Измена, месть, или Вторая попытка Виолки

Глава 1. Элира

Тиана Альтер

Измена, месть, или Вторая попытка Виолки

Я стояла на пороге кабинета мужа и не верила своим глазам.

Всё было как всегда: грязный стол с пустыми кружками, диван у стены, стойкий запах его одеколона. Всё, кроме нескольких мелочей. Диван был разложен, а в воздухе, помимо привычного аромата, витал приторно-сладкий чужой запах.

Я смотрела, как мой муж остановил судорожные толчки бедрами, как белые тонкие ноги, обвившие его талию, раздвинулись. Морен повернулся, и я увидела его раскрасневшееся, покрытое потом лицо. Заметив меня, он скривился:

— Что ты здесь делаешь?

Так вот чем это пахло! Приторная вонь духов и их возбуждение. Запах был такой невыносимый, что я не могла вдохнуть. Голова закружилась:

— Так сегодня же среда, наш день… Принесла кофе… Там дождь… вот и пришла пораньше.

Морен нехотя отстранился от девушки, поднялся, застегивая штаны.

— Я быстро, — бросил, выставляя меня за дверь и прикрывая ее за нами.

Всё еще не веря в то, что происходит, я смотрела на мужа, ожидая хоть какого-то объяснения.

— Знаешь… даже хорошо, что ты узнала, — сказал он, словно размышляя вслух. — Всё равно собирался познакомить вас с Севирой. Надоело прятаться.

В глазах потемнело, ноги вдруг стали ватными, так что я едва удержалась, чтобы не осесть на пол. Дыхание сбилось, стало прерывистым и мелким, а сердце заколотилось, будто после изматывающего бега.

Он правда собирался привезти любовницу в наш дом? Тот самый, где я годами всё обустраивала: подбирала занавески, покупала сервиз с крошечными расписными чашечками и наводила порядок.

Дверь открылась, и в коридор вышла она. Теперь я смогла рассмотреть молодую девушку лет двадцати трех с худым лицом, шелковыми волосами и пухлыми, раскрасневшимися от поцелуев губами. На ней была клетчатая юбка до колен и застегнутая на несколько пуговиц рубашка с гербом Академии в виде переплетенного синего круга.

Получается, она студентка? Как я когда-то?

Севира скользнула по мне презрительным взглядом и, резко повернувшись к Морену, потребовала:

— Лучше от нее избавиться. Я понимаю, ты женился из жалости и всё такое, но объяснять это всем подряд будет утомительно. Может, проще развестись?

Девчонка скрестила руки на груди.

— Она ведь человек, — начал Морен профессорским тоном, словно читал лекцию. — У нее долг перед Академией в три миллиона виолов и привязка ко мне. И вообще, она отлично справляется с домом, работой и бумажками. Да и бросить ее вот так… это было бы некрасиво. Знаешь, люди любят сплетни, а мне ни к чему, чтобы обо мне судачили, как о каком-то бездушном мерзавце.

Мир рухнул так внезапно, что на секунду я потерялась. Слова долетали, но смысл ускользал. Они говорили так, будто не видели, как это уничтожает меня, словно никого и вовсе тут не было.

Получается, всё это время Морен сохранял брак, потому что так было… удобно? На моих плечах лежал дом, все заботы и почти вся его работа: конспекты, планы занятий, разработка миров, проверки дипломов, отчеты. Лишь лекции он вел сам. Я считала это правильным, ведь отдавать всю себя без остатка, посвящать жизнь другому человеку — это и есть любовь. И мы с Мореном любили друг друга. По крайней мере, я в это верила.

Вспомнился тот день, когда после провала на экзамене я в отчаянии прибежала к своему профессору. Рыдала у него на груди, а он, сжимая меня в объятиях, покрывал поцелуями лицо и шею, гладил по волосам и страстно шептал, что всё будет хорошо.

И вот за плечами десять лет «счастливого» брака, где я старалась изо всех сил окружить Морена заботой и любовью.

— Иди домой. Вечером все обсудим, — спокойно сказал муж, возвращая меня в реальность, и потянулся за кофе, который я всё еще сжимала в руке. Я резко отдернула ее, будто защищая последнее, что осталось.

— Нет, — прошептала, глядя в пол. — У меня теперь нет дома. Я хочу развод.

Глава 1.1. Элира

Морен усмехнулся:

— И кто тебе его даст? Будешь вести себя покладисто и работать усердно, тогда в наших отношениях ничего не изменится. А если начнешь брыкаться, узнаешь, что я могу быть не таким добрым хозяином.

Он пропустил Севиру вперед, затем сам вошел в кабинет и захлопнул дверь.

Я выскочила из корпуса Академии, зло швырнув стаканчик в урну у входа. Сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди. Холодный дождь хлынул на голову. А слово «хозяин» хлестнуло по щекам порывистым ветром.

Территория Академии осталась позади. Под ногами заскользила вымощенная камнями набережная.

Что теперь делать? Идти домой, прислуживать мужу и его любовнице? Прилюдно выслушивать, что я слуга, которую он держит из жалости, и быть за это благодарной?

Я больно укусила себя за нижнюю губу, так, что во рту появился привкус крови. Паника захлестывала вместе со всё усиливающимся дождем.

Затравленно оглядевшись, я увидела мост. Подойдя к перилам, уставилась на свой силуэт, маячивший далеко внизу в бурлящей воде.

— Неужели ты правда превратилась в это? — прошептала я себе под нос, и с его кончика упали несколько капель. То ли слезы, то ли дождь.

Всё равно придется вернуться домой, у меня долг и привязка к мужу, другого выхода нет.

Еще одна капля сорвалась с лица и полетела вниз к реке. Проследив за ее полетом, я перелезла через перила. Встала на самый край моста, прижавшись к мокрым металлическим прутьям, и посмотрела в воду.

Я не могу вернуться!

— Ну что, прыгать будешь или так постоим? — голос раздался у самого уха.

Вскрикнув, я вцепилась в перила и оглянулась. За спиной стоял невысокий сухонький старичок с горящими глазами и хитрой улыбкой.

— Оставьте меня, идите своей дорогой.

— Да я и хотел бы. Но ты так верещала, что не смог пройти мимо.

— Я не кричала.

— А вот тут… — скрюченный палец ткнулся мне в лоб.

Я фыркнула и неожиданно для себя пошутила:

— Нехорошо мысли подслушивать, чтоб вы знали. Неужто всемогущим себя возомнили?

— Ха! — он хлопнул себя по колену. — А то как! Слежу, конечно, чтобы мир не рухнул. Равновесие поддерживаю, ошибки исправляю.

— Мои уже не исправите. И вообще, ваша всесильность, как вы могли допустить то, до чего я докатилась?

Он хмыкнул, посмотрел на меня долгим взглядом, от которого стало не по себе:

— Что я, по-твоему, должен был сделать? Бежать за тебя экзамены

— Любимого!? — у меня аж воздух в груди застрял. — Да я уже наспасалась за десять-то лет!

— А кто сказал, что я про этого слизняка?

— Других-то и не было.

— Н-да? — старик внезапно подмигнул. — Как будто умница, красавица, а со слухом проблемы! Я тебе что сказал? — и тут же повторил, не дожидаясь ответа: — На экзамен топать, предателя найти, любовь спасти. Усекла? — он опять постучал мне по лбу. — Хотя даже если нет, время того… пришло.

— В каком смысле? — ошалело переспросила я и заметила, что капли дождя застыли в воздухе, будто подвешенные на невидимых нитях. От удивления не сразу расслышала, что он продолжает говорить:

— В смысле, спасать пора. Себя, мужика своего и мир заодно. И это… — старик закряхтел, — не вздумай потом говорить, что я в чем-то виноват и не помощник ни разу!

Дедок резко толкнул меня в спину, ладони разжались, воздух хлестнул по телу, дыхание перехватило.

— А-а-а, — сипло выдохнула я, хотя казалось, что ору. — Я не хочу умирать! Я очень хочу жить!

«Так живи!» — прошелестело прямо в моей голове стариковским голосом, пока я проваливалась в темноту.

Глава 2. Элира

Темнота сменилась ярким светом и одновременно с этим раздался резкий мужской крик:

— Какой скверны?! Исчезни!

Я не понимала, где нахожусь, но властный голос заставил пошевелиться. Почувствовав, что руки и ноги застряли в какой-то жиже, огляделась и поняла, что это арена Академии, где обычно тренировались боевики и оборотни. Вдруг прямо передо мной из земли поднялся механизм из нескольких металлических трубок, соединенных между собой. В их отверстиях загорелись огоньки. Я забилась сильнее, но чем больше дергалась, тем быстрее меня затягивало.

— Бездна! — рявкнул голос. Чьи-то сильные руки подхватили меня, вытягивая из грязевой ловушки. В ту же секунду из трубок хлынул плотный поток огня. — Ты идиотка? На арене боевая тренировка идет!

Посмотрев на того, кто всё еще продолжал меня держать, зависла: яркие штормовые глаза и почти белые волосы. Кого-то он мне напоминал… Точно! Рейнер Алькор, куратор магического факультета.

— Что ты здесь делаешь? — Он поставил меня на ноги и больно встряхнул за плечи.

— Я… — растерянно промямлила, озираясь, — упала?

— Что за бред! — Его челюсть напряглась, заходили желваки. Медленно проведя рукой по шее, будто сдерживаясь, он добавил: — За нарушение режима три дежурства. И если снова появишься не там, где положено, пощады не жди. С удовольствием посмотрю, как ты сгоришь. А сейчас пошла вон.

— П… простите, — я выскочила с арены.

Бормоча проклятия, направилась к ближайшей уборной, чтобы смыть с себя грязь. Всё ощущалось… странным. Да что там, Академия выглядела иначе, чем несколько минут назад, когда я бежала к мосту. Деревья казались ниже, а знакомые лица были моложе. Погода тоже изменилась, на улице стояла зима.

Поежившись от холода, обхватила себя руками и замерла, глядя на кисти. Кожа будто помолодела лет на десять — ни морщинок, ни складок. Вместо привычной одежды на мне была форма Академии, а из-под слоя грязи проглядывал знакомый герб.

Сердце забилось быстрее. Вспомнив встречу со стариком, с трясущимися руками бросилась к зеркалу.

В отражении была я десятилетней давности: тусклые серо-синие глаза с синяками под ними, растрепанные каштановые волосы и изможденное лицо. Заучка обыкновенная. Версия: затравленная.

Пока умывалась, пыталась понять, что произошло. Видимо, каким-то чудом… хотя не чудом, а, скорее, прихотью этого старикашки, я оказалась в своем прошлом!

Всё еще не совсем веря в произошедшее, дотронулась до лица. Я всё еще я — снова студентка. Включив воду, подставила под нее кисти. От тепла и волнения кожа покрылась мурашками. Грязь мутным потоком потекла в раковину, как и вся моя прожитая жизнь. Неужели я действительно получила второй шанс? Похоже, что так...

Поднеся руку к губам, я прикусила нижнюю, сдирая засохшие корочки. Значит, эта дурацкая привычка была у меня и в... А сколько мне сейчас? В каком именно возрасте я оказалась?

Выйдя из уборной, поплелась по коридорам, не разбирая дороги. Ноги сами привели к знакомой двери. На табличке была надпись: «Элира Виолка».

— Кажется, я всегда носила ключ в правом кармане юбки, — бормоча себе под нос, пошарила и действительно обнаружила заветный ключик.

Всё внутри было как прежде. Две кровати. Одна, идеально заправленная, с вышитым золотыми нитями именем: «Сесиль». Кровать моей подруги. Вторая, моя, застеленная серым покрывалом.

Подошла к столу, заваленному книгами, и нашла свой зеленый кожаный ежедневник. Полистала, открыла последнюю страницу:

«02 декабря 593 года.

Расписание:

9:00 — Основы магии и безопасности порталов;

10:45 — Работа с артефактами…»

Не дочитав, положила его и потянулась к голове, хватая себя за волосы.

— Сегодня второе декабря пятьсот девяносто третьего года. Значит, мне сейчас двадцать четыре и до экзамена осталось чуть больше двух месяцев…

Всего-то два месяца до того момента, когда я потеряю все права. Когда окажусь должна Академии три миллиона. Когда провалю экзамен и останусь без магии. Когда в отчаянии приду к своему будущему мужу.

— А ведь магия должна быть еще со мной! — осознание вспыхнуло радостью и робкой надеждой.

Отойдя от стола, я расставила ноги, вытянула руки и начала дышать. За десять лет многое забылось, но тело помнило движения.

«Открытие портала зависит от личности мага, его самочувствия и сосредоточенности.

Для призыва важна точная формулировка. Маг должен четко произнести запрос, ясно представляя, что именно призывает», — всплыла в голове цитата из учебника.

И тут же вспомнился один мир, по которому я скучала все десять лет. Мой родной мирок: простой, бесполезный, но бесконечно дорогой.

В детстве так его любила, что научилась невозможному — выполнять призыв без единого слова.

Это получалось только с ним, и навык был столь же бесполезен, как и сам мир, но какая разница? От одной мысли, что я смогу увидеть его снова, сердце болезненно сжалось.

Я развела руки в стороны, с кончиков пальцев сорвалось яркое свечение.

В детстве призывала его строками из любимого стихотворения. Сейчас тоже начала говорить про себя:

«Море, море, край простой,

Где лишь ветер и покой».

Портал послушно открылся, освещая всю комнату синим светом.

В следующее мгновение, чувствуя, как магия проходит по телу, трепещет на кончиках пальцев и соединяет меня с миром, всхлипнула.

Я снова была собой. Да!

Передо мной открылось небольшое окно, за ним раскинулось бескрайнее море, закатное солнце и уходящий вдаль горизонт. Из портала подул легкий ветерок, донесся шум воды.

Смахнув слезу, закрыла портал.

Снова маг.

От волнения в горле пересохло.

Мне было неизвестно, почему в той жизни у меня пропала магия. Я готовилась, усердно училась, была отличницей. Магия была сильная и стабильная. Сейчас, ощущая ее, вижу хороший резерв и потенциал. Вот даже смогла портал без слов открыть! Но в момент экзамена она просто исчезла. Пересдать мне не разрешили и сразу признали обманщицей и человеком.

Глава 3. Элира

Помыться, собрать вещи, добраться до вокзала и оттуда — на Север. Я шла к душевым, прокручивая в голове детали плана.

Сердце билось чаще от мысли, что я действительно могу сбежать и в этот раз изменить свою жизнь!

Вообще, студенты никогда раньше не сбегали: не было смысла. Получить диплом и вместе с ним обрести независимость — мечта каждого мага из семьи людей, кто, как и я, являлся собственностью и резервом Ориенской Академии.

Раньше это была и моя мечта, я верила, что сдам экзамен и стану свободной.

— Да уж, станешь, как же, — язвительно ответила сама себе.

Быстро помывшись, уже растиралась грубым, но чистым полотенцем, когда в ванную влетела Сесиль. Она была всё такая же звонкая, яркая, красивая, какой оставалась в моей памяти все эти годы. Блондинка с темными глазами и формой, сидящей по фигуре. Она оглядела все кабинки и, заметив меня, возмутилась:

— Элира, ты что опять натворила? Мне сказали, видели тебя в коридоре, всю с головы до пят в грязи!

— Забрела на тренировочные арены, в грязевую ловушку, — я неуверенно повела плечом.

— Говорят, там сегодня Рейнер тренировался! — глаза Сесиль блеснули.

А ведь она, как почти все студентки, да и добрая половина преподавательниц Академии, сходила с ума по нашему куратору.

— И что он? — с придыханием уточнила подруга.

— Наорал и дал три дежурства. — Быстро одевшись, я направилась к выходу из душевых. Не было времени на разговоры, нужно было как можно быстрее собрать вещи.

— У нас же пара скоро, успеешь переодеться? Профессор, как всегда, зарядит на всю лекцию, и я надеялась, ты всё запишешь, — Сесиль взяла меня под локоть, пытаясь остановить. — Ты же знаешь, как я медленно пишу.

— Не пойду, прости.

Подруга заглянула мне в лицо удивленными глазами. Никогда не умела ей врать и в этот раз ей понадобилось меньше минуты, чтобы вытащить признание о побеге.

Выслушав, Сесиль моментально забыла про пару и вызвалась помочь. Мы поспешили в комнату собирать вещи.

— Постой, так нельзя! — она замерла, бросив на кровать мои книги, когда мы почти закончили собирать пожитки. Я уже приготовилась к отговоркам или к тому, что она сдаст меня куратору, но Сесиль лишь нахмурилась: — Ты не можешь ехать в таком тряпье, — она указала на мой второй комплект формы, единственную запасную одежду. — На тебя будут коситься, как на нищенку, и могут вернуть обратно.

Она полезла в свой шкаф и вытащила оттуда потрясающий темно-синий шерстяной костюм с укороченным пиджаком и длинной юбкой.

— Вот. Надевай, — приказала она.

Пиджак подчеркивал талию, юбка облегала бедра. После собственной мешковатой формы Академии я вдруг почувствовала себя другой. Оказывается, у двадцатилетней меня была фигура. Судя по удивленному взгляду Сесиль, она тоже только сейчас это заметила.

Я всё еще выглядела уставшей: синяки под глазами, бледная кожа, растрепанные волосы, которые пришлось торопливо пригладить руками. Хотелось, чтобы лицо хоть немного соответствовало одежде.

Сесиль поставила передо мной сапоги, достала пальто с меховой оторочкой.

Весь этот комплект стоил больше, чем вся моя одежда и в этой жизни, и в будущей. Я замялась, нервно закусив губу. Сесиль, заметив это, подскочила к зеркалу.

— Даже не смей спорить. И вот еще, — она положила мне на ладонь кошелек с виолами, — тебе же нужны деньги на билет. — Затем вручила мне легкую сумку, в которую поместились все мои пожитки, и тихо спросила: — Ты точно навсегда уезжаешь?

— Наверное, да… — выдохнула я, глядя на нее.

Было больно с ней прощаться. Но лучше расстаться сейчас друзьями, чем потом увидеть, как она разочаруется во мне.

* * *

Мне удалось без проблем выйти за пределы Академии. Прохрустев по заснеженной мостовой, села в дилижанс и за мелкую монетку доехала к вокзалу.

Из подвешенного к монорельсу паровоза валил пар.

— Пора! — Я подошла к кассе. Пожилая женщина посмотрела на меня и улыбнулась. — Мне, пожалуйста, один билет на Северный экспресс.

Когда паровоз подъехал, я уже стояла на перроне с билетом в руке. Контролер проверил не только его, но и мою магию.

Войдя в вагон, я прошла по красной бархатной дорожке с волнением, страхом и трепетом одновременно! Неужели я и правда решилась?! Я, Элира Виолка, девчонка, не способная перечить ни одной живой душе в прошлой жизни!

Отодвинув тяжелую створку, зашла в купе. Только когда раздался гудок и вагон мягко тронулся, я наконец-то выдохнула, поняв, что никто не подсел!

— Неужели получилось? — не совсем веря в успех, я, впрочем, с радостью разложила себе спальное место.

Паровоз медленно проехал город и ускорился, скользя вдоль деревень и полей. Вскоре должен был начаться гигантский лес Велимор. Я выглянула в окно и увидела деревья высотой с несколько академических корпусов, поставленных друг на друга.

Проводница постучала, предложила чай в железном подстаканнике и пирожки с капустой, картошкой и мясом. Взяв чай с чабрецом, я устроилась у окна и приготовилась любоваться заснеженными громадинами.

Паровоз начал замедляться, подъезжая к первой остановке. Заскрипел монорельс, и мы остановились.

Нахмурившись, закусила губу: что-то было не так. Стоянка задерживалась…

Вторя моей тревоге, внезапно по вагону прошел странный шум, а потом дверь моего купе с треском распахнулась.

— Что происх… — посмотрев в проем, я вскрикнула от ужаса.

На пороге, злобно оскалившись, стоял Рейнер Алькор.

Глава 4. Рейнер за несколько часов до событий в поезде

Рейнер был в ярости. Он не любил проигрывать. Особенно когда это происходило не по его вине.

Сегодня он поспорил с капитаном Крастом, что пройдет полосу препятствий для оборотней быстрее, чем их куратор Тарен. И прошел бы. Он уже справился с водяными щитами и воздушным потоком, блестяще маневрировал между ледяными иглами, оставалось лишь преодолеть несколько грязевых ловушек и справиться с огневыми механизмами.

И тут прямо с неба свалилась эта девка! Причем студентка с магического факультета, находящегося под его курацией. Пришлось вытаскивать эту несуразность из грязи и, если бы он замешкался хоть на секунду, ее бы испепелило.

Сейчас он жалел, конечно. Что спас ее и

Во-первых, ему влетело за то, что на арене оказался посторонний — как будто это его зона ответственности!

Во-вторых, он проиграл в споре и должен был выполнить одно желание Тарена.

Рейнер сцепил пальцы за шеей и медленно откинул голову назад, стараясь выдохнуть.

— Послушай, — сказал капитан Краст, здоровенный оборотень с лицом в шрамах и стихией огня, — я хочу понять, как эта девчонка оказалась на поле! Это не шутки. Идет боевая тренировка, а она появляется прямо перед огневыми механизмами. Если представить на минуту, что ты бы замешкался!

Капитан прищурился. Похоже, он всё же решил, что виноват именно Рейнер. Наверняка уже представил очередную идиотку, готовую сунуться даже в смертельную ловушку, лишь бы он бросился ее спасать и обратил внимание. Чушь, да и только! Рейнер подавил нарастающее раздражение.

— Да понял, понял. Выясню, как она там оказалась, — примиряюще пообещал он и отправился к общежитиям. Пока шел, с трудом вспомнил фамилию девчонки.

Виолка. Надо же, как мелкая монетка.

— А хлопот на целый мешок, — хмыкнул он и подошел к коменданту, чтобы узнать номер комнаты, где жила эта мелкотня. Быстро поднялся на второй этаж и без стука вошел в нужную дверь.

Вместо ожидаемой студентки увидел совершенно другую девушку, сидевшую на кровати. Красивая, стройная, светловолосая, она подняла на него яркие карие глаза и охнула.

Рейнер быстро осмотрел комнату, в которой больше никого не было:

— Где она?

— Кто?.. — переспросила девушка, захлопав ресницами.

— Эта наглая мелочь! Соседка твоя.

— Элира? Я… не знаю… — пробормотала та.

Рейнер перевел взгляд на разбросанные вещи и опустевшие полки одного из шкафов. Либо у этой Элиры не было одежды, либо кто-то собрался в дорогу. Поспешно.

Снова посмотрел на соседку. Та суетилась, но молчала. Рейнер почувствовал укол волнения, его опыт боевика научил интуитивно определять неприятности быстрее, чем он их осознавал.

Он был уверен, что девчонка знает, где ее соседка, но орать на нее сейчас не видел смысла: только заплачет. С такими более действенно работает совсем другая тактика.

Подойдя ближе, Рейнер обхватил пальцами ее подбородок, заставляя смотреть на себя неотрывно, пристально. Та ожидаемо поплыла и распахнула пухлые губы. По ее щекам пошел румянец, испуг сменился удивлением и кокетством. Лицо Рейнера скривилось в саркастической усмешке:

— Будь хорошей девочкой, скажи правду.

Девушка подняла глаза, мгновение она ждала, но потом прошептала:

— Я ее отговаривала, честное слово, но она всё равно уехала. На поезде. На Север.

Рейнер замер. Скверна! Первый побег в истории Академии и, как назло, под его кураторством. Эта дрянь не только сорвала тренировку, но теперь подставила его по-настоящему.

Он встряхнул головой и пренебрежительно отдернул руку от лица девчонки.

Глава 5. Элира

— Тш-ш, — явно видя мой шок и готовность звать на помощь, Рейнер Алькор, приставив палец к губам и закрыв за собой дверь, вошел в купе. — Никогда ни за кем так не бегал. — Он уселся рядом так близко, что я почувствовала его тяжелое дыхание. Положив руку на плечо, притянул меня к себе и, наклонив голову к уху, прошептал: — Молодец, смогла привлечь внимание.

От этих слов у меня внутри всё вскипело. Этот напыщенный индюк правда думает, что я сбежала только ради того, чтобы он меня заметил?!

— Отпусти! — я попыталась отсесть и дернула плечом в тщетной попытке сбросить его руку. От резкого движения чай из кружки пролился на Рейнера.

Он вздрогнул и отпустил плечо:

— Бездна!

Вскочив, я бросилась к выходу, но он тут же поймал меня, навалившись всем телом и вжимая в дверь. Щекой я почувствовала холодное дерево, а спиной — горячее тело куратора.

— Ты определенно хочешь себе навредить, — Рейнер заломил мне руку, так что по ней прокатилась острая боль. — Так и быть, помогу тебе в этом. Как только вернемся, обещаю, спокойной жизни у тебя не будет.

— Пожалуйста, дай мне уехать, — предательские слезы сами выступили на глазах. От беспомощности, разочарования и обиды хотелось выть. — Тебе же ничего не стоит просто отпустить меня.

Он, кажется, удивился моим словам, потому что ответил не сразу:

— Ты принадлежишь Академии.

— Прошу, мне нельзя возвращаться, — тело затрясло, и Рейнер ослабил хватку так, что я смогла вздохнуть. — Вся моя жизнь разрушится… я не могу вернуться. — Слезы лились сами, и слова уже бесконтрольно вырывались наружу.

Алькор развернул меня спиной к двери и посмотрел в лицо с сомнением, будто пытаясь понять, вру ли я. На секунду подумала, что мои слова смогли растопить его сердце и он отпустит. Но ошиблась.

— Скверна! — он скривился. — Как можно вот так скулить? Своей слабостью ты позоришь всех магов. — В его глазах плескалось колючее злое презрение. Не сказав больше ни слова, он всучил мне пальто, подхватил сумку, крепко сжал запястье и выволок из купе.

Кричать и вырываться было бесполезно: закон был полностью на его стороне, а нарушителем и преступником здесь была именно я. Пока мы выходили из вагона, проводница кинула на нас недоуменный взгляд, но ничего не сказала.

Северный экспресс печально попрощался со мной гудком, выпустил пар и тронулся, оставляя нас на перроне одних. Я укуталась в пальто, придерживая ворот одной рукой.

Между огромными деревьями носился ледяной ветер. Волосы взвились и растрепались, нос и кончики пальцев похолодели. Перрон висел высоко над землей, крепясь к гигантским стволам. Внизу тянулась дорога для экипажей и дилижансов, к ней с конца платформы вела большая железная лестница.

Я впервые видела Велимор собственными глазами и, оказавшись так высоко, едва могла дышать. То ли от ветра, то ли от холода, то ли от величественных деревьев, а может, и от того, что Алькор всё еще сжимал мою руку, у меня закружилась голова. Куратор повел меня к небольшому зданию в центре платформы, на двери которого висела табличка «Кассы».

Хотя кассы — это, конечно, громко сказано. Крохотный деревянный домик внутри был заставлен скамейками и стульями, а у окошка за столом спал мужичок в меховой жилетке.

— Уважаемый, — Рейнер дождался, пока мужчина вздрогнет, проморгается и наконец-то нас заметит, — два билета на Восточный.

Кассир крякнул и потер глаза.

— Это как пожелаете, но подождать придется, паровоз только через два часа прибудет. — Мужчина быстро оторвал два билетика и спрятал деньги, которые дал ему Рейнер.

Мы сели на скамейку, куратор продолжал крепко держать меня за руку. Кассир окончательно проснулся, заскучал и непринужденно спросил:

— А это… может, вам чайку налить, пока ждете?

— Уже

Мужчина сделал себе чай и громко хлюпая, отпил из кружки.

Скрипнула дверь, в здание кто-то зашел. Я еще не видела кто это, но сердце больно сжалось в груди, дыхание стало поверхностным и мелким, по телу пробежали мурашки.

Вампир! Моя магия чувствовала рядом вампира.

— Бездна, — закатил глаза куратор.

К нам подошел высокий темноволосый парень, его фиолетовые глаза быстро скользнули по моей кисти, сжатой в руке Рейнера.

— Столько женщин за тобой бегают, а ты не знаешь, как с ними обращаться, — хмыкнул он и подмигнул мне, — хотя есть и умные, что убегают от тебя куда подальше.

— Что ты здесь делаешь, Лука? — недовольно спросил куратор.

— Ректор отправил сопроводить вас назад. — Он насмешливо поклонился, перевел на меня взгляд и протянул руку. Я послушно ухватилась за нее, но Рейнер не разжал пальцев, всё еще удерживая меня за запястье. На несколько мгновений мы застыли. Я чувствовала, как мои руки тянулись в разные стороны, а куратор с вампиром лишь сжимали меня крепче, сверля друг друга ненавидящими взглядами.

От прикосновения к вампиру кровь застыла. Шансов сбежать сейчас не осталось, да и мысли о побеге сменились ужасом от того, в какую ситуацию я в итоге попала.

Кассир громко хлюпнул чаем. Я посмотрела на Рейнера:

— Я не буду вырываться.

Он мотнул головой и наконец-то отпустил запястье.

Глава 6. Рейнер

Всё почти получилось. Осталось всего-то отвезти девчонку в Академию, и побег удалось бы скрыть. Но как-то ректор всё же узнал о случившемся. Везет как утопленнику, сокрушался Рейнер, сидя в карете, запряженной тремя мехалошадьми.

— Да не трясись ты так, — пытался разрядить обстановку Лука, общаясь только с Элирой, — я же под контролем Академии, защищаю магов, а не охочусь на них.

Рейнер посмотрел на девчонку, которая сидела напротив и жалась к стене, едва сдерживая слезы. От этого зрелища его перекосило. Жалкая дура. Он терпеть не мог проявлений любой слабости, а женские слезы моментально приводили его в бешенство.

Хотя и без этого зрелища он был очень зол. Теперь понятно, что проблем не избежать. И всё из-за этой!

— Если он тебя как-то обижал, ты только скажи, — продолжал трепаться Лука, — ты из-за него сбежала, да?

Рейнер опустил голову в руки, и сжал зубы.

Когда же он уже заткнется — и так тошно, а тут еще этот болтливый вампиреныш!

Но вот вопрос Луки заставил Рейнера задуматься, зачем она вообще побежала?

Сначала подумал, что капитан Краст мог оказаться прав и девчонка искала его внимания. Но после ее истерики и опрокинутого чая она скорее напоминала загнанного в угол зверька, чем хитрую обольстительницу. Зачем ей вообще все эти сложности и проблемы с побегом?

Девчонка молчала. Рейнер потер шею.

— Ты не переживай, ректор сильно наказывать не будет, всё же это твой первый проступок, но ты бы хоть объяснила, зачем так рисковать? Лучшая на курсе, вряд ли ты боишься завалить экзамен. — Лука придвинулся ближе к Элире, и его голос стал тише. — Неужели тебе не понравился муж, которого тебе выбрали? — от этих слов он расплылся в ехидной улыбке, но Виолка продолжала сидеть молча, никак не реагируя.

Рейнер же вздрогнул! Как он мог забыть, что все рожденные в семье людей маги являются не просто собственностью Академии, но и резервом для тех благородных магических семей, наследники которых родились обычными людьми, чтобы заключить брак, сохранить власть и преемственность внутри рода. Ведь любую высокую должность в гильдии или парламенте мог занимать только маг.

От этих мыслей его лицо запылало. Он и сам должен был вскоре жениться на девушке, которую выберет для него отец…

Может, и правда, узнав о такой помолвке, Виолка решила бежать?

* * *

За окном совсем стемнело, холод заставил стекло запотеть. Карета остановилась, и трое пассажиров вышли у ворот Академии.

Лука любезно подал руку Элире, и та приняла ее.

— Позер. — Рейнер закатил глаза и пошел к кабинету ректора, хотелось поскорее со всем разобраться.

Толкнув тяжелую деревянную дверь, Рейнер оглядел комнату. Все было как всегда: практически никакой лишней мебели, один дубовый стол, простой, без изысков, будто даже не подходящий к статусу ректора. На нем аккуратно сложенные кипы книг, какая-то шкатулка и большая кружка с дымящимся кофе.

Эдгар Веймар, ректор Ориенской Академии, стоял у окна, держа руки за спиной и даже не оборачиваясь на вошедших. Как обычно, он выглядел опрятно и строго: костюм-тройка, из которого сейчас остались лишь рубашка, брюки и жилетка. Пиджак аккуратно висел на спинке стула.

Лука и Элира тихо вошли в кабинет и встали за Рейнером, закрыв за собой дверь.

— Довольно серьезный проступок, — начал ректор не поворачиваясь. Его голос звучал тяжело и разочарованно. — Совершенно не ожидаешь подобного от примерной ученицы, зарекомендовавшей себя годами усердной учебы.

Элира что-то промямлила, но ректор ее перебил:

— Разумеется, отчислить я вас не могу. Но наказать по всей строгости в моей власти.

— Больше такого не повторится, — отчеканил Рейнер.

— Уж в этом я не сомневаюсь, — кивнул ректор, подошел к столу и открыл шкатулку. Внутри лежали два золотых браслета. — Вашу руку, — приказал он Рейнеру. Тот протянул запястье, позволяя защелкнуть оковы. Затем повернулся к Элире, — и вашу.

Она протянула руку, и браслет сомкнулся на ее запястье.

Ректор отстранился, сел в кресло и выдохнул:

— На этом всё. Можете быть свободны.

— Но как же наказание? — Рейнер не сдвинулся с места. — Я о…

— Ваш отец ничего не узнает, — ректор покачал головой, — а от меня вы уже получили.

Он сделал легкий жест рукой, и левитация вытолкнула их с Элирой за дверь, оставив Луку в кабинете.

Рейнер посмотрел, как эта мелочь недовольно покрутила браслет на своей руке. А ведь еще легко отделалась, браслет привязки просто не даст ей покинуть Академию.

Элира направилась к выходу из приемной, как вдруг Рейнер услышал ее тихий голос:

— Надо подождать, пока всё утихнет, и попробовать снова.

От ее слов у него перехватило дыхание:

— Да ты издеваешься!

Дорогие читатели, если вам нравится эта история, я буду очень благодарна за подписку, лайки, комментарии и любую другую обратную связь. Для меня это действительно важно. Именно ваша поддержка помогает писать дальше и чувствовать, что всё это не зря.

Глава 7. Рейнер

Рейнер выволок

— Что ты только что сказала?

— Ничего я не говорила!

— Я слышал, что ты опять собралась бежать, — процедил он, чеканя каждое слово.

Губы Элиры были плотно сжаты, глаза забегали, щеки покраснели, и он услышал голос: «Мерзкое грубое чудовище. Как я теперь от него избавлюсь?»

Голос был ее, но рот она не открывала. Рейнер стукнул рукой по стене рядом с Виолкой.

Что происходит? Он слышит мысли этой девчонки?!

В этот момент взгляд упал на браслет привязки, сияющий золотом на его запястье.

Рейнер уже не раз пользовался похожими артефактами во время вылазок. Отряд часто надевал их, чтобы находить своих и не теряться во время походов или на поле боя. Самые простые модели заставляли их обладателей находиться на определенном расстоянии друг от друга и при попытке отдалиться возвращали. Но существовали и другие модификации этих артефактов.

Если этот браслет заставляет читать мысли друг друга… Рейнер поднял голову и тяжело выдохнул.

«Вот о каком наказании говорил ректор! Слышать мысли этой мелочи?!»

«Я тоже, знаешь ли, твои мысли слышать не хочу!» — раздался у него в голове ее голос. Рейнер понял, что всё это время оба молчали.

Он склонился ближе, чувствуя, как ее дыхание сбивается:

— Зато теперь я точно знаю, что ты не сбежишь! Только попробуй даже задуматься об этом, и я тебя уничтожу! — выдохнул он, продолжая нависать над Виолкой и не отпуская от стены.

Внутри всё кипело. Он не мог еще раз провиниться перед ректором. Не мог позволить, чтобы слухи о его ошибке хоть краем дошли до отца.

«Да я бы с радостью отпустил ее, сам сунул бы деньги на билет, лишь бы исчезла, но должен следовать правилам и ради своей репутации цепями ее привяжу, но не отпущу!»

Элира подняла большие серые глаза, полные слез. Ощутив чужое присутствие в голове, Рейнер почувствовал себя уязвленным. Виолка всё еще молчала, но он отчетливо услышал ее голос: «Трус и слабак! Всё только ради того, чтобы папочка не отругал? Ненавижу тебя!»

Мелочь толкнула его в плечо, вывернулась из-под руки и зашагала прочь. В коридоре раздалось удаляющееся цоканье каблуков.

— Сама не лучше! Академия дала тебе всё, а ты, неблагодарная тварь, бежишь, подставляя всех! Чего тебе не хватило?

Виолка молча шла, сжимая кулаки, ускоряя шаг, словно пытаясь отделаться от него.

— Зачем тебе этот побег? — рявкнул он. — Или всё, на что ты способна, — это прятаться и ныть? Да остановись ты! — Рейнер догнал ее и схватил за плечо.

Элира

Пока бежала, я пыталась отогнать от себя все мысли, связанные с моим перемещением во времени и провалом на экзамене. Как поведет себя Рейнер, узнав о том, что я из будущего, неизвестно.

Сердце бешено колотилось. Единственная мысль, которую я позволяла себе держать в сознании, была о том, как же я ненавижу этого сквернорожденного!

Если бы не он… Если бы он не нашел меня, не догнал, не притащил… Смогла бы я спастись? Смогла бы избежать всего этого? Или мне изначально суждено было быть неудачницей, у которой ничего никогда не получается?!

— Да когда ж ты уже отстанешь! — зло пробормотала под нос.

Не хочу его ни видеть, ни слышать, ни ушами, ни мыслями. И самое главное: как мне теперь сбежать? Что делать?

Я читала про эти браслеты. Если они действительно привязывают нас друг к другу — это полбеды, может, их можно как-то снять, сломать или обмануть магией. Но если они еще и позволяют слышать мысли, то даже малейшие планы побега станут невозможными. А что тогда? Что вообще делать?

— Да остановись ты! — крикнул Алькор, возвращая меня в темный коридор.

Попробовала сфокусироваться на его словах о том, что причиняю другим проблемы. О том, что сбегаю от слабости и трусости.

Как же хотелось ударить его, закричать в лицо. Этот мальчишка, выросший в роскоши и власти, смеет обвинять меня? Он, рожденный магом в семье магов, думает, что у всех есть свобода и выбор?

— Ты ничего обо мне не знаешь! — вырвалось у меня. — Ни через что я прошла, ни через что еще должна пройти. Ты трясешься за то, что скажут отец или ректор, хотя у тебя есть имя, сила, власть и свобода. Бездна, да кому важно, что о тебе подумают?! Для тебя всё это вопрос репутации. А для меня вопрос жизни и смерти. И если ты не понимаешь разницы, то просто помолчи и дай мне уйти!

Это, скорее, выглядело как мольба, чтобы он оставил меня в покое.

— Куда ты теперь от меня уйдешь? Мы привязаны друг к другу из-за твоей тупости, понимаешь это или нет?

— Знаешь, я ведь просила оставить меня в поезде! Послушал бы, и не пришлось бы быть рядом.

— Серьезно?! — Его трясло от злости, впрочем, как и меня. — То есть я еще и виноват? — скрипнул зубами Рейнер. — Больше не смей даже думать о побеге!

— Не волнуйся! — Внутри будто лопнул шар с кипятком и ярость разлилась по венам, напряжение всего дня, накопившееся внутри и не нашедшее выхода, сейчас лезло наружу. — Все мои мысли заняты только тем, как я тебя ненавижу!

Глава 8. Элира

Я убежала прочь от куратора, хотя он больше и не преследовал. Хорошо хоть расстояние между браслетами оказалось достаточным для свободного перемещения по Академии.

Влетела в комнату, хлопнула дверью и замерла. Сесиль сидела на кровати, комкая подол юбки. Огромные, распухшие от слез глаза впились в меня с отчаянной надеждой.

— Элира! — всхлипнула она. — Ну что? Что сказал ректор? Тебя ведь не отчислили? Скажи, что нет!

Я застыла посреди комнаты и только тут, в относительной безопасности, вдали от Рейнера, осознала, как вымоталась. Голова стучала в такт сердцу, в глазах всё плыло.

— Нет… меня не отчислили, — выдохнула устало, опускаясь на кровать. — Но нас с куратором наказали за побег.

Сесиль села рядом, вцепилась в мою руку и прошептала:

— И что теперь? Рейнер хоть сказал, как тебя нашел?

— Нет. Мы с этим мерзавцем не откровенничали, — пробормотала и уткнулась в подушку, натянув одеяло до шеи.

— Ну расскажи хоть, как всё было, — не унималась подруга.

— Сесиль, я выжата до капли.

— Да?.. Ну ладно, — вздохнула она. — Но обещай всё-всё рассказать.

— Обещаю, — буркнула, поворачиваясь к стене.

Когда Сесиль улеглась и в комнате воцарилась тишина, я вдруг поняла, что сильно замерзла.

Даже под одеялом меня

«Всё. Больше не сбежать».

Комната превратилась в тесную ловушку. Казалось, стены сдвигаются, давя со всех сторон. Второй шанс, возможность побега — всё потеряно. Я все испортила. Снова.

Оставалось только ждать, когда магия уйдет, а я стану человеком. Может, сила покинет меня просто потому, что я слабая и недостойная. Я ведь не смогу справиться. Не смогу ничего изменить. Так бездарно потратить второй шанс. Снова прожить всё то же самое. Каждый ужасный день. Только теперь зная, что будет дальше.

Вжала ладони в лицо, пытаясь загнать назад рыдания, рвущиеся наружу горьким потоком.

«Тварь беспомощная, — подумала с ненавистью. — Дважды неудачница».

Как же я устала быть слабой. Устала ничего не решать и всегда зависеть от других, от Академии, от мужа.

Но выбора нет. Никогда не было. Академия получит меня, а когда я провалюсь, выбросит и отдаст Морену. Я никогда не стану свободной. Вечная слабость.

Мне показалось, что я сейчас задохнусь. И вдруг в голове прорезался острый как лезвие голос Рейнера: «И кому этот твой жалкий скулеж помогает?»

Фраза ударила с такой беспощадной ясностью, что я вздрогнула. Слезы высохли.

А действительно. Кому?

Мне? Точно нет.

И тут же на смену ледяному отчаянию пришла волна жгучей злости и по телу разлилось тепло. Пальцы согрелись, сжавшись в кулаки.

Да если уж мне дали второй шанс… Мне нужна свобода.

Не принадлежать Академии. Не принадлежать мужу. Никому.

Мне нужна сила.

Мне нужна магия.

Мне нужен этот проклятый диплом.

Значит, я останусь здесь. Сдам экзамен. Выясню, куда и почему исчезла моя магия в прошлый раз. Да в бездну! Я всё сделаю иначе! Всё сделаю!

Тело налилось ватной усталостью, истерика смыла все остальные мысли. Я перевернулась на бок, глубоко вздохнула. Дыхание стало ровным. Сознание уплывало в теплый, бездонный сон, и в нем я услышала свои слова: «Я не хочу умирать! Я хочу жить!»

И ответ старика на мосту: «Ну так живи».

Глава 9. Элира

Проснулась от голоса Сесиль. Она сидела перед зеркалом, вытянув губы трубочкой и напевала навязчивый мотив, аккуратно проводя щеточкой по ресницам.

— Сесиль… — хрипло позвала, садясь на кровати.

— Ты проспала, — усмехнулась она, не отрываясь от зеркала.

Дотронувшись до виска, я поняла, что голова не болит, и главное, в ней не ощущается присутствия Алькора. Это было почти счастье.

Взгляд на часы заставил меня вскочить. До пары оставалось всего ничего. Видимо, вчера так вымоталась, что проспала все будильники.

Юбка, рубашка, пиджак. Я торопливо натянула форму и подошла к зеркалу в углу комнаты. Волосы торчали во все стороны. Собрала их в свободный хвост, так стало лучше. Встретившись с отражением, кивнула самой себе: приложу все силы, выясню, куда исчезла моя магия, и исправлю это!

Схватила книги и бросила взгляд на Сесиль. Она все еще подрисовывала ресницы:

— Ты идешь?

* * *

Коридоры Академии гудели как улей. Студенты спешили на занятия, кто-то доедал завтрак на ходу, кто-то пересказывал свежие сплетни. Уверена, среди них обсуждали и мой побег.

В аудитории выбрала последнюю парту. Сесиль недовольно глянула, но уселась рядом. Раньше я всегда сидела впереди, конспектируя каждое слово, но сейчас нужно было сосредоточиться на другом.

Десять лет без учебы… Что я вообще помню? А ведь кроме итогового экзамена ждали еще и аттестационные.

В этот момент профессор в огромных очках, из-за которых его глаза казались вдвое больше, вышел из-за стола и, не поздоровавшись, начал:

— Экзамен, все вы только о нем и думаете, а это лишь этап длинного пути. Никогда вам не предложат испытание, которое вы не можете преодолеть.

Я едва сдержала усмешку и прикрыла лицо ладонью.

От его медленного и тихого голоса студенты сразу задремали, досыпая недостающие часы. Даже у меня веки тяжело опустились, хотя я старалась держаться.

— Но вы должны знать и другие предметы. Без истории Ориенса, вашей страны… ох-хо-хо… вас никто серьезно не воспримет. Так и знайте, без моего экзамена вы диплом не получите. Обещаю. — Он сверкнул глазами и ткнул костлявым пальцем в воздух. — А теперь, чтобы взбодриться, небольшая самостоятельная. Всего на две тысячи слов. Пустяки. Мне нужно, чтобы вы описали влияние Мертвой Земли на политику материка. Разбирайте листочки, поживее.

Студенты проснулись и недовольно зашумели.

Взяв лист, принялась писать. Ну ладно, две тысячи — так две тысячи…

По легенде, Мертвая Земля появилась на материке около четырехсот лет назад, когда создатель Мундус открыл там порталы и выпустил скверну. Она выжгла всё живое и оставила территорию мертвой. Огромная пустошь в форме полумесяца отделила север, восток и часть запада от центра и юга. Считалось, что так Мундус покарал людей, которые его не признавали.

Я скривилась, дописывая работу. Раньше всё это казалось сухой историей. Но теперь, после встречи со стариком на мосту, я была уверена, что это был не кто иной, как сам Мундус. По коже пробежали мурашки. Неужели этот дедок и правда мог ради власти сотворить такое?

Оставалось добавить, что территория Мертвой Земли и сейчас смертельно опасна. Паладины постоянно закрывают открывающиеся порталы, чтобы скверна из них не распространялась.

Поставив точку, я сдала листок и поспешила к выходу. Хотелось еще подготовиться к другим занятиям.

На пороге поймала обиженный взгляд Сесиль, которая всё еще сидела над пустым листком. Раньше я всегда помогала и дописывала работы за нее, но сейчас времени просто не было.

Вышла в коридор и сразу наткнулась на того, кого меньше всего хотела видеть.

Глава 10. Элира

— Элира Виолка, — произнес Рейнер Алькор, стараясь сохранить спокойный деловой тон.

Я ответила таким же безразличным выражением лица, будто мы были просто куратором и студенткой.

— Это твое новое расписание, — он протянул мне листок.

Взглянув на него, ахнула. Вместо половины занятий поставили дежурства. Теперь несколько часов в день я должна была мыть купальни. Сверху стояла подпись ректора, подтверждающая, что это действительно мои новые будни минимум на неделю.

— Но у меня экзамены! Мне нужно учиться!

— Экзамены? — Рейнер склонил голову набок. — Надо было думать об этом до того, как устроила побег, — он коротко хмыкнул и, не удостоив меня взглядом, развернулся.

Я сжала листок так крепко, что бумага затрещала. Если Рейнер и дальше будет мешать, шансов сдать экзамен у меня почти не останется. Но

Вахтерша выдала мне униформу из синего скрипучего материала, ведро, тряпки и баночку отбеливающей пасты для плитки. Переодевшись, я грустно поплелась на дежурство.

Купальни встретили запахом сырого камня. На лавках валялись забытые полотенца, на стенах блестели разводы. В женских душевых я кое-как справилась, а в мужских сперва пришлось выгонять компанию ухмыляющихся парней. Один из них, натягивая рубашку, крикнул:

— Виолка, не забудь отдраить мне кабинку!

Остальные захохотали и начали похабно двигать бедрами, ясно показывая, что имелось в виду.

— Идиоты, — пробормотала я себе под нос, сгорая от стыда.

Надо будет сделать табличку «Уборка» и вешать ее на дверь.

К концу работы спина ныла, руки потрескались, а живот скрутило от голода. Сдав консьержке инвентарь и скинув с себя испачканную униформу, почти бегом направилась в столовую.

У буфета запах жаркого ударил в нос так сильно, что у меня заурчало в животе. Я взяла большую тарелку с мясом и овощами. Мне нужны были силы. Магия напрямую зависела от тела и его состояния, и эта мысль билась в голове особенно остро.

В прошлой жизни я не думала о таком: жила на бодрящих эликсирах, недосыпе и случайных перекусах, считая, что зубрежка важнее. Но магия угасает вместе с телом. Что, если именно это стало причиной провала? В этой жизни буду спать, есть и беречь себя.

Правда, мытье душевых в мой «план заботы о здоровье» явно не вписывалось.

Кивнула буфетчице и еще прихватила кружку имбирного чая и мягкую булочку. Села за стол, зачерпнула ложкой густой бульон. Первый кусок мяса растаял во рту, возвращая силы.

И тут я почувствовала на себе взгляды. Не случайные, а злые, цепкие. Сердце сжалось. Точно так же всё начиналось тогда… в прошлой жизни.

Миг — и подозрения подтвердились. Высокий парень с черными короткими волосами, которого, кажется, звали Мел, подошел к моему столу и швырнул на него грязный поднос.

— Раз уж моешь туалеты, уберешь и это, — бросил он громко.

Столовая загудела, раздались голоса и смех.

Я вскинула голову, и взгляд невольно упал на стол кураторов. Там сидел Рейнер. Он даже не повернулся. Просто ел, будто ничего не происходило.

Сердце ухнуло вниз. Это он? Он рассказал всем о моем наказании?

Но ответ пришел мгновенно. К столу подскочила болтливая девчонка с самодовольной ухмылкой.

— Хотела сбежать? — пропела она. — Я сразу знала, что с тобой что-то не так. Заучка, примерная ученица… а на деле лгунья! Ты ведь только притворяешься, что у тебя есть магия! Ты человек!

Слово ударило сильнее, чем пощечина. Человек.

Слух, тот самый. Тот, что уничтожил меня перед экзаменом. Тот, что лишил всех сомнений, когда я провалилась. Но почему сейчас? Почему все случилось намного раньше?

Подносы один за другим летели на мой стол. Кости, недопитые чаи, крошки и брызги масла. Гора росла, а я сидела, не в силах вдохнуть. Грудь стянуло, горло сдавило, глаза жгло от слез.

Я доела свое жаркое. До последней ложки. Демонстративно. Встала, взяла только свой поднос и направилась к выходу.

В прошлой жизни уже была похожая сцена, тогда я все убрала и травля стала только хуже. Нельзя показывать им слабость, нельзя сейчас сдаваться!

— Куда пошла? — Мел преградил путь прищурившись. — Убирай. Это твоя работа.

Внутри всё тряслось. Не реагируй. Нет смысла что-то доказывать, только экзамен покажет, что я маг. Я поставила поднос на стол и шагнула к двери.

— Эй, Виолка! Я с тобой разговариваю! — Мел схватил меня за локоть. За его спиной выстроились еще несколько студентов. Раздались смех и перешептывания.

Боковым зрением я увидела, как Рейнер встает из-за стола и выходит из столовой, игнорируя всё это. А ведь он куратор! Разве он не обязан следить, чтобы такого не было? Чтоб его скверна сожрала!

Сердце билось в горле, ногти впились в ладони. Вот оно, снова. Всё повторяется.

Вдруг спокойный голос прорезал гул толпы:

— Элира. Вас вызывает ректор. Подойдите немедленно.

Глава 11. Элира

Я узнала его сразу. Лука.

По столовой прокатился новый всплеск шума. Ни один маг не любил вампиров, потому что их, пусть и немногочисленная раса, питалась магией. Обычно той, что вырывалась из порталов. Но при желании они могли высосать силы и из самих магов.

Вампиров было мало, и все они служили инструментом контроля: гасили опасные разрывы, усмиряли буйных магов, питались избытком энергии. Защищали порядок. Но даже зная это, рядом с ними всегда было не по себе. Всё равно, что находиться в одной комнате с человеком, у которого в руках оружие.

Вампир поймал мой взгляд и кивнул на выход. Студенты нехотя расступились.

Я пошла за ним. Лука двигался молча, чуть впереди, не оборачиваясь. Его шаги были легкими и уверенными.

Страх от травли еще не успел улечься, а к нему уже примешался другой, животный. Осознание, что я иду наедине с хищником, сковывало тело холодом. Раньше, казалось, я не боялась их так сильно. Но рядом с Лукой всё обострялось до предела, моя магия кричала об опасности.

До кабинета ректора мы должны были пройти через главный холл: колонны, галереи, лестницы… Но Лука свернул в сторону и повел меня в подземные переходы между корпусами, которые использовались зимой или в плохую погоду. Сердце забилось чаще.

Там было темно и сыро. Каменные стены, выложенные плиткой, гулко отдавали каждый шаг. Я поймала себя на мысли, что сбилась со счета поворотов. Он мог завести меня куда угодно:

— Куда мы идем? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Он чуть обернулся, в уголках губ мелькнула усмешка.

— Веду тебя в комнату, разве не видишь? — Лука прищурился, в голосе скользнуло ироничное тепло. — Я же сказал, что защищаю магов.

Мы поднялись по лестнице в жилой корпус. Лука остановился у двери с табличкой «Элира Виолка», приоткрыл ее и пропустил меня вперед. Сам остался на пороге.

Оказавшись в собственной комнате, я с облегчением выдохнула. Лука стоял в проходе, небрежно облокотившись на дверной косяк. Строгий костюм-тройка немного не подходил его вальяжной позе и небрежной прическе. Темные пряди слегка растрепались и падали на лоб, оттеняя самодовольное лицо. На лацкане пиджака блеснул значок с гравировкой в виде огромных деревьев. Тех самых, что мы видели вчера в Велиморе.

Поймав мой взгляд, Лука улыбнулся:

— Увидев лес, не удержался и пошел купил. Нравится?

Я быстро кивнула.

— У тебя большой магический потенциал, — сказал он мягко, почти ласково. — Я чувствую его. — В его улыбке было что-то одновременно чарующее и опасное. —

Он пожал плечами так, словно всё это для него пустяк, и уже собирался уйти.

— Спасибо, — вырвалось у меня почти шепотом.

Дверь за ним закрылась. Я прислонилась к стене, пытаясь осмыслить произошедшее.

Слух о том, что я человек, пошел по Академии на полгода раньше, чем в прошлый раз. Вместо подготовки к экзаменам мне теперь придется убирать купальни.

А единственным, кто протянул руку помощи… оказался вампир, рядом с которым у меня стынет кровь.

Я усмехнулась. Всё равно лучше, чем та жизнь, что у меня была.

* * *

До вечера я просидела в комнате, перечитывая свои конспекты и вспоминая обучение десятилетней давности. Оказалось, что многое помнила благодаря своей усердной учебе и тем десяти годам, которые работала на Морена.

Дверь скрипнула, и в комнату вошла Сесиль. Она молча прошла к своей кровати и принялась переодеваться, демонстративно не замечая меня.

Я не сразу поняла это, увлеченная конспектом по праву. Там как раз была лекция о том, что маги из семей людей, которые поступили в высшую Академию, получают от нее полную стипендию, проживание, питание и обеспечение, а взамен становятся ее резервом до выпуска и только после экзаменов получают независимость.

Если бы я тогда знала, сколько стоит завалить экзамен и стать в глазах Академии обманщицей, что пыталась всех провести…

— Кх-кхм… — Сесиль встала передо мной и скрестила руки на груди, — ты бросила меня! — На ее лице появилось такое обиженное выражение, что я забыла, о чем и думала. — Ушла с пары, совсем забыв про меня и мою работу! А потом еще и непонятно где шлялась, я не нашла тебя в столовой и очень переживала! В итоге пришлось есть одной!

— Отрабатывала дежурства, — начала оправдываться и вдруг разозлилась. — Сесиль, ты бы хоть спросила, как у меня день прошел.

— О, я слышала о твоем «дне». Это же кошмар! Очень тебе сочувствую! Но, Элира… тебе стоит быть осторожнее. Ты сама провоцируешь их.

— Хочешь сказать, это я виновата?

— Ну что ты всё выворачиваешь, речь не об этом, — задумалась Сесиль. — Но сейчас важнее то, что ты бросила меня, свою единственную подругу! А вдруг я могла бы помочь.

Сесиль улыбнулась и, не дожидаясь ответа, вышла из комнаты. Я проморгалась и выдохнула. У нас всегда были такие отношения?

Глава 12. Элира

Вся следующая неделя пролетела как один длинный изнуряющий день. Я просыпалась, завтракала и бежала на пары, пытаясь вспомнить хоть что-то после десяти лет пропусков. До экзаменов оставалось совсем немного, и бешеный темп подготовки не оставлял времени даже на обед.

Сразу после занятий я переодевалась и мчалась на отработку: драила раковины, оттирала зеркала, мыла душевые.

Из-за формы уборщицы, в которой приходилось ходить на дежурства, насмешки только усилились. Слухи о том, что я человек, разнеслись по всей Академии. Правда, открытых нападок, как тогда в столовой, больше не случалось, видимо, Лука всё же приложил к этому руку. Но расслабляться было рано. Я хорошо помнила прошлое и знала: рано или поздно всё повторится.

Закончив оттирать раковину, я сполоснула руки. Плитка, зеркала и краны блестели. В купальне стоял свежий запах отбеливающей пасты. Собрав тряпки в ведро, устало выдохнула.

— На сегодня всё, — обтерла пот со лба тыльной стороной ладони.

Мышцы гудели, одежда липла к телу, и я чувствовала себя грязной. Надо быстро сполоснуться и переодеться из униформы уборщицы в академическую форму, предусмотрительно взятую с собой.

Конечно, принимать душ в мужской купальне, пусть и с табличкой «Уборка», было сомнительным удовольствием, но тащиться через весь этаж в женскую, в грязной одежде, тоже не радовало.

— Помоюсь быстренько, — устало пробормотала себе под нос.

Прислушалась, в коридоре было тихо. Стянула с себя грязную одежду, скинула на пол. Потом надо будет занести в прачечную. Зашла в последнюю душевую кабинку, без шторок и дверки.

И почему бы Академии не дать студентам хотя бы немного приватности?

Несколько минут стояла под горячей водой, стекающей из лейки, прикрученной к стене. Закрыв глаза и подставив под поток голову, позволила волосам промокнуть.

Успею высушить и, может, еще в столовую загляну за булочкой и чаем.

На миг показалось, что всё начинает налаживаться. Сегодня был последний день моих дежурств. Уже завтра мне обещали выдать новое расписание, и я надеялась, что в нем не окажется больше таких изматывающих и унизительных обязанностей.

Из-за шума воды, барабанившей по макушке, не услышала шагов в коридоре. Только когда дверь распахнулась и раздались громкие мужские голоса, я открыла глаза, перекрыла кран и застыла.

— Еще и табличку повесили, совсем страх потеряли! — возмущался грубый мужской голос. — У меня до следующей пары двадцать минут. Я что, должен туда после тренировки идти и вонять?

— Ты и после душа пованиваешь, — усмехнулся другой голос, ниже и строже.

— А эта где? Уборщица.

Стоя в дальней кабинке, я почти ничего не видела, но поняла, что сюда зашла компания парней. Трое? Четверо?

Что делать? Выйти и попросить их дать время одеться? Отсидеться, вдруг не заметят?

— Ушла уже, видимо. Табличку снять забыла.

Раздался звонкий удар металла о плитку. Я вздрогнула.

— Бездна, да она еще и ведро тут оставила! Вот дура!

— Тут уже неделю студентка убирает. Ее Рейнер наказал за попытку сбежать. А она ведь из резервных, — начал охотно сплетничать третий голос.

— И за что только наши отцы платят? За такой бардак и содержание безродных отбросов. Тьфу!

Бездна! Они из магических семей. Если я выйду к ним голой, они могут расценить это как предлог!

Я закрыла рот руками и вжалась в холодную плитку.

Затаила дыхание, мысленно умоляя, чтобы они ушли.

Сколько студенток из резерва мечтали заполучить в Академии мужа-аристократа? Да ладно мужа — даже ради простого покровителя из богатой магической семьи многие были готовы на всё. Да и парни ради влиятельной невесты жертвовали принципами, не задумываясь.

А уж приемы вроде «случайно» обнаженных девушек, падающих на парней изо всех ожидаемых и неожидаемых мест, давно вызывали смех, хотя всё еще работали.

Как я объясню свое присутствие? Да и станут ли меня слушать?

Либо поднимут на смех, расскажут, что очередная девчонка пыталась соблазнить их в душе. Либо решат, что можно взять силой — раз сама пришла.

Сердце бешено заколотилось. Замри. Нет, выходить нельзя. Может, просто не заметят? Я попыталась считать вдохи, но сбилась на «раз… раз…».

Послышалось шуршание одежды. Парни явно

— А это что? — с интересом спросил низкий голос.

— Форма, что ли?

Нашли мои вещи? Догадаются?

— Да она еще тут! — радостное восклицание пронеслось по купальне, и я почувствовала, как пол уходит из-под ног.

Метнулась по кабинке, но бежать было некуда.

«Скверна! Только не сюда!»

— Милая, ты где? — приторно позвал один из них.

— Прячешься от нас? — таким же противным тоном протянул другой.

Голоса приближались, проверяя каждую кабинку, одну за другой.

— Поиграть хочешь? — широкая фигура загородила проход, перекрывая свет. — Нашел!

Я подняла голову и увидела коротко стриженного парня с наглой хищной улыбкой. Кажется, на два курса младше… боевик?

По пояс обнаженный, он самодовольно играл мышцами груди. Сразу за ним показались еще трое.

Если это дети аристократов и они прямо сейчас возьмут меня, им ничего не будет. Академия не станет заступаться за безродную девчонку, которую сочтут соблазнительницей. Ради меня никто не поссорится с их семьями.

Я прикрыла грудь одной рукой, другую прижала ниже пояса. С каждой секундой пульс гремел в ушах всё громче, пока я почти не оглохла от собственного сердца.

«Что делать? Бездна, что делать!? Нет-нет-нет! Пожалуйста! Помогите!»

— Я… я ошиблась! — простонала сипло, едва слыша свой голос.

— Что говоришь, малышка? — парень наклонился ближе.

— Я перепутала душевые. Дайте я просто уйду! — сказала уже громче.

— Как уборщица могла ошибиться душевыми? — уголок его рта криво пополз вверх, придав лицу неприятное самодовольное выражение. — Обманывать нехорошо. Всё ты знала, нас ждала?

Глава 13. Рейнер немного раньше

Выходя из кабинета ректора, Рейнер мельком взглянул на лист с расписанием для Виолки. Дежурства сняты, обычные занятия возвращены. Всё, наказание закончилось. Надо было только передать бумагу и надеяться, что все забудут об этом инциденте.

Он и сам почти успокоился. Почти. Всю неделю мысли об этой девчонке регулярно всплывали в голове, нервируя и раздражая.

Та ночь, когда она ревела в подушку как ребенок, до сих пор стояла в ушах. Слабачка. Зачем заранее оплакивать свою жизнь? Плевать хотелось на ее истерики и подслушивать было неприятно, раз уж речь не шла о побеге. Но всё же пришлось заставить ее замолчать: мешала спать.

Бегло просмотрев расписание с отметками дежурств, нашел фамилию Виолки в купальне на третьем этаже и пошел к лестнице.

С тех пор он слышал ее голос лишь раз в столовой, когда над ней издевались. Виолка тогда проклинала его последними словами за то, что он не вмешался. И правильно. С какой стати? Не его забота.

Куратор прошел мимо жилых комнат, когда в голове ударило: «Скверна! Только не сюда!»

Рейнер замер посреди коридора. Сзади в него врезался студент, который в ужасе пробормотал извинение и отшатнулся.

Что вообще происходит?

В голове прозвучал голос Виолки и вместе с ним нахлынули ее ужас и отчаяние.

С ней что-то случилось?

«Что делать? Бездна, что делать!? Нет-нет-нет! Пожалуйста! Помогите!»

Шаг. Еще шаг, потом другой, и Рейнер не заметил, что почти бежал в сторону купальни, где она должна была убираться.

Дверь едва не слетела с петель, когда он распахнул ее. Четверо придурков. И одна душевая, куда они ломились. Всё стало предельно ясно.

— Стоять! Руки вниз, глаза в пол! — рявкнул он, и парни застыли. Командный голос был натренирован именно для того, чтобы заставлять подчиняться в любой ситуации.

— Куратор… — начал один, но Алькор не дал договорить.

— Закрой пасть. Ты всё равно животное и говорить не должен. — Рейнер пробежал взглядом по лицам и узнал студентов второго курса из богатых аристократов. — Три месяца дежурств каждому. И попробуйте пожаловаться папашкам. — Лица парней вытянулись. — А теперь свалили.

Самодовольные ухмылки сменились гримасами страха. Парни мгновенно ретировались из купальни.

Куратор прошелся между скамеек, нашел полотенце и швырнул его в душевую. Что там с Виолкой, он еще не видел и от мысли, что опоздал, внутри за грудиной разлилась жгучая ярость.

А если они что-то с ней сделали? Рейнер сдержал порыв догнать и выпотрошить этих идиотов. В Академии нельзя магию к другим студентам применять, а если разок-другой лицом об стену, так это случайность — просто столкнулись неудачно.

Девчонка вышла, едва держась на ногах. Рейнер скользнул по ней взглядом. Белое аккуратное личико с красными глазами. Неровные пряди мокрых волос, прилипшие к щекам, ключицам и плечам. Тонкие руки, которые подрагивали, придерживая полотенце. Стройные длинные ноги.

Выгнув бровь, куратор даже не пытался отвести взгляд от дрожащей и явно успевшей замерзнуть девчонки.

— Не помню, чтоб слышал об отключении воды в женском крыле. — В нем клокотала ярость. Жгучая, всепоглощающая, необузданная. Она требовала выхода, но, увы, курсантов вымело из душевых и осталась эта... мелочь. Тревога, чужие мысли, полные ужаса, и его собственный гнев выплеснулись в обвинения. Алькор сцепил зубы. С силой сжал кулаки и процедил: — Скажи мне, как ты вообще до своих лет дожила?

Элира усмехнулась сквозь слезы:

— Не без помощи Мундуса. — Она подтянула полотенце выше, прикрываясь и отводя глаза. — Спасибо, что помог.

— О, ну отлично. Пожалуйста, — едко ответил Алькор. — А если бы нет? Ты бы и этих, — он кивнул на дверь, — тоже поблагодарила? Спасибо, что разложили? Спасибо, что вас только четверо было?

Она сверкнула на него глазами, щеки и уши залились краской.

— Да что ты от меня хочешь!? — Сделала пару шагов в сторону, пытаясь его обойти. — Спасибо я сказала, всё, отойди с дороги! Вообще себя спасать не просила, сама бы справилась!

— Вот как? А если не отойду? Справишься? — Рейнер начал наступать, попутно закатывая рукава рубашки. Медленно и неспешно, он вновь загонял Виолку в душевую. — Как ты справишься, мелочь?

Спина Виолки коснулась плитки, и девчонка поежилась. Он заметил. Прищурившись, Алькор проследил за тем, как, сорвавшись с мокрой челки, одна из капель упала девчонке на щеку, скатилась к уголку губ, где та ее тут же слизнула. Острый розовый язычок прошелся по пухлой нижней губе, собрав влагу. Это взбесило его еще больше! Было в этой замарашке что-то... странное. Будоражащее.

Совершенно его не устраивающее. Что-то, на что эти отбросы позарились.

— Ну так что? Долго стоять будем? Или что-то сделаешь наконец?

Она толкнула его в грудь и дернулась. Для того чтобы влепить пощечину, не хватало размаха, хотя девчонка явно пыталась. Одной рукой она скользнула по его телу, мягко коснулась груди и резко сжала сосок:

— Что, выгнал их, чтобы самому взять?! А я думала, у тебя нет проблем с кандидатками.

Рейнер выругался и, перехватив оба запястья Виолки своей лапищей, поднял над ее головой.

— Интересно... — плотно

Не дожидаясь ответа, он вышел.

Глава 14

Элира

Руки дрожали. Из холодных пальцев выскальзывали тонкие пуговицы рубашки. Пришлось повозиться, чтобы одеться.

В мужской купальне был лишь один артефакт с горячим воздухом, в отличие от женской. Хорошо хоть рабочий.

Наклонила голову и начала сушиться. Тёплый воздух немного согрел, дрожь постепенно утихала.

Рейнер ждал за дверью.

— Ну и пусть постоит, — пробормотала с обидой, мягко ероша волосы. — Не хочу его видеть. Психа этого.

Хотя при всём его хамстве этот засранец меня спас. И даже его финт ушами оказался не таким страшным, как то, что могло случиться.

Высушиваться полностью не стала, на кончиках волос осталась влага. Собрала их в свободный хвост, пригладила выбившиеся пряди.

— Ну что ты так покраснела? — прошептала, глядя в зеркало. Лицо горело то ли от горячего воздуха, то ли от стыда. — И зачем только ляпнула, что справилась бы сама?!

Уверена, что если бы я не переняла его гнев, то расплакалась бы, как только Алькор ворвался в душевую. Но почувствовав ярость Рейнера, уже не смогла замолчать.

— Ещё и ущипнула. — Я мотнула головой и подхватила ведро с тряпками. — Ладно, не смотреть ему в глаза, быстро отработать наказание и всё.

Куратор ждал в коридоре, облокотившись на стену. Рукава рубашки снова опущены, все пуговицы застёгнуты, на брюках ровная стрелка, будто и не сидела только что на них моя попа.

— Что так долго? — фыркнул он, разворачиваясь и направляясь к лестнице. — Отработка будет в другой ванной.

Я кивнула и поспешила за ним. Шла, уткнувшись взглядом в пол, и видела, как по плитке чеканят шаги его спортивные ботинки с белой подошвой. Хотя по уставу студенты обязаны носить чёрные туфли.

Но правила ему не писаны. Пижон!

Мы поднялись на четвёртый этаж. Странно: общих купален там не было, только комнаты для самых привилегированных студентов с личными уборными.

Коридоры отличались от первых трёх этажей: большие окна с широкими подоконниками, на которых лежали подушки и пледы, кожаные диваны вдоль стен, шахматные столики. В нос ударил запах кофе и дорогого парфюма.

Интересно, это здесь распыляют специально или просто кто-то прошёл мимо?

Рейнер остановился у двери и вставил ключ.

Это его комната? Я замерла, чуть отшатнувшись.

«Решил закончить то, что в душе начал?»

— Не льсти себе, — он отпер дверь и пропустил меня вперёд. — Тряпки в зубы — и мыть мою ванную.

«Хам!»

Он захлопнул за мной дверь и вышел. Я осталась на пороге его жилища. Поставила ведро на пол, нащупала выключатель и зажгла свет.

— Ва-у… — вырвалось с придыханием. Глаза разбежались от роскоши и простора.

В центре гостиной стоял низкий кожаный диван, у стены камин из отполированного серого камня и… окно. Огромное, до самого потолка, с полукруглой рамой и широким подоконником, на котором так и тянуло свернуться калачиком с книгой. Я подошла ближе и замерла: за стеклом, в глубине заснеженного парка, возвышался академический чертог Мундуса.

Великолепно!

Вот же золотой сынок. Сколько стоит жить в таких апартаментах?

Я обернулась, обхватила себя руками. При всей роскоши комната казалась холодной, мрачной и пустой. Будто здесь никто не жил: ни пледа, ни ковра, ни картин. Неуютно, даже тоскливо.

Протопала в ванную. Душ, туалет, раковина с большим зеркалом. На полке валялись полотенца и пара пустых баночек. Всё покрывал толстый слой пыли, словно тут давно не убирались. Но и грязи не было. Комната выглядела брошенной.

— Где он моется тогда? — нахмурилась. — Ладно, быстрее начнём — быстрее закончим!

Глава 14.1

Элира

Я засучила рукава, отжала губку и окунула в белую вязкую пасту. В воздухе тут же разлился запах свежести. Провела ей по эмали, за губкой потянулся влажный след, за ним пошёл второй, третий. Ритм круговых движений сам собой увёл в раздумья.

Почему, имея такие хоромы, он даже не удосужился прибраться? Здесь нет уборщиц? Или Алькору просто всё равно? Типичный избалованный наследник. Занял апартаменты и бросил их пылиться, пока мы с Сесиль, как и вся академия, ютимся в общих спальнях и делим одну ванну на два десятка студентов.

Смывая пасту, я смотрела, как серая пена утекает в слив.

Наверное, ему проще очаровать очередную девицу и остаться у неё, чем тратить время на пыль в собственной ванне.

Я усмехнулась краешком губ. Бабник.

Ну и пусть. Не хотела бы я тут жить. Наша каморка с Сесиль, пропитанная запахом чая, духов и книг, в тысячу раз уютнее этой холодной пустоты.

Взгляд скользнул к туалету:

— Нет, это уж пусть сам делает.

Выставила ведро за дверь и оглядела ванную. Уборка заняла немного времени, но стало гораздо уютнее.

Ну, считай, всё.

Потоптавшись, вернулась в гостиную и заметила в стене за камином тёмную лакированную дверь с прямыми молдингами и круглой ручкой.

Спальня? Интересно, он тут хоть ночует? Я нервно потерла ладони. Может, заглянуть?

— А что такого? Да он меня полуголой видел! Хочу просто взглянуть, — оправдываясь перед самой собой, уже взялась за ручку. Холодный металл легко поддался и повернулся, раздался легкий щелчок и я вошла в темноту.

Когда глаза привыкли, из мрака проступили детали, и по спине пробежал холодок. Тёмно-зелёные обои с золотым тиснением. Массивная чёрная железная кровать, застеленная без единой складки. По бокам приземистые тумбочки из почти чёрного дерева. Всё выглядело чинно, пусто и поразительно бездушно.

— Как здесь можно спать? — прошептала я и поёжилась. — Не страшно? Может, поэтому он тут и не ночует?

Сделала шаг вперёд, провела пальцем по тумбочке и почувствовала, как к коже липнет слой пыли. Рука сама потянулась к небольшому бронзовому светильнику. Щёлкнула выключателем, и комната залилась тёплым, но тусклым светом.

Ни небрежно брошенной книги, ни пары носков на стуле. А чего я ожидала? Милой безделушки или забавной надписи, как у нас с Сесиль? Или, может, плюшевого мишки? Это же взрослый

Тут взгляд зацепился за слабый блик на тумбочке с другой стороны кровати. Золотая рамка. Я медленно обошла широкую кровать и приблизилась. Наклонилась, упёршись руками в колени, чтобы разглядеть получше.

В рамке был семейный портрет, мастерски написанный маслом. На нём светловолосый мальчик сидел на большом стуле и широко улыбался. Женщина с такими же белыми волосами смотрела на него мягко и тепло. А позади них возвышался высокий широкоплечий мужчина, устремивший гордый взгляд вперёд.

— Да это же он! — вырвалось у меня. Мальчишка вылитый Рейнер, только милый и счастливый. — Как из такого малыша вырос… такой вредный засранец?

А мужчина, наверное, отец. Алькор-старший. Лицо показалось знакомым. Точно, глава паладинов.

И женщина будто тоже знакома… но откуда? Алькор, Алькор…

Откуда я знаю её лицо? А не она ли лет пятнадцать назад… нет, сейчас получается около пяти… бросилась со скалы?!

Я отшатнулась от портрета и застыла.

Спасибо, что читаете мою историю. Я только дебютирую на портале, и ваша поддержка для меня невероятно важна ❤️

Буду рада подписке, лайку, комментарию и тому, что добавите книгу в библиотеку.

Глава 14.2

Элира

Тревожное воспоминание заставило брови нахмуриться. Помню, был ужасный скандал, семья Алькор хотела, чтобы дело замяли, но в итоге правда вскрылась. Тогда я не знала Рейнера, была ещё в младшей Академии и подумать не могла, что он станет моим куратором.

Отчётливо вспомнила, как мы всем потоком обсуждали его громкие слова, насчёт того, что мать была больна, что он осуждает её слабость и то, что не смог её остановить. Рейнер заявил, что, как и отец, отрекается от неё и считает подобное поведение глупым и эгоистичным.

Тогда все разделились на два лагеря, кто-то осуждал его за черствость, но большинство сказали, что так и должен вести себя будущий глава гильдии паладинов. Мол, это хорошие качества для того, кто должен проявлять жёсткость и защищать нас.

Сердце заколотилось, пальцы похолодели. Почему помню это спустя столько лет? Наверное, потому, что меня тогда шокировали его слова и холодное выражение лица на газетных снимках. Но сильнее всего запомнились глаза, в которых было нечто, заставлявшее всё внутри сжиматься в липкий холодный комок. И мне было бесконечно жаль его.

И сейчас жаль. Внутри поднялось неприятное волнение, и в этот момент:

— Ох…

Голос ударил с такой силой, что по коже побежали мурашки, а в животе похолодело. Словно окатили ледяной водой.

«А ты как крыса в любую щель пролезешь? Кто разрешил заходить?» — слова Рейнера громом раскатились в голове.

«Я не хотела! Очень жаль, что так с твоей мамой, соболезную,» — едва успела подумать, как по телу разом прошли ярость и холод. Не мои. Его.

Чужая, всепоглощающая ненависть вломилась в сознание. Сердце заколотилось где-то в горле, бешено и беспомощно.

«Себе соболезнуй! Не всем нравится внимание к себе притягивать. Слезы, сопли на кулак наматывать!»

Меня переполняли его отвращение и злость.

«Не все такие жалкие как ты!» — слова ударили пощёчиной.

«Прости, я зря…» — но он не слушал.

«Пожалеть меня решила? Может особенной себя чувствуешь? Ты буквально на все готова ради внимания, да? Помочь тебе? Я мигом тех отбросов найду! А может, тебя сразу по коридору голой пустить? Там внимания будет завались.»

Я выскочила из спальни, зацепилась за ведро и едва удержалась на ногах. А потом по щекам покатилось предательское тепло.

«Ну иди, опять поплачь, только на этот раз, пусть тебя кто-то другой жалеет. Достала!»

Нет. Только не слезы. Ну не сейчас.

Я с силой провела по лицу тыльной стороной ладони, но слёзы потекли снова. Густые, солёные. Размазывались по коже, залипали на ресницах, заставляя мир расплываться мутными пятнами. В горле стоял тяжёлый ком, мешающий дышать.

Зачем? Зачем я туда полезла?

Было обидно. До тошноты, до дрожи обидно.

— Хватит. Прекрати. Возьми себя в руки, — яростно приказала я себе, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони.

Но слёзы текли сами, а внутри всё сжималось от чужой, липкой ненависти, которую Алькор так щедро выплеснул на меня. Она засасывала, как смола, вынуждая ненавидеть и его, и собственную беспомощность.

Глупо, почти по-детски, я шмыгнула носом, снова вытерла лицо и, поджав губы, рванула прочь. Сбежала вниз по лестнице, почти вслепую нырнула в подземный переход. Брела по нему, не разбирая дороги и, наконец, выбралась наверх.

Кажется, в учебное крыло. Хотелось спрятаться, укрыться хоть где-то.

— Библиотека! Надо в библиотеку, — мысли метались, и, погружённая в них, я не заметила, как налетела на высокую твёрдую фигуру, больно впечатавшись лбом.

Глава 15

Элира

Сначала я почувствовала его запах. Тот самый, терпкий, чуть сладковатый и липкий, будто тянущийся за мной всё то время, что мы были вместе.

Подняла глаза. Взгляд упёрся в идеально выглаженную ткань рубашки. Поверх неё строгая коричневая жилетка и зелёный бархатный лацкан пиджака. Под пальцами ощущалась мягкая, чуть тёплая ворсистая ткань.

Осторожно посмотрела выше. Расстёгнутая верхняя пуговица, ни галстука, ни бабочки. Линия шеи, гладко выбритый подбородок, виски, ещё не тронутые сединой. И, наконец, глаза. Тёмные, внимательные, устремлённые прямо на меня.

Морен.

— Эли, милая, кто тебя обидел? — вкрадчиво произнёс он. — Пойдём в мой кабинет.

Даже слова сказать не успела, как будущий бывший муж подхватил меня под локоть и потащил по коридору. Семенила, едва поспевая за его широким шагом.

Как я могла забыть, что Морен за полгода до экзамена уже считался не просто моим преподавателем, а почти любовником?

Я выдохнула. Нет, мы ещё не спали. Первый раз случился позже, когда я провалила экзамен. Но за полгода до этого мы постоянно общались, что было очень похоже на отношения.

Морен распахнул дверь в кабинет, втолкнул меня внутрь.

Ничего не изменилось. Тот же чёрный кожаный стул, небрежно отодвинутый от массивного деревянного стола. Та же груда бумаг и чашек с застывшим на дне тёмным осадком. И у стены всё тот же диван.

«Всё как раньше», — промелькнуло в голове, но взгляд зацепился за детали. Нет, не совсем. Дерево стола казалось светлее, без привычных потёртостей, а кожа мебели была новой, ещё не успевшей принять форму тела.

Я застыла на пороге, не в силах отвести взгляд от дивана. По спине пробежала судорога отвращения.

С высоко поднятым подбородком я прошла мимо и опустилась в его стул, который неприятно скрипнул подо мной.

Морен, вопросительно выгнув бровь, подошёл и сел на край стола.

На несколько

— Какая милая мордашка… Ну что ты, не плачь.

Тёплая волна знакомого спокойствия, противная, предательская, поползла от точки, где он касался кожи. Тело, предав меня, вспоминало. Мышцы сами собой расслабились, дыхание выровнялось.

— Что с тобой? — он мягко провёл пальцем по моей щеке.

— Недопонимание с куратором вышло, — выдохнула.

— С Рейнером? — Морен ухмыльнулся. — Эти желторотые юнцы совершенно не умеют общаться с женщинами. Удивительно, как наивные девушки, ведутся на эту смазливую рожу. Что он сделал?

Рассказывать всю глубину ненависти и боли между мной и Алькором не имело смысла.

— Оскорбил, унизил, нагрузил дежурствами, — понуро пожала плечами.

— Какими дежурствами?

— Я всю неделю мыла купальни, и это вместо того, чтобы готовиться к экзамену! — под его пристальным взглядом я чувствовала, что Морен слушает, что он здесь. Мой единственный близкий человек, которого я ненавижу.

— Тебе надо было сразу прийти ко мне! Я бы поговорил с ректором. — Между его бровей появились глубокие морщинки, которые, через несколько лет, станут уже постоянными и он всегда будет выглядеть так, будто чем-то недоволен.

— Не хмурься, — я с трудом остановила руку, чтобы не дотронуться до его лица и не разгладить сжатые брови.

— Я переживаю за тебя! — пальцы еще раз нежно скользнули по моей щеке. — И я очень скучал, правда.

Я тоже скучала? Нет, какой скучала!? Надо собраться, я слишком расслабилась, нельзя! Это обманчивое чувство. Самообладание заставило меня отстраниться и выпрямить спину.

— Эли, малышка, ты не должна больше плакать из-за этого белобрысого козла. И в следующий раз, когда будут проблемы, сразу иди ко мне! Поняла?

— Проблем больше не будет, — заерзала на стуле и почувствовала, как краснеют щёки, — я пойду, мне там надо ещё с конспектами…

— Уже? — он приблизился, — я думал провести время вместе.

Глава 15.1

Элира

Так, срочно нужен план. Ругаться с ним нельзя, всё-таки он профессор и может знать, куда и почему исчезнет моя магия. К тому же он ещё ничего не сделал и было бы глупо обвинять его в том, чего не произошло и не произойдёт, если мы не будем вместе.

Но и как раньше — нельзя. Я больше не могу. Не хочу снова довериться ему, не стоит подпускать его слишком близко.

Пока я лихорадочно соображала, Морен, похоже, принял это за неловкое согласие. Его рука с моей щеки скользнула к шее, коснулась ключицы и оттянула ворот рубашки.

— Нет, — опомнилась и убрала с себя его ладонь, — мне надо идти, у меня подготовка, экзамены!

— Экзамены, — он усмехнулся уголком губ, — это не самое главное.

— Правда! — я дернулась. — А что тогда, что самое главное?

— Семья.

Ах, семья! Плавали, знаем, как тебе важна семья! И ведь в той жизни тоже самое говорил, подлец!

— Знаешь, мне всё же важнее учеба.

— Эли, я понимаю, что ты хочешь всё сама, но я ведь могу о тебе позаботиться. Я буду рядом. — Он снова потянул руку ко мне.

Я вздрогнула.

— И всё, же, я думаю, такие отношения будут меня отвлекать, давай подождём до моего выпуска, а потом, когда получу диплом, уже посмотрим.

— Если ты боишься того, что про нас будут болтать, не стоит. Никто ничего не узнает, можешь быть спокойна.

— Да хватит уже! Не трогай меня. — Я выскользнула из-под его руки, встала со стула и быстро пошла к двери.

Сзади раздалось недовольное цоканье и тяжёлый выдох:

— Я еще не слышал такого от тебя.

— Ну вот привыкай, сейчас у меня другие приоритеты, — отозвалась язвительно и уже хотела самодовольно выскочить из кабинета.

— Элира! — его холодный низкий голос заставил меня замереть, будто дрессированное животное, привыкшее повиноваться хозяину. Я остановилась.

За спиной раздались шаги:

— А знаешь, что будет, если ты сдашь? — шаги приближались. — Тебя, как породистую псину, выдадут за Алькора младшего. Этого хочешь?

Что?

Он шутит? Издевается? Лжёт?

— Что? Рейнер? Откуда ты знаешь?

На плечо легла тяжёлая рука:

— Прости, не удержался, я профессор, всё-таки, милая, мы обсуждали это с ректором. Эли, малышка, иди сюда. — Он попытался развернуть меня, чтобы обнять. Его запах вызвал отвращение. Сердце билось мучительно, в ушах шумела кровь. — Я не хотел кричать. Не дрожи… тише, тише, — он гладил меня по голове. — Пойми, я не могу этого допустить. Я должен тебя защитить.

Неужели он не врёт?

Язык прилип к нёбу, и я не могла произнести ни слова. Морен продолжал гладить меня по голове, словно ребёнка, только что успокоившегося после истерики.

— Я знаю, как важен тебе этот экзамен. Но у тебя есть и другой выход. Я буду с тобой, что бы ни случилось. Если не сдашь — женюсь на тебе.

«Женюсь»… слово, которое когда-то так обрадовало и поразило меня, теперь прозвучало как смертный приговор.

Надо уйти.

Повернувшись к двери, словно вырываясь из липкой ловушки, оторвала себя от Морена, и вышла из кабинета.

Он не пошел за мной, слишком дорожит репутацией, чтобы за студенткой по коридорам бегать. Это хорошо.

Но что делать с тем, что теперь у меня нет выхода? Сдам я экзамен или нет, итог один — никакой свободы не будет.

Никакой. Свободы.

Сердце больно ударилось в груди и я вздрогнула всем телом. Воздух резко закончился. Сделала вдох, но всё равно задохнулась, легкие будто стали стеклянными, казалось ещё усилие и они треснут.

— Что происходит? — я оперлась о стену, в глазах помутнело.

Я… плачу?

Слёзы тонкой плёнкой нависли на ресницах, и я почти ничего не видела.

Свободы не будет!

Пальцами потянулась к горлу, пытаясь нащупать, что же так его сдавило, но на нем ничего не было.

— Задыхаюсь! — сердце забилось быстрее. — Оно же так остановится! Я умираю? — кажется, я вскрикнула, но ничего было не слышно за шумом крови в ушах.

Да что со мной?

Никакой свободы! Никакой!

Ноги будто перестали чувствовать пол, земля ушла из-под них. Подступила тошнота.

Не могу дышать!

«Девчонка, словила паничку! Слабачка! Пусть уже задохнется и не будет мешать мне жить!» — резкий голос Алькора прозвучал внутри и принес с собой обжигающую злость.

Я шумно вдохнула, будто воспользовавшись воздухом куратора, его дыханием. Голова закружилась. Цепляясь за эмоции и состояние Алькора, смогла почувствовать тело. Паника отступила. Дыхание, всё

— Паничка, значит? — я оттолкнулась от стены и двинулась по коридору, едва передвигая ногами. Всё тело ломило. Хотелось скорее упасть во что-то мягкое и тёплое. — Далеко ли до библиотеки?

Глава 16

Элира

Я всё же дошла до библиотеки. Тяжело дыша и плохо соображая, оперлась рукой о холодную каменную стену рядом с большой деревянной дверью.

Все силы куда-то исчезли, и я чувствовала, как подкашиваются ноги, а тело пытается осесть на пол. Тошнота не отпускала.

— Сейчас подышу и смогу открыть дверь. А там уж, найти кресло поудобнее и всё. — Я сделала глубокий вдох… и выдох. Крепче вжала руку в стену.

И что всё?! Что мне теперь делать?

От этих мыслей тошнота усилилась.

Может, в комнату пойти?

Нет, там может быть Сесиль, у меня нет сил с ней говорить.

Может, в туалет? Еще чуть-чуть и меня точно вырвет.

— Нет, хватит на сегодня туалетов, сдержусь, — стиснула зубы, — мне бы только открыть эту дверь.

Сделав пару шагов, я вцепилась в длинную изогнутую металлическую ручку и потянула одну из створок. Дверь скрипнула и медленно двинулась мне навстречу, так что образовалась небольшая щель.

Протиснусь.

Я юркнула в неё и чуть не всхлипнула, почувствовав родной запах книг и корицы.

Библиотека!

Моя любимая, родная. Сколько часов я провела здесь сначала во время учёбы, а потом и после, приходя к Морену и ожидая, пока у него закончатся лекции.

Я так любила устроиться тут с книгой в руках или болтать с Талией. Библиотекаршей, которая была немногим старше меня и часто помогала во время учебы. После, мы и вовсе стали подругами.

Медленно прошла по широкому залу, где ровными рядами стояли тяжёлые деревянные столы. На каждом зелёная лампа под абажуром, отбрасывающая на столешницы мягкие круги света, и стулья с высокими спинками. Все студенты были на ужине, и всё это пустовало.

Книги в шкафах рядами уходили вверх, и снизу хорошо была видна галерея второго этажа, с такими же высокими книжными стеллажами. Огромное арочное окно наполняло пространство торжественным, почти величественным светом, но этот зал я никогда не любила.

Мне нужна была маленькая читальная комнатка, что притаилась в конце узкого коридорчика. Именно туда я и поспешила.

Упав в кресло, рядом с окном, вздохнула с облегчением.

— Теперь нужно просто посидеть, — пробормотала тихонько, — спокойно посидеть и во всём разобраться.

— Элира, золотце, что с тобой!? — не сразу сообразив, откуда идет голос, я замотала головой. Только когда Талия спрыгнула с лестницы, приставленной к стеллажу с книгами, я поняла, что библиотекарша уже была тут, просто я её не заметила.

Талия была невысокого роста, что смотрелось немного нелепо рядом с гигантскими полками, уходящими под потолок. Для того, чтобы добраться до верхних стеллажей ей приходилось пользоваться приставной лесенкой на колесиках. Такие манёвры всегда выглядели рискованно, особенно когда она взбиралась наверх, прижимая к груди стопку книг и едва успевая отбрасывать длинную юбку, чтобы не наступить на подол.

А сейчас Талия уже нависала надо мной, от неё веяло теплом, корицей и нетерпением. Ярко-зелёные глаза пристально оглядели меня. Откинув со лба непослушную прядь кудрявых волос, она присела на корточки рядом с моими ногами.

— Я могу чем-то помочь? — участливо спросила Талия, положив ладони мне на колени.

— Не думаю, — выдохнула я. Хотя от одного её присутствия и искреннего тона сразу стало легче. Тошнота отступила, появилось дикое желание обняться и разрыдаться. Но мы ведь ещё не настолько близки? Не покажется ли это странным?

— Посиди тут! — Талия вскочила и выпорхнула из комнаты. Я слабо улыбнулась. Уйти сейчас куда-то всё равно не было сил.

Через пару минут библиотекарша ворвалась обратно, балансируя с тарелкой в одной руке, кружкой с чем-то горячим — в другой, и пледом, перекинутым через плечо.

— Так, сейчас, — заговорила она, ставя на столик у кресла кружку какао и тарелку с шоколадным печеньем. — Ну-ка... — на меня опустился тяжёлый плед, и Талия бережно поправила его. — Если захочешь — расскажешь, а я послушаю. — Она мягко улыбнулась. — Иногда, чтобы погода стала ясной, дождю просто необходимо пролиться. Так что если хочешь — можешь даже поплакать. Моё плечо и эта кружка какао к твоим услугам.

Она устроилась в соседнем кресле, и я почувствовала, как окончательно растекаюсь.

Я быстро и сбивчиво описала своё безвыходное положение, умолчав лишь о том, что знаю будущее. Талия слушала, не перебивая. Когда я замолчала, покачала головой, в глазах её мелькнуло сочувствие:

— В одной старой книге нашла когда-то такую цитату: «Все счастливые союзы похожи друг на друга, а каждый несчастный брак несчастлив по-своему». — Она горько усмехнулась. — Но твоя история, Элира, и вовсе уникальна. Ты стоишь перед выбором, где оба пути ведут к несчастью. Сдашь экзамены — брак по расчёту. Провалишь — брак по принуждению. И что думаешь? Ни один из них не сможет вылиться во что-то хорошее?

Ну, один вариант, гарантированно провальный, это уже проходили. А чтобы поверить в счастье с Рейнером Алькором рядом — надо быть совсем идиоткой.

Я грустно помотала головой. Талия задумалась:

— Знаешь, что говорила целительница Арина в «Хрониках Пылающего Центра»? — она слегка наклонилась вперёд. — «Если все двери перед тобой закрыты, возможно, ты ищешь вход там, где должна построить свою собственную дверь».

Её манера говорить цитатами всегда поражала меня, но сейчас я почувствовала острое раздражение. К чему эти красивые, пустые слова, когда речь идёт о моей жизни?

Талия резко заерзала, видимо, уловив мой настрой: — Ладно, прости. Заболталась. — Она провела рукой по волосам, смущённо покраснев. — Просто... я хочу сказать, что ты не обязана играть по их правилам. Ты умнее и сильнее, чем они думают. Или... чем ты сама о себе думаешь.

Она замолчала, дав мне переварить слова, на этот раз — простые и искренние. Потом тихо встала.

— Я буду рядом, если понадоблюсь. — Лёгкой тенью скользнув к двери, она вышла из комнаты, оставив меня наедине с остывающим какао.

Глава 16.1

Элира

Я вскочила и выбежала в главный зал, по пути думая о Талии. Она работает здесь уже три года, ума и внимательности ей точно не занимать. Тихая и добрая, она всегда знает то, о чём остальные даже не догадываются и обращает внимание на незначительные мелочи. Если кто и знает о Рейнере то, чего не знают остальные, так это она!

Библиотекарша возилась за стойкой, расставляя читательские билеты в алфавитном порядке.

— Талия! — окликнула я её с другого

Она сморщилась и шикнула, но я уже успела подойти и понизить голос:

— Расскажи мне, почему Алькор всё ещё в академии?

— В смысле, почему? — она насторожилась.

— Ему уже за двадцать пять. Он давно должен был сдать экзамены и выпуститься, а он тут у нас куратором бегает.

— Ну, там... понимаешь... — она замялась. — Кураторство — это опыт. Его отец велел ему управлять потоками магов, чтобы в будущем он лучше справлялся с паладинами. Поэтому он тут и задержался. — Талия опустила глаза.

Врёт!

— Талия, прошу, — голос сам собой стал тихим, а брови поднялись домиком. — Я понимаю, что много прошу. Но если ты знаешь хоть что-то...

Она оглянулась по сторонам, убедившись, что никого нет, наклонилась ко мне так близко, что я почувствовала запах корицы от её волос.

— Ладно, только ради тебя... Расскажу об одной книжке, которую недавно прочитала.

Я на секунду разозлилась, уже собираясь сказать, что не время сейчас для книжных метафор, но, встретившись с серьёзным взглядом, замерла и замолчала.

— Читала недавно одну детскую книжку, — она начала, слегка сбивчиво. — Так вот, в ней была история про маленького птенца. Птенец этот был из очень знатного рода воронов, и с детства должен был уметь летать. Сначала вроде бы всё у него получалось, но когда пришло время окончательно расправить крылья и выпорхнуть из гнезда... он так и не смог взлететь.

Талия сделала паузу, давая мне осознать сказанное.

— Семья воронов была очень могущественная и влиятельная, поэтому всем объявила, что птенец должен охранять гнездо. А он... из года в год пытается улететь, но у него ничего не выходит.

Она замолчала и ещё раз огляделась.

— Только, — добавила она уже своим обычным тоном, — прошу тебя, я и сама... честно говоря, это просто мои догадки. Понимаешь? Я же тут работаю уже несколько лет, вот и...

Я взяла её за руку.

— Спасибо, Талия. Всё нормально, я поняла. Больше тебя ни о чём спрашивать не буду. Спасибо за... поучительную историю.

Талия с облегчением выдохнула и отступила на шаг.

— Знаешь, — улыбнулась я, — если кто-то и будет болтать все секреты налево и направо, то тебя обвинят в последнюю очередь. Морен, вон, в гневе любые тайны выдаст, — попыталась я её поддержать.

Она пожала плечами и снова уткнулась в читательские билеты. Я кивнула на прощание и направилась к выходу.

— Удачи с твоим птенцом, — усмехнулась библиотекарша вслед.

Я вышла из больших дверей и побрела по коридору, не разбирая дороги.

Итак, что же получается? Рейнер обладает лишь слабой магией? Значит, у него не выходит сдать финальный экзамен. Вот его год за годом и пихают на проверку. И, видимо, отец в нём так разочаровался, что готов женить на мне.

— А зря. Всего пару лет подождать — и он станет величайшим магом поколения, откроет такой портал, — я нахмурилась.

Цитаты Талии всё ещё звенели в сознании:

«Играть по их правилам... Все двери закрыты... Счастливые союзы...»

— А что, если… — Я замерла посреди коридора, по которому брела уже несколько минут.

«Счастливые союзы!»

Если он сможет стать магом до экзамена... Если на экзамене он откроет свой портал... Тогда его не придётся женить на мне. А это значит, что и я, сдав экзамен, стану свободной.

Я сжала пальцы в кулаки, прикусила губу, шумно выдохнула. На моём лице расцвела широкая, почти безумная улыбка. Приблизительно такая же безумная, как и мой новый план.

Глава 17

Рейнер немного раньше

Рейнер ворвался на тренировочную арену, сжимая кулаки до хруста. Хотелось бить, ломать, чувствовать сопротивление. Иначе ярость, разожжённая этой девчонкой, разорвала бы его изнутри.

Арена была изрыта и перепахана: груды земли, разбросанные камни, обломки ледяных игл. В углу догорало пятно горючей смеси, отбрасывая дрожащие тени на каменные стены. Воздух был густым и едким. Пахло озоном, пылью и потом.

Значит, оборотни уже успели потренироваться. Алькор огляделся и в полумраке у дальней стены заметил Тарена. Тот, раскинув руки, спокойно разминался.

Прекрасно. Рейнер направился к нему.

Тарен обернулся на звук шагов. Куратор поймал его взгляд и заметил, как лицо друга расплылось в понимающей ухмылке.

— Довели? — в голосе оборотня звенело веселье.

— Довели, — глухо отозвался Рейнер.

Он резко откинул руку в сторону, по воздуху пробежала невидимая нить магии, и длинная тренировочная палка со стойки влетела в его ладонь.

Левитация самое первое и простое проявление силы, которое каждый маг осваивал к десяти годам. Но лишь немногие могли применять её так же быстро и точно, как Рейнер.

Если бы он с такой же лёгкостью открывал порталы.

Алькор с силой сжал палку. Дерево под пальцами было гладким, податливым. Рейнер отступил на несколько шагов, освобождая пространство для боя.

— Понял, щас разберёмся! — Тарен встряхнул головой, расправил плечи.

Тело оборотня начало меняться. Кожа позеленела и загрубела, покрываясь шероховатой каменной коркой. На лбу, там, где начинались волосы, медленно, будто живая скала, вылезли два массивных, загнутых рога.

Рейнер невольно застыл.

Он каждый раз восхищался природой оборотней, которые, управляя одной из четырёх стихий, превращались в нечто смешанное между человеком, животным и живым воплощением своего элемента.

— Не зевай! — голос Тарена обрёл низкий, щёлкающий отзвук. Оборотень потянул на себя руки и булыжник, с грохотом оторвавшись от пола, понёсся вперёд.

Куратор не двинулся. Палка описала резкую дугу, отбросив камень в сторону. Жадный, выжидающий взгляд Рейнера метнулся к другу.

— Что, сильнее? Настолько довели? — оскалился Тарен.

Короткая ухмылка была ответом.

Сначала спас её от этих уродов. Потом сам повёл себя как урод. А потом… — Рейнер машинально парировал ещё два камня, которые разлетелись в щебень. Мысли лихорадочно метались, — а потом она в моей комнате! Копалась в моих вещах! Смотрела на маму... и посмела жалеть!

Он с силой ударил по очередному валуну, который, отскочив, пришёлся прямо по рогу Тарена. Тот отшатнулся.

— Эй, остынь! — прорычал оборотень, но Рейнер уже не слышал.

Сорвался на неё! Почему эта мелочь делает меня таким тупым? Почему не могу сдержаться?

Из-под ног Рейнера с треском взметнулись острые каменные шипы. Он едва успел отпрыгнуть, используя левитацию для резкого, почти неестественного ускорения. Одной рукой сжимая палку, другой сконцентрировал магию на груде камней у стены и с силой швырнул их в Тарена. Тот принял удар на грудь, лишь крякнув от напряжения.

И вдруг чужой ужас пронзил мысли Рейнера:

«…замуж… за Алькора… никакой свободы не будет!»

Голос Виолки прозвучал так ясно, будто она стояла рядом. Холод и ярость сковали его грудь.

Он знал, что это случится. Но

— Бездна… — зубы Алькора скрипнули.

«Никакой свободы не будет!» — мысли этой мелочи прорывались и тянули за собой её отчаяние, тошноту и боль.

Дыхание Рейнера, всегда спокойное и ровное, сейчас сбилось.

«Девчонка, словила паничку! Слабачка! Пусть уже задохнется и не будет мешать мне жить!» — он дернулся. Внутри разорвалось что-то горячее, будто выжигающее органы, — «даже если она умрёт, подберут другою, это он ничтожество!»

Перед глазами уже не было Тарена.

Портал не открыть… да чтоб его! Магии нет? Собрав всю ярость, Рейнер рванул свободной рукой вверх. С оглушительным грохотом от пола оторвалась огромная каменная плита. Она зависла в воздухе, а затем с нечеловеческой силой понеслась прямо на Тарена.

Глаза оборотня расширились от чистого, животного ужаса. Он инстинктивно скрестил руки, наращивая каменную броню.

И в этот миг, сквозь красную пелену ярости, Рейнер увидел. Не арену. Не противника. А лучшего друга. Искажённое шоком и страхом лицо Тарена, которое он знал много лет.

Что я делаю?!

Спасибо, что читаете мою историю. Я только дебютирую на портале, и ваша поддержка для меня невероятно важна ❤️

Буду рада подписке, лайку, комментарию и тому, что добавите книгу в библиотеку.

Глава 17.1

Рейнер

Алькор судорожно рванул руку назад. Плита дрогнула, потеряла ускорение и с грохотом рухнула на пол в паре метров от Тарена, расколовшись на несколько частей.

Воцарилась тишина, нарушаемая только тяжёлым, прерывистым дыханием Рейнера. Он стоял, отбросив палку в сторону. Немой ужас и стыд сковали тело.

Тарен медленно опустил руки. Каменная чешуя на нём отступала, обнажая бледное, потрясённое лицо.

— Рей... — тихо произнёс он. — Сквернорождённый ты сын... что с тобой?

Алькор не ответил. Только развернулся и быстрыми шагами направился к выходу.

Рейнер хлопнул дверью мужской раздевалки и скинул пропитанную потом форму. Подошёл к душу, висящему на стене, одному из нескольких, отделённых друг от друга невысокими перегородками по грудь. Вывернул кран до упора. Ледяные струи прокатились по телу, пытаясь заглушить жгучую боль от стыда и разочарования.

Дверь тихо щёлкнула. Через перегородку от его душа появилась знакомая фигура. Тарен включил воду, и несколько минут они стояли молча. Тишину разгонял лишь непрерывный шум воды.

Оборотень глубоко выдохнул и всё же решился:

— Рэй… — в голосе друга не было и следа обычной весёлости. — Что происходит?

Рейнер лишь повёл плечом, отворачиваясь к стене.

— Рэй, — настойчиво повторил оборотень.

— Ничего, — сквозь зубы выдавил куратор, стараясь говорить спокойно. — Просто узнал, что отец подобрал невесту. Видимо, пора остепениться. Не с тобой же тут дурака валять.

Тарен усмехнулся, пропуская струю воды по каменному плечу. Его тело всё ещё было зеленоватым и покрытым грубой коркой.

— Серьёзно, ты? Остепениться? — Тарен фыркнул, — сколько женщин будут в отчаянии от этой новости! Великий соблазнитель, теперь порядочный семьянин! — оборотень глухо расхохотался. — Ты, который ночует где угодно, только не дома, — тон друга, показался Рейнеру натянутым. Тарен оскалился и уже тише добавил, — хоть теперь, узнаешь, как твоя собственная кровать выглядит.

— Да-да, — отмахнулся Рейнер. — Зато, с меня снимут всю эту головную боль кураторства и поставят возглавлять какой-нибудь отряд паладинов.

Он со злостью закрыл кран, потряс головой, смахивая капли, и вышел. Растёрся грубым полотенцем, обвязав его вокруг бёдер.

Тарен вышел из своей душевой и, ничем не прикрываясь, подошёл вплотную. Рейнер отвернулся. Оборотни-то своего тела не стеснялись, но он не любил подобных сцен.

— Эй! — Тарен наклонился ближе, чтобы поймать его взгляд. — Я-то о тебе кое-что знаю, сколько лет дружим. По-братски говорю: не лезь в клетку, если тебе там душно. Не женись, если не хочешь! Сам должен понимать. Никто не может тебя заставить.

Он хлопнул Рейнера по плечу.

— Кто заставляет-то? Это мой долг, тебе такое слово хоть знакомо? — Рейнер сбросил его руку. — Поэтому всё нормально. Вообще никакой трагедии. Всё супер. Жена бы ещё посимпатичнее была — вообще вопросов бы не осталось.

Он направился к шкафчику со сменной одеждой, оставив Тарена позади. В этот момент в голове снова прозвучали чужие мысли:

«Счастливый союз!»

На этот раз они были окрашены надеждой и радостью.

«Счастливый союз!» — мысленно повторил Рейнер.

С этой? Неужели она рада? Хотя ещё пять минут назад была в ужасе. Может, сейчас прибежит плакаться или пойдёт кому-нибудь жаловаться? А может, как любая нормальная девчонка просто счастлива, что он станет её мужем.

Да в бездну! — тихо вырвалось у Рейнера, пока он натягивал штаны. Потом повернулся и крикнул в раздевалку, — Тарен, ты ещё тут?

— Тут! — откликнулся оборотень.

— Пошли куда-нибудь, развеемся, — Алькор захлопнул шкафчик.

— О! — радостно отозвался Тарен. — А у нас как раз сегодня тусовка намечалась!

Глава 18

Элира

— Надо найти Алькора! — прошептала я, поднимаясь к его комнате на четвёртом этаже. — Надо всё обсудить, предложить план!

Щёки горели, тело потряхивало от нетерпения. Я постучала в дверь. Тишина.

— Это я, Элира. Нужно поговорить. — Постояла, постучала снова. Ничего.

По коридору прошли две нарядные девушки. Увидев меня у двери куратора, фыркнули. До меня донесся обрывок их разговора:

— Ещё одна караулит.

— Может, он поэтому не появляется?

Закатив глаза, обхватила холодную ручку и потянула дверь на себя, она легко поддалась.

— Так и осталась открытой? — я воровато обернулась к лестнице. — Значит, его нет в комнате.

Пробежала по коридорам вниз и, пройдя через холл, влетела в столовую.

Длинные столы стояли рядами под тусклым светом нескольких ламп. Уборщица домывала полы в дальнем углу. В воздухе ещё остались запахи жареного мяса и хлеба. Живот скрутило.

— Отлично заботишься о здоровье! — язвительно сказала самой себе. Потому что ужин уже закончился, а я его благополучно пропустила.

Вышла из столовой. Спустившись в подземный переход, направилась к арене, ежась от холода, полумрака и гулкого эха собственных шагов.

Поднялась по лестнице и вошла в просторный зал перед ареной. Свет уже погасили. Темноту прорезали лишь отблески костров, горевших в глубокой яме у перил. Пламя отражалось в льдинках и мокрых камнях. Инсталляция четырёх стихий сейчас выглядела зловеще.

Я прошла под аркой к дверям арены и дёрнула ручку — заперто.

Обернулась к двум другим дверям в раздевалки. Уверенно подошла к мужской, толкнула. Тишина и темнота. Пусто.

— Да где же он! — я помассировала виски. — У него браслет, за пределы Академии выйти не может. Значит, где-то здесь!

Окончательно забегавшись, вернулась в общежитие

— Добрый вечер. Вы не подскажете, где сейчас куратор? — вежливо спросила я.

Женщина вздрогнула, прищурилась и раздражённо закатила глаза:

— А я почём знаю! За ним следить должна и перед вами отчитываться? — огрызнулась она.

Я отшатнулась и, не слушая ворчания про невежливых студентов, поплелась к своей комнате.

— Оставить до завтра? Выспаться и найти Рейнера утром? — прошептала я себе под нос и поморщилась.

Мысль была здравой, но нетерпение жгло изнутри. Хотелось поговорить прямо сейчас.

Толкнув дверь своей комнаты, я застыла на пороге. Весь гардероб Сесиль был вывален на пол.

— Что тут произошл... — не успела договорить, как из-за распахнутой дверцы шкафа выскочила подруга в одном белье и вцепилась мне в руку.

— Элира! Ты просто не поверишь! — она рывком втянула меня в комнату, захлопнув дверь ногой. — Рейнер! Он пришёл на вечеринку к оборотням! Я только что узнала! — Сесиль отпустила мою руку и снова нырнула в недра шкафа. — Представляешь? Он же никогда там не появлялся!

Она идет к Рейнеру. Я нашла его!

Спустя пару минут Сесиль выпорхнула на середину комнаты и сделала эффектный поворот перед зеркалом. На ней было короткое золотое платье, которое идеально облегало фигуру.

— Ну, я пошла! — бросила она, поправляя грудь.

— Можно я с тобой? — выпалила я.

Сесиль медленно обернулась, с головы до ног окинула меня уничижительным взглядом и фыркнула:

— В этом?

— Мне правда очень надо!

— Тебе очень надо на вечеринку к оборотням? — она даже сделала шаг назад, изучая меня с неподдельным изумлением. — Что с тобой?

— Да просто, захотелось, — потупилась я.

На несколько секунд Сесиль задумалась и наконец, пожав плечами, коротко кивнула:

— Ладно, пойдем. Но учти, — её лицо стало строгим, — если опозоришь меня, я тебя сама вышвырну. И надень это, — она ткнула пальцем в валявшееся на полу чёрное платье. — В форме туда не пустят.

Я даже не успела посмотреться в зеркало. Как только переоделась, Сесиль тут же выволокла меня из комнаты и мы быстро пошли по коридору.

Платье, которое она мне дала, было дорогое, вполне красивое, но что-то с ним было не так. Пока мы шли, мне постоянно приходилось оттягивать подол вниз, чтобы оно не задиралось слишком высоко.

— Значит так! — начала подруга, глядя прямо перед собой. — Ты в корпусе у оборотней никогда не была?

— Никогда, — тихо ответила я, и тут же засомневалась в решении пойти на эту вечеринку.

— Магов они к себе обычно не пускают. Ребята своеобразные. Если перекидываются в стихийную форму… — подруга многозначительно хмыкнула, — с головой у них в этот момент не всё в порядке, могут контроль потерять.

Сглотнула. Про их нрав ходили самые разные слухи.

— А теперь внимательно, — продолжила Сесиль, поправляя выбившуюся прядь. — У них там военная дисциплина, потому что они, в отличие от нас, на службе. Их воспитывают для того, чтобы потом сделать оружием, защищать магов и принимать на себя все удары. И они терпеть не могут, когда им об этом напоминают. — Она резко остановилась и посмотрела на меня. — Любая мелочь может их взбесить. Особенно… — подруга многозначительно подняла бровь, — особенно высокомерный тон мага, который заявился в их логово и пытается командовать. Они и так знают, что по статусу маги выше, и люто это ненавидят. Но мы пришли к ним, мы в гостях. Поняла?

И без предупреждения Сесиль, мне бы не пришло в голову, как-либо принижать оборотней. Я серьёзно кивнула.

— Поэтому запомни, — она ткнула меня в грудь пальцем с идеальным маникюром. — Делаем всё, что предложат. Улыбаемся и ведём себя прилично. Они, в общем-то, весёлые и открытые… если не напоминать им о разнице в положении.

Я усмехнулась. После десяти лет жизни обычным человеком, чей статус был ниже любого оборотня, я тоже ненавижу, когда кто-то указывает на своё превосходство.

Впрочем, иду я не к оборотням, а поговорить с куратором.

Сделав очень умное лицо, я кивнула и мы с Сесиль быстро зашагали по тоннелю.

Глава 19

Элира

Вход в общежитие оборотней находился под землёй, как и весь их корпус. В прошлом, работая на Морена, я слышала разговоры об этом и поняла, что подземные уровни построили, чтобы сдерживать стихийников. Если хоть один из них выйдет из-под контроля, здание можно будет полностью изолировать: перекрыть воздух или, в крайнем случае, обрушить потолок.

От этой мысли я поёжилась. Сесиль сбавила шаг, поправила платье. Мы почти подошли.

В коридоре становилось шумно, громкие ритмичные звуки доносились из-за толстых стен. Свет из тускло-жёлтого постепенно переходил в синеватый.

Быстро найду Алькора, поговорю и домой.

Перед нами выросла большая арка с резным узором по краям. Каменные волки с рогами, олени с клыками и лисы с заострёнными ушами были вырезаны с такой тщательностью, что казались живыми. За аркой начинался холл корпуса оборотней. Массивная деревянная дверь, была закрыта, на стене рядом висела доска объявлений, увешанная бумажками.

Запах пряных и сладких трав ударил в нос так резко, что в горле запершило.

Я нервно оправила юбку, пытаясь дотянуть её до колен, и сглотнула.

— А подожди… Мы как туда пройдём? — опомнилась я. — Если они магов не любят?

— Замолчи! — прошипела Сесиль. — Любят они всех. Не вздумай там рот открывать! — Её лицо стало угловатым, почти хищным, губы сжались. — У меня есть связи и пропуск. По нему я могу приводить гостей. Так что не заставляй меня жалеть, что взяла тебя.

Она встряхнула головой, и её лицо снова стало нежным и прекрасным.

Легко взмахнув рукой, Сесиль потянула на себя тяжёлую дверь. Из щели вырвался оглушительный поток музыки, а запах стал таким густым, что защипало глаза.

Сесиль уверенно шагнула внутрь. Я молча последовала за ней.

— Привет, мальчики! — пропела она, подойдя к двум высоким, мускулистым парням, стоявшим у входа. Что она сказала дальше, я разобрать не смогла, слова утонули в шуме музыки.

Воркуя с одним из ребят, Сесиль показала на меня. Парень, довольный тем, что она нежно коснулась его руки и провела пальцем по бицепсу, кивнул ей, потом взглянул на меня уже с меньшим восторгом и снова кивнул.

Мы вошли в просторный холл со сводчатыми потолками. Всё освещалось лампами с ярким синим пламенем, от которого становилось жарко и душно. Тусклый синий свет искажал очертания, и я почти ничего не могла рассмотреть.

— Сесиль, не уходи! — крикнула я, торопясь за подругой, которая уже протискивалась сквозь толпу. Музыка гремела гулкими, ритмичными ударами барабанов. Голова закружилась, воздуха

Подруга всё шла вперёд, не обращая на меня внимания.

Может, оставить её и самой искать Алькора? Я хмыкнула:

— Хотя, кажется, она найдёт его быстрее. — Пришлось пробираться сквозь танцующих оборотней. Некоторые уже были частично обращены: у кого-то сверкали глаза, у кого-то появились рога. Кто-то целовался, а кто-то двигался так яростно, будто бился в конвульсиях.

Когда я снова заметила Сесиль, она уже болтала с высокими, мускулистыми парнями, наверняка, тоже охранниками. Я подошла как раз в тот момент, когда один из них бросил, взгляд на меня и спросил:

— Она с тобой?

Глава 19.1

Элира

Сесиль коротко кивнула. Мы прошли дальше, в новый зал. Здесь было чуть тише, спокойнее, но запах стал резче.

Я уже немного терялась, в полумраке перед глазами мелькала лишь золотистая фигура Сесиль, которая всё шла и шла вперёд. Наконец, она остановилась у двери в отдельную комнату. Я подошла ближе и выглянула из-за её плеча.

Комната была небольшой и тёмной. Полумрак скрывал детали, воздух был плотным, будто наполненным дымкой. Сесиль быстро осмотрела помещение, и её руки незаметно сжались в острые, тугие кулачки. Я проследила за взглядом подруги и увидела фигуру на диване. Не сразу поняла, кто это.

Рейнер вальяжно сидел, откинувшись на спинку. У него на коленях, спиной к нам, устроилась девушка. Оседлав его, она двигала бёдрами в такт музыке и, не отрываясь от поцелуя, жадно скользила ладонями по его шее и лицу.

Невольно всмотрелась, вроде бы они просто целовались. Девушка была в штанах, и штаны всё ещё оставались на ней.

Рейнер отвечал грубо, резко. Его рука запуталась в её волосах, сжимая их в кулак. Её пальцы мягко скользнули по его подбородку.

Я прикусила губу.

В полумраке лицо куратора казалось почти неестественно красивым: острые скулы, растрёпанные волосы и чёткий контур кадыка на шее. Женские руки скользили по его лицу, плечам, груди.

«Нравится?» — низкий голос разнёсся в голове. Я вздрогнула и подняла взгляд. Алькор смотрел прямо на меня, пока девушка продолжала самозабвенно целовать его губы.

Щёки вспыхнули. Захотелось срочно уйти.

Он понял, что я смотрела! Зачем вообще пялилась!?

«Нам нужно поговорить!» — выкрикнула мысленно, надеясь, что он услышит.

Как же раздражает, что я не умею нормально управлять нашими ментальными переговорами!

Судя по тому, как он вздрогнул, отстранился от девушки и прижал руку к виску, мой крик он всё-таки услышал.

«Совсем больная? Не видишь, я занят!» — поморщившись, холодно отозвался Алькор. И всё же вернулся к оборотнице, которая, судя по выражению лица, разозлилась на его резкость.

Ладно, идея и правда была неудачной. Вернусь к себе, поговорю с ним завтра.

Я развернулась, собираясь уйти, и уткнулась в широкую грудь. Тяжёлая рука легла на плечо и развернула меня обратно, лицом к комнате. Со спины прижалось мужское тело. Краем глаза я заметила, что на Сесиль тоже опустилась огромная лапища. Мы обе стояли, прижатые к незнакомому парню.

— Сесиль, ты? — раздался над ухом низкий, гулкий голос.

— Тарен, малыш, а ты можешь меня с кем-то спутать? — мурлыкнула она в ответ.

На «малыша» этот парень походил меньше всего. Пока я стояла, не в силах пошевелиться, он усмехнулся и добавил:

— А тебя я раньше не видел?

Я сжалась, не зная, что ответить, но Сесиль опередила:

— Да, моя соседка.

— Отлично, девушки, чего вам тут скучать? Пойдёмте, поиграем? — Тарен подтолкнул нас вперёд, проводя мимо дивана, на котором Рейнер всё ещё не отлипал от своей спутницы.

Поразительно, сколько этим можно заниматься?

Мы послушно сделали несколько шагов и оказались в отдельной комнате, где было почти тихо. По центру, на ковре, стоял низкий столик. На нём лежали разрисованные карты, несколько смятых бумажек с надписями, а в центре небольшая вазочка с песком, утыканная тлеющими палочками. От них по комнате разносился тот самый сладковато-травяной запах, но здесь, из-за тесного пространства, он становился удушающим. В воздухе висела густая дымная пелена.

Тарен отпустил нас с Сесиль, обошёл меня и развалился в кресле:

— Ну, девчонки, что вы такие зажатые? У нас так не принято. Давайте, располагайтесь.

Сесиль немного потопталась у входа и аккуратно потёрла носик тыльной стороной ладони.

— Малыш, а мы не можем эти палочки затушить? От них же голова кружится… — её голос стал томным и капризным.

Тарен посмотрел на стол и усмехнулся:

— Зайка, ты же видела огненных, они от каждого оборота, заванивают нам всё серой! А у нас, между прочим, обоняние обострённое. Так что радуйся, что пахнет хоть чем-то приятным.

Он поправил одну из палочек, стряхнув с неё пепел, отчего та затлела ещё сильнее. Я сдержанно откашлялась. Голова от запаха начала кружиться.

Сесиль послушно кивнула, прошла и уселась на большую мягкую подушку у столика. Я последовала её примеру. Уходить сейчас было страшно, так что я села на подушку рядом со столиком, стараясь как можно ниже оттянуть подол платья, прикрывая ноги.

Осмотревшись сквозь дым, наконец различила присутствующих. Кроме Тарена напротив и Сесиль рядом, в комнате была девушка, обнажённая до пояса, чью грудь прикрывали странные каменные пластины. Два здоровяка с непримечательными, скучающими лицами. И один парень, фигура, которого была слишком худой для оборотня.

— Так, во что будем играть? — весело произнёс Тарен, потирая руки.

Буду рада подписке, лайку, комментарию и тому, что добавите книгу в библиотеку.

Спасибо, что читаете мою историю. Я только дебютирую на портале, и ваша поддержка для меня невероятно важна ❤️

Глава 20

Элира

— Тарен, ты случайно не воздушник? — фыркнула девушка в каменном корсете. — Притащить сюда двух магичек, что за легкомыслие.

Ну началось.

— Яра, ты тоже слишком вспыльчива для земли. Выдохни, — Тарен потянулся в кресле. — Расслабься.

Я и не знала, что они унижают друг друга через стихии. Чувствуя себя неловко, выжидала момент, чтобы вежливо уйти.

— Что мы будем делать вместе? — спокойно спросил худой парень.

— Налаживать межрасовую коммуникацию, — усмехнулся Тарен и скользнул взглядом по Сесиль.

Она сидела прямо, с лёгкой улыбкой, будто у себя дома.

— Не хочу я с ними ничего налаживать, — Яра резко вытянула руку и сжала кулак.

Пол под ногами дрогнул, будто от подземного толчка. Мы с Сесиль покачнулись. Колыхание плит было скорее демонстративным, чем опасным, но глаза Сесиль вспыхнули.

— Яра! — возмутился Тарен. — Мы не силой мериться собрались.

Судя по полураздетому виду и почти завершённому обороту, Яра собиралась уединиться в этой комнате с кем-то из парней, а может со всеми?

Я отвела от неё глаза, стараясь не злить.

— А жаль, — оборотница взглянула на ногти.

— Да ладно тебе, малыш, чего такой серьёзный? Мы же просто играем, — сладко протянула Сесиль и взмахнула рукой.

Карты со стола подхватила левитация и они вихрем полетели в лицо Яре.

— Придумал! — радостно выкрикнул один из неприметных парней как раз в тот момент, когда Яра уже собиралась взорваться. — Тарен, сделай на столе арену и каждому по голему! — он воодушевлённо придвинулся ближе.

Тарен пожал плечами. Отвёл руку, в сторону, камень, сорвавшись со стены, проплыл по воздуху и мягко опустился на стол.

Пальцы оборотня задвигались, будто он лепил из невидимой глины. Каменная глыба послушно приняла форму миниатюрной арены, точной копии той, что была в Академии. Затем к каждому в комнате подошёл смешной человечек размером с палец.

— И зачем это, Марк? — Яра с отвращением покрутила своего голема и, щёлкнув пальцами, приростила ему хвост и рожки.

— Сражаемся, пока не останется один. Победитель загадывает желание, — объявил Марк, скинул пиджак и закатал рукава. Его голем встал в центр и окружил себя кольцом огня.

Через минуту рядом с ним стояли ещё пять человечков. Все взгляды устремились на меня. Я взглотнула и отправила своего бойца на арену.

— Начали!

Голем Яры сразу подрос, подскочил к пылающему человечку и одним ударом размозжил ему голову.

— Нечестно! — вскрикнул Марк.

— А что такого? — фыркнула Яра. Её каменный воин уже ловил следующую жертву.

— Понятно, кто победит, — хмыкнул худой парень, когда его аватара сбили с ног.

Тем временем голем Тарена приблизился к фигурке Сесиль и отвесил ей поклон.

— Прости, зайка, но желание мне нужно, — усмехнулся он и рванул вперёд.

В тот же миг Яра кинулась на моего человечка. Я еле успела отбросить его в сторону.

Голова гудела от усталости и дыма, но сдаваться я не собиралась. Я маг, и не позволю размазать своего бойца по арене. Одной рукой управляя левитацией, вторую отвела в сторону:

— Мир восемь, нужен маленький молот, — прошептала.

Над ареной открылся портал, и из него в руки моему человечку выпало миниатюрное оружие.

Тем временем Тарен расправился с големом Сесиль и двинулся к нам.

Мой боец отчаянно отбивался от двух каменных гигантов. Металл звенел, высекая искры.

— Держись! — прошептала я.

Но голем Тарена нанёс точный удар. Молоток отлетел, и мой человечек рухнул на колено.

Всё. Конец.

Глава 20.1

Элира

Однако Тарен не стал добивать его. Вместо этого развернулся и всей массой обрушился на голема Яры. Видно, её заносчивость его достала.

— Эй! — взвизгнула оборотница.

Два каменных создания с грохотом сцепились и через секунду голем Тарена разлетелся на куски, осыпав стол осколками.

В комнате повисла тишина. Кто-то свистнул. Теперь на арене остались только мы с Ярой. Она самодовольно выпрямилась:

— Ну, магичка, заканчивай это. Вы не для драк созданы.

Во мне что-то щёлкнуло. Азарт, злость, желание доказать — всё смешалось. Не хочу проигрывать!

— Мир номер два. Вода! — выдохнула я.

Воздух дрогнул. Раздались испуганные возгласы. Открывать стихийный портал под землёй было рискованно.

— Ты с ума сошла… — прошептала Сесиль.

Но над моей ладонью не возникло разрыва. Лишь с лёгким шипением появилась идеально круглая дырочка, и из неё на арену хлынула тонкая, но мощная струя.

— Ого, — выдохнул Тарен.

Открыть портал с такой точностью, чтобы вызвать ровно то, что нужно, и ни капли больше. Это было высшее мастерство. Почувствовав на себе чужие взгляды, расправила плечи.

Я хороший маг. Я справлюсь.

Струя накрыла голема Яры, смывая его с арены, но каменный воин упрямо полз вперёд.

В этот момент раздался вздох.

— Рейнер, присоединишься? — крикнул Тарен, не отрывая взгляд от боя.

Не оборачиваясь, я услышала за спиной низкий, злой голос:

— Ты решила нас всех похоронить?

— Не драматизируй, у нас тут полно стихийников, не утонули бы, — отмахнулся Тарен. — Но ты посмотри на контроль! Чистейшая работа.

— Дай мне фигурку, — резко сказал Рейнер.

На арене тут же появился третий боец. Голем Алькора, управляемый левитацией, двигался быстрее и точнее моего. Он схватил голема Яры за хвост, швырнул о стену, и тот рассыпался на куски.

Как только пыль осела, голем куратора повернулся ко мне.

— Ну что, меня тоже водой обольёшь? — сухо бросил Алькор.

Осколки камней поднялись и полетели в моего человечка. Я заставила его отступать, но левитация Рейнера была безупречной: точной, сильной, уверенной. Его контроль был на порядок выше.

«И это он не может открыть портал?»

«Да как ты…» — отозвалось в голове. Видимо, он снова услышал мои мысли.

Его голем ринулся вперёд и обрушил на нас каменную стену, похоронив под ней обоих. Грохот прокатился по комнате, и всё стихло.

— Ну вот, — усмехнулся Тарен. — Кто теперь победитель? Кто загадывает желание?

— Думаю, я, — спокойно ответил Рейнер. — Удар был моим.

Он положил руку на шею и чуть откинул голову. В этом ленивом движении было что-то невыносимо раздражающее.

— Конечно, — выдохнула я, чувствуя, как вскипает обида за моего человечка, оставшегося под камнями. — Кроме левитации, ты ведь больше ничего и не сделал.

Я сразу поняла, что сказала лишнее.

Его взгляд стал стальным. В комнате повисла тишина. Даже Тарен не осмелился пошутить.

— Пойдём, — тихо сказал Рейнер. — Поговорим.

Все замерли. По спине пробежал холодок.

— Моё желание, — уточнил он. — Вставай.

Пришлось подчиниться. Мы вышли из комнаты, прошли несколько шагов до ближайшей двери. Он рывком распахнул её, втолкнул меня внутрь и вошёл сам.

Громкий хлопок отрезал нас от остального мира.

Глава 21

Рейнер

Рейнер вдавил Элиру в стену. Она громко выдохнула, ударившись спиной. Его кулак сжал ткань её платья так сильно, что костяшки побелели. Рука дрожала от едва сдерживаемой ярости.

— Только левитация? — выдохнул Алькор сквозь зубы.

В порыве злости, его магия вырвалась сама собой и позади с оглушительным хрустом разлетелось стекло. Прежде чем Рейнер успел осознать происходящее, осколки, подхваченные левитацией, взметнулись в воздух и устремились к девчонке. Он мгновенно отвел свободную руку в сторону и сжал кулак, острые куски разбитого стекла застыли в нескольких сантиметрах от её лица.

— Слушай сюда, тварь портальная! — прошептал Алькор. — Если ты хоть на секунду возомнила о себе что-то из-за слухов о нашей помолвке… очнись! — он встряхнул её и снова ударил о стену. — Ещё раз откроешь рот не там, где положено и я сделаю всё, чтобы тебя признали человеком! Потрачу все силы, чтобы ты, при всей своей магичности, провалила экзамен. А потом выкуплю тебя и продам на

Он резко опустил руку, удерживающую стекляшки в воздухе, и те со звоном осыпались на пол.

— С этого момента, — его голос стал тихим и пустым, — мы держимся друг от друга на максимальном расстоянии, какое позволяют браслеты. А если всё-таки станем супругами… я не хочу тебя ни видеть, ни слышать.

Рейнер всё ещё сжимал ворот её платья, чувствуя под пальцами, неровное дыхание Виолки.

— Если за один день ты довела меня до такого… у тебя настоящий талант, — с усилием Алькор оторвал руку от её груди, закинул себе за спину и обхватил запястье, будто заковывая сам себя. — Просто оставь меня в покое. — Произнёс он уже хрипло, больше с мольбой, чем с угрозой.

«Надо успокоиться. Она того не стоит», — он сделал шаг назад и отвернулся.

Когда ярость отступила, Рейнер наконец заметил, что они находятся в мрачной гардеробной с металлическим крюками на стенах и вешалками, на которых почти не было вещей. У стены увидел пустую металлическую раму в человеческий рост. Видимо, там было зеркало, которое разбила его магия.

«Зря так сорвался. И эта сейчас рыдать начнет», — с отвращением подумал он, поворачиваясь к Элире. Но увидев её лицо, замер:

— Не плачешь?

Она не тряслась, не скулила, не вырывалась. Стояла, прижавшись к стене, плотно сжав губы. Он заметил, как выгнулись её брови, как покраснел кончик носа, как дрогнул подбородок.

«Ты, действительно, можешь уничтожить моё будущее», — пронеслось в голове у Рейнера, и внутри стало пусто, будто все чувства выжгли. Ни грусти, ни страха, ни боли.

«Её эмоции? Этой девчонки? Не боится?»

— Уже нечего бояться. Ты сейчас не сделаешь ничего хуже, чем то, что со мной случится, — она шмыгнула носом и поправила платье, которое задралось так высоко, что почти не прикрывало бедра.

— Ты меня не услышала? — Рейнер снова ощутил, как в груди поднимается раздражение. — «Неужели не поняла? Всё ещё не боится и дерзит?»

— Я всё поняла и прекрасно тебя слышу, — Элира посмотрела снизу вверх и сделала шаг в его сторону. — Меня провалом экзамена уже не напугаешь. А то, что выкупишь потом, даже лучше, чем оказаться с Мореном…

— Да что ты несёшь?

«Что сегодня за день такой!? И зачем она приперлась сюда? Что этой мелочи от меня надо?» — Рейнер нахмурился, собираясь с мыслями:

— Чего ты хочешь? — навязчивость девчонки и такая резкая перемена в её поведении действовали на нервы.

— Хочу, чтобы ты сдал экзамен. Открыл портал и стал магом. — Она подошла ближе. Он невольно отступил.

— Мне осточертело быть слабой. Я тоже хочу сдать, получить диплом и свой статус. Хочу быть магом, а не чьей-то девкой для торгов. Хочу свободы. Хочу принадлежать себе! Нечестно, что у меня раз за разом забирают этот шанс! Я устала.

Она резко раскинула и подняла руки, осколки взлетели в воздух. Рейнер усмехнулся:

— Хочешь убить? Думаешь, сможешь? — он скользнул взглядом по острым кускам стекла.

Глава 21.1

Элира

«Разве это поможет? Тогда меня просто казнят, а не отпустят», — мелькнуло в его голове, и осколки пролетели мимо, возвращаясь в треснутое зеркало.

— Тогда как ты собралась стать свободной?

— Уже сказала, как. — Элира подошла к разбитому зеркалу. Стоило ей отпустить одну руку, как стекло снова вывалилось из рамы и посыпались на пол. Она грустно пожала плечами, — «не держится».

— Конечно не держится, оно ведь разбито, — надменно фыркнул Рейнер.

— Мир восемьдесят три. Жидкое стекло, — Элира выставила кисть ладонью вверх и над ней вспыхнуло ярко-синее свечение. Из круглого портала, она одной рукой вытянула тонкую струю блестящего тягучего вещества и направила его к раме. Второй заставила осколки вновь подняться с пола и вернуться на своё место. В комнате стало жарко. Стоило расплавленному стеклу коснуться рамы, как раздалось тихое шипение. Не отвлекаясь от восстановления зеркала, Элира добавила спокойно:

— Ты откроешь портал и получишь свой диплом.

— Ты же в курсе, я проваливаю экзамен уже который год, — слова Рейнера прозвучали, как признание, от которого свело желудок.

— Знаю. Но в этот раз ты откроешь. Я помогу. И ты станешь сильнейшим магом поколения.

Шипение стихло. И в раме застыло новое зеркало, собранное из старых осколков, кривое, и с искажённым отражением, но всё же это было зеркало.

Вдруг внутри Рейнера вспыхнула уверенность в том, что на этот раз всё получится. Безусловная вера в то, что он сможет, причём не его собственная. Её.

«Девчонка знает, что я открою портал?»

— Да, — она повернулась к куратору. — Предлагаю пари. Если ты это сделаешь и станешь свободным магом, пообещай, что и я стану свободной. Меня не выдадут ни за тебя, ни за кого-то другого.

— А если нет?

— Тогда я стану твоей женой. И ты сможешь отыграться, как посчитаешь нужным. Мне уже будет всё равно.

— Почему так уверена?

— Я хороший маг. Я научу, — сказала она, протягивая ему руку.

Маленькая, хрупкая девчонка с красным носом, едва достававшая до его плеча, сейчас стояла перед Рейнером, как настоящий деловой партнёр.

— Ха! — он не сдержал смеха. — Ты обучишь меня?

Элира не убирала протянутую руку.

— С чего ты решила, что я буду у тебя учиться?

— Иначе ты снова провалишься и останешься никчёмным слабаком, способным только на левитацию, — Виолка смотрела прямо в его глаза. — Жми руку, Алькор, пока я предлагаю помощь.

Рейнер молча смотрел на эту мелочь, уверенно стоящую перед ним и не находился, что ответить.

Ни одно грубое слово не лезло в голову. Больше не было злости или раздражения. Внутри Алькор чувствовал её уверенность и что-то ещё. Совсем маленькое, что он припрятал, боясь показать. Теплый комок благодарности, за этот порыв, за эту веру в него, которую Рейнер никогда раньше не чувствовал.

— Ну и? — громко спросила Виолка.

Решившись, Рейнер крепко сжал её маленькую ручку:

— Если ты поможешь мне открыть портал, даю слово, ты станешь свободной.

«Да!» — разнеслось в его голове. Лицо девчонки вспыхнуло такой радостью и детской наивностью, что он тут же погрустнел:

— Кому я только доверился.

— Будем тренироваться, когда ты можешь?

— Сейчас это обсуждать собираешься? — нахмурился Алькор.

В этот момент в дверь громко постучали и раздался раздраженный голос Сесиль:

— Элира, с тобой всё в порядке?

— Да! Иду. — Виолка шагнула к двери, а в голове у Рейнера мягко прозвучало, — «тогда скажи свое расписание, надо начать как можно скорее.»

Глава 22

Элира

Получилось!

Я смогла уговорить его поработать вместе, а это казалось почти невозможным.

Мелкая дрожь пробежала по рукам, тело замёрзло,

Мне очень помогли его эмоции, надо цепляться за них почаще. Оказывается, иногда полезно быть надменной и агрессивной! Хотя и он, зацепившись за мои переживания, стал спокойнее. Мягче, что ли.

— Что вы там делали? — Сесиль навалилась на меня, и её злой шёпот пробился сквозь музыку. — Элира, что вы делали?

— Он просто накричал на меня. Сказал держаться подальше, — прокричала я ей в ухо.

— И правильно сделал. Так будет лучше. Он не тот, с кем стоит сближаться, я беспокоюсь о тебе. — Натянуто улыбнувшись, Сесиль потащила меня обратно в комнату.

Запах палочек тут же ударил в нос, и я сморщилась.

Тарен всё ещё сидел в кресле. Яра устроилась между Марком и непримечательным парнем, а худой мальчишка явно скучал. Со стола убрали арену, и теперь в центре лежал каменный диск со стрелкой.

— Что это? — я придвинулась, но ответа не последовало.

В комнату вошёл Рейнер.

— Так быстро закончил? Теряешь хватку, — громко рассмеялся Тарен.

— Не слишком ли ты озабочен моей личной жизнью? — Рейнер плюхнулся в кресло. — Лучше бы о своей подумал.

— Как раз этим и занят, — Тарен весело раскрутил стрелку. — Кто играет?

Все, кроме меня и Алькора, кивнули.

— А тебя, Рей, я не спрашивал. Ты мне желание должен, — усмехнулся Тарен, даже не взглянув на куратора.

— Тебе бы перестать спорить на желания, одна чушь в голове, — Рейнер закатил глаза. — Но ладно, давайте.

— А что за игра? — не выдержала я.

— На кого укажет стрелка, тот целует крутившего, — бросила Яра.

— Туда, куда он скажет, — добавил Марк.

Будь я в приятной компании, может, и сыграла бы. Но целовать кого-то из присутствующих совершенно не хотелось.

— Думаю, уже пойду. Спасибо за… — я поёрзала.

Но Тарен не дал договорить:

— Рейнер то желание из-за тебя проспорил. Ты тогда на поле ему на голову свалилась, так что нечестно бросать его одного.

Глупая манипуляция, но сказанная оборотнем в его доме. Я осталась сидеть перед столом, осмелившись лишь тихо пропищать:

— Только давайте недолго.

Поначалу везло.

Яра жарко поцеловала Тарена в губы. Тарен, улыбаясь, указал Сесиль на шею, и та нежно коснулась губами его кожи.

Потом Сесиль раскрутила стрелку. По её взгляду, скользнувшему в сторону Рейнера, было ясно, кого она хочет. К нашему общему разочарованию, стрелка остановилась на мне.

Сесиль, не худший вариант. Я спокойно могла поцеловать её в щёку, мы так обычно и здоровались.

Я уже потянулась к ней, но подруга покачала головой и постучала пальцем одной руки по тыльной стороне другой, потом пренебрежительно вытянула её мне. В этом жесте отчётливо читалась злость за то, что я привлекла к себе слишком много внимания куратора.

Пришлось наклониться и быстро чмокнуть её холодную кисть.

Теперь была моя очередь. Взявшись за шершавую поверхность каменной стрелки, резко дёрнула её.

Куда целовать, чтобы не выглядело интимно? Плечо? Лоб? Щека?

Стрелка сделала несколько оборотов и замерла напротив Алькора.

Ну конечно. Иначе и быть не могло.

Быстро поднявшись на ноги, я замялась.

Так нельзя, Сесиль не простит.

— Думаю, мне всё же пора, — отступила к двери.

Тарен хлопнул Рейнера по плечу:

— Что ты с ней сделал, что она от тебя шарахается?

Рейнер лишь закатил глаза.

— Без этой херни, — фыркнула Яра, — села играть, значит, играешь. А то хвостом крутят. Что, мальчик понравился, засмущал тебя, бедненькую?

По щекам разлился жар. На ватных ногах я подошла к Рейнеру, мысленно перебирая варианты: щека? плечо? кисть?

Замерла в нерешительности.

«Хватит уже метаться! Просто катастрофа какая-то…» — прозвучало в голове. Я даже не успела понять, как он взял меня за запястье и усадил к себе на колени. Потом уверенно обхватил ладонями моё лицо и притянул к себе.

От неожиданности я напряглась, сжалась и закрыла глаза. Когда он целовал ту девушку на диване, всё выглядело агрессивно. Сейчас же его прикосновение было поразительно мягким почти невесомым.

Внутри всё похолодело, а затем по телу прокатилась внезапная волна жара. Его палец медленно очертил линию скулы, коснулся мочки уха и скользнув по шее дотронулся до ключицы.

Мысли спутались, растворившись в густом, опьяняющем ощущении. Это было непохоже ни на что. С Мореном поцелуи были другими. Напоминавшие холодный ритуал, формальность или требование, они не заставляли мир сужаться до точки, где остаются только губы, прикосновения и сбивчивое, общее дыхание.

Рейнер не останавливался. Он просто целовал, и с каждым движением губ моя зажатость таяла. Руки сами потянулись к нему. Одна прижалась к груди, чувствуя под тканью рубашки горячую кожу и бешеный стук его сердца, вторая впилась в волосы.

Он ответил глухим стоном, и его рука, скользнув по шее, притянула меня ещё ближе. Воздух закончился, и я, чуть отстранившись, выдохнула прямо в его губы. Голова закружилась.

«Мы же при всех!» — успела мелькнуть единственная трезвая мысль.

В ту же секунду он чуть прикусил мою нижнюю губу. Не больно, но достаточно, чтобы по спине побежали мурашки, а в животе ёкнуло. Мысль испарилась.

Не стало ни комнаты, ни людей. Остались только его губы, тёплые и влажные, его руки, крепко державшие меня, не давая соскользнуть с колен, и его дыхание, смешавшееся с моим.

— Ну что ты, Рей, не стесняйся! — голос Тарена грубо ворвался в тишину.

Дёрнувшись, я вскочила с колен Алькора и только тогда открыла глаза.

— Действительно, пора, — ледяным тоном произнесла Сесиль, уже поднявшись. — А то некоторые тут скоро по рукам пойдут. Спасибо за… приятный вечер.

Не глядя на меня, она развернулась и вышла.

Глава 23

Элира

Бездна, почти успела!

Толкнув дверь в комнату Рейнера, я влетела внутрь, едва не выронив сумку. Замерла на пороге, облокотившись о холодную стену и пытаясь отдышаться. Пробежка до четвёртого этажа оказалась утомительнее, чем я думала.

— Опоздать на первую же тренировку, — ленивый, но выразительный голос куратора донёсся из гостиной. — Какой пример ты подаёшь ученику?

— Прости, — выдохнула я, хотя извиняться вовсе не собиралась. Это ведь и его вина!

С того злополучного поцелуя моя комната превратилась в филиал мёртвых земель. Уже три дня Сесиль, не разговаривая со мной, вела подпольную войну: сначала «случайно» залила конспекты чернилами, потом «нечаянно» подпалила одеяло, а сегодня утром все мои вещи оказались под кроватью, завязанные в узлы. Пока я распутывала этот хаос, не уследила за временем и опоздала.

— Ты там уснула?

Дёрнувшись, я быстро прошла в гостиную. Окно было приоткрыто, оттуда тянуло морозом и свежестью. Рейнер сидел на кожаном диване, вальяжно

При одном взгляде на куратора, тут же вспомнила прикосновение его губ и отвела глаза, стараясь не смотреть ему в лицо. Остановившись посреди комнаты, прикусила губу и замялась. Повисло неловкое молчание.

В голове всё шумит, мысли сбилась, и сжало живот. Рейнер тоже не помогал, продолжая молча сидеть и упрямо нагло меня рассматривать. Что сделать? Надо сделать вид, что ничего не было! Ничего и не было просто играли.

С чего вообще начинать? Так, надо собраться! От этих уроков зависит наше будущее, вообще-то.

— Ты готов? — спросила я, лишь бы завязать разговор.

Рейнер кивнул.

— Так, давай разберёмся, почему ты не можешь открыть портал. — Я села на диван, достала из сумки зелёный кожаный ежедневник и приготовилась записывать.

Рейнер ухмыльнулся, поднялся и подошёл к столешнице. — Конечно, давай, как же я сразу не догадался! Надо просто понять причину, — язвительно сказал он, наливая из графина напиток, похожий на апельсиновый сок.

Проследив за моим взглядом, налил второй стакан.

— Думаешь, я не пытался? Если бы я знал, — он подошёл и поставил один из стаканов на стол, придвинув ко мне, — то давно бы уже разобрался с этой проблемой. Не падал бы так низко и не обращался за помощью к наглым резервникам.

Не обращая внимания на грубость, я записала его слова и постучала карандашом по полям:

— Так, а ты не можешь открыть только уникальный портал, или вообще никакой? — уточнила я, уже догадываясь об ответе.

Открыть собственный, уникальный портал значило найти мир, которого прежде не существовало, тот, которому потом присвоят номер. Это задание на «отлично». Чтобы получить хотя бы «тройку», достаточно было открыть несколько мощных, но уже известных порталов, например, в мир № 1085, где бушует вечное пламя, и суметь удержать его под контролем.

Если Рейнер проваливал экзамен раз за разом, значит, он не способен открывать даже чужие миры. Его короткий кивок подтвердил мою догадку.

— Что, за такое уже не берёшься? — хмыкнул он, допивая сок залпом.

— Нет-нет, конечно нет. Сейчас во всём разберёмся. Покажи, пожалуйста, как ты открываешь порталы.

Он громко поставил стакан и отошёл в центр комнаты. Резко поднял руку:

— Мир номер один. Пустота.

Над ладонью вспыхнуло слабое, неровное синее свечение и мгновенно погасло, не сформировав портал. Рейнер сжал кулак.

Отложив блокнот и карандаш, подошла к нему. Никогда раньше не видела ничего подобного. Даже дети магов способны открывать хоть какие-то порталы, пусть слабые, крошечные, иногда неконтролируемые.

Я не заметила, как взяла его кисть обеими руками и начала внимательно её рассматривать.

— Так, — смущённо отстранилась. — Попробуй, пожалуйста, ещё раз.

Рейнер снова и снова повторял попытку. Призывал и мир с пустотой, и с водой, и с металлом. Я обошла его кругом. Поза правильная, движения точные, тело держало идеальный баланс, голос ровный и твёрдый. Всё было выполнено по учебнику, но синие вспышки упрямо гасли.

Если дело не в теле…

Вернувшись к дивану, я открыла блокнот и выписала несколько пунктов, от которых зависел успех призыва.

Физиология — вычеркнула. Не подходит. Голос, правильные интонации и точные конкретные формулировки — вычеркнула. Внутреннее состояние.

Магия всегда откликается на характер мага. Вспыльчивые легко вызывают огненные порталы. Трусливые способны лишь на крошечные щели. А у него что?

Я покосилась на Рейнера, все физические показатели точно в норме, значит дело в голове. Боится? Сомневается?

Алькор еще раз вскинул руку и попытался открыть портал. Опять вспыхнули искры и тусклый свет и тут же всё погасло. Внутри меня появились его раздражение и усталость. Он даже не злился, а скорее послушно ждал, когда закончится неприятная процедура, от которой не будет никакой пользы. Он не верит в то, что я ему помогу.

Записала эту мысль и ещё раз вслушалась в чувства, которые Алькор неосознанно транслировал. Головой он очень хотел, чтобы всё получилось, но внутри не было ни веры, ни надежды. Скорее пустота и желание поскорее всё это закончить.

Обвела слова «нет веры», когда Рейнер внезапно сел рядом. Его нога коснулась моей, рука легла на спинку дивана.

— Пока не понимаю, — чуть отодвинувшись, протянула ему ежедневник с пометками. — А когда впервые пытался открыть портал?

— Думаешь, я помню? — он закинул руки за шею и откинул голову. — Наверное, после церемонии левитации. Я тогда справился, меня признали магом. Кажется, отец сказал открыть портал, я попробовал и не смог.

Он сел ровно и посмотрел на меня строго:

— Ну что, великая магичка, что со мной?

Не получилось с первого раза и поэтому больше не смог? Решил, что уже не получится? Я точно, когда-то читала про то, что внутренние блоки мешают открывать портал. Может и у него так?

Глава 24

Элира

Выскочив из комнаты, я поплелась к столовой.

Всё получилось хуже, чем ожидала. Как же с ним тяжело!

Но как Алькор смог сделать это в будущем? Он ведь открыл свой уникальный портал во время прорыва Скверны в стенах Академии. Может, так повлиял страх смерти?

Вздрогнула и остановилась. Не услышал ли он эти мысли? Вслушалась, в голове было тихо. Вроде нет. Надо понять, как это контролировать, а то недолго и всё ему выболтать.

Быстро продолжила спускаться по лестнице.

— Может, пригрозить ему? — я покачала головой. Нет, не испугается. Может, приободрить? Тоже глупо. Что я скажу? «Вперёд, птенчик, ты всё сможешь»? — какой же бред.

Что делать? Как внушить уверенность? Можно ли её вообще внушить?

Я вошла в большой зал столовой и сразу услышала, как шёпот стал громче. После нашего поцелуя с куратором это, конечно, стало всеобщей сплетней. Но сейчас было не до того.

Прошла к буфету, опустив глаза в пол. Взяла тарелку с кашей и устроилась за дальним столом. Машинально съев несколько ложек, даже не почувствовала вкуса.

Чтобы он поверил, нужно хотя бы какое-то подтверждение. Чтобы этот упрямый баран хоть раз увидел свои силы. Как показать ему, что он маг?

— Элира, нам надо поговорить, — Сесиль появилась у моего стола так внезапно, что я дернулась. — Хотела сказать, что верю тебе! — произнесла подруга нарочито громко.

Сердце ухнуло в груди. Она игнорировала меня уже три дня, а тут такое заявление. Не думаю, что она меня простила. Явно что-то задумала. Но что делать? Не бежать же из столовой.

— Веришь мне? — я постаралась сказать это как можно спокойнее.

— В то, что ты маг, — она выгнула брови и сочувственно улыбнулась, — я верю! Знаю, что ты не специально

— Вот как, — сжала ложку.

Раньше я бы обрадовалась её словам, тому, что она простила меня и снова разговаривает. Но сейчас её тон был настолько приторно липким, что хотелось помыться.

«Зачем вообще ты с ней общаешься?» — едко пронёсся в голове упрёк куратора. — «Она же смотрит на тебя как на грязь, выставляет последней дурой и обращается как с мусором. Тебе такое нравится?» — хмыкнул Рейнер и тут же исчез, но внутри осталась его язвительная насмешка.

Его слова, показались мне правильными, и по телу прокатилось отвращение к Сесиль. И я ещё считала её подругой? Да она же ненавидит меня!

— Знаешь, а я тебе нет! — встала, забрала посуду и пошла к двери.

— Элира! — жалобно вскрикнула Сесиль.

— Ты же всегда, просто пользовалась моими знаниями и тем, что я молча терпела всё, что ты делаешь. Лицемерка и лгунья!

— Как ты можешь такое говорить! — на глазах Сесиль навернулись слёзы.

Но я уже не обращала внимание на её спектакль, вышла, бросив тарелку на поднос.

Вот мерзкая лгунья. Только зачем она устроила это при всех? Не понимаю. Как вообще кто-то может поверить в такую ложь? И ведь не постеснялась, глядя мне прямо в глаза, нести эту чушь. Как я могла с ней дружить? Как могла верить и не видеть очевидного?

Она всегда врала. Хорошие оценки, лишь воровство моих работ, а её репутация, сплошное притворство и лизоблюдство. Ей всё позволено. Она берёт всё, что хочет, пока я всегда играю по правилам.

По правилам! И чем это закончилось в прошлом? Она стала Сесиль Алькор, первой леди страны. А я, женой Морена.

Я дошла до комнаты и плюхнулась на стул. Достала из сумки ежедневник, полистала записи.

— Ладно, пусть делает, что хочет, больше не поведусь на её игру в дружбу и всё! Сейчас надо сосредоточиться на Рейнере. Его успех важнее всего.

Вера в себя… Как её внушить? Нахмурилась и прикусила губу. А что, если взять пример с Сесиль. Немного приврать, но зато дать ему увидеть?

От этой мысли пальцы похолодели. Я сжалась, стараясь спрятать идею, чтобы Рейнер не услышал её. Если я права, это может помочь. Но если нет, нашему сотрудничеству конец. Он больше не поверит мне.

Ну и пусть. Ему и так конец, если я не смогу показать хоть какой-то результат.

— Когда следующая тренировка? — открыла расписание. — Завтра. — Решительно кивнула. — Рискну.

Глава 25

Элира

Весь оставшийся день я держала каждую мысль под контролем, стараясь думать о чём угодно: о парах, еде, погоде. Лишь бы не проболтаться о своём плане. Но чем сильнее я задвигала нужные мысли, тем труднее становилось.

После занятий заглянула в библиотеку. Привычный запах корицы сразу успокоил натянутые нервы. Осмотревшись, заметила Талию. Она стояла на лестнице высоко над полом и опасно покачивалась.

Подбежав, я хотела её придержать, но библиотекарша уверенно крикнула:

— Не трогай! Трудности закаляют характер!

— Ты только не свались, пожалуйста, — пожала я плечами.

— Не переживай за меня! — Талия водрузила несколько толстых томов на полку. — Как у тебя дела, как птенчик поживает? — хихикнула она.

— Пока неважно, — я покрутила браслет. — У тебя есть книги про военные артефакты?

— Про такие, как у тебя на руке? — уточнила, даже не глядя в мою сторону. — Аккуратно, лови! — крикнула она и сбросила вниз массивный том.

Я едва успела прикрыться руками и поймала кожаный кирпич левитацией.

— Как тебе вообще доверили библиотеку? — пробормотала и хотела вернуть книгу, но Талия покачала головой.

— Иди читай. Это о модификациях твоего браслета. Разве не это ты искала?

— Оперативно. Спасибо, — я направилась в свою любимую комнатку и устроилась в кресле.

Пропустила пару глав, с грустью осознав, что автор обожал лить воду и вставлять личные рассуждения туда, где требовались только факты.

Но всё же в разделе о модификациях нашла описание, полностью соответствующее моему браслету:

«При повышении пульса мысли одного носителя немедленно транслируются другому, чтобы тот мог вовремя прийти на помощь или установить связь в критический момент. Вместе с мыслями могут передаваться и чувства, на случай, если союзник находится в бессознательном или опасном для жизни состоянии».

— Так вот оно что! — захлопнула книгу и вскочила с кресла. — Нужно просто управлять эмоциями!

Первая вспышка радости от найденного решения тут же сменилась привычной тревогой. Как управлять эмоциями, если одна лишь мысль о том, что нельзя нервничать, уже заставляет сердце сжиматься от паники?

Вышла в коридор и увидела Талию. Она шла мелкими, неуверенными шагами, держа в руках шаткую башню из фолиантов. Чтобы не уронить эту громаду, прижимала её подбородком, а пальцы, впившиеся в корешки, побелели от напряжения.

Бросившись к ней, я едва успела подхватить пару томов с самой вершины. «Башня» тут же перестала угрожающе раскачиваться, и я с облегчением выдохнула.

— Слушай, — начала без особой надежды, пока мы шли. — У тебя нет каких-нибудь секретных рецептов? Ну, зелий, которые приглушают эмоции?

Талия резко покачала головой, так яростно, что чуть не рассыпала книги.

— Даже если бы и были, Элира, нет. Ты же знаешь, я такое не поддерживаю.

Понимающе кивнула. Мы как раз дошли до стола. Я поставила свою часть книг и уже собиралась уходить, когда она вдруг повернулась ко мне:

— Знаешь, как говорил один великий маг в Хрониках Севера? — её голос стал тише, задумчивее. — Покой — это не отсутствие бури, а расстояние между тобой и ею. Попробуй смотреть на всё со стороны, как на спектакль. Не впускай эмоции в самое сердце. Не позволяй им управлять тобой. В крайнем случае представь, что ты героиня книги, просто проживающая чужую роль. Так проще не принимать всё слишком близко.

Сделав очень серьёзное лицо, кивнула:

— Спасибо. Это интересная мысль.

Хотя зелье было бы надёжнее.

Глава 26

Элира

— Просто не нервничать? — сказать легко, а вот сделать.

Попыталась представить, что смотрю на себя со стороны, будто всё происходящее, лишь одна из историй Талии. Но это оказалось непросто.

Покусывая губу, я стояла перед куратором в его комнате. Вторая тренировка почти не отличалась от первой: он был в той же одежде, а на столе стояли два стакана с апельсиновым соком.

— Придумала что-то? — первым нарушил молчание Рейнер. Наверное, потому, что, войдя к нему, я уже несколько минут стояла

Больше тянуть было нельзя.

— Да, придумала, — уверенно сказала и выдохнула.

Нельзя нервничать. Главное, чтобы мои мысли остались только моими. Держи пульс.

— Встань, пожалуйста, рядом, — я указала на пол перед собой.

Рейнер подошёл.

— Мне нужно дотронуться до тебя.

— Вперёд, — усмехнулся он.

Я встала напротив и взяла его руки в свои. Мои холодные пальцы обожглись о его горячую кожу.

— Закрой глаза.

— Ты уверена, что собираешься заниматься магией? — его тон был нарочито весёлым.

Вдох. Выдох. Держи пульс. Смотри со стороны.

Не отпуская рук, придвинулась ближе к Рейнеру:

— Закрой глаза.

Перед тем как подчиниться, он успел картинно закатить их, но всё же сделал то, о чём я просила.

— Сегодня ты будешь открывать портал, который я опишу. В детстве я часто оставалась запертой в тесной кладовке, — сердце болезненно кольнуло, но я быстро выдохнула. — Когда становилось совсем невыносимо, открывала себе маленький портал. Слабый, простой, без номера. Из него ничего нельзя было достать и в него нельзя было войти. — Голос дрогнул, но я тут же взяла себя в руки. — Для маленькой меня это был самый важный портал. Единственный, что помогал выдержать темноту и одиночество.

В голове мелькнули его чувства: сначала злость, потом лёгкая жалость. Пульс Рейнера поднялся. А мой? Нужно ускориться.

— Это окно, — прошептала я. — Крошечное окно в открытое море. В нём видны волны, небо и солнце. Там летают птицы, и нет никаких рамок. Я всегда вызывала его простым детским стишком. — Я крепче сжала его кисти. — Может, ты его знаешь? Море, море, край простой…

— Где лишь ветер и покой, — тихо добавил он.

— Да, это оно. Давай я разверну твои руки, и ты скажешь это четверостишие, представляя то, что я описала. Я буду молчать, но останусь рядом. Для поддержки.

Глядя на его спокойное лицо и закрытые глаза, я взглотнула. Он медленно кивнул.

— Хорошо, — чуть разжала его кисти, положив их на свои ладонями вверх, и выставила правильную позу для призыва.

Алькор помедлил секунду, потом его губы разомкнулись:

— Море, море, край простой, где лишь ветер и покой.

Воздух не дрогнул. Ни искорки, ни намёка на портал.

Он резко дернул кисти, и его горячие ладони легко выскользнули из моих.

— И что? — он отступил на шаг, взгляд стал колючим и насмешливым. — Ещё дурацкие идеи есть? Или на этом цирк закончился?

Я, не раздумывая, снова шагнула к нему и схватила его за запястья, пытаясь удержать их, чтобы он не вырвался.

— А ты думал с первого раза получится? — я выдавила из себя максимально спокойный и деловой тон, хотя сердце колотилось где-то в горле. — Давай продолжим.

— Да брось ты! — он отвёл глаза. — Детские стишки... Ты правда веришь, что это сработает?

— Для меня это не «детские стишки», — голос сам собой сорвался на полтона выше. Сделала паузу, чтобы взять себя в руки. — Это... часть меня. Я делюсь этим с тобой.

Он не ответил. Стоял ровно, весь напряженный, как натянутая струна. На его лице двигались желваки.

— Расскажи мне о чём-нибудь хорошем из своего детства, — попросила тише. — У тебя же такое должно быть.

Рейнер фыркнул и закатил глаза, он всё же ответил, глядя куда-то поверх моей головы:

— Ладно... Была у меня собака. Дворняга здоровенная. Мы с ней в лесу за домом носились. Я её на тропинке оставлял, командовал «Жди!», а сам в кусты. А она меня всегда находила. Наверное, по запаху, но... — он медленно перевел дух, и его плечи опустились, напряжение начало уходить. — Но тогда мне казалось, что она просто... знает, где я. Что я не один.

Его запястья в моих руках наконец расслабились, стали тяжелее и податливее.

— А ещё... с ней же мы пошли на церемонию левитации. Там только свои были. Семья да папины коллеги. Меня вытолкнули вперёд. Я руку поднял и каменное перо взлетело. Все захлопали... — он замолчал, и в его голосе послышались отголоски того давнего, чистого удивления.

Внутри него, рядом с привычным раздражением, я теперь ясно чувствовала тёплый отголосок старой радости.

Вот теперь пора.

— Закрой глаза, — снова попросила я.

Он, уже без возражений, опустил веки.

— Ещё раз.

— Море, море... — начал он, и в голосе не было ни капли насмешки, только ровная, сосредоточенная сила, —...край простой, где лишь ветер и покой.

И едва последнее слово слетело с его губ, как ослепительный синий свет прорезал комнату.

Портал оказался настолько ярким, что предметы вокруг стали отбрасывать густые, вытянутые тени. Прямо над нашими головами открылся мой родной, детский мир. Окно в море.

Рейнер открыл глаза. Сначала бегло взглянул на портал, потом резко перевёл взгляд на меня. Сердце сжалось. Я задержала дыхание, надеясь, что это поможет замедлить пульс.

— Кто это сделал? — сипло выдохнул он.

— Я не говорила ни слова, — только это и смогла ответить.

А внутри пришлось задавить признание о моём маленьком секрете. О том, что я умею открывать этот портал одними лишь мыслями.

— Рейнер, — я посмотрела на него, пытаясь понять, поверил ли.

— Давай ещё раз, — он сам вложил свои руки в мои.

Портал над нами исчез, и он быстро повторил строчку из стишка. Новый портал вспыхнул с такой же силой. Рейнер посмотрел на сияющее окно, потом на меня. Мы повторили это ещё раз. Он пристально следил за моими губами, проверял, не двигаются ли, всматривался в портал и в то, что видел за ним.

Глава 27

Элира

Собраться пришлось быстро. В коридоре какая-то аристократка посмотрела на меня как на грязь, презрительно хмыкнула и обошла по широкой дуге. Оставаться здесь нельзя. В любой момент мог выйти Рейнер, да и пары вот-вот начнутся. О них-то и стоило подумать. Я заставила себя сделать ещё несколько шагов и дошла до лестницы. Спустилась и через подземный переход добралась до аудитории.

Морена ещё не было.

— Отлично, — пробормотала, прокрадываясь на дальний ряд и забираясь в угол. Его предмет я знала лучше, чем он сам. Можно было хотя бы здесь немного передохнуть и собраться с мыслями.

Резкий голос профессора разнёсся по аудитории ещё до того, как он переступил порог. Громко топая, он подошёл к столу и швырнул на него кипу бумаг:

— Ваш поток, в целом, не блещет, но чтобы такое от моей лучшей студентки… — Морен покачал головой. — Элира Виолка, за последнюю работу у вас нет аттестации. Не знаю, что на вас нашло, но это сильно подкосило средний балл.

Я не сразу поняла, что он произнёс моё имя,

— Элира, вы слышите меня? Вы не аттестованы!

— Что?.. — вскочила с места. — Как это? Я не могла плохо написать!

— Гордыня ваш ужасный недостаток. Но прошу, успокойтесь. Всё уладим. Останетесь после пары обсудим успеваемость. — Он равнодушно сел за стол, и перешёл на свой профессорский тон, — так, ваши порталы. Кто уже решил, что не будет пытаться открыть оригинальный мир, определитесь с теми, которые будете призывать на экзамене, и сообщите списком.

— Но, профессор… — я всё ещё стояла. — Последняя контрольная была по нумерации миров. Где я могла ошибиться?

— Элира, вы хотите сейчас прервать лекцию, жизненно важную для всех студентов, чтобы обсудить личные переживания?

Пришлось сесть и молча слушать всё то, что когда-то сама писала ему в конспектах и учебных планах. Время тянулось невыносимо медленно. Наконец, Морен закончил и вежливо попрощался со студентами. Толпа, наперебой обсуждая моё «падение», хлынула из аудитории.

Не обращая внимания на шепотки, я сжала пальцы и подошла к нему.

— Элира, не стоит так переживать, — сказал он, собирая бумаги. — Мне нужно дойти до апартаментов. Пройдёмся вместе.

Он дождался, пока я выйду первой, и закрыл дверь.

— Я же говорил тебе, что всегда помогу. Ты можешь на меня положиться.

Мы шли по коридору. Морен, сохраняя любезную улыбку, продолжал убеждать, что всё хорошо и он на моей стороне.

— Но у меня не могло быть ошибок! — процедила я сквозь зубы.

— Эли, все совершают ошибки. Не стоит так расстраиваться. — Он снисходительно похлопал меня по плечу и задержал руку чуть дольше, чем полагалось.

Я не могла ошибиться. Я знала эти контрольные лучше, чем он сам. Часть из них я составляла лично. Значит, кто-то подставил меня или допустил ошибку. Но кто? Он или кто-то другой? Если Морен, то спорить сейчас бесполезно. Лучше попытаться договориться о переаттестации и позвать комиссию.

Молча мы дошли до его комнаты. В груди неприятно сжалось от дурного предчувствия.

— Заходи. Чего застыла? — он открыл дверь и пригласил меня жестом.

— Я просто… могу как-нибудь пересдать? — неуверенно потопталась на пороге.

— Заходи, Элли, обсудим.

Мы вошли в холодную, неуютную, неопрятную комнату. Я не помнила её из прошлой жизни, потому что никогда не бывала. Обычно мы встречались в его кабинете. Только после провала экзамена, когда он взял меня в жёны, я помогла ему разработать несколько уникальных миров, принесших немалый доход. Тогда он смог снять дом, куда мы сразу переехали.

Как и везде, где бывал Морен, здесь пахло липким, удушливым одеколоном. На столе громоздились бумаги, кровать была не заправлена, а на всех поверхностях стояли кружки из-под кофе. Комната выглядела бедно и уныло. Брезгливо приподняв руки, я остановилась в центре, стараясь ничего не касаться.

— Вот теперь можно поговорить по-нормальному. — Он подошёл сзади, обнял и прижал к себе. Его губы коснулись моего уха. — Ну что ты вся напряглась, а? О чём думаешь?

Спасибо, что читаете мою историю. Я только дебютирую на портале, и ваша поддержка для меня невероятно важна ❤️

Буду рада подписке, лайку, комментарию и тому, что добавите книгу в библиотеку.

Глава 27.1

Элира

— Не трогай меня! — почти вскрикнула, отстраняясь.

— Да что с тобой? — вся его напускная вежливость мгновенно спала. Голос стал жёстким. — Ты завалила контрольную. Я из кожи вон лезу, чтобы помочь тебе это исправить, а ты на меня рычишь. Забыла, что я на твоей стороне?

— Эта контрольная понижает мой средний балл, а я резервник. Мне важна успеваемость, — попыталась оправдаться и в горле встал кислый комок.

Больше всего пугала мысль, что я снова поддамся на его уговоры, вспомню что-то хорошее из прошлой жизни и… опять окажусь слабой.

— Знаю, знаю, — он смягчился. — Поэтому и ищу для тебя варианты. — Его руки легли мне на спину и шею, заставляя тело вздрогнуть. — Ты сама не своя, вся нервная, дёрганая. Дай помогу расслабиться, — пальцы скользнули по телу и вжались в мои плечи, с силой их разминая, — а потом обсудим твою пересдачу. И то, что могу для тебя сделать.

Внутри всё сжалось от страха и отвращения. Каждое его прикосновение заставляло чувствовать себя грязной, такой же липкой, как этот мерзкий парфюм. Его слова вызывали приступ паники, будто меня запирают в тёмной комнате без выхода.

— Убери от меня руки! — резко дёрнулась, вырвалась и развернулась. — Что ты творишь?!

— А что ты, хвостом виляешь? Думаешь, не вижу, чего хочешь? — лицо Морена исказилось. — Я тебя заставлять буду, что ли? Ты высокомерная дура!

Я отступила, не сводя с него глаз. Брови Морена сжались и между ними проступила глубокая складка.

— Слушай, я сама со всем справлюсь! — выпалила и сделала шаг к двери. — Не надо мне помогать.

— Ах ты, тварь неблагодарная! — выкрикнул Морен, приближаясь. — Конечно, только за этим я тебе и нужен! Пользуешься всеми подряд, ищешь, кто больше даст? Думаешь, если сдашь экзамен, получишь свободу? Не получишь!

Я медленно отступала, стараясь оказаться ближе к двери. Он осёкся, потом вспыхнул с новой силой:

— А, понятно! Вот что тебя так на экзамене то повернуло! Хочешь сдать, чтобы стать девкой этого ублюдка Рейнера! Прыгнуть в постель к тому, кто побогаче и повлиятельнее! Молодец, меркантильная тварь, правильное решение приняла!

Из его рта летели слюни, голос срывался на крик. Я не знала, на что он больше злился, на то, что я не велась на его манипуляции, или на то, что, как ему показалось, променяла его на кого-то лучше. Но это уже не имело значения.

Глядя на этого человека, разрываемого яростью и ревностью, я вдруг поняла, что даже если завалю экзамен, больше никогда не обращусь к нему за помощью. Даже если он будет последним, у кого можно её просить, всё равно нет. Я не чувствую к нему ничего, кроме отвращения. И даже оно уже сменилось жалостью.

Схватилась за ручку и распахнула дверь.

— Подумай, Элли! — выкрикнул Морен. — Если сейчас уйдёшь, ко мне больше не обращайся! Когда твоя репутация будет окончательно разбита, не смей ползти ко мне на карачках и просить о помощи!

Обернулась через плечо и сказала холодно:

— Лучше сам побеспокойся о своей репутации. Иначе новых студенток дурить будет сложнее.

Вышла и с силой хлопнула дверью. Внутри будто что-то оборвалось. Сердце колотилось, но вместе с волнением и усталостью пришло чувство свободы. Лёгкое, чистое, без остатка жалости, будто его тягучий липкий запах, преследующий меня уже десять лет, растворился в свежем чистом морозном воздухе. У меня даже

На шум и хлопок двери из соседней аудитории выглянули студенты. Я коснулась холодной рукой раскрасневшейся щеки, поправила форму и быстро пошла на пары.

Глава 28

Элира

Оставшийся день прошёл как в тумане. К вечеру, когда за окном совсем стемнело и разыгралась холодная метель, я почувствовала полное изнеможение. Видимо, утренние потрясения забрали последние силы.

На парах уже едва слушала бесполезную болтовню преподавателей, машинально делая записи в ежедневнике, но в голове ничего не оставалось.

Подперев рукой подбородок, посмотрела в окно, где сквозь пелену снега угадывался лишь тусклый свет фонарей. Стало зябко. Я вдруг поняла, что сильно замёрзла и устала. Захотелось есть. От одной мысли о еде в животе предательски заурчало.

Взглянув на большие часы в аудитории, с раздражением поняла, что преподаватель задерживает нас уже на пятнадцать минут. Судя по недовольным лицам студентов, я была не одна, кто это заметил. Но препод всё ещё вещал о важности своего предмета и о том, что не все сдали ему конспекты.

Наконец, задержав нас ещё на десять минут, он закончил, откашлялся и благодушно попрощался.

— До свидания, — бросила я, тут же вскочила с места и вышла в коридор.

Дойдя до столовой, жадно вдохнула знакомые ароматы тушёного мяса, печёных яблок и свежего хлеба. Внутри было многолюдно. Холодный зимний вечер явно пробудил аппетит не только у меня.

Отстояв небольшую очередь и стараясь не слушать шёпот за спиной, я набрала на поднос всё, что только могла: кусок мяса, тарелку с аппетитными булочками, большую кружку чая и салат. Подумав секунду, добавила:

— А можно ещё и вот тот пирожок, он же с мясом?

Пытаясь не расплескать чай, дотащила поднос до свободного стола и наконец-то смогла поесть.

Мясо оказалось жестковатым, зато стоило откусить пирожок, как из него вырвался горячий пар с ароматом специй. Я доела, запила всё чаем и через несколько минут почувствовала приятную тяжесть и сонливость.

В столовой громко разговаривали, смеялись, шутили. Наверняка и обо мне тоже, но сейчас думать об этом не хотелось. Не было сил переживать ни из-за Морена, ни из-за Рейнера, ни из-за сплетен, что бродили по Академии.

— Сейчас главное просто отдохнуть. А завтра со всем разберусь, — прошептала почти беззвучно.

Может, даже и к лучшему, что с Мореном так вышло. Теперь буду решать свои проблемы сама. Уверена, и с Рейнером у меня получится открыть портал, а слухи улягутся, когда я сдам экзамен.

Еда явно подействовала благотворно, теперь все мысли были очень ленивые и позитивные.

Зевнув, убрала за собой посуду, направилась в комнату.

Толкнув дверь, увидела, что свет погашен. Сесиль всё ещё не было. Приятная мелочь.

Скинула на пол форму и не найдя в себе сил переодеться завалилась в кровать в одних трусах, укрывшись до макушки одеялом. Уткнулась лицом в подушку и, наконец, закрыла глаза.

* * *

— И она ещё тут!

— Скорее уберите эту дрянь! Вы же видите, как Сесиль плохо!

Я дёрнулась и резко проснулась от шума. Комната гудела от женских голосов. С трудом сфокусировав взгляд, увидела трёх девушек в форме академии.

Одну я смутно помнила, подруга Сесиль, Ирма, кажется. Ещё одну, блондинку с пухлыми румяными щеками, точно видела на четвертом этаже у комнаты Рейнера, это она отшатнулась от меня вчера. Третью девочку с длинными черными косичками, я не знала.

Повернув голову, увидела и саму Сесиль. Она сидела на кровати, жалобно всхлипывая и промакивая глаза платочком. У двери стояла комендантша, крупная, строгая женщина в очках. Она уперла руки в бока, покачала головой и бросила на меня взгляд, полный неодобрения.

Не понимая, что происходит, я вдруг вспомнила, в каком виде заснула, и натянула одеяло до самых плеч.

— Что случилось? — прохрипела, сжимая ткань сильнее.

Глава 28.1

Элира

— Она ещё спрашивает! — фыркнула блондинка. — После того, как такое устроила, делает вид, будто ни при чём!

— Сесиль, милая, покажи, — подхватила Ирма. — Пусть посмотрит, что осталось от твоих вещей.

Подруга дрожащими руками указала на угол своей кровати. Одеяло было прожжено, простыня в серых пятнах, из матраса торчала набивка.

Только вот это был мой матрас! Моё одеяло! Именно его недавно подожгла Сесиль.

— Она всё это сделала, — прошептала та, всхлипывая. — Я думала, мы друзья. Старалась помогать ей, даже после того, как она издевалась надо мной, крала конспекты, заливала чернилами работы… Я всё прощала. Но теперь…

— Что? — прохрипела я, и в горле пересохло. — Это неправда!

— Да брось, — Ирма отмахнулась, будто даже попытка оправдаться была бессмысленной. — Все в столовой слышали, как Сесиль пыталась с тобой поговорить, а ты на неё накричала. Пол-курса видели, как она потом выбежала в слезах.

— Мы тоже видели, — добавила третья, с косичками. — Только ты одна решила, что все ослепли.

— Да она думает, что мы тупые! — завопила блондинка, перекрикивая остальных. — Думает, что может обмануть всех и водить за нос! — она шагнула ближе, дрожа от злости. — Ведь все видят, как ты шляешься между комнатами куратора и профессора! Успеваемость у тебя вовсе не из-за способностей, а потому что ты спишь с ними по очереди!

У меня перехватило дыхание. Девушка произнесла это с такой ненавистью, с таким фанатичным жаром, будто верила в собственные слова.

— Это ведь нечестно! — продолжала она. — Резервница, которая всех обманывает, подделывает оценки, травит благородных студентов и пользуется покровителями! Почему мы должны жить с ней под одной крышей?! Она опасна! Вон, подожгла матрас!

Сесиль, услышав это, разрыдалась ещё громче.

За дверью послышались шаги и голоса. В коридоре уже толпились зеваки.

Всё происходящее казалось чудовищной шуткой. Ведь это Сесиль травила меня, она издевалась! И о каких фальшивых оценках речь? Я лучшая на курсе с первого года обучения!

Комендантша, которой явно не нравилось, что ситуация выходит из-под контроля, подняла руку, требуя тишины, и посмотрела на меня поверх очков.

— Довольно! — её голос прорезал общий гул.

Шёпот стих. Девушки, тяжело дыша, всё ещё стояли настороженно, будто готовы были выплеснуть новую порцию обвинений.

— Элира Виолка, — произнесла комендантша, не глядя на остальных. — До меня действительно доходили подобные слухи. Не буду скрывать, — она вздохнула и покачала головой, — недавно я запросила ведомость и увидела, что ваша успеваемость падает. — Голос её стал холодным, — студенты из резервников допускаются к проживанию в общежитии для детей магов только при идеальной учёбе и дисциплине. А у вас жалоба на травлю, порчу имущества и угрозы соседке. В связи с этим я вынуждена переселить вас в другой

— Только переселить?! — взвизгнула блондинка, едва не заходясь от возмущения. — Да её исключить надо! Или на рудники! Вы же видите, она всех дурит! Никакая она не магичка!

— Прекратите! — рявкнула комендантша, её голос сорвался на истеричный визг. — В моей власти только переселить студентку в соответствии с регламентом!

Гул в коридоре усилился. Кто-то шептался, кто-то хихикал.

Комендантша продолжила:

— Все прочие жалобы и слухи можете адресовать ректору. А вы, Виолка, — она посмотрела на меня сверху вниз, — немедленно соберите вещи и покиньте это крыло.

Повинуюсь её голосу, уже хотела встать, но вспомнила, что на мне, кроме трусов, ничего нет. Прижала к себе одеяло и замялась. Сесиль тут же вскочила с кровати, подошла к шкафу, порылась в нём и протянула мне кусок тонкой шёлковой ткани.

— Вот, надень, — сказала подруга невинным голосом.

Комендантша стояла неподвижно, глядя прямо на меня, явно ожидая немедленных действий. Под её взглядом я машинально натянула ночнушку. Тонкая, скользкая ткань прилипла к коже. То, что подала мне подруга, едва ли прикрывало обнажённое тело.

— Не переживай, — заговорила Ирма. — Мы все вещи уже собрали.

Блондинка злобно пнула мою коричневую сумку, стоявшую рядом с ней.

Босые ноги коснулись холодного пола. Я встала с кровати, подошла к сумке, не вполне соображая, что делаю, подняла её и прижала к груди.

Глава 28.2

Элира

Сесиль всхлипывала, а девчонки, забыв обо мне, принялись её утешать.

Комендантша шагнула к двери и разгнала толпу, заполнившую весь коридор. Она шла первой, раздвигая студентов в стороны, а я, босая, в ночнушке, плелась за ней, прижимая сумку к телу и пытаясь хоть как-то прикрыться.

Смотря только под ноги, я чувствовала, как по обе стороны толпятся студенты. Кто-то перешёптывался, кто-то выкрикивал что-то вслед. Всё сливалось в гулкий, звенящий шум, а перед глазами плыла мутная пелена.

Комендантша вывела меня вниз по лестнице, затем по коридору первого этажа и остановилась в холле, ведущем в подземный переход.

Я всё ещё смотрела в пол и не видела её лица.

— Ты знаешь, как дойти до нового общежития? Резервники живут на подземных этажах.

Кажется, я помотала головой.

— Тогда спустишься вниз, дважды повернёшь налево. Там будут указатели. Найдёшь.

По её небрежному тону было ясно: найдусь я или нет, её мало волновало. Главное, поскорее избавиться от источника неприятностей и разогнать толпу, всё ещё шумевшую на этажах так громко, что их было слышно даже отсюда.

Молча пошла по лестнице вниз, наблюдая, как босые ступни переступают со ступеньки на ступеньку.

В подземных коридорах было холодно и темно. Медленно шагая по ледяному камню, я просто двигалась вперёд, шаг за шагом.

Повернула налево, потом ещё раз, почти не глядя по сторонам, и упёрлась в простую, грубо сколоченную деревянную дверь. Мне уже было всё равно, что за ней. Единственным ясным желанием было дойти хоть куда-то, найти угол и присесть. Просто присесть и перестать двигаться.

Потянула металлическую ручку на себя. Слабый скрип нарушил гнетущую тишину.

За дверью открылся длинный, узкий, как шахта, коридор. Каменные стены, тусклый свет и неприятный затхлый запах.

Переступила порог.

По обе стороны от меня уходили вдаль ряды одинаковых, маленьких деревянных дверей, тёмных, не покрытых лаком, испещрённых царапинами.

Пройдя несколько шагов, не сразу заметила стоящий слева стол и скучающего мужчину за ним. По его удивлённому вздоху поняла, что вид босой, растрёпанной студентки в пеньюаре его шокировал.

Мужчина среднего возраста, с сединой в бороде и на висках, в рабочей одежде, испуганно посмотрел на меня:

— Ты к кому?

Я стояла, прижимая к груди сумку.

— Ме… меня переселили.

— А, — он быстро посмотрел на свои записи на столе и поднял на меня глаза, — Элира Виолка?

Кивнула.

— Да, меня предупреждали, комната уже готова.

Он поднялся, подошёл ближе, протянул руку, видимо, чтобы взять сумку, но я не отпустила.

— Ладно, — вздохнул он. — Иди за мной.

Молча пошла за ним. Мы миновали несколько дверей, потом он открыл одну из них в левой стене коридора. Внутри стояла кромешная тьма. Он щёлкнул выключателем. Лампочка на потолке с шипением, пару раз моргнув, зажглась.

Комната оказалась крошечной. В ней одиноко стояли кровать и маленький комод у стены. Окна, конечно, не было.

Сделав пару шагов, я оказалась в центре помещения.

— Может помочь? — спросил комендант скорее из вежливости, чем искренне.

Я покачала головой. Он кивнул и вышел.

Оставшись одна, застыла посреди комнаты. Сумка всё ещё была в руках.

— Что только что произошло? — покачала головой и поставила сумку на кровать. — Теперь вся Академия уверена, что я спала за оценки и травила Сесиль.

Присела на корточки и взялась за голову: — Что теперь делать?

В прошлой жизни ничего подобного не случалось. Да, были слухи, была травля, но не так, чтобы вся Академия разом решила, будто я обманщица и интриганка. Почему всё обернулось именно так?

— Сесиль подстроила это? Какая теперь разница.

Мысли путались. Меня била дрожь, ноги сводило от холода.

— Надо одеться, собраться и подумать, что делать.

Всё ещё сидя на корточках, расстегнула сумку и потянула за кусок ткани. По ощущениям, это должен был быть свитер. Но из сумки вытянулся лоскут. Я нахмурилась, полезла глубже и замерла.

Вся одежда была разорвана в клочья: куски пиджака, юбки, рубашки. Всё превращено в мелкие лоскуты.

У меня больше не было вещей. Вскочив, застыла посреди комнаты.

Что теперь? Вещи, как еду или деньги, призвать из портала нельзя. Стипендию не выдадут. После такого скандала никто не поможет.

Может, найти Талию и попросить у неё одежду? Но как дойти до Талии в одной ночнушке?

Дверь резко распахнулась. Я повернулась, ожидая увидеть коменданта, но на пороге возник Рейнер.

Глава 29

Рейнер немного раньше

Солнце ещё не встало, и за окном стояли холодные сумерки, когда Рейнер вскочил с кровати.

Ночь он почти не спал. То, что случилось вчера, не давало мыслям покоя ни на секунду.

Он смог открыть портал. Смог. Но только с ней.

Как только Элира вышла из его комнаты, он попытался повторить всё сам и, как она и предупреждала, ничего не вышло.

Море, море…

Слова стишка гулко звучали в голове, не смолкая ни на миг. От этих строчек его уже начинало подташнивать.

Уперевшись руками в раковину, Рейнер посмотрел на себя в зеркало. Красные, болезненно блестящие глаза пробежали по отражению. Умылся ледяной водой, быстро переоделся в форму и вышел из комнаты.

Академия ещё спала. В холодных пустых коридорах эхом

Надо проверить её слова. Убедиться. Лихорадочно думал он, направляясь к библиотеке.

Дверь оказалась открыта, несмотря на ранний час. Услышав шаги, библиотекарша, имени которой Рейнер не знал, спрыгнула с лестницы и вежливо улыбнулась:

— Ещё закрыто. Приходите после завтрака, я книги расставляю, — сказала она, указав на кипу тяжёлых томов, сваленных на столах.

— Мне нужна информация о порталах, — Рейнер подошёл ближе. — Срочно.

Кудрявая зелёноглазая девушка нахмурилась:

— Сова, как известно, вылетает на охоту с закатом, а жаворонок с рассветом. Кажется, вы перепутали, куратор, — она снова улыбнулась, но встала так, что перекрыла проход. — Библиотека откроется только после завтрака.

— У меня срочное дело, — Рейнер шагнул вперёд, намеренно сокращая дистанцию. На его лице появилась мягкая улыбка, которая обычно заставляла девушек терять самообладание. — Для особо настойчивых жаворонков делают исключение?

— Исключения — это привилегия. А в моей библиотеке вы не жаворонок, а неоперившийся птенчик. Правила для всех одни. Даже для вас, куратор.

Улыбка сползла с его лица. Птенчик?

Челюсть сжалась. Библиотекарша сумела вывести его из себя почти так же быстро, как Виолка. Та, наверняка, посмеялась бы сейчас над его выражением лица. Рейнер заставил себя перестать думать об этой девчонке и снова посмотрел на упрямую библиотекаршу.

— А птенцам вы помогаете вне очереди? — спросил он, смирившись, и девушка улыбнулась. — Я могу взамен помочь с книгами, — добавил он, кивнув на заваленный стол.

— Думаете, справитесь? — она приподняла бровь, откровенно подтрунивая над его самоуверенностью.

На миг ему показалось, что она намеренно пытается сбить с него спесь. Но спорить было бессмысленно. Рейнер лишь коротко кивнул и, вытянув руку, поднял несколько тяжёлых томов в воздух.

— Что ж, добро пожаловать. — Библиотекарша уступила дорогу.

Сначала она искренне пыталась работать вместе с Рейнером, но быстро поняла, что его уровень левитации значительно выше и перестала стараться. Усевшись на край стола, она лишь указывала, куда ставить книги:

— Этот на среднюю полку, левее.

— Понял.

— А что именно вы ищете про порталы? — спросила она между делом.

— Можно ли открыть их во взрослом возрасте, — Рейнер нахмурился, но продолжил, — и что бывает после первого раза. Как это происходит. — Он не отрывал взгляда от книг, которые по его жесту одна за другой вставали на место.

— Поняла. Сейчас посмотрю, — сказала библиотекарша и спрыгнула со стола.

Рейнер уже заканчивал, когда она вернулась, держа в руках тонкую книжицу, больше похожую на сшитые газетные листы.

— Смогла найти только это, — протянула она ему издание.

Алькор быстро пролистал страницы. Это действительно были статьи о человеке, который, достигнув тридцати лет, впервые открыл портал и стал магом после обучения в академии:

«Сенсация в магическом сообществе! Лорен Хартли в возрасте тридцати лет неожиданно открыл портал после пережитой личной трагедии. Несмотря на нестабильность первого опыта, он рискнул поступить в Ориенскую Академию, успешно завершил обучение и вошёл в историю как самый возрастной выпускник.»

Рейнер закрыл брошюру. Значит, это возможно. А нормально ли, что пока получается не всегда?

Библиотекарша, наблюдавшая за ним с интересом, улыбнулась:

— У нас есть детский раздел. Там книги для магов от десяти до пятнадцати лет. Может, вам будет полезно?

Рейнер почувствовал, как на мгновение перехватило дыхание. Детский раздел. Книжки с картинками.

Его, куратора Алькора, наследника древнего рода, отправляют учиться по пособиям для десятилеток. Горечь подступила к горлу. Раньше он бы взорвался, снёс полку с этими дурацкими книжонками и вышел, хлопнув дверью.

Но сейчас он представил, как Виолка всё равно будет объяснять ему всё это. Услышал её спокойный, уверенный голос, объясняющий азы, словно несмышлённому ученику. Зубы сжались до хруста, не от гнева, а от жгучего, унизительного осознания собственной слабости. Ему нужно начать с начала.

Рейнер и был тем самым «неоперившимся птенчиком», каким назвала его библиотекарша. И ему не оставалось ничего, кроме как усмирить своё раздутое эго. Он не мог позволить себе роскошь гордости. Не сейчас. Не когда от этого зависело всё.

Медленно выдохнув, он заставил себя кивнуть:

— Покажите.

В детском разделе он лишь подтвердил слова Виолки о том, что после первых удачных открытий магия становится нестабильной и подчиняется лишь при регулярных тренировках.

Он закрыл книгу, поблагодарил библиотекаршу и застыл у двери.

Резкая паника прорезала его изнутри. Мысли Элиры нахлынули разом, по телу прошёл холод.

— Да сколько с тобой проблем! — бросил он, выходя из библиотеки и ускоряя шаг к её комнате. — Что там у тебя с самого утра случилось?!

Глава 30

Рейнер

Её мысли были настолько сбивчивыми и неконкретными, что Рейнер так и не понял, что случилось, пока не оказался в общежитии.

Десятки студентов заспанные, растрёпанные, ещё в пижамах, толпились в коридоре и громко обсуждали последние новости.

По обрывкам их разговоров он понял: Элиру выселили из комнаты за то, что она якобы травила соседку и подделывала оценки.

— Что значит «подделывала оценки»? — Алькор резко вмешался в разговор двух студентов с третьего курса.

— Ну, а как назвать, если спишь с профессором и куратором ради хороших баллов? — хмыкнул один, даже не взглянув на Рейнера.

— Это ж что надо в постели творить, чтобы оценки так завышали? — ухмыльнулся второй, но тут же осёкся, узнав куратора. — Это, конечно, просто слухи, — поспешно добавил он, опуская глаза.

— Где она сейчас? — Алькор уже понял, что в своей комнате Виолку не найдёт.

— В общежитии для резервников, — ответил первый.

— Она туда почти голая пошла, по всему коридору, — ухмыльнулся второй, всё ещё стоя к Рейнеру спиной и не осознавая, с кем говорит. — То ещё зрелище.

— Найдите меня после пар. Я поставлю вам отработки за нарушение устава и травлю, — холодно произнёс куратор, разворачиваясь к выходу.

Спустившись на подземный этаж, Рейнер несколько минут блуждал по коридорам, вспоминая, где находится общежитие резервников.

Хотя он и был куратором, в этих помещениях никогда не бывал. Резервников туда почти не селили. Даже тех, кто учился не идеально, старались расселять в нормальные комнаты с окнами и приемлемыми условиями.

Сюда же селили вампиров и тех, кто серьёзно провинился, но по каким-то причинам ещё не был отчислен.

Всё тело Рейнера сводило от её холода, который будто проникал в него самого.

Наконец он нашёл нужную дверь и ворвался в узкий тёмный коридор. У входа его встретил удивлённый комендант.

— Девчонка приходила?

— Приходила, — кивнул тот, даже не уточняя, о ком речь.

Задержавшись у порога, Рейнер ощутил новую волну её эмоций. Отчаяние, панику, боль. Распахнул дверь и на секунду застыл. В холодной комнате, на голом каменном полу стояла она.

В

Босые ноги переминались на холодном полу.

— Да ладно, для меня могла и не наряжаться, — он подошёл вплотную, снял с себя пиджак и накинул ей на плечи.

Руки с тяжёлой тканью на мгновение остались на хрупких плечах Виолки, и в этот момент она, словно потеряв опору, наклонилась вперёд и уткнулась лбом ему в грудь.

Через ткань рубашки он почувствовал, какая она холодная и как мелко её потряхивает. Отпустив пиджак, Алькор плавно скользнул руками по её маленькому телу и крепко обнял, сгребая в охапку.

Уничтожу, тех, кто это сделал. Зубы Рейнера сжались, на скулах заходили желваки.

Но сначала надо разобраться с ней. Он пресёк все лишние мысли и, перехватив её за плечи, чуть отодвинул от себя. Бережно усадил на кровать и мельком осмотрел кучу лоскутов, напоминавших изрезанную форму:

— Я так понимаю, другой одежды нет?

Виолка медленно качнула головой, глядя прямо перед собой пустыми глазами.

— Подожди немного. — Алькор вышел из комнаты.

Твари убогие... найду, сгною их на дежурствах.

Он быстро шёл по лестнице к себе на этаж, пытаясь унять разбушевавшиеся мысли. Был бы это парень, он бы точно покалечил его на арене. Но Рейнер был уверен, что это сделала её подружка.

Влетев в свою комнату, рывком опрокинул кучу одежды из шкафа на пол, достал рубашку и чёрные штаны. Взял пару спортивных ботинок и шерстяной пиджак, перекинул его через руку и вышел обратно.

— Ладно, сначала разберусь с Виолкой. Надо купить одежду и первым делом узнать, можно ли её переселить обратно, — он спустился в подземный коридор и пошёл к общежитию. — А то жить в этом склепе невозможно, — добавил, сморщившись от холодного, затхлого воздуха.

На секунду в голове проскользнула мысль о том, что он слишком сильно беспокоится о девчонке, которую ещё несколько дней назад был готов прикончить. Но он тут же оправдал себя тем, что она нужна ему как учитель.

Я не могу позволить, чтобы она сейчас загнулась голой в подвале. Она нужна мне, чтобы открыть портал. Да и я её куратор, я должен заботиться о студентах. Не говоря уже о том, что это моя возможная жена. От этой мысли кровь прилила к лицу и Рейнер встряхнул головой.

Быстро проскочив коменданта, который уже ничему не удивлялся, куратор вошел в комнату Элиры.

Виолка сидела на кровати, поджав ноги. Увидев его, она не пошевелилась, лишь удивлённо проследила взглядом, как он положил рядом с ней рубашку и штаны.

— Надень это, — он замялся, осмотрел комнату, в которой было негде переодеться. — Буду ждать в коридоре. — Не дождаясь ответа, Алькор вышел, прикрыв за собой дверь.

Глава 31

Элира

Тёплый пиджак наконец согрел меня. Встав с кровати, взяла рубашку Рейнера, примерила и тут же утонула в этом огромном куске ткани. Рукава закрыли кисти, а подол повис ниже бёдер. Пришлось несколько раз подворачивать манжеты, чтобы освободить ладони, и завязать излишки ткани на талии.

— Висит как на вешалке.

Со штанами было не лучше. Без ремня они бы просто упали, поэтому пришлось подпоясать их ленточкой для волос. А в спортивные ботинки, которые болтались на ногах, засунуть лоскуты, что остались от формы.

Сделала глубокий вдох и вышла в коридор, надеясь, что импровизированный пояс на штанах выдержит хотя бы до конца дня.

— Ну, вот! — Рейнер поиграл бровями, окинул меня пристальным взглядом и набросил на плечи большой шерстяной пиджак, — как на тебя шили.

Неожиданно для себя рассмеялась.

— Если портной был слепой и безрукий, то да.

Рейнер ухмыльнулся и пошёл по коридору к выходу. Не оборачиваясь бросил:

— Пойдём.

— Куда? — поспешила за ним.

— Ну, ты, безусловно, можешь ходить и в этом, — прыснул он. — Но лучше, купить новую форму.

— У меня сейчас нет денег, — обогнала его, останавливая, — я найду подругу, она поможет. Спасибо за одежду, я всё верну.

Повернулась, собираясь уйти, но куратор схватил за плечо и развернул лицом к нему:

— Я куплю тебе форму и что там ещё будет нужно.

Потупилась, пытаясь понять в чём подвох:

— Ты и так уже очень помог, и мне будет сложно вернуть тебе деньги.

— Считай это оплатой за твои уроки, поверь, лучше тебе пойти сейчас со мной, чем носиться по академии в мужской одежде. — Он отпустил плечо. — Но дело твоё.

Он был прав, бегать после всех этих слухов в мужской одежде, сейчас было настоящей глупостью. Я быстро кивнула.

* * *

От наших шагов по холодным, мрачным коридорам разлеталось эхо. Стараясь не отставать от куратора, я пыталась понять, что всё это значит. С чего Рейнер так всполошился? Неужели благодарен за портал?

Укол вины больно отозвался во всём теле. Я бросила на него осторожный взгляд, Рейнер выглядел спокойно. Значит никаких моих мыслей об обмане он не услышал. Чтобы не выдать секрет, заставила себя думать о другом.

Первое, что пришло в голову, это то, что Сесиль предала меня.

На ходу прижала руку ко лбу. Как я могла быть такой идиоткой и не видеть, как она себя вела и тогда, и сейчас? Удивительно, как я вообще списала её со счетов. Возможно ли, что она была причастна к тому, что я потеряю магию?

Помотала головой. Нет, чушь. Никто не способен отнять силу у другого, даже самый сильный маг. Хотя… может, артефакт? Или яд? Что ж, значит, подружка сама себе устроила западню. Тогда она могла подсыпать что-то в еду, спрятать в вещи и я бы не заметила. Но теперь я её к себе не подпущу.

Рейнер придержал дверь, и мы поднялись по тёмной каменной лестнице.

А вот что делать с тем, что теперь вся академия считает меня лгуньей, человеком, подстилкой и обманщицей…

— Ну уж всё на себя навалила, — хмыкнул Рейнер, услышав мои мысли.

— А ещё они думают, что я травила Сесиль, — закончила вслух, надеясь, что он услышал только это.

Мы вышли на улицу со стороны запасного выхода, где были в основном хозяйственные постройки, и поэтому не было студентов.

Резкий ветер со снежной пылью ударил в лицо. Я закуталась в пиджак. Рейнер, заметив это, обхватил меня за плечи и прижал к себе. Вместе мы вышли за пределы академии и подошли к дороге.

Тут уже было многолюдно. Повозки и дилижансы спешили по заснеженной дороге. Люди быстро шли по тротуарам, кутаясь в

Суета стояла даже утром, потому что до Нового года оставалось совсем немного, и все готовились к празднику.

Рейнер поймал экипаж, открыл мне дверь:

— Я попробую поговорить с ректором, — сказал спокойно. — Но моё слово будет против слов Сесиль и всех этих сплетников.

Он сел рядом, постучал по стенке:

— В центр.

Экипаж тронулся.

— Надо сдать экзамен, — процедила я, сжимая кулаки. — Тогда всё это закончится. Потерпеть осталось совсем немного, и когда у меня будет диплом, то никто уже не усомнится.

— Хочешь оставшееся время жить в этом подвале?

— А какой смысл сейчас раздувать скандал еще больше, — пожала плечами, — если уж и идти к ректору, то только из-за слухов о том, что я человек. Я бы хотела засвидетельствовать, что я маг, чтобы ректор опроверг эти слухи и чтобы у меня было подтверждение. — Слова вылетали сами собой и я заставила себя закрыть рот, чтобы не проболтаться о своем печальном будущем.

— Зачем это? — нахмурился Рейнер.

— Ну, просто для подстраховки.

— Это не сработает, — запрокинул голову. — Никто не признает тебя магом, пока ты не сдала экзамен. Даже ректор. Экзамен, это единственное, что подтверждает твой статус. Всё остальное просто слова.

— Но может хоть каких-то свидетелей собрать, — закусила губу.

— Ты не о том переживаешь, — выдохнул он, — видел я твою магию, буду твоим свидетелем. Но это не важно, ведь ты сдашь, и слухи исчезнут. А вот та тварь легко превратит твою жизнь до экзамена в ад.

Ад я уже видела. Десять лет в нём прожила из-за провала. И Рейнер, конечно, был прав: бежать к ректору бессмысленно. Экзамен был единственным настоящим доказательством силы. Пусть Сесиль плетёт козни. Пусть академия ополчилась против меня, всё это мелочи.

Мне бы только сдать.

— Это неважно! — взмахнула руками, — самое главное экзамен! Чтобы не было до него, я вытерплю, лишь бы сдать и стать свободной. — Он посмотрел мне в глаза, и на мгновение показалось, что в его взгляде мелькнула крупинка уважения.

— Ладно, мелочь, как скажешь. Если надо будет свидетельствовать, что ты маг, я это сделаю. — Он отвернулся к окну и добавил тише, — и помогу тебе продержаться до экзамена.

Глава 32

Рейнер

Повозка качнулась и замерла у тротуара. Рейнер открыл дверцу, первым спрыгнул на мостовую и, заслонив Элиру от ветра, протянул ей руку.

— Осторожнее.

Но было поздно. Девчонка уже поспешно выпрыгнула сама, запутавшись в несоразмерно длинных полах его пиджака. Рейнер лишь коротко хмыкнул и расплатился с возницей. Не оглядываясь, пересёк улицу и подошёл к ярко освещённой лавке, в витрине которой красовались манекены в дорогих фраках и платьях.

— К счастью, открыто, — пробормотал он, заметив движение внутри.

— Я знаю это место, — Элира замялась на тротуаре. — Тут, кажется, очень дорого.

Рейнер раздражённо закатил глаза и уверенно толкнул дверь. Над головой звякнул колокольчик.

Внутри пахло кожей и дорогим парфюмом. На стенах висели пиджаки и пальто, на длинных столах лежали развёрнутые рулоны тканей. У зеркала стоял манекен в недошитом фраке.

Портной, полный мужчина с лихо закрученными усами, поднял голову, и его лицо расплылось в улыбке.

— Господин Алькор! Какая честь!

Он выскочил из-за стола, подошёл к куратору и сжал ему руку:

— Как поживаете? Чем могу служить?

Рейнер освободил кисть:

— Девушке нужны два комплекта формы для Ориенской академии. Что-то повседневное, тёплое. — На секунду задумался, вспомнив её в той жуткой ночнушке, и поморщился, — и ещё что-нибудь для дома. Простое. Без этих дурацких кружев.

Портной понимающе кивнул, скользнул взглядом по Элире, и его губы растянулись в слащавой ухмылке. Неужели решил, что я привёл любовницу? Рейнер тоже глянул на мелочь, жмущуюся у двери и кутающуюся в его пиджак. А ведь, действительно, так всё и выглядело.

— Побыстрее, — коротко бросил он портному.

Помощницы, появившиеся из глубины лавки, ловко подхватили Элиру под руки и поставили на подиум. Зашуршали сантиметровые ленты, послышались шепотки.

Портной усадил Алькора в большое кожаное кресло у окна, поставил рядом чайник с чашкой и налил крепкого чая с мятой.

Рейнер наблюдал, как на подиуме стоит Элира, вжав голову в плечи, смотрит в пол и прикусывает губу. С неё уже сняли пиджак, и теперь она неловко мяла руками полы рубашки. Воротник съехал, обнажив хрупкую ключицу. Когда помощница обхватила её талию, ткань натянулась по фигуре, подчёркивая изгиб.

Рейнер чуть подался вперёд в кресле, наблюдая, как белая лента обвивает её, и внезапно ясно представил, будто его собственные ладони смыкаются на этом тонком переходе, пальцы касаются тёплой кожи, улавливая каждый вдох.

Лента скользнула ниже, очерчивая бедра, и под грубой тканью рубашки проступили мягкие, соблазнительные линии. Он видел многих девушек, но они всегда казались ему ненастоящими. Эта же хрупкая девчонка заставила его смотреть на неё не отрываясь, не делая для этого совершенно ничего.

Алькор вспомнил её серьёзное лицо в экипаже, когда она, со сверкающими глазами, говорила о том, что готова бороться до конца и пройти через что угодно. Если эта мелочь может быть такой упёртой, то и он обязан справиться.

Помощницы переглянулись и быстро увели Элиру за ширму, а к Рейнеру подошёл портной с образцами тканей:

— Какую изволите, господин?

— На ваш вкус, — бросил куратор, даже не посмотрев. Его взгляд все еще был прикован к опустевшему подиуму.

Неожиданно Алькор поймал себя на мысли, что сидит здесь и покупает платья какой-то студентке. Где я свернул не туда? Он хмыкнул сделал глоток чая и посмотрел в окно.

На улице уже зажглись гирлянды, натянутые между столбами. Торговцы, отогревая руки, начинали выставлять товары. Один выкладывал деревянные игрушки, другой развешивал вязаные шарфы.

Прямо напротив бородатый мужчина в закопчённом фартуке поставил на жаровню огромный медный таз, откуда повалил густой пар, видимо, он варил сбитень или глинтвейн.

Сановилось оживлённее. Прохожие замедляли шаг, заглядывая в открывающиеся лавки. Ярмарка просыпалась.

Услышав шаги, Рейнер оторвал взгляд от окна и посмотрел на подиум, где уже стояла Виолка в новой форме. Гладкая тёмно-синяя ткань, белый воротник, аккуратный узел галстука. Её лицо будто стало ярче, всё та же Элира, но необъяснимо изменившаяся. Рейнер слегка улыбнулся. А ведь она красивая.

— Мы позволили себе немного пригладить волосы и добавить оттенок на губы, — торопливо объясняла одна из помощниц. — Чтобы выглядела свежее.

Он кивнул, не слушая. Элира отвела взгляд, поправила манжет и от этого простого движения у него будто что-то кольнуло под рёбрами. Он отставил чашку, не отрывая глаз.

Её снова увели за ширму и через пару минут выпустили, уже в тёплом

— Сейчас зимой всё заказывают именно брюки, — с довольным видом рассказывал портной. — Тепло, удобно, модно.

Рейнер кивнул.

Домашнюю одежду решили не примерять. Помощницы щебетали, аккуратно складывая вещи в бумагу и перевязывая золотыми лентами.

Откуда-то из-за прилавка послышался голос:

— А крем, господин Алькор? И уходовые средства, для молодой кожи, сегодня получили новую партию…

— Не нужно, — начала было Элира, но Рейнер перебил её:

— Всё берём, — сказал он, поднимаясь из кресла.

Подошёл к стойке, достал кошелёк, подписал счёт. Портной сиял.

У двери, уже в новом пальто, шарфе и перчатках, стояла Элира. Несколько прядей выбились из хвоста и легли на щёки. — Куда отправить ваши покупки? На тот же адрес? — спросил портной излишне вежливо.

— Да, отправьте в Академию, ко мне в апартаменты, — Рейнер нахмурился, заметив, как закрученные усы портного расятянулись в понимающей ухмылке.

— Понял, всё устроим, — протянул тот многозначительно и, не решаясь выпроводить куратора первым, терпеливо ждал, когда тот соберётся уходить. От мысли, что теперь им придётся возвращаться в Академию или разойтись, Алькор снова нахмурился. Возвращаться туда ему почему-то не хотелось. Но и стоять здесь, на пороге, было нелепо.

Глава 33

Элира

— Ну, это уже и не завтрак, а скорее обед получится, — я показала на солнечный луч, пробивавшийся через стекло. — Но я не против.

Попрощавшись с портным, мы вышли из лавки и направились к ярмарке. Рейнер шёл чуть впереди, а я неловко следовала за ним. Новые сапоги мягко пружинили на утоптанном снегу. Пальто не стесняло движений, и все вещи сидели удивительно удобно. Вот что значит одежда из дорогих тканей, сшитая под тебя.

Он купил мне всё это. И я даже не знаю, как смогу рассчитаться.

Морозный воздух на площади смешался с дымом от жаровен и терпким ароматом корицы и апельсинов.

Рейнер бродил между рядами, постоянно меняя направление. Сомневаюсь, что он бывал на ярмарках. Алькор больше походил на того, кто привык наблюдать уличную суету из-за столика дорогого ресторана.

Мы подошли к переулку, сплошь занятому лавками с едой. От запахов мяса, пряностей и дыма в животе заурчало.

У одного прилавка коренастый продавец в заляпанном мукой фартуке ловко орудовал тестом. Он раскатывал лепёшки, выкладывал на них жареную картошку с рубленым мясом, защипывал края и отправлял на раскалённую сковороду. Готовые пирожки он щедро поливал сметанным соусом с укропом. К прилавку тянулась небольшая очередь. Я невольно замерла, заворожённая этим зрелищем, и Рейнер тут же остановился у меня за спиной.

— Это? — он скептически осмотрел лавку, где продавец, приняв монеты у предыдущего покупателя и сунув их в карман, без всяких церемоний взялся за новую порцию, даже не сполоснув руки.

Неуверенно кивнула. Интересно, переживёт ли утончённое аристократическое нутро куратора такую уличную стряпню.

— Что будете? — бросил продавец, когда подошла наша очередь.

— Две лепёшки, пожалуйста, — я указала на пирожок, который с аппетитом ела женщина перед нами.

— Полтора виола, — кивнул мужчина, и из-за моего плеча тут же протянулась рука Рейнера с деньгами.

Мы постояли всего пару минут, и продавец отдал нам два пирожка, настолько горячих, что они обожгли пальцы даже через бумажную обёртку.

Рейнер пристально осмотрел свою порцию.

— Ты бывал на таких ярмарках? — не выдержала я.

— Конечно. С отцом, — он осторожно откусил маленький кусочек и принялся жевать с сосредоточенным видом. — Обычно посещаем её перед Новым годом, и он выступает с речью.

Я не смогла сдержать лёгкую улыбку, наблюдая за его эмоциями, которые из недоверчивого подозрения быстро сменились на приятное удивление. Видимо, еда оказалась вкусной.

— А гулял ли ты по ярмарке просто так? Не с официальным визитом? — откусила и тут же обожглась паром с запахом тмина и чеснока.

— Нет, — он покачал головой, делая следующий, уже более уверенный укус. — На всё это нет времени.

Наш разговор перебила юркая старушка в стёганой безрукавке, бесцеремонно вклинившаяся между нами.

— Ой, какие милые влюблённые! — защебетала она, размахивая деревянной птичкой прямо перед носом у Рейнера. — Молодой человек, ваша прелестная невеста просто обязана получить сувенир на память!

Покраснев, я попыталась возразить:

— Мы не…

— Ах, не скромничайте! — перебила старуха, подмигнув Рейнеру. — Я сразу вижу, когда между людьми искра! Вот посмотрите, какая статная птица, прямо как вы, молодой человек!

Рейнер смотрел на неё так, будто заметил на костюме грязное пятно.

— Всего два виола! — не унималась торговка, всовывая фигурку мне в руки. — Древесина из самого Велиморского леса! Говорят, если влюблённые купят этого сокола, их союз будет крепким, как вековые дубы, а первенец родится сильным и здоровым!

Рейнер поперхнулся. По его лицу промелькнула целая гамма эмоций, от шока до полного недоумения.

— Что ж… — он порылся в кармане и выложил монеты. — Только чтобы вы оставили нас в покое.

— О, благодарю, милейший! — старушка ловко сгребла деньги. — Счастливо вам дожить до золотой свадьбы!

Когда она скрылась в толпе, я не смогла удержаться от смеха.

— Первенец… — пробормотал Рейнер, глядя в пространство. — Она вообще в себе?

— Ты и правда не бывал на ярмарках, — покрутила в руках фигурку.

Птичка была грубо выстругана неопытным мастером, и из-за этого на её мордочке застыло странное выражение: нахальная гордыня, смешанная с удивлением. Деревянный сокол выглядел комично самодовольным.

Подняв глаза на Рейнера, снова рассмеялась. Алькор стоял передо мной с тем же выражением, тот же гордый профиль и слегка расширенные от недоумения глаза.

Он нахмурился:

— И что в этом смешного?

— Да так, — я протянула ему сокола. — Кое-кого напомнил.

Рейнер повертел птицу, хмыкнул и вернул мне. Наши пальцы на миг соприкоснулись. Я забрала фигурку, а он тут же отдёрнул руку.

— Пойдём, — резко развернулся Алькор. — Пока эта старуха не вернулась с предсказаниями о наших внуках.

Я быстро спрятала фигурку в карман, и мы зашагали дальше по ярмарочной площади.

— Чай, — внезапно сказал Рейнер, останавливаясь у небольшой палатки с дымящимся самоваром. — Чтобы согреться.

Мы сели за грубый деревянный стол. Я заказала два стакана — с облепихой и имбирем. Напиток оказался слишком сладким и горьким одновременно, но зато хорошо согрел.

Рейнер молча смотрел на свою кружку. Затем его взгляд скользнул по моим рукам, сжимавшим стакан:

— Ты не мёрзнешь? — спросил он неожиданно. — В тех… вещах.

Покачала головой, не в силах сдержать улыбку. Забавно было слышать такое от него. Опустив глаза в стакан, почувствовала, как сильно заколотилось сердце.

Музыка, доносившаяся откуда-то из центра ярмарки, внезапно оборвалась. Будто кто-то перерезал струны посреди мелодии. Гул толпы на мгновение стих, сменившись настороженной тишиной, а затем возобновился — уже с

Что там случилось? Драка? На ярмарке обычное дело.

Рейнер замер. Его взгляд стал острым, сосредоточенным. Он смотрел куда-то через толпу, и всё его тело напряглось, как у зверя, уловившего запах опасности.

Глава 34

Рейнер

И всё-таки навыки боевика его никогда не подводили. Рейнер почувствовал неладное ещё тогда, когда музыка на ярмарке дрогнула и резко оборвалась. Теперь сомнений не осталось. В городе случился прорыв.

Первым желанием было броситься туда, где нужна его помощь, где открылся портал. Но он был не один. Напротив, сжимая в руках кружку с чаем, и растерянно оглядываясь, сидела Элира.

«Я боевик. Военнообязанный. По уставу должен идти туда. Но она гражданская, студентка и моя подопечная. Мы связаны браслетами. Я не могу взять её с собой!» — мысли метались, пока мимо, расталкивая друг друга, неслись обезумевшие горожане.

Раздался громкий звук, будто кто-то уронил на землю мешок, а за ним мерзкий хруст. Рейнер заметил старика, который упал и пытался подняться, но не мог. Куратор тут же подскочил, и поставил дедушку на ноги. Тот, не поблагодарив и не оглянувшись, побежал дальше, прихрамывая на одну ногу.

Толпа сгущалась, превращаясь в чудовище, сметающее всё на пути. Рейнер схватил Элиру за запястье, рывком выдернул из-за стола и оттащил в узкий проход между ларьками, прижав к стене. Пальцы Алькора сжимали её руку так крепко, что кожа под хваткой побелела.

«Нельзя тащить эту мелочь туда. Но я обязан. Ведь если паладины не успеют, то будут жертвы!»

В этот момент мимо пронёсся человек, чья рука была покрыта чёрными волдырями. Он истошно вопил, глядя на свою конечность, и в ужасе размахивал ею.

«Жертвы уже есть».

— Мы можем пойти туда, — сказала Элира, явно прочитав его мысли. — Я где-нибудь спрячусь. Обещаю не мешать.

Рейнер не ожидал, что она вообще заговорит. Любой другой на её месте закричал бы, впал в истерику или побежал вместе с толпой. Но она стояла. Бледная, с глазами, полными страха, но всё же держалась.

Если она сможет не высовываться. Если удастся укрыть её на безопасном расстоянии, то он сможет помочь вывести гражданских. Куратор коротко кивнул, не решаясь двинуться первым. Элира сама шагнула вперёд, выскочила из-за киоска и направилась к прорыву.

Бежать пришлось наперекор потоку. Рейнер плечом и локтями прокладывал путь сквозь орущую, слепую массу, не отпуская Элиру. Они нырнули в переулок и пробежали несколько узких ярмарочных улочек.

Когда вышли на площадь, Рейнер увидел, зависший в воздухе идеально круглый чёрный портал. Разрыв был всего в двухстах метрах от них. Подойдя к ближайшему уцелевшему киоску, Алькор отпустил руку Элиры. Она тут же прижалась к стене, не говоря ни слова.

— Оставайся здесь. Что бы ни случилось, не высовывайся, пока я не вернусь. А если портал расширится, беги! — он не стал ждать ответа и рванул прочь.

Узкая улочка вывела его прямо на место прорыва и то, что он увидел, заставило кровь похолодеть.

Площадь была усыпана телами. Синие плащи паладинов, пёстрые одежды горожан, всё смешалось в кроваво-чёрную кашу. В воздухе дрожал разрыв, из него сочилась скверна, густая, чёрная жижа. Медленно расползаясь, она пожирала всё на своём пути. От её прикосновения камень трескался, а дерево чернело и плавилось.

Двое паладинов стояли у самого портала, пытаясь стабилизировать разрыв, но их усилия были тщетны. Один, молодой, с обожжённым лицом, подошёл слишком близко. Чёрная струя ударила ему в грудь. Он не закричал, а просто отшатнулся, глядя, как доспех и плоть под ним чернеют, пузырятся и расползаются.

Не было ни вампиров, ни оборотней, которые обязаны быть в группе по закрытию порталов. Значит, эти паладины были просто патрульными, которым не повезло выйти сегодня на смену.

Среди обломков и тел Рейнер заметил выживших: одного паладина с окровавленным плечом, троих гражданских, покрытых кровью и пятнами скверны, и ещё несколько едва шевелящихся фигур, в которых было сложно разобрать кто они.

— Бездна… — Рейнер подскочил и помог подняться раненому паладину.

Он уже видел порталы, сражался с прорывами, но никогда раньше не делал этого в жилых кварталах. Никогда не видел тел людей, которые ещё недавно смеялись на ярмарке.

Главное спасти раненных. Я не смогу закрыть портал, но смогу прикрыть их. Дать им время. Куратор поднял руку. Повинуясь магии, обломки, камни и разрушенные киоски взвились в воздух и с грохотом прижались друг к другу, образуя шаткий, но плотный барьер между Скверной и горсткой выживших.

— Тащи раненых! — прохрипел Рейнер, обращаясь к паладину с разбитым плечом. — Быстрее! Я прикрою!

«Дождаться следующего отряда. Не допустить новых жертв. Спасти тех, кого можно. Продержаться».

Взмах, и он поднял новый заслон перед волной скверны, которая уже уничтожила его первую баррикаду.

Алькор стоял, чувствуя, как пот заливает глаза, как ноют мышцы, как чёрная энергия бьётся о барьер, разъедая всё, до чего дотрагивается.

Но он держался, выигрывая время для тех, кто ещё жив, кто может уйти и спастись. Пока не придут те, кто смогут закрыть этот проклятый разрыв.

Глава 35

Элира

Ноги одеревенели, будто вросли в землю. Я хотела двинуться, выбежать из укрытия и помочь Алькору. Спасти всех, закрыть портал, остановить это! Я ведь могу! Я же маг!

Но все эти мысли не заставили меня сделать ни шага. Спрятавшись за деревянной стеной киоска, стояла там и не могла пошевелиться.

А ведь Рейнер не способен один закрыть портал, он может лишь сдерживать Скверну левитацией и просто тянуть время, подставляя себя под удар.

Я могла бы помочь! Могла бы?.. У меня бы хватило сил? Вцепившись в волосы, дёрнула себя за них. Не знаю. Не могу. Страшно. В висках стучало, мои мысли сплетались с обрывками его сознания и эмоций.

Рейнер будет стоять там до конца. Если понадобится — до последнего вздоха. Я знала это, чувствовала его решимость и пугающую пустоту. Он не боялся, не дрожал, а просто делал то, что должен, не имея возможности остановить всё это. Пока я не могла сдвинуться с места.

«Быстрее уходи!»

Его крик ворвался в сознание оглушительной волной. Я машинально прижала ладони к ушам, будто это могло защитить от голоса, звучащего прямо внутри черепа.

Мне? Уходить? Что там происходит?

Высунулась из-за укрытия. Разрыв пульсировал и разрастался, пожирая пространство кусок за куском. Мимо, шатаясь, прошёл паладин. Он тащил левитацией двух окровавленных людей, сам едва держась на ногах. Я шагнула к нему и замерла. Руки бессильно повисли.

Я

Зачем я сказала пойти сюда? Чего ожидала? О чём думала?

Очень хотелось убежать. Просто сорваться с места и нестись прочь, не оглядываясь.

Но если рвану сейчас… что будет с ним? Выдернет ли браслет Рейнера за мной? Тогда все, кого он прикрывает, погибнут. А если просто дёрнет — собьёт концентрацию, и он совершит ошибку. Роковую.

В горле встал ком. Я мечтала лишь о том чтобы уйти. Но нельзя.

Значит, буду сидеть. Стиснула зубы так сильно, что, казалось, они вот вот треснут от напряжения. Буду держаться. И если я настолько никчёмная, что не могу помочь, то хотя бы не стану мешать.

— Элира, уходи! — на этот раз его голос прозвучал не в голове, а совсем рядом.

Вскочила и огляделась. Рейнер двигался ко мне, спиной вперёд. Он смотрел на груду тел, плывущих в воздухе, поднятых его магией. Руки, ноги, головы — всё переплелось в одно, и я не могла понять, кто ещё шевелится, а кто уже затих навсегда.

Рейнер шёл, одной рукой таща этот человеческий груз, а другой направляя поток силы в сторону портала, пытаясь замедлить Скверну. Но чёрная жижа накатывала снова, заполняя улицу.

Не в силах пошевелиться, я застыла, с ужасом наблюдая, как Алькор пытается спасти всех этих людей.

Никогда раньше не видела Скверну так близко. Никогда не чувствовала такого ледяного ужаса. Порталы почти не открывались в жилых кварталах. Я не ожидала, что всё будет так, не была готова.

Жидкая чёрная масса, похожая на кипящую смолу, быстро ползла, уничтожая каменную плитку и остатки киосков. Её склизкие лапы уже тянулись к ногам Рейнера.

Надо было помочь ему. Сделать хоть что-то. Но я стояла.

«Ему надо уходить, спасаться!»

Мне хотелось крикнуть, но рот не слушался, язык прилип к нёбу, я не могла даже вздохнуть.

— Чего стоим, кого ждём? — голос раздался прямо у уха, и я вздрогнула.

Глава 36

Элира

Лука появился из-за плеча и, резко тряхнув меня, заставил шевельнуться.

Прямо перед Рейнером, там, где Скверна вот-вот должна была достать его, внезапно провалилась земля, и поток хлынул вниз, в расщелину. Тарен, уже в своём стихийном обличье, оббежал нас с Лукой и бросился на помощь куратору. Следом подоспели ещё несколько паладинов. Вампир мягко оттащил меня в сторону.

— Живая? — он улыбнулся, заглянув мне в лицо. — Молодец. Подожди, скоро вернусь, — и кинулся к порталу.

Рейнер опустил раненых на землю. Тарен воздвиг вокруг пострадавших каменный щит. Паладины выстроились по обе стороны разрыва и вытянули руки.

— Именем Великого Мундуса, прошу закрыть портал со Скверной! — произнёс один из них.

Лука уже стоял у самого разрыва, вытягивая из него энергию. Рейнер и Тарен прикрывали магов, не давая Скверне коснуться их.

Портал зашипел.

Я никогда не видела, как их закрывают. Не знала, что паладины делают это через призыв к Мундусу. Не представляла, насколько это трудно. Одна я бы не справилась — без команды это чистое самоубийство.

Рейнер и Тарен действовали слаженно, подстраховывая друг друга. Портал застонал, снова зашипел и вдруг, резко, в одно мгновение схлопнулся, будто его и не было.

Скверна не исчезла, но перестала расползаться.

В следующую секунду площадь наполнилась людьми. Паладины десятками бросились к Скверне, запечатывая её в капсульные порталы. Лекари склонились над ранеными. Улица ожила. Из окон и дверей выглядывали жители. Вокруг вновь поднялись шум и крики.

Лука уже стоял рядом:

— Как ты? — вампир быстро оглядел меня с ног до головы.

Он ещё и за меня волнуется? Когда я просто в сторонке постояла и попаниковала! Я не удержалась и истерический смешок вырвался вместе со слезами.

— Как ты вообще тут оказалась? Неужели этот, — он кивнул на Рейнера, который шёл к нам, — посмел притащить тебя к открытому порталу?

— Это я… — начала было оправдываться, но Алькор меня опередил.

— Благодаря ей я смог вынести шесть человек, и ещё трое ушли сами. — Куратор посмотрел на меня, будто проверяя, нет ли ранений. Сам он выглядел потрёпанным: капли Скверны, попавшие на одежду, прожгли ткань и добрались до кожи, оставляя маленькие, но глубокие ожоги. — Я не мог пренебречь уставом, но и тащить её к порталу не имел права. Сам отчитаюсь за это перед ректором, так что отойди. — Он аккуратно взял меня под руку и повёл в сторону.

— Сочту за честь сопроводить вас к нему прямо сейчас, — Лука шагнул ближе.

— Что-то ты зачастил нас провожать. Сами справимся.

— И всё же я настаиваю, — вампир указал рукой туда, где, видимо, стоял экипаж. — Тем более здесь сейчас будет очень шумно, не стоит мешать паладинам и лекарям работать, — Лука невинно улыбнулся, — да и ректор ждёт. Нехорошо заставлять его волноваться.

Алькор закатил глаза, но всё же прошёл туда, куда указал вампир.

Не задавая вопросов, я двинулась за ними. Мы подошли к экипажу. Лука вежливо открыл дверь и помог мне сесть, затем залез сам. Рейнер закатывал глаза от каждого его жеста, а по лицу вампира проскользнула едва заметная, но уверенная улыбка.

— Уже приехали? — удивилась я, потому что дорога до Академии заняла всего пару минут.

У её ворот стояла толпа. Я выглянула в окно: студенты, оборотни, преподаватели. При виде экипажа они тут же начали шуметь и указывать в нашу сторону.

— Смотрите, как быстро мы стали поводом для сплетен, — Лука откинул прядь волос с лица.

Мы вышли и, не отвечая на вопросы, крики и возгласы студентов, поспешили к кабинету ректора. Я пыталась собраться с мыслями и хотя бы частично понять, что произошло.

Портал открылся в центре города, чего не случалось уже несколько лет. Видимо, в Академию сразу отправили сигнал о помощи, и, вероятно, поэтому Тарен и Лука так быстро оказались на месте разрыва.

Что было бы, если бы Рейнер не подоспел и они потеряли те несколько минут, которые добирались? Он сказал, что вынес шестерых и ещё трое смогли уйти сами.

Я пыталась сложить шесть плюс три в голове, но мозг отключился настолько, что пришлось загибать пальцы. Девять человек погибло бы, если бы Алькор не пошёл им на помощь.

По телу прошли мурашки: смерть от Скверны — страшная смерть. И сегодня куратор спас от неё девять человек.

Мы подошли к кабинету ректора. Лука постучал и, не дожидаясь ответа, открыл дверь.

Кроме Эдгара Веймара, в

Лука кивнул им и отошёл в сторону, пропуская нас с Рейнером вперёд.

Глава 36.1

Элира

— Вы не пострадали? — первым делом спросил Эдгар Веймар, подходя к Рейнеру и осматривая повреждения на его одежде. Тот молча покачал головой.

— Сколько погибших?

Алькор пожал плечами:

— Точно не знаю. Тел было много. Я вывел девятерых, с ними сейчас работают лекари.

Ректор кивнул:

— Как быстро ты оказался у портала?

— Через минуту-полторы после разрыва.

— Оперативно, — отозвался ректор.

Казалось, на этом сухие вопросы закончились. Я стояла, переминаясь с ноги на ногу, чувствуя себя лишней. Среди людей, которые знали, что делать, действовали по уставу и чётким алгоритмам, я просто растерялась. Не спасла никого, ничем не помогла. Паниковала, суетилась и замерла, увидев Скверну, словно зверёк перед лицом смерти.

— По уставу, как военнообязанный, я должен был отреагировать на открывшийся портал и поспособствовать его закрытию, — быстро процитировал Рейнер, видимо, какой-то параграф. — Но я был связан браслетом с Элирой Виолкой, которая не является военнообязанной, из-за чего…

— Я всё понимаю, — перебил ректор. — Элира, вы не пострадали?

Я отрицательно покачала головой, стараясь показать, что со мной всё хорошо и очень надеясь, что это всё не принест Рейнеру проблем.

— Это радует, — ректор потер висок и посмотрел на меня. — Ваш побег пока что обернулся наказанием только для меня.

— Справедливое замечание, — резко вступил Лука. — Позвольте отметить, что куратор регулярно подвергает себя опасности на тренировках. И как военнообязанный, реагирующий на вызовы о порталах, он вновь может оказаться в ситуации, где Элира из-за него будет под угрозой. — Вампир посмотрел на меня и улыбнулся.

Было не сложно догодаться, что он хочет, чтобы сняли браслет. Я сразу взбодрилась, хотя даже не понимала, рада этому шансу или испугана.

— Что вы предлагаете? — ректор посмотрел на Луку.

— Возможно, для безопасности студентки стоит прикрепить её к кому-то…

— К вам? — опередил его Эдгар Веймар. — Вы тоже военнообязанный, как капитан Краст и все сотрудники Академии, на которых я могу возложить ответственность за неё. И если вы не предлагаете ограничить передвижения, фактически заперев её где-то, то нам придётся идти на риск, потому что на слово этой студентке я пока доверять не могу, — покачал головой ректор. — Тем более до экзаменов осталось совсем немного. Искренне надеюсь, что подобная ситуация была редким исключением.

— Но, — продолжил Лука, — не кажется ли вам, что мы рискуем? Неоправданно.

Странно, что вампир, служащий в Академии, позволял себе говорить почти как советник ректора. Похоже, его здесь действительно уважали. И то, что Рейнер послушал Луку и пошёл за ним, тоже о многом говорило — у него, видимо, был достаточный авторитет для такой полемики.

Не зная, что сказать, прикусила губу. Просить отцепить меня от Рейнера выглядело бы странно. Просить не отцеплять — ещё страннее.

Неожиданно капитан, которого, видимо, звали Крастом, поднялся с дивана, подошёл и осмотрел меня со всех сторон.

— Как повела себя? — спросил он.

Я заморгала, не понимая вопроса. Но за меня ответил Рейнер:

— Не суетилась, не убегала, не делала глупостей. Выполняла инструкции.

— Хорошо, — капитан ещё раз обошёл меня. — А сама как себя чувствуешь?

— Я? — взглянула на него испуганными глазами.

— О, говорить можешь, связь с реальностью не потеряна, — усмехнулся он. — А что, если накинуть им пару дополнительных тренировок? Чтобы, если что, она могла сориентироваться. Лишняя толковая магичка в отрядах нам не помешает. Обяжем её, так сказать, — Краст посмотрел на ректора.

Тот задумался:

— Элира, мы не имеем права вас принуждать. Но можем предложить дополнительные тренировки, которые помогут в случае опасности рядом с куратором.

А что, если я откажусь? Как они тогда решат проблему? Браслет с меня снимать не собираются, а оставлять всё как есть — опасно. Неужели правда запрут где-то?

Посмотрела на Луку. На его лице ясно читалась вина, выражение будто говорило — «хотел помочь, а вышло только хуже». Затем перевела взгляд на Рейнера, который сохранял полное спокойствие. Потом, на капитана Краста, наблюдавшего за мной с живым интересом. И наконец, на ректора, погружённого в раздумья.

Но, с другой стороны… это же возможность. Освоить настоящую магию, которой меня никогда не обучали.

Научиться не цепенеть в бою, а то сегодняшний день ясно показал, как это важно. Показать свои способности капитану и ректору, зарекомендовать себя среди сильных магов. Это могло стать настоящей опорой, даже если я провалю экзамен.

Внутри поднялась странная смесь радости и уверенности. Я кивнула, и на лицах ректора и Луки отразилось удивление.

— С удовольствием поучусь.

Глава 37

Элира

— Хорошо, тогда я подготовлю для вас расписание тренировок, а сейчас, — ректор посмотрел на дверь, — предлагаю на всякий случай посетить медпункт, чтобы убедиться в вашей сохранности.

Я кивнула. Эдгар Веймар явно хотел поскорее отослать меня: то ли чтобы обсудить важные дела, то ли просто потому, что я доставляла ему слишком много хлопот.

Выйдя из кабинета, решила не пренебрегать советом и всё же дойти до медпункта.

— Здравствуйте, можно? — постучала в дверь.

— Ну входите! — бодро откликнулись изнутри.

Потянула за железную ручку и, переступив порог, поморщилась от едкого запаха смеси нашатыря, мяты и моющего средства.

Медицинский кабинет я видела в прошлой жизни всего один раз — после провала на экзамене, когда меня обследовали и не нашли причин пропажи магии. Тогда он выглядел иначе. Теперь здесь было слишком много мебели: перед железным столом в ряд стояли стулья, вдоль стен выстроились лавки, а на полках были аккуратно разложены десятки баночек с зельями, бинты и аптечки. Всё напоминало подготовку к осаде. Или в Академии началась эпидемия, о которой я пока не знала?

— Почему в верхней одежде? — протянула медсестра, почти невидимая за грудой бумаг.

Я тут же сняла пальто.

— На вешалку вешаем и подходим, — скомандовала она, и я послушно подчинилась.

— В этом году как-то рано пошли. Обычно за месяц до экзаменов начинается, — вздохнула медсестра. — Ну и какие симптомы?

Тут до меня дошло, что перед экзаменами, действительно, всегда случалась «эпидемия»: кто-то срывался от стресса, кто-то симулировал, чтобы избежать провала. И, видимо, для медсестры это тоже было испытанием.

— Слушаю тебя, милочка, — повторила она уже строже.

— Я сегодня была на открытии портала Скверны, — сказала, сделав несколько шагов по скрипучей плитке и чувствуя неловкость оттого, что трачу её время.

Взгляд медсестры мгновенно изменился. Она вскочила, отбросила ручку и усадила меня на ближайший стул.

— Откройте рот.

Я послушно

— Чувствуете слабость? Недомогание? Травмы есть?

— Нет, ничего такого.

— Заведём карту, — она взяла тонкую белую книжечку. — Имя, фамилия, возраст, курс.

Я продиктовала данные.

— Так… Это ваш первый контакт с порталом? Боевого опыта нет? — уточнила она, записывая.

— Нет.

— При первом столкновении со Скверной нормально чувствовать онемение, страх, учащённое сердцебиение, головокружение, тошноту и панику. Может начаться кровотечение из носа, обмороки, дезориентация…

Слушая перечень симптомов, я не выдержала:

— Почему такая реакция?

— Скверна действует не только на тело, она бьёт и по психике. Вся ваша сущность, включая магию, воспринимает её как смертельную угрозу. Поэтому боевики так много тренируются: чтобы противостоять и физическому, и ментальному воздействию. Поскольку это ваш первый контакт и боевого опыта нет, важно следить за эмоциональным состоянием.

Странно, что раньше я всё это не изучала. Факультет боевых искусств был для меня далеким и совершенно неинтересным. Да и прорывов в городе не было.

По спине пробежал холодок.

В прошлой жизни этого не было! Портал не открывался в день ярмарки! Или я просто ничего о нём не слышала? Как можно было пропустить подобное событие? Возможно, он всё же открывался, но его быстро закрыли? Или мои действия в этой жизни что-то изменили?

От этих мыслей голова пошла кругом. Медсестра щёлкнула пальцами у меня перед глазами.

— Дезориентация есть?

— Нет-нет, всё в порядке.

Она что-то записала и убрала карту в стол.

— Приходите через неделю на контрольный осмотр. Сейчас вы в норме, но после контакта со Скверной лучше перестраховаться.

Я забрала пальто и быстро вышла из кабинета. Несмотря на тревожные мысли о том, что портал открылся в этой реальности, но не открылся в той, я чувствовала облегчение. Мой план наконец начал работать. Мы с Рейнером почти команда. Глупо отрицать, что нам удалось выстроить хоть какое-то взаимопонимание, хотя раньше это казалось невозможным.

От мысли о Рейнере по телу пробежало странное волнение, щёки вспыхнули, и я приложила к ним холодную руку.

Машинально поднявшись по лестнице к своей комнате, я резко остановилась:

— Вот же… — увидев вырванную из стены дощечку, на которой раньше было моё имя, вспомнила утренние события и потопала вниз.

Но даже моё вынужденное выселение — мелочь. Теперь я буду тренироваться с капитаном оборотней, смогу показать свою магию ему и, возможно, даже ректору. Если уж эти двое не смогут дать мне шанс пересдать экзамен в случае провала, то я не знаю, что тогда вообще нужно сделать.

Довольная тем, что у меня наконец появился шанс доказать, что магия во мне всё ещё есть, спустилась в тёмный подземный переход и направилась к общежитию.

Глава 38

Элира

Четыре стены, пол и потолок — всё из грубого камня. Деревянная кровать без постельного, крошечный стол из неструганых досок, такой же стул и комод. Вернувшись в своё новое жилище и осмотрев всё, пришлось признать: условия тут и правда паршивые. Я медленно обошла комнату, касаясь пальцами шершавых стен. Хоть и сказала Рейнеру, что продержусь здесь до победного, оставлять всё как есть было невозможно.

Подошла к комоду и провела ладонью по крышке, от чего в воздух поднялось серое облачко пыли. Сморщившись, отряхнула руки и аккуратно положила пальто на кровать. Не хотелось, чтобы новые вещи сразу покрылись этой вековой грязью. После всех утренних событий в голове всё ещё царил хаос, и уборка была отличным способом отвлечься и упорядочить переживания. До ужина оставалось немного времени и стоило потратить его на то, чтобы привести это место в порядок.

— Нет, ну это просто издевательство, — хлопнув дверью, вышла из этого склепа.

Твёрдо решив потребовать хотя бы базовые удобства, направилась к вахтёру, который мирно посапывал, положив голову на сложенные руки. Но я успела сделать всего несколько шагов, как одна из дверей в коридоре бесшумно открылась, и на пороге появился Лука.

По его лицу пробежала тень искреннего удивления:

— Значит, тебя правда сюда переселили? — произнёс он, делая шаг вперёд. Брови вампира сошлись домиком. — Очень жаль.

Мы несколько секунд молчали, пока он изучал моё лицо. Затем мягко продолжил, смахнув со лба непокорную прядь:

— И прости, что не смог отцепить тебя от Рейнера. Честно говоря, не ожидал, что ректор проявит такую… настойчивость.

— Да ничего, всё хорошо! — я замахала руками, стараясь скрыть смущение. — Всё к лучшему.

— Думаешь? — Лука приблизился настолько, что я почувствовала лёгкий шлейф его одеколона. — Мне неспокойно, что он подвергает тебя опасности. — Он пожал плечами, и в этом движении была своя особая грация. — Но если ты говоришь, что всё хорошо… — его губы тронула лёгкая улыбка, и тусклый коридор будто стал светлее. — Какие планы на сегодня?

— Хотела попросить тряпки и постельное. В комнате очень…

— Грязно, — кивнул Лука. — Понимаю. Сейчас решим. — Он подошёл к столу и уверенно постучал по столешнице. — Демьян, позвольте потревожить ваш сон.

Мужчина дёрнулся, открыл глаза и, увидев Луку, сразу повеселел.

— А что?

— Нам нужны тряпки, ведро, новое постельное и полотенце. И ковёр. Пол зимой холодный, согласитесь. — Вампир улыбнулся, и Демьян тут же закивал.

— Да, я принесу постельное, полотенце и ковёр, а тряпки возьмите в подсобке.

— Премного благодарен, — легко произнёс Лука и жестом пригласил меня следовать за ним.

— Вы друзья? — удивилась я.

— О, нет, — он рассмеялся, поправляя манжеты. — Просто я считаю, что вежливость — лучшее оружие. Особенно когда люди могут быть… полезными.

Значит, и его галантность со мной лишь вежливость? Я посмотрела на Луку, который уже открывал дверь.

Вампир протянул мне через порог ведро с тряпками, я приняла их. Потом он вышел сам, держа большую швабру наперевес.

В комнате Лука поставил швабру к стене, а я опустила ведро на пол.

— Спасибо, что помог.

— Ещё и не начинал. — Он снял пиджак, закатал рукава рубашки и взял ведро. — Наберу воды и вернусь.

— Да зачем, я сама.

— Я сегодня абсолютно свободен. Если ты не против, составлю тебе компанию, — он улыбнулся одной стороной губ, отчего лицо стало особенно мягким. — А если сейчас примешь мою помощь без споров, то мы управимся быстрее. Может, ещё останется время сходить на ужин.

Не знаю, зачем он решил быть таким вежливым со мной, но отказываться не хотелось. Так что я согласно кивнула.

Глава 38.1

Элира

Мы принялись за уборку с неожиданным азартом. Лука помог оттереть стены, которые оказались покрыты плотным слоем пыли. Я же, быстро обтерев комод, перешла

— Позволь полюбопытствовать, это мода такая или акт вандализма? — улыбнулся Лука, сметая паутину в углу.

Хмыкнула:

— Скорее второе.

Отставив связанные вещи в сторону, покопалась в сумке. Книги и ежедневник были на самом дне, к счастью, их «подруга» не тронула. Обрадовавшись, выставила несколько толстых томов на комод, а сумку убрала в нижний ящик.

— В принципе, с вещами закончила, — подытожила, хлопнув ладонью по ладони.

— Оперативно, — усмехнулся вампир. — Это всё?

Он оглядел комнату, где больше ничего и не было.

— В общем, это всё, что оставила мне соседка.

Лицо вампира изменилось. Он выглядел не просто расстроенным, а скорее злым. Я поспешила сменить тему:

— Неужели ты тоже здесь живёшь?

Лука прикрыл глаза от пыли, летевшей с потолка, и коротко ответил:

— Я вампир.

— Подожди, — перебила я. — Но ты же приближённый ректора, часть администрации, ты же…

— Я вампир, — повторил Лука тем же ровным тоном. — Не тебе ли, как резервнице, знать, что значит быть чьей-то собственностью?

Мы оба замолчали.

— Получается… — начала я.

— Получается, то, что я служу ректору и занимаюсь его делами, не отменяет того, что я всё ещё вампир, — закончил Лука и усмехнулся. — Но жить здесь не так уж плохо.

Он повернулся ко мне, стряхивая мусор со швабры.

— Вот, например, у тебя в комнате больше нет паутины, и с потолка не летит пыль.

Я хмыкнула, но его весёлый тон явно был наигранным. В этот момент раздался стук в дверь и Демьян вошёл в комнату:

— Я принёс постельное. — Он положил стопку белья и полотенец на кровать, затем вышел и вернулся уже таща свёрнутый ковёр. Привалил его к стене и вежливо посмотрел на Луку, — нужна ли ещё какая-то помощь?

Вампир протянул ему ведро с грязной водой:

— Поменяйте, пожалуйста. И если можно, поищите ещё один светильник — здесь темно, — он указал на тусклую лампочку.

Вахтёр кивнул и вышел.

Мы закончили уборку довольно быстро. Комната преобразилась: ковёр оказался мягким и чистым, а постельное бельё, хоть и было грубоватым, пахло свежестью. На комод я поставила небольшой светильник с тёплым мягким светом. Если выключить люстру и забыть, что окна тут нет, становилось почти уютно.

Лука посмотрел на пальто, которое всё ещё лежало на заправленной кровати.

— Его можно повесить в гардероб. Он в коридоре слева.

Согласно кивнув, я взяла пальто и быстро вышла.

Тёплое чувство от уборки и неожиданно приятной компании заставило меня улыбнуться.

Крошечная гардеробная, оказалась у самого входа. Войдя в нее, я повесила пальто на первый попавшийся крючек и вдруг почувствовала в кармане что-то твёрдое. Удивившись, засунула руку и достала маленького сокола, про которого совсем забыла. Усмехнулась его надменному выражению и зажала в кулаке. Не оставлять же его тут.

Прошла по коридору, толкнула дверь в комнату и смутилась. На кровати ожидаемо сидел Лука, а вот перед ним, совершенно неожиданно, стоял Рейнер. Когда только успел прийти?

Глава 39

Элира

— Привет! — только и смогла сказать. И вдруг поняла, что смущаюсь от того, что Рейнер застал Луку в моей комнате. Покачала головой, отгоняя странную мысль, и, стараясь выглядеть спокойно, подошла к комоду, поставила сокола рядом с книгами.

Рейнер приблизился на шаг и протянул мне лист с расписанием, в котором появились новые тренировки. К счастью, на этот раз ни одна из лекций не пострадала, и я могла выполнять учебный план полностью. Покрутив листок в руках, заметила, что одна из тренировок начнётся уже через час, сразу после ужина.

Куратор поймал мой взгляд и коротко кивнул:

— Пойдём, поешь. — Он уже двинулся к двери.

Я машинально шагнула за ним, но Лука поднялся с кровати, откинул прядь волос и спокойно заметил:

— Позволю себе напомнить, что приказ — не лучший способ пригласить девушку. Тем более мы уже договорились поужинать вместе.

Рейнер закатил глаза.

— Я лишь хочу убедиться, что ты не переешь перед тренировкой, — отчеканил он. — Поэтому предлагаю отправиться вместе. А тебе, — он бросил взгляд на Луку и явно с трудом сдержал оскорбление, — в столовой делать нечего.

Лука рассмеялся и легко похлопал его по плечу. Рейнер дёрнулся, будто от электрического разряда.

— С другой стороны, ты прав, — небрежно согласился вампир. — Следить за её диетой я не намерен. Так что пойдём втроём. Ты ведь не запретишь мне составить компанию?

Алькор распахнул дверь так, что она ударилась о стену, и вышел в коридор, не обернувшись.

— Пойдём, — коротко бросил он из-за порога.

Лука лишь развёл руками, изображая невинность, и я, глубоко вздохнув, шагнула за Рейнером.

В столовой стоял привычный шум. Пахло горячим хлебом, тушёной капустой, мясом и крепким чаем. Мы подошли к раздаче. Рейнер взял поднос и с деловым видом осмотрел еду, выставленную на прилавке. Лука вежливо пропустил меня вперёд.

— Бери овощи и мясо, — спокойно сказал куратор. — Но не наедайся. Ты со мной ещё не тренировалась, может быть тяжело.

Я кивнула и положила на тарелку тушёную морковь, пару ломтей мяса, немного каши. Лука приблизился сзади и наклонился к самому уху:

— А десерт? — прошептал он.

— Ты бы не провоцировал его, — ответила я так же тихо, опасаясь, что Алькор услышит.

— Не могу отказать себе в удовольствии посмотреть, как он пыхтит.

Я закатила глаза. Лука тут же усмехнулся, заметив это:

— Слишком много времени с куратором проводишь, — он кивнул в сторону Рейнера. — Привычки перенимаешь.

До меня неожиданно дошло, что он прав. Алькор действительно всё время закатывает глаза, но я то нет! Покачала головой, будто прогоняя эту странную мысль.

Закончив набирать еду, мы прошли в зал. У окна был свободный стол. Рейнер сел первым, небрежно отодвинув стул ногой. Лука сначала поставил поднос, потом придвинул мне стул, и лишь после этого сел сам.

Мы ели молча, чему я была несказанно рада. То, как эти двое цеплялись друг к другу, заставляло меня то нервничать, то едва сдерживать смех. Хорошо хоть поесть можно было в тишине.

В поразительной тишине! Я насторожилась, поняв, что в столовой больше не было слышно привычных звуков, будто студенты разом замолчали. Подняла глаза от тарелки и увидела, что почти все взгляды направлены на нас. Впрочем, неудивительно: куратор, вампир и резервница, которые сегодня были на прорыве, сидели за одним столом.

От соседнего столика, мерзко скрипнув стулом по плитке, встала и подошла к нам худенькая светловолосая девушка.

Глава 39.1

Элира

Рейнер опустил ложку и с каменным лицом покачал головой:

— Благодарю за заботу. Передайте отцу, что всё хорошо. А закрывать порталы — моя обязанность.

Люди за соседними столами вытянули шеи. Ещё двое подошли ближе. Потом ещё трое. Стоило кому-то заговорить с Рейнером, как студенты потянулись к нам со всех сторон.

Алькор поднялся, даже не доев:

— Вставай, — сказал он мне тихо. — Опаздываем.

К счастью, мы спокойно покинули столовую и снова вошли в подземный переход. Здесь было пусто и тихо. Лука шёл рядом с Рейнером, не говоря ни слова. Он и на тренировку увяжется или пойдет по коридору к себе? Когда увидела двери зала, ускорила шаг. Наконец-то смогу показать свою силу капитану!

Мы втроем вошли. Огромный круг арены тянулся в полумрак, купол едва угадывался. Здесь было холоднее, чем в коридоре. Рейнер щёлкнул большим выключателем у входа. Свет вспыхнул полосами, выхватывая из тьмы песок, трибуны и две двери к раздевалкам. Куратор подошёл к одной из них, достал из коробки несколько тряпок и спортивные ботинки.

— Вот, возьми. — Рейнер подал мне майку, штаны и обувь. — Форму ещё не заказали, а это запасной комплект, он новый, но может быть не по размеру. На сегодня сойдёт.

Я молча взяла одежду и прошла в раздевалку. Быстро снялва свитер со штанами и надела предложенную форму. Майка оказалась велика и закрывала половину бёдер. Штаны, наоборот, сидели слишком плотно. Ботинки — на полразмера больше. Я затянула шнурки, собрала волосы в хвост, глубоко вдохнула и вышла в зал.

Рейнер окинул меня взглядом сверху вниз, поправил пуговицу на манжете и закатил глаза.

— Было бы лучше подождать форму, — заметил Лука. — Ей явно неудобно.

— Я сказал, что тренировка сегодня, — отрезал Рейнер. — Можешь выйти, если тебя что-то не устраивает.

Лука усмехнулся, откинул волосы:

— Какой у тебя отвратительный характер! — сказал он почти ласково. — Поэтому я и не подумаю оставить тебя с ней одного.

— Пасть закрой, — лениво бросил Рейнер.

У меня вспыхнули уши. Вмешиваться в их пикировку не хотелось.

— А когда будет капитан? — спросила я после паузы, вспоминая имя. — Краст?

Рейнер и Лука посмотрели на меня с одинаковым удивлением.

— А зачем он тебе? — уточнил вампир.

— Ну, для тренировок, — пробормотала я, уже чувствуя, что сказала глупость.

— Капитан оборотней тренирует оборотней, — поморщился Рейнер. — Он очень занят и даже меня не всегда успевает обучать. Так что я твой тренер. На сегодня, на завтра и на все ближайшие дни.

Лука тихо хмыкнул.

— Но ведь магия… — я замялась, не зная, можно ли говорить об этом при Луке, и прикусила губу.

— Элира, какая магия? — Рейнер усмехнулся и подошёл ближе. — Неужели думала, что будешь порталы тут открывать? — Он положил руки мне на плечи. — Главное при работе со скверной — психическая и физическая выносливость. Какая бы у тебя ни была магия, без этого ты не призовёшь даже крошечный портал, потому что тебя парализует страх.

Его рука всё ещё ощущалась на моём плече — чёткое, профессиональное прикосновение, без намёка на что-то личное. Пальцы на секунду сжали мышцу, оценивая тонус, ладонь скользнула по спине, проверяя осанку. Чисто рабочее касание. Но кожа под майкой горела, а в животе ёкнуло так, будто я сорвалась с высоты. Я стояла, затаив дыхание, чувствуя, как кровь приливает к щекам.

Рейнер отошёл, его лицо оставалось совершенно невозмутимым. Он действительно просто оценивал готовность к нагрузке.

— Вперёд. Двадцать кругов по внешнему кольцу.

— Капитан Краст был бы впечатлён твоим педагогическим подходом, — Лука расплылся в улыбке. — Такая... тактильная методика.

Рейнер ничего не ответил, полностью проигнорировав присутствие вампира, будто не хотел замечать назойливую муху. Потом коротко кивнул на арену, и я побежала.

Глава 40

Элира

Сначала было легко. Первые два круга я мотивировала себя мыслями о будущем: вот выдержу, покажу результат и меня допустят до настоящих тренировок с капитаном, где я наконец смогу продемонстрировать магию.

Но к третьему кругу все надежды испарились. Дыхание сбилось, в боку заныло, ноги налились свинцом, а сердце будто пыталось вырваться наружу.

«Дыши. Ты забываешь дышать», — в голове прозвучал спокойный голос Рейнера.

Я споткнулась, едва не упала, но успела поймать равновесие.

«Гадёныш! Ему-то легко стоять и умничать!» — мысленно выдохнула я и тут же поняла, что он меня слышит. Пульс зашкаливал, мысли были нараспашку.

«Вдох и выдох. Сосредоточься на дыхании», — продолжил он, не обращая внимания на моё раздражение.

К седьмому кругу я уже не чувствовала лёгких и всерьёз подумывала остановиться посреди арены и сказать, что с меня хватит.

В этот момент Лука громко откашлялся и бросил:

— Не кажется ли тебе, что ты её просто загоняешь?

— Когда случится настоящий прорыв, скверна её жалеть не будет, — спокойно парировал Рейнер.

Вампир на секунду задумался, затем кивнул:

— Вынужден согласиться.

Видимо, в вопросах боевой подготовки даже они сходились. Идея сдаться мгновенно улетучилась. Я стиснула зубы и принялась считать шаги: раз-два, раз-два.

К четырнадцатому кругу я уже не могла ни считать, ни думать — просто двигалась, как загнанная лошадь.

«Ты справляешься. Всё хорошо», — снова прозвучал в голове голос Рейнера. На этот раз в нём слышалась лёгкая, ободряющая нота.

«Ненавижу бегать», — пожаловалась я.

«Я тоже когда-то ненавидел», — неожиданно ответил он.

«Он это рассказывает или я случайно подслушиваю?»

«Я сам с тобой говорю. У меня-то с чего бы пульсу подняться?» — усмехнулся Алькор.

«Тогда расскажи, почему ненавидел бегать?»

«Каждое утро в пять. В любую погоду — дождь, снег, слякоть. Отец вытаскивал меня на пробежку и стоял, пока я не сделаю пятьдесят кругов вокруг дома. Я бежал изо всех сил, только чтобы он хоть раз похвалил».

Этот короткий рассказ выбил меня из колеи. На мгновение я даже забыла, как только что валилась с ног от усталости. Внутри разлилась странная смесь стыда и жалости и я вдруг ясно представила того маленького мальчишку с портрета. Который сутками под дождём бегал вокруг огромного особняка. Почему-то этот особняк представился мне не милым уютным домом, а каким-то страшным, уродливым замком. И этот маленький мальчик не позволял себе жаловаться.

Почему же тогда позволяла я? Почувствовала, как внутри закипает злость. Желание отступать пропало полностью, мне показалось, что я даже побежала чуть быстрее.

— Двадцать, — резко произнёс Рейнер уже вслух.

Я остановилась, почти рухнув на песок.

— Разминка закончена.

Рейнер

— Простенькая, — сказал он, оценивая конструкцию. — Для начала хватит. Подходи.

Подошла, хотя ноги всё ещё дрожали после бега.

— Сначала лестница, потом перекладина, — произнёс куратор спокойно. — Не спеши. Я подстрахую.

Вздохнув, поставила ногу на нижнюю ступеньку, поднялась и ухватилась за холодную перекладину. Подняться было несложно, но когда потянулась к следующему упору, ладонь Рейнера легла чуть выше талии. Видимо, чтобы я не упала.

Замерла, сбив дыхание.

— Всё в порядке, — произнёс он спокойно. — Держи равновесие.

— Нашёл новый способ нарушать личное пространство? — лениво заметил Лука, глядя куда-то в сторону.

Я медленно поднималась. Куратор шёл рядом. Когда я оказалась выше его роста, он встал подо мной внимательно смотря за всем, что делаю.

— Я не хочу, чтобы она убилась, — ответил Рейнер, даже не повернув головы.

— Конечно, особенно когда можно совместить приятное с полезным, — протянул Лука с фальшивой невинностью.

Из-за того, что отвлеклась на их перепалку, нога соскользнула, и я сорвалась вниз.

Он поймал.

Резко, но уверенно. Одна ладонь легла под попу, вторая обвила талию, не давая удариться. Я вцепилась Рейнеру в плечи, пытаясь отдышаться. Сердце грохотало, будто я пробежала ещё двадцать кругов.

— Спокойно, — сказал он тихо, почти шёпотом, совсем рядом. — Поймал. Видишь? Всё в порядке.

«Такие руки… горячие».

Мысль мелькнула, и я была уверена, что он её уловил. Но ничего не сказал, и даже в голове я не услышала ответа. Зато его ладонь под попой прижалась плотнее, и сквозь тонкую ткань я ощутила отпечаток каждого пальца. Другая рука сдвинулась выше, большой палец скользнул под край майки и коснулся кожи. Прикосновение было точным, почти невесомым, но я почувствовала его отчётливо.

Он сжал мою талию сильнее, и я вцепилась в его плечи, ощущая твёрдые мышцы и быстрый пульс. Нужно было что-то сказать. Сейчас же, пока мысли не рассыпались, пока я ещё могла их удержать. Пока тело, откликающееся на каждое его движение, не заставило думать о вещах, которым не место во время тренировки. Особенно если он может эти мысли услышать.

— А как же скверна, что никого не щадит? — не удержался и расхохотался Лука. — Неужели у вас есть на это время?

Рейнер аккуратно отпустил меня:

— На сегодня хватит. Тренировка окончена.

Глава 41

Рейнер

— И почему она опять опаздывает? — Рейнер мрачно посмотрел на два стакана с соком. Взял свой и сделал несколько крупных глотков, пытаясь смочить внезапно пересохшее горло. — Снова во что-то вляпалась? — он поставил стакан, поднялся с дивана и вышел к двери.

Элира опаздывала всего на пару минут, но он ждал её уже несколько часов. Просто проснулся слишком рано, без будильника, с единственной мыслью: сегодня. Сегодня он снова попытается открыть портал. От этого у него сжимался желудок. Страх, что прошлый успех оказался случайностью, удачей, которая больше не повторится, грыз изнутри.

— Может, за ней сходить? — Алькор замер у двери, прислушиваясь.

Почему так долго? Он нахмурился. Ждать под дверью было совсем не в его стиле. Видимо, сегодня он слишком нервничал из-за тренировки. Конечно, из-за неё. Что может быть важнее?

И в ответ на этот вопрос он неожиданно представил… её. Не портал, не магию, а Элиру. Как она войдёт и улыбнётся, чуть смутится. Как дверь закроется, и они останутся одни. А потом она возьмёт его за руки…

Он резко выдохнул.

И вспомнил вчерашнюю тренировку. Её кожу под пальцами, её дыхание и те неосторожные мысли. Она могла позволить себе это, но он… куратор. Он не мог открыть ей свою голову. Нельзя.

Сколько сил стоило сдержаться, отогнать лишнее, не поддаться порыву. Не представлять, как его руки крепче сжимают её упругую попу, как обхватывают талию, прижимая её тело так, что между ними не остаётся пространства. Не представлять, как он снова впивается в её губы, вынуждая стонать, а Элира касается его шеи, запускает пальцы в волосы, удерживает, не позволяя оторваться. В то время как руки скользят под одеждой, исследуя каждый изгиб её тела и каждую дрожь, подаренную его прикосновениями.

Щёлкнул замок. Рейнер вздрогнул, с силой отгоняя наваждение. Бездна, соберись. О чём ты вообще думаешь?

Элира ввалилась в комнату, тяжело дыша. Явно поднималась бегом.

— Прости, всё из-за того, что нет окна. В этой каморке кромешная тьма, и я проспала, — затараторила она. Рейнер слегка улыбнулся уголком рта.

— Выспалась хоть? — он развернулся и прошёл в комнату.

— Какой там… Нет. И ноги болят после бега, — пожаловалась она, следуя за ним.

— Пройдёт. Значит, хорошо потренировалась, — он протянул ей стакан с соком, и Элира жадно отпила.

— Ну что, готов? — она поставила стакан и подошла почти вплотную.

— Готов. — Алькор закатил глаза и выдохнул. Порталы и магия, вот что должно было занимать его голову. Только это. Необходимо было собраться.

— Ладно, тогда начнём с того, что уже получилось. — Элира посмотрела на него снизу вверх.

Рейнер молча кивнул, всё ещё сомневаясь, что успех был не случайностью, что у него выйдет снова. Но мелочь держала его руки так крепко и смотрела с такой надеждой, что он откинул все сомнения:

— Море, море, край простой… — закрыл глаза, чувствуя её пальцы и дыхание рядом и думая о ней, а не о магии. — Где лишь ветер и покой.

Яркое свечение пробилось даже сквозь веки. Когда Рейнер открыл глаза, Элира смотрела на него с восторгом.

«Смог. Получилось.» — прозвучал в его голове удивленный голос.

Странно. Он ведь уже открывал этот портал. Значит, она тоже сомневалась? Элира неожиданно кинулась к нему и крепко обняла.

— Ну вот! Я же говорила, что ты маг!

— Ты чего? Я ведь это уже делал… — пробормотал он.

Элира резко отстранилась, быстро закивала:

— Да. Но раз смог повторить — значит, всё работает.

Рейнер посмотрел на свой портал внутри которого виднелись море и небо.

— Можешь использовать его у себя в комнате вместо окна, — куратор обошёл его вокруг, словно проверяя, настоящий ли он, и закрыл.

— Хорошая идея, — Элира снова подошла и взяла Алькора за руки. — Теперь давай откроем портал с пустотой.

Он кивнул.

— Не нужно ничего оттуда призывать. Лишь открыть. Сформулируешь запрос сам?

Рейнер кивнул ещё раз, пытаясь сосредоточиться, но не смог.

Волнение о том, что он не повторит даже первый результат, отступило, и теперь ничто не его мешало мыслям то и дело возвращаться к

Он заметил выбившийся локон тёмных волос, то и дело касающийся её щеки. Она всё время откидывала его, а локон продолжал упрямо возвращаться на прежнее место. Рейнер сейчас был бы не против также коснуться её нежной кожи или даже провести пальцем по влажным, улыбающимся губам. Да чтоб тебя… Успокойся.

Заставив себя собраться, быстро произнёс:

— Портал номер один, от сотворения мира. Мир с пустотой.

Алькор даже не думал о самом портале, его мучил вопрос, почему рядом с ней он не может сосредоточиться. Почему не хочет, чтобы она убирала руки.

В ту же секунду пространство над ними разорвалось, и над головами открылся мир с пустотой.

— Получилось… — прошептала Элира. — Рейнер, ты смог.

— Что?.. — он посмотрел на портал, не сразу поняв, что произошло. Это был не детский портал без номера, а рабочий. Призови он его на экзамене, отец договорился бы, и он получил бы самый низший, но проходной балл.

— Давай ещё один! — Элира потрясла его за руку.

Буду рада подписке, лайку, комментарию и тому, что добавите книгу в библиотеку.

Спасибо, что читаете мою историю. Я только дебютирую на портале, и ваша поддержка для меня невероятно важна ❤️

Глава 41.1

Элира

Глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Он открыл портал сам, и я тут ни при чём. На этот раз я молчала, и даже мысленно не вмешивалась. Куратор сделал это сам! Получается, мой обман был не зря.

Мысли уступили место чувствам, я не удержалась и крепко обняла Рейнера. Теперь нужно убедиться, что это не случайность. Открыть ещё один портал, на этот раз с номером. Пусть будет первый.

Несколько секунд мучительного ожидания, и Алькор справился. Открыл мир с пустотой. Значит, смог. Мы смогли.

Надо взять себя в руки и продолжать тренировку. Посмотрела на Рейнера. Он выглядел чуть потерянным и по-настоящему взволнованным.

— Может, хочешь открыть какой-то определённый портал?

Алькор задумался на мгновение и кивнул:

— С огнём. Но стихийные порталы…

— Ты сможешь, — перебила я его. Сказала, и только потом подумала. Стихийные порталы далеко не безопасны и часто выходят из-под контроля. Но он станет великим магом, он справится. — Давай портал с огнём. Если что, я подстрахую.

Рейнер поднял брови, удивлённо посмотрел на меня.

— Думал, буду отговаривать?

— Надеялся на твоё благоразумие, — усмехнулся он. — Но тогда лучше отойди в сторону. Не хочу думать о том, что ты можешь пострадать, — он кивнул на приоткрытую дверь спальни.

— Ты справишься.

Если уйду, это будет означать, что я ему не доверяю, что оставляю лазейку, чтобы не справиться. Нет. Он откроет этот портал, и я не двинусь с места.

Внутри всё покалывало от уверенности и волнения. Неужели я так не хочу выходить за него замуж? Нет. Я просто хочу, чтобы он смог, чтобы раскрыл свой потенциал. Он этого заслуживает.

— Вообще-то учитель здесь я, и где мне стоять, решу сама, — я осталась рядом. — Давай.

Рейнер секунду ждал, затем нахмурился и кивнул:

— Мир номер тринадцать. Вечное пламя. — Он раскрыл ладони, и между ними вспыхнул ярко-синий свет. Портал был небольшим, примерно с тарелку, но от него сразу повеяло жаром.

— Отлично. Смотри-ка, мы не горим, — я заглянула внутрь синего кольца и увидела всполохи огня. Резко в голове всё разорвалось от боли, и я резко обернулась к Рейнеру. Он смотрел на портал с грустью.

— Что случилось?

Вместо ответа я ощутила обрывки его воспоминаний. Отец Рейнера, кричащий всё громче, требующий открыть портал с пламенем. Его голос становился всё неистовее, а боль мальчика — всё острее. Тщетные попытки ребёнка справиться с заклинанием и нарастающее отчаяние.

— Ты смог, — только и сказала я.

Рейнер всё так же молча смотрел на всполохи. В нём переплелись жгучая обида, вина, боль и давняя ненависть.

— Смог, — он закрыл портал и остался стоять неподвижно.

— Поэтому и выбрал именно его? — я осторожно положила ладонь ему на плечо. — Из-за отца?

Он не двигался. Мне захотелось обнять его, и рука с плеча скользнула к шее. Легко потянув его к себе, я оказалась у груди, лбом уткнулась в ключицу. Он был выше, и всё выглядело как-то неловко.

Но Алькор будто ждал именно этого. Он сразу откликнулся, шагнул вперёд. Его руки обняли меня мягко и уверенно. Одна легла на талию, другая на спину, прижимая так крепко, что у меня перехватило дыхание. Потом я почувствовала, как его подбородок легонько коснулся моей макушки.

Не знаю, сколько мы так стояли. У меня затекли руки, ноги начали подкашиваться, когда Рейнер, наконец, выпрямился и отошёл на шаг. Судя по тому, что его беспокойные мысли больше не разрывали мне голову, буря внутри него улеглась.

Алькор посмотрел на меня с совершенно спокойным лицом:

— Ладно, теперь моя очередь быть учителем, — он указал на спальню.

Я подняла брови. Интересное предложение, и мне бы хотелось посмотреть, чему именно он собрался учить меня в спальне, но Рейнер тут же продолжил, обрывая мои мысли:

— Там привезли вещи, которые мы купили. Надень штатскую одежду, в форме будет неудобно.

Глава 42

Элира

Я покопалась в бумажном пакете с золотой ленточкой и вытащила тот самый домашний комплект: штаны из приятной плотной ткани и блузку из мягкого материала. Не шёлк, но и не грубый хлопок, к которому я привыкла.

Переоделась за минуту. Штаны сидели отлично: широкая резинка не врезалась в тело, а лишь мягко очерчивала талию. Я даже провела ладонью по бёдрам, проверяя, действительно ли у меня такие изгибы. С блузкой возникла заминка — материал показался слишком тонким. Я покрутилась перед смутным отражением в оконном стекле, пытаясь понять, не просвечивает ли она. Вроде бы нет. Зато ткань ощущалась как вторая кожа, нежная, не стесняющая движений. Это было непривычно приятно.

Сложив свитер и штаны в пакет, снова взглянула на своё отражение. Выглядела я… хорошо. Непривычно хорошо. Перехватила волосы в хвост, убрала выбившиеся пряди и вышла из спальни.

Рейнер, услышав мои шаги, медленно обернулся. И… задержал на мне взгляд. Не на секунду, а дольше. Намного дольше. Он просто смотрел, и мне стало не по себе. Щёки мгновенно вспыхнули. Может, блузка всё-таки просвечивает? Или я застегнула что-то не так? Я нахмурилась и прикусила нижнюю губу:

— Что не так?

— Наоборот. Всё как раз… так, — его голос прозвучал на полтона ниже обычного. — Пойдём. Вещи оставишь здесь, заберёшь потом.

— Подожди, а разве мне не нужна спортивная форма?

— Форма нужна

Я кивнула.

— Ну вот. Сегодня будем тренировать волю. А для этого нужна не форма, а комфорт. Тебе удобно?

— Да, — кивнула я.

— Ну и отлично.

Он повернулся, вышел в коридор и, придержав дверь, пропустил меня вперёд. Потом щёлкнул замком, проверяя, закрыто ли, и двинулся к лестнице.

Мы шли по утренним коридорам. Вокруг толпились студенты: кто-то возвращался из душевых с мокрыми волосами, кто-то на ходу дописывал домашку. С первого этажа тянуло сладким запахом свежих булочек, которые, видимо, пекли к завтраку.

Когда мы прошли мимо группы ребят, мне в спину донёсся шёпот: «Смотри, куратор… И с ним эта…» Я сразу опустила глаза, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. Всего несколько минут назад мы стояли обнявшись, а теперь я иду рядом с ним, ощущая неловкость во всём теле.

Мы спустились в подземный переход. Внизу было прохладно и влажно, будто эти стены никогда не прогревались. Я невольно съёжилась в своей тонкой блузке.

Рейнер заметил. Снял пиджак и накинул мне на плечи. Ткань была тёплой.

— Скоро дойдём, — сказал он, и мы двинулись дальше.

Остановились у глухой двери в самом конце коридора. Алькор достал ключ, вставил его в замок. Дверь со скрипом распахнулась, и за ней оказалась плотная темнота.

Куратор вошёл первым, и несколько секунд я не различала ничего. Потом у стены вспыхнул маленький огонёк. За ним второй, третий. Свет постепенно раздвигал мрак, и я увидела, как Рейнер зажигает свечи в нишах по кругу.

Когда стало достаточно светло, переступила порог. Ступни утонули в неожиданно мягком и упругом покрытии, похожем на матрас. У входа стояла аккуратно оставленная обувь Алькора. Я, последовав его примеру, разулась и прошла дальше.

Комната была круглой, небольшой и без окон. По стенам тянулись глубокие ниши, и в каждой находилось что-то своё: глиняная ваза с цветущей веткой вишни, маленький фонтанчик, в котором журчала вода, свечи и ароматические палочки, которые Рейнер только что зажёг.

Здесь было сухо и удивительно тепло — совсем не так, как в сыром коридоре. Воздух наполнял смешанный аромат цветущей ветки, сандала и воска.

Алькор закончил зажигать свечи и благовония, обошёл меня и закрыл дверь. Внешние звуки тут же стихли.

— Оборотни здесь тренируются держать инстинкты под контролем, — сказал он, оглядев комнату. — Для медитаций место идеальное.

Глава 42.1

Элира

Алькор подошёл и снял с меня пиджак.

— Будет мешать, — отложил его в сторону. — Давай начнём с того, что просто спокойно подышим.

Первым опустившись на пол, он жестом пригласил меня сесть напротив. Я устроилась рядом с ним, скрестив ноги.

Рейнер придвинулся ближе. Так близко, что наши колени почти соприкоснулись, и я почувствовала тепло, исходящее от него даже через ткань брюк.

— Сядь ровно. Выпрями спину, — его голос стал ниже и тише. — Сейчас будем дышать вместе.

Он протянул руки, раскрыв ладони. Когда я касалась его на тренировке, так не смущалась, но сейчас чувствовала себя странно. Всё же выдохнув, подала ему ладони.

— Не думай. Просто дыши так, как я.

Он наклонился чуть ближе. Дыхание коснулось моего лица. Медленное, глубокое. Я попыталась повторить, но сбилась, выдохнув слишком резко.

Мне захотелось податься вперёд, чтобы коснуться его лица.

Собраться, Элира, просто собраться. Он куратор и пытается помочь. А ты сидишь и думаешь непонятно о чём. Дыши, как он говорит.

— Не суетись, — он взял мою правую руку, притянул к себе и прижал к своей груди. Сверху накрыл её ладонью, надёжно удерживая. — Вот так. Теперь чувствуешь каждый мой вдох? Повторяй за мной.

Закрыла глаза и под ладонью ощутила ровный ритм его дыхания. Я изо всех сил боролась с внезапным желанием провести рукой по его торсу, почувствовать мускулы под тонкой рубашкой.

«Как тут спокойно дышать?»

«Вот как раз этому мы и учимся. Контролировать мысли, дыхание и разум в любых ситуациях», — тут же прозвучало в голове.

— Давай. Вдох и выдох, — сказал он вслух.

Мы дышали так несколько минут. Его колени касались моих, ладони были сомкнуты, и казалось, что между нами нет ни воздуха, ни расстояния, только общий тихий ритм. У меня закружилась голова, всё тело будто горело, и всё, что я пыталась делать это не впускать в сознание лишние мысли.

— Теперь открой глаза, — попросил он.

Я медленно открыла и тут же вздрогнула. Его лицо было слишком близко, нос почти касался моего.

— Следующее, — Рейнер поднялся, отошёл за мою спину и наклонился так, что мне показалось, что он встал на колени.

— Сделаем растяжку, так мышцы быстрее перестанут болеть, — его руки мягко лежали на моих плечах, а грудь упиралась в спину. — Выпрями ноги.

Молча сделала так, как он сказал. Почувствовала сильное и медленное давление, Рейнер плавно наклонил меня вперёд, пока под коленями не стало болезненно тянуть.

— Ай… — вырвалось у меня.

— Дыши, — его голос прозвучал прямо у уха. — Выдыхай, и станет легче.

Я сделала выдох, и напряжение действительно чуть-чуть отпустило. Он не позволял мне разогнуться, а от его груди, прижатой к моей спине, было очень жарко.

«Он точно издевается.»

На секунду захотелось возмутиться, но я тут же поняла, что это не совсем правда. Где-то глубоко внутри всплыла странная уверенность: он знает, что делает, и я не хочу ему мешать.

Только вот я не была уверена, откуда это чувство. То ли потому, что доверяю ему как куратору и человеку, чьи решения видела в бою. Или же потому, что не хочу, чтобы он убрал руки? Не хочу, чтобы эта тренировка закончилась?

Через несколько секунд он наконец отпустил, и я выпрямилась, ощущая тепло и лёгкость в ногах. Передохнуть не успела, потому что Рейнер тут же обхватил меня сзади под локтями.

— Теперь потянем бок, — прошептал он. — Расслабься и доверься.

Я не успела ничего ответить, как он уже плавно наклонил меня влево. Мой бок мягко упёрся в его согнутое колено, и от талии до руки, побежало приятное натяжение. Его руки надёжно удерживали меня. С каждым выдохом мышцы поддавались всё больше.

Так ко мне ещё никто не прикасался. Его движения были настойчивыми, сильными, но при этом невероятно заботливыми и осторожными. Я была абсолютно уверена, что он понимает, что делает, знает границы моего тела и не сделает больно.

— Хорошо, — он мягко наклонил меня в другую сторону, и теперь тянулся левый бок. Пальцы правой руки скользнули по моим рёбрам, слегка нажимая, помогая расслабиться. Я чуть сильнее наклонилась, плотнее прижимаясь к его

«Да я же делаю это специально», — осознала. — «Чтобы он почувствовал моё тело, чтобы его рука... его рука соскользнула с рёбер и коснулась груди...»

В голове вспыхнуло воспоминание с вечеринки, его губы и сбивчивое дыхание. С ужасом пришло осознание, что мне страшно хочется, чтобы он повторил это.

«Прямо сейчас. Хочу его…»

Какая-то часть этих мыслей явно проскользнула в голову к Рейнеру, потому что он поднял меня, прижался ещё ближе, и я услышала его тихий голос:

— Кажется… — его губы коснулись мочки моего уха, — я недостаточно хорошо объяснил, что значит контроль мыслей.

Прежде чем я успела осознать, сказанное, его рука соскользнула с рёбер, накрывая грудь прямо над бешено колотящимся сердцем, а пальцы другой руки мягко, но уверенно обхватили подбородок. Рейнер развернул моё лицо к себе и поцеловал. Страстно, без предупреждения. Я успела только выдохнуть ему в губы, чувствуя, как всё внутри переворачивается.

«Урок первый,» — мелькнуло в голове. — «Мысли материальны. Особенно твои.»

Глава 42.2

Рейнер

Не разрывая поцелуя, Рейнер развернул Элиру и усадил к себе на колени. Одной рукой обхватил её за спину, другой — за шею, крепко прижимая. Теперь у неё не было ни шанса отодвинуться, ни времени на раздумья.

Неужели испугался, что она передумает? Просто смешно. Если она попросит остановиться — он мгновенно это сделает. Горячо прижимаясь губами, он сильнее сжал её тонкую шею. Только бы она не попросила.

Её тело на секунду напряглось, а потом обмякло, полностью расслабившись в его руках.

Воздух в комнате стал сладким и тёплым. Может, это догорали благовония? А может, так пахла она. Рейнер глубоко вдохнул и выдохнул прямо ей в губы.

Элира тихо, почти неслышно простонала.

Спокойно. Аккуратнее. Нежнее. Он замедлился на долю секунды, будто подстраиваясь под её ритм, сдерживаясь, чтобы не перегнуть, не спугнуть, не сделать лишнего. И именно в этот момент она сама впилась в его губы — жадно, по-настоящему. Её бёдра скользнули по его ногам, прижимаясь сильнее. Сквозь ткань он почувствовал исходящий от неё жар. В ту же секунду маленький проворный язычок скользнул по его нижней губе.

Вот как… значит. Так ей нравится?

Её мысли в его голове звучали, как нестройный, переливающийся водопад ощущений, восторга и удивления. Ему нравилось слышать этот шквал сознания, искренний и лишенный всякой защиты.

Тяжело дыша, Элира оторвалась от его губ, будто пытаясь набрать воздух.

«Надо… ведь… тренировка же…», — дрогнувший обрывок её мысли достиг его сознания.

Рейнер хрипло рассмеялся и нежно поцеловал уголок её рта.

— Продолжаем тренировку, — прошептал он. — Попробуй сейчас сделать так, чтобы я не слышал твои мысли. Экстремальные условия — лучший способ научиться.

Она фыркнула, запрокидывая голову, отстраняясь, но Рейнер мягко и неумолимо вернул её к себе. Его большой палец погладил пылающую щёку и медленно скользнул к губам. Элира раскрыла их и кончиком языка коснулась шершавой подушечки. Потом её губы сомкнулись вокруг пальца, втягивая его в рот. Горячий язык аккуратно прошёлся вокруг фаланги. Элира качнула бёдрами, сильнее прижимаясь к его телу, и куратор толкнулся ей навстречу.

— Ты… ты всех так тренируешь? — выдохнула она, отпуская палец.

У Рейнера напряглась челюсть. В памяти вспыхнули другие лица, другие прикосновения — быстрые, пустые. И все они меркли перед тем, что он чувствовал сейчас. Просто от того, что она сидит у него на коленях.

Сколько женщин он держал в своих руках — и ни одну не хотел так, как её. А чтобы едва сдерживаться от простого поцелуя? Когда такое было? Он не мог вспомнить подобного, чтобы внутри всё так отзывалось и рвалось наружу от желания. Ему было важно не просто завладеть ею, а ощущать её кожу под своими пальцами, слышать, как сбивается дыхание, когда он проводит губами по шее.

— Нет, — Рейнер резко притянул её ближе, и его язык скользнул по её губам, провёл по ровным гладким зубам и коснулся языка.

«Это особая программа».

Его рука забралась под шелковистую ткань блузки. Кончики пальцев коснулись нежной кожи, и она покрылась мурашками. Он медленно провёл ладонью вверх, к плечам, чувствуя, как Виолка вздрагивает от каждого прикосновения. Ладонь легла на её обнажённую грудь. Элира шумно выдохнула ему в губы и обхватила его руку сверху, заставляя сжать сильнее. Сама же пальчиками скользнула вниз по его груди и животу, и он замер, когда она коснулась пряжки ремня.

— Можно? — Элира подняла на него глаза и прикусила нижнюю губу.

Рейнер притянул её лицо к себе, провёл языком по месту укуса, затем прислонил её лоб к своему. Обхватил дрожащие пальцы и положил их себе между ног. Прижавшись друг к другу, они опустили глаза и наблюдали, как Элира быстро расстёгивает пряжку.

В ту же секунду Алькор уловил в коридоре навязчивую, приближающуюся мелодию. Лука.

Он узнал. И этот легкомысленный свист. И эту раздражающую песенку.

Мысли прояснились с пугающей скоростью. Рейнер схватил Элиру за плечи и осторожно, но твёрдо отстранил. Пальцы, которые секунду назад скользили по её коже, теперь быстро поправляли сбившуюся блузку.

Элира смотрела на него широкими, растерянными глазами, губы были распухшими от поцелуев, дыхание сбитым.

А в его голове, ясно и холодно, взорвалась мысль: «Если вампиреныш коснется этой ручки, убью его».

Щелчок и дверь распахнулась, впуская в комнату холодный воздух и довольно присвистывающего вампира.

Я только дебютирую на портале, и ваша поддержка для меня невероятно важна ❤️

Буду рада подписке, лайку, комментарию и тому, что добавите книгу в библиотеку.

Глава 42.3

Элира

— Только не говорите, что я вам помешал, — Лука стянул ботинок, придерживая его носком другого ботинка. — Чем занимаетесь? — снял второй и медленно приблизился к нам с Рейнером.

В ушах так стучала кровь, что я не сразу разобрала его слова. Сердце билось где-то в горле, а низ живота предательски ныл. Я сглотнула, пытаясь собраться.

— Убирайся, — Рейнер поднялся и шагнул вперёд.

— Как представитель деканата, имею право присутствовать на любых тренировках, — Лука небрежно откинул со лба прядь. — Так чем занимались? Такая… сосредоточенная атмосфера.

Поймав его самодовольный, слишком понимающий взгляд, я торопливо поправила блузку и тоже поднялась. Не хватало только, чтобы Рейнер сейчас сорвался.

— Растяжкой. Зачем ты пришёл? — встала так, чтобы заслонить куратора.

— Не может быть! Какое совпадение! — уголок рта вампира дрогнул, лицо посветлело. — Обожаю эти занятия! — он мечтательно закатил глаза. — Так расслабляет. Я, пожалуй, присоединюсь.

— Не нужно! Мы уже всё! — замахала руками.

— Не думаю, — Лука

Мельком взглянув на Рейнера, увидела, как на его челюстях заходили желваки.

— Лука, зачем ты это делаешь? — прошептала я. Надо было выпроводить его как можно быстрее. Драку с представителем деканата Рейнеру бы не простили.

— Я? — его глаза преувеличенно округлились, брови встали домиком. — Выполняю работу и провожу время с другом! — он развёл руками с видом невинной овечки.

— Мы с тобой не такие уж и друзья, — попыталась сказать как можно мягче, но Лука лишь удивлённо фыркнул.

— А при чём тут ты? — он обошёл меня и хлопнул ладонью по плечу Алькора. Тот скривился и тут же стряхнул его руку. — Вот мой друг с детства.

Теперь уже у меня округлились глаза. На друзей они походили меньше всего, хотя я видела, что иногда общались.

— Чему удивляешься? — Лука опустился на пол и с театральным стоном потянулся вверх. — Я собственность семьи Алькор. Они и отдали меня Академии «на передержку», пока Рейнер тут учится. — Он помолчал, растягивая бок. — Ну так чего ждём? Тренировка ещё идёт!

Замерла в нерешительности, но Рейнер, стиснув зубы, опустился на пол и с хрустом сжал одну руку в другой, разминая пальцы. Захотелось спросить, почему, если Лука в их подчинении, он так вольничает рядом с Рейнером, но рот открывать не решилась. Возможно, Лука подчиняется напрямую Алькору-старшему и тогда понятно, откуда у него такие права в Академии.

Послушно сев рядом, я начала бессмысленно крутить руками, изображая активность.

— Ну что вы притихли-то? — Лука поднялся и подошёл к Рейнеру. — Ты точно задеревенел. Давай, помогу растянуться!

Он надавил на его спину, складывая корпус к ногам. Раздался громкий щелчок.

— Ой! — с фальшивым сочувствием воскликнул вампир. — Совсем деревянный стал! А магия, знаешь ли, не терпит зажимов. Надо стараться!

Лицо Рейнера в этот момент было таким раздражённым и недовольным, что он снова напомнил мне мордочку деревянного сокола, и я едва сдержала усмешку.

Лука тут же это заметил:

— А твоя подопечная, смотрю, тоже халтурит! Может, и ей помочь?

Рейнер резко выпрямился, сбрасывая его руки.

— Давай лучше я тебе помогу, — прорычал он.

— О, с удовольствием! — Лука моментально сел и потянулся к носкам.

Рейнер грубо надавил ему на спину. Тот сложился пополам и сдавленно крякнул.

— Как усердно ты обо мне заботишься, — выдавил вампир, покраснев. — Но, кажется, ещё чуть-чуть — и ты меня сломаешь.

— Ничего, зато зажимов не будет.

Не удержавшись, фыркнула. Рейнер метнул в мою сторону взгляд.

— Чего сидим? Вампирёнок прав, — процедил он. — Тренировка идёт. Работаем.

Он отпустил Луку. Тот, кряхтя, выпрямился и потер поясницу.

Рейнер подошёл ко мне и присел сзади. Его руки легли на мои плечи, и от прикосновения по спине побежали мурашки.

— Одну ногу согни, — голос куратора прозвучал неожиданно мягко. Он аккуратно направлял мои движения. — Вот так. А теперь наклоняйся.

Повинуясь его голосу, я потянулась, сладкая, резкая боль растяжения смешалась с воспоминанием о его руках на моей коже несколько минут назад. Внутри всё сжалось и заныло.

Что было? Мы оба хотели этого, поддались. Но это ничего не должно значить. Я уже ошиблась однажды, влюбилась и чем это кончилось? Нет. Просто тело. Просто желание. Всё должно идти по плану: я сдаю экзамен, он открывает портал, и мы оба становимся свободными.

— Ты что-то в облаках летаешь, — Лука вырвал меня из мыслей. — О чём задумалась? Явно не о растяжке.

— О том, что тебе язык растягивать не надо, он и так без костей, — я резко нахмурилась, увидев его довольную физиономию.

— Что есть, то есть. У меня вообще с растяжкой всё отлично, — мягко улыбнулся вампир.

— Ну раз так, давай-ка на шпагат, — Рейнер быстро подошёл к нему и положил руку на плечо. Повернулся ко мне, — а ты сиди и тяни ноги.

— Какой ещё шпагат? — фыркнул вампир, и в его голосе прозвучала тревога.

— Поперечный. — Тон Рейнера заставил Луку нехотя подняться, расставить ноги и начать медленно опускаться. Я села рядом, сложив стопы вместе и стараясь прижать колени к полу.

— Хорошо. Сидим так пять минут, я буду давить. — Рейнер положил руки ему на плечи. Лука, лицо которого выражало смесь страдания и глубочайшей обиды, балансировал, пытаясь не завалиться.

— Какие пять минут?! — выдохнул он. — Тренировка уже почти…

— Шесть, — безжалостно уточнил Рейнер и надавил сильнее, так что Лука затрясся от напряжения. Нога вампира соскользнула. Он плюхнулся на пол с глухим стуком.

— Поднимайся, — приказал Рейнер тоном, не терпящим возражений. — Ещё пять. Сначала.

— Нет уж, я передумал! — Лука вскочил, потирая бёдра. — Я вообще по делу пришёл! Не ради вашей садомазохистской растяжки! Собирайте вещи. После завтрака выезжаем на полевую тренировку.

Глава 43

Элира

Вампир, прихрамывая, направился к ботинкам. — Какая тренировка? У меня пары! — я вскочила и подбежала к Луке.

— Знаю, — всё ещё недовольно потирая ноги, кивнул вампир. — Тренировку зачтут тебе как экзамен по основам безопасности и предмету Морена. — Он вдруг сменил выражение лица, игриво улыбнувшись, — у тебя же с ним проблемы были. Теперь не будет.

— И он согласился? — не поверила я.

— Куда он денется от приказа ректора. Сегодня на выезде я сам поставлю тебе зачёт по его предмету. — Лука усмехнулся. — Жалко, ты не видела его лицо, когда я об этом сообщил.

— Спасибо! — выдохнула я.

— Было бы за что, — за моим плечом уже стоял Рейнер. — Ты просто ещё не была на выездах. А твой Морен всё равно бы зачёт поставил, никуда бы не делся. — Он посмотрел на Луку, — куда едем?

— За город, к ущелью. На границу с Мёртвой землёй, там потренируемся работать со Скверной. — Лука обулся. — Постарайтесь за час поесть и собраться, не отвлекаясь друг на друга. Встречаемся у главных ворот. — Вампир ушёл, чуть прихрамывая, а мы остались у дверей.

— У тебя нет подходящей одежды, — Рейнер надел ботинки, перекинул через руку пиджак. — Пойдём со мной, — бросил он уже тоном строгого куратора.

Я быстро обулась и поспешила за ним.

Мы шли по пустым коридорам Академии в молчании. Его шаги звучали чётко и уверенно, а мои путались позади. Я украдкой смотрела на его плечи и затылок, на то, как под тонкой тканью рубашки двигались мышцы спины.

И как теперь с ним говорить? Стоит ли вообще обсуждать то, что было? Ну, поддались влечению — взрослые люди, бывает. Это всё равно не вписывается в мой план: никакие чувства не должны мешать цели — сдать экзамен и стать свободной.

От этой мысли я нахмурилась и ускорила шаг.

Но обсуждать это всё равно бессмысленно. Какие варианты? Если я сдам экзамен, а он нет — стану его женой. И теперь перспектива уже не кажется такой ужасной… Но всё же. Если мы оба сдадим и станем свободными — это и будет настоящей победой. Единственно правильный исход.

Рейнер вдруг остановился так резко, что я почти врезалась в него. Мы оказались у неприметной двери с потускневшей табличкой «Склад № 7».

В низкой комнатке с тусклым холодным светом пахло пылью, кожей и лёгкой сыростью. Внутри, как на параде, стояли ряды высоких тёмных шкафов. Между ними — стеллажи со строгими стопками одежды, сложенной с армейской педантичностью. Всё было рассортировано по размерам и промаркировано потёртыми бирками.

Я прошлась вдоль и прочитала несколько: «Брюки чёрн.», «Куртка утепл.». На отдельном стеллаже, носок к носку, стояли высокие кожаные ботинки с аккуратно заправленными внутрь шнурками. У стен тянулись ряды индивидуальных шкафчиков.

— Это что? — удивилась я.

— Подсобка, — Рейнер подошёл к стеллажу. — Здесь хранится экипировка боевых факультетов. Чтобы удобнее было готовиться к выездам. Выбери то, что подходит по размеру, и переодевайся.

Быстро нашла штаны, футболку, водолазку, куртку и ботинки, взяла всё в руки и на секунду застыла, не зная, где переодеваться. Но Рейнер, взяв такой же комплект себе, отошёл в дальний угол и скрылся за шкафчиками. Послышалось шуршание вещей.

Он демонстративно дал мне уединиться. И это после того, как я сидела на нём… от этой мысли стало неловко.

Раздевшись, я аккуратно сложила свои вещи. Натянула штаны — не такие удобные и мягкие, как те, что он мне купил, зато тёплые и прочные. Влезла в шерстяную водолазку, от которой волосы тут же наэлектризовались. Пригладив их, я застыла, держа руки на голове.

И что теперь? Так и будем молчать, делая вид, что ничего не случилось? Нет. Для тренировок нужно его доверие. Так не пойдёт.

— Рейнер? — позвала я, не выдержав.

Глава 43.1

Элира

— Да?

Глубоко вдохнув, я выпалила:

— Давай договоримся. То, что было… ну, было. И всё. Поддались моменту. Бывает. Давай общаться нормально, без этой неловкости, и… забудем об этом. — Стараясь говорить максимально холодным деловым тоном, я удерживала дыхание, чтобы никакая лишняя мысль не проскочила ему в голову.

Повисла пауза. Раздался звук застёгивающейся пряжки, и он вышел из-за шкафчиков. Полностью в чёрном: плотные штаны, заправленные в начищенные ботинки, чёрная водолазка, сверху куртка. Куратор выглядел непривычно опасным, и эта одежда ему шла. Он подошёл ближе, его взгляд скользнул по моей форме, затем поднялся к лицу.

— Хорошо, — сказал Алькор без досады и облегчения. — Если тебе так спокойнее, будем считать, что ничего не было.

Он протянул мне руку. Я неуверенно пожала её. Ладонь оказалась тёплой и крепкой. Короткое деловое рукопожатие чуть затянулось.

Ну и отлично, что так легко согласился, это ведь именно то, что мне надо! Ну какие отношения, когда скоро экзамен! Больше не наступлю на одни и те же грабли, не выберу любовь вместо себя. Хотя спину всё же обдало холодом, горло на секунду сжалось, а внутри скользнуло что-то неприятно-колкое, обидное и тревожное. Я вытянула кисть, разрывая контакт.

— Тогда пошли. — Он открыл дверь. — Успеем быстро позавтракать или хотя бы выпить кофе перед дорогой.

Столовая была почти пуста. Основной поток студентов уже разошёлся по парам, и завтрак подходил к концу. Мы едва успели взять с раздачи по порции холодного омлета и две кружки густого чёрного кофе.

Когда уселись у окна, я поймала себя на мысли, что это уже не первый раз, когда мы вот так едим вместе. И от этого стало… приятнее. Уютнее. Так я меньше боялась косых взглядов и слухов, которые ходили вокруг.

— О чём задумалась? — Рейнер закинул в рот кусок омлета.

— О том, что когда ты рядом, мне спокойнее находиться в столовой, — решила не увиливать.

— Это… правильно, — кивнул он. — То, что вытворила твоя так называемая подруга, — свинство. И если тебе будет нужна помощь, ты всегда можешь ко мне обратиться. — Он помрачнел. — Плохо, что это вообще случилось. Как куратор, я должен был пресечь всё до того, как это началось.

Он глотнул кофе, и я тоже отпила горькую жижу.

— Вряд ли ты мог на что-то повлиять. Если Сесиль чего-то хочет, она это получает.

Я хмыкнула, вспомнив, что в прошлой жизни она хотела его — и получила. Теперь же, после того, что она сделала, Рейнер вряд ли согласится подойти к ней даже на пушечный выстрел. От осознания этого внутри разлилось тёплое чувство стервозного злорадства, а ведь я даже не знала, что оно во мне есть. Ну и хорошо. А еще лучше будет, если эта «подруга» и ко мне больше не сунется. Хотя… даже если полезет, вряд ли общение с ней окажется хуже контакта со Скверной.

Поковыряв вилкой омлет, я почувствовала, как сводит живот. Вместе с мыслью о Скверне пришло волнение перед предстоящей тренировкой. Выездные занятия обычно доставались боевикам. Тем, кто напрямую работает с порталами. Я же, обучаясь на того, кто должен разрабатывать и открывать миры, по идее не должна была сталкиваться со Скверной вовсе.

Посмотрев на Рейнера, который уже доел и допивал кофе, я вспомнила, как он уверенно спасал жизни и рисковал собой при прорыве. Действовал чётко, не суетился, не колебался. И всё-таки рядом с ним я чувствовала себя увереннее не только в столовой, но и в бою. Порталы, прорывы и даже сама Скверна казались не такими жуткими рядом с ним. Всё это отступило на второй план, а внутри разливалось тёплое, спокойное чувство безопасности и надёжности. Я правда могла доверить ему свою жизнь.

Рейнер улыбнулся, отхлебнув кофе.

— Какая-то мысль проскочила? — спросила я, тут же покрутив браслет на руке.

— Какая-то, — ответил он, вставая. — Пойдём. Уже опаздываем.

Глава 44

Элира

Мы подошли к главному входу. У кованых ворот стояла карета, запряжённая тремя мехалошадьми. Рядом с ними суетился Лука.

— Не торопитесь вы, — саркастически крикнул он, заметив нас.

— Рейнер, давай загружай уже свою задницу и поехали. — Тарен вышел из-за кузова, увидел меня

Внутри карета оказалась простой, но удобной: никаких украшений и излишеств. Только чёрное лакированное дерево и кожаные сиденья. Поёрзала, пытаясь согреть попу, которая заледенела в ту же секунду, как только коснулась холодной сидушки. Рейнер залез следом и сел рядом. Лука уже расположился напротив. Карета резко накренилась на бок и выровнялась.

— Тарен на козлы залез, — усмехнулся Алькор.

Мы тронулись. Я покрутила головой, ожидая увидеть ещё хоть кого-то, но, видимо, на эту тренировку ехали только четверо.

— Разве преподаватели или тренер не должны быть с нами? — нахмурилась я.

— А тебе зачем?

— Мы же едем к границе со Скверной, вдруг что случится? Студенты просто едут на тренировку одни?

— Тут одна студентка — это ты, — Лука наклонился ближе и улыбнулся. — Эти двое — кураторы, а я представитель деканата. Вот и слежу за ними.

Рейнер закатил глаза.

— Да расслабься, — сжалившись надо мной, махнул рукой Лука, — на границе будет лагерь, там будет дежурный паладин, он, если что, присмотрит. Да и тренировка будет простой. Поищем слабенький прорыв и закроем. Ни во что больше ввязываться не будем, — вампир лениво откинулся на спинку сиденья.

Карета покачивалась, убаюкивая. Бросив взгляд на скучающих Рейнера и Луку, я повернулась к окну. За стеклом мелькали последние улицы города: низкие каменные дома с железными крышами и редкие прохожие, кутящиеся в плащи и шарфы.

Пейзаж быстро сменился на деревянные домики с дымом из труб. Между ними тянулись поля, ограждённые несуразными заборчиками. Но вскоре и они исчезли, уступив место густому лесу с голыми деревьями и пушистыми, заснеженными елями.

Лес тянулся бесконечно. Иногда из сугробов на обочине торчали редкие указатели — и всё.

Веки налились свинцом. Я прислонилась к стеклу, и холод обжёг висок, но даже это не помогло взбодриться. Всё из-за утренних тренировок с Рейнером, которые начинались ещё до завтрака, и из-за комнаты без окон, где непонятно, утро сейчас или ночь. Я плохо спала, и недосып явно решил настигнуть меня в дороге.

Отлипнув от стекла, прислонилась к спинке кресла. Сколько ещё ехать? На пару минут можно закрыть глаза…

Проснулась от того, что качка прекратилась. Карета стояла. Под щекой почувствовала что-то твёрдое и тёплое. Отшатнулась и поняла, что лежала на плече Рейнера. Он сидел неподвижно, откинувшись назад. Его дыхание было глубоким и ровным. Я коснулась лица холодной рукой и осмотрелась.

Внутри кареты тускло горела лампочка, за окном стояла непроглядная ночь.

— Выспалась? — спросил Рейнер, медленно открывая глаза. Голос у него был низкий, слегка хриплый от сна.

— Вроде да, — пробормотала, тоже осипшим ото сна голосом.

— Мы уже приехали.

Он наклонился вперёд и похлопал по плечу Луку. Тот дёрнулся и проснулся.

— Который час? — спросила я, поражённая тем, насколько за окном темно.

— Уже к пяти, — зевнул Рейнер, взглянув на часы.

— А как мы в такой темноте будем искать портал? — проморгала.

— А мы сегодня и не пойдём, — ответил Лука, быстро приходя в себя. Зевнул, прикрыв рот и добавил, — заночуем тут, а утром начнём, не по темноте же нам бегать, так можно и на скверну напороться.

Я моргнула ещё раз, пытаясь осознать услышанное. Но… ночевать в лесу? Зимой? Да еще и рядом с Мёртвой землей!

Глава 45

Элира

Опершись о руку Рейнера, я неуклюже вывалилась из кареты. Ноги сразу по щиколотку утонули в сугробе, и холодные клочья снега забились в ботинки. В нос ударил чистый морозный воздух, и от моего дыхания перед глазами повисло облачко пара. После света в карете темнота ослепила, и я не различала ни деревьев, ни дороги, по которой мы приехали. Тёмная густая тишина леса жила своими скрипами и шорохами.

Зато недалеко мерцал крошечный огонёк. Прищурившись, разглядела небольшое окошко низкого домика. Ну хоть не на земле ночевать — уже хорошо.

— Ну что вы? Дрыхли, небось? — Тарен спрыгнул с козел и размял затёкшее тело.

— Ты так медленно ехал, кто б не уснул, — Рейнер уже открыл, креплённый сзади кареты ящик, и начал выгружать оттуда тугие свёртки снаряжения.

Лука сладко зевнул и потянулся, но Тарен тут же хлопнул его по плечу:

— Не зевай, а помоги. Жрать охота.

Обойдя вампира, он присоединился к Рейнеру.

Со стороны домика послышались чёткие, хрустящие шаги, и из темноты выплыла фигура с фонарём.

— Как добрались? — раздался низкий, чуть хрипловатый голос.

Человек подошёл ближе, и свет фонаря выхватил из мрака его обветренное лицо.

— Вардан, — кивнул ему Лука, коротко пожимая протянутую руку. — Добрались нормально.

Тот перенёс взгляд на меня и поднёс фонарь ближе. Я инстинктивно прикрыла ладонью глаза.

— Новенькая?

— Да. Первый выезд, — Лука шагнул ко мне, положив руку на плечо в защищающем жесте. — Не волнуйся, она на мне.

— Да мне-то что, — Вардан флегматично развернулся. — Инструктаж проведу, и ваше дело. Пойдём, правила расскажу, и под расписку.

Я неуверенно взглянула на Луку, но тот лишь ободряюще кивнул: — Иди. А мы тут палатку разобьём.

Домик оказался в двух десятках шагов от нас. С облегчением отряхнув с ног налипший снег, я, не разуваясь, прошла за Варданом.

Внутри было тепло, пахло дымом, жареным мясом и деревом.

— Садись, — он кивнул на грубый деревянный стол, явно служивший и обеденным, и рабочим.

Пока Вардан копошился в шкафу, успела бегло оглядеться. Прямо передо мной потрескивал, отдавая жаром, камин, а на стене висела подробная карта района, усеянная чёрными мерцающими метками.

— Держи, — он достал потрёпанную папку и шлёпнул её передо мной на стол. — Инструкция по технике безопасности для боевиков и добровольцев при операции по ликвидации слабых порталов. Читай, потом распишешься.

Машинально раскрыла первую страницу и попыталась вникнуть в текст. Вардан тут же начал говорить, поправляя бумаги в шкафу и даже не глядя на меня.

— Объясняю на пальцах, чтобы потом вопросов не было. Вы сейчас на пограничном опорном пункте номер семнадцать, мой участок. Такие точки стоят вдоль всей Границы. Если что, ближайший сосед в шести километрах севернее.

Я перестала делать вид, что читаю, и подняла на него глаза.

— Ваша задача завтра — выбрать слабый разрыв, оценить угрозу, закрыть портал. Ну и доложить по инструкции. Всё. После этого свободны: можете ехать домой, можете остаться у меня погреться, — он кивнул на закопчённый чайник. — Но ночевать вы будете не здесь.

Глава 45.1

Элира

— Почему? — вырвалось у меня.

— Ты не с боевого, да? Эти таких вопросов не задают. — Он наконец обернулся,

Теперь ясно, почему Лука сказал, что они будут ставить палатку.

— И ещё, — Вардан постучал пальцем по бумаге. — Вы на моём участке. Не лезьте никуда, не убедившись, что там безопасно. Любое отклонение от маршрута, любое самодурство — и я аннулирую ваш выезд. И накатаю отчёт в Академию. Всё ясно?

— Ясно, — тихо сказала я.

— Отлично. Распишись здесь, здесь и здесь. А потом иди к своим.

Быстро поставила подписи. Встала, грустно взглянув на камин, где потрескивал огонь, и вышла. За спиной громко захлопнулась дверь и щёлкнул замок — весьма гостеприимно.

Потоптавшись на пороге хижины, увидела, что около кареты уже зажгли фонарь, и в его свете угадывались очертания большой почти готовой палатки. Рейнер и Тарен возились с последними растяжками.

Колючий зимний лес был границей. В паре километров отсюда начиналась Мёртвая земля, а на карте в домике Вардана я видела россыпи чёрных точек, обозначавших разрывы. Таких вокруг тьма, и в любой момент могут открыться новые.

Логика подсказывала, что я должна была трястись от страха и цепенеть при мысли переночевать здесь, в промёрзлой палатке, в компании малознакомых мужчин, в лесу, где из-за любого дерева может выползти смерть.

Но внутри что-то изменилось. Вместо липкой, парализующей беспомощности остался лишь холодный комок под рёбрами, и даже он больше не управлял мной. Мне не хотелось поддаваться ему.

Я смотрела на почти готовую палатку. Её чёрный силуэт уверенно стоял на белом снегу, и от этого накатывала тихая гордость — просто за то, что я здесь. За то, что смогла изменить жизнь хотя бы немного. Я уже переписала прошлое, и сейчас стояла в полной экипировке на границе со Скверной, на выезде боевого отряда.

Да, я кое-что сделала: оттолкнула Морена, поняла, какой подругой была Сесиль, и заставила Рейнера работать со мной, хотя раньше это казалось невозможным. Но всё это лишь расчистка территории. Мелочи по сравнению с тем, что ждёт впереди. Моя магия ещё даже не начала пропадать.

Если я действительно хочу справиться с этим, то мне необходимо стать сильнее. И эта ночёвка в лесу, эта завтрашняя тренировка — всего лишь подготовительный этап, с которым я обязана справиться. Выбора у меня всё равно нет.

От этой простой мысли внутри будто что-то щёлкнуло. Страх отступил. Вместо него пришла радость, смешавшаяся с холодом и волнением. От этого кончики пальцев закололо, а тело покрылось мурашками.

Выдохнула, и облачко пара растаяло в темноте. Переступила с ноги на ногу, и лес вокруг внезапно показался не враждебным, а… чистым. Свободным. Опасность не исчезла, но теперь у меня будет время сориентироваться. Я должна разобраться. Я справлюсь.

По лицу расплылась улыбка.

— Иди греться, замёрзнешь ведь! — крикнул Рейнер, распахивая полог палатки, откуда хлынули свет и тепло.

Я даже не заметила, что, пока витала в своих мыслях, они уже всё поставили. Глядя на открытый вход, наконец пошла к ним, утопая ногами в сугробах и думая о том, что мы будем ночевать все вместе, нашей странной компанией, и что он будет рядом.

Глава 46

Элира

Уже за пару шагов до нашего импровизированного лагеря нос уловил запах еды, и живот скрутило.

Чтобы влезть в палатку, пришлось пригнуться и вползти, придерживая тяжёлый брезент. Внутри оказалось просторно и светло: у потолка висел фонарь, по центру стояла маленькая печка с трубой, уходящей в отверстие в крыше.

Рядом с ней, облизываясь и помешивая какую-то жижу в кастрюльке, сидел Тарен. Лука с Рейнером расстилали на полу тонкие матрасы.

Закрыв вход, я потёрла щёки, которые покалывало от холода. Всё выглядело довольно уютно, и не скажешь, что это «страшные походные условия».

— Замёрзла? — снисходительно спросил Тарен, чуть подвинувшись, чтобы я могла сесть ближе к огню.

— Щёки и руки, а так нет. — Заглянув в кастрюлю, сглотнула. Ещё чуть-чуть, и я на пару с Тареном буду облизываться, глядя на это варево сомнительного содержания.

— А это? — указала на булькающую массу.

— Заготовка для супа. Знаешь, там овощи всякие сушеные, но это же несерьёзно один бульон хлебать. Поэтому я добавил туда кашу и вывалил мясо из консервов, — довольно сообщил Тарен, помешивая своё творение.

— Это съедобно? — Рейнер подошёл и тоже уселся у печки.

— Вполне. — Оборотень зачерпнул ложкой варево и протянул куратору. Тот недоверчиво посмотрел на неё, подул и всё же попробовал. Пожевал, проглотил.

— Терпимо, — вынес он вердикт и вернул ложку.

— Да у тебя всё «терпимо». Привык в ресторанах есть — зажрался, — проворчал Тарен, явно ожидавший большего восторга от своего кулинарного таланта.

— Мда… В такие моменты я рад, что могу не есть, — Лука, завернувшись в одеяло так, что торчала только голова, встал сбоку от Тарена и посмотрел на кастрюлю.

Похлёбка побулькала ещё несколько минут и была разлита по трём тарелкам.

Горячая еда оказалась довольно вкусной: каша впитала наваристый бульон и смешалась с мясом, а главное, что всё это было сытно.

— Очень даже вкусно, — искренне сказала я, доев свою порцию.

— Ну вот, а я о чём, — довольно прогудел Тарен, накладывая себе добавку. Я протянула ему и свою тарелку за тем же.

Быстро расправившись со всей кастрюлей, мы пару минут молча сидели у догорающего огня.

— Ну что, Тарен идёт спать, он нас вёз. Я встаю на дежурство. Элира, сможешь со мной? Ты как, не устала?

От его тона внутри что-то кольнуло. Что за вопрос! Конечно смогу. Я уверенно кивнула.

— Ну и я тогда тоже спать! — обрадовался Лука, уже укладываясь на матрас.

Рейнер вылез из палатки, и я молча пошла за ним.

После тепла от печки на улице казалось ещё морознее. Свет в окошке домика погас, и от этого внутри всё сразу сжалось, будто лес окончательно стал тёмным и опасным.

— Наша задача следить, чтобы рядом портал не открылся, — Рейнер вытащил из ящика два складных стула и поставил их рядом. — Если замёрзнешь или устанешь, иди в палатку. — Он уселся и поёрзал, устраиваясь.

— Надеюсь, хоть с этим у меня получится справиться, — уселась рядом. До чего же я в его глазах слаба, если он так опекает? Но ведь Рейнер относится ко мне ровно так, как видит. Слабой и беспомощной. Моё лицо само собой скривилось от обиды.

Глава 46.1

Элира

— Даже боюсь услышать твои мысли сейчас, — резко прервал

— О том, что я крайне слабая, — грустно выпалила, даже не думая врать. Привычка слышать мысли друг друга, явно повлияла на то, что я могла быть с ним откровенна, хотя бы в таких моментах.

— Слабая? — одна его бровь вопросительно поползла вверх.

— Ну да. Не могу сама справляться с проблемами, всего боюсь, бесполезная какая-то… — От собственных слов стало мучительно больно. — А ещё трусливая, и эти мои качества могут полностью разрушить мне жизнь.

— Трусливая? — Рейнер искренне рассмеялся. — Ты сбежала из академии, пошла к разрыву и не сбежала, а сейчас сидишь в лесу у границы.

— Но мне же очень страшно! — выпалила я громче, чем хотела.

— Всем страшно. Но ты всё равно делаешь. А это главное. Страшно будет всегда, — спокойно заметил он.

Ветер прошёлся по верхушкам сосен, и на нас мягко посыпался снег. Я подняла голову и увидела над тёмным кружевом ветвей россыпь ярких ледяных звёзд.

— Смотри, как красиво… — прошептала я почти невольно.

Рейнер поднял голову, кивнул и снова посмотрел на меня.

— Красиво. Правда.

— Просто… знаешь, я боюсь, что сколько бы ни хотела измениться, внутри всё равно будут слабость и трусость. Они будто были со мной всегда. И я не уверена, что смогу их победить. И в решающий момент, когда нужно будет заступиться за себя или, как с Сесиль, хотя бы правду отстоять, я снова замкнусь, промолчу и опять ничего не смогу сделать, — выпалила я, глядя в звёздное небо и нервно вцепившись в стул кончиками пальцев.

— Удобная позиция, — холодно произнёс Рейнер.

Я ожидала услышать успокаивающие слова, что я не такая уж слабая, что всё получится. Но точно не то, что он сказал!

— Удобная?! — резко повернулась к нему, вспыхнув. — Мне от этого плохо!

— Ну и? — он пожал плечом, и от его спокойствия стало ещё обиднее. — Плохо, но привычно. Это самый простой путь: сказать себе «я слабая» и на этом успокоиться. Если ты слабая, и спрос с тебя небольшой. Можно не лезть в драку с Сесиль, можно спокойно бояться. Мол, какая уж есть. Ты сняла с себя ответственность и повесила её на выдуманную «слабость» — вот и всё.

Я уже открыла рот чтобы возразить, но он продолжал. Без злобы, без наставничества. Просто уверенно.

— Ты же сама говорила, что я не верю в то, что маг, и поэтому не могу открыть порталы. Вот и ты не веришь, что можешь быть сильной. Хотя факты против тебя. Я видел твою упёртость, когда ты заставила меня работать вместе, хотя я был категорически против. Видел, как ты не сдавалась в той дурацкой битве с големами. Вижу твою целеустремлённость, ты не стала распыляться на месть Сесиль, а выбрала главную цель и идёшь к ней. Это разве не сила? Просто ты почему-то отчаянно хочешь верить, что слабая, и снова цепляешься за это.

Его слова повисли в морозном воздухе. Я не знала, что ответить. Мысль была простой и страшной одновременно. Я всегда думала, что смелость и сила, это что-то врождённое, как цвет глаз. А он говорит, что это выбор. Поступок, который можно совершить прямо сейчас.

— Ты считаешь, я просто… выбираю быть слабой? — спросила я, чувствуя, как дрогнул голос.

— Да, — ответил он безжалостно и просто. — Это привычка. Каждый раз, когда страшно, ты либо поддаёшься и говоришь «я не могу», либо делаешь шаг. И тут важно понять одну вещь. Страх будет всегда. Я тебе как опытный боевик говорю, когда случается прорыв, мне каждый раз страшно. Горло душит, сердце колотится, по спине мурашки. И каждый раз я через это переступаю. — Он посмотрел на меня, и, видимо, заметив моё удивленное выражение, продолжил, — что, думаешь, страх, это позор? Или думала, боевики не боятся? Без страха мы бы все давно погибли. Боевику положено бояться. А то, что ты признаёшь, что тебе страшно и не врёшь сама себе — это уже большая смелость. — Он отвёл взгляд, будто разглядывая что-то в темноте за моей спиной. — Знаешь, как человек, который не мог открыть порталы до встречи с тобой... Каждый раз, заходя в бой, я не просто боялся. Я не знал, вернусь ли сам. Смогу ли помочь своим. И сколько бы боев я ни прошёл, страха меньше не стало. Но я просто... привык каждый раз выбирать смелость. Сначала это трудно. Потом чуть проще. И с каждым шагом следующий даётся легче. Ни у кого нет готовой «смелости» или «силы». Есть только выбор. — Он замолчал, позволяя словам улечься, и поднял голову к звёздам.

А я смотрела на его профиль, освещённый тусклым светом фонаря, на снежинки, тающие на широких плечах, на покрасневшие от мороза уши и на ровные клубы пара, поднимающиеся в воздух с каждым выдохом.

Эти простые, почти очевидные мысли вдруг раскрывались всё глубже. Я могу выбирать. Могу быть сильной. Мне даже не надо меняться, только решиться и сделать.

Пришлось заставить себя оторваться от лица Рейнера: слишком уж пристально я на него смотрела. Резко запрокинув голову, уставилась в небо, на далёкие мерцающие точки.

Дополнительная Глава

В честь праздника, хочу подарить вам небольшой скетч, с нашими героями! (действия оторваны от событий в книге и не связаны с основным сюжетом;)

Глава 47

Элира

Несколько часов я не решалась заговорить, осмысляя всё, что услышала, и наслаждаясь тишиной и красотой леса. Он больше не пугал, а скорее будоражил и вдохновлял. Маленькая тренировка, выбирать не бояться этой темноты, оказалась очень полезной, и я уже не могла прекратить замечать все новые и новые детали.

Рядом стояла ель, и на её каскадных лапах, на самых кончиках, сияли льдинки. Они поблёскивали в свете фонаря, будто её ветки были украшены крошечными огоньками. Слева, за большим взъерошенным сугробом, таким, будто его разрывал какой-то зверёк, темнело голое дерево с оставшимися на нём гроздьями рябины.

Вглядываясь в лес без страха, я всё больше видела, замечала и восхищалась. Всё тело мелко потряхивало от холода, но эта дрожь отлично перекликалась с тем волнением, которое сейчас трепетало внутри.

— Всё, иди давай в палатку! — Рейнер, который настойчиво повторял мне это уже несколько часов подряд, резко коснулся моей руки.

— Нет, не хочу.

— Да что ты упрямишься-то? Шуруй спать, тренировка утром, я тебя подниму, потом не жалуйся. — Он легонько ущипнул меня за плечо.

— Выбираю быть сильной и смелой, — прыснула я, и Алькор улыбнулся.

Я промолчала и не двинулась, зато Рейнер поднялся со стула и навис надо мной:

— Я дежурить закончил, иду спать, ты со мной, — утвердительно произнес он, протягивая мне руку, за которую я взялась. Если уж он так настаивает.

Только поднявшись, поняла насколько замёрзла, ног не чувствовала совсем, руки плохо сгибались, пальцы почти не двигались, а лицо защипало от тёплого воздуха, стоило нам вползти в палатку.

Рейнер уверенно подошел к Луке и потряс его за плечо, я услышала тихий голос:

— Давай, смена.

Лука поёрзал, но всё же сел на матрасе, укутавшись в одеяло так, что теперь торчало только лицо.

— Уже? — поморщился он и медленно поднялся на ноги.

— Да, и Тарена не буди, пусть выспится, сам посидишь? — уточнил куратор и вампир, сонно кивнув, пошёл к выходу.

Я подошла к печке и выставила руки, в надежде согреть онемевшие конечности, но холод будто шёл изнутри, и меня всё еще потряхивало. За моей спиной раздалось шуршание и рядом с ногами плюхнулся матрас.

— Тут быстрее согреешься, — стараясь не шуметь, сказал Рейнер и тут же притащил к моему матрасу еще один, положив их не просто рядом, а вплотную друг к другу.

«Мы же вроде обсудили, что ведем себя будто ничего не было, спать вместе не странновато ли будет?» — нахмурилась я, хотя сердце забилось чуть быстрее, а румянец, поползший к щекам даже немного их согрел. Мне бы хотелось сейчас лечь рядом.

— Нам надо лечь вместе чтобы согреться, иначе ты заболеешь. — Спокойно объяснил Рейнер.

— А, — щеки уже стали гореть, — думаешь это поможет?

— Уверен, — он кинул на матрасы плед, снял ботинки и, не раздеваясь, лёг на бок. Поднял одеяло одной рукой и придержал его, обозначая место, куда я должна была лечь.

Быстро разувшись, я устроилась рядом, прижавшись к нему спиной, и он опустил руку с пледом поверх меня, обнимая.

«Боюсь, уснуть я так точно не смогу», — сердце быстро колотилось. И это от обычного объятия! Что мне уже рядом с парнем в одежде не лечь, с чего такое волнение?!

«Во-первых, в палатке Тарен, а во-вторых, я бы в любом случае лег рядом, это основа выживания, так что давай, спи!» — раздался в голове слишком спокойны и чёткий голос куратора, будто он намеренно пропустил только эту мысль. А тем я временем его рука сильнее обняла меня, прижимая к нему, так, что даже через одежду ощущалось тепло.

— Спокойной ночи, — сказала просто чтобы снять неловкость.

— Спокойной. — Он прижался ближе сгребая меня в охапку. Наши ноги сплелись, и я всем своим телом чувствовала его. Справедливости ради, я и правда согрелась, но не была уверена, от чего именно, от печки, от тепла тела под одеялом или от того, что внутри все начало гореть и закипать.

Пытаясь отвлечься от навязчивых мыслей, вслушалась в треск догорающих дров в печке, легкий храп Тарена в углу и в ветер, который, завывая шатал палатку. Ровное дыхание куратора рядом и его тяжелая рука на мне, заставляли расслабиться и чуть успокоиться. Глаза закрылись сами собой, озноб отступил и как только кончики пальцев на ногах начали согреваться, я поняла, что засыпаю.

Глава 48

Элира

— А я говорил, что подниму рано. — Злорадствовал Рейнер, когда я клевала носом у печки, пытаясь проснуться.

— Кофе, — Лука с вежливой улыбкой протянул мне железную кружку с горячем напитком.

Я кивнула ему в знак благодарности и, отпив горькую, обжигающую жидкость, вздохнула.

— Так, — Тарен вошёл в палатку, запуская в неё холодный воздух, — Я выбрал портал в ущелье, он примерно в километре от нас, слабенький висит два дня, так что уже стабилизировался. — Он стряхнул с плеч снег и уставился на нас, стоящих у печки, — вы не готовы ещё, я не понял?

Оборотень был крайне бодр, мирно проспав всю ночь, и, видимо, хорошо отдохнув.

— Дай кофе допьем и выходим. — Притормозил его Рейнер, и я, испугавшись, что Тарен начнёт прямо сейчас выгонять нас из палатки, жадно отхлебнула большой глоток, чуть не подавившись.

Оставшись в той же одежде, Рейнер лишь прикрепил к поясу маленькие ножны и перекинул через плечо небольшую сумку с водой и едой. Мне он протянул такую же, и хотя ножен я не получила, решила не возмущаться и молча накинула сумку на плечо. Мы закончили сборы и примерно через десять минут вышли наружу, под осуждающие взгляды Тарена, которому не терпелось поскорее отправиться к разрыву.

Снег в лесу лежал глубокий и рыхлый, так что каждый шаг давался с усилием. Ноги проваливались по колено, и их приходилось выдёргивать из сугробов, хватаясь за ветки. Рейнер и Тарен шли впереди, прокладывая дорогу, а я старалась наступать в их утоптанные следы. Это помогало, но всё равно было тяжело.

Солнце только поднималось, и косо пробивалось между стволов, из-за чего на сугробах сверкали тысячи мелких искр, переливаясь всеми цветами радуги.

— Смотри, тут рылся заяц, — Тарен даже остановился, показывая на разрытый сугроб. — А вот это беличьи, — добавил он, указывая на цепочку аккуратных отпечатков, уходящих к сосне.

Я кивнула, но промолчала. Говорить было трудно: все силы уходили на то, чтобы идти и успокаивать нарастающую дрожь. Спокойно. Всё под контролем. Они рядом. Повторяла это про себя, пытаясь удержать страх и волнение, но получалось плохо.

Оборотень пару раз оглянулся на меня, и его взгляд стал пристальнее, видимо, заметил моё бледное, сосредоточенное лицо.

— Не зажимайся, — сказал он. Голос был деловой, не утешительный, что, как ни странно, помогало больше. — Портал слабый. У тебя будет время всё осмотреть и сделать как надо. Мы здесь.

Я молча кивнула, хотя он этого не видел.

— Главное — следи, чтобы скверна до тебя не дотянулась, — продолжил Тарен. — Она тянется к живому.

Сзади раздался почти синхронный, едва слышный звук — Лука и Рейнер одновременно, кажется, цокнули языками. Я оглянулась. Алькор закатил глаза.

— Никакого разума у неё нет, — устало сказал Рейнер. — Она не тянется. Она просто растекается туда, куда может.

— Верь во что хочешь, — пожал плечами Тарен. — Но мы, оборотни, видим закономерность. Она охотится на магов. Поэтому будь умнее её.

Меня зацепила и напугала эта мысль.

— А её так… плохо изучали? — выдохнула я, остановившись на небольшом пригорке. — Почему у вас даже одного мнения о ней нет?

— Потому что закрывать порталы важнее, — ответил Лука. Он шёл почти бесшумно, в отличие от нас. — Сначала тушишь пожар, а потом уже разбираешься, почему он начался.

Звучало логично, но от этого не становилось менее жутко. Мы шли навстречу тому, о чём почти ничего не знали. А что, если Тарен прав? Что если у неё действительно есть своя логика?

Пока я размышляла, лес вокруг начал меняться. Сначала я не понимала, что именно не так. Потом дошло: тишина. Ни следов на снегу, ни шорохов. И самого снега стало меньше, он лежал не сплошным пушистым ковром, а неровными, сероватыми островками. Воздух потерял хвойную свежесть, в нём появился слабый, неприятный горький запах.

Тарен замедлил шаг и поднял руку.

— Вон.

Я проследила за его жестом. Впереди, в узкой расщелине между скал, воздух дрожал и переливался грязноватым маревом. У самой земли висел чёрный круглый портал, примерно с меня ростом. Из его центра медленно сочилась скверна.

Дыхание перехватило. Я замерла, чувствуя, как сердце бьётся где-то в горле.

Вот он.

Глава 48.1

Элира

Тарен внимательно осмотрел местность, прошёлся чуть вперёд и вернулся к нам.

— Так, план такой, ты пробуешь закрыть портал, а мы страхуем, — сказал он, и я кивнула.

— Я могу закрывать своими словами или надо как паладины, через призыв к Мундусу? — спросила, потому что взывать к этому старикашке сейчас совсем не хотелось.

— Как хочешь. Они это от себя добавляют, им положено, — махнул рукой Тарен. — Лука стоит на подхвате. Рейнер, ты как? Пробовать будешь? — он перевёл на него осторожный взгляд.

Не знаю, рассказал ли ему Алькор о том, что теперь может открывать порталы, или Тарен спросил это из вежливости, но мне бы очень хотелось, чтобы Рейнер тоже попробовал. Отличная возможность потренироваться.

Минуту куратор думал, затем кивнул:

— Я пойду с ней.

— Давайте. Отлично. Тогда вы идёте туда, мы стоим в стороне и страхуем, — он мягко положил руку мне на плечо. — Мы совсем рядом, справитесь! Давай, ты же боец. — Он несколько раз хлопнул по мне ладонью и убрал руку.

Не говоря ни слова, мы стали спускаться в расщелину. По обе стороны тянулись высокие скалистые обрывы, будто это место раньше было руслом глубокой реки.

Пройдя довольно крутой и длинный спуск, я наконец спрыгнула на ровную, мёрзлую землю, и мы двинулись к порталу.

Ощущения были странные: по-хорошему стоило бы испугаться, но страха как будто не осталось. Что-то внутри затвердело, выдохнуло и успокоилось. Рейнер выглядел взволнованным, но я прекрасно понимала, что он нервничал из-за того, что вот-вот должен был понять, сможет ли закрыть портал.

— Готова? — сухо спросил Алькор.

Кивнула, и мы встали по разные стороны от разрыва. Я расправила руки, глядя только на Рейнера, даже не замечая булькающих луж Скверны у своих ног.

«Давай на счёт три», — подумала, надеясь, что он услышит. Рейнер кивнул.

«Раз», — прозвучало у меня в голове. И вдруг я запереживала: как мы поймём, кто именно закрыл портал, если сделаем это вместе?

«Два», — отозвался его голос. Сейчас об этом думать уже поздно. Разберёмся потом.

«Три», — сказала я.

И хором мы произнесли одно слово:

— Закройся!

Прокричав его, я начала сводить руки и резко почувствовала энергию портала в ладонях. Вопрос о том, кто закрывает разрыв, отпал сразу. Я буквально ощущала всю энергию этой чёрной дыры и то, как мы с Рейнером давим на неё. Моих сил не хватало, чтобы схлопнуть её одной. Руки будто не сводились. Живот напрягся, дыхание перехватило.

И тут я почувствовала, будто поверх моих кистей легли его невидимые руки, помогая сдавить воздух между ладонями. Я взглянула на Рейнера, который зеркально повторял мой жест и смог сдвинуть кисти ближе, будто я тоже помогала ему, как и он мне. Мы закрывали портал вместе. Я чувствовала и свои, и его усилия.

— Закройся, — произнёс Рейнер сухим, но громким голосом.

Ладони сомкнулись. И стоило им коснуться друг друга, как чёрное пятно в воздухе резко исчезло, будто его и не было. Скверна под ногами перестала булькать, словно действительно была живой и наконец умерла.

Рейнер поднял глаза от своих рук.

«Ты тоже это почувствовала?» — прозвучало в голове, и я кивнула.

Обернувшись через плечо, увидела Тарена и Луку на вершине оврага и радостно замахала им, едва сдерживая нахлынувшие чувства. Я смогла закрыть портал со Скверной! Вот она лежит под ногами и почти не пугает. Рейнер смог! Он может управлять ими. Всё получилось! Осталось только дождаться экзамена и всё!

Продолжая махать руками, я вдруг заметила, что Тарен и Лука машут в ответ, но их жесты были вовсе не радостными. Они спешно бросились к нам, почти скатываясь с обрыва.

Я обернулась и увидела, как на самом краю оврага, прямо над нашими головами, раскрывается новый чёрный разрыв. Намного больше того, что мы только что закрыли.

Рейнер сориентировался первым. Схватил меня под руку и рванул в сторону, потому что из портала на вершине хлынула Скверна, и вместе с ней сошла лавина. Снег, смешанный с потоками чёрной жижи, обрушился вниз.

Мельком я увидела, что Тарен бежал к нам со всех ног, оборачиваясь на ходу. Лука спешил следом, но остановить этот стремительный поток, подхваченный снежной массой, они не успевали.

Всё произошло слишком быстро. Я лишь заметила, как чёрный сгусток летит в меня, и едва успела отбросить его левитацией, даже не понимая, что делаю. В следующую секунду другой комок почерневшего от скверны снега, осыпавшийся с горы, ударил Рейнера в плечо, прожигая ткань и кожу.

Одной рукой сдерживая лавину, Рейнер потянул меня к ближайшей стене ущелья. Там, в темноте под уступом, я увидела небольшую пещеру, единственное место, где можно было укрыться от потока, летящего нам на головы.

Выставив руку вперёд и удерживая натиск лавины левитацией, я бежала вместе с Алькором. И в последний момент мы успели заскочить внутрь маленькой расщелины, вход в которую мгновенно завалило снегом, камнями и чёрной шипящей скверной.

Глава 49

Элира

— Мир номер семь! — выставила руку вперёд, призывая портал с дневным светом, и в полной темноте пещеры разлились яркие лучи.

Сощурившись, я быстро осмотрелась и заметила вход, через который мы только что пробежали. Он был завален не только снегом и камнями, но и чёрными сочащимися ручьями скверны. Та впитывалась в снег и медленно двигалась.

Тут мы не выйдем.

Я повернулась, оглядываясь, и заметила фигуру куратора. Он уже успел привалиться спиной к

Сделав шаг к нему, я перенесла портал со светом ближе, и сердце замерло, стоило мне увидеть, что именно случилось. Плечо Рейнера было задето снегом со скверной. Куртка и водолазка уже полностью прожглись, края ткани шипели и пенились, касаясь чёрной жидкости. Скверна уже старательно разъедала кожу.

Не сразу сообразив, что делаю, я кинулась к Алькору и потянулась к ране, намереваясь схватить и скинуть эту дрянь с него. Но Рейнер успел оттолкнуть меня и покачал головой:

— Дурная совсем. Руку разъест.

— А так — тебе плечо, — глупо парировала я. — Она же не остановится, будет прожигать всё на своём пути. Ты же понимаешь.

Рейнер медленно кивнул, осмотрел рану и поднял на меня глаза:

— Я могу потерять сознание, так что внимательно слушай. Прорыв был здоровенный, Тарен и Лука с ним сами не справятся. Им придётся идти за помощью. Потом отряд паладинов закроет разрыв, и только после этого они придут за нами.

— А может, мы со своей стороны попробуем убрать это левитацией? — перебила я.

Он устало покачал головой.

— Скверна не поддаётся левитации. — Посмотрел на вход. — И весь снег там ей пропитан. Мы не сможем это расчистить. Как только портал закроют, думаю, Тарен просто пробьёт вход в камне где-нибудь рядом. Тебе нужно только дождаться этого. Не делать глупостей. Не паниковать. Помнишь, что говорили про страх?

Внутри всё вскипело от злости. Дыхание сбилось, я не могла набрать воздух. Что он задумал?

— Ты к чему ведёшь? Думаешь, отсюда уже не выйдешь?

— Нет. Точнее, не уверен. Скверна скоро пойдёт глубже, и я не знаю, потеряю ли сознание от боли или от кровопотери. И ещё непонятно, пойдёт ли она насквозь или решит затечь во внутрь. Ты просто должна понимать, как себя вести, и не паниковать.

— Нет, нет, нет, мы сейчас её с тебя уберём, — я огляделась, пытаясь придумать, чем её подцепить. — Ты же не думаешь, что я буду просто смотреть, как эта тварь будет тебя калечить!

— Лира, — сквозь зубы процедил Алькор, явно сдерживая усиливающуюся боль. Его лицо бледнело. — Ты сделаешь так, как я скажу. А именно — будешь сидеть и делать всё, чтобы выжить, пока не придёт помощь.

Он сполз по стене и сел на землю.

Глава 49.1

Элира

— А я, по возможности, буду с тобой, — Рейнер снова скривился, сдерживая стон.

Внутри всё обдало жаром, так что загорелись глаза и щёки, а сразу за этим по рукам и ногам ударил ледяной холод. Меня мелко затрясло. Я не буду на это смотреть! Не позволю ему это испытать!

Брови Рейнера сжались, челюсть напряглась, дыхание стало прерывистым.

Как я могу помочь?

Скверну нельзя смыть водой и нельзя убрать никаким металлом или материалом — она прожигает всё, к чему прикасается. Она недостаточно жидкая, чтобы перевернуть Алькора вниз головой и надеяться, что та просто стечёт. И недостаточно плотная, чтобы снять её, потянув за край. Эта чёрная тварь по консистенции больше напоминала кефир или сметану. Если бы я полезла в рану, пытаясь смыть скверну, то только размазала бы её и причинила ещё больший вред.

Рейнер простонал, и я сморгнула слезу, которую даже не заметила. Его плечо выглядело ужасно, но самое страшное было другое: чёрная жижа, уже проникнув глубже, будто начала двигаться сама по себе, игнорируя силу притяжения, и с плеча поползла к груди.

А ведь там сердце! Я вскочила на ноги:

— Мир номер семь, — выбросив левую руку в сторону заваленного входа, я тут же продолжила, — мир номер семь, — выставила правую руку в противоположную сторону, туда, где пещера уходила глубже, призывая уже третий портал.

Мне нужен был свет, чтобы осмотреться, вдруг совсем рядом есть выход.

Пещера оказалась маленькой и тесной. Я сделала несколько шагов от Рейнера и сразу упёрлась в грубую каменную стену. Воздух здесь пах уже не едкой горечью скверны, а лёгким сероводородом.

Повернув за небольшой выступ, увидела источник. Из тонкой трещины в стене сочилась вода, падая в природную каменную чашу — широкую, но непонятно, насколько глубокую. Вода в ней была кристально чистой. Свет от порталов, коснувшийся её, тут же рассеялся, раскидывая яркие блики по каменным стенам.

На секунду сердце замерло от красоты, а в следующую уже оборвалось от чёткого осознания: выхода здесь нет.

Из-за яркого света я смогла увидеть пещеру целиком. Больше здесь не было ничего: каменные стены из плотных монолитных глыб, такой же каменный потолок и пол. Единственный выход, к которому я повернулась через плечо, был завален скверной, снегом и камнями.

Подбежала к нему и всё же направила поток магии. Ну хотя бы попытаться я могла. Левитация ударилась о скверну, будто о нерушимую стену, и я почувствовала отдачу. На лбу тут же выступил пот, мышцы свело от напряжения, но завал никак не отреагировал.

— Да чтоб тебя! — шумно выдохнула я, поняв, что ничего не получается.

Вернулась к Рейнеру. Он всё ещё сидел с открытыми глазами, но взгляд был пустым, будто куратор проваливался в бред. На лбу выступил пот, дыхание сбилось окончательно: он то замирал, не делая ни вдохов, ни выдохов, то резко начинал задыхаться.

Уйти мы не можем, и неизвестно, сколько придётся ждать помощи. Что же тогда делать?

«Всё хорошо… всё хорошо…» — раздался в голове голос Рейнера. — «Главное — не бойся. Они обязательно за нами придут».

Я даже открыла рот, хватая воздух от возмущения. Он ещё и меня успокаивает!

Страх, конечно, был. Но он сидел молча под рёбрами и не смел даже пикнуть. Сейчас от него не было никакой пользы. Мне нужно было заставить работать мозг. Как снять скверну с Рейнера, если её нельзя ни смыть, ни сорвать, ни подцепить, ни стащить левитацией?

— Я могу вырезать её, — вдруг осенило меня. Скверна не поддаётся левитации, но кожа и тело — поддаются. Если отрезать ещё нетронутые участки, их можно убрать. — Ты сможешь… — не договорила я, поняв, что Рейнер больше не реагирует.

Глава 49.2

Элира

Холодными руками коснулась его горячего, влажного от пота лица. Рейнер потерял сознание, но пока ещё дышал.

Времени нет — надо вырезать скверну с тела, иначе она убьёт его. Глядя на чёрную тварь, я уже верила Тарену и его словам о том, что она

Нужно сделать всё быстро, иначе что я там буду вырезать, если она подползёт к сердцу. Аккуратно потянулась к поясу Рейнера, надеясь, что ножны на его ремне не для красоты, и выдохнула, увидев в них острый тонкий нож.

— Мир номер тринадцать. — Ещё один портал открылся совсем рядом, и я поднесла лезвие к языкам пламени. Порталы со светом тоже подтянула ближе — так, чтобы все они освещали нас, разгоняя тьму.

Сглотнула. Это точно правильное решение? А если скверна уже прошла слишком глубоко, как не навредить ему, как не задеть органы? А если кости, что с ними?

— Успокойся. Нельзя терять время, иначе будет поздно. — Я приблизилась к его ране, и вдруг мне показалось, что чёрная жижа двинулась. Она будто почувствовала меня и потянулась навстречу.

Она идёт ко мне? Показалось? Всё моё тело словно окаменело.

— Тарен был прав, она живая! — с трудом заставив себя поднять руку и чувствуя, как магия внутри сходит с ума, а страх сжимает горло так, что невозможно вдохнуть, я провела ладонью над раной Рейнера. Скверна отреагировала: маленькие чёрные щупальца вскинулись и потянулись ко мне.

— Не показалось.

Но ведь это отлично. Если подставить ей руку, можно перетянуть её на себя, забрать с Алькора, и тогда не придётся резать его плечо и грудь. Нужно лишь дождаться, когда она коснётся куртки, сразу отрезать кусок ткани, оттащить её и запечатать в портал.

Мне стало легче от мысли, что не придётся ковыряться в кураторе ножом, и я приободрилась.

Сняла с себя сумку и отставила её в сторону, затем стянула куртку и намотала её на левую руку, формируя защитный слой. Взяла нож в правую и, выдохнув, поднесла предплечье, замотанное курткой, к скверне. Чёрный склизкий осьминог щупалец поднялся от раны Алькора и потянулся ко мне. От этого зрелища к горлу подступила тошнота. Мерзость.

Тварь подползала всё ближе, и я боролась с желанием убежать и спрятаться подальше. Всё внутри кричало, что я не хочу, чтобы это касалось меня. Но я заставила себя посмотреть на лицо Рейнера — бледное, искажённое болью. И это удержало меня на месте.

Первое щупальце коснулось куртки и ткань зашипела.

— Давай, тварь, — протянула сквозь зубы, пытаясь отогнать страх.

Мне бы очень хотелось, чтобы ткань успела защитить меня, но скорость с которой двигалась эта жижа, говорила о том, что первые её куски коснутся кожи раньше, чем она полностью сползёт с Рейнера.

Ещё несколько щупалец переползли ко мне, и я с облегчением увидела, как скверна освобождает кожу куратора, и вздохнула, заметив, что она не пробралась так глубоко, как я боялась. Осталось немного. Я справлюсь.

В эту секунду первая капля скверны коснулась моей руки, и острая горячая боль разлилась по всему телу. Я то ли простонала, то ли вскрикнула, а в глазах потемнело.

— Сиди, — сказала сама себе сквозь зубы и посмотрела на Рейнера. На его плече уже виднелась рана, которая медленно освобождалась от скверны. Осталось немного, надо просто подождать, ещё чуть-чуть.

Новый всплеск боли заставил меня закричать, но теперь было всё равно. Главное — убрать эту тварь от его сердца.

Почти всё. Последние капли перекинулись на меня, и я замерла с ножом в руках. Куртку я могла обрезать, а вот кожу… Новый поток боли помог собраться с мыслями, и, стиснув зубы, я сделала один короткий, неровный взмах.

Глава 49.3

Элира

Как же мне повезло, что нож оказался действительно острым. Я отступила на шаг от кусков ткани и бушующей на них скверны, посмотрела на свою руку и тут же резко отвела взгляд. Сердце подскочило и забилось где-то в горле.

— Бездна… — выругалась я, уставившись в каменный потолок и не решаясь опустить глаза на рану, чётко понимая, что она достаточно страшная, чтобы я упала в обморок или запаниковала, а сейчас этого нельзя было допустить. Нужно собраться. Нужно сосредоточиться.

Боль пришла не сразу.

Первые несколько секунд руку лишь мелко потряхивало — будто тело ещё не до конца осознало, что произошло.

А потом накрыло. От локтя до кисти руку будто облили кипятком: резкая, жгучая боль вспыхнула и сразу разлилась по телу. Почти одновременно кожу вокруг раны начало покалывать, словно она онемела от холода и покрылась мелкими колкими иголками.

Настоящая же боль была глубже. Она бушевала где-то внутри, у самой кости — тупая, ноющая, разрывающая. Отдавалась в локоть и кисть, и казалось, что болит уже вся рука целиком и этому не было конца.

Продолжая тупо смотреть в потолок, я заставляла себя медленно дышать и вдруг почувствовала, как от раны вниз, к пальцам, стекает что-то тёплое и вязкое.

Осторожно опустив взгляд, я увидела, как алые капли крови, стекая с кисти, падали и разбиваясь о камень. К ним, от отрезанных лоскутов моей одежды, медленно, почти лениво, начала тянуться скверна.

Желудок болезненно скрутило.

Сомнений не оставалось — она живая. Поспешно выставив перед собой здоровую руку, я подхватила обрывки куртки левитацией. Скверна всё ещё была на них, и магия зацепила их вместе. Но чтобы запечатать её, портал нужно было призвать, а значит, задействовать вторую руку. Я аккуратно подняла её и сразу почувствовала, как кровь затекает в сгиб локтя, обдавая кожу горячей волной.

— Портал… пустота… — прошептала я.

Портал открылся неровно, дрогнул, видимо, концентрация предательски давала сбой. Но он открылся. Этого было достаточно.

Я швырнула в пустоту шипящую на ткани скверну.

— Закройся.

Портал схлопнулся. Со скверной было покончено. А я осталась стоять, чуть привалившись к стене, пытаясь справиться с очередным приступом боли, от которой хотелось сбежать, закричать и заплакать. Но времени на это не было.

— Сначала рука, — сказала я себе. — Нужно чем-то перевязать рану. Иначе я просто истеку кровью или занесу в неё грязь.

Бинты и медикаменты, как и всё, что напрямую касалось тела, из порталов призвать было нельзя. Зато на мне была водолазка, рукав которой уже был изорван. Я подтянула ближе портал со светом, села на холодный камень и, всё ещё избегая смотреть на рану, начала резать ткань по боковому шву. Лезвие скользило неровно, мешала дрожь в пальцах.

Моя одежда, конечно, не была стерильной. Но лучше, чем ничего. Возможно, так удастся хотя бы остановить кровь.

Наконец ткань поддалась и с треском разошлась до самого горла. Стянула водолазку со здоровой руки, затем, закусив

Мне всё же пришлось заставить себя взглянуть на рану. Хуже всего было первое мгновение, когда сознание наконец осмыслило масштаб повреждения. Глубоко. Но, кажется, не до кости. И, слава Мундусу, вена не была задета: кровь сочилась, а не хлестала. От этого стало чуть легче дышать.

Я нарезала водолазку на длинные, неровные полосы. Первую, самую широкую, сложила в несколько раз и, сглотнув ком в горле, прижала к ране. Острая, резкая боль прокатилась от руки по всему телу. Я вскрикнула сквозь зубы, но не отпустила. Второй полосой начала обматывать предплечье — туго, с нахлёстом, закрепляя ткань на месте. Пальцы плохо слушались, приходилось помогать себе зубами, затягивая узлы. Повязка легла плотно, без перекосов. Кровь, кажется, перестала проступать.

Откинувшись назад, я прислонилась к стене и выдохнула, чувствуя, как дрожь медленно отступает. Боль никуда не делась, но изменила характер: из острой, режущей она превратилась в тугую, глубокую пульсацию, накрывающую руку тяжёлой, ноющей волной с каждым ударом сердца.

Обтерев капли пота с лица тыльной стороной ладони, я посмотрела на свою работу. Повязка сидела крепко, кровь из неё не сочилась, да и грязь внутрь попасть не должна была.

— Ну, считай, справилась… — усмехнулась совсем тихо.

А ведь у Рейнера рана гораздо хуже. Эта мысль, трезвая и безжалостная, заставила меня собраться. Опираясь о стену, я поднялась на ноги. Голова слегка закружилась, но я тут же заставила себя сделать шаг в сторону Алькора, который всё так же сидел, привалившись к стене.

Глава 49.4

Элира

Он дышал, но был без сознания. Рана оказалась глубокой, но лишь там, где скверна ударила в самом начале. Из несомненных плюсов было то, что он не истекал кровью. Видимо, потому что эта дрянь сползла с него сама, попутно опалив края раны и остановив кровотечение.

Прикоснуться к Рейнеру было страшно. Он сидел, прислонившись к стене, голова бессильно склонилась на грудь. Я осторожно наклонилась, подсунула руку ему под спину и потянула, чтобы куратор слегка облокотился на меня. Он тяжело, безвольно подался, и мне пришлось удерживать его одной рукой, пока второй я расстёгивала молнию на куртке и аккуратно стаскивала её с повреждённого плеча Алькора вместе с сумкой с припасами. Затем ножом срезала лоскуты, оставшиеся от его водолазки и майки.

Взяла полосу ткани, заготовленную из моей кофты, обвела её вокруг его руки выше раны и сделала первый тугой виток. Потом ещё и ещё, перекрещивая повязку на груди и спине Рейнера, фиксируя лоскут на месте.

Пальцы похолодели и плохо гнулись, меня мелко трясло, но повязка легла плотно, закрывая обожжённую плоть от воздуха и грязи.

Также осторожно натянула на него куртку, прикрыв своё кустарное творение, и застегнула молнию до конца. Теперь, если не всматриваться, могло показаться, что он просто спит. Только бледность лица и неестественная неподвижность выдавали правду.

Я отползла чуть в сторону, облокотилась на холодный камень и выдохнула.

— Бездна… Что я только что сделала?

Кажется, я стала свидетелем того, что эта чёрная жижа, кошмарящая наш мир, живая. И, чтоб её, разумная. Эта мысль заставила меня вскочить на ноги и подойти к выходу, направив туда все порталы со светом, которые всё ещё были открыты и пока повиновались моей воле.

Скверна с заваленного входа двигалась к нам медленно и неловко, тонкими струйками и каплями, сочась сквозь снег и камни, но всё же двигалась.

— Как же ты достала! — я уже даже не испугалась. Эта дрянь злила своей тупой настойчивостью, бессмысленностью и беспощадностью. — Даже не пытайся, тварь ты портальная, к нам не подползёшь.

С этими словами я чуть шире расставила ноги, глубоко вдохнула и развела руки в стороны:

— Мир номер один. Пустота.

Портал размером ровно со вход в пещеру открылся прямо передо мной, преградив чёрной жиже путь. Теперь, двигаясь к нам, она просто затекала в пустоту, откуда, я надеялась, у неё уже не было выхода.

Отвернулась от входа и потянулась руками к лицу. В воздухе висели три портала со светом, один с огнём и один с пустотой. Все они были под контролем и слушались каждого моего жеста. Боль в руке снова заставила меня скривиться, и все порталы разом мигнули. Я почувствовала, как голова тяжелеет, а ноги становятся ватными.

Такое количество порталов сразу, да ещё и с раной, быстро отнимало силы, а сейчас только я могла помочь нам обоим, так что приходилось экономить энергию. Сведя кисти вместе, закрыла все порталы, кроме одного маленького со светом и того, что висел у входа.

— Молодец. Теперь соберись. Надо согреть его, а то замёрзнет, — сказала сама себе, посмотрев на Рейнера и поёжившись от холода.

Разводить костёр или снова вызывать огненный мир, не казалось хорошей идеей: сколько в этой пещере кислорода, было непонятно.

— А источник… — пробормотала себе под нос, обернулась и пошла к воде, журчащей за небольшим выступом.

Если сначала я сомневалась, то, коснувшись рукой тёплой воды, радостно вздохнула. Это был горячий источник.

Я вернулась к Рейнеру и подняла его левитацией. Пришлось сильно напрячься, потому что ей я владела не так хорошо, как куратор, да и он оказался довольно тяжёлым. Медленно и аккуратно, стараясь лишний раз не шевельнуть его и не травмировать рану, я потащила Рейнера ближе к источнику.

Здесь действительно было теплее. Даже земля казалась не такой холодной и промёрзшей. От воды поднимался пар, и я усадила Алькора совсем близко к источнику, не зная, есть ли смысл окунуть его или оставить сидеть так.

Сама же ещё раз вернулась к проходу, убедилась, что скверна действительно затягивается в портал с пустотой, кивнула собственной мысли, подняла обрезанную куртку и накинула её поверх майки, потому что чувствовала, что тоже начинаю замерзать.

Вернувшись к куратору, я села напротив него и тяжело вздохнула.

Ну и сколько теперь ждать?

Что теперь делать?

Глава 50

Элира

Несколько часов я просто сидела, не понимая, когда уже закончится это высасывающее душу ожидание. Силы уходили, растрачиваясь на два портала: огромный, с пустотой, у входа и маленький, со светом, у стены. Так ещё и скребущаяся в голове мысль о том, что будет, если за нами всё-таки не придут, давила и заставляла сердце сжиматься. Наверное, поэтому Рейнер так настойчиво твердил о

— Надо размяться, чтоб согреться! — скомандовала себе, но встать удалось с трудом. Даже сидя у самого источника, я успела окоченеть, руки и ноги почти не слушались. Дотронувшись холодными пальцами до шеи Рейнера, проверила его пульс и дыхание. Он дышал ровно, и к лицу куратора, кажется, вернулся слабый румянец.

— Ну и когда ты собираешься очнуться? — пробормотала я, закинув голову и глядя в темноту свода. — Ну очнись же…

Подошла к источнику, чтобы сполоснуть лицо. Горячая вода обожгла кожу, и в голову только сейчас пришла, казалось бы, такая очевидная мысль.

Я быстро разделась, сложила одежду на сухой камень у края и осторожно подошла к источнику. Сначала одна нога коснулась тёплой воды и от этого мурашки побежали по всему телу. Потом вторая, и я, кажется, простонала от удовольствия. Наконец, погрузилась целиком, оставив над водой только голову и раненую руку.

Согреваться было почти болезненно приятно. Я закрыла глаза, и просто дышала. Нельзя отчаиваться. Только ты можешь ему сейчас помочь. Никакой слабости.

Именно в этот момент сзади послышалось шуршание. Я резко обернулась. Рейнер стоял, прислонившись к стене. Увидев, что он очнулся, ахнула. Алькор неуверенно шагнул вперёд, будто не до конца управляя своим телом. Я инстинктивно хотела выскочить, но, осознав свою наготу, лишь сжалась в воде.

— Ты как? — мой голос прозвучал хрипло.

— Замёрз, — проскрипел куратор, и его пальцы начали расстёгивать куртку.

Я отвернулась, уставившись в каменную стену. Слышала, как одежда падает на пол, как сбивается тяжёлое, не до конца уверенное дыхание. Потом раздался мягкий всплеск, и волна тёплой воды покатилась ко мне, коснувшись груди.

Когда я обернулась, он уже стоял в источнике по пояс. Чёрная повязка из моей водолазки мрачным пятном выделялась на его плече. Он выглядел уставшим, взгляд был сонным, но при этом цепким.

— Как ты это сделала? — спросил он, медленно погружаясь глубже, стараясь не намочить повязку.

— Что именно?

— Как ты убрала скверну? — он повторил, и в его глазах мелькнуло что-то острое.

Не уверенная, стоит ли сейчас вываливать на него историю про живую скверну, я замялась. Но в голове чётко раздался его голос, и вместе с ним меня накрыли его плохо сдерживаемые эмоции. Спорить с ним у меня уже не было сил.

— Скверна оказалась... живой, — выдохнула, — Я переманила её на себя. Потом срезала с руки.

Алькор дошёл до меня за два шага. Вода была тёплой, почти горячей, но его пальцы, схватившие моё запястье, оказались прохладными. Он аккуратно приподнял мою руку и посмотрел на черную повязку. Потом поднял на меня взгляд. В его глазах было всё сразу: усталость, боль, злость и благодарность.

Рейнер молчал, а я чувствовала, как рада тому, что он вообще очнулся. Эмоции накатили разом, и я всхлипнула:

— Я так боялась, что ты умрёшь.

С этими словами шагнула вперёд и прижалась к нему, обнимая осторожно, стараясь не задеть плечо и не надавить на рану. В воде я почувствовала прикосновение его торса, ног, а потом, медленное движение рук, которыми он сжал меня в ответ.

Возможно, из-за того, что браслеты должны были передавать мысли носителей в экстренных ситуациях, я чувствовала его намного сильнее, чем обычно. Его эмоции и переживания буквально стали частью меня. Я просто знала их, слышала. И неужели сейчас он так же знал и слышал всё, что думаю я?

А я была безмерно рада, что он жив. Не могла представить даже на секунду, что выйду из этой пещеры одна и больше никогда не услышу его голос, не почувствую его тепла, дыхания, эмоций.

Стоило мне только подумать об этом, как рука Рейнера легла мне на лицо, притягивая к себе и его губы накрыли мои.

Глава 50.1

Элира

Всё тело покалывало, от тёплой воды и его прикосновений. А голову захлестнула дикая, головокружительная волна восторга от того, что он жив, что одиночество в каменной ловушке закончилось и что у меня получилось спасти его. Почти все мои силы ушли на поддержание открытых порталов, и в теле разлилась усталость, в которой я балансировала где-то на краю между реальностью и долгожданным глубоким сном.

Он притянул меня к себе так резко, что вода хлюпнула. Одна его рука крепко обхватила мою задницу, пальцы впились в плоть, властно сжимая. Я почувствовала его настойчивость и желание, и внутри всё сжалось.

Вторая рука куратора обхватила мою шею, твёрдо удерживая, чтобы я не могла отстраниться. Рейнер сильнее впился в мои губы, укусив за нижнюю. Я простонала от неожиданности и попыталась отодвинуться хотя бы на сантиметр, чтобы вдохнуть, но его рука на шее не позволила сделать этого. Большой палец упёрся под скулу, остальные сомкнулись на затылке, и Рейнер требовательно вернул меня на место. Вторая рука, что была на попе, скользнула вниз по бедру и уверенно двинулась между моих ног.

Да что с ним! Я выдохнула в его рот возмущённый, сдавленный звук, но в тот же миг сама вцепилась ему в волосы и со всей силой прижала Рейнера к себе.

Что-то в нём изменилось. Такого напора я раньше не чувствовала. Алькор не пугал меня, нет, мне и самой сейчас безумно хотелось, чтобы он продолжал, но эта властность была новой. Это из-за раны? Он в бреду? В каком-то полубессознательном состоянии, где сдержанность сгорела вместе со страхом?

Собрав все силы, я упёрлась ладонью в его здоровое плечо, отталкивая. С трудом оторвалась и отступила на полшага, хватая ртом воздух.

— У тебя же рана… — прошептала я, пытаясь поймать его взгляд. Но глаза предательски соскользнули вниз, по торсу. Лучи света, отражённые от воды, играли на мокрой коже, и крошечные капли стекали по его груди ниже, туда, куда я сейчас старалась не смотреть. Я с усилием подняла взгляд обратно к его лицу. — У тебя же рана, — повторила я.

Он не ответил. Просто шагнул вперёд, сокращая дистанцию. Я инстинктивно отступила ещё на шаг и ощутила за спиной холодный, шершавый камень. Бежать было некуда.

Здоровая рука Рейнера легла мне на бедро, скользнула ниже, к колену, и чуть приподняла мою ногу, заставив обвить его талию. Всё его тело плотно прижало меня к стене, не оставляя ни сантиметра, ни шанса на отступление.

Его мысли били сбившимся, горячим потоком, из которого я не могла вычленить отдельные слова, но суть была ясна: сплошное, жгучее желание. Я чувствовала его возбуждение, жар и усталость от раны — всё

А ощущает ли он то же самое от меня?

Сердце заколотилось ещё быстрее, хотя, казалось, сильнее уже некуда. Если он чувствует меня так же… то он всё узнает. Увидит, что я вернулась из будущего. Поймёт всё. Мои собственные панические мысли закружились в голове, и я отчаянно попыталась их задавить.

Алькор заглянул в лицо, поймав мой бегающий взгляд.

— Чего ты боишься? — спросил он хрипло.

Надо было ответить хоть что-то, чтобы отвлечь, заглушить этот поток.

— Боюсь… что в отношениях теряю себя, — выпалила я, задыхаясь. — Забываю о своей свободе. А это всегда приводит к провалу. Я не могу… не могу быть с кем-то. — Ляпнула то, что первое пришло в голову и о чем я, правда, переживала.

Рейнер не ответил, но из хаоса его мыслей я выцепила одну чёткую, ясную фразу:

«Хорошо. Будешь свободной. А я просто буду рядом. И прослежу за этим».

И прежде чем я успела что-либо осмыслить, его губы снова нашли мои. Я ответила на поцелуй, проскользнув языком ему в рот и коснувшись пальцами его острой напряжённой скулы. Свободной рукой скользнула по торсу, размазывая стекающие капли по горячей коже. Но жгучее ощущение, что он сейчас не в себе, не давало покоя. Почему раньше он не вёл себя так? Что изменилось?

И в ответ на мой немой вопрос в голову ворвалась не мысль, а целый шквал его чувств. Яркая горечь и обрывочные образы: он совсем маленький играл вместе с Лукой.

«Лука принадлежит мне с детства. Вроде бы друг, но не имеет права сказать “нет”. Люди принадлежат мне. И я никогда не знаю, хотят ли они быть со мной по-настоящему». — Внутри разлилось отвращение Рейнера к самому себе. — «Ты была “предоставлена” мне отцом. И я боялся, что любое моё проявление чувств будет выглядеть как отвратительное принуждение, в котором ты не можешь отказать».

Весь вихрь его эмоций обрушился на меня разом: одиночество, неуверенность в самых близких, холодные, пустые связи, всегда смешанные с иерархией и властью. А потом — резкая, ясная перемена, как щелчок:

«А сейчас… я чувствую тебя целиком. И точно знаю, что ни к чему не принуждаю».

Мысль прозвучала в моей голове с такой чёткостью, будто он сказал это вслух. И в тот же миг я поняла, что дело не в ране и не в бреду, а в его настоящих чувствах, которые мы сейчас разделяли. Я, наконец, расслабилась в его руках, позволяя своему желанию ответить на желание Рейнера.

Глава 51

Элира

Проснувшись в полной темноте, я прошептала:

— Свет.

Портал послушно открылся, и первым, что я увидела перед собой, было лицо Рейнера с закрытыми глазами. Сердце дрогнуло. Без сознания? Схватилась за его плечо и тут же выдохнула, когда он резко проснулся:

— Ты чего? — сипло произнёс Алькор, приподнимаясь на локтях.

— Испугалась, что ты опять отключился. — Я потёрла рукой лицо и тут же скривилась от боли, резанувшей предплечье.

Рейнер поднялся и потянулся к сумке, лежавшей у нашего импровизированного ночлега из курток. Открыв её, порылся внутри, достал фляжку и протянул мне.

Сколько мы проспали, было непонятно, но, думаю, в пещере мы провели уже почти сутки. Воды осталось совсем немного, и я не решалась сделать глоток.

— Они уже скоро должны прийти, — Рейнер аккуратно пододвинул мою руку с фляжкой и дождался, пока я выпью.

От этого лёгкого прикосновения разом нахлынули воспоминания о прошлой ночи, и внизу живота заныло. Нужно ли нам прояснять отношения? И что это вообще было, порыв страсти или теперь мы пара?

Рейнер уже поднялся на ноги и осторожно надел на себя одну из курток, стараясь не задеть рану. Потом выставил руки в стороны:

— Давай, смена, — скомандовал он.

Я закрыла портал с пустотой, который удерживала у входа даже во сне.

— Мир номер один, — отчеканил куратор, и новый портал открылся, забирая в себя скверну.

Поразительно, как быстро Рейнер освоился, теперь он настоящий маг, с радостью отметила я.

— Я точно сдам, — Алькор подошёл, сел рядом и нахмурился.

Не сразу поняв, о чём идёт речь, промолчала, и он продолжил:

— Этот дурацкий экзамен. Наконец я его сдам.

— Ну так это же хорошо.

Рейнер задержал на мне долгий, пристальный взгляд. В пещере воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим журчанием источника. Свет, отражаясь от воды, прошёлся по лицу куратора неровными бликами, и внутрь меня проскользнули его страх и волнение.

— Мне бы не хотелось, чтобы после этого мы перестали общаться, — выдохнул он.

— А почему мы должны перестать? — потупилась я, делая вид, что не понимаю, куда он ведёт этот разговор, и пытаясь выиграть себе время, чтобы собраться с мыслями.

Что делать? Я не хочу никаких отношений, я боюсь. Что если опять сломаю свою жизнь, и всё из-за чего? Из-за любви? А кто вообще сказал, что у нас любовь? Ну слышим мысли друг друга, вот и сблизились, а остальное, так, биология.

— Лира, я не про обычное общение, — добавил Рейнер.

Я молчала.

— Я помню, что ты вчера сказала, и не посмею принуждать. — Он говорил тихо, будто боялся, что одно неосторожное слово разрушит всё, что между нами уже случилось. — Я ничего от тебя не потребую. Никогда. Но если ты позволишь… просто буду рядом, — добавил он после короткой паузы.

Несколько секунд я лихорадочно обдумывала его слова. С Мореном у меня не получилось. Сначала всё начиналось ярко и красиво, а потом он забрал мою свободу и стал полностью подавлять. А если такое повторится и в этой жизни?

Быстро посмотрела на Рейнера, который спокойно сидел рядом. Он, не привыкший просить и слышать отказы, сейчас действительно боялся, что я не останусь с ним. Я чувствовала его страх и переживание, и вместе с тем искренность. Он не будет заставлять. Если я захочу, он отпустит и не станет давить своим положением.

Могу ли я правда довериться ему? Не совершаю ли я одну и ту же ошибку дважды? Но ведь и я изменилась. Я действительно другая. И Рейнер — не Морен. Какой тогда смысл жить в страхе? Ведь я правда очень хочу ему поверить и не представляю, как после экзамена мы разойдёмся и станем друг другу чужими. Я хочу быть с ним! И могу хотя бы попробовать поверить ему и в этот раз не забывать о себе. Не сливаться, а идти рядом, помогая и поддерживая, но не растворяясь в нём.

Рейнер терпеливо ждал, давая мне время подумать.

— Я тоже не

Он выдохнул. Медленно. Будто только сейчас позволил себе дышать.

Потом осторожно притянул меня к себе, словно всё ещё спрашивая разрешения каждым движением. Рейнер убрал прядь волос с моего лица, подушечкой пальца коснулся линии подбородка, мягко провёл по ней, и опустил ладонь на шею. От его прикосновений всё внутри сжалось, по телу побежали мурашки, и я двинулась к нему навстречу. Коснулась губами краешка его рта, затем языком провела по нижней губе, запуская пальцы ему в волосы.

Именно в этот момент пещеру сотряс глухой удар. Камень затрещал, посыпалась крошка. Рейнер тут же прижал меня к себе, прикрывая от мелких камешков, полетевших в нашу сторону.

Уже через мгновение всё стихло, и свет ворвался внутрь резким, ослепляющим потоком.

— Ну наконец-то, — раздался знакомый голос. — Живы, чтоб вас!

В проёме размером с человеческий рост, отряхивая плечо от пыли, стоял Тарен в своём стихийном обличье.

Глава 51.1

Элира

Тарен ввалился в пещеру первым. Кинулся к нам и схватил Рейнера за плечо. Тот скривился.

— Ранены? — спросил оборотень, оглядывая Алькора и пытаясь понять, где именно рана.

— В плечо попало. Скверной, — выдохнул Рейнер, и глаза оборотня округлились.

— Как? Ты всё ещё с ней?! — завопил он.

Рейнер покачал головой, сдирая с себя руку Тарена.

— Элира смогла её убрать, — отрезал куратор, и тут же выставил руку, прерывая все вопросы Тарена, которые уже готовы были сорваться с его губ, — всё позже, — и тут в пещере стало шумно.

Следом за Тареном к нам ворвался Лука и два паладина, в одном из которых я узнала Вардана.

— Что с рукой? — спросил Тарен, увидев мою повязку, и я перевела взгляд обратно на оборотня.

— Там порез, — попыталась собраться, но голос уже дрожал.

Я вдруг резко почувствовала всю ту усталость, страх и боль, которые подавляла в себе последние часы. Тело мелко затрясло, даже не от холода, хотя руки и ноги оказались ледяными, а от напряжения, которое наконец-то сползло с плеч, стоило почувствовать себя в относительной безопасности.

Единственным желанием теперь было поскорее выбраться из этого леса, добраться до дома и лечь отдохнуть.

— Я думаю, всё это можно будет обследовать в более подходящих условиях. Сейчас раны не угрожают жизни, — отрезал Рейнер, поднимаясь на ноги и аккуратно поднимая меня вместе с собой. — Почему так долго? — спросил он, посмотрев на Тарена, который сейчас стоял рядом с Алькором так, будто собираясь его подхватить, если тот резко упадёт в обморок.

— Потому что портал оказался огромный. Добежав до Вардана, мы поняли, что даже втроём с ним не справимся, поэтому отправились к соседнему пункту. Там захватили вот этого, — он кивнул на ещё одного паладина. — Потом пытались закрыть. Портал сопротивлялся.

Тарен продолжал пересказывать, но я его почти не слышала. Прокручивая в голове события последнего дня и удивляясь тому, как я вообще смогла с этим справиться в одиночку, если даже четыре обученных боевика, мучались с этим разрывом.

Лука подошёл и взял меня под вторую руку.

Вместе мы наконец вышли из пещеры, и я ахнула, увидев, во что превратился овраг. Снег, пропитанный скверной, обломки камней и лавина, сошедшая там, где мы с Рейнером закрывали тренировочный портал, перекрыли овраг от самого низа до вершины склона.

Какого же он был размера? Пронеслось в голове, и вдруг меня осенило, какое же счастье, что мы оба выжили, да ещё и обошлось без серьёзных травм и увечий.

Да, у Рейнера было ранено плечо, а у меня рука. Но это заживёт. То, что мы продержались, справились со скверной и так легко отделались, было настоящим везением.

Дорога через лес к карете показалась невыносимо долгой и тяжёлой. Никто не говорил ни слова, все шли молча. На лицах читалась усталость.

Я предполагала, что Тарен, Лука, Вардан и тот четвёртый паладин, имя которого я так и не узнала, не спали и, в отличие от нас с Рейнером, возможно, ничего не ели и не пили. Но они хотя бы не выглядели ранеными, и это уже радовало.

Наконец мы добрались до кареты.

Ввалившись внутрь, я устало прислонилась головой к спинке сиденья. Рейнер сел рядом, и я почувствовала, как его пальцы проскальзывают между моих. Он сжал мою руку.

Лука забрался следом и сел напротив. Я проследила за его взглядом, который мельком скользнул по нашим переплетённым пальцам, а затем уставился в окно, будто ничего не заметил. Я же положила голову на плечо Рейнера, почувствовала, как смыкаются глаза, и провалилась то ли в сон, то ли в беспамятство.

Глава 52

Рейнер

— Сколько часов мы проспали? — Элира потянулась и приподнялась в кровати.

Рейнер повернул к ней голову и отложил в сторону газету, которую почти дочитал.

— Наверное, часов десять. Может, больше.

Алькор покрутил регулятор на проводе лампы и тёплый свет, залив лазарет Академии, выхватил несколько железных кроватей с тумбочками между ними и маленькое закрытое деревянными ставнями окно.

— Как твоё плечо? — Элира поправила растрёпанные ото сна волосы и потёрла глаза.

— Не болит, не тянет, — Рейнер дотронулся до повязки. — Видимо, скверна оказала довольно хороший заживляющий эффект, — усмехнулся он. — А как твоя рука?

— Болит, ноет и горит, — насупилась Элира, посмотрев на повязку.

В эту секунду яркий свет больших ламп залил всё пространство. Рейнер сощурился, а Элира прикрыла глаза руками.

— Проснулись, молодцы, — протянула медсестра, входя в лазарет с двумя большими стеклянными стаканами, внутри которых шипела жёлтая жидкость. — Это эликсир для иммунитета. Пьём.

Она поставила стаканы на тумбочки и пристально посмотрела на Рейнера и Элиру, дожидаясь, пока оба возьмут напитки в руки.

— До дна, до дна.

Алькор чуть сморщился от слишком яркого, приторно-кислого вкуса. Медсестра повернулась к Лире.

— Как рука?

— Болит, — честно призналась та.

— Общее самочувствие?

— Намного лучше.

— Я сказала ректору, что ты пока не можешь с ним говорить, — медсестра всплеснула руками. — Но его люди караулят у меня под дверью уже несколько часов. Не могла бы ты поговорить с ним пару минут наедине, а потом возвращайся в палату? Я планирую продержать вас здесь ещё как минимум сутки.

Лира уверенно кивнула, встала и вышла.

— А я ему говорю, что студентам покой нужен, а он не слышит, — продолжала ворчать медсестра. — Но разве этого упрямого барана можно переубедить?

Она посмотрела на Алькора, и вдруг осознав свою фамильярность, опустила глаза и направилась к выходу, вслед за Элирой, всё ещё сокрушаясь

Оставшись один, Рейнер посмотрел на пустующую кровать Лиры и стиснул зубы.

Эта мелочь… Помимо того что спасла ему жизнь, рискуя собственной рукой, она ещё и доказала, что скверна обладает собственным разумом. Или, как минимум, волей. Если верить её словам, конечно, а Рейнер верил.

Куратора злило, что в момент, когда Алькор был ей нужен, он оказался бесполезным и беспомощным. Что именно ей пришлось спасать его. Что Лира оказалась в смертельной опасности, а Рейнер ничего не смог сделать.

Больше никогда не допущу такого. Не позволю ей рисковать собой. Особенно после того, что было в пещере.

Вспоминая их слова, Рейнер закинул руки за голову и уставился в потолок. Он был искренне рад этому разговору. Теперь они могли быть вместе не по принуждению, не из-за отсутствия у него магии, а потому что оба этого хотели.

А он, вдобавок ко всему, сможет наконец сдать экзамен и доказать отцу, что является настоящим магом. Всё начало налаживаться. И вся его жизнь так кардинально изменилась именно в тот момент, когда в ней появилась Элира.

Рейнер задумался и вдруг нахмурился. А ведь у них ещё не было ни одного нормального свидания. Только вынужденные тренировки и стрессовые ситуации.

Ладно.

Куратор улыбнулся краешком губ. Сейчас их выпишут из лазарета. Потом он сдаст ректору отчёт об этой ситуации, и сможет организовать ей настоящее свидание. Даже до экзамена получится выкроить время и провести его вместе.

Рейнер мечтательно перебирал в голове варианты, куда можно было бы её отвезти, и не заметил, как задремал.

Проснулся, когда Элира вошла в комнату. Алькор тут же сел, проморгался и спросил:

— О чём говорили с ректором?

— Он спрашивал про скверну. Правда ли она живая. Действительно ли я переманила её на себя, — протянула Лира скучным тоном. — Потом уточнил, не вру ли я. Я сказала, что не вру. — Она села на кровать. — Ну вот как-то так.

— В следующий раз пусть лучше занимаются изучением этой дряни, — сжав зубы, процедил Алькор, — а не позволяют студентке в стрессовой ситуации выяснять такие важные факты.

Медсестра снова вошла в лазарет с огромным подносом, и Рейнер встал с кровати, чтобы помочь.

— Не стоит, не стоит. Лежи. Я тут врач. Ты — больной, — возмутилась она, но куратор не послушал.

Они быстро расставили по тумбочкам тарелки с дымящейся кашей, сверху которой лежали ягоды и кусочки масла. Затем выставили большую стопку тостов и две кружки с травяным чаем.

Забрав поднос, медсестра кивнула на кровать, и Рейнер тут же сел, повинуясь её строгому взгляду.

— Всё съесть. Вам нужны силы и отдых. Поняли? Потом приду, проверю. И всё, быстро отдыхать.

Она хлопнула дверью и выключила основной свет, так что осталась только лампа на тумбочке, заливающая палату тёплым, приглушённым сиянием.

Рейнер взял тарелку и отправил в рот ложку тёплой сладкой каши с клубникой.

— А знаешь, — сказал Алькор, жуя, — мне даже может понравиться болеть. Ещё бы массаж и баня, и я бы не отличил это от курорта.

Элира улыбнулась и взяла свою порцию.

— Не знаю, — ответила она. — Я никогда в таких не была. Но если там неплохо кормят, то звучит заманчиво.

Логично, подумал Рейнер, стараясь сдерживать мысли, чтобы они не проскочили к Лире в голову. Значит, вот туда и вырвемся на пару дней. Был же хороший отель с баней и нормальными горячими источниками недалеко от города. Надо будет забронировать номер и договориться с ректором о выходных!

Дорогие читатели, очень нервничаю, но вынуждена сообщить вам, что мне нужно изменить график публикации, и главы будут выходить не каждый день, а через день. Связано это с тем, что мы с вами приближаемся к заключительной части книги, и по воле сюжета мы будем проживать очень тяжёлые и эмоциональные сцены, на создание которых у меня уходит много сил, времени и эмоциональных ресурсов. Я искренне надеюсь на ваше понимание, а также хочу поблагодарить каждого, кто дочитал до этого момента, за интерес к этой книге и вовлечение в судьбу героев. Я изо всех сил стараюсь радовать вас качественным текстом и буду надеяться на ваше понимание.

Глава 52.1

Элира

— Не помешала! — громко откашлялась медсестра, и я вздрогнула, отлипая от губ Рейнера. — Рада, что вы идете на поправку. — Она постояла в дверях, давая нам возможность отстраниться друг от друга. Рейнер быстро встал с кровати, заслонив меня, чтобы я успела пригладить растрепанные волосы.

Ну хоть просто целовались и дальше не зашли. И это в лазарете! Я приложила холодные ладони к пылающим щекам.

Мы уже второй день лежали в палате и достаточно восстановились. Благодаря стараниям медсестры рана быстро затянулась и почти не беспокоила, и теперь самым невыносимым было лежать рядом с Рейнером, слышать его мысли, находиться в сантиметрах друг от друга и при этом сдерживаться. Хотя удержаться всё равно не получилось. Хорошо, хоть медсестра не пришла чуть позже.

— Сегодня я вас выписываю! — радостно объявила она, подходя ближе. — Элира, можешь идти, а вас, господин Алькор, ректор просил зайти как можно скорее. — Она кивнула Рейнеру и протянула мне склянку с всё той же жёлтой шипящей жидкостью, от которой меня уже подташнивало. — Попейте для иммунитета. Если что-то будет беспокоить, сразу ко мне, — серьёзно добавила она.

Молча приняла пузырёк и почувствовала укол волнения. Было ясно, что ректор ещё не раз будет расспрашивать о случившемся в пещере, но вся эта ситуация казалась неразрешённой и очень беспокоила меня. И то, что скверна оказалась живой, и то, что этот факт либо скрывали, либо не знали, и то, что уже два дня нас совершенно не трогали, давая поправиться, всё это давило томительным ожиданием. Что-то в нашем последнем разговоре с ректором смущало и настораживало, хотя я не понимала, что именно. Вроде бы и вопросы обычные, и предостережение никому не рассказывать о случившемся понятное, но всё равно что-то было не так.

— Иди к себе. Я и сам собирался к ректору, а после увидимся, — Алькор положил руку мне на плечо, нежно погладив большим пальцем.

— Может, пойду с тобой? — я нахмурилась, не желая отпускать его одного.

Кончики губ Рейнера дрогнули в лёгкой улыбке:

— Иди, отдохни. Я скоро буду.

Я вышла из лазарета первой и поплелась к своей комнате, стараясь не смотреть на студентов, которые откровенно пялились. То, что про нашу историю уже все знают, было очевидно. Но в каких подробностях? Знают

— Эли! — Сесиль притянула меня к себе так быстро, что я не успела отстраниться. — Как я рада, что ты жива! — воскликнула она, обратив на нас внимание всего коридора.

— Ты что? — я вырвалась из её цепкой хватки и отступила.

— Рада, что всё обошлось! Какая трагедия, какая халатность! Но хорошо, что Рейнер тебя спас, — она закивала и тут же продолжила, — да, я знаю, мы поссорились, но я всё равно переживала! — со слезами на глазах процедила она под одобрительные восклицания других аристократок.

Значит, вот какая версия стала официальной: Рейнер меня спас. Понятно. Логично выставить всё так, будто наследник паладинов выручил резервницу, а не наоборот. Пусть так. И очевидно, что о разумной скверне никто ничего не знает. Но меня встревожило другое — это странное слово «халатность». Кого-то хотят обвинить в этой ситуации? Кто за неё будет отвечать?

— Эли, я прощаю тебя. Можешь вернуться в комнату, — гордо объявила Сесиль, чтобы слышали все вокруг.

Я вырвалась из своих мыслей и посмотрела на неё. Кричать сейчас в коридоре, доказывать что-то и вступать в перепалку, не хотелось. Все силы уходили на то, чтобы разобраться в давящей тревоге, которая терзала меня и только нарастала. Очевидно, эта ситуация так не закончится. Скверна живая, а происшествие явно хотят замолчать. Кто и что будет с этим делать? Может ли это навредить мне или Рейнеру? Неопределённость тяготила.

Сесиль же казалась сейчас просто назойливой мухой. Грязной и липкой. К ней не хотелось даже прикасаться, чтобы не запачкаться. А её внезапное «прощение» сейчас вызывало лишь злую ухмылку. Я оскалилась краешком губ, представив свою подвальную комнату. Даже там было лучше, чем рядом с такой «подругой». Не говоря ни слова, я развернулась и пошла дальше, не слушая, что она кричала мне вслед.

Пройдя коридор, подошла к лестнице и столкнулась с Лукой.

— Элира, я искал тебя, — быстро отчеканил он, и сердце упало при одном взгляде на его лицо. Что-то случилось. Он был встревожен, без следа привычной улыбки, а голос звучал серьёзно и глухо.

— Идём к ректору? — догадалась я.

— Да. Но… — он поднялся на ступеньку выше, глядя на меня сверху вниз. — Ректор не хотел, чтобы ты была, но Алькор-старший настоял. — Лука сбился и, вздохнув, добавил, — послушай, прошу тебя, что бы ни случилось, будь сдержанной. Это глава всех паладинов, Элира. Я понимаю, какие у вас с Рейнером отношения, но, ради него, не высовывайся, — глухо проговорил вампир и прошёл вперёд, не встречаясь со мной взглядом.

Я сглотнула и сжала заледеневшие пальцы. Мы быстро поднялись к кабинету. Задержавшись у двери на секунду, Лука вздохнул и постучал. Несколько мгновений царила тишина, потом властный голос скомандовал: «Войдите!», и Лука толкнул дверь.

Глава 53

Элира Из-за спины Луки я не сразу увидела всех в комнате. Первым на глаза попался Тарен, бледный и вытянувшийся по стойке смирно у самого входа. Рядом с ним, такой же бледный и мрачный, стоял капитан Краст.

— Разрешите представить: Элира Виолка, резервница последнего года обучения, — кивнул Лука и вежливо отошёл в сторону, встав рядом с Тареном.

Теперь я наконец увидела остальных. Ректора, бросившего на меня беспокойный взгляд. Рейнера, у которого ходуном ходили желваки, а челюсть была сжата так, что казалось, вот-вот хрустнет. И — его.

Алькор-старший, единственный из всех, выглядел спокойным. Он полусидел, прислонившись к столу ректора. Отец Рейнера был одет строго и дорого: серый костюм с гербом паладинов, вышитым на лацкане, белые перчатки и ботинки, начищенные до зеркального блеска. Цветом волос и глаз он походил на Рейнера, но черты лица были куда острее и надменнее. Его серые глаза веяли не штормом, как у Алькора-младшего, а чем-то мёртвенно-холодным, тухлым. Он поймал мой взгляд, и внутри всё вздрогнуло.

— Здравствуйте, — потупилась я. — Приятно познакомиться.

Я нахмурилась и чуть склонила голову, то ли в поклоне, то ли чтобы скрыться от его ужасного взгляда.

Алькор-старший не ответил, лишь презрительно фыркнул и повернулся к сыну.

— И после всей этой суеты, что ты мне устроил, я вынужден следить, чтобы важная информация не просочилась в массы. Беречь репутацию семьи. Переживать за твоё здоровье.

Он отодвинулся от стола и шагнул к Рейнеру, подняв руку. Тот едва заметно вздрогнул, но Алькор-старший лишь нежно погладил его по плечу.

— Ты мой единственный сын. Наследник. Преемник, — он продолжал гладить, и у меня внутри всё сжалось, а в горле встал тошнотворный ком. Чувства Рейнера?

— Ты не мог так рисковать. Быть настолько неосторожным и глупым.

Его рука замерла на плече сына и начала сжиматься.

— Неужели ты настолько бесполезен и слаб? — пальцы впились с такой силой, что, казалось, вот-вот сломают Рейнеру кость. Тон Алькора стал жёстче, голос громче. — Бестолковое, бездарное подобие человека. Как ты посмел так опозорить меня?

— Отец, я полностью признаю свою вину и обещаю, что это больше не повторится, — отчеканил Рейнер. — Я виноват, что дал застать себя врасплох, не подумал об угрозе второго разрыва и позволил себя ранить. Эта тренировка стала уроком, который я запомню. Впредь я не подведу вас.

— Конечно, запомнишь, — Алькор-старший отпустил плечо сына и потер одну руку другой. — Ты расслабился. Не вижу, чтобы академия обучала тебя как следует, — бросил он ректору.

— Господин Лазар, уверяю вас, мы выполняем все ваши требования и соответствуем стандартам. Тренировка была рискованной, и подобной халатности впредь мы не допустим. Однако непредвиденное открытие второго портала трудно предугадать даже в мирных районах — это повсеместный риск. — Ректор расправил плечи, глядя прямо на Алькора-старшего. — Однако прошу заметить: студенты справились без потерь и серьёзных ранений. Ваш сын наконец открыл портал и закрыл разрыв со скверной. Это достойный результат.

— Результат? — Лазар хмыкнул и подошёл вплотную к Эдгару. — Не смей рассказывать мне о результатах, искалечив моего сына. Не смей выдавать его силы за свои достижения. — Он смерил ректора уничижительным взглядом. — Ты пытаешься смягчить меня, рассказывая, что он «наконец» открыл порталы. Но разве это твоя заслуга? И тем более, он ещё не сдал экзамен — судить о его силе рано! А вот то, что он чуть не погиб и был спасён этой... — он резко кивнул в мою сторону, и

В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь неровным дыханием и мерным тиканьем часов.

Наконец Алькор-старший шагнул обратно к Рейнеру и с силой похлопал его по плечу:

— Тебе нужно учиться. Твои успехи, это хорошо. Но мы должны напомнить тебе об ответственности, подстегнуть мотивацию. Показать, что бывает, когда ты слаб, глуп и бесполезен.

Сразу после этих слов он резко вскинул руку и громко произнёс:

— Вечное пламя!

У его ладони тут же открылся портал средних размеров, комнату обдало жаром и вонью дыма и серы.

— Я так понимаю, командовал экспедицией этот оборотень? — холодно спросил он, указывая на Тарена.

— Отец, вся вина только на мне, — поднял на него глаза Рейнер, и в его голосе послышалась дрожь.

Глава 53.1

Элира

— Я задал вопрос. — Старший Алькор посмотрел на ректора. — Этот оборотень отвечал за их отряд?

Эдгар Веймар кивнул. Я задержала дыхание. В горле застыл крик, всё тело будто онемело, когда я увидела, как Лазар поднимает руку, направляя портал. Пламя, вырвавшееся из светящегося круга, метнулось в угол комнаты, где стоял Тарен. В полной тишине, за одно мгновение, портал накрыл оборотня, увлекая его в себя.

— Закройся.

Портал схлопнулся, оставив лишь запах дыма и тошнотворную вонь горящей плоти. Тарена в комнате не было.

По щеке скатилась слеза. Лёгкие пропустили болезненный вдох и рваный выдох. Никто не проронил ни слова. Ректор опустил глаза. Лука подскочил к Рейнеру и схватил его за плечи.

Голос Алькора-старшего рассек тишину кабинета:

— За неисполнение служебных обязанностей и халатное отношение к работе. За создание опасной ситуации для жизни и здоровья мага высшего аристократического сословия оборотень приговорён к казни. Приговор исполнен.

Я моргнула, и всё внутри взорвалось. Слова «приговор исполнен» бились в висках, подступали к горлу рвотой, разрывали лёгкие. Комната вдруг поплыла, и я не сразу поняла, что происходит. Перед глазами потемнело, затем возникли мутно-серые образы, окружая меня со всех сторон, становясь всё ярче и реальнее. Я провалилась в воспоминания.

Чувства и мысли Рейнера теперь не просто транслировались мне, я растворилась в его памяти. Стала им. Десятилетним мальчишкой, стоящим на промокшем до черноты гравии под ледяной дробью дождя.

Передо мной, в огромном особняке, где, видимо, жило семейство Алькоров, горели все окна. Сквозь шум ливня доносился смутный гул голосов, смех и музыка. Там что-то праздновали?

Мысли маленького Рейнера захватили меня, и я поняла, что они с семьей только что вернулись с церемонии левитации. Всего час назад этот малыш узнал, что он маг, и отец решил, что праздник будет лучшим моментом для первого урока.

— Давай, концентрируйся, — он стоял неподвижно, не обращая внимания на промокший фрак, и смотрел на Рейнера свысока. — Не смей позорить наш род. Открой портал!

Я чувствовала, как мелкая дрожь пробирает меня изнутри. Этот ребёнок трясся не от холода, а от чёрной дыры страха, разверзшейся в груди. Он вытер ладошкой мокрое лицо, но на смену дождевой воде тут же набежали предательские слёзы.

Странное чувство, видеть и ощущать то же, что Рейнер, но не иметь возможности повлиять на происходящее. Только смотреть глазами маленького, разрывающегося от страха и отчаяния ребёнка.

— Не… не получается, — выдавил Рейнер. — Пап, пожалуйста. Я устал. Не могу.

— «Не могу» — слово для обычных людей. Ты — Алькор. Ты будешь делать то, что должен. Мир номер тринадцать. Огонь. Произнеси и представь.

Рейнер, впиваясь ногтями в ладони, пытался выцарапать из себя хоть искру магии.

— Мир номер тринадцать… огонь! — прокричал он, но ничего не произошло.

Он с ума сошёл. Мальчик только что прошёл испытание, он выжат как лимон, а этот… этот монстр в человеческом обличье тащит его под дождь и требует невозможного! Но я ничего не могла сделать, только смотрела, как Лазар Алькор медленно, с сожалением взглянул на сына. В его глазах вспыхнуло понимание, будто он определил диагноз:

— Слабость. Баловство. Из тебя сделали тепличное растение, — он покачал головой, — я виноват. Слишком мягок. Но я исправлю это. Научу тебя быть сильным.

Он вскинул руку. Движение было отточенным и смертоносным:

— Вечное пламя.

Воздух над его ладонью взорвался светом, превратившись в ровный сияющий портал. Из него вырвались языки синего пламени. Дождь шипел, испаряясь, не долетая до них. Отец медленно провёл этим огнём перед лицом сына. Я почувствовала исходящий жар и запах озона.

— Понимаешь? — спросил он мягко. — Это сила. Это ответственность. Это твоё будущее. И я не позволю тебе его растратить на глупости. Даю последний шанс: открой портал, или я лишу тебя того, что расхолаживает дисциплину и отвлекает от тренировок.

Ощущая эмоции Рейнера, я знала: он не понял слов отца. Но у меня от них по хребту пробежал холод. Только сейчас я увидела, что рядом с ребёнком на земле, промокшая под дождём, сидела собака. Та самая, про которую он мне рассказывал! Большая, почти в его рост, и такая верная. Та, с которой они играли в прятки? Она посмотрела на меня большими карими глазами и слизнула с носа капли дождя.

— Открой портал. Прямо сейчас. Или я устраню то, что отвлекает твоё внимание. То, что делает тебя мягким. — Он спокойно посмотрел на собаку. В его взгляде не было ни ненависти, ни злобы — только разочарование и холод.

Нет, нет, нет! Он не посмеет! Я заметалась, но какой толк? Запертая в теле Рейнера, я оставалась безвольным зрителем и лишь с ужасом понимала, что сейчас произойдёт.

— Мир номер… тринадцать… — завыл Рейнер, и его рука беспомощно рассекла воздух. Короткая вспышка синего света возникла перед ним всего на секунду и тут же пропала под струями дождя.

— Запомни этот момент, сын. Боль — лучший учитель.

Он плавно опустил руку. Синий огненный круг, шипя, поплыл вниз. Собака, наконец почуяв неладное, беспокойно пошевелилась и посмотрела на приближающийся портал с тихим, вопросительным скулёжом.

Рейнер бросился к ней, чтобы прикрыть собой или оттолкнуть, но было уже поздно.

Не было ни громкого звука, ни страшного зрелища. Собака просто исчезла в портале, будто её накрыли сачком, как бабочку. Запах озона стал резче, смешался со сладковатым душком палёной шерсти. На мокром гравии, где она сидела, осталось лишь слабо дымящееся пятно.

Дождь лил как ни в чём не бывало. Из дома доносился весёлый смех. Лазар Алькор опустил руку. Портал исчез.

— Завтра начнём тренировки в пять утра, — сказал он спокойно. — Теперь у тебя не будет отвлекающих факторов. Ты будешь сильным.

И он повернулся, пошёл к дому, к свету и

Глава 53.2

Элира Воспоминание выбросило меня обратно в кабинет, словно выплюнуло из ледяного водоворота. Я проморгалась, пошатнулась и схватилась за голову. Пол под ногами плыл. Казалось, вот-вот провалюсь обратно, в тот дождь, в тот холод. Но не провалилась. Оказалась здесь. В этой ужасной реальности.

Тишину прорезал лёгкий скрип, и я повернулась. Краст почти упал на диван. Он сел, согнулся, опустил голову в руки и уставился в одну точку на полу. Такой здоровый и грозный капитан оборотней сейчас выглядел… слабым. Беспомощным и понурым. Будто из него вынули стержень.

Не в силах смотреть на это зрелище, я отвернулась и увидела ректора. Он стоял у стола, опустив глаза на руки. Вся его властность, всё начальственное величие куда-то исчезли. Испарились.

Не зная, куда деть глаза, посмотрела в потолок, сдерживая проступающую слезинку. Мне было страшно взглянуть на Рейнера. Потому что я чувствовала его. Чувствовала гнев, рвущийся по венам. Пустоту, разъедающую изнутри. И всё ещё непонимание. Будто он не верил, что это действительно случилось.

Опустив глаза, я всё же заставила себя посмотреть на него. Лицо куратора было мертвенно-бледным. В глазах бушевала буря. Сзади его держал Лука, обхватив обеими руками. Непонятно, то ли чтобы Рейнер не кинулся на отца, то ли чтобы просто не упал.

Но меня никто не держал.

Я сделала шаг вперёд. И наконец посмотрела на эту тварь. На него. Мысли накатили грязной волной ярости, в которой я захлёбывалась, задыхаясь.

Вот он. Бездушное чудовище. Больное на голову. Абсолютно отвратительная тварь, которая не должна существовать в этом мире. Сумасшедший, покалечивший детство ребёнку. Не знающий ни жалости, ни человеческого достоинства.

Абсолютный мрак. Чистое зло. Он забрал у ребенка собаку, забрал у Рейнера друга. Он казнил Тарана. Словно стёр пыль.

Эти мысли захлестнули меня. В висках застучало. В глазах потемнело.

Я всё ещё чувствовала себя промокшей от того ледяного дождя. Или, может, это был холодные капли пота, стекающие по спине и шее. Руки, которые в памяти коченели, наконец перестали мёрзнуть и тело охватил необъятный, густой жар… Сделала шаг. Потом ещё один. И кинулась на Лазара.

— Вода, — выдохнула я.

Под рукой возник портал, откуда я тут же вытянула послушные водяные щупальца, похожие на тонкие гибкие верёвки. Направила руку вперёд, чтобы он захлебнулся, исчез с лица земли! Но Лазар сделал едва заметный жест, и все мои старания рассыпались брызгами, даже не коснувшись его.

Не соображая, что делаю, я тут же продолжила:

— Огонь! — второй портал распахнулся, и из него вырвались сплетённые змеи пламени, такие яркие, что в глазах зарябило.

Лазар не пошевелился. Он лишь чуть двинул пальцем, и его левитация ударила в мой огонь, разбив его на сноп искр. Те осыпались на паркет и с шипением погасли, оставив чёрные обугленные точки.

Краем глаза я поймала движение: ректор и Краст рванулись вперёд, чтобы остановить меня. Но Алькор-старший только коротко, почти незаметно покачал головой. От этого жеста их словно пригвоздило к месту.

А я взорвалась новой волной злости. Он со мной играется. Не воспринимает всерьёз. Просто смотрит, на что способна безродная девчонка, и потешается. От этой мысли захотелось кричать, и я выкрикнула:

— Ветер! — голос прозвучал надрывно, с хрипотцой, и показался мне чужим.

Портал с воющим вихрем развернулся прямо за спиной Лазара, срывая со стола бумаги.

— Земля! — процедила я сквозь зубы, и, не дожидаясь нового портала, обрушила на Алькора-старшего всё сразу: и языки пламени, и извивающиеся щупальца воды, и сокрушающий вихрь. В тот же миг, пока он был вынужден противостоять этой атаке, под его нечищенными ботинками паркет вздрогнул и провалился в чёрную, пузырящуюся жижу.

Вонючее болото, в котором я надеялась, он хоть на миг потеряет равновесие, не справившись со всем сразу.

И в этот момент на его каменном, надменном лице мелькнуло что-то новое. Не страх, которого я так ждала, а удивление и холодный, расчётливый интерес. Будто он увидел не дерзкую девчонку, а неожиданно ценный образец. Его губы чуть дрогнули. Почти улыбка.

Всё это случилось за долю секунды. А потом он просто взмахнул рукой. Одним движением его левитация ударила по воздуху тяжёлой, невидимой волной.

Мои порталы захлопнулись. Все сразу. Вода рухнула на пол. Огонь погас с шипением. Ветер стих, и бумаги посыпались вниз. Болото под его ногами стало снова твёрдым деревом, будто его и не было.

Вторая рука Лазара вскинулась в мою сторону. В грудь ударил тупой, сокрушающий толчок, и меня отшвырнуло к стене. Воздух вырвало из лёгких. Та же сила сжала горло и пригвоздила к деревянной панели. Я повисла над землёй, задыхаясь, царапая шею, но хватка была не из плоти и её нельзя было разжать.

Он подошёл ближе. В глазах у меня пошли тёмные круги, края зрения поплыли.

— Неплохо, — сказал Алькор ровным, будничным голосом. Он разглядывал меня, как вещь.

— Четыре стихии. Без подготовки. Ты подойдёшь. Если мой сын окажется пустышкой, ты станешь хорошей заменой. Фамилию Алькор можно будет дать и тебе.

Хватка на горле сжалась ещё туже, и теперь в глазах поплыли красные пятна.

— Но запомни, где твоё место. Поднимешь на меня руку ещё раз, сотру тебя. Безродная тварь.

Я уже почти ничего не видела. Но в последнем сужающемся просвете заметила движение. Рейнер. Он резко дёрнулся вперёд, вырвавшись из рук Луки, и встал между нами, закрыв меня собой.

Глава 54

Рейнер

Тишину в комнате разрывали только прерывистые всхлипы. Они впивались Рейнеру в ребра, будто острые ледяные иглы. За его спиной, прижатая к стене, отчаянно задыхалась Элира. А впереди, в трёх шагах, стоял его отец. В глазах у того не было ни ярости, ни даже раздражения, лишь холодное, почти научное любопытство. Сколько она продержится? В какой момент хрустнет?

Эта мысль пронзила мозг Рейнера, отдаваясь болью во всём теле. Он смотрел в пустые глаза Лазара, сдерживая гримасу отвращения и прилагая нечеловеческие усилия, чтобы лицо осталось спокойным, а руки не потянулись к горлу ублюдка и не сжали его, перекрывая воздух, который тот так равнодушно отнимал у Лиры.

— Отец. — Слово вышло хриплым комом, застрявшим в горле. Рейнер физически ощутил тошноту, но проглотил её, заставив голос звучать ровно, почти плоско. — Остановись. Не слишком ли много мёртвых женщин на одну семью? Неужели ты хочешь, чтобы опять поползли слухи?

Пока

— Ты прав, — Лазар отпустил Виолку, и Рейнер услышал мягкий шлепок. Но не смог отвести взгляд от отца, которого приравнивал к дикому зверю и не собирался поворачиваться к нему спиной.

— В общем, Эдгар, я доволен, — старший Алькор первым отвернулся от сына и направился к выходу из кабинета. — Девочку подобрал сильную, прогресс Рейнера тоже заметен. Продолжайте в том же духе и ждите меня на экзамене.

Щелчок закрывающейся двери будто вернул в кабинет кислород. Рейнер смог вздохнуть и лишь когда в коридоре затихли твёрдые, размеренные шаги, он обернулся и кинулся к Элире, лежавшей на полу без сознания.

Алькор опустился на колени, приложил ладонь к её губам и уловил слабое, прерывистое дуновение. Два пальца, прижатые к её шее, почувствовали под кожей частый, настойчивый пульс. Жива.

За его спиной Лука что-то проговорил, но слова не долетели. В тягостной тишине кабинета слышались только сдавленные всхлипы капитана Краста. Нужно было убираться отсюда. Сейчас же. Не раздумывая, Алькор подсунул одну руку под колени Элиры, другую под спину и поднял её.

Повернувшись, он направился к выходу. Лука бросился вперёд, распахнул дверь и замер в проёме. Рейнер прошёл мимо, не глядя на друга. Тот тут же засеменил следом, явно собираясь что-то сказать, но так и не решившись вымолвить ни слова.

Быстрые шаги эхом разносились по коридору. Алькор сворачивал в самые глухие переходы, где редко можно было встретить студентов. Стараясь избежать лишних глаз, вопросов и шёпотков за спиной. Единственное, что имело значение, кратчайший путь до её комнаты в общежитии. Нести её в лазарет через пол-академии было безумием, а медсестру можно было вызвать и на место.

Когда они спускались по лестнице в подземный коридор, рука Элиры безвольно соскользнула, и из-под рукава пиджака выглянул край знакомой белой повязки.

Опять. Опять она ранена. И снова из-за меня. Эти мысли вонзились в голову и ребра, сначала обдавая болью и холодом, а потом перерастая в тошнотворный жар. Рейнер почувствовал знакомую горечь, злость на себя и это всепоглощающее, унизительное бессилие. Не смог защитить. Снова.

И тут же мысль метнулась дальше, к человеку, которого он тоже не спас.

К матери.

В памяти с мучительной чёткостью всплыли её яркие, тёплые глаза, какими он помнил их с детства. Потом он ясно увидел, как этот свет с каждым годом мерк, тускнел и наконец угас полностью.

Он не просто не спас маму, он сам её погубил. Именно Рейнер, наследник без должной магии, не оправдавший фамильных ожиданий, стал причиной того, что Лазар потребовал от жены нового, «правильного» ребенка. А когда она не смогла этого дать, он просто вычеркнул её из своей жизни, продолжая держать рядом и не давая свободы. Он относился к ней как к сломанной вещи годами, пока та, измотанная до предела, не покончила с собой.

Если мы с Элирой будем вместе, она всегда будет в опасности. Я не смогу защитить её от него.

Они уже подошли ко входу в общежитие, и Лука тут же открыл тяжёлую деревянную дверь. За столом дремал Демьян. Рейнер откашлялся, заставляя его проснуться:

— Позовите сюда медсестру. Как можно скорее, — отчеканил Алькор, как только комендант открыл глаза.

Демьян тут же подскочил, кивнул и засеменил прочь.

Лука, аккуратно обогнав Рейнера, открыл дверь в комнату Элиры и, ловко протянув руку в проём, успел щёлкнуть выключателем.

— Жди здесь, — бросил Рейнер, проходя внутрь, и дверь тихо захлопнулась за его спиной.

Алькор бережно уложил Элиру на кровать, поправил подушку и сел на край рядом с ней.

Рука сама потянулась к её голове. Пальцы медленно провели по волосам, закрутили одну шелковистую прядь, затем скользнули к лицу. Он провёл шершавой подушечкой пальца по нежной, прохладной коже, коснулся щеки, подбородка и наконец опустился к шее. Там, под линией челюсти, уже проступали багрово-синие пятна, точный слепок пальцев его отца. Внутри всё сжалось, будто на его собственном горле схлопнулись тиски, и он отдернул руку.

Не смог защитить. Позволил себе расслабиться и поверить, что могу быть с кем-то счастлив. А в итоге она теперь в такой же опасности, как все, кто мне близок. Я не могу о ней позаботиться. И с ней может случиться то же, что с матерью и Тареном.

От одного имени друга он почувствовал такую невыносимую боль, что в глазах потемнело.

Нет! Нельзя думать о Тарене. Нельзя вспоминать его лицо. Если позволить этим мыслям завладеть собой, он рухнет здесь, на пол, и уже не встанет.

Не сейчас.

Нельзя было думать ни про мать, ни про Тарена, нельзя вспоминать всех, кого отнял у него отец, иначе он сломается. Надо перестать копаться в прошлом и сожалеть о том, чего не исправить. Надо задавить эти мысли. Рейнер моргнул, с силой сжав веки, и ждал, пока ужасные образы отступят. Челюсть, стиснутая до предела, наконец немного разжалась, и он смог вздохнуть. Надо собраться, справиться с эмоциями и найти в себе силы.

Глава 55

Элира

Только не снова.

Я открыла глаза в кладовке без окон, тесной, тёмной, с запертой дверью. Дёрнулась и сразу поняла, что руки связаны, а рот закрыт кляпом.

Нет! Только не опять.

Попыталась закричать, но из горла вырвался лишь глухой стон. Сердце колотилось так, будто хотело проломить грудную клетку. Почему я здесь?

Тишину разорвал смех:

— Так и надо этой выскочке!

— Решила, что лучше нас?

— Что теперь будешь делать, дура?

Детские голоса. Я знала их, помнила. Это были мои одноклассники из интерната. Почему они здесь?

— Будешь делать, как мы скажем.

— Хочешь выйти, тогда не смей больше выпендриваться магией, поняла?

Воспоминания накрыли резко, одной волной.

Мне было десять. Мы с семьёй пришли на обязательную церемонию левитации на главной площади. Я смотрела, как один за другим дети выходят к перу. У большинства оно не двигалось, и они уходили домой расстроенными или облегчёнными, но вместе с семьёй.

Потом настала моя очередь. Стоило выставить руку, как перо поднялось сразу. Я испугалась, но увидела родителей. Они улыбались. Такие гордые и счастливые. А потом к нам подошёл паладин от академии Ориенса. Он что-то сказал, дал родителям деньги, и меня забрали.

Сказали, что теперь я буду учиться в интернате при академии. Стану резервницей. Что, если пройду испытания, стану магом и никогда больше не увижу родителей, но они будут мной гордиться. Я тогда всё поняла. Даже в десять

Несмотря на это, я всё же училась изо всех сил. Не ради их гордости, а потому что хотела свободы, а для неё просто необходим был диплом.

К мотивации прибавился огромный потенциал, и я стала лучшей в классе. После этого дети магов, с которыми мы учились, быстро решили, что резервнице быть сильнее аристократов не положено, а потом осознали, что если издеваться над ней, то ничего не будет. Никто не вступится.

Меня запирали здесь. В этой кладовке. Раз за разом. Лишая возможности применить магию, открыть портал и сбежать.

Я была маленькой. И я до ужаса боялась этого места.

Но я же уже не маленькая.

Голоса вдруг исчезли. Вместо них за стеной раздался другой, грубый и холодный. Голос Лазара:

— Боль — лучший учитель.

У меня перехватило дыхание. Слёзы сами покатились по щекам, затекая в кляп. Нет. Он здесь. Он навредит Рейнеру!

Дёрнувшись, я поняла, что это бесполезно. За дверью раздался детский крик и сразу наступила тишина.

Надо помочь ему! Надо выбираться отсюда! Я больше не буду сидеть в этой кладовке.

В детстве именно тут я впервые открыла портал без слов. Просто от отчаяния. И сейчас, закрыв глаза, повторила стишок:

«Море, море, край простой, где лишь ветер и покой!» — представила яркий свет, шум волн и свежий, холодный воздух.

Портал вспыхнул передо мной, и я проснулась.

Снова попав в полумрак, проморгалась, пытаясь понять, что происходит. Мы же были в кабинете, почему я в комнате?

Портал с морем горел прямо надо мной, и из-за его света остальное пространство казалось слишком тёмным.

Тут же совсем рядом появился большой силуэт. Рейнер? Я попробовала позвать его, но вместо слов вырвался хрип, и горло взорвалось такой болью, что из глаз брызнули слёзы. Я прижала руку к шее и приподнялась на кровати.

Фигура приблизилась, и в свете портала я увидела встревоженное лицо Луки:

— Тише, тише, — он тут же протянул мне стакан с мутной белесой жидкостью. — Пока ничего не говори. Успокойся.

— А что это у нас студенты теперь порталы без слов открывают? — раздался удивлённый голос медсестры. — Элира, вы давно так можете, или это сейчас от стресса? — она тоже подошла к кровати, и от их лиц, нависших надо мной, света портала и боли в горле голова пошла кругом.

Меня, получается, в комнату перенесли? А как там Рейнер, где он?

Нахмурившись и не обращая внимания на вопрос медсестры, я снова попыталась заговорить, но изо рта вырвался лишь болезненный хрип.

— Выпей, пожалуйста, станет полегче. — Лука протянул стакан, и я сделала, то что он просил. Жидкость оказалась сладковатой и тёплой, горлу действительно стало лучше.

— Я сделала, что могла. Ваше горло восстановится в течение нескольких дней, но постарайтесь не нагружать его и отлежаться. — Она поставила на тумбочку какие-то склянки, потом обратилась к Луке, — вы, я так понимаю, будете за ней приглядывать? Так вот, следите, чтобы она пила этот эликсир каждые три часа. И никакой горячей, холодной, твёрдой и сухой пищи. — Закончив давать наставления, она вышла, бросив на прощание, что вернётся меня проведать.

Я наконец пришла в себя и, первым делом сжала руку в кулак, захлопывая портал с бушующим морем, который всё ещё слепил меня. Увидев, что я сделала это не говоря ни слова, Лука удивлённо поднял бровь, но ничего не спросил, за что я была ему очень благодарна.

— Слушай, всё не так плохо, как могло быть, ты поправишься! — он присел на корточки у кровати и посмотрел на меня снизу вверх. Его глаза выражали глубочайшую грусть и боль, хотя на лице держалась вежливая улыбка. — Может, хочешь чего-то? Только не горячего, холодного и сухого, — усмехнулся он, повторяя слова медсестры.

— Где Рейнер? — всё же прошипела я, и улыбка тут же сползла с лица вампира.

Глава 55.1

Элира

— С ним всё хорошо, — Лука задумался, — ну, он жив, здоров. — Вампир замолчал, не зная, что ещё сказать.

Всё ещё отходя ото сна, я прижала руки к глазам и потерла веки с такой силой, что появились белые пятна. Этот сон, напомнивший мне про родителей и интернат. Наверное, я увидела его, именно из-за того, что побывала в детстве Рейнера.

Отдёрнула руки от лица. Как же мне его жаль! Нахмурилась. Нет, как же я злюсь на его отца! Снова сжала веки. А Тарен? Как можно поверить, что его больше нет?

— Хочешь отдохнуть? — предположил Лука, всё ещё сидевший рядом с кроватью.

Я неопределённо качнула головой. Мне не хотелось оставаться одной, но единственный, кого я сейчас хотела увидеть, был Рейнер. Как он? Нужна ли ему помощь? Хотелось вскочить с кровати и побежать к нему. Но что я скажу? Посочувствую, но кому это поможет? Точно не мне.

Челюсть напряглась, зубы сжались. Хотелось выплеснуть злость, которая снова вспыхнула внутри при одной мысли об этом чудовище и о том, что он сделал с родным сыном и Тареном. Но как? Что тут можно сделать? Я снова протянула руки к голове, размяла виски. Попыталась встать, и всё тело, начиная с горла, пронзила острая боль. Неужели я так сильно пострадала?

Лука поймал мой взгляд:

— Элира, я думаю, пока лучше остаться в комнате и восстановиться, — вежливо сказал он.

— Но я же… — я откашлялась, — может, Рейнеру нужна помощь!

— Ты пока и себе помочь не в состоянии. Послушай медсестру, отдохни. С ним всё в порядке, в отличие от тебя, — он снова натянул улыбку, — что, моя компания настолько ужасна?

Устало откинувшись на подушку, я сдалась. Отдохну, посплю, поправлюсь, а потом найду Рейнера.

* * *

Пять утомительных дней Лука почти не отходил от моей кровати. Он пичкал меня всеми зельями, что дала ему медсестра, и строго следил, чтобы я соблюдала постельный режим. Поскольку разговаривать мне было особо нельзя, мы либо сидели молча, либо он читал вслух учебники по предметам, которые мне скоро предстояло сдавать. Каждый день утром и вечером ко мне приходила медсестра. Убедившись, что Лука заставляет меня соблюдать её рекомендации, она оставляла нас одних.

Из всех визитов я радовалась только приходу Талии, которая приносила мне нужные учебники, какао и свежие сплетни.

Именно от неё я узнала официальную версию, которую представили публике о том, что произошло с Тареном, Рейнером и со мной. По ней выходило, будто Тарен намеренно подстроил всё так, чтобы Алькор погиб. Но Рейнер, как сильный маг, смог спасти из смертельной ловушки не

Слушая это в первый день, я наполнилась такой злобой и ненавистью, что казалось, ещё чуть-чуть, и разорвусь от эмоций.

Когда Талия рассказывала мне всё это, она делала вид, что не понимает, что именно случилось. Но вскользь, своими любимыми метафорами, напомнила, что как бы плохо, больно и несправедливо я сейчас себя ни чувствовала, важно помнить, что мир никогда и не был справедливым.

«Но это не значит смириться, — добавила она. — Не взорваться злобой значит поступить обдуманно и оставить себе шанс отомстить, когда появятся равные силы».

И даже после этих слов, несколько дней я валялась, разъедаемая яростью, будто меня окунули в скверну, и она медленно уничтожала меня кусок за куском.

Но Талия была права, пока у меня нет власти и силы, я ничего не могу изменить, никого не могу защитить и ни за что не могу отомстить.

Библиотекарша приходила каждый день и старалась отвлечь меня другими разговорами. Только с ней я могла хоть немного забыться и не думать о своей ярости и о том, что Рейнер ни разу не навестил меня.

Дверь открылась без стука, и Лука привычно вошёл. Талия тут же встала со стула и, нежно улыбнувшись, произнесла:

— Что ж, оставляю тебя на попечение чересчур заботливого дракона. Надеюсь, он наконец-то выпустит тебя на волю.

Я фыркнула в ответ. Такая забота со стороны Луки, действительно напоминала заточение в башне, охраняемой каким-нибудь ящером и от этого я уже готова была лезть на стену.

— О, уверяю, я намного красивее любого дракона, — вампир улыбнулся в своей очаровательной манере, но Талия презрительно проигнорировала его и вышла. Лука пожал плечами:

— У тебя хорошая подруга, — резюмировал он, садясь на стул у комода.

— Это я знаю, она ещё и очень проницательная, так что скажи мне, уважаемый дракон, что тебе сказала медсестра, меня уже выписали?

— Пока не очень понимаю, куда ты так торопишься? — улыбнулся вампир. — По всем предметам тебе дали больничный, учебники есть, подготовка к экзаменам не страдает. Кормят, поят, и такая хорошая компания. — Он хмыкнул, явно намекая на себя.

— Лука, — я нахмурилась.

— Может, ещё денёк поваляешься? Ты же заслужила отдых.

— Лука, что сказала медсестра? — я встала с кровати, уже готовая повысить голос, но горло всё ещё саднило и пришлось сдерживаться.

— Что ты выписана, — мрачно ответил он.

— Ура! — я тут же подошла к шкафу, чтобы найти тёплый свитер с высоким воротом. Следы на шее всё ещё остались, и мне не хотелось выставлять их на всеобщее обозрение.

— Но можно спросить, — осторожно начал Лука. — Ты куда собираешься?

— Пойду найду Рейнера. Хочу узнать как он, — я покрутила браслет на руке. А то ведь не приходил, и я не слышала его мыслей всё это время. Без них внутри ощущалась странная пустота, и я не могла больше ждать.

— Элира, — Лука встал и подошёл ближе. — Он просил передать, что не хочет тебя видеть.

Я застыла со свитером в руках и обернулась к вампиру:

— Лука, давай без шуток, пожалуйста.

— Я не шучу, — грустно отозвался он. — Рейнер просил передать, что он справится со сдачей экзамена. Ваша сделка закончена, он сдаст, и ты станешь свободна. Больше ему не нужны дополнительные тренировки. На этом всё.

Глава 55.2

Элира

— Где он? — я неотрывно смотрела в яркие фиолетовые глаза, не давая Луке отвести взгляд.

— Не знаю. Но, Элира, ты сама-то помнишь, что случилось? Тебе будет лучше подальше от него.

Не слушая больше Луку, я натянула свитер, и быстро вышла из комнаты.

Академия выглядела мрачнее обычного: студенты в коридорах не смеялись, а тихо переговаривались с серьёзными лицами. Всё же смерть куратора наложила свой отпечаток.

Поднявшись к комнате Рейнера, дёрнула ручку, даже не постучав. Дверь была заперта.

«Пожалуйста, давай поговорим!» — позвала я, но ответа не последовало. — «Даже не могу представить, как тебе сейчас тяжело. Я понимаю. Но не верю тому, что сказал Лука!»

Отойдя от двери, уверенно зашагала вниз по лестнице к арене и не ошиблась. Зал был пуст, только Алькор стоял в самом центре и беспрестанно открывал портал за порталом. Я застыла в проходе, наблюдая это зрелище. Его навык явно вырос, теперь он смотрелся настоящим магом.

— Лука разве не сказал тебе? — грубо бросил Алькор, заметив меня.

— А ты разве не слышал, что я не верю?

— Во что именно?

— В то, что мы общались только из-за сделки. Уверена, всё дело в твоём отце, — я подошла и встала совсем близко.

— Ты в этом уверена? — отчеканил Алькор, и его голос напомнил прежнего Рейнера: грубого, холодного, жестокого.

— Конечно. Ты хочешь защитить меня, но он может навредить независимо от того, рядом ты или нет. А вместе мы станем сильнее, сможем постоять за себя. Мы сдадим экзамен и будем свободны, может, даже…

— Какие «мы»? — он не дал договорить. — Что ты там себе навоображала? У нас был уговор: ты помогаешь мне сдать, я отпускаю тебя. Всё, помогла. Свободна.

— Да прекрати! — я потянулась к нему, чтобы то ли схватить, то ли обнять. — Я сочувствую тому, что случилось с Тареном. Но не надо так.

— Ты что? — Рейнер перехватил мою руку и придвинулся ближе. — И это после того, как ты лгала мне с самого начала?

— О чём ты? — я смотрела прямо ему в глаза, пока он сжимал моё запястье.

— Я знаю, что самый первый портал, с морем, открыл не я. Повторяю, наше сотрудничество закончено. Если ты решила, что я без памяти влюблён и защищаю тебя от отца, спустись с небес на землю. — Отчеканил Рейнер, не отводя взгляд.

— Не знаю, откуда ты узнал про портал, но мне жаль, что пришлось так поступить. Прости, — я потянулась к нему другой рукой, но Рейнер прехватил и её. — Но я всё равно не верю, — его прикосновения жгли кожу и мне так хотелось большего. Обнять его, дотронуться, прижаться, — помню, что ты говорил в пещере, и всё, что чувствовал.

— Я был ранен. Скверна прожгла во мне дыру, а она токсична, как ты помнишь.

— Рейнер, — я повысила голос. Как же мне не хватало сейчас его мыслей и чувств в голове, узнать, что он думает на самом деле, понять, что бушует внутри. Но Алькор очень умело сдерживал свои мысли. Вот же упрямец!

— Элира, — грубо парировал он. — Уходи. Теперь ты только мешаешь. — Рейнер

Разговор явно был окончен. Постояла, не зная, что делать. Неужели всё, что он сказал, правда? Нет, не может быть. Но сейчас я явно ничего не добьюсь, не заставлю его говорить то, что он чувствует. А если Рейнер это уже сказал? Развернувшись, я неуверенно пошла к выходу.

«В любом случае, очень соболезную. Если понадобится помощь, только скажи, и я приду,» — подумала, зная, что он услышит.

Выйдя из зала, побрела по коридорам в сторону библиотеки. Внутри всё непонятно булькало и кипело, как странное варево из совершенно несочетающихся ингредиентов. Я и не верила и верила ему одновременно. Волнение, сочувствие и злость накатывали попеременно, будто я то заходила в холодную воду, то прыгала в кипяток.

А ещё мне было страшно, что если он так изменился из-за того, что узнал про обман о том, первом портале? И откуда вообще он это узнал? Стоило ли мне всё же остаться с ним и попытаться поговорить? Могло ли быть правдой то, что он сказал?

Нужно было обдумать случившееся, а лучше выговориться.

Талию я нашла в библиотеке за письменным столом. Подошла ближе и тихо спросила:

— Занята?

Уже через минуту мы сидели в моей любимой комнате с неизменным какао в руках, и я рассказывала ей обо всём.

— И что сама думаешь? — нахмурилась библиотекарша, когда я закончила.

— Не верю, что это правда. Но понимаешь, его слова звучат так логично. Я обманула его в самом важном, он действительно переживал из-за своей магии.

Талия замахала руками:

— Я, если что, ничего не знаю о твоём птенце и его проблемах с полётами. А твои мысли это небезопасное пространство, Элира. Без подробностей.

— Ну да. Для него это было важно, а я предала его доверие. Да и с чего вообще взяла, что могу быть с ним? Самонадеянно, такая разница в статусах. Самый логичный вариант, что Рейнер всё делал только ради сделки и чтобы открыть портал. Целовались мы просто от накатившей страсти, у него и репутация подходящая. А в пещере Алькор действительно был отравлен скверной, — затараторила я, и с каждым словом внутри будто что-то обрывалось, падая в чёрную бездну.

— Эй, эй! — Талия помахала перед моим лицом ладонью. — Звучит логично, но не всё то золото, что блестит. Сама-то что чувствуешь?

— Не знаю. Но почему-то не могу в это поверить! Может, я и правда самонадеянная дурочка?

— Нет, не думаю, — Талия серьёзно посмотрела на меня, так, что напомнила мне медсестру, ставящую диагноз. — Элира, послушай. В тебе говорит низкая самооценка. Из-за неё тебе проще поверить, что Рейнер всё время тебя обманывал. Что он поддался скверне и признался в несуществующих чувствах. Тебе кажется, что так логичнее, правдоподобнее. Но не потому, что это правда, а потому что ты не веришь, что тебя можно любить по-настоящему. — Талия приблизилась, и её строгий тон, без метафор и намёков, обрушился на меня как поток ледяной воды. — А теперь послушай не голову, а себя. Твои чувства говорят иное. Ты ведь знаешь, что он был искренним тогда. Что любит тебя. И что отказывается от тебя, потому что пытается защитить, даже если ему самому от этого больно.

Глава 56

Элира Из тёплой уютной библиотеки я вышла в холодный мрачный коридор. Время близилось к обеду, и все переходы были оживлёнными, но при этом в них стояла гнетущая тишина: никто не смеялся, разговоры звучали приглушённо и невесело. Сначала я думала, что всё дело в смерти Тарена, но, присмотревшись, поняла, что причина не только в нём.

Студенты сидели прямо на подоконниках, ступеньках и у колонн, кто где смог приткнуться, там и расположился. У всех в руках были книги, свитки и бумаги. Они читали и что-то записывали, нервно уткнувшись в конспекты. Казалось, совсем скоро наступит конец света, и спасение осталось лишь в том, чтобы успеть выучить ещё одну страницу.

— У нас вообще не понимаешь, чего он хочет, — шептались двое студентов у окна, постоянно оглядываясь, будто профессор мог вырасти из стены и подслушать их. — Совсем дед поплыл со своим допуском к зачёту. Он задаёт не то, что объяснял.

Я замедлила шаг, прислушиваясь. — Да это всегда так. Они специально, — ответил другой и нервно перелистнул страницу.

А я ведь точно... Уже началось. Пока я сидела в комнате, ежегодная экзаменационная суета захлестнула Академию. И как бы ни было это жестоко, но, поглощённые собственными проблемами, все, казалось, забыли о Тарене.

Тревога витала в воздухе, стоило просто пройти по коридору, как у меня сами собой похолодели руки.

Экзамены ждали каждый курс, и сдавать их приходилось всем без исключения. Но выпускников в толпе можно было отличить по особенно бледным, встревоженным лицам, напряжённым взглядам и пальцам, судорожно сжимавшим корешки учебников.

Им предстояло сначала сдать все предметы, а потом выпускной экзамен, который определял всю дальнейшую судьбу.

Я сглотнула и прикусила нижнюю губу. Мне тоже пора было сосредоточиться, потому что до экзамена оставалось совсем мало времени.

На сегодня я всё ещё была освобождена от пар, поэтому направилась в столовую. Стоило подойти поближе, и я уловила запах еды, от которого в животе тут же заурчало. Всё время больничного я питалась только пресной, тёплой и безвкусной кашей, и аромат жареного мяса сейчас сводил с ума.

Подойдя к буфету, взяла куриный суп, пюре и небольшую котлетку в надежде, что горло не слишком разболится от этой еды. Грустно посмотрев на большие куски жареного мяса в одном из лотков, прошла дальше. Сейчас такое просто больно будет глотать. Я скривилась, обидевшись на свой организм, и потащила скудный обед к столу.

Даже здесь люди умудрялись учиться, капая на конспекты едой и пронося ложку мимо рта. Некоторые не отрывались от записей, продолжая зубрить.

Села у окна, стараясь не смотреть на всю эту суету, чтобы не заражаться чужой паникой. Посмотрела во двор, где было спокойнее и тише. Деревья медленно покачивали ветками, и с них на землю падали маленькие клочья снега.

И тут меня накрыла мысль, от которой я чуть не подавилась. В прошлой жизни… всё началось примерно в это же время.

Я попыталась вспомнить всё, что прожила тогда. Сначала появилась слабость, за пару недель до финального экзамена. Странная, неопределённая усталость, которая вроде и не болезнь: не температура, не кашель, не насморк. Я просто просыпалась совершенно невыспавшейся, и ни на что не хватало сил.

Зимой это не редкость. В периоды стресса

Я же не могла подумать, что у меня… пропадает магия.

Тогда я ещё даже не знала, что это такое. Сначала ничего не заметила. Потом слишком долго убеждала себя, что это нормально, просто усталость и нервы. Продолжала готовиться. Усердно. Упрямо. Как будто ещё одна выученная тема, параграф или новый портал могли как-то помочь.

Глупость.

Чем ближе был экзамен, тем хуже я себя чувствовала. Начала пить микстуры для иммунитета: тогда мне казалось, что к медсестре идти не из-за чего. Особенно когда ты — резервница, и про тебя уже ходят слухи. Мне ужасно не хотелось показывать свою слабость. В голове стучало одно лишь навязчивое желание: со всем справиться самой и доказать, что я настоящий маг. Я запрещала себе думать, что со мной что-то не так, и игнорировала все сигналы тела.

Терпела. Уговаривала, что просто переболею, что у всех так бывает.

А потом наступила неделя перед экзаменом.

И я поняла, что сил больше нет. Совсем.

Глава 56.1

Элира

Ложилась спать и просыпалась совершенно разбитой, будто ночью уставала ещё сильнее. Магические упражнения давались с огромным трудом. Резерв… будто был не моим. Чужим. И даже тогда я не пошла к медсестре, никому не сказала, что мне плохо.

Так горела идеей не просто сдать, а открыть уникальный портал, показать, на что способна! Доказать всем!

И когда наступил день экзамена… когда я проснулась и почувствовала полную опустошённость…

До сих пор помню это ощущение. Как будто внутри образовалась холодная бездонная пропасть.

И даже тогда я не верила, что не сдам. Так самонадеянно считала себя лучшей на курсе, думала, что справлюсь. Помню свои глупые рассуждения: всё получится, это просто нервы, идти к медсестре бессмысленно. Ведь столько студентов обращались к ней в последний момент, что никто уже не воспринимал это всерьёз. Все нервничают. Все срываются. Все ищут повод отложить.

А потом всё как в тумане: комиссия, зал с антимагическими стенами, окно на втором этаже, из которого на меня смотрели профессора. Мои попытки открыть уникальный мир, который я разрабатывала весь год, и полный провал. Потом попытки открыть хотя бы уже существующие порталы, которые всегда получались на тренировках, и снова провал.

Я не сдала.

А после экзамена, когда побежала к медсестре и сказала: «Мне было плохо», — это прозвучало как оправдание. Жалкая попытка списать всё на здоровье. Вместе со слухами, что тогда ходили по Академии, это выглядело так, будто я пыталась обмануть комиссию. Я бы и сама себе не поверила, неудивительно, что мне не разрешили пересдать.

Какая же дура. Когда впервые почувствовала слабость… Если бы я тогда всё фиксировала. Если бы сразу пошла к врачу или хотя бы попыталась понять, что происходит… возможно, всё было бы иначе.

А может, и нет.

Если сейчас начнётся то же самое… я сделаю всё по-другому.

Хотя… смешно. Как я собираюсь это предотвратить, если всё ещё не понимаю, что именно случилось! И что говорить медсестре? «Здравствуйте, у меня пропадает магия, но я не знаю, как это работает и почему. И вообще я уже один раз из-за этого всё потеряла». Отличный план.

Я сжала ложку.

Нет. Это неважно. В любом случае я со всем разберусь и справлюсь. Не просто так же мне дали этот второй шанс. Сколько я уже исправила, насколько изменилась.

Прикусила губу, задумавшись о том, как сильно отличаются эти две жизни. В прошлой я вообще не сталкивалась со скверной, не видела ни одного разрыва, не видела смертей, ничего этого не было. И Рейнера в ней не было.

При мысли о нём всё внутри сжалось, и я отчётливо вспомнила слова старика:

— На экзамен топай, ищи предателя, спасай любимого.

Тогда разозлилась на него, потому что спасать Морена мне не хотелось, а других любимых никогда не было. Но сейчас перед глазами встало лицо Алькора, и теперь…

Теперь всё стало так ясно, что кожа покрылась мурашками.

Он говорил про Рейнера. Старик заранее знал об этом?

А ещё стало понятно, от кого его надо спасать. Но как?

— Я смотрю, вкусно было? — раздался рядом голос.

Я подняла голову, вырываясь из мыслей.

Лука уже стоял возле стола и смотрел на меня со своей чуть ленивой улыбкой. Он кивнул на мою тарелку. Опустила глаза и увидела, что она пуста, а я всё ещё сижу, замерев с ложкой в руке.

— …Ой, — очухалась и отложила прибор.

Лука сел напротив, склонив голову набок.

Глава 56.2

Элира

— Как ты? — спросил Лука, и я сразу напряглась. Забота, которой он окружал меня все эти дни, уже начинала утомлять.

— Всё нормально, — собрала посуду на поднос и направилась к выходу.

Вампир пошёл следом.

— Я немного устала. Хочу пойти в комнату, отдохнуть и позаниматься.

— Пойдём вместе, — кивнул он.

Сказать, что мне нужно побыть одной, наедине с мыслями, было неловко. Мы молча дошли до общежития. Проходя мимо коменданта, я понадеялась, что Лука свернёт в свою комнату, но мы оба остановились у моей двери.

Взявшись за ручку, я замерла и повернулась к вампиру:

— Лука, — сказала как можно мягче, ведь его помощь в последние дни была неоценимой, и, возможно, он нянчился со мной не по своей воле, а по приказу Рейнера, — я хочу побыть одна. Может, увидимся за ужином?

Улыбка мгновенно сошла с его лица, и мне стало неловко.

— Я навязываюсь? — быстро спросил он.

— Нет, просто устала.

— Я так и думал, но не смог сдержаться, — вздохнул вампир. — Просто Рейнер теперь вечно занят, и даже ректор после случившегося перестал меня дёргать. А у меня нет ни пар, ни экзаменов, — пожал он плечами. — Хотел провести время с подругой.

Я всё же открыла дверь, и мы зашли в комнату вместе. Лука сел на стул у стола, а я устроилась на кровати, поджав ноги.

— Но у тебя, кажется, много друзей. Неужели нет тех, с кем можно провести время?

— Знакомых много, — кивнул Лука. — А друзей… двое, — тихо добавил он, глядя на свои руки.

В этот момент лицо его стало по-настоящему грустным. Ни следов натянутой улыбки, ни притворства. Я ему поверила. Возможно, его доброжелательность ко всем была лишь частью этикета и не означала близости.

И если Рейнер отстранился от него так

— Слушай… — я замялась. — Думаю, всё-таки мы можем провести время вместе!

— Вот только не надо меня жалеть! — тут же нахмурился вампир.

— Да кто тебя жалеет! Просто поможешь с экзаменами. Ты же тут сколько лет уже, должен был что-то полезное узнать, — выпалила первое, что пришло в голову.

Лука сразу улыбнулся. Глаза заблестели, лицо словно просветлело.

— Хочешь использовать меня, чтобы выведать вопросы к тестам?

Я рассмеялась. Тесты меня меньше всего волновали, и так знала, что будет на этих зачётах и, что сдам их. Единственное, с чем я могла не справиться, был финальный экзамен. Но тут Лука вряд ли бы помог.

— А чем бы ты хотел заняться? — спросила с искренним интересом.

Всё-таки сейчас снова готовиться к экзаменам для меня было бессмысленно. Да и не подготовишься к потере магии, которая ещё даже не начала исчезать. А Сидеть в комнате и поддаваться всеобщей панике, которую я видела сегодня в коридорах, точно не стоило.

— Знаешь… — Лука откинулся на спинку стула и посмотрел в потолок. — Я бы с удовольствием повторил тот день, когда ты устроила побег.

Он задумчиво покрутил брошь, приколотую к пиджаку. Она появилась у него после нашей встречи в Веллиморском лесу, вампир купил её тогда и с тех пор не снимал.

— Почему? — удивилась я.

— Потому что это был первый раз за несколько лет, когда я вышел из Академии без сопровождения. И первый раз, когда побывал в том лесу.

Меня кольнула жалость, а затем злость. Теперь, зная, кто такой Алькор Старший, я с ужасом представляла, в каких условиях Лука жил всё это время.

Если он действительно провёл детство в той семье как слуга, а потом стал собственностью Академии, то та простая поездка в лес, пусть даже за товарищем и… хозяином, могла стать для него настоящим приключением.

Возможно, поэтому он и купил тогда этот значок. Я взглянула на маленький кусок металла иначе, не как на вещь, а как на что-то по-настоящему сентиментальное.

— Мы могли бы просто прогуляться. Не в лес, конечно, меня туда вряд ли отпустят, но по внутреннему двору Академии. Насколько позволит браслет.

Лука кивнул, поднялся и направился к двери:

— Ты точно не хочешь позаниматься?

— Не представляю, по какому предмету мне ещё нужна подготовка. Ещё чуть-чуть, и буду знать больше профессоров. А так хоть воздухом подышу. Я же неделю никуда не выходила, так и с ума сойти недолго! — уверенно выпалила я.

Лука улыбнулся и кивнул, открывая дверь.

Глава 57

Элира

Мы быстро оделись в пустой гардеробной и вышли на улицу.

Воздух обжег по-зимнему колючей, но удивительной свежестью. После спертого тепла общежития и душных коридоров Академии каждый вдох казался глотком ледяной свободы. С неба медленно падали крупные хлопья снега, оседая на плечах и волосах.

Внутренний двор Академии, обычно многолюдный, сейчас напоминал заброшенный зимний сад. Высокие шпили и темные окна одиноко возвышались над растущими сугробами. Ни души. Оно и понятно: сейчас всем не до прогулок. Видимо, даже дворники махнули рукой на работу и большинство тропинок скрылось под снегом.

Мы медленно брели вдоль скамеек, превратившихся в пухлые белые холмики на чугунных ножках. Я чувствовала неловкость. За последнюю неделю уже привыкла, что Лука всегда рядом, но стоило ему назвать меня подругой, как внутри что-то екнуло. Он считал меня другом, и я, кажется, тоже начала к нему так относиться, но прежде наше общение ограничивалось делами. О чем болтать с ним просто так?

Посмотрела вперед, не зная, куда деть взгляд, и увидела центральный сквер. В прошлой жизни я знала здесь каждую мелочь. Помню, как тысячи раз проходила по этим дорожкам к Морену: то несла горячий кофе, обжигая пальцы и боясь расплескать, то задерживалась до глубокой ночи, переписывая за него скучные отчеты. А он уходил пораньше, лишь сухо поблагодарив на прощание.

Сейчас сквер выглядел иначе. Тяжелые белые шапки укрыли его целиком, пряча и кусты, и лавочки. Снег будто стирал следы прежней жизни, глупой, влюбленной и покорной. Он хоронил прошлое под собой, оставляя чистое, свободное пространство.

Внезапно в затылок прилетело что-то холодное.

— Ой! — я резко обернулась, стряхивая снежную крошку с воротника.

Лука стоял в паре шагов, его глаза весело блестели. Небрежным жестом он откинул прядь волос с лица и чуть наклонил голову: — Прошу прощения, — его голос звучал бархатисто и насмешливо. — Мне показалось, ты слишком глубоко ушла в свои мысли. А мы, кажется, договорились провести время вместе.

— А как же забота о больной? — я притворно потерла горло и закашлялась.

— Я лично эту больную выхаживал, — Лука наклонился, чтобы слепить новый снаряд, — если понадобится, вылечу еще раз.

Я едва успела увернуться от снежка, запущенного мне в плечо.

— Ах вот как! — возмутилась, зачерпывая полную ладонь снега. Он был липким и тяжелым, пальцы мгновенно онемели даже сквозь перчатки. И в этот момент, пока я сминала плотный комок, меня вдруг отпустило. Тяжелая плита из страха перед будущим, сожалений о прошлом и мыслей о потере магии, всё это вдруг показалось... бесполезным. Зачем изводить себя, гоняя по кругу одни и те же страхи? Возможно, стоит просто... выдохнуть? Хоть на минуту.

Завершить эту светлую мысль я не успела. Третий снежок, пущенный меткой рукой Луки, угодил мне в бедро. Захотелось немедленно притопить эту довольную вампирью физиономию в сугробе. Я со всей силой бросила свой комок в Луку, но тот пролетел мимо.

— Хм, мы, кажется, не то лечили. Тебе бы к окулисту, — усмехнулся он, проводив взглядом мой косой бросок.

Следующие десять минут превратились в настоящий хаос. Я носилась по двору, увязая в сугробах и сбивая дыхание. Шарф размотался, подол пальто отяжелел от налипшего снега, а нос, судя по ощущениям, стал пунцовым.

Лука же бесил своей безупречностью. Он перемещался легко и плавно, словно не тонул в снегу, а танцевал в бальном зале. Когда мой снежок всё-таки зацепил его плечо, он лишь брезгливо стряхнул снег и усмехнулся.

— Всё, это ничья! — простонала я, задыхаясь от бега и морозного воздуха.

Вампир приподнял бровь, наблюдая за тем, как я выбираюсь из сугроба, и подал мне руку:

— Спорная ничья, но как скажешь.

Мы медленно побрели обратно к общежитию.

Тяжелые дубовые двери Академии захлопнулись за нашими спинами, отсекая ледяной ветер. Я принялась отряхивать пальто, чувствуя, как тают на

— Может, чаю? — предложил Лука, принимая из моих рук пальто.

Мы дошли до столовой, когда в высоких стрельчатых окнах уже начали сгущаться сумерки. Снаружи зажглись фонари, их мягкий желтый свет выхватил из темноты летящие хлопья снега.

Я обхватила обеими руками кружку с горячим чаем. Пар приятно щекотал лицо, а первый глоток теплом отозвался где-то в районе желудка.

— Ну вот, — Лука облокотился о стол, рассматривая меня с мягкой усмешкой. — Наконец-то на лице появился живой румянец, а не та мертвенная бледность. Теперь я действительно верю, что ты идешь на поправку.

Мы немного посидели в тишине. Я лениво ковыряла поздний ужин, слушая тихий гул голосов в зале. На душе было подозрительно спокойно, впервые за долгое время.

Когда мы добрались до дверей общежития, сонливость уже начала накрывать меня тяжелой волной.

— Ладно, — я остановилась у порога, пытаясь придать лицу максимально грозный вид. — Завтра я возьму реванш. Полноценный поединок, идет?

Лука негромко рассмеялся, облокотившись о косяк.

— Реванш? С твоей меткостью и выносливостью? — Вампир улыбнулся, — хотел бы я на это посмотреть.

— Посмотришь, — я ухмыльнулась, уже закрывая дверь.

Ты еще и не такое увидишь, задумалась, стягивая одежду. Левитацию я ведь ещё не задействовала. Если завтра добавлю капельку магии, этому надменному вампирюге придется изрядно попотеть, уворачиваясь от снежков, летящих со всех сторон сразу. Представив его ошарашенное лицо, довольно фыркнула.

Переодевшись в мягкую пижаму, юркнула под одеяло. Кожа всё ещё горела после мороза, по мышцам разливалась приятная истома. Я закрыла глаза и мгновенно провалилась в сон.

Когда проснулась, возникло ощущение, будто я и не спала вовсе. В комнате без окна сложно было понять, сколько времени. Может, еще слишком рано? Взглянула на часы и похолодела от ужаса: я проспала не только всю ночь, но и первые пары. Тело при этом не чувствовало отдыха, его ломило от странной, свинцовой тяжести.

Глава 57.1

Элира

Сердце колотилось в горле. В прошлой жизни всё начиналось так же: липкая, свинцовая усталость, которую списываешь на недосып, а затем медленное угасание искры, пока в день экзамена я не осталась пустышкой.

— Спокойно, Элира. Дыши, — приказала себе, чувствуя дрожь в коленях.

Замерла, прислушиваясь к внутреннему резерву. Вроде бы всё нормально, магия отзывалась. Может, я действительно перегуляла вчера на морозе? Или организм просто не восстановился после болезни? Махнуть рукой, лечь обратно под одеяло и списать всё на обычное переутомление...

Нет уж. Не позволю себе снова спрятать голову в песок и надеяться на удачу. Больше такой ошибки не допущу.

Заметалась по комнате, лихорадочно натягивая одежду. Плевать на пары. Плевать на профессоров. Сейчас есть только один путь, к медсестре. Перестраховаться и закричать о помощи, пока еще есть возможность кричать.

До медкабинета я почти долетела, не замечая ничего вокруг.

В коридоре перед дверью уже выстроилась очередь: несколько нервных студентов с серыми лицами. У одного на шее проступили странные пятна, другой заходился в сухом кашле.

Типичное «воспаление хитрости» перед сессией. Кто-то, конечно, болел по-настоящему, но большинство просто надеялось на освобождение. Эта студенческая симуляция дико раздражала: из-за их нытья медперсонал часто смотрел на нас, как на стадо лжецов.

Наконец настал мой черед.

— Элира, привет, — медсестра поправила очки, не отрываясь от бумаг.

В кабинете густо пахло валерианой и какими-то резкими травяными настоями. Кажется, за этот месяц я видела медсестру чаще, чем собственное отражение.

— Что болит? Рука или горло? — она полезла в стол и достала карту с моим именем.

— Я уже и про руку, и про горло забыла, — присела на край стула, сжимая пальцы в замок. — Мне кажется... нет, уверена. У меня крадут магию.

Медсестра замерла и медленно подняла взгляд, посмотрев на меня поверх очков:

— Элира, вы в своем уме? Что за фантазии?

Она не стала дожидаться ответа: привычным жестом измерила давление, пульс, сунула мне под язык термометр и заставила выпить кислый, бьющий в нос эликсир.

— Ну-ка, — она кивнула на свободное пространство в углу. — Открой портал. Самый простой, в Пустоту.

Я сосредоточилась. Тепло в груди отозвалось, хотя и казалось чуть менее податливым, словно я пыталась провернуть заржавевший ключ. Рывок, и передо мной зависло черное пятно портала. Ровное, стабильное. Медсестра обошла его кругом.

— Вы абсолютно здоровы, — отрезала она, когда портал схлопнулся. — Магия на месте. След чистый. С чего вы вообще взяли этот бред про кражу?

— Чувствую! — я подалась вперед. — Пусть на капельку, на ничтожный процент, но её стало меньше, чем вчера. Я чувствую себя... больной. Пожалуйста, просто скажите: как вообще можно потерять магию? Какие есть способы?

Медсестра глубоко вздохнула, её пальцы начали нетерпеливо постукивать по столу. — Слушайте внимательно, Элира. Магия пропадает всего в нескольких случаях. Первый — физическое истощение. Если ваше тело умирает или серьезно повреждено, искра гаснет. Но вы, как видите, живы. Второй — рассудок. При безумии или сильном психическом надломе магия перестает слушаться, вы теряете над ней контроль, но она никуда не девается. — Медсестра сделала паузу, и её голос стал жестче, — вы же клоните к третьему. К краже. Вы хоть понимаете, что говорите об уголовном преступлении? Вы что, считаете, что наша Академия, какая-то подвальная контора, где можно безнаказанно выкачивать силу из студентов?

— Я просто хочу знать, возможно ли это технически! — не сдавалась я.

— Технически? — медсестра вспыхнула, её лицо пошло красными пятнами. — Существуют артефакты-поглотители. Но это оружие высшего класса! У паладинов каждый такой предмет на строгом учете, у каждого есть магический номер. Их нельзя купить в лавке за углом. И вампиры... Да, они могут тянуть магию, но каждый наш вампир, подконтрольный служащий. Нарушение подобного запрета, для них, это смертная казнь!

Она встала, едва не опрокинув чернильницу:

— Вы обвиняете руководство в халатности? Кража магии равносильна убийству! Неужели вы думаете, что кто-то пойдет на такое ради студенческой подставы? Я записала ваши жалобы, Элира, но мой диагноз: вы здоровы. Идите!

Я поняла, что продолжать бесполезно. Когда уже дошла до двери, медсестра выкрикнула мне в спину: — Если вам так хочется расследовать нарушения закона, идите к паладинам! Я занимаюсь медициной, а не преступлениями! Следующий!

Выйдя в коридор, прислонилась к холодной стене. Медсестра так разозлилась... Видимо, я задела тему куда более страшную, чем ожидала. Хотя она такая ответственная, может просто восприняла, это как обвинение в халатности да еще и в свой адрес.

— К паладинам, значит, пойти? — я невольно усмехнулась.

В голове всплыл образ Алькора-старшего. Уж он-то точно

Нужно во всем разобраться самой. Прямо сейчас. Пока у меня еще есть магия. Развернувшись решительно направилась в сторону библиотеки.

Глава 57.2

Элира

Библиотека напоминала растревоженный муравейник.

Талия, носившаяся между столами и полками, едва успевала разносить книги. Тишина, обычно бывшая здесь законом, теперь нарушалась шёпотом, шелестом страниц и тихими восклицаниями несчастных студентов, которые пытались впихнуть в себя все возможные знания перед сессией.

Кто-то спал прямо на стопках книг, кто-то нервно грыз карандаш, уставившись в одну точку.

Я проскользнула мимо центральных столов и направилась к стеллажам в глубине. Пальцы проскользили по корешкам книг: «Пропажа магии», «Развитие резерва», «Потеря силы»...

Выуживала книги одну за другой, складывая их в охапку. Мне нужно было понять: не ошибаюсь ли я? В медпункте я кричала, что меня обворовали, но имею ли я право на такую уверенность? Вдруг магия может просто... испариться?

Забившись в свой любимый уголок, у окна, принялась за чтение. Спустя час голова начала пухнуть, но зато появился ответ.

Магия, часть организма, и не может исчезнуть просто так, как не может сама собой отвалиться рука. Либо страшная травма, либо полное истощение, либо... внешнее воздействие. Моё здоровье только что подтвердила медсестра, осмотрев меня с ног до головы.

Значит, кража. Третьего не дано. Либо артефакт, либо вампир.

— Элира, всё грызёшь гранит науки? — над ухом раздался шепот Талии. Она выглядела измотанной, чёлка прилипла ко лбу, в руках пустая чашка из-под какао.

— Почти, — я отодвинула книгу. — А ты, смотрю, совсем забегалась.

— У меня законный перерыв пять минут, пока декан не прислал за новой порцией справочников, — она присела на край соседнего кресла. — Рассказывай, что у тебя. А то выбор книг... — библиотекарша посмотрела на корешки с надписями: «Как украсть магию» и «Быстрая потеря силы», — сомнительный.

Я вздохнула и выложила всё: про слабость, про утро, про то, как медсестра чуть не выставила меня сумасшедшей нарушительницей спокойствия.

— Она орала, будто я обвиняю Академию в халатности, — сказала, понизив голос. — Но я же чувствую, что магии стало меньше.

— Какой кошмар... Но погоди, магия же не вода в решете, чтобы так просачиваться. И не дым, чтобы рассеиваться. Как она вообще может уходить? — Талия нахмурилась, покрутив в руках пустую чашку.

— Либо запрещённый артефакт, либо вампир, — повторила, уже заученную фразу.

— Вампир? — библиотекарша подняла бровь. — Элира, ну ты даешь. Я вчера в окно видела, как вы с Лукой в снежки играли. Счастливые такие...

Сердце кольнуло. Лука? Я на секунду зажмурилась, и перед глазами всплыла его улыбка, маленькая брошь с изображением леса и то, как он помогал с самого первого дня.

Мысль о том, что магию крадет именно Лука, сейчас вызывала почти физическую боль, так что я быстро начала искать оправдания.

Нет. Только не он. Он был рядом с самого начала. Если бы хотел, выпил бы меня ещё в первый месяц. И у него нет мотива. К чему вампиру так рисковать головой ради капли магии резервницы?

— Мотивация, — произнесла уже вслух. — Талия, для такого преступления нужен повод.

— Согласна, — кивнула библиотекарша, переходя на свои любимые метафоры. — Трава не растет на камне, а ненависть не берется из пустоты. Если кто-то крадет твой дар, значит, хочет занять твое место. Или не дать тебе занять чье-то.

— Сесиль, — выдохнула я. — Она влюблена в Рейнера. И если пронюхала о помолвке... это её единственный шанс. Нет магии, нет невесты.

— Твоя белобрысая подружка? — поморщилась Талия. — Извини, Элира, но она же... ну, глуповата. Чтобы провернуть такое?

— Глупая, но отчаянная, — возразила я. — И только у неё есть мотив.

— Хорошо, допустим, — Талия подалась вперед. — Но как она это делает?

— Я не знаю, как. И не знаю, что мне делать, — обессиленно откинулась на спинку кресла. — Может, есть смысл пойти к ректору рассказать, что у меня крадут магию?

Талия грустно посмотрела на стопку книг перед собой и покачала головой:

— Честно? Я не думаю. Ты видела реакцию медсестры, а она всего лишь младший персонал. Если ты придешь к ректору с таким обвинением без единого доказательства... Это опасно, Элира. Никто не скажет тебе, как он отреагирует на самом деле. — Она на секунду замялась, подбирая слова, и добавила тише, — понимаешь, не каждая породистая лошадь готова честно выигрывать скачки.

Я горько усмехнулась, перебив её:

— Ты про то, что даже если ректор мне поверит, ему будет проще это скрыть? Замять дело, чтобы не позорить Академию таким страшным преступлением?

Талия молча закивала.

— Но это же бред! — возмущённо всплеснула руками. — Я столько раз открывала порталы при всех! И на тренировках, и при Красте, и лично при ректоре. Бездна, я делала это даже при самом Алькоре-старшем! Неужели этого недостаточно?

— Элира, послушай, — Талия подалась вперед, её голос стал серьёзным и сухим. — Доказать, что у тебя что-то крадут, ты не можешь, потому что официально никто никогда не фиксировал, что эта магия у тебя вообще есть.

Я открыла было рот, чтобы возразить, но она меня опередила:

— Сама подумай. Ты знаешь, почему экзамен сдается в герметичной комнате, строго по одному студенту? Именно для того, чтобы никто не мог подделать результаты. Чтобы ни один артефакт, ни один друг или наставник не мог выдать свою магию за твою. А теперь представь ситуацию глазами комиссии: а что, если ты — очень хитрая девушка, которая целый год мастерски всех обманывала? Ну например просила открыть порталы за тебя и использовала артефакты, чтобы создать видимость магии. Всё, что мы видели до этого, юридически не является доказательством. Так система не работает.

— Кто же додумается до такого сложного плана, несколько лет так притворяться, только чтобы, доказать, что ты маг? — пробормотала, чувствуя, как пол уходит из-под ног.

— Есть старая история о двух влюбленных, которые жили много лет назад. Он был сильным магом, а она человеком. Они так хотели быть вместе на равных, что он годами выдавал свою магию за её. И они бы не попались, потому что в те времена экзамены были общими и не такими строгими. Но в самый ответственный день магу стало плохо. Резерв истощился, он потерял сознание прямо во время её выступления, и в ту же секунду «магия» девушки исчезла вместе с ним. После этого случая правила изменили навсегда. — Талия взяла меня за руку, — тебе сейчас просто никто не поверит. Пока ты не прошла через экзамен, ты официально не маг. Украсть магию —

Глава 57.3

Элира Дверь общежития открылась с привычным тяжёлым вздохом. В холле было тихо, только из-за стола доносилось сопение. Комендант спал, откинув голову на спинку стула и приоткрыв рот.

— Проснитесь! — подошла и резко постучала по столешнице.

— А? Что? — Демьян вздрогнул и захлопал глазами, не сразу понимая, что случилось, — Виолка? Ты чего шумишь?

— Вы видели, как Сесиль заходила ко мне в комнату? Ко мне вообще кто-то заходил?

— А ты ключ потеряла? — консьерж протёр заспанные глаза.

— Нет, он со мной, — я быстро нащупала в кармане маленький резной ключик.

— Ну и всё, значит, никто не заходил, — Демьян снова начал устраиваться поудобнее. — Никого не видел. Тишина тут.

Я развернулась и пошла к комнате. Смысла расспрашивать дальше не было, этот бесполезный консьерж спит так крепко, что хоть пожар начнётся, он и не пошевелится.

Зайдя к себе, первым делом заперла дверь и остановилась, прислушиваясь. Тишина. Вроде всё, как всегда, на первый взгляд, действительно, никто не заходил. Но это надо проверить.

То, что ключ был у меня, это вообще не аргумент. Сесиль могла украсть его или сделать дубликат. Пришлось начать осмотр.

Сначала комод: на нём, как всегда, стояли книги и маленький деревянный сокол. Я провела пальцами по его крыльям, пыль была на месте. Мой ежедневник лежал ровно и, кажется, под тем же углом, под которым я его оставила. Сложно вспомнить точно, но вроде всё так же, как и было. Проверила ящики, открыв и закрыв их несколько раз. Провела рукой по дну, пытаясь нащупать хоть что что-то чужое, непонятное и опасное. Но ничего не было, а все мои вещи лежали так же, как я их бросила.

Если Сесиль была в моей комнате, то могла подложить артефакт или забрать его. Но ввалиться сюда средь бела дня, как она вообще на это решилась?

Подойдя к кровати, я перетряхнула подушки, заглянула под матрас. Ничего. Опустилась на корточки и залезла под кровать: на полу не было ни следов, ни упавших вещей.

Ничего не изменилось. Насколько могла судить, абсолютно всё осталось как было. Но зачем она тогда приходила?

Вдруг мысль ударилась мне в голову и от неё я вскочила на ноги и замерла посреди комнаты с холодным, ноющим чувством внутри.

— А почему я решила, что она приходила ко мне? — вздохнула и повернулась к двери. — Нет, она точно пришла сюда не просто так. В общежитие резервников она бы никогда не спустилась без причины. Но она могла прийти к кому-то другому.

Только бы я ошиблась!

Неуверенно вышла в коридор и поплелась к комнате Луки. Слова Талии и здравый смысл заставили первым делом подумать именно на него. На вампира, жившего под самым моим носом. Но в глубине души я искренне надеялась, что всё это неправда.

— Хоть бы тебя там не было, — прошептала одними губами и постучала.

Несколько секунд всё было тихо. Я уже обрадовалась, что ошиблась, что Лука сейчас у ректора или с Рейнером, и тогда выходило, будто Сесиль могла прийти к кому угодно, хоть к тому же консьержу. Но тут, к моему ужасу, ручка повернулась, и на пороге появился он.

— О, Элира, а ты чего не на парах? У тебя, если что, освобождение кончилось, — удивился вампир.

Ну точно, вот почему Сесиль пришла именно сейчас: я-то должна была быть на парах, а не бегать по академии.

Моя магия дёрнулась, почувствовав рядом Луку, и сердце ушло в пятки. Неужели это он? Но это же Лука!

— Ты чего застыла? — вампир наклонился к моему лицу и прикоснулся подушечкой большого пальца к подбородку, заставляя поднять голову. Его кожа была нежной и прохладной. От этого простого движения по телу прошла холодная дрожь. Мне захотелось отшатнуться.

— Всё… — я собралась, — всё хорошо. Просто решила ещё немного отдохнуть.

Нельзя показывать страх. Если ошиблась, это страшное обвинение, а если права, то тем более никто не должен знать, что я догадалась. Немного отступив, заставила себя не трястись и попробовала успокоить дыхание.

— Может, хочешь пойти прогуляться? — привычно улыбнулся вампир, но сейчас эта улыбка напомнила мне хищный оскал.

— А у тебя никаких дел нет? — попыталась отвертеться.

— Совершенно никаких, а ты что, чем-то занята? — Лука снова приблизился.

Сглотнула. Нельзя показывать, что я его в чём-то подозреваю. Особенно пока у меня нет никаких доказательств. Надо попытаться вести себя как обычно. Я кивнула:

— Нет, ничем. Пойдём.

Глава 58

Элира

В холле Лука снял с вешалки моё пальто и помог его надеть. Я машинально повернулась спиной. Ткань скользнула по плечам, пальцы вампира коснулись воротника и поправили прядь волос. Прикосновение было мимолётным, но от него по спине побежали мурашки, а внутри всё съёжилось в холодный, твёрдый комок.

— Спасибо, — выдавила я.

На улице в лицо ударили свет и холод. Снег громко скрипел под ногами.

— Прекрасный день, — Лука глубоко вдохнул морозный воздух. Его голос был ровным, спокойным, даже расслабленным. Он шёл не спеша, спрятав руки в карманы. — Вспомнилось, как мы с Рейнером в детстве лепили снеговиков, а потом спорили, чей лучше.

Он замолчал, явно ожидая реакции. Я не знала, что сказать. Но идти молча дальше было нельзя:

— Да, — снова выдавила, пытаясь собраться с мыслями. — А давай тоже слепим.

— Если ты хочешь, — Лука остановился и мягко улыбнулся.

Он первым сошёл с расчищенной тропинки в глубокий сугроб, обернулся и протянул руку.

Замерев, боялась дотронуться. Казалось, стоит нашим пальцам соприкоснуться и он заберёт остатки моей магии. Но выбора не было. Пришлось опереться на его ладонь. Хватка вампира была тёплой и крепкой.

Проваливаясь в сугробы по щиколотку, мы начали катать шары. Я работала молча, сосредоточенно. Сгребала снег, сдавливала и выравнивала бока. Движения были чёткими, выверенными. Словно, сделав этот шар идеально круглым, я могла вернуть в норму и всё остальное.

Лука действовал методично, не торопясь. Скатал ком поменьше, легко поднял его и поставил сверху на мой.

— А призови пару угольков, — попросил вампир, отряхивая перчатки.

Внутри всё сжалось. Использовать магию рядом с ним? Сейчас это казалось странным и жутким. Она сопротивлялась и колебалась. Но показывать этого было нельзя:

— Мир номер 13, огонь, — вытянула руку и сосредоточилась.

Маленький синий портал открылся неохотно, и из него прямо в ладонь выпали два чёрных уголька. Они были тёплыми, и даже сквозь

— Отлично, — кивнул Лука.

Мы вставили угольки в снежную голову. Получились глаза. Чёрные, круглые точки на белом лице.

— Похоже, — произнёс Лука.

— На что? — спросила я, стараясь не встречаться с его взглядом, который сейчас казался таким же жутким и пустым.

— Ну, на снеговика, — вампир усмехнулся и сделал шаг ко мне.

Дёрнулась назад, нога поехала по льду, спрятавшемуся в снегу, и я начала падать.

— Осторожно! — рука вампира перехватила локоть. Лука держал меня, не давая упасть, и смотрел прямо в лицо.

— Замёрзла? — спросил он тихо. — Ты дрожишь.

— Немного, — я с силой высвободилась. Сердце колотилось где-то в горле. — Закончим?

— Конечно, — легко улыбнулся Лука, и мы вместе посмотрели на наше творение.

Снеговик получился кривоватым, один глаз выше другого. Стоял и смотрел на нас своим угольным взглядом. Лука снял свой шарф и обмотал ему шею.

— Готово, — подытожил вампир. — Страшновато?

Сердце у меня просто остановилось:

— Чего? — голос сел.

— Да страшненький он какой-то, — повторил Лука спокойно, кивнув на снеговика. — Даже шарф не помогает, всё равно кривой.

Я покосилась на снежную фигуру. Пустые глаза-угольки смотрели прямо на меня.

— Ну, до твоей красоты ему далеко, — заставила губы растянуться в улыбке. — Мне… мне пора. Надо ещё конспекты переписать.

— Не буду отвлекать. Учёба сейчас важнее всего, — закивал вампир. — Я рад, что мы прогулялись, Элира. Если что-то понадобится, ты же знаешь, я в соседней комнате. — Он снова подал руку, помогая выбраться на дорожку.

— Знаю.

Мы попрощались у входа. Вампир пошёл к тренировочным залам, а я осталась стоять, глядя ему в спину. Чёрное пальто, идеальная осанка, уверенный шаг.

В груди больно кольнуло.

Это же Лука. Тот самый, который всегда за меня заступался. Который провёл рядом столько времени. Такой же изгой, как и я: вампир и резервница — мы же на одной стороне.

Так почему он?

Побрела к общежитию. Ноги были тяжёлыми, будто я всё ещё шла по сугробам.

Зачем ему это? Может, он пытается меня спасти? Вытянуть магию, чтобы я провалила экзамен и не попала в семью Алькоров? Или ему просто нужна сила?

Вошла в комнату, заперла дверь на замок.

Хватит. Я так сойду с ума, буду шарахаться от каждой тени и подозревать самых близких. Мне нужно знать точно.

Подошла к столу, рывком выдвинула ящик и начала перебирать тетради.

— Так, вот конспекты по Артефакторике, — нашла нужную страницу.

«Для проверки вмешательства в резерв мага используется артефакт, измеряющий резонанс внутри и снаружи, а также фиксирующий применение вампиром его силы».

Мне нужен именно такой инструмент. Но артефакт сильный и дорогой. Купить его я не смогу, нет ни денег, ни возможности выйти в город без Рейнера. А впутывать его сюда я не стану.

Захлопнула тетрадь. Тупик? Нет.

В памяти всплыла аудитория и голос Морена. Он вертел в руках небольшую латунную сферу с иглами. Именно тот артефакт, что может отследить вмешательство вампира, и у Морена он есть. Лежит в кабинете, на полке за стеклом. Он показывал его на лекциях, а в будущем я сама настраивала и готовила артефакт к занятиям, чтобы муж уже не тратил на это время.

Посмотрела на часы. Его расписание помнила наизусть до сих пор. Сейчас у профессоров совещание, потом обед. Морена не будет у себя ещё примерно час.

Что ж, терять мне уже нечего. Придётся быть хитрее, действовать активнее и немного нарушить правила.

Встала. Мне нужен этот артефакт. И я его достану.

Глава 58.1

Элира

Всё, что мне нужно, тихо зайти в кабинет Морена и взять артефакт. Хватит одной ночи, чтобы воспользоваться им, а потом я верну всё на место, и никто ничего не заметит.

Остановилась у двери и прислушалась: ни шагов, ни голосов, ни скрипа стула. Пусто.

Морен всегда запирал кабинет, но никогда не ставил на замок магическую защиту. Говорил, что не может поверить в недобросовестность своих студентов. На деле просто был объективно слабым магом и не тратил силы попусту.

Поэтому я поднесла руку к скважине и, представив внутренний механизм, чуть повернула кисть. Левитация послушно подхватила язычок замка и сдвинула его в сторону. Раздался тихий щелчок, и дверь открылась.

Быстро проскользнув внутрь, закрыла её за собой и огляделась.

Всё было как всегда. Грязь, пыль и недопитые кружки с кофе на столе и тумбочке. По комнате плыл отвратительный липкий запах одеколона.

Как я вообще прожила с Мореном десять лет? Столько времени всё это убирала: мыла, чистила, раскладывала по местам, превращая хаос в видимость порядка. Покачала головой.

Стараясь не задерживаться ни на секунду, прошла к шкафу и увидела на полках привычный беспорядок. Книги, шкатулки, артефакты и безделушки валялись вперемешку.

— Ну болван, — подняла брови и покачала головой. — Это же полная безответственность. Да я могу вынести полкабинета, он и не заметит пропажи. А заметит, решит, что сам куда-то засунул и забыл. Мне же лучше. — Невольно улыбнулась.

Пусть хоть в этой жизни его дурные привычки окажутся мне на руку.

Открыла шкаф. Всё здесь было мне знакомо. В прошлой жизни артефакт лежал в шкатулке на верхней полке, потому что я сама его туда убрала, когда наводила порядок. А где он валяется сейчас?

Пробежалась взглядом по хаосу на полках, и неприятный холодок подполз к горлу. А если его вообще тут нет? Что делать, если я его не найду? Дальше подозревать Луку? А, может, во всем ему признаться, ну не могу я поверить, что это он. Ему же просто не зачем так рисковать и вредить мне!

Стиснув зубы, методично проверила верхние и средние полки, переставляя книги, открывая шкатулки и коробки. Пусто. Никакой латунной сферы. Пришлось опуститься ниже.

А у кого вообще есть мотив, кроме Сесиль?

Я замерла, упершись руками в дверцы шкафа. Мог ли это быть Морен? От брака со мной он явно выигрывал: повышение по службе, новый дом и жена в личное услужение, готовая убираться, работать и ухаживать за ним. Но цена провала — смерть. Если я смогу доказать, что у меня крадут магию, того, кто это делает, казнят.

Стоит ли комфортная жизнь такого риска? Тем более, он не мог заранее знать, что я окажусь настолько полезной.

Продолжила поиски, сдвинув в сторону толстую книгу. Скорее всего, Морен просто обрадовался подвернувшейся возможности снисходительно «помочь» девочке в беде и взять её под полный контроль. Он обожал своё превосходство и наслаждался комфортом, но чтобы ради этого рискнуть

Кивнула своим мыслям и в ту же секунду нащупала под рукой холодный шершавый бок. Пальцы скользнули по тонким металлическим иглам.

— Вот ты где, — выдохнула и потянула артефакт на себя.

Это действительно был он. Небольшая латунная сфера, холодная и совершенно неприметная на вид, но с крайне полезной способностью, измерять вампирское вмешательство. Быстро сунула её в карман юбки и огляделась.

В кабинете по-прежнему царил отвратительный беспорядок, который полностью скрывал следы моего визита. Отлично. Взгляд зацепился за диван, на подлокотнике которого лежал женский пиджак. Я сделала пару шагов и посмотрела на него сверху вниз.

Форма академии, судя по вышивке, принадлежала какой-то студентке со второго курса.

— Значит, уже переключился, — уголки губ сами поползли вверх. — Бедняжка. Надеюсь, она быстро поймёт, что ты за человек, и не успеет повторить мои ошибки.

Отвернувшись, пошла к выходу, с трудом сдерживая желание расхохотаться. Мало того, что добыла такую важную вещь, так ещё и этот пиджак оказался для меня как вывеска с надписью: «Ты всё делаешь правильно».

Морен никогда не изменится. Единственным спасением для меня было навсегда прекратить с ним общаться, и я уже это сделала.

Глава 58.2

Элира

Только когда за спиной щёлкнул замок моей комнаты, я позволила себе выдохнуть.

— Ну, теперь настроить, — прошептала, доставая трофей.

Сфера тускло блеснула в свете лампы. Положила её на стол, отодвинув книги, и села разглядывать добычу.

В прошлой жизни я настраивала такие артефакты для демонстрации, потому, что Морен всегда говорил, что это «слишком простая работа», и сбрасывал её на меня. Сейчас я была благодарна ему за эту лень. Руки помнили каждое движение.

Нажала на крошечный выступ сбоку, и сфера раскрылась, как бутон, обнажив сложную систему с иглой и кристаллом внутри.

Артефакт работал на резонансе, он «слушал» поток магии, определяя, куда именно она уходит, в портал или к другому существу. Если рядом оказывался вампир, жадно вытягивающий чужую силу, прозрачный кристалл внутри мгновенно реагировал, наливаясь густым, кроваво-красным цветом.

— Так, — пробормотала. — Кристалл для определения, а игла для настройки. — Быстро коснулась острого конца подушечкой указательного пальца, проткнув его и оставив каплю крови. Так артефакт поймёт, чью именно магию надо отслеживать.

Теперь прислонить иглу к кристаллу и закрыть артефакт. Если утром я открою его и цвет изменится, это станет неопровержимым доказательством, что вампир тянул мою магию.

Спрятав сферу под подушку, посмотрела на кровать. Теперь оставалось только ждать.

— Если это Лука... — шепнула. — Если это он, то я… — Замолчала, не зная, чем закончить мысль.

В прошлой жизни я его вообще не знала, а магии всё равно лишилась, так что ещё оставалась надежда, что всё это просто совпадение и ошибка, и он не виновен.

— Завтра узнаешь, — жёстко оборвала себя и переоделась в пижаму.

Залезла в кровать и выключила свет, используя левитацию.

Сон не шёл. Я лежала, глядя в тёмный потолок, и прислушивалась к каждому шороху в общежитии. Шаги в коридоре. Смех за стеной. Стук двери где-то далеко. Поворочалась и заставила себя закрыть глаза.

— Нужно заснуть, — плотнее укуталась одеялом. — Давай, всё. Добрых снов. — пожелала самой себе и на мгновение подумала о том, как бы сейчас хотелось услышать в голове голос Рейнера. Слова поддержки или даже возмущения, но услышать его и быть не одной. Однако ничего не откликалось в сознании с того самого дня, как мы поговорили на арене. Глубоко вздохнув, наконец начала засыпать.

* * *

Резко сев на кровати, испугалась, что вообще не спала. В полной темноте не сразу поняла, что происходит. Голова кружилась, тело казалось ватным и опустошённым. Руки дрожали.

Это чувство... Я знала его. Истощение, будто подхватила сильную простуду.

Медленно, боясь дышать, сунула дрожащую руку под подушку. Пальцы нащупали холодный металл. Вытащила артефакт.

Осторожно, на ощупь, приоткрыла сферу и сощурилась от слабого свечения, которое в тёмной комнате показалось ослепляющим. В глубине сферы, там, где вчера была прозрачная чистота...

Я всмотрелась внимательнее, стараясь проморгаться и протирая свободной рукой правый глаз.

Кристалл был не просто красным, он был багровым, налитым густым, тяжёлым цветом запёкшейся крови. Это значило, что вампир долго, методично и сильно тянул из меня магию. Грубо, жадно, выпивая всё, до чего смог дотянуться.

Артефакт выпал из ослабевших пальцев, покатился по одеялу и с глухим стуком упал на пол. — Лука... — выдохнула, и это имя обожгло губы, словно я выпила скверны.

Вампир. Это был вампир.

Не артефакт Сесиль, не болезнь и не моё безумие — а он.

— Зачем? — беззвучно простонала, глядя на свои руки. — Ну зачем ему это?!

Глава 59

Элира

Натянула форму, нащупала пуговицы и застегнула их одну за другой.

Артефакт. Нужно взять артефакт.

Подняв сферу со стола, на секунду замерла, засмотревшись на багровый кристалл внутри.

Как же так? Хотелось посокрушаться, но на это не было времени.

Решительно засунула артефакт под пиджак и прижала к груди.

Вроде можно выходить. Застыла у двери и прислушалась. Тишина. Несмотря на это, сердце билось так, будто за порогом меня ждал чудовищный портал со скверной.

Только бы не встретиться сейчас с Лукой. Лучше уж прорыв, чем видеть его.

Мелькнула картинка, как я открываю дверь, а он стоит, прислонившись к стене, улыбается своей привычной улыбкой и спрашивает, как я себя чувствую. От этой мысли всё внутри неприятно сжалось, стало трудно дышать.

Дёрнув дверь на себя, выглянула и с облегчением поняла, что в коридоре никого нет. Вышла из комнаты и почти бегом двинулась к лестнице.

Чёткого плана у меня не было, но зато было доказательство! Придётся действовать по ситуации. Всё равно не пойду к ректору или паладинам, так что остаётся только она.

К счастью, у кабинета медсестры никого не было, так что я потянула ручку и заглянула вовнутрь. На стуле, прижимая к груди забинтованную руку, сидела студентка. Медсестра что-то быстро записывала. Подняв на меня глаза, она коротко сказала:

— Подождите, — и снова склонилась над журналом.

Пришлось закрыть дверь и встать у стены.

От нетерпения я быстро водила пальцем по сфере, спрятанной под пиджаком. Покажу её медсестре, и той придётся поверить. Она же сама возникала, что у меня нет доказательств. Ну вот теперь есть. Но можно ли его вообще показывать?

Сфера чуть сдвинулась, и острые иглы на металлическом корпусе царапнули кожу. Вдруг захотелось спрятать её глубже и уйти, пока ещё можно.

Разве можно хоть кому-то доверять?

Действует

Судя по тому, что Сесиль приходила к Луке, работал он всё же не один. И сейчас глупо было бы отрицать, что подружка точно замешана в краже моей магии, но Сесиль я хотя бы могла понять.

Если она не хотела моей свадьбы с Рейнером, мотив и логика плана становились очевидными. Сначала пустить слухи, будто я человек, притворяющийся магом, а успехи в учёбе это лишь награда за близость с профессорами или кураторами вроде Рейнера. В той жизни это сработало идеально: никто не усомнился, что я обычный человек. Помню, как Сесиль после моего провала, изображала искреннее удивление, шок и обиду, говоря о моём «предательстве» и обмане. А потом просто перестала со мной общаться.

И, конечно, она могла подговорить вампира помочь ей: в той жизни, впуская его в нашу комнату, пока я сплю, а сейчас, уговаривая тянуть энергию через дверь.

Да. Но не Луку.

Какого-то постороннего вампира я могу понять. Жаль только, что других вампиров в Академии не было.

Да и в той жизни, когда мы с Лукой не знали друг друга, ещё могла представить, почему он согласился. Но теперь, после всего, что связывает нас, неужели он с самого начала общался, зная, что рано или поздно начнёт забирать мою магию?

От этой мысли сердце болезненно сжалось.

Я могла понять Сесиль. Её логику, план и мотив, но в упор не понимала, что получает Лука. Если его поймают, казнят. Чем она смогла убедить Луку?

Служившего Рейнеру с детства. Боявшегося Алькора-старшего и всегда беспрекословно подчиняющегося. Луку, который стал близок… мне.

Мысль о том, чтобы просто подойти, схватить его за плечи и спросить напрямую, вспыхнула всего на секунду, но была такой яркой, что стало невыносимо.

«Зачем? Что тебе пообещали?»

Встряхнув головой, заставила себя собраться.

Никому нельзя доверять. Нельзя спрашивать. Нельзя показывать, что я что-то знаю. Стоит мне сорваться и моё единственное преимущество исчезнет.

Девушка толкнула дверь и прошла мимо.

— Заходите, — раздалось из кабинета, и я повиновалась.

Медсестра подняла бровь:

— Элира? Снова вы?

Подошла к столу. Шаги вышли неловкими, будто ноги не слушались. Сфера под одеждой словно потяжелела.

Собраться. Просто сделать то, зачем пришла. Достав артефакт, я положила его на стол между нами:

— У меня есть доказательство, — выдохнула. — Вампир тянет из меня магию. Посмотрите.

Медсестра взяла сферу, повертела в руках, прищурившись. Багровый кристалл на секунду отразил свет лампы. Затем она открыла журнал, что-то отметила и только после этого снова подняла на меня взгляд.

— Где вы купили артефакт? — спросила ровно. — И где лицензия на его использование?

От неожиданности я моргнула.

— Я… мне дал его профессор для работы над проектом.

— Проект, значит, — повторила медсестра без эмоций. — Хорошо. А что, по-вашему, это должно доказать?

— То, что вампир тянет из меня магию, — сказала и услышала, как голос становится тоньше.

Медсестра вздохнула, откинулась на спинку стула и, не выпуская сферу из рук, заговорила чуть жёстче:

— Элира, вы могли подговорить кого-то сделать это. Могли открыть портал за углом и сливать туда магию, изображая, что она пропадает. Вы понимаете? — Она посмотрела поверх оправы сначала на меня, затем на артефакт. — И ещё. Я не понимаю, почему вы приходите с этим ко мне, уже второй раз. Вам нужно к ректору. К паладинам. Туда. — Она неопределённо махнула рукой в сторону двери. — А мне что с этой информацией делать? — добавила уже спокойнее.

Сказать было нечего. Медсестра протянула сферу обратно.

— Я при всём желании не могу поверить вам так, как вы хотите. Для меня это не доказательство.

Пальцы сомкнулись на холодном металле.

— Спасибо, — выдавила. — Вы уже помогли, чем смогли.

Выйдя в коридор, закрыла за собой дверь и на секунду прислонилась к ней спиной, зажмурившись.

глава 59.1

Элира

До экзамена оставались сутки.

Последние несколько дней я почти ни с кем не разговаривала. Молча посещала пары, кивала, делала вид, что всё нормально. С Лукой встретилась однажды, сказала, что занята подготовкой, и, слава Мундусу, он не стал донимать и быстро отстал.

Рейнер так и не объявился. Ни в мыслях, ни наяву.

Единственным человеком, с кем я действительно говорила, была Талия. Но даже ей я не решилась рассказать всю правду. Сказала только то, что магию у меня крадут.

Библиотекарша грустно призналась, что не нашла способов это исправить. Но если мне понадобится её помощь, то готова сделать всё, что потребуется.

Но она ничего не могла. Как и медсестра. Как и все остальные в академии.

В этой ситуации помочь себе могла только я сама.

Поставив пустые тарелки на поднос, встала из-за стола и вышла из столовой. Едва переступив порог, уловила привычный шёпот: студенты, сгрудившись у колонн, обсуждали слухи. Обо мне. Что я не сдам. Что обманывала всех, притворяясь магом. Что у меня нет силы и никогда не было.

Всё это я уже проходила. В той жизни эти же разговоры усиливались перед экзаменом, и сейчас всё повторялось слово в слово. Но даже зная это заранее, легче не становилось.

Зато теперь у меня был план.

Уже несколько дней я методично делала всё, чтобы сохранить магию. Если окажусь права, если идея сработает, то наконец я смогу всё изменить.

Решив прогуляться по академии, чтобы не сидеть в пустой комнате и не гонять одни и те же мысли, ещё раз прошлась по стратегии. Проверила каждую деталь, каждый шаг, боясь упустить что-то важное.

Итак.

Вся идея держалась на одном простом факте: вампир может забрать мою магию целиком, так, что она никогда не вернётся.

Именно так случилось в прошлой жизни. Перед экзаменом резерв был высушен полностью и больше не восстановился. Никогда. Более того, эта потеря сказалась на организме: я всё оставшееся время чувствовала себя слабее. Будто из меня вытянули что-то жизненно важное.

Когда же маги используют силу сами, они, конечно, тоже могут истощить резерв почти до нуля. Устать. Обессилеть. Но это вмешательство естественное. Магия для того и приспособлена: тратиться и восстанавливаться. Маг отдыхает, спит, ест и сила появляется снова.

Но если резерв опустошает вампир или артефакт, всё иначе.

Это не трата, а кража. В которой у тебя отнимают всю имеющуюся энергию и одновременно перекрывают доступ к источнику. Навсегда.

Пока во мне оставались хоть крупицы магии, резерв

Закончив бесцельно бродить по коридорам, поняла, что в своей комнате всё же будет спокойнее. Студенты в последний день перед экзаменом казались совсем нервными, так что, решив не поддаваться общему волнению, спустилась вниз, прошла мимо консьержа, зашла в комнату и закрыла дверь на замок.

Подойдя к комоду, аккуратно выдвинула ящик и заглянула внутрь.

На дне мерцал портал в пустоту.

Если не рыться в моих вещах, никто бы никогда не понял, что здесь открыт портал.

А я беспрестанно сливала в него всю оставшуюся магию.

План был крайне простым. И крайне ненадёжным.

Идея заключалась в том, чтобы самой истощить резерв естественным путём. Войти на экзамен почти пустой, но не полностью. Чтобы Лука не понял, сколько силы у меня вытянул. Чтобы он не забрал ту последнюю крупицу, после которой маг уже не восстанавливается.

Когда я солью всю силу в портал и зайду в экзаменационный кабинет, дверь за мной закроется, и я окажусь в безопасности. Через антимагические стены, никто не сможет ничего забрать.

Портал в шкафу исчезнет сам, потому что магия оборвётся. А у меня останется последняя крупица.

И во-первых, это значит, что магия восстановится. Так что можно будет хотя бы попытаться пересдать.

А во-вторых, на этой крупице я смогу открыть хоть какой-то портал.

Понятно, что не индивидуальный. Не тот, о котором мечтала, разрабатывая свой проект. Не придумаю свой собственный мир, которого ещё никогда не существовало. Но смогу открыть простой портал. Доказать, что я маг, и получить этот треклятый диплом.

Я посмотрела на портал, закрыла ящик и легла на кровать.

Оставалось только ждать, пока пройдут последние часы перед экзаменом.

Просто лежать.

Пока магия уходила в портал голова кружилась всё сильнее. Пальцы леденели, теряя чувствительность, а перед глазами плыли густые чёрные пятна. Сердце больно и сбивчиво колотилось о рёбра. Каждый вдох давался с трудом, будто я только что пробежала несколько кругов по арене, хотя моё тело просто неподвижно лежало на кровати.

Сегодня ночью вампир придёт снова. И до этого момента мне нужно опустошить свой резерв до самого дна, выскрести всё без остатка, чтобы ему уже нечего было тянуть.

Сцепив зубы от подкатывающей тошноты, представила окно.

«Море, море, край простой,

Где лишь ветер и покой.»

Открыла портал. В уши ворвался глухой шум прибоя, лицо обдало запахом соли. Я смотрела на закатное солнце, на багровые, переливающиеся волны и чувствовала, как последние крохи сил покидают меня. Темнота по краям зрения начала расползаться. Было невыносимо холодно и пусто внутри, но я держала порталы открытыми, заставляя себя смотреть на закат, пока тьма не затопила комнату окончательно.

Вздрогнула, проморгавшись. Липкий пот покрывал лоб, а руки дрожали так сильно, что я едва смогла сжать кулаки. Спала? Нет, это был не сон. Обморок. Сердце ухнуло куда-то в желудок: сколько прошло времени?! Вдруг уже ночь? Вдруг он приходил, увидел пустой резерв и всё понял?

Я с трудом сфокусировала взгляд на часах. Стрелки едва сдвинулись, прошло всего несколько минут.

Слабым, едва повинующимся жестом захлопнула портал с морем, оставив открытым лишь тот, единственный, спрятанный в комоде.

Глава 60

Элира

Я открыла глаза в полной темноте. Слабо дёрнула кистью, пуская лёгкий импульс левитации к выключателю, и комнату залило тусклым светом. Сработало. Магия ещё была при мне.

Скосив взгляд на часы, поняла, что проснулась на час раньше будильника. Ладно, уже можно вставать. Откинув одеяло, сползла с кровати и на подгибающихся ногах добралась до комода. Потянула ящик на себя.

На дне мерцала слабая синева. Портал едва теплился на грани исчезновения, но был на месте. Значит, и правда мне удалось. Приходил этой ночью Лука или нет, неважно, главное, что я продержалась. Настал день финального экзамена, а во мне есть сила. В прошлой жизни к этому утру я была человеком с истощённым резервом.

Присела на пол рядом с комодом, чувствуя, как от этой мысли внутри поднимается липкая паника. Что делать дальше? Может, пойти в столовую позавтракать? Восстановить хоть часть резерва. Нет, лишний раз ходить по Академии нельзя. Я пойду отсюда прямо в экзаменационный зал, чтобы не дать им ни единой возможности докрасть у меня магию по дороге.

А может, вообще нет смысла выходить из комнаты? Я жива и всё ещё маг. Можно просто забаррикадироваться здесь и сидеть, пока за мной не придёт комиссия. А потом что? Я им всё объясню? Нет. Комиссия выслушает, пожмёт плечами и признает меня человеком. Экзамен в первую очередь нужен мне, а не им. Тем более сейчас Лука и Сесиль, должно быть, думают, что я уже человек, а значит, на моей стороне эффект неожиданности.

«На экзамен топай!» — скрипучий голос Мундуса всплыл в голове так ясно, будто старик был прямо надо мной. Вот он, ответ.

Еле встала, опираясь на комод, и принялась одеваться. Пуговицы выскользали из петель. При мысли о том, что сейчас придётся выйти за дверь, пальцы холодели и почти не слушались. С гудящей головой и чёрными пятнами перед глазами одеться было совсем сложно.

Моя последняя крупица силы, что если её всё же отнимут? Страх парализовал, заставляя стоять неподвижно и подрагивать от каждого удара сердца.

Опустила взгляд и заметила на комоде сокола, которого мы с Рейнером купили на ярмарке. Вспомнился наш разговор в лесу. Каждый раз, когда страшно, ты либо поддаёшься и говоришь «я не могу», либо делаешь шаг.

Я сдам этот экзамен и стану свободной! Никто не сможет мне помешать. И если сейчас мне страшно, значит, буду бояться, но всё равно сделаю это.

Кое-как натянув форму, вышла за дверь и почти бегом направилась к экзаменационному корпусу в другом конце Академии.

Подземные переходы были абсолютно пусты, и от этой тишины, темноты и одиночества мне всё мерещилось, что вот-вот встречу Луку. Я сжималась от любого шороха, заглядывая за каждый угол. Вдруг вампир просто прижмёт меня к стене и выпьет до дна? Свидетелей здесь нет, кричать бесполезно. Из последних сил я гнала себя вперёд.

Преодолев последний пролёт, выскочила в холл нужного корпуса и увидела администратора за стойкой. Наконец-то! Официальное лицо. Здесь вампир не посмеет ко мне приблизиться.

— Здравствуйте, — натянуто улыбнулась я. — Пришла пораньше. Нервничаю перед сдачей, места себе не нахожу.

— Понимаю, присаживайтесь, — равнодушно кивнул мужчина, не отрываясь от бумаг. — Комиссия скоро соберётся.

С облегчением опустилась на

Делая глоток за глотком, почувствовала себя лучше. По крайней мере, теперь я могла сидеть, не боясь свалиться в обморок.

Вскоре в холл, обсуждая будничные дела, вошли преподаватели. Среди них я заметила Морена.

— Может, вечером отметим окончание сессии у резервников? — предложил он.

— Какое там, — отмахнулся профессор по истории. — Завтра ещё принимать экзамены у детей аристократов. Отдохнём на выходных.

— Эх, точно, точно. — Будущий бывший муж кивнул и повернул голову. Его взгляд наткнулся на меня. Я посмотрела в ответ исподлобья, сжимая в ладонях пустую кружку.

— Доброе утро, Элира, рад видеть вас, — приторно улыбнулся Морен. — Желаю блестяще справиться с экзаменом. Понимаю, как для вас это важно, так что держу кулачки. И уверен, что, несмотря на все слухи, вы прекрасный маг и точно удивите нас сегодня.

Профессор по истории кивнул, подтверждая слова моего мужа. Я промолчала, и они удалились к столу администратора.

Наконец профессора закончили возиться с документами и подошли к дверям. Тяжёлые створки распахнулись, впуская нас в экзаменационный зал.

Я помнила это место еще с прошлой жизни, и от одного его вида дыхание перехватило. В тот раз именно тут я лишилась всего.

Мы оказались на застекленной галерее. Вся передняя стена состояла из прочного антимагического стекла, сквозь которое открывался вид на саму экзаменационную арену. Она располагалась внизу, представляя собой просторную квадратную комнату из серого камня. Отсюда, со второго этажа, было видно каждый ее сантиметр.

Администратор равнодушно ткнул ручкой в сторону ряда жестких стульев вдоль стены. Я послушно опустилась на крайний, чувствуя, как мелко дрожат колени. Слева начиналась зона для зрителей, в которую уже подтягивались первые зеваки. Трое студентов со второго курса, тихо посмеиваясь, тыкали пальцами в сторону закрытой арены.

Рядом со мной на соседний стул тяжело опустился резервник с параллельного потока. Он выглядел так, будто его только что разморозили: лицо белее мела, волосы идеально зализаны гелем, форма отглажена до хруста. Он сидел, уставившись в одну точку и, казалось, даже не дышал от ужаса.

Отвернулась, пытаясь сосредоточиться и не паниковать, но знакомый звонкий смех заставил вздрогнуть. В зону для зрителей вплыла Сесиль.

Глава 60.1

Элира

Как всегда, безупречная, сияющая, в окружении своей неизменной свиты подружек. Она скользнула взглядом по рядам резервников, выцепила меня и, картинно всплеснув руками, направилась прямо к моему стулу:

— Элира! — голос “подруги” звенел от фальшивой радости.

Да вы издеваетесь! Почему зону для зрителей на экзамене ничем не ограждают. Хоть бы ленту какую повесили. Пока я мысленно проклинала организацию, Сесиль уже подошла вплотную, нависла надо мной и протянула руки, словно собиралась заключить в объятия:

— Так рада, что нашла тебя! Желаю тебе сегодня удачи! Мы все будем за тебя болеть.

Я вжалась лопатками в спинку стула, отшатываясь от нее, как от ядовитой змеи. Руки скрестила на груди, даже не пытаясь изобразить вежливость.

Сесиль замерла с протянутыми ладонями. Ее лицо вытянулось, губы обиженно дрогнули:

— Ой... — она оглянулась на подружек. — Нервы, да? Всё понимаю...

— Конечно, нервы, — фыркнула Ирма, брезгливо сморщив нос и потянув ее за рукав. — Пошли отсюда. Это же было ожидаемо. Все эти слухи про нее не на пустом месте взялись. Она точно человек, вот и дергается, что обман вскроется.

— Нет, девочки, я все еще хочу верить в свою подругу, — громко, так чтобы слышали все вокруг, вздохнула Сесиль, поправляя идеально сидящую юбку. — Но... вынуждена признать, доля правды в ваших словах есть. Я тоже в последнее время замечала за ней странности. Магия у нее и правда... нестабильная.

Они отошли к остальным зевакам, продолжая шептаться и хихикать, а я смотрела им в спины.

Пазл окончательно сложился. План Сесиль сработал идеально: теперь все, включая профессоров, подозревали, что я обычный человек. Другие студенты шли на экзамен просто подтвердить свою силу. А мне предстояло выйти к этой враждебной толпе и доказать, что я маг.

Наконец в галерее появился ректор. Гул голосов мгновенно стих. Эдгар Веймар встал у стекла и начал торжественную речь, но смысл его слов ускользал. Фразы сливались в монотонный шум, пока сквозь пульсацию в висках не пробилась лишь концовка:

— Желаю каждому из вас удачи, — голос ректора эхом разнесся по залу. — Мы уверены, что этот экзамен по силам всем истинным магам.

Он громко хлопнул в ладоши. От этого резкого звука я вздрогнула, выныривая из оцепенения. Первый сдающий спустился по лестнице к экзаменационной комнате.

Дальше всё происходило как в вязком тумане. Один за другим студенты заходили на арену и сдавали экзамен. Время текло мучительно медленно. Я до одури боялась того, что прямо сейчас сюда придет Лука, и та последняя капля магии, которую я судорожно сжимала где-то глубоко внутри, исчезнет навсегда.

— Элира Виолка, — голос ректора заставил меня подскочить со стула.

Ноги тут же налились чугунной тяжестью. Сделав глубокий вдох, шагнула к металлической лестнице, которая вела вниз, к спасительной двери антимагической арены. Оставалось пройти всего несколько метров.

Уже на самом краю ступеней я инстинктивно обернулась, почувствовав его.

В дальнем конце галереи, возвышаясь над толпой, стоял Лука. Его темный силуэт четко выделялся в дверном проеме. Фиолетовые глаза безошибочно поймали мой взгляд, и по спине прокатился холодок.

Паника ударила в голову. Я бросилась вниз по ступенькам, напрочь забыв про боль в висках и слабость. Спотыкаясь, цепляясь влажными пальцами за перила, слетела к самому входу.

— Готовы? — скучающим тоном спросил дежурный маг, кладя руку на засов.

— Открывайте! — выдохнула я, в ужасе оглядываясь наверх. — Я готова, открывайте быстрее!

Мужчина с недоумением пожал плечами и потянул ручку. Не дожидаясь, пока он распахнет створку полностью, я протиснулась в узкую щель, заскочила на арену, вцепилась в тяжелую металлическую дверь и с силой рванула ее на себя.

Глухой удар металла о косяк отрезал меня от внешнего мира. С той стороны щелкнул замок.

Воздух со свистом вырвался из легких. Успела. Я в безопасности. Здесь, сквозь эти стены, вампир меня не достанет.

С трудом уняв дрожь в руках, отлипла от двери и вышла на середину арены. Подняла голову, посмотрев на галерею второго этажа.

Лука уже стоял у самого стекла и смотрел прямо на меня. Из-за его спины вышел Лазар Алькор, а сразу за ним

Мы встретились взглядом, и всё внутри больно сжалось. Резко мотнула головой, отгоняя это чувство. Не сейчас. Я вытерла влажные ладони о шерстяную юбку. Сконцентрировалась, заглядывая вглубь себя. Крошечная, с трудом отвоеванная часть магии была на месте.

Ну всё, пора начинать.

Глава 60.2

Элира

Вдох. Выдох.

Немного расставила ноги, чтобы стоять твёрже, и выпрямила спину. Повисла томительная пауза. Я ждала, пока из артефакта связи, встроенного где-то под потолком, раздастся голос ректора, и, чтобы хоть как-то отвлечься от бешеного сердцебиения, принялась бегать глазами по второму этажу.

Там творилось что-то странное. Если на предыдущих резервниках зрители откровенно скучали, то сейчас они будто ожили. Народ буквально прилипал к стеклу. Студенты толкались, вытягивали шеи, хихикали и тыкали в меня пальцами. Кажется, многие пришли только сейчас, потому что пока я сидела наверху, людей было вдвое меньше.

Конечно, сквозь толстое стекло я не слышала ни звука, но по их жадным взглядам и оживлённому перешёптыванию всё было и так понятно. Казалось, они пришли не на экзамен, а на показательную казнь. Ждали, когда я с треском провалюсь.

Под потолком сухо щёлкнуло.

— Элира Виолка, — раздался холодный, усиленный артефактом голос ректора Веймара. — Назовите тип и номер портала, который вы намерены открыть.

Глубоко вдохнула:

— Мир номер 1085. Вечное пламя, — произнесла решительно.

За стеклом по толпе прокатилась волна шепотков. И было понятно, почему. Этот портал был на уверенную «тройку». А от меня, видимо, ждали рвения сдать всё на отлично и открыть свой собственный мир.

— Принято, — отозвался артефакт. — Приступайте.

Зажмурилась, отсекая всё лишнее: толпящихся за стеклом студентов, каменное лицо Алькора-старшего, непроницаемый взгляд Луки и цепкие глаза Рейнера, которые смотрели на меня. Сейчас существовала только я и та крошечная, спрятанная на самом дне резерва искра.

Выставила руку перед собой. Вечное пламя.

Попыталась нарисовать в голове этот образ: неукротимые языки огня, которые никогда не гаснут. Небо, затянутое раскалённым маревом. Запах гари и пепла.

Сильный сложный мир. В голове предательски мелькнуло: а это вообще реально? При таком резерве?

Я не знала ни одного случая. Ни одного мага, которому удалось бы открыть портал такого уровня при полном истощении. Ни одного. Никогда. Может быть, это просто невозможно. Может быть, я стою здесь с протянутой рукой, как дура, и сейчас все это увидят.

Но пытаться всё равно придётся.

Зафиксировав образ, снова потянулась к нему и произнесла вслух, чётко, не торопясь:

— Мир номер 1085. Вечное пламя. — И сразу же потянулась к резерву.

Боль пришла мгновенно. Неожиданно. Я даже не думала, что будет больно, казалось без резерва портал просто не откроется, а на деле мое тело будто начало гореть, от сопротивляющейся силы.

Магия не шла. Если раньше она текла свободно, как вода по руслу, то сейчас продиралась сквозь иссохшие каналы с боем. Казалось, по венам ползёт раскалённое стекло, и каждый сантиметр этого пути разрывает их изнутри.

Остановите. Не надо. Хватит.

Эта мысль мелькнула раньше, чем я успела её поймать. Хотелось заплакать, закричать и попросить о помощи, но я не опустила руку.

Сжала зубы так, что челюсть заныла, и продолжала толкать эту непокорную магию вперёд. Это моя жизнь. И больше я не сдамся. Не позволю никому её уничтожить. Сделаю всё для того, чтобы получить свободу. До конца. Получится или нет, уже не главное. Главное, что не буду потом жалеть о том, что не попыталась.

Рука мелко тряслась. В глазах защипало, и я резко моргнула, сбрасывая непрошеные слёзы.

Секунды шли. От произнесённых слов уже прошло слишком много времени. Портал должен был открыться раньше. Намного раньше.

Ну. Давай же.

Снова потянулась к резерву. Снова. Ещё раз. Нашаривала ту единственную капельку силы, которая там осталась, и заставляла её двигаться в руку, в кончики пальцев, вперёд. И опять по венам расходилась эта жгущая, разрывающая волна, хотелось сказать «нет, хватит, я не могу», и снова я не сказала этого.

Плечо горело. Предплечье сводила крупная дрожь.

Ещё раз. Последний. Ну, пожалуйста.

И тут воздух перед ладонью дрогнул.

Я подумала, что измученное сознание увидело то, чего сейчас больше всего хотело. Но потом пространство разорвалось ослепительной вспышкой синего пламени. Я зажмурилась, а когда открыла глаза, портал был уже там. Нестабильный, мерцающий по краям, но живой. С вырывающимися наружу яркими всполохами Вечного пламени.

Лёгкие сжало. Я вдруг почувствовала себя так, будто на всей арене разом закончился кислород, и я не могла сделать даже крошечного вдоха.

Но портал нельзя было отпускать. Просто открыть мир было недостаточно, его предстояло ещё и удержать. Я испуганно смотрела на свою вытянутую руку и на пламя, яростно полыхающее в разорванном пространстве, всеми силами не давая ему взбунтоваться и выжечь всё вокруг. Не просто так эту комнату для экзамена сделали герметичной. Если стихия вырвется из-под контроля в замкнутом пространстве, она заберёт меня с собой.

Но мне надо было дождаться подтверждения, услышать, что сдала.

Ректор всё молчал, пока мои легкие сводило спазмом, а сердце будто перестало биться.

Ну давай же. Давай.

— Испытание пройдено. — Треск артефакта под потолком прозвучал и мне потребовалась секунда, чтобы поверить в услышанное. — Оценка «удовлетворительно». Вы подтвердили статус мага, — разнёсся по арене равнодушный голос ректора.

Я из последних сил сжала кулак. Портал с хлопком закрылся.

Жадно глотнув воздух, почувствовала, как вместе с этим первым вздохом сердце болезненно пропустило удар. Голова закружилась, ноги начали подкашиваться. Но падать сейчас было нельзя. Нельзя показывать слабость — это могло всё испортить.

Внезапно под носом стало тепло и мокро.

Провела тыльной стороной кисти над верхней губой. Опустила взгляд на руку и увидела полосу крови. Быстро растёрла лицо, чтобы скрыть это от комиссии, а кисть вытерла о тёмную юбку в надежде, что сверху никто не заметил.

Сдала? Зачтено? Я маг? Неужели всё? Неужели правда?

Глава 61

Рейнер немного раньше

Рейнер резко сжал кулак, и тренировочный портал схлопнулся, обдав лицо сухим горячим воздухом.

Он тяжело выдохнул, вытирая мокрый лоб. Всё прошло идеально. За эту бессонную ночь он раз за разом оттачивал открытие миров и теперь чувствовал внутри небывалую легкость. Резерв откликался мгновенно. Он мог сдать этот экзамен не просто хорошо, а блестяще, даже особо не напрягаясь. Да, он не успел подготовить собственный мир, но стабильную «тройку» через Вечное пламя, теперь пробивал за секунды.

— Ну и хватит, — подытожил Алькор, бросив взгляд на часы, и пошел к раздевалкам.

Скинув промокшую от

За последние дни он здорово натаскался. Стоило только пробить первый барьер и научиться открывать порталы, как всё остальное оказалось намного проще. Прогресс шел с ошеломительной скоростью, и теперь план работал идеально.

«Сегодня Элира сдает свой экзамен. Через пару дней сдаю я. Мы оба получаем дипломы магов.» — Рейнер подставил голову под холодную струю, чувствуя, как вода стекает по шее и ключицам, и в сотый раз прокрутил в голове навязчивые мысли. — «Нас больше не нужно женить насильно. Отец не получит к ней никакого доступа и, я надеюсь, со временем просто потеряет интерес. А она сможет жить свою спокойную, счастливую жизнь. Без этого постоянного кошмара рядом». — Рейнер стряхнул мокрые волосы. — «Ни за что. Я ни за что не допущу, чтобы с ней случилось то же, что с матерью. Не позволю отцу навредить ей. Любой ценой».

Выйдя из душа, он начал растираться жестким полотенцем.

— Бездна. — зло выругался из-за того, что край ткани в очередной раз намертво зацепился за бусину на браслете.

Эта массивная металлическая дрянь постоянно царапала кожу, цеплялась за всё подряд и рвала одежду. Один рукав на рубашке из-за нее уже выглядел пожеванным.

Но без этой бусины было никак. Она блокировала связь, не давая им возможности слышать мысли друг друга.

После того разговора на арене, когда эта мелочь пришла и прямо сказала, что всё понимает и готова справляться с Лазаром вместе с ним, Рейнер осознал страшную вещь: Элира просто так его не отпустит. Она не отступит. А он был категорически не готов позволить ей рисковать собой.

При этом ему до безумия хотелось быть рядом.

Каждую минуту. Каждую секунду. Хотелось сорвать с запястья эту проклятую бусину, услышать голос Виолки в голове, узнать, как у нее дела. Просто увидеть её. Каждое мгновение он боролся с искушением отменить свой дурацкий план, вернуть всё как было и просто быть с этой мелочью, не думая ни о каком отце.

Он постоянно искал другие выходы. Прокручивал сотни вариантов, но всё равно возвращался к одному: пока Элира рядом с ним, Лазар до неё доберется. Чем дальше она будет от семьи, тем безопаснее.

Поэтому эта бесячая, раздражающая, царапающая запястье бусина была необходима. Ради неё Алькору пришлось отдать немало денег и поднять связи, лишь бы ни ректор, ни Лазар не узнали, что он усовершенствовал свой артефакт.

С трудом отцепив полотенце, Рейнер оделся, подошел к зеркалу и принялся сушить волосы.

До экзамена Элиры оставалось совсем немного времени. Сегодня он наконец увидит её.

Замер на секунду. Поднял влажную руку и чуть поправил растрепавшиеся волосы, укладывая их аккуратнее.

Сегодня на экзамене наверняка будет отец, и Рейнер обязан был там присутствовать, чтобы контролировать ситуацию. Только для того, чтобы убедиться в том, что она сдаст, что план сработает и Алькор-старший ей не помешает.

Поправил рубашку и удостоверившись в том, что выглядит нормально отошел от зеркала.

* * *

Когда он поднялся на зрительскую галерею, там уже скопилась целая толпа.

Среди них он сразу выцепил взглядом Луку.

— Тут всегда было так многолюдно? — бросил вампиру, но Лука лишь равнодушно пожал плечами. Его лицо выглядело бледным, холодным и совершенно безучастным.

Рейнер нахмурился и вслушался в гул голосов вокруг: — Человек... — Фальшивка... — Сейчас позориться будет! Смотри, смотри! — А я говорила!

Сжав челюсти до хруста, Алькор смотрел на толпу. Они все пришли поглазеть. Слухи ползли по Академии все эти дни, и Рейнер специально приставил Луку присматривать за Элирой, чтобы с ней ничего не случилось и эта мерзкая травля не перешла от слов к делу. Любое его публичное заступничество, выгораживание или попытки обелить ее имя перед самым экзаменом сделали бы только хуже и привлекли бы лишнее внимание. Но и оставить ее совсем без присмотра он не мог. И считал, что все сделал правильно.

Но сейчас, стоя в эпицентре этих шепотков, Рейнер чувствовал, как внутри закипает глухая ярость.

Взять бы парочку самых болтливых уродов и впечатать их лицами в стекло, чтобы у всей галереи вмиг отбило желание открывать свои поганые рты.

Нет. Нельзя.

Любая драка, склока или заступничество прямо сейчас только сорвут её экзамен. Это не сделает ей лучше. Надо сдержаться. Ради нее. Просто потерпеть.

Заставив себя отвернуться, подошел к стеклу. Лазар Алькор уже стоял там, привычно заложив руки за спину и с легкой полуулыбкой взирая на арену внизу. Не сказав отцу ни слова и стараясь даже не смотреть в его сторону, Рейнер встал рядом, опустил глаза на арену.

Глава 61.1

Рейнер

Ощущение было такое, будто он вдруг оказался в бою, не понимая, откуда пришла опасность и как от нее защищаться.

Алькор впился взглядом в фигуру на арене. Стоя в центре зала, Элира, вроде бы, никак не изменилась. Всё та же форма академии, красивое решительное лицо, вьющиеся волосы. Но по тому, как она стояла, по едва уловимым жестам, по болезненным теням под глазами Рейнер вдруг поймал в мыслях единственное слово: истощена.

Что-то фатально пошло не так. Но что именно? Лука не докладывал, что она болела. Никаких сообщений о происшествиях не было. Так что же с ней случилось за эти несколько дней?

Рейнер дернулся вперед и в последний момент остановил руку, уже готовую прижаться к стеклу.

Может, остановить экзамен? Позвать медсестру? Указать комиссии на ее состояние?

Или не вмешиваться? Вдруг ему просто показалось из-за нервов, и, вклинившись сейчас, он только навредит, сорвав ее шанс получить диплом?

Алькор не сводил с Виолки напряженного взгляда. Из динамика под потолком раздался сухой голос ректора, спрашивающего о выборе портала.

И все в галерее услышали четкий ответ: «Мир номер 1085. Вечное пламя».

Рейнер свел брови к переносице. Почему не собственный мир? Почему она выбрала такой базовый порог, который в лучшем случае обеспечит сдачу экзамена, но перечеркнет шансы на высокую оценку? Он резко повернулся к Луке, чтобы потребовать внятного ответа о состоянии Элиры, и замер.

Вампир стоял у самого стекла, бледный, как полотно. Прикованный взглядом к Виолке, он сам едва не шатался. С ним тоже явно происходило что-то ненормальное.

Медленно вернув взгляд на арену, Рейнер наблюдал, как Элира произнесла призыв. Выставила вперед руку. И… ничего не произошло.

Потянулись секунды. Пространство не рвалось, хотя она пыталась открыть портал. И пока толпа за спиной начала отпускать смешки, а кто-то радостно вскрикнул, что выиграл пари, Рейнер заметил, как мучительно

Прямо сейчас ей было невероятно плохо.

Он больше не мог на это смотреть и уже было рванулся к лестнице, намереваясь спуститься и забрать Элиру с арены, как воздух внизу дрогнул.

Пространство разорвалось. Вечное пламя вспыхнуло прямо перед ее вытянутой ладонью.

Толпа удивленно ахнула и зашепталась. Даже ректор, стоявший неподалеку, кажется, приподнял бровь. И в начавшейся суматохе Алькор, не мигая следивший за каждым ее движением, был, кажется, единственным, кто заметил, как после закрытия портала из ее носа потекла струйка крови.

— Да что там происходит, бездна их всех подери?!

Он решительно двинулся к выходу с галереи.

Надо забрать ее оттуда и отнести в медпункт прямо сейчас.

Но не успел он сделать и двух шагов, как прямо за спиной Виолки разверзлась огромная черная воронка, сочащаяся Скверной.

Навыки боевика сработали мгновенно, вытеснив панику ледяной яростью:

— Немедленно откройте дверь! — рявкнул Рейнер, бросаясь к дежурному магу. — Готовьте боевой отряд! Лука, за мной!

Но дорогу ему преградил Лазар Алькор:

— Тихо. Остынь, — пугающе ровно прозвучал голос отца.

— Там Скверна! — Рейнер попытался отшвырнуть руку, но Лазар вцепился в его плечо мёртвой хваткой.

— Я тоже заметил, — хмыкнул он.

— Нам надо закрыть портал и вытащить Элиру! — Рейнер рванул вперёд, но отец снова остановил его.

— Зачем? Это же герметичная антимагическая комната, — холодно отчеканил Алькор-старший. — Зачем нам рисковать Паладинами, открывая двери? Портал просто сожрёт девчонку, после чего схлопнется, не найдя больше пищи. Скверна оттуда не выберется. Нет ни одной причины рисковать нашими людьми.

— Что ты несёшь?! — прорычал Рейнер, чувствуя, как реальность трещит по швам. — Она гражданская! Она студентка! Мы обязаны…

Один из магов, сидевший в администрации, уже подлетел к Эдгару Веймару и отчеканил:

— Господин ректор! Господин Алькор! Уровень угрозы критический. Это портал с миазмами, максимальная категория!

Ректор, стоявший чуть в стороне, мрачно кивнул, соглашаясь с Лазаром:

— Вы правы. Это наименьший вариант жертвы.

Рейнер онемел и медленно повернул голову к стеклу.

Внизу, в ловушке без выхода, Элира, пошатываясь, стояла один на один с расползающейся скверной.

Лазар Алькор посмотрел вниз и коротко усмехнулся:

— Ну, посмотрим, — бросил он. — Если она сильная магичка, может, и одна вытянет. Делаем ставки, господа?

Глава 61.2

Рейнер

Делаем ставки?

После этих слов внутри Рейнера что-то с хрустом надломилось. Последний барьер пал.

Весь его выверенный план рассыпался в прах. Какая разница, будет ли отец издеваться над Элирой дальше? Достанет ли он их через год или через десять? К бездне всё, если прямо сейчас её сожрет Скверна!

Изображать холодность больше не имело смысла. Если он не вмешается сию же секунду, терять ему будет нечего.

Рейнер развернулся и зашагал к лестнице.

— Остановись. — Холодный голос отца разрезал тишину галереи.

— Нет, — бросил Рейнер, не сбавляя шага и не оборачиваясь.

Воздух мгновенно уплотнился. На плечи навалилась свинцовая тяжесть. Лазар ударил расчетливо: ровно так, чтобы сын рухнул на колени и вспомнил своё место. Это была порка напоказ, вжать его в пол перед всей Академией, как нашкодившего пса.

Раньше Рейнер бы упал. Раньше липкий, вбитый с детства животный страх парализовал бы его. Но сейчас внутри полыхала только ярость.

Он даже не дрогнул. Колени не подогнулись. Рейнер лишь замер, вполоборота развернулся к отцу, потянулся к гудящему от мощи резерву и ударил в ответ.

Невидимая волна с треском, похожим на удар хлыста, пронеслась по галерее. Лазара отшвырнуло назад, он едва устоял на ногах. Удивление на лице отца тут же сменилось бешенством:

— Ах ты щенок! — выплюнул он, вскидывая руку.

Горло Рейнера сдавило железной хваткой. Воздух застрял в легких. Лазар душил чистой магией, привычно перекрывая кислород.

Рейнер скрипнул зубами. Он больше не тот беспомощный мальчишка. Короткое усилие воли и удавка на горле лопнула, разорванная встречным потоком силы.

Лазар тут же сменил тактику. Выставив ладонь, он прошептал:

— Вода.

Пространство над головой Рейнера разошлось, выпуская ледяной ревущий поток, способный размазать человека по камню.

Но вода не долетела.

Рейнер встретил стихию жестким щитом левитации. Поток разбился о невидимую преграду, брызнув в стороны с такой силой, что зрителей окатило с ног до головы.

Толпа взвизгнула. Студенты отхлынули, началась паника. Ректор попятился, вжимаясь в стену. Несколько паладинов, пришедших вместе с Алькором, инстинктивно схватились за оружие, но ни один из них не сдвинулся с места. Встать между двумя Алькорами означало подписать себе смертный приговор. Галерея превратилась в арену, в центре которой остались только отец и сын.

Рейнер не стал открывать портал, а просто ударил левитацией, но со всей массой резерва, вкладывая в жест годы накопленной ненависти.

Воздух загудел. Лазара смело, как тряпичную куклу. Он пролетел несколько метров, снес спиной стулья и с грохотом рухнул на пол.

И тут же вскочил на ноги. От аристократичной маски не осталось и следа, глаза горели маниакальной злобой. Пространство вокруг него пошло рябью, уплотняясь от магии.

Вряд ли решится убить, холодно подумал Рейнер, глядя, как отец собирает силу. Но покалечит в назидание — несомненно.

Ждать он не стал. Память о том, что отец сделал с Тареном, обожгла сознание. Рейнер резко выбросил руку вперед:

— Мир 1085. Вечное пламя.

Пространство вокруг Лазара лопнуло.

Четыре портала вспыхнули одновременно: спереди, с боков и за спиной, беря отца в огненное кольцо. Из разломов с ревом вырвались струи пламени. Алькору-старшему пришлось судорожно отступить в самый центр ловушки, чтобы синие языки не сожгли лицо.

Лазар замер. Огонь гудел в сантиметрах от кожи, выжигая кислород. Стоило дернуться или попытаться открыть встречный проход, как нестабильная магия сожгла бы его заживо. Пламя лизнуло рукав дорогого пиджака. Ткань затлела, потянуло едким запахом паленой шерсти и плоти. Лазар скривился, прижимая обожженную руку к груди.

Впервые на его лице не было насмешки. Там читалось абсолютное, шокирующее неверие. Он вдруг понял, какой мощью на самом деле обладает его сын.

Тяжело дыша, Рейнер смотрел сквозь синее марево в глаза своему личному чудовищу. Затем перевел взгляд на стекло. Внизу Элира из последних сил отступала от черной лужи. Она была жива, но времени почти не оставалось.

Рейнер шевельнул пальцами, и огненные стены придвинулись ближе. В глазах отца мелькнул неподдельный страх.

— Последний шанс, — процедил Рейнер сквозь шум пламени. — У меня нет времени. Либо стой тихо и не мешай, либо сдохни и сделай всем одолжение.

Лазар стоял, не смея шелохнуться.

— Я больше

Он разжал кулак, сопротивляясь искушению поступить с отцом так же, как тот с Тареном и псом. Но сейчас важнее Элира. Убедившись, что Лазар загнан в угол, Рейнер развернулся спиной к огню, в два шага преодолел расстояние до лестницы и бросился вниз.

Глава 62

Лука

Лука ринулся следом за Рейнером, и подскочил к проёму. Из щели ему в лицо тут же ударил тошнотворный, гнилостный запах скверны. Там, внутри, вампир увидел Элиру.

В её глазах не было ни паники, ни страха. Лука замер, поражённый: он никогда прежде не видел у неё такого взгляда. Это был взгляд человека, готового умереть. Абсолютно ясный, принимающий неизбежное, но яростный. Она собиралась драться до последнего вдоха. Безоружная, выжатая до дна, она всё равно была готова дать отпор.

От этого отчаянного мужества у вампира сжалось сердце, а следом ледяной ужас парализовал мысли. Если бы только она была полна сил! Если бы её гигантский резерв был цел, она бы выстояла. Даже с таким чудовищным порталом она бы смогла! Но Элира была пуста. И если она сейчас умрёт… Если Рейнер погибнет, пытаясь её спасти…

Всё это будет лишь его вина.

Лука Несколько месяцев назад

Лука стоял, прислонившись к каменной стене, и смотрел, как маленькая птица прыгает по снегу. Она оставляла крошечные следы, пытаясь проклевать мёрзлую землю. Не найдя ничего съестного, птица вспорхнула и легко перелетела через высокий забор. Вампир с тоской посмотрел, как она свободно покидает территорию Академии и исчезает вдали.

Не успел он проводить её взглядом, как сбоку донеслись сдавленные всхлипы и торопливые шаги. Лука резко обернулся.

Из-за угла здания показалась девушка. Спрятав лицо в ладонях, она привалилась к стене и горько заплакала. Из-за своего состояния она не сразу заметила вампира, а Лука успел её разглядеть: светлые кудри, идеально сидящая форма, подчёркивающая тонкую талию. Студентка, явно аристократка.

Лука кашлянул, давая о себе знать, чтобы не напугать её внезапным появлением.

Девушка вздрогнула и вскинула голову. На него уставились огромные, покрасневшие от слёз глаза. Она шмыгнула красным носом и втянула воздух:

— Ой, простите! Я вам помешала!

— О нет, что вы. — Лука сделал уверенный шаг вперёд, достал из кармана чистый хлопковый платок и протянул ей, — вот, возьмите.

Кажется, её звали Сесиль. Выпускница, с которой он никогда раньше не общался. На секунду Лука задумался, как лучше поступить: тактично уйти, дав ей выплакаться, или притвориться участливым и спросить, что случилось?

Но Сесиль, торопливо обтерев лицо, заговорила первой:

— Спасибо… спасибо вам огромное. Простите за эту слабость. Я была в таких расстроенных чувствах, не хотела, чтобы другие студенты видели. И совершенно не знала, что мне делать… — затараторила она, явно пытаясь завязать диалог.

Теперь уйти было невежливо. Лука мысленно вздохнул и, автоматически натянув привычную маску учтивости, мягко произнёс:

— Ну что вы. Мне очень жаль, что вы так расстроены. Я могу чем-то помочь?

— О нет, боюсь, мне уже никто не поможет. — Она снова спрятала лицо в платок, и её плечи затряслись.

Несколько секунд Сесиль просто плакала. Затем, собравшись с силами, подняла на него глаза и выпалила:

— Понимаете, всё дело в том, что человек, которого я люблю… женится на другой женщине. И я никак не могу на это повлиять.

— Печальная история, когда тот, кого мы любим, не отвечает взаимностью, — философски заметил Лука, переминаясь с ноги на ногу. Пора было сворачивать этот разговор.

— О нет! Он не любит её! — вспыхнула студентка, взмахивая руками. — Его женят насильно, по договорному браку! И на ком? На резервнице, которая знать его не знает!

Внутри Луки неприятно кольнуло. Он начал догадываться, о ком идёт речь, и искренне надеялся, что ошибается.

— Рейнер… — снова всхлипнула Сесиль. — Его женят на моей соседке, Виолке.

Она снова разрыдалась, а вампир тяжело вздохнул. Теперь он был обязан выслушать студентку, чтобы понять, не навредят ли эти истерики и дальнейшие слухи планам семьи. Лука знал, что Алькор-старший ищет Рейнеру сильную пару, выбирая между знатной кровью и большим резервом. Но неужели решение уже принято?

— Морен, мой профессор, проболтался, — продолжала Сесиль, хотя Лука ни о чём не спрашивал. — Сказал, что если бы не Элира, следующей претенденткой была бы я! Мне не хватило совсем немного магии! Я слабее, это правда, но она ведь просто резервница! — Сесиль вспыхнула. В одно мгновение её жалостливое лицо исказилось, в нём проступила ярость. — Теперь я не знаю, что делать! Никто не в силах мне помочь, а ведь я искренне люблю его, я могла бы сделать его счастливым. Я тоже достойна!

Лука посмотрел на отчаявшуюся студентку, на то, как она злится, плачет и страдает от бессилия, не способная изменить навязанную судьбу. И внутри у него вдруг заныло от знакомого чувства:

— Да, бывают такие обстоятельства… — голос дрогнул. Он отвернулся от Сесиль, неожиданно проваливаясь в собственные тяжёлые мысли. — Такие, на которые мы не можем повлиять, но которые определяют всю нашу жизнь. Иногда мы бессильны и должны просто смириться. — Вампир уставился на высокий забор. Туда, куда упорхнула свободная птица.

— Говоришь так, будто тебе это знакомо, — тихо отозвалась Сесиль.

Всё ещё глядя за пределы Академии, Лука ответил почти автоматически:

Глава 62.1

Лука несколько месяцев назад

Лука сидел в своей комнате без окон и нервно постукивал пальцем по столешнице.

Додуматься же! Предложить ему такое! Как она рискнула? Как не испугалась, что он прямо от стен Академии пойдёт к ректору и сдаст её с потрохами?

Лука качнулся на стуле, резко опустился и со злостью ударил кулаком по столу:

— Но я же не пошёл, — в тишине комнаты собственный шёпот прозвучал жалко.

Почему уже третий день из головы никак не выходили слова Сесиль? План, который она так уверенно вывалила, был абсолютно нежизнеспособным. Высосать магию из самой сильной студентки Академии так, чтобы этого никто не заметил? А потом надеяться, что Сесиль, став женой Рейнера, на радостях выпишет вампиру вольную?

Всё это походило на детский лепет, который развалится на первом же этапе.

Что будет, когда Элира завалит экзамен? Она ведь тут же поднимет крик, заявит, что магия у неё была, и

Второй, не менее важный вопрос, как обезопасить себя от того, что Сесиль не сдержит слово? Да даже если сдержит, неужели Лазар Алькор послушает какую-то девчонку? Нет, он не станет никого слушать. Статус жены его сына абсолютно никак, не защитит Луку. Лазар просто порвёт её прошение, а вампира уничтожит.

И тем не менее…

Лука встал, запустил пальцы в волосы и с силой помассировал виски. И всё же уже третий день он беспрестанно думал о том, что услышал. Он не доложил о заговоре ректору. Он ничего не сказал Рейнеру. Он жалел о той встрече с Сесиль. Эта девчонка взбудоражила в нём те чувства и ту странную, мимолётную надежду на спасение, которых он старательно избегал. Всё это недовольство тлело в нём годами, но именно её слова стали той маленькой искрой, что разожгла настоящий костёр.

Вампир тяжело опустился на край кровати и тут же снова вскочил, не в силах усидеть на месте.

Если он не сделает этого, если откажется, то продолжит всю жизнь быть привязанным к семье: выполнять каждую их прихоть, быть просто вещью. А если согласится и провалится, в худшем случае его казнят. Но смерть вдруг показалась не такой уж страшной по сравнению с мыслью о том, что так, в рабстве, он проживёт всю оставшуюся жизнь.

Мысль закрутилась, выискивая лазейки. А что, если Сесиль подпишет магический контракт? Договор, в котором она распишется как Сесиль Алькор. Это нерушимый документ. Как только она выйдет замуж и действительно войдёт в род, бумага вступит в силу.

С этим контрактом он сможет пересечь границу. Там, в другой стране, это будет весомый документ. Ведь он собственность не лично Лазара, а семьи Алькор. Подпись члена семьи легитимна. Если он сбежит за море, вряд ли Алькор-старший станет убивать жену собственного сына и поднимать международный скандал из-за беглого вампира. Рисковать политическим весом ради слуги? Нет, Лазар слишком практичен для этого.

План обрастал плотью. Так у него могло бы получиться.

Но тогда почему не пойти простым путём? Почему не попросить такую бумагу у Рейнера? Лука горько усмехнулся. Нет. Рейнер никогда не пойдёт против воли отца.

А эта девчонка, Элира? Может она сможет ему помочь? Лука её знать не знал. К тому же магический контракт могут заключать только аристократы. Пока она не станет официальной женой Рейнера, она вообще не сможет дать ему эту бумагу.

Выходило, что Сесиль единственная, кто действительно может помочь ему получить свободу.

Если она согласится на магический договор, они станут повязаны. Документ с её именем будет у него на руках. И если она решит его предать или кому-то проболтается, он сможет её шантажировать. Или, по крайней мере, потопить вместе с собой. Так всё становилось намного безопаснее.

В тесной комнате Лука чувствовал себя зверем в клетке.

Хорошо. Контракт защитит его от Алькоров. Но всё ещё оставался вопрос, что делать с Элирой?

Она провалит экзамен и тут же потребует комиссию. Он не успеет даже покинуть Академию до того, как начнётся разбирательство. Риск потерять голову раньше, чем он доберётся до границы, был колоссальным.

Значит, нужно сделать так, чтобы Элире никто не поверил. Чтобы её слова сочли бредом, а саму её человеком. В голове щёлкнуло: он понял, что именно нужно сделать с девчонкой.

Не ожидая от себя такого, вампир решительно подошёл к двери и распахнул её. Всё ещё до конца не веря в то, на что решился, он шагнул в коридор. Ему нужно было найти Сесиль.

* * *

Поразительно, как быстро Сесиль смогла сделать всё, о чём он просил. Она нашла правильную форму для магического контракта, грамотно прописала все условия, поставила подпись и отпечаток.

Лука молча смотрел на Сесиль, которая сидела за его столом и аккуратно складывала плотный пергамент в конверт:

— Это всё, — сказала она, протягивая ему документ. — Теперь, как только я стану Сесиль Алькор, ты свободен. Можешь уезжать, делать что хочешь. Думаю, это сработает.

Она коротко закивала, словно убеждая саму себя, и Лука машинально кивнул в ответ. Он был уверен в том, что эта бумага поможет ему спастись.

Глава 62.2

Лука несколько месяцев назад

Карета мягко покачивалась, увозя его всё дальше от стен Академии. Лука сидел, вальяжно откинувшись на бархатную спинку.

Ректор отправил его в Велимор, вернуть Рейнера и сбежавшую резервницу. И это было любопытно. Забавно даже. Сесиль с таким презрением называла свою соседку тихой, удобной, бесхребетной мышью, а та вдруг сбегает на Северном экспрессе, наплевав на правила и долг. Смело. Отчаянно. Даже захотелось посмотреть на неё вживую.

Карета дернулась и остановилась. Снаружи под тяжелыми копытами мехолошадей громко заскрипел снег. Лука распахнул дверцу и спустился на землю.

И тут же замер.

Ледяной ветер ударил в лицо, растрепав волосы, но вампир этого даже не заметил. Перед ним стеной стоял Велимор. Необъятные стволы уходили куда-то высоко в небо, превращая карету рядом с ними в крошечную игрушку. Воздух здесь был совсем другим, он пах хвоей и смолой.

По коже пробежали мурашки. Лука медленно выдохнул, чувствуя, как внутри что-то сжимается от восторга.

Это был его первый выезд. Впервые в жизни он находился за пределами поместья Алькоров или территории Академии один, без надзора хозяев. Когда никто не контролировал его и не отдавал приказов. Вокруг раскинулся огромный, невероятный мир, который он никогда не видел, но которого так сильно желал.

Рука уже привычно потянулась к груди, туда, где под плотной тканью пиджака скрывалась их с Сесиль тайна. Там лежал магический контракт.

Глядя на эти бесконечные деревья, Лука кивнул сам себе и нащупал сквозь одежду жесткий пергамент. Он всё сделал правильно. Остаться послушной собачкой Лазара, прожить свою вечность в клетке, так и не узнав, что скрывается за этими лесами, за морем, за горизонтом? Нет. Он изменит свою жизнь, чего бы это ни стоило.

— Господин, — раздался хриплый голос неподалеку.

Лука моргнул, стряхивая оцепенение, и перевел взгляд. У обочины топтался торговец в толстом тулупе. На его грубо сколоченном лотке лежали разные сувениры для приезжих. Лука подошел ближе. Его взгляд сразу же зацепился за круглую металлическую брошку с рельефным узором Велиморского леса.

Он осторожно взял её и провел большим пальцем по холодной стали.

— Пять виолов, — тут же засуетился торговец.

Лука молча расплатился, прикрепил брошь на лацкан пиджака, спрятав под

Раздался протяжный гудок, вампир откинул с лица прядь волос и посмотрел на перрон. Паровоз уже прибыл. Рейнер с резервницей, скорее всего, наверху, на платформе.

Быстро поднявшись по огромной железной лестнице, он заметил крошечное деревянное здание касс и решительно направился к нему.

Внутри было тепло и пахло дешевым чаем. Сначала Лука заметил мужичка за стойкой, громко прихлебывающего из дымящейся кружки, а потом Рейнера рядом с резервницей.

Ну вот и нашел. Приближаясь, Лука натянул вежливую улыбку.

Алькор сидел на скамейке, намертво вцепившись в запястье своей спутницы. А она... Вампир слегка склонил голову набок, изучая. Резервница сидела сжавшись и испуганно покусывая губу. Но в её глазах не было покорности. Это был взгляд загнанного зверя, который дошел до предела.

Сесиль явно ошиблась в том, кем считала свою соседку. Впрочем, это не имело значения и уже ничего не меняло. Хотя, конечно, было бы куда проще никогда с ней не знакомиться. Просто приходить ночью, тянуть магию из безликой спящей студентки и уходить, ни о чем не думая.

— Столько женщин за тобой бегают, а ты не знаешь, как с ними обращаться, — хмыкнул Лука, протягивая резервнице руку. — Хотя, есть и умные, что убегают от тебя куда подальше.

Она ухватилась за его ладонь ледяными пальцами. От этого судорожного, дрожащего касания вампира вдруг прошибло странным осознанием. Он смотрел в её глаза и безошибочно узнавал в них собственное отражение. Резервница была загнана в ту же самую ловушку. Ее сковывала такая же глухая, всеобъемлющая безысходность. Они оба были пленниками системы, отчаянно пытающимися вырваться из чужой клетки.

Ему вдруг стало невыносимо жаль, что они встретились. Что слепая «мишень» обрела живое лицо и заледеневшие от страха руки. Теперь ему предстоит уничтожать ту, кто так похож на него самого.

Лука мягко сжал ее пальцы. Жаль. Ему действительно безумно жаль, что свобода будет куплена именно такой ценой.

Но это ничего не изменит и он не отступит.

Глава 62.3

Лука несколько недель назад

Лука шел по коридору, слегка прихрамывая. Потянутая мышца ноги противно ныла. Алькор чуть не порвал ему связки, когда почти заставил сесть на шпагат. Видимо, так друг отомстил за то, что вампир влез в зал для медитаций в самый неподходящий момент.

Лука криво усмехнулся. Еще бы пара минут, и пришлось бы растаскивать эту парочку силой. Алькора и Виолку постоянно тянуло друг к другу, и ему приходилось из кожи вон лезть, чтобы вклиниваться между ними, ломать интимность и сводить всё к нелепым шуткам. Если они по-настоящему влюбятся, если между ними появится крепкая связь, план окажется под угрозой, а этого допустить было никак нельзя.

Вампир потер переносицу. Проблема заключалась в том, что он прекрасно понимал Рейнера.

Когда стараниями Сесиль Виолку выселили в общежитие для изгоев, всё стало только сложнее. Они оказались соседями. Лука помогал ей обустроиться, они чаще виделись и слишком много разговаривали. Вампир с ужасом понял, что эта девчонка ему нравится.

Она умела слушать, искренне улыбалась и умудрялась заботиться о других, оставаясь при этом поразительно сильной. Лука незаметно для самого себя привязался к ней. Такое нежное теплое чувство, от которого теперь всё внутренности скручивало тугим узлом вины.

Хотя в остальном план работал идеально. Сесиль даже перевыполнила свою часть сделки: её слухи о том, что соседка всех обманывает и является обычным человеком, разлетелись по Академии. Теперь никто не сомневался, что Виолка скрывает отсутствие магии. Если на экзамене она не сможет открыть портал, комиссия просто кивнет. Никто не будет искать вампира. Все поверят, что она с самого начала была пустышкой.

Всё было готово. Мешала только внезапно проснувшаяся совесть.

Лука коснулся пиджака и медленно провел пальцем по холодному рельефу спрятанной брошки.

Выйдя во внутренний двор, он направился к карете, стоявшей у ворот. Тарен, насвистывая какую-то простую мелодию, закидывал в задний ящик тяжелые свертки со снаряжением для тренировочного выезда.

Услышав шаги, оборотень повернулся, и его лицо озарилось широкой улыбкой:

— О, вампирюга! — Тарен подошел ближе и от души хлопнул Луку по плечу, да так, что тот едва не пошатнулся. — Ты чего такой хмурый? Давай, взбодрись!

Лука посмотрел в его веселые глаза и сглотнул. Тарен. Он ведь тоже не был свободен. Подчинялся ректору и паладинам, не имел права выбора, но при этом находил в себе силы радоваться жизни, искренне дружить с Рейнером, шутить и улыбаться. Он был счастлив даже в своей клетке.

Пальцы сильнее сжали металлическую брошь. Здорово, что оборотень может жить так даже в подобных условиях, но я не могу. И несмотря на то что, кажется, я привязался к ним обоим, я должен думать о себе. Обязан спастись. И ради этого, можно переступить через эти неуместные и совершенно ненужные чувства.

— Хватит стоять столбом, — добродушно хохотнул Тарен, кидая вампиру в руки туго набитый мешок. — Помогай грузить, а то до ночи провозимся!

Лука выпустил брошку, поймал тяжелый сверток и, натянув на лицо свою привычную легкую полуулыбку, пошел к карете.

Глава 62.4

Лука несколько недель назад

Лука сам не понял, как сорвался с места. Он побежал вперед, не обращая внимания на крутой склон оврага.

Только что они с Тареном стояли и наблюдали за тренировкой, а в следующую секунду прямо над ущельем с треском раскрылся огромный черный портал и пласт снега вперемешку с шипящей скверной рухнул вниз. Алькора и Виолку завалило. Погребло под тоннами льда и камней.

Лука бежал вперед, не понимая, смогли ли Рейнер с Элирой укрыться или остались лежать там, под снегом. Коснулась ли их эта дрянь? Живы ли они?

Они с Тареном одновременно подскочили к краю оврага. Лука тут же вскинул руку, начав втягивать энергию портала в себя. Тарен, уже перекинувшийся в стихийное обличье, несколько секунд метался вдоль рыхлого, перепачканного скверной снега. Выставлял руки вперед, пытаясь управлять землей и поднять камни, но всё было тщетно.

— Я не могу это сдвинуть! — прорычал оборотень. В его взгляде Лука увидел панику. — Разрыв слишком большой, чтобы их достать, нам нужно его закрыть. Я за Варданом!

Он сорвался с места и кинулся в сторону леса. Лука только коротко кивнул, глядя на зияющую черную дыру, висящую над обрывом. Вампир тянул из неё магию, но мог

Лука до хруста стиснул зубы. Вязкая мощь скверны ударила по телу, обожгла вены и начала заполнять его изнутри. Тянуть силу из других магов было приятно, словно пить что-то свежее, чистое, яркое и переливающееся. Но тянуть энергию из портала со скверной было всё равно что глотать липкую, гниющую, черную жижу. Она обволакивала внутренности, забиралась под кожу, касалась каждого органа и, казалось, булькала прямо в крови.

Лука захрипел и поднял руку выше, впитывая всё больше.

Только бы они были живы.

Вампир лихорадочно пробежался глазами по снегу. Не увидев ничего, кроме камней и черных луж, почувствовал, как внутри поднимается паника. Как мы с Сесиль реализуем план, если они сейчас умрут? Лука с ненавистью посмотрел на портал.

Время растянулось. Казалось, этому не будет конца. Резерв был почти заполнен, тело начала сотрясать крупная дрожь. Ещё немного и резерв переполнится. Тогда он умрет. Но пугала Луку не смерть, а то, что без него Рейнеру и Элире тоже придет конец. Кто спасёт их? Успеет ли Тарен?

Сколько я здесь уже стою? Прошли минуты? Или часы? Небо потемнело, но Лука заметил это только сейчас.

Очередной поток силы ударил в ему грудь и сжал горло. Стало тошнить, голова закружилась и перед глазами появились яркие образы. Рейнер, с его вечно недовольным лицом и закатанными глазами. Элира, с её внимательным взглядом и тихим смехом. Их голоса. Обрывки фраз. Как они спорили. Как учились понимать друг друга. Как постепенно приняли и его. Рейнер и Элира. Его друзья, единственные близкие люди. Семья.

Неужели он так надрывался сейчас и готов был рискнуть жизнью только для того, чтобы потом предать их и уйти?

Лука сморгнул слезинку, чтобы лучше видеть пульсирующий портал, который всё продолжал извергаться скверной.

Нет. Конечно дело было не в побеге. План, который казался спасением, вдруг стал чужим. Липким, грязным, разъедающим изнутри, как та скверна, что он втягивал. Мысль о предательстве комом встала в горле, не давая вдохнуть. Он не хотел этого. Не мог.

Пусть Рейнер станет полноценным магом, а Элира закончит обучение и получит свой диплом. Пусть они будут свободны. Будут вместе. Пусть живут так, как сами решат. А он… он останется рядом. Лишь бы они были живы.

Пожалуйста.

Просто, пусть они будут живы.

Эта единственная мысль билась голове, не давая Луке опустить руку. Он не мог допустить, чтобы с этими двумя что-то случилось. Только бы они были живы!

Когда за спиной наконец раздались тяжелые шаги, Лука уже почти ничего не видел. Казалось, скверна настолько переполнила его резерв, что стояла прямо перед зрачками, затапливая мир темнотой.

Голова плохо соображала. Сквозь липкую пелену боли он услышал несколько голосов: один принадлежал Тарену, второй Вардану, а третий, еще одному незнакомому паладину. Видимо, Тарен понял, что с разрывом не справится даже вдвоем с магом, и привел подмогу.

Уже не понимая, что происходит вокруг, Лука только смотрел на свою трясущуюся кисть, которая упрямо продолжала впитывать магию. Потеряв счет времени, он просто продолжал стойко терпеть, высасывая из разрыва всё, что мог.

Наконец пространство содрогнулось, и портал исчез.

Лука, тяжело, со свистом переводя дыхание, смог опустить руку. Оглушительный треск разрушающегося камня заставил его вздрогнуть. Тарен пробил завал.

Вампир мгновенно кинулся в открывшийся пролом. Глаза лихорадочно заметались по темной пещере и наткнулись на две фигуры.

Рейнер и Элира. Живые! Целые.

Всю оставшуюся дорогу до кареты, глядя на то, как эти двое жмутся друг к другу, Лука думал лишь об одном. Он не сможет опустошить резерв Элиры и просто не хочет этого делать.

Он поплатится за это свободой, останется в семье Алькор. Но не будет предавать их. Лука кивнул собственным мыслям.

Остается лишь надеяться, что однажды Рейнер станет главой и такому человеку он будет готов служить.

Глава 63

Лука несколько дней назад

В комнате было темно и тихо. Элира лежала на кровати, тяжело дыша во сне, а Лука сидел на стуле, почти сливаясь с тенями. Он не сводил глаз с её бледного, измученного лица и разметавшихся по подушке волос. На шее и ключицах Виолки всё ещё виднелись жуткие темные следы, проступившие после того, как Лазар едва не убил её.

Вампир зажмурился и судорожно сглотнул. Сцена расправы над Тареном снова вспыхнула в памяти. Оборотень, умевший смеяться даже в клетке, был мертв. Уничтожен просто потому, что оказался не нужен хозяину.

Алькор-старший не остановится ни перед чем. Перешагнет через чужие жизни, не задумываясь. Если Элира сдаст этот проклятый экзамен, станет полноправным магом и войдет в их семью, то Лазар просто сотрет её в порошок. В следующий раз метки на её коже могут оказаться смертельными. А Рейнер? Он не перенесет ещё одной потери.

Лука открыл глаза и потер виски.

Каким же глупцом он был, когда решил, что Рейнер сможет противостоять отцу! Алькор-старший сломает всех. Единственный способ спасти Элиру — это сделать её человеком.

Лука медленно поднялся со стула и подошел к кровати.

Да, он разрушит её мечты. Но она будет жива! Уедет из Академии, спрячется где-нибудь и проживет долгую, спокойную жизнь. Рейнер сможет жить дальше, если будет знать, что она жива и в безопасности. А Лука... спасет себя, избежит участи Тарена и наконец получит свободу. Сделка с Сесиль больше не казалась просто планом побега, теперь она стала единственным шансом спасти их всех.

Вампир наклонился над Виолкой:

— Прости меня, — едва слышно шепнул Лука в темноту, и магия полилась в него послушной, чистой рекой.

Лука

Запах Скверны ударил в нос, безжалостно вырвав Луку из воспоминаний. Вампир моргнул, возвращаясь в реальность. Прямо сейчас, на его глазах, огромный разрыв исторгал из себя расползающуюся черную жижу.

Он смотрел, как Элира, обессиленная, лишенная магии, держится из последних сил, отступая от Скверны. Как Рейнер, готовый на всё ради любимой, закрывает её собой. Внутри всё оборвалось.

Как же жестоко я ошибся.

Я думал, что, лишив Элиру магии, уберегу её от гнева Алькора. А вместо этого сделал абсолютно беззащитной перед Скверной.

Если они сейчас погибнут, это будет только моя вина. Я не поверил в друга. Был уверен, что Рейнер никогда не справится с отцом, и самонадеянно решил, что для Элиры будет лучше стать человеком. Я так отчаянно пытался спасти себя и вытащить их, что в итоге подвел всех. Совершил роковую ошибку. Предал.

Но пока они живы, всё ещё

В ушах зазвенело. Вампир сорвался с места.

Одним прыжком оказавшись возле друзей, он заслонил их. Встав напротив портала и резко вскинув руки, стал жадно вытягивать магию из разрыва, стремительно заполняя свой резерв.

В тот же миг от разрыва прямо ему в грудь отлетела крупная капля черной жижи. Зашипела, плавясь, металлическая брошь Велимора. Едкая слизь добралась до внутреннего кармана, прожигая пергамент с договором Сесиль, и безжалостно впилась в плоть.

Лука посмотрел на свою грудь и стиснул зубы от невыносимой боли, но рук не опустил. Лишь криво усмехнулся. Забавно. Скверна только что сожрала его последний шанс на побег. Но несмотря на это, именно сейчас, с пылающей раной на груди и без малейшей надежды спасение, он впервые почувствовал себя по-настоящему свободным. Больше не нужно предавать, обманывать и притворяться. Не нужно бежать и бояться. Он сам, по своей воле, решил защитить друзей. И он может это сделать!

Лука поднял глаза к порталу и неотрывно посмотрел в зияющую черную дыру. Я всё исправлю. Даже если придется выпить эту дрянь до последней капли! Я смогу их защитить!

глава 63.1

Элира

Тёплая капля щекотнула верхнюю губу. Я провела пальцем по лицу, размазывая липкий багровый след. Кровь из носа всё не останавливалась, пока я отчаянно пыталась нащупать в себе хоть какие-то жалкие остатки резерва.

Ноги дрожали так сильно, что приходилось до боли напрягать мышцы, лишь бы не осесть на пол. Перед глазами вспыхнул день на ярмарке, когда я впервые увидела разрыв: как присела, сжалась и в панике закрыла уши руками. Сейчас до безумия хотелось сделать то же самое.

Но было нельзя. Я заставляла себя стоять.

Незнакомый удушливый запах скверны ударил в нос, заполз в горло и надавил на лёгкие. Глаза заслезились.

Огромная чёрная дыра, зависшая посреди экзаменационного зала, пульсировала, как живое гниющее сердце. Скверна, сочившаяся из неё, вела себя иначе. Обычно она тянулась медленно, давая шанс отступить, и двигалась словно без цели. Но эта тварь бросалась на нас, выпрыгивая из луж и целясь безошибочно. На груди Луки уже зияла рана.

У скверны явно имелись воля и план. Она охотилась.

— Дверь! — выдохнул вампир, но было поздно.

Черная жижа мыслила поразительно логично, и это пугало до дрожи. Стоило Рейнеру с Лукой ворваться в зал и распахнуть массивные створки, как тварь моментально среагировала. Густые щупальца взметнулись и с мерзким чавканьем устремились к дверям, отрезая единственный путь к отступлению. Эта дрянь больше не стелилась по полу. Она карабкалась по гладким стенам до самого потолка, оплетая помещение, словно гигантская липкая паутина.

— Назад, назад! — Рейнер отступил, тесня меня к стене и позволяя Луке отойти от разрыва.

Омерзительная черная сеть разрасталась на глазах, сжимая пространство. Каждая капля, сорвавшаяся с её нитей, каждое прикосновение к ним, грозили растворить кожу и прожечь плоть до костей. Скверна превращала зал в смертельное логово, безжалостно загоняя нас в угол.

Бежать было некуда. С этим разрывом определённо было что-то не так.

Впереди глухо вскрикнул Лука, зашипев от боли. В него снова ударил поток скверны. Я увидела его содрогающуюся спину и прожженную грудь. Вампир стоял между нами и порталом, принимая удары на себя и жадно втягивая смертельную энергию. Он рисковал жизнью. Ради меня.

Он вытянул мою магию, собирался предать, но сейчас… сейчас он добровольно принимал в себя смерть, чтобы выиграть для нас еще несколько секунд. Кожа Луки на глазах теряла остатки человеческого цвета, становясь мертвенно-серой. Ещё пара капель этой дряни и его резерв переполнится. Он просто разорвется изнутри. Я сглотнула подступивший к горлу ком. Что бы вампир мне ни сделал, я не хотела, чтобы он умирал.

— Бездна! — выругался Алькор, и я перевела взгляд на него.

Рейнер открывал порталы в пустоту резкими, четкими взмахами рук, пытаясь защитить нас обоих от потока скверны. Мы не виделись несколько недель. Казалось, этот человек навсегда исчез из моей жизни, а сейчас я могла просто дотянуться до его плеча. Рейнер стоял совсем близко, тяжело дыша. На его бледном лице блестел пот.

— Не стой, Лира, пригнись! — рявкнул он сорвавшимся голосом и одним неуловимым движением откинул руку назад.

Прямо перед моим лицом вспыхнул щит из пустоты, сожравший метнувшееся ко мне щупальце. Я испуганно дернулась, отступая.

Алькор защищал меня. Только что, на моих глазах, он вступил в открытую схватку с собственным отцом, а сейчас рисковал жизнью ради моего спасения. Значит, я была права. Всё это время Рейнер избегал меня лишь потому, что отчаянно пытался уберечь от гнева Лазара.

И вот к чему это привело. Если ничего не изменить, они оба умрут из-за меня прямо сейчас.

Глава 63.2

Элира

— Лука, стой! — приказал Рейнер, шагнув к нему, но тут же отступив под напором черной жижи.

Вампир не подчинился Алькору и остался стоять, высоко подняв руку и не обращая внимания на дымящиеся раны.

Если он сейчас сдастся, мы все умрем. Пока Лука тянул в себя энергию разрыва, ослабляя его мощь, у Рейнера оставался хоть какой-то шанс. Открывая порталы в пустоту один за другим, он успевал защищать нас от потока скверны и в короткие перерывы пытался схлопнуть брешь.

Но даже так у него ничего не выходило.

Я же ничем не могла помочь: резерв был совершенно пуст, и все силы уходили лишь на то, чтобы не потерять сознание и не стать обузой.

Если вампир опустит руку, мощь разрыва возрастет, и эта дрянь хлынет сплошным потоком. Захлестнет с головой и мы просто утонем в скверне.

— Лука! Твою мать, хватит! — прорычал Алькор, и на его лице проступил чистый ужас.

Затравленно заметалась взглядом по комнате, пытаясь найти хоть крошечный шанс на спасение. Но защита зала сыграла с нами злую шутку. Антимагический купол не давал силе вырваться наружу, однако никак не мешал ткани пространства рваться здесь, внутри. И теперь мы оказались наглухо заперты наедине с чудовищем.

В надежде на чудо я вскинула глаза на балконы второго этажа, где всё ещё толпились люди: ректор, паладины, сильные маги. И тяжело сглотнула.

На долю секунды наши с Лазаром взгляды пересеклись. Он посмотрел вниз, на задыхающегося в скверне Рейнера, и его губы дрогнули в едва заметном, мстительном оскале.

Они не придут на помощь.

К Алькору-старшему уже подскочили подчинённые. Я не слышала их слов, но и так было ясно, что после всего того унижения, Лазар не бросится спасать сына. Пожертвует им

Студенты в панике разбегались. Ректор же не обращал на нас ни малейшего внимания. Паладины наверху просто ждали и решали, что делать с залом, но спускаться к нам точно не собирались. Куда вероятнее, что прямо сейчас кто-то ринется к двери и заблокирует выход снаружи, чтобы Скверна не добралась и до них.

Мы остались абсолютно одни.

Глухой, болезненный стон заставил меня снова обернуться к разрыву.

Рука Луки судорожно дернулась. Казалось, он уже потерял сознание и держался на ногах лишь из-за упрямства и воли. Его ярко-фиолетовые глаза потемнели, заволоклись мутной пеленой, а лицо перестало выражать хоть что-то, даже боль. Он застыл, как мраморное изваяние. И теперь всё выглядело так, будто не он поглощал энергию портала, а портал выедал его изнутри.

— Лука… — Рейнер откинул несколько черных щупалец, тянущихся к вампиру со спины.

Я до скрипа стиснула зубы, расправила плечи и шире расставила ноги, пытаясь удержать равновесие. Хватит. Хватит сжиматься и прятаться.

В висках пульсировало чёткое осознание: мы не справимся. Лука впитает ещё каплю этой дряни и умрёт. Я отключусь с минуты на минуту, а тех навыков, которыми сейчас владел Рейнер, недостаточно, чтобы закрыть подобную брешь в одиночку.

Если только…

Сквозь хаос и панику мысли вдруг прояснились. Бояться больше нечего. Мы либо победим, либо умрем. И в этом отчаянном, звенящем спокойствии я вспомнила, кем Рейнер стал в той жизни. В прошлой реальности, пусть и много лет спустя, он открыл немыслимый портал. Справился и стал величайшим магом поколения.

Я не знала деталей, ведь читала только сухие газетные вырезки. Но точно помнила, что это был за портал. Посмотрела на Рейнера. На его напряжённую спину, на отточенные движения. Пусть тогда он сделал это намного позже, но здесь и сейчас у него есть я. Это наша последняя надежда. Придётся рискнуть.

Сделала короткий шаг вперёд и уверенно опустила ледяную ладонь на его разгорячеённое плечо.

— Лира! — хрипло выкрикнул Алькор, оборачиваясь. В его глазах читалось отчаяние. — Беги к стене, уходи!

Упрямо мотнула головой:

— Нет, — мой голос прозвучал сипло и слабо, но абсолютно спокойно. — Я тебя не оставлю. И мы закроем этот портал прямо сейчас. Вместе.

Глава 64

Рейнер

Лука стоял всего в паре метров, но казался бесконечно далеким. Вампир больше не пытался уворачиваться или отбиваться, просто застыл с вытянутой рукой, словно статуя, которую медленно окутывали щупальца скверны. Липкая дрянь уже пропитала ткань брюк, плотным слоем облепила ноги и ползла вверх.

На глазах Алькора черная капля сорвалась с потолка и тяжело шлепнулась Луке на плечо, стекая на грудь, туда, где уже зияла дымящаяся дыра. Вампир даже не дрогнул. Его лицо превратилось в мертвую серую маску.

Рейнер ударил магией по щупальцу, обвившему ногу друга, но оно лишь плотнее сжалось, вгрызаясь в плоть.

Я теряю его. Я не могу его вытащить! Если Лука сейчас рухнет, мы умрем здесь. Все втроем.

На напряженное плечо легли холодные, чуть подрагивающие пальцы. Рейнер резко обернулся.

За спиной стояла Элира. Бледная до синевы, с размазанной по губам и подбородку кровью. Она тяжело дышала, с присвистом, но пальцы, вцепившиеся в ткань его формы, оказались неожиданно крепкими.

— Лира! — Голову Рейнера затопило отчаяние. Луку он уже не спасет, но, может, удастся вытащить отсюда хотя бы её! — Беги к стене, уходи!

Но Виолка лишь упрямо мотнула головой:

— Нет. Я тебя не оставлю. И мы закроем этот портал прямо сейчас. Вместе.

— Прошу тебя! — прорычал он, пытаясь стряхнуть руку, но она вцепилась лишь сильнее. — Уходи, Лира, спрячься!

Куда спрятаться? Он и сам понимал абсурдность своих слов. Двери намертво запечатаны скверной. Отец смотрит на них с балкона и не сдвинется с места. Бежать некуда, но, несмотря на это, ему так хотелось убрать Элиру подальше от разрыва, закрыть собой, подарить хотя бы лишнюю минуту жизни.

— Доверься мне. — Лира подалась вперед. Ее губы оказались у самого уха, обжигая кожу прерывистым горячим дыханием. — Я опишу тебе новый мир. А ты его откроешь.

Открыть новый мир? Вот так, наугад, без подготовки!? Мозг боевика отчаянно запротестовал. Это решение было не просто безумным. Оно было фатальным.

Неслучайно эта экзаменационная комната была абсолютно герметичной. Любой портал сначала проходил жесточайшую проверку, получал классификацию и номер, прежде чем его разрешали использовать. Годами маги разрабатывали свои миры вместе с кураторами, скрупулезно согласовывая каждую деталь. Одно дело, призывать порталы, которые уже существуют и предсказуемы. И совсем другое, пытаться нащупать в бесконечном хаосе вселенной совершенно новую, неизведанную реальность. Призвать её, удержать и слепо надеяться, что там не таится нечто страшнее самой скверны. Что-то такое, что вырвется наружу и уничтожит не только их троих, но и всю Академию. Весь их мир.

— Я буду направлять твои мысли, — сиплый шепот Элиры снова коснулся уха. — Я сама смогу его представить. Ты только впусти меня и дай силу, чтобы мы сделали это вместе.

Затравленный взгляд Рейнера заметался по комнате. Черная липкая паутина стремительно сужалась, отрезая последние свободные метры. Он изо всех сил старался не смотреть на Луку, прекрасно понимая, что от увиденного станет только хуже, но глаза против воли скользнули к другу. В вампире больше не осталось ни единого признака жизни. Он стоял, вытянув руку к разрыву, как безвольный живой щит, который почти полностью поглотила скверна.

Всё кончено. Он не смог его спасти. Теперь их осталось лишь двое, и то на считанные секунды.

Горло сдавило от невыносимой горечи. Как же Рейнер жалел, что не провел с Элирой эти последние недели! Что в попытках защитить её от гнева отца прятался, сбегал, игнорировал её. А ведь это могли быть их самые счастливые дни. Сколько раз он мог поцеловать эти упрямые губы, коснуться её теплой кожи, просто быть рядом. Впустую потраченное время, которого в итоге оказалось так ничтожно мало.

— Рейнер, доверься мне, — тихо повторила Лира. И её голос был пропитан абсолютной верой в него.

Но ведь и я могу ей верить!

Липкая паника схлынула, уступая место хладнокровной решимости. Они не погубят мир. Они справятся. Он верит ей и если Лира просит довериться в ответ, он сделает это без колебаний.

Пальцы правой руки сами потянулись к левому запястью. Ноготь подцепил металлическую бусину на браслете. Рейнер резко дернул её на себя. Бусина с тихим щелчком оторвалась, упала на каменный пол и тут же исчезла. Маленький черный язычок скверны метнулся к ней, жадно втащил в

Глава 64.1

Рейнер

Глухой барьер в сознании Рейнера, который он держал последние недели, рухнул.

Просто разлетелся в пыль. И в образовавшуюся брешь хлынуло чужое присутствие.

Ударило так, что выбило воздух из легких. Алькор судорожно вдохнул, только сейчас осознав, как же дико ему не хватало этого чувства. Пустота внутри исчезла.

Вместе с мыслями Элиры на него обрушились её ощущения. Во рту осел железный привкус крови. Мышцы свело судорогой, а в висках забил тяжелый, чужой пульс. Рейнер почувствовал, в каком плачевном, выжженном состоянии находился резерв Виолки, и его собственная магия испуганно дрогнула.

Но, несмотря на это, вместо ожидаемой паники он столкнулся с её ледяным спокойствием.

Его собственное сознание напоминало открытую пульсирующую рану из которой бесконтрольно сочился ужас. Взгляд был намертво прикован к застывшей фигуре Луки.

Рейнера затапливала вина. За то, что не спас друга, за то, на что обрек Элиру, за слабость перед отцом и неспособность защитить любимых. Он опять проиграл. Не уберег. Загнанный в угол, он балансировал на самом краю, едва удерживаясь, чтобы не сорваться в бездну отчаяния.

Эмоции походили на дикий, неконтролируемый пожар. Они обволакивали разум удушливым смогом. Застилали глаза, разъедали горло и напрочь лишали способности мыслить. Элира же, ворвавшись в его голову, стала хлестким порывом ветра. Она властно развеяла этот ядовитый дым, принеся с собой кислород.

Рейнер вдруг понял, что снова может дышать. Жадно втянув воздух, почувствовал, как медленно расслабляются сведенные судорогой плечи. Моргнул, только сейчас осознав, что перед глазами давно плясали мутные багровые пятна.

А Элира… Элира больше не боялась.

Её ужас сгорел там, перед открытым порталом. Сейчас же Виолка смотрела на надвигающуюся волну скверны с холодной сосредоточенностью.

«Я здесь», — прозвучал в мыслях её спокойный голос.

Рейнер едва заметно кивнул. Она и правда была здесь. Рядом. Внутри. Он знал это, чувствовал каждой клеткой.

Впервые за долгое время он был не один.

«Представь портал выше человеческого роста,» — голос Элиры прозвучал громко и четко. — «Представь, как из него выходят тени. Фигуры, способные прикоснуться к скверне. Взять её в охапку. Отшвырнуть назад».

Её слова были полны воли человека, который отказывается умирать. Но то, что она говорила!

«Тени, способные удержать абсолютный распад? Немыслимо. Не существует материи, способной пережить прикосновение скверны».

Рейнер повернул голову к Элире и заглянул ей в глаза. Они были полны решимости и уверенности. Если кто и мог найти в бесконечном лабиринте вселенных такой мир, то только она. Её феноменальный ум был способен и не на такое.

«Но смогу ли я открыть его?» — Разум боевика, мгновенно, на одних рефлексах просчитал вероятность провала.

«Я только получил магию. И то обрел её не сам, а благодаря Элире. Я не смог защитить мать, потерял Тарена, потерял Луку… Почти всех, кто был дорог. Если ошибусь... Если она зря поверила в меня, если магия дрогнет, резерв пошатнётся. Если силы не хватит и я не смогу представить то, что должен…»

«Ты всё сможешь».

Её слова будто перерубили натянутый трос. Спокойная теплая уверенность, заменила панику. Её вера.

В ту же секунду сверху раздался мерзкий влажный звук. Капля густой скверны сорвалась с черной паутины и шлепнулась прямо на плечо Рейнера, мгновенно прожигая ткань

Кожу разъело до мяса. Алькор стиснул зубы, не издав ни звука. Но Элира позади него резко, со свистом втянула воздух. Их связало так плотно, что физическая агония тут же ударила и по ней.

Времени больше не было. Скверна над ними сгущалась, готовая рухнуть сплошным потоком.

«Хорошо,» — Рейнер отвернулся от Лиры и посмотрел прямо во внутрь разрыва. — «Я верю тебе».

Он выставил вперед руку и закрыл глаза. Полностью, без остатка впуская в себя Элиру, отдавая контроль над сознанием.

Вместе со структурой портала, перед глазами замелькали обрывки газетных полос. Кричащие заголовки: «Сын Лазара Алькора... Новый, невиданный портал... Спасение студентов...» Он вдруг ясно увидел разлом в человеческий рост, из которого шагали фигуры, сотканные из густого, живого мрака. Сущности, бравшие скверну голыми руками.

Рейнер ощутил отголоски грандиозного триумфа, какого никогда прежде не испытывал. Эти воспоминания о нём были четкими, выжженными в памяти Элиры, хотя в этой жизни ничего подобного ещё не случалось.

Она не просто верила в него. Она знала, что он на это способен.

«Давай,» — скомандовала Лира.

Мышцы вытянутой руки окаменели. Рейнер напряг кисть. Под кожей вздулись сухожилия. Пальцы мелко задрожали от перегрузки. Магия взревела, обжигая каналы, и устремилась сквозь его тело.

Проедая плоть на левом плече, скверна шипела и пенилась, вызывая страшную жгучую боль. Но он игнорировал её. Сосредоточился лишь на пальцах Элиры, стискивавших его здоровое плечо, и на том, чтобы стать покорным проводником, вычерпывающим свой резерв до дна.

Воздух перед вытянутой рукой со стоном натянулся. Барабанные перепонки вдавило от чудовищного перепада давления.

А затем пространство с оглушительным треском лопнуло. И сквозь плотно сжатые веки Рейнер ощутил яркую синюю вспышку.

Глава 64.2

Элира

Я была внутри его разума. Опираясь на чужое, слепое доверие, смотрела на катастрофу словно со стороны. Ледяной контроль. Никакой паники. Я просто выстроила образ, вбила этот чертеж в сознание Алькора и направила его силу.

Вспышка.

Синяя, режущая глаза. Я зажмурилась, а когда зрение вернулось, забыла, как дышать.

Прямо в воздухе, в паре шагов от пульсирующего разрыва, лопнуло пространство. Образовался новый портал, и оттуда шагнули они.

Големы.

Огромные. Выше Рейнера. Без лиц, без шей. С неестественно длинными конечностями, которые оканчивались гибкими щупальцами. Големы казались сотканными из густого чернильного тумана. На первый взгляд, просто дым или тень. Протяни руку, и пальцы пройдут насквозь, не встретив сопротивления.

Неужели не получилось?

«Защищайте нас,» — мысленно выдохнула, — «ну же, пожалуйста!»

Рейнер тут же распахнул глаза, возвращаясь в реальность. Он выровнял стойку и громким, властным голосом отдал приказ:

— Защищать!

Тени сорвались с места. Их туманные тела оказались пугающе быстрыми. Длинные руки взметнулись над нашими головами, сплетаясь в сплошной непроницаемый купол. Сорвавшаяся с потолка черная жижа обрушилась на них дождем. Я рефлекторно сжалась в ожидании тошнотворного шипения плавящейся плоти... но его не последовало.

Скверна не прошла насквозь.

Мертвая, всепоглощающая жижа с глухим стуком разбивалась о полупрозрачные спины, не причиняя им ни малейшего вреда. Немыслимая материя, способная выдержать прикосновение абсолютного распада. И она подчинялась нам.

Краем глаза я уловила движение. Один из големов метнулся к застывшему Луке. Дымные

Я приготовилась зажмуриться, боясь увидеть, что эта черная дрянь успела сделать с его плотью, но голем втянул Луку внутрь себя, полностью скрывая из виду. А затем резко развернулся и бесшумно растворился в синей вспышке, унося вампира в свой мир.

Мы с Рейнером даже не успели переглянуться, как голем исчез.

«Теперь он свободен,» — пронеслась горькая, но удивительно светлая мысль Алькора. — «Может быть, там... для него всё будет иначе».

Я мысленно кивнула, разделяя эту боль. Даже если Лука выжил, останься он здесь, его ждала бы казнь. А так появилась крошечная, отчаянная надежда.

Два других голема уже шагнули к разрыву. Они встали по бокам портала и уперлись в него туманными лапами, физически сдавливая края.

Алькор не терял ни секунды. Расставив ноги шире и выровняв дыхание, он с рычанием начал сводить выставленные вперед руки. Пространство взвыло, сопротивляясь. Я чувствовала, как до предела натягиваются мышцы боевика, как по его лицу градом катится холодный пот, а резерв молниеносно истощается.

Но Рейнер, подгоняемый невозможным успехом и неожиданной надеждой на спасение, превзошел самого себя.

Смертоносный портал начал сужаться.

«У него получится! Он сделает это!» — перед глазами всё поплыло, последние силы таяли.

Раздался оглушительный вакуумный хлопок. Разрыв схлопнулся.

В комнату мгновенно ворвался воздух, вытесняя удушливые миазмы Скверны. Големы не останавливались. Они принялись методично сгребать оставшиеся на полу лужи, втягивая эту смерть в себя, после чего один за другим исчезали в синем свете.

«Мы победили!»

Адреналин схлынул так резко, что ноги окончательно отказали, и я тяжело рухнула на каменный пол.

Удар выбил из легких остатки воздуха. Больно. Всему телу было нестерпимо больно.

Я запрокинула голову и, распахнув глаза, посмотрела наверх.

Окно второго этажа.

Паладины, профессора, ректор, Лазар Алькор и вернувшиеся студенты — все они сейчас прильнули к стеклу, с абсолютным недоверием глядя на чудо, только что развернувшееся у них на глазах.

Рейнер резко обернулся. Увидев меня на полу, он в ту же секунду оказался рядом, падая на колени. Горячие руки бережно подхватили меня, крепко прижимая к груди.

«Мы сделали это,» — бились в моем затухающем сознании его сбивчивые мысли. — «Слышишь? Держись... Сейчас придет помощь...»

Его голос становился всё тише. Я посмотрела в его штормовые глаза, и мир окончательно погрузился во тьму.

Глава 65

Элира

В холле никого не было. Я быстро спустилась к лестнице, направляясь к выходу, но взгляд зацепился за импровизированный мемориал. На небольшом постаменте у стены стояли два черно-белых изображения Луки и Тарена.

Обхватив себя за плечи, сделала несколько медленных шагов в сторону. Вокруг портретов теснились огарки свечей, крохотные букетики первоцветов и свернутые записки, а у самого края сидел плюшевый медвежонок.

В горле встал комок. Я вытянула руку и коснулась пальцем холодного стекла над лицом Луки. Перед глазами тут же вспыхнули картинки того злополучного экзамена. Память услужливо подкинула даже тошнотворный запах гниющих миазмов, от которого мы задыхались в тот день.

Резко одернула руку. В уголках глаз предсказуемо защипало. Быстро сморгнув влагу, я зацепилась взглядом за неровные строчки на одном из листков: «Мы знаем, что вы герои».

Тяжёлый узел в груди немного ослаб, плечи опустились. Что бы сегодня ни решил суд, Академия знала правду. Для студентов ребята останутся героями, а не предателями, и я надеюсь, что сегодня это не изменится.

В эту секунду на плечо опустилась тяжёлая тёплая ладонь. Рейнер. Я обернулась.

— Готова? — спросил он излишне бодро, хотя по напряженным скулам было ясно, что веселого нам предстоит крайне мало.

Я молча кивнула, и мы вместе направились к дверям. Его присутствие рядом придавало уверенности, но даже так, мне было страшно.

Улица ударила в лицо влажным весенним ветром. Под ботинками громко зачавкала растаявшая грязь вперемешку с серым снегом. Пока мы неделями валялись в лазарете, собирая себя по кускам после магического истощения и жутких ран, зима успела отступить.

Чего нельзя было сказать о наших проблемах.

Едва мы пришли в себя, как в палату заявились Лазар и ректор. До сих пор помню ледяной шок от их будничного тона, будто ничего страшного не произошло. Они смерили нас тяжелыми взглядами и предложили вступить в ряды паладинов. Добровольно, чтобы избежать лишних сложностей.

Разумеется, мы послали их к бездне. Рейнер вообще еле сдержался, чтобы не броситься на отца, и они ушли.

Но вскоре нас обвинили в создании неконтролируемого портала чудовищной мощи, не имеющего номера. Заявление о портале, который мы открыли без разрешения рискуя погубить тысячи людей, звучало пугающе. И не могло остаться без внимания. Теперь нам предстояло защищать себя уже перед законом.

Мы дошли до черного экипажа, и Рейнер помог мне забраться внутрь. Плюхнувшись на жесткое сиденье, отвернулась к окну и скрестила руки на груди.

Рейнер подался вперед и накрыл его своей ладонью мое мелко трясущееся колено.

— Волнуешься?

— А ты нет? — слова сорвались куда резче, чем я хотела.

Рейнер скупо улыбнулся:

— Я больше не боюсь Лазара. — На мгновение его лицо исказила гримаса чистой неприязни.

Жаль, что подавляющие браслеты с нас сняли, и я больше не могла напрямую считывать его эмоции, но даже так, сейчас верила его словам.

— Я сделаю всё, чтобы защитить нас от него, — твёрдо добавил Рейнер и слегка поморщился. А затем, усмехнулся, — но это будет мой первый суд.

— Волноваться не стоит даже при таких обстоятельствах! — раздался с улицы громкий, тягучий голос.

Дверца кареты распахнулась, и внутрь ловко влез мужчина в строгом костюме. Одной рукой он придерживал шляпу, а другой прижимал к груди внушительную стопку документов.

Мистер Фаррен уселся на свободное место, отложил головной убор на сидушку и водрузил папку себе на колени. Его тёмные глаза хищно блеснули. Я в который раз порадовалась, что нам попался человек который откровенно не переваривал главу ордена паладинов, и это делало его идеальным защитником.

— Я подготовился, — Фаррен с размаху хлопнул ладонью по кипе бумаг. — Сдаваться мы не собираемся. Но вы должны сразу понимать, что ситуация дрянь. Лазар Алькор и Эдгар Веймар это не простые люди. В добавок, они будут давить на масштаб угрозы. А вы сами знаете, как легко страх может затуманить разум.

Карета тронулась. За окном замелькали центральные улицы города. Адвокат подался вперёд, понизив голос:

— Однако вы должны понимать главную вещь. Лазар не думает вас казнить или запереть в клетке. Вы открыли феноменальный портал, и единственное, чего он действительно хочет, это получить вашу силу и

Я невольно поджала губы. Мы и сами уже это поняли.

— Этого не случится, — перебил его Рейнер, посмотрев на адвоката стальным взглядом. Фаррен хмыкнул и кивнул.

Глава 65.1

Элира

Карета замедлилась и наконец остановилась. Фаррен выглянул в окно, быстро окинул взглядом улицу, затем повернулся ко мне и Рейнеру:

— Итак, будьте готовы. Вы со всем справитесь, — коротко сказал он и первым потянулся к дверце.

Стоило ей распахнуться, как внутрь ворвался шум десятков голосов.

На улице столпилось столько народу, что у меня на секунду перехватило дыхание. У широких ступеней суда теснились студенты Академии, то ли явившиеся поддержать нас, то ли просто не способные пропустить такое зрелище. Между ними сновали журналисты с блокнотами. Чуть поодаль напирали обычные зеваки. Вытягивали шеи, переговаривались и тыкали пальцами.

От одного этого гула внутри неприятно скрутило.

Впрочем, удивляться было нечему. На суде должны были присутствовать и сам Лазар Алькор, и ректор Академии. Одно это уже собрало полгорода. А тут еще и процесс отца против сына. Ну и самое главное! Немыслимый портал, который мы открыли с Рейнером, он просто не мог остаться без внимания.

— Держитесь ближе, — бросил Фаррен, не оборачиваясь.

Несколько охранников тут же оттеснили особенно рьяных журналистов, и мы с Рейнером быстро пошли за адвокатом к высоким ступеням здания суда.

Я невольно сжала кулаки. Внутри натянулась тонкая струна нервов, и к горлу снова подступил ком. Рейнер тут же оказался рядом. Его ладонь уверенно легла мне на поясницу. От этого простого касания стало чуть легче.

Мы поднялись по ступеням, миновали массивные двери и вошли в прохладный вестибюль с высокими колоннами. Шум с улицы стих, но в ушах еще звенело от выкриков.

Фаррен обернулся, смерил меня быстрым внимательным взглядом и сразу все понял:

— До начала заседания у нас есть десять минут. Если хотите привести себя в порядок, сейчас самое время. Внутри будет не до того.

Я благодарно кивнула и свернула в боковой коридор где висела табличка с обозначением уборной.

Подошла к раковине, открыла кран и щедро плеснула в лицо ледяной водой. Кожа тут же покрылась мурашками, дыхание на миг сбилось, но тревога начала понемногу отступать. Еще раз. И еще. Я уперлась ладонями в прохладный камень, медленно выдыхая, а потом подняла голову.

Сразу вспомнился тот день, когда я впервые очнулась в этом теле и так же стояла перед умывальником, смывая с кожи грязь с арены. Тогда в отражении была запуганная девчонка с потухшим взглядом, синяками под глазами и полным непониманием, что делать дальше.

Теперь все было иначе.

На мне отлично сидел дорогой темный костюм, сшитый по фигуре. Волосы были аккуратно убраны, кожа выглядела свежей, подбородок держался выше, чем раньше, а в глазах не осталось той затравленности, от которой хотелось отвернуться. Я выжила. Научилась управлять магией. Дошла до конца. Получила диплом. И больше никому не позволю вытирать об себя ноги.

Выключила воду и тихо, почти шепотом, сказала своему отражению:

— Я справлюсь. — С губ сама собой сорвалась короткая, жесткая улыбка. — Уж с Лазаром то, после всего пережитого, я точно справлюсь.

Промокнула лицо платком, поправила идеально сидящий пиджак, расправила плечи и вышла обратно в коридор.

Оказалось, что все уже зашли в главный зал, и я поспешила следом.

Я впервые была в подобном месте. Просторное светлое помещение, обшитое строгими дубовыми панелями. Прямо от входа вела широкая ковровая дорожка, по обе стороны от которой рядами выстроились массивные деревянные скамьи. Впереди возвышался тяжелый судейский стол.

На сиденьях уже собрались зрители и свидетели. В плотной толпе то и дело мелькали знакомые лица студентов и преподавателей. На одной из скамеек почти у самого прохода сидели Сесиль и Морен. Я не стала обращать на них внимание тут же переведя глаза чуть дальше. Рейнер и Фарен сидели за длинным столом защиты по левую сторону зала и смотрели в мою сторону. Гордо расправив плечи, подошла и опустилась на свой стул рядом с ними. Ладонь Рейнера тут же привычно и надежно легла мне на колено.

Медленно выдохнув, посмотрела вправо.

Там, за столом обвинения, расположились Лазар Алькор и Эдгар Веймар. Ректор выглядел откровенно паршиво. Плечи были опущены, взгляд бегал, а на лице застыло виноватое и дерганое выражение. Видимо, он так и не нашел в себе смелости сказать Лазару твердое «нет».

Сам же глава паладинов рассматривал нас с Рейнером с настоящей жадностью. Он смотрел на нас как на редкую, невероятно ценную добычу. Лазар действительно не хотел нам вредить или убивать. Он хотел нас присвоить. Подчинить своей воле и сделать личным оружием.

От одной этой мысли внутри перевернулся мерзкий липкий комок. Посмотрим, кто кого.

Резкий стук деревянного молотка заставил шум в зале мгновенно стихнуть.

— Всем встать! — раскатился над рядами зычный голос.

Мы машинально поднялись на ноги, дождались, пока седой судья в строгой темной мантии займет свое место на возвышении, и синхронно сели обратно. Судья поправил очки, открыл толстую папку с делом и обвел нас тяжелым взглядом:

— Элира Виолка и Рейнер Алькор, — его голос звучал сухо и официально. — Вы обвиняетесь в преступной халатности и грубом нарушении свода законов о магической безопасности, повлекших за собой угрозу массовой катастрофы. — Судья перевернул лист, чеканя каждое слово, — согласно материалам дела, во время проведения практического экзамена студентов резервников, вы самовольно инициировали открытие портала неизвестного номера и чудовищной мощности. Данный инцидент произошел без ведома и контроля преподователей. Своими действиями вы поставили под угрозу Академию и прилегающие городские территории. Признаете ли вы свою вину?

Глава 65.2

Элира

Я набрала в легкие побольше воздуха и взглянула на Фаррена. Адвокат коротко кивнул, давая разрешение. За нас обоих говорить нужно было мне, так как Рейнер не мог свидетельствовать против семьи, связанный их магическим контрактом.

Медленно поднявшись со своего места, я гордо вскинула подбородок и вышла из-за стола, проследовав к небольшой кафедре для дачи показаний. Встав за деревянную стойку, посмотрела прямо на судью:

— Я полностью отрицаю свою вину, — начала я заученную речь. — Открытие портала в целях самообороны не является преступлением. В день финального экзамена стоял вопрос о жизни и смерти. Причем не только моей, но и находившегося рядом куратора Рейнера Алькора.

Выдержав паузу, позволила словам повиснуть в тяжелой тишине зала.

— Более того, открывшийся в тот день разлом угрожал не

С этими словами я отвела взгляд от судьи и посмотрела прямо на обвинителей:

— Они просто наблюдали за разрывом, желая пожертвовать нами, и даже не пытались устранить портал!

По залу суда тут же прокатилась волна перешептываний. Рейнер скупо улыбнулся, а мистер Фаррен одобрительно закивал. Я почувствовала, как внутри закипает злость, и, чуть повысив голос, продолжила:

— Я не признаю вину еще и потому, что это был портал, который я изначально планировала открыть, и он был абсолютно безопасен. Я разрабатывала его много месяцев. — Эту ложь мы заготовили заранее, чтобы хоть как-то объяснить внезапное открытие портала невероятной мощи. И хотя от необходимости врать, задрожали руки, мой голос прозвучал ровно и твердо.

Судья нахмурился, громко зашуршав страницами в пухлой папке:

— Минутку, минутку. Вы ведь открыли мир который, вел в Вечное пламя? Если вы готовили один портал, то почему в материалах дела зафиксирован совершенно другой?

— Потому что на экзамен я пришла полностью истощенной, Ваша честь.

— Поясните. — Судья поверх очков уставился на меня.

— Перед экзаменом у меня вытянули почти всю магию, — чеканя каждое слово, бросила в притихший зал. — Я чудом сохранила жалкие крохи резерва, которых едва хватило на открытие хоть какого-то мира.

По рядам снова пронеслась волна возбужденных шепотков. Зрители на скамьях заерзали. Судья снял очки и тяжело посмотрел на меня:

— Подсудимая, вы понимаете, что обвинение в краже магии — это тяжелейшее преступление? Вы можете назвать имена тех, кто это сделал, и объяснить, откуда вам это известно?

Я повела плечами и, безошибочно найдя в толпе зрителей нужное лицо, встретилась глазами с Сесиль:

— Да, могу. У меня крала магию моя соседка по комнате, Сесиль. А делала она это с помощью ныне покойного вампира Луки. И смею вас заверить, инициатором всего этого плана была именно она.

— Вранье! — Сесиль тут же подскочила со своего места в первом ряду, бледная от ярости.

— К порядку! Призываю зал к порядку! Сядьте на место! — судья схватил молоток и начал яростно колотить по столу.

Когда Сесиль села и зал притих, судья посмотрел на меня непроницаемым взглядом:

— Почему данное заявление нигде не было зафиксировано? Почему вы не обратились за помощью к своему куратору или профессору?

Я не сдержала горькой, злой усмешки:

— К профессору? — прищурилась. — К профессору Морену, который рассказал Сесиль о том, что в случае успешной сдачи экзамена меня насильно выдадут замуж за Рейнера, и тем самым спровоцировал всю эту ситуацию? — я подалась вперед, вцепившись пальцами в края кафедры. — Или, может быть, мне стоило обратиться к ректору? Тому самому ректору, который на моих глазах позволил Лазару Алькору без суда и следствия казнить оборотня, просто потому что тот оказался ему неугоден?

— Подсудимая! — рявкнул судья, ударив молотком. Лицо его пошло красными пятнами. — Это возмутительные обвинения! Суд рассматривает дело о несанкционированном портале, а не ваши личные конфликты со студентами и Академией! Я прикажу вывести вас...

Но он не смог договорить. Зал взорвался. Журналисты на задних рядах вскочили с мест, их карандаши бешено заскрипели по блокнотам. Судья бросил панический взгляд на прессу и осекся. Я улыбнулась, он не сможет закрыть мне рот, слишком много свидетелеей.

Бросила быстрый взгляд на наш стол. Фаррен сидел, откинувшись на спинку стула, с хищным, довольным оскалом. А Рейнер… Рейнер подался вперед, положив тяжелые руки на стол и посмотрел на меня с абсолютной уверенностью. Я еле заметно кивнула и продолжила:

— А может, вы имеете в виду те разы, когда я приходила к медсестре и умоляла о помощи? Когда говорила, что у меня крадут магию и я в опасности? Знаете, что она мне отвечала? Что пока у меня нет статуса мага, у меня нечего красть! В этой Академии не найдешь помощи, Ваша честь. Потому что здесь абсолютно всё и все подчиняются Лазару Алькору! Царит безумная халатность, и нет никакой безопасности для студентов. Именно поэтому, когда открылся разрыв и мы оказались в смертельной опасности, все бездействовали, и нам пришлось применять самозащиту. Да, мы открыли несанкционированный портал, который я разрабатывала. И да, это была самооборона!

Глава 65.3

Элира

Шум в зале превратился в настоящий рев. Люди вскакивали с мест, кричали, ругались, кто-то требовал тишины, а кто-то откровенно смеялся над моими словами. Судья безостановочно колотил молотком по деревянной подставке, пытаясь перекричать обезумевшую толпу:

— Тишина! — рявкнул он, тяжело дыша, и уставился на меня. — Это невероятно серьезные обвинения! Самооборона, говорите? Опасность? Но слова остаются лишь словами. Вы можете доказать хоть что-то из сказанного?

Я крепко сцепила руки за спиной:

— Могу доказать, что обращалась в лазарет с жалобами на истощение. Записи в журналах медсестры должны были сохраниться. Я могу доказать, что профессор Морен владел информацией о моем договорном браке. Но прямых доказательств того, что именно Сесиль организовала кражу магии... у меня нет. Это лишь мои выводы, основанные на том, что именно она распускала по Академии слухи...

Начала сбиваться, с ужасом понимая, как жалко и неубедительно это звучит в стенах суда. Без бумаг, без свидетелей, одна голая правда, которая никому здесь не была нужна.

— Ваши выводы к делу не относятся! — жестко перебил судья, ударив молотком еще раз. — Без фактического подкрепления суд их не принимает. Это не доказательства, это пустые фантазии испуганной студентки.

Я бросила быстрый взгляд на Рейнера. Тот сидел ровно, сцепив челюсти, и выглядел на удивление спокойным. А вот мистер Фаррен не сводил глаз с тяжелых дубовых дверей в конце зала, словно ждал чего-то.

— Однако вы упомянули о казни оборотня, — судья прищурился, заглядывая в свои записи. — Кто может подтвердить, что казнь произошла без суда и следствия? Назовите ваших свидетелей. Кто видел это?

— Лазар Алькор, Эдгар Веймар, я, Рейнер... Лука с Тареном. И капитан Краст.

Судья медленно кивнул:

— Соответственно, двое из ваших свидетелей — это сторона обвинения. Еще двое — это вы с подсудимым. Двое — ныне покойные. И капитан Краст, который, как я понял, отказался давать показания. Всё верно?

— Да, но это правда! — вырвалось у меня.

— Правда должна быть доказана! — гаркнул судья. — А пока я вижу только попытку оговорить уважаемых людей, чтобы спасти свою шкуру.

Он откинулся на спинку кресла и сложил руки домиком. Внутри

— Давайте подытожим, — протянул судья. — Как я понимаю, вся ваша линия защиты сводится к тому, что мы должны поверить вам на слово. Поверить в то, что вы готовились открыть безопасный портал, но не смогли этого сделать, потому что некая студентка вытянула вашу магию с помощью вампира. При этом рассказать вы никому ничего не могли из-за того, что в Академии якобы все боятся главы паладинов. А все ваши свидетели, которые могли бы это подтвердить, очень удачно для вас мертвы или не хотят говорить. Я ничего не упустил?

Мои плечи предательски опустились. Вся моя пламенная, искренняя речь только что разбилась о сухие, извращенные факты.

— Есть ли еще что-то, что вы хотите добавить в свое оправдание? — сухо спросил судья.

В этот момент тяжелые двери зала с грохотом распахнулись. Все головы разом повернулись ко входу. В зал, тяжело дыша и спотыкаясь, влетела Талия. К груди библиотекарша прижимала огромную стопку каких-то бумаг.

— Ваша честь! — взревел мистер Фаррен, мгновенно вскакивая со своего места. — Защита просит приобщить к делу новые доказательства и выслушать ключевого свидетеля!

Судья замер с поднятым молотком. Лазар Алькор медленно повернул голову и на его лице проступило удивление.

— Свидетеля? — процедил судья.

— Именно так! — голос адвоката гремел на весь зал. — Я хочу представить суду Талию, сотрудницу библиотечного архива Академии. Она может под присягой подтвердить слова моей подзащитной о том, что студентка Сесиль шантажировала ныне покойного вампира Луку и находилась с ним в прямом сговоре! А также...

Фаррен победно улыбнулся и указал на стопку бумаг в руках запыхавшейся Талии.

— А также мы готовы предоставить суду подлинники из медицинского журнала Академии. В них черным по белому зафиксировано, что Элира Виолка неоднократно обращалась в лазарет с жалобами на критическую, неестественную потерю магии прямо перед экзаменом!

Я с шумом выдохнула, чувствуя, как слабеют колени. Судья сделал взмах рукой давая мне понять, что мое время говорить закончилось. Фаррен кивнул и я на негнущихся ногах спустилась с кафедры и села на стул рядом с Рейнером, провожая взглядом Талию, которая уже шла к судейскому столу.

— Почему ты меня не предупредил? — спросила шепотом, наклонившись к адвокату.

Фаррен не отрывал горящего взгляда от обвинителей:

— Потому что нашей главной задачей было застать Лазара и ректора врасплох, — так же тихо ответил он. — Удивить Алькора и всю эту гнилую судебную систему. Вывалить это прямо здесь, на публику. Иначе ваша Талия могла бы просто не доехать до суда. Слишком небезопасно. А вот теперь она уже заговорит, и никто в этом зале не посмеет заткнуть ей рот.

Глава 66

Элира

В зале повисла звенящая тишина. Журналисты как по команде уставились на судью. Тот бросил нервный, извиняющийся взгляд на Лазара, но, оказавшись под прицелом десятков глаз, был вынужден опустить молоток.

— Свидетель может дать показания, — процедил он.

Талия робко откашлялась и подошла к судейскому столу:

— Как писал архивариус Венд: «Даже самая темная тайна оставляет бумажный след, если секретарь хорошо делает свою работу». — Ее голос звучал мягко, но уверенно. — Ваша честь, я здесь, чтобы представить этот след. Поскольку я работаю в библиотеке Академии, студенты чаще всего обращаются за нужными бланками именно ко мне. Так случилось и в этот раз. Студентка Сесиль Лоран пришла получить бланк магического договора.

Я удивленно моргнула. Лоран? Я так давно не слышала фамилию Сесиль, что почти ее забыла. А вот Талия помнила всё.

— Но, — продолжила библиотекарша, — как вам известно, при заключении магической сделки подписывается верхний лист, а нижняя калька создает копию договора. И хранится в архиве три года. Именно эту копию я и принесла. — Талия вытащила из папки плотный конверт с магической печатью. — Вы можете вскрыть его прямо сейчас и убедиться, что содержимое не подменено. На документе стоит личная подпись Сесиль и герб семьи Лоран. Я не знаю, что именно написано внутри, но уверена, что это договор между Сесиль и вампиром Лукой.

— Врешь! — Сесиль истерично вскочила с места. Она побледнела так сильно, что, казалось, вот-вот упадет в обморок. — Ты не имела права! Это конфиденциальная информация!

— Я обязана хранить документы, — Талия посмотрела на нее с легкой, невинной улыбкой.

Я невольно усмехнулась. План, который Сесиль так долго и тщательно выстраивала, сейчас рушился из-за банального бюрократического протокола и дотошности Талии.

— Также я хочу засвидетельствовать, — голос Талии разнесся по всему залу, — что Элира Виолка много раз приходила ко мне и просила о помощи. Она говорила о своих страхах, о том, что у нее крадут магию, и что она боится ректора и профессора Морена. Я принесла выписки из медицинского архива. В них зафиксировано, что Элира жаловалась на истощение. Однако, поскольку она числилась резервницей, медсестра не имела права официально указывать потерю магии, которой у той формально еще не было.

Талия подвинула бумаги ближе к судье. Тот с неохотой взял нож для писем и начал взламывать сургуч.

Я нашла под столом руку Рейнера и крепко сжала её, переплетя пальцы.

Внезапно меня озарило. В прошлой жизни Рейнер тоже открыл этот невероятный портал с тенями. И тоже не на экзамене. Были статьи, ходили слухи, но… мир так и не изменился. Паладины продолжили закрывать разрывы по старинке, жертвуя магами. Скорее всего, Алькор-старший тогда тоже решил присвоить эту силу, и она осталась в его личном распоряжении.

Тогда у Рейнера не было меня. Не было Талии с её документами. Никто не мог доказать обман Сесиль и преступную халатность ректора. Связанный магическим контрактом, Рейнер не мог свидетельствовать против Лазара в одиночку и просто сдался системе, став идеальным, безропотным оружием отца.

Но сейчас мы были вместе. Теперь я смогла помочь ему. Спасла любимого.

— Ваша честь, позволите огласить материалы дела? — голос Фаррена вырвал меня из мыслей. Адвокат стоял, опираясь о стол.

Журналисты на задних рядах тут же загалдели:

— Да! Просим зачитать!

Судья скривился так, будто проглотил лимон, но кивнул.

Фаррен взял из его рук копию и начал громко читать. С первых же слов в зале поднялся шум.

Договор гласил, что Сесиль обязуется даровать Луке свободу в обмен на то, что он вытянет из меня магию.

От слова «свобода» у меня внутри всё сжалось. В горле встал тяжелый ком. Значит, Лука пошел на это,

Мне было жаль его. Ведь в самом конце, встав между нами и порталом, Лука пожертвовал собой. Перед глазами ясно возникло улыбчивое лицо вампира и та самая нелепая брошка с лесом Велимора на его груди.

На ресницах тут же выступили жгучие слезы. Я быстро посмотрела в потолок, стараясь сдержаться. Мотнула головой, отгоняя слабость. Нет. Он сделал свой выбор, и мы должны его уважать. Внутри слабо дернулась крошечная надежда: а вдруг тот голем из теней всё-таки смог защитить его? Вдруг он перенес Луку куда-то в лучший мир?

Я перевела взгляд на Рейнера и крепче сжала его ладонь. Желваки на его скулах напряженно перекатывались. Он посмотрел сначала на Фаррена, зачитывающего документ, а затем перевел тяжелый взгляд на отца. На того, кто был по-настоящему виноват во всем произошедшем.

Даже без чтения мыслей и связи через браслеты было ясно, что Рейнер никогда не простит отцу того, что тот сотворил с его близкими.

Зал взорвался гвалтом. Журналисты кричали, студенты перешептывались, кто-то в шоке показывал пальцем на побелевшую Сесиль и ректора.

Судья, понимая, что окончательно теряет контроль над заседанием, схватил молоток и начал остервенело бить по подставке. — Объявляется перерыв! — рявкнул он, перекрывая гул толпы.

Приглашаю вас в мою новинку! На борту убийца, рядом дракон, и бежать некуда.

"Истинное зло, или Я хочу развод, дракон!"

https://litnet.com/shrt/ZlSU

И я буду очень благодарна вам за её поддержку!

Глава 66.1

Элира

Перерыв тянулся невыносимо долго. Сердце колотилось где-то в горле. Я никак не могла придумать, куда приткнуть дрожащие руки, пока Рейнер не взял меня за кисти и не погладил теплой ладонью по запястью.

Фаррен куда-то исчез. У меня было смутное предчувствие, что адвокат прямо сейчас доделывает свой план, о котором мы ничего не знали.

Наконец мы вернулись в зал. Судья, немного пришедший в себя, тяжело стукнул молотком по столу.

Фаррен подвинулся ко мне и толкнул в плечо:

— Смотри, — шепнул он, довольно улыбаясь.

Я уставилась на судью, не понимая, чего ожидать.

— В связи с тем, что свидетель представлен в последний момент, а документы нуждаются в дополнительной проверке, суд вынужден прерваться и перенести заседание на следующий месяц, — начал чеканить судья.

В этот момент Сесиль резко поднялась со своего места. Фаррен снова толкнул меня в плечо, взглядом указывая на мою бывшую подругу.

— Ваша честь, я бы хотела сделать признание, — звонко произнесла она.

Журналисты, у которых и так сегодня предстояло много работы, тут же возбужденно зашептались и заскрипели карандашами. Отказать в этом судья не имел права, и Сесиль уверенно заняла место на трибуне.

— Я хочу сделать чистосердечное признание и посодействовать следствию, — ее голос дрогнул, изображая глубочайшее раскаяние. — Документ, который был предоставлен ранее, действительно мой. Я признаю, что договор настоящий и что Лука вытягивал магию из Элиры по моей просьбе. Но поймите меня! — она картинно прижала руки к груди, словно ища сочувствия. — Я не осознавала масштабов трагедии! Я была ослеплена любовью к куратору и мысль о том, что он будет с другой, разбивала мне сердце! Я не понимала, что делаю. Не отдавала отчет

Судья устало потер переносицу, понимая, что процесс окончательно выходит из-под контроля:

— Откуда вы вообще узнали информацию о том, что Элира будет выдана замуж за Рейнера Алькора после сдачи экзамена?!

— А это профессор Морен, — Сесиль невинно хлопнула ресницами. — Он рассказал мне.

Морен подскочил со своего места, то ли намереваясь уйти, то ли желая кинуться к Сесиль и заставить замолчать, то ли планируя тоже пойти и во всём сознаться.

Я смотрела на бывшую подругу с открытым ртом, не понимая, как такое могло произойти. Она только что добровольно призналась во всем, что сделала! Я посмотрела на Рейнера, но он не выглядел удивленным, словно догадывался, что всё так и будет. Перевела ошарашенный взгляд на Фаррена.

— Видишь ли, — прошептал адвокат мне на ухо, — если она признается сейчас, против нее не возбудят отдельного уголовного дела. Магию то у тебя до конца не забрали и формально вытягивал её именно Лука, так что она может избежать максимального наказания. И будет проходить свидетелем по этому процессу и, скорее всего, отделается лишь исключением из Академии.

— Но она же тогда не сможет сдать экзамен и не получит статус мага! — выдохнула я.

— Вот именно, — Фаррен с улыбкой поднял палец вверх. — Но хотя бы это не казнь за кражу чужой магии. Поэтому она и пошла на сделку со следствием. Скорее всего, Морен сейчас выйдет и подтвердит ее слова с тем же мотивом.

Рейнер понимающе посмотрел на Фаррена и усмехнулся краешком губ:

— Явно же она не сама до этого догадалась.

— В перерыве я соизволил подкинуть ей пару благоразумных мыслей, — адвокат самодовольно расправил плечи.

Внутри закралось ощущение, что Фаррен играет не по правилам. Но, с другой стороны, это был единственный шанс отстоять нашу правду.

И Морен действительно вышел следующим. Он подтвердил слова Сесиль о том, что рассказывал ей всё про меня и грядущую свадьбу. Но, не желая тонуть в одиночку, профессор добавил, что сам узнал эту информацию от ректора. А также обмолвился, что слышал о том, что Эдгар Веймар закрыл глаза на убийство куратора-оборотня, повинуясь прямому приказу Алькора-старшего. После этого Морен поспешно покинул трибуну.

Лицо судьи превратилось в абсолютно непроницаемую маску. Видимо, Лазар всё-таки приказал ему сделать сегодня совсем другой итог, который теперь уже никак не получался.

— Суд удаляется для вынесения приговора! — разнеслось по залу, и судья скрылся за дверьми.

Когда мы собирались встать со своих мест, Фаррен покачал головой:

— Не стоит даже выходить. Он вернется быстро.

Адвокат оказался прав. Судья вернулся буквально через несколько минут.

— Суд постановил! — его голос эхом ударил в стены. — Обязать Велиморскую Академию присвоить Рейнеру Алькору и Элире Виолке статус полноправных магов.

Что?! Мы, победили? Правда? Сердце бешено забилось в груди. Наконец-то! Наконец-то я получила этот треклятый статус!

— Также, — продолжил судья, — суд признает открытие пространственного портала новой категории вынужденной мерой самообороны. Данный портал официально классифицируется как легальный и закрепляется за авторством Рейнера Алькора и Элиры Виолки.

Я не могла поверить своим ушам. Это означало не просто свободу. Это давало нам право использовать портал от нашего имени, документировать его и самим решать, куда его внедрять.

— Кроме того, суд требует применить административное наказание в виде отчисления для студентки

Я повернула голову вправо. Ректор понуро втянул голову в плечи и опустил убитый взгляд в пол. И тут наши взгляды с Лазаром встретились. Лицо Алькора-старшего, обычно такое безэмоциональное, самодовольное и холодное, сейчас уродливо искривилось от нескрываемой ярости.

Мои губы растянулись в широкой улыбке, и он первый отвернулся от меня. Увидеть хотя бы это поражение на его лице оказалось намного приятнее, чем я ожидала.

В эту же секунду крепкие руки Рейнера стиснули меня. Обняв его в ответ, уткнулась лицом в твердое плечо.

Глава 67

Элира

Мы подошли к стойке, и пухлая дама по ту сторону ласково улыбнулась:

— Здравствуйте! Вы заселяетесь?

Рейнер кивнул, опуская сумки на пол. Пока они оформляли номер, у меня бешено колотилось сердце. Теперь, когда всё наконец-то наладилось, когда нам больше ничего не угрожало и мы могли просто побыть вместе, эта поездка вызывала куда больше волнения, чем я ожидала.

Алькор снова подхватил вещи, мягко коснулся моего плеча свободной рукой и кивнул в сторону лестницы. Мы поднялись на верхний этаж. Щелкнул замок, дверь распахнулась, и я застыла на пороге.

Хотя в детстве я постоянно смотрела на море через портал, вживую я видела его впервые. Из окна открывался вид на бесконечную синюю гладь. Створка окна была распахнута, и внутрь номера влетал прохладный соленый ветер. Легкая занавеска едва покачивалась. В реальности море оказалось намного больше, ярче и величественнее.

— Нравится? — спросил Рейнер.

Я молча кивнула, с трудом оторвала взгляд от горизонта и посмотрела на Алькора. Он тоже выглядел довольным.

— Хочешь прогуляться? — кивнул на дверь, отставляя сумки.

— Да, пожалуй, — я с готовностью улыбнулась.

На улице нас встретили маленькие уютные домики, выстроенные в едином стиле: белые верхние этажи и выкрашенные в сочные желтые, синие и красные цвета нижние. Вокруг уже вовсю распускались яркие цветы, весна пришла на побережье намного раньше, чем в столицу, да и климат здесь был ощутимо мягче. Над головами с криками носились чайки, а фоном служил мерный шум моря, доносившийся, казалось, отовсюду.

Рейнер шел рядом, а я не знала, как сдержать восторг от того, что видела. Какое счастье, что нам удалось вырваться и отдохнуть после всех свалившихся проблем и переживаний. Пока суды над Эдгаром Веймаром еще продолжались, пока в Академии только готовились назначить нового ректора, и Талия считалась главной претенденткой на эту должность, пока Алькор-старший отбивался от бесконечных министерских проверок — у нас было время. Время выдохнуть, собраться с силами, чтобы чуть позже вернуться к делам и начать менять орден паладинов изнутри. Мы заслужили эту передышку.

Неспешно гуляя вдоль кромки воды, я смотрела, как волны с тихим шорохом накатывали на мелкие округлые камни, перекатывая их туда-сюда. Мы всё еще шли молча. В воздухе висела тонкая паутина недосказанности, и с каждой минутой она ощущалась всё острее.

Наконец, мы свернули к маленькому ресторану и сели за деревянный столик на открытой террасе. Рейнер подозвал официантку и сделал заказ. Я почти не слушала его, разглядывая узоры на столешнице, и думала лишь о том, что пора поднять наш последний, так и не решенный вопрос.

Официантка кивнула и удалилась.

— Рейнер… — тихо позвала я.

— Слушаю, — он мягко посмотрел мне в глаза.

— То, что случилось тогда… когда мы вместе открыли портал…

Рейнер понимающе кивнул:

— Неужели хочешь рассказать, как так вышло, что в твоем сознании я увидел воспоминания о будущем, которого еще не было? — он чуть придвинулся и ободряюще улыбнулся.

Я кивнула. На его лице не читалось ни раздражения, ни злости, лишь искренняя радость. Видимо, он тоже ждал, когда мы наконец сможем это обсудить.

— Да. Понимаешь… всё дело в том, что я вернулась назад во времени, — выдохнула я. — Точнее, Мундус вернул меня в прошлое, чтобы я могла избежать того ужасного финала.

Его лицо стало серьезнее.

— В прошлой жизни я провалила экзамен, потому что Сесиль всё-таки смогла отнять мою магию. Я стала обычным человеком, и из-за долга перед Академией мне пришлось выйти замуж за Морена. В той реальности не осталось ничего хорошего или светлого. И когда я совсем отчаялась, Мундус дал мне второй шанс. Возможность вернуться, чтобы исправить свою судьбу.

Рейнер медленно кивнул, словно и так догадывался, о чем я скажу. Видимо, сложил картину из моих обрывочных воспоминаний и просто ждал, когда я сама решусь заговорить. Но его лицо помрачнело, а губы плотно сжались. Он опустил взгляд на стол и замолчал.

В груди бешено заколотилось сердце. Я обхватила запястье и машинально провела пальцем по тому месту, где еще недавно был металлический ободок. Сейчас я жалела, что без браслетов больше не могла залезть к нему в голову и понять, что он чувствует.

Какие эмоции вызвали у него мои слова? Что, если он злится, потому что я всё скрывала? Или из-за того, что я вообще вернулась из будущего? А может, ему противна сама мысль о моем браке с Мореном?

Нервы натянулись до предела. Я подняла глаза: на скулах Рейнера играли желваки, а челюсть сжалась так крепко, что стало ясно, что он не просто расстроен. Он по-настоящему зол.

— Рейнер… — тихо позвала я. — Прости… что ничего тебе не рассказала, — и тут же осеклась, глядя на его напряженное лицо. Может, стоит извиниться и за прошлое? Но это же глупо. Извиняться за свою судьбу нет смысла.

В эту секунду Рейнер поднял на меня глаза, и в них вспыхнуло искреннее удивление:

— Ты что, с ума сошла? — он тут же подался вперед и крепко накрыл мою ладонь своей. — Даже не смей извиняться.

— Но ты же зол, — я пожала плечами.

— Зол, — кивнул он. — На себя. — Рейнер хрипло выдохнул и снова опустил взгляд. Его пальцы еще сильнее сжали мою руку. — На себя за то, что с самого начала был слепым идиотом. За то, что, даже имея доступ к твоим мыслям, понял всё только в самом конце. За то, что не видел, в какой опасности ты находилась и с чем тебе приходилось сражаться в одиночку каждый день.

Он замолчал, тяжело сглотнул и добавил:

— Зол, что в самом начале только мешал тебе. Был груб. Видел сумасшедшую студентку там, где ты отчаянно пыталась спастись. Я не просто не помогал, я делал хуже. Конечно, я зол на себя, ведь со всем

Я смотрела на его опущенную голову и чувствовала, как внутри разливается густое, успокаивающее тепло. Словно измученное холодом тело наконец-то погрузилось в горячую воду. Мой взгляд скользнул по его руке, надежно сжимающей мои пальцы. Не удержавшись, я коснулась подбородка Рейнера, мягко приподняла его лицо и заставила посмотреть на себя.

Глава 68

Элира

— Ты! — я не успела опомниться, как старик уже бесцеремонно притянул стул от соседнего столика и подсел к нам.

Рейнер перевел взгляд с него на мое вытянувшееся лицо и, кажется, всё понял. Он весь напрягся и чуть подался вперед.

— Я! — старик широко улыбнулся. — Очень рад встрече.

Он водрузил огромную корзину с цветами прямо на стол. Посуда опасно звякнула.

— Ну чего напряглись-то? — хмыкнул Мундус, ничуть не смущаясь. Невозмутимо взяв чайную ложечку, он отломил приличный кусок десерта с тарелки Рейнера и отправил в рот. — Я, между прочим, всем доволен.

Рейнер выглядел так, будто сейчас вышвырнет старика за шкирку. Я поспешно накрыла ладонью его руку, чуть сжав пальцы. Алькор коротко выдохнул, расслабляя плечи, но взгляда от незваного гостя не отвел.

Мы молча уставились на Мундуса. Вопросы, которые я так хотела задать куда-то испарились. Я лишь ошарашенно смотрела, как он зачерпывает очередную порцию нашего десерта.

— Вижу по лицу, что вопросов накопилось порядочно, — старик хитро подмигнул мне. — Ну давай, задавай.

Глубоко вздохнула, собираясь с мыслями:

— Почему Скверна так изменилась? — выпалила я то, что мучило меня больше всего. — Почему в той жизни никакие разрывы меня не преследовали, а здесь, куда бы я ни пошла, порталы открывались прямо надо мной, словно намеренно пытались навредить нам с Рейнером? Почему именно в этой жизни я поняла, что Скверна живая? Почему мне всё время казалось, что она не просто обладает разумом, а строит планы против нас?

Мундус подался вперед, хищно прищурившись:

— Потому что тебе не показалось.

Я судорожно втянула воздух. Так и знала! Череда жутких случайностей просто не могла быть совпадением.

— Но почему? — спросила, глядя, как он облизывает ложку.

Старик перевел взгляд на Рейнера:

— Потому что в той жизни он проиграл. Да, открыл портал невероятной мощи, но не смог удержать контроль. Твой папаша, не в обиду тебе, мальчик, подмял всё под себя. И это оружие пошло не на благо миру, как предполагалось, а в личное распоряжение вашей семьи. Лазар сохранил власть, система не изменилась, люди по-прежнему слепо боялись Скверны, а паладины продолжали править. И Скверну это абсолютно устраивало.

Мундус недовольно цокнул языком:

— А вот меня — нет. У меня на этот мир были другие планы. Вот я и решил, что лучше всего будет, если одна умная, сильная и невероятно упертая особа вернется, чтобы спасти не только своего возлюбленного, но и весь остальной мир.

Рейнер медленно перевел на меня потрясенный взгляд. Я покачала головой:

— Но предвидеть, что мы откроем портал вместе? Просчитать всё на столько шагов вперед… это же невозможно.

— Да, тут ты права, — старик всплеснул руками. — Я, конечно, подкинул вашему трусливому ректору идею с браслетами. Но совершенно не был уверен, что вы не сойдете с ума! Быть в сознании друг друга, штука опасная и изнуряющая. С другими парами, на которых я это пробовал, всё заканчивалось весьма плачевно. А вы справились. Наладили связь и именно поэтому смогли открыть совместный портал. Скверна же, почуяв реальную угрозу, зная, откуда ты пришла и что собираешься сделать, пыталась вам помешать всеми силами.

Старик довольно откинулся на спинку стула:

— Зато теперь, когда вы справились, ей придется ох как несладко!

Он снова подмигнул нам. Я сидела, не в силах поверить услышанному. Конечно, я и так догадывалась, что Мундус не станет отправлять меня в прошлое лишь ради того, чтобы я удачно вышла замуж. И постоянно открывающиеся в новых местах порталы, меняющие ход событий, не могли быть совпадением. Разумность Скверны звучала логично, будто я всегда это знала, а слова старика лишь подтвердили догадки. И всё же правда шокировала. Какая огромная ответственность ложилась на нас теперь, если тот портал, что мы открыли вместе, должен изменить весь мир?

Надо было задать еще вопросы. Узнать про будущее, понять, что нам делать дальше…

В этот момент огромная корзина на краю стола накренилась и с грохотом рухнула на пол. Нарциссы и тюльпаны ярким ковром рассыпались нам под ноги. Я вздрогнула и посмотрела вниз. Рейнер тоже опустил взгляд.

А когда мы снова подняли головы, старика уже не было. О его присутсвии напоминал только пустой стул, пара сиротливых цветков и начисто облизанная ложечка.

Я повернулась к Рейнеру. В его глазах читалось удивление, а вместе с ним глубокая уверенность и восторг. Да, мы справились. И да, теперь на нас легла эта ответственность. Но мы к ней готовы.

— Оказывается, ты спасла не только меня, но и весь мир, — он улыбнулся и отпил чай. — Повезло же мне с тобой.

Заказав новый десерт, мы еще долго сидели на террасе, переваривая услышанное. А потом, немного успокоившись, просто гуляли по городу: зашли на шумную вечернюю ярмарку и смотрели, как вдоль ночного побережья зажигаются теплые золотистые огоньки.

В номере нас встретил всё тот же прохладный, пропитанный солью ветерок, тянущийся из приоткрытого окна. В просторной ванной обнаружилась огромная каменная купель. Я с радостью наполнила её горячей водой, добавив масло с густым ароматом персика. Когда мы забрались внутрь, пушистая пена скользнула выше с тихим плеском, и я с наслаждением откинулась на твердую, горячую грудь Рейнера.

Он крепко прижал меня к себе. Несмотря на его внешнюю расслабленность, я чувствовала, что мыслями Рейнер где-то далеко. Пора было окончательно учиться разговаривать с ним без всяких магических браслетов.

— Что случилось? — тихо спросила я, устраиваясь удобнее в его объятиях и глядя на него снизу вверх.

— Думаю о том, что сказал Мундус, — Рейнер посмотрел на меня. В его глазах мерцали тусклые блики. — О той ответственности, которая теперь на нас лежит.

— Чего ты боишься? — я чуть повернула голову. — Думаешь, не справимся?

— Справимся, — он тяжело выдохнул, и его грудь поднялась подо мной. — Я просто… очень хочу сделать этот мир безопаснее. Не только для людей сейчас, но и для тех, кто будет жить в нем дальше. Для наших будущих детей. И я боюсь, получив эту власть, стать таким же, как мой отец. Получится ли у меня быть лучше него?

Эпилог

Лука

Резкий, громкий звук заставил Луку поморщиться и открыть глаза. Он сел, щурясь от яркого света, и не сразу понял, что видит перед собой.

Как это? Он же был…

В памяти тут же вспыхнули сцены экзамена. Скверна, чудовищный прорыв, Элира и Рейнер, которых он должен был защитить. Жгучая боль от въевшейся в тело черной дряни, невыносимое истощение резерва и конец. Это точно был конец.

Он тут же быстро коснулся груди. Раны исчезли. Боли тоже не было. Ощупал себя. Одежда оказалась совершенно целой, а на коже не осталось ни единого следа ожогов.

Но как? Что произошло?

Лука прижал ледяные ладони к пылающему лицу. Солнце успело сильно напечь макушку. Но какое солнце? Откуда ему взяться внутри Академии?

Вампир посмотрел по сторонам. Это точно была не Академия. За спиной шумел яркий лес. Зеленые сосны, высокие дубы и небольшие деревья, чья белая кора была покрыта странными черными черточками.

Лес? А почему он зеленый? Сейчас же не лето!

Очередной ревущий звук заставил Луку вздрогнуть и обернуться. Прямо перед ним тянулась странная, неестественно широкая дорога. Идеально ровная, залитая сплошным серым камнем без единого шва, с длинными белыми линиями, нарисованными прямо посередине. И по этой дороге, Лука недоверчиво моргнул, на огромной скорости мчались железные… Что это? Безлошадные кареты? Металлические звери?

В нос ударил едкий, незнакомый запах. Лука скривился.

Схватившись за голову, он попытался собрать воедино обрывки воспоминаний. Рейнер, кричащий ему остановиться. Звенящий от перенапряжения резерв. Сочащийся смертью разрыв и портал. Тот самый портал, который Рейнер с Элирой всё-таки смогли открыть.

Големы, сотканные из густой тени. Да, там были големы.

Лука с трудом поднялся, едва удержав равновесие. Точно! Тот теневой голем… Стоило существу втянуть Луку в себя, как раны тут же начали затягиваться. Голем спас его! И, получается, перенес… куда?

Явно не в их мир!

Лука вновь ошеломленно осмотрелся. Деревья, солнце, странная серая дорога и эти ревущие железные повозки. Неужели это значит, что теперь он по-настоящему свободен? Больше никаких приказов. Никаких долгов перед Лазаром, Академией или Сесиль. Никакого страха за свою жизнь.

От этой мысли сердце бешено заколотилось о ребра. Да. Это определенно другой мир. Получилось? Значит, Рейнер с Элирой спаслись, а он оказался на свободе.

— Получилось… — выдохнул Лука, пряча лицо в дрожащих ладонях.

В этот момент одна из несущихся по дороге железных повозок, размером с целый дом, с оглушительным скрежетом затормозила прямо напротив него. Из-под больших черных колес вырвалось облако пыли. Небольшое окно сверху медленно отъехало вниз, и сидевший внутри крупный мужчина зычно крикнул:

— Эй, патлатый! Че стоишь вдоль дороги? Подбросить?

Лука поднял голову и посмотрел на незнакомца. Он прекрасно понимал его речь, хотя одежда и внешность показались странными. Осознание того, что он жив, находится в другом мире и впервые за всю свою жизнь стал абсолютно свободным, накрыло вампира теплой, пьянящей волной.

— Наверное, да, — кивнул Лука, подходя ближе к огромной железной повозке.

— А куда тебе надо? — мужчина показал рукой на дорогу впереди.

— Не важно, я теперь могу поехать куда угодно. — Лука посмотрел вверх на голубое небо и яркое солнце и широко улыбнулся.

КОНЕЦ.

Тиана Альтер:

Я бы хотела посвятить эту книгу всем тем, кто боится показаться слабым, не признаёт своё неидеальное прошлое и, возможно, не верит, что всегда есть второй шанс, чтобы всё исправить.

Надеюсь, Элира смогла доказать вам обратное.

Я очень хочу поблагодарить каждого из читателей, кто дошёл до этого момента, потому что для меня это дебютная книга, и я действительно навсегда запомню этот первый опыт.

Все ваши комментарии, переживания, эмоции, радости и волнения, которые мы разделили друг с другом. Спасибо вам за внимание, интерес и ту невероятную поддержку, которая даёт мне возможность творить.

Сейчас я уже работаю над новой книгой и приглашаю вас в свою новинку! Про попаданку, истинность, драконов и детектив на корабле!

"Истинное зло, или Я хочу развод, дракон!"

https://litnet.com/shrt/nw9X

А также, если вам действительно понравилась "Измена, Месть, или Вторая попытка Виолки", сохраните её в библиотеку, поставьте сердечко или можете подарить награду. Нам с героями, будет очень приятно!