замке. Жар огня приятно обволакивал, горячий чай на столике наполнял комнату цитрусовым ароматом. Самое то, чтобы успокоиться. Я взяла книгу, которую забрала из библиотеки вчера и погрузилась в чтение. Хотелось побольше узнать о герцогстве, в котором я оказалась. Географии в детстве я уделяла преступно мало времени, несмотря на все старания учителей.

Ещё вчера перед сном я успела узнать, что на вершине этой горы в далёком прошлом добывали алмазы, оттуда и пошло название Лаорские слёзы. А когда всё, что могли, вытащили, обнаружили новые залежи, того самого долерина. Он активно используется для изготовления защиты и вооружения королевской армии. Горы принадлежали герцогству Алдорскому ещё с давних времён, и несмотря на лакомый кусочек, соседи на него не покушались, как и сам король. Всё потому, что лишь в этой семье рождались редкие снежные маги. На вершине горы снег был круглый год, но зима проходила особенно яростно, и без мага жители здесь просто не выживут. А жителей было много. Чуть ниже замка располагался приличных размеров город, там была и портальная арка.

Мне вроде и любопытно было бы на него посмотреть, однако стоило вспомнить температуру за дверьми замка, это желание моментально пропадало. Может, летом будет проще? Но это не точно. Однако сезон ждёт меня очень долгий. Дома мы привыкли часто собираться у соседей, благо погода позволяла даже пикники иногда устраивать. Здесь же из развлечений библиотека, вышивка и ужины с мужем. Гости сюда не приезжают, это я выяснила уже на одном из наших

— Дочь, можно? — отвлекла меня от чтения матушка, останавливаясь на пороге. В глазах дрожали слёзы.

— Конечно! — я подскочила, кинулась к ней. Сердце сжалось. — Что случилось⁈

— Ах, милая, ничего! — воскликнула она, прижимая расшитый белоснежный платочек к уголкам глаз. — Виновата я перед тобой, очень виновата! Прости меня, милая! — она заламывала руки, губы дрожали.

— В чём ты виновата, матушка? — я слегка успокоилась. А то уже успела испугаться, что с папенькой что-то случилось!

— Это… — она замялась, рухнула в кресло, спрятав лицо в ладошки. Я спокойно присела, следя, чтобы на губах не дрогнула улыбка. Ох, эти спектакли матушка устраивала постоянно, то передо мной, то перед родственницами. Я-то уже успела выучить, что когда она действительно переживает и волнуется, меняются только её глаза, а движения остаются собранными и уверенными. — Это я скрыла деньги, которые герцог дал, — прошептала она звенящим от слёз голосом, не убирая рук от лица.

— Зачем? — я спокойно отпила остывший чай. Даже сама себе удивилась, что так равнодушно восприняла эту новость. Может, потому, что подозревала именно её?

— Твой отец не знал, — тихо зашептала она, — но та парюра изумрудная, что я брала на смену года, была не подарком. Я просто попросила на праздник у ювелира Никира, за небольшую цену, а потом должна была вернуть. Но у меня вылетело несколько камушков. Как бы я сказала об этом твоему отцу⁈ — она вновь напустила в голос слёз.

Я хмыкнула. Ну да, здоровье дочери оказалось менее важным, чем украшения. И почему я не удивлена? В покои постучали, заглянула Лисси.

— Леди, скоро обед, — тактично намекнула она. Матушка вытерла глаза всё ещё сухим платочком и посмотрела на меня с мольбой.

— Дочь, пожалуйста, замолви словечко перед мужем и отцом! Ну что тебе стоит? Ты же в порядке, не заболела, доехала хорошо. А мне так нравится этот комплект! — она мечтательно закатила глаза, но тут же опомнилась и вновь состроила жалобный вид.

— Матушка, позже договорим, муж не любит опозданий. А ты учила меня быть послушной женой, — мягко ответила я. И лишь когда та согласно кивнула и вышла, зло выдохнула, сжав пальцы в кулак. Ну как можно такой быть! Не заболела я лишь благодаря лекарю, а ей хоть бы что, об изумрудах думает!

Я прикрыла глаза, пытаясь успокоиться. Она всегда была такой. Переживала только о том, как выглядит в глазах других. Это ещё удача, что она, видимо, в книгу жрецов не заглядывала. А то сейчас бы меня ждали не извинения, а истерики и обвинения.

— Леди? — Лисси всё ещё топталась на пороге.

— Да, проходи, собираемся, — вздохнула я.

Служанка помогла мне переодеться, переплела причёску. На обед я отправилась в расстроенных чувствах. Вроде и всё ожидаемо, но от этого не менее неприятно. А ведь матушка, сколько себя помню, всегда прикрывалась мной для оправдания каких-то крупных расходов перед отцом. А я с удовольствием её покрывала. Ведь в эти моменты мне доставалось столько материнской ласки, столь желаемой, вместо извечных упрёков и поучений как стать «идеальной аристократкой». И сейчас она даже не сомневается, что я снова её прикрою. Но в этот раз она рискнула моим здоровьем, моей жизнью! Стоит ли идти у неё на поводу?

За обедом разговор непринуждённо крутился вокруг погоды, прошедшего сезона и цен на урожай. Я не вмешивалась, матушка тоже. Она периодически бросала на меня умоляющий взгляд, но я делала вид, что поглощена вкусом блюд. Хотя сегодня действительно кухарка расстаралась. Стол ломился от закусок на любой вкус.

После обеда мы перешли в просторную гостиную, которая редко использовалась в этом замке по назначению. Здесь, как и везде, было множество живых цветов.

— Не будем мешать мужчинам, — шепнула мне матушка, утягивая меня на диван подальше от них. Я вздохнула, но послушно поплелась за ней.

— Ну расскажи, дочь, как ты здесь? Не обижает муж? — стоило нам сесть, включила она в себе заботливую маму. Я улыбнулась — это было ожидаемо после её просьбы.

— Всё хорошо, матушка, — вежливо ответила, беря в руки горячую фарфоровую чашку. Вдохнула приятный аромат цитрусов с примесью малины, поднесла ко рту… И замерла. Вирен ненавидит малину, поэтому в замке её не могло было быть. Откуда тогда этот запах? Мама побледнела. Я нахмурилась. А ведь я уже пила когда-то такой чай. Я прикрыла глаза, вспоминая, собирая память по кусочкам и складывая это в одну картину. А вспомнив, похолодела. Именно такой мне матушка дала на прогулке по набережной в тот зимний день, когда я познакомилась с Риедленом. И влюбилась в него с первого взгляда.

Я похолодела, распахнула глаза, неверяще глядя на матушку. Сердце быстро забилось, руки задрожали. Мозг отказывался принимать тот вывод, который выходил.

Глава 12

— Доченька, что-то не так? — заискивающе глянула матушка мне в глаза. Однако ей не удалось скрыть напряжение.

— Нет, всё хорошо, — бледно улыбнулась я, не зная, что мне делать. Аккуратно поставила чашку на край стола, пока не расплескала. — Просто никак не могу привыкнуть к местной еде, иногда плохо себя после неё чувствую.

— Ещё бы! — матушка сокрушалась, всплеснув руками, — такое всё жирное! Поесть-то толком нечего было! Давай чаёк попей, полегче станет, — она вновь протянула мне чашку, но я отвернулась.

— Не сейчас, матушка. Пойду прилягу, воды попью. А чай мне Лисси принесёт, я позже его выпью. Поставит у камина, он не остынет, — я махнула рукой, подзывая служанку. В глазах матушки мелькнула тень недовольства, однако она промолчала.

— Лисси, позови Вирена. Только осторожно, чтобы мои родители не видели, — я застыла у окна, нервно пощипывая себя за запястье. Но даже это не помогало обуздать эмоции. Я чувствовала, как наливаются синяки на тонкой коже, как горит лицо от проступающих пятен, как темнеет в глазах. Обессиленно опустилась на пол, прислоняясь к холодной стене. Зажмурилась, прогоняя непрошеные слёзы. И хоть ещё ничего не доказано, однако всё сходилось. Но зачем это матушке? Она же поддерживала отца в его отказах Риедлену. Или нет?..

Пока память подкидывала кусочки прошлого, я всё отчётливей понимала, что это действительно может быть правдой. Конечно, при отце она явно поддерживала его мнение, однако именно матушка меня прикрывала, когда я бегала на встречи с Риедленом. Покупала мне новые вещи, давала советы, выслушивала мои восторженные впечатления. А ведь ослеплённая влюблённостью, я даже не замечала, что это на неё совсем непохоже! Но зачем она меня к нему

— Эледия, что случилось? — Вирен подхватил меня за талию, поднимая с пола и пересаживая в кресло. Закутал в плед, всунул в руки стакан воды.

— Я просто… — я запнулась, закашлялась. Голос ужасно хрипел, на щеках почувствовала влагу. Вытерла лицо рукавом, забыв про манеры. — Твой лекарь…

Я снова замолчала. Казалось, что если произнесу подозрение вслух, то случится что-то ужасное.

— Эледия, — Вирен мягко сжал мои ладошки. — Расскажи. Я помогу.

— Думаю, что приворотное мне подлила мать! — выпалила на одном дыхании и сжалась.

— Почему? — он напрягся.

— Год назад я отправилась гулять по набережной с матушкой, — начала я издалека. Когда самое страшное уже произнесено, стало проще. — Она устала, мы вернулись в карету. Но отъехать не успели. Она вспомнила, что надо зайти в лавку модистки, там должно было быть готово платье на предстоящий бал. Попросила, чтобы я сходила сама.

Я замолчала, переводя дыхание. Отпила ещё глоток воды, чувствуя, что меня снова начинает колотить. Вирен внимательно слушал.

— Сказала, что ветер холодный и мне нужно сначала согреться. Дала попить чай из зачарованной на тепло фляжки. А когда я вышла из кареты, встретилась с Риедленом.

Я чуть нахмурилась, вспоминая.

— Если я правильно помню, то к модистке я так и не сходила, а матушка даже не ругалась. Хотя на неё это непохоже. А сейчас я почувствовала тот же запах, малиновый, — я кивнула на стоящую чашку с чаем.

Вирен перевёл взгляд на неё. Принюхался, поморщился.

— Я тебя понял. Не выходи сегодня из комнаты. Охрану я усилю, стражники будут не только перед покоями, но и внутри. В спальню не зайдут без нужды, не переживай. Твоим родителям скажу, что ты приболела и сегодня будешь отдыхать. Лекарь проверит чай на приворотные средства. Буду держать тебя в курсе.

Он вышел, забрав с собой кружку. Я свернулась в кресле, поджав ноги. В голове крутились вопросы, вопросы. И ни одного ответа. Если это она, то… Зачем? Она не могла не знать, что любое, даже слабое, приворотное, сокращает срок жизни! Неужели она сделала это ради денег? Может, ей Риедлен приплатил? Но если так, это слишком даже для неё — продать дочь.

Весь день прошёл как в тумане. Я не могла ни на чём сосредоточиться. Несколько раз пыталась заглянуть матушка, но её не пускали. Я проваливалась в беспокойный сон, но быстро вскакивала. А к вечеру зашёл лекарь. Только с успокоительным я смогла заснуть и провести ночь без сновидений.

Ещё два дня я тоже была взаперти. Утром пила успокоительное, затем Лисси накладывала мазь на щёки, которые всё же покрылись прыщами и жутко чесались. Она мне таскала книги из библиотеки, которые я заглатывала одна за другой. Не думать о матушке и её предательстве получалось, благодаря зелью. Но всю жизнь я на них провести не смогу. Мне всё равно придётся принять новую реальность и пережить эту боль рано или поздно.

Следующее утро началось с громких криков. Я подскочила, прислушалась. Вроде голос матушки. Схватила первое попавшееся платье, пытаясь в него запихнуться.

— Лисси, помоги! — пропыхтела, запутавшись в подоле, как только услышала её шаги. Быстро собравшись, кинулась в коридор. Останавливать меня не стали, стражники просто побежали за мной.

Я притормозила на лестнице. Внизу в холле, громко верещала матушка. Вирен спокойно наблюдал, как её, связанную магическими путами, вытаскивают из замка стражи порядка. Поникший отец сидел на последней ступеньке и держался за сердце. Матушка обернулась, подняла глаза и увидела меня. Сердце ёкнуло.

— Будь ты проклята, выродок! — громко крикнула она, прежде чем за её спиной захлопнулась дверь. Я отшатнулась. Перевела непонимающий взгляд на отца, который с виноватым видом повернулся ко мне. В глазах всё поплыло, воздуха не хватало, словно кто-то сдавил грудь тяжёлыми тисками. Последнее, что увидела, как бросился ко мне муж. После меня поглотила темнота.

Глава 13

— Просто нервное потрясение, ничего страшного, — услышала я глухой голос лекаря. Голова сильно болела, в ушах стоял противный звон. Я попыталась разлепить глаза. Яркий свет больно резанул по ним, из горла вырвался непроизвольный стон.

— Эледия? — я почувствовала тёплое прикосновение к руке. Сделала вторую попытку открыть глаза, на этот раз осторожней.

— Вот, леди, выпейте, вам полегче станет, — лекарь протянул мне стеклянный пузырёк. Вирен помог мне приподняться, подсунул под спину несколько подушек. Я послушно выпила зелье. Спустя минуту звон пропал, боль отступила.

— Как ты себя чувствуешь? — Вирен с тревогой смотрел на меня. Я слабо улыбнулась.

— Уже лучше.

— Хорошо. С тобой твой отец хочет поговорить. Попросить его подождать, или?..

— Пусть зайдёт.

Тянуть смысла не видела, судя по ощущениям, меня снова накачали успокоительным. Может, оно и к лучшему. Узнаю правду сейчас, а когда отойду от эффекта зелья, уже в голове информация уложится.

Отец тихонько зашёл в комнату, пряча глаза. В его совсем недавно тёмных волосах прибавилась седина.

— Прости меня, дочь, — едва слышно сказал он, садясь на край моей кровати.

Я выжидательно на него смотрела. Он молчал, крутя на пальце фамильный перстень. За всю свою жизнь я только три раза видела его настолько нервничающим.

— Мирина… Жена моя… Она не твоя мать, — с трудом выдавил он из себя.

Я чуть нахмурилась и мысленно поблагодарила лекаря за своевременно выданное зелье. Без него даже представить боюсь, как бы сейчас себя чувствовала. Отец чуть помолчал и продолжил:

— Мирина в детстве тяжело переболела. И когда мы поженились, у нас пять лет не получалось завести детей. Мы пошли к лекарю. Тот сказал, что она неспособна к зачатию, — отец вздохнул, прикрыл глаза, снова переживая те события. По морщинистой щеке скатилась скупая слеза. — Но как же без наследника рода?

Я едва усмехнулась. Наследовать долги? Какая забота о потомках. Отец же продолжал:

— И мне пришлось выбрать другую женщину. Как она родила, я дал ей откупные и принёс тебя домой. Мирине пришлось смириться и воспитывать тебя.

Я закрыла глаза и откинулась на подушки. Несмотря на успокоительное, было очень больно. Настоящая мать меня продала, ненастоящая пошла по её стопам. Или ради чего она меня опаивала?

— Зачем она меня приворожила к Риедлену? — мой голос был практически спокоен, лишь слегка прорвалась дрожь.

Отец отвернулся, спрятал глаза. Я посмотрела на мужа.

— Уже тридцать лет твоя… — Вирен запнулся. — Леди Мирина состояла в Обществе Забытых. Риедлен тоже.

Я вздрогнула, сжимаясь. Глаза непроизвольно округлились.

— Вижу, ты всё поняла, — Вирен тяжело вздохнул. Сел рядом со мной с другой стороны кровати, накрыл мою ладонь своей, мягко сжал

В моей же голове крутились мысли с бешеной скоростью. Все детальки складывались в одну картину. Так вот к чему это всё было! Это Общество запрещено во всём мире. Они искали способы вернуть давно забытых богов — ужасных, жестоких, сильных. Почти тысячу лет назад богиня Ниера вместе с братом, богом Ракосом, изгнали и заточили эту пятёрку богов, ведь те практически разрушили мир. Брат и сестра с любовью восстанавливали наши земли, наш народ. Однако остались и у Забытых свои последователи. Долгие годы те искали места заточений, убили много людей на ритуальных алтарях ради этого. Последнее время в жертву приносились исключительно аристократы, и чем древнее кровь, тем лучше. Все правители нашего мира дружно объединились против этого Общества, однако даже менталисты не могли вытянуть важные сведения.

— Матушка… — я запнулась об эту привычку, замолчала. Глубоко вдохнула, прежде чем продолжить, — Она что-то сказала, зачем была нужна я?

Я знала ответ, однако надежда, что я ошибаюсь, крепко вцепилась в мою душу своими щупальцами.

— На ритуальный алтарь. Тебя бы туда отправили беременной, — тихо произнёс Вирен. Я судорожно всхлипнула, прикусывая губу.

— А что с Риедленом?

— Его ищут.

— Что сделают с?..

— Казнят, — едва слышно ответил отец, сжимая кулаки.

— Так, всё, хватит на сегодня девочке потрясений, — вмешался лекарь. — Выходите все.

Отец послушно поднялся, вышел. Вирен же остался на месте.

— Я не буду поднимать эту тему, просто побуду рядом, — ответил он на невысказанное возмущение лекаря. Ещё минуту они мерились взглядами, однако герцог победил. Старичок ушёл, мы остались вдвоём.

— Неужели она настолько меня ненавидела? — потерянно спросила, поворачиваясь к мужу.

— Давай не будем об этом говорить, — мягко он привлёк меня к себе. Обнял, поглаживая по распущенным волосам. — А ещё лучше тебе бы поспать.

— Я выспалась за эти дни.

— Тогда просто полежим, — покладисто согласился он, удобней устраиваясь на кровати. Я вжалась в него, боясь отпустить. Закрыла глаза, вслушиваясь в спокойный стук его сердца. Боль ворочалась в душе, но зелье её сдерживало. И я сама не заметила, как забылась тревожным сном.

Глава 14

Проснулась от своего пронзительного крика. Подскочила, пытаясь отдышаться. В горле першило, слёзы непроизвольно текли по щекам. Вирен тут же оказался рядом, привлекая меня к себе. Я разрыдалась ещё сильнее, уткнувшись ему в грудь. Он молча меня гладил по волосам, давая выплеснуть скопившуюся боль. Образы из сна стояли перед моими глазами: чёрный камень алтаря, стекающие ручейки крови, застывший взгляд.

— Я не понимаю, за что она меня так ненавидела, — судорожно хватая воздух, я пыталась успокоиться.

— Ты здесь ни при чём, — тихо ответил муж, утирая слёзы с моего лица. — Не вини себя.

Я всхлипнула, поднимая к нему лицо.

— Но ведь если бы я не родилась…

— Они бы нашли другую жертву. Мирина вступила в Общество задолго до твоего рождения. И неизвестно, получилось бы спасти другую девушку, или нет, — он поцеловал меня в висок.

Я затихла, всё ещё дрожа. Он был прав, конечно. Однако больнее всего мне было не оттого, что мне грозила смерть. Всё, во что я верила столько лет, рассыпалось прахом. Лучше бы мне сразу сказали, что она не моя мать! Возможно, я бы не искала так старательно её любви; не пыталась угодить во всём, лишь бы получить толику внимания. И сейчас бы не чувствовала себя так ужасно. Словно весь мир меня предал.

— Всё будет хорошо, Эледия. Ты с этим справишься. А я буду рядом и помогу, — тихо сказал муж, покачивая меня в своих объятиях. Я сделала глубокий вдох, утирая лицо. Уставилась на танцующее пламя в камине. Огонь успокаивал, впитывал мою боль, забирал слёзы. Тишина комнаты нарушалась лишь весёлым треском дров.

Вирен лёг, увлекая меня за собой. Крепко обнял, поглаживая по спине. Я прикрыла глаза, стараясь дышать глубоко и размеренно. И снова незаметно уснула, на этот раз без снов.

Проснулась от лучика солнца, гуляющему по лицу. Недовольно поморщилась, отворачиваясь. И широко распахнула глаза, тут же вспомнив всё, что произошло накануне. Сердце сжалось, ком в горле не давал вдохнуть. Я крепко впилась ногтями в запястье, не обращая внимания на проступившие капельки крови.

— Мне не нравится, что ты причиняешь себе боль, когда переживаешь, — услышала я мягкий голос и обернулась. Вирен сидел за столом у окна. Отодвинул в сторону бумаги и перешёл ко мне, присев на край кровати.

— Привычка с детства, — прошептала я. — Матушка… Точнее, Мирина, научила, чтобы я лучше сдерживала эмоции.

— Но ведь ты сейчас дома, посторонних нет.

— Меня учили не показывать чувства даже наедине с собой. Всегда может зайти кто-то из слуг, и будут разноситься сплетни.

Вирен убрал с моего лица упавшие пряди волос.

— Значит, будем переучиваться. У меня отличные слуги, сплетников среди них нет. Хоть ты и герцогиня, но ты живой человек. И имеешь полное право на проявление эмоций.

— Перед мужем она учила тем более быть всегда спокойной и собранной, — буркнула я.

— Как мы уже выяснили, не всё её обучение было верным, разве не так? — он тепло улыбнулся. Уголки моих губ дрогнули в ответной улыбке.

Следующие несколько дней муж был рядом. Несмотря на видимость увлечённости работой, он вовремя замечал, когда я начинала себя щипать или царапать. Поддерживал, позволяя выплеснуть слёзы и боль. И ни разу не осудил за излишнюю эмоциональность.

Отец уехал, мы с ним больше так и не поговорили. Да я пока и не готова была к этому. Ещё не понимала, как реагировать на все новости, упавшие на меня. Вскоре и Риедлена поймали, его ждала та же участь, что и Мирину. Но я усиленно гнала эти мысли от себя, постаравшись сосредоточиться на книгах или бытовых делах. И вскоре почувствовала себя лучше, благодаря поддержке Вирена.

Глава 15

— Ты уверена, что хочешь поехать? — Вирен притормозил у выхода из замка, задав вопрос в пятый раз.

— Да, хочу всё услышать сама.

Он вздохнул, но открыл дверь. Я вышла на порог, поёжилась, сощурившись от ослепительной сверкающей белизны. Морозный воздух обжёг лёгкие, ущипнул неприкрытые щёки. Стоило Вирену взять меня за руку, и холод отступил.

— Спасибо, — я улыбнулась. Пожалуй, без его обещания сдерживать холод, я бы не рискнула выйти на улицу или быстро передумала. Даже несмотря на новые тёплые сапожки и меховую шубу.

Мы сели в карету. Она мягко поехала по укатанной ровной дороге. Я сидела рядом с мужем, прижимаясь к его плечу. Тепло от горячих камней обволакивало, и

— Нам долго ехать?

— Нет, часа за четыре доберёмся, — муж достал какие-то бумаги и погрузился в работу. Я сначала пыталась смотреть в окошко, но кроме укутанных снегом деревьев ничего не мелькало.

— А внизу горы, где твоё основное поместье, какая погода летом? — заскучав, я повернулась к Вирену. За последние дни успела привыкнуть, что даже во время работы он всегда спокойно ответит на вопросы и отвлечётся, если мне что-то необходимо.

— Не жара, как на юге, но очень тепло. Поместье окружено лесом, есть хорошая дорога в город и деревни. Озеро недалеко чистое, вода прогреться успевает.

Я воодушевилась. Не всё так страшно, как казалось!

— А до города там далеко?

— Нет, около часа пути. Город большой, красивый, — Вирен отложил бумаги, заметив мои загоревшиеся интересом глаза. — Всего лишь раза в два меньше столицы. Аристократия из ближайших регионов собирается именно там на сезон, так что будут привычные тебе балы и ужины. И в нашем поместье сможешь устраивать, когда захочется.

— И пикники можно будет⁈ У озера.

— Можно, конечно, — он улыбнулся, ласково погладив меня по волосам. — Весна и лето очень комфортные. Осенью, правда, дождливо. Зато в это время выпускники Королевского театра ставят спектакли, дают музыкальные вечера. Не заскучаешь.

Я мечтательно улыбнулась. Скорее бы уже весна! Возвращение к привычной жизни, к людям, к теплу. К зелёной траве и цветам, к купанию в тёплой воде, к ласкающему солнышку. Замечтавшись, даже не заметила, как мы въехали в город Лаорск, который изначально был просто деревушкой для рабочих в шахтах.

Я выглянула в окошко. Часть города мы уже проехали, карета замедлила ход. Широкие улицы были практически пустые. Светлые дома плотно поставлены друг к другу, из каждой трубы тянется в небо дым. Невысокие заборы, редкие стволы деревьев.

— А летом снег сходит?

— Да, но ненадолго.

— Как они здесь живут? — я сказала это едва слышно, не ожидая ответа.

— Привыкли. Портальная арка большая, продукты поставляются. Несколько лекарей на город, которые оплачиваются с моей казны. Да и лавки зелий содержатся за мой счёт, всё лечебное жители получают бесплатно.

— А это?.. — я замялась. Уж в ведение герцогства лезть точно неженское дело. Как же неловко!

— Не накладно и нас не разорит, если ты про это, — вопреки моим ожиданиям, Вирен не разозлился. — Я оставляю определённый процент с продажи долерина. Ведь это и в моих интересах, чтобы люди здесь чувствовали себя достаточно защищённо, несмотря на холод.

Карета остановилась, слегка дёрнувшись. Вирен вышел первым и подал мне руку. У портальной арки тоже практически не было людей. Мы встали на испещрённый рунами камень, держась за руки. Один миг — и нас встречает гомон столицы. Здесь не было лютого мороза, но снег укрывал землю, и я вцепилась покрепче в ладонь мужа. Страх замёрзнуть, похоже, остался со мной надолго.

Портал стоял в центре и пройти нам надо было совсем немного, всего несколько минут. Зашли в высокое здание в три этажа и остановились, ожидая провожатого. Когда Вирен сказал, что у меня есть возможность послушать допрос сильнейшим менталистом Мирины и Риедлена, я согласилась, не раздумывая. Остались ещё вопросы, на которые я не получила ответ. И мне очень хотелось закрыть эти страницы жизни, чтобы начать всё заново. Хорошо, всё же, быть женой герцога. Моему отцу, например, это не разрешили. Даже несмотря на то, что он был граф и вообще муж преступницы.

Нас с Виреном сопроводили в подвал на два уровня вниз. Мы зашли в полупустую комнату, я села на деревянную лавку, расправив складки на платье. От былого воодушевления не осталось и следа. Но и в истерику скатываться не собиралась. Я просто ждала начала, напряжённо вытянувшись. Вирен сел рядом, взял меня за руку.

— Назовите своё имя.

Я вздрогнула от нарушенной неожиданно тишины. Оглянулась, хоть и знала, что никого не увижу и голос доносится из соседней комнаты по магической подслушке.

— Мирина.

«Ага, там первая матушка», — мелькнула и пропала мысль. Я внимательно слушала. Первые вопросы были общими: возраст, статус, титул и прочее.

— Зачем вы подлили приворотное зелье дочери?

— Она мне не дочь, — я услышала фырканье, полное ненависти. — Выродок, которую притащил её папаша и скинул на меня!

— Хорошо, зачем вы подлили приворотное Эледии?

— Она должна была выйти замуж за Риедлена.

— Зачем?

— Чтобы понести от него.

— Зачем вам нужна была её беременность именно от него?

— Риедлен прямой потомок создателя общества. Мы надеялись, что принесённая в жертву его кровь в нерождённом ребёнке, вместе с кровью Эледии, откроет нам место заточения Богов.

— Почему именно Эледия? — допрашиваемый спокойно задавал вопрос за вопросом. Мирина отвечала, явно не по своей воле.

— Её род берёт начало от создания мира, он очень древний.

— У вас была уверенность, что это сработает?

— Нет.

— У вас есть какие-то зацепки, где заточены Забытые?

— Нет.

— Вы знаете какую-то информацию о руководстве Общества?

— Нет.

— Вам кто-то передавал приказы насчёт Эледии или это ваша инициатива?

— Риедлен.

— Хорошо, вы можете пока идти.

Повисла тишина. Я откинулась на спинку лавки, забыв про приличия. Прикрыла глаза, устало выдохнув. Когда уже уничтожат это Общество? Сколько они людей уже убили и ещё убьют, пока ищут своих Забытых?

— Ваше имя?

Я снова напряглась.

— Дэвлэн.

Я нахмурилась, непонимающе посмотрела на мужа. Тот пожал плечами, внимательно вслушиваясь.

— Под каким именем вас знают другие?

— Под разными.

— Одно из них Риедлен?

— Да.

— Вы спланировали приворот Эледии к себе и подговорили для этого Мирину?

— Да.

— Для чего?

— Она должна была стать моей женой по древнему свадебному обряду моих Богов. Мы выяснили, что этот ритуал даёт им всплеск силы, и хотим провести тысячу обрядов одновременно в разных уголках мира.

— Когда?

— Через пять дней годовщина, тысяча лет заточения. В этот день мы дадим нашим богам силы, чтобы они смогли вырваться.

— Что это за обряд?

— На алтаре… — Риедлен замолчал, закашлялся.

Я кусала губы, ожидая продолжения.

— Продолжайте, — с нажимом проговорил допрашиваемый.

— На алтаре после обряда, — хрипло повиновался Риедлен ментальному приказу, — необходимо ритуальным кинжалом вырезать у жены язык и глаза. Чтобы не засматривалась и не разговаривала с другими мужчинами. В этот момент боги благословляют семью, и получают силу от пролитой добровольно крови.

Повисла тишина. Я шокированно пыталась уложить в голове услышанное. Зубы стучали, руки мелко затряслись.

— Тише, тише, всё хорошо будет, — Вирен привлёк меня к себе, ласково шепча что-то на ухо. Я сжалась в его объятиях, с ужасом представляя, чего я избежала милостью богини и того желания.

Откашлялся менталист, задавая следующий

— Почему вы Мирине сообщали другую информацию?

— Ей это знать незачем, она просто рядовой член Общества.

— Почему вы допустили брак Эледии, если она вам нужна была?

Риедлен скрипнул зубами.

— Потому что Мирина дура. Ей велено было всеми путями задержать отправку Эледии на несколько дней, чтобы я успел её уговорить сбежать. А эта дура догадалась всего лишь деньги стащить портальные! Ещё и приворотного малую дозу дала, раз у девки хватало сил сопротивляться моим словам.

— После брака Эледии вы выбрали новую жертву?

— Нет, в день свадебного обряда я был в замке и навёл на неё морок. Целитель не должен был заметить, что девка всё ещё невинна. Так у меня появлялся ещё срок на то, чтобы её вытащить и опоить снова.

— Почему именно Эледия?

— Древняя кровь, аристократка. Это дало бы больше силы моим Богам.

— Вы знаете места всех алтарей Забытых, где будут проходить эти обряды?

— Да.

Тишина резко повисла. Заскрипела дверь, открываясь и впуская прохладный воздух в душное помещение.

— Дальше вам знать не надо, — стражник равнодушно махнул рукой на выход. Я попыталась встать, но ноги не держали. Муж подхватил меня на руки, спокойно отправляясь на выход из здания.

— Откуда такая жестокость в свадебном обряде? — хрипло спросила я шёпотом, оказавшись в карете.

— Не просто же так наши боги их изгнали и заточили, — тихо ответил Вирен, усаживая меня к себе на колени.

В молчании мы вернулись домой. Шок проходил, и меня охватывал ужас, стоило представить, как я была близка от этой участи. Однако ещё почти тысяча девушек даже не подозревает, что их ждёт! Успеют ли их спасти за какие-то пять дней?

Я с трудом встала с кресла у камина, куда меня посадил муж. На ватных ногах дошла до окна и крепко вцепилась в подоконник, уставившись на покрывавшую землю белизну. Разноцветные звёзды мигали на небе, искрился снег под светом полной луны.

— Знаю, что сейчас не смена года и своё желание я уже исчерпала. Но всё же прошу, богиня Ниера, помоги. Помоги спасти девушек! Избежать миру столь страшной участи! Мы же ваш народ, ваши дети, — я жарко шептала, не замечая струящихся слёз. — Неужели вы оставите нас в этой беде?

Лёгкое дуновение ветерка, непонятно откуда взявшегося, нежно коснулось моей щеки. По телу разлилось тепло, в душе успокоение.

«Мы вас не оставим», — словно во сне услышала я тихий, ласковый голос.

Эпилог

— Эледия, ты что такого интересного нашла? — Вирен сел на подлокотник кресла, приобняв меня за плечи.

— Вот, слушай: «Раскрыто Общество Забытых! Короли всего мира объединились перед нависшей угрозой. Были задействованы лучшие менталисты! Однако всех терзает вопрос: как у них это получилось? Ведь Общество потому и было неуловимо долгое время, что у них стояли лучшие ментальные блоки. Они умирали раньше, чем успевали сказать хоть слово! Чудо или вмешательство высших сил? А может, королевства добыли тайные знания для мастеров допросов? Гадать об этом можно долго. Но нужно ли? Давайте просто порадуемся тому, что опасное общество раскрыто и понесёт наказание! Уже завтра на рассвете состоятся массовые казни всех последователей этих жутких богов. А после всех ждёт большой праздник, который мы точно готовы отмечать ежегодно. Не пропустите! Мы обязательно будем в центре событий и в подробностях вам всё напишем!»

Я отложила жёлтую листовку, повернувшись к мужу.

— В город выезжала? Даже рискнула без меня? — он тепло улыбнулся. Я густо покраснела.

— Ты слишком хорошего обо мне мнения, я не успела за два месяца привыкнуть к холодам, — буркнула, пряча смущение. — Лисси ездила, как раз разносчик раздавал сводки новостей. Она и прихватила мне.

Я чуть помолчала.

— Хорошо, что успели спасти девушек. Как представлю, что могло бы быть… — я вздрогнула. Вирен прижал меня к себе, поглаживая по волосам.

— И хорошо, что ты стала моей женой, — тихо ответил муж, оставляя лёгкий поцелуй на виске. — Даже думать не хочу, что их план мог увенчаться успехом.

— А ведь если бы не твоя спешка со свадьбой, так бы и было. И ты мне так и не сказал, к чему она была? — я уставилась на Вирена в ожидании ответа.

— Это было условие твоего отца. Ему не нравился Дэвлэн. Ну, точнее, Риедлен. Граф переживал, что тот может выкинуть что-то, что повредит твоей репутации.

Я улыбнулась. Надо всё же написать отцу. И сказать ему «спасибо». Злости на него не осталось, и, надеюсь, мы сможем возобновить тёплое общение.

— Ой, извини! Зачиталась тут, совсем забыла, что ты голодный! Ужин уже должны подать, — я вскочила, хватая мужа под локоток. Последние дни он работал в основном за пределами дома, объезжал шахты, и возвращался позднее обычного. Уставший и голодный. Хорошо хоть, что не замерзал.

Вирен набросился на еду, я же вяло ковырялась в тарелке с кашей.

— Опять нет аппетита? — муж внимательно на меня глянул.

— Да.

— К лекарю сходила?

— Да, — я лукаво улыбнулась, — он уже увидел, из-за чего мои скачки настроения и иногда тошнота.

— И?.. — Вирен отложил приборы, напряжённо замерев.

— Ничего плохого, — размыто ответила, делая глоток ароматного чая. Хотела сообщить об этом не так и не здесь, а как-нибудь красиво, романтично. Но увидев, с какой надеждой смотрит муж, не смогла удержаться.

— Во мне растёт твой наследник. Или наследница.

Я с улыбкой смотрела, как меняется выражение лица Вирена. Недоверие, шок, осознание, счастье. Он вскочил с места и подхватил меня на руки, закружив по столовой. Я рассмеялась, крепко обхватив его за шею. Наклонилась, оставляя на его горячих губах лёгкий поцелуй.

Ещё совсем недавно я и представить не могла, что дворец, казавшийся мне тюрьмой, станет моим домом. А холод и снег принесут не печаль, а счастье. И что так коряво загаданное желание станет самым верным выбором в моей жизни.