Хранители

Пролог

Хранители

— Ты в своём уме? — воскликнула Аделина, резко вскочив со своего места на диване, и уставившись на девушку сидящую в кресле напротив. Это была её младшая сестра Алекс, которая только, что при всей семье заявила о принятии Ислама. Ади не могла поверить — её младшая сестра стала мусульманкой. — Да ради Бога, с чего вдруг ты решила стать мусульманкой? Ты попала в секту? Тебя кто-то надоумил принять его? Как ты вообще додумалась до этого?

— Нет конечно. — спокойно ответила Алекс. Она сидела, словно, не она только, что огорошила всю семью известием о смене религии.

Нет, честно говоря, в их семье никто и никогда не интересовался вопросами религии, да и, спроси у неё самой кто-нибудь, Ади не смогла бы ответить — к какой вере себя относит. Она верила — Бог есть, но какой именно никогда для себя не определялась. Для неё это не имело значения. Вопрос вероисповедания стоял на последнем месте в её жизни. Наверно поэтому она всегда думала, что для остальных членов семьи также.

Сказать по правде сложно придавать большое значение вере, когда ты растешь в приюте. А так как они все выросли именно там, попав туда по разным причинам, в реалиях современного мира этот вопрос интересовал их в последнюю очередь, если вообще интересовал.

Они, брошенные, никому ненужные дети, смогли стать семьей, образовав её самим. Семь детей. Семь жизней. Одна семья. Семь судеб переплетенные вместе.

После приюта им было сложно. Им предстояло найти своё место в этом огромном мире, где оказались никому ненужны, за пределами приюта их никто не ждал. Они прокладывали сами свой путь в этом мире, и естественно до религии дела не было.

Когда ты растешь сам по себе и рядом нет близких людей, нет дела до религии — важно лишь то как тебе выжить и найти свое место, а все остальное второстепенно.

Являясь самой старшей из детей Ади, пришлось заботиться об остальных. Покинув приют, она не могла бросить их, черкнув из своей жизни. Находясь там, начинаешь ценить семью по-настоящему. И даже слово семья значит очень многое.

Попав в приют с младшей сестрой, Александрой, о которой нужно было заботиться, Аделина никогда не думала, что сможет обрести там семью, но смогла. Смогла там, где никто не ожидал.

Ади и Алекс потеряли родителей когда одной было 7 лет, а второй 5. В тот день ее младшая сестра, сбежала из дома, и родители поехали искать её, оставив с ней няню, которая должна была прийти и посидеть до их возвращения, но та так и не появилась. Из-за чего Аделине пришлось просидеть одной в доме шестнадцать часов, когда за окном бушевал метель. Она боялась, но не могла никуда уйти. Маленькая девочка одна в большом доме. Ади кричала, звала своих родителей, просила вернуться, кричала как ей страшно, но никто так и не пришёл.

На следующий день в дом пришли полицейские, которые и сообщили о гибели родителей, вернув Алекс домой. Оказалось, из-за плохой погоды отец не справился с управлением и машина вылетела на встречную полосу. Как сообщили сотрудники полиции — никто не выжил. А после им даже не дали попрощаться с родителями, взглянуть на них в последний раз. Представители органов опеки решили, что для них еще рано видеть такое, чтоб не повредить детской психике.

После произошедшей трагедии очень долго искали родственников, но не сумев никого найти их отправили в приют. Там ей как старшей пришлось заботиться о сестрёнке. И пытаться создать хоть какую-то иллюзию семьи, чтоб та не сильно скучала по родителям.

Говорят, семью не выбирают, но там они выбрали и создали свою семью сами. Конечно не сразу, но со временем у них появилось что-то наподобие семьи. Из двух осиротевших девочек превратившись в большую семью из семи человек. Теперь их было три брата и четыре сестры. И никто из них не вспоминал о том, что в действительности не являются семьей, они не родные по крови. Но всех их объединяло одно вера в единства и связь их душ. Они семья и кровь тут не важна.

В первое время им было трудно. И сейчас, когда у них все начало налаживаться, когда они стали свободны, и никто больше не находился в приюте, Ади не могла понять, что происходит с Алекс.

— Тогда объясни мне, что, черт возьми, происходит, потому что я ничего не понимаю. — кричала Аделина ходя из угла в угол по комнате. Боже, как же в эту минуту ей хотелось что-нибудь разбить или орать, пока не охрипнет. Но нет, ей нужно держать себя в руках, она ведь старшая, она несет ответственность за них.

— Ади, успокойся. — сказал Адам со своего места у окна, которого стоял с тех пор как зашёл в комнату. Глядя на него не скажешь, что эта новость его удивила. Хотя неудивительно, пронеслась мысль в голове Ади, он всегда хорошо скрывал чувства, за маской ледяного спокойствия. Он был вторым по старшинству в семье, и самым старшим из трех названных братьев. Адам считал своим долгом защищать их всех.

После приюта, из которого он ушёл через год после Ади, Адам устроился на работу официантом, в ближайшую кафешку от их, тогдашнего, места жительства, и помогал сестре по мере своих возможностей.

В двадцать лет, после того как близнецы, Зак и Зейн, стали совершеннолетними, он поступил в полицейскую академию, после став полицейским. И сейчас работал следователем, в отделе по особо тяжким преступлениям.

— Возможно, у Алекс были причины так поступить. — продолжил Адам, невозмутимо. — И если дашь ей шанс высказаться, она нам все расскажет. Не зря она нас всех собрала, ведь так?

— Да. — начала было Алекс, как самая младшая из них её перебила.

— Тебя правда заманили в какую-то секту? — взволновано воскликнула Амира, не дав, Алекс возможности объясниться.

Амира самая младшая в семье. Ее подкинули в приют двух месячным младенцем под проливной дождь, из-за чего та чуть не умерла. Но Зейн, младший из братьев близнецов, нашёл, когда поздно вечером с Алекс, возвращались из библиотеки, после чего отнес в медпункт, где около недели боролись за её жизнь.

После этого они, тогда уже вшестером, взяли на себя обязанности для её воспитания и растили как родную, окружая любовью и теплом которого сами лишились в столь юном возрасте. Возможно именно появление Амиры объединила их по настоящему.

Зейн был тем кто дал ей имя — Амира. Находясь в приюте Зейн и Алекс сильно сдружились, и так как, вторая все время пропадала в библиотеки, и порой задерживалась до поздней ночи Зейн забирал её оттуда или просто сидел там, читая. И в одной из книжек он увидел это имя, означающая с арабского языка принцесса и решил назвать так.

— Нет. — спокойно ответила Алекс, нахмурившись. В их семье самыми хладнокровными и, так сказать, скупыми на эмоции были именно Алекс и Зейн, возможно этому так хорошо ладили между собой. — Может вы меня выслушаете, а потом начнете делать выводы?

— Почему именно Ислам? — спокойно спросил Зак. Он всегда такой спокойный и уравновешенный, являясь полной противоположностью младшего брата. Зак, наверное, единственный в их семье кто всегда оставался спокойным и рассудительным, что помогало ему решать споры в семье. Они с Зейном близнецы с разницей в пять минут, но отличавшиеся друг от друга как неба и земля.

Зак спокойный, открытый, добродушный и вечно весёлый, в то время как Зейн холодный и замкнутый, из которого невозможно вытянуть и слова.

— Вот именно, почему именно эта религия, когда в мире столько других? — опять воскликнула Аделина, подбегая к сестре, но на пути встал Зейн, словно боясь того, что Ади может выкинуть. Он был не провозглашенным защитником той, так как только он мог найти на нее управу.

— Ади, прошу, успокойся. — вмешалась Бэлла, ещё одна их сестра. Возможно она была самой мягкой и доброй в семье. Даже выросши в приюте, она оставалась самой доброй и немножко наивной и очень ранимой, за что все в семье её оберегали. И даже сейчас та тихонько просила Ади, словно боясь повысить голос.

Бэлла была из тех кто всегда во всех ищет хорошее. В семнадцать лет её забрали из приюта родственники со стороны умершей матери, после смерти, которой она туда и попала. Полгода они ничего не знали о ней, и как бы не пытались не могли связаться, пока однажды она не позвонила Адаму и не попросила вернуть её обратно к нам.

Возможно никто из них, Ади не была точно уверена, до сих пор не знал всего того, что ей пришлось пережить в доме своих родственников. Девушка отказывалась говорить об этом периоде своей жизни, отмахиваясь тем, что это уже неважно, все уже в прошлом.

Сколько бы они не просили та ни словом не обмолвилась и о побоях узнали лишь из-за синяков, которыми та была вся усыпана после возвращения братьями.

— Давай выслушаем её.

— Вы правда верите, что кто-то мог заставить меня сделать что-либо без моего желания? — спросила Алекс, обводя всех присутствующих взглядом. И когда никто ей не ответил, ухмыльнулась, покачав головой. — Я то думала вы меня хорошо знаете. Когда, по-вашему, я бы попала в секту? Или кто бы меня заставил, когда все с кем я общаюсь — вы?

Алекс была права. Она не из тех людей, кто ищет общения. И это было странно, потому что люди к ней тянулись. При желании, она прекрасно со всеми ладила, могла поддержать любую беседу, разбиралась во всем, была умной и начитанной, но по каким-то странным причинам, известным лишь ей одной, избегала всех, по мере возможности.

Сказать по правде она и членов семьи пыталась избегать, что и являлось причиной того, что жила отдельно, выкупив верхний этаж кафе. По сути, квартирка была их общей, но жили там только Алекс и Зейн, который переехал туда, не спрашивая желания сестры. Все потому что братья не захотели оставлять одну из своих сестёр без присмотра и их защиты.

С момента их знакомства в приюте Алекс была той с кем Зейн разговаривал, не пару фраз, чтоб поддержать беседу, как с остальными, а именно разговаривал. В какой-то степени они двое были похожи друг на друга. Но если у Зейна была детская травма, то нежелание общаться с кем бы то ни было, со стороны Алекс никто не понимал. Ну а также там было достаточно места для компьютерных игрушек Зейна, которыми он так сильно увлекался.

Адам отойдя от окна, к которому до сих пор, казалось, стоял приклеившись, подошёл к Алекс и посмотрел сверху вниз, словно на подозреваемого с которыми имеет дело каждый день.

— Мы ни о чем не думаем, просто пытаемся понять, почему ты это сделала?

— Потому что верю?

— Но с чего именно сейчас? И почему никто из нас не знал об этом?

— Потому что я не рассказывала об этом никому из вас? — ответила Алекс вопросом на вопрос, выгибая левую бровь и скрестив руки на груби. — И предшествуя твой следующий вопрос: я специально не сказала никому, потому что знала, какой будет ваша реакция. Вы бы попытались меня отговорить.

— О, ну спасибо, что хоть сейчас решила поставить нас в известность, — сказала Ади, с сарказмом, вскидывая руки вверх. И таким же тоном как и сестра добавила — Ведь могла же вообще не рассказывать, зная о нашей реакции.

— Что именно вас не устраивает? — спросила Алекс, выходя из себя, терпеливостью та никогда не отличалась. — То что я без вашего согласия приняла Ислам? Или же, что это именно Ислам?

— Почему именно Ислам? — закричала Ади вскакивая со своего места, на который только успела присесть, и становясь напротив сестры, смотря прямо в глаза. — В мире, что других религий мало?

— Верю именно в эту религию, и считаю её истинной. — ответила ей Алекс, также смотря в глаза старшей сестре. — Верю в Аллаха! Верю, что Он един. Что Он создатель. Ты говоришь про другие религии, но какую мне принять, если все другие ведут к ней? Чем, по-твоему, плох Ислам? Тем, что она учит верить в единого Бога? Тем, что призывает делать добро? Или же учит уважать друг друга, вне зависимости от религии, нации, цвета кожи или разреза глаз?

Никто в комнате не произнёс ни слова. Все смотрели на Алекс, словно увидели её впервые. Никто из них не мог понять, как их Алекс, всегда такая бесчувственная, никогда не показывавшая чувств, не рассказывавшая о чем думает, может так искренне и с таким благоговением говорить о чём-то. Их не интересовало, где она могла узнать об Исламе, ведь она из-за чего угодно могла начать искать информацию. Просто из-за одной мысли или услышанного слова начать интересоваться чем-то, было ей характерно, и каждый присутствующий об этом знал.

— Значит теперь и нам тоже нужно принять твою веру? — спросила Амира, чтоб разрядить атмосферу. Она поняла — буря прошла. Алекс смогла убедить всех и успокоить, настолько насколько возможно. Да они будут ещё волноваться, переживать за неё, но зато теперь каждый знал, она пошла на этот шаг добровольно, по собственному желанию.

— Нет. — ответила она, улыбнувшись. — Я бы хотела, правда, но нет. Если вы примите из-за меня, для вас религия не будет играть никакой роли. Вы не поверите в Аллаха. Для вас это будет как обязательство. А суть Ислама в том чтобы верить. Верить всем сердцем. И если её нет — принятия мусульманства не имеет значения. Я, правда, хочу видеть вас всех мусульманами, но заставлять вас, зная о вашем неверии, не хочу.

***

Не жди ежеминутно, что небо упадёт на землю или начнётся всемирный потоп. Знай: всему своё время, и что должно постигнуть тебя, то не обойдёт тебя стороной, а что не должно обрушиться на тебя, то и не обрушится, и нет причин тревожиться заранее. Не грусти! Рецепты счастья и лекарство от грусти. Аид ибн Абдуллах аль-Карни. В голове каждого человека живет свой идеал, и многие не понимают из чего он создается. Возможно, Ади ошибается, но она не знает откуда тот мог взяться. Обидно не то, что он живет там, а то, что мешает жить. В каждом человеке, осознано или нет, она искала его. Хотя бы что-то от него: улыбку, взгляд, цвет глаз, рост или же просто стиль одежды. И когда ничего из перечисленного не находиться, больно. Возможно, если спросить её о нем она не сможет ответить, ведь сама не знает какой он. Почему сердце создает нам идеалы, раз они причиняют нам боль? Почему люди всю жизнь ищут того кого не существует? Почему мы так четко представляем его у себя в голове, а когда пытаемся поделиться этим образом с кем-нибудь, не можем выразить словами? Почему? …столько вопросов и ни одного ответа. Ади всегда казалось, что она просто не встретила того человека с которым была бы счастлива. Искать свой идеал, как в сказках, которые рассказывали в детстве, времени не было. Она просто мечтала и надеялась, что вот-вот сегодня он появится, полюбит её такой, какая есть, сделает счастливой. Надеялась, что будет «долго и счастливо». Но этим всем мечтам пришел конец. Сегодня она поняла, что его не существует… Самое интересное — для этого ничего важного не произошло. Некоторые мысли возникают в голове спонтанно, и спустя какое то время мы понимаем это и есть правда. Это с ней и произошло — осознание. В один миг пронеслась мысль «а ведь в действительности его и не существует…» и все. Сначала она даже внимания не обратила, все также продолжая работать, улыбаться. Но это случилось и от этого никуда уже не убежать. Мысль возникла сама по себе, и смысл был ясен — его нет. В какой-то степени ей было больно это осознавать, но со временем привыкаешь, многие из наших грез несбыточны. Ей было больно, ведь еще одна частичка её души умерла, ушла в небытие, но никто не узнает об этом. Это боль, которую понимает она одна, и оплакивать которую будет тоже одна. Сложнее всего жить с болью которой не можешь поделиться, и которому по сути нет объяснения. Люди говорят «расскажи и станет легче», но как рассказать о том, что сам не можешь объяснить? Кто поймет, что грезам пришел конец? Может кто-то и выслушает, но где гарантия, что поймут? Многих из нас убивает именно боязнь открыться. Ведь никогда не знаешь, как окружающие это воспримут. Но одно Ади знает точно, сегодня ей плохо, и может быть, сегодняшнюю ночь она посвятит своему умершему идеалу, ну а завтра, завтра все будет как всегда. Она продолжит все также улыбаться, жить. Никто и никогда не узнает о похоронах в её душе. Похоронах проведенных для единственного — и никогда не увиденного. Ади пришла в себя осознав, что уже какое-то время сидит в машине у дома. За последние, пару недель такое случалось не впервые. Уже некоторое время она начала замечать за собой такое поведение, уходила в себя, а после и не помнила, о чем думала. Ей все время казалось что-то не так, чего-то не хватает, внутри появилась пустота, которую невозможно ничем заполнить. С каждым днём Ади казалось словно внутри что-то ломается, появляются трещины, настолько большие, что сразу и непонятно: разбилось оно полностью, разлетевшись на осколки, или осталось что-нибудь ещё. Когда с утра и до вечера на лице счастливая беззаботная улыбка, а внутри удивляется сама себе насколько фальшивая она снаружи. Она не могла понять, что не так и когда именно это началось. Временами казалось все хорошо, все наладилось, но оставаясь одна пустота возвращалась, и в такие моменты ей некуда было сбежать. Одна в темноте со своей болью, причина которой непонятна. Она думала о депрессии и даже подумывала обратиться к психологу, но не понимала — как это потом объяснить остальным. Они сразу же начнут о ней волноваться, а это последнее что ей сейчас нужно. Так ничего не решая и не находя объяснения своего состояния она жила последние недели. Постаравшись выкинуть все ненужные мысли из головы Аделина вышла из машины и направилась в дом. Сегодня Зейн и Алекс должны были вернуться на выходные. У них была традиция раз в месяц выходные проводить друг с другом, и никто не имел права отсутствовать. Обычно они устраивали марафон фильмов, ходили гулять, одним словом старались проводить друг с другом время. Кроме Адама, работавшего следователем, и Амиры, учащайся в университете, все остальные работали вместе в кафе. Совместная работа не всегда означает совместное времяпровождения. Так как каждый из них занимался своим делом, они могли за день вообще не пересечься. Исключением бывали случаи, когда кто-то из них без сил на ночь заваливался в квартирку наверху. После выпуска из приюта они все усердно работали и спустя несколько лет открыли своё кафе, где и работали. Десять лет назад уйдя из приюта и оказавшись одна в большом мире Аделина не знала куда ей поддаться, благо была квартира, предоставленная ей государством. Она боялась всего, как птенец, впервые вылетевший из гнезда. Но как бы страшно ни было, девушка понимала — нужно найти работу, ведь остальные ждали, что та вернется за ними. Как бы сложно ни было в начале молодая девушка, совсем еще юная, никогда не думала о том, чтоб оставить остальных. Возможно, не сразу но они смогли отвоевать свой уголок в этом огромном мире. И их кафе являлось именно им. Оно было плодом огромного труда и усилий. Но зато их и только их. — Нет, ну смотрите, Капитан Америка после возвращения камня вернулся оттуда стариком. Он изменил своё прошлое, но Сокол его помнил и ждал. — услышала Ади голос Зака из гостиной, как только переступила порог дома. Она поняла — они опять спорят о Мстителях. Не знай она их подумала бы, что они смотрят фильм, но правда в том, что чуть ли ни каждый раз, собираясь вместе они пересматривали его или просто спорили строя новые теории. — Конечно он ждал. Ведь Капиташка должен был вернуться через пару минут. — последовала следом от Амиры. — Но ведь ход времени не изменился? — вставил Адам. По его голосу было понятно, что он что-то жевал. Ади со сто процентной уверенностью была уверена — чипсы принглс, со вкусом паприки. — Конечно. Халк же говорил, что прошлое это прошлое и оно не изменится из-за того что ты сделаешь в будущем. — последовал ответ от Зейна. Удивительно каким общительным он бывал рядом с ними и каким холодным с посторонними. Иногда Ади казалось, что Зейн специально ведёт себя с людьми так холодно, пугая их, просто чтоб не разговаривать. Хотя и с ними он разговаривал не так много как с Алекс, что порой расстраивало остальных. Но правда в том, что у каждого из них свои скелеты в шкафу, и своя боль. — Следовательно Кэп изменил своё будущее. — Значит он прожил две жизни? — задала вопрос Бэлла, ни к кому конкретно не обращаясь. К этому моменту Ади зашла в гостиную и застала картину: Бэлла и Амира сидели на диване с двух концов, а между ними развалился Адам, как Ади и думала, с принглсом, закинув ноги на журнальный столик. Зак же развалился в кресле слева от Амиры, раскинув ноги в стороны, одну на подлокотник, а вторую на пол, и играл с бутылкой газировки, подкидывая вверх, а после поймав, повторял процесс. Во втором кресле, справа от Бэллы, сидела Алекс, перекинув обе ноги через подлокотник и кушая свои любимые чипсы лейс, деля одну пачку на двоих с Зейном, сидевшим на полу прислонившись к кресле в котором та восседала. — Получается Кэп прожил своё настоящее прошлое параллельно со своим прошлым в прошлом, при этом помня о той жизни. — сказала Алекс, прожевав чипсы. — И раз прошлое не меняется, то они могут без проблем вытащить Вдову, забрав её за пару минут до прыжка, и Железного человека, перед тем как он собрал камни в своём костюме. — Почему именно в эти минуты? — спросил Зейн, вскинув голову и уставившись на сестру. — Чтоб меньше надо было объяснять. — было её ответом, с безразличным пожатием плеча, после чего все в комнате громко рассмеялись, включая и Ади. После раздавшегося смеха присутствующие наконец заметили возвращение девушки. Быстренько переодевшись Ади присоединилась к остальным. И в эту ночь у них был марафон трилогии Властелин колец и Хоббиты. К концу второй части Хоббитов, с которых они решили начать, все отрубились, там где лежали. У них всегда было так, поэтому в такие вечера они устраивали спальные места в гостиной, зная что до спален не дойдут. Проснувшись на следующее утро и приняв душ, Ади отправилась в кухню, выпить кофе. В гостиной все также спали остальные, и как ей показалось, ещё не скоро собирались просыпаться. По правде сказать, она и не хотела этого. Сейчас хотелось тишины и спокойствия. Бывают такие моменты, когда хочется сбежать от всего мира и спрятаться от всех в укромном уголочке, где тебя никто не побеспокоит. Хочется одиночества. Многие бояться оставаться одни, бояться её, порою люди не понимают — как она необходима. Временами Ади нравилось быть в одиночестве, нет конечно бывают моменты когда хочется общения, теплоты от людей, и того чтоб кто-то находился рядом. Но одиночество. Одиночество это то без чего человек не сможет существовать. Она частичка нас и порой только в одиночестве решаются самые важные вопросы. Иногда казалось — счастливые люди те кто счастливы в своём одиночестве. Кто не бежит вперёд боясь остаться один. Многие этого не ценят, но минуты одиночества, наедине с собой очень важны. Они делают людей теми кто они есть. Это время когда каждый может быть самим собой, нет необходимости притворяться. Но надеждам Ади не суждено было сбыться. На кухне был Зейн, сидел за столом со своим ноутом попивая кофе. Увидев сестру тот кивнул головой, в знак приветствия, и не говоря ни слова уставился обратно на экран. Это в нем и нравилось Ади, он никогда не считал необходимым вести пустые беседы, и уважал личные границы. Девушка даже обрадовалась, что на кухне именно он, а не кто-то другой, да хоть тот же Зак. У остальных как будто была миссия в этой жизни, не давать другим чувствовать себя одинокими рядом с ними и всегда о чём-то болтали, за исключением, конечно же, Алекс. Порой Ади казалось — сестра ни от мира сего. Она могла целыми днями сидеть читать, и было плевать даже если за окном будет апокалипсис. Еще вечно неуместные вопросы, которые та задавала, когда считала, что люди от неё слишком многого хотят. — Хочешь поговорить об этом? — услышала Ади, посмотрев на Зейна поняла, что все это время он пристально за ней следил. Его зеленые глаза, казалось, заглядывают ей прямо в душу и пытаются выпытать тайну, скрывающуюся там. — Не понимаю о чем ты? — ответила она делая себе чашку чёрного кофе. Закончив же села за стол, напротив Зейна. Сегодня, определённо, не её день, раз даже самый молчаливый в семье решил поговорить. Самая большая проблема была в том, что даже захоти она, не знала о чем именно говорить. О том, что внутри неё образовалось непонятная пустота? Что временами ей хочется сбежать куда глаза глядят? Порой находясь среди толпы чувствует себя одинокой? О чем именно ей рассказать? Возможно, пойми она себя, узнай в чем именно проблема Ади и захотела бы с кем-нибудь поговорить, но сложно сделать это не зная сути проблемы. Может у неё просто переходный возраст, начавшийся так поздно, а возможно и депрессия. Но одно знала точно, она не хочет чтоб кто-либо из них волновался. — Ты замираешь посреди работы и стоишь не шевелясь, словно из тебя вынули батарейки. Приходишь в себя, только если потормошить или позвать несколько раз. И это касается не только работы. — сказал Зейн хмуря брови. Ади уставилась на брата, вытаращив глаза, ведь сама начала замечать, как порой отключается от всего происходящего и приходит в себя, лишь когда кто-то зовёт. Но как Зейн смог это заметить? Раз сама она до недавнего времени не обращала на это внимания. На невысказанный вопрос в глазах девушки, Зейн ответил, пожав плечами: — Порой вы все забываете, что я отвечаю за безопасность в кафе, а значит камеры на мне. Это логично. Раз он смотрит камеры то мог заметить её «отключки» на работе. Значит тот уже давно следит за ней. Скорее всего ждал выходных чтоб поговорить. Получается, на кухне он её специально дожидался? Может это то, что ей нужно, рассказать обо всем? Говорят же, расскажи и станет легче. Может и правду стоит попробовать? Ади не знает как, но начав не смогла остановиться и рассказала обо всем что её беспокоит, о своей внутренней потере, пустоте, неопределённости и обо всем что её когда либо тревожило. До этого момента она сама не догадывалась о многих своих переживаниях, но начав говорить все мысли облачались в слова, а вместе с ними и все внутренние переживания. Теперь понятно, почему люди ходят к психологам. До этого девушка не понимала зачем платить кому-то чтоб просто поговорить, но сейчас — не жалко отдать все за облегчение от «выброса» всех слов из себя. Закончив говорить Ади уставилась на брата, словно ожидая приговора, но к большому удивлению тот не произнес ни слова, а просто встал и вышел из кухни. Честно говоря она сидела в шоке. Не такой реакции ожидала от своей исповеди. Но посокрушаться времени не было, так как спустя минуту Зейн вернулся обратно, держа в руках книгу. Он протянул ей и положив перед ней, все также молча уселся обратно за стол. — «Не грусти. Рецепты счастья и лекарство от грусти» — прочитала Ади вслух название книги, и перевела взгляд на Зейна, ожидая объяснений. Не дождавшись ответа или чего-либо еще, кроме пожатия плечами уставилась обратно на книгу в своей руке. — Ты хочешь чтоб и я стала мусульманкой? Потому что по имени автора понятно, что эта книга именно об этом. — Нет. — ответил брат. — Ты ощущаешь внутреннюю пустоту, она поможет тебе упокоиться и найти ответы, даже если не на все вопросы, то на множество из них. — Не думаю, что какая-то книга может помочь? — с сомнением отвечала Ади. Не секрет, что вслед за Алекс Зейн тоже принял Ислам, но они никогда не говорили об этом. Никто из них сильно не удивился, зная как эти двое близки. Скорее для них это было вопросом времени. Но Ади точно знала, Зейн стал мусульманином не из-за Алекс и их близости. Истинную причину этого не знал никто, потому что он отказывался об этом говорить, даже с Заком. Единственное объяснение которое они услышали: «Я нашёл в ней то, что всегда искал». — Просто прочти её. — ответил он, не глядя на неё. — Возможно, в ней ты найдёшь успокоение своей души. То, что автор мусульманин не означает призыв к Исламу. Эта книга которая открывает вещи на многое, порой кажущиеся незначительными. — Из-за неё ты стал мусульманином? Нашёл то, что искал? — Нет. — покачал головой тот. Взъерошив волосы и смотря в чашку с кофе, тот начал говорить. Наверно это было первый раз когда брат рассказывал Али о чем-либо: — После возвращения из армии мне казалось, я оставил там часть себя. За три месяца до конца службы нас с Заком распределили в разные группы и меня отправили в отдаленное селение. Я даже не знаю где это место находилось, и то, что я там увидел повергло меня в шок. Это перевернуло весь мой мир. Там люди жили совсем другой жизнью. Их не интересовали деньги, последние достижения науки, гаджеты. Они жили, словно, в другом веке. И все два месяца, что я там провёл ни разу не видел чтобы люди закрывали свои дома на ключ. У них было такое взаимопонимание и взаимоуважение, что я просто не понимал их. Вернувшись сюда, в большой город, я казался самому себе лишним, подумывал вернуться туда, но и там я знал, буду лишним. В момент когда казалось, что в этом огромном мире мне нет места, решил рассказать обо всем Алекс. Выслушав все, та встала и взяв телефон и наушники дала мне их, не стала убеждать в чем-либо, а лишь включила мне видео на YouTube где читали Коран. Она не пыталась поговорить со мной, знала наверное, что разговоры мне не помогут, единственное сказала: «просто закрой глаза и слушай, возможно это принесёт тебе то успокоение которого ты так ищешь». И она оказалась права. Ади сидела не в силах вымолвить и слова. Она никогда бы не подумала, что Зейн так терзался после возвращения. Она привыкла к его холодности и не понимала, что за ним могут скрываться такие глубокие чувства. Ей казалось — Зейн предстал совсем с другой стороны. Это был не тот ледяной парень, которого она с детства знала, а впечатлительный молодой человек, ищущий себя в жизни. — Тогда я ни слова не понял. Но это был первый раз после возвращения, когда я спал ночью спокойно. Я стал искать информацию, читал подходящую литературу, начал изучать историю. В итоге пришёл к тому, что сейчас имею. Ади встала и подойдя к брата крепко обняла, и тихонько прошептала тому на ухо: — Спасибо, что поделился со мной. И спасибо за книгу. Я её обязательно прочитаю. Порой за своим одиночеством и переживаниями мы не замечаем, что проблемы могут быть не только у нас…

***

Что является началом? Рождение или смерть? Порой рассматривать рождение как начало неправильно, ведь до этого человек девять месяцев находится в утробе матери. И появление человека на свет для других людей тоже не начало, а естественный процесс. То же самое со смертью. После человека, кроме воспоминаний не остается ничего.

Если рассматривать жизнь с математической точки зрения — начало это прямая, не имеющая ни начала, ни конца. А наша жизнь — отрезок, со своим началом и концом, т. е. в какой-то момент начинается и заканчивается.

Несмотря на всю сложность для каждого из нас началом является определенный момент жизни. Для каждого оно свое, как встреча с определенным человеком, новая работа или достижения. Появляется своя история, со своим началом и концом. Как и с Ади. Возможно, много лет спустя она будет вспоминать этот день как начало всего, или как начало новой жизни.

С её разговора с Зейном прошла неделя. Она, как и обещала, прочитала книгу. Сказать по правде, эта книга открыла ей глаза на многие вещи, но также многие вещи были непонятны, и не воспринимались устоявшимся мировоззрением. До сих пор она жила словно в ожидании чего-то, чего не могла понять. Ади всегда ожидала от людей многого, иногда просто благодарности, доброго слова, поддержки, но в большинстве случаев не получала ничего.

Дело не в семье и близких. Порой каждый надеется на слишком многое со стороны окружающих и когда не получает — разочаровывается. Многие не понимают — наши ожидания это наши проблемы. Окружающие не знают о них, и скорее всего не догадываются.

Ади поняла чувства лишь наше дело. И делать счастливыми или глубоко несчастными можем себя мы сами. «Рай мой — в груди моей». Это фраза, которую она повторяла каждый день на протяжении недели. Девушка перестала зацикливаться на том кто что скажет, волноваться что подумают.

Нет, она не поменяла свое мировоззрение, просто понимая, что бывает люди волнуются по пустякам, забывая о важном, переосмыслила свою жизнь, и попыталась понять, что в действительности важно и имеет значение именно сейчас.

Возможно, Алекс посмеется над ней, но впервые в жизни Ади казалось, она смогла понять младшую сестру. До этого времени она никогда, без необходимости, не читала ничего, даже не понимала — зачем тратить время на чтение, когда можно посмотреть экранизацию или послушать аудио версию. А тут с каждым словом ей хотелось прочитать все больше и больше, узнать больше. Еще ей казалось, что начала понимать, почему та поменяла веру. Сама она еще была далека от этого.

Многого Ади еще не понимала, но за эту неделю что-то в ней самой изменилось. Когда Зейн дал ей ту книгу, она думала — будет призывом к принятию Ислама, как мотивирующие книги в стиле «начни жить, бросай все и иди за мечтой», из-за чего, честно говоря относилась, ко всей этой затее с опаской и недоверием. Но как показало время — ошибалась.

В этой книге Ади нашла покой для себя и порой, возвращаясь, домой, после трудного рабочего дня, брала и перечитывала.

Сегодня ничего нового не ожидалось, приезд домой, душ и завалиться в постель. Она устала, очень, и даже задумывалась, сможет ли доехать до дома. Оставалось проехать через мост и еще пару кварталов, чтоб оказаться в теплой постельке, как неожиданно перед ней, прямо посреди дороги, появился мужчина с луком в руках. И чтоб не сбить незнакомца Ади резко вывернула руль в сторону, из-за чего не справившись с управлением унесло с дороги и машина врезалась в ближайшее дерево. Казалось, вся жизнь пронеслась перед глазами, но самой яркой была абсурдная мысль «Кто в наше время выходит с луком и стрелами убивать кого-то?».

Именно так наверное погибли родители, подумала девушка, уставившись невидимыми глазами прямо перед собой.

Ади в шоке сидела, боясь вдохнуть полной грудью. Ей все казалось нереальном, и возможно, она бы смогла списать все на усталость, если бы в этот момент сзади не возник яркий свят. Не понимая, происходящего, она вылезла из машины и друг столкнулась лицом к лицу с непонятным существом.

Оно было огромным, под два метра, и полностью красным с черными глазами, не было видно зрачков. Оно стояло прямо напротив и как только Ади посмотрела ему в глаза, оскалил зубы, словно, в улыбке. А вот зубы у существа были красивыми, белоснежными, каким можно позавидовать. Боже, какие идиотские мысли возникают в голове перед лицом смерти.

Инстинктивно Ади сделала шаг назад, врезавшись спиной в машину, а неопознанное существо последовало за ней. В тот момент, когда она думала, о смерти, начав в мыслях прощаться с близкими, оно взорвалось и рассеялось как дым.

Девушка в шоке стояла и смотрела перед собой, не понимая, или возможно не осознавая, происходящего.

В этот момент к ней подошел мужчина с луком и стрелами, а сзади него стоял еще один монстр, только зеленого цвета. Ади открыла рот, пытаясь предупредить незнакомца об опасности, но не смогла вымолвить и слова.

— Ты не должна была нас видеть. — было первым, что произнес мужчина, встав перед ней. Видя её состояние, и поняв по вытаращенным от ужаса глазам, на что именно та смотрит, сказал, не оборачиваясь: — Этот не причинит тебе вреда, он со мной.

По правде сказать, Ади ожидала совсем другого. Её мозг отказывался анализировать, происходящее решив выбрать оптимальный для себя вариант, а именно отключаться. Последним, что девушка увидела, перед тем как потерять сознание были вытаращенные от испуга глаза незнакомца, и руки, подхватившие её, не давая упасть на землю.

Впервые за последний месяц Кемаль был счастлив. Та о ком были все его мысли, последние полгода, была прямо перед ним. Точнее была у него на руках. Кемаль увидел её впервые около шести месяцев назад, когда был на задании в центральной части города. Тогда же он впервые упустил своего врага.

В тот день он с Саидом отправился на задание. Они знали где именно должен был появиться Мустафа, человек за которым они следили. Приехали раньше положенного времени, проверить район, чтоб в последствии не возникло непредвиденных обстоятельств. После часа хождения по району, осмотра каждого закоулка двое мужчин решили зайти в ближайшее кафе, скоротать время, так сказать. Тогда-то Кемаль впервые увидел её.

Она стояла у столика с маленьким ребёнком и весело о чём-то болтала. В ту самую минуту мужчина понял, что пропал. Он встретил её. Свою пару.

Честно говоря, Кемаль давно потерял надежду встретить ту единственную. У хранителей редко когда появлялись пары. Они являлись их слабым местом, из-за чего не каждый из них жаждал обзаводиться семьей.

Кемаль понимал, встреться они при других обстоятельствах, никогда не смог бы оставить её, так как связь между парами формируется с первого взгляда или контакта. Но им повезло, если можно считать сложившуюся ситуацию везением. Его пара не могла видеть его. Одним из преимуществ хранителей перед обычными людьми, они, как и Джины, могли скрывать себя от людских глаз.

После того раза, появлялся в кафе каждый день, выучил её график, провожал до дома, сидя на заднем сидении машины, встречал по утрам. Кемаль стал хранителем для той кто был предначертан ему Аллахом. Он находился с ней каждую свободную минуту, которую мог выделить, вплоть до прошлого месяца.

Месяц назад ему пришлось переместиться, по делам, в другой город и вернулся только сегодня вечером. Кемаль не успел зайти к ней, так как сразу же оказался на задании. И он никак не ожидал, что та о ком были все мысли окажется здесь.

До этого времени Кемаль держался на расстоянии, боясь втянуть её в свой мир. Но теперь этому не бывать, не потому что связь сформировалась, а просто больше не сможет находиться вдали от неё. Решив все для себя тот вытащил её из машины и пошёл в сторону особняка, к которому, кстати говоря, они и приехали, хоть за своими мыслями этого не заметил.

Ан, Джин бывший с ним сегодня ночью, открыл дверь, пропуская в дом. Кивнув головой, в знак благодарности, мужчина сразу же направился в сторону лестницы на второй этаж, на ходу крикнув:

— Позови кого-нибудь из женщин в мою комнату.

— Не лучше ли отнести её в медцентр? — спросил тот, остановившись у подножья лестницы. В отличии от Кемаля, забывшего обо всем из-за встречи с парой, тому еще нужно было доложить обо всем королю.

— Нет. — ответил Кемаль, не замедляя своего шага. — С ней все должно быть в порядке. Она упала в обморок от шоке.

— Что здесь происходит? — услышали они голос Мансура, направляющегося в сторону прихожей. Кемаль не удосужился ответить и дойдя до своей комнаты пнул дверь ногой, открывая и занёс свою ношу внутрь.

В то время как он укладывал гостью в постель Ан с Мансуром успели подняться на второй этаж, и теперь последовали за ним в комнату, вставая у входа.

За спиной же у них маячила Лейла, младшая сестра Рашида одного из хранителей. Недалеко от них раздался шум открывшейся двери и спустя минуту к ним присоединилась Самира, жена Саида, тоже являвшегося хранителем.

Не получив ответа на свой вопрос, король нахмурился и переводя недовольный взгляд на спину подчиненного грозно сказал: — Я задал вопрос.

— Она моя пара. — нечего скрывать, рано или поздно все узнают. Отпускать её Кемаль не собирался.

— Почему она без сознания? — спросил Мансур, все также стоя у входа, и смотря прямо на мужчину. Лейла же на пару с Самирой, зашла в комнату, отодвинув мужчин, и подойдя положила руку на лоб девушке. — Только не говори, что украл её.

— Она видела нас. — встрял в разговор Ан, смотря на подол одеяла лежавшего на кровати, только не на девушку. Казалось, он пытался решить сложную математическую задачу у себя в голове.

— Она упала в обморок от шока. — повторил Кемаль слова, произнесённые на лестнице, смотря на пару, не обращая никакого внимания на присутствующих.

— Кемаль. — услышал он нетерпеливый голос короля. Он понимал, что тот терпеливостью не отличается, и следует поговорить с ним, как можно быстрее.

— Мы о ней позаботимся, а тебе лучше пойти и поговорить с ними. — сказала ему Лейла и кивнула на дверь. Кемаль не хотел уходить, но понимал, следует все объяснить и прояснить ситуацию.

Да и по голосу короля было ясно, что тот начинает злиться. А злить Мансура последнее о чем Кемаль мечтал. Тот в гневе слишком страшный. Из-за чего все в доме пытались избегать этого, а если не получалось сбегали.

— Я приду через пять минут в кабинет, и все объясню. — сказал он посмотрев в глаза Мансуру, на что тот кивнул, и развернувшись вышел из комнаты, не забыв прихватить с собой Ана.

Полчаса спустя Кемаль сидел перед королём и ждал его решения. Он рассказал ему, а также остальным хранителям, все, начиная со встречи полгода назад, заканчивая сегодняшней, когда та увидела его на задании.

Хранители занимались защитой миров: мира людей и джиннов. Точнее сказать защищали границы, не давая тем и другим пересекать его. Они находились меж миров и основной их задачей была защита и поддержание баланса в мире. Их ещё называют войнами Аллаха, так как они призваны защищать и оберегать всех живых, независимо от того к какому виду относятся.

В разное время в состав хранителей входили от 20 до 50 воинов, но с течением времени их становилось все меньше и меньше. Ведь для защиты границ о них умалчивалось, чтоб ни у кого не возникало соблазна совершить какую-нибудь глупость.

На данный момент их было всего 10: Король, который по праву наследства стал им, три человека, три ангела и три джинна.

Их король, Мансур, являлся последним выжившим наследником королевского престола государства Эльнарс.

Эльнарс — единственное государство находившееся меж двух миров. Из-за чего было сокрыто от глаз людей и джиннов. И почему именно здесь обитали хранители.

После расправы над королевской в живых остались только вдовствующая мать убитого короля и наследный принц, являвшийся подростком. Убитая горем, от потери сына и невестки, бывшая королева отказалась оставаться во дворце и ждать когда придут за её внуком, и уехала, таким образом спрятав того ото всех.

К тому моменту хранителей уже не было, так как знать Эльнарса больше не верила в их надежность, из-за чего вслед за королевской четой были все из них уничтожены.

Лишь недавно Мансур вновь собрал их воедино, начав с себя и трёх своих близких друзей, Кемаля, Саида и Рашида.

Узнав о возрождении хранителей джинны отправили трёх своих лучших воинов: Ан, Рир и Рауф. После чего с неба были ниспосланы три ангела-воина: Аель, Скар и Дис.

С тех пор прошло около десяти лет, но не было ни дня когда они не стояли на страже спокойствия миров. И никто из них, кроме Саида, но у него своя история, не задумывался о паре и семье, считая это тем чем стоит пожертвовать ради безопасности охраняемых ими.

И сейчас здесь, в кабинете короля, собравшись всем вместе, должны были решить, что делать дальше. О том, чтобы разлучить пару никто из них и не думал. Ведь как бы сильно они не отрицали возможность встречи с ней, мужчина, повстречавший её уже не сможет отпустить.

Кемаль отвёл взгляд от Мансура, сидевшего, уставившись в одну точку на столе, после чего перевел на мужчин в комнате, которых считал братьями. Рашид и Ан сидели на подоконнике, первый со крещёнными руками на груди, а второй с закрытыми глазами откинувшись на стекло. Дальше от них в кресле сидел Рауф, играющий с брелком на ключах. Сзади него, прислонившись к камину стоял Рир следя за действиями Рауфа. На диване, стоявшем у стены сидели Аель, Саид и Дис. У входа же, подпирая стену стоял Скар, со скрещёнными руками и ногами.

— Мы не будем разлучать тебя с парой, — прервал тишину Мансур. — Тебе решать останешься ты здесь или уйдешь ради спокойной жизни со своей парой. Какое бы решение ты не принял, мы его примем вместе с тобой.

Кивнув головой Кемаль сидел задумавшись, готов ли он ради своей пары оставить весь свой мир и уйти? Ведь до сих пор смыслом жизни для него были Хранители. Он привык к жизни война, и не хотел ничего менять. Мужчина не мог поверить, что встал вопрос выбора.

— Хранители это моя жизнь, и я не хочу уходить. — начал он говорить: — Но, также понимаю, что не смогу жить вдали от пары.

— Мы не заставляем тебя выбирать. — ответил Король, встав со своего места, обойдя стол положил руку тому на плечо, в знак поддержки. — Поговори с ней. Объясни все и возможно она решит остаться здесь с тобой. Не решай все за сам, ты можешь ошибиться.

Вскочив со своего места Кемаль обнял Мансура. Возможно, он и был королем, но для него тот являлся братом.

— Спасибо брат! — горячо воскликнул Кемаль, переполненный благодарностью. На что Мансур чуть улыбнулся и кивнул в сторону двери, говоря, что тому следует идти прямо сейчас к своей паре. Что Кемаль с удовольствием и сделал.

***

На следующее утро, проснувшись рано, Ади лежала в постели и думала обо всем произошедшем вчера. Все произошедшее казалось сном, ведь в реальности, к которому она привыкла, такого не бывает. В современном мире нет места мифическим существам. И тот кого она вчера наблюдала что процентов к нормальным людям не относился. Тогда кем он был?

Резко сев в постели Ади начала искать свой телефон, и нашла его на тумбочке рядом с кроватью. Взяв его в руки и разблокировав, обрадовалась, зарядка до сих пор не села. Ей захотелось кому-либо рассказать о случившемся. Даже если не поверят хотелось поделиться.

Единственный человек о ком Ади подумала, в это ранее утро, была Алекс. Неизвестно почему, но девушка не сомневалась, что та ей поверит, как бы бредово все не звучало.

Не мешкая большое, она набрала той смску, ведь точно была уверена — сестра еще бодрствует.

— Если бы тебе сказали, что демоны существуют, ты бы поверила?

Порой бывало так, что кто-то из них мог напитывать Алекс весь день и не получить ответа. Поэтому для них стало, вроде как, традицией сначала отправить смс, а спустя несколько минут звонить.

Ади не понимала почему Алекс такая, но та, по словам людей плохо знавшим ту, была самой грубой, необщительной и невоспитанной в их семье. Говоря по правде, Ади сама не знала, что происходит в голове младшей сестры. Та была слишком замкнутой, и порой казалась безэмоциональной куклой, словно робот.

До приюта та не была такой, но после сильно изменилась. Ади, как старшая, понимала, ну или старались понять каким большим потрясением все обернулось для младшей сестры, но все же порой обижалась на бесчувственность со стороны той.

— И ты решила узнать мое мнение именно в шесть утра?

Получив ответ на который даже не надеялась, Ади обрадовалась и откинувшись обратно на подушки начала печатать.

— Ну да. Думаю время самое подходящее. Я же знаю, что ты не спишь.

— Ха-ха.

— Ты не ответила на мой вопрос. Долго мне тебя ждать? Спишь что ли?

Али в нетерпении отправляла одну смску за другой. Ей не терпелось рассказать обо всем, и неторопливость сестры раздражало.

— Да нет, ты что. Собираю атомную бомбу. Сейчас же САМОЕ ПОДХОДЯЩЕЕ ВРЕМЯ ДЛЯ ЭТОГО.

Получив последнюю смску Ади засмеялась. Она знала 5–6 утра время когда сестра ложится спать. Та была не такой как все нормальные люди. Всю ночь она работала или просто читала, а днём отсыпалась. На все вопросы отвечая — ей так удобно. Поэтому Ади знала раз та ответила значит ещё не успела лечь спать, о чем и написала той, на что не получила никакого ответа, как и следовало ожидать.

— Ну так, что? Ответь. Мне же интересно. Я все равно от тебя не отстану. И вообще ты даже не поинтересовалась где я, и все ли со мной в порядке.

— Ну раз ты мне написываешь с утра по раньше с тобой все прекрасно. Так что отвали.

— Алеееекс. Ответь.

— Я не верю в демонов, но верю в джинов.

— А это кто такие?

— Скажем так, это вроде как твои демоны.

— Ты их видела?

— Нет.

— Тогда как ты можешь верить в то, что никогда не видела?

— А как ты можешь верить в то, что у тебя есть душа, а не просто тело?

— Не задавай мне вопросов, на которые я не могу ответить. Я просто знаю, что у каждого человека есть душа, а не просто мозг и сердце.

— Вы людишки такие странные. Вам для всего требуются доказательства. Вообще не понимая, что порой нужна только вера, а не доказательства.

— Ну? Ты мне ответишь?

— В Коране Аллах говорит о том, что создал не только людей, но и Ангелов и Джинов. И раз я верю в Него, то почему бы мне не верить в его создания?

— Для этого мне не нужны доказательства.

— Тогда ищи их в другом месте, а мне дай поспать.

Ади больше не стала писать сестре, понимая та больше не ответит. Возможно, сестра права, мы верим во многие вещи, существование которых не доказано. И порой нам не требуются эти самые доказательства, мы просто верим. Так почему она настолько сильно сомневается в существование того кого увидела?

Потому что до этого ты ни разу не задумывалась о них, пронеслась мысль в голове. И это действительно так. Ади никогда не интересовалась о существовании кого-либо помимо людей, считая все это вымыслом для фантастических фильмов. Да и по правде, у неё на это времени не было.

Сначала приют, после приюта взрослая жизнь, к которой та была не готова. Дальше ответственность за семью, их благополучие.

Встав, Ади отправилась в ванную комнату, граничащую со спальней. Там, к её большому удивлению, нашла длинное женское платье, нежно-голубого цвета. Хоть оно ей не принадлежало, но была такой красивой, что умывшись, с удовольствием облачилась в нее. Выйдя из ванной комнаты, девушка привела комнату в порядок, после чего направилась на выход из комнаты.

Ей нужно было подумать о многом, а для этого самым подходящим была прогулка. В отличие от остальных членов семьи Ади не могла усидеть на одном месте. И если ей надо было подумать всегда отправлялась на прогулку. Прогулки являлись ее антидепрессантами.

Открыв дверь комнаты девушка застыла на месте. Ади не ожидала увидеть кого-то так рано утром, и тем более не думала, что вчерашний незнакомец будет сидеть у дверей комнаты.

Увидев, что дверь открылась Кемаль, сидевший у противоположной стены с закрытыми глазами, открыв их поднял глаза и посмотрел на стоявшую напротив девушку. Когда их глаза встретились он улыбнулся той и поднялся с насиженного места, возвышаясь над ней.

Он выше меня чуть ли не на две головы, пронеслось в мыслях девушки.

— Доброе утро! Как спалось? — Поинтересовался Кемаль, стоя напротив неё и улыбаясь такой яркой улыбкой с утра, что невольно у Ади губы сами собой расплылись в ответной улыбке.

— Хорошо, спасибо. А что ты делаешь под дверьми? — спросила она. Ади было любопытно, действительно ли он просидел под дверьми комнаты всю ночь? И если да, то почему?

— Мне хотелось увидеть тебя? — ответил мужчина, вопросом на вопрос. Смущенно улыбаясь и почесывая подбородок. — Да и поговорить не помешает, ведь вчера вечером не удалось. Ты куда-то направлялась?

— Мне не спалось, поэтому решила прогуляться. — ответила Ади, смотря на него. От его улыбки сердце девушки на миг затрепетало.

— Может тогда прогуляемся и заодно поговорим? — предложил ей Кемаль, показывая рукой в сторону, словно приглашая.

— Да, конечно. — ответила Ади, пожимая плечами. После чего они вдвоём направились к лестнице, ведущей на первый этаж.

Кемаль привёл Ади в сад, но перед этим они зашли в кухню, где тот сделал им по чашке горячего кофе. На выходе мужчина укутал Ади в большое тёплое пальто, явно мужское, так как на улице рано утром было прохладно. В саду Кемаль отвёл Ади в самую глубь и усадил в беседке, предварительно расстелив тёплое одеяло на скамейке.

— С тобой я чувствую себя принцессой. — вырвалось у Ади, после чего смущенно улыбнулась, поняв, что именно сказала, пытаясь еще больше укутаться в тепло пальто, поставив чашку с кофе на столик.

Кемалю хотелось сказать ей, что она не просто принцесса, а его королева, но промолчал, побоявшись спугнуть. Он был в курсе того, что у Ади не было отношений до этого, только не понимал с чем это связано. Для него та была самой красивой, нежной, прекрасной девушкой. Нет, конечно он был рад этому, но для современной девушки такое являлось странным поведением, на его взгляд.

С другой стороны он был горд, что будет единственным в жизни своей пары. Мужчина поклялся себе, сделать все от него зависимое чтоб его пара никогда не пожалела о том, что выбрала его. Осталось дело за малым — уговорить её быть с ним.

— Как спалось ночью? — спросил Кемаль, прерывая затянувшуюся паузу. Он готов был просидеть так, рядом с ней до конца своей жизни, но понимал — Ади заслуживает того чтобы все знать.

— Знаешь, — начала она, продолжая кутаться в пальто. — На удивление очень хорошо. Не думала, что после произошедшего мне удастся так хорошо выспаться. Тем более без кошмаров.

— Но ты проснулась рано. — заметил Кемаль хмурясь, не до конца веря в услышанное.

— Ой это не из-за этого. — отмахнулась Ади, улыбнувшись и взяв чашку с горячим напитком, сделала глоток после чего посмотрела на мужчину напротив. — Я всегда рано просыпаюсь. Наверное, я единственная в нашей семье кто встаёт рано. И поэтому все считают, что я должна быть их персональным будильником и будить их каждое утро.

— Ты очень привязана к своей семье. — сказал Кемаль, не спрашивая а утверждая. Вместо ответа Ади просто кивнула, продолжая пить кофе.

В какой-то степени Кемаль завидовал ей. Он рано потерял родителей, а родственники отказались от него, аргументировав — у них нет средств на его воспитание. Кемаль с ранних лет рос на улице, и не надеялся на что-то в жизни, пока однажды не познакомился с нынешним королем, тогда еще являвшегося наследным принцем.

Мансур тогда впервые сбежал из дворца. Гуляя по городу он увидел маленького мальчика пытающегося отбиться от дворовых собак. Тогда он взяв камень начал в них кидать чтоб спугнуть. Когда же у него это получилось и те убежали подошёл к мальчику.

— Почему ты не убежал, а продолжал бороться с ними? — спросил маленький он удивленно, смотря на мальчика перед собой.

От голода и бессилия, после борьбы с собаками, Кемаль не смог ответить тому и просто показал кусочек хлеба, зажатого в кулаке. Не спрашивая больше ни о чем, Мансур помог тому подняться и дотащил на спине до дворца. Тогда Кемаль не понимал, зачем тот делает это, ведь он был незнакомцем, тем более бездомным сиротой.

За те годы, что Кемаль жил на улице он привык к жестокости людей. Успел понять, если трудности не у них или близких люди просто, проходят мимо, пытаясь не обращать на тебя внимания. И в тот момент, когда незнакомый мальчик помог ему, первой мыслю возникшей, в его голове было — это все сон. К тому времени он перестал верить в доброту и отзывчивость людей.

Мансур принёс его во дворец. Завидев будущего короля, несущего на спине человека, подбежали охранники у ворот и забрали ношу со спины принца. По сути Кемаль не помнит, что происходило дальше. Следующим его воспоминанием было пробуждение.

Он до сих пор, спустя столько лет, помнит о том, как проснулся на мягкой постели, и не мог поверить в реальность происходящего.

Открыв глаза и оглядывая комнату мальчик увидел того мальчика кто помог ему. Он сидел за столом и что-то увлечённо писал. Возможно, почувствовав его взгляд тот поднял глаза и посмотрел прямо на Кемаля. Увидев, что он проснулся мальчик улыбнулся и вскочив подбежал к постели.

— Я так рад, что ты проснулся. Ты так долго спал. Думал ты стал спящей красавицей, как в сказке, и не проснёшься пока твоя принцесса не появиться.

Кемаль не понимал и половины того о чем говорил незнакомый мальчик перед ним. Он вообще не понимал, что здесь делает. И почему тот решил помочь, о чем и спросил.

После его вопроса Мансур склонив голову на бок смотрел на Кемаля пристальным взглядом. Он даже успел пожалеть о своём вопросе, но к счастью тот улыбнулся и запрыгнув к нему в постель сказал:

— Ты храбрый. Не побоялся драться с собаками, и даже когда они кусали тебя не отдавал то, что принадлежит тебе. Мой отец всегда говорит, что храбрость нужно уважать и мне захотелось с тобой подружиться. Я не знал где ты живёшь, поэтому привёл тебя сюда.

— У меня нет дома. Я живу на улице. — ответил Кемаль, опуская голову. Ему было стыдно признаваться в том, что является бездомным, тем более человеку, который живет во дворце. А из своего последнего воспоминания, перед тем как потерять сознание, он помнил, что доставили его именно туда.

— А твои Родители?

— Их нет.

— Тогда. — торжественно воскликнул принц. — Ты будешь жить здесь. И тебе больше не придётся драться ни с кем. Будешь моим другом, нет братом.

— Зачем это тебе? — спросил Кемаль не веря во все происходящее. Не мог же он так внезапно попасть в сказку.

— У меня нет братьев или сестёр. — ответил Мансур погрустнев. — А из-за того что я принц мне запрещено покидать дворец, поэтому я не могу завести друзей. Дети которые живут здесь, зная о моем положении, пытаются мне все время угодить, поэтому я не могу считать их своими друзьями. Так, что будешь моим братом?

Вот так в одну минуту Кемаль из бездомного сироты превратился в младшего принца королевства Эльнарс и стал названным братом будущего короля.

Вынырнув из воспоминаний Кемаль понял, что слишком долго сидел уставившись в одну точку. За это время Ади успела допить свой кофе и теперь сидела рассматривая его.

— Прости, я задумался.

— Да ничего. — отмахнулась та, пожимая плечами. — Может расскажешь почему я здесь?

— Ты моя пара. — мужчина решил не тянуть, а сразу прыгнуть в омут с головой. Ведь нет никакого смысла. Если его пара решит отказаться от него, лучше уж сразу расставить все точки. А чем больше он будет увиливать, тем больше боли причинит самому себе.

— Что, прости? — переспросила его Ади, наклоняясь к нему и заглядывая в лицо.

— Не делай поспешных выводов, а просто выслушай меня, пожалуйста. — взмолился Кемаль протягивая к ней руки, но останавливаясь на полпути, скрещивая их на столе, сжимая кулаки.

— Я пока ещё ничего не делала. — ответила девушка откидываясь на спинку скамейки и уставилась на него вздёрнув брови.

— Понимаешь…ну… короче… О Аллах, с чего начать? — Кемаль не знал как именно объяснить все чтобы не спугнуть её и при этом та поняла и приняла его.

— Сначала например? — с сарказмом сказала его спутница сдерживая рвущуюся наружу улыбку, а в следующую секунду становясь серьезной. — Ты мусульманин?

— Да. — был уже черед Кемаля удивляться.

— Мои брат и сестра тоже. — ответила девушка, рассматривая мужчину напротив с интересом. Но встретившись с ним глазами, засмущалась и отвела взгляд.

— Эээ… — прошептал Кемаль, не зная что и ответить на это, а после встряхнув головой, продолжил. — Значит ты тоже?

— Нет.

— Как это понимать? — спросил мужчина, не совсем понимая ту.

— Моя младшая сестра приняла Ислам несколько лет назад, а спустя некоторое время и брат. — сказала девушка.

— А ты? — Кемалю был очень важен этот вопрос. Разве это будет не подарком от Всевышнего если та окажется мусульманкой?

— Нет. — ответила Ади, отрицательно качая головой. — Я не знаю об этом, общим счетом, ничего, и никогда не интересовалась, так что нет.

От услышанного Кемаль расстроился, но не подал виду. Лишь в душе взмолившись, если Аллаху будет угодно наставить ту на свой путь.

— И вообще, — продолжила девушка, с интересом смотря на мужчину. — Как мне известно, мусульмане практикуют многоженство. Так о каких парах ты говоришь?

— Как бы сказать… — пробормотал мужчина облокотившись на свои колени и уставившись в пол, подбирая слова. После чего выпрямился, повернулся к девушке, и прочистив горло продолжил: — Не знаю, поверишь мне или нет, но кроме нашего мира существуют еще мир ангелов и джинов. Ангелы находятся на небесах, а наш мир и джинов на земле. Нас разделяют границы, неведомые человеческому глазу. И мы хранители призваны защищать эти границы.

— Алекс говорила что-то о джинах, — ответила Ади, кивая головой, и делая зарубку в памяти — по возвращению расспросить обо всем сестру. — Но не понимаю как это связано с тем, что я вроде как являюсь твоей парой.

— Так вот. — продолжил Кемаль, показывая девушке чтоб сохраняла терпение. — С давних времен возникали конфликты и было много как людей так и джинов, мечтавших разрушить границы между мирами. Хранители же являясь защитниками порой отказывались от женитьбы, а порой возникали конфликты между женами, из-за чего им было разрешено иметь только одну жену. Конечно, можно и больше, но предпочтительней одна. И чтоб хранителям было легче они могут почувствовать ту единственную, предназначенную им.

Закончив свою тираду мужчина уставился на девушку, ожидая реакцию, а та же сидела и просто смотрела на с нечитаемым выражением лица.

— Я не умею объяснять, да и говорить красиво. Потом попрошу кого-нибудь из ребят, они расскажут — объяснят. Но правда в том, что ты моя пара. Я почувствовал это сразу же как увидел тебя. Не знаю как объяснить, заставить понять, но правда в том, что я не смогу после встречи с тобой отпустить тебя. Я не говорю тебе прям сейчас все решить и дать мне ответ. Просто не отвергай меня, подумай обо всем. Дай мне шанс завоевать тебя и узнай меня получше.

Закончив говорить Кемаль посмотрел на Ади, словно от нее зависела его дальнейшая жизнь. Именно так он себя чувствовал. Кемаль понимал, если она сейчас откажется он не сможет заставить её передумать.

Ади сидела в шоке, не зная, что ответить. До сих пор она считала любовь лишней в своей жизни. Считая, что нет времени. Подростком, когда другие девушки бегали на свидания, она работала не покладая рук. А добившись чего-то посчитала себя старой и никому не интересной.

Нет, многие предлагали ей встречаться, сходить на свидания и признавались в любви, но она не чувствовала в себе желания отвечать кому-либо взаимностью. Может это и глупо, но смотря на человека в голове проносилась мысль «это не он» и после ей уже неинтересно было продолжать знакомство.

А сейчас, сидя перед Кемалем и слушая его, поняла, такой мысли нет. И она действительно хочет попробовать. Попытаться создать с ним пару, как он выражается. Но ей было страшно. Страшно попробовать и сразу же обжечься.

— Я никогда ни с кем не встречалась, — сказала Ади, опуская взгляд в пол и смотря на подол пальто, в которое была укутана. — До этой минуты думала никогда и не буду. Не сказать, что прекрасно, но мне было хорошо одной. На моих плечах лежало столько ответственности, что мне и не хотелось.

Ади не хотелось ничего скрывать, собираясь высказать все, что думает и если Кемаль согласится тогда она поверит в их истинность. Ведь говорят же пары созданные на небесах всегда понимают и поддерживают друг друга.

— Я хочу попробовать построить с тобой отношения. — проложила девушка, все также не смотря на мужчину, — Не знаю почему, но с тобой, мне кажется, это будет правильным. Но все что ты мне сейчас рассказываешь придётся скрывать от всех?

Получив в ответ утвердительный кивок от Кемаля, Ади продолжила:

— Тогда я вынуждена буду отказать….

— Но почему? Ты не хочешь дать нам шанс? — перебил Кемаль, не дав той договорить, и так резко подскочил к ней, что Ади чуточку прифигела. Она не ожидала такой бурной реакции. Ну ладно, ожидала но после как она закончит говорить.

— Может ты меня сначала выслушаешь? — спросила Ади склонив голову на бок и смотря на Кемаля хмурым взглядом. Получив кивок головы и слова извинения от него Ади продолжила. — Ну так вот, я не смогу встречаться с тобой втайне от своей семьи. Я не привыкла от них что-либо скрывать, и в дальнейшем не собираюсь. То, что ты мне собираешься сказать, после вчерашнего увиденного, уверена, рассказывать никому нельзя, но не думаю, что из всей этой затем что-либо выйдет.

— Вы настолько близки? — спросил Кемаль, имея ввиду её отношения с семьей.

— Они круче любых детективов и если захотят могут достать тебя хоть из под земли, так что смысла утаивать что-либо нет. — ответила Ади тепло улыбаясь вспоминая о них.

После её слов Кемаль несколько минут сидел о чем-то усиленно думая. Ади не мешала ему, а сидела тихонько и рассматривала сад, точнее то, что могла увидеть со своего места. Ей было хорошо в этом месте. Вокруг свежий воздух, тишина, нет шума машин, и главное никуда спешить не надо.

— Я согласен. — сказал Кемаль, кивая головой чему-то понятному лишь ему одному.

— Прости, что? — Ади уже успела подзабыть о чем они говорили. Она так погрузилась в свои мысли, что потеряла ход разговора.

— Я согласен рассказать все твоей семье о нас.

— Но? — спросила она, приподнимая брови. — Всегда есть какое-то «но», так что говори сразу.

— Но если король даст своё согласие. — ответил тот, хмурясь.

— Король? — удивленно спросила девушка. Она кое-как начала воспринимать все, что с ней произошло, а тут оказывается у них ещё и король есть. Чувствует она — это будет не последнее её удивление в дальнейшем.

— Если Мансур, наш король, разрешит, то расскажем твоей семье.

И не дав Ади и слова вставить подскочив потащил за собой. На все возражения с её стороны ответом было — сначала следует решить самый важный вопрос, а затем все остальное. Поэтому Ади не стала больше ничего говорить, а просто позволила тянуть себя за руку, неизвестно куда.

Они прошли обратно как и вышли в сад, но в холе вместо того чтоб подняться на второй этаж, Кемаль прошёл прямо и повёл её по длинному коридору. Ади даже не успела ничего рассмотреть как Кемаль постучался и не дожидаясь ответа открыл и вошёл в самую дальную комнату, потянув её за собой.

В комнате, оказавшейся кабинетом, находились трое мужчин. Не успела она и слово сказать как дверь отворилась и зашли еще шестеро мужчин друг за другом.

Увидев троих зашедших последними, Ади инстинктивно придвинулась ближе к Кемалю вставая за спиной. По правде испугаться было чего, ведь все трое были огромными мужчинами под два метра, с широкими плечами и густой щетиной. Глаза их были настолько чёрными, что зрачков вообще не было видно. Но не это испугало Ади, а их цвет кожи. Они были зеленоватыми. Как у одного из вчерашних монстров, пронеслась мысль у Ади.

— Мне очень жаль, что они напугали тебя, но уверяю они не причинят никакого вреда. — услышала Ади голос за спиной. Король, как она поняла, встал из-за стола и склонил перед ней голову, а следом за ним и остальные. Ади была в шоке, как они могут склонять головы, потому что напугали её?

Обычно когда что-то такое происходило мужчины в основном грубили и сразу же ссылались на свою внешность и обижались. А тут зная то, что она испугалась их цвета кожи они ещё и извиняются.

— Нужно поговорить. — с этими словами Кемаль отвёл её к двум диванчикам стоявшим у стола и усадил в одну из них, сам оставаясь стоять за её спиной.

Мансур лишь кивнул на это и сел обратно на место. Его примеру последовали остальные, расположившись кто где. Кемаль не стал медлить и рассказал им все. И потому как он был спокоен Ади поняла он среди своих, значит все присутствующие в этой комнате являлись хранителями?

Выслушав его, король нахмурился и сидел несколько минут о чём-то размышляя, после чего поднял голову и посмотрел прямо на Ади. На минуточку ей захотелось сбежать. Этот взгляд был таким пронзительным, словно смотрел в самую душу.

— В обычной ситуации мы бы даже не стали слушать о том, чтоб рассказать кому-то о нас. — начал он. — Но так как ты являешься парой одного из наших братьев мы не можем не учитывать твое пожелание. Ты должна понимать — о нас никто не должен знать, и прежде чем мы доверимся твоей семье хотели бы узнать о них.

Ади сидела и смотрела в глаза королю. Он так быстро согласился, даже не стал угрожать. Неужели для них пара значит так много? Получив такое доверие к себе она не хотела подводить их. Какой бы странной ни была ситуация в которую она попала, почему-то чувствовала себя комфортно среди них. И девушка начала рассказывать им про свою семью.

— У меня три брата и три сестры. Всего нас семеро…

— Я чувствую только одну кровную линию у тебя. — перебил её высокий мужчина стоявший у окна. Он был таким красивым, с белоснежным лицом, прямым носом, тонкими губами с черными глазами и с ядерными как смоль волосами.

— Одной из способностей некоторых хранителей является способность видеть связи людей. — ответил король, на недоуменный взгляд Ади, а Кемаль сжал её руку. Ади сначала посмотрела на их сплетенные руки, а после на его напряженное лицо, не понимая из-за чего все так резко изменилось.

— Причём тут способность вашего хранителя видеть связи? — спросила она, не понимая реакции окружающих.

— Ты сказала, что у тебя три брата и три сестры, а он видит только одну связь, что означает одного человека. — напряжённо объяснил Кемаль, уставившись прямо перед собой.

— Но… — начала было Ади, а после вспомнив о чём-то замолкла и уставилась на мужчину, который, как утверждали, видел связи людей. — Получается, вы видите кровную связь?

Получив на свой вопрос только кивок головы и, конечно же хмурый взгляд, Ади хмуро спросила:

— А если кровной связи нет — не семья?

— Нет. — твердо ответил тот, качая головой из стороны в сторону.

— Вы правы. Если брать кровную связь то да, у меня только одна, младшая, сестра. — зло ответила Ади. Ей не нравилось когда напоминали о родстве по крови. Не дав никому и слова сказать Ади повернулась к Кемалю, ведь почему-то хотелось чтоб именно он поверил ей, мнение остальных не интересовало.

— Когда мне было семь, а сестрёнке пять, наши родители погибли в автокатастрофе, из-за нас отдали в приют. Я не знаю, как все это получилось, но там мы смогли создать свою семью. Однажды, спустя пару месяцев как мы попали туда, Алекс, моя младшая сестра, подвела ко мне маленького мальчика, заявив, что он будет нашим братом и будет меня защищать. К тому времени я уже научилась воспринимать заморочки сестры спокойно и ответила, что он не может быть нашим братом, так как у него другие родители, получила ответ — это неважно, потому что в семье важна не кровь, а чувства. И я согласилась, не зная, во что это выльется в будущем.

Позже мы узнала, что Адам, попал в приют из-за лишения его родителей родительских прав. Те были наркоманами и во время ломки пытались продать его. Может в шутку, а может и всерьёз мы втроём стали семьей в приюте, где нас окружали такие же сироты как и мы сами.

Спустя полгода к нам попала девочка Бэлла. У неё умерла мать от рака. И за неимением, на то время, других родственников она попала к нам. Когда я её впервые увидела она показалась мне ангелочком. Возможно из-за того, что она была в белом платье чистенькая и аккуратненькая. И в тот момент мне захотелось защитить её. Может еще потому что вслед за Алекс и мне захотелось кого-нибудь привести в нашу «семью».

Где-то, через три месяца в приют попали братья близнецы, Зак и Зейн. Их родителей убили в собственном доме во время ограбления. Они ни с кем не общались, держались особняком от остальных детей. Не знаю как, но Бэлле удалось подружиться с Заком. Возможно это связано с тем, что он более мягкий и спокойный чем его младший брат. И она привела их к нам, точнее Бэлла привела Зака, а Зейн последовал за братом.

Так вшестером мы жили два года. Хоть и не положено было, но нам выделили отдельную комнату. Воспитатели, да и директор не могли поверить в нашу семью, считая, что мы просто заигрались.

Через два года приют попал младенец. Так как первым его нашел Зейн стал членом нашей семьи. Так с маленькой девочкой, Амирой, нас стало семь человек. Семь сирот создавших свою семью.

Возможно у нас нет кровных связей, но мы семья. Семья — которую выбрали сами, когда остались без тех кто смог бы соединить нас кровью.

***

Аель с остальными стояли у маленького двухэтажного домика. Дом этот не отличался от остальных соседних ничем. И единственное из-за чего они все здесь собрались так — потому что здесь живёт пара одного из его братьев.

Аель являлся одним из трёх ангелов ниспосланных Аллахом на землю в качестве хранителя. И за то время, что провёл на земле он сильно привязался к остальным хранителям.

Для ангелов не существует различий между родственниками, друзьями или врагами. Они все рабы Аллаха. А здесь на земле он столкнулся со стольким новым для себя, что порой удивлялся как жил до этого на небесах.

Нет, Аель не против вернуться обратно. И если его призовут сразу же вернётся на небеса. В отличии от людей и джинов ангелом не присущи мирские соблазны. И по этой причине тот не понимал много в обоих творениях Всевышнего.

По правде сказать, когда ему объявили о ниспослании на земли первой мыслю было свержение, но спустившись, понял для него это благо. Здесь на земле он понял какими разными могут быть существа сотворенные Всевышним. А начав чувствовать эмоции людей ощутил столько нового для себя.

Там на небесах он был солдатом. Одним из тех кто охранял врата на седьмое небо. И единственные две вещи которыми он занимался были поклонение Аллаху и несение службы.

Аель не знал, что можно испытывать эмоции, ведь ангелы этого лишены. Им присуще лишь смирение перед Творцом, а такие эмоции как счастье, грусть, сопереживание им чужды. А здесь он обрёл братьев в лице хранителей.

На земле он понял, что люди вольны выбирать свой путь, что не всегда является благом. И с одной стороны это правильно. Ангелы с момента сотворения верят и преклоняются перед Аллахом, а люди же сами решают и выбирают для себя верить и поклоняться или отрицать и игнорировать.

За то десятилетие жизни на земле Аель повидал многое: как люди отказывались от своей семьи, бросали и предавали близких друзей, отворачивались от самых близких. Он привык к мирской злобе, алчности и коварству. Но сегодня был первый раз когда он впервые столкнется с людьми создавшими семью из посторонних людей.

Ему было интересно увидеть их. Проверить истинные чувства руководящие ими. Узнать чем они руководствовались выбирая друг друга.

У людей есть поговорка «семью не выбирают», а тут все с точностью да наоборот. И Аель было любопытно узнать на чем именно основана их семья.

Сказав, несколько часов назад о том, что чувствует со стороны пары Кемаля только одну родственную связь он не врал, ведь связи соединяющие людей не кровью, а чувствами можно увидеть лишь тогда когда человек думает, говорит или находится рядом с теми к кому испытывает их. Они как маленькие провода тянущиеся друг к другу от людей. И сегодня слушая рассказ Ади о её семье он ощутил очень сильную привязанность с её стороны, так что было любопытно чувствуют остальные то же самое.

Посмотрев на пару, своего названного брата Аель ощутил её нервозность. Скорее всего — это было связано с окружавшими её десятью мужчинами и тем как будет объяснять это семье.

Пройдя к двери своего дома Ади открыла их ключами, которые до этого вытащила из своей сумочки. Зайдя внутрь сразу же направилась в сторону кухни, как понял Аель, по доносившимся оттуда запахам. Зайдя туда вслед за девушкой, пред ними предстала картина «глаза открыты, но не видят».

Темноволосый мужчина сидел во главе стола и так пристально смотрел в свою чашку с кофе, словно пытаясь постичь смысл существования вселенной. Слева от него на стуле расположилась девушка, положив голову на скрещенные руки. Напротив них сидел крупный мужчина сложив на груди руки, откинув голову назад и закрыв глаза. Единственной «живой» в этом месте была хрупкая девушка, порхающая по кухне, и готовящая оладьи, судя по запаху.

— А где Зейн и Алекс? — спросила Ади, обводя присутствующих взглядом, и вопросительно смотря на всех поочередно.

Все резко «проснулись» и уставились на них. Двое мужчин резко вскочили, сонливость с них как рукой сняло. В их глазах читалось готовность броситься защищать сестру окружённую столькими незнакомыми мужчинами, несмотря на то, что числено их превосходили намного.

— Что за утренник так рано? — услышали они женский голос позади себя. Все находящиеся в комнате синхронно обернулись и уставились на молодого парня и девушку, стоявших в гостиной. Скорее всего эти двое зашли в дом, после них, но еще большим открытием для Аеля стало то почему он их не почувствовал?

Не успел он обдумать это как его накрыло сильное потрясение и шок исходящее от всех хранителей в комнате. За своими мыслями он и не заметил, что все в этой комнате были между собой связаны. Ведь все они являлись, в какой-то степени, хранителями, кроме одного человека.

Ади обвела всех присутствующих взглядом, не задерживаясь на ком-либо дольше нескольких секунд, волнуясь о реакции родных, но не могла с точностью сказать, что те чувствуют.

Адам и Зак сидели хмуро уставившись на гостей, готовые в любую минуту кинуться на них, в случае чего. Между ними сидели Бэлла и Амира. Первая сидела с опущенной головой и тихонько попивая чай, в то время как вторая, с интересом рассматривала гостей. Слева от Зака сидел Зейн, также как и его братья пристально уставившись на гостей, но в отличии от тех у него в глазах не горела жажда убийства.

Единственной спокойной в комнате была, наверное, Алекс, сидевшая между Адии Зейном. Она лежала на плече брата с закрытыми глазами. Зная её Ади была уверена, скоро заснет, если уже не заснула. А гости, все сидели с серьезным выражением лица, и она не могла точно сказать, что именно те чувствуют. Единственное, Ади ощущала такую же нервозность как у себя, от Кемалья, сидевшего по левую руку от нее. Неудивительно, ведь сейчас решалась их дальнейшая судьба.

Ади тихонько толкнула Алекс под столом, заставляя открыть глаза и поднять голову. Вся надежда была на нее, в данную минуту, ведь зная своих братьев, Ади была уверена, те не заговорят пока другая сторона не решится на это первыми.

Алекс открыв глаза уставилась на сестру словно спрашивая, что надо? Ади незаметно кивнула на остальных, прося сделать что-нибудь. Та просто нахмурилась и обвела всех присутствующих взглядом, после чего вновь уставилась на нее, вздернув брови. Девушка еще раз легонько толкнула её под столом и показала глазами на Зака и Адама. Алекс только закатила глаза и выпрямившись на стуле заговорила:

— Если мы собрались здесь так рано чтоб помолчать — я иду спать.

После чего глаза всех собравшихся обратились к ней, а после последовал еще один толчок, только сильнее, из-за чего нахмурилась. Она обвела всех присутствующих взглядом еще раз и остановив его на Кемале сказала:

— Так это из-за тебя мне не дали поспать?

— Алекс. — зашипела Ади, одерживая сестру. Не такой реакции она ждала от сестры, прося ту начать разговор. После произнесенных девушкой слов три пары глаз уставились на Кемаля, а тот в свою очередь смотрел только на Алекс.

— А ты её единственная сестра? — спросил Кемаль, о чем в скором времени успел пожалеть.

— Среди нас нет единственных. — ответила та ледяным голосом. По глазам или мимике этой девушки невозможно было понять о чем думает, что вводило Кемаля в ступор.

Вслед за этим со своего места подскочил Адам, сжав руки в кулаки. Вот его Кемаль мог прочитать без проблем. Слова его сильно задели этого парня и тот готов был расправиться с ним на месте. Вслед за Адамом со своего места встал и Рауф, готовый в случае чего кинуться на защиту брата.

— Сядь. — одновременно раздались голоса, с противоположных сторон комнаты. Все присутствующие в шоке повернули головы и уставились на Мансура и Алекс. Те же в свою очередь смотрели лишь на двух стоящих мужчин. Каждый из них сказал данное слово своему, Мансур Рауфу, а Алекс Адаму. Но удивило присутствующих не это, а то каким ледяным тоном было оно произнесено.

Двое мужчин так грозно стоявших друг напротив друга уселись обратно на места. После чего Алекс, не обращая никакого внимания на остальных присутствующих перевела взгляд обратно на Кемаля, словно давая добро говорить.

— Прошу прощения, я не хотел никого обидеть или оскорбить своими словами. — начал он, не сводя с нее глаз. — И отдельно за то, что не дали поспать.

На его слова Алекс просто пожала плечами, после чего обратно устроилась на плече Зейна, ожидая когда же Кемаль начнет рассказывать.

— Только не перебивайте его и дайте дорассказать. — тихонько попросила Ади у родных.

Кемаль начал с того кем они являются, в чем состоит их миссия, а также чем именно они занимаются. В общем все то, что рассказал Ади.

Ади была уверена он их не убедил. Да ради Бога, не увидь она сама вчерашним вечером джина тоже бы не поверила в их существование. Она не знала как те отреагируют на сказанное, но надеялась, что просто дадут им шанс все рассказать и если понадобиться показать.

— То есть, когда Алекс приняла Ислам, ты возмущалась больше всех, а сейчас пытаешься убедить нас в существование Джинов и Ангелов, ниспосланных на землю для защиты каких-то границ? — спросила Адам, облокачиваясь на стол и хмуро уставившись на Ади. — Может это тебя заманили в секту?

Ади опустила голову не зная, что именно ответить на это. Адам был прав, действительно больше всех тогда была против она. Но ведь то, что она им сейчас говорила это правда.

Ади сама видела своими глазами, только не знала как объяснить. Да такое и невозможно скорее всего. Чтоб поверить — нужно увидеть. Ади перевела беспомощный взгляд на Кемаля, ища у него поддержки.

— Ваша сестра не попала в секту. — спокойно ответил Адаму Мансур, смотря тому прямо в глаза. — Ваши страхи оправданы. Вы переживаете за свою сестру, но не следует сомневаться в существах, сотворенных Всевышним Аллахом. Джины и Ангелы реальны, как и мы с вами. Вашей сестре довелось их увидеть. Мы сюда пришли, так как, она является парой одному из наших братьев. И от того как пройдет это беседа зависит их дальнейшая судьба, а также судьбы каждого из вас.

— А что будет если мы не поверим? — поддаваясь вперед спросила Амира. Она уставилась на них всех с обожанием в глазах и переводила взгляд с одного гостя на другого, не зная на ком остановить свой взгляд.

— Ничего. — все также отвечал король, переведя свой взгляд теперь на нее. — Мы здесь не для тог чтобы запугивать вас или что-либо еще. Мы здесь для создания семейных уз.

— Ни о каких семейных узах не может быть и речи. — строго сказал Адам смотря на мужчину хмурым взглядом. Он понял, что тот является главным среди них и решил, что беседа будет вестись между ними. — Приди вы сюда просить руки Ади это одно, но вешать нам лапшу насчет несуществующих существ — не самое лучшее для создания семейных отношений.

— Ой, Адам не перегибай палку. — сказала Алекс перебивая его, и подняв голову с плеча Зейна повертела ею из стороны в сторону. — То, что ты их не видел не значит, что они не существуют. И даже если бы не существовали, и эти ребятки чокнутые ты должен доверять своей сестре. Раз она говорит, что видела значит что-то да видела.

— Не влезай в этот разговор, это тебя не касается. — хмуро осадил ее Адам. В такие минуты он считал себя самым старшим и несущим за всех ответственность, значит его слова закон. — Я понимаю это твоя вера, но сейчас решается вопрос будущего Ади.

С тех пор как Алекс заговорила Мансур не сводил с нее взгляда, также как и Скар. И если у первого взгляд был нечитаемым, то второй почему-то все время хмурился, что не понравилось Ади.

Она не понимала почему тот хмурится раз её сестра выступает на их стороне и пытается защитить. Мансур все также не сводя взгляда с Алекс, которую та успешно игнорировала обратился к сидящему рядом с ним мужчине и кивнул головой:

— Ан.

После того как назвали его имя, мужчина встал и отошел от стола, так чтоб всем присутствующим в комнате было его видно, после чего закрыл глаза и в следующую секунду пред ними предстал двухметровый человек, полностью зеленого цвета, с черными как ночь глазами, и злым устрашающим выражением лица.

Родственники Ади, не считая Зейна и Алекс, вскочили со своих мест. Ади услышала как Бэлла вскрикнула от испуга, и повернувшись в их сторону заметила, что Адам и Зак встали перед Бэллой и Амирой, готовые защищать, в то время как Зейн, протянув свою руку за спину Алекс схватил Ади за предплечье, готовый в любой момент притянуть к себе.

Думаю именно это убедило их всех выслушать гостей, и начать воспринимать их слова всерьез.

***

После того как все более-менее пришли в себя решили перебраться с кухни в гостиную, там больше места и будет удобнее расположиться для разговора. Ади не знала, чего ожидать, но в то, что родные поверили, была уверена. Не каждый день перед ними предстает Джин в истинном обличье. После того как все устроились, Адам попросил рассказать о них ещё раз и после выслушав сидел о чем-то глубоко задумавшись.

— Если борьба со злом ваша работа, то фиговые из вас хранители. — сказала Амира, прерывая затянувшуюся тишину.

— Мы не боремся со злом, — ответил Саид, нахмурив брови. За такое короткое время Ади научилась, смутно, но различать их. — Наша обязанность — охранять ворота меж двух миров. Борьба и охрана — разные вещи.

— Ну как бы ни было в нашем мире осталось мало добра. — сказал Зак сидевший до этого молча на диване, со скрещёнными на груди руками уставившись в одну точку.

— Все, что происходит в мире по воле Аллаха, и мы не в силах ничего изменить. Мы следуем путём предначертанным нам свыше. — спокойно ответил Мансур, он все также не сводил взгляда с Алекс.

Ади не могла понять почему, но этот взгляд её пугал. И хоть он был, направлен не на неё было некомфортно, хотелось, чтоб прекратил. Но к её удивлению Алекс на него никакого внимания не обращала, сидела, спокойненько уставившись в окно. Порой девушку поражала то, как сестра может не обращать на весь мир внимания. Она, правда, пыталась понять, но бывали моменты, когда не могла этого сделать.

— Что в вашем понимании значит истинная пара? — тихонько спросила Бэлла, ни к кому конкретно не обращаясь. Задав свой вопрос, она подняла свой взгляд и обведя присутствующих опустила обратно на свои скрещённые на коленях руки. Бэлла была из тех, кто стесняется всех кроме своей семьи. И в окружении чужих людей всегда чувствовала себя некомфортно.

— Пара для нас тот, кто предначертан нам Аллахом. — спокойно начал свою речь Кемаль, при этом не сводя своего взгляда с Ади. Та ему улыбнулась в знак поддержки. Возможно это нереально и расскажи она никто не поверит, но за такое короткое время, что провела рядом с этим мужчиной он стал близким для нее. Ади порой побаивалась тех чувств, что начала испытывать. — Жизнь каждого мусульманина состоит в поклонении Всевышнему Аллаху. Мы не привязываемся к мирскому, предпочитая отдавать все силы на соблюдение столпов Ислама. Являясь же хранителями, многие наши предки предпочитали не заводить семьей, так как в будущем те являлись их слабыми местами. А бывали случаи, когда хранитель, имея несколько жен не успевал исполнять свой долг. Из-за чего предпочтительным для каждого хранителя стало иметь лишь одну жену. Но даже так многие стали отказываться создавать семьи. И тогда для продолжения рода, защиты границ, им было предопределено иметь одну пару. Жизнь хранителей проходит в постоянной борьбе. Нас в любой момент могут убить, и мы приучиваем себя не чувствовать нежных чувств и привязанностей. Со всеми, и порой даже с семьей это действует, но только не с парой. Аллах создал нас парами чтоб поддерживать, любить, сопереживать и быть единым целым друг с другом. И если люди разучились испытывать эмоции так чутко как раньше и без пары могут прожить, то с хранителями этого не происходит. Из-за того, что у них более сильное восприятие то и встречу с парой они чувствуют сильнее чем люди.

Люди решив, что их что-либо не устраивает в их спутниках, могут отказаться то мы нет. Мы с первого взгляда или с первого контакта устанавливаем связь с парой, которую сможет разрушить лишь смерть. Хранители не ищут себе пар по этой причине, потому что лишь их истинная пара может стать их слабым местом.

После слов Кемаля в комнате воцарилась тишина. Каждый был погружен в свои мысли и думал о чем-то своем. Ади сидела в шоке. Да, конечно, она предполагала что-то такое, когда говорили о парах, но в действительности не думала, что все настолько серьезно. После услышанного она испугалась, что не сможет оправдать ожиданий Кемаля и ответить такими же чувствами.

Ади никогда не влюблялась и даже отдаленно не знала, что это значит. Просто представляла каково было бы влюбиться. Она боялась этого, ранее неизведанного чувства. Ей казалось та любовь, которую испытывает к семье, и та которую требует мужчина, сидевший напротив, совсем разные.

Семья не требовала от нее ничего. Те были рядом практически всю жизнь, и естественно девушка понимала, что любит их и в случае чего сможет отдать жизнь за них. Но тут дело было совсем в другом, Кемаль предлагал ей свою жизнь. Он безоговорочно доверял ей и рассчитывал лишь на то, что не оставит его.

И в этот момент Ади поняла, возможно и не любит пока, но сделает все чтоб тот был счастлив. Он заслуживал быть счастливым. А рядом с ним сама Ади чувствовала себя именно так. В эту минуту поняла — она хочет быть с ним рядом всю жизнь. Хочет провести каждое мгновенье, оставшееся ей рядом с этим мужчиной. Возможно это любовь, или её зарождение, а возможно, просто симпатия, но, чтобы это ни было с этой минуты Ади решила он её пара и один на всю жизнь.

— У каждого чувства свой цвет, и в зависимости к кому они испытываются, они тянутся к этому человеку и соединяются с ним воедино, вплетаясь в него. — нарушил тишину Аель, сидевший до этого молча. — До встречи пар друг с другом эта линия светло-розовая и находится как спутанный клубок рядом с сердцем, порой его вообще не видно, но после встречи, она начинает менять свой цвет и нити двух людей тянутся друг к другу, соединяясь и образуя одну целую. После утверждения она крепнет и связывает двух людей до конца жизни, обретая огненно-красный цвет.

— И ты можешь видеть эти нити или как они там, сейчас? — с восторгом спросила Амира. Все услышанное для нее было в новинку. Восемнадцатилетняя девочка, конечно ей было интересно все связанное с истинной любовью, любовью навеки вечные, и все прочее в этом духе. — Ты тоже джин?

— Нет. Ангел.

— Ты сказал, что люди связаны красной нитью. — встрял в разговор, молчавший до этой минуты, Зейн. — Разница между версиями ангела, как ты себя называешь, и людьми лишь в том, что у тебя они тянутся от сердца к сердцу, а у людей завязаны на пальце.

— В каждом мифе есть доля правды. — ответил Аель, все также неприступно. Его не смутило, что его чуть ли не выставили лжецом. За столько лет среди людей он уже привык к их предрассудкам и неверием ко всем и всему. — Ваши мифы — истины, когда-то ниспосланные людям, но со временем обросшие небылицами от каждого рассказчика, передававшего его.

— Как ты можешь доказать, что реально их видишь? — спросил Зак. Всех их очень заинтересовал вопрос связей и каждый из них хотел узнать об этом больше.

— Всех вас объединяет серебристая нить. — начал Скар, стоявший в углу комнаты, и следивший оттуда за всеми. После чего он отлепился от стены и подходя к ним начал говорить о том, что видит: — Эта нить привязанности, такое обычно присуще членам семьи. Она символизирует преданность и верность. Эта самая сильная, но в то же время самая слабая. Следующая — красная, цвет пар или истинной любви, тянется от Кемаля к вашей сестре. От тебя, ты самая младшая среди них, тянется нежно-голубое, по отношению ко мне — цвет любопытства. Ты же, как старший из мужчин семьи, чувствуешь себя в ответе за них, что выражается серым, цвет ответственности и обязанностей.

— А какой цвет у тех, кто ничего не чувствует? — спросила Алекс. Это был первый раз за все время разговора, когда Ади увидела в её глазах интерес. Та уставилась на Скара, прищурив глаза и чуть ухмыляясь, словно бросая ему вызов.

— Белый. — ответил тот, пристально смотря той в глаза, словно пытаясь прочесть там что-то.

— А почему не черный?

— Потому что черный — смерть.

— Банально. — ухмыльнулась Алекс, и словно потеряв интерес к беседе откинулась обратно в кресле и закрыла глаза.

— Нет. — сказал Скар, встав перед ней, все также пристально смотря. — Страшнее всего не черный, а белый. Черный цвет символизирует следующую жизнь, потому что в этой у человека больше ничего не может записываться. Но люди забывают, что на черном вете любые пятна хорошо видны, и белая нить там отражается прекрасно, что свидетельствует о загробной жизни. А белый цвет у живого человека — внутренняя души, а скорее убийство души собственноручно.

После его слов Алекс открыла глаза и посмотрев в ответ прямо в глаза Скара улыбнулась. От этих переглядываний присутствующим стало не по себе. Ади испугал взгляд сестры, словно та поняла, о чем именно говорит ангел, стоявший перед ней. И словно соглашалась с этим. После минутного переглядывания глаза в глаза та продолжая улыбаться произнесла:

— Отлично.

Спустя полчаса хранители все вышли из дома. Они договорились о том, что не будут мешать паре в их отношениях. И ни одна из сторон не будет препятствовать в общении. Они дали им месяц, для того чтоб братья Аделины были спокойны, после чего решили устроить свадьбу. И сейчас стоя у своих машин, на которых кстати они приехали, так как не стали пугать будущую невестку, перемещением из места на место, как они кстати умеют, ждали, когда воркующие голубки, стоявшие у дверей дома наговорятся.

— Выясните почему у нас под боком проживают хранители, а мы об этом не знаем? — нарушил тишину Мансур, хмуро уставившись на окна дома. С тех пор как они переступили порог дома он был хмурым. Скар в какой-то степени не все рассказал семье Ади, на счет нитей привязанности. Белый цвет мог быть не только у без эмоциональных, но и у короля хранителей. Чтоб никто из существ населяющих миры не мог использовать чувства правителей. С самого рождения тех учили скрывать чувства, делая их эмоциональный фон белым. И лишь по собственному желанию, те показывали чувства и эмоции окружающим.

Хранители кивнули королю, но тому даже не надо было смотреть на них. Он прекрасно знал, что его услышали и его приказ уже к вечеру будет выполнен. Они слишком много лет находились бок о бок друг с другом, что научились понимать без слов все необходимое.

— Нам также следует выяснить, почему у младшей сестры Аделины белый эмоциональный фон? — просил Ан, переводя взгляд на дом. Джины, как и ангелы могли видеть эмоциональную сторону людей, и даже влиять на нее, так что ему не нужно было подтверждения своих слов о Скара.

Все джины и ангелы, присутствовавшие в комнате, прекрасно видели эмоции, чувства и нити, идущие от семьи, кроме одного человека от которой не шло не одной нити. К ней тянулись нити со стороны всех членов семьи, но словно, не достигая цели растворялись, а с её стороны не было ни одной.

***

Ади очень сильно нервничала, всю ночь не сомкнула глаз. Неудивительно, ведь было первое свидание. Она не знала, что ей делать, как себя вести, о чем вообще говорить с ним?

Наверно это знакомо каждой девушке, как бы долго ты не знала человека, и чтобы вас не связывала, первое свидание особенное. Ты ждёшь её наступления с нетерпением и при этом волнуешься больше чем на экзаменах.

Ади была благодарна Адаму за условие — месяц повстречаться, а после решить жениться или нет. Может в тот момент она и была согласна провести с Кемалем всю жизнь, но сейчас обдумав все она испугалась. Ведь свадьба — это не шутки. Это создание семьи, и как Ади успела понять, из которой уже никогда не вылезти, и никакой развод ей не поможет.

Честно говоря, девушка боялась не развода не сойтись характерами или же расставаться. Она боялась впускать в свою жизнь нового человека. Её жизнь была как отлаженный механизм, где всегда знаешь, чего ожидать, что делать, как поступить. А тут придётся полностью поменять своё мировоззрение и окружение.

Ещё больше Ади боялась стать матерю. Она боялась того, что ребёнок останется сиротой, как и она в своё время. Ей было больно представлять через, что пришлось бы ему пройти. Ведь сколько бы добрых людей тебя не окружали, материнской любви тебе никто не заменит. Да она уже выросла, но бывают моменты, когда вспоминает родителей и ей становится больно и одиноко. Она никому никогда не рассказывала о своих переживаниях, считая это предательством по отношению к другим. Ведь ни она одна осталась без родительского тепла.

Ади была благодарна богу за свою семью, но временами ей хотелось обнять мать и забыть о всех тревогах, перестать быть сильной.

Девушка, встряхнув головой, отгоняя нежелательные мысли, посмотрела в зеркало, перед которым стояла, примеряя наряд. Наверное, странно на первом свидании думать о детях, но она не могла отделаться от этих мыслей. Даже сейчас понимая — ничего не изменить. Хотя она и не хочет. Кемаль ей очень нравился, и как бы ни было страшно, хотела провести с ним всю жизнь.

Заставив себя выкинуть все ненужные мысли из головы, сосредоточилась на своем отражении в зеркале. Для свидания она выбрала пышную юбку молочного цвета, чуть ниже колен, блузку с длинных рукавом, с закрытым вырезом на груди, нежно-голубого цвета и такого же цвета туфли, на небольшом каблуке. В дополнение маленькая сумочка белого цвета. Большие локоны, минимум макияжа и вот она готова.

Это был уже третий наряд, который примеряла. До этого были джинсы с майкой и пиджаком, и цветочное платье, которые она забраковала, посчитав слишком деловой и нарядной.

Ади не могла для себя решить, как лучше одеться. Ей не хотелось, чтоб одежда была слишком открытой, но при этом чтоб не была слишком закрытой, или слишком торжественной, а может простой.

Да она понимала Кемаль мусульманин, но не хотела, чтоб с первой встречи он решил, что она должна одеваться в закрытую одежду, носить платок или что-то в этом роде. Возможно когда-нибудь она согласится, но пока что об этом и речи не могло быть.

Девушка не считала, что одевается слишком открыто или вызывающе. Её одежда была, по ее меркам, нормальной. Они не открывали слишком многого и при этом не закрывали всего. Но самое главное была удобной для нее и её образа жизни.

От примерки нового наряда отвлек дверной звонок. Кемаль пришел. И так как дома никого кроме нее не было побежала открывать. Остановившись перед входной дверью и сделав глубокий вдох, Ади распахнула её. Там, как и ожидалось, стоял Кемаль, одетый в черные джинсы и классическую белую рубашку, что только подчеркивала его мышцы.

На секундочку у Ади перехватило дыхание. Перед ней стоял по-настоящему красивый мужчина: короткие черные волосы, уложенные на левую сторону, такие же черный пронзительные глаза, обрамленными густыми ресницами и густыми бровями, чуть острый прямой нос, тонкие губы, и, конечно щетина.

Увидев Ади, Кемаль улыбнулся, смотря восхищенными глазами. От такого взгляда девушка засмущалась и опустила в глаза.

— Привет! Прекрасно выглядишь.

— Спасибо. — поблагодарила девушка, не поднимая глаза от смущения.

— Поехали? — спросил Кемаль, широко улыбаясь, и показывая на припаркованную машину у дома. Хоть Ади и не разбиралась в машинах, но эта точно не была из дешевых. Открыв двери машины и усадив Ади, Кемаль обошёл и сел за руль, после чего потянулся на заднее сиденье и взяв оттуда большой букет красных роз подарил спутнице.

Ади сидела в шоке, она так сильно нервничала, что даже не заметила такой огромный букет в машине. Поблагодарив мужчину, Ади сидела с восторгом любуясь букетом. Это впервые, когда парень дарил ей цветы. Она была так счастлива, но при этом не знала, как себя вести.

— Аделина, — позвал Кемаль, смотря на девушку и улыбаясь, — тебе не нужно нервничать или переживать о чем-либо. Признаюсь, для меня все это тоже в новинку. Так, что давай пройдем через это вместе.

После его слов на душе у Ади легче. Она то боялась, что Кемаль посмеется над её нервозностью. А он, как и всегда, оказался таким понимающим. Порой казалось, что она спит, и Кемаль плод её воображения, идеальный принц сошедший со страниц женских романов.

Он каждый раз находил нужные слова, которые требовались ей для успокоения или понимания. Рядом с ним Ади чувствовала себя важной и нужной. Она была благодарна за него Богу, Аллаху, в кого он там верил, всем за то, что Кемаль появился в её жизни.

Ади искренни улыбнулась ему и кивнула головой, соглашаясь. Эта улыбка была самой настоящей за весь сегодняшний день. А их было много, ведь до этого несколько часов репетировала её перед зеркалом.

— Так как мы с тобой новички в свиданиях, — начал Кемаль, разворачиваясь к рулю и заводя машину. — Для нашего первого свидания я выбрал для нас кофейню, недавно открывшуюся в городе. Мы сможем спокойно посидеть и поговорить, узнать друг друга получше. Или ты хочешь в другое место?

— Нет. — покачала головой Ади в ответ. — Кофейня в самый раз.

Весь путь до назначенного места они проехали в тишине, не считая единственного раза, когда Кемаль спросил, как прошел её один, а она ответила хорошо. Не зная, о чем можно поговорить Ади сидела, уткнувшись лицом в букет.

Тишина не казалось напрягающей или что-то в этом роде. Ей было комфортно рядом с ним. Ади где-то слышала — если человеку комфортно молчать рядом с другим значит это тот, кто нужен. Вспомнив об этом улыбнулась своим мыслям.

В скором времени они доехали до пункта назначения. Не дав Кемалю открыть перед ней дверь, выскочила из машины и встала рядом, ожидая мужчину. Выйдя из машины, с букетом в руках, Ади встала, мучаясь дилеммой — положить цветы обратно или зайти с ними внутрь. Не зная, как же лучше поступить посмотрела на своего спутника, успевшего обойти машину и подойти, жалобными глазами. Тот же улыбнувшись ей сказал:

— Оставь их в машине. Не думаю, что удобно будет таскать их за собой весь вечер.

В ответ кивнув головой, соглашаясь, развернулась обратно к машине и положила букет на сиденье с которого встала минуту назад, после чего захлопнув дверь повернулась к своему спутнику.

Поставив машину на сигнализацию, Кемаль улыбаясь протянул ей руку, предлагая взять его под руку. Засмущавшись Ади опустила голову, но как тот и предлагал, схватилась за предложенную руку. И так под ручку друг с другом зашли внутрь.

Внутри кафе было пусто, кажется, они будут единственными гостями здесь, пронеслось в голове у девушки. Здесь было очень красиво и уютно. Стены кафе были бежевого цвета, столики же по цвету были темнее на пару тонов, пару им составляли стулья, цвета океана. Вместо них со столами у окон располагались диванчики такого же оттенка, с желтыми подушками на них, как солнышко на небе.

— Для нашего удобства я зарезервировал все кафе. — сказал Кемаль, усаживая её за столик у окна. Окружённая маленькими подушками она чувствовала себя скорее, как дома, а не как в общественном месте.

В шоке от услышанных слов Ади уставилась на мужчину, вытаращив глаза и не зная, что на это ответить. Она конечно понимала тот необычный мужчина, но даже для него это казалось слишком. Зачем резервировать все кафе чтоб просто поговорить? Даже если это их первое свидание, предполагающее лучше узнать друг друга.

— Тебе не стоит ни о чем волноваться. — успокоил её Кемаль, присаживаясь, напротив. Не успел он добавить еще что-то, как у их столика появился молодой человек, с улыбкой до ушей. Неудивительно, они ведь единственные во всем помещении.

— Добрый день! Рады видеть вас у нас в заведении. — произнес молодой человек, после чего предложив каждому из них меню, удалился.

— Что будешь? — вопрос Кемаля оторвал девушку от созерцания молодого человека, официанта, и молодой девушки, стоявших за барной стойкой, от попытки выяснить, чем же они там занимается. Может это профессиональное, но каждый раз заходя в новые кафе или рестораны Ади рассматривала все в мельчайших подробностях, в попытке найти что-то новое для их кафе.

После вопроса мужчины Ади перевела взгляд на своего спутника, и увидела, что тот смотрит на нее с приподнятой бровью, ожидая ответа. Извинившись она опустила глаза, на меню державшую в руках, и начала изучать, в попытке выбрать что-нибудь.

Досконально изучив все меню, где было несколько видов салатов, сэндвичи, кофе и море десертов, а после прислушавшись к своим внутренним ощущениям девушка поняла, что не сможет проглотить ни кусочка чего-бы то ни было. Поэтому решила взять себе кофе, капучино, о чем и сообщила.

Минуту Кемаль смотрел на нее не отрывая взгляда, из-за чего Ади смутилась и отвела глаза к окну, а после подозвал официанта и сделал заказ. После ухода официанта они ни о чем серьезном не разговаривали, словно Кемаль чего-то выжидал. Он задавал ничего не значащие вопросы: нравится ли ей здесь, обстановка, оформление и все такое.

Спустя несколько минут вернулся официант, неся две чашки кофе, капучино и американо. А следом за ним шла та молодая девушка, стоявшая за барной стойкой. После того как молодой человек поставил напитки, повернулся к девушке и забрав поднос начал расставлять разные десерты на их стол: шоколадный торт, пирожное «красный бархат», морковное с пеканом и еще несколько разных пироженных, название которых Ади не знала.

Пока парень расставлял десерты, девушка успела отойти и вернуться с новым подносом, заставленным разными тарелочками. После чего парень вновь забрав из её рук поднос начал расставлять принесенное. На этот раз мороженое — ванильное, шоколадное, фисташковое, мятное и даже со вкусом баблти.

Все это время Ади в шоке переводила глаза то с Кемалю, то на официанта, то на стол. Конечно, она не прислушивалась, когда тот делал заказ, и сейчас сидела в полном шоке. Наверно, после того как Кемаль зарезервировал все кафе странно удивляться такому заказу?

— Я рассчитываю просидеть здесь с тобой долго, — сказал Кемаль, потянувшись через стол и вкладывая в её руку ложку, после чего начал пододвигать к ней все. — И одной чашкой кофе ты не наешься.

— Я столько не осилю. — прошептала Ади, обводя стол взглядом.

— Я помогу. — ответил Кемаль, подмигнув ей улыбнувшись.

Ади рассмеялась и приступила к очень важной миссии — уничтожить все вкусняшки на столе. Так они и сидели, уплетая десерты и делясь своими мнениями на их счёт.

— Расскажи о себе. — попросила Ади, где-то через полчаса, как они сюда пришли. — По сути, я ведь о тебе ничего не знаю.

— Я сирота. — ответил Кемаль, положив локти на стол, и помешивая растаявшее мороженое в блюдце, — Мои родители умерли: сначала отец скончался от остановки сердца, а после, спустя месяц и мать от пневмонии. Мой отец, как и я, был сиротой, так что с его стороны родственников не было. А родственники со стороны матери отказались от меня, сказав, что им и так тяжело и воспитывать ещё одного ребёнка у них денег нет. Однажды я встретился с королев, тогда впервые сбежавшим из дворца. В то время дворец казался ему тюрьмой, и всячески пытался оттуда вырваться. В один из таких попыток мы и встретились. Он привёл меня во дворец и назвал своим братом.

Мне повезло, что тогдашний король, отец Мансура, был человеком чести и глубоко верующим. Он сказал, что ему меня вверил Аллах и значит я его названный сын. Вот так в одну минуту я из бездомного сироты превратился в младшего принца королевства Эльнарс и стал братом будущего короля. Меня обучали всему, что и Мансура. Король с королевой действительно приняли меня как родного и за то время, что я их знал ни разу, не делали различия между родным сыном и сиротой.

После их гибели бабушка, мать короля, увезла от спрятала от людей, чтоб и нас не отправили вслед за родителями. Когда же мы подросли она вернула на обратно в Эльнарс, объявив, что хранителей так просто не победить и пора собрать их снова. Я последовал за своим братом, за своим королем. И по сей день следую за ним.

— Мне очень жаль. — прошептала Ади, после минуты молчания. Ведь говорят каждому в этой жизни тяжело, не только у тебя бывают проблемы. Она считала раз выросла в приюте люди не поймут её горестей, но даже тому, кто там не был может быть также трудно как ей. Ведь она нашла семью, а Кемаль же обретя — потерял.

— Тебе не за что извиняться. — ответил тот грустно улыбнувшись ей. — Я плохо помню своих биологических родителей, так как когда их не стало был маленьким, но король и королева дали мне все, что в их силах и в моем сердце они навсегда останутся родителями, а Мансур всегда будет мне старшим братом. И за то, что они появились в моей жизни, я благодарю Аллаха каждый день.

Они посидели пару минут в молчании, переваривая все что только что было рассказано. Получив такое откровение со стороны Кемаля, Ади решила и о себе рассказать все, хоть до этого уже рассказывала:

— Знаешь, я была обычной маленькой девчонкой. Иногда мне кажется наша семья даже была богатой, так как у нас была няня, и родители очень много времени пропадали на работе. Иногда мы могли не видеть их по несколько дней, потому что они задерживались допоздна и уходили рано утром, до того, как мы с сестрой проснемся. Так как, в основном, мы с Алекс были предоставлены сами себе, то проводили все время в играх, придумывая для себя все новые и новые развлечения.

Но все же самым счастливыми минутами для меня были, когда родители бывали с нами. Отец, как я помню, был очень серьезным и редко общался с нами все время занимаясь какими-то суперважными делами, а мать могла поиграть с нами, спрашивала о том, как провели время, как дела в школе, в общем интересовалась нашей жизнью.

Она любила наряжать меня и фотографировать и часто по ночам, когда они бывали дома, рассказывала мне сказки о далекой стране, где я являюсь принцессой и, что когда-нибудь обязательно меня туда отвезёт. Не знаю почему, но эти истории мама рассказывала только мне, а на утро я уже пересказывала их Алекс. Помню однажды, она спросила меня «неужели мама и папа не любят меня?». Тогда я очень удивилась ведь ей было всего четыре годика. Я отругала её, сказав, что из-за своего юного возраста не понимает чувств взрослых.

Но однажды все изменилась. В тот день вернувшись из школы, я застала сильно нервничающую маму в гостиной. На мои вопросы лишь отмахнулась, сказав, что все нормально и чтоб шла в свою комнату отдыхать. Я не стала с ней спорить и ушла, но, когда услышала, как папа вернулся домой побежала вниз. Так как мама сильно нервничала не увидела меня, маленькую девочку, прячущуюся на лестничном пролете, а папа только пришёл и, возможно, даже не знал, что я дома.

Мама сбивчиво пыталась рассказать ему, что Алекс нет дома. Лишь тогда я обратила внимание, что сестры правда не было. Обычно мы вместе шли домой, за исключением пятницы, когда у них короткий день.

Мама сказала папе, что отругала сестру из-за плохой отметки и та убежала, теперь мама не знает где её искать. Я никогда не думала, что сестра на такое способна, но так как она была отличницей в то время решила, что действительно могла расстроиться и убежать.

Папа же успокоил маму, и они решили поехать искать сестру вместе. Перед уходом мама все же вспомнила обо мне и поднявшись предупредила о скором приходе няни и наказала никуда не выходить. Я ей просто кивала головой, ничего не говоря, боясь, что, если открою рот она узнает о том, что я подслушивала разговоры старших, а она это дело не любила. Это было последний раз, когда я видела своих родителей.

В тот день с самого утра была пасмурная погода, а после их ухода вообще начался ливень. Не знаю, может из-за плохой погоды или же еще чего, няня так и не пришла. Из-за дождя папа не справился с управлением машины и вылетел на встречную полосу. Никто не выжил.

Закончив рассказывать Ади опустила голову и вытерла слезы, льющиеся по щекам. Кемаль не перебивал её, как и она его до этого, давая рассказать все. Сейчас, она была рада, что в кафе они находились только вдвоём. К этому времени персонал ушёл в подсобное помещение, и они действительно остались одни. Кемаль протянув руку через стол сжимая её. Она была благодарна за такую поддержку. Слова соболезнования Ади точно не хотела бы услышать. Ведь они ей ничего не помогут.

— А твоя сестра? — спросил Кемаль, дав ей чуть успокоиться, все также сжимая её руку.

— На следующий день полиция привела её домой. — ответила Ади, прочистив горло, от появившегося кома, и вытирая слез. — По их словам она тоже была в машине, но ей повезло. Она отделалась раной на ноге, но к сожалению, из-за удара головы, частично, потеряла память. С того времени она очень сильно изменилась. Первое время, в приюте, я очень сильно скучала по маме с папой и пыталась с ней о них поговорить, а она просто уходила, не слушая. Мне было обидно. Я злилась, ругалась с ней, а ей хоть бы что. Выслушивала все и тихонько уходила, ни слова не отвечая.

Думаю, в какой-то степени, злость на Алекс, на её нежелание говорить со мной о родителях, помогло мне пережить их потерю. Хоть и ненадолго, но это отвлекала меня от своих чувств. Через пару месяцев, её тогда заставили ходить к психологу, Алекс пробралась в мою постель среди ночи, и тихо прошептала: «Я не помню их, значит мне не о чем рассказывать. Ты можешь говорить мне все, что хочешь, я выслушаю, но не заставляй отвечать».

С тех пор наши ссоры из-за родителей сошли на нет. А я как Алекс и просила, больше не заставляла рассказывать или пытаться вспомнить родителей, просто сама делилась всеми о них, деля воспоминания о них на двоих.

— Вам с сестрой повезло друг с другом. — сказал Кемаль улыбаясь ей. Ади и не заметила, но при воспоминании о сестре на губах непроизвольно появлялась улыбка.

— Временами мне хочется её прибить. — ответила Ади, продолжая улыбаться, и пожимая плечами. — Но ты прав, нам повезло друг с другом. Со стороны может показаться, что между нами все идеально, но было время, когда я очень сильно обижалась. Ведь не только родители стали причинами наших ссор.

— Что же еще? — с интересом спросил Кемаль, делая глоток остывшего кофе.

— В то время, когда мы только примирились, — начала Ади, поддаваясь вперед, — и она согласилась слушать рассказы про родителей, Алекс привела ко мне Адама заявив, что с этой минуты он наш брат. Ты представляешь мое состояние тогда? Я готова была её убить. Получается меня она слушать не хочет, а брата нашла?

— И что же ты сделала? — спросил тот, тоже поддаваясь вперед.

— Сказала, что он не может быть нашим братом так как у него другие родители. — ответила Ади, вспоминая то время. С тех пор столько произошло в их жизни, и столько изменилось. Но одно действие Алекс, обдуманное или нет, многое изменило в жизни обоих сестер. — На мои возражения она мне заявила: «и что с того? Пусть другие будут связанны кровью, а мы будем верностью друг другу. Он будет защищать тебя, а я вас двоих».

— Что это значит? — удивленно спросил мужчина. По его подсчетам на тот момент девушке могло быть от сил лет шесть. Так о какой защите шла речь?

— Понятия не имею. — ответила та, пожав плечами. — Самое главное это стало толчком для создания нашей будущей семьи.

Они ещё долго сидели болтая. Рассказав самое печально в своих жизнях дальше было легче. Они делились фактами из жизни, рассказывали, что любят или ненавидят, взгляды на жизнь или же смешные истории из детства.

Ади с Кемалем и не заметили, как просидели в кафе, за разговорами около пяти часов. Собравшись они поехали обратно. У дома Ади они ещё какое-то время сидели в машине. Им не хотелось расставаться друг с другом считая, что до следующей встречи не доживут. И когда Ади уже уговорила сама себя и собиралась выйти из машины Кемаль остановил ее, взяв за руку.

Вместо ответа на невысказанный вопрос тот надел ей на палец кольцо. Боже, Ади не могла уже сосчитать сколько раз за вечер Кемаль вводил её в состояние шока. Не зная, что и сказать она уставилась на него, переводя взгляд то с него, то на кольцо.

— Я хочу, чтоб ты знала, — начал он, не отпуская её руки. — Для меня ты стала важной частью моей жизни. Никогда не сомневайся в моих чувствах по отношению к себе. Это кольцо знак того, что с этого дня я считаю тебя своей женой. И даст Аллах в скором времени мы официально, по всем законам шариата станем мужем и женой. Не только перед Аллахом, но и перед людьми, перед нашими семьями.

После своих слов он потянулся и поцеловал Ади в лоб, а после прижался своим лбом к её и закрыл глаза. Придя в себя через минутку та отстранилась и быстренько открыв дверь машины сбежала. Ади не знала, что ответить на это, все её чувства перемешались, сходя с ума.

Дойдя до двери дома, девушка услышала звук пришедшего смс и достав из сумки телефон увидела сообщение от Кемаля. В смс было только одно слово: «трусиха».

Резко развернувшись она уставилась на него, а тот помахав ей рукой, с улыбкой на губах, резко нажав на газ и уехал.

***

На следующее утро, спустившись вниз, собираясь выпить кофе перед работой, Ади застала в кухне сестер, Бэллу с Амирой. Те о чем-то оживленно переговаривались, но увидев её резко замолчали и уставились, следя за каждым её шагом. Естественно, девушка понимала — сестрам любопытно как вчера все прошло. И, конечно же, очень сильно хотели расспросить обо всем, но пока терпели — давая ей время самой все рассказать.

Внутри Ади посмеивалась, ожидая, когда же сестрички сорвутся и начнут расспрашивать обо всем. А пока что — прошла в кухню и начала делать себе кофе.

Порой, она думала — различия между ними всеми можно понять по тому какой напиток они пьют: сама Ади и Зак любили чёрный, крепкий кофе; в то время как Адам пил с молоком, но без сахара; Зейн и Алекс с молоком и двумя кусочками сахара. Бэлла любому кофе предпочитала чай, и именно листовой, из-за чего у них на кухне было огромное количество всяких баночек с чаями, а Амира пила только какао, не признавая ни кофе, ни чая.

Скорее всего — это было связано с тем, что в приюте какао было очень редким явлением, и пить его та могла лишь по праздникам или по особым случаям.

— Бесишь. — услышала Ади за спиной, и улыбнулась, понимая — первой не выдержала Амира. В какой-то степени, она это ожидала: ведь та была у них очень нетерпеливой. — Ади, рассказывай давай. Мы ждём тебя с раннего утра.

Амира привыкла получать все, что пожелает, так как с рождения каждый из них пытался достать для неё все самое лучшее, то чего сами были лишены. После приюта ничего не изменилось, она все также продолжала купаться во всеобщей любви. Хоть та и была избалованной, но, можно сказать, в меру. Сама она любила говорить: «конечно я капризная и избалованная. Почему бы мне такой не быть? Я получаю все, что хочу, и вы меня любите».

Не говоря ни слова Ади обернулась и, подняв руку, показала сёстрам кольцо. На безымянном пальце красовалось серебреное колечко от Тиффани, в виде лозы из платины с бриллиантами. Она гуглила сегодня ночью — так что точно знает. Честно говоря, Ади была в шоке, когда увидела цену кольца, но с другой стороны она была польщена таким дорогим подарком, и естественно еле как дотерпела до утра чтоб похвастаться перед сестрами, но говорить об этом не собиралась.

Сев со своей кружкой за стол посмотрела сначала на Амиру, подпрыгивающую на стуле о нетерпения, а после на Бэллу, спокойненько сидевшую напротив нее, свое любопытство та скрывала прекрасно, широко улыбаясь спросила:

— Что именно хотите знать?

— Все. — ответили те в унисон.

Конечно же, Ади не заставила просить себя дважды, пересказав им весь вчерашний вечер, начиная с того момента как Кемаль заехал за ней на шикарной машине, и заканчивая полученной смской у дверей дома.

Единственное она умолчала о семье Кемаля, решив — это личное, только упомянула о том, что тот тоже сирота, как и они все.

— Он такой романтичный. — сказала Амира, подперев голову руками улыбалась в потолок. Бэлла в знак солидарности кивнула головой.

— Думаю ты ему очень нравишься. — сказала Бэлла, делая глоток своего чая. Теперь уже Амира кивала в знак согласия, и добавила, восторженно схватив старшую сестру за руку, — рассматривая кольцо:

— Она ему не просто нравится, он в нее по уши влюблен.

Ади было приятно слышать такие слова. И по тону своих сестер она поняла — Кемаль им понравился, а это очень важно. Потому что в их семье если сестры были с чем-то согласны, то братья соглашались автоматически. Бэлла и Амира согласились, а Алекс она даже не собиралась спрашивать — это была бы пустая трата времени. Та ей просто ответит «Если тебе нравится, то незачем меня спрашивать, мне пофиг».

Стандартный ответ Алекс на все вопросы. И зная об этом Ади не собиралась ничего спрашивать. Нет, конечно она той все расскажет и даже в мельчайших подробностях, но о согласии спрашивать не будет. За столько лет она это очень хорошо усвоила.

Посидев еще какое-то время с сестрами, поговорив о всяких мелочах, разошлись — чтоб собраться кто на работу, а кто на учебу.

По утрам они уезжали втроем, так как Ади с Бэллой работали вместе в кафе, а университет Амиры находился недалеко от места, где располагалось кафешка. В свое время, когда они искали место под кофейню, руководствовались тем, чтоб оно располагалось недалеко от учебного заведения, что благоприятно скажется на клиентуре. А еще потому что в скором времени Амире надо было поступать в университет.

Полчаса спустя они встретились в гостиной и вышли из дома. Можно сказать — встреча, поездка до университета, а дальше на работу для них троих была рутинной. Зак уезжал рано утром, ведь был поваром в кафе, а Адам работал по своему графику и мог порой вообще не возвращаться на ночь, ну или прийти рано утром и завалиться спать. Так что они не беспокоили его лишь звонили или писали в течение дня чтоб узнать, как он.

Алекс и Зейн появлялись дома лишь по выходным. Хотя Зейн появлялся чаще. Тот не признавал этого, но был сильнее привязан к ним всем, чем Алекс — тем более его близнец жил в этом доме, поэтому тот появлялся чаще чем пару раз в месяц.

Может у них и ненормальная семья — ненормальные отношения, но каждый из них привык к ним — и ни за что на свете не стали бы ничего менять.

Последующие пару недель в жизни Ади не происходило ничего важного или существенного. Она все также продолжала пропадать целыми днями в кафе, приходя домой поздно. Носилась весь день — порой не замечая, как день прошел. Но одно существенное изменение все же было: она стала почаще зависать в телефоне, а по вечерам её забирал и отвозил домой Кемаль.

Весь день Ади с Кемалем обменивались смсками, созваниваясь во время перерывов, что привело к тому что девушка стала все время ходить с телефоном и смотреть в него. Неважно было как быстро тот отвечает, она все время смотрела в телефон, проверяя сто раз в минуту.

Уходя на перерыв первым делом звонила Кемалю, ну или он звонил — так как с точностью в минуту знал график девушки. Хоть та и работала администратором в их личном кафе все же строго следила за временем и всегда уходила на перерывы в одно и тоже время, естественно когда не было непредвиденных обстоятельств.

А каждый вечер Кемаль заезжал за Ади и забирал с работы. Дорога до дома принадлежала только им. Каждый вечер Кемаль устраивал для своей невесты свидания во всевозможных местах.

В первый вечер был поход в кинотеатр, после прогулка по парку, поездка на концерт в другой город, на концерт любой группы и все в прочем духе.

За это время они очень много говорили, рассказывали друг другу все о себе. В первый вечер, когда Кемаль забирал её с работы — они пообещали не скрывать друг от друга ничего. И свое обещание сдерживали на все пять с плюсом. Теперь Ади знала все о своем будущем муже, начиная с любимого цвета заканчивая какие хлопья тот предпочитает по утрам на завтрак. Также и Кемаль, знал все об Ади, и часто использовал свои знания на практике, устраивая той сюрпризы.

Так как хранители доверили свою тайну обычным людям, как они выразились, а также принимают Ади в свой круг, а родственники принимали Кемаля семьи порой проводили время вместе. Честно сказать это было только один раз: хранители пришли к ним на ужин. И по мнению Ади тот прошел просто ужасно, так как за все время не было произнесено не более десяти предложений, считая слов приветствия и прощания.

Самым странным за все это время было то, что Аель и Рир зачастили к ним. не к ним домой, а в кафе и в квартиру над ним. Они чуть ли не каждый день приходили в кафе, и по большей части находились где-то недалеко от Алекс. Нет, конечно Ади привыкла к тому, что к сестре тянутся люди, но проблема то именно в этом — те двое не являлись ими.

Кемаль отмахнулся сказав, что это ничего не значит. Скорее всего парни просто хотят подружиться с её родными. Но тогда ведь они должны были общаться и с другими, а не ходить за Алекс хвостиком?

В первый день, когда те появились в кафе и как бы невзначай начали расспрашивать Алекс о жизни и работе — реакция той была убийственной: «ненавижу, когда люди меня достают, а теперь ещё и ангел с джином? Валите».

Тогда все были в шоке, а Зейн с Заком встали так чтоб в случае чего защитить сестру. Алекс же преспокойно ушла к себе наверх. Там находилась не только их с Зейном квартира, но и её офис.

Реакция гостей была ещё более неожиданной, те просто рассмеялись и последовали за ней, отодвинув братьев. Просто посмеялись и ушли. Ади, как и остальные была в шоке.

Но зато после этого их частым появлениям никто не удивлялся. И даже если Алекс не обращала на них внимания ходили за ней. Иногда Ади замечала, что эти трое действительно подружились, а порой в этом сильно сомневалась — так как несколько раз слышала, как сестра говорила им свалить.

Наряду с Алекс эти двое подружились и с Зейном, что неудивительно. Ведь находясь рядом с девушкой эти двое непосредственно контактировали и с ним. Возможно именно поэтому стало частым явлением нахождение Аеля и Рира в их квартире.

Самым удивительным в этих отношениях было то, что всех четверых все устраивало и не было видно, чтоб кто-то из них пытался изменить что-либо.

Сегодня, как и обычно, Кемаль встречал Ади с работы. Но по обыкновению, они не поехали никуда. Кемаль отвёз её домой, но не торопился отпускать.

— Что происходит? — спросила Ади, взволновано. Она видела, как Кемаль весь вечер нервничал из-за чего-то и не раз порывался поговорить, но сразу же замолкал и менял тему разговора.

— Ты, о чем? — спросил тот и повернувшись к ней улыбнулся.

— Кемаль. — строго сказала Ади смотря на него и хмурясь.

Кемаль стукнул по рулю и пробубнил себе что-то под нос, чего Ади не смогла разобрать, а после повернулся обратно к ней и сделав глубокий вдох выпалил:

— Бабушка приезжает. И она хочет познакомиться с тобой.

Теперь Ади начала нервничать, и пару раз открыла рот, порываясь ответить, но не находя что сказать закрывала обратно. Ади очень много слышала о бабушке Кемаля. Она часто приезжала погостить у них, но в основном проживала в пригороде Эльнарса, в месте о котором никто не знал, кроме хранителей.

Так как Кемаль рассказал ей практически все о себе Ади знала о существовании бабушки, но надеялась, что встретятся они не скоро.

— Когда? — только смогла она спросить, чуть придя в себя.

— Завтра.

— Так скоро? — воскликнула та в ответ. Это же всего через несколько часов. Нет-нет она не готова к этому.

— И она пожелала, чтоб вы всей семьей пришли на ужин. — решил добить девушку Кемаль. Он понимал это шок для Ади, но не мог ничего изменить. Он любил свою бабушку, но также любил и Ади — поэтому не знал, как поступить в данной ситуации, кроме как устроить данный ужин.

Кемаль вообще надеялся на то, что бабушка познакомится с его избранницей лишь на свадьбе, но всем его планам пришёл конец, когда сегодня с утра бабушка заявилась в особняк и потребовала пригласить Ади и её семью завтра на ужин. На попытку придумать отмазку заявила — никакие причины не могут заставить её отказаться познакомиться со своей будущей невесткой.

Бабушка всегда была волевым и сильным человеком, но потеряв сына и невестку ужесточилась и доверяла лишь определенному кругу лиц, которые доказали свою преданность.

— Понимаю, все это неожиданно, — начал Кемаль, беря Ади за руки, в попытке успокоить, — но ничего в этом мире не разлучит нас с тобой. Бабушка знает, что мы с тобой пара. Она просто хочет познакомиться до свадьбы. Тебе не о чем волноваться.

— Ага. — ответила Ади на автомате. Её мысли унеслись далеко отсюда. Она уже думала о том, что одеть, как себя вести, о чем говорить, и самое главное уговорить остальных.

— Ади. — позвал Кемаль, и после того как та посмотрела на него проложил: — тебе не стоит бояться. Я буду с тобой рядом. Это просто ужин. Все хорошо будет.

Ади была благодарна за попытку успокоить её и кивнула ему улыбнувшись.

После они ещё немного поговорили, и Кемаль уехал, обещав завтра заехать за ними в шесть вечера.

А Ади зашла домой, готовя себя к разговору с семьей. Ведь самое страшное наступит не завтра, а прямо сейчас — когда она обрадует всех новостью о приглашении на ужин.

***

О Боже, этот день настал. Как бы сильно Ади не мечтала оттянуть его до бесконечности — все же не получилось. С тех пор как вчера, Кемаль сказал ей о приезде бабушки и приглашении на ужин, Ади была сама не своя. Не каждый же день она встречается с родственниками будущего мужа. Девушка очень сильно хотела понравиться его бабушке, но, по правде сказать, не знала — что для этого сделать. Ей редко приходилось иметь дело со старшим поколением.

Из того, что она успела узнать из рассказов Кемаля — бабушка была властной и строгой женщиной, привыкшей чтоб окружающие ей, подчинялись. При этом, имеющая свои взгляды и мнение на все. В том числе и в вопросе избранницы внуков.

Нет, конечно, по словам Кемаля, она не могла никак повлиять на их свадьбу, но все же Ади не хотелось бы — не успев войти в семью принести проблемы. На все её переживания мужчина только посмеивался, когда утром позвонил ей, предупредить о том, что вечером заедут за ними. Планировалось, что приедет он сам, но бабушка настояла отправить водителей.

По мнению мужчины, Ади не могла не понравиться его бабушке. К большому его огорчению, девушка не могла поверить в это. При всем при этом — на все её переживания даже собственная семья посмеялась над ней, сказав дословно: «Ты пересмотрела слишком много сериалов со злыми свекровями».

Им же не понять какого это идти встречаться с родственниками того, с кем ты хочешь провести остаток своей жизни.

Ади привыкла к гармонии и покою в семье, и надеялась, что после замужества принесет в новый дом только счастье, а не неприятности. Как и все нормальные семьи они тоже ссорились между собой, и естественно, она понимает — без ссор и выяснения отношений в семье не обойтись, но все-таки не слишком часто и не по её вине, не успев войти в семью.

Со вчерашнего вечера она мечтала о том, чтоб сегодняшний не настал — а сейчас же, сидя в машине по дороге к дому Кемаля, мечтала, чтоб все это по скорее закончилось.

К семи часам к их дому подъехал микроавтобус, чтоб отвести их на ужин. Ребята хотели на своих машинах поехать, но водитель отказался говорить им точный адрес, сославшись на то, что ему не давали таких указаний. Те все же, чуть поспорив, сели в ожидавшую машину, чтоб не расстраивать сестру. Все-таки это вечер знакомства с её будущей семьей, и раз те не хотят, чтоб они приезжали на своих машинах — то так тому и быть.

Ади обвела всех сидящих в машине взглядом — ища хоть какие-то признаки нервозности. Но все сидели спокойненько — уставившись: кто в телефон, кто в окно, а кто-то, просто закрыв глаза. Ади по очереди сосредотачивала свой взгляд на каждом из членов семьи, пытаясь понять их состояние.

Адам сидел спереди рядом с водителем, одетый в белую рубашку, подчеркивающие его накаченные руки, заправленные в классические синие брюки, а на ногах мокасины бежевого цвета, на левом запястье были часы.

Зак выбрал для себя белую рубашку, но чуть по свободней и серые брюки, подвернутые до лодыжки и белые кроссовки. Он сидел за водительским сиденьем, скрестив руки на груди и закрыв глаза, а на его левом плече лежала Амира, одетая в светло зеленое платье до щиколоток, со стразами по всей длине, и что-то делала в своем телефоне. Волосы она накрутила и распустила, плюс сделала неяркий макияж. Рядом с ней расположился Зейн, в черных джинсах и белой футболке, а на ногах были белые кеды.

Напротив, них сидела она сама, в прямом бежевом платье до пола, без выреза, сверху платье было по фигуре, а снизу свободно подала до пола. Волосы она выпрямила и закрепила маленьким зажимом, неяркий макияж и образ готов.

Рядом с ней была Бэлла, выбравшая на сегодняшний вечер прямое платье со свободной юбкой синего цвета, с белым поясом на талии, большие локоны и минимум косметики. Она листала ленту в каком-то соцсети на своем телефоне. Справа от нее сидела Алекс, одетая в широкие черные брюки и черную водолазку, а сверху еще и свитер, с большим поясом на талии. Волосы она собрала в хвост и ноль косметики. Если у остальных девушек платья были по фигуре, то у той одежда была свободной.

Словно, почувствовав взгляд сестры Алекс обернулась и улыбнувшись уголками губ — подмигнула, и сразу же отвернулась обратно к окну. После этого Ади успокоилась. Она, будто, вспомнила — её окружают люди, которым она дорога, теми, кто не бросят, и в этот вечер обязательно будут рядом, чтоб поддержать.

Машина остановилась у большого особняка. С прошлого своего визита Ади мало, что помнила об этом месте, так как возможности осмотреть тут все не выпало. Выйдя из машины они все уставились на огромный особняк перед собой.

Этот дом напоминал собой дворец из сказок или фильмов о прошлых веках. Большой двухэтажный дом, сделанный из белого камня, украшенный колоннами и портиком с фронтонами. Главный фасад был направлен в сторону въезда так чтоб гости сразу же оказывались перед главным входом.

На верхних ступенях лестницы стоял Кемаль и ждал их. Он был одет в черный классический костюм, с такой же черной рубашкой, и в черные лакированные туфли. Костюм сидел на нем идеально, что только подчеркивала идеальную фигуру. Увидев, как гости выходят из машины он направился к ним. Остановившись напротив приезжих, он сначала пожал руки мужчинам, а после кивнул головой девушкам, в знак приветствия.

— Рад видеть вас здесь. Прошу, проходите, все уже собрались и ждут.

Адам кивнул ему, как бы отвечая за всех сразу. Кемаль задержав свой взгляд на Ади, развернулся и направился в сторону входа в особняк, гости же последовали за ним. Войдя внутрь, они увидели, что жители дома, по их предположению, выстроились в два ряда в холле и ожидают их.

Мужчины стояли с правой стороны, как солдаты в армии, в то время как женщины — с левой, напротив них. Увидев их они все резко остановились у входа. Никто из них не знал, как следует реагировать на такую встречу.

Все мужчины были одеты во все черное, словно в знак поддержки своего брата. Если же Кемаль был в классическом костюме, то остальные не стали так сильно фамильярничать: кто-то был в джинсах и футболке; кто-то в брюках и рубашке, но все — черного цвета.

Девушки же, а их было двое, были одеты в яркие наряды. Ади не припоминала их с прошлого визита. Кажется, она их не видела. Первая девушка была одета в длинное прямое платье белого цвета, сверху которого, как плащ, был накинут халат светло-голубого оттенка с камешками в россыпь по всей длине, а на голове белоснежный платок.

Вторая же рядом с ней была одета в небесно-голубое платье до пола. А на голове был платок нежно-розового цвета. И если у первой платок был заправлен под одежду, то у второй девушки он свободно спадал на плечи.

Ади снова начала паниковать. Она испугалась того, что может сделать что-то не так. Ей бы не хотелось испортить впечатление будущих родственников о себе, в первую же минуту знакомства. Она дернула за рукав Алекс, стоявшую справа от нее, как бы прося её сделать что-нибудь. Та перевела на нее недоумевающий взгляд, на, что получила умоляющий взгляд, прям как у кота из шрэка. На сестру этот взгляд действовал безотказно.

Закатив глаза, Алекс отвернулась от нее, переводя взгляд на стоявших напротив них людей.

— Вы всех своих гостей встречаете так или это только нам так повезло? — громко задала она вопрос, ни к кому конкретно не обращаясь. Не успела она закончить говорить, как глаза всех присутствующих были устремлены на нее: с одной стороны, осуждающие — от родственников; с другой хмурые — со стороны мужчин; и с третьей заинтересованные — со стороны девушек.

— Оказывать должное внимание и почтение к гостям — благое дело. — донесся до них, властный женский голос, со стороны лестницы, ведущей на второй этаж. Оттуда спускалась женщина лет шестидесяти, одетая в черный хиджаб. Ади догадалась — это бабушка Кемалья.

Наконец спустившись с лестницы она не останавливаясь подошла к Алекс и встала напротив нее, смотря прямо в глаза. Около минуты они стояли, смотря друг другу в глаза. И за это время никто из присутствующих не произнес и слова. А по спине Ади начал катиться холодный пот.

— Ты не моя будущая невестка. — не спрашивая, а утверждая, заявила женщина, первой нарушая тишину, но также не отводя взгляда. Эти двое словно соревновались в только им двоим известном сражении.

Алекс ничего не ответила лишь улыбнулась уголками губ. А женщина же ещё мгновение постояв напротив неё, смотря в глаза, отвернулась и перевела взгляд на них. Она поочередно обвела взглядом каждого, словно сканируя. В конце переведя взгляд на Ади женщина постояла минуту смотря ей прямо в лицо, а после — ни слова не сказав — развернулась и направилась в сторону столовой, как позже оказалось.

— Пройдемте в столовую, пожалуйста- сказала вторая девушка, вежливо им улыбнувшись, после чего они все тронулись с места.

Мансур первым, никого не дожидаясь, последовал за женщиной, а остальные же сначала пропустили гостей, после чего прошли сами. Зайдя внутрь они оказались в большой столовой, стены которого были выкрашены синим цветом. По центру комнаты стоял огромный дубовый стол, накрытый множеством разнообразных блюд.

В комнате, слева от входа во всю стену располагалось большое окно, выходящее в сад, на стенах никаких украшений или картин, были только голые стены. Но из-за огромной люстры посреди комнаты, она не казалась мрачной, а наоборот, навоевало какое-то спокойствие. С противоположной стороны от двери располагалась еще одна дверь, ведущая в кухню. Рядом с ним стоял небольшой шкаф и комод столовых принадлежностей.

Пройдя к столу, бабушка уселась с правой стороны от хозяйского стула, а рядом с ней две девушки, чему Ади удивилась. Не успела она подумать о чем-либо как Мансур направился к хозяйскому месту и сел во главе стола. В этот момент она вспомнила, что он для них король — естественно место главы его.

Слева от него сел Кемаль, а дальше остальные расположились с двух сторон, единственное оставили одно место рядом с Кемалем для Ади. Остальные её родственники расположились в другой части стола. Слева Амира и Бэлла, а между ними Зак, справа же посередине Алекс, а по бокам Адам и Зейн.

Расположившись за столом девушки наконец представились. Ими оказались: Самира, девушка в голубом платье, жена Саида, и Лейла, в белом, сестра Рашида, частая гостья в особняке.

А после было произнесено ни слова. Все делалось в молчании, из-за чего девушка ещё сильнее нервничала. У них дома никогда не бывало скучно. И каждый во время обеда располагался за столом так как удобно им самим, и всегда с разговорами и смехом. Сейчас же ощущая такую тишину Ади казалось словно даже стены этого дома давят на неё.

После того как все расположились и несколько мужчин, одетые в белые одежды, принесли первое блюдо, какой-то салат, жители дома приступили к трапезе, а за ними последовали и гости.

Ади была так взволнована, что не понимала — что за блюдо перед ней и каково на вкус. Она ела машинально, словно повторяя за остальными чтоб не выделяться.

Расскажите о себе. — прервала тишину Фатима, а именно так зовут бабушку Кемаля, не отрываясь от еды и не смотря в сторону Ади, словно ни к кому конкретно не обращаясь.

— Что именно вы хотите обо знать? — вопросом на вопрос ответила та.

Она прекрасно знала, что женщина уже знает про неё все, что той нужно. А рассказывать вещи, о которых и так той известно, Ади не видела смысла. Лучше сразу уточнить и рассказать о важном, а не ходить вокруг да около.

Женщина подняла на неё глаза, на секунду отрываясь от еды, а после обратно уставилась в свою тарелку и спросила:

— Чем вы занимаетесь?

— У нас семейное кафе, где я являюсь администратором.

— Почему именно администратор?

— В своё время мы распределили обязанности между собой, и так получилось, что мне досталось именно эта должность.

— И тебя это устраивает? — продолжала задавать вопросы женщина, все также не поднимая взгляда от тарелки, и продолжая есть.

Ади задумалась на секунду, с чего бы её это не устраивало, о чем и спросила.

— Я не гонюсь за звёздами на небе. Есть крыша над головой, и слава богу не голодаю. Есть работа, чтоб обеспечить себя тем, что необходимо. Рядом люди, которые меня любят. Мне не нужны все деньги мира или, что-то в этом роде. Все нужное у меня есть, о большем и не мечтала никогда.

После её слов над столом не слышно были ничего, кроме шума приборов. Ади не жалела о своих словах. Она говорила правду. Все, о чем когда-либо могла мечтать у неё было. И свою работу она любила. Единственное умолчала о том, что после встречи с Кемалем хотелось, чтоб и он стал частью её жизни. Разделил с ней жизнь.

— А что после замужества? — прервала Фатима, затянувшуюся тишину. — Ведь после свадьбы тебе придётся отказаться от своей работы и своей семьи.

После этих слов родственники Ади перевели на пожилую женщину свой взгляд, кроме Алекс, которая сидела, уставившись в тарелку. И единственным признаком того, что слышала разговор была еле заметная улыбка на губах.

— Я всегда думала свадьба — объединение двух семьей, а не отказ от одной пользу другой. — ответила Ади. Задай этот вопрос ей пару месяцев назад не задумываясь ответила — от семьи никогда не откажется. А сейчас? Сейчас она действительно задумалась, но сколько бы не думала не представляла своей жизни без семьи. Без тех людей, что всю жизнь были рядом. Без тех, кто вытащил её из пустоты и стал семьей. Без тех, для кого была семьей, а не девочкой сиротой.

— Вы не семья, а просто дети, решившие поиграть в семью. — сказала бабушка, наконец-то поднимая глаза на неё, и отложив вилку взяла стакан с апельсиновым соком, стоявший перед ней, делая небольшой глоток.

— Возможно для вас это просто игра, а для меня вся жизнь. — и после этих слов попыталась встать из-за стола, но Кемаль схватил её за руку удерживая на месте. Переводя на него злой взгляд, девушка увидела, что тот улыбается. После этого мужчина перевёл взгляд на пожилую женщину, и улыбка пропала с его губ.

— Может уже успокоишься? — сказав это он чуть нахмурил брови, на что женщина просто пожала плечами закатив глаза, и продолжила сидеть со стаканом апельсинового сока, делая маленькие глотки. В этот момент до Ади дошло — все это было проверкой. Простой проверкой. Только чего именно пока ещё не поняла.

А дальше ужин прошёл в более радушной обстановке. Напряжённость ушла и все между собой переговаривались. И, по мнению, Ади все было не так плохо, как себе представляла.

***

После ужина все переместились в гостиную и там продолжили беседы. Все разделились на группы из нескольких человек, и о чем-то переговаривались. Аель знал, также, как и остальные жильцы дома, разговор за столом был проверкой для будущей невестки этого дома.

После гибели сына и невестки бабушка короля ревностно относилась ко всем людям, приближавшимся к своим внукам, и всем тем, кого она относила к близким. Она считала своим правам, и даже долгом, по своему их защищать. И если к этому относилось проверка будущей невестки, никто ей не препятствовал.

Хотя все прекрасно понимали — на решение Кемаля жениться на Ади эта проверка никоим образом не повлияет. Поэтому-то он спокойно и позволил женщине задавать такие неудобные вопросы будущей жене.

Кемаль любил бабушку, да и бабушка любила его не меньше чем родного внука, и поэтому никогда не сделала бы ничего что причинило тому боль, тем более зная на личном опыте какого это потерять пару.

— Решено. — вырвал Аеля из раздумий голос бабушки. Все, кто находились в комнате, перевели на неё недоуменные взгляды. — Свадьба будет через две недели.

— Бабушка, а давайте лучше через месяц. — воскликнула Амира. Аель успел хорошо узнать её за это время. Та была самым младшим ребёнком в их странной семье. И была избалованной, жизнерадостной, но как он успел заметить все — это было напускное, и за маской весёлости жила умная и ранимая девушка. — У меня сессия на носу. Так что нужно все сдать и только потом веселиться.

— Это же не твоя свадьба, — ответила взрослая женщина, пожимая плечами и отводя глаза в сторону, как бы говоря — мое решение не обсуждается.

— Но бабушка, — подлетела та к ней, взяв за руки присела перед ней. — Ну и что, что свадьба не моя, зато я любимая сестра невесты. И не могу же я, на свадьбе появится страшненькой. Вы подумайте только, что люди на это скажут: «Какие некрасивые у них будущие родственники». Это же и на вашем имидже скажется плохо.

— На каком таком имидже? — недовольно спросила бабушка, все-таки переводя на неё взгляд.

— Ну вот представьте. — начала Амира, вдохновлённая заинтересованными слушателем. — Свадьба вашего внука и моей сестры, так?

— Ну. — отвечала бабушка, в нетерпении кивнув головой.

— Красивый жених, красивая невеста, вы в красивом платье, — начала расписывать девушка, размахивая руками из стороны в сторону. После своей последней фразы, запнулась и обведя бабушку взглядом продолжила: — ну или в хиджабе, неважно. Все мужчины в костюмах, девушки в шикарных платьях, и я с огромными синяками под глазами и зубрящая билеты к экзаменам, вместо того чтоб веселиться и танцевать в прекрасном платье. Как вы себе это представляете, а?

После ее слов развеселились, кто смеялся в голос, а кто-то улыбался. Но своего она добилась — бабушка согласилась перенести свадьбу еще на месяц. После чего все вернулись к своим разговорам. Единственное — Амира осталась рядом с бабушкой и тихонько ей рассказывала забавные истории из их жизни.

Эти пару недель, со дня встречи Кемаля и Ади, хранители следили за этой семьей и узнавали все возможное о них. Сложного в этом ничего не было, тем более, когда на твоей стороне ангелы и джины, могущие прекрасно видеть все тайное, скрытое от людских глаз.

Каждый из членов семьи был по-своему уникален, кажущиеся с первого взгляда обычными, но хранившие внутри свои тайны и страхи. Но не смотря на все сложности их объединяла любовь и верность друг другу. Возможно, именно за эти качества мужчины и являлись хранителями. Но что на счет девушек?

К сожалению, никто из них так до сих пор и не понял: как те столько лет жили у них под носом, и никто о них не знал?

Они узнали о каждом из них все, начиная от рождения, до самых потаенных страхах, кроме одного члена семьи. Хотя, сказать по правде, в последнее время у Аеля и возникали мысли, хоть тот и отгонял их считая бредовыми. Но сегодня он решил удостовериться во всем точно. И с такими мыслями он вышел из гостиной, попутно набирая сообщение на телефоне: «Жду тебя через 5 минут в холле, у последней двери с права по коридору».

Спустя пару минут он услышал звук открывшейся и закрывшейся двери. Человек, которого он ждал, скоро появится.

Не успел Аель показаться из своего укрытия, как следом появился ещё один. На каком-то подсознательном уровне он понял, не стоит вмешиваться. Тем более вторым человеком был Мансур.

Алекс повернулась к Мансуру и уставилась на него, ожидая непонятно чего. А тот с непроницаемым взглядом смотрел на неё, словно та должна была лишь по его лицу понять, что именно не так.

— Тебя не должно быть здесь. — сказал грубо Мансур. Аель даже удивился, ведь их король прекрасно умел держать себя в руках в любой ситуации. А к малознакомым людям относился отстраненно вежливо. Также ангел прекрасно знал — Мансур и Алекс ни разу больше не встречались после того раза в гостиной, когда они приезжали к ним домой с Ади.

— Я…

— Нет. — перебил тот её, не давая и слова сказать. — Тебя вообще не должно быть в этом доме, лучше даже в городе. Не появляйся здесь больше.

Не дожидаясь ответа, Мансур развернулся и ушёл в противоположную сторону. Постаяв минуту, смотря тому вслед, Алекс развернулась и пошла в сторону места назначения. Аель вышел ей навстречу, не было никаких сомнений — тот слышал весь разговор.

— Зачем звал? — спросила Алекс, останавливаясь напротив него. По её голосу или внешнему виду невозможно было определить, как именно та восприняла слова короля. Аель попытался ощутить чувства, испытываемые ей или просто понять по внешнему виду. Но как обычно — безуспешно. Именно из-за этого он позвал её сюда. Алекс единственный человек, после короля, чьи чувства никто из них не смог почувствовать, ведь у той был белый психико-чувствологический фон.

Белый фон восприятия чувств Мансура объяснялся обучением с самого раннего детства скрывать их от всех. Того растили как будущего короля хранителей. И это являлось обязательным, чтоб мысли и чувства не были использованы против него самого. Обязанность каждого члена королевской семьи.

Вот почему Аель и Рир старались все время находиться недалеко от Алекс. Каждый из них, джин или ангел, по-своему старались понять в чем дело. Каждый из членов этой семьи пережил свои трудности, но только у Алекс был белый фон, казалось внутри пустота, словно она давно умерла.

Люди считают глаза зеркалом души, но даже тут их ожидало разочарование. Даже находясь рядом с ней они не могли понять в чем дело.

— Не просветишь, что мы тут делаем и куда направляемся? — вывел его из раздумий голос Алекс. За этот вечер он слишком часто уходил в себя и терял связь с реальностью.

Девушка шла за ним молча, и Аель даже успел позабыть про нее, задумавшись о ней же, как бы бессмысленно это не звучало. Но в следующую секунду она удивила его:

— Опять какая-то супер-важная проверка, чтоб понять — подходит ли Ади вашему Кемалю?

— Какая проверка? — спросил он, решив включить дурачка, и попытаться понять — как много Алекс знает. А еще в голове пронеслась мысль — Алекс никогда не называет Ади сестрой. Ни её никого либо из остальных. По имени или прозвищам, которые сама им и дала. Как-будто старалась не показывать никаких привязанностей.

— Серьезно? — спросила та с сарказмом, смотря на него с ухмылкой на губах и вздернутыми бровями. — Я-то думала ангелы не умеют врать.

— Это правда, и я не врал. — ответил Аель, понимая он проиграл в этой битве. А также пытаясь понять, как давно его собеседница догадалась обо всем. — Просто уточнял интересующие меня факты.

На что Алекс просто пожала плечами и молча продолжила идти за ним, но держась на расстоянии вытянутой руки. Это тоже было одним из странностей, которые он успел за ней заметить — никогда не подходить, и не подпускать, к себе никого близко, по мере возможности.

— Как давно? — задал он вопрос, интересующий его, подходя к двери в штаб комнату. Открыв дверь, он отошел и пропустил вперед спутницу, а после зашел следом и закрыл двери, запирая на кодовый замок.

Штаб квартирой являлась комната в подвале особняка, за которым находились оружие и двери с помощью которых они могли в один миг перенестись в любую точку мира. Для ангелов в этом сложностей не было, но другие хранители, как они не могли. Из-за чего данные двери, а именно четыре, для каждой стороны света, были сделаны ангелами специально для хранителей.

— Что именно? — спросила Алекс, обводя комнату взглядом, ни на чем конкретно не задерживаясь, а после останавливая на его лице. — Что вы нас проверяете? Или копаетесь в нашем прошлом, а также настоящем? Или сканируете наши эмоции и чувства каждый раз? Если ты об этом — боюсь разочаровать тебя — когда в твоем доме появляется ангел и джин несложно сложить дважды два. Вы привыкли ощущать, чувствовать или видеть, неважно короче, чувства людей. А нам простым людям это неподвластно, поэтому мы пользуемся простым проверенным способом — присматриваемся.

— И все члены вашей семьи… — начал Аель, впервые в жизни столкнувшись, с тем, что обычный человек смог его. Он не закончил предложения, но этого не понадобилось, Алекс поняла его и так:

— Нет. Еще я знаю — почему именно ты меня сюда привел и какую проверку хочешь провести. — ответила та, поворачиваясь к ангелу лицом. — Могу сэкономить тебе время, если хочешь.

На её слова он просто кивнул головой, пристально смотря той в лицо. Аель был уверен, чтобы она не сказала будет правдой. На его кивок головой Алекс вдруг склонила голову и постояв так мгновение вскинула обратно и улыбнувшись отвернулась. После отошла к столу, стоявшему у нее за спиной и облокотилась на него, поворачиваясь и смотря ему прямо в глаза.

— До этой минуты я еще сомневалась, но теперь уверена. — сказала она. Отведя глаза начала говорить, будто его тут не было, и она просто рассуждала вслух. — Не знаю, как вы это называете, но у меня белый эмоциональный фон, так?

Вместо ответа Аель лишь кивнул головой, не зная, что именно ответить.

— В прошлый раз, когда вы пришли к нам домой, помню вы сказали, белый цвет — цвет внутренней смерти. — сказала девушка бесчувственно, словно не она только, что призналась в отсутствии эмоций. — Возможно в какой-то степени вы правы, но не в моем случае. Все намного проще я просто не умею чувствовать.

— Это невозможно. — воскликнул Аель, делая шаг к ней и останавливаясь. — Каждый человек чувствует. По-своему, но чувствует. Ведь ваша оболочка, тело, ничто по сравнению с душой, созданной Аллахом. И Он создал вас теми, кто может чувствовать абсолютно разные чувства, недоступные больше никому из живых существ. Я не знаю, как именно, но я не верю в твою бесчувственность.

— Почему? — спросила Алекс, тихим голосом, но больше она не ухмылялась. — Потому что ты веришь в непогрешимость созданных Аллахом душ?

— Потому что нет никого кто не чувствовал бы ничего. — ответил Аель. — Вы, люди, настолько привыкли скрывать свои чувства и хранить все глубоко в себе, что порой забываете — ваша бесчувственность просто маска для окружающих.

— Но ведь в моем случае это не маска раз даже ангел не может увидеть их. — ответила она, и не давая ему больше сказать направилась к двери, собираясь покинуть комнату.

— Подожди. — остановил он, когда та уже взялась за ручку двери. — Последняя проверка. Давай проведем последнюю проверку, и я от тебя отстану.

Алекс развернулась к нему лицом, и решив что-то для себя отошла от двери и подошла к нему, давая свое молчаливое согласие. Аель выдохнул с облегчением и кивнул ей на дверь с панелью управления. Подойдя к ней, он ввел нужные параметры и зашел в открывшуюся дверь, приглашая Алекс пройти за собой.

Они оказались в белоснежной комнате, какие обычно показывают в фильмах, когда герои попадают в свое подсознание или психбольницу. После того как глаза привыкли к окружающему белоснежному слеплению Алекс увидела еще две двери, в противоположных сторонах комнаты. Аель, стоявший перед ней, развернулся и показывая на дверь с левой стороны сказал:

— Чтоб пройти в то место куда я хочу тебя отвести нужно сначала сделать омовение, надеть свободное платье, можешь даже поверх своей одежды, а также покрыть голову платком. Мне нельзя быть с тобой поэтому я попрошу кого-нибудь помочь тебе и показать, что нужно делать.

— Не нужно. — ответила Алекс, направляясь к указанной двери. Дойдя до нее, она повернулась и посмотрев ему в глаза сказала: — Я мусульманка, и знаю, что делать.

Кажется, сегодня день открытий и удивлений. За все время Аель ни разу не увидел, чтоб Алекс делала намаз, читала что-либо связанное с религией, хоть что-то указывающее на её принадлежность к исламскому миру. Они знали про Зейна, и знали про его принятие Ислама после армии, но не про Алекс.

После этого Аель уже не нуждался в проведении этой проверки. Он уже понял, что оказался прав. Но все же нужно довести дело до конца. Потому что, когда он расскажет остальным о своем открытии, на руках у него должны быть веские доказательства.

Спустя несколько минут, из комнаты вышла Алекс, одетая в свободное, белое платье до пола и, такой же, белый платок. За все время их знакомства, она первый раз улыбнулась ему искренне, и он увидел перед собой очень красивую девушку.

— Что дальше? — спросила она его. Придя в себя Аель, не говоря ни слова, показал ей на следующую дверь.

— Почему? — потрясенно спросил ангел у девушки. — И с каких пор?

— Давно, — просто отвечала та, следуя за ним. — Возможно, потому что единственное во, что я верю в Аллаха.

Больше Аель ни о чем не спрашивал. Пройдя в дверь, они оказались в белом коридоре, который больше напоминал мост, так как по обеим сторонам возвышались золотые ворота, уходящие прямо в облака. А в самом конце стоял молодой, красивый юноша. При виде них он склонил голову, в знак уважения, но не сгибая спины, и после перевел глаза на них. Он ни разу не посмотрел на Алекс, словно её тут и вовсе не было.

— Аель, брат мой, ты ведь знаешь простым смертным сюда нельзя. — сказал он, смотря на своего собрата ангела. Хоть он ни разу и не посмотрел на Алекс, но чувствовал её присутствие.

— Да-да, знаю брат. — отвечал тот ему, тоже склоняя голову. — Но тут особый случай. И мне нужно чтоб ты пустил её внутрь.

— У меня нет таких полномочий. — отвечал тот, все также стоя прямо и смотря перед собой.

— Знаю. — отвечал Аель, кивая головой. — Но также знаю, что, если душе доступно попасть за эти двери ты не сможешь её остановить.

— Если ты веришь, что она способна попасть туда можете попробовать. — сказал второй ангел, после чего сдвинулся вправо, уступая путь к двери.

— Что за этой дверью? — спросила Алекс, зная, что зайти туда скажут именно ей.

— Книги судеб. — просто ответил Аель, словно говоря о погоде.

— Умерших людей. — поправил его ангел-охранник, все также стоя и смотря прямо перед собой. — Книги живых в другом месте. И к ним нет доступа ни у кого кроме Всевышнего Аллаха.

— Судьба каждого человека… — начал Аель, решив объяснить ей все.

— Написано задолго до его рождения, — закончила за него Алекс, кивая головой. — Аллах за долго до рождения каждого из нас написал их. И Он знает обо всем, что случится и, что не изменить. Но при этом Он всегда дает нам право выбора. И в Судный день именно эти книги будут нам вручены. Это все я прекрасно знаю. Не знаю только, что я тут делаю

— Как ты вообще приняла Ислам? — задал Аель, мучавший его вопрос.

— Я люблю читать. — просто ответила Алекс, пожав плечами. — А еще когда принимаю какие-либо решения принимаю их осознанно и делая свой личный выбор. И Ислам я приняла не потому что меня принудили, подсказали, уговорили или заманили, а потому что сама захотела. Естественно изучила все вопросы, интересующие меня. Еще я знаю, что доступа к Судьбам людей нет ни у кого. Так почему ты решил провести проверку именно здесь

— Доступа нет к книгам живых. — ответил Аель кивая головой на слова Алекс, а также своим мыслям постараться узнать больше о ней. — А здесь книги тех, кого уже нет, на чьи судьбы уже невозможно повлиять. Так что ты можешь их прочитать, но не можешь оттуда ничего выносить. Но проблема в том, что не у каждой живой души, и даже ангелов, есть возможность зайти туда. И я хочу проверить, сможешь ли ты попасть туда.

— Если попаду то, что? — спросила Алекс, смотря на дверь.

— Можешь прочитать любую книгу, и даже все. — ответил он.

— Сколько времени я могу там провести? — задала вопрос Алекс.

— Столько сколько тебе угодно.

Не говоря больше ни слова, Алекс подошла к дверям и толкнула их. Аель на секунду задержал дыхание. И в следующую секунду, когда двери открылись шумно, выдохнул. Он сомневался в своей затее, но в эту секунду понял — не зря все это. Ангел не знал чью именно книгу Алекс захочет посмотреть, но свое он узнал. Огорчало только то, что он сам не мог туда попасть. Лишь избранные ангелы могли входить и выходить из этой комнаты, к каким он не относился. И ему ничего больше не оставалось, как ждать у дверей.

Спустя час Алекс вышла из библиотеки душ и улыбнувшись сказала:

— Интересное место. Много интересного, что можно почитать. Я надеюсь мы теперь можем вернуться?

Аель пытался понять по её внешнему виду изменилось ли что-либо в ней, но не смог. Она была точно такой же, как и час назад. А еще он был уверен спроси чью судьбу посмотрела — никогда не признается.

Так в молчании и погруженные в свои мысли они вернулись обратно в комнату. Где Алекс отлучилась на несколько минут и уйдя в другую комнату сняла платок и платье. После чего вернулись в штаб комнату. А оттуда в гостиную где был только Рир, сказавший им, что все уже разъехались. Их исчезновение объяснили желанием Алекс поехать домой, и решением Аеля подвести. Родственники не удивились, зная её нелюбовь, находится в компаниях

— Я знаю короткий путь доставить тебя домой. — сказал Аель и отвёл обратно в штаб, где ввел адрес квартиры Алекс и доставил их туда. Открыв дверь и зайдя, до того, как захлопнуть дверь Алекс тихонько прошептала:

— Спасибо.

А на следующий день она уехала из города.

***

Следующие несколько дней после встречи с будущими родственниками пролетели в мелких заботах. Ади не замечала, как быстро летит время за приготовлениями к свадьбе. Слава богу, она была не одна, а то давно сошла бы с ума. Бэлла с Амирой все время были с ней рядом, и не только они, но и Лейла и Самира.

Порой Ади казалось, что больше всех этой свадьбе радуется Самира. Та была рада появлению новой невестки в доме хранителей. «Мне одной скучно в доме, где живут одни мужчины» ответила она, когда Амира спросила об этом. В действительности это было так. Из всех хранителей был женат только Саид, и естественно жена его проживала вместе с ним.

Так как среди хранителей не было женщин и у Мансура с Кемалем не было сестер, а бабушка жила отдельно от них, из женщин в доме жила только Самира, не считая служанок. Лейла же появлялась там только время от времени, когда у нее были каникулы в университете.

За прошедшую неделю эти пять девушек очень сильно сдружились, ведь, что еще сильнее может сдружить девушек, чем не подготовка к свадьбе.

Но, во всем этом не участвовала Алекс. На следующее утро, после званого ужина, та уехала, сказав только, что появились срочные дела. А куда, зачем и почему объяснять никому не стала. Хотя они уже привыкли к таким внезапным отъездам той, так как были не редки. Но в глубине души Ади было немножко обидно.

Какими бы срочными не были дела, замуж выходила её родная сестра. Да они все считали себя семьей, но все же, Ади и Алекс были сестрами не только на словах, но и по крови. И как бы сильно Ади не старалась понять и оправдать сестру, было грустно и обидно.

Свадьба бывает раз в жизни и Ади очень хотелось, чтоб Алекс не только присутствовала, но и поучаствовала в организации. Но той это неинтересно. И Ади старается понять и принять её образ жизни, но все равно хотела, чтоб была рядом хоть иногда.

Ко всем её переживаниям добавились еще и сны. Каждую ночь Ади снился один и тот же сон: мама, стоя у дверей их старого дома, где жили до той аварии, махала рукой и улыбаясь звала к себе.

Ади понимала, возможно это из-за волнения перед свадьбой, а также затаенных глубоко в сердце желаний чтоб мама была рядом. Каждую ночь, с каждым новым сном её волнения только увеличивались. Казалось, съезди Ади туда сейчас действительно увидит свою мать, что та взаправду ждет там и надеется на встречу с дочерью.

После того ужина многое изменилось. Нет, внешне все было как прежде, но внутри нее словно что-то лопнуло. И это что-то было связано именно с матерю. С каждой новой минутой, вдали от Ади казалось, что сходит с ума, хотелось обнять мать, прижаться и рассказать обо всем.

Логически девушка пыталась объяснить себе, что это все из-за нервов перед свадьбой. Что она, как и все девушки мечтает о присутствии матери в такое важное время. Но как бы себя не успокаивала, внутри становилось только хуже. И сны напрягали только больше, не давая забыться даже во сне.

Даже после гибели родителей и после попадания в приют ей не было настолько тоскливо и одиноко в душе. Даже Кемаль заметил. На вопрос все ли с ней хорошо, Ади отшучивалась предсвадебными волнениями. Она видела, что тот ей не поверил, но решил дать шанс самой во всем разобраться. Ведь угрожай ей что-либо, по-настоящему тот бы узнал.

Со временем, Ади стала замечать, что ей чудится словно мама рядом с ней, и что порой заходя в помещение открывает дверь и стоит несколько секунд, пропуская кого-то. Ей уже казалось, что сходит с ума. И в довершение ко всему сегодняшний сон.

В начале он был таким же, как и предыдущие: мама стоит у дома, машет ей с улыбкой на губах и зовет к себе. Но сегодня та прекратив улыбаться спросила: «когда уже ты придешь ко мне?».

После этого вопроса Ади резко подскочила на постели и поняла, что по щекам текут слезы. Она решила, что сегодня поедет в свой старый дом, чего бы это не стоило. Возможно, она просто сходит с ума, и выдает желаемое за действительное, надеясь найти в том доме мать, но все же Ади обязательно поедет.

Приняв такое решение, девушка поспешно начала собираться в дорогу. Их старый дом находился в другой части города, прям на окраине, и поездка туда займет около двух-трех часов. Ади смутно помнила адрес, но надеялась, оказавшись там вспомнить по точнее.

Умывшись и выйдя из ванной Ади резко остановилась, словно вспомнив о чем-то. Пробормотав себе под нос одно слово, бросилась к прикроватной тумбочке и схватив телефон набрала номер. Спустя два гудка абонент на том конце ответил на звонок, словно ждал.

— Ади? — прозвучал встревоженный голос Кемаля в телефоне. — Почему так рано? Что-то случилось?

Кемаль знал, что из-за приготовлений к свадьбе они с девочками засиживались допоздна, а утром отсыпались. И получив звонок в шесть утра забеспокоился.

— Нет, ничего. — ответила Ади, и глубоко вздохнув продолжила. — Я хочу съездить кое-куда, и хотела, чтоб ты поехал со мной.

— Буду через полчаса. — ответил тот, не спрашивая ни о чем. Ади услышала в телефоне как тот начал собираться. Возможно мужчина уже давно проснулся, раз даже когда ответил на звонок, голос не казался сонным. — Успеешь собраться?

Ответив, что этого времени хватит сполна Ади отключилась. Её очень обрадовала то, что Кемаль не стал расспрашивать ни о чем, сама ведь не была уверена, что сможет объяснить. Не каждый поймет желание увидеть дом, в котором она жила двадцать лет назад в надежде найти там мать, погибшую много лет назад.

Вот за что я его люблю, пронеслось у нее в голове. Ади встала как вкопанная, поняв какая мысль возникла в голове. Ведь, она до сих пор не разобралась в своих чувствах к Кемалю. Да, действительно, он ей нравился. Нравилось его забота, ухаживания, их разговоры, внешность, да все в нем, но она не знала — любовь ли это на самом деле.

Но сейчас, именно в эту секунду поняла — она любит его ни за что-то, а потому что он тот, кто рядом с и принимает такой какая есть, не требуя ничего взамен.

Полчаса спустя, как и обещал, Кемаль подъехал к их дому и написал сообщение, чтоб девушка выходила. Собравшись, Ади написала смску в групповой чат родным, о том, что уезжает на какое-то время с Кемалем, но не стала уточнять куда-именно, и вышла из дома.

Сев в машину, она глубоко вздохнула и повернувшись к Кемалю сказала:

— Спрашивай.

— О чем? — спросил тот в ответ, приподнимая левую бровь.

— Тебе разве неинтересно куда я хочу поехать? — ответила Ади, удивленно глядя на него. Кемаль же просто усмехнувшись потянулся к ней, и запечатлев легкий поцелуй на лбу, завел машину.

— Раз позвонила и попросила поехать с тобой, думаю ты и так мне скажешь. — улыбнулся он, смотря на дорогу. После того как выехал на дорогу Кемаль бросил взгляд на Ади и спросил адрес.

Развернувшись на своем месте и смотря прямо на дорогу Ади тихо сказала:

— Я не знаю адреса. — и до того, как Кемаль успел задать следующий вопрос, быстренько добавила. — Но это наш старый дом, где мы жили до гибели родителей. Я не помню точного адреса, но, если окажусь в той части города, думаю, смогу вспомнить.

Боясь увидеть реакцию Кемаля Ади опустила глаза, и начала разглядывать свои руки. Каким бы понимающим не был её жених, все же сомневалась, что тот поймёт. Продолжая рассматривать свои руки Ади рассказала про свои сны. Про то, что потихоньку сходит с ума, и что после сегодняшнего она не могла оставить все как есть.

— Я понимаю, что там может быть пусто или живут другие люди, но мне нужно увидеть все собственными глазами. Удостовериться, что там её нет. Чтоб каждую секунду в голове не возникал вопрос: «А что, если она действительно там?». Умом я понимаю — невозможно, но мое сердце…мое сердце отказывается верить…оно верит…верит, что она ждет там.

Не в силах выразить свои мысли, переживания и надежды, возникшие за последнее время, Ади замолчала.

— Мне не нужно объяснять, почему ты решила туда поехать. Хватит и того, что ты так захотела. — ответил Кемаль, беря её руку в свою. — Я сделаю для тебя все, что в моих силах, только не плачь. Потому что я не знаю, что делать с ними.

После его слов Ади резко подняла свободную руку и коснулась щеки. Оказывается, она плакала, хоть и не замечала этого. Но после слов Кемаля улыбнулась, стирая слезы и прошептала:

— Спасибо!

Тот ничего не ответил, лишь улыбнувшись в ответ, поднес её руку к губам и поцеловал.

Все два часа в пути они не разговаривали, так как Ади была полностью поглощена своими мыслями. Она боялась того, что ожидает в конце поездки. А Кемаль не тревожил, понимая, как сложно той​ сейчас. Но все равно, за все время поездки не отпустил её руку.

Приехав к нужному дому, хоть и не так легко, как казалось Ади, они сидели в машине и ждали, пока та не будет готова к тому чтобы позвонить в дверь. Пока не наберется сил. Ади понимала, открой сейчас эту дверь и все сомнения рассеется. Но также после этого девушка больше не сможет надеяться на чудо, встречи с родителями хоть когда-нибудь.

Все же спустя двадцать минут, Ади собралась и выйдя из машины подошла к дверям дома. В этот момент Кемаль вставший рядом, взял её за руку и улыбнувшись нажал на дверной звонок. Сначала было тихо, словно в доме никого не было, но после того как мужчина еще раз нажал на звонок, послышались торопливые шаги.

Открыв дверь, перед ними предстала женщина средних лет, в черном платье до колен, с короткими рукавами и белым ремнем на талии. В этот момент Ади показалось, что весь мир перевернулся и земля уходит у нее из-под ног. Она крепко сжала руку Кемаля, надеясь пробудиться ото сна, если это действительно сон. Кемаль повернув голову, смотря Ади в лицо. Он увидел её расширенные глаза, и открытый от шока рот, пытающийся что-то вымолвить.

— М..м.мама…

***

​

— Мама — прошептала Ади тихонько, не веря своим глазам. Неужели это правда. Неужели перед ней действительно стоит мама? Может сон? Может она заснула в машине и сейчас опять снится сон про маму. Не может быть, чтоб она в действительности стояла перед ней. Её мамы давно нет. Она умерла больше десятилетия назад. Погибла в автокатастрофе.

Это женщина так похожа на маму. Такая же элегантная, красивая, и с самой милой улыбкой. Есть лишь одна разница — женщина перед ней выглядит старше, чем на фотографии, что сохранилось у нее. Единственная фотография, напоминающая о семье, что у нее была. Но если это правда, если эта женщина вправду её мать, и она здесь, то как такое возможно?

— Простите, вы кто? — спросила женщина перед ней, переводя взгляд с девушки на мужчину и обратно.

— Мама, — снова повторила Ади, на этот раз чуть громче. После единственного слова, произнесенного ей, женщина перед Ади насторожилась, и словно испугавшись чего-то сделала шаг назад, схватившись за сердце.

Она начала внимательно вглядываться в лицо девушки перед собой, словно ища знакомые черты. Спустя пару мгновений, она, отдернув руки от сердца несмело потянулась к гостье, открывая и закрывала рот, будто боясь нечаянно издать шум и развеять мираж пред собой. ​

— А-а-аделина? — выдавила та из себя, смотря со слезами на глазах. И в следующую секунду кинулась к Ади крепко обнимая, рыдая навзрыд. — Боже, доченька моя. Это же ты Аделина. Я не могу ошибиться. Это ты, ты моя маленькая Аделина. Моя девочка. Принцесса моя.

— Да, это я. Я твоя Аделина, мама. — отвечала Ади, со слезами, текущими по щекам. Две женщины стояли на крыльце и обнимали друг друга, то плача, то смеясь. Две разлученные души вновь соединились. Мать и дитя столько долгое время находившиеся в дали друг от друга наконец смогли воссоединиться.

В этот момент не имело значение все происходящее в мире.

Что может быть лучше воссоединения дочки с матерью? Воссоединение семьи спустя столь долгое время. Все эти годы каждая из них жил жизнью, в котором не было другого. Они жили как сироты, когда-то потеряв друг друга. И никто из них не верил в воссоединение.

Время лечит всё — стирая все надежды и убивая любые ожидания и мечты. Можно прожить сотни лет и не увидеться с человеком, с которым живешь в одном городе. Ходить каждый день по одним и тем же улицам, посещать одни и те же места, общаться с одними и теми же людьми, но так и не суметь встретиться. Порой живя в разных городах или странах, не имея ничего общего, встретиться. И встретиться не раз. Может быть, встречи, столь желанные всем сердцем не так важны?

— Я знала, верила ты обязательно сюда вернешься, — сказала женщина, вытирая слезы с лица девушки. Она не могла нарадоваться и до конца не верила в возвращение дочери, потерянную столько лет назад.

— Милая, кто там? — послышался мужской голос из глубины дома, после чего они все повернулись в ту сторону.

— Ой, что же я держу вас у порога, давайте проходите. — начала суетиться женщина, вытирая слезы с лица и схватив девушку за руку начала тянуть в глубь дома. И словно только сейчас заметив присутствие постороннего человека, посмотрела с немым вопрос на Кемаля, а после перевела взгляд на дочь.

Не успела Ади представить Кемаля, как к ним вышел мужчина средних лет, и женщина, словно опять забыв про Кемаля, продолжила тянуть девушку, к мужчине, стоявшему внутри. — Смотри, смотри, кто вернулась. Дорогой, это Аделина. Наша маленькая дочка.

— Аделина? — переспросил мужчина, неверующе. Он приблизился к Ади вплотную и начал рассматривать, а после, словно убедившись, крепко обнял. У Ади опять полились слезы из глаз. Такое чувство, словно они никуда не исчезали, а были здесь все это время. Будто это она ушла и провела двадцать лет неизвестно где.

Воссоединившаяся семья напрочь забыла про Кемаля. А он стоял в сторонке и смотрел на такое счастливое событие в жизни своей любимой. Он был очень рад за Ади. Говоря по правде он не верил, что её родители были живы. Да и мыслей никогда не возникало о них. Он просто знал, что когда-то в прошлом родители его будущей жены погибли в автокатастрофе. И до последнего момента, когда перед ними открылись двери этого дома, он не верил в правдивость и возможность их существования.

Кемаль заметил состояние Ади, её нервозность и задумчивое состояние, но все списывал на предстоящую свадьбу. И когда сегодня утром позвонила, и попросила поехать с ней, согласился не раздумывая. Нет, не потому что ожидал увидеть здесь кого-либо, а просто, чтоб успокоить ту, с которой собирался провести остаток своей жизни.

Он не хотел, чтоб их семейная жизнь начиналась со скелетами в шкафу, хоть не имевшими прямое отношение к ним самим. И для того чтобы вернуть улыбку на лицо Ади, а также спокойствие в душе, Кемаль был готов проехать не только полгорода, но и весь мир.

Увидев их сейчас всех вместе, Кемаль заметил сходство между ними. Ади очень была похожа на мать, такие же большие черные глаза, обрамленные густыми ресницами, черные волосы, подстриженные каре, чуть пухлые губы, все время улыбающиеся и миниатюрная фигура. Посмотрев на них вместе можно было смело сказать, что эти двое родственники, словно один человек, но в разных возрастах. Словно мужчина смог увидеть какой будет девушка через много лет.

А вот на своего отца Ади вообще не была похожа, посторонние люди. Если её мать оказалась нежной и милой женщиной, смотря в лицо которой появляется желание защищать, то смотря на отца хотелось защищаться. Кемаль не мог объяснить, но в отце Ади ему что-то казалось неправильным, будто этот человек не тот, кем кажется на первый взгляд.

Глаза этого человека казались пустыми, а все жесты и весь образ казался наигранным. А ведь его глаза похожи на глаза Алекс, пронеслось в мыслях Кемаля. И в этот момент он ясно осознал, если Ади пошла в мать, то Алекс в отца. Хотя, если подумать, внешнего сходства между ними не было. Может только цвет глаз — темно-карие.

Но вот взгляд, казавшийся пустым, был почти одинаковым. Рядом с Алекс Кемаль никогда не нервничал и не чувствовал с её стороны угрозы, а рядом с их отцом было наоборот. Все его инстинкты кричали держаться от него подальше. В эту минуту Кемаль пожалел, что никого из ребят нет с ними, кто бы смог увидеть ауру этого человека. Но он не стал ничего говорить дабы не расстроить невесту.

— Кстати знакомьтесь, — после первого потрясения Ади наконец вспомнила о женихе. Тот стоял тихонько в стороне, не мешая воссоединению семьи из-за чего та успела позабыть о его присутствии. — Это Кемаль, мой жених. Кемаль это Кристофер, мой отец и моя мама Амелия.

— Приятно познакомиться. — ответил мужчина, протягивая руку для рукопожатия отцу девушки. Тот в ответ кивнув головой подал протянутую руку.

— Алекс — услышал Кемаль голос Ади, после чего перевел взгляд на нее. — Алекс, она ни за что не поверит мне. Боже, почему же я её с собой не взяла? Но ничего вот приедем, и вы встретитесь.

— Александра? — переспросила Амелия, нахмурив брови после чего перевела обеспокоенный взгляд на мужа. Тот подошел к ней и приобнял за плечи, словно поддерживая и успокаивая. Ади перевела непонимающий взгляд с них на Кемаля. Будто испугавшись чего-то, Ади сделала шаг ближе к Кемалю, сама, не осознавая этого. Кемаль же подошел к ней сзади и взял за руку, говоря я рядом.

— Что-то не так? — задал вопрос Кемаль, супружеской паре, стоявшей перед ними, при этом ни к кому из них конкретно не обращаясь. Он, как и Ади, не мог понять реакцию этих людей на имя своей младшей дочери. Неужели они не должны были обрадоваться также сильно, как при встрече со старшей?

— Ты правда знаешь где Александра? — осторожно задал вопрос Кристофер, смотря на свою старшую дочь. В его глазах были слезы, и голос дрожал, словно боясь услышать ответ.

— Да — недоуменно ответила Ади не понимая удивления родителей. — Мы никогда и не разлучались. И я её с собой не взяла, потому что она уехала куда-то. Я уверена, когда она вернется и увидит вас, узнает, что вы живы будет очень счастлива. Хотя…

— Хотя, что? — спросила встревоженно женщина, делая шаг к Ади, высвобождаясь из объятий мужа. — Ты точно уверена, что это наша Александра?

— Конечно уверена — воскликнула Ади не понимая, о чем говорят эти люди. Как она могла быть не уверена в своей сестре. Они всю жизнь были вместе и какие бы трудности и недопонимания не были между ними они всегда были друг у друга. — Просто Алекс…она вас не помнит.

— Не помнит? — переспросила женщина недоуменно и перевела взгляд на мужа, а после обратно на Ади. — Что значит, не помнит? Ты точно уверена, что это наша Александра, а не другая девушка, выдающая себя за нее?

— Почему вы задаете такие странные вопросы? — спросила Ади, неосознанно сжимая крепче руку Кемаля. — Да и зачем кому-то выдавать себя за нее? Просто после той аварии, где вы, якобы погибли, Алекс ничего не помнит. Она не помнит вас. Не помнит нашу жизнь до этого. И мне стоило очень больших усилий заставить вспомнить себя. Но я все равно не понимаю почему вы так сильно удивлены.

— Мы так удивились потому что… — сказала Амелия, но не сумев закончить зажала рот рукой. А Кристофер, сделав шаг вперед опять обняла жену за плечи, прижимая к своей груди и заканчивая за жену:

— Мы не смогли найти её в тот день. — ответил он, хмуря брови. — И в полиции нам сказали, что нашли погибла. Нашли её тело спустя несколько недель, после пропажи.

***

Алекс умерла. Её тело нашли спустя несколько недель. Мы не нашли её в тот.

Как такое возможно? Как так? Почему? Кто сказал, что она не выжила? Кто, кто? Это неправда. Они лгут, их обманули. Нет, нет это невозможно.

Все это крутилось в голове Ади с того момента как слова были произнесены. И с каждой минутой вопросов становилось только больше. Ведь кто-то же сказал родителям, о смерти Алекс. Значит, кто-то знал о том, что родители выжили в аварии, и будут искать своих детей. Но она не могла понять кто именно?

Значит был кто-то кто знал и о них, и о выживших родителях? Но зачем кому-то врать о их смерти?

Возможно в связи с тем, что Алекс ушла с места аварии, ту посчитали погибшей? Хотя наоборот должны же были решить, что её там не было? Тогда почему на следующий день, вернув домой полицейские сказали о её присутствии в машине вместе с родителями?

Но почему же решили сообщить родителям о смерти Алекс? Как можно говорить о гибели ребенка родителям, не будучи уверенным в этом?

Со вчерашнего вечера, как родители сообщили о мнимой смерти сестры Ади не находила себе места. Она никак не могла уложить в голове, что все эти годы родители думали, будто Алекс нет в живых. Но при этом не задавалась вопросами, касаемо её саму. Знали ли те, что она жива? И если знали, то почему не искали?

Какая же все-таки странная штука жизнь. После той злосчастной аварии сестра забыла родителей, а родители — считали дочь погибшей. Возможно это к лучшему? Ведь помни Алекс о них и узнай однажды, что те её давно похоронили, ей было бы очень больно. Может было благом — забыть?

Было ранее утро, и только сейчас Ади потихоньку начала осознавать, где она. Из-за пережитых событий и потрясений она даже не заметила, как пролетел вчерашний день. Сначала встреча с родителями, считавшиеся погибшими много лет назад, а после известие о «гибели» сестры. Неужели в их семье всегда кто-то должен быть мертвым?

Больше всего Ади потрясла вторая новость. У нее сразу начало проносится в голове мысли о том, что же было погибни Алекс тогда? Ведь её жизнь сложилась бы по-другому. Не просто по-другому, а кардинально все было бы не так. Вряд ли у нее была бы семья, которая есть сейчас и неизвестно смогла бы когда-нибудь создать.

Говорят, все что не происходит все к лучшему. Но в нынешней ситуации она не могла трезво оценить все плюсы и минусы сложившейся ситуации. С одной стороны, родители — ближе которых у детей нет никого, были отняты так неожиданно и так несправедливо. С другой новая семья, люди в которых она любит.

Всю жизнь Ади жила, мечтая о том, чтоб родители были рядом, поддерживали в трудную минуту, радовались успехам и разделяли трудные минуты. Она мечтала, возвращаясь домой после учебы или работы заставать дома маму и папу. Обнимать их и рассказывать, как прошел день. Что нового у нее случилось и даже если бы ничего, сидеть с ними за одним столом, обедая или ужиная, и просто разговаривать ни о чем.

Быть уверенной в том, что дома ждут. Ждут мама и папа. Что есть крепкое мужское плечо, в виде отца, который всегда будет защищать и оберегать, знать, что есть мамины объятия, в которых можно укрыться от всего мира и хоть на минутку, но представить — все прекрасно, у нее все прекрасно.

В этот момент, как только пред ней предстали самые затаенные её мечты, Ади ужаснулась. Ведь вместе ними пролетела и вся прожитая жизнь. И которую прожила не одна, а с семьей, хоть и не той которую представляла, но семьей. Ади вспомнила Алекс, вечно, с виду серьезную, но с добрым сердцем, со своим сарказмом и прямолинейностью, порой доводившей людей до желания убивать, с её вечными отговорками «не знаю, не понимаю, пофиг», с вечным желанием спать и читать. Бывали времена, когда Ади не понимала её и казалось, что никогда не поймет, но ближе неё никого не было.

Ади вспомнила Адама всегда поддерживающего и защищающего. Хоть он и был младше неё, но всегда был защитником. Никому не давал обижать её и всегда был рядом. Он защищал как отец, поддерживал как брат, любил как сестру и выслушивал как близкий друг. Адам был её опорой и поддержкой.

Вспомнила Бэллу, своего маленького нежного ангелочка. Она вспомнила её смущенную и чуть робкую улыбку, нежный характер и теплые руки, обнимающие по ночам. Вспомнила как много лет назад, в столовой детского приюта, впервые увидела маленькую девочку, одетую в белое платье и смотревшего на всех огромными испуганными глазами. Тогда ей показалось, что должна защитить этого маленького ангелочка. И когда, подойдя к ней, увидела эти большие черные глаза, смотрящие с надеждой, тогда и пропала. В тот самый миг, когда их глаза встретились, Бэлла стала той единственной — кого Ади хотелось защищать и оберегать до конца жизни.

Нет, конечно, она любила их всех, но Бэлла казалось такой беззащитной и нежной, что все в семье считали своим долгом быть её защитниками. Ади вспомнила её улыбку, встречающую каждый день с работы, разговоры по душам поздними вечерами и нежные объятия перед сном.

Она вспомнила Зака и Зейна, двух людей одинаковых снаружи и настолько разных внутри. Зак был тем, кто всегда смешил её и был больше другом, считавшим Ади своим личным дегустатором, и каждый раз придумывая новый рецепт, давал попробовать. И пока Ади не скажет своего слова никто больше не имел права пробовать его шедевры кулинарии. Всегда делился с ней своими секретами, будь то мысли, проносящиеся в голове или же серьезные переживания.

Зейн же был с точностью да наоборот. Он скорее был строгим братом, уважающим и любящим, но считавшим, что не стоит заставлять сестру переживать за себя. Ади всегда чувствовала себя с ним как за каменной стеной, и знала если потребуется защитит ценой собственной жизни. Но что касается эмоционального составляющего — он все скрывал, считая неправильным тревожить её чувства и заставлять волноваться.

Вспомнила свою малышку Амиру. Она вспомнила маленького ребеночка, которого после выписки из больницы отдали ей на руки, сказав — как старшая из них всех она должна ухаживать за этим ребенком. Тогда они, Ади, Адам, Алекс, Зак и Зейн, пообещали друг другу всегда защищать малышку и стать для неё семьей.

За все это время они старались не нарушать данного обещания. И Амира, их маленькая принцесса, всегда была окружена любовью и заботой. Каждый из них заботился о ней. А для Ади она стала не столько сестрой, сколько дочкой. С ней она чувствовала себя как молодая мать: первые пеленки, кормление, появление зубов, бессонные ночи.

И самое главное — Ади вспомнила Кемаля. Его любящий взгляд, нежную улыбку, крепкие объятия, чувство нужности и защищенности рядом с ним.

Всю жизнь ей приходилось о ком-то заботиться, и только рядом с ним чувствовала себя слабой и защищённой, той о ком заботятся. Она вспомнила их разговоры, встречи, прогулки. Вспомнила какой счастливой чувствует себя лишь о мысли о нем. О том, как трепещет сердце, когда слышит его голос. Как замирает дыхание слыша его весёлый смех и видя нежную улыбку, адресованную ей. Как на лице, само собой появляется улыбка, и уходит все плохое — лишь увидев его.

Получается останься родители в живых, не было бы у неё семьи, которая есть сейчас. На минуточку она почувствовала себя плохой, ведь, получается — предоставь ей выбор, изменить все, то не стала бы ничего менять. Потеряв двух близких людей — приобрела шесть.

А Кемаль? Встретились бы они, сложись все по-другому? Будь они парой, смогли бы они понять и принять друг друга?

В этот момент кто-то постучался в дверь комнаты. Вообще эта была их старая комната с сестрой, в которой жили в детстве. Спустя столько лет здесь ничего не изменилось: две детские кровати в центре комнаты, придвинутые друг к другу. Вообще они стояли у стены, напротив друг друга, но в свое время они с Алекс не хотели спать раздельно и попросив няню сдвинули их. Большой шкаф, маленький письменный столик и небольшой комод, все белового цвета. Если бы не большая кукла на постели с правой стороны, где в детстве спала Ади, то ни за что не догадаться, что в этой комнате жили две маленькие девочки.

Вся комната была в белых тонах, и везде содержался абсолютный порядок. Всегда чисто и стерильно, пронеслось у Ади в голове, но не став дальше развивать эту мысль, пошла и открыла дверь.

За дверью стоял Кемаль, с двумя чашками горячего кофе. И в этот момент она вспомнила то утро, когда впервые проснулась в доме хранителей, и Кемаль также ждал под дверью комнаты. В эту секунду Ади почувствовала, как тепло окутывает её, как плохие мысли и переживания уходят. И она четно поняла — чтобы не случилось в прошлом, и как бы не сложилась её жизнь, в этот момент она счастлива. Счастлива иметь семью и от того, что этот мужчина рядом с ней. Что именно он предначертан ей свыше.

— Я подумал, что ты уже проснулась и не откажешься от чашечки кофе. — сказал Кемаль улыбаясь и протягивая ей одну из двух чашей. Он был одет в белую рубашку и синие джинсы. Казалось, даже такое раннее утро не может застать его врасплох. Кемаль, как и всегда был идеален.

— Я люблю тебя. — вырвалось у Ади. Это было первый раз, когда она сказала вслух эти слова. До этого времени девушка боялась даже мыслей о любви, считая еще неготовой. И боясь давать точное названия чувствам, бушевавшим в ней. Но сейчас. Именно в эту минуту именно в этот час поняла — этот мужчина единственный кого она сможет полюбить и с которым сможет разделить жизнь. Кемаль её единственный, и на всю жизнь.

— Не думал я, что получу признание в любви из-за чашки горячего кофе.

— сказал Кемаль откашлявшись, заливаясь румянцем. По его лицу было видно — он не был готов к таким признаниям. Он словно не знал, как реагировать на слова девушки, из-за чего та очень испугалась, что поторопилась.

Вдруг он не был готов к этому. Может быть для него это все слишком рано? Да и вообще может он не хочет принимать её чувства?

Поняв, что никто не собирается принимать у него чашку с кофе, Кемаль перестал тянуть руку к Ади и просто прошел в комнату, отодвинув её от прохода, и захлопнул ногой дверь. Пройдя внутрь, он обвел комнату взглядом — и словно найдя, что искал, направился к небольшому комоду, стоявшему у стены. Дойдя до него, он поставил туда чашки с кофе, которые вмиг стали никому ненужными, а после, сделав глубокий вдох, развернулся и вернулся обратно к Ади и встал напротив неё, смотря прямо в глаза.

Все это время Ади не сводила с него взгляда, следя за каждым движением. И когда тот вернулся и встал перед ней, затаила дыхание. Тот же наклонившись и прижавшись лбом к её лбу прошептал:

— Дыши.

Словно очнувшись ото сна Ади сделала глубокий вдох и попыталась отодвинуться, сделав шаг назад. Но Кемаль не пустил. Все также прижимаясь к её лбу своим, он обнял её за талию и прижал к себе, и прошептал:

— Я тоже люблю тебя очень и очень сильно. Никогда не сомневайся в этом.

Девушка почувствовала, как затрепетала душа, и все напряжение последних минут ушло. Непроизвольно на её губах заиграла счастливая улыбка, и застеснявшись спрятала лицо на груди Кемаля. Тот же еще крепче прижал её к себе обнимая, с такой же счастливой улыбкой на губах. Хоть сначала Кемаль и был ошарашен признанием, так как не думал так рано дождаться её от Ади, но наконец, услышав заветные слова был непередаваемо счастлив. Он почувствовал себя всесильным и в душе поблагодарил Аллаха за Его милость. За счастье встретить девушку, которую держал в своих объятиях и за её любовь.

— Знаешь, — прошептал Кемаль прижимаясь губами к уху Ади, все также не разжимая объятий. Получив еле заметный кивок он, улыбнувшись уголками губ продолжил. — Никогда не думал, что получу признание в любви из-за чашки кофе.

— Ах ты… — разозлилась Ади и оттолкнула его от себя. И напустив на себя рассерженный вид скрестила руки на груди, пытаясь не засмеяться. Ведь она понимала, что слова эти были произнесены в шутку. Кемаль просто пытался успокоить её и прогнать смущение.

— Узнай я об это пораньше давно принес бы не одну чашку. — продолжал он, поигрывая бровями. Ади резко опустила вниз скрещенные руки и нахмурив брови кинулась к нему. Кемаль увернулся от нее и перебежал на другую сторону комнаты, а Ади же погналась за ним, из-за чего у них началась погоня.

В какой- то момент Кемаль резко развернулся и Ади не успев остановиться, налетела на него. Тот, обняв её за талию и прижав к себе, рухнул спиной на кровать. Ади же почувствовав падение вскрикнула и вцепилась в мужчину. Почувствовав, что они упали на постель, вскинула голову и уставилась на Кемаля и увидев на лице того широченную улыбку засмеялась.

Они вместе смеялись над всей абсурдностью ситуации, обнимая друг друга, когда послышался стук в дверь и раздался голос Амелии:

— Аделина, милая, все хорошо?

Резко перестав смеяться, девушка, затаив дыхание уставилась на Кемаля широко распахнутыми глазами. Хоть вчера вечером она и сказала родителям, что Кемаль её жених и что скоро свадьба, все равно было немножко стыдно перед матерью, застань она их в одной постели. Сделав глубокий вдох и чуть успокоив свои голос крикнула:

— Да, мам, все в порядке.

— Но я слышала твой крик? — не унималась женщина за дверью, после чего дернула ручку.

— Все хорошо, хорошо. — воскликнула она пытаясь вскочить с кровати, но Кемаль прижал её к себе крепче, не давая вырваться. Она ударила его в грудь пытаясь вырваться, но так и не сумев перевела испуганный взгляд на дверь. — Я…Я упала с кровати и от неожиданности вскрикнула. Но сейчас все хорошо. Правда. Я скоро выйду мам.

— Ну хорошо тогда, милая. — прозвучал ответ за дверью и ручку двери отпустили. — Буду ждать на кухне.

— Ладно. — крикнула она и услышав удаляющиеся шаги за дверью перевела взгляд на своего жениха. Сузив глаза прошептала ему: — И как это понимать? Вдруг бы она нас увидела?

— И что? — спросил Кемаль, продолжая обнимать её и прикрывая глаза. — Ты моя невеста. А через несколько дней станешь женой. Естественно, что мы хотим проводить время наедине друг с другом.

— Но не в постели же. — прошептала она, толкнув его в грудь и вырвавшись их объятий встала с кровати. Вспомнив о событиях прошедшего дня, а также о том, где именно они находятся, почувствовала, как все хорошее настроение улетучивается. — Мы только встретились, и я не хочу, чтоб она плохо обо мне думала.

Поднявшись Кемаль подошел к Ади со спины и обнял, успокаивая и даря свою поддержку. Словно зная обо всем, что у нее на сердце сказал:

— Все будет хорошо. Вместе мы со всем разберемся и решим любые проблемы. Тебе не стоит ни о чем волноваться.

— Как думаешь, кто мог им сказать такую глупость как то, что сестры больше нет? — задумчиво спросила девушка, спиной прижимаясь к крепкой мужской груди.

— Не могу сказать. — ответил тот, потерявшись щекой о макушку девушки. — Но не волнуйся, как только вернемся все выясним. Я попрошу ребят разузнать обо всем.

— Спасибо. — прошептала девушка в ответ.

Прижимая Ади к себе и успокаивая, Кемаль нахмурился и пообещал сам себе разобраться и выяснить все возможное о том, что же именно произошло двадцать лет назад? Почему его Ади считала родителей погибшими, а те в свою очередь младшую дочь? И почему те никогда, до этого времени, не появлялись в жизни своей старшей дочери, даже если считали младшую погибшей?

***

Спустя два часа Кемаль и Ади выехали обратно, взяв с собой родителей девушки. Ади смогла уговорить родителей поехать вместе с ней домой. Да и они не особо возражали, так как хотели встретиться с Алекс, а также поприсутствовать на свадьбе. По правде говоря, откажись они Ади ни за что на свете не отстала бы от них, пока не получила бы согласие. Ей не хотелось оставлять родителей, даже на короткий срок, после воссоединения. В ней все еще присутствовал страх потери.

Так как Ади не знала, как объяснить остальным домочадцам возвращение родителей, и не зная, как те отреагируют, очень боялась предстоящей встречи. Но на помощь, как и всегда, в последнее время, пришел Кемаль. Он сказал, что отвезет её родителей к себе, и они будут жить в доме хранителей. И после разговора со всеми Ади сможет привезти остальных, чтоб познакомиться с ними. Но та решила, что сразу по приезду соберет всех и все расскажет.

Девушка не боялась того, что после такого события те будут считать себя обделёнными или же вообще ненужными. Столько лет они были семьей друг для друга. И разговоров о родителях никогда не было. А тут они появятся, и Ади очень сильно боялась того, что остальные не смогут их принять.

Как бы там ни было она и Алекс будут очень счастливы, но при этом хотелось бы чтоб и остальные были так же рады их воссоединению и воспринимали их не только как её с Алекс родителей, но и как своих.

С юных лет они привыкли все делить между собой, и за такое долгое время, для Ади стало естественным разделить родительское тепло. Не маленькими детьми, но все же почувствовать родительскую любовь.

После завтрака родители быстро собрали необходимые вещи, и они отправились в путь. Когда Кемаль сказал, что они могут взять столько вещей, сколько хотят, он не спешит и подождет, те отказались. Сказав, что в любой момент смогут вернуться и забрать остальное, а сейчас главное встретиться со младшей дочерью.

Всю обратную дорогу Ади рассказывала им как жили с Алекс все эти годы, пока их не было рядом. А также рассказала про каждого члена новой семьи. Единственное, о чем она умолчала это о хранителях, решив, что она не имеет права разглашать чужую тайну. Все что она рассказала — Кемаль живет со своими братьями, и свадьба будет проходить в их доме, не слишком сильно вдаваясь в подробности.

По дороге домой в машине девушка написала в групповой чат семьи и спросила о планах на вечер, а также же вернулась ли Алекс. Как и ожидалось ничего важного ни у кого не было, да и сестра успела вернуться из своего путешествия. Всех интересовал только один вопрос: куда она укатила прямо перед свадьбой?

Ади ответила, что у нее были дела, которые требовали срочного решения. И успокоив всех, что ничего серьезного не случилось и вечером уже будет дома, попросила всех собраться в доме хранителей, обещав для них очень важные новости.

После того как она пообщалась с остальными на сердце стало легче. Ади поняла — все переживания напрасны, семья, люди которых она считает своими поймут и примут.

До этого девушка думала, что их семья пополнится еще одним человеком, Кемалем, а если повезет, то несколькими, подразумевая, что когда-нибудь в будущем хранители и члены её семьи поладят между собой. Пропадет напряжение присутствующее при каждой встрече, и они все смогут стать одной большой семьей. Но об этом пока, что приходилось только мечтать.

А сейчас же мечты начали осуществляться. Их маленькая семья уже начала пополняться. И не просто кем-то, а родителями, её родными родителями. Ади была настолько счастлива, что боялась сглазить счастье, свалившееся на неё.

Спустя несколько часов они доехали до особняка Кемаля. Оказалось, дома были все хранители и Самира, кому она, в первую очередь, и представила своих родителей:

— Это мои родители, Амелия и Кристофер. — сказала Ади, счастливо улыбаясь.

— Рада с вами познакомиться, — ответила девушка, в ответ кивая головой и улыбаясь гостья. Пока они ехали Кемаль успел сообщить ей о приезде гостей, и что те остановятся у них. — Меня зовут Самира. Будьте нашими гостями. Если что-то понадобиться можете обращаться ко мне.

Все сразу перевели непонимающие взгляды с них на Кемаля. А тот в свою очередь им знаками показал, что позже все объяснит. Мансур кивнул ему, показывая, что понял и как хозяин дома выступил со словами приветствия гостей. Саид же до этого стоявший у входа в гостиную, подобрался и встал за спиной жены, словно охранник на страже.

Девушка была очень рада этому, ведь в душе переживала за реакцию обитателей этого дома, она еще не вошла в дом как невестка, а уже приводит гостей.

Родственников Ади еще не было, так как они выехали только после работы, поэтому до того времени, как остальные члены соберутся решили дать гостям отдохнуть с дороги.

Для родителей выдели комнату в противоположном крыле дома, от комнаты Кемаля, где Ади останавливалась в первый визит. Самира сказала, что сама проводит гостей, а Ади пусть идет отдыхать, и не дав ей возразить, ушла уводя за собой гостей. Следом за ними, держась на небольшом расстоянии последовал и Саид. Кемаль же взяв свою невесту за руку повел в свою комнату. Но перед входом в комнату та остановилась и смущенно сказала, смотря в пол:

— Думаю, будет неправильно, если я останусь в твоей комнате. Да и остальные не поймут.

— Почему же? — спросил Кемаль, развернувшись к ней лицом, пытаясь сдержать улыбку. ​

— Ну, — замялась девушка, все также отводя взгляд и не смотря на него. — До свадьбы жить в одной комнате… Да и остальные…

Видя смущение своей будущей жены и её попытки объяснить все, а также не обидеть его самого Кемаль не сдержался и громко захохотал. В эту минуту его сердце было полно счастья. Он чувствовал себя самым счастливым из людей. Услышав смех Ади резко вскинула голову и посмотрела в лицо Кемаля. Не успела она ничего сказать, как тот схватил её за руку и открыв дверь комнаты втащил внутрь, а после закрыв прижал к ней спиной.

— Почему ты смеешься надо мной? — спросила Ади, надувшись, и пытаясь оттолкнуть его от себя, но тщетно. Кемаль положил свою голову на её плечи пытаясь подавить смех, но по трясущимся плечам и временами доносившемуся смеху, было видно — получается из рук вон плохо. Спустя пару минут тот, вроде как, успокоился и подняв глаза посмотрел на девушку.

— Это наша с тобой комната. Но до свадьбы, пока ты здесь она принадлежит только тебе. Я перееду в другую комнату.

— Не нужно этого делать, — запротестовала Ади, начав волноваться, что выгоняет его из собственной комнаты. — Это ведь твоя комната. И тем более я пробуду тут только одну ночь, а завтра уеду. Или же даже сегодня….

— Стоп. — прервал её пламенную речь Кемаль, прижимая палец к её губам. Ади же резко замолчала и уставилась во все глаза на мужчину, стоявшего перед ней. — Ты, кажется, меня плохо расслышала: это наша комната. Ты будешь жить здесь и нигде больше, и это не обсуждается. Так что можешь потихоньку начинать делать тут перестановку. Ну, или что ты там захочешь изменить.

Сказав все, что хотел Кемаль наклонившись, поцеловал Ади в щеку и, отодвинув от двери, вышел из комнаты. Девушка осталась стоять на том же месте где, и оставили, держась за щеку и с улыбкой на губах, которую сама и не заметила, как появилась.

Кемаль улыбаясь вышел из комнаты и направился в сторону кабинета Мансура. Он был уверен — все хранители собрались там и дожидаются его. И, естественно, он знал для чего. Мужчина понимал, что другим следует объяснить все, что произошло вчера. Прошел только один день, но произошло столько, что в голове не укладывалось. Кемаль сам не мог поверить в чудо, произошедшее с Ади, но он верил в Аллаха, Его силу и могущество. Милость Аллаха по отношению к людям безгранична.

Дойдя до дверей кабинета короля и заходя, он, как и ожидал, застал там всех. Мужчины расположились по всему кабинету, кто на диване, кто в креслах стоящих перед рабочим столом Мансура, а кто стоял, прислонившись к стене и окну. Зрелище это для него было привычным, ведь каждый раз, заходя в кабинет, видел это. Менялась только одежда на присутствующих, а также их размещение в комнате, но участники всегда были одними и теми же лица.

Как только Кемаль переступил порог кабинета, глаза всех присутствующих устремились к нему. Со стороны могло показаться, что присутствующие безразличны к появлению новенького в кабинете, но Кемаль слишком хорошо знал их, чтоб не суметь прочитать их эмоции по «безразличным» лицам. Улыбнувшись своим мыслям, он не стал тянуть и мучить, выложив все. Он поведал им все, начиная со звонка Ади, вчерашним утром вплоть до сегодняшнего дня.

Все сидели с серьезными лицами, обдумывая услышанное. И только Мансур собрался задать вопрос, как в дверь постучали, и в кабинет вошел Али-Рашид. Мужчина являлся дворецким в доме хранителей. Вся его семья, в свое время, служила королевской семье, но после переворотов лишь один остался верен королю. Он вместе с женой, были одними из тех немногих, кто поддержал нынешнего короля, и принимал активное участие в воспитании принцев.

Хранители относились к Али-Рашиду скорее, как к отцу, чем дворецкому, и много раз предлагали ему и его жене Зумруд, не заниматься делами, а просто жить с ними. Так как у пожилой пары не было детей, всю свою любовь и родительскую заботу они отдавали хранителям, считая своим долгом помогать, заботиться о них.

— Гости приехали. — сказал Али-Рашид, заходя в кабинет, и кивая им всем в знак приветствия. — За будущей невесткой и её родителями уже отправили.

— Спасибо дядя Али, — сказал Мансур вставая со своего места, и кивая старику. Все в этом доме называли пожилого мужчину так, дядя Али. И он так привык к этому, что не отзывался, когда звали полным именем.

Кивнув в ответ, показывая, что услышал короля, мужчина покинул кабинет, закрывая за собой дверь. Мансур обвел взглядом присутствующих мужчин и кивнул им на дверь. Все как по команде направились прочь из кабинета и отправились в гостиную к гостям. Они ожидали всего: слез, рыданий, смех или же гробовую тишину, но не те слова, что долетели до них.

— Они не мои родители.

Попасть в гостиную в доме хранителей можно было с двух сторон: первое с главного входа, чтоб гости, пройдя через холл, могли оказаться сразу же там, а второе со стороны коридора, ведущего к кабинету и библиотеке.

Так как все свое время король проводил в своем кабинете, а важные события, сборы или встречи гостей проводились в гостиной, при постройке дома было специально решено расположить эти два помещения так, чтоб с легкостью можно было попасть из одного места в другое.

Зайдя в гостиную, со стороны кабинета, они застали картину: братья и сестры Ади стояли недалеко от главного входа и с недоверием на лице смотрели на двух сестер, стоящих в центре зала. За спиной же Ади расположились родители и Самира, в шоке смотрящие на них. Мать Ади стояла, прижимая руки к губам и со стекающими по щекам слезами. А отец же не выражал никаких чувств, стоя рядом с женой. Лишь по сжатым кулакам можно было понять, что он не так безразличен, каким хочет показаться.

Увидев жену рядом с ними Саид двинулся в ту сторону и дойдя до девушки, не говоря ни слова встал между Самирой и родителями Ади, скрестив руки на груди.

— Что ты сказала? — недоуменно спросила Ади, не сводя взгляда с лица сестры.

— Я не знаю этих людей. — ответила та, смотря прямо перед собой. — Я сирота. У меня не может быть родителей, так что они ошибаются, принимая меня за свою дочь.

— Замолчи, — воскликнула Ади, дернувшись к сестре. А вместе с ней и все остальные. Все присутствующие сделали шаг в сторону двух сестер, даже сами не понимая того, что собирались сделать, но увидев, что Ади остановилась, последовали её примеру. Сделав глубокий вдох, и вроде как успокоившись, тихим голосом начала: — Послушай, я знаю ты не помнишь наших родителей, забыла о них много лет назад, но я-то помню. Я помнила о них всегда и никогда не забывала. Так что, прошу, поверь — они наши родители. Наши мама и папа.

— У меня никогда не было родителей. — четко произнесла Алекс, переводя взгляд на сестру. — И никогда не будет.

В следующую секунду раздался звук пощечины. Никто из присутствующих не понял, когда только Ади успела подлететь к сестре и влепить её.

***

— Что ты сказала? — спросила Ади тихим взбешенным голосом, не отводя взгляда от лица Алекс. На секундочку ей показалось, словно земля ушла из-под ног. Никогда в жизни Ади не ожидала услышать эти слова, тем более от родной сестры. Да она уже смирилась с её безразличием, с нежеланием говорить о родителях, с равнодушием, да в принципе ко всему, но только не с этими словами.

Как можно было сказать такое, да еще в присутствии родителей. В какой момент Алекс так сильно изменилась? Или это она упустила что-то из виду? Ведь не могла её маленькая сестренка произнести такие ужасные слова. А может быть Ади просто-напросто не знала сестру по-настоящему? Бывает же такое, прожить всю жизнь вместе, бок о бок, а потом в один миг оказаться, что по сути не знаете ничего о человеке.

— Повтори, что только что сказала. — воскликнула Алекс, взрываясь. В этот момент Кемаль кинулся к ней и приобнял за плечи, тем самым выражая свою поддержку, а также удерживая от поступков, о которых та может пожалеть в последующем.

— У меня никогда… — начала Алекс, смотря в глаза сестры, но та её перебила воскликнув.

— Замолчи. Замолчи немедленно. — с каждым словом сестры ей казалось, словно режут на куски, снимая слой за слоем. Не может быть такого. — Что ты такое говоришь? Неужели тебе никогда не хотелось обнять их? Вспомнить?

— Нет. — холодно ответила та. Одно короткое слово и все разрушено. Алекс с такой легкостью произнесла это слово, будто отказываясь от чашки кофе. Как дети могут быть такими безразличными и жестокими к собственным родителям? Чтобы не происходило в прошлом, в настоящем нужно постараться все исправить, чтоб в будущем ничего не мешало счастью. Так думала Ади, но кажется ошибалась.

Сделав шаг вправо от сестры, и смотря прямо на родителей, Алекс сказала, при этом голос её не выражал никаких чувств, как собственно и глаза:

— Прошу прощения, но я вас не знаю. Повторюсь, у меня нет родителей. Так что вы ошибаетесь, называя меня своей дочерью.

— А как по-твоему ты появилась на свет? — колко спросила Ади, злясь на сестру.

— Если вы мои биологические родители спасибо за жизнь, подаренную мне. — продолжила та, словно не замечая, но в то же самое время отвечая на вопрос сестры. — Но все же родителей у меня нет, не было и никогда не будет. Вы не моя семья и считать вас таковыми не считаю приемлемым.

В этот момент Аель очень сильно хотел, чтоб все происходящее развернулось в другом месте для того чтоб суметь понять чувства, движимые Алекс. Хоть он и сомневался, что смог бы о них узнать. Та слишком хорошо их скрывала. Он сомневался, что та ничего не чувствует.

Возможно не только у Аеля были такие мысли. По лицу Рира можно было понять, что думает тот об этом же. Эти двое хоть чуть-чуть, но сдружились с ней. По правде, они никогда не ожидали от неё такого. И сейчас, когда пред ними развернулась такая сцена, были в шоке.

— Алекс не говори так. — послышался мягкий голос Бэллы. Она, как и остальные была в шоке от сложившейся ситуации. Никто из них не мог точно сказать, какие чувства бушуют в их сердцах, но такой реакции Алекс не ожидал никто.

— Если Ади считает, что нашла своих родителей и хочет жить с ними, я ничего не имею против, но пусть не заставляет меня принимать участие в этом спектакле. — ответила ей Алекс, смотря на свою старшую сестру, все также стоя к остальным спиной. — Родителями не становятся просто так. Люди, отсутствовавшие в моей жизни более двадцати лет, не имеют ко мне никакого отношения, даже если являются теми, кто дал эту жизнь. Сделать ребенка и родить могут и бомжи на улице, но это не сделает их хорошими родителями.

— Как ты смеешь? — воскликнула Ади, вырвавшись из объятий Кемаля и кидаясь к сестре. Схватив Алекс за локоть левой руки, та начала трясти её, словно таким образом пытаясь заставить прийти в себя. — Как смеешь такое говорить? Думаешь, если их не было рядом, то я не смогу узнать их? Забыла их? Это ты забыла, и все эти годы жила счастлива. Жила со спокойной душой. Ведь если нет воспоминаний — нет страданий, ведь так?

Всю жизнь я пыталась облегчить твою боль от потери родителей. И даже была рада, что после аварии ты забыла о них. Хоть и было больно, я всегда утешала себя тем, что так лучше для тебя, так тебе не будет больно. Тебе не придется страдать от их отсутствия. Боль об их утрате я хранила в себе, и несла как крест. Но я ошиблась. Я ошиблась в тебе. В твоем отношении к людям. Я надеялась на лучшее, но ты все испортила. Ты стала той, от кого я пыталась тебя же и защитить, безразличной и неблагодарной.

Даже если эти слова как-то задели её, девушка не подала виду. Она стояла перед сестрой и смотря ей прямо в глаза слушала все, что та говорила.

В этот момент никто из присутствующих в комнате не знал, на чей стороне быть: с одной стороны, любящая дочь, потерявшая родителей, самых близких для себя людей много лет назад, и наконец, сумевшая их найти. А с другой, та которая, потеряв их — забыла.

У каждого человека свои чувства, свое отношение, мировоззрение и взгляды на жизнь. Никого нельзя обвинять в том, что он неправ. Уникальность людей заключается именно в этом, во взгляде на жизнь. Именно это делает людей теми, кем они являются.

— Слово семья подразумевает любовь, привязанность, доверие, да и вообще хоть какие-то чувства, а у меня их нет и никогда не будет. — сказала Алекс с таким серьезным лицом, словно утверждая элементарные вещи, как то, что вода прозрачная или небо голубое.

— Потому что ты не умеешь любить. — ответила Ади, злясь от каждого произнесенного Алекс слова. В глубине души она понимала, что не стоит говорить такие вещи, но в данную минуту ей хотелось задеть сестру и сделать больно так же сильно, как было ей самой. Хотелось вызвать у той хоть какие-то эмоции, даже если это боль.

— Я не знаю, и никогда не знала этих людей, — вновь повторила Алекс, словно, не заметив злых слов сестры. На её лице не дрогнул ни один мускул, а голос был таким же ровным, как и до этого. — Значит никогда не буду считать их родителями, а тем более ставить их наравне с теми, кого называю семьей. Я сирота и навсегда ей останусь. Не думаю, что люди, которых ты встретила на улице спустя двадцать лет после потери, смогут стать тебе родителями.

Услышав слова, сказанные с таким безразличием, Ади не сдержалась и еще раз дала пощечину сестре. Та стояла и даже не пыталась увернуться, принимая удары. Не выдержав подбежал Адам к ним и оттащил Ади от сестры. Он встал между ними и схватив её за руки встряхнул несильно, чтоб привести в себя.

— Что, черт возьми, ты творишь? — воскликнул он, пытаясь заставить Ади посмотреть себе в глаза. — Я понимаю ты злишься, да и Алекс неправа, говоря такие резкие слова, но сейчас ты должна успокоиться…

— Успокоиться? — переспросила Ади, перебив Адама, и переводя на него злой взгляд. — Это ты мне говоришь успокоиться? Когда Моя родная сестра при мне же унижает родителей, ты говоришь мне успокоиться?

— Ты не понимаешь….

— Конечно же я не понимаю, — воскликнула Ади, истерично смеясь и вырываясь. Встряхнув с себя руки Адама, она отошла на пару шагов. — Я же не твоя драгоценная Алекс, чтоб все понимать. Это она у нас понятливая и хорошая, а я так приложение к ней. Ведь так?

— Ади успокойся, — вмешался Кемаль, пытаясь подойти к ней. Но та резко отступила, не дав тому подойти. — Нет. — воскликнула она, показывая ему пальцем, даже не пытаться подойти к ней. — Не успокаивай меня. Ты ничего не знаешь. Никто из вас не знает. Знаешь, почему Алекс привела к нам Адама? Нет? Вот и я не знаю.

— Ади. — попыталась вразумить ту Бэлла, позвав дрожащим голосом. Но та не обратила на неё никакого внимания, все также с ухмылкой смотря на Кемаля.

— Прошло столько лет, а я даже не знаю, почему Алекс решила, что Адам наш брат. — по щекам Ади катились слезы, но та их казалось не замечала. Девушка переводила взгляд с сестры на брата и обратно. И так несколько раз. Казалось, глаза её не видели ничего. Словно мыслями она унеслась далеко в прошлое. — Как, объясните мне, она определила, что он наш брат? Как? Я не знаю. Я до сих пор не знаю и не понимаю…

Ади прервалась, всхлипнув и зажала рот ладонью, словно пытаясь не разрыдаться в голос. Кемаль подошел к ней и обняв прижал к груди, незаметно целую в волосы.

Пару минут в комнате стояла гробовая тишина, лишь были слышны всхлипы Ади. Но придя в себя она резко оттолкнула жениха и продолжила:

— Я не знаю. Я ничего не знаю. Ведь моя младшая сестра считает ненужным посвящать меня в такие вещи. И как бы сильно я не любила Адама, как бы сильно не старалась, если выбирать между нами двумя, он всегда выберет её. Всегда на её стороне. Ведь так?

Адам стоял, склонив голову, ничего не отвечая. В какой-то степени Ади была права. Хоть тот и старался не делать различий между сестрами, но все же, Алекс была той, кто подарила семью. Ему было больно слышать слова Ади, но больнее было ей, ведь ему было нечего возразить.

Не дождавшись ответа от Адама, Ади переключилась на сестру. Из-за эмоций, переживаемых самой хотелось, и Алекс сделать больно, чтоб страдала точно также. И в эту секунду у неё промелькнула мысль, что она сделает все, чтобы это случилось.

— Все твое грубое отношение к людям, неумение выражать чувства, нежелание общаться со мной, и даже то, что ты предпочла признать, незнакомого мальчика своим братом, я считала твоей силой. — холодно сказала Ади, вытирая слезы с лица. — Считала тебя самой лучшей и всегда старалась искать в тебе все самое-самое. Но сегодня. Спустя двадцать лет, когда люди, подарившие тебе жизнь, подарившие тебя этому миру предстали пред тобой, ты их отвергаешь. Как ты можешь быть такой эгоисткой? Ты хоть раз пыталась вспомнить о них? Хотя бы раз спросила о них? Нет. Ты каждый раз при упоминании о них уходила, или же отмалчивалась. Неужели тебе никогда не хотелось вспомнить?

— Нет.

Всего одно слово. Одно короткое слово, а для Ади прозвучала как пощечина. Показалось все ужасные слова, сказанные ей, никак не повлияли на Алекс. И это злило больше всего. То как хорошо та умеет скрывать свои чувства.

— Оказывается… оказывается я не знаю тебя…я совсем не знаю человека которого называла сестрой… неужели… ты такая плохая… неужели тебе никогда не хотелось обнять их? Оказаться в маминых объятиях? Быть под защитой отца? А? ответь мне? Разве тебе этого никогда не хотелось?

Нет. — повторила она.

Нет? — воскликнула Ади, еще сильнее злясь, что сестра никак не реагирует. — Нет. Нет. Как ты смеешь? Возможно…

В этот момент лицо Ади напоминало лицо маленького ребенка, получившего долгожданный подарок, которого ждал долгое время. От чего присутствующим стало не по себе, понимая, то, что будет сейчас произнесено, отпечатается в сердцах каждой из сестер до конца жизни. И каждый из них будет по-своему вспоминать и воспринимать эти слова.

Кемаль попытался остановить Ади, но та лишь отмахнулась от него, как от назойливой мухи.

— Может тот человек, который, сказал родителям, о твоей смерти был прав? — со злой ухмылкой спросила девушка. — Может ты не моя сестра, и я тогда ошиблась? Приняла другую девочку за свою милую младшую сестренку? Та маленькая девочка… моя маленькая сестричка не способа на такое безразличие к родным людям. А? Отвечай! Ответь мне.

— Возможно, — только и сказала Алекс, все также, никак не выражая своих чувств. Только теперь она не смотрела сестре в глаза, а смотрела куда-то ей за спину.

— Аха-ха-х. — прозвучал истерический смех Ади. — Возможно? Возможно. Ты вообще слышишь, о чем говоришь? Ты говоришь о возможности не быть моей сестрой. Тогда кто же ты? Кто? Кто ты мне?

У Ади началась истерика, и с каждой минутой становилось только хуже. Она не понимала ничего. Слова, произносимые ей, вообще не воспринимались и не обрабатывались мозгом. Казалась красная пелена застилала глаза. Единственной мыслю, бьющейся в голове было: «сделать Алекс больно также сильно как больно ей». И не получая желанного результата злилась еще больше.

— Ладно, молчи. — сказала Ади, стараясь взять себя в руки. Подойдя в плотную к сестре, заставляя смотреть себе в глаза произнесла, четким и ровным голосом: — Моя сестра погибла двадцать лет. Мои родители не смогли найти после её бегства из дома. Полиция нашла её тело спустя несколько недель после пропажи. Приношу свои извинения, что вам пришлось столько лет притворяться другим человеком из-за меня. Но теперь можно этого не делать. С той минуты мы не имеем друг к другу никакого отношения. И я больше никогда не желаю иметь с вами ничего общего.

— Ади. — попытался вразумить её Кемаль, притягивая к себе за руку. Но та вырвавшись отскочила. Встав в стороне от всех, чтоб в случае чего никто не смог её остановить сказала:

— Покиньте этот дом, пожалуйста. Вы здесь незваный и нежелательный гость.

Переведя взгляд на сестру Алекс смотрела словно запечатлевая её в своей памяти, после чего развернулась и покинула комнату, не произнося не единого слова.

Через пару минут раздался звук работающего двигателя, а после отъехавшего автомобиля, и каждый из присутствующих понял — Алекс выполнила пожелание сестры.

Как только стихли звук автомобиля Ади упала на пол, там же где и стояла и схватившись за сердце закричала во весь голос. Кемаль подбежал к ней и плюхнувшись на колени прижал к себе. А та, не замечая его, продолжала кричать, прижимая руки к груди и иногда зовя сестру по имени.

Все это время родители девушек стояли в стороне, не издавая ни звука. Никто из них не попытался вмешаться и разнять сестер, попытаться вразумить их и решить все мирно. Слово вся эта ситуация не имела к ним никакого отношения. Они стояли там так тихо, что все уже успели позабыть о них, пока не послышался грохот и обернувшись не увидели упавшую в обморок женщину, а рядом сидящего мужчину, пытающегося привести в чувства.

***

Последующие пару дней в доме хранителей стояла непонятная, напряженная атмосфера. Все понимали происходящее, но никто ничего не говорил. А приготовления к свадьбе остановились, и никто не мог сказать, что же будет дальше.

После случившегося не могло быть и речи о том, чтоб родители Ади покинули дом хранителей, поэтому остались там, как и все остальные. Все остались в доме кроме, Алекс, уехавшего после ссоры с сестрой и Адама, последовавшего за ней.

За прошедшие два дня, от них не было вестей. Зейн хотел поехать вслед за Алекс, но Адам не разрешил, сказав, что все решит сам, и чтоб они с Заком присматривали за сестрами. А Бэлла и Амира пытались успокоить старшую сестру, но та отказывалась видеться с кем-либо.

За все время она ни разу не выходила из комнаты, ни с кем не разговаривала, и не реагировала на кого-либо. Даже Кемаль не смог до нее достучаться. Она сидела тихонечко на постели и смотрела на свои руки, подавая признаки жизни только тогда, когда открывалась дверь в комнату. Как только открывалась дверь Ади сразу же вскидывала голову, увидев же вошедшего разочарованно опускала обратно.

Все понимали, кого она так сильно жаждет увидеть, но никто не мог дозвониться до Алекс. Та или специально не отвечала на звонки или действительно выключила телефон и-за чего не могла видеть и знать о всех звонках.

В доме все разделились на две группы: одна считала, что Алекс специально не отвечает на звонки из-за гордости или обиды, а вторая же, что она правда не знает про них, потому что если б знала, то незамедлительно приехала бы увидеть сестру.

Самым удивительным было то, что за второй вариант яростнее всех выступали Рир и Аель, подружившиеся с Алекс. Они говорили, что та не способна на такое, и искали, чтоб вернуть обратно. Но попытки их были тщетны, потому что та словно растворилась в воздухе сразу же, как покинула территорию хранителей.

Остальные же были против, считая, что та специально так поступила. Та действительно знает, что ни ангелы, ни джины не могут чувствовать её и значит, не опасаясь последствий, могла сделать что угодно. Ведь за то короткое время, что они знали Алекс, та пропадала не раз, уезжая по важным делам, известным лишь ей одной. И тем более информация которую они собрали на нее никоим образом не выступала в её пользу.

Лишь Мансур и Кемаль, как и члены семьи сестре, воздерживались от принятия чей-либо стороны. Кемаль не мог поверить в то, что сестра могла так поступить с Ади, но в то же время доказательства собранные его братьями были неопровержимыми. Слишком темной казалось прошлое Алекс, где было много понятных вещей.

Мансур же как король никогда не принимал чью-либо сторону, считая — это дело двух сестер и уже они должны решить все между собой. А согласны остальные или нет, не их дело, никто не имеет право вмешиваться.

Споры и разногласия хранителей не интересовали женщин, они желали лишь успокоить Ади и делали все для этого, но безрезультатно. Та просто не хотела идти на контакт. Не обращала внимания на все попытки разговорить или вывести на беседы, и никто не мог понять, о чем она думает.

Бэлла и Амира очень переживали за сестер, ведь ни разу в жизни те двое не сорились и не ругались. Они всегда были опорой и поддержкой друг друга, а тут такое, что одна ушла неизвестно куда, а вторая молчит, отказываясь говорить с кем бы то ни было.

Как и остальные они пытались дозвониться до Алекс, но та словно провалилась сквозь землю обрубив все связи. И это было странно. Да правда, что та могла уехать неизвестно куда, но всегда предупреждала. Особенно если телефон будет недоступен. И для них было непонятно, что сейчас изменилось. Они не верили, что Алекс могла обрубить все связи лишь из-за ссоры с Ади.

Еще больше они не могли понять поведение то й, ведь даже если бы не захотела признавать родителей никогда бы не сказала это прямо в лицо Ади. Она бы просто-напросто держалась от них подальше, но при этом давая возможность Ади жить с ними. Точнее они так думали и из-за этого произошедшее сегодня не укладывалось у них в голове.

— Так все. — воскликнула Самира, вскакивая со своего места. Она, Лейла, Бэлла и Амира сидели в гостиной и думали о том, как вытащить Ади из этого непонятного состояния. Ведь за это время она стала очень важна для Самиры и Лейлы, и те не могли видеть её в таком состоянии. — Я знаю, как вытащить Ади.

— И как же? — спросила Лейла без энтузиазма. Ведь они успели испробовать все от уговоров до угроз, но ничего не помогло. Та словно не слышала их и продолжала сидеть все также смотря на свои руки. Не только они, но и Кемаль не смог достучаться до невесты хоть и продолжал быть с ней рядом. Та словно не видела и не слышала его.

— Мы все пробовали вытащить её, но не смогли. — ответила Самира, обводя взглядом всех присутствующих, и получив от них согласные кивки головой, продолжила. — Кроме…

— Кроме? — поторопила ту Амира. Ведь она так сильно мечтала вернуть свою сестренку в нормальное состояние, и готова была ухватиться за любую возможность.

— Кроме Амелии. — торжественно произнесла Самира. Остальные с непониманием уставились на нее. Видя, что до остальных не дошло Самира начала объяснять, как маленьким детям: — Все это произошло из-за возвращения родителей. И все мы пытались достучаться до Ади, но не смогли. Так пусть её мать попробует. Ведь каждая мать знает, что именно следует сказать, чтоб успокоить свою дочь. Пусть они поговорят. Я думаю, для Ади не будет лишним получить материнское тепло сейчас.

— И как ты себе это представляешь? — спросила Амира, скрещивая руки на груди. Хоть это была и мама Ади и Алекс, но она была против неё, считая виноватой в ссоре сестре. Для неё никогда не получавшей любви родителей, кроме как от своих сестер и братьев, воспитавших и вырастивших, не укладывалось в голове почему из-за чужих, близкие ей люди поругались. — Эти люди, видя, как ругаются Ади, и Алекс даже не попытались вмешаться, а стояли в сторонке и смотрели на все как на шоу. Единственное, что сделала эта женщина упала в обморок в конце, словно пытаясь привлечь к себе внимание. Как-будто говоря «ой смотрите на меня бедненькую, мне плохо».

— Амира, — попыталась утихомирить ту Бэлла.

— Разве я не права? — еще больше возмутилась та, смотря на сестру и раскидывая руки в стороны. — Я понимаю их давно не было, но могли хотя бы попытаться успокоить их. Вместо этого сидят у себя в комнате как короли. Покушать им приносят, попить, спрашивают надо ли им что-нибудь. Могли бы выйти и поговорить с Ади. Попытаться успокоить, помирить сестер. А они наоборот сидят себе преспокойненько.

— Не говори, так. — сказала Бэлла хмуро глядя на сестру. — Возможно, им тоже плохо сейчас. Ведь они нашли своих детей, потерявших давно. Им тоже нужно заново свыкнуться с мыслю о том, что дети вернулись. И что одна из них не хочет видеть их. Для любого родителя это больно.

— Они её похоронили. — зло прошептала она. Никакие уговоры не действовали на Амиру. Она считала виноватыми этих незнакомых людей, и только на них сваливала все. — Если им так плохо и больно, то они не должны были говорить о смерти Алекс Ади. Ведь они столько лет считали своих ДВУХ дочерей погибшими, так почему, когда одна нашлась говорить ей о смерти второй? Думаешь Ади это с неба взяла? Я на сто процентов уверена, не стоит ожидать от них ничего хорошего.

Бэлла промолчала, не зная, что ответить на это. Для нее тоже было странным, зачем нужно было говорить о смерти Алекс Ади. Ведь раз старшая оказалась живой значит, и младшая тоже могла. Они должны были порадоваться, а не говорить такое. Да еще уточнять та ли она самая.

— Пусть она поговорит с Ади. — повторила Самира, прерывая наступившую тишину. Ведь никто кроме матери не сможет достучаться до дочери. Никто не был против этой идеи. Хоть Амира и не считала, что из этого что-то выйдет, но они испробовали все, так что нужно было попытаться.

***

Поговорить с Амелией отправили Самиру, ведь идея принадлежала ей, а ещё, потому что никто больше не согласился. Амира категорически отказалась разговаривать с той, кто была виновата в ссоре сестёр, а Бэлла была слишком стеснительной.

Что же касается Лейлы, она не являлась частью их семьи и считала неправильным вмешиваться во все это. Самира тоже так думала, но так как Ади в будущем собиралась стать невесткой в их доме, то считала своим долгом хоть как-то поддержать.

И вот она стоит перед комнатой родителей Ади, собираясь с духом, чтоб зайти и попросить об одолжении. Вообще во всей этой ситуации та считала виноватой Алекс, ведь именно та была той, кто не хотела признавать родителей. Самира потерявшая родителей в юном возрасте, а после воспитанная родственниками не понимала нежелания той признавать, а тем более радоваться их возвращению. Это большая милость Аллаха, которая та не ценит.

Для Самиры выросшей в окружении любящих родственников, как ей когда-то казалось, это все было неправильным. Как можно найдя родных, самых близких людей, подаривших тебе жизнь отказаться от них? Даже если ты их и не помнишь. Ведь у людей же есть инстинкты, ощущения, чувства родства и узы. Хоть что-то из этого должно же быть в Алекс?

Самые крепкие узы — кровные, и даже это не помогло Алекс принять своих родителей. Для Самиры было неправильным, что та так категорически отказывалась пускать тех в свою жизнь, дать шанс себе и им узнать друг друга.

Родители не виноваты в произошедшем. Они тоже жили столько лет в агонии от потери детей. Да и вообще Алекс было легче всех, потеряв память забыла и жила себе спокойненько. А потеряла ли вообще, интересовало Самиру очень сильно.

Правильно говорят, что предписано Аллахом никто не знает. В то время как Ади мучилась от потери родителей, Алекс жила в спокойствии и мире. Когда старшая, училась жить без близких людей, младшая создавала свою семью из незнакомцев.

Неужели у неё не было, и нет никаких чувств, к людям, подарившим жизнь?

Насколько Ади нравилась Самире, настолько же была неприятна Алекс. Она считала ту эгоисткой, живущей лишь для себя и в своё удовольствие.

Пока Самира стояла у дверей комнаты, выделенной для родителей Ади, обдумывая предстоящий разговор, дверь открылась и появился силуэт мужчины. Увидев в дверях девушку, Кристофер остановился, и уставился на неё словно не ожидал увидеть здесь кого-либо, а после отошёл от двери чтоб пропустить в комнату и задал вопрос:

— Ты что-то хотела?

— Я…Мне бы хотелось поговорить с вашей женой, если можно. — ответила девушка заикаясь. Самира не знала почему, но каждый раз при виде этого мужчины ей становилось некомфортно и единственной мыслю в голове было — сбежать. Она не понимала, почему так реагирует, и пыталась, что-то с этим сделать, но получалось из рук вон плохо.

— Да конечно, — ответил тот, кивнув головой, и ещё дальше отошел от двери комнаты, пропуская гостью. — О Аделине?

— Спасибо. — поблагодарила девушка, заходя и кивая головой на заданный вопрос. Как только Самира зашла мужчина вышел и закрывая за собой дверь прошептал:

— Не буду мешать.

— Спасибо. — повторила та снова, выдавив улыбку. Тот же кивнув ей закрыв дверь за собой ушел.

Девушка развернулась спиной к двери и обвела комнату взглядом, ища ту, с кем хотела поговорить. Комната эта, как и все в доме хранителей, были в темно-серых тонах, с минимальной обстановкой. Серые стены, коричневая мебель, состоящая из большой двуспальной кровати, двух тумбочек, с обеих её сторон, большой шкаф с права от кровати и комод с зеркалом, в левом углу комнаты.

Хозяйка комнаты лежала на кровати с закрытыми глазами и белой тряпочкой на лбу. Подойдя поближе, Самира заметила небольшой тазик на тумбочке у кровати, и поняла, что Амелия лежала с холодным компрессом. Она успела пожалеть, что пришла и побеспокоила ту, и уже думала о том не лучше ли будет сейчас уйти и зайти попозже. В этот момент женщина на кровати открыла глаза и посмотрела на неё расфокусированным взглядом.

— Аделина, доченька моя. — прошептала та, слабым голосом, протягивая к ней руки.

— Я не Аделина, а Самира. — ответила гостья, подходя поближе к постели, чтоб женщина смогла рассмотреть её. — Возможно, вы не знаете меня. Я невестка Кемаля, жениха Ади.

— А да, да. — ответила Амелия, приподнимаясь со своего места. Самира подойдя поближе помогла той принять сидячее положения. Женщина села облокотившись спиной о изголовье кровати, и подложив подушки под спину. Та поблагодарила Самиру за помощь, на что девушка лишь кивнула головой.

Не зная, как именно следует начать разговор Самира обвела комнату взглядом, ища, на что можно было бы сесть, но так ничего и не найдя вернулась взглядом к женщине, восседавшей на кровати.

Все гостевые комнаты в особняке были обставлены по минимуму. И лишь жилые комнаты обставлялись хозяевами как им хотелось. Она точно не знала, как каждый из жильцов дома обставил свою комнату, так как не заходила в них, но надеялась, что у них мебели побольше чем здесь.

Поняв, о чем думает гостья, Амелия предложила присесть на кровати, та, понимая, что других вариантов нет, села на предложенное место поблагодарив.

Самира не знала как лучше начать разговор. Она не хотела влезать в отношения родителей и детей, но также понимала, что так продолжаться не может. Ведь если так пойдёт Ади вообще не выйдет из комнаты. А если вспомнить, что ещё и отказывается от еды, то это плохо отразиться и на здоровье. За такое короткое время они успели подружиться, и она не хотела, чтоб с той, случилось что-либо. А ещё волновалась, что свадьба может быть отложена.

— Как Аделина? — спросила мать Ади, нарушая тишину.

— Я пришла попросить вас… — начала Самира, но так и не смогла закончить предложение, не зная точно, о чем хочет попросить.

— О чем? — удивленно посмотрела на неё женщина. — Я очень хочу помочь, свой дочке. Буду рада сделать, хоть что-то для неё. Так скажи же мне, чем я смогу помочь? Мне так плохо, оттого что я тут лежу — беспомощная, когда так нужна своей малышке.

— Поговорите с ней. — выпалила Самира.

— Поговорить? — удивлённо переспросила та. Словно не понимая значения произнесённого слова. — О чем поговорить?

— Ади… — начала Самира и замолкла. После, сделав глубокий вдох продолжила. — С тех пор как Ади и Алекс поругались…с тех по, как Алекс ушла, Ади не выходит из комнаты. Она просто сидит на одном месте и смотрит в одну точку. Мы все пытались достучаться до неё, объяснить, что она ни в чем не виновата. Но она не слышит или не хочет слышать никого. Она просто… просто сидит и смотри на свои руки. Мы все очень волнуемся за неё. Но никто из нас, даже Кемаль, к сожалению, не можем до неё достучаться. Поэтому я хотела попросить вас, от лица всех близких вашей дочери, поговорить с ней. Помочь нам вернуть вашу дочь. Бэлла и Амира сказали, что это было первый раз, когда ваши дочки поругались и, наверно, поэтому Ади так сильно переживает. Поэтому, прошу, проговорите с ней.

— Но я не знаю, о чем с ней говорить. — прошептала та с беспомощным видом. На глаза Амелии навернулись слезы, и казалось еще секунда и их будет не остановить. — Я столько лет была вдали от них. Как я смогу достучаться до Аделины? Имею ли право влезать в эти отношения? Ведь все эти годы, когда нас не было рядом, только они были друг у друга. Больше всего мне больно оттого, что я не знаю, имею ли право что-либо говорить им? Имеем ли я или Кристофер право требовать от них чего бы то ни было?

— Но вы же их родители. — воскликнула Самира, в негодовании. Она считала, что раз ничей вины нет в их разлуке, то почему родители не имеют право вмешиваться в жизнь детей. По ее, скромному мнению, каждый родитель имеет право на своего ребенка. — Вы были не виноваты в случившемся. Все по воле Аллаха. Возможно так Он проверял вас. Возможно это было вашим испытанием в этой жизни. ​Но ведь сейчас вы здесь. Спустя столь долгое время вы вновь смогли воссоединиться. Так почему бы не отбросить все эти годы и не начать жизнь заново — как семья?

— Ох, милая, хотела бы я так сделать. Но в жизни не все так просто как тебе кажется. — ответила Амелия грустно улыбаясь, и потянувшись похлопала Самиру по руке. — Порой время, проведенное в дали друг от друга, решает многое, а порой и все.

У девушки не нашлось, что на это ответить. Для нее не существовала никаких сложностей. Так как сама потеряла мать в раннем возрасте, и практически не помнила ту, казалось благословением её возвращение в жизни детей.

В юности ей очень сильно не хватало материнской любви и поддержки. Она всегда мечтала узнать, каково делиться всем с матерью, ощущать её поддержку и любовь. Но к сожалению, Самира была лишена всего этого. И сейчас видя такое чудо как воссоединение дочки с матерью, она не видела никаких проблем в том, чтоб быть рядом друг с другом.

— Я очень сильно хотела бы помочь тебе, но не могу, прости. — сказала женщина, выдергивая Самиру из раздумий. И откинувшись на спинку кровати, закрыла глаза. Как бы говоря — разговор закончен.

Самира встала со своего места и направилась к двери. Ей было обидно, что ничего не получилось, ведь они все так рассчитывали на помощь этой женщины. Но в то же самое время она не могла винить её в чем бы то ни было. Ей казалось, что она понимает её чувства, переживания и даже в какой-то степени, считала принятое решение правильным.

Выйдя из комнаты, девушка прикрыла тихонько двери, чтоб не тревожить женщину, лежавшую на постели. Не успела она переступить порог, как тут же девушки, ожидавшие за дверью, накинулись на нее, спрашивая, согласна ли Амелия поговорить со своей дочерью. Вместо слов Самира покачала головой из стороны в сторону. Как только девушки увидели это сразу же поникли. Все-таки они тоже надеялись на помощь женщины.

Амира злобно хмыкнула и развернувшись пошла в сторону гостиной, махнув в сторону закрытой двери, из которой только что вышла Самира, и сказав:

— Я же говорила. Эти люди не стояли того, чтоб из-за них ругаться.

— Амира, — воскликнула Бэлла, пытаясь утихомирить сестру, следуя за ней. Догнав и схватив ту за руку, тихонько шепнула, но следовавшие за ними девушки все равно услышали, — не говори так, она может услышать.

— Ну и пусть слышит. — не унималась та, вырвав руку из захвата. Развернувшись обратно к двери, Амира воскликнула, так чтобы наверняка было слышно в комнате: — Это их вина, так пусть видят, что из этого вышло. Называют себя родителями, но не сделали ни попытки остановить ссору своих детей, или попытаться поговорить с ними после.

— Успокойся. — сказала Бэлла, и схватив её за руку, развернув потащила в том направлении куда изначально шли. — Своими словами больше всего боли ты причинишь Ади. Поругались — их дело. Они сестры, а это их родители, это их дело.

— Но они же наши сестры. — не унималась Амира, смотря широко открытыми глазами на девушку. — Разве ты не понимаешь? Мы семья, а они посторонние. Они чужаки.

— Нет, милая. — ответила Бэлла, грустно улыбнувшись. — Это мы посторонние, а они — семья.

Амире стало грустно, и после чего на глаза навернулись слезы. И чтоб не дать им пролиться начала часто-часто моргать, отвернувшись в сторону. Возможно, слова Бэллы резковаты, но зато правдивы. Они и вправду были посторонними друг для друга. Это они себя называли семьей. Носили одну фамилию и жили в одном доме, но ведь, по сути, между ними не было никакой кровной связи.

Возможно из-за своей юности Амира не понимала всего. Для нее это игра в семью длилась всю жизнь, и было естественно, что все, кто вмешаются, автоматически становились врагами, пытающимися разрушить их семью. Эти люди были теми, кто всю её жизнь были рядом. Они те, кто воспитали, заботились, учили, были рядом с самого рождения. И теперь из-за каких-то незнакомых людей все это рушится.

— Давайте, все вместе пойдем к Ади и поговорим. — сказала Лейла, нарушая возникшую тишину. Девушки, не говоря ни слова направились туда. Они все уже по одиночке пробовали достучаться до той, но не получилось. Так почему бы не попробовать сделать это вместе.

***

Постучав в дверь и не получив ответа, что было ожидаемо, девушки открыв дверь зашли внутрь. Пред ними предстала картина, которую они не раз видели за прошедшие два дня. Ади все также сидела на постели и смотрела на свои руки.

Единственное, наверное, изменилось — на ней теперь был большой кардиган, черного цвета, в котором та просто утопала. Так как Ади была в футболке с коротким рукавом, белого цвета без каких-либо принтов и в домашних штанах, Кемаль скорее всего заволновался и надел на неё свой кардиган. Но даже без него, в таком состоянии та не заметила бы холода. Не сложно было догадаться, кому именно принадлежал, и кто его накинул на девушку.

Кемаль практически не выходил из этой комнаты, пытаясь достучаться до Ади. Разговаривал, пытался утешить, поддержать — все без толку. Словно девушка была в коме, слышала, но не слушала.

Зайдя в комнату и переглянувшись друг с другом, девушки, не сговариваясь направились к большой кровати и сели на неё, окружая хозяйку комнаты с трех сторон. Справа сели, Лейла и Амира, слева Бэлла, а перед ней Самира. Никто из них не знал, как начать разговор, и просто сидели, переглядываясь иногда бросая взгляды на Ади.

Не выдержав такой атмосферы Амира, вскочила и начала ходить по комнате. В тишине комнаты шаги были слышны очень отчетливо. И каждая из девушек, в глубине души была рада их слышать. Возможно произошедшее не такая уж и большая трагедия, но для них означало изменения в будущем, особенно для Бэллы и Амиры.

Бэлла старалась держаться, пытаться понять и принять происходящее, но было тяжело. Эти люди: Ади, Алекс, Адам, Зак, Зейн, Амира — все что у нее есть. В этой жизни ей повезло повстречать их и называть своей семьей. И даже отсутствие кровной связи ни для кого из них никогда не было проблемой.

Есть такая поговорка — семью не выбирают. Но им удалось это сделать. Сделать невозможное — возможным. Все эти годы они были опорой и поддержкой друг друга. И никто из них не хотел терять эту связь.

Бэлла понимала чувства Ади, сумевшей вновь обрести родителей. Девушка не могла вообразить, что когда-нибудь вновь сможет увидеть родную мать. Случись с ней такое, была бы, наверное, самой счастливой на всем свете, за что и не могла осудить за чувства, охватившие ту.

Но с другой стороны, и Алекс можно было понять. Попав в столь юном возрасте в приют, та всего-навсего забыла, значение и необходимость родителей в жизни детей. Она та, кто создала семью из «воздуха», и логично было предположить, что встреться с ними, не захотела бы возвращать их вновь в свою жизнь. Возможно это самое правильное решение по отношению к ним всем. Но не окажутся ли они эгоистами приняв её?

— Да приди ты уже в себя. — воскликнула Амира и подбежав к постели схватила Ади за плечи разворачивая к себе и начиная трясти. — Как ты не понимаешь — наша семья рушится. Ты должна что-то сделать. Поговори с Алекс. Она тебя послушается, она всегда тебя слушается.

Но действия Амиры не возымели никакого эффекта. Ади как сидела, уставившись на свои руки, так и сидела. Увидев, что её действия никак не повлияли на поведение сестры, Амира упала на пол, перед кроватью без сил. Она чувствовала себя бессильной и беспомощной. Прямо на глазах рушилось все, выстроенное упорным трудом, а она не могла ничего сделать, никак предотвратить.

От осознания этого по щекам покатились слезы, хоть сама девушка их и не замечала. Просидев так несколько минут, та подняла заплаканное лицо и смотря в лицо сестры взмолилась:

— Прошу сделай что-нибудь. Умоляю…пожалуйста…

Увидев такое состояние Амиры у Бэллы на глаза навернулись слезы. Она понимала все что испытывает сестра в данный момент, ведь сама чувствовала то же самое. Но чтоб еще больше не расстраивать Амиру, украдкой вытерла одинокую слезу катящуюся по щеке, после чего подойдя обняла.

— Я ударила её. — донеслось до них слабый голос.

Все девушки с замершими сердцами посмотрели на Ади. Не веря своим ушам, они обвели друг друга взглядом и словно убедившись, в отсутствии слуховых галлюцинаций у себя вновь перевели взгляд на девушку. Та все-также сидела с опущенной головой, не подавая признаков жизни.

— Ади. — тихонько и словно с опаской, позвала ту Лейла. Каждая из них боялась, что та опять замолчит и больше не заговорит.

— Я ударила её. — повторила та бесстрастным голосом, все также смотря на свои раскрытые ладони. — Впервые в жизни я ударила Алекс.

— Ади. — прошептала Бэлла подсаживаясь к ней и обнимая за плечи, пытаясь успокоить. — Ты ни в чем не виновата. И я уверена Алекс тебя не винит. Ссоры между сестрами нормально.

— Я знаю, что она мне не доверяет. — продолжила Ади говорить, словно не слышала, всего того, что сказала Бэлла. Она резко вскинула голову и встряхнувшись, скидывая руку сестры, уставилась в одну точку перед собой, с грустной ухмылкой на губах. — Нет, не так. Она не доверяет никому. Алекс никому в этой жизни не доверяет. Никому. И я даже не знаю почему.

— Не говори так, — повторила Бэлла, пытаясь приобнять её вновь. — Алекс не такая. Она любит нас. Тебя в первую очередь.

— Ты не понимаешь, — ответила Ади, качая головой переводя взгляд на девушку. За эти пару дней, прошедших после ссоры она успела выплакать все слезы и сейчас просто ничего не осталось. Но почему-то боль внутри не уменьшилась. Пролитые слезы не смогли их смыть. — Я знаю, Алекс готова отдать свою жизнь за нас: за тебя, меня, за всех, но… она …она не доверяет нам. Она не доверяет никому.

И Бэлла и Амира задумались о сказанных словах. Ведь это было правдой. В действительности Алекс не доверяла никому. Хоть они и семья, и все всё знали друг о друге, но только не про Алекс. С её стороны всегда оставалась какая-то тайна.

Просто каждый из них научился игнорировать их, считая ту слишком замкнутой. Они любили её такой какая она есть, не пытаясь задумываться об остальном. Но в одном Ади была права, возможно, та и не доверяла никому, но жизнь готова была отдать за каждого из них, что в принципе странно.

— Порой… — начала Ади, и не сумев сдержаться всхлипнула, и шмыгая носом продолжила. — Порой мне кажется — моя сестра не любит никого. Даже не так — она не умеет любить. Не умеет чувствовать. Вообще ничего не чувствует.

Все молча слушали Ади, не зная, что можно возразить на эти слова. Ведь по сути лучше неё никто не знает сестру. А та словно и не ждала никого ответа, продолжила:

— Я очень люблю её. Она моя маленькая сестренка. Я доверяю ей безоговорочно. Знаю, что она всегда будет рядом, поддержит и поймет. Но порой я не понимаю её поступков. Не понимаю, о чем думает, для чего делает те или иные вещи. И я чувствую, нет не так, знаю, что она мне не доверяет.

После сказанных слов она горько улыбнулась. Из-за катившихся слез, которых та не замечала, зрелище это было душераздирающим. и не выдержав каждая из присутствующих пустила слезу. Возможно, Лейла и Самира не знали их так хорошо, как Амира и Бэлла, но в эту секунду у обеих возникла неприязнь к Алекс.

Ведь как такое возможно — не доверять собственной сестре. Для каждой девушки сестра самый близкий человек с кем можно поделиться секретами, переживаниями, всем на свете.

Данная ситуация в какой-то степени была схожа с ситуацией самой Самиры. И порой она сама думала, что не умеет больше доверять людям. Но все же столкнувшись с этим в реальности не могла понять, как именно реагировать.

Никто из них больше не произнес ни слова, каждый был погружен в свои не радужные мысли. Слова Ади заставили задуматься каждую, возможно и о разных вещах, и с разной реакцией, но задумались все.

Единственным плюсом всего было то, что они смогли разговорить Ади. Привести её в чувства. Хоть и грустно было на душе, но все же маленькая искорка счастья теплилась в сердце, от возвращения Ади.

Получив заверения, что та больше не будет впадать в «спячку» девушки покинули комнату, договорившись встретиться попозже. У каждой из них было, о чем подумать, и каждая хотела оказаться наедине друг с другом. Ведь перед каждой из них встал вопрос: как можно отдать свою жизнь за человека и при этом не доверять ему?

***

После ухода девушек Ади осталась одна в комнате. Она лежала, уставившись в потолок и пыталась осмыслить все произошедшее за последнее время. Впервые в жизни она поделилась с кем-то о своих переживаниях на счёт Алекс.

С самого детства Ади обожала сестру и всегда старалась защищать, оберегать, по мере своих возможностей. Но в итоге получилось так, что они отдалились друг от друга.

Когда они были ещё детьми, отношения между сестрами были прекрасными, чуть ли не идеальными. Все изменилось после той злосчастной аварии. К большому огорчению, она унесла не только жизни родителей, как они тогда предполагали, но и отношения между сестрами.

Возможно, тогда Ади этого не понимала, но Алекс сильно изменилась. Она списывала все на потерю памяти, и надеялась, что со временем у них все наладиться. Все станет, если не как прежде, то хоть приблизительно также.

В детском доме, когда она по ночам плакала, вспоминая родителей, сестра ни разу не проронила, ни слезинки. Словно с памятью, та стёрла и людей из своей жизни. Когда одна плакала и мечтала оказаться с ними рядом, вторая, словно не чувствовала ничего. Когда же Ади заговаривала с сестрой о маме с папой, та, развернувшись, уходила.

В те времена Ади очень сильно обижалась на нее, считая, что та не имеет право забывать о родителях. Для неё самой, забыть их казалось предательством, и поэтому каждую минуту вспоминала, и представляла тех рядом с собой.

Она была маленькой девочкой, оказавшейся одна в большом и незнакомом мире. Очень долгое время она думала, что, если бы погибла вместе с родителями, возможно, было бы лучше. Порой по ночам молясь о скорой смерти, как бы грустно это не звучало.

Но все изменилось в один момент. Как-то раз плача по ночам, вспоминая родных, Ади почувствовала, как Алекс, забравшись к ней в кровать обняла. После того раза та не уходила, когда старшая сестра вспоминала родителей, а тихонько слушала.

Из-за желания быть понятой, Ади начала воспринимать все как должное, надеясь лишь на то, что Алекс удалось восстановить память. Ни разу, за все время та не заговорила о них или не сказала, что скучает, всегда тихонько слушала, словно о чужих людях. Но для Ади и этого было достаточно, точнее приучила себя довольствоваться этим. Она оправдывала поведение сёстры шоком от аварии, считая это своеобразным способом перетерпеть душевные муки. И порой даже радовалась, что та их не помнит, ведь так Алекс сможет лучше пережить отсутствие близких рядом с собой.

Когда они уже стали взрослыми Ади стала замечать, что Алекс держишься со всеми отстранённо и порой, когда они собирались все вместе, пыталась не отсвечивать или держаться как-то на стороне. Очень долго она пыталась убедить себя в том, что накручивает саму себя, и ей так кажется, из-за нелюдимости той.

Но как бы сильно она не пыталась себя убеждать от реальности не скроешься. Алекс предпочитала общество книг, больше чем людей. И по сути, даже семье, которую сама и создала.

До сих пор, спустя столько лет, для Ади непонятно почему в тот день сестра привела Адама и представила, как брата. О чем та думала и чем руководствовалась? Неужели одной Ади для нее было мало?

Со временем она смогла успокоиться и принять Адама. Может быть, тогда она этого не понимала, но, наверное, то было одним из лучших решений в их жизни. Потому что сейчас Ади не могла представить свою жизнь без брата или же остальных ребят. Они стали частью неё самой. И как бы сильно та не сопротивлялась этой непонятной связи все же, получилось очень хорошо.

Адам же стал тем, в ком Ади нашла опору, силу, утешение и все чего ей так не доставало. В самом начале Ади все время спрашивала, почему Алекс решила назвать его братом, ведь, по сути, она практически не проводила время с ними. Словно, так Алекс компенсировала своё отсутствие в жизни сёстры.

Ади было обидно, но пыталась не давить на сестру. Возможно именно поэтому Адам и стал так близок ей. Потому что был тем, кто всегда поддерживал, защищал и оказывался рядом в счастливые и трудные минуты жизни, пока Алекс пропадала непонятно где.

Воспоминания о детстве и вопросы, на которые до сих пор не могла найти ответы, всегда причиняли Ади боль, поэтому чтоб развеяться решила выйти в сад погулять. Сев на кровати, потянулась за телефоном, лежавшим на тумбочке около кровати, и взяв посмотрела на время.

Было уже где-то за полночь, но все равно она решила следовать принятому решению. Все равно не сможет заснуть и будет или ходить по комнате или ворочаться в постели.

Встав Ади накинула на себя кардиган, лежавший на краю постели, которую успела до этого снять, и опять надев, направилась к двери. Открыв её показалось, словно она, на минуточку, вернулась в прошлое.

Как и в первое утро в этом доме, Кемаль также сидел под дверью, закрыв глаза и облокотившись спиной на противоположную стену. Услышав шум, открывшейся двери, тот открыв глаза посмотрел на неё.

В первую секунду там промелькнуло непонимание, а после сообразив вскочил на ноги, и, не говоря ни слова притянув девушку к себе крепко обнял.

В это мгновение Ади почувствовала себя такой любимой и защищённой, что на глаза навернулись слёзы. И чтоб не заплакать она спрятала лицо на груди Кемаля и обняла того в ответ. Ей хотелось столько всего сказать ему, но слов не находилось. Простояв так пару минут, и более-менее успокоив колотящееся сердце, она тихонько прошептала, слова шедшие из самого сердца:

— Я люблю тебя.

Отстранив от себя девушку Кемаль взял её лицо в ладони и наклонившись оставил невесомый поцелуй на лбу. А после, взяв руку девушки повёл вниз.

Как и в первый раз, они сначала завернули в кухню, где сделали себе горячие напитки, после отправились дальше.

Кемаль привёл Ади в беседку и укутал в большую куртку, чёрного цвета, успевшего прихватить из гардеробной, по дороге сюда, после чего тоже сел, справа, и развернулся так чтоб видеть её лицо.

Ади сидела, опустив голову и обхватив двумя руками, чашку с кофе. Казалось черная жидкость внутри чашки интересней всего. С такой концентрацией смотрела, что не знавшие люди, увидевшие её в этот момент, могли подумать о том, что та пытается погадать на кофейной гуще.

Кемаль не торопил её, давая время собраться с мыслями. Он тихонько сидел рядом, иногда попивая кофе, и смотрел на ночной сад, простилавшийся перед ними. Со стороны было не понятно, о чем же таком серьезном думают эти двое, в такое позднее время, сидя в саду и даже не обращая внимания друг на друга.

— Ты меня осуждаешь? — спросила Ади, после долгого молчания. Она сидела, боясь поднять взгляд и столкнувшись с глазами напротив увидеть в них осуждение.

— Ты все время смотришь на свои руки, потому что ударила Алекс? — ответил Кемаль вопросом на вопрос. Он не собирался отвечать на заданный Ади вопрос, считая ответ очевидным. Возможно, это неправильно, но он никогда не сможет ни осуждать, не считать виноватым ту, в чем-либо.

— До этого я ни разу не поднимала на нее руку. — ответила девушка, с грустной улыбкой на губах, и все также продолжая смотреть на чашку. — Для меня она всегда была маленькой девочкой, которую нужно защищать и оберегать.

— Не думаю, что что-то изменилось. — сказал Кемаль, поворачиваясь и беря из рук Ади чашку с кофе, а после поставил на скамейку слева от себя. — Скоро все проясниться, и вы помиритесь. Дай ей время. Возможно, она не может так быстро впустить в свою жизнь людей, которых столько лет считала погибшими. Может Алекс приучила себя жить без них. И сейчас, после их возвращения, ей сложно сделать их частью своей жизни.

Кемаль не верил, что Алекс может быть такой плохой и бесчувственной, какой пыталась показаться. Возможно, ему просто показалась, но та не похожа на человека, пренебрегающего семейными отношениями. Лишь одно то, что для своей сестры она постаралась создать семью является доказательством этого. Он много думал обо всей ситуации, сложившейся с их семьей и кроме как попытки Алекс окружить сестру людьми, которых та смогла бы считать близкими людьми не смог ничего придумать.

Не секрет, что хранители собирали данные на каждого из них. И многое из собранного казалось нелогичным, словно все это время два человека пытались выдать себя за одного.

Действия и поступки Алекс на протяжении всей жизни, очень сильно разнились между собой. И даже создавалось чувство, что та действительно была не из добрых людей. Но одно то, что Аель и Рир пытались подружиться с ней и рьяно защищали перед королем, говорило об обратном.

За свою жизнь Кемаль научился доверять своим братьям, а также своей интуиции. И в данной ситуации все говорило о том, что не все так просто как кажется на первый взгляд. Может своими сомнениями он предает Ади, не принимая её сторону безоговорочно. Но он тот, кто хочет видеть свою жену счастливой и в кругу близких людей.

И, конечно же, Кемаль не может допустить того, чтоб Ади, разлучилась с самым дорогим человеком, которого любила и оберегала на протяжении всей своей жизни.

В этой ситуации, он был на стороне Аеля и Рира пытающихся найти Алекс и понять в чем же именно дело. И еще очень странным для всех них являлось, то, что Адам так и не захотел сказать, почему он согласился стать семьей с маленькой незнакомой девочки.

Из того что удалось узнать в детстве тот не был общительным. Скорее наоборот замкнутым, холодным и игнорирующем всех окружающих. И естественно для всех стало большой неожиданностью, когда тот согласился играть в семью вместе с Ади и Алекс. Многие воспитатели в приюте думали, что это их игра не продлится долго. И скорее всего они подерутся и разбегутся. Но еще больше Кемалю не давали покоя слова Ади, произнесенные в лень их первого свидания «он будет защищать тебя, а я вас двоих». Зачем маленькой девочке говорить о защите кого бы то ни было?

— Я очень люблю их всех. — тихонько прошептала Ади, переводя взгляд, полный непролитых слез, на жениха. — И сейчас, обдумав все хорошенько, мне кажется, я смогла бы отказаться от родителей, но только не потерять их. В детстве, когда я очень сильно хотела выбрать жизнь с родителями или без, мне не дали право выбора. А сейчас, став взрослой, когда я этого не хочу, меня заставляют выбирать. И почему-то выбор этот не из простых. Я не понимаю, почему я должна выбирать с кем быть из тех, кого люблю? Почему я не могу быть с ними всеми?

— Ади, послушай меня. — прошептал Кемаль, обнимая плачущую навзрыд девушку, и прижимая к своей груди. — Тебе не нужно никого выбирать. Тебя никто не заставляет. Обещаю, тебе не придется выбирать. Мы сделаем так, чтоб не пришлось выбирать. Доверься мне.

***

В скором времени, а именно со следующего дня, продолжилась подготовка к предстоящей свадьбе. Казалось событий, произошедший, всего пару дней назад не было. Ну или все хорошо делали вид, что не было. Никто не пытался поднять тему ссоры или отсутствия некоторых членов семьи. Каждый по-своему «закрывал» глаза на события минувших дней, особенно в присутствии невесты. Все радовались и готовились к предстоящему торжеству.

Больше всех была счастлива невеста, ну или делала вид, хотя так и должно быть. Ведь не каждый день девушка выходит замуж. И этот день должен был быть идеальным и прекрасным. Кемаль не оставлял невесту одну ни на минуту. Если же не жених, то кто-нибудь из девушек или родители все время крутились рядом. Вокруг все время были люди, словно боясь оставлять одну.

Единственными кто не участвовал, в подготовке были: Мансур, Рир и Аель. Если с Мансуром все было понятно, ведь королю не престало заниматься свадебными хлопотами, то поведение ангела и джина была непонятна многим. Как бы ни было, за столько лет все хранители очень сильно сдружились, и друг друга считали не иначе как братьями. И естественно такое откровенное пренебрежение со стороны этих двоих сильно бросалось в глаза. Но все благоразумно молчали, боясь хоть как-то помешать предстоящей свадьбе.

Лишь Саид решился высказать мнение большинства обитателей дома, на утреннем собрании с королем, но, к его удивлению, в защиту двоих выступил Кемаль. Он сказал, что понимает сомнения тех двоих, и ни в коем случае не винит их, и что сам был бы рад разобраться во всем. Аель и Рир промолчали и только опустили головы, словно признавая свою вину по отношению к названному брату.

За те три дня после произошедшей ссоры между сестрами об Алекс не было никаких вестей, как и от Адама. И если первую никто не мог найти, то о местонахождении Адама знали его братья и хранители, ведь это было не секретом. Покинув особняк хранителей, он отправился в участок и больше не покидал его.

Сегодня все после обеда собрались в гостиной. Ко всеобщему удивлению бабушка и Мансур присоединились к ним. Фатима не любила находиться в особняке, говоря, что он навевает грустные воспоминания, поэтому предпочитала жить за городом, в своем имении. И сегодня она приехала в связи с предстоящей свадьбой, согласившись провести оставшееся время до торжества здесь.

А Мансур, как и всегда, предпочитал пропадать в кабинете, нежели носиться со свадебными хлопотами. Но сегодня почему-то эти двое решили сделать исключение из правил.

Стоило Кемалю зайти в гостиную, как перед его глазами предстала картина: бабушка сидела на диване в центре зала, справа от нее расположилась Самира, с интересом листавшая какой-то журнал. Кемаль был на все сто процентов уверен очередной свадебный журнал, скорее всего с платьями.

Слева же сидела Ади с таким же журналом, иногда что-то показывающая бабушке, а та тихонько комментировала. На полу, у их ног, расположились Амира и Лейла, с увлечением рассматривавшие что-то в своих телефонах, а после показывая сидевшим на диване. Напротив, стоящем диване сидели Кристофер и Амелия, тихонько о чем-то переговаривавшиеся.

В окружении нескольких раскрытых журналов, а также телефона за столиком расположилась Бэлла, а рядом с ней сидели Рашид и Зак, с ужасом смотрящие на разложенное перед ними, а после переводили друг на друга, общаясь глазами.

В углу, рядом с камином, в кресле расположился Мансур, негромко переговариваясь с Саидом, и Рауфом, стоявшими, облокотившись на углы камина, с двух сторон. Ан и Дис расположились в креслах, с двух сторон от дивана и перекидывались небольшим мячиком.

Скар стоял у окна, смотря во двор, и увлеченно о чем-то разговаривал с Зейном стоявшим напротив него. Аель и Рир же стояли у окна, в самом дальнем углу комнаты и о чем-то увлеченно перешёптывались.

Порой казались взволнованными, но делали вид, что все хорошо. Они старались держаться в стороне от всех, а если находились в обществе других обитателей дома, переглядывались, словно мысленно общаясь друг с другом. И лишь Кемаль знал, что они ищут Алекс. Возможно, еще знал и Мансур, но он прекрасно делал вид, что не в курсе.

Обведя всех взглядом, Кемаль улыбнулся Ади, посмотревшем на него, оторвавшись от журналов, и прошел в дальний угол к Риру и Аель. Стоило подойти ему поближе, как те двое сделали вид, что разговоров никаких не было, и они лишь разглядывают живописный пейзаж за окном.

Возможно он бы им поверил если бы не их хмуро сведенные брови. Он понимал причину их плохого настроения, ведь Мансур запретил всем упоминать Алекс, в присутствии Ади. И Кемаль, как любящий жених, должен был быть рад этому и больше всех желать не расстраивать невесту перед свадьбой. Тем более свадьба ни кого-нибудь другого, а его самого. Но к, его глубочайшему сожалению, что-то не давало ему покоя. Казалось, они все упускают важную деталь.

— Узнали что-нибудь? — спросил Кемаль у парней. Те перевели на него непонимающие взгляды, но поняв, что строить из себя идиотов, не поможет, просто покачали головами.

Все же связь хранителей была сильной между ними. Да и столько лет жить и работать бок о бок, естественно, отразиться на том, как хорошо ты знаешь другого человека. А в их случае каждый из них знал другого как облупленного.

— Адам? — задал он еще один не менее важный вопрос.

— В участке. — ответил Рир, почесывая правую бровь, продолжая хмуриться, привычка, выражавшая испытываемые им эмоции. И порой именно по ней братья и узнавали об эмоциях джина. — Он там с тех пор как покинул особняк. Как и мы ищет Алекс.

— Он пытается отследить, но пока безрезультатно. — сказал Аель, скрещивая руки на груди и переводя хмурый взгляд на Кемаля.

— Не может же быть такого, чтоб вы двое не смогли найти её? — озадаченно спросил Кемаль, тоже начиная хмуриться. Эти двое провели столько времени рядом с Алекс, что должны были отлично запомнить её ауру. Так почему же они так затрудняются в её поиске? Да он в курсе того, что никто из них не может распознать эмоции девушки, но это не должно было помешать поискам. О чем он и спросил.

— В этом то и вся проблема. — прошипел Аель. Кемаль перевел непонимающий взгляд с него на Рира, а тот в свою очередь, на ангела. А после, словно что-то решив для себя, кивнул тому. — Она пропала бесследно, как-только покинула нашу территорию. И когда мы отправились за ней, спустя пару часов, не смогли найти.

— Ни в общем доме, ни на работе, ни в квартире её нет. — продолжил Рир, пристально смотря на Кемаля. — И мы не можем её почувствовать.

Кемаль задумался, ведь не может быть такого, чтоб ни ангел, ни джин не смогли найти обычного человека. Такое просто невозможно. Невозможно, если кто-то целенаправленно не попытался замести следы.

Ни для кого, ну по крайней мере из них, не секрет, что есть те, которые могут это сделать. Джины. Джины могут скрыть ауру человека, чтоб ни их собратья, ни ангелы не смогли найти пропавшего. Но проблема в том, что никто из обычных джинов на такое не способен. Лишь высшие, более сильные способны стереть ауру человека. И если ауру Алекс стерли сразу, как та покинула территорию хранителей то…

— Нет. — сказал Аель качая головой, обрывая мысли, возникшие в голове Кемаля, словно поняв, о чем тот думает. Он перевел недоуменный взгляд с него на Рира, а потом обратно, замечая их переглядывания.

Что эти двое скрывали от всех?

— Что происходит? — задал он вопрос. Все же слишком странным было их поведение. Аель посмотрел ему за спину, проверяя не обращает ли на них внимания никто из присутствующих, и удостоверившись, что каждый занят своим делом посмотрел пристально на Кемаля и сказал:

— Ты знаешь, что мы проверяли их семью. И нам с Риром нужно было узнать все об Алекс. Да и невозможность ощущать её эмоции заставляло задавать слишком много вопросов. Мы сделали много попыток понять почему так, но ни одна из них не увенчалась успехом. У меня возникла одна интересная догадка, и я решил её проверить.

— И? — поторопил прервавшегося Аеля Кемаль. Все это было странно, и эти переглядывания этих двоих, и нежелание никого из них посвящать.

— Несколько дней назад, точнее после ужина с бабушкой, я отвел Алекс в хранилище книги судеб. И она прошла.

— Что означает, она не может быть в сговоре с теми, кто хочет навредить людям или разрушить границы между мирами. — закончил за ангела мужчина, находясь в полном потрясении об услышанном. Тогда возникает вопрос: кем на самом деле является Алекс?

Вот почему Аель сразу отмел мысль сотрудничества той с джинами. Никто из людей, не может попасть в хранилище книги судеб. Там хранились книги судеб всех людей, когда-либо живших на земле. А значит посетивший хранилище является наделен особым могуществом.

Ни для кого не секрет, что у каждого человека своя книга. И пока человек живет книга в процессе написания. Каждым своим вдохом, каждым биением сердце человек пишет её. И лишь со смертью, с последним вдохом книга заканчивается. До того момента пока в судный день человек не восстанет из могилы и Аллах не вручит ее ему, книга каждого хранится в особом месте, куда нет доступа ни для кого.

Алекс, обычный человек смогла туда пройти. Почему она смогла?

Не успел он задать вопрос, как двери гостиной распахнулись и все перевели взгляд туда. В дверях стоял разорённый Адам, переводящий злой взгляд на всех, словно выискивая кого-то. После же увидев отца Ади, восседавшего на диване с женой, кинулся к нему и резко схватив за грудки начал трясти:

— Где она? — зарычал он. Все, кроме Мансура, вмиг подскочили и уставились на них, не понимая, происходящего. Бэлла вскрикнув отскочила, ведь те чуть не наступили на нее. Скар же подбежав к Адаму попытался того оттащить. Но мужчина, не замечая никого снова повторил: — Где она? Где она, черт тебя побери? Отвечай.

— Успокойся. — прикрикнул на него Скар, все-таки сумев оттащить от Кристофера. Тот стоял недоуменно смотря на Адама и отряхивая свой костюм. Он всегда в костюме, словно английский джентльмен из фильмов, не вовремя возникла мысль у Кемаля. Амелия подлетела к мужу и начала осматривать на наличие повреждений.

— Что происходит? — задал так интересующий всех вопрос, Зак. Он подошел к брату и встал слева от него, готовый в любой момент остановить, если тот решится, еще раз кинутся на Кристофера. Все же не лучшее решение, когда Ади здесь.

— Отвечай урод. Отвечай сейчас же. — кричал Адам, пытаясь вырваться из захвата ангела, и наброситься на мужчину. Он словно не слышал заданного вопроса, крича о своем и вырываясь из цепких рук. Не выдержав Зак схватил его за грудки и встряхнул, пытаясь привести в чувства. Адам перевел злой взгляд на брата, а тот наконец сумев достучаться до него повторил свой вопрос.

— А происходит то, что этот урод похитил Алекс. — зло выкрикнул Адам, ухмыляясь брату, а после переводя ненавидящий взгляд на опешившего мужчину.

После произнесенных слов в комнате повисла гробовая тишина. Никто не мог поверить в сказанное и переводили недоуменный взгляд с Адама на Кристофера и обратно. Для каждого казалось нереальным услышанное. Ведь не каждый день доводится слышать о том, как родной отец похищает дочь. Зачем ему это? да и когда бы успел, если тот все время находился рядом с ними.

***

Этого не может быть. Это просто кошмар. Сейчас я проснусь и все исчезнет. Я сплю. Я сплю. Я сплю.

Такие мысли крутились в голове Ади. Не могла она поверить в слова Адама. Это же невозможно. Может он просто ошибся? Может перепутал? Или шутка такая? Не может быть такого. Отец не мог так поступить с Алекс. С ними. Да и зачем ему похищать её?

— Что ты несёшь? — услышала она, вопрос, заданный Зейном. Тот подлетел к брату, как только услышал о похищении. Оттолкнув от Адама Скара тот схватил его за плечи, заставляя смотреть себе в глаза.

— Это правда. — ответил тот, вроде как успокоившись. Он обвёл присутствующих взглядом, а после посмотрев в глаза Зейну продолжил. — Она пропала, как только вышла за порог этого дома.

Так вот почему та не отвечает на звонки, пронеслось в голове Ади. За прошедшие дни она звонила сестре несколько раз, но было недоступно. Из-за чего решила, что та, как и обычно, уехала, только надеялась, что вернётся до свадьбы и они успеют помириться. Не хотела Ади проводить свою свадьбу без Алекс.

Она с надеждой посмотрела на дверь, мечтая, что таким способом Адам и Алекс решили их разыграть, и та сейчас зайдёт в комнату, с язвительной улыбочкой на губах. Но сколько бы Ади не смотрела никто не появился.

Ади очень хотела, чтоб все оказалось сном или розыгрышем и все побыстрее закончилось. Она тихонько обвела глазами присутствующих. Надеясь по их поведению понять и успокоиться.

— Не горячись, возможно она просто уехала. — тихим голосом сказал Зак. Он, как и Зейн, не мог поверить в пропажу Алекс. Да, бывало, та часто уезжала, и никому не говорила куда, хоть и предупреждала об отъезде. Вначале они спрашивали, пытались узнать, но со временем привыкли и перестали задавать вопросы. Когда не получаешь ответы от близких, хочешь не хочешь, заставляешь себя не вмешиваться в их жизнь, чтоб не казаться слишком навязчивыми. Они не перестали интересоваться, а только решили больше не задавать вопросов, решив, что, когда Алекс захочет сама и расскажет.

— Нет. — ответил Адам, переводя злой взгляд на Кристофера. — Он её похитил. Я уверен в этом.

— Почему? — задал интересовавший всех вопрос Рашид.

— Потому что только ему выгодно её исчезновение. — ответил Адам. Он все также стоял в окружении братьев и хранителей. И все попытки добраться до Кристофера пресекались ими на корню.

Мужчина, которого так необоснованно обвиняли в пропаже дочери стоял, не предпринимая никаких попыток оправдаться или что-либо еще.

Кристофер, как и всегда стоял гордо вскинув голову. Не говоря Адаму ни слова, словно игнорируя само его существование, тот подошёл к дочери и повернув ту к себе приподнял её голову за подбородок. Он не стал ничего говорить, ни объяснять, ни оправдываться, лишь посмотрел своей дочери в глаза и покачал головой.

Этим взглядом он хотел показать ей, что никогда бы так не поступил, ни с ней, ни с её сестрой. Ади хотела поверить, очень сильно, но не могла разобраться в себе — верит или нет.

— Отойди от неё. — воскликнул Адам, отталкивая от себя братьев, и порываясь добраться до Кристофера. Но стоявшие на страже Скар, и Ан, пришедший тому на подмогу, успели его поймать и удержать, как бы сильно тот не вырывался.

Саид же с момента как Адам появился в комнате стоял прямо перед Самирой, пряча ту за спиной. Он настороженно переводил взгляд с Адама на Кристофера и обратно, готовый в любой момент кинуться защищать жену.

В этот момент Адам был похож на загнанного въедете дикого зверя, который бьется до последнего чтоб не потерять самое главное — свободу.

— Хватит. — воскликнула Ади, поворачиваясь в его сторону. После её слов все замолчали и на минуточку в комнате воцарилась тишина.

— Ади… начал было Адам.

— Прошу, пожалуйста… — взмолилась девушка, но не найдя в себе силы закончить начатое предложение упала обратно на диван, зажимая рот ладонью.

Не успел никто ничего сказать или сделать как Мансур, до этого спокойно наблюдавший за всем из своего угла, стремительно подошёл к Кристоферу и схватив за шиворот поволок на выход.

Амелия увидев это воскликнула и кинулась за ними, и схватившись за мужа попыталась высвободить его:

— Что вы себе позволяете? Отпустите моего мужа немедленно. Он ни в чем не виноват. Это все наглая ложь.

Мансур же словно никого не слыша, и не замечая ничего дотащив мужчину до входных дверей распахнув их вытолкнул мужчину наружу выходя следом. Остальные же последовали за ним не понимая, происходящего, но еще больше поведения короля.

Тот не был тем, кто, не разбираясь в происходящем принимал решение. А тут получалось, что он ни с того ни с сего решил поверить Адаму, идя против Кемаля, выгоняя отца его невесты.

— Мансур… — начал было Кемаль, подходя к нему со спины и кладя руку на плечо, но не дав договорить прервал его обращаясь к Адаму:

— Спроси его снова.

Адам сначала не понял, что именно от него требуется. Зачем нужно было вытаскивать его на улицу, чтоб просто задать вопрос? По сути он сделал это и внутри дома.

Но в этот момент он вспомнил, об одной важной вещи: ангелы и джины, коим представились некоторые из них, могут видеть ауры людей, и по ним определять врет человек или нет.

Единственным местом где они не могли делать это являлся дом, дом хранителей. Вот почему Мансур это сделал. И в эту секунду Адам проникся к нему уважением.

Истинный король — не разглагольствующий по пустякам, а решающий вопросы без лишней возни.

Адам повторил свой самый первый вопрос, который задал, как только появился — где Алекс. Все с нетерпением ждали ответа Кристофера. И все понимали: в присутствии стольких ангелов и джинсов тот не сможет соврать. Но понимал ли он сам это?

На лице Кристофера ни дрогнул ни один мускул. Он спокойненько отряхнул свой сюртук, один из множества в которых он ходил, и спокойно посмотрел в лицо каждого присутствующего. В конце остановив свой взгляд на Мансуре и смотря прямо в глаза ответил:

— Не могу взять в толк, почему вы спрашивайте об этом меня?

— Отвечай на заданный вопрос. — сказал в ответ Мансур, спокойным голосом в котором чувствовалась сила. Сила которому хотелось подчиняться беспрекословно.

Нет. — ответил Кристофер, коротко, все также не сводя взгляда с короля, а тот в ответ, смотрел на него, не мигая. И поколебавшись мгновение добавил. — Я не знаю где она.

— Он не лжёт. — тихо шепнул Ан, подходя к Мансуру. После его слов послышался вздох облегчения, но неизвестно от кого именно. Мансура же это мало интересовало, он все также продолжал смотреть в глаза Кристофера.

— Ты замешан в её исчезновении. — сказал он. Он не спрашивал, а утверждал. Словно уже зная ответ на вопрос, и спрашивал, чисто символично, чтоб другие могли узнать то, что знал он.

На секунду Кристофер замешкался, но быстро взяв себя руки, и выдерживая взгляд короля ответил:

— Нет!

— Ложь. — следом донеслось от Скара.

В следующую же секунду за спиной Кристофера оказался Рир, схвативший его за шею. Тот дернулся, пытаясь вырваться, но куда там человеку по сравнению с джином. Минуту назад пред ними стоял гордый джентльмен, а сейчас мужчина зло ухмыляющийся, даже не смотря на смертельный захват на шее. Каким-то невиданным образом весь его облик словно преобразился, пробирая до мурашек и пугая.

— Не зря тебя считают королем, — злобно ухмыляясь прошипел мужчина. Почувствовав руки, сжавшиеся на шее, продолжил: — Если хотите вернуть её, не советую вам глупить. Дайте мне уйти, и возможно она вернётся живой.

— Иди. — коротко ответил Мансур, даже бровью не поведя. Он словно ожидал, что так и будет.

— Но… — начал было Адам.

— Отпусти его Рир. — продолжил мужчина, обращаясь к хранителю и не давая Адаму закончить начатое. Тот поколебавшись все же выполнил приказ сделал шаг назад от недавнего своего заложника.

— И даже не будете просить меня вернуть её? — с усмешкой спросил Кристофер, растирая шею, секунду назад побывавший в жестких тисках.

Не дав никому и слово сказать Мансур развернулся и вернулся обратно в дом. Словно на этом все представление закончились, и дальше слушать было уже неинтересно.

Адам посмотрев ему в спину развернулся и направился в сторону Кристофера. Он не знал, что твориться в голове короля, но сам был настроен очень серьезно выбить все нужные ему ответы.

Рир перехватил его, не дав достигнуть цели, и потащил в сторону дома. Адам сделал попытку вырваться, но его лишь сильнее зажали в тисках таща обратно в дом. Развернувшись он увидел, что Скар уже затаскивал Зака в дом, в то время как Ан пытался не дать Зейну повторить попытку убийства, проваленное Адамом.

Каждый из них кричал, ругался и вырывался из-за всех сил, но хранители не отпускали. Адам не знал, кого ненавидел сейчас больше всего: Кристофера, похитившего Алекс, Мансура, без вопросов того отпускавшего, или же всех этих, так называемых, хранителей, которые не давали ему добраться до своей цели.

— Успокоились. — властным голосом сказал Мансур, смотря на трёх бушующих мужчин, и сев на то место где сидел до этого скрестил руки на груди, а после посмотрев на Адама сказал: — Зачем ему похищать собственную дочь? И лучше всего объяснить тебе это ей.

После слов Мансура все перевели взгляд на Ади, на которую он показывал. Та сидела на диване, куда Кемаль усадил её, и смотрел перед собой не мигая. С тех пор как они вышли на улицу она не проронила ни слово. И возможно, со стороны она казалось, спокойной, но внутри творился какой-то ужас.

Девушка не понимала, происходящего. Мозг отказывался обрабатывать поступающую информацию.

Как могло обернуться воссоединение семьи в какой-то голливудский фильм? Сначала ссора с Алекс из-за родителей. Затем её же похищение этим же родителем. И главное — зачем? Зачем их отцу было похищать Алекс? Они столько лет не виделись так зачем?

— Ади. — негромко позвал её Адам, подходя и беря за руки и садясь перед ней на корточки. Дождавшись того, что девушка перевела на него более-менее осмысленный взгляд продолжил: — Ты помнишь нашу первую встречу?

Ади не понимала почему Адам решил вспомнить об этом сейчас. Ведь это не имело никакого отношения к происходящему. Это же было столько лет назад. Но все же Ади кивнула. Тогда Адам наклонился и на секунду прижался лбом к ее рукам, державшим в своих. После чего смотря ей в глаза мягко произнёс:

— Я обманывал тебя все эти годы. Ты стала для меня старшей сестрой, которая всегда поддерживала меня, оберегала и защищала, а я хранил от тебя тайну. Недавно ты спросила меня, почему я решил стать тебе братом, и я не смог ответить. Я надеялся, что мне никогда не придётся открывать тебе эту тайну, потому что для меня, для всех нас ты стала семьей. Ты подарила каждому из нас любовь. Ты полюбила нас ни за что-то, а просто так, как нас не смогли полюбить наши родители.

— Что ты имеешь ввиду? — спросила дрожащим голосом та, не замечая текущих по щекам слез. Она боялась услышать ответ, на вопрос столько лет мучавший её, и в то же время с нетерпением ждала.

— Мы с Алекс заключили сделку. — ответил Адам. — Сделку по которой я должен был защищать тебя всегда. Я поклялся защищать тебя.

— От кого? — спросила Ади, не до конца понимая зачем её нужно было защищать? Тем более она тогда была маленькой девочкой недавно потерявшем родителей в автокатастрофе.

— Я тогда не знал. — ответил мужчина, качая головой. — Тогда в приюте, я подумал, что она хочет защитить тебя от детей постарше и согласился, но Алекс взяла с меня обещание, что я всегда буду рядом с тобой и стану твоим защитником.

— А взамен? — спросила Ади. И словно только сейчас заметив слёзы, она вытерла их высвобождая свои руки из рук Адама. — Что взамен Алекс обещала тебе?

— Семью и защиту. — последовал короткий ответ. Когда Ади высвободила свои руки он почувствовал себя брошенным. Такого он не чувствовал даже тогда, когда родители оставили его. Боясь, что сестра поймёт его чувства по лицу он опустил голову и прочистив горло продолжил. — Не знаю помнишь ты или нет, но, когда я только попал в приют меня часто дрался. Я часто ходил избитым, но никому не рассказывал об этом, пока однажды Алекс не подошла ко мне. Она сказала, что поможет мне победить тех мальчиков если я пообещаю защищать тебя. Я тогда подумал, что это шутка такая и отмахнувшись ушёл. Но она не отставала и последующие несколько дней все повторялась. Наверное, через неделю решил согласиться, не знаю, что меня тогда больше достало: каждодневные избиения или Алекс предлагавшая защиту. До сих пор не знаю, что она сказала тем мальчишкам, но больше они ко мне не подходили. Да зло поглядывали, бросали колкие фразочки, но в драку больше не лезли. Увидев это, я решил узнать, как она собралась подарить мне семью, если мои же родители меня бросили? Тогда она показала мне тебя. Она сказала, что я мальчик и, если я буду всегда с тобой и говорить, что я твой брат тебя не будут трогать, и в случае чего смогу защитить. Взамен же, если ты не узнаешь о нашей договорённости, то ты меня полюбишь и примешь как своего брата.

Ади сидела и слушала рассказ Адама не перебивая. Она не могла поверить, что вся их жизнь была какой-то игрой, в которой играла роль, сама того не осознавая. Значит ли это, что вся их жизнь была сделкой между двумя детьми? О чем и спросила.

— Нет, нет. — воскликнул Адам порываясь, взять её за руки, но испугавшись, что Ади опять вырвет руки остановился. — Тогда я не понимал ничего, и думал, что Алекс сумасшедшая. Мне было несложно проводить с тобой время, но потом я стал действительно воспринимать тебя как сестру. Ты ревновала меня к Алекс, считая нас ближе друг к другу, а я же когда ты привела к нам Бэллу, ревновал к ней, считая виноватой в том, что приходиться делить твою любовь и с ней. Но со временем все изменилось. У нас появились Зак и Зейн, а после и Амира. И мы стали настоящей семьей. Уже не было место обещаниям, сделкам или чему-либо ещё. Мы стали семьей. Я понимаю — отношения начались неправильно, но они стали сами крепкими в моей жизни. И я никогда не смогу считать тебя или кого-либо из них чужими. Вы моя семья.

***

— Тогда, почему ты решил, что меня нужно защищать от отца? — спросила Ади, все также отказываясь смотреть на Адама. Ей было сложно осмыслить и понять все услышанное, а еще сложнее принять сложившуюся ситуацию. — Почему именно от него? Ведь ты сам говоришь, что тогда не поверил её словам.

— Ты помнишь, когда Алекс было восемнадцать лет, она захотела поступить в университет, но не знала какую профессию выбрать? — задал вопрос Адам, проведя рукой по голове, взлохматив и так уже взлохмаченные волосы. Получив утвердительный кивок головы продолжил. — Тогда она начала пропадать в местной библиотеке, сказав, что хочет больше узнать о всех существующих профессиях, а после решить для себя кем стать.

— К чему ты клонишь? — спросила Ади не понимая почему вдруг Адам вспомнил о событиях давно минувших лет.

— Там она познакомилась с одной девушкой. — продолжил тот, не отвечая на вопрос сестры. — Её звали Лара. Она готовилась к вступительным экзаменам в университет. Я точно не знаю, но они, кажется, подружились и вместе начали ходить туда. Однажды по дороге в библиотеку они попали в аварию. Водитель, не справившись с управлением, на большой скорости, вылетел на пешеходный переход. Тогда Алекс чуть не погибла. Лара спасла её, оттолкнув с дороги, но сама погибла.

— Почему мы ничего не знали об этом? — зло спросил Зейн, делая шаг в сторону Адама. Он никогда не задумывался о том, что смерть может забрать кого-то из членов его семьи. И сейчас, услышав, что он мог потерять Алекс еще несколько лет назад, на мгновение мир пошатнулся перед глазами. Для него было невозможным представить свою жизнь без неё. Без той, которая была рядом с ним всегда, как тень, часть самого себя.

— Потому что она не захотела вас волновать. — ответил Адам, не поворачиваясь в его сторону, а все также продолжая сидеть, с опущенной головой, перед Ади.

— Ты должен был нам все рассказать, независимо от того хотела она этого или нет. — встрял Зак, негодуя как Адам посмел скрыть от них такую важную информацию. Для каждого члена семьи сегодня был какой-то день открытий. Всю жизнь они думали, что ни у кого из них нет секретов друг от друга, а на самом деле оказалось все не так радужно. У каждого был свой скелет в шкафу.

— Та девушка была единственным ребенком в семье, — продолжил Адам, игнорируя братьев. Самым главным для него сейчас было убедить Ади в том, что он действительно считает её сестрой, и что Алекс не предавала, а пыталась защитить, также, как и он. — У неё была только мать. Они были единственными близкими людьми друг у друга. Потеряв ребенка, она потеряла и смысл жизни. В день похорон, вернувшись к себе попыталась покончить с собой, поднявшись на крышу здания, где они проживали, и пытаясь спрыгнуть, но Алекс успела остановить её. Мы тогда последовали за ней после похорон и, увидев, как поднимается выше этажа, где проживала, поднялись следом. Она не хотела ничего слышать, а лишь мечтала последовать за дочерью. И чтоб остановить, Алекс рассказала о том, как отец продал её.

От слов Адама в гостиной воцарилась гробовая тишина. Не веря в услышанное Ади вскинула голову пытаясь по глазам мужчины понять врет он или нет.

Такого не бывает. Какими бы ни были отношения между близкими, родной отец не может продать своих детей. Это нереально, такое бывает только в фильмах. А тут реальная жизнь. Да и зачем было ему так поступать? Это его ребенок. Его плоть и кровь. Существо, которому он дал жизнь. Как такое может быть?

За последние несколько дней, все детство, которое она помнила, пошатнулось. Все оказалось лишь иллюзией. Какое из детских воспоминаний является настоящим? Неужели они с Алекс, две сестры, проживали разные жизни? Неужели детство у них настолько отличалось друг от друга?

Когда она помнила лишь теплые воспоминания и мечтала возродить их, другая переживала кошмар и пыталась сбежать? Но как такое возможно?

Смотря в глаза Адама Ади понимала — он не шутит. Он серьезен как никогда. И от этого становилось больнее. Ей показалось, что разучилась дышать, и воспоминания как она пыталась заставить Алекс поговорить о родителях, как пыталась заставить сказать, что любит и скучает, пронеслись перед глазами. И она зарыдала. Начала рыдать в голос.

Казалось, сердце разлетелось на миллионы осколков, пронзая каждую клеточку души. Ей захотелось кричать, оказаться рядом с Алекс и спросить, почему та скрыла от нее все. Почему переживала все одна? Держала все в себе? Неужели она была недостойна знать правду?

Она считала себя любящей сестрой, а на деле оказалось той, кто причиняла близкому человеку больше всего боли. Как все так обернулось?

— Я тогда не мог в это поверить, а она отказывалась рассказывать мне что-либо, говоря, что придумала эту историю, чтобы остановить скорбящую мать. — безжалостно продолжал Адам, у которого, как и у Ади текли слезы по щекам, которые он и не пытался скрыть. Только после его слов, Ади пришла в себя и поняла, что её кто-то обнимает. И даже не поворачивая головы, она знала — Кемаль. Её опора и поддержка. Он не вмешивался в разговор, давая брату и сестре прояснить все, но также и не ушел, оставаясь рядом и поддерживая. — И тогда я поднял дело о той аварии, где погибли ваши родители.

— Тогда-то ты и узнал всю правду? — спросила Ади дрожащим голосом.

— Нет. — ответил тот, покачав головой и вытирая дорожки слез с лица. — в том деле слишком много не состыковок. По твоим словам, с тобой должна была остаться няня, но та, по каким-то причинам не пришла, так?

Получив утвердительный кивок головы от сестры, Адам продолжил:

— Еще, что сестра, по непонятным тебе причинам сбежала из дома и родители поехали её искать?

Еще один кивок головы.

— Они взяли машину супружеской пары, проживавшей по соседству с вами?

Кивок головы.

— А после произошла авария и ты никогда их больше не видела.

— Почему ты говоришь мне об этом? — спросила Ади не понимая к чему тот ведёт.

— Няня, которая должна была остаться с тобой, была убита в тот день у себя дома. — ответил Адам, хмуро глядя на сестру. — По предварительным данным при попытке ограбления.

Какое отношение это имеет к ней? — задал вопрос Ан, не до конца понимая к чему тот клонит.

— Супружеская пара, проживавшая рядом с вами, у которых твои родители якобы взяли машину в тот день отправилась в морское путешествие, с которого должны были вернуться через шесть месяцев, но так и не вернулась.

Все в непонятках смотрели на Адама и с замиранием сердца ждали продолжения. Многие из них не понимали к чему он клонит, но не сомневались — раз он об этом заговорил значит все взаимосвязано. А тот в своё время продолжал рассказывать про свои находки.

— Если Алекс ушла из дома пешком, то зачем ехать искать её на машине? И как соседи, собирающиеся через несколько часов отплывать в путешествие могли одолжить машину, неизвестно на какой срок?

После заданного вопроса присутствующие, повернули головы в сторону Амелии. До сей поры казалось все про неё забыли, и только сейчас вспомнили. Увидев устремлённые на неё взгляды, она резко вскинулась и начала переводить взгляд с одного на другого, словно жертва, попавшая в капкан охотника. А после же вскочив со своего места подбежала к Ади и схватила за руки, прижимая их к своей груди.

— Я не помню. Прошу поверь, я ничего не знала о его злодеяниях. — воскликнула она, плача. — Тогда из-за переживаний за Александру я не могла думать ни о чем другом. Я не знаю, как Кристофер уговорил их дать машину. Я лишь помню, как мы искали её, а в следующую секунду в нас летела машина. Я не знаю, что именно тогда происходило.

Как интересно, сегодня все пытаются заставить меня поверить им, но проблема в том, что я не знаю где правда, а где ложь, подумала Ади. Она смотрела на мать ничего не говоря. После сегодняшних откровений ей было сложно поверить словам кого бы то ни было. Весь мир пошатнулся, и вера покинула самой первой.

— Тогда скажите мне, как ваша дочь оказалась на другом конце города, в то время как авария произошла совсем в противоположной стороне? — спросил Адам, зло глядя на женщину перед собой. Для него все, что было связано с Кристофером было опасностью от которого нужно защитить Ади. — Скажите, как тела погибших людей смогла исчезнуть, так и не доехав до больницы?

— Я ничего не знаю, — воскликнула она, плача и качая головой. — Не знаю. Ничего не знаю. Я не знаю.

Никто не пытался остановить её или утешить. Все стояли и ждали, когда у неё закончится истерика. Ади сидя перед плачущей материю смотрела на неё и понимала, что ничего не чувствует. Казалось все чувства в ней умерли, сострадание, сочувствие, поддержка, утешение все потонуло в боли. В сердце не осталось места для других чувств. Все было затоплено болью.

— Я…я ничего не помню. — продолжала Амелия, смотря дочери прямо в глаза, все также продолжая плакать. — Я помню лишь то как очнулась в больнице спустя пять лет после комы. Последствия той аварии были ужасны. Я потеряла не только своих детей, но и пять лет своей жизни. Кристофер сказал, что не мог продолжать жить в том городе, каждый день заново ощущая чувства потери, поэтому переехал и перевёз меня.

— Тогда как вы оказались в своём старом доме? — спросил Зак, не до конца веря в её историю.

— Возможно мой муж и смог успокоить боль утраты в своём сердце переехав в другое место, но только не я. — сказала она, вытирая слёзы с лица. — Сердце матери никогда не сможет успокоиться после потери детей. Долгое время Кристофер отказывался, но все же, два года назад я смогла его уговорить, и мы вернулись обратно. Мне хотелось оказаться в месте где я была со своими девочками, даже если их там больше нет. Аделина, милая, я никогда не забывала вас. И даже если бы захотела не смогла бы. Вы частички меня. Я вас родила. Дала жизнь.

— А Алекс… — начала Ади, но замолкла от надломившегося голоса. Прочистив горло, а также вытерев вновь бегущие по щекам слёзы продолжила. — В день нашей встречи ты сказала, что Алекс умерла, почему?

— После возвращения я пыталась найти хоть какую-то информацию о вас. — ответила женщина, погладив дочь по щеке. — В полиции мне сказали, что через несколько недель после пропажи, недалеко нашего дома было найдено тело маленькой девочки. По возрасту, описанию по всем параметрам она подходила под Алекс.

— А меня? — спросила она. — Меня вы тоже похоронили?

— Нет. — воскликнула Амелия рьяно качая головой. — Мы искали тебя. Спустя долгое время мне удалось найти приют, в который тебя отправили. Мне сказали, что тебя удочерили и забрали в другую страну, дав другое имя и фамилию. Сейчас, после всего услышанного, я понимаю, возможно ваш отец все это подстроил, но в то время у меня не было поводов сомневаться в нем.

Выслушав мать Ади тихонько промолвила лишь три слова: — Я верю тебе.

Стоило эти словам сорваться с языка, и она поняла — это неправда. Ложь. Истинная ложь. Она не верила ничему.

Услышав же слова дочери Амелия обрадовалась и кинулась обнимать её. И за своей радостью не замечала состояния находящейся в объятиях девушки. Та была как безвольная кукла, в какую сторону потянешь туда и пойдёт.

***

Вечером после того как все разошлись Ади отправилась к себе в комнату. Ей хотелось побыть одной, обдумать все произошедшее. До сих пор в голове не укладывались открывшиеся тайны. Зато, теперь она могла с достоинством оценить значение фразы «мир перевернулся вверх дном».

Как, скажите на милость, за один день все могло так кардинально измениться? Неужели все во, что она верила до этого дня, все чем жила оказалось лишь иллюзией?

Почему все так? В какой момент все так резко изменилось?

Миллионы вопросов, и к сожалению, ни одного ответа. Ади так хотелось, чтоб Алекс оказалась рядом. Задать ей все эти вопросы и самое главное узнать почему та скрыла такую важную информацию? Неужели она ей не доверяла? Неужели она не заслуживала доверия?

Вся та боль, которую она сегодня пережила, вернулась с удвоенной силой, выбивая весь воздух из легких. Ади лежала на постели сжавшись в маленький комок и рыдала, даже не пытаясь подавить всхлипы. До этой минуты она и представляла, что может быть так больно.

Как так получилось — самые близкие люди оказались самыми большими предателями.

Родители должны любить детей, воспитывать, поддерживать. Быть опорой и островком безопасности в этом огромном мире. По сути же оказалось все с точностью да наоборот. Или это им так повезло? Оказаться ненужным тем, кто дал им жизнь?

Ади пыталась вспомнить каким был отец в прошлом? Каким она его помнила? И все, что приходило в голову — серьезный мужчина, державшийся всегда холодно по отношению к окружающим. По вечерам, когда отец с матерью возвращались домой и у них бывали посиделки, тот всегда сидел с газетой или книжкой в кресле, в то время как они с мамой играли на полу или болтали обо всем.

Отец всегда держался строго и сдержанно и для маленькой Ади он был эталоном мужественности и опоры. Он казался тем за спиной, которого не страшны любые ненастья.

Во тьме он казался несокрушимой стеной, а при появлении света оказался тенью. То мужество, храбрость и ответственность, которую приписывала, маленькая девочка, любящая отца, в итоге оказалось игрой воображения.

Ади обычная девушка каких миллионы на планете. Ничем, по сути, не выделялась, жила так же как все, преодолевая свои взлеты и падения. В детстве она мечтала стать особенной, изменить мир, быть хорошей для всех, но повзрослев поняла, не нужно менять мир и стараться быть хорошей и идеальной. Нужно быть самим собой и понимать — мир нуждается в заботе как мы сами, а не в изменении. Не нужно менять мир надо самим не портить его.

Задаваясь вопросами «чем я лучше других людей? Почему я считаю, что смогу что-то изменить?» ответ для неё оказался до банальности простым: не нужно ничего менять, мир и так хорош, нужно самим стараться быть лучше. Ведь все зависит от нас. Наш мир сам решает, что хорошо для него, это мы люди портим все вокруг ссылаясь на свои идеалы и не задумываемся, а правильные ли они вообще.

Встретив Кемаля Ади поверила в свою особенность, поверила в мечту. Ведь тот был необычным мужчиной. Он был её идеалом.

Возможно она не до конца понимает его, не понимает его веры, его религиозности, но то как он заботится о ней, уважает, оберегает и любит. И даже не это, а его взгляды на жизнь, образ жизни и мышления, все стало для неё таким необычным. И именно его любовь к ней дала почувствовать Ади свою особенность. И в какой-то момент времени она вообразила себя слишком необычной и особенной, что нагнала пелену на глаза.

Ей неплохо жилось, да даже, отлично. Но захотелось большего. Вместо любящей семьи, которую она имеет сейчас, ей захотелось вернуть тех, кто давно ушёл. Захотелось вернуть прошлое. Правду говорят — ушедшего не следует желать вернуть.

Теперь же, Ади не хотела быть особенной. Ей хотелось быть обычной. Самой обычной. Вставать по утрам и завтракать в окружении родных, перешучиваясь и смеясь, идти на работу, встречаться с людьми, с которыми не нужно притворяться. Заниматься тем, что нравится. Проводить время с Кемалем. Как и все невесты волноваться и переживать свадебные хлопоты, а после стать хорошей женой.

Да бывают дни, когда хочется стать особенной, но в этой жизни нужно быть особенным не для всех, а только для близких. Также как особенными для каждого человека могут стать только некоторые. Это важнее того чем быть «особенным» для всех людей, а для своих «особенных» она уже была именно такой.

За своими невеселыми мыслями Ади не услышала, как кто-то стучится в дверь. Но её поздний посетитель, кажется, очень желал встречи, так как в следующую секунду раздался более настойчивый стук.

В первую секунду Ади удивилась, кто это так поздно мог к ней прийти, ведь, на минуточку часы показывали полночь. Ади специально взяла телефон и проверила время. Но подумав, что это может быть Амира или Бэлла, или же Кемаль, хоть он так поздно не стал бы её беспокоить, встала и открыла дверь.

Там за дверью стояла её мать, взволновано озирающаяся по сторонам. Поняв, что Ади открыла дверь комнаты затолкала ту обратно и сама зайдя закрыла дверь. Не успела Ади ничего спросить, как та сунула ей в руки телефон с открытым сообщением.

Не понимая происходящего, та хмуро посмотрела на женщину, и видя её нервозность, опустила взгляд на телефон в руке. Прочитанное повергло её в шок:

«Уверен ты узнала обо всем, что я совершил двадцать лет назад. Возможно, возненавидела меня. Но одно знаю точно, ты любишь своих детей и не оставишь их больше. Хорошо! Это правда, Алекс у меня. И если ты хочешь вернуть её, то приходи ко мне. И не смей никому сообщать или я доведу дело до конца, начатое двадцать лет назад, избавлюсь от неё».

— Я звонила ему огромное количество раз, но он не брал трубку, а после прислал мне это сообщение. — сказала Амелия, увидев, как дочь смотрит на неё, шокированными глазами, после прочтения. — Я пыталась дозвониться, но он выключил телефон. Наконец найдя вас, моих девочек, я не собираюсь вновь терять из-за него. Я правда не собиралась никому говорить, тем более тебе, и подвергать опасности. Но не знаю, как отсюда выбраться, чтоб никто не увидел. Кроме тебя мне некому довериться.

Ади кивнула головой понимая — мама права. Раз Алекс в опасности, нельзя никого впутывать в это. Она сама пойдёт и вернёт сестру.

— Я знаю, как нам выбраться. — сказала Ади и подбежав к шкафу распахнула двери и вытащив оттуда теплый кардиган протянула матери, а для себя взяла чёрную куртку, все-таки по вечерам было прохладно. — Но я пойду с тобой. И никакие возражения не принимаются.

Амелия посмотрев на неё, на решимость в глазах, лишь кивнула головой и прошептала, с грустной улыбкой на губах:

— Мне очень жаль, что не смогла защитить вас в детстве.

Ади не стала ничего отвечать, понимая если начнут этот разговор сейчас — никуда не пойдут. У них ещё будет время поговорить и обсудить все нерешенные вопросы. Но это будет не сейчас. Сейчас перед ними стоял более важное дело — спасти Алекс.

Открыв дверь комнаты Ади высунула голову и осмотрела коридор на наличие кого-либо и поняв, что никого нет вышла, а следом и мама.

Они тихонечко двинулись по коридору в сторону сада, куда Кемаль так любит водить её погулять. Однажды гуляя там он показал Ади небольшую дверь, спрятанную в самом дальнем углу сада. Он тогда сказал, что эта дверь для чрезвычайных ситуаций и никто кроме хранителей про неё не знает.

Ей было стыдно, что так втайне воспользуется ею, но сейчас вопрос касался жизни и смерти сёстры. А ещё она надеялась Кемаль поймёт.

Так тихонько, никем не застуканные они покинули дом хранителей, и оказавшись за пределами двинувшись в сторону дороги.

Все это время никто из них не произнёс ни слова, словно решили понапрасну не тратить силы. На разговоры время всегда найдётся.

Но позже.

Не успели они пройти и нескольких метров от дома хранителей как перед ними резко затормозила чёрная тонированная машина. Ади даже испугаться не успела, а тем более сделать что-либо, как почувствовала сзади удар по голове. А дальше темнота.

***

Смерть приходит ко всем вовремя.

Неважно во сколько умер человек, молодой или старый, ребенок или взрослый, смерть никогда не ошибается. Если человек умер, значит его «миссия» на этой земле завершена.

Мы все привыкли думать смерть — это конец. Но если хорошенько подумать, то для кого наступает конец? Земля не перестает крутиться, не наступает конца света, все живое на земле не гибнет. Все остается также. Уходит только один. Лишь один человек.

Да, бывает больно, плохо, кажется, невозможно дальше жить. Но проходит время и все возвращается на круги своя. Люди, должны научиться уважать это. Должны научиться верить, возможно, там у них все лучше, чем здесь. Они ушли туда, где их ждут и где нужнее.

Может их конец является началом для другого? Ведь то, что правильно и хорошо для другого, не всегда означает положительные эмоции для нас.

Только сейчас, лежа в непонятном, холодном месте, с головной болью и силясь прийти в себя, Ади задумалась о смерти. Она так глубоко ушла в свои мечты, что потерялась в реальности.

Ей так сильно хотелось вернуть прошлое, что не осталось времени думать о настоящем и будущем. По сути, не случись те несчастия в далеком прошлом, кем бы она была сейчас? Кем бы приходились ей остальные ребята? Смогла бы она их найти? И главное — были ли бы они так близки?

Маленькая девочка внутри нее боялась вырасти, а взрослый человек пытался сбежать. В итоге получилось то, что она сейчас имеет — нерешенные проблемы и множество вопросов, на которые никто не готов дать ответы. Сейчас оборачиваясь на прожитую жизнь Ади задавалась вопросом — неужели ей настолько плохо жилось, что она все без раздумий разрушила? Весь тот мир, выстроенный по кирпичику полетел в тартарары. И ради чего? Ради мечты обнять ту, кто подарила жизнь? Неужели это было плохо? Где именно она ошиблась?

Ади настолько ушла в себя, что не замечала окружающую обстановку. Да и как пришла в себя не открывала глаза, боясь реальности и новых потрясений.

В этот момент её кто-то легонько затормошил. Но девушке так не хотелось никого видеть или разговаривать, что просто проигнорировала.

В следующую секунду тормошить её стали сильнее, заодно тихонько ударили по щекам, и услышала до боли знакомый голос, зовущий её:

— Ади, ну же, приди уже в себя. — звала её Алекс, тормоша. — Сейчас не время отлеживаться.

— Алекс, — несмело позвала она, боясь ошибиться, услышав голос сестры. из-за темноты она не могла ничего разглядеть. Кругом была кромешная темнота. Она попыталась подняться, ведь до этого лежала на чем-то жестком и деревянном, от которого веяло холодом. По ощущениям было похоже на деревянный пол.

— Лежи, не вставай, — произнес голос в темноте, укладывая Ади обратно на пол. — И да это я.

Не сумев совладать со своими чувствами, Ади подскочила и обняла сестру, и даже не заметила, как по щекам покатились слезы. Где-то в подсознании пронеслась мысль, что она в последнее время стала слишком плаксивой. Но, не могла с этим ничего поделать. Каждый новый день приносил новые открытия и потрясения, после которых сдерживать слезы сил не оставалось.

— Алекс, — одно единственное слово, которое она смогла вымолвить. Ей столько хотелось рассказать сестре, задать столько вопросов, но не знала с чего именно начать. Какой вопрос был бы самым важным? И как суметь объяснить то, в чем сама до конца не разобралась?

— Что ты тут делаешь? — спросила Алекс гневно, не дожидаясь, когда Ади возьмет себя в руки. Со стороны она мало чем была похожа на пропавшего несколько дней назад человека. Скорее на ту, к кому неожиданно нагрянули незваные гости. Не успела Ади и рта раскрыть как Алекс грубо спросила: — Неужели твой женишок не способен на то, чтоб защитить тебя?

— Не говори так, — воскликнула Ади. Ей не понравилась, как сестра отозвалась о Кемале.

Всю свою жизнь она привыкла полагаться только на себя, боясь доставить окружающим неудобства. Всегда старалась решать свои проблемы лично, как бы сильно порой не хотелось опереться на чужое плечо и попросить о помощи. Но с появлением Кемаля все изменилось. Он стал в её жизни опорой и несокрушимой стеной. Тем, на кого можно положиться в любой ситуации, и который поможет, не требуя ничего взамен. И главное рядом с которым ей больше не нужно быть сильной.

Кемалю не нужно было стараться делать что-либо, лишь находясь рядом он, уже давал чувства защищенности и нужности. Рядом с ним Ади могла не волноваться ни о чем и забыть о всех делах, оставаясь слабой девушкой.

— Извини, — прошептала Алекс, поняв, что своими словами задела чувства сестры. Возможно Ади и не замечала, но со стороны было виднее. С тех пор как Кемаль появился в её жизни та стала больше улыбаться, отдыхать, и хоть чуть-чуть, но забывать о делах.

До этого она все время старалась быть рядом с ними: поддерживать, защищать и оберегать, порой забывая о себе и своих нуждах. Казалось вся жизнь Ади, цели и мечты крутиться вокруг них, и личной жизни практически нет.

Но Кемаль, появившись в её жизни, словно, открыл глаза — у неё должна быть своя жизнь, свои мечты и свои люди. У каждого в этом мире должно быть что-то свое, а Ади, в заботе о них, про это забыла много лет назад.

— Где мы? — спросила она, меняя тему. После того как глаза более-менее привыкли к темноте, она осмотрела пространства вокруг себя, пытаясь понять где они могут находиться. Но кроме большой пустой комнаты ничего не разглядела. Как и предполагалось, они лежали на деревянном полу.

— Понятия не имею, — ответила Алекс, а после, сжав руки сестры грозно зашипела. — Но тебя тут не должно было быть. Какого черта ты тут оказалось?

— Это правда, что наш отец… — начала было Ади, но на последнем слове запнулась и умолка. После всего услышанного, после всех тайн, открывшихся за последние несколько часов, или сколько там прошло времени, она не могла называть этого человека их отцом. Он оказался незнакомцем, которого та никогда не знала. И тот мужчина из детских воспоминаний, который был им опорой и защитой, никак не узнавался в этом человеке.

— Не думаю… — прошептала Алекс, но Ади перебила, не дав договорить.

— Я обо всем знаю.

— Не понимаю, о чем ты, — ответила Алекс, пожимая плечами, но отводя глаза, чтоб не смотреть на сестру. Она всегда так делала, когда чего-то не договаривала или пыталась скрыть. Но это было только по отношению к близким людям, а остальным она прекрасно могла навешать лапши на уши, смотря прямо в глаза.

— Он сам во всем признался. — тихонько прошептала Ади, сжимая руки сестры. Какой бы сильной и смелой не пыталась казаться Алекс, для Ади она всегда оставалась маленькой девочкой, которую нужно оберегать и защищать. А после следующих слов почувствовала, как сестра вздрогнула, словно её ударили. — А еще то, что он тебя продал.

Алекс сидела, опустив голову. Она не могла признаться в своих кошмарах сестре. Столько лет она скрывала все от нее, так почему сейчас, когда все забылось, должна рассказывать. Люди оставляют раны, а время их залечивает.

— Неужели ты мне не доверяла, что не стала об этом рассказывать? — спросила Ади, смотря на сестру, сидящую с опущенной головой. Она понимала, что той возможно неприятно обо всем вспоминать, но все же, хотела знать, почему самый близкий человек скрыл такое? — Разве я не заслуживала того, чтоб знать о своей сестрёнке такое?

Две сестры сидели в темноте пустой комнаты, заключенные там, неизвестно кем. Но в данный момент их это мало чем интересовало, потому что пред ними были более насущные и более важные вопросы. Больнее всего осознавать, что самый близкий в мире человек тебе, по сути, никогда и не доверял.

Так и не дождавшись от сестры ответа Ади открыла рот чтоб спросить, но в этот момент, вспомнив что-то замолкла. И лишь по её глазам можно было понять — то, о чем подумала, шокировала её. Спустя мгновение она встряхнула головой и сделав глубокий вдох грустно улыбнувшись произнесла:

— Боже мой, какой же я была сестрой, если всю жизнь заставляла тебя вспоминать родителей? Все наше детство я старалась напомнить тебе о них. Заставляла говорить со мной, рассказывала истории. Я не давала тебе забыть свой кошмар.

— Нет, это не так, — воскликнула Алекс, пытаясь переубедить сестру. Она не считала Ади виноватой во всем том, что та на придумывала себе. По правде говоря, Алекс во всем винила лишь себя одну. И единственный страх, который был — сестра откажется от нее, когда узнает всю правду.

— Тогда, что именно так? — воскликнула Ади, начав трясти сестру, словно пытаясь вытрясти всю правду наружу. — Что именно тогда произошло?

— Давай я расскажу об этой удивительной истории. — услышали они от двери, и в следующее мгновение в помещении включился свет, больно ударяя по глазам, так долго находившимся в темноте.

У распахнутых дверей в комнату стояли их, так называемые родители, и улыбались. Словно не они похитили собственных детей и удерживали непонятно где.

После того как глаза привыкли к свету Ади перевела взгляд на сестру и ужаснулась от увиденного. Та была в той же одежде, что и несколько дней назад, во время их ссоры, но удивительным было не это. Рукава длинной кофты были порваны и местами прослеживались синяки, как будто оставленные палками. Штанина на левой ноге была порвана до бедра, и вся в крови.

Присмотревшись Ади увидела, что длинный шрам от голени до бедра, который Алекс получила якобы в той аварии заново открыт и кровоточит. А на лице были ужасные кровоподтеки, правая бровь разбита, как и губа с левой стороны, и сами губы, ужасно искусаны до крови.

В шоке от представшей её глазам картины Ади закрыла рот руками, силясь не закричать. Ей так сильно хотелось кинуться и обнять сестру, но боялась причинить боль. До этого в темноте, она не замечала всего этого и сжимала её руки, обнимала, а сейчас, увидев в каком состоянии, не могла даже шевельнуться. Прикоснутся к ней.

— А.алекс — вымолвила она.

— Тебе так интересно, что было двадцать лет назад? — спросил Кристофер, широко улыбаясь и заходя в комнату, словно не замечая состояние сестер, сидевших перед ним.

В след за ним в комнату вошла Амелия, а следом несколько мужчин грозного вида. Как Ади поняла — это были их помощники, по тому, как они не пытались вмешиваться в ход дела и держались чуть поодаль от них. Поняв, что мать была заодно с отцом Ади несильно то и удивилась. После последних потрясений было бы странно чему бы то ни было удивляться.

Это она, дурочка, верит во все и всем. Будь она хоть чуть-чуть не такой доверчивой к чужим людям, возможно беды можно было бы избежать. И Алекс бы не пострадала.

— Папочка не надо. Не оставляй меня тут. Папа, мне страшно. — воскликнул Кристофер, пародируя детский голосок, а после расхохотался, словно смешной шутке, а вслед за ним и Амелия. Рядом вздрогнула Алекс, но Ади боялась к ней прикоснуться, вдруг ненароком причинит боль, а зная ту, она ничего не скажет. А мужчина все продолжал: — Я буду хорошей. Забери меня. Папочка прошу.

Ади поняла, мужчина пародировал Алекс. Маленькую Алекс, когда он её продавал. Именно эти слова были произнесены Алекс в тот ужасный день. Она умоляла родного человека не бросать её. Но человек, который должен был защищать и оберегать её в этом мире, оказался самым большим предателем в жизни.

Он оказался тем, кто «убил» частичку себя. Маленькая девочка, не знавшая жизни, столкнулась с предательством от того, кто дал ей эту самую жизнь. И в эту секунду Ади подумала: «В каких разных мирах мы жили, раз самое большое желание и самый большой кошмар в жизни друг друга у нас заключался в собственных родителях?»

***

— Почему? — задала вопрос Ади, в пустоту, ни к кому конкретно не обращаясь. Для нее было огромным потрясение узнать такое о тех, кого считала близкими людьми. Лучше бы она никогда не узнала о том, что они живы. Ведь весь счастливый мир созданный глубоко в сердце был разрушен. И разрушен ни кем-то чужим, а теми же людьми, от которых такого не ожидала.

О чем же думали эти люди, когда творили такое с собственными детьми? Неужели у них не было родительских чувств, или же прост человеческого сострадания, как к детям или же как к живым существам? Тогда зачем вообще они заводили детей? Зачем они так старались, если дети являлись для них лишь обузой?

Задав свой вопрос, Ади не ожидала ответа. Да и по правде, не хотела она знать ответа. Каждое новое открытие приводило к сильному потрясению, приносящему с собой лишь боль. Она так устала от нее, что мечтала потерять память и никогда не возвращать свои воспоминания. Порой беспамятство является даром небес.

— Почему? — воскликнула Кристофер, зло уставившись на нее. Казалось этот вопрос очень сильно его разозлил. — Ты смеешь спрашивать почему? А почему вы нам, лишние рты? Вы никогда нам не были нужны.

— Почему тогда вы дали на жизнь? Кто вас просил? — зло воскликнула Ади. Как и ожидалось слова, произнесенные родным отцом причиняли лишь боль. Она успела пожалеть о так некстати вырвавшемся вопросе. Понимала же ответ ничего хорошего не принесет, но все же спросила. А после тише добавила: — Зачем давать жизнь те, кто вас не нужен?

Вместо ответа послышался громкий смех. В недоумении подняв глаза Ади поняла, смеялась их мать, словно услышала самую смешную шутку. Не переставая смеяться она подошла к мужу и обняв за шею поцеловала в щеку.

— Они такие забавные, милый. — сквозь смех произнесла Амелия, смотря в глаза мужа, словно боль собственных детей забавляла её. Ей было интересно наблюдать за беспомощностью этих детей. За все прошедшие годы она ни разу не вспоминала о них. И даже когда были детьми для нее являлись не больше чем игрушками. — Они же не знают, что появились на свет благодаря деньгам, которые мы за них получали. Жаль вас огорчать, малютки, но без денег вы нам не нужны были. Нет денег — нет и вас.

— Какие деньги? — спросила Алекс, до сих пор молчавшая. До сих пор ей не важны были мотивы этих двоих. Она распрощалась с ними давным-давно, решив, что никогда не нужна была им. Зачем вспоминать о тех, кто отказался о тебя, выбрав для этого не самый гуманный способ? Как ы сложно ни было она много лет назад заставила себя понять простую истину — неважно насколько сильно ты любишь и доверяешь человеку, если в ответ их нет в твою сторону от предательства тебя ничего не спасет. И главное никто не обязан чувствовать к тебе то же, что и ты к ним. Твои чувства — твои проблемы.

— Какие деньги? — переспросила женщина, считавшаяся их матерью, и вновь громко расхохоталась. А после отойдя от мужа подошла ближе к ним и поправляя прическу и смотря в даль прошептала. — Ах, возможно вы не поверите, но я была богатой наследницей. Но, к сожалению, моя глупая семья не понимала моих желаний и стремлений стать знаменитой актрисой. Для них было, что их скучная жизнь, предопределенная для меня, меня не утраивает. Так что как это и бывает я сбежала из дома. А после я встретила любовь всей своей жизни. Моего дорогого Кристофера. Да, дорогой?

— Конечно, любовь моя! — прошептал он, кивая головой и доставав сигареты из кармана закурил. Амелия улыбнулась ему, а после повернувшись обратно к сестрам, продолжила:

— Не только моя семья считала меня бездарной актрисой, но и люди из киноиндустрии. Я тогда очень злилась и негодовала. Я хотела доказать всем, что они ошибаются, показать всем какая я талантливая актриса, но к сожалению, деньги закончились быстрее чем я добилась своих целей и мне пришлось вернуться к семье. А эти жалкие людишки. Эти жлобы, возомнившие себя кролями мира отказались от меня, сказав, что я их опозорила. Да и еще посмела вернуться домой выйдя замуж неизвестно за кого.

С каждым произнесенным словом Амелия все больше возгоралась и злилась, словно воспоминания давно минувших лет все еще живо в её памяти и вновь предстали перед глазами. Кристофер, отбросив недокуренную сигарету в сторону, подошел к ней сзади и обнял за плечи, успокаивая. Смотря на них со стороны невозможно было представить, то двое людей так сильно любящих друг друга способны причинить такую боль собственным детям. Но как показала практика эти двое не могли любить никого кроме друг друга.

— Я была так зла на этих людей. — произнесла Амелия, спустя пару минут. Было заметно по голосу, что она успокоилась. — те, которые называли себя моей семьей так просто отказались от меня из-за одного моего поступка. Самое главное они предложили вернуть меня в семью и простить, простить меня, если я расстанусь со своим мужем. Да как они посмели? Кем они себя посчитали? Думают, раз они меня вырастили то имеют право решать за меня? да они мне никогда и не нужны были, лишь их деньги.

— Не только от родных детей, но и о семьи отказаться для тебя не составила труда. — с ухмылкой на губах произнесла Алекс. До этой минуты она думала, что эти двое не могут упасть еще ниже в ее глазах, но они смогли удивить.

— Ах ты дрянь, — воскликнул Кристофер, и отпустив жену из объятий кинулся к младшей дочери и ударил по лиц. Ажди вскрикнув кинулась к сестре и загородила ту собой. Разозленный Кристофер схватил ту за волосы и попытался оттащить в сторону, но в этот момент рука Алекс схватила его за запястье и крепко сжала. Та посмотрев ему прямо в глаза, холодным голосом прошептала:

— Я тебе уже говорила: можешь хоть убить меня, мне плевать, но не смей даже близко к ней подходить. Если с головы Ади упадет хоть волосок я тебя заживо похороню.

В этот момент, мужчины до сих пор стоявшие как статуи, подбежали к Алекс сзади. Один из них ударил ту по руке, которой она держала отца, а второй видя, что это не помогает схватил за волосы и начал тащить в сторону. На секунду, в глазах Кристофера появился страх. Он понял, что сам создал этого монстра, который обязательно исполнит сове обещание, и поклялся в сердцах не оставлять её в живых.

Спустя пару минут и после множественных ударов по руке и дёрганию за волосы Кристоферу удалось освободиться от хватки Алекс. Отскочив в сторону он зло уставился на нее, и лишь мысль о скорой расправой над ней не дал ему убить её в эту же секунду. А после махнул мужчинам рукой, чтоб они остановились. Те отошли от Алекс оставив лежать на земле, и Ади наконец удалось добратьсядо сестры.

Со слезами на глазах она подползла к сестре и начала убирать волосы с лица и тихонько звать её. Приложив большие усилия та села и кивнула головой показывая, что с ней все в порядке.

— Ах, как же вы шумные и неблагодарные. — воскликнула Амелия, и подойдя к мужу начала поправлять на нем костюм. Казалось она не заметила всего произошедшего сейчас. И даже избиение дочери на её глазах никак не отозвалось в сердце. — Я тут рассказываю вам невероятную историю нашей1 любви, а вы смеете меня перебивать. Неблагодарные девчонки.

Двум сестрам, сидевшим на полу уже было неважно, что она будет дальше рассказывать. Для них уже давным-давно стало ясно — этих двоих кроме денег ничего в жизни не интересует. И даже собственная кровь для них не больше чем способ заработать деньги для удобной и комфортной жизни к которой они привыкли.

— Ну так вот, — продолжила Амелия, не дожидаясь ответа от кого-бы то ни было. — Мои родители отказались нас принять, и я разорвала все связи с ними. Но я не привыкла работать. Я привыкла к комфортной жизни и пришлось искать решение сложившейся проблемы. И тогда я вспомнила о своей бабушке. Ах, моя дорогая бабушка. Эта старушка души во мне не чаяла. Ведь я была самой прелестной из всех ее внуков и конечно же она не могла бросить меня в беде. Но к несчастью и её любовь далеко не ушла. Как и все она от меня отказалась. Я была так зла на нее. Она посчитала что раз дала мне немного денег, сказавна первое время этим от меня откупилась. Да этих денег мне хватила то лишь на пару месяцев. И тогда я вспомнила том как же сильно бабушкалюбит детей. И мне пришлось забеременеть. А чтоб она не приходила в гости и не требовала от меня слишком многого по отношению к ребенку мы уехали подальше от них. Как мы и рассчитывали бабушка не могла оставить свою правнучку в беде и регулярно присылала нам деньги. Хоть тут она не подвела. Конечно не так много, как мы хотели, и они не всегда могли покрыть все наши расходы поэтому нам пришлось завести еще одного. Больше детей — больше денег.

Живые игрушки которые восхищались ей и боготворили. Иногда она играла с ними и проводила время, когда других дел не было. А после забывать о них как об куклах для маленьких девочек, когда скучно играешь, а после оставляешь дома до следующего раза. Что Амелии, что Кристоферу им никогда не был присущ родительский инстинкт. и детей заводить они не собирались, лишь деньги и необходимость заставили их.

Амелия всю жизнь мечтала стать знаменитой актрисой, но так и не смогла. А после появления детей, в какой-то степени смогла осуществить свою мечту. Ведь было так забавно играть роль любящей матери и созерцать как эти дети без ума от нее. Для нее это было высшим наслаждением. Они являлись для нее не больше чем зрителями в театре и фанатами, восхищающимися её талантом.

А Кристофер никогда не любил детей. Лишь необходимость заставила его согласиться на отцовство. По правде, он привык к комфортной жизни не прикладывая усилий. И когда появилась возможность получать деньги и ничего не делать дети показались ему не таким уж плохим решением. Ведь никто не заставляет его быть любящим отцом. Главное, чтоб были, а мешать ему он им не позволит.

— Могли так сильно не заморачиваться, а просто взять детей из детдома. — зло прошипела Ади. Её уже ничего не удивляла. Эти двое прекрасно открыли ей глаза на все. Все мечты, ожидания и сомнения были рассеяны и же руками. — Дайте угадаю, а после бабушка умерла и необходимость в детях отпала.

— Умничка. — весело воскликнула Амелия и захлопала в ладоши. — Сразу видно, моя дочь. Схватывает все на лету.

— Я только одного не понимаю. — сказала Адипереводя взгляд с Кристофера на Амелию, и обратно. Она больше не могла называть этим двоих иначе чем по именам.

— Чего именно? — спросил Кристофер. Его вся эта болтовня порядком поднадоела, но он не мог отказать желании Амелии покрасоваться перед ними. Ведь как никак она считала себя выдающейся актрисой. И всю свою жизнь она играла разные роли. Но в отличие от актеров эти роли она играла в реальной жизни.

— Зачем вы оставили меня, в то время как продали Алекс?

— Ах, моя дорогая — воскликнула Амелия, и подойдя к сестрам присела перед Ади на корточки. Взяв лицо старшей дочери в руки она посмотрела в её глаза и наклонившись прошептала: — потому что, в отличии от твоей сестрички, ты мной восхищалась. И я не могла допустить того чтобы ты меня возненавидела. Я желала остаться в твоих глазах идеальной матерю до последнего твоего вздоха.

— Тогда почему сейчас решила показать свое истинное лицо? — спросила Ади, смотря женщине напротив прямо в глаза.

— Деньги, моя дорогая, деньги. — с улыбой на устах ответила она и оттолкнув дочь поднялась на ноги, отходя от них прочь.

Теперь была очередь Ади расхохотаться. У нее начался истерический смех. И Алекс пришлось поддержать сестру, чтоб та не упала.

— Деньги? — переспросила Ади, сквозь истерический смех. — Ах моя дорогая мамочка, ты ошиблась у нас их нет и никогда не было.

— О нет, моя дорогая- ответила Амелия с сарказмом в голосе. — Они есть. Ты перепишешь на нас ваше чудное кафе. Продав его мы выручим неплохие деньги. Но и это еще не все…

— За ваше похищение, нам обещали 10 миллионов долларов. — продолжил за женой Кристофер, улыбаясь зловещей улыбкой.

***

— Сколько? — удивленно переспросила Ади. Это немыслимо. Неужели кто-то решил подшутить над этими двумя? Кто в здравом уме заплатит за них двоих столько денег? Все это является абсурдом. Предположим, кто-то действительно хотел похитить их, так зачем нужно было искать именно этих людей? Чужой человек за такие деньги мог сделать это с большим удовольствием.

— Да, да вы все правильно расслышали. — воскликнула Амелия после чего громко расхохоталась. Странно было видеть ее в таком состоянии после того как она последние дни вела себя так сдержана.

Словно уже получив деньги Амелия начала пританцовывая кружится по помещению, то хохоча, то напевая незамысловатую песенку. Возможно она представляла себя на балу, а не на заброшенном складе, в придачу держа собственных детей в заложниках. Резко остановившись она ткнула пальцем в сторону двух девушек и сузив глаза прошипела: — Все же и от вас оказалась польза. Не зря я мучилась и рожала.

— Думается мне над вами жестоко поиздевались. — ухмыльнувшись ей в лицо, сказала Алекс. Как и для Ади, для нее было нереальным все вышесказанное. Без гроша за душой и близких людей кому они нужны. И какой смысл отдавать за них такой большой выкуп. Алекс могла бы подумать на Кемаля, но тогда наоборот с него должны были требовать денег за возвращения невесты.

И странно, что неизвестная личность так старался и искал сбежавших людей чтоб подобраться к ним. Это все было нелогично. Казалось за всем этим крылось что-то очень важное, чего Алекс никак не могла понять. Да и требование этих двоих переписать на них кафе. Зачем им оно если они получат 10 миллионов? Разве это не бессмысленно? Об этом Алекс и спросила этих двоих:

— 10 миллионов плата за ваше похищение, а кафе… — зловеще улыбаясь прошептал Кристофер, — ваша плата за подаренную жизнь.

— Плата за подаренную жизнь? — переспросила Ади шокировано. Ади не могла поверить услышанному, как эти люди докатились до такого. Плата за жизнь? Неужели эти люди точно их родители? В этот миг она поняла — в жизни ей очень повезло раз вместо таких родителей они получили семью о которой можно только мечтать, хоть и без мамы и папы.

Только Амелия собралась ответить им как зазвонил телефон Кристофера. Он рукой показал ей молчать и отошел к двери принимая вызов. Было слышно, как его голос изменился из торжествующего в заискивающий. Невозможно было разобрать, о чем он говорил, но не пришло и минуты как он завершил звонок и повернулся обратно к присутствующим.

Кристофер недобро улыбнулся и подмигнув им развернулся к двери и широко распахнул. За дверями оказались два силуэта облаченные в длинные одежды. Они напоминали персонажей из фэнтези фильмов: в длинных плащах и капюшонах низко опущенных на глаза. Невозможно было разобрать за одеяниями кто перед ними стоит: мужчина, женщина или вовсе нелюдь.

Они вошли в комнату словно плывя по воздуху. Их плащи прекрасно служили для создания жуткой атмосферы. После их появления Кристофер с Амелией как-то подобрались, словно испугавшись их. первый стоял у двери, все также вцепившись в ручку двери, а вторая отошла к стене пытаясь слиться с ней.

Вновь прибывшие казалось не обращали на них никакого внимания, и подошли прямо к сестрам, сидящим на полу. По тому как они встали прямо перед ними ничего не предпринимая складывалось впечатления, что они чего- то ждут. Ади одолел такой сильный страх, что в голове билась лишь одна мысль; «сбежать отсюда любой ценой». Возможно она бы так и поступила, но в это мгновение она вспомнила о рядом сидящей сестре с раной на ноге. Алекс не сможет бежать. Она даже не уверена сможет ли ходить, а оставить её здесь Ади не может.

Все это произошло по её вине. Лишь из-за её идиотского желания вернуть давно ушедшее время они попали в такую передрягу. Если бы она так сильно не рвалась угодить своим эгоистичным желаниям все этого не произошло бы. А сейчас она забыв о сестре пытается сбежать.

Не сводя глаз, со стоявших перед ними, Адинашла руку сестры и крепко сжала, показывая, чтобы не произошло они пройдут через это вместе. Алекс в ответ на мгновение сжала её руку в ответ и отпустила отодвигаясь.

— Вам нужна она. — громко произнесла Алекс, показывая на сестру пальцем. Ади резко повернулась к ней, не веря услышанному.

— А..а.а. алекс. — прошептала она дрожащим голосом. Не может этого быть. Кто угодно, но только не она. Господи пожалуйста только не это. Кто угодно, но только не Алекс. Её маленькая сестренка. Она не может с ней так поступить.

— Все это из-за того, что она является парой хранителя, ведь так? — продолжила она не смотря на сестру. Ади перевела взгляд с сестры на стоявших перед ними. Они стояли, как и прежде не шелохнувшись. Она не понимала, что происходит, но говорит что-либо боялась.

После предательства родителей она не могла также слепо, как и прежде доверять Алекс, в сложившейся ситуации. Ей не хотелось верить в предательство близкого человека. Родители бросили их много лет назад. А Алекс…. Алекс всегда была рядом.

Один из стоявших в мантиях, не говоря ничего, подошел к Ади и подняв с земли поволок к выходу. Она попыталась вырваться, но хватке на руке лишь усилилась. Не веря в происходящее она обернулась к сестре и увидела Алекс сидящую и смотрящую прямо на силуэт, а именно на то место, где по логике располагалась лицо стоявшего в капюшоне.

— Стойте! — перед Ади и мужчиной, по силе это мог быть именно он, возник Кристофер, перегораживая им выход. — А как же деньги?

В следующую секунду он дернулся влево и отлетел к стене, прямо как в фильмах. Амелиявскрикнув бросилась к нему, но не успев добежать с ней приключилось то же самое.

Все это время, мужчина державший Ади ни разу не шелохнулся. Не понимая, что происходит. Обернувшись назад Ади увидела второго, стоявшего с поднятой, и направленной в сторону Кристофера и Амелии, рукой. Эта рука была вся зеленая и окутана дымом. Алекс же сидела не сводя с него взгляда. Как успела заметить Ади, в глазах её страха не было, наоборот торжество. Словно решила сложную математическую задачку.

Мужчины, до сих пор стоявшие за Алекс, не понимая происходящего, в шоке переглянулись между собой. А в следующую секунду потянулись куда-то под одежду. В следующее мгновение Капюшон № 2, как в голове прозвала его Ади, повернул руку в их сторону. И, как и родителей до этого, отлетели к стене, падая как мешок с картошкой.

Все это время Капюшон № 1 стоял лицом к двери, казалось все происходящее у за спиной мало его интересует. В следующую секунду он продолжил идти. Краем глаза Ади заметила и приближение второго, и через мгновение тот поравнялся с первым. Они шли так, что даже шаги их совпадали. Словно два сиамских близнеца.

Ади было страшно представлять, что её ожидает, но думать об этом было лучше, чем о предательстве последнего близкого человека. На секундочку пронеслась мысль, что большей боли ей причинить уже не смогут.

Они вышли на улицу иона заметила, что на дворе была глубокая ночь. Значит с момента её пропажи или похищения, как правильнее бы сказать, прошло не так уж и много времени, чтоб Кемаль заметил. А может это уже следующая ночь? Тогда она провела в отключке сутки? Эта мысль показалась ей бредовой.

Пока Ади пропадала в своих мыслях, пытаясь сбежать от душевной боли они направились в сторону леса. Она заметила, что они находились на каком-то заброшенном складе. И судя по местности, где-то за городом. Рядом с полуразрушенным складом стояла машина, но её спутники проигнорировали её, направляясь в сторону леса, недалеко от места их размещения.

По правде, ей не хотелось куда-либо идти, тем более пешком. Раз её собрались убить то могли бы пожалеть и отвезти на машине. Но она была не в том положении чтоб предлагать что-то. А спутники казалось не чувствовали ничего. За все время, а они шли уже порядка десяти минут, никто из них не проронил ни слова. Со стороны могло показаться что они вообще не дышат. И за этими широкими балахонами никого нет, но сильная рука сжимавшая локоть Ади и воспоминания о зеленой руке, отбросившей людей не давало забыть об опасности.

Пройдя еще со метров они услышали шум за спиной и резко остановились и обернулись. В этот раз и Капюшон № 1 соизволил созерцать происходящее. У них за спинами стояла Алекс с пистолетом в руках, целясь в них. Ади заметила, что после недавних побоев на лице той появились новые раны, а именно из разбитой левой брови текла кровь, заливая пол-лица. На раненой ноге штанины уже не было. Из открытой раны сочилась кровь, а также местами прилипли сухие листья и комки грязи. Скорее всего пока она шла за ними, пытаясь не издавать звуков, падала не раз. Но даже не смотря на раны казалось Алекс не чувствует боли, стоя прямо перед ними с пистолетом наперевес.

В глазах её отражалась решимость, и даже капельки страха Ади там не увидела. В эту минуту она была счастлива, хотелось смеяться во весь голос и кричать всему миру об этом. Алекс не бросила её. Она не предавала и никогда не отказывалась от нее. Все это было ради отвлечения врагов. И Ади уже было неважно умрет она сегодня или нет. Главное с ней рядом Алекс. Но в голове пронеслась мысль, увидеть еще разочек Кемаля.

— Твое оружие ничего против нас. — пророкотал скрипучий голос Капюшона № 2. По коже Адипробежали мурашки. Это голос пугал. И будь она одна давно потеряла бы сознание от старуха. Но посмотрев на сестру она успокоилась. Казалось на ту это не произвело никакого эффекта.

— Против тебя может быть, — отвечала та пожав плечами, а в следующую секунду ухмыльнувшись резко перевела дуло пистолета на первого, до сих пор державшего Ади. — Ты может и не человек, но он да.

— в следующую секунду Капюшон № 2 резко вскинул руку направляя в сторону Адлекс. Одновременно с ним раздался выстрел пистолета. Капюшон № 1 державший до сих пор её руку отшатнулся назад, крепче сжимая руку, заодно потянув Ади за собой. От резкой боли та закричала, но краем глаза успела уловить как Алекс отлетела в сторону. Она дернулась в сторону сестры, но из хватки не смогла выбраться. Падая Капюшон № 1 утянул за собой Ади. За мгновение до того, как удариться о землю она почувствовала, как её потянули назад, и заключили в крепкие объятия.

Прижавшись к груди неизвестного Адивдохнула полную грудь воздуха чтоб закричать, как почувствовала до боли знакомый аромат. Кемаль. Это быль Кемаль. Боже мой он пришел за ней. И вместо того чтоб оттолкнуть она лишь крепче прижалась к нему, выдыхая лишь одно слово:

— Кемаль!

​​

​

***

— Кемаль. — повторила Ади, не веря своим глазам. Он пришел за ней. Не бросил. Как же она была счастлива. За последние сутки она столько всего успела пережить, что уже боялась доверять людям и увидев сейчас Кемаля не могла поверить своему счастью.

— Кемаль, — снова прошептала она с надрывом крепче обнимая его. Спустя минуту она отстранилась от него и спросила: — Как ты смог меня найти?

— Прости, что так поздно. — ответил тот, нежно проводя рукой по лицу девушки. Он смотрел на неё словно пытаясь найти малейшие изменения в ней. И в глазах его была такая тревога вперемешку с любовью, что Ади не сдержалась и прошептала:

— Я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, — ответил Кемаль, обнимая и прижимая ее к груди. От услышанных слов на душе Ади потеплело. И на секундочку все произошедшее показалось страшным сном. Вот она сейчас проснется и окажется в своей комнате, а это лишь кошмарный сон, разбушевавшееся воображение, больше ничего.

Вспомнив о чем-то важном Ади отстранилась от Кемаля разворачиваясь назад. Увидев мужчину, на секунду, она забыла про сестру. Перед самым появлением Кемаля, она видела, как Алекс отбросило к дереву. И она боялась, что у той могут быть серьезные травмы. Но на деле все обстояла не так.

Когда Ади повернулась то увидела, как сестра отталкивает протянутую, для помощи, руку Мансура, со словами, «сама справлюсь» и прихрамывая идёт в сторону откуда они пришли. Мансур хмурясь стоял и смотрел ей в след, но больше не предлагал помощи и не предпринимал попыток последовать за той.

Рир же стоя напротив него посмотрел ему в лицо, и решив что-то для себя отправился в след за Алекс. Стоило Алекс повернуться и посмотреть грозным взглядом как тот встал вкопано и поднял руки вверх, в знак капитуляции. Ничего не говоря Алекс развернулась и продолжила свой путь.

Следя за сестрой Ади вдруг поняла — Алекс с детства такая. Никогда никому не позволяет помочь себе, словно чужая помощь сделает ее слабее. Когда чужие люди предлагали помощь, хоть самую незначительную всегда отказывалась. Очень редко бывали случаи, когда она позволяла кому-либо помочь. И возможно из-за этого Ади привыкла считать ее сильной и непробиваемой, забывая, что и Алекс тоже иногда может быть слабой.

Из мыслей ее вырвал Кемаль подняв на руки. Не успела она ничего возразить, как тот взглядом дал понять: все споры бессмысленны. Да и по правде, Ади не сильно то хотела спорить. Прогулок с нее сегодня предостаточно. Поэтому не говоря ни слова обняла мужчину за шею и прислонилась к его груди.

В это время за их спинами Рауф и Ан уводили Капюшон № 2, поддерживая с двух сторон чтоб тот даже не смел допустить мысли о побеге. А рядом с капюшоном № 1, слонявшись к нему и проверяя рану стоял Скар.

Стоило остальным покинуть территорию как он подхватил раненого и в следующую секунду растворился в воздухе, а следом за ним и Рауф с Аном со своим заложником. По приказу короля они отвечали за этих двоих и их доставку в особняк хранителей, а также рану первого. К его счастью, или же к несчастью, Алекс не убила его, а лишь ранила в плечо.

Спустя какое-то время они вышли из леса и вернулись на площадку перед складом. Ади подняла голову с груди Кемаля и начала осматриваться. Сестры нигде не было видно, но не успела она запаниковать, как та вышла из старого сарая. Она сильно хмурилась и осматривалась по сторонам, словно ища что-то.

В этот момент на место где они находились резко выехала машина. Не успела та притормозить как из него выскочили братья. Так как, в объятиях Кемаля, Ади была незаметна для окружающих те сразу же кинулись к Алекс.

Первым добежав до ту Адам обнял её, крепко прижимая к груди, но Алекс оттолкнула его и прошла мимо. Не замедляясь не на секунду рядом с братьями, она дошла до Аеля с Риром, стоявшим неподалеку и встала перед ними, смотря прямо в лицо.

Она ничего им не сказала, но Ади заметила, как двое друзей перед ней выпрямились. Со своего места она не видела лица тех двоих, так как стояли к ней спиной, но смогла разобрать как сначала Аель покачал головой из стороны в сторону, а следом и Рир, как только Алекс перевела на него взгляд.

Ади не могла понять, что происходит и подняла взгляд на Кемаля. Тот сразу понял, о чем девушка хотела знать, как всегда понимая все без слов. Кемаль наклонился к уху своей невесты и прошептал:

— Ваши родители пропали. И Алекс хочет знать где они, но никто из хранителей их не чувствует.

— Что это значит? — спросила Ади с тревогой. Она точно помнила, когда они покидали сарай те двое еще были там. На все сто процентов Ади была уверена в тот момент они были без сознания, так что ни о каком побеге речи и быть не могло. А машина, до этого стоявшая здесь также осталось на месте. Значит они не моли далеко уйти. Да и как вообще смогли бы? — Ты же говорил, что вы можете находить людей по каким-то там энергиям или что-то в этом духе.

— Это так. — ответил Кемаль кивнув головой. Заметив, что к ним направляются ее братья Кемаль поставил Ади на ноги, но все равно не выпустил из своих объятий, боясь, что она может вновь исчезнуть. — Но есть исключения…

Не успел тот закончить предложения как подошедший Зак выхватил из его рук Ади и крепко обнял. Каждый из них боялся одного и того же. И сейчас, после всего случившегося каждый хотел обнять свою сестренку, почувствовать её тепло и убедить себя, она рядом — все хорошо.

— Как ты? — прошептал он на ухо Ади. Та же вместо слов крепче обняла брата. не успел Зак отстраниться, как Зейн отодвинул его и обнял сестру. Он ничего не сказал, как и всегда выражая свои чувства без слов. В этом то и была разница между этими двумя. Внешне они похожи как две капли воды, а внутри разные как огонь и вода.

Если Зак выражал все чувства словами и всегда знал, как поддержать и подбодрить, то Зейн был молчаливой тенью, не умевшем выражать свои чувства и компенсируя это все находясь рядом с тобой невидимкой.

Ади улыбнулась им двоим и убедила, что с ней все прекрасно и кроме того, что чуть испугалась все в полном порядке. Близнецы улыбнулись ей и Зак потянувшись поцеловал её в лоб, в то время как Зейн стоял рядом с хмурым лицом и руками в карманах.

За их спинами стоял Адам и боялся подойти. Ему все еще было, тревожно не зная какой реакции ожидать от Ади. Ведь после всего открывшегося та могла больше не захотеть видеть его. Хоть они и стали семьей, но по сути вся их «семья» началась со лжи и обмана.

Он не мог никого в этом винить. Никого кроме себя. Ведь он осознавал на что шел, что делал. Было столько времени рассказать обо всем, но он боялся разрушить то хрупкое, появившееся в его жизни. То единственное, что он мог назвать семьей.

Адам никогда не винил Алекс, считая если бы он сам захотел, то давно рассказал бы все Ади, и они начали бы все с чистого листа. Возможно, та вообще не помнила об этом, ведь тогда была маленькой девочкой. Но, к сожалению, из-за своей трусости все затянулось на долгие годы и открылось в самый неподходящий момент.

Улыбнувшись, девушка подошла к Адаму и обняла его.

— Тебе не за что волноваться. Ты мой брат и навсегда им останешься.

— Прости меня. — прошептал Адам, крепко обнимая её, и пряча навернувшиеся на глаза слезы. — Я не смог выполнить обещание данное Алекс, а также стать достойным братом, который защитил бы тебя.

— Что за глупости ты говоришь? — воскликнула Ади, отстраняясь от него и ударяя в грудь рукой. Адам тот, кто всегда был рядом, поддерживал, оберегал, утешал в трудные минуты. Он был её опорой на протяжении всей жизни. Для Ади Адам был намного ближе чем Алекс, и слышать от него такие слова было невыносимо. — Ты самый лучший брат. И мне очень повезло что ты есть в моей жизни. Все вы. Так что никогда больше не смей говорить такие глупости.

Адам улыбнулся ей и став смирно отдал честь как в армии, воскликнув: — Есть мэм.

Ади счастливо рассмеялась и еще раз обняла его.

В это время Зейн отошел от них и двинулся в сторону Алекс. Она ходила по территории и иногда заходила в сарай, словно ища что-то, а ангел и джин в лице Аеля и Рира, шли за ней хвостиком, пытаясь убедить поехать в больницу или позволить кому-нибудь дать обработать её раны. На все их вопросы и просьбы та, только отмалчиваясь, о чем-то раздумывая.

Осмотревшись Ади увидела, что Мансур, Дис и Саид были тут. Но никто из них не спешил делать что-либо. Все стояли в сторонке не заходя внутрь, словно они уже давно там все осмотрели и готовы были уехать давным-давно, но что-то их останавливало. Они стояли в стороне от всех, и о чем-то тихо переговаривались. А Мансур, словно, ястреб следивший за своей жертвой, стоял и наблюдал за похождениями Алекс.

Не понимая, что происходит Ади повернулась к Кемалю, и тот сразу поняв обо всем ответил:

— Они все ждут, когда Алекс решит отсюда уехать.

— Почему кто-нибудь просто не скажет ей об этом? — спросила Ади, хмурясь. Да и вообще раз родителей здесь нет, значит смысла находится здесь тоже больше не было.

— А ты знаешь, что она не общается, и даже не разговаривает, ни с кем из хранителей, кроме Аеля и Рира? — задал вопрос Кемаль, подходя к ней сзади и заключая в объятия. Честно говоря, Ади об этом не знала. Даже внимания не обращала, привыкнув, в некоторых случаях к необщительности сестры. — Лишь этим двоим удалось хоть как-то с ней сблизиться, ходя за ней все время. Но даже так, не думаю, что она с ними близка. Скорее похоже на то, что она их терпит, поэтому никто и не хочет рисковать и подходить к ней.

— Это правда, что Алекс временами бывает необщительной, но я не думала, что настолько, — грустно ответила Ади, следя за сестрой. Все же она хотела, чтоб Алекс, даже если не очень близко, но общалась с хранителями. По сути они все скоро станут семьей. И она надеялась на дружбу и понимание для своей новой большой семьи.

Зейн же дойдя до Алекс, не говоря ни слова развернул к себе лицом и начал осматривать ее раны. Та нахмурившись попыталась вырваться, но тот, не дав ей сделать это, лишь поднял на руки и направился в сторону машины, на которой они приехали.

Ади захихикала, а рядом стоявшие Зак и Адам улыбнувшись направились вслед за ними к машине. Они давно привыкли к этим двоим. В то время как другие пытались достучаться до Алекс, игнорирующей всех, Зейн просто действовал, и под его напором даже Алекс сдавалась.

— А нам туда, — на ухо Ади прошептал Кемаль, показывая на машину рядом с хранителями и взяв за руку повел в ту сторону. И лишь в эту секунду Ади поняла — все наконец закончилось.

Это конец.

***

Все закончилось?

Нет! Все только начинается.

Прошло уже три недели с момента похищения Ади, и сейчас, оглядываясь назад, все кажется сном. За прошедшее время Кемаль старался без необходимости не оставлять Ади одну. Даже если оставлял, то только с близкими. Возможно тогда он знал и ждал её похищения, но он не мог допустить повторения истории. Он не мог позволить, чтоб жизни любимой угрожала какая-либо опасность.

Кемаль с трудом пережил время похищения Ади, и дал клятву самому себе: пока он жив никогда больше не позволит подвергать жизнь Ади опасности. И он обирался дать эту клятву ей лично после их свадьбы, намечавшейся уже завтра.

За это время многое успело произойти, но самое необъяснимое это то, что поиски родителей Ади не принесли успехов. Словно они провалились сквозь землю. Но они не отчаивались, понимая, что за ними стоят кто-то могущественный.

Главный вопрос заключался в том, как они смогли заключить, сними договор? И где вообще они нашли друг друга?

И пока все в доме хранителей готовились к предстоящей свадьбе, сами же хранители, были начеку ожидая то ли нападения, то ли новостей. После рассказа Ади о том, что они охотились на них из-за связи с хранителями, Мансур приказал всем хранителям быть начеку, а также предложил семье Ади, после свадьбы переехать в особняк.

Адам отказался от переезда сославшись на свою работу, посчитав, что с его работой никто не рискнет ему навредить или что-то в этом роде. Зак и Зейн также последовали его примеру, но лишь сказав, что в случае чего смогут защитить себя. После некоторых споров все же сошлись на том, что Бэлла и Амира переедут в особняк вместе с Ади, после свадьбы.

И лишь Алекс оставила все без ответа. Но Кемаль знал, она не собирается переезжать в их дом. Объяснять что-либо она считала ненужным, и зная характер девушки никто не настаивал.

За прошедшее время у Алекс успели сойти синяки и гематомы с лица, а рана на ноге потихоньку заживала, хоть она и делала вид, что ее вообще нету. Ади каждый день старалась созваниваться с ней, узнать, как дела и как рана и получала всегда один и тот же ответ: все давным-давно зажило.

Кемаль не понимал ее. Он не мог понять, что та скрывает.

В действительности он не чувствовал от нее опасности, но все же что-то было не так. Казалось, та слишком многое скрывает. Но не только это удивляло и настораживало, а то, что Алекс ничего не чувствовала и не выражало никаких чувств.

Нет, по сути он привык к этому, ведь и Мансур был таким же. Но это разные вещи: Мансура, как будущего короля Эльнарса, учили скрывать все эмоции, чтоб ни джины, ни ангелы и тем более люди, не могли знать ничего о нем. Лишь один Аллах. Алекс же никто и ничему не учил. Даже практикуясь всю жизнь не всем удавалось стереть свои чувства.

Так в раздумьях Кемаль направился в комнату к Ади. Он хотел увидеть свою невесту, ведь с раннего утра, бегая по делам, у него не было такой возможности. Поднявшись на второй и свернув к своей уже бывшей и в скором времени опять будущей комнате, Кемаль услышал голос Алекс и сам не понимая почему остановился. Сначала он подумал, что девушка пришла к сестре поговорить, ведь с момента их «вызволения» из плена та старалась держаться от сестры подальше. Но комната Ади находилась дальше и смысла им тут стоять не было.

У Кемаля было чувство, что не следует сейчас выходить и мешать их разговору, с кем бы там Алекс не разговаривала. Но любопытство взяло свое и он, выглянул из-за угла, за которым стоял. Да и как могло быть не любопытно, когда та, с первого дня знакомства с ними, держалась от них всех на расстоянии. Даже Рир и Аель не смогли добиться от нее ничего. Хоть они и продолжали находиться рядом с ней.

Выглянув же из-за угла, Кемаль был в шоке. Тем, с кем говорила Алекс был никто иной как Мансур. Они, как две статуи, не чувствующие ничего, стояли друг против друга, смотря в глаза, и ни одной эмоции не проскользнула с обеих сторон. Первым тишину решила прервать Алекс, все также прямо смотря Мансуру в глаза:

— Я здесь только из-за свадьбы Ади, после меня здесь не будет.

Не дав и слова ответить, девушка развернулась и ушла, направляясь к комнате Ади. Мансур же ни слова не сказав, лишь стоял и смотрел ей вслед, пока Алекс постучавшись не вошла в комнату Ади.

Спустя минуту Мансур тоже направился в ту сторону. Дойдя до комнаты Ади, он остановился на секунду, но все же продолжил свой путь больше не задерживаясь.

Кемаль был в шоке, не понимая происходящего. О чем они говорили? И что за «после меня здесь не будет»? Неужели Мансур потребовал от Алекс покинуть особняк? Но это невозможно, ведь тот сам предложил их семье переехать сюда, для их безопасности. Если не это, то что тогда?

С каждым днем знакомства с Алекс, у Кемаля возникает больше вопросов чем ответов.

Ади собиралась уже ложиться спать, когда в дверь постучали. Подумав, что это мог быть Кемаль, которого она не виделась с самого утра, подбежала к дверям и распахнула. Но за ними оказался не жених, а сестра.

На мгновение Ади успела расстроиться, но все же была очень рада видеть её, так как они не виделись и не разговаривали друг с другом со дня освобождения, не считая смс сообщений, которыми они обменивались.

Они все были о самочувствии и делах друг друга. О событиях же того дня они не говорили, потому как Алекс попросила дать ей немного времени, и Ади согласилась. Она столько лет жила в неведении и еще чуть-чуть потерпит.

— Мы можем поговорить? — спросила неуверенно Алекс, стоя в дверях. Ади улыбнувшись, ничего не говоря схватила сестру за руку и затащила в комнату, словно боясь, что та может сбежать. Оказавшись в комнате, девушка подтащила сестру к большой кровати и затащила туда. Усевшись у изголовья кровати и скрестив ноги по-турецки, она посмотрела на Алекс, расположившейся, напротив.

Та посмотрела на Ади и улыбнувшись отвела глаза. Посмотрев на нее, особенно на пальцы, которыми та щелкала, Ади поняла, как сильно нервничает сестра. Не удержавшись она потянулась и схватив её за руки, негромко прошептала:

— Если не хочешь, можешь не рассказывать ничего. Все закончилось это самое главное.

— Нет, — ответила Алекс, покачав головой, а после сжала руки сестры в своих и отпустив отодвинулась подальше на постели. — Мне следовала давно тебе все рассказать.

— Тогда почему никогда не рассказывала? — спросила Ади, склонив голову на бок и смотря на сестру. Все же ей было неприятно, что Алекс отодвинулась. Словно даже после всего случившегося Алекс предпочитает держаться подальше от родной сестры.

— Я боялась, — ответила Алекс, грустно улыбнувшись посмотрев старшей сестре прямо в глаза. От этого взгляда по телу девушки пробежали мурашки. Как бы не складывалась их жизнь её младшая сестренка всегда была самой сильной и стойкой из них всех. Она никогда не показывала эмоций и на все в жизни отвечала пожатием плеч и безразличным взглядом. И сейчас спустя двадцать лет узнав о страхе, хранившемся в её сердце столько лет Ади стало грустно до слез. Её не хотелось верить, что она не смогла помочь той преодолеть страхи. — Тебе не нужно плакать или расстраиваться. Я прошу у тебя лишь дать мне рассказать тебе обо всем. А дальше сама уже решишь сможешь ли ты и дальше продолжать меня считать своей сестрой или нет.

— Не говори так, — воскликнула Ади, подскочив на постели, но Алекс не дала ей дальше продолжить, покачав головой из стороны в сторону. Ади уселась на свое прежнее место, решив дать возможность, рассказать все не перебивая, но в душе зная: чтобы Алекс не рассказала её мнение о сестре не изменится.

— Мне все говорят, что я выбрала тебя, но правда в том, что я никого не выбирала. Мне просто не из кого было выбирать. Ты была единственной кто есть у меня. Та, которая встречала меня после школы; кто провожала в школу и со школы; кто играла и гуляла со мной; ты та, кто находилась со мной рядом, когда я болела или что-то еще. В тот момент, когда отец… тот человек отвёз меня в то место и сказал, что ты отказалась от меня я не могла поверить. Я плакала и говорила, что моя любимая сестренка не могла так поступить и, что он ошибся.

Он смеялся и говорил, что, когда тебя спросили кого ты выберешь меня или родителей ты решила от меня отказаться. Мне было очень грустно от этого, и я просила его дать мне еще разочек с тобой увидеться. Тогда он заявил, что я во всем виновата так как не ценила своих родителей. И я должна буду исполнить свой долг любящего ребенка по отношению к ним и остаться в том месте. Я отказалась, и он сказал, что если не к ним, то к тебе. Потому что как только я появлюсь перед тобой они убьют тебя, и лишь я буду виновата в этом. Тогда я вспомнила слова нашей няни: больно не умереть, а жить с воспоминаниями о потерянном человеке. Честно сказать, в то время я не понимала смысла этих слов, но слово боль меня пугала, и я решила остаться в том месте, а тот человек получив деньги уехал.

Тебе не нужно знать обо всем произошедшем в том месте, главное то, что я смогла сбежать. И по воле Аллаха я оказалась в полицейском участке. Когда я сбегала зацепилась за торчавший из стены ржавый прут и поранила ногу. А полицейские увидев окровавленную девочку доставили меня сначала в больницу, а после обратно в участок, для выяснения обстоятельств. Я отказывалась разговаривать боясь, что меня вернут в то место. И пока я была там появилась стало известно об аварии.

Первое время после нашего воссоединения я боялась, что ты меня обманываешь, и они скоро вернутся поэтому старалась держаться от тебя подальше. Со временем, убедившись, что они правда могут быть мертвы мне захотелось все тебе рассказать, но по тому как хорошо ты о них отзывалась боялась, вдруг ты действительно откажешься от меня. Поэтому я скрывала от тебя правду. Повзрослев же я не стала тебе рассказывать, так как не хотела бередить старые раны, ну и детские страхи еще жили в душе. Став чуть взрослее, я поняла он продал меня, и мне все время казалось, что он обязательно вернется. А еще как-то, не знаю почему, но Аель решил отвести меня в комнату с книгами судеб людей. Не буду вдаваться в подробности, но там я, посмотрев и не найдя их книги и поняла, что они могут быть живы. И если вернутся, то обязательно за деньгами.

Когда я сказала те ужасные слова это не из-за того, чтобы обидеть тебя, просто… просто мне нужно было держаться подальше от тебя, чтоб, как и в прошлый, раз не трогая тебя они показали свои истинные лица. Я думала, если все сказанное твоим женихом о хранителях правда, то он сможет тебя защитить. Но ты почему-то оказалась там со мной. А дальше ты знаешь.

Ади сидела в шоке не говоря ничего. Да и как сказать что-то если открылись такие тайны. После произошедших событий она думала, что из-за денег родители бросили их, а оказалось они продали своего ребенка. Как такое возможно? Неужели у них не было никаких чувств по отношению к ним? Почему именно Алекс? Она же была такой маленькой. Как они могли так поступить?

Ади не замечала, как по щекам текут слезы. Она смотрела на свою младшую сестру и видела перед собой ту маленькую девочку, которая все время ходила за ней хвостиком. Которая обожала ее и по ночам ложась спать шептала на ухо, что из всех людей на земле любит её больше всех. И засыпая по ночам, Ади улыбалась, зная: на свете есть тот кому она нужна. Поэтому, наверное, она никогда не могла обидеть свою маленькую сестренку и старалась находиться с ней почаще.

А оказывается сестре пришлось пережить столько, что ей даже не снилось. Как она могла обижаться на нее и требовать что-либо? Все же, какой эгоисткой она была. И вспомнив о чем-то о на спросила, всхлипнув:

— А Адам?

— Я тогда еще боялась возвращения род… их возвращения, — ответила она, пожав плечами. Алекс старалась не смотреть на сестру, сидя с опущенной головой. Со стороны даже могло показаться, что она спокойна, ведь даже голос не дрожал. И возможно некоторое время назад Ади так и подумала бы, но не сейчас. Сейчас она понимала почему сестра перестала выражать свои чувства и эмоции, ведь каждый начнет бояться если тебе угрожают твоими же чувствами. — В то время я никак не могла поверить в их смерть. А еще я слышала, что, если в семье нет мужчины жить очень сложно, и я решила найти тебе брата, который будет твоим защитником.

— А ты? — спросила Ади, не сводя взгляд с сестры и все также не замечая слез. Боже сколько у нее слез? Неужели она еще не выплакала их все?

Алекс ничего не ответила, лишь пожала плечами. Она продолжала все также сидеть с опущенной головой. Ади не могла больше смотреть на это. Почему она опускает голову если ни в чем не виновата. Это другие должны опускать головы. Кто угодно, но только не Алекс. И Ади кинулась к сестре, обнимая ее. Заключив сестру в крепкие объятия всхлипнув вскликнула: — Прости.

— Почему ты извиняешься? — спросила удивленно Алекс, боясь обнять сестру. все же она давно отвыкла от таких проявлений чувств. Хоть они и жили все эти годы вместе, но так ни разу, наверное, нормально не обнимались.

Отстранившись, вытирая слезы Ади сказала:

— Давай больше не будем скрывать друг от друга такие вещи.

И Алекс кивнула головой, знак согласия. Наконец, спустя столько лет, она смогла рассказать обо всем Ади. Сестра, рассмеявшись в голос еще раз обняла её и прошептала на ухо: — Спасибо за Адама. Ведь мыс могли создать свою семью, взамен нашей. Спасибо за них все.

Посидев еще немного времени друг с другом Ади и Алекс решили разойтись. Все же послезавтра у Ади свадьба и осталось еще много дел. Но все же провожая сестру к дверям Ади взяла обещание с сестры, что та завтра и послезавтра все время будет находиться рядом с ней.

​Распахнув двери комнаты они увидели Кемаля сидевшего у противоположной стены. Увидев его Ади широко улыбнулась. В голове сразу же пронеслись воспоминания как он каждый раз как становится нужен ей оказывается тут как тут. В одном и том же месте и в одной и той же позе.

Попрощавшись с сестрой и кивнув головой Кемалю Алекс ушла. Кемаль же вставший со своего места, как только открылись двери комнаты подошел к Ади и посмотрел ей в глаза.

— Ты плакала, — сказал он, хмурясь, не спрашивая, а утверждая. Ничего не ответив, Ади затащила его в комнату и захлопнув за ними двери крепко обняла своего жениха. Обняв ее в ответ Кемаль спросил, наклоняясь и целуя её волосы: — Алекс обидела тебя?

— Наш отец продал её, — ответила Ади, крепче прижимаясь к Кемалю. Она почувствовала, как он вздрогнул, а в следующую секунду обнял ее крепче. Постояв так пару минут, Ади отстранилась и подняв голову, смотря в глаза Кемаля произнесла: — Когда меня оставили одну в доме, Алекс продали.

У Кемаля не нашлось слов сказать что-либо. Он не мог поверить в это. Как собственные родители могли поступить так с родным ребенком? Насколько же жестокими людьми были эти двое раз смогли так поступить с маленькой девочкой? Но еще страшнее ему было представлять, что с Ади могли поступить точно также. Он притянул Ади к себе, заключая в крепкие объятия, словно даже сейчас они могли забрать ее у него.

Подняв Ади на руки Кемаль отнес ту на кровать и усадив, сел напротив нее, заключив её руки в свои. И Ади рассказала ему все, что узнала от сестры. И Кемалю показалось, что он смог хоть на чуть-чуть узнать Алекс получше. Он понял, что начал уважать ту, а еще больше благодарен за защиту его любимой. О чем он и сказал Ади.

— Да, мне очень повезло. — ответила она, и посмотрев с грустной улыбкой на Кемаля сказала: — Я ревновала её к Адаму, в то время как она нашла мне брата. Пытаясь меня защитить, она дала то чего не смогли нам дать собственные родители. Разве это не смешно?

— Все происходит по воле Аллаха, — сказал Кемаль, прижимая Ади к себе. — главное вы поговорили и все между собой решили.

— Да. — ответила Ади, кивнув головой, и счастливо улыбнувшись. — Послезавтра я стану твоей женой.

— Я люблю тебя. — Сказал Кемаль, счастливо улыбаясь и обнимая Ади. — Послезавтра ты официально станешь моей.

— Я тоже люблю тебя.