Хозяин Проклятого замка. Истинная для бастарда

Пролог

Инна Разина

Хозяин Проклятого замка. Истинная для бастарда

— Что теперь с ней будет? — слышу грубый голос, плавая в каком-то тумане. Мне в нем хорошо. Забываются отчаяние, ужас моего положения, саднящая кожа под анитимагическими браслетами, изматывающий холод и голодные спазмы желудка, в котором давно не было нормальной еды.

Ту склизскую кашу и затхлую воду, что дают в городской тюрьме, мне едва удается запихнуть в себя. И сейчас самым лучшим запахом на свете кажется аромат свежей выпечки. Я мечтаю еще хотя бы раз почувствовать его.

— Ничего хорошего, — отвечает второй мужчина. — Если даже бастард короля отказался брать ее в жены, теперь уже не избежать запечатывания. Надо привести девчонку в чувство и исполнить приговор. Принеси воды.

— Жаль ее, совсем молодая, красивая. Я бы на такой женился даже без магии.

— Если бы она была из обычной семьи, да. А род Марлоу нынче в опале при дворе. Или хочешь, чтобы тебя тоже обвинили в государственной измене? Симпатичная мордашка стоит того?

— Пожалуй, не стоит. Но это для меня. А графу Вудстоку чего бояться? Его в измене точно не обвинят. Что касается женитьбы, знатных наследниц за бастарда не отдадут. Пусть даже в лицо все ему кланяются и дрожат от страха. А у этой Марлоу древняя кровь и магия сильна. На жену и ограничители можно надеть, а детям большая сила достанется. Только граф даже не пожелал на нее взглянуть.

— Разозлился, наверное. Не по нраву пришелся королевский подарок. Он-то видимо рассчитывал на другой за ликвидацию заговора. А король так рассудил. Хотел род незаконнорожденного сына укрепить старой кровью. Ладно, хватит болтать, тащи воду похолоднее.

Так странно слушать, как о моей разрушенной жизни равнодушно рассуждают чужие люди. Но хотя бы беззлобно говорят, жалеют даже. А не проклинают, выливая на мою голову потоки ненависти. Это я тоже уже испытала.

Но отвратительнее всего слышать это имя — Алистер Вудсток. Это он — главная причина всех моих несчастий. Бастард короля Гарольда Великого, главная ищейка Королевского дома, теневой дракон. Отец его так и не признал, но за заслуги перед Короной подарил графский титул.

Занимается Вудсток исключительно преступлениями против королевской семьи. Это он обвинил моих родителей в пособничестве заговорщикам. Из-за него всех нас арестовали и бросили в застенки. А спустя неделю мне сообщили, что родителей и старшего брата казнили.

С тех пор во мне что-то умерло. Я не верю в вину родных. Папа был честным, справедливым и полностью предан Короне. А мама политикой вообще не интересовалась. Брат в то время готовился к свадьбе, ему тоже было не до заговоров. Он обожал свою невесту.

А я училась в академии. Благодаря уровню магии считалась одной из лучших студенток. Оттуда меня и забрали, как настоящую преступницу. До сих пор помню испуганные, презрительные взгляды однокурсников, отводивших глаза, когда меня вели по коридорам.

Потом были многочасовые допросы. Сначала я еще пыталась что-то объяснить, доказать. Уверяла, что мои родители и брат никогда даже не заговаривали ни о чем крамольном. Всегда поддерживали короля и его правление. Не было в нашем доме подозрительных личностей, тайных встреч. И вообще ничего такого.

Но вскоре поняла, все мои слова не имеют значения. Их никто не собирался слушать и принимать во внимание. А то, что им было надо, я рассказать не могла, потому что ни в каких заговорах не участвовала. Дальше я просто молча сидела на допросах, глядя в стену. А потом и они прекратились. Казалось, обо мне просто забыли. Только мерзкая еда, которую приносили два раза в сутки, напоминала, что дни идут.

Но однажды меня снова привели в комнату для допросов, только спрашивать ничего не стали. Заявили, что я признана виновной, как и мои родные. Но поскольку прямых доказательств моей вины не нашли, Его Величество великодушно готов заменить казнь на замужество.

Чтобы сохранить силу моей крови и магии, меня отдадут тому самому чудовищу, из-за которого я оказалась здесь, графу Вудстоку. Магией мне пользоваться будет запрещено, но своим детям я смогу ее передать. При условии, что граф согласится меня взять. Вот только он не согласился.

Разговоры надо мной прекращаются. А дальше я захлебываюсь ледяной водой, которую щедро плеснули мне в лицо. Меня поднимают с жесткой лежанки, приводят в какую-то жуткую комнату без окон, облицованную серым камнем со странными потеками на нем. Сажают на стул с подлокотниками. Пристегивают руки и ноги к железным перекладинам. И бегло, глотая слова, зачитывают приговор:

— По приказу Его Величества Гарольда Третьего леди Эйвери Марлоу приговаривается к полному запечатыванию магии, а также лишению родового имени и титула. При этом земли и все имущество Марлоу переходят Короне. После запечатывания Эйвери Марлоу надлежит отправиться в Обитель грешников на севере страны и провести там в молитвах остаток своих дней.

— Зажмите в зубах, леди, — мужчина в форме подносит к моему рту деревянную дощечку. — Будет больно, можете случайно прикусить язык, — в его голосе мне чудятся нотки сочувствия. Но это не имеет значения. Он все равно сделает то, что должен. Хорошо, что я настолько вымотана, что плохо осознаю происходящее. Единственное, на что меня хватает — мысленно проклинать виновника этого ужаса. Пусть он за все заплатит!

А дальше мне на голову одевают обруч-артефакт, напоминающий корону. Только значение у него жуткое — выжигать магию. Мужчина активирует артефакт, и мое тело прошивает резкой болью. Обруч на голове сжимается, тело колотит судорогами. Я мычу, выгибаясь. Сквозь боль пробиваются реплики моих мучителей:

— Погоди, что-то не так... Ей не должно быть так больно. Ух ты, какая сила… Жалко, такую выжигать… Осторожней, артефакт не справляется... Стой… Она не выдержит! Что это? Откуда?.. Ставь щиты, скорее… Да не тормози, нас всех тут сейчас размажет…

А потом раздается грохот, и наступает оглушительная тишина. Боль уходит, а мое измученное сознание проваливается в темноту.

Глава 1 Эйвери

два года спустя…

— А другой работы нет? — устало спрашиваю у дородной трактирщицы очередного постоялого двора в очередном небольшом городке, куда меня занесло.

— Нет, — качает головой женщина, опасливо глядя на меня. Я давно не удивляюсь такой реакции на мою темную магию. Хотя в королевстве она не запрещена, ее все равно боятся, а к ее носителям относятся с настороженностью. И очень неохотно берут

Очень хочу, но кивать не спешу. Сначала вспоминаю, сколько у меня осталось монет. К сожалению, совсем немного. А я так и не нашла работу, и неизвестно, когда найду. Так что оставшуюся наличность придется растянуть как можно дольше. Мне не только питаться нужно, но и ночевать где-то.

Но сидеть здесь просто так тоже не стоит, женщина и так ко мне добра. Глотая голодную слюну, прошу чай и кусочек пирога. Заглушить голод этого хватит. К остальному мне не привыкать. Ну а вдруг мне все же повезет, и у старосты найдется хорошее место? На самом деле на везение я не рассчитываю. Оно давно покинуло меня, с тех пор, как моих родных казнили. Просто так я успокаиваю себя, чтобы не впасть в окончательное уныние.

Усаживаюсь за самый дальний столик, чтобы не привлекать к себе внимание. И так, пока шагаю к нему, ловлю не самые доброжелательные взгляды. Хорошо, что лезть ко мне не решатся. О темной магии ходит много страшных легенд и слухов. И хотя большинство из них обычная выдумка, это спасает от излишнего внимания и попыток навязать знакомство одинокой девушке.

К тому же, я старательно прячу стройную фигуру под широким, не по-размеру, платьем и темным плащом. А густые, светлые волосы под платком и капюшоном. Но миловидное лицо особо не спрячешь, даже при том, что сейчас у меня обветренные губы и совсем не бархатная кожа, давно не знавшая нормального ухода. Так что иногда со мной пытаются флиртовать или откровенно приставать. Но увидев значок темной магии на моем плаще, который такие, как я, обязаны носить, быстро остывают.

Почему-то считается, что темная магия способна только насылать бедствия, болезни и проклятия, подчинять и сводить с ума. И никто не хочет знать, что она также может исцелять, защищать и… да я и сама не знаю до конца, что она может. Потому что, как и все остальные, тоже боюсь и ненавижу эту магию, стараюсь ей не пользоваться. Но по своей причине.

Спонтанный темно-магический выброс — вот что случилось со мной, когда мою привычную магию пытались запечатать, исполняя королевский приговор. Очень редкий, почти невозможный случай. Темная магия в нашем мире редка и обычно проявляется уже в детстве. Таких детей сразу ставят на учет и забирают у родителей в специальные приюты, где обучают управляться с собственной силой.

Спонтанный выброс — еще более редкое явление. Почему он произошел у меня, никто не знает. Видимо, где-то в нашем роду затесался кто-то с такой магией. Причем, она могла вообще не проявлять себя. Просто жила в генах моего предка и ждала своего часа. Моя обычная магия была сильна и не давала проявиться темной магии. А когда мою силу пытались запечатать, темная вырвалась на свободу, едва не погубив меня и тех, кто приводил в исполнение приговор.

К счастью, тогда все остались живы, отделавшись мелкими царапинами и ушибами. К счастью, не потому, что мне было бы жалко моих палачей. Просто, если бы я кого-то убила, меня бы сразу лишили жизни. А так просто вызвали специалистов из контроля за темными и передали им меня.

Сначала мою темную магию тоже пытались заблокировать. Но проблема в том, что ее невозможно выжечь. А антимагические браслеты на нее не действуют, хотя их пытались на меня цеплять. Но каждый раз магия вырывалась на свободу, сбрасывая ограничители. Тогда встал вопрос, что со мной делать. В Обитель грешников с темной магией не принимают. Тем более, с неуправляемой.

В результате меня отправили в тот же приют, куда отдают детей с впервые выявленной темной силой. Вместе с ними я училась ее контролировать, ну и заодно помогала в приюте, в котором не хватало рабочих рук. На самом деле, обучали там плохо. В основном контролю, чтобы дети не навредили кому-нибудь. В этом вопросе нас жестко натаскивали и проверяли. А те, кому по какой-то причине не удавалось справиться с магией, исчезали из приюта. Нам не говорили, куда. Но мы и так все понимали.

С одной стороны, в этой неожиданно открывавшейся силе были и свои плюсы. Если бы мне полностью выжгли магию, моя жизнь оказалась бы короткой и ужасной. Потеряв магию, драконы быстро стареют и погибают. А с темной вполне можно жить. К тому же Обитель грешников — почти как тюрьма, с холодным климатом и тяжелыми бытовыми условиями. Я была очень рада, что избежала попадания туда.

С другой стороны, положение темных в стране тоже не слишком приятное. Они подлежат обязательной регистрации. Их сторонятся, опасаются, часто ненавидят и очень редко берут на работу. А еще раз в год они должны являться для проверки в соответствующие пункты, расположенные во всех крупных городах и подтверждать, что по-прежнему не опасны.

Проучившись в приюте год, я прошла проверку и получила подтверждающие документы на фамилию — Эйви Марш. Я сама придумала ее, похожую на настоящую. Ведь меня лишили прав на родовое имя, но как-то называться надо. Еще год я проработала в приюте, а потом решила уйти. Мне хотелось найти какое-нибудь место в этом мире, раз уж я осталась жива. И еще было очень тяжело видеть детей, с детства обреченных стать изгоями, хотя они ни в чем не виноваты.

С тех пор я скиталась уже почти месяц, перебиваясь редкими случайными заработками, которых хватает, только чтобы не умереть с голоду. И наконец оказалась в этом трактире. Но не проходит ни дня, чтобы я не проклинала того, кого виню во всех своих несчастьях. Я никогда вживую не видела графа Вудстока и не была при дворе. Мой дебют так и не состоялся. Когда моих родителей казнили, мне едва исполнилось восемнадцать. Но отсутствие визуальной картинки не мешает мне ненавидеть.

К моему столу подходит трактирщица, отвлекая от грустных мыслей. С удивлением замечаю, что женщина принесла не только приятно пахнущий травами чай и пирог с капустой, от вида и запаха которого у меня потекли слюнки. А еще тарелку разваристой перловой каши с маслом. Видимо заметила мой голодный взгляд. Только я собираюсь отказаться, как она грубовато сообщает, что за кашу платить не нужно.

Грустно чувствовать себя такой убогой, что меня жалеют даже трактирщицы, но это не самое страшное, к чему мне пришлось привыкать. Искренне поблагодарив хозяйку, приступаю к еде. И наконец-то

Пожилой мужчина внимательно осматривает меня, еще пристальнее изучает значок темной силы на моем плаще, кривится и отрезает:

— Для тебя работы нет. — Уже собираюсь отойти, зная, что просить бесполезно. Как вдруг он добавляет: — Хотя постой. Есть одна. Может, тебе и подойдет. Все равно больше туда никто не хочет ехать.

— Куда туда? — настораживаюсь я.

— В Проклятый замок, — мрачно отзывается староста.

— Почему проклятый? Что в нем происходит?

— Его хозяева погибли страшной смертью, — хмурится мужчина. — А все, кто туда устраиваются, сбегают через несколько дней и рассказывают всякие ужасы.

Задумываюсь. Проклятый замок — неприятное название. Но ничего путного староста не сказал. Хозяева погибли, кто знает, когда это случилось. Да и про страшную смерть очень неконкретно. А работники как раз все живы, раз сбегают. И опять, непонятно почему. К тому же, не с темной магией бояться проклятий, тут как раз староста прав. Но все же кое-что узнать стоит.

— Какую работу надо делать?

— Разную, — пожимает плечами мужчина. — Там всего пара старых слуг. Давно уже просят прислать кого-нибудь в помощь. А ты что ж, не готова на грязную работенку? Чистую ищешь? Ты, вроде, молодая, могу подсобить, — предлагает мне и так неприятно разглядывает, опуская глаза на грудь под плащем, что сразу становится ясно, какую «чистую» работу он имеет в виду. Нет, такого мне точно не надо.

— Спасибо, замок вполне подходит, — сообщаю твердо. — Как туда добраться?

— Я сообщу о тебе, — теряет ко мне интерес староста. — Завтра утром к трактиру подъедет слуга из замка. Он тебя отвезет.

На этом и договариваемся. Сердобольная хозяйка за две монеты предоставляет мне ночлег и даже горячую воду, которую заливают в деревянную бадью, чтобы я могла помыться и привести себя в нормальный вид перед встречей с новыми работодателями. Хотя интересно, если хозяева погибли, кто нанимает работников? Что ж, разберусь на месте, выбора у меня все равно нет.

Глава 2 Дэмиан

Никто не готов умирать в тридцать лет. Особенно, если в тебе течет королевская кровь, ты молод, богат и не обделен привлекательной внешностью, которая нравится дамам. Правда, королевская кровь для меня не удача, а скорее проклятие, которое я всю жизнь несу на себе. А заодно к этому и клеймо бастарда.

Моя мать согрешила с королем еще до того, как он встретил истинную пару и свою нынешнюю жену, нашу королеву. Матери давно нет, а я до сих пор расплачиваюсь за ее легкомыслие. Мало кому понравится постоянно видеть перед глазами напоминание о собственных ошибках. Вот и моему отцу тоже.

При этом надо отдать ему должное, пусть официально он меня не признал, но и не отправил куда-нибудь в глушь, как грязный секрет. Возможно, потому что обо мне все уже знали. Не было смысла прятать этот сор, получилось бы только хуже. Хотя бывшую любовницу отец после женитьбы все же сослал в родовой замок, чтобы не мозолила глаза королеве. А меня оставил при дворе.

Мать быстро умерла, а я остался один, пусть и при живом отце. Король ни разу не назвал меня сыном. И раньше, когда я был его единственным ребенком. И тем более, потом, когда у него появился законный наследник от королевы. Мой младший брат, которого мне конечно не разрешено называть братом.

Сначала я пытался заслужить одобрение отца, но быстро понял, что от моих усилий ничего не зависит, наши отношения не изменятся. Король меня терпел, закрывая глаза на мои похождения, а двор презирал. Я в отместку презирал двор. И напоказ несколько лет жил в свое удовольствие.

Необременительная должность при дворе с приличным жалованием позволяла жить на широкую ногу. Женщины сами прыгали ко мне в постель. Я знал, что был для них развлечением, способом пощекотать нервы. Фрейлины обсуждали меня между собой. Но если бы я сошел с ума и предложил одной из моих аристократических любовниц выйти за меня замуж, они бы облили меня презрением. Так что я в свою очередь тоже использовал их для своего удовольствия.

Мой скандальный образ жизни не нравился отцу. Он проводил со мной беседы, но ничего конкретного не предпринимал. А для меня это была саморазрушительная форма протеста. Против обстоятельств моего появления на свет, равнодушия отца, лживой морали двора. Но однажды, после особо «веселой» ночи, полной возлияний и грязных развлечений, я обнаружил себя в компании непонятных девиц в незнакомом месте. И даже не мог припомнить, как сюда попал.

Именно тогда, оказавшись практически на дне, я осознал, что мне надоело тупо прожигать свою жизнь. Да, мне не отмыться от клейма бастарда, не изменить отношение ко мне придворных. Но уж лучше пусть боятся и ненавидят, чем просто презирают.

Я согласился на должность, которую отец уже давно мне предлагал: стать королевской ищейкой. Раскрывать заговоры против короны. Моя вторая ипостась — теневой дракон, как нельзя лучше подходила для такой службы. Она позволяла мне уходить в тень и становится невидимым для окружающих. Это не полностью темная магия, лишь один из аспектов тьмы. Но даже он добавлял страха и презрения от придворных.

Устав от праздного времяпрепровождения я рьяно взялся за новое дело и, сам от себя не ожидая, за пару лет раскрыл несколько заговоров против отца и вычислил с десяток тайных ячеек мятежников. Я не занимался непосредственно допросами и сбором доказательств для приговоров. Мне нравилась именно полевая работа.

Выслеживать, находить связи, втираться в доверие, решать логические задачки. И загонять преступников в расставленные ловушки. При этом меня не интересовала их дальнейшая судьба. Всех пойманных забирали тайные службы и разбирались с ними сами. А я переходил к следующему заданию.

Я был очень горд собой. Особенное удовольствие доставлял глубоко запрятанный страх в глазах и подобострастные поклоны тех, кто раньше меня показательно игнорировал. Теперь все они боялись, что однажды я приду за ними. А мне вдруг стал нравиться чужой страх. Это было опасным звоночком. Я мог заиграться в вершителя судеб. Но Боги быстро указали мне мое место.

Плавя в эйфории побед, я ждал, что отец заметит мои успехи и наконец признает, что у него есть старший сын, которого не нужно стыдиться. И Король признал. Пожаловал мне графский титул вместе с поместьем. Вудсток — фамилия мужа моей

Он был уже в возрасте, когда женился. И, к счастью, быстро покинул этот мир. Иначе вряд ли снес бы такой позор — воспитывать незаконного королевского отпрыска. А моя мать, переждав положенный траур, вернулась ко двору и стала любовницей короля. Родственники Вудстока никогда не воспринимали меня, как наследника рода. Но отец на это наплевал и своим указом подарил мне титул и поместье. Что, естественно, не добавило мне любви номинальной родни.

Но на этом отец не успокоился и решил «осчастливить» меня еще больше. Приказал жениться на девице, в чьих жилах текла старая аристократическая кровь. При этом короля не смущало, что родителей потенциальной невесты признали виновными в измене как раз в результате одного из моих расследований. Их казнили, а девчонку в качестве приза отец решил отдать мне.

Его такая коллизия не напрягала. И не заботило, как невеста будет относиться ко мне. Понятно же, что она видела во мне корень всех бед. Хотя я точно не виновен в том, что ее родитель захотел участвовать в заговоре. Но самое отвратительное — этой подачкой отец только подчеркнул, что большего я не заслуживаю. Что меня и мою кровь надо облагородить, замаскировав сверху чужим знатным происхождением. Хотя если он так заботится о приличиях, лучше бы не заводил любовниц.

Я отказался от подобной «милости», почти швырнув в лицо отцу его унизительное предложение. Король предсказуемо разозлился. Мы высказали друг другу много взаимных упреков. После чего мне было объявлено, что мое присутствие во дворце больше нежелательно. Я съехал в съемные апартаменты и продолжил раскрывать заговоры. Но уже не так рьяно, как раньше. Потому что в очередной раз перестал видеть смысл в том, что делаю.

Но оказалось, это еще не все неприятности, что ждали впереди. Именно после того случая удача окончательно отвернулась от меня. Во время одного из расследований я получил в спину удар темным проклятьем. Моя магия не справилась с ним. Сначала я ждал, что вот-вот поправлюсь. Но со временем становилось только хуже. Проклятие медленно убивало меня, а лекари не могли найти решение.

Спустя несколько месяцев ко мне пожаловал король, чтобы лично справиться о самочувствии. Держался отец холодно и отстраненно. Но мой вид явно произвел на него впечатление. Он уехал, а на следующий день прислал ко мне светил королевской медицины. После долгих обследований они в один голос заявили, что проклятие необратимо. Можно лишь немного отсрочить неизбежное, но нужно готовиться к самому худшему.

Выслушав этот вердикт, за один вечер я принял решение, собрался и под покровом ночи уехал из столицы. Мой путь лежал не в подаренное мне поместье Вудстоков, а в родовой замок матери, в котором я никогда не бывал. Мать терпеть не могла свое родовое гнездо, называя проклятым. Возможно, так и есть. Ведь в конечном счете именно в нем она умерла еще довольно молодой. Но для моего нынешнего состояния это место подходило идеально. Проклятый бастард в проклятом замке. Отличная насмешка судьбы. Жаль, что я не мог по-достоинству оценить ее чувство юмора.

После смерти хозяйки замок много лет стоял заброшенным, его состояние поддерживали лишь с десяток слуг. Я разогнал всех, оставив только одну пожилую пару, показавшуюся мне самыми не болтливыми. Во-первых, не хотел видеть ужас и брезгливость на лицах слуг. Во-вторых, чем меньше людей узнает, в кого я превратился, и услышит мои крики во время приступов, тем лучше. Хотя возможно, это только поддержит легенду о проклятии.

На уволенных я наложил магию неразглашения. Небольшие крупицы силы пока еще были при мне, но с каждым днем их оставалось все меньше и меньше. Я надеялся сохранить тайну своего присутствия в замке. Никто не должен знать, что здесь живет бастард короля и по совместительству его бывшая главная ищейка.

Я вообще не хотел, чтобы хоть что-то напоминало мне о прошлой жизни. Велел называть себя родовой фамилией матери — Блэк. А из моего двойного имени Алистер Дэмиан стал использовать второе. Хотя раньше при дворе всегда предпочитал первое.

Кстати, легенда о проклятии оказалась не совсем легендой. Замок действительно хранил в себе множество сюрпризов, далеко не самых приятных. Но в моем состоянии было лень с ними разбираться. Мы, словно два раненных чудовища, просто сосуществовали рядом, ожидая каждый своей смерти. Замок готовился превратиться в развалины. А я ждал, когда проклятие убьет меня.

Так я протянул год, превратившись в настоящего отшельника. Смешно, но только теперь осознал, каким идиотом был раньше, обижаясь на свою судьбу. Когда оказываешься перед лицом настоящей трагедии, все остальные обиды быстро перестают иметь значение.

Вот и я, разбив в замке все зеркала, чтобы не смотреть на свое внушающее ужас лицо, и ежедневно переживая приступы, во время которых меня будто заживо раздирало на части, понял, как много имел, когда был здоров, полон сил и пользовался успехом у женщин.

Сейчас я не мог понять, почему так сильно зависел от признания и мнения отца? Зачем все время пытался что-то ему доказать, вместо того, чтобы жить своей жизнью? Ну и как, доказал? Вот теперь я точно никому не нужен и по-настоящему окружен одиночеством. И я даже его оценил. Это гораздо лучше, чем жизнь во дворце, среди лжи, лести и предательства. Я бы даже нашел здесь спокойствие. Если бы не мучительные приступы и жуткая перспектива умереть молодым.

Глава 3 Эйвери

Помывшись, чувствую себя гораздо лучше. Да, теперь мне и бочка с горячей водой за счастье. А когда-то я была не слишком довольна комнатой в академии с отдельной ванной. Еще бы, ведь в нашем родовом поместье моя личная купальня была больше той комнаты.

Меня вообще в родительском доме любили, лелеяли и оберегали. Двое мужчин в семье — отец и старший брат — всегда были моими защитниками. Да и в академии я ощущала за спиной силу рода. Как же мне сейчас этого не хватает. Очень тяжело сражаться один на один со всем миром, который и так сделал из меня изгоя. Не за кого спрятаться, не у кого просить помощи. Разве что у моей магии. Но она и защита, и проклятие одновременно.

Обрываю печальные воспоминания. Надолго погружаться в отчаяние я себе не позволяю. Знаю, как это затягивает, потом выбираться еще сложнее. Все это я уже проходила. Шок, жгучую обиду,

Ворочаясь на жестком матрасе, усилием воли заставляю себя думать о том, что меня ждет впереди. Почему-то только сейчас в голову приходят разумные мысли. Прежде, чем принимать предложение старосты, надо было хотя бы пообщаться с теми, кто работал в замке. Узнать, что там на самом деле происходит. С другой стороны, со мной мало кто соглашается общаться. В основном опасливо косятся и обходят стороной.

Ранним утром спускаюсь в обеденный зал в надежде встретить там кого-нибудь и заодно попросить завтрак, входящий в стоимость ночлега. Но, кроме хозяйки, там никого нет. А женщина, хоть и не чурается меня, помочь ничем не может. Все, что она слышала — глупые слухи о жутких криках, завываниях и захлопывающихся дверях. А еще, что хозяйка замка давно умерла. Но как именно, трактирщица не знает. Управляющего отродясь не видела. А за покупками всегда приезжает один и тот же человек.

К тому времени, как я заканчиваю с едой, в помещение заходит пожилой мужчина и сразу останавливает взгляд на мне, единственной сейчас гостье.

— Ты, что ли, к нам наняться готова? — спрашивает хмуро.

— Я, — киваю, подходя ближе.

— Тогда шагай за мной, — бросает деловито и идет на улицу, больше не оглядываясь. Торопливо подхватываю заплечную сумку со своими нехитрыми пожитками, кивком прощаюсь с трактирщицей и спешу за мужчиной. А ведь собиралась немного его расспросить. Придется делать это в дороге.

Выбегаю на крыльцо и вижу, как мужчина поправляет мешки и ящики в большой телеге, запряженной двумя лошадьми.

— Залезай, — командует, кивая на козлы.

Пристроив в углу телеги сумку, легко забираюсь на жесткое сиденье. Да, раньше я путешествовала только в каретах с мягкими подушками. А теперь и такой транспорт меня не пугает. Плотнее заворачиваюсь в плащ, прячась от прохладного ветра. Жду, когда мужчина присоединиться ко мне, и мы наконец трогаем.

Какое-то время я молчу, давая спутнику привыкнуть к моему обществу. Не хочу сразу забрасывать его вопросами. Но долго не выдерживаю, все же неизвестность немного страшит, и вежливо спрашиваю:

— Вас как зовут?

— Сэм, — недовольно косится на меня мужчина.

— А меня Эйви, — представляюсь сама, не дождавшись ответного вопроса. И объясняю: — К сожалению, староста ничего не рассказал о работе. Я бы хотела понимать, что придется делать.

— Ты болтливая, что ли? — с досадой хмурится Сэм. А мне становится ясно, что в замке болтливых не любят.

— А разве похоже? — усмехаюсь невесело. Вот уж болтливой меня теперь точно не назовешь. Мне иногда приходится самой с собой разговаривать, чтобы не свихнуться от одиночества.

Мужчина поворачивается и внимательнее разглядывает меня. Останавливает взгляд на значке темной силы, и неожиданно недовольное выражение уходит с его лица.

— Может, ты и продержишься, — говорит задумчиво. Скорее, для себя, чем для меня.

— А почему сбежали остальные работники? — спрашиваю, пользуясь изменением в его настроении. Вот только ответа не получаю. Пробую еще раз: — В замке есть хозяин? Кто нанимает прислугу и платит жалование?

Мужчина снова молчит и смотрит вперед, будто меня вообще тут нет. Пытаюсь достучаться до него:

— Я правда не болтливая. Но вы бы сами не задали ни одного вопроса, устраиваясь на новое место?

Вот эта моя попытка срабатывает. Сэм все же отвечает:

— Работа обычная. Будешь помогать нам с Мартой, это моя жена. Уборка, готовка, другие дела по дому. Жалование получать у меня. Если тебя примут, конечно. Больше тебе ничего пока знать не надо, — добавляет твердо, всем видом показывая, что сказал достаточно.

Не надо, так не надо. Я тоже отворачиваюсь к дороге и разглядываю унылый пейзаж, а сама анализирую разговор. Пусть Сэм почти ничего не сказал, кое-какие выводы сделать можно. Например, что нанимать меня все же будет не он. А значит, в замке, кроме него и его жены, есть кто-то еще. Хозяин, управляющий? Но почему это так тщательно скрывается?

Дальше мы едем в молчании. Меня оно не тяготит. В последнее время это мое обычное состояние. Я уже и забыла, что когда-то вела сосем другой образ жизни. Была бойкой, активной, имела много подруг и друзей. И поклонников тоже.

Даже думать не хочется, как бы они отреагировали, если бы встретили меня сейчас. Сделали вид, что не узнали? Впрочем, я бы и сама теперь не узнала в себе аристократку из старого, уважаемого рода. Да и рода больше нет. Будь ты проклят, Алистер Вудсток!

Наконец, спустя пару часов, вдалеке показывается величественный замок, поражая своими размерами и монументальностью. Удивленно разглядываю его, я представляла что-то попроще. Но чем ближе мы подъезжаем, тем лучше видно, что замок находится в плачевном состоянии. От него веет запустением и мрачностью. Не мудрено, что его называют проклятым. А всего-то нужно привести здание в порядок.

Подъездная дорога вся в рытвинах, по бокам заросшие плодовые сады, некогда явно служившие украшением замка. Одна башня частично обрушилась. Ступени у крыльца тоже не внушают доверия. Свет горит только в паре окон. Остальные пугают своей темнотой, как глазницы монстра.

Сердце тревожно сжимается. А потом я вспоминаю, что для большинства окружающих я сама — тот самый монстр. Могу призвать темную силу и приказать ей что-нибудь. Хорошо, что никто не догадывается, что я почти не умею с ней обращаться.

Мой спутник снова мрачнеет, вздыхает и недовольно поглядывает на меня, будто уже жалеет, что привез сюда. Это странно, ведь они сами искали работников. Телега останавливается прямо у крыльца. Неожиданно дверь открывается, и нам навстречу выходит пожилая, дородная женщина. Мы с Сэмом слезаем с козел и ждем ее приближения.

Первым делом женщина впивается изучающим взглядом в мое лицо, потом бросает недоуменный взгляд на мужа. Скорее всего, мужа. Думаю, это и есть та самая Марта. Только что ей во мне не понравилось? Они продолжают молчаливый разговор, общаясь взглядами, будто легко друг друга понимают. Это уже напрягает. В замке и разговаривать нельзя?

Марта еще внимательней осматривает меня и натыкается взглядом на значок темной силы. Вот теперь ее глаза, окруженные усталыми морщинками, понимающе вспыхивают. Она снова переглядывается с мужем, потом Сэм наконец говорит:

— Я пойду, сообщу. Надеюсь, не прогонит ее сразу. Занесите пока все в дом, — кивает на телегу и уходит.

Растерянно смотрю на женщину и все же решаю представиться.

— Я Эйви. Эйви Марш, — замолкаю, не зная, что сказать дальше.

— Марта, — сообщает

Если бы еще кто-то объяснил, что тут происходит, было бы совсем хорошо. Но видимо, пока меня не примут на работу, никаких объяснений я не дождусь. Придется потерпеть.

Больше не тратя слов, Марта вручает мне ящик с овощами, сама достает из телеги небольшой мешок, судя по белой пыли на нем, с мукой. И шагает к крыльцу, велев следовать за ней. Мы успеваем разгрузить почти всю телегу, когда наконец возвращается Сэм и сразу подходит ко мне.

— Слушай меня, — говорит, напряженно глядя в глаза. — Сейчас я отведу тебя к… тому, кто принимает на работу. Твоя задача ему понравиться. При этом не болтать, вопросы не задавать и близко не подходить. Запомнила? Остановишься в дверях и дальше ни-ни. Стой и жди, когда с тобой заговорят.

Интересно, как я должна понравиться хозяину, но при этом молчать? Похоже, на моем лице отражается сомнение. Мужчина вздыхает и расщедривается на объяснения:

— Мы с Мартой не справляемся. Я давно просил нанять кого-то еще, но он… не разрешал. Я привез тебя сюда на свой страх. Нам повезло, у него не самое плохое настроение. Иначе сразу бы тебя выгнал. А так хотя бы посмотрит и примет решение.

— Кто он? — не выдерживаю этой странной таинственности.

— Я что тебе говорил про вопросы? — тут же хмурится Сэм. — Не вздумай спрашивать его. Если тебя примут, я сам объясню все, что тебе надо знать. Поняла?

Киваю, что мне еще остается. Мужчина с минуту недовольно рассматривает меня и наконец кивком требует идти за ним. Я торопливо шагаю следом, даже не успевая по дороге разглядеть внутренности замка. Впрочем, пока мы идем по длинному, извилистому коридору.

Прямо на ходу заправляю за ухо растрепавшиеся волосы и отряхиваю плащ. Платье я еще утром надела лучшее из тех двух, что у меня есть. И почистила его магией. Возможно, для многих это сюрприз, но темную магию тоже можно использовать, как бытовую. Вот теперь я готова встретиться с управляющим или кто-там меня ждет.

Глава 4 Эйвери

Узкий коридор выводит нас с Сэмом в просторный холл с высокими потолками и огромными витражными окнами. Теперь я понимаю, что все это время мы находились в служебной части замка. Там были кухня и кладовая, которую мы с Мартой успели забить продуктами. А теперь я попала в основную жилую часть. Точнее ту, которая когда-то была жилой. А сейчас носила те же следы запустения, что и весь замок.

Вот и этот зал явно в свое время поражал гостей высокими резными колоннами, красивым убранством и размерами, а сейчас производит жалкое впечатление. Мебель в рваных чехлах, пыльные гобелены на стенах, мозаичные полы и дорогие шелковые ковры затерты так сильно, даже рисунок не виден. У нас в особняке были похожие ковры. Я знаю, как они ценятся.

Ну а главное украшение холла — большие узорчатые окна — так грязны, что едва пропускают тусклый солнечный свет. Из-за этого в помещении царит полумрак, а тени в углах кажутся зловещими. Или это замок так приветствует меня? Я вдруг ловлю себя на странном ощущении, будто за мной пристально наблюдают. Осторожно, исподтишка, следят за каждым моим движением и пытаются понять, чего от меня ждать. Никогда раньше такого не чувствовала.

Мы поднимаемся по мраморной лестнице, ступени которой все в выбоинах. А я удрученно пытаюсь понять, почему хозяева допустили такое запустение? Кому-то же этот замок принадлежит после смерти последней хозяйки. Вообще, родовые замки питаются магией хозяев. Именно она помогает им поддерживать надлежащий вид. И в подобный упадок приходят либо когда род полностью прервался, либо если главный в роду теряет магию. Но тогда замок запитывают на магию следующего наследника.

К тому же есть еще бытовые магические артефакты. Они конечно не заменят хозяина, но хотя бы с пылью и грязью справятся. И с мелким ремонтом. Надо будет расспросить Сэма или Марту, почему они не пользуются такими артефактами. Если конечно мне разрешат здесь остаться. А я бы хотела. Несмотря на запустение, мне тут нравится.

Наконец мы останавливаемся перед высокой дверью. Сопровождающий меня мужчина оборачивается и нервно произносит:

— Ты все помнишь? Говорить, только когда тебя спрашивают. Вопросы не задавать, не перечить. В комнату дальше порога не заходить.

Его приказы звучат грубо, но в глазах Сэма настоящее беспокойство. Я вдруг понимаю, что злится он не на меня. Просто ему с женой очень нужна помощница. И он боится, что я своим поведением все испорчу. Это вполне возможно, поскольку я не представляю, чего ждать от того, с кем сейчас буду общаться.

— Иди, — Сэм открывает дверь и слегка подталкивает меня в спину. Захожу и слышу сзади хлопок. Закрытая дверь отрезает меня от коридора. Делаю шаг вперед и замираю, вспоминая наставление. Пытаюсь оглядеться, но это невозможно. Хотя на улице еще день, все окна в комнате зашторены так плотно, что не пробивается ни капли света. А два светильника подсвечивают лишь место, где стою я, погружая в полный мрак оставшуюся часть помещения. Их явно поставили так специально.

Щурюсь от слепящего глаза света. Все, что я смогла понять — покои большие и достаточно чистые. На полу рядом со мной ни пылинки. И нет ощущения спертого, застоявшегося воздуха. Значит, хотя бы здесь поддерживают чистоту. А потом в глубине комнаты раздается шорох, и я невольно вздрагиваю, задействуя единственное доступное мне сейчас чувство — слух.

Есть еще и магия, но я не рискую ей пользоваться. Мало кто спокойно переносит темную силу. А в чужом доме применять ее можно только с разрешения хозяев. Правда моя магия как-то слишком настойчиво сама тянется к тому, кто затаился в тени, будто чувствует что-то интересное. Но я мгновенно заталкиваю ее обратно. К счастью, пусть и нехотя, она подчиняется.

Но испугаться я все же успеваю. На какие-то доли секунд мне показалось, что сила вырвется на волю. А контроль — это первое и основное, чему учат темных. Если возникнет подозрение, что я не справляюсь, меня тут же предадут магическому контролю за темными. Это страшная организация, оттуда еще никто не возвращался.

Когда понимаю, что магия все же послушалась, немного успокаиваюсь. И снова сосредотачиваюсь на таинственном хозяине

И вдруг раздается тихий, но четкий приказ:

— Сними капюшон.

Я снова вздрагиваю. Но не из-за самого приказа, его выполняю сразу, а из-за голоса незнакомца. Это точно мужчина. И явно не старик. Но все же с ним что-то не так. Голос звучит хрипло, сорвано. Будто его хозяин очень долго говорил или много кричал. Очень странный голос, от которого мурашки по коже. Но не противный, а наоборот, цепляющий. Его хочется слушать еще и попробовать отгадать эту загадку.

— Назови свое имя, — звучит следующий приказ.

— Эйви Марш, — сообщаю я.

— Кто ты?

А вот это уже сложный вопрос. Я бывшая аристократка, бывшая адептка магической академии, бывшая узница и… У меня много ответов. Какой же из них озвучить? Впрочем, про свое прошлое я не собираюсь никому рассказывать. Так что выбираю самый простой вариант, соответствующий моему нынешнему положению:

— Безродная сирота с темной магией.

— Что тебе надо в моем доме? — голос звучит равнодушно и устало. Кажется, невидимому мужчине уже надоел наш разговор, хотя мы обменялись всего парой фраз. Я физически ощущаю, как убегают секунды, отделяющие меня от ночевки в холодном лесу. Сейчас он велит выгнать меня, и на этом все закончится. Что же ответить, чтобы отсрочить такой незавидный итог?

А еще он сказал «в моем доме», значит это не управляющий, а хозяин. Я могла бы сказать, что это им нужна моя помощь. Точнее, его слугам. Но не говорю. Судя по словам Сэма и состоянию замка, мужчине наплевать на то, что тут творится.

— Работа. Еда и кров. И небольшое жалование, — говорю, как есть.

— Почему я должен тебе все это предоставить?

Вздыхаю, потому что на этот вопрос ответа у меня нет. Я не знаю, почему. Потому что это нужно мне? А ему? Потому что я могу погибнуть, не найдя другой работы? И опять это моя нужда, не его. Я молчу, время идет. Надо что-то сказать. И тогда я выпаливаю:

— Потому что мне тут нравится. И еще я не боюсь проклятий…

Резкий, надсадный выдох служит мне ответом. Я тут же мысленно начинаю себя ругать. Вот зачем эту глупость сказала? Не стоило вспоминать про проклятый замок. Кому понравится, что его собственность так называют? Уже прощаюсь с этим местом и прикидываю, отвезет ли меня Сэм к ближайшему городу или просто выгонит за порог, решив, что я больше не его забота.

И вдруг слышу все тот же хриплый голос:

— Можешь остаться на месяц. Потом решу, что с тобой делать. Сбежишь раньше, задерживать никто не станет. Но жалования тогда не получишь. Сейчас я наложу на тебя магию неразглашения. Тебе запрещено рассказывать кому-либо о том, что здесь увидишь и услышишь. Поняла?

Я так рада, что и не думаю возражать. Киваю и чувствую, как меня окутывает легкое дыхание чужой магии. Кстати, очень приятной. Есть в ней что-то странное, но я не могу понять, пока не воспользуюсь своей магией. И снова моя сила поднимается внутри, прислушиваясь к чужой. А потом благосклонно ее принимает.

Мне очень хочется отпустить магию, дать ей развернуться в этих покоях. Прощупать хозяина замка. Впервые за последнее время я будто выныриваю из равнодушной апатии. Хотя понимаю, что это всего лишь любопытство. Загадка, которую тянет разгадать.

Но такая бесцеремонность мужчине точно не понравится. А я не собираюсь его злить. Благодаря ему у меня появился шанс хотя бы месяц пожить в тепле и сытости. Набраться сил, накопить денег. Кстати, он ничего не сказал о жаловании. Пока думаю, стоит ли о нем спросить, хозяин решает за меня.

— Иди, — произносит сдавленно, будто что-то мешает ему нормально дышать. — И запомни правило: ты не должна подниматься сюда без разрешения. И никогда не заходи в эту комнату.

Спешу покинуть покои, пока он не передумал. Настороженный Сэм ждет в коридоре.

— Ну что? — спрашивает, беспокойно вглядываясь в мое лицо.

— Разрешил остаться на месяц, потом посмотрит, — сообщаю я и вижу, как на лице мужчины разливается облегчение.

— Тогда идем, — довольно кивает он. — Покажу тебе твою комнату. Сегодня отдыхай, а завтра начнешь работу.

Мы спускаемся на первый этаж и снова шагаем по длинным коридорам. Наконец Сэм толкает одну из дверей и пропускает меня.

— Будешь жить тут. Приберешься сама. Завтра я объясню тебе правила. А пока никуда, кроме этой комнаты и кухни не ходи. На обед Марта тебя позовет.

— А… — вспоминаю о естественных потребностях организма, которые уже требуют удовлетворения.

— Отхожее место в конце коридора, — сразу понимает мои затруднения Сэм.

— А помыться тут есть где?

— Да, там же рядом купальня. Вода в нее поступает. Захочешь мыться в теплой, разожжешь печь. Дрова только экономь, — добавляет строго и уходит, оставляя меня одну.

А я поворачиваюсь и внимательно осматриваюсь, изучая место, где мне предстоит жить по крайней мере месяц. А если повезет, и дольше. Комната небольшая. Мебели минимум, но все основное есть. Кровать, накрытая покрывалом. На ней уже лежит моя сумка. Узкий шкаф с потрескавшимися дверцами, столик у окна и два стула. Мне хватит. Особенно если учесть, что не раз приходилось ночевать в хлеву. Не все готовы пустить на ночлег темную.

Да, уборка тут потребуется. Но в целом все неплохо. Подхожу к грязному окну и выглядываю на улицу. Сразу за ним дерево, к сожалению полузасохшее. Но еще живое. Отдельные листочки колышутся на ветру, словно приветствуя меня. Это немного поднимает настроение, добавляя спокойствия в душе. Когда-то я была достаточно избалованной особой. А сейчас меня радуют совсем простые вещи. Теплая постель, предвкушение сытного ужина и хотя бы временная безопасность. Мне нравится, что в этом замке так мало людей. В последнее время от них я не жду ничего хорошего.

Что ж, пора обживаться. Посетить отхожее место, как назвал туалетную комнату Сэм. Изучить купальню. И заняться уборкой. С магией я бы справилась гораздо быстрее, но забыла спросить разрешения ей пользоваться. Так что пока придется убираться обычным способом. А потом вымоюсь и пойду искать Марту. Не хочу сидеть без дела. Да и вопросы у меня есть. Надеюсь теперь, когда меня взяли на работу, я смогу их не только задать, но и получить ответы. Больше всего, конечно, интересует хозяин замка, но не уверена, что Марта захочет о нем говорить. Вот и узнаю.

Глава 5 Дэмиан

В последнее время я чувствую себя все хуже. Приступы случаются почти каждую ночь. И эти ночи я теперь жду с ужасом. Сил не осталось. Днем я тупо валяюсь в постели и вяло вспоминаю свою жизнь. Только там нет ничего, чем бы я мог гордиться. И убедить себя, что просуществовал эти тридцать лет не зря.

По замку я почти не передвигаюсь, предпочитаю отлеживаться в своих покоях. Смотреть на разруху нет желания, а восстанавливать дом нет смысла. Я скоро умру, наследников у меня нет. Замок все равно отойдет короне. Пусть сами с ним разбираются. И с проклятием тоже. Словно в ответ на мои мысли где-то в коридоре хлопает ставня. И нет, это не случайность. Но мне наплевать.

А еще раздражают постоянные просьбы Сэма нанять дополнительную прислугу. Вот и сейчас он стоит на пороге и с опаской сообщает, что притащил из города какую-то девицу с магией. Напоминает, что все артефакты в доме разрядились. Ну да, заряжать их я уже не в состоянии. Можно купить новые, но я не хочу. Тошно представлять, что я сдохну, а ничего в мире не изменится. Будто меня никогда не было. Пусть хотя бы замок уйдет со мной.

— … так вы поговорите с ней, мистер Блэк? — доносится до меня бубнеж Сэма, от которого я отвлекся. Заходить в комнату он не решается, хотя ему и Марте это не запрещено. Скоро я вообще не смогу подняться с постели. Им придется ухаживать за мной. Демоны! Нет, до такого доводить не желаю. Придется закончить все самому. — … девчонка не болтливая, сообразительная… — морщусь от его слов и неожиданно для себя говорю:

— Ладно, пусть зайдет, я посмотрю. Только поставь светильники так, чтобы она ничего не увидела.

Сэм торопливо выполняет приказ, стараясь не смотреть на меня, кланяется и спешит прочь. А я уже жалею, что согласился. Зачем мне какая-то девица? Наверняка будет бродить по дому, не удержится, даже если прикажу. Женщины любопытные. А мне оно надо? Посмотрю на нее и прогоню.

А потом девчонка появляется на пороге и застывает. Я еще не вижу ее лица, но меня накрывает странное чувство узнавания. Неужели, кто-то из моих бывших пассий пробрался сюда? Резко требую снять капюшон и сразу успокаиваюсь. Нет, эту девчонку я не знаю. Я конечно не помню всех своих случайных любовниц. Но в одном уверен точно, никто из них не нацепил бы на себя такой ужасный балахон.

И все же новая служанка вызывает непонятное беспокойство. Будто-то что-то в ней неправильно. Одета как крестьянка, волосы заплетены в простую косу. Но осанка, как у аристократки. И черты лица… тонкие, изящные. Волосы золотистого оттенка, я бы посмотрел на них распущенными. Может, попросить? Хотя зачем мне это?

Всего лишь на минуту я забываю о своем состоянии. Но прокатившаяся по телу волна боли быстро возвращает меня обратно. Уже равнодушно спрашиваю у незваной гостьи, кто она и зачем сюда притащилась? Сирота с темной магией. Ну что сирота, и так понятно. Иначе не слонялась бы в одиночестве в поисках работы. А вот про магию интересно.

Несмотря на то, что меня сжирает темное проклятие, к самой темной магии я не испытываю страха или отвращения. Никогда не разделял всеобщего отношения к темным, как к опасным изгоям. Наоборот, одно время даже думал изучить эту силу подробнее. Но потом работа ищейки полностью поглотила меня.

Но даже несмотря на магию, не вижу причин оставлять девчонку в доме. Задаю очередной вопрос и жду ответа. Вот голос у нее… приятный. Как будто задевает что-то внутри. И вдруг слышу:

— А еще я не боюсь проклятий…

Шумно выдыхаю. Как она узнала? Кто ее послал? Может, отец? Но зачем? А потом до меня доходит, это она не про меня, а про замок. О нем в окрестных деревнях много болтают. Рассказывают разные ужасы, что мне только на руку. А эта пигалица храбрится. Так хочет остаться?

Разглядываю ее внимательней. Молодая совсем. Фигуру под плащем не видно, а щеки впалые, руки тонкие, запястья почти прозрачные. Скорее всего ей просто некуда идти. В груди что-то болезненно ноет. Странно. Это что, жалость? Я никогда никого не жалел. Жизнь так устроена. Каждый день кто-то погибает. Если обо всех скорбеть, можно свихнуться.

Тогда почему я злюсь, как только представляю, что Сэм выставит ее? Куда она пойдет в этом своем дурацком плаще, вряд ли защищающем от наступивших холодов? Тут до ближайшего жилья несколько часов на телеге. А она еще и голодная наверняка.

Сам не понимаю, зачем мне это нужно, но губы уже произносят слова. Разрешаю остаться на месяц. Правда, тут же приходит мысль, что девчонка сама сбежит. Или увидит меня случайно и придет в ужас. Или замок ее выживет, напугает так, что унесется, сверкая пятками. Как и многие до нее. Ну и плевать, жалеть не буду.

Быстро накладываю на новую служанку магию неразглашения, ощущая, как тело дрожит от напряжения. Даже такая простая вещь, которую раньше выполнял, не задумываясь, теперь отнимает все оставшиеся силы. Отпускаю девчонку. А сам лежу, пялясь в потолок, и вслух произношу ее имя. Эйви — красиво звучит. Хотя мне что с того?

Спустя день удостоверяюсь, что новая служанка оказалась понятливой. Как я и велел, на второй этаж даже не заглядывает. Ее вообще не видно и не слышно. А мне как раз хочется ее увидеть. Но я сам запретил девчонке приближаться. Не выдерживаю и расспрашиваю Сэма, доволен ли он ей?

— Вполне, — тут же кивает слуга. — Расторопная, смышленая. Руки на месте. Без дела не сидит. С Мартой быстро нашла общий язык. Во всем помогает. А еще, мистер Блэк, вы дадите разрешение Эйви применять магию? Так ей будет сподручнее заниматься уборкой. И артефакты опять же не нужны. Раз уж есть в ней сила, пусть на пользу идет.

— Хорошо, — пожимаю плечами. — Но здесь она появляться не должна. — И тут же интересуюсь: — Где ты ее разместил?

— Так рядом с кухней. В комнате для прислуги. Их там много свободных.

— Правильно. Продуктов у нас достаточно?

— Конечно, мистер Блэк. Я много привез.

— Ладно, иди, я устал, — отправляю его.

— Ужин нести?

— Не хочу.

В последнее время у меня совсем нет аппетита. И заставлять себя лень. А еще я чувствую приближение очередного приступа. Этой ночью мне опять не спать. Надо не забыть набросить на комнату полог тишины, а то Эйви испугается. Или не

Глава 6 Эйвери

Тщательно отдраив свою комнату, избавляюсь от толстого слоя пыли на всех поверхностях и паутины в углах. Отношу матрас, одеяло и подушку во двор, чтобы проветрить. Попутно замечаю, что постельные принадлежности очень неплохие. Не те перины, на которых я когда-то спала, но и не жесткий, набитый соломой тюфяк и дерюга в качестве одеяла. Такое часто доставалось мне во время скитаний.

Когда до блеска отмываю окно, в комнате сразу становится веселее. Солнечный свет пробирается внутрь и расцвечивает яркими бликами все вокруг. Еще бы шторы повесить, но и без них тоже хорошо. Раскладываю в шкаф вещи из дорожной сумки. Но платье, две смены белья и запасные чулки теряются даже в небольшом объеме. В очередной раз осознав, насколько моя жизнь отличается от прежней, я немного грущу. Но долго горевать себе не позволяю.

У меня есть работа, крыша над головой, мягкая постель и еда. Чего еще желать? И пусть девушки моего возраста часто живут романтическими грезами, это теперь не для меня. На невесте с темной магией женится разве что такой же темный, а их слишком мало. Ну а связаться с нищей сиротой-бесприданницей желающих еще меньше. И это пока жених не узнает, что я дочь казненных за измену королю. Так что о семье я вообще не думаю. Какой смысл расстраиваться?

Зато теперь я могу ежедневно мыться в теплой воде. После уборки иду исследовать купальню. Она оказалась очень удобной. Хотя сначала приходится растопить печку, но к этой работе я уже привычная. Зато потом наполняю горячей водой деревянную лохань для омовения и минут десять нежусь в ней. В конце тщательно промываю волосы травяным шампунем, стоящим тут же, на подставке. Одеваю чистое белье, что принесла с собой, платье, тщательно расчесываю волосы, заплетаю их в косу. Прибираюсь после себя и отправляюсь искать Марту.

Накормив на скорую руку простой, но сытной едой, женщина поручает мне несложную работу: перебирать привезенные ее мужем крупы и расфасовывать в емкости для хранения. Сама она тоже крутится на кухне, занимаясь ужином. А я наслаждаюсь вкусными запахами и пытаюсь осторожно расспросить Марту. Нужно же хотя бы в общих чертах понимать, куда я попала. Начинаю с самого простого вопроса:

— Как зовут хозяина замка?

— Дэмиан Блэк, — не слишком довольно отвечает женщина. Следующий мой вопрос не нравится ей еще больше.

— Сколько ему лет?

— Да кто ж его знает, — бурчит она, отвернувшись.

— Он молод или стар? — пробую уточнить. Хотя мне показалось, что голос хозяина не принадлежал старику. Не дожидаюсь ответа и задаю следующий вопрос: — Он чем-то болен?

— Болен или нет — не нашего ума дело, — на этот раз Марта всем своим видом выражает неодобрение. — Наше вон — крупу перебирать, еду готовить, убираться.

Вздохнув, понимаю, что даже сейчас, когда меня приняли на работу, отвечать на мои вопросы никто не собирается. Но возможно, дело вовсе не в нежелании общаться. Скорее всего, магию неразглашения наложили не только на меня. Что ж, хозяин в своем праве. Если у него есть какие-то секреты, меня они точно не касаются.

— А про замок тоже нельзя спрашивать? — пробую в последний раз. — Все же мне тут жить. Почему его называют проклятым?

— Потому что некоторые много болтают и пугаются собственной тени, — ворчит Марта, возвращаясь к готовке. — А ты не обращай внимания, если где-то хлопнет дверь или скрипнет половица. Дом старый, давно требует ремонта. А заниматься им некому.

Она обрывает себя и недовольно поджимает губы, словно сказала лишнее. Не вижу смысла дальше стучаться в закрытую дверь. Я уже поняла, что вопросы можно задавать строго по делу. С остальным придется разбираться самой.

Сосредотачиваюсь на работе. Все поручения Марты исполняю быстро и тщательно. И спустя пару часов женщина заметно оттаивает, уже поглядывая на меня без неодобрения. Показывает, где хранится кухонная утварь. Озвучивает задачи на следующий день. Потом вместе накрываем на стол. Приходит Сэм, и мы садимся ужинать.

Я стараюсь есть размеренно, не торопясь и не заглатывая еду, но так сложно удержаться, когда рыба такая вкусная, а каша к ней разваристая, щедро сдобренная маслом. Запиваю все это травяным взваром, который у Марты тоже получается отлично, и заедаю куском ягодного пирога.

Для моего желудка это настоящий пир. А для Марты с Сэмом, судя по всему, обычная трапеза. Вот только я не заметила, чтобы кто-то из них отнес ужин хозяину. Но спрашивать не рискую. А прозвучавший следом диалог многое проясняет.

— Может, все же отнесешь, я соберу поднос, — тревожно глядя на мужа, спрашивает женщина.

— Он сказал, что не голоден, — хмурится Сэм. — Сама знаешь, как злится, когда ему перечат. Вышвырнет поднос вместе со мной.

— Так ведь и не обедал тоже. Разве ж можно целыми днями голодным сидеть? Откуда только силы возьмутся?.. — укоризненно качает головой Марта. Замечает мой взгляд и осекается. А я мотаю на ус. Из таких оговорок тоже можно многое понять.

Все-таки с хозяином замка явно что-то не то, раз он даже от еды отказывается. А еще прячется от людей. И похоже сорвал голос. Но свои мысли я никак не озвучиваю. А спрашиваю о другом, прерывая напряженное молчание:

— В доме есть бытовые артефакты?

— Есть, но все разряжены, — хмурится мужчина.

Еще один пункт в мою копилку: заряжать артефакты хозяин не может.

— Я могла бы попробовать, — говорю нерешительно. На самом деле я не уверена. Раньше умела их заряжать. Но после того, как во мне проснулась темная сила, я с артефактами не работала. Они слишком дороги. Мое новое положение не позволяет их иметь. Но теоретически сила есть сила. Возможно, нынешняя тоже справится. Или поломает все…

— А точно, Сэм! Вдруг у Эйви получится? — воодушевленно произносит Марта. — Первым делом попробуем стиральный артефакт, мне его так не хватает. Устала белье руками стирать.

— Но сначала надо спросить у хозяина разрешения, — напоминаю я. — Без этого мне нельзя использовать магию в чужом доме.

Сэм обещает все узнать и уходит по своим делам. Я помогаю Марте убрать со стола, мою посуду. А потом возвращаюсь к себе в комнату. Облачаюсь в ночную рубашку, аккуратно разложив на стуле платье. Когда мне выплатят первое жалование, можно пополнить гардероб. Правда для этого придется ехать в город. Или лучше побольше накопить? Впрочем, еще рано об этом думать. Вдруг через месяц мне придется отсюда уйти.

Глава 7 Эйвери

В первую ночь в замке мне снится что-то смутное, непонятное, тяжелое. Быстро мелькающие образы, которые я не могу запомнить. Чьи-то горящие глаза заглядывают прямо в душу. И странное слово, неизвестно, к кому обращенное: «вернулась». Вряд ли ко мне, ведь я никогда в этом месте не была. Зато к счастью, никаких стуков и завываний.

На следующий день вопрос с одеждой неожиданно решается сам собой. Но сначала Сэм получает для меня разрешение использовать магию и притаскивает целую коробку разрядившихся артефактов. Перебираю их, вспоминая, для чего они нужны. В родительском доме, да и потом, в академии, я часто их использовала. Один был особо любимым — создавал пышные локоны. Но здесь таких нет, все сугубо практичные.

Первым пробую зарядить стиральный, как и просила Марта. Сразу много я не заряжу, тогда сил на другое уже не останется. Хотя на самом деле я сама не знаю предела своих возможностей. До сих пор использовала магию только на самое необходимое, чтобы выжить. А дальше старалась не лезть. Мне нужен хороший учитель. Но где его взять?

Отпускаю магию осторожно, малыми порциями, чтобы не сломать дорогой артефакт. Оказывается, темная магия ему тоже подходит. Марта нетерпеливо крутится вокруг меня. А как только я заканчиваю, радостно прижимает артефакт к груди. Ее грубоватое лицо озаряет благодарная улыбка.

Я умею чистить одежду магией. Но так ее можно только освежить, а на постельное белье придется потратить слишком много сил. Да и не добиться такого эффекта свежести и чистоты, как после стирального артефакта. Достаточно лишь бросить его в чан с бельем, добавить воды и специальный мыльный раствор. И через час можно вынимать все белоснежное и благоухающее.

Так что Марте я точно угодила. Внимательно окинув меня взглядом, она куда-то уходит, а спустя короткое время возвращается с ворохом одежды в руках.

— Вот, подбери себе что-нибудь, — говорит, кидая вещи передо мной. — Хозяин разрешил. Это от прежней хозяйки осталось.

С восторгом перебираю вещи, отмечая, что они практически новые. Здесь не только платья, еще несколько, плащей, в том числе теплых, на меху, которых у меня очень давно не было. Мой плащ самый простой и плохо защищает от ветра. А еще есть чулки и даже обувь: туфли, ботинки и сапоги, которые прекрасно подошли мне по размеру.

От одежды немного пахнет затхлостью. Видимо, артефакты для хранения, сохраняющие свежесть, тоже не работают. Но достаточно ее постирать или пройтись магией, и все будет как новенькое.

— Я точно могу это взять? — спрашиваю удивленно. — А вам ничего не подошло?

— Бери, — машет рукой Марта. — Тебе нужнее. У меня есть все, что требуется. Хозяин не скупится на оплату.

Успеваю заметить промелькнувшую в глазах женщины тревогу, когда она смотрит на вещи. И меня накрывает пониманием. Существует поверие, что носить одежду умерших опасно. К тому же, я так и не узнала, как именно умерла хозяйка. Так что Марта, возможно, просто боится носить эти вещи.

Но я не боюсь. С моей стороны отказаться от такого подарка будет не гордостью, а глупостью. Бесплатно получить целый гардероб, да еще какой, это здорово. Выбираю самые практичные платья, не обращая внимания на открытые, бальные. Мне нужно работать, а не красоваться. К счастью тут есть подходящие.

Дальше занимаюсь делами, которые мне поручила Марта. Удивительно, как быстро я освоилась в этом замке. Будто живу тут уже несколько лет. И пусть на второй этаж я не поднимаюсь, на первом уже хорошо ориентируюсь. По крайней мере, в служебной части. А там тоже достаточно разных помещений, жилых комнат и кладовых.

Бытовая магия не всесильна. Я не могу из старого сделать новое. Но вполне способна очистить и починить. Убрать копоть и налет со старой плиты, стен и утвари на кухне, вывести глубокие царапины с большого деревянного стола. И вот уже комната выглядит чище и уютнее. Сверкают начищенные сковороды и кастрюли, блестят поверхности. Даже дышится тут легче.

Но самое интересное, каждый раз, когда я использую магию, будто ощущаю чье-то незримое присутствие. Словно кто-то невидимый постоянно наблюдает за мной. Это не пугает. Я не чувствую опасности или направленного на меня зла, но тревожит и волнует. Это и есть проклятие? Замок будто живой, и пока затаился, присматриваясь ко мне. А вот что будет, когда он определится?

Спать я ложусь усталая, но довольная. Мне все больше нравится в этом доме. Во сне снова вижу чьи-то глаза, что изучают меня так внимательно. А потом в ушах звучит громкое «проснись»! И я в ужасе подскакиваю на постели. Ровно в этот момент ставня с грохотом бьется об окно, хотя перед сном я ее закрывала. Пробегаясь босиком по прохладному полу, прикрываю ее. И тут же вздрагиваю от нового стука. Теперь уже в коридоре.

А потом откуда-то сверху раздается душераздирающий вой, от которого по телу проходит ледяной озноб. Пока я пытаюсь понять, что это было, вой повторяется. Я подпрыгиваю от ужаса. Это точно не замок, а живое существо. Оно кричит от боли! Что здесь творится? Неужели кого-то пытают? Кажется, теперь я понимаю, почему отсюда сбегают слуги.

Разве можно спокойно спать, когда кто-то так мучается? Я быстро одеваюсь, спешно натягивая прямо на ночную сорочку платье, а на босые ноги домашние туфли. И выглядываю в коридор. Комната Сэма и Марты в другом конце этого крыла. И я не понимаю, что делать. Идти и будить их? Но почему они сами не проснулись? Вряд ли не услышали такой жуткий вой.

Пока я мечусь по коридору, раздается еще один, полный муки вопль. А в моей голове звучит четкий приказ: «иди наверх». Никогда еще мне не мерещились голоса. На мгновение кажется, что я просто сошла с ума. Но дальше происходит еще более странное. Коридор освещается тусклыми светильниками. И впереди, там, где расположена лестница, один из светильников вдруг гаснет и снова загорается. Будто зовет меня туда.

Я шагаю вперед, и тут же мигает следующий светильник, еще дальше. Меня точно заманивают куда-то. Но я иду, потому что не могу по-другому. У подножья лестницы останавливаюсь. Мне ведь запрещено подниматься на второй этаж. И едва не подпрыгиваю от очередного воя. Да, он точно звучит сверху. А там живет только хозяин. Или кто-то еще?

Вдруг, здесь все не так, как кажется? Что, если замок таит жуткие секреты? А может даже пленников? Но тогда их бы прятали в подвалах, а не на жилых этажах. Очередной светильник подмигивает

Останавливаюсь перед дверью и слышу глухой стон. Да, это отсюда. Значит, хозяин все же болен. Но что это за болезнь такая, если он так мучается? Я боюсь заходить, но и уйти не могу. И тут вспоминаю про магию. Мне же разрешили ее применять, пусть и для бытовых вещей. Я просто аккуратно прощупаю ей покои, а потом решу, заходить или нет.

Короткий импульс уходит через закрытую дверь и сразу возвращается ко мне. А я больше не медлю. Я темная и темное проклятие ощущаю очень хорошо. А оно там, за дверью. Вот почему хозяин так воет. Я не знаю, смогу ли чем-то помочь. Но одно понимаю точно: остаться в стороне не смогу. Даже если меня прямо сегодня выгонят на улицу. И толкаю дверь.

Глава 8 Эйвери

В комнате все так же темно. Но где-то впереди я слышу надсадные хрипы, шорох и скрип кровати, словно кто-то непрерывно ворочается на ней, не в силах найти удобное положение. И снова до моих ушей доносится тягучий, мучительный стон, вызывая в теле ледяную дрожь.

Я больше не могу оставаться в темноте. Разжигаю на кончиках пальцев магический огонек. В слабом свете начинают проступать зыбкие тени и очертания предметов. Слева от меня низкая тахта, обитая облезлым бархатом. А справа столик со стоящим на нем светильником. Прикасаюсь к нему своим огоньком, и светильник зажигается.

Тушу свой и делаю еще один шаг вперед, стараясь не шуметь. Теперь я замечаю край широкой кровати с резными столбиками по краям и балдахином сверху. А на кровати, скорчившись, лежит мужчина. Я вижу его только со спины. Широкие плечи обтянуты белой рубашкой. По подушке разметались длинные волосы цвета темного золота. Это и есть хозяин замка, Дэмиан Блэк?

Почти на цыпочках приближаюсь к кровати, и в этот момент мужчина с глухим стоном поворачивается на спину, открывая мне свое лицо. А я зажимаю рот обеими ладонями, чтобы не заорать от ужаса. Да, он молодой, хотя выглядит измученным до крайности. Впавшие щеки, покрытые светлой щетиной. Темные круги под закрытыми глазами. Искусанные, потрескавшиеся губы. Но самое жуткое не это.

Вся его кожа на лице, шее и впалой груди, что видна в вырезе рубашки, покрыта черными извилистыми линиями. Как будто сумасшедший художник хаотично разрисовал его тело. Узкие бедра и длинные ноги мужчины прикрывают свободные штаны, но на ступнях тот же черный рисунок. И на ладонях тоже.

Никогда я не видела такого ужаса. К счастью, мне и темных проклятий видеть до этого не приходилось. Я не разбираюсь в них и их лечении. Только знаю, что не все они смертельные. Какое же мучает хозяина замка? Неожиданно мужское тело содрогается и прямо на моих глазах выгибается дугой. С губ срывается тот самый жуткий вой, который я уже слышала.

Меня начинает трясти от страха и жалости. Так ужасно чувствовать себя беспомощной, когда рядом кто-то невыносимо страдает. Я не представляю, как ему помочь. Все, что у меня есть, моя магия. Она еще в первый раз рвалась сюда. Значит, нужно дать ей волю. Не разрешая себе передумать, наклоняюсь над мужчиной и прижимаю ладони к его груди, отпуская темную силу.

Моя магия будто только этого и ждала. Сразу окутывает мужское тело полупрозрачной дымкой и без следа впитывается в него. Но то, что происходит дальше, пугает меня до паники. Извивающиеся черные следы на коже вдруг начинают светиться, как ярмарочная гирлянда. Только это какая-то жуткая гирлянда. Резко одергиваю руки. Неужели я сделала еще хуже? Не помогла, а навредила?

В моей голове мечутся сотни мыслей. Что теперь делать, куда бежать? Из покоев или сразу из замка? А если меня найдут и на этот раз казнят? Куда делся тот дурацкий голос в голове, что шептал мне «иди»? Почему я вообще его послушала? Вряд ли это сочтут смягчающим обстоятельством. Скорее, наоборот.

И тут замечаю, что пока я в панике решала, что делать, мужчина затих, бессильно обмякнув на постели, а испугавшая меня подсветка исчезла. Хозяин все еще судорожно дышит, но больше не корчится от боли. Ему стало легче? Рассматриваю мужчину внимательнее, пытаясь не обращать внимания на жуткие узоры на коже. На самом деле это сложно.

Мистер Блэк очень худ, но когда я касалась его груди, чувствовала твердые, напряженные мышцы под моими ладонями. Изучаю жилистую шею с острым кадыком, выпирающие ключицы и впадинку между ними. Возвращаюсь к лицу. Кажется, я начинаю привыкать. По крайней мере, не вздрагиваю больше.

Трудно разглядеть черты лица под этими кошмарными линиями. К тому же мужчина явно не в лучшей форме. Скорее напоминает живой труп. И все же замечаю острые скулы, прямой нос, твердый подбородок и четко очерченные губы. Ну и еще гриву густых, светлых волос, сейчас растрепанных и нечесаных. Возможно, раньше он пользовался успехом у женщин. Но теперь его внешность может вызвать только ужас.

От мужчины пахнет потом, его волосы и рубашка взмокли. Но что удивительно, запах вовсе не отталкивающий. Наоборот, даже чем-то будоражит. Раз он успокоился, лучше оставить его в покое и поскорее уйти. А то еще проснется и разозлится. Теперь я понимаю, почему хозяин замка никому не показывается.

Если кто-то увидит его в таком состоянии, слухи о жутком монстре распространятся моментально. Интересно, его проклятие как-то связано с проклятием замка? Наверняка, если он его хозяин. Я вдруг понимаю, что мне хочется разгадать эту загадку. А еще понять причину странных голосов в голове. Они точно связаны с замком и его хозяином.

В это время мужчина сцепляет челюсти и глухо стонет.

— Тихо-тихо, — шепчу, осторожно касаясь его руки. И тут же понимаю, что совершила страшную ошибку. Глаза мистера Блэка распахиваются, а все еще мутный от боли взгляд находит меня.

Как завороженная смотрю в необычные, светло-карие глаза с янтарными бликами. Они медленно обретают ясность. И вдруг в них загорается ярость. Хозяин резко поднимается на постели и отшатывается от меня. При этом его тело едва не заваливается от слабости. Но он тут же выпрямляется, быстро осматривает покои, замечает зажженный светильник. Снова впивается в меня разъяренным взглядом и рычит:

— Как ты посмела прийти сюда? Я тебе запретил!

— Простите, мистер Блэк… — шепчу испуганно. Ну все, я пропала!

— Ты прикасалась ко мне? — он судорожно выдыхает.

Вздрагиваю и

— Уходи немедленно… убирайся! — хлещет яростью его голос. Больше не медля, бросаюсь прочь. Выскакиваю в коридор, слетаю вниз по ступеням, чудом избегая падения. Забегаю в свою комнату и без сил падаю на кровать. Что теперь делать? Прямо сейчас собирать вещи?

Глава 9 Дэмиан

Ночь все ближе. Мысли вяло текут в голове, ни на чем не задерживаясь. Даже на новой служанке. Я остро чувствую приближение приступа. Но тело так ослаблено, что уже не напрягается в ожидании очередной порции боли. Я целый день не ел, а может, и больше. Кажется, у меня путаются дни. Может, уже пора решить все кардинально? Какой смысл еще больше растягивать мучения?

Всеми силами пытаюсь не заснуть. Цепляюсь за ложное ощущение, что пока я бодрствую, хоть как-то могу сопротивляться приступу. Но это глупая иллюзия. Все равно не замечаю, как проваливаюсь во тьму. Проклятые демоны тут же начинают терзать мое уставшее тело и измученное сознание. Рвут на части, вгрызаясь в плоть, добираются до сердца и души.

Леденящий ужас сплетается с жгучей, невыносимой болью. Я бьюсь в этом кошмаре, как в липкой паутине, из которой невозможно выбраться. Вою или ору. Я вообще не помню, что делаю во время приступов. Но утром обычно просыпаюсь в истерзанной постели, насквозь взмокшим, с сорванной глоткой и расцарапанной кожей на груди, будто ногтями пытался вскрыть себе грудную клетку.

Вот и в этот раз монстры темного проклятия, чавкая и захлебываясь от восторга, рвут меня на части. Я бьюсь в агонии, плаваю в бесконечном мареве боли. И вдруг ощущаю, как чьи-то прохладные ладони опускаются на мою грудь, остужая пытающий меня огонь. Блаженная легкость растекается по телу, окутывая каждую окаменевшую от боли мышцу, погружая в эйфорию облегчения.

И вдруг все прекращается. Я больше не чувствую живительных прикосновений. Нет, только не это! Я готов умолять прикоснуться ко мне еще раз. Просить, требовать, кричать. Что угодно, только не очередной приступ. Только не разъяренные демоны, которых лишили добычи. Но с губ срывается лишь глухой стон.

— Тихо-тихо, — слышу ласковый шепот. Такой нежный и мягкий. Так меня успокаивала только кормилица в далеком детстве. Но это не ее голос. Он слишком реальный. Я резко открываю глаза и вдруг понимаю, что не сплю. И сразу же сталкиваюсь с испуганным взглядом новой служанки.

Мне требуется несколько секунд, чтобы осознать неприглядную правду. Мало того, что девчонка нарушила прямой приказ и явилась в мои покои. Так еще и зажгла свет. И теперь видит меня во всем моем ужасном облике. А еще наверняка слышала мои крики. Нет ничего отвратительнее, чем предстать перед девушкой настолько слабым, беспомощным и обезображенным проклятием.

Стыд, унижение и ярость захлестывают меня, полностью отключая разум.

— Как ты посмела прийти сюда? Я тебе запретил! — рычу, не пытаясь сдержать гнев.

— Простите, мистер Блэк… — едва не заикается девчонка. А в ее глазах стоит такой ужас. Ну конечно, перед ней сейчас самый настоящий монстр, чудовище! Я сам не могу видеть себя в зеркале. А Сэм и Марта, уже привычные к моему виду, все равно стараются лишний раз на меня не смотреть. Вот поэтому я не хотел никому показываться. Не хотел видеть страх, омерзение или жалость в чужих глазах.

Пытаюсь понять, что из моего сна было явью, а что бредом воспаленного мозга. Эти прикосновения мне привиделись? Или нет?

— Ты прикасалась ко мне? — спрашиваю, задыхаясь от негодования. И читаю на перекошенном от ужаса лице ответ. Прикасалась! Теперь побежит брезгливо мыть руки. Меня даже лекари опасались трогать. Боялись, что зараза перейдет на них, хотя обычно проклятия не передаются через прикосновение. И пусть от меня еще никто не заразился, все равно гарантий нет.

— Уходи немедленно… убирайся! — требую яростно. Девчонка вздрагивает и уносится, словно за ней гонятся монстры. Я монстр и есть. Только гнаться ни за кем не могу. Обессиленно откидываюсь на мокрые подушки и прислушиваюсь к себе. Боль не возобновляется. Обычно приступы длятся несколько часов. А этот почему-то прервался. Хотя, возможно, просто дал мне небольшую передышку.

Лежу, ожидая, что тело вот-вот вновь начнет скручивать боль. И размышляю, сбежала уже служанка или еще нет. Надеюсь, она не полная дура, чтобы плутать ночью в одиночку по незнакомой местности. Подождет хотя бы до утра. Надо будет приказать Сэму, чтобы отвез ее до ближайшего жилья. И на этом все. Больше он не посмеет заговаривать о новых слугах. Все равно результат один. Никто в этом проклятом доме не задержится.

С этими мыслями я неожиданно проваливаюсь в глубокий, спокойный сон. Просыпаюсь гораздо позднее обычного и удивленно сканирую тело. Неужели я выспался? Уже забыл, как это бывает. Давно так хорошо не проводил ночь. И приступ не возобновлялся. Так что же случилось вчера?

Сейчас, отдохнув, я уже способен размышлять здраво. Попытаться взглянуть на ситуацию без эмоций. Тем более в мыслях присутствует приятная ясность. Нет того отвратительного тумана в голове, что преследует меня наутро после очередной атаки проклятия. Злость на девчонку тоже прошла. И теперь у меня появились вопросы.

Приступ прекратился сам или нет? То, что я чувствовал, находясь в забытьи, происходило в реальности? Прикосновения служанки действительно принесли облегчение? Это может быть правдой? А ведь у нее темная магия. Почему ни один лекарь не предложил попробовать для излечения темную силу? Впрочем, я понимаю, почему. Трудно предположить, что то, что вызывало проклятье, может стать его лечением.

Нет, я еще в своем уме и не надеюсь на излечение от смертельного проклятия с помощью простых прикосновений обычной девчонки. Но если ей удастся хоть немного облегчить эту жуткую боль, я уже был бы счастлив. Только все это не имеет смысла, если служанка сбежала. А она уже наверняка далеко отсюда. И я не стану ее догонять и уговаривать. Эйви вчера так меня испугалась, что больше не захочет взглянуть. Не привязывать же ее к стулу?

Вызываю Сэма. Вот сейчас все и узнаю. Слуга появляется на пороге и, глядя в пол, застывает, ожидая приказаний. Стараясь говорить равнодушно, уточняю:

— Что новая служанка, сбежала?

— Сбежала, господин? — удивленно вскидывает на меня глаза Сэм. — С чего бы? Позавтракала и как обычно помогает Марте.

— Она ничего не говорила? Может, попросила увольнения? Или отвезти ее в город?

— Нет, господин, — качает головой слуга. Хм, странно.

— Вот что, приведи ее ко мне, — принимаю решение. Если захочет уволиться, как и обещал, удерживать не стану. Но надо разобраться.

— Да. Я так и сказал. Не заставляй меня повторять дважды, — скрываю за холодностью растерянность.

— Выставить свет, чтобы не было видно, как в прошлый раз? — все же уточняет он.

— Не надо.

Какой смысл? Девчонка еще ночью все увидела. И если до сих пор не унесла ноги, значит… Черт, я не знаю, что это значит. И хочу узнать.

Замечаю, как потрясен Сэм. За все время, что тут живу, я никому, кроме них с Мартой не показывался. К счастью он наконец вспоминает, как я ненавижу ослушание, и кланяется:

— Простите, мистер Блэк. Я все сделаю.

— Что у нас на завтрак? — внезапно понимаю, что у меня проснулся аппетит. Даже если это ненадолго, надо пользоваться.

— Все, что вы пожелаете. Есть лепешки с зеленью, сыр, вяленое мясо, жаркое, тушеные овощи, ягодный пирог.

— Достаточно, — морщусь я. Не настолько я проголодался, чтобы слушать о еде. — Пусть Марта принесет что-нибудь по своему выбору. А сразу после завтрака приведи Эйви.

Глава 10 Эйвери

Я даже не помню, сколько времени растерянно сижу на кровати. В ушах все еще звучит «Убирайся!» А перед мысленным взором полные ярости глаза на покрытом черными узорами лице. Наконец выхожу из ступора и подбегаю к шкафу. С минуты на минуту сюда может прийти Сэм. Вдруг он выкинет меня из замка прямо в том, что на мне надето, и не даст собраться? Я не могу остаться без всего.

Быстро скидываю свои вещи обратно в дорожную сумку. К тем, что выдала Марта, не притрагиваюсь. Если меня уволят, я не имею права их забирать. А моих личных совсем мало, так что сборы не занимают много времени. Потом быстро одеваюсь. Беру в руки старенький плащ. И жду, повернувшись лицом к двери.

Стараюсь не поддаваться отчаянию. Недолго же я успела насладиться покоем и безопасностью. И винить некого, кроме себя и проклятого голоса. Вот где он сейчас? Подсказал бы, что делать. Но минуты идут, а ко мне никто не приходит. Не слышу громких голосов или шагов в коридоре. И вообще никакого переполоха.

Устав стоять, снова опускаюсь на кровать. Постель манит, я не выспалась и сильно испугалась. Голова клонится, говорю себе, что полежу совсем немножко, и опускаюсь на мягкую подушку. А когда снова открываю глаза, оказывается, что уже наступило утро. Прямо в одежде я проспала всю ночь.

Встаю, разминая затекшие от неудобной позы мышцы, подхожу к двери и осторожно выглядываю в коридор. Там никого. Только слышен звон посуды с кухни, значит, Марта уже встала и хозяйничает. Я не понимаю, что мне делать. Подумав, решаю вести себя, как обычно. Ну выгонят и выгонят. Кажется, за ночь я перегорела и устала бояться.

Взгляд цепляется за сумку на полу. Разбирать ее пока не буду. Иду в купальню и быстро привожу себя в порядок, а потом шагаю на кухню. Марта привычно приветствует меня. И ведет себя так, будто ничего не случилось. Все же странно. Они с мужем не могли не слышать, как выл от боли мистер Блэк. Неужели настолько привыкли? Сколько же он уже так мучается?

За накрытым столом к нам присоединяется Сэм. Я внимательно приглядываюсь к мужчине, но ничего необычного не замечаю. Он спокоен и на меня смотрит без злости. Может быть, все обошлось? Только начинаю тихо радоваться, как на кухне раздается звон. Я уже знаю, что так хозяин вызывает к себе. Сердце тут же стремительно падает вниз. Вот и все, дождалась!

Я даже из кухни не ухожу, нет смысла сбегать и заставлять Сэма меня искать. Рассеянно убираю со стола и жду. Возвращается мужчина озабоченным, но первым делом обращается не ко мне, а к жене:

— Собери завтрак хозяину. Сам попросил.

Марта сияет и тут же начинает суетиться.

— Сейчас-сейчас, я быстро, — бормочет, доставая продукты. — Побольше разного положу. Может, что и понравится…

Красиво расставив на подносе вкусности, женщина легко подхватывает его и быстро уносит. А ее муж поворачивается ко мне.

— Тебя хозяин велел позвать после завтрака.

— Зачем? — выдавливаю, ощущая, как нарастает паника.

— Вот и узнаешь, — отрезает Сэм. — Не забыла: лишние вопросы не задавать. Мистер Блэк их страсть как не любит. Может обозлиться. И вот еще что… у тебя как с нервами? Орать не будешь? Ты вроде темная, должна быть покрепче.

— Орать не буду, — отвечаю, понимая, что он имеет в виду. Внешность хозяина замка. Только непонятно, Сэм знает, что я его уже видела или просто предупреждает заранее.

— А сейчас он зол? — спрашиваю глухо.

— Вроде бы нет, — задумчиво отзывается мужчина и как-то странно поглядывает на меня. Но больше ничего не объясняет, только говорит: — Заканчивай тут. Скоро за тобой приду, — и уходит.

Спустя минут двадцать возвращается Марта.

— Немного поел, — сообщает довольно. Но тут в дверях появляется ее муж и кивает мне.

Все повторяется, как в первый раз. Я шагаю по длинному коридору, глядя в спину Сэма. Поднимаюсь на второй этаж. Останавливаюсь перед хозяйскими покоями. Только теперь уже знаю, что меня там ждет. Дверь открывается, пропуская меня. Захожу и замираю на пороге.

На этот раз шторы в комнате приоткрыты. Но не до конца, так что вокруг сохраняется полумрак. Пара светильников на столе горят, но больше не ослепляют входящего. Я могу лучше разглядеть покои. Ночью почти ничего не успела запомнить.

Здесь много места. В глубине та самая кровать с балдахином, сейчас пустая. На стенах выцветшие гобелены, на полу ковер, но не такой потертый, как в основной части замка. И мебель тут получше. Видимо, в эту комнату снесли все, что неплохо сохранилось.

— Иди сюда, — вдруг слышу уже знакомый хриплый голос. Он идет из плохо освещенного угла. Медленно иду в ту сторону. Там, у стены, стоит высокое кресло. А в нем сидит мистер Блэк. Комната пусть плохо, но все же освещена. Так что темные узоры на его коже я вижу хорошо. Хотя сейчас мужчина не выглядит ожившим мертвецом, как ночью. Не так бледен и синяки под глазами чуть меньше.

Я больше не вздрагиваю от его вида. То ли уже привыкла, то ли слабое освещение смягчает картинку. Стараюсь смотреть не на черные линии, а в глаза хозяину. И замечаю, что он в ответ пристально рассматривает меня. Но самое главное, в его

— Садись, — приказывает мужчина. Голос у него тихий, но твердый. Он явно привык командовать. Замечаю рядом стул. Аккуратно устраиваюсь на краешке, сложив руки на коленях. — Почему ты не ушла? — спрашивает холодно. — Думал, так испугалась, что еще ночью сбежишь.

Прикидываю, как лучше ответить. И в конце-концов говорю правду. Вряд ли она мне поможет, но какая разница.

— Я испугалась, да, — признаюсь и вижу, как мистер Блэк хмурится. Тут же исправляюсь: — Не вас, а вашей ярости. Но… мне просто некуда идти…

— Что случилось с твоей семьей, родителями? — звучит обычный вопрос. Для других обычный, но не для меня. А для меня один из самых болезненных и сложных. Вот здесь с правдой не стоит торопиться, лучше промолчать. С представительницей опального рода никто не захочет связываться.

— Они умерли, все… — говорю полуправду.

— Ясно, — кивает хозяин, к счастью, не расспрашивая дальше. Его интересует другое. — Почему ты пришла ночью?

Чтобы остаться здесь, надо попробовать оправдаться. И точно не упоминать голоса, не хочу прослыть сумасшедшей.

— Простите, мистер Блэк, что ослушалась вас. Но я проснулась и услышала крик… И не могла не пойти. Решила, что кому-то срочно нужна помощь.

Ровно в этот момент оба светильника в комнате мигают, сначала один раз, а затем второй. А я вздрагиваю, нервно косясь на них. Опять? Только пожалуйста, не надо голосов! Мистер Блэк замечает мой взгляд и кривится.

— Не обращай внимания. Этот дом любит чудить. Ты же говорила, что не боишься проклятий. Соврала?

— Нет.

— И меня не боишься? — смотрит с сомнением.

— Нет.

— Я не кажусь тебе монстром? — спрашивает, недоверчиво вглядываясь в мое лицо.

— Нет, — повторяю в третий раз. — Это же темное проклятье, да? — сама задаю вопрос и тут же вспоминаю, что это запрещено. Но хозяин почему-то не злится. Только уточняет:

— Как ты поняла?

— У меня темная магия, — напоминаю ему. — Она чувствует такую же.

— Что ты делала ночью?

Не понимаю вопроса и недоуменно смотрю на мистера Блэка.

— Что ты делала со мной? — поясняет он. — Ты же ко мне прикасалась? Как?

— Простите, я просто хотела помочь... Больше не буду. Обещаю.

— И все же, что ты сделала? — в его тоне слышится раздражение. Приходится пояснить:

— Приложила ладони к вашей груди и отпустила магию. Это все.

Думаю, стоит ли рассказывать, что после моих прикосновений его тело засветилось, как гирлянда? И решаю, что не стоит.

— Ты когда нибудь лечила своей магией? — продолжает допытываться мужчина.

— Только себя.

— Это понятно, а других?

— Нет.

Мистер Блэк замолкает и задумывается. А я тихо выдыхаю и решаюсь спросить:

— Вы не выгоните меня? Я больше не буду подниматься сюда.

Если он скажет «выгоню», не буду просить. Пусть внешне я уже мало похожа на аристократку, во мне еще осталась капля гордости. Хотя это последнее, о чем думаешь, когда тебе грозит смерть от голода или холода. Так что я постараюсь не злить того, от кого зависит дать мне передышку. Но умолять и ползать на коленях не стану.

— Не выгоню, — произносит он наконец, и я облечено выдыхаю. — Ты можешь остаться. Но приходить сюда как раз придется, — жестко добавляет мужчина. А я удивленно распахиваю глаза. — Ночью ты каким-то образом остановила мой приступ, — сообщает он. — Я хочу, чтобы ты продолжила это делать. Когда почувствую приближение нового, вызову тебя. В остальное время, как и прежде, будешь помогать Марте. Жалование я удвою. Согласна?

— А какое оно вообще у меня будет? — вспоминаю, что так и не поинтересовалась у Сэма.

— Двадцать пять золотых в месяц… — начинает и тут же поправляется: — Теперь будет пятьдесят.

Я едва удерживаюсь, чтобы не охнуть. Да я золотых уже два года не видела. Со мной расплачивались исключительно мелочью. А тут целых пятьдесят! На такую сумму я смогу прожить полгода. И неплохо прожить, не голодая, снять нормальное жилье, обновить гардероб.

И все же не спешу соглашаться. Есть у меня ощущение, что во всем этом кроется какой-то подвох. Но я не понимаю, какой. Хотя первое, что приходит на ум — вдруг хозяину станет хуже, а обвинят меня?

С другой стороны, в этом замке мне хорошо и спокойно даже при всех его странностях. Я не хочу снова оказаться на улице, искать себе работу и жилье, которые мне так неохотно дают. Тут я живу на всем готовом, а главное, в доме очень мало людей, что для меня важно. Мое прошлое и темная магия не способствуют общению. А здесь никто не косится, не плюется вслед.

Пока я размышляю, мистер Блэк молча рассматривает меня и не торопит. И тогда я решаюсь озвучить свои опасения:

— Но я не лекарь и не могу обещать, что моя магия вам поможет. Я не знаю, почему так получилось ночью. А если больше не сработает?

— Ну значит не сработает, — равнодушно пожимает он плечами. — Будешь работать служанкой.

И словно насмехаясь надо мной, светильники снова подмигивают. Этот замок хочет, чтобы я осталась? Ладно, уговорили.

— Хорошо, я согласна… — произношу вслух.

Глава 11 Эйвери

После разговора с мистером Блэком возвращаюсь к себе совсем в другом настроении. Меня не только не выгнали, наоборот, повысили жалование! А главное, я смогу остаться здесь, в замке. И уже наверняка больше, чем на месяц. Если конечно, получится хоть чем-то помочь хозяину. Но я постараюсь, это в моих интересах.

С легким сердцем окидываю взглядом комнату, которую уже считаю своей. Она и так мне нравится. Но на первое жалование я смогу добавить ей немного уюта. Повесить шторы, купить теплый плед. И может быть еще какую-нибудь милую, поднимающую настроение вещицу. Очень хочется создать пусть небольшое, но свое личное пространство. У меня так давно не было ничего похожего.

Во время моих скитаний я везде ощущала себя чужой. Специально ни к чему не привязывалась, не обустраивалась. Но транжирить я тоже не собираюсь. Теперь уже знаю, как легко можно оказаться на улице, никому не нужной, без денег и семьи. Больше меня жизнь врасплох не застанет. Я усвоила урок. В моих платьях есть потайные карманы, все свои средства я храню на себе. Надо и в новых сделать такие же.

Вновь развешиваю вещи из дорожной сумки в шкаф. Попутно провожу ладонью по новым платьям и дорогому плащу. Я уже забыла, когда прикасалась к таким качественным тканям, а не к грубому, дешевому полотну. Это так приятно. Закончив,

Перед тем, как покинуть покои мистера Блэка, я спросила, что мне сказать Сэму и Марте. А он ответил, что сам сообщит им все, что нужно. И сейчас гадаю, успел он это сделать или нет. Не хочется напускать лишней таинственности. Тем более Марта хорошо ко мне отнеслась. Но и говорить о том, что касается чужих тайн, без разрешения нельзя.

Но как только замечаю женщину, сразу понимаю, что ее уже предупредили. Самой очень интересно, как хозяин все объяснил. Марта смотрит на меня с любопытством, но главное, без раздражения и зависти. Я знаю, что во многих домах слуги борются за то, чтобы быть ближе к хозяевам. Иногда очень жестоко подставляя остальных. Мне бы не хотелось разлада с Сэмом и его женой. Но кажется, они приняли новость спокойно.

Женщина поручает мне очистить от налета большой казан, в котором запекает овощи. Отпуская магию, принимаюсь за работу. Марта то и дело поглядывает на меня и наконец не выдерживает:

— Значит, ты теперь будешь помогать хозяину? Он сказал, что твоя магия уменьшает боль и помогает ему переносить приступы.

— Возможно помогает, я пока не уверена, — признаюсь честно.

— Вот бы получилось! Ведь как мучается, болезный, — со вздохом качает она головой. — Такой молодой, а почти не ест, с кровати едва встает. Да еще эти приступы… Я первое время, как мистер Блэк сюда приехал, спать не могла, когда его жуткий вой слышала. Вскакивала по ночам и тряслась. Сейчас-то пообвыкла уже. Да и хозяин, если не забудет, ставит на свои покои защиту. Только иногда его быстро накрывает. Ну и слабеет он с каждым днем. Вон, артефакты больше не может заряжать.

— Значит, вы тоже ночью слышали? — спрашиваю я.

— Слышала, конечно, и молитву Великой Богине прочитала, — сообщает Марта. — Нам-то хозяин запретил близко подходить, когда такое случается. Да и не помогает ему ничего. Если тебе удастся его страдания облегчить, это уже великое дело.

Я лишь киваю, продолжая очищать казан. Теперь понятно, почему Сэм с Мартой не отреагировали, просто им не велели. Это я, глупая, не выдержала. С другой стороны, благодаря моему поступку я смогу задержаться здесь подольше. И возможно помочь мистеру Блэку. Я буду рада, если моя магия хоть кому-то принесет пользу, раз уж мне от нее одни проблемы.

— Ты смотри, — вдруг строго произносит Марта, — даже не думай болтать о хозяине с чужими. На тебя небось тоже магию неразглашения наложили? — Я киваю, и она продолжает: — Вот и будь осторожна. Магия действует вне стен этого замка. Сказать все равно ничего не сможешь, а за попытку получишь болезненный откат. А если хозяин почувствует, может осерчать.

Женщина какое-то время молчит, сосредоточенно мешая тесто, а потом вдруг тихо спрашивает, сначала оглянувшись на дверь:

— А тебе не страшно на него смотреть?

— Не очень. Хотя в первый раз было страшно, — вспоминаю, как перепугалась и едва не закричала.

— Я в первый раз так вообще в обморок упала, — полушепотом признается Марта. — Да и сейчас каждый раз сердце в пятки уходит. А вообще я рада, что ты оказалась такой смелой. Не побоялась приехать к нам, не поверила слухам. С тобой мне веселее. В этом замке иногда такая жуть берет.

— Значит, проклятие все же есть? — интересуюсь осторожно. Мне приятно, что женщина теперь сама общается со мной, отбросив настороженность.

— Уж не знаю, проклятие или нет, — вздыхает она. — А что-то точно есть. Я иногда прямо чувствую, будто за мной кто-то наблюдает. Аж мороз по коже идет. Не раз думала, может, уйти. Но хозяин щедро платит. Да и мы с Сэмом тут уже привыкли. Сниматься с насиженного места не хочется. Хотя наверное все равно придется… — произносит задумчиво и сразу обрывает себя: — Что-то я заболталась. Если мистер Блэк узнает, рассердится.

Дальше мы работаем молча, лишь иногда обсуждая что-то по делу. Мне показалось, Марта немного жалеет об откровенности. Может, беспокоится, что я нажалуюсь хозяину? Решаю ее успокоить. Не хочется, чтобы она снова отгородилась от меня.

— Марта, пожалуйста, не бойтесь. Я никому ничего не скажу…

— Вот и хорошо, девочка. Вот и правильно, — довольно кивает она с заметным облегчением. — Мы ж не со зла. Просто если не разговаривать, совсем одичать можно.

— Конечно, — улыбаюсь я. Так приятно, что хоть кто-то не отталкивает меня и совсем не обращает внимания на мою темную магию. Теперь я знаю, насколько это редко встречается, и понимаю, как мне повезло. Мне ведь тоже хочется чуточку человеческого тепла и участия.

До вечера хозяин меня так и не вызывает. Зато Марта снова относит ужин наверх, радуясь проснувшемуся аппетиту мистера Блэка. Закончив с делами, я отправляюсь в купальню смывать с себя усталость дня. Потом ложусь в кровать, но засыпаю не сразу.

Думаю о том, что с удовольствием почитала бы перед сном какой-нибудь роман. Наверняка в замке есть библиотека. Надо будет спросить разрешения ее посетить. А еще вдруг понимаю, что мы не обговорили, как мне поступать, если ночью я снова услышу крик боли. Прибегать или ждать, пока за мной придет Сэм? Но ведь это долго и не очень удобно. Это тоже стоит обсудить.

Раскладываю на стуле рядом с кроватью красивый теплый халат из тех запасов, что дала мне Марта. Вдруг все же придется бежать к хозяину. Халат гораздо быстрее накинуть, чем влезать в платье. А выглядит он вполне прилично. Похож на те, что я носила в родительском доме. Против воли мысли возвращаются к моей семье, вспоминаю маму, отца, брата, наш дом… Жгучая обида и ненависть снова поднимаются в груди. Давно я не посылала проклятий графу Вудстоку. Пусть не будет ему покоя нигде!

Наконец я проваливаюсь в сон. А просыпаюсь не от криков, а от жуткого ощущения, что кто-то смотрит на меня в упор…

Глава 12 Эйвери

Проснуться и увидеть, как на тебя в упор смотрят кроваво-алые глаза, плавающие в сером мареве — то еще зрелище. Сначала хочется заорать, но потом я вспоминаю, что во мне вообще-то есть темная магия, приподнимаюсь на локтях и выпускаю ее на свободу. Пусть защищает свою хозяйку.

Взметнувшись навстречу жутким глазам, моя сила вдруг замирает, не причиняя непонятной субстанции никакого вреда. Но и она тоже не спешит на меня нападать.

— Кто ты? — спрашиваю озадаченно, садясь на постели. Все-таки очень странно разговаривать с зависшими перед лицом горящими глазами.

— Духом? — переспрашиваю, пытаясь лучше разглядеть эту сущность. Получается, я общалась с духом замка? И похоже, темным духом. Исходящую от него темную магию я чувствую хорошо. А вот очертания неожиданного гостя постоянно меняются, только глаза продолжают гореть ярким огнем. — А разве духи не бесплотны? Почему я тебя вижу?

— Видишь, потому что спишь, — отвечает он.

— Что? — недоуменно оглядываюсь по сторонам. — Что значит, сплю? Я уже проснулась.

— И все же ты во сне, — сообщает недовольно, будто удивляясь моей глупости. — Только тут я могу с тобой разговаривать.

— Но я уже тебя слышала. И точно не во сне. Это же ты приказал мне идти наверх, к хозяину?

— Я, — подтверждает странный собеседник. — Но чтобы ты услышала меня, когда бодрствуешь, нужно затратить гораздо больше энергии. А ее во мне и так почти не осталось. Зато я могу подавать знаки.

— Почему у тебя не осталось энергии? — спрашиваю, а сама разглядываю свои руки, одеяло, кровать. Надо же, как реально все выглядит. Не могу поверить, что это все во сне.

Дух явно улавливает мои сомнения и ворчливо объясняет:

— Мир снов — всего лишь еще одна сторона этого мира. Он существует параллельно обычной. Еще неизвестно, что реальнее.

— Ну для тебя наверное, — соглашаюсь я. — Кстати, у тебя есть имя? Как мне тебя называть?

— Ты сама можешь придумать мне имя, — звучит напряженный ответ.

Придумать? Ну что ж, я готова. Мне нравится идея подружиться с духом замка. Так у меня будет еще больше возможностей прижиться здесь. А еще получать подсказки, если дух конечно захочет помогать. Но как же его назвать? Пару минут усиленно размышляю, а потом выдаю:

— Тогда ты будешь Инис.

— Ииниис… — задумчиво тянет дух, снова меняя свои очертания. — Инис, хм. Пусть будет так, — похоже, ему понравилось. По крайней мере голос немного подобрел. Судя по всему дух мне достался достаточно сварливый. — Почему ты выбрала это имя?

— Ты наверное не знаешь, существует древний язык, на котором когда-то разговаривали Боги. Так считают ученые. Этот язык частично утрачен. Но то, что от него осталось, изучают в академиях. В переводе с этого языка Инис означает «огонь». А у тебя глаза пылают, как настоящий огонь.

— А девчонка-то еще интереснее, чем я думал, — едва слышно звучит в голове, будто дух разговаривает сам с собой.

— Ты сказал, у тебя осталось мало сил, — вспоминаю о своем вопросе. — Это как-то связано с проклятьем? Оно вообще существует?

— Не в таком виде, как полагают глупые люди. Об этом еще рано говорить. Потом сама поймешь, — он еще и скрытный. Впрочем, вряд ли дух замка сразу раскроет мне все свои тайны. Сначала надо заручиться его доверием. Но прежде всего понять, что ему нужно.

— Так что ты от меня хочешь? Зачем открылся мне?

— Хочу, чтобы ты помогла хозяину.

— А его проклятье настоящее?

— Конечно настоящее. Думаешь, он вопит от иллюзии?

— Не думаю, — морщусь я. — Как его проклятье связано с замком?

— Все со всем связано, — глубокомысленно изрекает дух. — Ты даже не представляешь, насколько все переплетено. А еще задаешь слишком много вопросов, на которые пока не готова услышать ответы, — заявляет недовольно.

— Разве это не естественно? Я уже один раз послушалась тебя и едва не вылетела отсюда. Кстати, разве ты сам не можешь помочь мистеру Блэку?

— Я и помогаю. Если бы хозяин не приехал сюда, уже давно бы умер. Но разрушить проклятье полностью мне не под силу.

— А кому под силу?

— Это тебе тоже пока рано знать.

— Он попросил меня помочь. Но я боюсь, что могу навредить.

— Не бойся, не навредишь.

— Я даже не знаю, как помогать, что делать.

— Не думай слишком много. Просто отдайся магии, отпусти ее. Она сама найдет правильный путь.

— Мистер Блэк знает о тебе?

— Нет. Он слишком слаб, чтобы меня видеть. И пусть так пока остается, — в голосе Иниса слышится предостережение. Я лишь согласно киваю, ему виднее. И уточняю:

— Ты разбираешься в темной магии?

— Конечно разбираюсь. Это моя суть, — высокомерно заявляет дух.

— Тогда, может, согласишься помочь мне ее освоить? В приюте нам давали самые основы, чтобы мы никому не навредили.

— Я готов тебя учить, — слышу ответ, но не спешу радоваться. Потому что дальше звучит: — Но у меня будет условие. В ответ ты поделишься со мной магией. Сама видишь, в каком состоянии замок. А я не могу его восстановить.

— Уверен, что моя сила тебе подойдет?

— Я дух, я это знаю.

— Как ты будешь брать у меня силу? — настораживаюсь я. Не хотелось, чтобы меня выпили до дна.

— Каждую ночь я буду висеть над тобой и подпитываться. Не пугайся и не ори, если почувствуешь мое присутствие. И не бойся, я не стану брать больше одной десятой твоего резерва за раз. И это только вначале. Потом еще меньше.

Его слова успокаивают, но не совсем.

— А ты можешь дать магическую клятву? — уточняю с сомнением.

— Рад, что ты умнее, чем я подозревал, — хмыкает Инис. А мне хочется закатить глаза. Мне точно достался сварливый дух.

— Духи вообще приносят клятвы?

— Приносят. Для нас клятвы гораздо важнее, чем для других существ. Поэтому мы не разбрасываемся ими направо и налево.

— И все же ты согласен? Так мне будет спокойнее, — настаиваю я. Никогда не общалась с духами и понятия не имею, чего от них ждать. Но верить на слово слишком глупо. — Я тоже могу дать клятву, что не обману и буду делиться с тобой силой.

— Хорошо, мы заключим магический договор, — наконец решается Инис. И проговаривает слова своей части клятвы. Подумав, я добавляю туда обещание не причинять мне вреда и возможность обоих сторон в любой момент разорвать договор. Не хочу попасть в пожизненное рабство.

Последнее замечание Инису не нравится.

— Давай обговорим хотя бы минимальный срок, например полгода. А то вдруг ты сбежишь через неделю, — заявляет он.

— Это не в моих интересах, — качаю я головой. — Мне тут нравится. Но если хозяин решит меня уволить, вряд ли я ему помешаю…

— Не решит, — раздается ответ. — Я тебе помогу. Просто слушай меня.

— А как мы будем общаться? Только во сне? И учить меня

— Пока не накоплю достаточно силы, только во сне, — соглашается дух. — Потом посмотрим. В остальное время я буду подавать знаки. Будь внимательна. Я могу использовать любые подручные предметы: мигать светильниками, стучать ставнями и дверями. Скрипеть половицами.

Я задумываюсь, а потом в голову приходит идея.

— Все же давай договоримся заранее. Не хочу гадать, что означает твой знак. Ты умеешь считать?

— Вообще-то я древнее существо, — язвительно произносит Инис. — Гораздо древнее тех, кто придумал счет.

— Разве ты не появился вместе с этим замком? — удивляюсь я.

— Частично. Но часть меня существовала и до него. И вообще, тебе еще рано это знать, — снова проявляет свой не самый приятный характер.

— Ну раз ты умеешь считать, предлагаю вот что. Если один раз мигнешь светильником или стукнешь дверью, это означает «да». Если два раза — «нет». Согласен?

— Хорошо. Теперь закрепим договор и можешь спать дальше.

— А когда проснусь, я все это не забуду? — спрашиваю обеспокоенно.

— Не забудешь, — отрезает он. — Повторяй за мной.

Дальше мы оба повторяем слова клятвы и закрепляем ее магией. Потом я снова опускаюсь на подушку. Огненные глаза исчезают, но я чувствую, что Инис не ушел, а завис где-то рядом со мной. И вдруг ощущаю легкое прикосновение к волосам, будто кто-то дунул на них. Похоже, обмен магией начался. Дух решил не откладывать.

Прислушиваюсь к себе, но ничего неприятного не чувствую. И тогда я действительно засыпаю. А утром, как только открываю глаза, сразу вспоминаю все, что было ночью. Инис оказался прав. Я не забыла. Правда теперь, при свете дня, стала сомневаться, что это не просто сон. Может мой уставший мозг выдал такое необычное сновидение?

Сажусь на постели и острожно произношу:

— Инис! Мне все приснилось?

И сразу за моим вопросом резная ставня на окне громко хлопает. Два раза. Это же значит «нет»? Улыбаюсь и бегу умываться. Дела не ждут. День проходит в обычных хлопотах. Правда, теперь я постоянно прислушиваюсь к скрипу половиц и стуку дверей. Но пока все тихо. А вечером, примерно через час после ужина, хозяин вызывает меня к себе.

Глава 13 Дэмиан

Эйви согласилась. А еще сказала, что ей некуда идти, что вся ее семья погибла. И теперь мне нужны подробности. Я хочу знать, что за трагедия унесла жизни ее родных. Раньше, когда я был королевской ищейкой, легко мог получить досье на любого подданного королевства. Сейчас меня уже наверняка списали со счетов. Хотя попробовать все равно можно, связи еще сохранились.

Оставшись один, я думаю о девчонке и наконец понимаю, почему предложил ей работу. Не только потому, что Эйви может облегчить боль. Если честно, всерьез я на это не рассчитываю. Буду рад, если ей удастся хотя бы немного уменьшить приступы. Но вряд ли больше. Если бы существовал способ меня спасти, королевские лекари сделали бы это. Я все же верю, что отец дал им четкий приказ, а не воспользовался случаем, чтобы избавиться от неугодного бастарда.

Эйви я оставил еще и потому, что она… отвлекает. От тоски и страха. Да, я, как и все, боюсь смерти. Одно дело, встретить опасность лицом к лицу, когда некогда думать, только мгновенно реагировать. Тогда просто не успеваешь испугаться. Но вот так, как происходит со мной. Каждый день с содроганием ждать, когда проклятье доконает меня. Смотреть, как медленно наступает очередная ночь, которая может стать для меня последней — это сложно. И пусть я потерял все свои прежние цели, желание жить от этого не меньше.

Есть и еще одна причина. Я устал от того, что на меня смотрят, как на жуткого монстра. Еще в столице устал, когда мой недуг только набирал силу. Поэтому и сбежал сюда, ограничив круг тех, кому разрешено меня видеть. Да что говорить, я даже сам не могу на себя смотреть. Тем удивительнее, что в глазах Эйви я не вижу отвращения.

Когда она сказала, что испугалась не меня, а моего гнева, я не поверил и искал подтверждения ее обману. Ради того, чтобы остаться на тепленьком месте, многие готовы на что угодно, даже терпеть рядом чудовище. Но тело все равно выдаст истинные реакции.

Вот и я приглядывался к Эйви. Но разговаривая со мной, девчонка смотрела прямо в лицо. Не отводила взгляд, не морщилась. Ничего не выдавало в ней фальши. Даже Сэм с Мартой за два года так и не привыкли. А ей хватило дня. И это дарит мне пусть ложное, но такое желанное ощущение, будто с моей внешностью все в порядке.

Следующий день проходит, как обычно. Я ощущаю себя бодрее, так что сразу после завтрака мы с Сэмом обсуждаем хозяйственные дела. Он с удовлетворением сообщает, что новая служанка зарядила все неработающие артефакты. Марте теперь гораздо проще готовить и убираться. Получив от меня указания, Сэм уходит, оставив на столе почту.

Почтовый артефакт Эйви тоже зарядила, и он наконец смог принять пару писем. Это все, что пришло мне за несколько месяцев. Забавно, как быстро я стал никому не нужен. Как легко разбежались все, кто крутился вокруг меня, пока я был в фаворе. Сколько придворных искало моего внимания, чтобы приобщиться к влиянию и заручиться поддержкой. И где они теперь?

Рассматриваю письма. Одно от отца. А второе от бывшего приятеля, почти что друга. Хотя настоящих друзей у меня не было. Сейчас я хорошо это понимаю. Как и то, что был не самым приятным типом. Гордыня, обида и другие не лучшие качества бурлили во мне, толкая на безрассудные поступки.

Письма откладываю, не открывая. Не хочу их читать. Отцу мне ответить нечего. Новости узнавать не интересно. Мне теперь глубоко наплевать на подковерную возню придворных и вообще на все, что происходит во дворце. Гораздо больше занимает новая служанка. Самому смешно, но вот так.

Хочется потребовать Эйви к себе, но вроде бы повода нет. Странно звать ее просто так, когда всего день назад сам отчитывал девчонку за то, что посмела заявиться в мои покои. Так что я терплю, занимая голову мыслями. А к вечеру вновь ощущаю приближение приступа. Ну вот, напророчил. Зато теперь могу законно вызвать Эйви, что я и делаю.

Девушка приходит быстро. Сэм впускает ее, бросает на меня обеспокоенный взгляд и молча уходит. Пока у меня есть силы, активирую на покоях полог тишины. В прошлый раз не успел этого сделать, и в результате перебудил весь дом. Хотя благодаря той случайности

Девчонка проходит ближе к моей кровати и останавливается.

— Садись, — хриплю, указывая на стул. А сам разглядываю ее.

На Эйви красивое платье, совсем не то, что было на ней в первый раз. Это наверняка из запасов матери. Я помню, что разрешил Марте брать их. Значит, она поделилась с новой служанкой. А ведь я и сам бы мог додуматься. Видел же, как убого девчонка одета. А Марте за сообразительность стоит выдать премию.

Эйви сидит с прямой спиной, сложив руки на коленях. А я вдруг понимаю, что меня смущает. Это дорогое платье не выглядит на ней, как с чужого плеча. Наоборот, она в нем чувствует себя очень органично, будто носила такие наряды всегда. Это снова наталкивает на мысли о ее семье и происхождении. Сейчас я бы ни за что не сказал, что передо мной привыкшая с молодых лет к тяжелой работе девушка из бедной семьи.

— Как вы себя чувствуете? — спрашивает она осторожно. Смотрит на меня с тревогой, но без тени брезгливости или отвращения. А такие взгляды я улавливаю моментально. Все же это удивительно.

А еще не могу не отметить, что речь у нее тоже грамотная. В глазах, внимательно изучающих меня, светится ум. Эйви вообще как-то быстро пришла в себя. Я не чувствую в ней заискивания передо мной. А ведь даже при том, что она не знает моего настоящего имени, не может не понимать, что я выше ее по положению. Тем не менее девчонка ведет себя так, будто мы равны. Причем, похоже неосознанно.

— Пока нормально, — наконец отвечаю на ее вопрос. — Но скоро будет приступ. Проверим твою магию еще раз. А пока поговори со мной, отвлеки… — приказываю я.

— О чем поговорить, мистер Блэк? — уточняет Эйви.

Ее не только слушать приятно, но и смотреть. Золотистые волосы заплетены в простую косу. Несколько прядей у висков выбились и обрамляют нежный овал лица. Сейчас, когда она не такая бледная, уже исчезли круги под глазами и болезненная худоба, я понимаю, что девушка красива. Если добавить ей изысканную прическу и дорогие украшения, она могла бы затмить собой придворных дам.

Впрочем, об этой части моей жизни лучше не вспоминать. Не нужно Эйви туда. Не хочу, чтобы ее касалась ложь и грязная изнанка дворцовых интриг.

— Не зови меня мистер Блэк, — говорю неожиданно для себя. — Лучше называй Дэмианом.

— Это не слишком удобно, — отзывается Эйви. Ее точеные скулы покрываются легким румянцем, от чего она становится еще красивее.

— Да какая разница, — усмехаюсь я. — Тут нет никого, кого бы это волновало. Я вообще скоро сдохну. Тогда всем точно будет наплевать, как ты меня называла. Не желаю слышать это твое «мистер Блэк».

— Хорошо, тогда буду называть вас мистер Дэмиан.

— Ну хотя бы так, — соглашаюсь я. Мне уже нравится, как звучит мое имя из ее уст. А потом мы обязательно перейдем следующий барьер, избавившись от «мистера». Будет называть меня так, как я хочу. — Расскажи, кем были твои родители? Из какой ты семьи? Как получилось, что ты осталась одна? — спрашиваю и вижу, как девушка мгновенно закрывается. Ее хрупкая фигурка застывает, взгляд холодеет, губы сжимаются.

— Мне бы не хотелось об этом говорить, — сообщает она сухо. Но поколебавшись, все же добавляет: — Это слишком грустные воспоминания. Если кратко, мой отец был успешным торговцем. Мы жили в достатке, мне нанимали хороших учителей. Но потом в город пришла эпидемия. Родители заболели, лечение стоило дорого и все равно не помогло. Дом забрали за долги. А меня выставили…

Ее слова звучат вполне правдоподобно. Грустная, но не слишком редкая история. Только меня не оставляет ощущение, что Эйви недоговаривает. Решаю пока не допытываться. Все имеют право на свои тайны. Тем более, я и так могу их узнать.

— Тогда расскажи другое. Что угодно… — прикрываю глаза и судорожно выдыхаю, ощущая, как по венам начинает течь огонь.

— Я хотела попросить разрешения посетить библиотеку замка. Она же тут есть? — раздается мягкий голос.

— Библиотеку? Зачем она тебе? — впрочем, и сам догадываюсь. Девушки любят романы о неземной любви. — Хорошо, можешь брать книги из библиотеки, — произношу хрипло. И добавляю: — При одном условии. Когда попрошу, будешь мне читать…

Сам удивляюсь вылетевшему из моего рта предложению. Я-то как раз не любитель романов. Пробовал как-то листать, чтобы хоть немного отвлечься, но быстро забросил. Впрочем, содержание книг меня мало интересует, я буду прислушиваться к голосу Эйви. Он очень приятный. И кажется помогает мне.

Но эта мысль быстро гаснет в очередном приступе раздирающей боли. И на ее место тут же приходит другая. Зачем я все это придумал? Ну чем мне поможет девчонка? В прошлый раз наверняка было совпадение. Я не хочу, чтобы Эйви видела меня таким, корчащимся от боли. Когда ты грызешь подушку и воешь, не в силах сдержать стоны, от гордости не остается и следа. Но мне все равно стыдно.

Новая волна огня скручивает тело, заставляя выгибаться и глухо рычать сквозь стиснутые губы. Еще немного, и я вообще забуду, что со мной рядом кто-то есть. Погружусь в марево моего личного ада.

— Уходи… — рычу глухо, пока еще помню, что она здесь.

Но Эйви не уходит. Наоборот, наклоняется надо мной. Не открывая глаз, чувствую это по едва заметному движению воздуха и сладкому женскому аромату, окутавшему меня. А потом на грудь опускаются теплые ладони. И сквозь них в меня проникает темная магия.

Я чувствую, как она вливается сначала небольшой струйкой, а дальше настоящим сильным потоком, омывая каждую клетку тела. И тут опять случается удивительное. Боль отступает, так и не достигнув своего пика. Восхитительная, освежающая прохлада остужает напряженные мышцы, расслабляет и успокаивает. А мягкий голос ласково шепчет:

— Сейчас будет легче, все пройдет. Спите, мистер Дэмиан. Вам надо отдыхать и набираться сил…

Я словно снова попадаю в детство. И кажется в забытьи тянусь к женской руке, мечтая, чтобы она погладила мои волосы. А еще прижала мою голову к своей груди. Когда тонкие пальцы действительно касаются волос, блаженно замираю. Мне больше нечего желать. Приступ отступил, толком не начавшись. Тело расслабленно. Сознание уплывает, и я погружаюсь в сон.

Глава 14 Эйвери

На этот раз, отправляясь в покои мистера Блэка, я уже не испытываю страха, потому что знаю, что меня там ждет. И к сожалению совершаю новую ошибку. Веду себя с ним, как со своим старшим братом. Уильям тоже иногда

Наверное я подсознательно вспоминаю то время и расслабляюсь. Забываю, что должна изображать прислугу. А главное, скромную девушку-сироту. Ну а хозяин мой промах конечно же замечает, слишком уж внимательно следит за мной. И задает вопросы о моей семье.

Вроде бы обычные, но я вижу в его взгляде нотки скрытого интереса. И понимаю, что отговориться общими словами больше не получится. Так я только разбужу его любопытство. А мне надо другое. Чтобы моя история показалась ему обычной, заурядной. Вот и выдумываю второпях самый простой сюжет.

Я знаю, что не выгляжу, как простая деревенская девушка. Впитанные с молоком матери манеры, вбитая гувернантками осанка слишком заметны даже после двух лет скитаний по постоялым дворам. Как бы тяжело мне ни приходилось, я всегда старалась не падать ниже, чем есть.

Поддерживала чистоту тела и одежды, пусть даже ветхой и грубой. Сохранила свои волосы, которыми раньше так гордилась. Конечно, сейчас они не в том идеальном состоянии. Но их все равно не раз предлагали купить, когда мне было нечего есть. Но я не продавала даже часть себя. Только свою магию и труд.

Поэтому для мистера Блэка я выдумываю богатую, но не знатную семью, болезнь родителей и разорение. Такие истории не редки и не должны вызвать подозрения. Кажется, моя тактика срабатывает, а может, помогает приближение приступа, но мужчина больше не расспрашивает меня о прошлом.

Пытаюсь отвлечь его от боли и спрашиваю о библиотеке. А в ответ получаю просьбу ему почитать. Он и правда напоминает мне брата. А еще мне очень жаль хозяина замка. Против воли начинаю испытывать к нему симпатию, отмечая его смелость и мужество. Мало кто способен так стойко переносить ужасные страдания, понимая, что скоро умрет.

Пока я отстраненно размышляю, мистер Блэк сцепляет зубы и выгибается дугой. Пора задействовать магию. Уже собираюсь коснуться мужчины, как вдруг слышу шумный выдох и глухое рычание:

— Уходи!

Не понимаю, что случилось. Ведь мы уже договорились. Но в любом случае уйти и не попробовать ему помочь я просто не могу. Не слушаю и наклоняюсь над пациентом, опуская ладони на его грудь. Судорожно пытаюсь вспомнить, что делала в прошлый раз. Кажется ничего, кроме того, что отпустила магию. Инис тоже об этом говорил.

Открываю поток, который уже сам просится наружу. Моя сила полноводной рекой струится через ладони, наполняя тело мистера Блэка до краев. Думаю о том, какой он молодой, сильный, красивый. Не должен этот мужчина так страдать. В груди поднимается целая буря чувств. Я всем сердцем желаю ему исцеления. И словно в ответ мужское тело снова вспыхивает.

Кажется, будто каждая вена в теле хозяина замка наполняется жидким огнем и светится. А всю его фигуру окутывает мягкая темная дымка. Это завораживает. Я еще никогда не видела, чтобы свет и тьма так сплетались друг с другом. Они не враждуют, а пытаются найти баланс. Или помогают друг другу. Надеюсь, что помогают.

Я вдруг снова испытываю неуверенность. Боюсь сделать хуже. Мне нужно подтверждение, что я не наврежу. Мысленно призываю дух замка и прошу подсказки.

— Мне остановиться, Инис? — спрашиваю тихо. Надеюсь, мистер Блэк примет мой шепот за галлюцинации и после приступа не вспомнит о нем.

Светильник на столе мигает два раза. Нервно вспоминаю, что это означает. Кажется, «нет»? Тогда продолжаю. К счастью, хозяин уже не корчится от боли. Его лицо расслабляется, на нем даже появляется слабая улыбка. Это же значит, что ему легче?

На всякий случай не убираю ладони еще несколько минут, пока дыхание мистера Дэмиана не выравнивается окончательно. Похоже, он заснул.

— Теперь я могу уйти? — снова обращаюсь к духу. И едва не подпрыгиваю, когда прямо под ногами громко скрипит пол. Один раз. Значит, «да».

Прежде чем покинуть комнату, с сомнением осматриваю лежащего передо мной мужчину. Сейчас он спит. Но что, если ему станет хуже? Кто тогда позовет меня?

— Ты предупредишь, если хозяину понадобится моя помощь? — спрашиваю Иниса. И напрягаюсь, ожидая ответа. К счастью, на этот раз дух просто мигает светильником. Этот способ общения мне нравится больше всего. Поправляю сбившееся одеяло, укрывая мистера Дэмиана. И заодно рассматриваю его лицо.

Черные линии на нем кажутся мне сейчас не ужасными, а скорее загадочными. Будто он представитель дикого племени, в котором принято наносить на тело татуировки. Черты мужского лица под черными узорами красивы и гармоничны. Прямой нос, острые скулы, твердый подбородок с легкой щетиной. Я бы хотела увидеть хозяина таким, каким он был до проклятия.

Судя по всему он знатен и богат. Возможно в прошлом мы даже где-нибудь случайно пересекались. Пусть меня не успели представить ко двору, я ездила с родителями в гости и в театр. Прогуливалась в парках. Впрочем, такого мужчину наверняка бы запомнила. Останавливаю себя. Нет смысла думать о том, что было раньше. Те времена никогда не вернутся.

Тихо выхожу в коридор, возвращаюсь к себе и ложусь в кровать. Этой ночью дух замка ко мне не приходит. Наверное решил дать мне отдохнуть и восстановить магию. Но я уже заметила, когда трачу ее на хозяина, не ощущаю опустошения или усталости. Пока не понимаю, что это означает. Надо будет расспросить Иниса. Может быть он догадывается, почему так происходит.

На следующий день после завтрака по распоряжению хозяина Сэм устанавливает в моей комнате такой же колокольчик, как на кухне. Теперь мистер Блэк сможет сам меня вызывать. Радуюсь, что ему пришла в голову эта идея. А потом сообщаю Сэму, что мне разрешено посещать библиотеку. И прошу ее показать.

В замковую библиотеку меня провожает Марта. Стоя в дверях, в восхищении осматриваю огромное помещение со стеллажами во всю стену и лесенками, чтобы можно было доставать книги с верхних полок. Еще тут стоят мягкие диваны и торшеры.

Если бы не признаки разрухи вокруг, комната выглядела бы очень уютной. А пока пыль на полу и книгах, грязные витражные окна и потертые ковры слишком бросаются в глаза. Сразу хочется навести тут чистоту. Словно услышав мои мысли, Марта произносит:

— Раз уж ты будешь сюда приходить, то за тобой уборка библиотеки. У меня руки до нее так и не дошли. Тем более, до тебя никто ей не пользовался. Мистер Блэк как-то попросил принести несколько книг, но я не видела, чтобы он их читал. Так и валяются в его спальне.

Глава 15 Эйвери

Быстро пристроив книги на кровати, спешу в покои хозяина. Меня снедает беспокойство. Неужели, опять приступ? Пусть я сама сомневалась в том, что смогу серьезно ему помочь, но все равно надеялась, что с моей помощью приступы станут хотя бы немного реже. А еще и суток не прошло.

Я так тороплюсь, что залетаю в спальню мистера Дэмиана без стука. И резко останавливаюсь, когда вижу его у противоположной стены рядом с еще одной дверью. В то помещение я пока не заглядывала, не знаю, что там. Но это и не важно. Главное, хозяин едва стоит, держась за стену, бледный до синевы. И кажется, прямо сейчас рухнет на пол.

В желании помочь подскакиваю к нему, обнимаю за талию и закидываю его руку на свое плечо. По-другому мне его не удержать. Сейчас я хорошо вижу, насколько он выше меня. И конечно больше по комплекции, пусть даже из-за болезни слишком худ. Сразу чувствую тяжесть мужского тела и чуть терпкий, но очень приятный аромат.

— Не нужно, я справлюсь, — глухо цедит мужчина, пытаясь отстраниться от меня и выпрямиться. И снова пошатывается.

— Не упрямьтесь, пожалуйста. Обопритесь на меня. Если вы свалитесь, будет только хуже, — требую я. Понимаю, что хозяин слишком гордый, чтобы принимать помощь, тем более, от женщины. Но куда деваться.

— Хорошо, — раздраженно выдыхает он и наваливается на мои плечи. Явно не со всей силы, продолжая держаться за стену.

Бросив мельком взгляд в открытую дверь, понимаю, что это личная купальня и одновременно туалетная комната, оборудованная по последней столичной моде. Здесь есть все, что нужно, чтобы справить потребности тела, а так же раковина и большая мраморная ванна. В крыле для прислуги тоже есть общая туалетная комната. Гораздо проще, чем эта, но с нужными удобствами. К счастью, не выгребная яма, к которым я так и не привыкла.

Дальше мы очень медленно, шаг за шагом, движемся в сторону кровати. А я с удивлением прислушиваюсь к себе. Мужское тело, плотно прижатое к моему, вызывает странные, давно забытые ощущения. Я вдруг понимаю, мне приятно, когда мистер Блэк так близко. Что-то отдаленно похожее я чувствовала к одному парню в академии, который мне нравился.

Я его тоже привлекала, он даже предложил мне встречаться. Конечно я согласилась. Но мы успели всего несколько раз сходить на свидания и один раз поцеловаться, когда мою семью арестовали, а меня, как преступницу, вывели из академии на глазах у всех студентов и преподавателей. А тот парень, увидев это, не заступился, наоборот, отвернулся. Сделал вид, что мы незнакомы.

Привычная боль колет сердце. Но я не обращаю на нее внимания. А еще напоминаю себе, что мне нельзя забываться. Даже если отставить в сторону то, что хозяин замка умирает от проклятья, мы с ним теперь не ровня. Это раньше благодаря положению моего рода я могла считаться завидной невестой. А сейчас я никто. Ни рода, ни имени. Да еще и дочь казненных изменников, в чем мистеру Дэмиану я никогда не признаюсь. пусть даже, как мне показалось, он не обращает внимания на условности, правила, этикет и осуждение общества.

Так что прогоняю ненужные мысли. Сейчас меня гораздо больше беспокоит состояние хозяина замка. Мы уже стоим у кровати, но он не спешит отпускать мое плечо. Наоборот, на короткое мгновение сжимает его еще сильнее. По мужскому телу проходит легкая дрожь, которая сразу отзывается во мне.

Хозяин судорожно выдыхает и наконец опускается на постель. Жду, пока он примет удобное положение, и поправляю подушку под его пристальным взглядом. Присаживаюсь на установленный рядом с кроватью стул и вглядываюсь в бледное лицо с капельками пота.

— Вам опять плохо? — спрашиваю с тревогой.

— Нет, — криво усмехается он. Голос звучит хрипло, царапающе. — Просто решил помыться и немного не рассчитал силы.

Только тут замечаю, что его светлые волосы влажные и завиваются на концах.

— Вы позволите? — тянусь к ним, мягко прикасаясь. — Я высушу…

Мужчина заметно напрягается, глядя на меня в упор, но не отталкивает мою руку. Заторможенно кивает, давая разрешение. Осторожно выпускаю магию, позволяя ей высушить гриву светлых волос. Отстраненно отмечаю, что мне не хочется убирать руку. Наоборот, тянет перебирать пряди, гладить их. Что за дурацкое наваждение?

Руку я все же убираю. А в глазах мистера Блэка на мгновение мелькает растерянность. Но почти сразу его лицо становится непроницаемым. Он откидывается на подушку, не спуская с меня задумчивого взгляда.

— Если приступа нет, чем я могу вам помочь? — задаю вопрос.

— Мне просто скучно, а ты меня развлекаешь, — заявляет хозяин. И требовательно просит: — Почитай мне.

— Тогда мне придется сходить в свою комнату и принести книгу.

— Не нужно, — морщится он. — Вон одна лежит на столе. Можешь взять ее.

Подхожу к столу, беру в руки толстый роман. Вспоминаю кое-что и спрашиваю:

— Вы обедали?

— Нет еще, — качает он головой.

— Тогда не будете возражать, если я попрошу Марту принести для вас обед, а уже потом вернусь и почитаю? Вам нужны силы.

Какое-то время мистер Блэк раздумывает и наконец кивает.

— Хорошо. Но сделаем по-другому. Марта принесет поднос. Ты его заберешь и подашь мне. Я буду есть и слушать тебя. Кстати, ты сама обедала?

— Пока нет.

— Тогда я распоряжусь, чтобы еду для тебя тоже принесли. Пообедаем вместе. — Заметив мое замешательство, усмехается и добавляет: — Уверен, так я съем гораздо больше. Ты ведь хотела меня накормить? Так что не отказывайся, Эйви, — мое имя в его устах звучит мягко и даже нежно.

А вот на предложение пообедать вместе явно не стоит соглашаться, все же я здесь служанка, а не гостья хозяина. Тем не менее я киваю. Потому что мне не хочется уходить. Мистер Блэк тянется к звонку колокольчика, прикрепленному в изголовье кровати. А я разглядываю его и вдруг замечаю, что черные линии на его лице чуть поблекли. Думаю, стоит ли сказать об этом? И решаю пока промолчать. Надо еще понаблюдать. А то окажется, что мне только показалось.

После лечения Эйви я сплю, как младенец. Просыпаюсь утром значительно бодрее, чем обычно. Нормальный сон — первое, чего я лишился в результате проклятия. Уже и не помню, когда так хорошо высыпался. Радуюсь, что девчонка не послушалась меня и не сбежала, когда я ее прогонял. Эта упрямица осталась и опять мне помогла. Сейчас уже можно точно сказать, что это никакая не случайность.

Каким-то образом Эйви все же удается сдерживать мой недуг. Не знаю, что привело ее в замок, но для меня это настоящая удача. Хотя если быть честным, я ее не заслужил. И кучу врагов нажил не просто так. Маясь от безделья между приступами, я много думаю. И мне не раз приходила в голову мысль, что проклятье настигло меня не случайно. Кто-то из тех, кому я встал поперек горла, попытался меня устранить. Вот только список возможных претендентов слишком большой.

Этим утром, пока слушаю доклад Сэма, мысль о тайном недоброжелателе снова приходит мне на ум. А причина в том, что по моему приказу Сэм обзавелся парочкой осведомителей в ближайших деревнях. Через них он узнает последние сплетни, что ходят среди обывателей. Мое прошлое ищейки требует быть в курсе важных новостей, даже при том, что я уже давно не у дел. Но приобретенные навыки так просто не забываются.

Так я выяснил, что в последнее время активно нагнетаются слухи обо мне. Меня представляют чудовищным монстром, чуть ли не пожирающим тех, кто приходит работать в замок. Это при том, что за исключением Эйви мы давно уже никого не нанимали. А все, кто служил здесь раньше, получили расчет и благополучно покинули замок.

К сожалению правда никак не мешает слухам распространяться. Особенно, если их кто-то подогревает. А я уже склоняюсь к такому варианту. Остается понять, какова их цель? Например, натравить на меня перепуганных крестьян и закончить то, что никак не сделает проклятье? Кстати, сама Эйви стала невольной причиной нагнетания страха. По сообщениям осведомителей в деревнях активно обсуждают, что девушку с темной магией приняли к нам на работу. А значит, в замке собирают темных, чтобы навести порчу на урожаи, скот и вызвать голод.

Страхами и суевериями очень легко управлять. Достаточно только дать им пищу, и они разрастутся сами. До сих пор меня это не сильно беспокоило. Так и так умирать. Какая разница, от чего? Но сейчас что-то изменилось, пусть я сам пока не понимаю, что. В результате снова и снова возвращаюсь мыслями в прошлое, пытаясь определить того, кто стоит за моим проклятьем.

Казалось бы, основным врагом я должен считать королеву. Да, ее сын — принц и официальный наследник, а я всего лишь бастард, но моей крови все равно достаточно, чтобы претендовать на трон. Никого не интересует, что я о таком никогда не мечтал. Хватит простого предположения.

Первое время после появления у отца истинной пары, а потом и рождения сына, я всерьез ожидал, что королева захочет тихо от меня избавиться. Но ничего такого она не предпринимала. Вела себя со мной подчеркнуто ровно. Не изображала фальшивого радушия, но и ненависти тоже. Постепенно я успокоился и перестал опасаться подосланных убийц. И все же слишком расслабился и позволил себе навредить. Только вопрос виновника остается открытым.

Отпускаю Сэма, перед этим отдав приказание установить в спальне Эйви звонок. Хочу иметь возможность вызвать ее в любой момент. Оправдываю это практичностью — не нужно постоянно дергать слугу. На самом деле мне нравится осознавать, будто мы с Эйви связаны. Ощущается странно, но почему-то правильно. Впрочем, эти непонятные порывы наверняка результат банальной благодарности за то, что девчонка облегчает мою боль.

Взгляд падает на почтовый артефакт, который зарядила Эйви. Почему бы им не воспользоваться? Думаю, стоит возобновить старые контакты. Узнать, что происходит при дворе. Что там говорят обо мне. И говорят ли вообще или уже давно похоронили? Ну и выяснить что-нибудь о семье моей новой служанки. Впрочем, с последним пока не буду торопиться. Сначала надо убедиться, что меня вообще не забыли.

Составляю сообщение, зашифровываю и отправляю тому, кого считал… ну пусть не другом, но хорошим приятелем. Кому доверял больше остальных. Не до конца, таких вообще нет. Но хотя бы не ждал удара в спину. С кем работал, пока был королевской ищейкой. Вот и посмотрю, помнит ли он меня. Точнее, захочет ли вспомнить.

А потом начинаю томиться от скуки. И очень быстро понимаю, что мне нужна компания. Отличная причина проверить новый звонок. Вызываю Эйви и только после этого приходит мысль, что выгляжу я не лучшим образом, даже не касаясь моей страшной внешности. Просто в последнее время я часто пренебрегал гигиеной. Банально не хватало сил добраться до купальни. А просить помощи я не хотел.

Я не могу предстать перед Эйви в таком виде. Надо хотя бы вымыться. Самому смешно, что у меня возникают подобные желания, если учесть, что один взгляд на мое лицо может вызвать крик ужаса. И все же заставляю себя подняться с кровати. Вот только плохо рассчитываю силы. Дойти до купальни и кое-как освежиться еще получается, а добраться обратно уже нет. Ровно в этот момент в покои врывается девчонка и спешит предложить помощь.

Неожиданно внутри что-то дрогнет. Там, где, казалось бы, давно уже ничего не осталось. Хрупкая девушка, гораздо меньше и слабее меня, не раздумывая, подставляет плечо тому, кого столько лет боялись и избегали придворные. Перед кем лебезили, а втайне люто ненавидели. Я вдруг понимаю, что не хочу, чтобы Эйви узнала, кто я такой. Кем был в прошлом.

Но дальше меня ждет еще одно потрясение. Когда осторожно обхватываю хрупкие плечи, а мое тело невольно прижимается к боку Эйви, меня будто что-то толкает в грудь. Даже дыхание на секунды перехватывает. А потом становится горячо и больно, словно что-то застывшее прямо сейчас оживает. По телу проходит дрожь.

Кое-как добравшись до кровати, озадаченно разглядываю Эйви, пытаясь понять, что это было? Что я почувствовал? Всего лишь проснувшееся желание? Телу стало легче, и мужская природа пытается взять свое? Все же женщины у меня не было очень давно. Или здесь что-то большее? Я должен разгадать эту загадку. А для этого девчонке придется проводить со мной гораздо больше времени. И мне все равно, что это будет. Чтение книг, совместные приемы пищи, уборка моей спальни. Я найду, что придумать.

Глава 17 Эйвери

После попадания в замок моя жизнь

И это не только Сэм с Мартой. Хотя я очень благодарна этой паре. Они опекают меня, как родную дочь. Уезжая в город за продуктами, Сэм всегда интересуется, что мне привезти. А его жена добродушно болтает со мной и даже подмечает блюда, которые мне нравятся, стараясь чаще их готовить. Никогда бы не подумала, увидев их впервые, что скоро они станут для меня близкими.

Общение с духом замка тоже потрясающее и новое для меня приключение. Раньше мне никогда не доводилось иметь дело с бесплотными существами. Хотя я слышала много историй о них, но теперь сама стала участницей. Мне приятно, что Инис открылся мне и попросил помощи. Хотя я понимаю, что дело скорее в безисходности.

Из-за проклятья, подтачивающего силы хозяина, Инис потерял источник родовой подпитки и искал любые способы его заменить. А моя новая магия удачно совпала с той, что ему нужна. Он не мог не воспользоваться таким совпадением. Ну а я с удовольствием готова помогать духу восстановиться в благодарность за предоставленный мне кров, еду и обучение.

Как и обещал, почти каждую ночь Инис приходит ко мне и зависает над моей кроватью. Я уже не дергаюсь, когда ворочаясь в постели, приоткрываю глаза и замечаю темный силуэт над моей головой. Или просто в полусне ощущаю чужое присутствие. Наоборот, когда дух рядом, мне даже спокойнее, не снятся кошмары и призраки прошлого не преследуют меня.

Делиться с Инисом магией оказалось совсем не больно и не сложно. Я даже усталости утром не чувствую. Дух строго соблюдает договоренности и берет небольшую часть силы. Но я все равно довольна, что заключила с ним магический договор. Он точно не позволит мне навредить.

А еще Инис начал обучение. Пока это происходит только во сне. Но проснувшись, я четко помню его уроки. А днем тренируюсь, применяя изученное на практике. Оказывается, темная магия может многое. А еще она сосем не страшная. Ведь сила лишь потенциал, часть энергий этого мира. Ни плохая, ни хорошая сама по себе. Все зависит от целей того, кто ее использует. Темную силу тоже можно использовать во благо. А светлой, наоборот, разрушать.

Мне очень нравится, что наше с Инисом взаимодействие идет на пользу друг другу. Я наконец перестала отрицать свою магию и бояться ее. С головой погрузилась в изучение. Стала гораздо лучше ее ощущать. И вообще, как мне кажется, с каждым днем моя сила растет. Я легко справляюсь с уборкой и восстановлением замка.

Библиотека уже сияет. Марта не поверила своим глазам, когда увидела, как преобразилось это запущенное помещение. Вместо тусклых гобеленов на стенах теперь яркие краски. Вместо скрипучих полов — блестящий паркет на котором лежат красивые ковры с восстановленным ворсом. Книги в новых переплетах радуют глаз. Диваны с обновленной обивкой манят устроиться на них удобнее и погрузиться в чтение.

Мне пришлось молчать и получать не совсем заслуженную похвалу. Ведь на самом деле такое преображение не только моя заслуга. Это Инис медленно, шаг за шагом, восстанавливает замок, используя мою магию. А я помогаю ему. И постепенно это становится заметно остальным. Лестницы стали меньше скрипеть, светильники ярче гореть. Мебель и шторы радовать глаз блеском тканей.

Сам Инис тоже изменился. Его бесформенное тело, напоминающее темное облако, стало плотнее и насыщенней. Голос, который я слышу только во сне, уверенней и громче. Дух еще продолжает язвить и ворчать. Но теперь я гораздо чаще слышу в его тоне довольство.

В последние дни мы с духом изучаем очень интересную тему — защиту замка. Не знаю, почему Инис ее выбрал. Он сам определяет, какой урок провести. А я с радостью впитываю все знания. Например, прошлой ночью я узнала, как сделать замок неприступным, подняв на его защиту бестелесные оболочки всех предыдущих и давно почивших хозяев замка и членов их семей.

Объединившись, такие духи могут создать прочную броню, которая продержится несколько дней или даже недель, не позволяя никому чужому прорваться за стены. Хочется надеяться, что эти заклинания мне не придется проверять на практике. Вряд ли кому-то придет в голову нападать на замок.

Но главная причина того, что я обжилась здесь — сам хозяин. Его необычное, доброе отношение к безродной служанке. И пусть я хорошо понимаю, что это лишь благодарность за избавление от боли, глупое сердце пытается разглядеть за его поступками что-то большее.

Нет, я никогда не обманывала себя и сейчас не собираюсь. Прекрасно вижу, как с каждым днем все больше привязываюсь к мистеру Дэмиану. Никакие доводы и напоминания об осторожности увы не срабатывают. Я знаю, что по-хорошему мне надо бежать отсюда. Нельзя служанке влюбляться в хозяина. Ни к чему хорошему это не приведет. Но все дело в том, что я не хочу уходить. Да и не могу.

Как бы я ни сомневалась, сейчас уже невозможно отрицать, что моя сила лечит мистера Блэка. Теперь это уже очевидно всем. А я убедилась, что мои глаза меня не обманывали. Черные линии на лице и теле мужчины действительно медленно, но неуклонно бледнеют. Однажды обрадованная Марта сама сообщила мне об этом. А самое главное — приступы стали реже. В большинстве своем мне удается остановить их в самом начале. Но в любом случае боль от них уже не так сильна.

Все это сказывается на самочувствии хозяина. У него появился аппетит, его больше не шатает от слабости. Вынужденное заточение в покоях закончилось. Мистер Дэмиан понемногу начал передвигаться по замку и конечно же тоже заметил изменения в нем.

Мне так хочется рассказать ему об Инисе, но я обещала молчать. Думаю, скоро это перестанет быть тайной. Как только к хозяину вернется его магия, он сам почувствует связь с духом замка. И тогда случится то, чего я втайне очень боюсь — ни замок, ни его хозяин больше не будут нуждаться во мне. Что будет дальше? Оставят меня здесь или попросят уйти?

Я стараюсь не думать об этом. А пока провожу все больше времени в обществе мистера Блэка. Не потому, что

Я понимаю, что увлекшись, открываюсь в таких разговорах больше, чем нужно, выходя из образа безродной сироты. А хозяин слишком внимательно следит за мной, чтобы пропустить мои случайные оговорки. Его взгляд становится острым и задумчивым, но он больше не пытается расспрашивать меня о семье. А мне остается надеяться, что моя откровенность однажды не обернется против меня.

Но все эти тревоги и опасения отступают, когда в один из дней взбудораженный Сэм врывается на кухню, где мы с Мартой готовим обед, и нервно требует:

— Срочно спускайтесь в подвалы замка и запритесь там. Марта, покажи Эйви, куда бежать. А я сообщу хозяину. Сюда движется толпа вооруженных крестьян. Я едва их обогнал и услышал крики. Они обвиняют мистера Блэка в плохом урожае и болезнях скота. А еще в применении против них темной магии.

Глава 18 Эйвери

В первые минуты весь ужас ситуации доходит до меня не сразу. Только заметив, как бледнеет Марта, с какой тревогой смотрит вслед спешащему наверх мужу, осознаю нависшую над нами опасность. Сюда движется неуправляемая, заведенная страхом, озлобленная толпа. В таком состоянии она способна на что угодно. Даже на жестокую расправу. Никакой голос разума ее не остановит.

— Быстрее, Эйви, — подхватывается женщина, бросаясь в коридор. У дверей оглядывается, поджидая меня. Словно в трансе бегу за Мартой, сворачивая в темный коридор. Вместе сбегаем по каменным ступеням на нижний, подвальный этаж. В этой части замка я еще не была. И не предполагала, что однажды придется. Тут очень слабое освещение, холодно и пахнет затхлостью.

Марта тянет на себя тяжелую железную дверь, открывая проход в похожее на камеру, сырое помещение. Одним своим видом оно мгновенно переносит меня в те дни, что я провела в темнице после ареста родителей и брата. Все во мне противится добровольно зайти в эту ловушку.

Торможу на пороге, пытаясь справиться с паникой и заставить голову работать. И отчетливо понимаю, что прятаться — не выход. Во-первых, наверху остались Сэм и мистер Дэмиан. Я уверена, хозяин не будет забиваться в подвал. Он слишком гордый и упрямый. Вот только сил, чтобы в одиночку отстоять замок, у него не хватит.

Во-вторых, когда толпа расправится с ним и его слугой, все равно доберется до нас. Не так уж сложно заставить нас выйти из подвала. Например, устроить пожар. Ну или просто дождаться, пока нас выгонит голод и холод. Нужно другое решение. Наверняка в замке есть тайные ходы. Мы можем выбраться через них. Но вопрос: куда? И что делать потом?

Я вдруг четко осознаю, что не хочу отдавать этот дом на разорение озверевшей толпе. Будто уже ощущаю его своим. Мне было здесь хорошо. Впервые за последнее время я почувствовала себя на своем месте. Не лишней, никому не нужной, неприкаянной сиротой. Замок дал мне ощущение тепла и безопасности. А значит, теперь моя задача его защитить. И ведь Инис готовил меня к такому. Он будто знал, что его уроки вскоре пригодятся. А я от шока растерялась и все забыла.

Но я уже пришла в себя и теперь ясно вижу цель. Вот он шанс, применить полученные знания на практике. Проверить, как возросла моя магия. Защитить тех, кто стал мне дорог.

— Инис, — зову мысленно. — Ты мне поможешь? Мы справимся?

Тусклый светильник в коридоре сразу же мигает, будто с нетерпением ждал от меня этого вопроса. Я облегченно выдыхаю. Вспоминаю, что пока неслась за Мартой, свет тоже мигал. Но я не сразу сообразила, что это мой невидимый помощник пытается меня вразумить. Даже на минуту становится стыдно. Но сейчас не время себя ругать. Надо действовать.

Я знаю, что дух не оставит нас. Его прямая обязанность заботиться о замке и его обитателях, особенно, когда им угрожает опасность. Чувствую, как меня охватывает гнев и холодная ярость. Эти спокойные дни в замке что-то изменили во мне. Раньше я бы ни за что не стала связываться с обезумевшей толпой. Но теперь я больше не хочу прятаться и убегать.

— Эйви, заходи скорее! Надо закрыть засов, — врывается в мои мысли тревожный голос Марты. Смотрю на нее и качаю головой.

— Нет, я не буду прятаться. Мне нужно вернуться. Мистер Дэмиан еще слаб и не справится без помощи. А если нападающие ворвутся сюда, нам тоже не поздоровится.

— Нельзя тебе туда, девочка, — отчаянно хватает меня за руку женщина. — Ты же слышала, они винят во всем темную магию. Тебя могут убить…

— Не беспокойтесь, я не позволю. Они еще не знают, с кем столкнутся.

Вижу в глазах Марты сомнение и страх. Она не верит, что я выстою против толпы. Жаль, что я дала обещание и пока не могу рассказать, что общаюсь с настоящим родовым духом замка. И не просто общаюсь, он учит меня.

— Запритесь. Я вернусь за вами, — прошу женщину. Она больше не спорит. Бросает на меня обеспокоенный взгляд. Но видимо что-то в моем лице заставляет ее поверить мне. Кивнув, бормочет:

— Пусть Богиня будет с тобой, девочка, — а потом закрывает дверь. Слышу скрип замка и больше не медлю. Разворачиваюсь и бегу по коридору, а дальше вверх по ступеням. Из служебного крыла выскакиваю в просторный холл. И прямо там сталкиваюсь с Дэмианом и Сэмом.

Слуга возится с главными дверями, запирая их на тяжелый засов. А мистер Блэк замер у стены. Он бледен и тяжело дышит. Ему еще сложно долго стоять. Но он все равно здесь, а на лице застыла мрачная решимость. Когда мужчина замечает меня, его глаза вспыхивают тревогой.

— Почему ты не в подвале? — спрашивает требовательно. — Беги, еще успеешь спрятаться.

— А вы? — уточняю нервно.

— Я попробую их остановить, — криво усмехается он. — Если у меня не получится, Сэм выведет вас с Мартой по подземному ходу. Я дал ему золото. Этого хватит на первое время, чтобы устроиться на новом месте. Поторопись…

— Я не оставлю вас, — мой голос звучит твердо.

— Эйви, сейчас не время проявлять упрямство, — напряженно хмурится мужчина. — Благодаря твоей помощи я чувствую себя лучше. Но моя магия еще не восстановилась. А дракон так и не отозвался. Если бы я мог обернуться, вывел бы вас через тень, а нападавших разогнал огнем. Но

— Они уже близко, — вторгается в наш разговор слуга. — Пора, мистер Блэк!

— Начинайте, — прошу хозяина. — Я добавлю к вашей магии свою. Вместе мы продержимся дольше. Возможно, это отпугнет толпу.

На самом деле я собираюсь сделать кое-что другое. То, чему меня учил Инис. Вызвать заклинаниями предыдущих хозяев и установить с их помощью вокруг замка броню.

Мистер Дэмиан больше спорит, на это не осталось времени. Закрывает глаза и сосредотачивается. Я чувствую, как его магия устремляется к каменным стенам. А пока он занят, мысленно зову Иниса. Как только ощущаю его присутствие, начинаю едва слышно произносить нужные слова.

Сначала ничего не происходит. Я даже успеваю испугаться и почувствовать себя бесполезной пустышкой. Но упрямо продолжаю выпевать заклинания. И вдруг наконец что-то меняется. В мои слова вплетается магия, моя и Иниса. И с каждой секундой заклинания обретают силу, невидимыми нитями окутывая замок. Воздух в темных углах зала искажается, проявляя едва заметные тени. Это они, духи, которых я вызывала?

Воодушевившись, продолжаю шептать. И наконец чувствую отклик тех, кто явился нас поддержать. Это так странно и удивительно, но духи дружески приветствуют меня, будто приняли в свой клан. Хотя я не имею отношения к роду мистера Дэмиана, думаю, причина в том, что мне помогает Инис.

Почувствовав связь, обращаюсь к духам с просьбой защитить замок и его обитателей. Раздающиеся снаружи злобные вопли, призывающие к расправе, служат отличной иллюстрацией моей просьбы. Толпа уже совсем рядом, под стенами, и скоро начнет штурм.

Пока духи предков объединяются, создавая свой щит, решаю направить часть моей силы на помощь хозяину. Подхожу ближе и касаюсь его руки. Я вижу, как мистер Дэмиан напряжен. Его колотит. По совсем белому лицу стекают капли пота. Под глазами темные круги, губы посинели. Он явно держится из последних сил на одном лишь упрямстве. Еще немного, и рухнет на пол.

Как только отпускаю магию, она таким мощным потоком устремляемся к хозяину, словно внутри у него черная дыра. Мне хочется отругать его за такое пренебрежение к себе. Я по-настоящему беспокоюсь за него. И не только, как за своего пациента. А как за мужчину, который стал мне дорог. Сейчас нет смысла отмахиваться от правды. Я знаю, что глупо и безрассудно привязалась к тому, с кем у меня не может быть будущего.

Вздрагиваю от громкого скрежета. Это входные двери сотрясаются под ударами чего-то тяжелого. А за ними стоим мы. Напряженный Сэм у стены, вооружившийся какой-то палкой. Бледный мистер Дэмиан и я. Но мы не одни, рядом с нами невидимые защитники замка, разозленные и жаждущие наказать тех, кто посягает на их род.

Темная сила предков мощным потоком вливается в стены, соединяясь с нашей магией. Восторженные вопли тех, кто решил, что уже близок к победе, сменяются испуганными криками и топотом множества ног. А потом все звуки стихают, словно их отделяет от нас плотная пелена. Наступает оглушительная, давящая на уши тишина.

Все? Мы выстояли? Нападавшие сбежали? Не знаю, что их так испугало, но мне все равно. Главное, чтобы больше не смели к нам лезть. Облегченно выдыхая, поворачиваюсь к мистеру Блэку, которого все еще крепко держу за руку. И едва не отшатываюсь.

За такими знакомыми чертами мужского лица сейчас явно проступает дракон. Зрачок на несколько секунд становится вертикальным. На скулах и у висков появляется чешуя. Из горла вырывается утробный рык. Ноздри хищно раздуваются, с шумом втягивая воздух.

Не успеваю испугаться, как все меняется. Дракон исчезает, возвращая место своему хозяину. Но ведь это же хорошо, значит, зверь мистера Дэмиана проснулся от спячки? Похоже, сегодняшние события помогли ему пробудиться. Тогда почему мужчина выглядит таким потрясенным? Почему ошеломленно смотрит на меня, будто видит впервые?

— Что случилось? — бормочу озабоченно.

— Эйви, ты… ничего необычного не чувствуешь?.. — неверяще тянет он, впиваясь в меня очень странным, пронизывающим взглядом.

Глава 19 Дэмиан

Эйви! Как удивительно быстро вся моя жизнь стала вращаться вокруг этой девушки. Целыми днями я не отпускаю ее от себя. А когда она все же ненадолго уходит помогать Марте, начинаю испытывать тоску и нестерпимое желание вернуть ее обратно. Раньше такая зависимость от женщины меня бы точно насторожила. А сейчас я доволен.

Уж лучше это, чем ожидание неизбежной смерти и мучительных приступов. Тем более благодаря магии Эйви за последние недели я вообще забыл о боли. Приступы стали редкими и слабыми. Да и те удается остановить в самом начале. Это наполняет меня неподдельным счастьем и эйфорией, каких я не испытывал ни разу. Только тот, кто стоял на грани жизни и смерти, сможет меня понять.

Боясь до конца поверить, ошеломленно наблюдаю, как с каждым днем мое тело понемногу восстанавливает силы. И пусть это только первые шаги, они уже дарят мне надежду и предвкушение. Как же приятно осознавать, что я больше не привязан к постели. Могу свободно передвигаться по замку и наконец нормально посещать купальню без риска свалиться в обморок прямо во время мытья.

А еще я больше не избегаю зеркал. Мое лицо все еще может напугать. Но я-то вижу, как смертельный узор проклятья постепенно сходит с кожи. Совсем скоро моя внешность вернется к привычному состоянию. И все это сделала хрупкая девушка, которую Божественное провидение каким-то чудом привело на мой порог.

Но восстанавливаюсь не только я, сам замок тоже преображается, оживая вместе со мной. Разруха и запустение медленно покидают его. Все же удивительно, что темная сила Эйви подошла и мне, и этим стенам. Как и я, они жадно впитывают ее магию и возрождаются. Даже пугающее всех проклятье замка притихло. Думаю, со временем я смогу разобраться с тем, что его вызывало. А пока меня с каждым днем все сильнее мучает вопрос о происхождении моей спасительницы.

Выполняя мои требования, Эйви проводит много времени у меня в покоях. А я не свожу с нее внимательного взгляда. Во-первых, мне приятно за ней наблюдать. За каждым ее жестом, поворотом головы, движением тонких рук и стройного тела. И касаться ее тоже очень приятно. Но такие «случайные» прикосновения я позволяю себе лишь изредка, чтобы не обидеть девушку.

Мое тело оживает вместе со мной, и в нем все сильнее пробуждаются мужские желания. Эйви уже стала сниться мне по ночам. С нежно алеющими щеками, рассыпанными по обнаженным плечам золотистыми

Ну а во-вторых, я пытаюсь разгадать ее загадку. Чем больше наблюдаю за моей служанкой, тем сильнее убеждаюсь в том, что она из благородной семьи. И дело не только в хорошем образовании. У нее врожденная грация и изящество манер. А еще острый ум, наблюдательность и рассудительность. Эйви способна поддержать разговор на любые темы. И не боится выражать свое мнение.

Меня больше не устраивает тот рассказ о семейной трагедии, который я от нее услышал. Он вызывает большие сомнения. Я признаю за девушкой право на личные секреты, но не могу удержаться от попытки их узнать. Особенно, раз уж предоставляется случай. Я получил ответ от Зака Кроули — приятеля, с которым раньше работал. Как оказалось, он меня не забыл. Был рад получить от меня вести и узнать, что я еще жив.

Зак сообщил мне важные сведения. Я узнал, что при дворе обо мне ходят ужасные слухи, очень напоминающие те, что пересказывал Сэм. Причем, приятель считает, что их распускают специально. Я почти уверен, что источник слухов и там, и здесь один и тот же. Видимо, мои недоброжелатели не дождались моей смерти и решили действовать, в надежде ускорить ее. Выставить меня сошедшим с ума, опасным монстром, а потом вызвать бунт крестьян и потребовать у короля прикончить меня.

После долгих месяцев, что я провел в полубреду, моя голова снова начинает работать. Я понимаю, что такие вещи нельзя оставлять просто так. Раз уж я решил жить, нужно искать способ защититься. Тем более я теперь отвечаю не только за себя, за Эйви тоже. И за Марту с Сэмом, они тоже могут пострадать из-за меня. Придется обдумать дополнительные меры защиты замка и его обитателей.

Для Зака тоже находится задание. В ответном письме прошу его аккуратно прощупать почву при дворе и попытаться выявить тех, кто распускает слухи. Пора узнать, кому я так сильно мешаю. Возможно, выйду и на того, кто организовал мне проклятье.

Но этой просьбой я не ограничиваюсь. Добавляю еще одну. Прошу выяснить все, что можно, об Эйви Марш. Кто она, откуда. Где родилась и воспитывалась. Какое несчастье приключилось с ее семьей. Остались ли родственники. Вряд ли девушка обрадуется, что я действую за ее спиной. Но я делаю это, чтобы помочь, а не навредить. Я хочу о ней позаботиться.

К сожалению, жизнь не дает нам передышки. Как оказалось, я недооценил желание моих врагов расправиться со мной. И не успел подготовиться. В один из дней взволнованный Сэм вбегает в мои покои и сообщает, что к нам движется разъяренная толпа, требуя расправы над всеми, кто живет в замке. И особенно над Эйви, как носительницей темной магии.

Ярость, поднимающаяся в моей душе в ответ на это, пугает меня самого. Никто не смеет угрожать моей… не могу пока четко сформулировать, кем стала для меня Эйви. Но уж точно не просто служанкой. Я очень хорошо осознаю, что готов защищать ее пусть даже ценой собственной жизни.

Жизнь за жизнь — это справедливо. Эйви подарила мне жизнь. А то, что я не успел этим подарком воспользоваться, моя вина. Я должен был предусмотреть такое развитие событий. Но вместо этого позволил застать себя врасплох. И поставил всех нас под удар.

Лихорадочно продумываю варианты. Я не обольщаюсь, моих сил слишком мало, чтобы дать достойный отпор. Какое-то время я продержусь, возможно, этого хватит, чтобы толпа успокоилась и разбежалась. Но если нет, Эйви им все равно не достанется. Сэм выведет женщин через тайный ход и увезет подальше. Выдаю ему инструкции и золото. А потом спешу вниз. Нужно влить магию в стены замка, чтобы укрепить их и не позволить никому прорваться внутрь.

Пока слуга запирает входные двери на засов, думаю о том, что хотел бы еще раз увидеть Эйви. Кто знает, возможно, сегодня моя жизнь оборвется. Я даже рад, что умру во время боя, а не на кровати. Но пока женщинам лучше оставаться в подвалах. Как только почувствую, что силы на исходе, отправлю слугу уводить их. Сосредотачиваюсь на своей силе, собирая ее внутри, и вдруг вижу Эйви. Сумасшедшая девчонка не спряталась, а пришла мне на помощь, не испугавшись взбесившейся толпы.

Страх, который охватывает меня, как только представляю, что я не справлюсь и позволю им схватить Эйви, едва не парализует. Усилием воли отгоняю его и пытаюсь прогнать эту отчаянно храбрую, но безрассудную девчонку. Только она не уходит, упрямо заявляя, что не оставит меня. А времени больше нет, крики раздаются уже под стенами замка.

Мне остается только действовать. Лить магию в каменную кладку, делая ее неуязвимой под ударами врагов. Тело колотит от дикого напряжения, каждая мышца ревет. Сила покидает меня, опустошая тело почти до конца. В голове гул, перед глазами белые пятна. Ненавижу себя за подобную слабость. За то, что не способен защитить единственную, кто стала мне дорога. Зачем я вообще остался жить, жалкий и никчемный?

И когда черное отчаяние почти захлестывает меня, происходит очередное чудо. Эйви соединяет свою магию с моей, щедро вливая ее в мое измученное тело и в стены замка. То, что разворачивается перед моими глазами дальше, потрясает и восхищает до глубины души. Я не понимаю, как это возможно, но девушка не просто усиливает защиту, она пробуждает родовую силу. Я чувствую магию предков, хлынувшую нам на помощь.

Конечно я знал, что в замке она есть. Но приехал сюда уже с разъедающим внутренности проклятием. У меня не хватило сил установить связь с родовой магией. А Эйви каким-то невероятным образом это удалось. С яростным восторгом слушаю панические вопли толпы, осознавшей, что в замок им не попасть. Желание остаться в живых побеждает разбуженную кем-то ненависть. И вскоре под стенами не остается ни одной души.

Вместо полного опустошения я чувствую прилив сил. Что неудивительно, не только Эйви щедро поделилась со мной магией. Мое тело и магическую структуру до краев напитала родовая сила предков. И в этот момент после двухлетней спячки просыпается мой дракон. Ворочается внутри, медленно поднимая голову. И на секунды перехватывая контроль. Нет, уйти в оборот я ему не даю. Не так уж он еще силен. Но посмотреть на мир позволяю.

Зверь сразу же безошибочно находит взглядом Эйви. И буквально обрушивает на меня

Только, кажется, сама девушка ничего похожего не чувствует. Удивленно смотрит, не понимая, что меня так взволновало. Первый порыв — броситься и схватить ее в объятия. Сообщить удивительную новость, что мы пара. Но я успеваю остановить себя. Надо действовать осторожно. Я не должен ее потерять.Дэмиан)

Глава 20 Эйвери

— Эйви, ты ничего необычного не чувствуешь?.. — этот вопрос мистера Дэмиана, сопровождаемый очень странным взглядом, настораживает меня. Я вся еще в эйфории победы. Сама не могу поверить, что получилось применить все, чему меня учил Инис. Духи предков послушались и пришли на помощь! Видимо, хозяин тоже их ощутил. Он же спрашивает об этом? Или нет?

А я не понимаю, что отвечать. Инис просил молчать о нем. К тому же я не уверена, что мистеру Блэку вообще понравится мое вмешательство и наша взаимная договоренность с духом. Это ведь его род, его предки и его замок. А я тут всего лишь служанка, чужой человек. Когда он восстановит свою силу, сам сможет общаться с духами предков.

— Вы о чем? — спрашиваю осторожно. — Что я должна чувствовать?

Хозяин с непонятной настойчивостью вглядывается в мое лицо, будто ищет там что-то очень важное. Хмурится, какое-то время молчит и наконец уточняет:

— Я почувствовал родовую силу. Как у тебя это получилось?

Ну вот, так и знала! И что говорить? Не хочется его обманывать, поэтому отвечаю вопросом:

— Может, это вы их вызвали? Наверняка они откликнулись на вашу магию. Вы же сейчас глава рода, так?

— Так, — кивает он задумчиво. — Но из-за проклятья я не смог установить с ними связь.

— Но теперь вам стало лучше?

— Да, благодаря тебе, — теплеет его голос. Глаза с непривычной для этого закрытого мужчины нежностью смотрят на меня. — Победили мы тоже благодаря тебе, Эйви, — произносит проникновенно. Подходит ближе и осторожно берет меня за руки. Мягко поглаживает запястья, от чего мой пульс резко ускоряется. Задирает манжеты рукавов, подносит мои руки к лицу, внимательно их изучая. Ищет раны? Но откуда им взяться? И неожиданно по очереди целует запястья.

Шумно выдохнув, замираю, пока теплые губы прижимаются к тонким венкам, прямо там, где пульсирует кровь. Это настолько приятно, что все мое тело прошивает легкой дрожью. А еще это неприлично. Такое не должна позволять благородная леди чужому мужчине. Впрочем, я давно уже не леди. Но между хозяином и служанкой это еще меньше допустимо. Отчего мне становится очень грустно.

Руки из хватки мистера Дэмиана я осторожно вытягиваю. А он, с заметным восхищением, согревающим мое сердце, просит:

— Не смущайся, Эйви. Я сказал правду. Ты изменила мою судьбу. Я должен был умереть уже дважды. От проклятия или этого нападения. Но оба раза ты вмешалась и отвела беду.

С щемящей грустью смотрю на него и качаю головой:

— Я сделала то, что должна была. Вы приютили меня, не выгнали на улицу. Дали кров, работу, еду. Хорошо относитесь ко мне. И Сэм с Мартой тоже по-доброму приняли меня. Это мне стоит вас благодарить. Я ничего особенного не делала, просто делилась с вами магией.

— Ты еще и скромна, — заставляет он гореть мои щеки румянцем. К счастью, в этот неловкий момент в холл вбегает Марта. Ее муж уже спустился за ней и явно поделился последними новостями. Женщина бросается ко мне и крепко обнимает.

— Ты молодец, девочка! Так им и надо, иродам. Иж чего удумали, нападать на замок. Теперь будут знать, что мы можем дать отпор. Простите, мистер Блэк, что я так эмоционально… — оборачивается к хозяину, отпуская меня. — Такого страха натерпелась в подвале. Думала, уже не увижу ни мужа, ни вас, ни нашу Эйви. А зачем мне тогда жить?

— Я понимаю, Марта, — улыбается мужчина. — И тоже благодарю Эйви. Думаю, сегодня есть повод для праздничного ужина. Вечером принеси его в мои покои и накрой на двоих. И про себя с Сэмом не забудь. Нам есть, что отметить.

От его слов я краснею. На двоих — он имеет в виду и меня? Мы уже давно обедаем и ужинаем вместе. Но только сейчас я осознаю, как это все выглядит со стороны. Вот и Марта бросает на меня слегка озабоченный взгляд. Но лишь молча кланяется, и они с Сэмом уходят. Я собираюсь последовать за ними, но хозяин останавливает меня:

— Куда ты?

— Помочь Марте, — сообщаю, не глядя на него. — А еще мне надо осмотреть замок снаружи. Попробую восстановить то, что разрушили нападавшие. Эти стены, кажется, хорошо принимают мою магию.

— Да, принимают… — завороженно повторяет мистер Дэмиан. В его глазах что-то жарко вспыхивает, снова пугая меня. Но он быстро возвращает привычное выражение лица и сообщает: — Потом посмотришь. До завтра точно потерпит. Сегодня ты потратила много сил, теперь отдыхай. Марта и сама справится.

Спорить не решаюсь и тихо произношу:

— Тогда, с вашего позволения, я пойду к себе. Умоюсь, приведу себя в порядок.

С минуту хозяин продолжает рассматривать меня. В его глазах сейчас так много эмоций, но я не могу их прочесть. Только вижу тепло. Значит, он не злится на меня. И к счастью, не стал углубляться в тему духов предков. Наконец мистер Дэмиан кивает.

— Иди, Эйви. Я не буду вызывать тебя, пока не отдохнешь. А потом приходи на праздничный ужин. Уверен, Марта постарается.

Вопреки этим словам мужской взгляд меня не отпускает. Продолжает так пристально изучать, будто в моей внешности что-то изменилось. Этот непривычный взгляд смущает. А еще мистер Дэмиан тянется ко мне, будто хочет снова взять за руку. Но теперь я настороже, опускаю руки, придерживая юбку. А потом чуть кланяюсь и ухожу, ощущая, как жжет спину.

Пока шагаю к себе, думаю, что поведение хозяина все же странное. С другой стороны, мы только что так много пережили, некоторые странности вполне объяснимы. Он сам сказал, что готовился умереть, если бы толпа ворвалась в замок.

Как же я счастлива, что этого не произошло. А еще, что мужчина не выгорел до конца, защищая нас. Я ждала, что ему придется помогать добраться до постели и снова делиться магией. Но судя по всему, сила

Захватив с собой сменные вещи, ухожу в купальню и там с удовольствием смываю с себя пот и усталость. Не такую сильную, как я ожидала. Я ведь тоже не сдерживала магию. Может, и со мной предки поделились силой? Правда, непонятно почему. Или дело в Инисе? Надеюсь дух придет ко мне этой ночью. У меня к нему много вопросов. Вот только отвечает он неохотно. И лишь то, что сам пожелает.

Омывшись, причесываюсь и смотрю на себя в зеркало. За то время, что я живу в замке, моя внешность немного изменилась. Раньше, пока бродила неприкаянной сиротой между городами и деревнями, ночевала в самых дешевых постоялых дворах или вообще в сараях, я старалась быть незаметной тенью, чтобы не привлекать к себе внимания.

Из-за усталости и недоедания я выглядела изможденной. Волосы всегда туго заплетала и прятала под капюшон. Носила темные, грубые балахоны. А сейчас я напоминаю себя прежнюю. Щеки и фигура снова округлились, вернулся свежий цвет лица, румянец и блеск глаз. Ну и одежда на мне теперь из тех запасов, что отдала Марта. Подчеркивает мою талию и грудь. Ну и волосы я больше не прячу. И уже заметила, что хозяину они явно нравятся.

Так что мистер Дэмиан вполне мог обратить на меня внимание, как мужчина. Вот только он не может не понимать, что между нами слишком большая разница. Или он из тех, кто думает, что служанке в радость любое внимание хозяина?

До сих пор он вел себя сдержанно и ни на что такое не намекал. Но сегодняшние взгляды меня насторожили. В них явно больше, чем простая благодарность. Не знаю, как мне вести себя дальше. Как дать понять, что я не соглашусь быть любовницей? И как при этом остаться в замке? Возможно, я преувеличиваю и вижу то, чего нет. В любом случае, пока не прозвучало непристойных предложений, сама я эту тему затрагивать не стану.

Вернувшись в свою комнату, пару часов отдыхаю. Не сплю, просто лежу на кровати и бездумно листаю какой-то роман. Но погрузиться в сюжет не получается. Тогда я встаю и отправляюсь на кухню предложить Марте помощь. Но женщина сообщает, что уже все готово. Действительно, на кухне витают очень вкусные запахи. А меня Марта просит помочь отнести блюда в покои хозяина.

Взяв поднос, поднимаюсь наверх и стучусь. Мистер Дэмиан сам открывает дверь. Увидев меня, довольно улыбается. Забирает из моих рук поднос и ставит его на стол. Мое сердце наполняется радостью от того, как он уверенно двигается. Ведь совсем недавно у него не хватало сил даже добраться до купальни. Одновременно мне становится страшно, что я так близко принимаю к сердцу его состояние. Это неправильно и опасно для меня.

— Заходи скорее, Эйви, — произносит мужчина. — Я уже соскучился. Мне надо кое-что с тобой обсудить.

Глава 21 Эйвери

Помогая мне устроиться за столом, мистер Дэмиан ухаживает за мной, будто слуга здесь он, а не я. Подвигает мне стул, сам расставляет блюда. А когда я пытаюсь возразить, просит:

— Разреши мне, Эйви. Я так давно не чувствовал себя настолько бодрым. Мне приятно сделать что-то самому. Надоело ощущать себя развалиной, не способной даже удержать тарелку.

— Но вы тоже сегодня выложились едва ли не до конца, — напоминаю я. — А вам пока еще нельзя перегружаться.

— Мне нравится твоя забота, — обаятельно улыбается мужчина. И опять так выразительно смотрит в глаза, что я краснею. И больше не пытаюсь отобрать у него поднос.

На самом деле я немного шокирована его внезапным преображением. Казалось бы, на замок сегодня напали, нам пришлось защищаться. Мы вообще могли не дожить до этого момента. А хозяин ведет себя так, будто это не имеет значения. За все время работы здесь я не видела столько его улыбок, как за эти полчаса, что мы вместе ужинаем.

Я и раньше чувствовала его интерес. Но сейчас мужчина словно перешел какой-то барьер. Вот только меня это не радует, а настораживает, в отличии от улучшения его самочувствия. Мне и так сложно держать свое сердце в узде рядом с ним, а мистер Дэмиан отнюдь не помогает. Почти не сводит с меня восхищенного взгляда, подливает в мой бокал вкусный ягодный взвар, подкладывает на тарелку самые аппетитные кусочки и опять задает вопросы:

— Расскажи мне о своей магии, Эйви. Как рано она проснулась? Как ты училась с ней справляться?

Ложка выскакивает из моих, внезапно ставших непослушными, пальцев, со стуком ударяясь о тарелку. Дыхание перехватывает. Я словно наяву опять ощущаю сдавивший голову обруч, выжигающий мою родную магию. Невыносимую боль, выгибающееся в судорогах тело и раздирающий ноздри запах пепла.

Вот так у меня проснулась темная магия. Вряд ли я когда-нибудь это забуду. Как и того, кто во всем виноват. Кстати, давно не вспоминала ненавистного Вудстока. Интересно, жив ли он еще? Быть может, мое проклятье все-таки его догнало?

— Что с тобой? — обеспокоенно уточняет мистер Дэмиан. — Ты побледнела и, кажется, дрожишь… — с тревогой вглядывается в мое лицо.

— Просто немного закружилась голова, — сообщаю хрипло. — Наверное последствия магического отката после сегодняшней атаки. — Пусть думает, что дело в ней. — Что касается темной магии, я плохо ей владею.

— Почему? — удивляется мужчина.

— Так вышло, что с детства у меня была другая сила, — выдавливаю, не глядя на него. — Но потрясение от смерти родителей оказалось слишком сильным. Тогда и пробудилась эта магия, уничтожив мою прежнюю. Как мне потом объяснили, в моих предках был кто-то темный. Доставшаяся от него магия долгое время спала. И проспала бы всю жизнь, если бы не трагедия с моей семьей.

— Мне жаль, Эйви… — сочувственно произносит мистер Дэмиан. В его взгляде на мгновение полыхает какое-то сильное чувство. Но я не могу его разобрать. Пожимаю плечами и добавляю:

— Так уж получилось, что до того, как устроиться к вам, я боялась и ненавидела эту магию. И почти ей не пользовалась. Только изредка, чтобы заработать на еду и ночлег. Но вы не беспокойтесь, мистер Дэмиан. Как и все, в ком проснулась темная сила, я проходила обучение. Правда, нас учили в основном контролю. Так что опасности я не представляю.

— Я и не беспокоюсь, — мягко усмехается хозяин.

— На самом деле я рада, что моя магия вам помогла. Так мне удалось хотя бы немного примириться с ней… — заканчиваю глухо и замолкаю, ощущая, как перехватывает спазмом горло.

Сидящий напротив меня мужчина тоже молчит. Только смотрит

— Ты умница, Эйви, и очень сообразительная. Даже при том, что тебя толком не учили, сегодня лихо управлялась с силой. Если бы не ты, я бы не справился…

Мне не хочется принимать чужие лавры. Если бы не Инис, я бы тоже оказалась не готова к нападению. Просто не знала, что делать. Снова невыносимо тянет признаться. Но ровно в этот момент оба светильника на стенах предупредительно мигают. Два раза, что на нашем с духом языке означает «нет». И я захлопываю рот, так и не произнеся ни слова. А потом решаю отвлечь мистера Дэмиана от моей магии и напоминаю:

— Вы сказали, что хотите что-то обсудить?

— А да, хотел, — кивает он, вынырнув из глубоких раздумий. — Два вопроса. Первый: я хочу нанять новую служанку в помощь Марте, — произносит спокойно. А у меня сердце сразу падает вниз, и в груди холодеет.

— Вам не нравится моя работа? Вы меня увольняете?.. — спрашиваю растерянно охрипшим голосом.

— Конечно нет, как ты могла подумать! — возмущенно отзывается хозяин. А я мгновенно ощущаю облегчение. — Я не могу тебя уволить, ты же… — замолкает, словно удерживая уже готовые вырваться слова. И после паузы добавляет: — Ты столько сделала для меня и моего замка. Я не собираюсь расставаться с такой ценной… служанкой.

— Спасибо, мистер Дэмиан. Но тогда зачем новая?

— Потому что ты большей частью занята со мной, — заявляет он. — Мне не нравится, что тебе приходится отвлекаться на хозяйственные дела. Я решил, что с этого дня ты больше не будешь готовить и убираться. А Марте нужна помощница.

— Но вам же уже гораздо лучше! — горячо напоминаю я. Мне так не хочется, чтобы в замке появились новые люди и разрушили наш уютный мирок. — Скоро вам вообще не понадобится моя помощь. И что я тогда буду делать, бездельничать? К тому же мне нравится следить за замком и совсем не сложно помогать Марте, — замечаю в мужских глазах раздражение и сразу сникаю. Уже гораздо неувереннее продолжаю: — Впрочем, простите. Вы хозяин, вам решать, кого нанимать…

Вот сейчас он точно недоволен. Смотрит на меня и хмурится. А потом требует:

— Ты можешь говорить прямо. Я как раз хотел узнать твое мнение.

— Вряд ли я имею право вам диктовать…

— На правах той, кто вытащила меня из лап смерти и защитила замок, имеешь, — произносит твердо. — Я сам даю тебе это право. Так что говори.

— Если так, — осторожно подбираю слова: — Тогда мне бы не хотелось, чтобы тут появлялся кто-то еще. Ко мне и моей магии многие относятся настороженно. Я привыкла к ненависти и пренебрежению. А у вас смогла отдохнуть душой. И вы, и Марта с Сэмом очень добры ко мне. Я боюсь, что с новыми слугами это изменится. Но есть и другие опасения, не связанные со мной. Мне кажется, после сегодняшнего нападения опасно впускать в дом кого-то из соседних деревень. Этой победы нам не простят. Тот, кого вы примете на работу, может оказаться шпионом. Или попробует навредить. На самом деле это меня очень беспокоит.

— Хм, ты очень умная девушка, — качает головой хозяин. — И ты права. Я уже думаю над этим вопросом. Не тревожься, я оказался не готов к первому нападению, но не допущу второго. Что касается служанки, ее можно выписать из другого города. Но я услышал твое мнение и прислушаюсь к нему. Не стану никого нанимать. Но взамен у меня просьба. Точнее, две. Во-первых, ты не будешь перегружать себя домашними заботами. Оставляй силы на меня. Во-вторых, начнешь называть меня просто Дэмиан. Мне надоело слушать это твое «мистер».

От первой его просьбы я смущенно опускаю глаза. Слишком уж двояко она звучит… А от второй, наоборот, резко поднимаю взгляд. Но мужчина смотрит на меня по-доброму и явно не злится. Мне ужасно неудобно звать его по имени, придется пересиливать себя. Но я решаю не спорить. Только уточняю:

— Можно, при Марте с Сэмом я все же буду добавлять «мистер»? Иначе они не поймут...

— Если честно, мне наплевать, что думают другие, — пожимает плечами хозяин. — Но раз тебе так спокойнее, хорошо. Тогда переходим ко второму вопросу, который я хотел обсудить, — изучающе разглядывает меня и не терпящим возражений тоном произносит: — Ты переезжаешь из крыла для слуг на второй этаж. В гостевые покои.

— Нет! — вырывается у меня против воли. Но я тут же спохватываюсь, что опять забылась, и уже другим тоном прошу: — Пожалуйста, позвольте остаться в моей комнате! Она мне нравится.

— Она тебе больше не подходит.

— Почему? Там вполне нормальные условия. Поверьте, я жила в гораздо худших.

Если я рассчитывала, что это замечание мне поможет, то ошиблась. Мужской взгляд наполняется опасной темнотой, а потом сверкает упрямством.

— Эйви, это мое окончательное решение. Как ты сама сказала, здесь я отдаю распоряжения. Я пошел тебе навстречу в первом случае. Пойди и ты мне навстречу во втором, — заметив, как я вздыхаю, он смягчается: — Я не требую, чтобы ты переехала прямо сейчас. Дам тебе неделю привыкнуть и подготовиться. За это время Сэм проверит твои будущие покои. Если потребуется, отремонтирует мебель, стены и полы. А Марта все уберет. Ты тоже можешь принять участие в подготовке. Сделай все так, как тебе нравится. Не стесняйся. Замок с удовольствием принимает твою магию.

— Хорошо, мис… — заметив выразительный взгляд хозяина, исправляюсь: — Дэмиан. Благодарю вас. Можно мне теперь пойти к себе? Я устала и должна все обдумать.

Еще какое-то время мужчина не спешит меня отпускать, слишком пристально разглядывая. Потом нехотя кивает. Я тянусь, чтобы забрать поднос с грязной посудой, но хозяин качает головой:

— Иди, отдыхай. Марта заберет.

Прихожу к себе, выполняю вечерние гигиенические процедуры, расчесываю и заплетаю на ночь волосы. Ложусь в кровать и начинаю размышлять. Похоже, случилось то, чего я опасалась. Дэмиан больше не прячет свой мужской интерес. Этот переезд наверх явно нужен для того, чтобы я была рядом, когда он захочет близости. И нежелание, чтобы я продолжала работать служанкой, тоже оттуда. Он приготовил для меня другую роль.

Вопрос: что делать мне? Как тактично отказать и при этом остаться в замке? Становиться любовницей я не готова. Правда, в голове тут же возникают искушающие мысли. Да, между Дэмианом и мной не может быть ничего серьезного из-за разницы наших положений. Но ведь у меня и так нет шансов на семью.

Вряд ли кто-то возьмет замуж бесприданницу с темной

Уже засыпая, зову:

— Инис, прошу, приходи в мой сон. Я хочу поговорить…

Глава 22 Дэмиан

Удивительно, как от одного известия может полностью поменяться вся жизнь. И это у меня, того, кто циничного насмехался над истинностью, считая такую зависимость от женщины недопустимой. Возможно, потому что раньше она мне не светила. Даже если бы у какой-то аристократки появилась моя метка, ее семья не пришла бы в восторг от зятя-бастарда и сделала все, чтобы мы не были вместе. А от нищенки не пришел бы в восторг тот я, кем был тогда.

А раз так, меня полностью устраивали мои отношения с дамами. Взаимное удовольствие и никаких обязательств. Теперь смешно вспоминать, каким я был глупцом и слепцом. То, что заложено в нашей природе, всегда возьмет верх над любыми самонадеянными убеждениями. Вот и для меня все изменилось в один момент. Даже смерть отошла в сторону. Я больше не готов умирать. Только не сейчас, когда нашел свою пару.

Не доставлю врагам такого удовольствия. Никто пока не знает, как щедро одарила меня судьба. А ведь уже решил, что она отвернулась от меня. И пусть пока не все идет гладко, я уже счастлив. Самое сложное — сохранять выдержку и не показывать Эйви, как сильно меня тянет к ней. По осторожным расспросам я уже понял, что она во мне пару не чувствует. С этим тоже придется разбираться. Уверен, причина в ее прошлом, в том, что с ней случилось.

Эйви призналась, что темная магия у нее пробудилась в результате сильного стресса и заглушила ее основную силу. Я вижу, как ей тяжело вспоминать те события. Как сразу застывает ее лицо и белеют от напряжения судорожно сжатые тонкие пальцы. Едва сдерживаюсь, так хочется обнять ее, успокоить. Ведь я не просто вижу, я чувствую ее боль. Пусть пока очень слабо, лишь отголосками. Но это все равно настоящая истинная связь. Со временем она обязательно станет сильнее. Я все для этого сделаю. Моя пара ответит мне.

Я не хочу огорчать Эйви еще сильнее, но чтобы помочь, мне нужно знать все, что с ней произошло. В подробностях. Но пока она не готова довериться. Даже при том, что явно испытывает ко мне благодарность. И не только. Моя истинная сама неосознанно тянется ко мне. Ее робкие, едва просыпающиеся чувства я тоже ощущаю. Нежные, сладкие, будоражащие до глубины души. Это наполняет меня надеждой. Однажды из этих зарождающихся чувств разгорится настоящий пожар.

И здесь главное — не спугнуть пару. Она слишком смелая и решительная. А еще гордая и упрямая. Если обижу ее, не станет терпеть, а просто сбежит. Придется пока направить свое нетерпение на что-нибудь полезное. И одновременно аккуратно приучать Эйви к себе. Но есть две вещи, которые хочу изменить сразу.

Во-первых, моя пара не должна работать служанкой. Я сам мечтаю окружить ее заботой, служить ей. Радовать и оберегать. Но Эйви пока не готова к таким переменам, раз уж я не могу объяснить, чем они вызваны. И так напугал ее, когда заявил об этом. Она уже решила, что я увольняю ее.

Чтобы успокоить ее, в этом вопросе мне пришлось пойти на уступки. Буду делать все аккуратно. Понемногу уменьшать количество работы для нее. Я уже значительно лучше себя чувствую и что-то могу делать сам. Остальное возьмут на себя Марта и Сэм. Увеличу им жалование. Эту проблему решила бы еще одна служанка. Но тут я склонен согласиться с Эйви. Сейчас нам в замке не нужны новые люди.

А вот с комнатой я уступать не хочу. Моя истинная не будет ютиться в небольшой каморке, спать на жестком матрасе, обходиться минимумом вещей. Я лично прослежу, чтобы в ее покоях было все самое лучше, что можно найти. Удобная кровать с мягкими перинами, тончайшее постельное белье. Соответствующая ее статусу одежда. И все остальные, необходимые молодой девушке мелочи.

А главное, она будет жить рядом со мной. Это уступка моему просыпающемуся зверю, пока наша пара не привыкнет к нам и не узнает правду. Пусть дракон почти два года провел в спячке и еще слаб, присутствие рядом истинной не дает ему покоя. Он требует от меня присвоить пару. У звериной части нет наших ограничений, для него все простою а мои сомнения непонятны. Он усиливает мое нетерпение и тягу к Эйви, подталкивая меня к ней.

Следующий день мы с Эйви занимаемся восстановлением стен замка. Под благовидным предлогом я почти не отпускаю ее от себя. Сейчас я уже не слаб и могу работать наравне с парой. Наши магии сплетаются так легко, будто так было всегда. Я ощущаю восторг и эйфорию, наслаждаясь новыми ощущениями. А Эйви до сих пор удивляется, что этот дом с удовольствием принимает ее силу.

Глядя на ее прекрасное, задумчивое лицо, я испытываю одно желание — прикоснуться к ней, ощутить мягкость ее кожи, нежных губ. Прижаться к ним в горячем поцелуе. Сжать тонкий стан в своих ладонях, вплавляя послушное женское тело в свое. Распустить волосы Эйви и дышать ее ароматом, от которого все сильнее кружится голова. Но ничего из этого пока не могу себе позволить.

Потом мы вместе обедаем. Стол накрывала Марта. Эйви порывалась ей помочь, но я запретил. Сказал, что она и так потратила силы. Теперь пусть отдыхает. И сам ухаживаю за ней за столом, получая от этого настоящее удовольствие. Не свожу с истинной глаз.

— Почему вы так на меня смотрите? — наконец не выдерживает Эйви, откладывая вилку.

— Как так? — мягко усмехаюсь я.

— Будто… — она смущается и не договаривает.

— …любуюсь тобой? — заканчиваю за нее. — Так и есть, — не отрицаю очевидное. — Ты даже не представляешь, как прекрасна.

Этот комплимент Эйви почему-то не радует. Она хмурится и опускает глаза. А потом тихо просит:

— Пожалуйста, не нужно. Это неправильно. Мне не по себе.

— Не бойся меня, Эйви, — решительно качаю головой. — Я никогда не причиню тебе вреда. Кому угодно, только не тебе, — отвечаю горячо. Мне невыносима мысль, что пара может меня бояться.

— Из-за благодарности? —

— Ну пусть будет из благодарности, — соглашаюсь. Но мой ответ ее не убеждает. Эйви о чем-то напряженно раздумывает, поднимает на меня глаза и спрашивает:

— И… вы не станете ни к чему меня принуждать?

— Принуждать? — недоумеваю я. — О чем ты?

Но она не поясняет, лишь растерянно отводит взгляд, а ее скулы покрываются нежным румянцем. А до меня наконец доходит, что могла подумать девушка, услышав от хозяина такие слова. Спешу ее успокоить:

— Я никогда не посмею тебя принуждать. Все, что может быть между нами, будет только по обоюдному согласию.

Пристально слежу за ее реакцией. Кажется сама мысль о том, что между нами что-то может быть, ее не отталкивает. Выдыхаю с облегчением. Хотя я больше не пугаюсь себя в зеркале, последствия проклятья еще не полностью сошли с моего тела и лица. Меня беспокоит, не вызывает ли мой вид у Эйви отвращения. Даже при том, что я уже не раз убедился в обратном.

— Обещаете? — смотрит она мне прямо в глаза.

— Обещаю. Никогда и ничего не будет против твоей воли, Эйви.

Моя истинная кивает, но почему-то все равно не выглядит довольной, даже печально вздыхает. Я пока не понимаю, чем это вызвано. Скорее всего она не видит будущего, при котором мы можем быть вместе. А это значит, что Эйви тоже думает обо мне. Против воли улыбаюсь, ощущая, как теплеет в груди. Приходит мысль: может быть не стоит тянуть с признанием? Возможно, оно ее не напугает, а наоборот успокоит? Эйви поймет, как важна для меня, почувствует уверенность и быстрее примет нашу связь? Это стоит обдумать.

Вечером, приняв ванну, снова вызываю Эйви к себе и прошу мне почитать. Я установил рядом с кроватью удобное кресло, положил на него подушку и плед, чтобы моя пара могла устроиться с удобствами. На столике уже приготовлены ее любимый ягодный морс и пироги Марты.

Какое-то время Эйви читает, а я наслаждаюсь ее мелодичным голосом и завораживающе прекрасным лицом. Кто бы мог подумать, что я, тот, кого всегда привлекала опасность, эпатаж, бурные любовные похождения, амбиции и авантюры, когда-нибудь буду наслаждаться такими простыми вещами. Отсутствием боли в теле, нежным голосом, склоненной к книге золотоволосой головкой женщины, одно существование которой возносит меня до небес.

И все же мне хочется большего. Прикосновений, ласк. Хотя бы самых невинных. И я позволяю себе немного схитрить. Прошу Эйви снова поделиться магией, сообщая, что чувствую отголоски приступа. И отбрасываю в сторону одеяло, открывая оголенный торс. Как и обещал, я не буду ее заставлять. Если откажется, не стану настаивать. Но просто мечтаю, чтобы она добровольно прикоснулась ко мне. Хочу ощутить ее теплые ладони на своей груди. Пусть почувствует, как под ними сходит с ума мое сердце.

Вижу, как зрачки Эйви расширяются, выдавая смятение. Как начинает чаще вздыматься прикрытая кружевом грудь. Как она борется с сомнением, а еще с любопытством и тягой, которую тоже чувствует. И наконец решается, пересаживаясь на край постели. Чуть наклоняется надо мной и осторожно прикасается к моей коже, которая буквально вспыхивает под ее ладонями.

Едва держусь, чтобы не застонать в голос. И это я, избалованный разными видами секса. А сейчас горю в огне сумасшедшего желания от одного лишь робкого прикосновения. Хорошо, что вторая половина моего тела все еще прикрыта одеялом. Эйви не стоит видеть некоторые слишком явные признаки того, как ее близость волнует меня. Не хочу, чтобы она в ужасе убежала.

Чувствую поток магии, струящийся от нее ко мне. Захлебываюсь им и открываюсь навстречу. Я не только беру, но и отдаю. Сейчас во мне тоже есть магия. И я соединяю свою силу с силой моей пары. Сладостная нега окутывает тело. Кажется, полустон-полурык все же срывается с моих губ. А руки действуют сами. Или ими сейчас управляет мой зверь?

Я вплетаю подрагивающие пальцы в волосы Эйви, разрушая ее прическу. Притягиваю ее лицо к своему, не отпуская ее затуманенного взгляда. Ее губы раскрываются навстречу моим. И я не выдерживаю, захватывая в плен моих губ ее уста. Наш первый поцелуй получается невыносимо сладким, дурманящим, чувственным. Я уже знаю, что он навеки останется в моем сердце. Ведь теперь оно полностью принадлежит моей паре. Как и я сам.

Одурманенный страстью, рычу и тяну Эйви на себя, впиваясь в ее манящие губы еще сильнее. Но моя истинная уже пришла в себя и начинает вырываться. Отпускаю ее. Тяжело дыша, вглядываюсь в ошеломленные глаза. Эйви сейчас прекрасна, как никогда. Разрумянившееся лицо, припухшие губы, высоко вздымающаяся грудь и смятение во взгляде. Но она не дает полюбоваться собой, вскакивает и убегает.

А я закрываю глаза, шумно выдыхая. И не позволяю себе бежать за ней. Пусть она придет себя. Пусть смирится с тем, что ее тоже ко мне тянет. А утром я все ей объясню. Не буду затягивать признание, раз моя жажда так быстро вышла из-под контроля. Ведь Эйви пусть на секунды, но ответила мне. Позволила себя целовать. Не хочу, чтобы она винила себя, не понимая, что с ней происходит.

Сплю я отлично, с трудом выныривая из сладких, обжигающих снов. После утренних процедур, которые теперь даются легко, прошу Марту принести завтрак на двоих, с нетерпением предвкушая встречу с парой. Я уже соскучился, мне нужно срочно ее увидеть. А потом слышу сигнал от почтового артефакта и подхожу к письменному столу.

Читаю имя отправителя и удовлетворенно киваю. Зак прислал мне ответ. Отлично! Надеюсь, ему удалось найти информацию на Эйви Марш. Это поможет мне лучше понять мою пару. С нетерпением перехожу к тексту, еще не представляя, что всего несколько строк произведут эффект разорвавшейся под моими ногами бомбы. А меня погребет под ее осколками.

Глава 23 Дэмиан

«Эйви Марш — имя, которое взяла себе леди Эйвери Марлоу после того, как ее родителей и старшего брата обвинили в государственной измене и казнили. Единственную оставшуюся в живых наследницу король помиловал, но лишил титула, родового имени и имущества. Все отошло короне. Девушке должны были запечатать магию и отправить в Обитель грешников доживать свои дни.

Но в процессе запечатывания что-то пошло не так. У девчонки случился спонтанный темно-магический выброс, едва не уничтоживший здание тюрьмы и всех, кто там находился. Запечатать ее новую силу не удалось. В результате ее отправили в приют для темных, учиться контролю. Какое-то время она жила и работала там, потом ушла на вольные хлеба. Где находится сейчас, неизвестно».

«Ты должен помнить ее, Дэм. Мы вместе занимались делом ее семьи. И передали все, что накопали, Тайной службе. После приговора и казни отец предложил тебе взять наследницу рода Марлоу в жены. Девушка обладала высоким уровнем силы и древней кровью, была одной из самых перспективных невест. Ну до того, как лишилась всего, конечно. Брак с тобой позволил бы ей избежать запечатывания.

Я советовал тебе согласиться. И девчонку бы спас, и тебя больше никто не посмел попрекнуть происхождением. А ваши дети могли унаследовать сильную родовую магию. Но ты тогда будто сошел с ума. Бесился и орал, что не стыдишься себя. Что тебе нечего прятать за женитьбой на аристократке. Что даром не сдалась дочь предателей и глупая, избалованная девчонка в одном лице. Ну и всякое такое.

После твоего отказа леди Марлоу отправили на запечатывание. А тебя король отдалил от двора. Теперь я могу поинтересоваться, чем вызвана твоя просьба? Все же с тех пор прошло больше двух лет. Что заставило тебя вновь искать ее?»

Уронив письмо на пол, хватаюсь за голову и пошатываюсь. Из горла вырывается полный яростного отчаяния рык. Не может быть! За что судьба так обошлась с нами?! И тут меня накрывает жутким осознанием. Не судьба сделала это, а я! Я сам! Судьба как раз подарила мне, недостойному глупцу, истинную пару. Я мог обрести ее еще тогда, два года назад. А я был так заносчив и спесив, что не принял подарка. Посчитал его плевком в лицо. Ослепленный злостью и обидой даже не попытался рассмотреть этот вариант.

Что мне стоило не отвергать с гневом предложение отца? Хотя бы раз встретится с невестой, просто взглянуть на нее? Я и мой дракон были тогда здоровы и полны сил. Мы бы сразу узнали в ней пару. И все было бы по-другому. Моей истинной не пришлось проходить весь этот ужас: скитания, голод, холод, одиночество и презрение глупых обывателей.

С неумолимой четкостью вспоминаю, какой увидел Эйви в первый раз. Худенькой, почти прозрачной, осунувшейся, усталой, с обреченной горечью в прекрасных глазах. Как она тогда сказала? Что хочет остаться в замке, потому что ей больше некуда идти. Что пришлось вынести моей истинной, если полуразвалившийся проклятый замок с сумасшедшим хозяином показался ей лучшей участью?

Эйви так радовалась, когда я разрешил ей остаться. От души привязалась к Марте, Сэму и… мне. Мне, тому, кто разрушил ее жизнь. Отверг, как возможную невесту, даже не взглянув. И своим презрительным отказом обрек на жуткую процедуру запечатывания магии. И на все, что случилось с ней потом.

Но дело не только в отказе жениться. Из-за моего расследования моя пара лишилась родителей, семьи, имени, да вообще всего. Что будет, когда она это узнает? Меня охватывает дикий ужас. Я слишком хорошо понимаю, что. Она плюнет мне в лицо и больше никогда не посмотрит в мою сторону. Не простит смерти матери, отца и брата. Я бы на ее месте не простил. И никакая истинность не спасет. А Эйви ее вообще пока не чувствует.

Я полностью раздавлен и убит чудовищными новостями. В душе растет черная дыра. Боль за пару раздирает внутренности вместе с ненавистью к себе. И с невыносимым сожалением, что нельзя отмотать назад и изменить прошлое. Согласиться на свадьбу. Забрать мою истинную из тюрьмы. Окружить заботой и любовью. Представляю, как ей было там страшно и одиноко. Ужас от того, что ее жизнь полностью изменилась. Горе от смерти родных. Полная беззащитность. Ведь за нее никто не вступился, не помог.

Рычу, как раненный зверь, скрючиваясь от боли. Ее боли. Чувствую ее так, будто переживал сам. А потом вздрагиваю от звука торопливых шагов за дверью. Это моя пара. Спешит ко мне, услышав мой горестный рев. А может, просто чувствует, как мне сейчас плохо. Как сгораю в агонии сумасшедшей вины. Торопится на помощь. Мне, тому, кто виновен во всех ее страданиях.

Нет, я не готов сейчас увидеться с ней. Не смогу объяснить, что со мной происходит. Мне нужно осознать, справиться с этим. Снова научиться дышать. И понять, как жить дальше. Как не потерять истинную. Подхожу к двери и прижимаю к ней ладонь. Выпускаю импульс магии, запирая замок. Слышу, как Эйви останавливается с другой стороны. Даже отсюда различаю ее учащенное дыхание. Эмоции беспокойства и тревоги за меня. А потом раздается осторожный стук.

Прислоняюсь лбом и обеими ладонями к двери. Приглушенным голосом, чтобы скрыть бушующие эмоции, произношу:

— Со мной все в порядке, Эйви... Я… немного занят… Чуть позже тебя позову. Позавтракай пока с Мартой. Мне нужно закончить деловую переписку...

— Точно в порядке? — растерянно произносит моя пара. Понимаю ее озабоченность, я никогда так себя с ней не вел. Если только в самые первые дни знакомства. Но тогда я готовился умереть и плевал на все остальное. Молчу, не в силах больше ничего объяснять. Эйви ждет еще какое-то время, а потом ровным тоном произносит: — Хорошо, мистер Дэмиан. Я зайду позже, когда вы будете готовы.

Не дыша, прислушиваюсь к удаляющимся шагам. И пытаюсь понять, Эйви обиделась? Я вдруг понимаю, что она могла подумать. Ведь вчера я ее поцеловал. Почти насильно, хотя обещал, что не буду ни в чем принуждать. А сегодня утром не впустил к себе в комнату. Вдруг она решит, что я наигрался? Понял, что Эйви не готова соглашаться на сомнительные предложения, и отступил.

Я ведь хотел сегодня ей все объяснить. Рассказать про нашу связь. Надеялся, что она обрадуется. Больше не будет подозревать меня в том, что хочу просто сделать из нее любовницу. Как мне теперь быть? Ведь рано или поздно Эйви поймет, кто перед ней. Она наверняка помнит, кто вел расследование против ее семьи. Мое имя тогда было на слуху. Все знали главную королевскую ищейку.

До меня вдруг доходит, что Эйви догадалась бы обо всем гораздо раньше, если бы я не назывался здесь другим именем. Не тем, что использовал при дворе. Специально сохранял инкогнито в этой глуши. А если она знает и про отказ жениться на ней? Я понятия не имею, что ей говорили, пока держали в темнице. Никогда этим не интересовался. Меня не волновали побочные эффекты моих расследований. И судьба девчонки, которую пытался подсунуть мне в жены отец, тоже не волновала.

Возможно,

Как мне теперь во всем признаться? Это ведь означает, своими руками лишить себя истинной пары. Увидеть в ее глазах шок, осознание и презрение? А потом потерять навсегда? Я не могу! Нет! Не могу ее отпустить. Я должен привязать к себе Эйви. Так, чтобы она не смогла от меня уйти. Никогда. А значит, придется сохранить тайну нашего прошлого. Так долго, как смогу.

Но существует только один способ закрепить истинную связь так, чтобы мы оба больше не смогли обходиться друг без друга. Консумация. Физическая близость, привязка. Вот только чем сильнее станет наша связь, тем лучше мы оба будем чувствовать друг друга. Тогда я уже не смогу скрыть от Эйви то, что творится в моей душе. Она почувствует эту черную ауру вины, отчаяния и боли, что поселилась во мне. И начнет задавать вопросы. Но все это будет потом. Когда она уже не сможет оставить меня. Не сможет без меня выжить.

Без сил опускаюсь в кресло и задаю себе главный вопрос. Неужели я и правда готов пойти на такой обман? Привязать Эйви к себе навсегда, понимая, что она никогда не согласится быть со мной, если узнает правду? _____________

Глава 24 Эйвери

В ту ночь, после нападения на замок, Инис все же приходит ко мне и хвалит за то, что я хорошо усвоила его уроки. А я в ответ благодарю его. И не могу не спросить, как он узнал, что именно защитная магия нам в ближайшее время очень пригодится. Только дух не готов открывать мне свои тайны. Лишь снова гордо повторяет, что он слишком древняя сущность и чувствует многое, недоступное простым смертным. Ну а мне показалось, что мой собеседник просто уходит от ответа.

Инис теперь выглядит гораздо лучше, чем когда я увидела его в первый раз. Моя магия явно пришлась ему по вкусу. Я конечно, не знаю, каким он был изначально. У духов нет четких физических форм, они способны принимать разные. Но я просто чувствую, что он окреп. Темное облачко его энергетической формы стало плотнее и гуще. Более насыщенным, оно даже переливается в ночи. А огненные глаза горят ярче. И его голос в своей голове я слышу лучше. Больше не нужно прислушиваться.

А еще я собиралась посоветоваться с Инисом. Так уж получилось, что у меня не осталось родных и подруг. Какие-то темы я могу обсудить с Мартой, но только не эту. Перед женщиной стыдно, а перед духом почему-то нет.

— Инис, мне очень нравится в замке, — обращаюсь к нему. — Я хочу остаться тут. Но есть одна проблема. Хозяин…

— Он нравится тебе? — перебивает меня дух, сразу улавливая направление моих мыслей.

— Да, — признаюсь я. Хорошо, что ночью темно, и он не может видеть, как я покраснела. — Но…

— Вот и не думай ни о каких «но»… — отрезает Инис. — На самом деле все просто.

— Я не могу не думать. Может для тебя это просто. А для меня нет. Ничего серьезного между нами быть не может. А на что-то мимолетное я сама ни за что не соглашусь.

— Вы, смертные, так наивны, — сверкает огненными глазами Инис. Его голос в моей голове звучит насмешливо и немного высокомерно. Но я не злюсь. Он наверняка знает больше, чем мы. — Думаете, что от вас что-то зависит. На самом деле все давно предрешено.

— Ты знаешь наше будущее? — спрашиваю с тревогой. А вдруг там что-то тяжелое? С меня уже достаточно горя и потерь.

— Духам тоже не все открыто, — снова уходит он от ответа. — Но одно знаю точно, нет смысла переживать. Тем более заранее. Просто иди за своим сердцем. Всегда. А я подстрахую.

— Это сложно, — вздыхаю я.

— А никто и не говорил, что будет легко. Все, отдыхай. Сегодня ты истратила много сил, я не буду брать твою магию. А следующей ночью продолжим, и наши уроки в том числе.

Так ничего толком не сказав, Инис исчезает. Очень хитрый мне попался дух. И скрытный. Но я все равно рада, что мы познакомились. Правда, решение по поводу мистера Дэмиана мне придется принимать самой. И я его уже приняла. За обедом даже решаюсь затронуть опасную тему и прямо попросить не принуждать меня. И получаю горячее обещание, вместе с таким же горячим взглядом. А еще задумчивым, будто хозяин прямо сейчас принимает какое-то важное решение.

До вечера я помогаю Марте с готовкой и уборкой. Хотя мистер Дэмиан собирался освободить меня от обязанностей служанки, я рада, что уговорила его не делать этого. Чем бы я тогда занималась целыми днями? К тому же мне нравится, что мы с Инисом постепенно возвращаем замку первоначальный вид. С каждым днем это все заметнее. Даже Марта с мужем обратили внимание. Они думают, что причина в моей магии и в том, что хозяину становится лучше. А я думаю, что дело в Инисе. Дух с моей помощью набирает силу, и это отражается на замке.

После того, как мы отбились от нападения, наши отношения с Мартой и Сэмом становятся еще теплее. Женщина опекает меня, как родную дочь. Теперь уже совсем не отгораживается от меня и многое рассказывает о своем прошлом. Жаль, что у них нет детей. Но так уж получилось, что они оба посвятили всю свою жизнь этому замку. Я узнала, что раньше эта пара служила матери мистера Дэмиана. Но о том времени Марта не любит рассказывать.

Вечером хозяин опять вызывает меня к себе. Мне пока сложно называть его по имени, без привычного «мистер». Но я учусь. А еще пытаюсь привыкнуть к тому, что он открыто показывает свой интерес ко мне. Постоянно ловлю его пронзительные взгляды, такие… будоражащие, переворачивающие что-то у меня внутри. Вздрагиваю от касаний, которые он себе позволяет. Пусть невинных — прикоснуться к руке, сжать мои пальцы. Оставить на костяшках теплый поцелуй. Но все равно таких волнующих.

А потом случается это. Мистер Дэмиан просит меня снова поделиться магией. Я уже не раз касалась его, но в этот раз все по-другому, гораздо

А мужчина шумно дышит, пожирая меня восхищенным взглядом, и вдруг резко притягивает на свою грудь, впиваясь в губы требовательным поцелуем. Таким напористым и жадным, будто он давно сдерживал себя, а теперь не выдержал и сорвался. Он ласкает мои губы своими, дурманя мою бедную голову непривычными, жгучими ощущениями. Это не первый мой поцелуй. В академии я иногда целовалась с однокурсниками. Но то, что испытываю сейчас, не идет ни в какое сравнение. Это сумасшедший вихрь, эйфория и огненная лава, рассекающая по телу, пробуждающая его от долгой спячки.

Тело Дэмиана тоже напряжено, его колотит крупная дрожь. Я слышу хриплый рык дракона, вижу, как зрачки в мужских глазах на секунду становятся вертикальными, едва не выпуская зверя на волю. Это пугает меня. Ведь моя драконица не проявляла себя с тех самых пор, как мне заблокировали магию. Я думаю, она давно умерла. Или темная магия полностью подавила ее. В любом случае я больше не чувствую ее и не могу оборачиваться. Даже сейчас драконица не подает признаков жизни.

Требовательный рык дракона приводит меня в чувство, вырывая из чувственного морока. Я вскакиваю, растрепанная, смущенная, ошарашенная. Встречаюсь с темным, полным отчаянной жажды взглядом хозяина и испуганной птицей уношусь из его покоев, прячась у себя в комнате. Как хорошо, что она далеко от спальни мистера Дэмиана. А что будет, когда мне придется жить рядом с ним? Устою ли я? Мне уже трудно сопротивляться его бешеному напору.

Правда, следующее утро приносит очень неприятное отрезвление. Я уже привела себя в порядок после сна и с тревогой жду, когда хозяин позовет меня к себе, как делает каждый раз. Мне волнительно и стыдно смотреть ему в глаза после нашего поцелуя. Но придется пересилить себя. И вдруг я захлебываюсь от неожиданных и очень сильных ощущений. Все мое тело буквально пронзает насквозь болезненный спазм, накрывая жутким отчаянием и чем-то еще, чего я не могу распознать, безуспешно пытаясь сделать вдох.

А когда это наконец получается, понимаю, что эти ужасные ощущения не мои, а мистера Дэмиана. Кажется, я даже слышу его горестный рев. Вскакиваю с кровати и несусь наверх. Неужели снова приступ? Но то, что я сейчас чувствую, непохоже на него. И вообще не понятно, почему я так сильно ощущаю эмоции хозяина. Возможно, потому что делюсь с ним магией? Или из-за нашего вчерашнего объединяли сил, когда мы латали поврежденные стены замка?

Но когда я подбегаю к двери, понимаю, что она заперта. Нервно стучу, прислушиваясь к тому, что происходит с другой стороны. И вдруг слышу приглушенный, очень странный голос хозяина:

— Со мной все в порядке, Эйви... Я… немного занят… Чуть позже тебя позову. Позавтракай пока с Мартой. Мне нужно закончить деловую переписку...

Мистер Дэмиан меня не пустил. Но я чувствую, что с ним что-то происходит. Что-то плохое, тяжелое. Вовсе не деловая переписка. Едва удерживаю себя, чтобы не начать тарабанить кулаками по двери, требуя открыть. И понимаю, что веду себя совсем неподобающе. Хозяин в своем праве, а я тут всего лишь служанка, которая кажется забыла свое место и с чего-то решила, что мне позволено больше остальных.

А потом вдруг приходит мысль, что такое непривычное поведение мужчины связано со вчерашним поцелуем. Быть может, он понял, что перешел границы. И вообще остыл. Я ведь дала понять, что не стану легкой добычей. Хотя на поцелуй все же ответила, пусть только в первые секунды растерянности. Может, он решил не связываться со мной и теперь не хочет видеть?

Время идет, и я все больше утверждаюсь в этой мысли. Потому что до вечера хозяин так и не вызывает меня к себе. Чего не случалось очень давно. Обед ему относит Марта и возвращает чуть позже почти нетронутым. А я заставляю себя заниматься обычными делами, но безуспешно, все валится из рук. Становится очевидно, что я слишком многое надумала себе, позволила прорасти несбыточным надеждам. Глупым и опасным. Хотя и пыталась себя тормозить.

И когда уже решаю безжалостно выкорчевать из своей души любые ожидания, взять себя в руки и сохранять между мной и хозяином твердую дистанцию, четко ограничиваясь ролью служанки, мистер Дэмиан все же вызывает меня к себе. И я иду, чувствуя, как сжимается сердце от страха и странных предчувствий. Почему-то не сомневаюсь: то, что сейчас услышу, в очередной раз изменит мою жизнь.

Глава 25 Дэмиан

Весь день я не выхожу из своих покоев и мучительно ищу выход из патовой ситуации, в которую загнала меня судьба, ну или я сам себя загнал. Думаю-думаю, потом схожу с ума от злости, что ни один вариант не устраивает. Яростно рычу, расшвыриваю вещи, луплю кулаками в стену. А потом снова думаю. И так по кругу. По десятому-сотому разу гоняю одни и те же мысли. Уже голова гудит.

Меня ломает от того, что никак не могу принять однозначное решение. Такое, в котором мне не придется лгать. Одно знаю точно: Эйви я не отпущу. Не для того Боги вернули ее мне, чтобы я снова потерял. И если нужно привязать истинную к себе, чтобы она не оставила меня, я сделаю это. Но вот способы этой привязки могут быть разными.

Мне нужен такой, чтобы меньше всего ударил по моей паре, когда она все узнает. А я понимаю, что рано или поздно это случится. Удар будет, этого не избежать. Даже если мы оба навсегда останемся здесь, никогда не появимся при дворе, все равно однажды правда раскроется. Или меня посетит отец. Или еще какие-нибудь слухи доберутся до Эйви. Я не планирую всю жизнь держать ее взаперти.

Хотя первое, о чем позабочусь прямо сегодня — полностью огражу мою пару от любой информации. Чтобы привязка закрепилась, мне нужно выиграть время. А для этого никакие новости не должны проникнуть в замок. Ни клочок газеты, ни пересказанный Сэмом слух из деревни, ни случайная оговорка Марты или рассказ о моей матери. Ничего из этого не должно коснуться слуха пары.

Придется обновить наложенную на Сэма и его жену магию неразглашения. Я не знаю, догадываются

Еще стоит аккуратно ограничить моей паре посещение замковой библиотеки. Там могут храниться какие-либо упоминания о замужестве моей матери и моем настоящем имени. Правда, я сам недавно разрешил Эйви заходить в библиотеку и как это разрешение отозвать, пока не представляю. Но позже придумаю.

А пока главный вопрос — как привязать Эйви к себе. И к вечеру, после мучительных раздумий и разбитых в кровь костяшек, решение я принимаю. Возможно оно станет моей самой большой ошибкой. Возможно, приведет к полному краху. Но я не отступлю и если придется, готов за него отвечать.

Первым делом с помощью магии, которая все лучше мне подчиняется, навожу в комнате порядок, подлечиваю руки и поправляю свой внешний вид. Всклокоченные волосы, которые я едва не рвал от отчаяния, воспаленные, красные глаза точно испугают мою пару. А потом вызываю Эйви к себе.

Нам предстоит сложный разговор. Мне придется балансировать на грани, чтобы не нагромождать лишней лжи и в то же время не проговориться. Хотя без обмана с моей стороны все равно не обойдется. Иначе я потеряю истинную прямо сейчас. Наверное хорошо, что мы пока не чувствуем друг друга, как полноценная пара. Тогда Эйви сразу уличила бы меня.

Нетерпеливо прохаживаясь по комнате, прислушиваюсь к звукам за дверью и наконец слышу шаги. Уже не торопливые, как утром, а неспешные, размеренные. Как будто Эйви заставляет себя сюда идти. Ну да, ведь я повел себя странно. Теперь моя пара не понимает, что от меня ждать. А я не жду, пока она постучит. Боюсь, что передумает и сбежит.

Сам распахиваю перед Эйви дверь и жадно разглядываю истинную. Смотрю на нее так, как будто вижу в первый раз. И сейчас все кажется таким очевидным. Я ведь даже в том моем состоянии сразу почувствовал, что с ней что-то не так. Ну какая из нее служанка? Эта врожденная грация, идеальная осанка, грамотная речь. Все выдавало прекрасное воспитание и благородное происхождение. Я это подозревал, и все же не мог представить, что передо мной наследница древнего рода, аристократка.

Если бы два года назад я не изображал обиженного и дал себе труд хотя бы увидеться с ней, поговорить, сразу понял, что Эйвери Марлоу не избалованная, высокомерная пустышка. Не глупая девчонка, думающая только о нарядах и женихах. Мне было удобно так считать, чтобы оправдать свое нежелание жениться на ней. Бросить в лицо отцу его подачку и упиваться негодованием. Впрочем, уже нет смысла себя казнить. Ничего не изменить. Теперь мне приходится иметь дело с последствиями собственных решений.

Эйви выглядит усталой и настороженной. А еще слишком явно пытается держать между нами дистанцию. Только поздно. Мы оба накрепко связаны, а наши судьбы переплетены ужасным прошлым, ошибками, болью, страданием. Я не знаю, смогу ли построить на этом что-то новое. Но у меня просто нет другого выхода. Я не готов отступить и медленно умирать без пары. Я уже умирал, мне хватит. Теперь попробую выжить и исправить ошибки.

— Присаживайся, Эйви. Нам нужно поговорить, — показываю на удобное кресло. Как только моя пара садится, опускаюсь на стул рядом с ней. И беру Эйви за руки. Мне невыносимо хочется к ней прикоснуться. Не выдерживаю и подношу прохладные пальцы к губам. Нежно целую. Но Эйви не дает мне насладиться хотя бы такой невинной лаской, аккуратно убирая руки. И внимательно смотрит на меня.

Ну что ж, пора озвучить решение, к которому я пришел. Нет смысла тянуть. Глядя прямо в глаза моей истинной, говорю:

— Я предлагаю тебе руку и сердце, Эйви. И прошу выйти за меня замуж.

На несколько секунд моя пара замирает, в шоке округляя глаза. Мне кажется, даже не дышит, как не дышу и я. Наконец произносит растерянно:

— Замуж? Но как… почему? Я же… вам совсем не ровня. Как это возможно? Вы шутите?

Невольно морщусь, грудь стягивает едкой горечью. Не ровня! Все как раз наоборот. Если бы не моя беспросветная глупость, мы бы уже давно были женаты. И даже сам король одобрил бы наш брак. Мне еще предстоит объясняться с отцом, если мой план удастся. Но это меньшее, что меня сейчас заботит.

— Нет, Эйви. Я полностью серьезен. Такими вещами не шутят. А что касается ровни и остальных глупых предрассудков, сердцу все равно, когда оно любит.

— А вы… любите?.. — недоверчиво переспрашивает моя пара, вглядываясь в мои глаза.

— Конечно, — мягко улыбаюсь я. — Думал, ты уже поняла. Или считала, я просто с тобой играю? Нет, Эйви. Для меня все очень серьезно. Ты даже не представляешь, насколько. А чтобы представляла, скажу тебе еще кое-что, очень важное. Ты пока не чувствуешь, но… мы с тобой истинная пара.

— Что?! — девушка в шоке едва не подскакивает в кресле, стискивая руки на груди. — Истинные? Но почему же тогда я…

— Не видишь во мне пару? С этим мы еще разберемся. Думаю, причина в том, что случилось с твоей магией и драконицей. Но скажи честно, разве тебя не тянет ко мне? Хотя бы немного?

Щеки Эйви розовеют, она смущенно выдыхает и все же признается:

— Тянет…

А меня и от такого ее нерешительного признания окатывает жаром.

— И меня тянет, очень сильно, — отзываюсь хрипло. Голос против воли проседает. А румянец Эйви становится еще сильнее.

— И все же, разве можно так сразу замуж? — спрашивает неуверенно. — Мы почти ничего не знаем друг о друге.

— Узнаем, — пожимаю плечами. — У нас есть время. Мы не торопимся. Точнее, с заключением брака лучше не тянуть. Мой зверь чувствует тебя и сходит с ума. И твоя драконица так быстрее откликнется. А дальше будем понемногу узнавать друг друга. Главное, между нами есть чувства. С моей стороны точно. Не просто парное притяжение. Я восхищаюсь тобой, Эйви. Твоей хрупкостью, красотой. И в то же время острым умом и невероятной внутренней силой.

— А как же моя темная магия?

— Она меня совсем не пугает. Мы же пара, а значит, созданы друг для друга. Ты сама видела, как наши магии прекрасно сплетаются. Как раз поэтому ты лечишь не только

— А если… в моем прошлом найдется что-то, что вам не понравится… — с тоской в глазах уточняет моя истинная. Я догадываюсь, о чем она говорит, и качаю головой.

— Это не важно. Что бы ни случилось в твоем прошлом, любые тайны, ошибки, что угодно, меня это не волнует. Мне давно нет дела до мнения других и до всего, чему в нашем обществе придается такое больше значение. Разность в положении, сословии, выгодный брак. Все это ерунда. А в случае истинности вообще не препятствие. К тому же будем честны, я сам не такой уж большой подарок. Это тебя не пугает моя внешность, а большинство знакомых шарахалось от меня, как от прокаженного. Когда-то я имел должность при дворе, связи, положение. А сейчас у меня ничего не осталось, кроме небольших сбережений. Мой замок, сама знаешь, в каком состоянии. У меня нет штата слуг. Нет должности. Но не беспокойся, раз уж я раздумал умирать, найду себе подходящее занятие. Мы не будем ни в чем нуждаться. Подумай, ведь для тебя это тоже выход. Я обеспечу тебе защиту, как бы ни повернулась наша жизнь. Даже если проклятье когда-нибудь все-таки доконает меня, ты останешься хозяйкой этого замка. У тебя всегда будет крыша над головой. Деньги, чтобы скромно, но вполне достойно жить. Больше не придется скитаться, голодать, ночевать неизвестно где.

— А как же ваши родные, они не будут против? Я ведь даже не знаю, кто у вас есть из семьи.

Судорожно сцепляю челюсти, ощущая, как каменеет тело. А вот и самый сложный вопрос, который мучает меня больше всего. Здесь мне придется сказать неправду. Точнее, исказить ее.

— У меня нет родных братьев и сестер. Отец умер незадолго до моего рождения. А мать скончалась позже, как раз в этом замке. Осталась очень дальняя родня, но мы не общаемся. Им нет дела до меня, а мне до них. Их мнение — последнее, что меня интересует. Так что, Эйви, — снова тянусь к ее рукам и легко сжимаю тонкие пальцы. — Ты согласна? Сделаешь меня самым счастливым мужчиной?

Но моя пара не спешит отвечать, продолжая испытывающе вглядываться в мои глаза. Пусть связь у нас еще не установилась, но она все равно что-то чувствует. Отголоски недавнего шока и тех убийственных эмоций, что я пережил. И тяжелых тайн, которые собираюсь от нее скрыть.

— Мне нужно подумать, — наконец слышу тихий ответ.

— Хорошо, подумай, до утра, — киваю, стараясь не показывать разочарования. Понимаю, что не смогу заснуть этой ночью, пока не узнаю ее ответ. Но даже если Эйви откажет мне, я не оступлюсь. Просто все станет еще сложнее.

Сейчас я предлагаю ей законное замужество, которое даст моей истинной официальный статус и защиту рода. Правда, еще нужно будет как-то исхитриться, чтобы на свадьбе невеста не узнала настоящее имя жениха. А в законном браке у Эйви не останется препятствий перед нашей близостью. Я буду заботиться о ней, любить и укреплять нашу связь. В надежде, что когда она все узнает, уже не сможет от меня уйти.

А за это время я подниму и изучу заново дело ее семьи. Запрошу у Зака всю подробную информацию. Проверю каждое слово, каждое обвинение. Я буду готов ответить, когда Эйви задаст мне этот вопрос. А она обязательно задаст. У меня на руках должны быть неоспоримые доказательства, что все произошло по закону, что в деле не была допущена ошибка. Иначе моя вина станет совсем неподъемной.

Я прекрасно осознаю, что в моем плане много тонких мест и сложностей. На любом этапе что-то может пойти не так. Наверняка я не все предусмотрел. Но этот план хотя бы дает мне шанс быть рядом с парой и возможно со временем добиться ее прощения.

Притихшая, задумчивая Эйви покидает мои покои. Как и ожидал, ночью я почти не сплю. Все время прокручиваю в голове произнесенные слова, пытаюсь понять, был ли я убедителен. И что буду делать, если услышу «нет». А рано утром истинная сама приходит ко мне. Видя ее решительное, бледное личико, уже готовлюсь к отказу и слышу:

— Я согласна стать вашей женой. Но сначала расскажу все о себе. Если после этого вы не передумаете, тогда… назначим свадьбу.

Глава 26 Эйвери

Ошеломленная, в полном шоке я покидаю покои Дэмиана и иду в свою комнату, не замечая ничего вокруг. Но как только подхожу к лестнице, начинаю недоуменно озираться. Потому что происходит что-то странное. Все светильники на стенах хаотично мигают, половицы и ступени скрипят, ставни в конце коридора хлопают.

— Инис, это ты? — спрашиваю глухо. Но понятного ответа не получаю. Не могу его прочитать в этом бессмысленном шуме и мигании. С досадой тряхнув головой, продолжаю путь. Приходит мысль: быть может это замок так отзывается на хаос в моей голове? Получается, мы с ним тоже связаны, не только через Иниса, но и через Дэмиана. Значит прежде всего мне надо успокоиться. Но как это сделать после таких удивительных новостей?

Заскакиваю к себе, опускаюсь на кровать и прижимаю руки к лицу, пытаясь остудить пылающие щеки. Вспоминаю каждое слово, произнесенное хозяином замка. Он любит меня?! Я даже мечтать о таком не смела. Думала, с его стороны всего лишь обычная симпатия. А оказалось, все еще серьезнее — мы истинная пара! И Дэмиан не просто поставил меня перед фактом, а предложил выйти за него замуж.

Истинные! Это так удивительно и прекрасно. Когда-то я тоже грезила мечтами об истинной паре. Воображала, каким будет мужчина, предназначенный именно для меня. В академии наивные мечтания заслонили учебные будни и новые поклонники. Ну а после ареста и темницы все мои глупые мечты и надежды осыпались прахом. Моя драконица уснула, а я сама стала изгоем.

И уж конечно собственную тягу к хозяину замка я не пыталась объяснить истинностью. Даже мыслей таких не допускала. И ошиблась. Как жаль, что я не могу почувствовать родство наших душ в полной мере. Дэмиан считает, что причина в том, что меня лишили родной магии. Возможно он прав. Пока непонятно, есть ли у меня шансы вернуть драконицу. Пусть не полностью, но хотя бы вновь почувствовать ее, а заодно ощутить всю силу нашего с Дэмианом притяжения.

Но даже если ничего не получится, я с радостью приму то, что мне уже подарила судьба. Это все равно гораздо больше того, что у меня было совсем недавно. Я ведь всерьез считала,

Оказалось, он уже встретил пару. Меня! И это все меняет, разбивая все мои опасения в пыль. Для истинности не важны никакие ограничения: сословия, древность рода, неравное положение. Никто не осмелится возражать против соединения пары. Ведь это главный закон королевства, стоящий превыше всего.

Я чувствую, как трескается ледяная броня вокруг моего сердца. Как оно начинает стучать вольно и свободно, освободившись от оков. Впервые с тех пор, как рухнула моя прежняя жизнь, я впускаю в душу надежду. Я все еще могу быть счастлива. Обрести семью, детей. Любимого мужчину! Дэмиан… Больше нет препятствий между нами. Кроме одного… моего прошлого…

Прямо сейчас передо мной встает самый важный вопрос, который я должна решить. Можно ли начинать семью со лжи? Умолчать о том, что со мной случилось. Ужасно не хочется рассказывать о моем настоящем имени и трагической истории моей семьи. Признаваться, что моих родителей и брата казнили за измену.

И пусть Дэмиан уверенно заявил, что его не остановят никакие тайны из моего прошлого, он пока не догадывается, о чем идет речь. Дочь предателей и изменников даже для пары может оказаться неподходящим вариантом. А ведь так легко всего лишь промолчать, отставив прошлое в прошлом. Мы поженимся, будем жить счастливо, растить детей, если Боги одарят нас ими. И может быть когда-нибудь я все же признаюсь...

Какое-то время позволяю себе помечтать, а потом решительно качаю головой. Нет, не стоит поддаваться опасному искушению. Ложь обязательно откроется в самый неподходящий момент. Как бы ни было страшно довериться, как бы ни хотелось избежать сложного разговора, я должна пройти через это. И принять последствия.

Определившись с решением, умываюсь и ложусь спать. Конечно засыпаю далеко не сразу. Перед глазами все еще стоит мужское лицо, взволнованное, полное нежности. А в глазах горит затаенный огонь. В сердце вдруг вползает холодок сомнения. Я ведь не узнала, почему Дэмиан утром так странно себя вел? Почему не впустил меня к себе? А главное, почему я чувствовала исходящие от него сильные эмоции, точно не похожие на радость.

Ум сразу подбрасывает разные тревожные мысли. Быть может во всем этом есть что-то еще? То, о чем я пока не догадываюсь? Но я отгоняю эти мысли. Зачем Дэмиану врать? Ведь он предложил мне законный брак, а не порицаемую обществом связь. Если бы не хотел связывать наши судьбы, просто не стал бы рассказывать, что мы пара, и все. Я бы сама никогда об этом не узнала и ничего не попросила.

Просыпаюсь рано, очень жалея, что Инис во сне так и не пришел. Мне нужен его совет. Его мысли о предложении хозяина замка. Уверена, дух уже знает обо всем. Хотя он еще в прошлый раз высказался достаточно определенно. Что все предрешено, а мне не стоит забивать голову сомнениями.

Получается, он знал, что мы с хозяином истинные? Знал, одобрял, но не сказал. А я надеялась, что мы подружились. Наскоро приведя себя в порядок, решаю не откладывать разговор с Дэмианом. Я скажу правду и отдам решение в его руки. А там будь, что будет.

В это утро подниматься по ступенькам на второй этаж тяжелее, чем обычно. Мне очень страшно. Впервые за два года я произнесу вслух то, что привыкла тщательно скрывать, храня свою тайну глубоко внутри. Еще страшнее от понимания: если Дэмиан все же откажется от невесты с таким «приданым», мне придется уехать. Остаться в замке и жить как прежде я уже не смогу.

Что интересно, на этот раз стены и светильники не отзываются на мои страхи шумом и миганием. Возможно, потому что решение я уже приняла, и замок его одобряет. Собираюсь с силами, чтобы постучать, но дверь распахивается передо мной сама. Точнее, мой истинный ее открывает. И смотрит на меня так жадно, что сердце сладко сжимается. Я еще не успела привыкнуть к его настолько откровенным взглядам.

Не давая себе больше времени на раздумья, озвучиваю принятое решение:

— Я согласна стать вашей женой. Но сначала расскажу все о себе. Если после этого вы не передумаете, тогда… назначим свадьбу.

Дэмиан реагирует на мои слова очень странно. Едва заметно бледнеет и крепко сжимает челюсти. А в глазах полыхает что-то темное. Наверное, просто чувствует мой страх, понимает, что сейчас услышит что-то важное? Не могу распознать его эмоции. Тем более, он быстро берет себя в руки и пропускает меня в комнату. А когда я попадаю внутрь, произносит:

— Я не передумаю, Эйви. Уже говорил, что бы ни случилось в твоем прошлом, для меня это не имеет значения. Но я очень ценю твое доверие и конечно же выслушаю тебя. Проходи, присаживайся, — подвигает мне кресло. — Ты завтракала? Может, сначала попрошу Марту принести нам еду?

— Не нужно. Давайте быстрее закончим с этим, — качаю головой. — Пока мы не поговорим, мне все равно кусок не полезет в горло.

— Хорошо, тогда я тебя слушаю, — отзывается он глухо и почему-то не садится рядом, а отходит к окну. Останавливается там и поднимает на меня ожидающий взгляд.

Мне все еще трудно решиться. Отвожу глаза в сторону, откашливаюсь и заставляю себя начать. Первые слова выдавливаю с трудом, но чем дальше, тем проще признаваться:

— Простите… когда устраивалась на работу, я не рассказала всю правду о себе... Это сложно… Два года я хранила тайну своего настоящего происхождения и того, что случилось с моей семьей. Но сейчас больше нельзя молчать. Прежде чем жениться на мне, вы должны знать… На самом деле я из знатного аристократического рода, когда-то занимавшего высокое положение при дворе. Во мне все еще течет древняя кровь. Но к сожалению я не подарю вам богатого приданого, не усилю положение при дворе. Скорее наоборот. Я больше не считаюсь хорошей партией. Мое настоящее имя Эйвери Марлоу. Мои родные были обвинены в заговоре против короля и казнены. Несколько месяцев я тоже провела в темнице. Король помиловал меня, но лишил родового имени, наследства и вообще всего. Даже магию у меня должны были отобрать. Вот тогда и случилось то, о чем я уже рассказывала. Во время выжигания силы проснулась моя скрытая темная магия.

Ощущая, как бешено стучит сердце, прислушиваюсь к звенящей вокруг тишине. Дэмиан молчит, а я боюсь поднять на него глаза. Наконец слышу низкий, глухой голос, будто ему трудно говорить:

— Жаль, что ты не рассказала раньше. Но это ничего не меняет, Эйви…

— Я не могла рассказать… — отзываюсь с горечью. — Привыкла хранить эту тайну в себе, сроднилась с ней. Два года назад моя жизнь разделилась надвое. Счастливая, оберегаемая родителями, единственная и любимая дочь, подающая надежды студентка академии, наследница знатного рода, которой предстоял дебют при дворе и отличное будущее — все это разом исчезло, осталось в прошлом. Рассеялось как дым. От нашей семьи отвернулись все. Ни один из бывших друзей, поклонников или сокурсников не навестил меня в тюрьме. Я словно перестала существовать вместе с моими родителями и братом. Нам даже не удалось увидеться перед их смертью. Я сидела на затхлом, дырявом матрасе в темнице, тряслась от холода и голода, следила за стекающими по стенам каплями воды, вдыхала запах плесени и думала о том, живы ли еще мои родные или прямо сейчас их ведут по таким же сырым коридорам на казнь. Мне сообщили о том, что их уже нет, примерно через неделю после свершившегося… Я до сих пор уверена, что мама, отец и брат ни в чем не виноваты. Что все это ужасная, страшная ошибка или осознанный навет. Но мне этого никогда не доказать. Да и смысла уже нет, их ничего не вернет...

Судорожно выдыхаю. Горечь и боль, так долго копившиеся в душе, наконец выплеснулись наружу, словно вышедшая из берегов плотина. Я озвучила не только правду, но и позволила Дэмиану заглянуть в душу. Собравшись с силами, поднимаю глаза на замершего у окна мужчину и сталкиваюсь с совершенно черным взглядом на белом, застывшем как маска лице.

А потом Дэмиан бросается ко мне, падает передо мной на колени, берет мои ладони в свои и утыкается в них лицом. Я чувствую, как колотит его тело от дикого напряжения. И удивляюсь тому, как близко к сердцу он принял мою трагедию.

— Прости… — хрипит, так и не поднимая головы. Его теплое дыхание согревает замерзшие пальцы. Я вижу склоненную передо мной макушку, волнистые, светлые волосы закрывают мужское лицо. Хочется вплести пальцы в эти пряди, ощутить их гладкость. Нежно погладить широкие плечи, чтобы позволить им сбросить напряжение.

— Мне не за что вас прощать. Вы ни в чем не виноваты, — произношу тихо.

— Ты, — слышу глухой ответ. — Говори мне «ты». Мы с тобой жених и невеста, истинная пара.

— Значит, свадьба все же будет? — уточняю осторожно.

— Конечно. Я не откажусь от тебя ни за что, — Дэмиан наконец поднимает голову и смотрит мне прямо в глаза. Его лихорадочный, воспаленный взгляд полон боли, отчаяния, нежности и других таких же сильных чувств. А потом он обнимает меня и притягивает к себе. Моя ладонь ложится на крепкую грудь. Я ощущаю, как сильно и рвано колотится его сердце.

— Я заставлю тебя забыть весь этот ужас, Эйви, — хрипит он. — Буду любить тебя, лелеять, оберегать… Прогоню боль из твоих глаз. Сотру ее своими поцелуями. Только не думай о прошлом…

— Я постараюсь... — отзываюсь срывающимся голосом. — Но хотела у тебя спросить. Ты знаешь Алистера Вудстока, королевскую ищейку?

Дэмиан вздрагивает и отстраняется. Поднимается с колен и снова отворачивается к окну. Мне кажется, он не привык так открыто показывать кому-то свои чувства. Поэтому немного смущается.

— Почему ты спрашиваешь? — чуть помедлив, задает вопрос. — Я конечно слышал о нем, но близко не знаком.

— Это он отправил моих родных на плаху. Его расследование…

Глава 27 Дэмиан

Я уже примерно понимал, что мне расскажет Эйви. Но не представлял, насколько тяжело все это слушать. Каждое ее слово, каждая эмоция наживо рвали мне душу. Потрошили и выворачивали внутренности, выжигая ядом вины. Хотелось броситься к ногам пары, признаться во всем и молить о прощении. Но я слишком хорошо осознавал: одно мое слово, и истинную я больше не увижу. Эйви проклянет меня и не захочет оставаться рядом ни секунды.

Только куда ей идти? Я готов бросить все, что у меня есть, к ее ногам. Но она не возьмет. С ненавистью швырнет эти деньги мне в лицо и снова отправится скитаться. Я просто не могу ее отпустить. Одинокую девушку без защиты везде подстерегают опасности. И никакая темная магия не спасет, если врагов окажется слишком много.

К тому же мои собственные враги, что так отчаянно пытаются спровадить меня на тот свет, могут выяснить, кем приходится мне Эйви, и сделать девушку разменной монетой в их игре. Причинить ей зло в надежде достать меня. Я и так с ужасом представляю, что пришлось вынести моей паре. Как позволить ей уйти?

И все же, слушая, как истинная рассказывает о тех страшных днях и месяцах проведенных в темнице, не выдерживаю сжигающей внутренности агонии. Все муки ада разом обрушиваются на меня, когда я вижу слезы, стекающие по бледным щекам. Слышу, как прерывается от горьких эмоций голос Эйви. С глухим рыком падаю перед ней на колени, пряча лицо в ее ладонях.

То самое роковое признание, которое навсегда лишит меня пары, уже почти срывается с моих уст и замирает на языке, когда Эйви вдруг тихо спрашивает:

— Ты знаешь Алистера Вудстока, королевскую ищейку? Это он отправил моих родных на плаху. Его расследование…

Глухая ненависть в ее голосе ледяным панцирем сжимает сердце. Я вздрагиваю так сильно, что кажется, одно это уже выдает меня с головой. Как и искаженное мучительной виной лицо. Но Эйви принимает мои эмоции за другое. А я поднимаюсь с колен и отворачиваюсь, пытаясь справиться с обуревающими меня чувствами.

Нет, я не могу признаться. Пусть за это мне гореть в огне, как самому последнему грешнику. Я и есть он. Знаю, не существует лжи во спасение. Но я сознательно лгу, обрекая душу на вечные муки. Не перед Богами, перед истинной. И все ради того, чтобы оставаться рядом с ней, иметь возможность заботиться, ограждать от злого и опасного мира. Хотя я сам теперь тоже зло.

Моя пара будет так считать, когда узнает правду. Но к тому времени она станет мне настоящей женой, защищенной моим именем и королевской властью, а я уверен, что отец одобрит этот брак. Все, что я имею, будет принадлежать ей

— Я слышал о нем, но не знаком лично… — заставляю себя произнести эти слова, окончательно обрубая мосты. Голос хрипит и срывается. — Знаю только, что ищейка шел по следу, раскрывая заговоры против короля. Но сбором доказательств, допросами и окончательным приговором занимались другие. Обещаю тебе, Эйви, что сам продолжу дело твоих родных. У меня остались связи при дворе, меня еще не все похоронили. Я воспользуюсь тем, что осталось, чтобы узнать правду.

— Спасибо… — шепчет моя пара, чем ввергает в еще больший ужас. Если бы она знала, кто сейчас перед ней, вместо благодарности сыпала проклятиями. И была права.

— Не благодари, — отзываюсь глухо. Слышать ее слова невыносимо. — Еще неизвестно, что я накопаю. А если… — морщусь и заставляю себя продолжить, — если выяснится, что они все же были виновны, ты не возненавидишь меня?

— Нет, — истинная смотрит на меня блестящими от пролитых слез глазами. — За правду нельзя ненавидеть.

— Смотря какая правда… — усмехаюсь горько. Она даже не подозревает, насколько все сложно. Моя правда убила бы ее. Но хватит метаний, я принял решение. И когда придется, буду за него отвечать.

Подхожу к Эйви, сажусь рядом, беру ее за руку и прикладываю ее ладонь к своей щеке. Осторожно ласкаюсь, чтобы не поранить нежную кожу щетиной. Ласково целую тонкие пальчики. Моя пара смущается.

— Не бойся меня, — говорю хрипло, пожирая ее взглядом. — Все, что между нами случится, как между мужем и женой, произойдет после свадьбы и только когда ты будешь готова. Но чтобы ты могла привыкнуть ко мне, позволь касаться тебя обнимать, дарить поцелуи. Это успокоит моего зверя и возможно разбудит твою драконицу.

— Хорошо, — кивает Эйви и сама осторожно проводит кончиками пальцев по моей щеке. Медленно, едва касаясь. Словно изучает меня. Хочется зажмуриться и подставляться под ее ласки, ощущая внутри тихое, довольное урчание дракона. Какое-то время я позволяю себе это. Мне надо унять боль и вину. И страх потерять пару, что теперь поселился во мне. Уже понимаю, что мне придется жить с ним все время.

— Приготовления к свадьбе обсудим завтра, — наконец открываю глаза, возвращаясь в реальность. — Пока подумай, какой ты хочешь ее видеть. С учетом того, что мы находимся почти в осаде. А я пока не могу показываться людям, чтобы их не напугать. Но все остальное у тебя будет. Красивое платье, праздничный ужин, настоящий свадебный обряд. И еще, Эйви… ты сегодня же переедешь в новые покои. Там уже все готово. Сэм с Мартой перенесут твои вещи, — замечаю, как пара напрягается, и качаю головой. — Не переживай, я сам сообщу им о предстоящей свадьбе. Тебе нечего стесняться.

А дальше выполняю, что обещал. Первым делом разговариваю с Сэмом и Мартой, озвучивая им перемены в нашей жизни. Они конечно потрясены, но явно рады за нас.

— Вам повезло, мистер Блэк, Эйви чудесная девочка, — не удерживается от эмоций женщина. — Умница, с характером, не испугалась толпы и помогла защитить замок. Работы не боится, а красавица какая. И совсем не заносчивая. И ей, тоже повезло. Сколько пережила, бедняжка. Она хоть и не рассказывает ничего, но и так понятно, что девочке пришлось несладко. Первое время на мою стряпню так смотрела, будто не ела ничего вкуснее. Явно же впроголодь жила. Да и сейчас ест как птичка…

Марта замолкает, замечая, как меняется выражение моего лица. А для меня любые напоминания о том, что пришлось вынести моей паре, как нож по сердцу. Снова с головой погружает в едва переносимое чувство вины от осознания, что я мог все это предотвратить.

Прошу Марту закончить уборку новых покоев моей невесты. А потом снять с Эйви мерки. Сэму даю задание заехать в самое лучшее ателье в ближайшем городе и заказать там новый гардероб для пары. Добавляю в список разные мелочи, чтобы порадовать ее.

После этого переписываюсь с Заком. Напоминаю, чтобы никому не говорил о том, что я уже не при смерти. Прошу выслать все оставшиеся материалы о семье Марлоу. И опять же сохранить мой интерес к этому делу в строгой секретности. Другу о том, что единственная оставшаяся в живых наследница моя истинная, пока не сообщаю. Обещаю все объяснить позже.

Думаю, к кому еще обратиться, с чего начинать расследование. На самом деле для начала надо расспросить саму Эйви. Узнать обо всем, что она помнит. Но это значит опять заставлять ее вернуться в те дни. Снова страдать и мучиться. А еще слушать, как она с ненавистью упоминает королевскую ищейку, тихо сходя с ума от отчаяния. Но без этого не обойтись. Я не проводил допросы и не читал ее показания. Дальнейшая судьба дел, которые передавал Тайной службе, меня не интересовала. И теперь я за это жестоко поплатился.

Заполняю день разными делами, чтобы заглушить страх и растущее внутри напряжение. Внутри меня нет спокойствия, несмотря на принятое решение. Голос совести не замолкает, постоянно нашептывая, что я поступаю нечестно. Обманом лишаю свою пару выбора. Но что мне остается делать, если ее выбор будет однозначным и смертельным для меня? Разве можно добровольно отказаться от истинной, после того, как ее обрел?

А ближе к вечеру ситуация становится еще напряженнее. Я получаю неожиданное послание от отца. В нем он интересуется моим состоянием и сообщает, что хочет меня навестить.

Глава 28 Эйвери

Дэмиан не отказался от меня! Когда я слышу это, мое сердце наполняется таким счастьем, что становится даже немного страшно. Я почти физически ощущаю, как с плеч падает тяжелый груз. Истинного не испугало ни мое прошлое, ни то, что моих родных обвинили в измене и казнили. Дэм не просто принял это, разделив со мной боль потери, но пообещал гораздо больше, чем я вообще могла бы попросить.

Он хочет лично провести расследование и установить настоящую вину моих родных. Я не очень верю, что спустя два года можно что-то найти. А еще беспокоюсь за Дэмиана. Его уже «наградили» проклятьем. А копаться в тайнах двора слишком опасно. Я уверена, что мою семью оговорили. Но тогда существуют те, в чьих интересах был осуществлен оговор. И эти скрытые силы точно не захотят, чтобы их козни стали известны.

Но и отказаться от такого щедрого предложения не могу. Ведь это единственная возможность обелить имя моего рода. Только обязательно возьму с Дэмиана обещание остановиться, если он почувствует

Разглядывая мужчину, думаю, как мне повезло. Он такой чуткий и заботливый. Обещает не торопить меня с близостью. Хотя смотрит при этом так, что все внутри сладко сжимается. Спрашивает, какой я хочу видеть нашу свадьбу. Только мне все равно. Прошлая Эйви обязательно потратила бы кучу времени на продумывание наряда, украшений и самой церемонии. Но сейчас я слишком хорошо понимаю цену всей этой мишуре.

Тех, кого я мечтала бы видеть на своем торжестве, уже нет в живых. Мне почему-то кажется, что мама, отец и брат одобрили такого жениха для меня. Но особенно были бы счастливы, узнав, что мы с Дэмианом истинная пара. Как жаль, что отец не сможет отвести меня к алтарю. Мама помочь нарядиться к свадьбе. А брат всем своим видом поддерживать меня и зорко следить, чтобы его младшую сестренку не обижали.

С грустью думаю об этом, медленно собирая свои вещи. Я тянула с переездом на второй этаж, но больше Дэмиан не готов ждать. Марта тоже тут, помогает мне сложить нехитрые пожитки. Добрая женщина уже поздравила меня с предстоящей свадьбой и крепко обняла, чем вызвала большое смущение.

Все случилось так быстро, что мне еще сложно поверить в настолько радикальные перемены в жизни. Постоянно чувствую себя какой-то самозванкой, недостойной истинной пары. А еще прогоняю сидящий глубоко внутри страх, что все мое счастье может легко разбиться. Слишком оно хрупкое, эфемерное. Наверное, со временем я привыкну, обрету уверенность. Но пока мне тревожно, волнительно и беспокойно.

Наконец все вещи перенесены, по-доброму переглядывающиеся между собой Сэм с Мартой оставляют нас с Дэмианом одних. А я разглядываю предназначенные мне покои, невольно восхищаясь. Что удивительно, они чем-то напоминают те, в которых я жила дома. Просторные, с красивой отделкой стен и потолка. Немного выцветшие гобелены придают романтичность и загадочность.

Вся мебель в хорошем состоянии. Знаю, Дэмиан распорядился принести сюда самую лучшую, какая только нашлась в замке. Останавливаюсь у туалетного столика с зеркалом в позолоченной раме. Удивленно разглядываю лежащие на нем изящные дамские безделушки: костяные гребни с инкрустацией, заколки для волос, украшенные камнями, и другие приятные глазу мелочи. Как давно я была лишена этого.

В платяном шкафу развешаны наряды. Не только те, что отдала мне Марта. Тут есть и новые. Удивленно оглядываюсь на Дэмиана, который с затаенной улыбкой следит за мной. Когда только успел? Хотя Сэм с утра как раз ездил в город. Надеюсь, не в тот, жители которого пытались на нас напасть. Еще вижу теплые плащи, а внизу несколько пар добротной обуви, от изящных туфелек, до теплых ботинок на меху.

Но сильнее всего я радуюсь, когда выдвигаю полки комода. Хотя щеки тут же загораются румянцем. Там лежат комплекты тончайшего кружевного белья, нижние сорочки и шелковые чулки. Именно качественного белья мне больше всего не хватало за два года моих скитаний. На свои скудные средства я могла купить лишь самую грубую ткань, которая натирала кожу. Не думала, что когда-нибудь снова смогу носить такое дорогое и удобное белье.

Последней открываю дверь, ведущую в личную ванную комнату. Еще одна роскошь, которой я лишилась. Мраморная ванна так и манит опуститься в теплую воду и понежить усталое тело. На полочке рядом расставлены стеклянные флаконы с душистыми травяными настойками для кожи и волос. Очень дорогими настойками, такими я пользовалась раньше и примерно представляю цену.

— Тебе нравится? — Дэмиан подходит ближе и осторожно обнимает меня за плечи. Тревожно вглядывается в мои глаза, будто сомневается. Разве такая красота может не понравиться?

— Конечно, спасибо, — улыбаюсь я. — Тут так много всего. Ты позаботился даже о мелочах.

— Хочу баловать тебя, — хрипло произносит он. — И так не слишком многое могу тебе дать.

— Ты уже дал мне столько, о чем я даже не смела мечтать, — качаю головой, ласково касаясь мужественного лица истинного.

Дэмиан тянется ко мне, а я закрываю глаза. Мне еще немного неловко. Но когда теплые мужские губы накрывают мои, смущение быстро проходит, сменяясь удовольствием от очень нежной, бережной ласки. Дэм словно приучает меня к себе, не спешит, не давит. Только пробует мои губы, как редчайшее лакомство.

Сердце мгновенно ускоряет ритм. Тело наполняется незнакомым томлением. Меня уже целовали в академии, но это даже сравнивать нельзя. Тогда было просто любопытно, немного забавно, немного неловко. И хотелось прекратить. А сейчас я мечтаю, чтобы истинный сжал меня сильнее, так, чтобы перехватило дыхание. И сама пугаюсь таких откровенных желаний.

А еще прислушиваюсь к себе. Возможно, мне показалось, или внутри меня действительно что-то шевельнулось? Я очень надеюсь, что моя драконица жива и скоро даст о себе знать. Сейчас я очень хорошо чувствую, как магия Дэмиана ластится ко мне, как ручной котенок. Согревает сладко и тепло. И моя драконица должна это чувствовать.

— Тебя точно не пугают метки проклятья? — шепчет Дэм, позволяя мне сделать вдох, но не выпуская из объятий. Странно, что даже сейчас в глубине его глаз я вижу странную, щемящую горечь.

— Нет, — качаю головой. — Они уже почти незаметны. Меня ничего в тебе не пугает, наоборот, очень нравится, — отвечаю правду и вижу, как вспыхивают золотом его глаза. — Но я продолжу делиться с тобой магией. Чтобы и оставшиеся следы до свадьбы полностью ушли. Хочу, чтобы ты тоже перестал беспокоиться.

— Тогда прими ванну и приходи ко мне. Мы поужинаем, обсудим свадьбу. А потом ты полечишь меня, — голос истинного проседает еще сильнее. В глазах разгорается желание.

— Я тоже хочу спросить, — решаюсь задать вопрос: — Тебя что-то беспокоит? Ты говорил, что я пока не чувствую нашу связь. Наверное, это так. Но что-то все равно ощущаю. Твою тревогу или боль. Не могу понять…

— Я просто огорчен, что не встретил тебя раньше, — Дэм притягивает меня ближе, поглаживая мои волосы. А я вдыхаю его потрясающий мужской запах и млею от удовольствия. — Не избавил от боли, страданий, голодных, одиноких ночей. Когда думаю об этом, злюсь на себя. Не переживай, со временем я привыкну. Позвать Марту, чтобы помогла тебе с ванной?

— Не нужно, я сама.

— Хорошо. Но скоро я буду тебе помогать. Сегодня же напишу другу с просьбой подобрать и прислать в замок священника с правом заключать брачные союзы. Думаю, через неделю мы поженимся.

Глава 29 Дэмиан

Визит отца мне удалось отложить.

Пока я отговорился тем, что подхватил лихорадку. И пообещал: как только станет лучше, сам его приглашу. Конечно, никакая лихорадка для драконов в здоровом состоянии не опасна. Но они-то считают, что я при смерти. А отец очень не любит подвергать непонятному риску свою пару. Даже если этот риск эфемерный.

Сообщать отцу, что проклятье отступило, я пока не готов. Тогда придется рассказать и об Эйви. А о ней он узнает, лишь когда мы будем женаты. Организация свадьбы сейчас самый главный вопрос. И переезд Эйви в соседние со мной покои. Мой зверь мечется внутри, не давая ни на чем сосредоточиться.

Ему нужно постоянно видеть истинную, если уж обстоятельства не позволяют присвоить ее прямо сейчас. Просто чувствовать ее, касаться, смотреть. Осознавать, что пара совсем рядом. Пока Эйви собирает вещи, отправляюсь в ее новую спальню и проверяю, все ли там готово. Сэм уже привез все, что я заказал, и заканчивает с утеплением огромных окон. Не хочу, чтобы мою пару беспокоили даже сквозняки.

Прохожусь по комнате, машинально открывая дверцы шкафов и ящики комода. У последнего застываю. Касаюсь пальцами тончайшего белья, с предвкушением представляя, как оно будет смотреться на моей паре. Тело реагирует на эти картинки мощнейшей волной желания. Но я усмиряю его. У меня нет времени на ошибку. Свадьба состоится скоро, Эйви не должна бояться близости со мной.

Когда она наконец поднимается сюда и тоже начинает изучать все вокруг, жадно слежу за парой. За ее невероятно вкусным смущением, нежным румянцем на щеках, мечтательным выражением лица. Мой зверь рвется к ней, желая заполучить в свои лапы. И я сдаюсь его и своему желанию. Обнимаю Эйви, бережно притягивая к себе, и пробую ее уста на вкус.

Сам не понимаю, каким чудом удается сделать поцелуй нежным и осторожным, ведь все внутри ревет от вожделения. Но даже так Эйви сначала испуганно замирает, лишь постепенно расслабляется в моих руках, позволяя себя целовать. А когда мы оба приходим в себя, неожиданно задает вопрос, который снова погружает меня в пучину отчаяния. Что меня тревожит?

Я должен радоваться, что истинная с каждым днем все лучше чувствует меня. Но в нашем случае это лишь приближает катастрофу. У меня остается все меньше времени до того, как скрывать правду от нее станет невозможно. Каждая уходящая минута отдается в груди глухой тоской.

Совместный ужин в моих покоях на время отодвигает заботы и страх потерять пару, который теперь всегда со мной. Я наслаждаюсь обществом Эйви, смущая ее жадными взглядами, которые с трудом контролирую. Любуюсь ею, слушаю нежный голос. С радостью замечаю, как она тоже с интересом рассматривает меня.

После ужина Эйви снова делится со мной магией. И это очередное испытание моей выдержки. Как расслабиться, когда каждое ее прикосновение словно током бьет. Выворачивает жилы от потребности схватить истинную в объятия и затащить в постель. А потом долго и сладко доказывать, что она моя.

Держусь, сколько могу, не в силах скрыть дрожь, когда Эйви наклоняется слишком близко, окутывая меня своим ароматом. Вглядываюсь в прекрасные глаза, замечая там отголоски желания. И в конце-концов не выдерживаю, увлекая ее на себя и втягивая в головокружительный поцелуй.

Наши магии сплетаются в общий вихрь уже без всяких барьеров. Окружают нас бережным коконом. Эйви больше не боится, сразу откликаясь на поцелуй. Зарывается пальчиками в мои отросшие пряди, тянет мою голову на себя. А я довольно рычу ей в губы и позволяю себе чуть больше откровенной ласки, заигрывая с ее язычком.

Я уже ничего не помню, кроме до боли желанной женщины в своих руках. Но моя пара приводит нас обоих в чувство, отворачивая голову и упираясь ладонями мне в грудь. С мучительным выдохом отпускаю ее. Сдерживая стон разочарования, закрываю глаза и усмиряю тело, каждая клетка которого тянется к истинной.

Потом встаю и провожаю Эйви до соседней двери, позволив на прощанье лишь прикоснуться губами к ее пальчикам. А в своих покоях сразу отправляюсь в купальню, выливая на голову ведро холодной воды. И уже собираюсь ложиться спать, заранее представляя какие жаркие и мучительные сны мне обеспечены, когда почтовый артефакт принимает сообщение.

Новости от Зака действуют сильнее ледяной воды. Друг должен был достать и переслать мне материалы по делу семьи Марлоу. За эти два года все, что хранилось у нас, он сдал в Тайную канцелярию. Но в любом случае в наших бумагах не было копий допросов, исследования улик и выводов следствия, на которых потом строился приговор. Зато у Зака остались связи в Тайной службе. Ими он и собирался воспользоваться, чтобы достать нужные данные.

Читая его сообщение, едва не теряю контроль над зверем, чудом не уходя в оборот. Но когти на концах пальцев все же прорываются, а из горла рвется тихий, угрожающий рык. Все документы по странному стечению обстоятельств еще полтора года назад полностью уничтожил случившийся в хранилище канцелярии пожар. И будто этого мало, спустя несколько часов после того, как Зак впервые обозначил свой интерес, он обнаружил за собой слежку.

Кто-то постарался спрятать все концы и до сих пор соблюдает осторожность. Все это может значить только одно — с делом родителей моей пары что-то нечисто. А у меня теперь нет возможности изучить материалы расследования и найти нестыковки. Они там точно были, иначе нет причин уничтожить улики. Остается вопрос — насколько все плохо. Пожаром скрывали мелкие нестыковки, которые есть в любом деле, или что-то гораздо более опасное?

Как мне это узнать? А главное, как потом смотреть в глаза паре, если выяснится, что ее семью подставили? Мне кажется, что земля под моими ногами начинает осыпаться. Я уже понимаю, что падения не избежать. Прошлые и нынешние ошибки уже скоро утянут меня в бездну.

Глава 30 Эйвери

С каждым разом мне все легче принимать поцелуи Дэмиана. И не только принимать, самой тоже участвовать. Касаться сильного мужского тела, скользить ладонями по горячей, гладкой коже. Такой приятной на ощупь, что хочется ощутить ее губами. Но на такие откровенные ласки я решусь только после свадьбы. А пока мне

Я вижу, как к моему истинному быстро возвращаются силы. Он был болезненно худым, когда я увидела его в первый раз. А сейчас под смуглой кожей с едва заметным черным узором начинают прорисовываться мышцы, возвращая его фигуре тот вид, который был до проклятья. Когда Дэм обнимает меня, я чувствую, как он сдерживает эту силу, чтобы не причинить мне вреда. А еще он уважает мои границы и отпускает сразу, как только я легко упираюсь ему в грудь. Восстанавливает сбившееся дыхание и провожает меня до новых покоев, хотя идти тут всего два шага.

Перед тем, как забраться на роскошную, широкую кровать, я еще раз прохожусь по комнате, радуясь всему, что вижу. Перед зеркалом расчесываю волосы изящным гребнем и заплетаю на ночь косы. Надеваю тончайшую ночную сорочку, касаюсь пальцами шелковых панталончиков, ткань которых мягко льнет к коже. А потом устраиваюсь на удобном матрасе, ощущая, как он бережно охватывает мое тело.

Хотя я устала от забот, сон не идет. Я просто разглядываю потолок с лепниной в слабом освещении ночника. И вздрагиваю, заметив, как перед моим лицом начинает сгущаться воздух, прямо на глазах меняя очертания. Но сразу успокаиваюсь, понимая, что это Инис наконец меня посетил.

Два пылающих огнем глаза прорезают темноту, а я шепчу:

— Рада, что ты вспомнил обо мне! Где так долго был? У меня столько новостей, — обрушиваю на него вопросы. Но говорить стараюсь тихо, ведь за стенкой Дэмиан.

— Я тоже рад, — голос в моей голове звучит без особого восторга, но все же добродушно. Будто дух говорит с непоседливым ребенком. — У меня много обязательств. Я уже говорил, что отвечаю не только за этот замок.

— А за что еще? — интересуюсь я.

— Позже узнаешь, — его ответ сразу напоминает о том, что дух у меня своенравный и скрытный.

— Ладно, тогда расскажу я. Мы с мистером Дэмианом истинная пара! Он хочет на мне жениться.

— Конечно, хочет, — спокойно заявляет Инис, ничуть не впечатлившись.

— Ты знал? — не могу скрыть удивления.

— Я знаю все, что делается в этом замке и не только, — делая небольшой кульбит, темный сгусток снова зависает перед моим лицом.

— И ты… рад за нас? Одобряешь? — уточняю с тревогой.

— Как я могу не одобрять то, что задумано Богами? — вот сейчас тон у него поучительный. — Это вы, смертные, бегаете от своей судьбы. И ты побежишь, глупая.

— Что это значит? — мгновенно напрягаюсь. — Куда побегу? Зачем?

— Не зачем, а почему. К тому же, это возможный вариант, но не обязательный. Вдруг в тебе все же возобладает здравый смысл.

— Инис, не пугай меня. О чем ты говоришь? С какой стати мне сбегать от истинного?

— Ну мало ли. Женщины вообще плохо предсказуемы, даже для духов. Например, тебе не понравится свадьба или платье.

— Ты так шутишь? — доходит до меня. Иначе я не понимаю, зачем он все это говорит.

— Конечно шучу, — огненные глаза на секунду ярко вспыхивают. — Думала, у духов нет чувства юмора?

— Думала, нет, — киваю я.

— Ладно, забудь о моей шутке. Но запомни другое: если тебе что-то втемяшится в голову, не делай глупости. Позови хотя бы меня. Я помогу. Поняла?

— Не совсем, — хмурюсь. Эти непонятные намеки меня беспокоят. Но я уже знаю, что из вредного духа просто так и слова не вытянуть. — Но позвать обещаю. Я еще хотела спросить. Раз ты одобряешь наш брак, я могу рассказать Дэмиану о тебе? Не хочу иметь от него секреты.

— А вот это преждевременно, — от неудовольствия Инис даже взвивается к потолку и снова планирует ко мне. — К тому же хозяин и сам скоро все узнает. Он с каждым днем становится сильнее. А вместе с ним и я.

— А когда он узнает о тебе, ты не перестанешь общаться со мной?

— Не перестану. Мы с тобой уже связаны, — ворчит Инис.

— Это хорошо. Тогда продолжим наши уроки? Мою магию ты еще будешь брать?

— Вот сегодня ночью и возьму. И урок тоже во сне продолжим. Тебе пригодится. Хватит болтать, теперь спи.

Утром просыпаюсь бодрой и отдохнувшей. Солнце светит в мое окно, заливая комнату яркими бликами и еще больше поднимая настроение. Даже Инис своим ночным ворчанием не испортил его. Что за глупости? Зачем мне убегать от истинной пары? Я счастлива, что судьба подарила мне такой шанс. И постараюсь его не упустить.

Перед завтраком решаю заглянуть в библиотеку. Хочу найти что-то о семье Дэмиана. Было бы правильно перед свадьбой узнать больше о его роде, проявив дань уважения. Ведь его родители умерли и не смогут прийти на наше торжество, как и мои. Но неожиданное препятствие не позволяет выполнить задуманное. Дверь в библиотеку не открывается. Она не только заперта на замок, на ней стоит магическая защита. Я чувствую личную силу Дэма.

Спускаюсь на кухню к Марте. Хочу помочь ей с завтраком. Я сама просила Дэмиана не брать вторую служанку. Теперь будет несправедливо все дела перекладывать на женщину. Да и я отвыкла бездельничать, мне надо чем-то руки занять. Мою помощь Марта принимает с удовольствием. А я спрашиваю у нее о библиотеке.

— Ох, девочка, хозяин предупредил, туда нельзя пока заходить. Он пытался починить потолок своей магией и не рассчитал. Повредил перекрытия. Балки сдвинулись и могут прямо на голову упасть. Мистер Блэк обещал все исправить, как будет время. А пока запер библиотеку, чтобы никто не покалечился.

Я не помню, чтобы в библиотеке были какие-то проблемы с потолком, но Дэму явно виднее. Собираю на поднос завтрак для нас двоих и спешу наверх. Мой истинный словно чувствует мое приближение и открывает дверь, перехватывая тяжелый поднос. Недовольно качает головой и сам сгружает его на стол. А потом ловит меня в объятия.

Я получаю очень сладкий, чувственный утренний поцелуй и нашептываемые хриплым голосом на ушко комплименты. Очень приятно слушать, какая я красивая и соблазнительная. И как он успел за ночь соскучиться. Я тоже с удовольствием поглаживаю твердую мужскую грудь под рубашкой и чувствую, как сбивается дыхание Дэма. Но еще замечаю напряженную складку на его лбу, задумчивый вид и уточняю настороженно:

— Что-то случилось?

Сейчас меня пугают любые непонятные вещи. Я все еще не ощущаю уверенности и боюсь, что мое хрупкое счастье рассыпется в один момент.

— Ничего ужасного, — качает он головой, подводит меня к столу и отодвигает кресло, помогая сесть. — Не переживай. Просто небольшие сложности. Сейчас расскажу.

Но сначала ухаживает за мной, подкладывает на тарелку разные вкусности. Потом усаживается

— Я попросил друга достать дело твоей семьи. Мне нужно изучить все материалы, на основании которых выносили приговор. Оказалось, все документы уничтожил пожар. Такой внезапный пожар в Тайной канцелярии, в который я не верю. А другу в тот же день сели на хвост. Это значит, давнее дело до сих пор отслеживают. Такое подозрительное стечение обстоятельств мне очень не нравится.

Я чувствую, что бледнею. И ловлю на себе тревожный взгляд истинного.

— Не беспокойся, Эйви, — мягко произносит он. — Даже это не заставит меня отказаться от расследования. Просто все будет немного сложнее и возможно затянется. Но я все равно выясню правду. И еще мне придется расспросить тебя. Узнать, что ты помнишь.

— Почти ничего, — расстроенно качаю головой. — В то время я училась в академии. Домой приезжала только на каникулы и ничего необычного не замечала. Все было как всегда. Никогда в нашей семье не велись опасные разговоры. Отец был предан королю и полностью поддерживал его правление. Я это и на допросах твердила. Но меня не слушали…

Замолкаю, невольно возвращаясь мыслями в то время. И в голове тут же всплывает ненавистное имя.

— А выйти на Алистера Вудстока и получить бумаги у него не выйдет? Он же лично вел дело, — спрашиваю хрипло.

Лицо Дэмиана каменеет. Он отводит взгляд и хмуро сообщает:

— Мы попробуем. Но я уже говорил, ищейка занимался слежкой. Дело вела Тайная канцелярия. Все документы были у нее.

— Тогда что же делать? — уточняю растерянно.

— Я придумаю, не переживай, — вновь смягчается лицо истинного. — Моя сила с каждым днем прибывает. Скоро я смогу пользоваться сумеречной магией.

— А что она дает?

— Ты ведь училась в академии. Что вам рассказывали о сумеречных драконах?

Мы действительно изучали разные виды магии, но сумеречная была самой таинственной, о ней мало рассказывали. А еще такой магией обладает Алистер Вудсток. Странно, но мне почему-то больше не хочется добавлять к его имени проклятья. Будто мешает какой-то барьер.

Или я просто устала, или появление в моей жизни истинной пары изменило меня сильнее, чем я думала. Я больше не хочу жить прошлым. Хотя еще какое-то время придется, раз согласилась на расследование. Но потом я не забуду, нет. Свою семью, маму, папу и брата я никогда не забуду. Просто научусь жить настоящим, раз уж судьба подарила мне такой шанс.

— Насколько помню, сумрак — тонкая прослойка между светом и тьмой, — отвечаю на вопрос Дэмиана. — Сумеречные, или их еще называют теневые, драконы могут перемещаться в этой прослойке, возникая в самых неожиданных местах или оставаясь невидимыми, если захотят. Ты действительно прямо отсюда сможешь переместиться, например в столицу?

— Не все так просто, — качает головой Дэм. — На близкие расстояния я могу перемещаться в физическом теле. И даже захватить кого-то с собой. Если придется быстро покинуть замок, теперь я смогу перенести и тебя, и себя. А когда верну свою силу полностью, то прихвачу и Марту с Сэмом. На далекие расстояния так не получится. В столицу сумрак перенесет меня только в энергетической оболочке и то ненадолго. Я буду все видеть и слышать, но касаться кого-то или двигать предметы не смогу.

— То есть ты можешь попасть в любое место и подслушать, что там говорят? — уточняю ошарашено. Так вот как Алистер Вудсток выслеживал своих жертв! Это же очень могущественная магия. Ей невозможно противостоять, если ты даже не видишь того, кто пробрался в дом и подслушивает все, что обсуждают хозяева. Как хорошо, что сумеречных драконов мало.

— Не в любое и не так легко, — объясняет мой истинный. — Во-первых, существуют законы, ограничивающие использование этой магии. Чтобы перемещаться в чужое жилье, должны быть очень серьезные причины или прямое королевское разрешение. В противном случае пострадавшие могут обратиться к королю. Если дракона признают виновным в незаконном проникновении и нарушении личных границ, его магию заблокируют. Кроме того, не в любое помещение можно попасть. Многие места защищены от таких перемещений. Например дворец, та его часть, где живет королевская семья. Тайная канцелярия тоже и другие объекты. Еще есть артефакты, закрывающие проход. Но тут все зависит от силы дракона. И от его ловкости. Я готов попробовать.

Глава 31 Дэмиан

Заку я отослал новое задание, но сначала потребовал с него клятву неразглашения, подкрепленную магией. Только когда на моем запястье вспыхнул и погас знак принесенной клятвы, сообщил другу, что скоро женюсь. И мне нужна его помощь. Я попросил найти жреца, наделенного властью заключать браки. Но главное, не слишком принципиального. Способного за хорошую мзду сделать все, что потребуется. Если поискать по отдаленным, не самым богатым храмам, такой точно найдется.

Жреца нужно сразу же отправить ко мне в замок, не раскрывая ему моего имени. А вместе с ним передать самое красивое платье из готовых, какое он сможет найти. Я сообщил другу мерки Эйви и даже попытался описать, каким представляю платье для своей невесты. Женственным, утонченным, подчеркивающим ее отважный характер и нежную красоту.

Я мог бы отправить за платьем Сэма, но все в округе знают, что он работает в замке. Если мой слуга начнет искать свадебный наряд, это точно вызовет ненужные слухи. Я уже расспросил Эйви о том, какой она представляет нашу свадьбу. Моя пара сказала, что ей все равно. Ничего не имеет значения, кроме нас двоих. Я с ней согласен, но хочу подарить хоть немного сказки. Пусть никого, кроме нас, жреца и Сэма с Мартой в качестве свидетелей, на церемонии не будет. Это не значит, что все должно пройти буднично.

Марте я поручил придумать особое меню для праздничного ужина и заказать необходимые продукты. А так же живые цветы для украшения стола и зала, где будет проходить обряд. Раздав указания, сам отправился в сокровищницу рода, в которую не заглядывал ни разу с тех пор, как перебрался сюда.

Сокровищница оказалась скромной. Я знаю, что отец назначил небольшое содержание моей матери, когда удалил ее из дворца. Но судя по всему ей все равно не хватало на тот образ жизни, к которому привыкла. И перед смертью она распродавала драгоценности. К счастью ей хватило ума оставить самые ценные, фамильные украшения. Их я и выбрал для моей невесты.

Надеюсь, Заку хватит пары дней на все мои задания. И еще столько же потребуется жрецу, чтобы добраться сюда. Это значит, что через пять дней Эйви станет моей законной женой. А после нашей близости пути назад ни для нее, ни для меня

Во время завтрака с Эйви пытаюсь выяснить, что происходило в ее семье перед арестом. Замечала ли она какие-нибудь странности. К сожалению ей почти ничего не известно. Возможно, что-то важное она вспомнит, но уже понятно, что нужно искать другой источник информации. И прежде всего вспомнить хоть что-то самому.

Кое-что я помню, но не так много, как хотелось бы. Моя память тоже пострадала от проклятия. К тому же тогда имя Марлоу для меня не значило ничего особенного. Не первое и не последнее из знати, члены которого оказались замешаны в грязных играх. В силу моей должности с предательством и другими темными сторонами души я сталкивался регулярно и мало чему удивлялся.

В то время я нащупал следы крупного политического заговора против моего отца, в который было втянуто много аристократов. Находясь под фальшивой личиной, я втерся к ним в доверие и участвовал в тайных собраниях. А с помощью сумеречной магии подслушивал разговоры, не предназначенные для рядовых членов.

Как раз на одном из собраний я встретил младшего Марлоу, брата Эйви. Его имя и внешность не сохранились в моей памяти. Помню, что пытаясь сохранить максимум инкогнито, свои настоящие имена заговорщики не использовали, обходясь кличками. Но у меня был артефакт, копирующий визуальные образы.

Вернувшись с задания, мы с Заком и другими моими помощниками по этим образам вычисляли фамилии. Оказалось, скверна измены поселилась во многих древних родах. Так что имени Марлоу в списках я точно не удивился.

Еще помню, что брат Эйви меня не слишком заинтересовал. Он явно был мелкой пешкой, не призывал к расправе над королем и королевой, не вел себя агрессивно. Но уже самого факта его присутствия среди предателей было достаточно, чтобы его семья попала под подозрение.

Моей главной задачей было выслеживание главарей мятежников. Которые кстати, маскировались значительно лучше рядовых членов, также, как и я, используя личины. Тем не менее и с этим я успешно справился. Тогда и узнал, что среди верхушки оказался уже сам глава рода Марлоу, отец Эйви.

Передав все имена Тайной канцелярии, мы обеспечили ее работой на несколько месяцев вперед. Именно они проводили допросы и добывали доказательства, достаточные для вынесения приговоров. Много благородной крови тогда пролилось на плахе. А я в благодарность за раскрытие заговора получил от отца приказ жениться на дочери изменника короны. И эту «награду» не оценил.

— Расскажи, — обращаюсь к Эйви, задумчиво сидящей напротив меня за столом, — каким был твой брат? Молодые драконы иногда бунтуют против установившихся правил и законов. Может он тоже бунтовал? — я пока не могу рассказать паре, что ее брата видели среди заговорщиков. Не смогу объяснить, откуда взял эту информацию, раз уж сообщил, что все документы сгорели. Приходится заходить издалека.

— Нет, Уильям не бунтовал, — качает головой Эйви, а в ее прекрасных глазах появляется печаль. — Он вообще был спокойным и рассудительным. Никуда не встревал сгоряча. Продумывал свои шаги наперед. К тому же в то время Уилл готовился к свадьбе со своей невестой. Он бы ни за что не стал рисковать их будущим и влезать в опасные авантюры, которые могли закончиться казнью.

— А ты хорошо его знала? Вы были близки?

— Очень хорошо! — в голосе Эйви слышится горячая уверенность. — Брат меня обожал и всегда защищал. И папа тоже…

— И все же, ты тогда уехала учиться. Даже если вы раньше ничего не скрывали друг от друга, потом у него могли появиться секреты.

— Могли, — вздыхает Эйви. — Но я все равно считаю, что он не подставил бы нашу семью под удар. Да и зачем? У брата все было хорошо. Отличная должность, любимая невеста, блестящее будущее.

— Имя его невесты помнишь?

— Конечно, Юджиния Флоренс, — Эйви вздыхает и грустно добавляет: — Возможно, она уже вышла замуж за другого и сменила фамилию.

— Девушка тоже из знатного рода? Не помню такой фамилии среди аристократов, — моя память еще не вернулась к тому состоянию, какой была раньше, когда я легко запоминал большой объем информации.

— Не совсем знатного. Ее отец барон. Получил свой титул не в наследство, а за какие-то заслуги. Но Уиллу было все равно. Он любил Юджинию.

— А она его?

— Не могу сказать точно. Я с ней редко виделась. Всего несколько раз. Но они оба казались мне счастливыми.

— Они были истинной парой?

— Нет. Пары встречаются так редко. Это нам повезло… — Эйви мечтательно улыбается. А у меня от ее улыбки сжимается сердце.

Она права, мне удивительно повезло. А я свое счастье один раз уже упустил. И буду совсем дураком, если повторю эту ошибку дважды. Хотя в моем случае как ни поступи, все будет ошибкой. Но я выбираю ту, при которой смогу оставаться рядом с парой.

Поднимаюсь из-за стола и подхожу к Эйви, я устал находиться так далеко от нее. Мне срочно нужно к ней прикоснуться, ощутить в своих руках, убедиться, что моя истинная не эфемерное видение, а живая и горячая.

Взяв ее за руку, тяну к дивану. Устраиваю рядом с собой, крепко обнимая. Эйви опускает голову мне на грудь. А я дышу ее запахом, перебираю шелковые пряди и чувствую, как клещи страха разжимаются, а сердце успокаивается.

— Невесту твоего брата и ее семью я проверю, — произношу задумчиво. Будет новое задание для Зака. А еще стоит придумать какой-то обманный ход, чтобы запутать тех, кого мы ненароком вспугнули. Например, другу стоит поинтересоваться не только делом Марлоу, но и другими, которыми мы когда-то занимались. Осталось придумать причину, почему ему могло бы это понадобиться. Мое имя светить еще рано. Пусть враги считают, что я медленно сдыхаю от проклятия.

В голову приходит еще одна мысль. Надо узнать у отца, кто принес ему на подпись приговор на семью Марлоу. Представителей старых родов не казнят без прямого разрешения короля. Возможно, так всплывет имя того, кто был заинтересован в падении этого рода. Хотя если он умен, то наверняка действовал не напрямую. И все же я бы задал этот вопрос отцу. Но сначала надо придумать подходящий предлог.

Глава 32 Эйвери

Четыре дня пролетают очень быстро. Я не успеваю морально подготовиться, а Дэм уже сообщает, что наша свадьба состоится на следующий день. Рано утром Сэм поедет к почтовой станции встречать прибывшего из столицы жреца, который проведет брачную церемонию. Его отправил

Мы с Мартой готовимся к праздничному столу, печем пироги и варим морсы. А еще приводим в порядок главный зал замка, в котором будет проходить церемония, украшая его привезенными Сэмом живыми цветами и ярко-красными лентами. Красный цвет — символ страсти, огня, любви. Все драконицы выходят замуж в красном. Каким будет мое платье, Дэм отказался рассказать. Лишь заговорщицки сообщил, что завтра я сама все увижу.

Используя магию, привожу в порядок стены, потолки и пол в огромном и некогда величественном зале, пока Марта расставляет вазы с цветами. Вообще все помещения в замке выглядят уже гораздо лучше, больше не производя впечатление разрухи и запустения. Инис тоже старается, поддерживая вверенные ему владения. Мне остается лишь убрать скопившуюся пыль, освежить гобелены на стенах, добавить блеска старинному мозаичному полу.

Пользуясь случаем, пытаюсь расспросить Марту о родных Дэмиана. Но женщина отвечает неохотно. Всего несколько скупых слов, из которых я толком не могу представить ни характеры, ни взаимоотношения в роду моего истинного. Понимая, что не добьюсь подробностей, оставляю Марту в покое. Похоже придется расспрашивать жениха. Хотя я заметила, что ему эта тема тоже не слишком приятна. Видимо в их семье все было непросто.

Закончив с залом, возвращаюсь в свои покои и разглядываю все вокруг. Я прожила тут совсем недолго. А завтра, наверное, перееду к Дэмиану? Или останусь здесь? Мы не прояснили этот вопрос. Слишком быстро все получилось. Знаю, что в каждой семье все происходит по-разному. Иногда супруги ночуют в одной постели. Иногда каждый в своей, а муж навещает жену, когда хочет близости. Меня волнует, как будет у нас. Но задавать этот вопрос не решаюсь.

На завтра у меня уже все готово. Удивительной красоты белье и нижняя сорочка дожидаются своего часа, также как тончайшие шелковые чулки и туфельки. С прической мне поможет Марта, но я не собираюсь делать ничего сложного. Мои волосы в хорошем состоянии. Совсем не то, что было всего месяц назад, когда мне не хватало на нормальное питание. И фигура снова округлилась в нужных местах, чему я очень рада.

Стук в дверь заставляет меня встрепенуться. На лице появляется улыбка. Я знаю, кто это. Чувствую истинного через дверь. Впускаю его и сразу попадаю в бережные мужские объятия. Оставив на моих губах нежный поцелуй, Дэм всматривается в мои глаза.

— Готова, любимая? — спрашивает хрипло. Я лишь вздыхаю и неуверенно киваю. — Переживаешь? — точно улавливает он мои эмоции.

— Переживаю, — признаюсь честно. — Мне до сих пор не верится, что все это происходит со мной.

— Поверишь. Завтра мы уже будем мужем и женой.

И опять я чувствую в голосе Дэмиана странную напряженность, в который раз задаваясь вопросом о причине. Но вслух не спрашиваю. Расскажет, когда захочет. Темные линии на его лице почти незаметны. Каждый вечер я делилась с ним магией. Правда, эти сеансы всегда заканчивались одинаково — нашими горячими поцелуями и все более смелыми ласками. Мне кажется, я больше не боюсь близости с мужчиной. Тем более, со своей парой. Наоборот, ощущаю волнующее предвкушение.

Усадив меня на диван, Дэм устраивается рядом и снова притягивает меня к себе. Утыкается носом в мою макушку и шумно дышит. Я уже заметила, что мой запах успокаивает его. Впрочем, это как раз нормально для истинных пар. Аромат его кожи тоже будит во мне так много эмоций. Я готова дышать им вечно.

Какое-то время Дэмиан молчит, крепко обнимая меня. Даже слишком крепко, словно боится отпустить. Но мне нравится. В его руках мои страхи перед будущим исчезают. Потом он расслабляется и сообщает:

— Зак прислал информацию по Юджинии Флоренс, бывшей невесте твоего брата. Фамилию она до сих пор не поменяла и замуж не вышла. Все еще живет с родителями. Положение ее семьи не ухудшилось. Судя по всему казнь жениха дочери на них не отразилась. Зак узнал, что у девушки были поклонники, она получала предложения о замужестве. Но отвергла все.

— Неужели так любила брата, что все еще ему верна? — спрашиваю удивленно. — Все же два года прошло. Свадьба не состоялась. Юджиния могла давно устроить свою жизнь. И никто бы ее за это не упрекнул.

— Трудно сказать, в чем причина, — задумчиво отзывается Дэм. — Быть может просто не нашлось подходящего. Друг попробует встретиться с ней. Будем надеяться, она не откажется поговорить о бывшем женихе. Самое сложное, это придется делать скрытно, чтобы не навести на девушку тех, кто следит за Заком.

— А если она не захочет?

— Тогда я проникну к ним в дом и послушаю, о чем они говорят, — решительно заявляет Дэм. — Кстати, сегодня я уже попробовал призвать сумеречную магию и ненадолго переместился на ближайший постоялый двор.

— У тебя получилось? — отодвигаюсь, тревожно заглядывая ему в лицо. — Это не опасно? — сжимаю его руки.

— Не переживай, — качает он головой. — Я перемещался не физически. На это нужно больше сил. И пока совсем недалеко. Все сработало как надо. Меня никто не заметил. Зато я успел наслушаться небылиц о проклятом замке. Постояльцы утверждали, что здесь полно опасных темных сущностей. Больше всех болтал один парень, по виду приезжий. Это подтверждает слова Зака, что страхи среди местных нагнетаются специально.

— На нас снова нападут? — уточняю озабоченно.

— Даже если так, больше им не застать нас врасплох. Я обновил предупреждающие ловушки, они сообщат о приближении врагов. Мы с тобой укрепили защиты стен и подступов к замку. Моя сила благодаря тебе практически восстановилась. Я уже способен дать отпор кучке разъяренных крестьян. Тебе не нужно беспокоиться, любимая. Лучше ложись отдыхать. Завтра не вставай слишком рано, выспись хорошо. Я с утра буду занят со жрецом. Нам надо обсудить обряд. Марта принесет тебе завтрак и платье, поможет собраться. А еще вот, посмотри, — протягивает мне небольшую шкатулку, открывая крышку. — Это фамильные украшения моей матери. Теперь они твои. Надень их завтра пожалуйста.

— Очень красивые, — с интересом рассматриваю изящное колье, серьги и браслет с массивными драгоценными камнями. — Наверное твоя мама в них блистала. Ты расскажешь мне о ней? Я так мало знаю о твоей семье. А хотелось бы узнать больше.

— Расскажу, потом, — слышу глухой голос. Дэм обнимает меня и снова прячет лицо в моих волосах. Сжатые вокруг моего тела руки чуть подрагивают. Кажется, мой истинный тоже волнуется перед завтрашней церемонией.

Глава 33 Эйвери

Просыпаюсь я еще более неспокойной, чем накануне. Меня даже слегка потряхивает. Хотя наверное

К тому же наша совместная жизнь не может быть хуже того, что я уже пережила. Я бы еще могла сомневаться, если бы мне в пару достался жестокий, давящий аурой дракон. Но Дэм не такой. Он очень внимательный, искренне заботится обо мне и много раз доказывал это своими поступками, а не просто словами.

А еще мой жених сильный, смелый, умный, добрый. Дэм по-своему привязан к Марте с Сэмом, никогда не кричит на них, не унижает. И меня не унижал, пока я была всего лишь служанкой. Даже когда мучился от приступов и считал, что его дни сочтены, все равно пожалел безродную девчонку с темной магией и разрешил остаться в замке. Ни разу не упрекнул куском хлеба, не отчитал. Разве это не говорит о его доброй душе?

Я понимаю, что разумных поводов для тревоги у меня нет. Но она почему-то все равно не отпускает. Что не может не сказаться на моем внешнем виде. В зеркале отражается бледное лицо с лихорадочным взглядом. Совсем не то, что нужно невесте. Когда ко мне заглядывает Марта с подносом, накрытым к завтраку, бросив на меня внимательный взгляд, укоризненно качает головой. А потом развивает бурную деятельность.

Пока я без аппетита проглатываю завтрак, запивая его успокаивающим отваром, мои волосы смачивают травяной настойкой для блеска, а на кожу лица, шеи и декольте наносят целебный бальзам для мягкости и свежести. Так что еда у меня получается с привкусом трав. Напоминаю Марте, что могу подправить свою внешность с помощью магии, но женщина лишь отмахивается, сообщая, что так будет надежнее.

Потом я посещаю купальню, на этот раз сама. Принимаю ванну, умащиваю тело драгоценными маслами. Подсушиваю волосы, надеваю домашний халат. А дальше Марта принимается за мою прическу. Попутно я расспрашиваю ее о Дэмиане. И узнаю, что жених поднялся очень рано. Самолично проверил готовность главного зала, праздничного угощения. А потом заперся со жрецом, которого привез Сэм.

— А платье? — уточняю я. Очень любопытно наконец на него посмотреть.

— Сейчас принесу, девочка, только с волосами закончу, — слышу в ответ.

Когда Марта уходит, еще раз внимательно разглядываю себя в зеркале. Теперь я не выгляжу замученной и усталой, последствий плохого сна почти не осталось. Добавляю магией несколько окончательных штрихов и остаюсь довольна. Пока жду, пробую позвать Иниса, но вредный дух не откликается. И ночью тоже не пришел.

А мне так нужна поддержка. Именно сейчас, перед таким важным шагом в моей жизни, я ощущаю, насколько сильно не хватает рядом родных. Их теплых улыбок, искренней радости за меня, добродушных подбадриваний. Сегодня одиночество чувствуется еще острее. Впрочем, не стоит гневить Богов. Я нашла свою пару и уже никогда не буду одна.

Марта заносит мой свадебный наряд, и я отвлекаюсь от своих печалей, с восторгом рассматривая удивительно красивое платье. Возможно, кому-то оно покажется слишком простым. Но для меня подходит идеально. Мне не нужен вызывающий образ, оголенные плечи, пышная юбка, которая не проходит в двери.

Платье, которое заказал для меня Дэм, отлично совпадает с моим внутренним ощущением. Благородный блеск изысканной ткани, россыпь мелких драгоценных камней, мягкие, летящие линии. И немного изюминки, призванной будоражить воображение жениха. Не терпится увидеть этот наряд на себе.

Быстро надеваю белье, чулки, нижнюю сорочку, туфли. А потом уже само платье. Марта справляется с застежками, расправляет ткань и отходит в сторону, восхищенно оглядывая меня. Я тоже рассматриваю себя и чувствую, как поднимается настроение. Девушка в зеркале кажется волшебной, неземной. И очень хорошенькой.

— Какая же ты у нас красавица, девочка, — шепчет Марта, смахивая слезу. — Хозяину просто повезло. Вот он и смотрит на тебя, как на свое самое драгоценное сокровище.

Ее слова приятно греют душу. Марта помогает мне застегнуть фамильные украшения. Они холодят кожу, но быстро согреваются моим теплом. Теперь мой образ выглядит завершенным.

— Пойду узнаю, все ли готово, — озабоченно сообщает женщина и уходит. А я жду, с трепетом считая минуты. Осталось совсем немного до того, как я назову Дэмиана мужем.

Моя глупая тревога снова поднимает голову. Уговариваю себя, что ничего плохого не случится. Некому быть против нашей свадьбы. Ни у меня, ни у моего истинного не осталась родителей, а с дальней родней он не общается. Хватит мучить себя. Все обязательно будет хорошо.

Марта с улыбкой заглядывает в комнату и зовет меня. Пора. Выпрямляюсь, сохраняя идеальную осанку, и покидаю свои покои. Медленно шагаю по широкому коридору в главный зал замка. Стук моих каблучков отражается от стен. Высокие двери настежь распахнуты, захожу внутрь. Мельком замечаю стоящего в глубине зала жреца в длинном, белом одеянии. И сразу же встречаюсь взглядом с Дэмианом.

Мой истинный выглядит таким мужественным, потрясающе красивым, уверенным в себе. Черный камзол, украшенный золотой вышивкой, идеально сидит на его фигуре, обтягивая широкие плечи. Белая рубашка с расстегнутым воротом открывает шею и ямочку между ключицами, к которой я люблю прижиматься губами и дышать вкусным мужским запахом.

Держится мой жених, как настоящий аристократ. С достоинством, врожденным благородством и безупречной осанкой. Сейчас на его внешности не осталось ни следа недавней тяжелой болезни. Я легко могу представить его во дворце рядом с самыми высокопоставленными придворными, даже с самим королем, пусть я никогда не видела Его Величество вживую. Родители так и не успели представить меня ко двору.

Я до сих пор не знаю, насколько влиятелен и знатен род моего жениха. Глядя на разруху в замке, почти полное отсутствие слуг и визитов друзей, решила, что семья Дэмиана или разорилась, или попала в опалу. Хотя древняя кровь в нем явно присутствует, судя по его силе и редкой маги. К тому же он упоминал, что раньше ему приходилось работать. Значит большими средствами в данное время его род не располагает. Но для меня это неважно. Не мне, дочери казненного за измену, смущаться таких обстоятельств.

До встречи с Дэмианом я могла рассчитывать в качестве мужа только на какого-нибудь крестьянина или торговца. Да и то если бы они не испугались моего прошлого и темной магии. Но Богиня подарила мне в истинные самого красивого и благородного дракона, которого я только знаю.

Дэм неотрывно следит за мной, пока я медленно

Мой истинный нежно целует мои пальцы и хриплым от волнения голосом произносит:

— Ты прекрасна, любимая. Я так счастлив, что ты станешь моей…

Мы поворачиваемся к жрецу. За нашими спинами застывают Сэм с Мартой. Только эти двое сегодня порадуются за нас, но я не стану огорчаться. Ведь рядом со мной тот, кому я отдала свое сердце. А это важнее всего.

— Начинайте, — повелительно произносит Дэмиан, переплетая свои пальцы с моими и вытягивая вперед наши сцепленные руки. Жрец обвязывает наши запястья алой лентой и начинает говорить:

— Именем Великой Богини соединяю два любящих сердца, две души, две судьбы в одно целое. Отныне и навсегда вы оба пойдете дорогой жизни плечом к плечу в радости и печали, богатстве и бедности. А теперь обменяйтесь клятвами любви, верности и поддержки. Согласен ли ты, Дэмиан Блэк, взять в жены Эйвери Марлоу? Клянешься беречь ее, заботиться и защищать?

— Да, — уверенно произносит истинный.

— Согласна ли ты, Эйвери Марлоу, взять в мужья Дэмиана Блэка? Клянешься любить и разделять его путь?

— Да, — отвечаю не менее твердо. В этот момент у меня нет сомнений. Все страхи отходят в сторону.

Дальше жрец произносит стандартную ритуальную фразу, звучащую на любом свадебном обряде:

— Если кто-то обладает сведениями против этого брака, пусть сообщит о причине прямо сейчас или замолчит навечно.

В зале наступает зловещая тишина. Вообще-то обычная. Но мне почему-то кажется зловещей. А мое сердце замирает в странном предчувствии. Ровно в этот момент все до одного светильники в огромном зале дружно мигают три раза подряд.

Шумно выдыхаю, не понимая, что происходит. Это Инис? Он все же против нашего брака? Хотя сам говорил, что все предрешено. И почему три раза? Что это значит? Ни да, ни нет...

Вздрагиваю от того, что Дэмиан почти до боли сжимает мою руку. С тревогой смотрю на него и замечаю, как сильно он бледен и напряжен. Сцепленные челюсти, темный, лихорадочный взгляд направлен на жреца. Мой истинный выглядит так, словно здесь не свадьба, а суд. И он готов бороться до конца.

Глава 34 Дэмиан

Ночь перед брачным обрядом провожу практически без сна, беспокойно меряя шагами комнату. Наконец устало заваливаюсь на кровать. Моя решимость сделать Эйви своей нисколько не уменьшилась. Но это решение дается нелегко. Чувствую себя так, будто каждая минута невыносимо длинной ночи приближает меня к приговору. И вынесет его не судья, я моя истинная.

Чтобы обрести покой, мне необходимо снова держать Эйви в руках. Когда чувствую тепло ее тела, дышу ее ароматом, зверь внутри прекращает проверять мою выдержку на прочность, становится ласковым и ручным. Тогда мой план кажется единственно правильным. Я поставил на кон все, ради того, чтобы быть с парой. Мне не нужна жизнь без нее.

Внезапно ощущаю едва заметное колыхание воздуха, будто по комнате проходит легкий ветерок. Что за чертовщина? Резко открываю глаза. Ничего не вижу, но четко чувствую чужое присутствие. Я уже несколько раз ощущал похожее. Наверняка призрак проклятого замка развлекается. Раз уж я передумал умирать, пора наладить с ним контакт.

— Кто здесь? Покажись! — произношу требовательно.

Снова колебание воздуха совсем близко с лицом. Будто призрак издевается, дразнит меня. И не отвечает.

— Что тебе нужно? — пробую вытянуть его на контакт. И слышу неожиданно четкий голос в моей голове:

— А что нужно тебе, глупый дракон? Осознаешь ли ты последствия собственных поступков? Готов идти до конца и принять то, что произойдет?

Ледяной озноб проходит по коже. Чертов призрак говорит об Эйви и моем решении? Что он вообще может знать? Почему вдруг решил заговорить со мной? Еще я всяких темных сущностей слушать буду.

— Я-то готов. А ты проваливай отсюда, мне не нужны советчики. Лучше не вмешивайся, — рычу зло и больше не чувствую чужого присутствия.

Забываюсь беспокойным сном под самое утро. Встаю еще до рассвета и проверяю готовность замка к предстоящей церемонии. Проходя по помещениям, пытаюсь уловить темную энергетику. Где прячется призрак? До сих пор мне было все равно. Проклятый дракон и проклятый замок вполне уживались друг с другом. Так какого демона теперь эта сущность пытается влезть в мое решение? И насколько способна навредить?

Так ничего и не почувствовав, иду встречать жреца. Запираюсь с ним в кабинете, навесив полог тишины. Золото для подкупа уже готово. Уверен, он не будет артачиться. Почти сразу удостоверяюсь в этом по жадному блеску глаз и хищному выражению лица, как только жрец замечает мешочек с высыпанными из него золотыми монетами и драгоценностями.

— Это твое, если сделаешь все, как надо, — говорю прямо. Лишнего времени у меня нет. Марта уже должна разбудить Эйви и отнести в ее комнату свадебный наряд. Я его проверил. Зак выполнил мою просьбу в точности. Сам не выбрал бы лучшего платья для моей пары.

— Чего ждет от меня господин? — подобострастно кланяется жрец.

— Ничего незаконного. Как тебя учили, проведешь свадебный обряд, соединив меня с истинной парой. Я назову тебе наши имена. Но мое полное имя будешь знать только ты. Это необходимо, чтобы магия Богини подтвердила обряд. Вслух, для невесты озвучишь лишь часть имени. Это не ложь, оно такое же настоящее. Просто сокращенное.

— Это все? — недоуменно уточняет жрец. — Слишком большая плата за такую малость.

— Ты прав, не все. Тебе придется принести клятву неразглашения. Как только проведешь обряд, сразу покинешь замок и забудешь все, что здесь произошло. И те имена, что прозвучат, тоже. Никто не должен узнать об этой свадьбе. Ты понял, никто! Не пытайся обойти клятву. Иначе достану тебя из под земли.

— Все сделаю, господин, — кривит губы жрец. Произносит слова клятвы, закрепляя ее магией. Только после этого я называю себя. И вот тогда в глубоко посаженных хитрых глазах мелькает животный страх. Теперь он не посмеет ослушаться. Хотя бы одна польза от моего прошлого есть. Похоже, имя королевской ищейки еще не успело выветриться из памяти обывателей.

Закончив с главным вопросом, приказываю Сэму принести жрецу еду. После церемонии сразу отправлю его обратно. Нечего ему делать в замке. Еще попадется на глаза Эйви и чем-нибудь выдаст себя. Сам иду к себе и быстро облачаюсь в подходящую для свадебного торжества одежду. Меня мой

Жду ее в главном зале, сгорая от нетерпения. Я позаботился, чтобы нам никто не помешал. Выставил вокруг замка защитный контур, запитав магией. Несколько часов он продержится, не пропуская внутрь никого из чужих.

Наконец слышу шаги и чувствую приближение пары. Эйви заходит в зал, заставляя меня замереть на месте. Жадно разглядываю ее всю, от кончиков туфелек до золотистых локонов, уложенных в простую, но изящную прическу. Моя пара, моя любовь, мое сердце, которое никто не смеет у меня отобрать. Невыносимо прекрасная, до боли желанная, единственная.

Беру Эйви за руку, хрипло шепчу, как я счастлив. Сплетаю наши пальцы и, развернувшись к жрецу, требую начинать обряд. Служитель Богини делает все правильно. Обращаясь к невесте, озвучивает лишь мое второе имя. Такое же настоящее, просто не полное. Магия не должна отвергнуть его. Но я все равно неспокоен.

Любимая твердо произносит «да». Ее доверие восхищает и одновременно ввергает меня в бездну вины. Ведь прямо сейчас я предаю его, скрывая от нее правду. Дальше жрец зачитывает ритуальные слова:

— Если кто-то обладает сведениями против этого брака, пусть сообщит о причине или замолчит навечно.

Ровно в этот момент все светильники в зале одновременно гаснут и снова зажигаются. И так три раза. Но больше ничего не происходит. Что за странный намек? Демонов призрак решил мне помешать? Не бывать этому! Эйви моя. Никто ее у меня не отнимет. Никакие духи, темные силы, живые или мертвые.

— Продолжай, — сцепив челюсти, цежу растерявшемуся жрецу. Тот бросает на меня опасливый взгляд. Шумно сглатывает и наконец заканчивает обряд:

— Перед ликом Великой Богини смиренно прошу ее принять брачные клятвы. Дать свое благословение и скрепить союз этой пары.

Обхватив ладонью висящий на шее амулет, второй рукой жрец касается красной ленты, обвивающей наши запястья. Лента ярко вспыхивает. Кожу на мгновение обжигает огнем. Чувствую, как Эйви вздрагивает. Но боль длится всего миг. Вокруг наших запястий струится уже не лента, а сплетенные воедино жгуты светлой и темной магии. Когда магия исчезает, на обоих запястьях проступают брачные узоры. Богиня подтвердила клятвы и скрепила союз! Теперь мы муж и жена.

Остальное происходит для меня как во сне. Я все еще не верю, что все закончилось. Не сдерживаюсь и целую свою жену, жадно, страстно, собственнически. Обнимаю ее за талию, не в силах отпустить от себя даже на миг. Мы принимаем поздравления от Марты и Сэма. Дальше киваю слуге. Он кланяется и уводит жреца. Его задача — сразу же отвезти служителя Богини на почтовую станцию и проследить за отправлением.

Мы с Эйви садимся за накрытый Мартой праздничный стол. Вдвоем, друг напротив друга. Я ухаживаю за женой, не в силах оторвать от нее восхищенного, жадного взгляда. Все блюда приготовлены идеально, но мы едва притрагиваемся к ним. Все мысли о том, что случится за дверью спальни.

Не выдерживаю и поднимаюсь, беру Эйви за руку.

— Пойдем, любимая? — спрашиваю хриплым, севшим от волнения голосом. Она кивает, покрываясь нежным румянцем. Веду жену в приготовленные для нас покои. Мои покои. Мы будем жить вместе. Других вариантов я даже не рассматриваю.

Спальня чисто убрана. Кровать застелена самым лучшим, изысканным бельем. На столах расставлены вазы с цветами, напитки и легкие закуски. Мраморная ванна наполнена чистой, теплой водой. На этот раз без душистых настоек. Для драконов нет ничего лучше запаха своей пары.

— Ты восхитительна в этом платье, — хриплю я. — Но позволь помочь тебе избавиться от него…

Эйви чуть заметно улыбается. Смотрит так, что ее взгляд пробирает до нутра. В нем столько искренних чувств, которые моя пара не скрывает. Счастье, радость, любопытство, пробуждающееся желание. И абсолютное, полное доверие, что словно огнем мучает меня.

Захожу ей за спину, аккуратно вынимаю шпильки из прически. Выпускаю шелковые пряди на волю и зарываюсь в них лицом, жадно дышу запахом истинной. Подрагивающими пальцами расстегиваю застежки на платье и спускаю его к ее ногам. Сходя с ума от желания, целую плечи, стройную шею, чувствуя, как Эйви дрожит.

Обхожу ее и с ревущим внутри восторгом жадно рассматриваю всю, невозможно соблазнительную и желанную. В тонкой нижней сорочке, не скрывающей изгибы идеального тела. Опускаюсь перед женой на колени и помогаю снять туфли. Нежно поглаживаю изящные щиколотки.

А потом, запустив руки под подол сорочки, осторожно стягиваю чулки, с благоговением касаясь обнаженной кожи. Эйви шумно выдыхает и хватается за мои плечи. А я целую ее бедра и живот прямо через ткань. Поднимаюсь и подхватываю любимую на руки. Несу ее в купальню. Аккуратно опускаю в воду. Тянусь, чтобы помочь ей снять сорочку

— Можно, я сегодня вымоюсь сама? — смущенно просит она.

— Хорошо, — соглашаюсь, сжимаю в кулаки дрожащие от возбуждения пальцы. Я ведь обещал не давить. Дать ей привыкнуть. — Но потом мы обязательно будем делать это вместе, — сообщаю хрипло и оставляю ее одну. Пока Эйви принимает ванну, наскоро обмываюсь в ее прежних покоях.

Надев только нижние штаны, чтобы не смущать пару, возвращаюсь в спальню и нервно прохаживаюсь рядом с кроватью. Когда моя истинная появляется на пороге купальни, завернутая в белоснежную простыню, снова подхватываю ее на руки и опускаю на кровать. Наклоняюсь над ней, вглядываясь в прекрасные, чуть затуманенные глаза. И застываю.

Моя истинная, самая желанная женщина в мире, так близко. Она моя по всем нашим законам. Я имею полное право сделать ее своей. Но я не могу… не могу совершить этот последний шаг. После него для Эйвери не останется выбора. Для меня его и так уже нет. Но только сейчас окончательно осознаю, что не смогу лишить выбора ее.

Я горю в самой жестокой лихорадке, раздирающей меня надвое. Зверь внутри ревет, выворачивая жилы и требуя немедленно сделать истинную своей. Ничего сильнее этого я не желаю. Тело буквально трясет от вожделения. А вторая часть меня, та, для которой счастье и спокойствие пары — самое важное на свете, требует не трогать ее сейчас. Сцепить зубы, выть от желания, но удержаться. Не предать доверия. И я не знаю, что победит.

Глава 35 Эйвери

Зря я изводила себя. Наша свадьба состоялась. Если исключить странную заминку с миганием светильников, за которой ничего страшного не последовало, в остальном все прошло прекрасно. Меня даже не смутили пристальные взгляды жреца, который проводил обряд. Впрочем, Дэмиан сообщил ему мое настоящее имя. Думаю, такое внимание связано с этим. Показательное уничтожение рода Марлоу еще не

Но гораздо больше, чем поведение жреца, меня занимает сам обряд. Я всерьез опасалась, что Великая Богиня сочтет меня недостойной и не благословит наш брак. К счастью, все обошлось. С замиранием сердца наблюдаю, как жгуты магии обвивают наши с Дэмианом запястья и растворяются, а вместо них на коже проступают парные брачные татуировки. Это очень красивое и волнующее зрелище.

Дэмиан так же внимательно следит за появлением узоров на наших запястьях, переводит торжествующий взгляд на меня, и его лицо озаряется сумасшедшей радостью. Похоже, он сильно переживал, а теперь счастлив и не скрывает этого. Обнимает меня с отчаянной жаждой, целует сладко, ничуть не стесняясь свидетелей. А дальше мы как-то быстро остаемся одни.

За праздничным столом я едва пробую блюда, заботливо приготовленные Мартой. Сердце стучит от волнения. Есть под жарким, плавящим взглядом Дэмиана не получается. Когда он берет меня за руку и тянет за собой, не сопротивляюсь. Я понимаю, что сейчас будет. Наша брачная ночь. Наверное, я готова. Я люблю своего мужа. А значит, нет ничего более правильного, чем соединиться с ним.

Ужасно непривычно раздеваться с помощью мужчины. Особенно, когда муж превращает избавление от одежды в сладкую пытку. Каждый его поцелуй, каждый жаркий выдох обжигает кожу, воспламеняет кровь, зажигая все нервные окончания. Тело становится невозможно чувствительным и жаждет его ласк.

И все же предстать перед мужем полностью раздетой мне еще неловко. К счастью Дэм позволяет мне принять ванну одной. Но когда я, завернувшись в тонкую простыню, появляюсь на пороге спальни, подхватывает меня на руки и несет к кровати. Нависает надо мной, одетый лишь в одни штаны, позволяя любоваться гладкой кожей, уже без страшных узоров проклятья. Широкими плечами, сильным торсом.

Я мечтаю впервые ощутить тяжесть мужского тела, вот только дальше происходит что-то странное. Дэмиана буквально трясет, в его глазах раскаленная лава темного вожделения. Даже со своей неопытностью я могу это понять. Он приникает к моим губам, целует с отчаянной жадностью, будто я заменяю ему весь кислород. И хрипло шепчет:

— Мы не станем торопиться, любимая. Я обещал, что все случится, когда ты будешь готова. И я подожду. Каждую ночь буду нежить и ласкать тебя, позволяя ко мне привыкнуть. Убаюкивать тебя, чтобы ты засыпала в моих объятиях. Спи, любовь моя, я скоро.

Дэм уходит, оставляя вместо тепла холод и недоумение. Его слова звучат, как забота обо мне. Но я все равно испытываю разочарование. Я ведь была готова. Но выпрашивать близость точно не решусь. Еще недостаточно уверена в своих силах для такого.

Вскоре муж возвращается, ложится позади меня, крепко обнимая и притягивая спиной к своей груди. Его кожа влажная и прохладная, будто он вылил на себя ведро ледяной воды. Но очень быстро вновь становится горячей, согревая и успокаивая меня.

В конце концов, мне стоит радоваться, что муж так внимателен и заботлив. Не торопится утолять собственные желание и боится навредить. Все у нас случится, только немного позже. Заставляю себя забыть об огорчении и засыпаю в бережных объятиях.

Утром прямо в постели получаю порцию сладкой, нежной ласки. Муж целует мои губы, лицо, шею, ключицы. Но дальше снова не идет. Когда его начинает буквально трясти от желания, а дыхание полностью срывается, снова оставляет меня и уходит в купальню. Я лежу взбудораженная и разочарованная. Его ласки пробуждают мое тело, оно уже хочет большего. Ведь рядом со мной единственный, предназначенный только для меня мужчина. Может, я ошиблась, и Дэм на самом деле не хочет меня? Но зачем тогда женился?

Весь следующий день ловлю лукавые взгляды Марты и борюсь с непонятной тревогой. Пытаюсь отвлечься делами, но женщина мягко выпроваживает меня с кухни, сообщив, что сейчас у нас с мужем самое сладкое время. Мы должны быть полностью поглощены друг другом, а не тратить его на бытовые дела.

Дэмиана нахожу в его кабинете, он изучает какие-то бумаги. Как только вижу его непривычно жесткое, сосредоточенное лицо, приходит мысль, что я плохо его знаю. Каким он был до проклятья? Чем конкретно занимался? Вот такого, каким вижу сейчас, легко могу представить на важной службе или высокой должности, требующей острого ума, хладнокровия и выдержки. Мой муж как раз такой.

На секунду почему-то становится страшно. Но Дэм уже замечает меня. И его лицо сразу меняется. Улыбаясь, он протягивает ко мне руку, а как только приближаюсь к нему, сразу затягивает меня к себе на колени. Обнимает, ласково прижимая к своей груди. Нежно потирается колючим подбородком о мои волосы, прикасается губами к виску, шумно втягивая мой запах.

Мерный стук его сердца мгновенно успокаивает меня. Сейчас мне хорошо, как никогда. И сразу становится стыдно за все нелепые страхи, что я успела надумать. Дэмиану нет никаких причин женится на мне, если только не по любви. Я давно не аристократка с древней кровью, не завидная невеста с отличным приданым. Все мое приданое сейчас — опальный род, нищета и казненная за измену семья.

— Что ты изучаешь? — спрашиваю, нежась в объятиях мужа.

— Отчет Зака о Юджинии Флоренс, — отвечает он, поглаживая мою спину. Ему явно приятно касаться меня. И зачем я, дурочка, так волновалась? — Зак попытался встретится с девушкой. Но она отказалась с ним говорить. Как только услышала имя бывшего жениха, побледнела и заметно испугалась. А потом твердо заявила, что давно забыла это имя. Оно больше не имеет к ней отношения. Зак пишет, что девушка отреагировала слишком остро. Не так, как должна была спустя два года после разрыва неудачной помолвки. А еще он почувствовал на ней сильный артефакт. Но не смог определить, какой.

— Разве использование артефактов так легко вычислить? — уточняю я. — Насколько помню, в академии упоминали, что единицы из драконов могут их чувствовать.

— Ты права, единицы. Зак как раз из таких. Поэтому я и взял его к себе… — Дэмиан вдруг замолкает. Чувствую от него волну досады и настороженности. Ему неприятно вспоминать о работе?

— Какую должность ты занимал? Я так мало знаю о тебе… — чуть отодвигаюсь, заглядывая мужу в глаза.

— Клерка в столичной мэрии, — глухо отвечает он, крепче сжимая объятия и возвращая мою голову себе на грудь. — Должность небольшая, но связями успел обзавестись. И с Заком там познакомился.

— Я очень благодарна твоему другу за помощь. Передай ему от меня спасибо, — говорю с чувством. — Так что ты думаешь о Юджинии? Почему она так себя вела? И зачем ей сильный артефакт?

— Пока не знаю, — задумчиво

— Прямо сейчас? Тебе надо лечь? Я могу остаться с тобой? Как это вообще выглядит? Ты будешь перемещаться только оболочкой? А как определяешь, куда попасть? — засыпаю его вопросами.

— Ложиться не обязательно, — отвечает Дэм по-порядку. — Но хотя бы сидеть надо. Выглядит это никак. Я просто застываю на какое-то время, будто засыпаю. Ничего интересного. Для перемещений мне нужен какой-нибудь якорь. Например, хорошо представить место. Лучше всего получается, если я там уже был. Или человека, рядом с которым хочу оказаться. Опять же четко увидеть его образ. Тебе не стоит присутствовать, я не смогу сосредоточиться. Подожди меня в другой комнате, я тебя позову.

— А в сумраке можно заблудиться и не вернуться? — спрашиваю с тревогой.

— Возможно, но почти исключено. За всю историю королевства таких случаев была всего пара.

— Как вытащить заблудившегося в сумраке? — хмурюсь я. Его слова о редких случаях меня не успокоили.

— Самый простой способ — через парную связь, — улыбается муж, оставляя легкий поцелуй на моих губах. — Тебе достаточно только позвать, и я всегда приду, где бы ты ни была.

— Это хорошо, — довольно отзываюсь я. Связь у нас уже есть. Мне кажется, после обряда я ее еще сильнее чувствую. И мою драконицу тоже. Как теплый огонек в груди.

Дэм снова целует меня, но уже не нежно, а жадно, страстно. Я отвечаю со всем пылом. Наше дыхание смешивается, его руки зарываются в мои волосы, не позволяя отвернуться. Муж возбужденно рычит, оставляя хаотичные поцелуи на моих скулах, подбородке, шее. А потом отрывается от меня и мучительно выдыхает, явно борясь с собой.

Так хочется, чтобы он прямо сейчас подхватил меня на руки и унес в нашу спальню. И сделал своей. Но муж успокаивает дыхание, ссаживает меня с колен и хрипло просит:

— Иди, любимая. Рядом с тобой я не могу думать о другом. Скоро тебя позову и расскажу, что увижу.

Делать мне нечего. Выхожу в коридор и отправляюсь прогуляться по замку. Запоминаю помещения, в которых еще надо поработать магией. Хотя сейчас все вокруг уже выглядит так, что можно спокойно приглашать гостей. Проходя мимо библиотеки, вспоминаю, что хотела спросить о ней мужа. Может, пора уже ее открыть? До свадьбы я так и не узнала ничего о роде Дэмиана. Надо хотя бы теперь восполнить пробел.

Может быть попробовать сейчас? Раз мы женаты, вдруг я смогу открыть помещение, запечатанное магией моего мужа? Во время обряда наши силы переплелись. Я чувствую частичку магии Дэмиана в себе. А он должен чувствовать мою.

Но от библиотеки меня отвлекает другая мысль. Вспоминаю, что случилось на церемонии. Эти мигающие светильники, знаки от Иниса, для чего они были? Когда вредный дух снова явится ко мне и все объяснит? А самое главное, как нам теперь общаться, если спать я буду с мужем в его постели?

Глава 36 Дэмиан

Я не тронул Эйви, но чего мне это стоило. От сумасшедшего желания соединиться с парой выворачивало наживую каждую жилу в теле. Руки жили своей жизнью и не желали выпускать истинную. Дракон внутри ревел, пытался вырваться, чтобы сделать то, что для зверя единственно правильно. Присвоить ту, что предназначена только для него.

Зверя я усмирил, тело остудил ведром ледяной воды. Но долго так продолжаться не может. Я и сам это понимаю. Этим утром, когда сладко целовал Эйви, снова жестко сдерживая себя, ощутил слабую эмоцию разочарования от нее. Это резануло по сердцу. Моя истинная не понимает, что со мной происходит.

Я пересмотрел планы и больше не оставляю Эйви без удовольствия. Моя пара готова принять меня. Наша истинность настраивает нас друг на друга, ускоряя процесс привыкания. Даже без полного соединения можно наслаждаться близостью.

Мне предстоит сделать последний шаг — признаться и умолять о прощении. Рассказать, как все было на самом деле. Объяснить свои поступки. Открыться до конца. Вот только страх потерять пару разъедает душу. Мне нужно хотя бы несколько дней, чтобы заласкать Эйви, показать, как нам будет сладко вместе. Приручить к себе. И при этом не перейти за грань, чтобы жена не чувствовала себя загнанной в ловушку.

А пока отвлечься от мучительно-жарких мыслей об истинной в моей постели помогает расследование. Это еще один пункт в завоевании доверия Эйви. Только дело почти не движется. Нельзя нормально заниматься поисками, находясь так далеко от столицы. Я почти всю работу перекинул на Зака, но у него и своей хватает.

По-хорошему, нужно возвращаться. Вспомнить все свои навыки, направить их на достижение результата. Но появление в столице повлечет за собой слишком много сложностей. От тяжелого разговора с отцом и признания в тайной женитьбе, до фактической демонстрации перед всем двором, что я излечился от проклятья. А значит, враги снова начнут атаки.

Но в любом случае первой правду должна узнать моя жена. О том, кого спасла и за кого вышла замуж. Моя любимая и так задает много неудобных вопросов. Ей хочется узнать больше обо мне. А я продолжаю врать и презираю себя за это. К счастью внимание Эйви удается переключить. С моего прошлого на бывшую невесту ее брата. Девица, кстати, ведет себя подозрительно. Зак тоже обратил на это внимание.

Отправив Эйви в другую комнату, призываю сумрак. Друг прислал мне магический снимок Юджинии Флоренс и дома ее родителей. Я там никогда не бывал, так что снимок — единственный способ настроиться на нужное место. К счастью, сила моего дракона заметно выросла. Он без проблем открывает дорогу в прослойке между светом и тьмой.

Уже через несколько секунд я оказываюсь в незнакомом особняке. Стою в тени бархатной портьеры. Впрочем, сумрак надежно скрывает мой фантомный силуэт. Почувствовать мое присутствие могут либо очень дорогие артефакты, либо очень сильный дракон. Но здесь ни одного, ни другого не наблюдается.

За обеденным столом пожилая пара. Скорее всего, родители Юджинии. Чуть дальше почтительно замерла служанка.

— Не нравится мне эта ее работа, Дерил, — произносит женщина усталым тоном, будто говорит эту фразу уже много раз. — Зря ты разрешил. Разве можно позволять незамужней девушке ночевать в лечебнице? А как же ее репутация? Кто нашу Юджи замуж возьмет? Вдруг пойдут слухи?

— Наша дочь не слишком торопится замуж, если ты не заметила, — недовольно заявляет мужчина. — А раз так, пусть хотя бы работает. Мы не

— Как же жаль, что Марлоу оказались предателями, — горько вздыхает его супруга. — Наша девочка была бы уже настоящей графиней. Ездила в карете с родовым гербом. Блистала при дворе.

— Не вспоминай это имя! Даже у стен есть уши, — глухо отрезает хозяин дома. И в данном случает попадает точно в цель. Я как раз внимательно слушаю.

— И все-таки это странно. Мы дочь видим реже, чем пациенты лечебницы, — снова бубнит мать Юджинии. — Может, ты все же настоишь, чтобы она сменила работу?

— Если ты перестанешь давить на нее с замужеством, возможно, Юджи станет чаще появляться дома.

— Но как же, Дерил? Она уже не настолько юна. А если останется старой девой?

Слушать причитания озабоченной матери мне надоедает. Тем более ничего нового хозяева дома не говорят. Зато их дочь интересует все больше. Что за лечебница, в которой девушке приходится так часто оставаться на ночь? В документах, что прислал мне Зак, было упоминание о том, что Юджиния помогает какому-то приюту. Может, это оно?

Здесь мне оставаться больше не интересно. Решаю переместиться туда, где сейчас находится мисс Флоренс. Вспоминаю ее магический снимок. Мысленно погружаюсь в глаза девушки. Приказываю сумраку доставить меня к ней. Прикрываю глаза, отдаваясь течению магии. И вдруг с разбега натыкаюсь на барьер. Даже дыхание от удара перехватывает.

А вот это уже интересно. Такое происходит, только если место перемещения защищено от проникновения. Не могу представить лечебницу или приют с защитой от сумеречной магии. Слишком дорогое удовольствие. А ведь на самой Юджинии тоже есть артефакт. Сплошные загадки.

Возвращаюсь в физическую оболочку. Ощущения, будто надеваешь привычную, удобную одежду. Вроде все знакомую до последней нитки, но все равно отдельную от меня. И лишь спустя несколько секунд сознание полностью сливается с телом.

Ищу Эйви и рассказываю ей о том, что увидел. Мы оба согласны с тем, что поведение мисс Флоренс подозрительно. Пишу Заку. Прошу выяснить все подробности о месте работы Юджинии. И о том, с кем она общается. На самом деле у девушки может быть банальный секрет. Например любовник, не ободряемый родителями. Но меня не оставляет ощущение, что ее странности как-то связаны с прошлым.

Закончив с делами, возвращаю внимание жене. Если бы я вчера пошел до конца, то еще минимум неделю не выпускал пару из постели. Первое время после слияния истинным тяжело разлучаться даже на несколько часов. К счастью мы и не разлучаемся. Я могу в любое время касаться Эйви, обнимать, целовать. Вдыхать ее аромат. Это хоть немного успокаивает моего дракона.

Затягивая жену себе на колени, целую до тихих стонов и собственного несдержанного рычания. И невольно думаю о том, сколько мне еще осталось радоваться этому счастью? Что будет, если Эйви не сможет меня простить? Если уйдет? Я же умру без нее.

После ужина утаскиваю жену в спальню, намереваясь показать ей первые уроки близости. Открыть этот мир, в котором полное физическое соединение тел не единственный способ получить удовольствие. Я хочу, чтобы Эйви стала зависимой от меня, от моих ласк, моих поцелуев. Чтобы не могла без меня.

Снова сам раздеваю жену. Мне нравится снимать с ее тела деталь за деталью, постепенно обнажая восхитительные изгибы. На этот раз откидываю прочь все, даже нижнюю сорочку. Эйви заливается румянцем и пытается прикрыться волосами, которые я тоже распустил, с наслаждением пропуская шелковые пряди сквозь пальцы.

— Не нужно закрываться, любимая, — произношу хрипло, пожирая глазами умопомрачительное зрелище. Тело моей пары идеально для меня. В нем все, как я люблю. Пышная грудь, тонкая талия, округлые бедра. — Позволь мне посмотреть… Ты прекрасна. Не видел никого красивее…

— Я нравлюсь тебе? — неуверенно спрашивает Эйви. А я понимаю, что сам зародил у нее сомнения. Мне и исправлять.

— Не просто нравишься, я схожу с ума от тебя, — признаюсь честно. — Боюсь напугать своим напором. Не сдержаться, сделать больно. Но я смогу справиться. Не спешить, чтобы твое тело привыкло к моим ласкам. Не представляешь, как мне тяжело отрываться от тебя. Даже ледяная вода не помогает.

— Так не отрывайся, — шепчет она, смущенно отводя глаза.

— Не буду. Сегодня покажу, как сильно мне нравится твое тело. Пожалуйста, не бойся и доверяй мне. Если что-то не понравится, говори. Но не спеши отказываться. Чувственность женщины просыпается постепенно. То, что вначале смущает, потом покажется самым приятным. Я твой муж. Не нужно стесняться меня.

— А ты разденешься?

— Конечно, — скидываю одежду и предстаю перед парой в полной наготе. Хочу, чтобы она увидела свидетельство моего желания. Это убедит ее лучше слов.

Любопытный взгляд жены скользит по моему телу, делая его еще тверже в нужных местах. Не выдерживаю этой пытки и подхватываю Эйви на руки, с наслаждением ощущая, как ее нежная, гладкая кожа касается моей.

Опускаю пару на постель, наклоняюсь над ней и начинаю целовать. Сначала ласкаю ее рот, глубоко и страстно. С такой жаждой, что у любимой перехватывает дыхание. Она расслабляется и отвечает мне. Спускаюсь поцелуями ниже. Вырисовываю на гладкой коже узоры своего восхищения.

Нежные плечи, ключицы, шея. Такая вкусная, с бьющейся в ямочке теплой жилкой. Ловлю ее губами, глажу языком. Наслаждаюсь тихими стонами своей пары. Она несмело вплетает пальчики в мои волосы, притягивая мою голову ближе к себе. И громко стонет, когда я согреваю горячим дыханием вершинки груди, а потом накрываю их жадным ртом и ласкаю.

Тело колотит от дикого напряжения, потребность слиться с истинной воспламеняет кровь. Но я продолжаю ласки, спускаясь поцелуями ниже. Эйви пытается закрыться, но я не даю. Сегодня она заснет удовлетворенной, получив самую смелую ласку, что может подарить влюбленный мужчина своей женщине.

Жена сдается, стонет все громче, лаская мой слух музыкой страсти. И наконец сотрясается в сладких спазмах, пока я жадно наблюдаю за ее удовольствием. Счастливая и усталая прижимается к моей груди и сонно спрашивает:

— А как же ты?

— Я получу разрядку, не переживай, — целую ее нежно. — Завтра покажу, как ты можешь мне помочь в этом. Я уже в предвкушении. Не все сразу, любимая. Мы будем двигаться постепенно. В науке любви и близости еще много интересных страниц.

Снова сбегаю в купальню, сам снимаю напряжение. Возвращаюсь к заснувшей жене, любуясь ее прекрасным лицом и разметавшимися по подушке локонами. Обнимаю ее, укутывая в кольцо своих рук, и засыпаю сам. А утром бужу Эйви ласковыми поцелуями и продолжаю уроки. Позволяю ей изучать мужскую анатомию.

Ее несмелые, но такие желанные прикосновения, любопытный взгляд, направленный на особенности мужского тела, заводят так сильно, что я прихожу к финишу очень быстро. И уже предвкушаю продолжение наших любовных игр этим вечером.

Эйви весь день ходит довольная и счастливая. Бросает на меня лукавые взгляды и улыбается. Я счастлив, что удалось отогнать ее страхи. Что она постепенно привыкает ко мне. И даже не злюсь, получив очередное послание от отца с настойчивым требованием принять его у себя. Что ему так не терпится? Не может понять, почему я еще жив? Или это королева хочет узнать, сколько мне осталось?

Отвечаю туманно и неконкретно. Никаких дат не называю. Мне сейчас не до гостей. Иду искать Эйви и в галерее первого этажа резко торможу. То, что я вижу, бьет под дых. Кажется, стены замка рушатся прямо на меня и сейчас погребут под руинами.

Дверь в библиотеку, запечатанная моей личной магией, открыта. Оттуда льется свет. Все еще цепляясь за отчаянную надежду, захожу внутрь. Пусть там будет Марта или Сэм. Или хотя бы проделки призрака. Но нет. Видимо, мое время пришло. За массивным столом сидит бледная Эйви. Перед ней старинная книга. Услышав шум, она медленно поднимает глаза. ______________

Глава 37 Эйвери

Инис молчит. Я даже в свою старую комнату служанки сходила, полежала на кровати и пыталась звать его. Но упрямый дух не откликается. Огорченно вздохнув, возвращаюсь к себе. А уже скоро меня зовет Дэм и делится тем, что узнал, пока бродил в сумраке.

Слушаю его рассказ и думаю о брате и его невесте. Мы с Юджинией не были подругами и виделись не так уж часто. Но мне все равно казалось, что она любит брата. Между ними не было фейерверка чувств, их связывала спокойная, глубокая привязанность.

Когда я узнала, что мисс Флоренс до сих пор не вышла замуж, даже удивилась. Решила, что ее чувства были сильнее, чем мне представлялось. Но видимо дело в другом, раз она отказалась говорить о бывшем женихе и вообще вспоминать его. Хотя я понимаю, что казнь за измену — серьезная причина, чтобы объяснить такое нежелание. Тем не менее тайны, что окружают девушку, подозрительны. Их стоит прояснить.

Остаток дня Дэмиан посвящает мне. И делает это так самозабвенно, что я ощущаю себя центром его вселенной. Мы целуемся, обнимаемся, разговариваем, вместе обедаем и ужинаем. А потом меня ждет восхитительная ночь. Муж открывает мне науку любви. Теперь я чувствую себя настоящей новобрачной.

Вообще-то теоретическую часть отношений между мужчиной и женщиной мы с подружками обсуждали еще в академии. Кое-кто тогда и до практики дошел. Но не я. И теперь отлично понимаю восторженные охи опытных подруг. И это мы еще не добрались до самого главного. Хотя я и от тех ласк, что щедро дарит мне Дэм, улетаю, окончательно теряя голову.

А как прекрасно оказалось узнавать своего мужа. Учиться дарить ему наслаждение. Видеть, как меняется его лицо на пике страсти. Когда большой, сильный мужчина на миг полностью открывается, это по-настоящему завораживает. Мне хочется подарить мужу всю свою любовь. И такие же смелые ласки, какие он дарит мне. Но я пока не решаюсь.

К счастью, Дэмиан не торопит меня. Я больше не переживаю, что не нравлюсь ему. То, с какой упоенной страстью он любит мое тело, прогоняет все тревоги. А после бережно и нежно обнимает меня. Шепчет на ушко жаркие слова, от которых заново воспламеняется кровь. Мне стыдно, что я сомневалась в муже. Он так сильно любит меня и не скрываясь показывает это.

После утренней порции сладких нежностей, которые дарит мне мой любимый дракон, я летаю по замку, словно на крыльях. В душе расцветает надежда, что скоро смогу вернуть себе настоящие крылья. Моя драконица потихоньку просыпается. Сильнее всего чувствую ее, когда рядом мой истинный.

Магия в теле бурлит, мне хочется постоянно улыбаться, что-то делать. Надоело без цели слоняться по комнатам. Дэм снова засел в кабинете. У него какая-то важная переписка. Я спускаюсь к Марте и все же помогаю ей с уборкой. Быстро справляюсь с заданием и снова начинаю скучать. Мысли плавно возвращаются к библиотеке.

Остановившись перед тяжелой, украшенной орнаментом дверью, внимательно осматриваю ее. Протянув руку, чувствую покалывание магии, но не чужой, а уже родной мне. На секунду мелькает мысль, что сначала надо спросить разрешения у Дэмиана. Для чего-то он же запер библиотеку.

Но дергать мужа не хочу. Он и так очень много времени уделяет мне. Я рада, что муж понемногу возвращается к делам, восстанавливает старые связи. К счастью, проклятие отступило и больше никак не проявляет себя. Я понимаю, что мой истинный не сможет все время сидеть у моей юбки.

Глядя на него, так серьезного восседающего за столом в кабинете, представляю, каким деятельным и активным он раньше был. За время болезни Дэм достаточно насиделся в одиночестве. Наверняка теперь захочет встретиться с друзьями и знакомыми.

Мне немного страшно от этого. Вдруг кто-то узнает во мне наследницу опального рода? Будет неприятно видеть на лицах презрение и брезгливость. Хотя я уверена, что Дэм не даст меня в обиду. Но если бы честь моего рода восстановили, я была бы счастлива. Остается надеться, что у мужа получится разобраться с тяжелым обвинением, разрушившим жизнь нашей семьи.

Наконец решаюсь и касаюсь полотна двери, выпуская импульс магии. Легкое сияние окутывает дверь, а затем с тихим щелчком она открывается. Осторожно заглядываю внутрь, зажигаю светильник и осматриваюсь. Никаких повреждений не видно. Ни на стенах, ни на потолке. Возможно, Дэмиан успел все починить. Только забыл убрать свою печать.

Уже увереннее прохожу на середину зала, готовясь в любой момент выставить защиту, если что-то полетит мне на голову. Но все спокойно. Только мои шаги гулко отдаются в тишине. Радуюсь, что теперь мне есть чем заняться. Оглядываюсь, прикидывая, где могут храниться книги рода или что-то похожее. Вряд ли их запрятали далеко.

Подхожу к стеллажам и начинаю просматривать корешки. Беру в руки те, что кажутся подходящими. Обращаю внимание, что книги в библиотеке тоже нуждаются в магии. Тут давно не обновляли поддерживающие плетения. Многие фолианты начали рассыхаться и дряхлеть. Я уже восстанавливала само помещение, но до книг тогда не добралась.

Отношу отобранную стопку на большой стол, установленный посередине. Рядом с ним удобное кресло. Устраиваюсь в нем и начинаю просматривать старинные издания, хоть

Судя по датам, род ведет свой отсчет с давних времен. Значит, в моем муже есть древняя кровь. Впрочем, я и так догадывалась. Его благородная внешность, манеры, осанка это подтверждают. Решаю посмотреть последние страницы, а потом неспеша двигаться назад, чтобы проследить хотя бы несколько поколений. Всю книгу так быстро не изучить.

Судя по всему, последний представитель рода мой муж. Хотя Дэм упоминал о каких-то дальних родственниках. Или это отдельная ветвь? Открыв нужную страницу, читаю нижнюю запись:

«Леди Агнесса Виктория Блэк».

Интересно, это кто: мать моего мужа?

Следующие строчки странно расплываются перед глазами. Мозг еще не успевает осознать то, что увидели глаза, но сердце уже начинает отчаянно биться. Дыхание перехватывает, грудь покрывается коркой льда.

«Сочеталась браком с графом Оливером Вудстоком. Единственный сын Алистер Дэмиан Вудсток.»

Гул в ушах мешает думать, но я продолжаю складывать слова, соединять имена.

Алистер Дэмиан Вудсток. Агнесса Виктория Блэк. Дэмиан Блэк. Мой муж…

Жуткая правда обрушивается на меня, разрывая сердце в клочья. Нет-нет! Медленно качаю головой, отказываясь верить. Не правда! Я не хочу! Мой Дэмиан, мой любимый, который утром шептал мне страстные слова, целовал так одержимо и сладко. И холодный, циничный, бездушный Алистер Вудсток. Королевский бастард, ищейка, из-за которого казнили моих родных. Это один и тот же дракон?

Пока я медленно умираю, дверь в библиотеку приоткрывается. На пороге стоит он. Тот, кто все это время обманывал меня. Что в его словах и действиях было правдой? За кого я вышла замуж? И вышла ли вообще? Вдруг и там тоже обман? Подставной жрец, фальшивая свадьба. Нет, нельзя в такое верить. Я же сойду с ума.

Уверена, Дэмиан сейчас все объяснит, в очередной раз прогонит мои глупые страхи. Но одного его взгляда на меня, в котором слишком явно читается вина и отчаяние, хватает, чтобы понять. Ничего он не опровергнет. Все так и есть. Мой муж и есть тот, кого я проклинала много лет.

Глава 38 Эйвери

Дэмиан делает пару шагов ко мне и замирает напротив, бледный, напряженный. В глазах смятение и вина. Челюсти сцеплены так крепко, что на щеках ходят желваки. Отмечаю это отстраненно, словно касается не меня. В груди холод и пустота.

Медленно, очень осторожно поднимаюсь со стула, выпрямляясь. Кажется, все пространство вокруг состоит из прозрачного, очень хрупкого стекла. Прямо сейчас оно рассыпается на осколки и режет всю меня. Каждую частичку моей души, которая истекает кровью.

Я не знаю, есть ли смысл что-нибудь спрашивать. Но все же решаю прояснить до конца. Пройтись босыми ногами по этим осколкам, прежде, чем поставить точку.

— Алистер Дэмиан Вудсток. Это ведь ты, — не спрашиваю, утверждаю непривычно-надтреснутым голосом. — Бастард короля, его главная ищейка. Тот, кто раскрыл заговор против короны и отправил мою мать, отца и брата на казнь. Я ничего не забыла?

Вместо ответа Дэмиан шумно выдыхает, в его глазах сверкает тьма. Делает резкий шаг ко мне, но я мотаю головой и цежу:

— Не подходи… Стой там и ответь на вопрос.

— Все это я, — произносит он глухо. — А еще я твой муж и твой истинный…

— Муж? — уточняю с усмешкой. — Разве свадьба была настоящей? Жрец даже твое имя исказил.

— Все было по-настоящему, — слышу ровный голос, за которым прячется бездна чувств. Пока Дэм еще с ними справляется. — Имя жрец озвучил не полное, но не исказил. Иначе обряд не сработал бы.

— Это ты ему приказал?

— Да.

— То есть все это время ты сознательно обманывал меня? Хладнокровно создавал ловушку? Загонял в нее. Даже про истинность я знаю только с твоих слов. Я ее не чувствую, — отхожу от истины. Что-то я все-таки чувствую. Притяжение, желание. Но истинность ли?

— Ты чувствуешь… — рычащим тоном давит Дэмиан. Вот здесь выдержка ему отказывает. Он морщится, как от боли. Словно то, что я поставила под сомнение нашу связь, ранит его. Только он сделал мне гораздо больнее. Скинул в пропасть, после того, как сам же помог выбраться из нее. Это очень жестоко.

— Не знаю! — почти кричу. До боли сжимаю кулаки, впиваясь ногтями в ладони. — Я тебя вообще не знаю. Как ты мог молчать? Смотреть мне в глаза, говорить о любви и лгать. Ложиться со мной в постель, обнимать и лгать. Ты чудовище, Дэмиан? Или лучше называть тебя Алистер? А знаешь, сколько раз я проклинала это имя?

От моих слов его лицо мучительно перекашивает. Он судорожно сглатывает и еще больше бледнеет. Но продолжает упрямо смотреть мне в глаза.

— Что мне теперь делать? — спрашиваю обреченно.

— Что делать? — переспрашивает муж глухо, и сам же отвечает: — Выслушать меня для начала. Попытаться понять, почему я так поступил. Не отталкивать сразу. Между нами все по-настоящему, Эйви. Мы истинная пара. На наших запястьях брачные метки. Богиня уже соединила нас. Да, я не сказал тебе правду, когда узнал. Но лишь потому, что до смерти боялся потерять. И все равно собирался признаться. Ты просто опередила меня.

— Когда ты все узнал? — хочу узнать, как долго это тянулось. — Когда я назвала свое родовое имя или еще раньше?

— За день до твоего признания, — тяжело выдыхает Дэмиан. — Я был ослеплен и оглушен открывшейся правдой. Своей ролью в трагедии твоей семьи. Тем, что сам когда-то отказался от тебя. Ненавидел себя за то, что мог уже тогда выяснить все о нас и избавить тебя от скитаний и одиночества, — по его лицу проскальзывает судорога боли. Дэм с заметным отчаянием произносит: — Я знаю, что во всем виноват сам. Все эти дни вина сжирала меня изнутри. Но я все равно прошу, выслушай меня, не решай ничего сгоряча. Я уже говорил, что не выносил приговоры и не проводил допросы. Ты и сама это знаешь, иначе мы бы с тобой встретились еще тогда. Я не оговаривал твоих родных. Своими глазами видел твоего брата на собраниях заговорщиков. И твоего отца среди их верхушки. Они решали, как свергнуть короля. Я должен был их остановить. Это моя работа.

— Я не верю тебе! — бросаю ему в лицо, бью словами. Хочу сделать так же больно, как сделал он. — Я больше тебе не верю, Алистер Вудсток, — повторяю, практически выплевывая его имя. — Мои родные не предатели, не заговорщики. Не важно, что ты там видел.

— А я верю тебе, — не отводит он от меня горящих глаз. — И собираюсь провести новое расследование,

— Как? Как ты можешь ответить и исправить хоть что-то, если моих родных уже нет в живых? — спрашиваю с горечью. — Как исправишь свою ложь?

— Не знаю пока, — глухо отзывает он. — Но это все, что я могу сделать. Больше всего я хотел бы вернуться в прошлое и все изменить. Но это не в моей власти. В моей оставаться рядом с тобой и сделать все, чтобы ты простила меня. Возможно, не сразу, возможно, когда-нибудь. Ты моя пара, моя истинная, единственная. Я люблю тебя, Эйви. И всегда буду любить. Даже если оттолкнешь. Без тебя моя жизнь не имеет смысла…

Но его мучительная откровенность не пробивает лед вокруг моего сердца.

— Почему ты не консумировал наш брак? Почему тянул? — спрашиваю презрительно. — Тогда я бы уже никуда от тебя не делась.

— Я хотел, — неожиданно признается Дэм и крепче сцепляет челюсти. — Но не смог. Не смог лишить тебя выбора…

— Не буду тебя благодарить, — не скрываю язвительной усмешки. Вижу, что ему больно от моих слов и чувствую ядовитое удовлетворение. — Выпусти меня отсюда. Мне нужно побыть одной, подумать, — требую, с ненавистью глядя на него.

Дэм не двигается с места, пристально вглядываясь в мое лицо, словно ищет там что-то. Шумно дышит, на лице появляются и исчезают чешуйки, словно он прямо сейчас сдерживает своего зверя. Потом все же молча отходит в сторону, освобождая проход.

Обхожу его по дуге. Попав в коридор, спешу в свою комнату. Ту, в которой жила до свадьбы. Мне надо подумать, да. Но не здесь. Здесь я задыхаюсь. Режу душу осколками моих надежд. Глупых, отчаянных надежд на счастливую семью и будущее, в которые почти поверила. Только меня жестоко сбросили обратно, в холодную пустоту.

Закрыв дверь покоев на ключ, останавливаюсь посередине и громко говорю:

— Инис, если ты не появишься прямо сейчас, я уйду из замка. Мы больше не увидимся.

Решаю дать ему пару минут и жду. Если не откликнется, что ж, пусть. Я не сомневаюсь, что дух все знал. Помню его слова про побег и просьбу не делать глупостей. А ведь он мог рассказать мне все, предупредить. Оградить от чудовищной ошибки. Не допустить, чтобы я оказалась связана браком с тем, кто отправил моих родных на смерть.

Горечь очередного предательства от того, кого считала почти другом, разъедает сердце. Впрочем, какая разница? В нем уже не осталось живых мест. Глупая Эйви! Поверила, что Богиня к тебе повернулась? Видимо, мне еще долго придется платить по счетам. Пусть и не знаю, за что.

— Ну что за спешка? — слышу недовольный голос. Прямо передо мной материализуется уже не просто темное облачко, а полупрозрачная, гигантская тень, напоминающая человеческую фигуру. От неожиданности я отшатываюсь. Пытаюсь разглядеть лицо. Но его не видно, только все те же горящие огнем глаза.

— Ты все знал! — говорю с обидой. — Почему не рассказал?

— Духам запрещено вмешиваться в дела смертных, — произносит он назидательным тоном.

— Ты уже вмешался. Учил меня, заключил со мной договор.

— В особых случаях такое разрешается.

Этого хитреца ничем не пронять. Он все вывернет так, как ему удобно. Нет смысла предъявлять претензии. Я сама виновата, что в очередной раз поверила тому, с кем стоило оставаться настороже.

— Куда ты собралась? — уточняет Инис. Нотка любопытства в его тоне все же проскальзывает.

— Не куда, а откуда, — отвечаю с горечью. Я так надеялась, что мои скитания окончены. Но нет, опять придется бежать. — Мне нужно исчезнуть из замка. Я не могу больше оставаться здесь. А куда… Без разницы.

— Понятно. Я так и думал. Ничему вас, смертных, жизнь не учит. Как совершали глупости сгоряча, так и дальше готовы.

— Я как раз обратилась к тебе, как ты просил. И признаю, мне нужна помощь. Только не понимаю, что ты можешь сделать?

— Уговорить тебя остаться? — насмешливо уточняет дух. — Включить голову, разобраться. Понять, что важно, а что нет?

— Понять, что важно? — со злостью переспрашиваю я. — Хочешь сказать, смерть моих родных не важна? Обман, ложь, предательство? Надо сделать вид, что ничего не было, и жить счастливо? Тогда мне нужно быть слепой, глухой и бессердечной.

— Нужно уметь выделять главное, — мои горячие слова не производят на духа никакого впечатления. — Видеть дальше своего носа. Понимать причины чужих поступков и искренность намерения. Жить сердцем, а не эмоциями. Сердце умеет прощать. Все ошибаются. Но некоторые упорствуют в своих ошибках, а другие готовы их признавать и исправлять.

— Не все можно исправить. Например, смерть, — отзываюсь устало. — И не все можно простить.

— Ты все равно настаиваешь на побеге?

— Да. Здесь я не могу думать. И дышать тоже. Мне больно видеть Дэмиана. Понимаешь, больно!

— Хорошо, если ты все решила, я помогу, — вдруг отвечает Инис. — Помнишь, чему учил тебя последний раз?

— Как правильно вести себя в сумраке, если мне придется перемещаться вместе с Дэмианом? — вспоминаю наш последний урок. И понимаю, что Инис уже тогда все знал.

— Правильно. Только я забыл сказать, что с помощью темной магии тоже можно перемещаться. Ровно так, как я тебя учил. Когда проснется твоя драконица, сможешь делать это сама. А пока тебе придется помочь. Но сначала собери вещи. Хотя бы самое основное. Ты даже об этом не подумала.

Конечно не подумала. Мне было не до вещей. Но Инис прав. Надо взять хоть что-то на первое время. Теплый плащ, одежду, белье, чулки. Гигиенические принадлежности. Быстро мечусь по комнате, скидывая все в свою старую дорожную сумку, которую по счастью еще не выбросила. И снова останавливаюсь перед духом.

— Сумку положи на пол, — произносит он. — Ее отправлю следом. Сначала тебя. Теперь представь место, где ты хочешь оказаться?

— Нет у меня таких мест, — отвечаю, ощущая, как щемит в груди. — Думала, этот замок станет таким местом. Но опять ошиблась.

— Тогда представь, к кому хочешь попасть. Хорошо представь. Ярко и четко.

Закрываю глаза и представляю. Маму, брата, отца. Кроме них у меня никого нет. Но и их уже нет. А туда мне все-таки еще рано. Некого мне представлять. Я снова одна во всем мире.

В этот момент чувствую, как меня что-то подхватывает. Похоже на порыв сильного ветра, который сбивает с ног. Голова кружится, резко захватывает дух, будто я падаю с высоты. Даже испугаться не успеваю, как уже все прекращается. Осторожно

Глава 39 Эйвери

— Ви?! — слышу ошеломленный голос. Такой знакомый, родной. Это же Уилл, мой брат! Только ему я позволяла называть меня «Ви». В его устах это звучало так ласково и мягко. От застарелой боли становится трудно дышать. Пытаясь сделать вдох, всматриваюсь в родные, привычные черты. И в то же время сильно изменившиеся. А сейчас искаженные шоком и потрясением.

Мой взгляд машинально отмечает обветренную, погрубевшую кожу, скорбные складочки у губ. Очень короткую стрижку, не принятую среди аристократов. И глаза уже не баловня судьбы, а повидавшего много страшного мужчины. Одежда на Уильяме тоже простая, как на обычном, незнатном горожанине.

Куда меня переместил Инис? В какую-то другую реальность? Или прямо в загробный мир? Тогда здесь должны быть мама и отец.

— Где они? — судорожно втягиваю воздух, нервно оглядывая незнакомое, скромное жилье. Меня шатает, кружится голова. Наверное это последствия перемещения. А может, самого места, в которое я попала. Получается, я тоже умерла?

Пошатываюсь, ноги больше не держат меня. Глаза закатываются. Я бы свалилась на пол, но в последнюю секунду меня подхватывают сильные руки брата. Вдыхаю его до боли родной запах и проваливаюсь в темноту.

Прихожу в себя от приглушенных голосов, тревожно переговаривающихся между собой. Медленно открываю глаза. Я лежу на чем-то мягком, диване или постели. На краю сидит брат и держит меня за руку. Я вижу его четко, не размыто. Он явно не приведение. А рядом с ним застыла девушка. Бледная и испуганная. Сразу ее узнаю. Юджиния Флоренс, бывшая невеста Уильяма. И она точно была жива. Но тогда… Где мы?

— Уилл, — хриплю, стискивая руку брата. — Ты жив? Или мне это снится? Я все еще в обмороке? Перемещение пошло не по плану, и я умерла?

— Все в порядке, Ви, — произносит он обеспокоенно. — Я жив, ты тоже. Просто упала в обморок.

— Жив? — не могу поверить. — Но как же… А мама, отец? Они тоже живы? — на меня вдруг обрушивается такая жгучая, отчаянная надежда, что перехватывает дыхание. Вот только взгляд брата сразу тускнеет, губы сурово сжимаются. А моя глупая надежда исчезает.

— Нет, Ви. Наших родителей больше нет, — подтверждает Уилл глухо.

— Их казнили? — сглатываю подкатившую к горлу горечь.

— Отца казнили. Мама умерла сама, полгода назад. Когда нам разрешили вернуться. Не выдержала без отца. Я ухаживал за ней. Сначала один, потом вот, Юджи помогала.

— Юджи? — перевожу взгляд на девушку. — Значит, я не ошиблась? Как так получилось? Вы снова общаетесь?

— Не просто общаемся... — неожиданно смущенно произносит Уилл. — Юджи моя жена.

— Что?! Как это? Юджиния не замужем, мы узнавали, — недоверчиво перевожу взгляд с него на девушку и обратно. Та краснеет, бормочет:

— Я оставлю вас одних… — и быстро сбегает.

— Все очень сложно, Ви, — смотрит ей вслед Уилл, вздыхая. — Мы поженились тайно. Ее родители не знают. Юджи приходится носить амулет, скрывающий ауру замужней женщины.

— Но как ты выжил? — не выдерживаю этой пытки неведения. — И мама? Мне сказали, вас всех казнили. Почему тогда не спасся отец? Боже, Уилл, у меня так много вопросов, что кажется голова разорвется.

— У меня не меньше, сестра. Я же тоже тебя искал. После того, как похоронил мать. Поклялся ей, что найду тебя. Да и сам собирался. Демоны! Нет, так только хуже. Надо рассказывать по-порядку. Я поделюсь своей историей, ты своей. Но сначала тебе нужно отдохнуть, иначе опять грохнешься в обморок. Слишком тяжело говорить о прошлом. Ты голодна? Не понимаю, как ты появилась в нашем доме? Как узнала обо мне?

— Я не знала… — шепчу горько. — Если бы я только знала, что вы выжили, обязательно отыскала бы вас.

— У тебя не получилось бы. Там, где нас держали целый год… туда нет доступа. Потом все же разрешили вернуться. Конечно, под чужими именами.

— А куда вернуться? — уточняю у него. — Где мы сейчас находимся?

— В столице, — криво усмехается брат. — Только не рядом с дворцом, не там, где расположены особняки аристократов. А на окраине, в рабочем квартале. Я снимаю этот дом. Магию мне не запечатали, хоть это помогает выживать, — немного помолчав, Уилл продолжает: — Когда мы вернулись, я думал сразу тебя искать, но тут мама заболела. Поверь, сестра, я пытался ее вытащить. Работал как проклятый, чтобы приглашать целителей, но она с каждым днем только слабела, — голос брата проседает, в глазах горечь и вина. Он тяжело вздыхает и снова впивается в меня взглядом: — Но если не знала обо мне, как ты оказалась именно здесь? Как прошла через защитный барьер? Вход сюда закрыт артефактом.

— Мне помогли… помог… Значит, он и это знал… — морщусь от обиды, вспоминая Иниса.

— Кто знал? — настораживается Уилл. А я качаю головой:

— Мне тоже лучше рассказывать по-порядку. Но сначала ты. Подожди, я сейчас встану.

— Уверена? Может, лучше еще немного полежать?

— Нет, Уилл. Хватит. Мне только хуже от всех этих мыслей. Я так вообще с ума сойду.

— Хорошо, — брат протягивает руку. — Тогда поднимайся, медленно, аккуратно, чтобы не закружилась голова. Юджи покажет тебе свободную комнату. У нас тут немного места, не то что наш бывший особняк. Но тебя, Ви, устроим с удобством. Кстати, там сразу за тобой прилетела дорожная сумка с вещами. Наверное твоя? Если что-то нужно еще из одежды или женских штучек, говори Юджи. А пока умойся, отдышись. Потом соберемся за столом и поговорим.

Уилл помогает мне подняться. А я смотрю на него, моего единственного оставшегося в живых родного человека, которого так долго оплакивала, и не выдержав, крепко обхватываю его за талию. Стискиваю в кулаках грубую одежду. Утыкаюсь носом в его грудь и дышу родным запахом. Мне хочется трогать брата, ощущать тепло тела, вслушиваться в дыхание. Никак не могу осознать, что он жив. Брат тоже сжимает объятия, шумно выдыхая. И шепчет:

— Богиня, Ви, как я рад, что ты снова со мной! Мы остались одни друг у друга. Теперь я буду заботиться о тебе. Представляю, чего ты натерпелась.

Когда мы выходим из комнаты, нас встречает встревоженная Юджиния. Разглядываю обстановку вокруг. Дом действительно небольшой, мебель простая, скромная. Но все чисто убрано, пахнет вкусной едой. Красивые занавески, коврики и другие мелочи создают уют. Наверное это жена брата постаралась.

Юджи показывает мне небольшую, милую спальню. И общую ванную рядом. Перед тем, как оставить меня одну, сжимает мою руку и с искренней улыбкой произносит:

— Я очень рада за мужа. И за тебя,

— Не извиняйся, Юджи, я очень благодарна тебе, — тоже сжимаю ее руку. — Ты очень сильная и смелая. Пошла наперекор родным и всему обществу, чтобы остаться с Уиллом. Это очень ценно. Честно скажу, я не ожидала. От нас все отвернулись, включая самых близких друзей. А вы даже не были женаты. Ты имела полное право строить свою жизнь заново. Тем более, брата все считали погибшим.

Девушка растроганно обнимает меня и выражает надежду, что мы станем подругами. Потом оставляет меня одну. Я потерянно опускаюсь на краешек узкой кровати и пытаюсь собраться с мыслями.

На меня так много свалилось за этот день, что новости никак не укладываются в голове. Ощущение, что она вот-вот взорвется от мыслей. Кажется, что наш ужасный разговор с Дэмианом состоялся не сегодня, а месяц назад. Невольно думаю о том, что он сейчас делает. Наверняка уже знает, что меня нет в замке. Злится, обижается, сходит с ума? Будет меня искать? Нет, я пока не готова об этом думать.

Моя сумка лежит на полу. Значит Инис отправил ее вслед за мной, как и обещал. Но разбирать ее тоже нет сил. Шагаю в ванную, разглядываю в зеркале свое бледное лицо, лихорадочно блестящие глаза. Умываюсь, приглаживаю растрепавшиеся волосы. Поправляю измятое платье. Потом ищу кухню.

Уилл и Юджиния там, стоят близко друг к другу, держась за руки. Радуюсь за брата. Невероятно, но он теперь женат. У него своя семья. Правда, пока все очень сложно. А еще брат не знает, что я тоже замужем. Мне только предстоит сообщить, что мой муж — тот, кто отправил нас всех в тюрьму. И пусть не сам Дэмиан вел расследование и составлял приговор, он тоже причастен к трагедии нашей семьи.

Втроем мы быстро накрываем на стол. Обращаю внимание, что еда простая, без всяких изысков, но вполне сытная. Мясо, овощи, сыр, хлеб. Даже пироги есть. Неужели, Юджиния сама пекла?

Наконец рассаживаемся за столом. Я сразу перевожу нетерпеливый взгляд на брата. Он замечает его и мрачнеет, понимая, что время пришло. Растерянно произносит:

— Даже не знаю, с чего начать… С ареста или еще раньше?

— Начни с самого главного, — прошу я. — Ты ведь не участвовал в заговоре против короля, да? Нашу семью оклеветали? — жду, что Уилл горячо подтвердит мои слова, но вижу совсем другое. Брат хмурится и молчит, тяжело вздыхает, мрачно косясь на меня. — Что такое, Уилл? Почему ты так смотришь? Ну говори же! — не выдерживаю напряжения.

— В заговоре я не участвовал, Ви, тут ты права, — наконец произносит он. — Но на собрания несколько раз ходил.

— Зачем? — неверяще качаю головой. — У тебя же все было! Завидное положение, прекрасная невеста, хорошая должность при дворе. Зачем Уилл, я не понимаю?

— Сам не знаю, — виновато пожимает плечами. — Не представляешь, сколько раз потом себя проклинал. Но тогда это казалось захватывающим, необычным, горячило кровь. Тайные собрания, свободные разговоры. Меня пригласил друг. Просто сходить, послушать. Сначала я заинтересовался, но постепенно понял, что мне с ними не по пути. Я ни в чем не участвовал, ничего противозаконного не делал. Просто несколько раз побывал на этих дурацких встречах. И уже сказал своему другу, что больше не приду. А на следующий день нас всех арестовали.

— А папа? Он тоже ходил на собрания заговорщиков? — спрашиваю мрачно, уже готовясь к самому худшему. Кажется, я плохо знала о том, что происходит в нашей семье.

Глава 40 Эйвери

— Нет, отец не имел никакого отношения к заговорщикам, — хмуро сообщает Уилл. — Сама помнишь, каким он был. Преданным короне до последней капли крови и слишком честным.

— И эта корона отобрала у него жизнь, — замечаю с горечью. — А ты уверен? Я и про тебя раньше никогда бы не подумала.

— Я знаю, Ви. Отец сам мне сказал, что ни в чем не виноват.

— Но тогда почему его все-таки казнили? Только из-за того, что ты ходил на какие-то собрания? Почему такой суровый приговор, не понимаю? И как казни избежал ты? Мама-то, понятно, ни в чем виновата, — от мыслей о нашей бедной мамочке на глаза наворачиваются слезы. Пусть ее не казнили, но все равно что убили. Ведь без папы она не смогла жить.

— Меня помиловали, потому что я подписал признательные показания. Подтвердил, что мы с отцом участвовали в мятеже, — вдруг произносит брат, сжимает челюсти и мрачно смотрит мне в глаза.

— Что?! — спрашиваю ошарашено. — Но почему? — и тут же понимающе киваю: — Тебя пытали, да? Заставили?

— Не совсем так, — морщится он. А сидящая рядом с ним Юджиния кладет свою ладонь поверх руки мужа и сжимает ее. — Не пытали. Но да, заставили. Все это было подстроено. Наш арест, я имею в виду.

— Подстроено? Кем? — нервно подаюсь вперед.

— Если бы я знал, — тяжело вздыхает Уилл. — Сначала я винил во всем себя. Но меня даже не допрашивали толком. Примерно неделю держали в полном неведении в одиночной камере. Потом предъявили магоснимки одного из собраний, на котором я присутствовал, и показания королевской ищейки. Заявили, что это тянет на смертную казнь, причем не только для меня, но и для всех членов нашей семьи. А от любых моих оправданий отмахнулись. Я клялся, что родители и ты ничего не знали. Но им было все равно. От меня требовали признательных показаний, что я не только посещал собрания, но и планировал свержение короля. А самое главное, что отец тоже в этом участвовал. Конечно, я отказался. Меня вернули в камеру, но перед тем, как запереть, провели мимо

Брат замолкает, шумно выдыхая и сжимая кулаки. Воспоминания явно даются ему нелегко. Меня тоже окунает в ужасное прошлое. В те мучительные дни, полные черного отчаяния и страха за себя, за родных. Осознания, что наша жизнь закончилась, и уже ничего не будет, как прежде.

— Я видел тебя, Ви, — глухо продолжает Уилл. — Измученную, замерзшую, в рваном платье, свернувшуюся на тощем соломенном тюфяке. А потом меня потащили дальше. Прошло еще несколько дней или недель… Я начал путаться во времени, сходил с ума от чудовищной вины. Думал, из-за меня ты и мама сейчас в таких жутких условиях. Из-за меня вам грозит смерть. Наверное я дошел до точки. Но признаваться все равно не собирался. И тогда меня вызвали на новый допрос. Привели в какую-то комнату и велели ждать. Скоро туда зашел мужчина, дракон. Не дознаватель, нет. Это был кто-то из высшей знати, судя по одежде и уверенной, властной манере держаться. У него был артефакт, скрывающий внешность. Как я ни пытался рассмотреть, вместо лица видел только размытое пятно. Голос наверняка тоже был измененным. Он не представился и сразу предложил мне сделку. Если подпишу все, что им нужно, мать, тебя и меня оставят в живых. Я сразу спросил про отца. Мне сказали, что его казнят в любом случае. Вопрос лишь в том, отправимся мы за ним или нет. Если я соглашусь, тебя отпустят сразу. Родового имени, конечно, лишат, но оставят жизнь и свободу. Меня и мать на год запрут в дальнем остроге для привилегированных заключенных. Я буду жить в камере, в ограничивающих магию браслетах. Но в сносных условиях. Мать поселят в монастыре при остроге. Нам даже позволят иногда видеться. А через год обоих отпустят.

— Это звучит, как ловушка, — с болью шепчу я, качая головой.

— Именно так я и подумал, — кивает Уилл. — И снова отказался. Решил, что моими руками хотят обвинить отца. Уже тогда я понял, что им нужны не мы, а он. Я был уверен, получив мои показания, они забудут про обещания. Этот дракон пытался развеять мои опасения и пообещал, что мы заключим магическую клятву. Я все равно сомневался. В любой клятве есть лазейки. Мне было очень сложно, Ви. С одной стороны, появился шанс спасти вас с мамой от казни. С другой стороны, это значило предать отца. Оклеветать его. Я не мог так поступить. И тогда нам устроили встречу.

— Ты видел папу? — уточняю неверяще, ощущая, как по коже проходит озноб.

— Да. Тогда я видел его в последний раз. Нам позволили поговорить. Вроде бы наедине. Но мы понимали, что комната прослушивается. Отец уже знал о сделке, которую мне предложили. И сам потребовал, чтобы я согласился. Сказал, что его участь решена вне зависимости от того, что я выберу. А мы должны жить. Особенно ты и мама.

— Он хоть что-то объяснил? Может, сообщил, кто и зачем решил нас уничтожить?

— Нет, Ви, — хмуро качает головой брат. На секунду мне кажется, что он что-то недоговаривает. Но Уилл решительно добавляет: — Я же сказал про прослушку. К тому же потом я много думал. У меня был целый год. И пришел к выводу: они что-то хотели от отца. А мы были всего лишь рычагом давления. Если бы отец что-то мне рассказал, меня бы тоже не выпустили живым. Единственное, о чем мы говорили, как правильно заключить сделку. Потом мы попрощались и обнялись. Отец просил передать тебе и маме, что очень вас любит, — голос брата проседает, лицо перекашивает от боли. А я ощущаю, как по щекам бегут слезы. Невыносимо тяжело это слушать. Папа, родной мой, даже на краю смерти он думал только о нас.

Я оплакала родителей, давно. Боль потери, глухая, горькая, сжилась с моей внутренней сутью. Но сейчас я будто заново переживала их смерть. Снова погружалась в тот ад. И снова задавала себе вопрос: за что? Кто и почему так жестоко поступил с нами?

— Что было дальше? — уточняю у брата, погрузившегося в тяжелые мысли. Юджиния в молчаливой поддержке гладит мужа по плечу. Он едва заметно улыбается ей, благодаря, и снова начинает говорить:

— Я все подписал. Отца мы больше не видели. Перед тем, как отправить в острог, мне сообщили, что тебя помиловали и ищут мужа. Это было условием сделки. Все наше состояние после приговора уходило в казну. Ты оставалась без имени, без семьи и средств к существованию. Поэтому тебя должны были выдать замуж за не слишком знатного аристократа со спокойным нравом. Прости, сестра, но я согласился. Это был единственный способ хоть как-то тебя защитить. В отношении меня и матери обещание они выполнили. Условия моего заключения оказались приемлемыми. Меня выпускали на прогулки. Раз в неделю позволяли мыться и видеться с матерью. Даже книги иногда приносили. Но это все равно была тюрьма. У мамы были лучшие условия. Отдельная келья, свободное перемещение по территории монастыря. Она помогала послушницам, ухаживала за больными. Пока мы жили там, мама крепилась. Считала, что нужна мне. А когда нас наконец отпустили, ее запас прочности иссяк. Она перестала цепляться за жизнь. Мне пришлось ухаживать за ней. В остроге не было связи с внешним миром. Вернувшись в столицу, первым делом я начал искать тебя. Тогда и узнал, что в отношении тебя меня обманули. Свадьба с бастардом не состоялась. Тебе запечатали магию и отправили в обитель. Тот дракон как-то смог обойти клятву. Я решил тебя искать. Сам не мог оставить мать, ей становилось все хуже. Нанял наемника, чтобы он отыскал тебя в обители и доставил ко мне. Но тебя там не оказалось. Наемник начал новые поиски и примерно месяц назад сообщил, что напал на след. Я уже собирался ехать в ту дальнюю провинцию, которую он указал, чтобы тоже участвовать в поисках. Но сначала пытался придумать, как защитить Юджинию.

— Как вы встретились? — уточняю я.

— Случайно. Я ведь связан клятвой, Ви. Не могу никому рассказать о той сделке, кроме членов семьи. И Юджинии тоже не мог ничего объяснить, пока мы не поженились. Просто однажды не выдержал и пошел к ее дому. Хотел всего лишь посмотреть издали, полюбоваться на нее. Не собирался показываться ей на глаза и тем более разговаривать. Что я мог теперь ей предложить? Но так получилось, что Юджи сама меня заметила. Не могла поверить своим глазам, ведь считала меня погибшим. Догнала меня. Мы поговорили. Я сказал, что казнь мне заменили на год острога. Что я

Брат смотрит на жену с таким неподдельным обожанием, что мне становится неловко. Этот взгляд не предназначен для чужих глаз. А Юджиния отвечает ему смущенным и таким же влюбленным взглядом. Мое сердце наполняется мягкой грустью. Я радуюсь за них, но мне тревожно. Что будет, когда родители девушки узнают обо всем.

— В общем, мы поженились. Большую часть времени Юджи проводит здесь, со мной. Но иногда ей приходится ночевать дома. Я купил нелегальный артефакт, закрывающий проход сюда. Чтобы никто не мог случайно подсмотреть или подслушать, что у нас происходит. И второй, скрывающий настоящую ауру моей жены. Пытаюсь заработать денег, чтобы обеспечить нам хотя бы сносное существование. Но понимаю, все это не то. Не так должны жить моя жена и сестра…

— Мне всего хватает, дорогой, — сжимает его руку Юджи. Но брат качает головой. Я вижу, что его это мучает. Невозможность создать жене нормальные условия. Те, к которым она привыкла. Вернуть обратно нашу жизнь, которую у нас так безжалостно отобрали.

— А ты никогда не думал о мести? — против воли опасные слова вырываются из моих губ. Юджиния вздрагивает и с тревогой смотрит на меня. Но я продолжаю: — Не хотел найти того дракона? Понять, почему он сделал это с нами? Наказать?

— Конечно, думал, — горько усмехается Уилл. — Сотни раз. Все время, пока сидел в остроге, постоянно прокручивал в голове наши разговоры. Искал зацепки, приметы, чтобы как-то его опознать. Да, Ви, я мечтал ему отплатить. Много часов провел за этими мечтами. Но я понимаю, что это значит. Снова сознательно идти на риск. А я теперь отвечаю не только за себя, еще за жену и за тебя, сестра. У меня не осталось ни связей, ни положения. Наш враг явно влиятелен и богат. И я все равно не пожалел бы своей жизни, если бы остался один. Но рисковать вами больше не готов.

Какое-то время в комнате стоит тишина. Я понимаю, что брат прав. У нас нет никаких шансов. Если бы мы были одни. Но у меня есть муж. Он уже начал новое расследование. Правда, что будет теперь, я не знаю. Дэмиан забудет про обещание? Мы разведемся? Это возможно, ведь наш брак не консумирован.

Уилл возвращается из своих мыслей, поднимает на меня глаза и произносит:

— Ты услышала мою часть истории. Теперь расскажи о себе. Я чувствую в тебе магию, сестра. Но не ту, что была у тебя раньше. Я ведь не ошибся? В тебе проснулся темный дар? Как это произошло? Что ты пережила? Как выживала одна, лишенная всего? Там, в остроге, я хотя бы надеялся, что ты живешь в сытости и тепле. Молил богов, чтобы твой муж не обижал тебя.

Понимаю, что настал мой черед признаваться. Рассказать, что я все же вышла замуж за сына короля, пусть и не признанного. Круг замкнулся. Когда-то Дэмиан отказался от меня, а теперь женился обманом. Тогда я была готова согласиться на этот брак, потому что видела в нем спасение от выжигания магии и обители грешников. А что теперь? Чего я хочу теперь? Сама не знаю. Только чувствую ужасную усталость. Будто из меня выкачали все силы. И прошу:

— Уже вечер, нам всем пора отдохнуть. Давай оставим мой рассказ на завтра?

Брат внимательно приглядывается ко мне и кивает. Похоже, мой внешний вид отражает тот хаос из боли, горечи, осознания новых обстоятельств, который сейчас бушует у меня внутри.

— Хорошо, оставим на завтра, — соглашается Уилл. — Тогда иди, отдыхай. Я помогу Юджи убрать со стола.

Ложась спать, думаю, что мучительные мысли не позволят мне быстро уснуть. Что буду всю ночь вспоминать о родителях, Дэмиане, его обмане. Но измученный разум дает мне передышку, отпуская в беспокойный сон. А утром меня будит взволнованный брат.

— Одевайся быстрее, Ви, — произносит приглушенно, как только я открываю глаза. — Возможно, нам придется покинуть дом. Сюда только что пытались прорваться. Сначала магически, но сработал артефакт. Я не знаю, сколько он еще выдержит. А сейчас под окнами бродят странные личности. Здесь есть тайный выход, я об этом позаботился. Придется где-нибудь переждать, пока я пойму, чего от нас хотят.

Уилл оставляет меня одну, позволяя одеться. Быстро натянув платье, осторожно подхожу к окну и выглядываю, прячась за занавеску. Вижу перед домом двоих мужчин, закутанных в плащи. Ровно в этот момент один из них поднимает голову, а я отшатываюсь. Потом выхожу из спальни, застаю в коридоре брата с женой. И говорю:

— Не нужно никуда уходить. Это за мной…следующая глава будет от Дэмиана...

Глава 41 Дэмиан

Не знаю, чего мне стоило выпустить Эйви из чертовой библиотеки. Стоять столбом, пока она, обдав меня презрительным взглядом, уходит прочь. Вся моя внутренняя суть рвалась к ней. Схватить, не отпускать, держать крепко. Заставить признаться, что я тоже нужен ей. Что она чувствует во мне пару. Но оставалось лишь проклинать себя, что тянул с признанием. В результате все получилось гораздо хуже, чем могло быть.

Теперь моя пара не верит ни одному моему слову. Сомневается даже в нашей истинной связи, в том, что брак действительно состоялся. И конечно в том, что я видел ее отца и брата в рядах заговорщиков. Но она в своем праве. Я сам заставил ее усомниться во мне.

Глухо рыча, мечусь по залу, как загнанный зверь, натыкаясь на мебель и стеллажи. Застыв у стола, замечаю раскрытую книгу с историей нашего рода. Со злостью сбрасываю ее на пол. Вот откуда Эйви все узнала. Я идиот, забыл, что во время обряда наши магии переплелись. Жена легко смогла пройти сквозь мое запирающее плетение.

А что теперь? Как мне добиться прощения? Как заставить хотя бы выслушать себя? И все же надежда у меня есть. Моя Эйвери умная и рассудительная. Она справится с эмоциями и захочет узнать, как все произошло. Связь между нами жена тоже ощущает, как бы ни отказывалась это признать.

Надо просто дать ей остыть. Проявить терпение. Только как это сделать, когда без нее мне даже дышать тяжело? Когда страх потерять пару застилает глаза, острыми когтями вспарывая душу. Не могу оставаться вдали от нее. Я готов сидеть под дверью, за которой спряталась Эйви. Пусть всю ночь, пусть дольше. До тех пор, пока она не будет готова меня услышать.

Шагаю к выходу и вдруг застываю, ощущая, как по коже проходит ледяной озноб. Сердце сбивается с ритма. Прочная струна истинной связи натягивается до предела, истончаясь. Чувствую возмущение магии в пространстве, как будто кто-то открыл темный портал. А потом он схлопывается. И внутри меня наступает полная тишина. Замораживающая, глухая. Убивающая осознанием. Моей пары в замке больше нет. Она сбежала от меня.

Срываюсь с места, сшибая все на своем пути. Едва не скинув с петель дверь, врываюсь в спальню Эйви. Она была здесь, еще совсем недавно. А теперь ее нет. Нигде. Только запах остался, но скоро и он исчезнет. Голова взрывается от сотни мыслей. Куда она ушла? Как смогла? Жена тоже умеет ходить через сумрак? Моя магия передалась и ей? Я о таком никогда не слышал.

Эйви не знает правил нахождения в сумраке и может пострадать. Где она сейчас? Что с ней случилось? А если она исчезла не добровольно? Сердце разрывает страх за нее, душу — дикая боль потери, словно ее вспарывают наживо. Моей паре нельзя оставаться одной. У меня слишком много врагов. И у ее семьи, как оказалось, тоже. Мы еще ни в чем не разобрались.

Пусть истинная проклянет меня, пусть ненавидит и обижается, но я не оставлю ее одну. Буду рядом, просто подстрахую. Усмиряю сорванное дыхание, падаю в кресло. Представляю глаза моей Эйви и призываю сумрак. Тянусь к нашей связи, она слабо, но ощущается. Если жена близко, перемещусь к ней физически. Если далеко, хотя бы увижу, где она, и прилечу к ней. Пришла пора проверить, восстановился ли оборот.

Привычный холод, скольжение в сумраке. Изо всех сил тянусь к паре. И меня снова вышвыривает обратно. Чертов барьер, с которым я уже сталкивался, не дает прорваться. Если бы я, идиот, консумировал наш брак, меня бы ничего не остановило. Полное слияние тел и душ позволяет истинным всегда находить друг друга. Но я не сделал этого и теперь могу лишь сходить с ума.

А дальше я теряю связь с реальностью. Разум заволакивает смесью из ярости, боли, ненависти к себе и невыносимого ощущения бессилия. Зверь, почуяв мое состояние, пытается перехватить контроль. Тело проходит полуоборот и застывает посередине. Обзаведясь когтями, крыльями и хвостом с шипами, я разношу вдребезги все вокруг.

Не помню, сколько это длится. Не помню себя и того, что делаю. Сознание плавает в вязком мареве забытья. Ноздри вдыхают запах дыма и гари. В ушах грохот и треск. Боль в теле заставляет очнуться. Я снова в человеческой ипостаси, но ощущение, будто мной рушили стены. Каждую мышцу выворачивает, пальцы содраны в кровь, под ногтями кирпичная пыль. Я вырывал когтями кирпичи?

Оглядываюсь по сторонам. Я в парадном зале на первом этаже. В стене зияет огромная дыра. Не знаю, чем ее пробил. Может, головой. Она раскалывается от боли. На оставшихся стенах и потолке копоть, стекла выбиты. Занавески и ковры обгорели. Я выпускал огонь? Прямо тут? В доме же Сэм с Мартой.

Пошатываясь, шагаю в коридор, ведущий в служебную часть замка. Там тихо. Зову слуг. Слышу осторожные шаги. На лестнице, ведущей на нижний этаж, появляется Сэм, а из-за его спины выглядывает бледная, перепуганная Марта. Хвала Богам, они не пострадали. Похоже, вовремя спрятались в подвале.

— Господин, — с тревогой спрашивает Сэм. Его голос заметно подрагивает. — С вами все в порядке?

— Теперь да, — отвечаю хрипло. Горло саднит. Похоже, мой зверь оглашал окрестности диким ревом. Человеческое горло не предназначено для такого. — Я больше не буду ничего громить. Можете не прятаться.

Возвращаюсь в разрушенный зал. Надо осмотреть повреждения и восстановить то, что можно, пока стены не обрушились. Но мне все равно. Опускаюсь прямо на покрытый пылью, пеплом и ошметками дерева пол. Обхватываю голову руками. Мне нужно прийти в себя и решить, что делать. Агония — не выход. Я должен найти Эйви, где бы она ни была.

— Ну что, успокоился? — слышу насмешливый голос и резко поднимаю голову. — Или еще разомнешься? В замке остались целые стены.

Это тот самый призрак, который явился мне перед свадебным обрядом. Сейчас я не просто слышу его, но и вижу плотный, темный сгусток, напоминающий человека. И огненные глаза там, где должно быть лицо.

— Чего тебе надо? — уточняю устало. — Иди туда, откуда пришел. Чего столько лет молчал, а сейчас объявился? Впрочем, мне наплевать. Можешь резвиться дальше.

— На Эйвери тоже наплевать? — звучит язвительный ответ. Мгновенно вскакиваю, вглядываясь в призрачную фигуру. Схватил бы его за горло и вытряс все, что он знает. Но бестелесные сущности не схватить. — Я ведь спрашивал тебя, глупый дракон, готов ли ты принять последствия собственных поступков? Но ты все равно поступил по-своему.

Не обращая внимание на издевательский вопрос, требовательно задаю свои:

— Что ты знаешь о моей жене? Где она сейчас?

— В безопасности, — слышу и рычу от злости.

— В безопасности?! — взрываюсь я. — Да откуда ты знаешь? У нее никого, кроме меня, нет. Одна одна, без защиты! Ее могут обидеть.

— Ты сам с этим прекрасно справился, глупый дракон. Твоя пара сейчас там, где ей не будут лгать.

Пусть его обвинения справедливы, не время посыпать голову пеплом.

— Скажи мне, где она? — уточняю вкрадчиво. — Я не буду приближаться, просто подстрахую. Понаблюдаю издали. Ты же дух. Так читай в моем сердце. Я никогда не причиню истинной вреда. Я люблю ее и умру за нее…

— Я и читаю. Иначе вообще не разговаривал бы с тобой. И все равно скажу: ты получил то, что заслужил!

Проклятый призрак продолжает издеваться. Но я терплю в надежде выяснить у него хоть что-то. А может, попробовать по-другому?

— Кто ты? Ответь, я приказываю! Всё, что здесь находится, подчиняется мне. Призываю тебя к ответу. Назовись, дух!

— Я не служу тебе.

— Кому служишь?

— Сначала твоей матери. Потом жене, — звучит неожиданный ответ. Ошарашено подаюсь вперед, но дух легко отплывает, сохраняя дистанцию.

— Ты служил матери и Эйви? — уточняю неверяще. — Почему я не знаю?

— Ты вообще мало что знаешь, — в

— И все же кто ты? Что делаешь в моем замке? Это из-за тебя его называют проклятым? Если ты дух, привязанный к этим стенам, то обязан меня слушаться. Сейчас я единственный хозяин здесь.

— Смертные трусливы и недалёки. Все, что они не понимают, проклинают и пытаются уничтожить. Я древняя темная сущность. По причинам, которые тебе не стоит знать, не могу вернуться в свой мир и временно живу здесь. Но не принадлежу этим стенам. Много лет назад мы с твоей матерью заключили договор. Я помог ей стать фавориткой короля, она взамен кормила меня своей силой и разрешила остаться в замке. После ее смерти замок дряхлел, и я вместе с ним. Потом сюда приехал ты. Я думал заключить с тобой новый договор, но ты приполз умирать. И умер, если бы Боги не одарили тебя парой с вкусной, темной силой. Я сделал все, чтобы девчонка осталась в замке.

— Ты сделал? Не много ли на себя берешь? — зло усмехаюсь я.

— Не много. А сегодня я помог твой жене исчезнуть, — сообщает дух с явным удовольствием.

— Что?! Так это ты? — рычу, заставляя себя оставаться на месте. Глупо бросаться на призрака с кулаками. — Куда ты ее отправил? Говори! Я дам тебе столько силы, сколько захочешь.

— Мне и так хватает. Магия твоей жены сильна.

— Как ты ее уговорил? Тоже заключил договор?

— Все честно. Я учил девчонку пользоваться темной магией, она давала мне силу. Между прочим, я не только брал. Благодаря мне эти стены восстановились. Ты зовешь себя хозяином, но довел замок до разрухи.

— А Эйвери знала, что ты привязал себя к ней? Или ты тоже лгал, хотя упрекаешь в этом меня?

— Я всего лишь недоговаривал. У духов свои правила. У смертных свои.

— Все с тобой ясно, — кривлюсь я. — Ты скажешь мне, где Эйви?

— Пока нет. Еще рано.

Его слова вызывают глухую ярость. Зачем я вообще его слушаю? Только зря трачу время. Зло дергаю головой и говорю:

— Тогда проваливай, я сам ее найду.

Глава 42 Дэмиан

Темный дух исчезает, я снова остаюсь один. Я не слишком верю ему. Но все же его заявление, что Эйви сейчас в безопасности, хоть немного разжимает тиски страха за пару. И позволяет начать думать. Рассматриваю свои руки. Раны на изодранных в кровь пальцах уже затягиваются. Чертова драконья регенерация исправно делает свое дело. Теперь она работает, как положено. И это тоже заслуга Эйви. Она излечила меня от проклятия. А потом привязала к себе, забрала мою душу и сбежала, снова бросив подыхать. Теперь уже без нее.

Все, что мне остается, стать ее тенью, держаться рядом и защищать. Но даже этого она меня лишила. Куда мою жену отправил демонов дух, можно гадать до бесконечности. А у меня нет времени. Нужно искать другие способы. И тут меня осеняет. Я уже чувствовал тот самый барьер, что не пустил меня к паре. Когда пытался найти бывшую невесту ее брата. Загадок вокруг этой девицы хоть отбавляй. Значит, стоит сосредоточиться на них.

Иду в свои покои и отправляю Заку сообщение. Хочу узнать, что у него есть нового по Юджинии Флоренс. Пока жду ответа, занимаюсь ликвидацией последствий своей агонии. Для начала нужно сделать самое основное: восстановить стены, потолки и перекрытия, чтобы все тут не обрушилось.

Спустя пару часов трещины и дыры в стенах залатаны, в окнах вновь целые стекла. С мебелью и убранством хуже. Большая часть того, что было в парадном зале и соседних помещениях восстановлению не подлежит. Наплевать, будет только просторнее. Без истинной мне вообще не важно, в каком состоянии замок. Только для нее я мечтал создать уют.

Возвращаюсь в нашу спальню. Здесь все нетронуто. На этой кровати еще утром я ласкал жену, наслаждался ее стонами, доводил до исступления. Каждым своим вдохом признавался, что не могу без нее. А сейчас все, что у меня есть — разложенная на покрывале ее ночная сорочка. Хватаю нежное кружево и прижимаю к лицу, жадно вдыхая едва уловимый аромат. Боль режет душу на части. Зверь внутри горестно ревет, не ощущая рядом пары. Это все, что ты мне оставила, Эйви? Свой запах?

Слышу сигнал артефакта связи. Изучаю отчет Зака. Несколько дней он следил за Юджинией и сделал интересные выводы. Девушка действительно помогает в лечебнице для бедных. Ее там очень хвалят и ценят. Для ночных дежурств в лечебнице есть специальные сестры. Сначала Заку сообщили, что Юджиния входит в их число.

Вот только не учли, что мой друг всегда тщательно проверяет информацию. Он смог выяснить, что это прикрытие для тех, кто будет задавать вопросы. На самом деле каждый вечер девушка исправно уходит домой. Но, судя по недовольству ее родителей, туда не добирается. Так куда же она исчезает по ночам?

В первый вечер Зак едва не упустил мисс Флоренс, не ожидая, что она применит артефакт отвода глаз. Девушка явно подготовилась и старательно защищает свои тайны. Но Зак не был бы моим помощником, если бы не справился с таким простым заданием. Он все же проследил за Юджинией. И теперь мы знаем, куда она спешит после помощи бедным.

Ее цель — обычный дом на окраине столицы в рабочем квартале. Добротный, но слишком простой, чтобы его могла посещать дочь богатого торговца. Можно предположить, что там живет ее подруга. Но владелица дома, которую мой друг успел навестить, сообщила, что сдала жилье приезжему мужчине и его больной матери. Насколько она знает, сейчас мать мужчины умерла, и он живет один.

Что связывает этого мужчину с мисс Флоренс, Зак пока не выяснил. Но обещает заняться этим в перерывах между собственными делами. Перечитав послание друга, недолго раздумываю и принимаю решение. Все, хватит отсиживаться в глуши. Я возвращаюсь в столицу. Только пока инкогнито. Еще не готов встречаться с отцом и официально сообщать двору, что излечился от проклятия.

Остановлюсь у друга, осмотрюсь. Разберусь с Юджинией. Займусь поисками Эйви. В столице это будет сделать проще. В том числе и продолжить расследование, связанное с семейством Марлоу. Понимаю, что окажусь гораздо ближе к своим врагам. Есть вероятность, что меня узнают. Что ж, плевать. Мне больше нечего терять. Я готов побыть наживкой, чтобы вычислить тех, кто покушался на меня. Это у меня всегда отлично получалось. А самое важное в жизни,

Определившись с планами, быстро собираю самое необходимое. Сорочку Эйви тоже беру с собой. Запах пары позволит какое-то время сдерживать моего зверя. Вызываю Сэма, вручаю ему средства на ведение хозяйства и сообщаю новости. Прошу привести замок в порядок, насколько это возможно. Стены и крышу я залатал. Остается убрать гарь, выбросить сломанную мебель, заменить шторы и ковры.

В замок приказываю никого не пускать. Если кто-то будет меня искать, сообщать, что хозяин при смерти и гостей не принимает. Благодаря установленному мной защитному барьеру пробраться сюда никто не сможет. А если что, сразу сообщать мне через артефакт связи.

Потом смотрю в глаза слуге и говорю:

— Если вдруг в замок вернется моя жена, незамедлительно принять ее, разместить в наших покоях, оказать максимальную помощь и немедленно предупредить меня.

Закончив с указаниями, сообщаю Заку, что скоро появлюсь у него. Выхожу во двор и обращаюсь к внутренней сути, отпуская зверя на свободу. Он с радостью принимает управление над нашим телом. Оборот проходит без проблем. Во мне теперь достаточно силы и магии. Расправив крылья, ощущаю почти забытый восторг. Как давно я не летал.

Подцепив когтями дорожную сумку, взмываю в небо. Все выше и выше. Какое-то время просто наслаждаюсь свободным полетом, заново ощущая тело дракона, каждую мышцу в нем. Потом поворачиваю в сторону столицы. Немного не долетев до нее, снижаюсь. Появляться в городе так демонстративно не планирую. В ближайшем лесу приземляюсь и перекидываюсь в человека. А в дом Зака перемещаюсь уже через сумрак.

Друг уже ждет. Крепко обнимает и внимательно разглядывает. А потом довольно улыбается, радуясь моему внешнему виду. Сейчас никто не скажет, что еще недавно я медленно умирал от темного проклятия. Даже отец на меня с трудом смотрел. А уж остальные шарахались, как от чумного. Только моя Эйви не испугалась.

Мысли о паре снова вгоняют в глухую тоску. Зак это замечает, но вопросов не задает, приглашая разделить с ним еду. Я сам рассказываю ему все, до самого конца. Мне нужна его помощь. Мы вместе работали, когда я был ищейкой. И заговор против короля, в результате которого пострадала семья Марлоу, раскрывали тоже вместе. Так что утаивать от него правду нет смысла.

Друг уже поклялся, что никому не расскажет о моей женитьбе. А теперь сообщаю ему, кем является моя жена. И о том, что она сбежала от меня, тоже. Обо всех неприглядных подробностях. Зак потрясенно качает головой, удивляясь, как причудливо переплелись наши судьбы. Не осуждает, но дает молчаливую поддержку. Потом мы обсуждаем, что будем делать.

Первым делом решаем разобраться с тайнами Юджинии Флоренс. Зак находит для меня темный плащ, полностью скрывающий фигуру. Сам использует похожий. И уже утром следующего дня мы выдвигаемся в сторону того самого дома. И тут происходит странное. Чем ближе я подхожу к нужному месту, тем сильнее волнуется мой зверь. А тонкая струна моей связи с парой становится прочнее и ярче.

У самого дома меня едва не сбивает с ног аромат истинной пары. Я нашел Эйви! Из горла рвется рык. Зверь ликует и толкает меня ворваться в дом. Схватить ту, кто принадлежит нам по-праву. Только ревность ядовитым жалом впивается в душу. Что делает моя жена в доме чужого мужчины? Почему дух переместил ее сюда? Хочется рычать, разнести в щепки запертые двери и ворваться внутрь.

Но я усмиряю и своего зверя, и свою ревность. Сцепив челюсти, диким усилием воли заставляю мышцы слушаться. Хватит ошибок. Я достаточно их совершил. Нужно думать головой и больше никогда не прибегать к обману. Я готов говорить открыто, ничего не скрывая. Вот только захочет ли Эйви слушать меня?

Мой взгляд притягивает к окну второго этажа. На мгновение за ним мелькает размытый силуэт и сразу прячется за занавеской. А я не могу отвести глаз. Смотрю и чувствую, как оживает сердце, которое жена забрала с собой. Но вместе с этим душу наполняет ядовитая горечь. Моя пара здесь, и она боится меня. Для дракона нет ничего страшнее. И винить некого, кроме себя.

Глава 43 Эйвери

— Не нужно никуда уходить. Это за мной… — сообщаю брату и его жене.

— За тобой? — с тревогой переспрашивает Уилл. — Ви, тебя кто-то преследует?

— Не совсем. Это не преследователь, а… муж, — ну вот я и призналась.

— Муж?! Ты вышла замуж? За кого? — ошарашено забрасывает меня вопросами брат.

— Это та часть истории, которую я не успела вчера рассказать. Мне нужно время, чтобы все объяснить. Но я не уверена, что нам его дадут.

— Думаешь, они попытаются ворваться? Ты что, сбежала от мужа?

— Так вышло, — неопределенно пожимаю плечами.

— Он тебя обижал? Ты не хочешь к нему возвращаться? Если так, я не позволю тебя забрать.

— Дэмиан меня не обижал. Но обманул. Жестоко.

— Так, ладно. Сейчас Юджи выведет тебя по тайному ходу. Вы спрячетесь. А я потом вас найду.

— Нет, Уилл, я тебя не оставлю, — резко мотаю головой. — Не после того, как неожиданно снова тебя обрела.

— Я тоже, — воодушевленно заявляет Юджиния.

— Я не могу подвергать вас опасности! — с отчаянием произносит брат. — Вы обе — все, что у меня есть.

В этот момент в моей голове звучит четкий голос:

«Нам нужно поговорить. Бежать не придется. Вернись в свою комнату и запри дверь».

Вздрагиваю, замирая. Инис здесь? Но как?

— Пожалуйста, дайте мне пять минут. И нам не придется никуда убегать, — прошу брата и Юджинию. Сама понимаю, как странно это звучит. Но если я начну еще и про духа объяснять, мы вообще сойдем с ума. — Просто подождите тут и ничего не предпринимайте.

Пячусь к своей спальне под недоуменными взглядами Уилла и его жены. Главное, чтобы они не посчитали меня ненормальной. Заперев дверь, резко поворачиваюсь, пытаясь разглядеть темный силуэт. Но здесь слишком светло. Прикрываю шторы, темные духи не любят яркий свет. Наконец Инис возникает перед глазами. Кажется, он стал еще больше.

— Как ты здесь появился? Разве ты можешь покидать замок? — торопливо задаю вопросы.

— Конечно могу, — высокомерно отзывается он. — Я древняя темная сущность, уже говорил тебе это. Могу рассказать подробнее, но думаю, сейчас у нас другие проблемы. У дверей твой муж. Быстро он тебя вычислил. Мы вчера пообщались. Я отказался сообщать, куда переправил тебя. Надеялся, этому упрямому дракону потребуется больше времени. Он потратит его с пользой, успокоится и начнет думать. Но не повезло.

— Так Дэмиан теперь знает о тебе?

— Да. И о том, что

— Почему ты сказал, что нам не придется уходить? Я не хочу общаться с мужем. Но боюсь, мой брат не сможет устоять против него.

— Не хочешь, значит, не будешь, — уверенно заявляет Инис.

Неожиданно от фигуры духа отделяются несколько теней, расширяются и расползаются во все стороны, будто впитываясь в стены.

— Что ты сделал? — уточняю настороженно.

— Защитил этот дом. Теперь ни один дракон не ворвется сюда без разрешения. Я почти восстановил свою силу. Но кстати от дополнительной порции твоей магии не откажусь. Если не возражаешь, загляну ночью подпитаться.

— Не возражаю, — качаю головой. — Так значит, Дэм не сможет зайти в дом? Спасибо, Инис! А ведь я еще не поблагодарила тебя за то, что переместил меня к брату. Получается, ты знал о нем?

— Я много чего знаю. Но сейчас нет времени на рассказы. Иди уже, успокой своего родственника.

Темный силуэт тает, как грозовое облако на небе. Я возвращаюсь к Уиллу и Юджи. Только собираюсь все объяснить, как входная дверь сотрясается от громкого стука.

— Демоны! — ругается брат. — Надо было вам слушать меня и уходить…

— Не нужно. В этот дом без разрешения никто не сможет попасть.

— Откуда ты это взяла?

— Если кратко, я жила в замке и там познакомилась с темным духом. Мы заключили что-то вроде соглашения. Он помогал мне, я ему. Это он вчера переместил меня к тебе. Сейчас я с ним разговаривала. Дух защитил своей магией этот дом.

— И что нам делать? — уточняет Уилл, когда стук повторяется. — Они все равно не уйдут.

— Пожалуйста, спроси, что им нужно. Только не выходи на улицу и не открывай двери. Разговаривай через смотровое окошко. Я постою сбоку и тоже послушаю. Если Дэмиан будет звать меня, скажи, что я не хочу его видеть.

Все втроем подходим к входной двери. Я и Юджиния останавливаемся сбоку. А Уилл открывает маленькое зарешеченное оконце в двери и громко уточняет:

— Кто вы? Что вам нужно?

— Я Дэмиан Блэк, — слышу твердый, напряженный голос мужа. — В вашем доме находится моя жена, Эйвери Блэк. Мне нужно ее увидеть.

— Это невозможно.

— Почему? — холодно уточняет Дэм. — С ней все в порядке? Она находится здесь добровольно?

— Добровольно. И да, с ней все в порядке. Но видеть вас не желает. Предупреждаю, врываться в дом бесполезно. Он защищен.

— Мы и не собирались, — хмуро заявляет Дэмиан. — Я хочу всего лишь поговорить с женой. Мне нужно личное подтверждение, что ее не удерживают силой. И еще я должен знать, кто вы для нее? Почему Эйвери попала к вам?

— Я не готов ничего объяснять. Что касается Эйви, подождите минуту.

Брат смотрит на меня, взглядом спрашивая мое решение. Киваю и подхожу к окошку. Заглянув в него, замираю, сталкиваюсь взглядом с Дэмианом. Он выглядит так, будто не спал несколько дней. Застывшее лицо, плотно сжатые губы. Усталый, потухший взгляд. Но как только видит меня, в его глазах загорается такой голод и тоска, что мне хочется отпрянуть, спрятаться. Будто это не он, а я во всем виновата.

Сжимаю кулаки, выпрямляю спину и подчеркнуто ровным голосом говорю:

— Я здесь добровольно. В замок не вернусь. Это все, что я готова тебе сказать.

— Эйви, — хрипит муж, подаваясь ближе к оконцу. Его лицо перекашивает болезненная судорога. — Прости меня. Пожалуйста, поговори со мной. Клянусь, я не трону тебя. Не заберу отсюда, если не захочешь.

— Я не хочу. И говорить с тобой тоже. По крайней мере, не сейчас.

Дэм шумно выдыхает. А я злюсь на себя, что дала ему надежду, и прячусь в тень.

— Как видите, Эйвери не расположена к разговору, — занимает мое место брат. — Если передумает, я дам знать. Где вас найти?

— Я буду ждать здесь, под окнами. Столько, сколько нужно, — слышу глухой ответ.

— Ожидание может затянуться, — хмурится Уилл. Мне тоже не нравится, что мы останемся почти в осаде.

— Неважно. Я не уйду. Моей жене опасно находиться без охраны, — отрезает муж.

Дальше раздаются удаляющиеся шаги. Уилл захлопывает оконце и поворачивается к нам с Юджи.

— Так, ладно, — произносит, задумчиво разглядывая меня. — Теперь у нас хотя бы есть время. Думаю, тебе, сестра, пора рассказать свою историю. Пойдем на кухню, заодно позавтракаем.

Помогаю Юджинии разогреть еду и накрыть на стол. С признаниями не тороплюсь, позволяя всем закончить завтрак. Мой рассказ наверняка испортит аппетит. Но тянуть бесконечно не получится. В конце концов под настойчивым взглядом брата откладываю вилку в сторону и начинаю говорить.

Рассказываю все, обстоятельно и по-порядку. Начиная с нахождения в темнице и отказа Дэмиана жениться на мне. Перехожу к запечатыванию моей магии и неожиданным последствиям этого. Потом кратко описываю мои одинокие скитания, которые завершились в Проклятом замке.

Первую часть рассказа Уилл слушает со сжатыми кулаками и сцепленными до желваков челюстями. В его глазах попеременно сменяются ненависть, печаль, боль за меня, острая вина и отчаяние. Юджи молча сидит рядом с мужем и как обычно держит его за руку. Я уже поняла, что она каким-то образом сдерживает его ярость и выплески гнева.

Когда я перехожу к последним событиям и знакомству с Дэмианом, интерес брата возрастает, а вместе с ним и удивление. Его глаза округляются от потрясения, когда я сообщаю, что мы с Дэмианом истинные. Что странно, когда я наконец раскрываю имя мужа и сообщаю, что вышла замуж за ищейку короля, Уилл выглядит менее потрясенным. И вовсе не вспыхивает гневом, как я ожидала.

Я молчу, отдыхая от тяжелого рассказа. Хотя старалась сдерживать эмоции, признания дались мне нелегко. Словно заново переживала все то, что перенесла за эти два года. Наконец Уилл отвлекается от дум и переводит взгляд на меня.

— Значит, твой муж королевский бастард и бывшая ищейка? А я сперва решил, что мне показалось. Мы не были представлены друг другу, но я видел его несколько раз. А еще он твой истинный. Это же настоящая удача, Ви! Муж сделает все, чтобы ты была счастлива, и никогда не предаст, — добавляет воодушевленно.

— Удача? — переспрашиваю недоверчиво. Вот уж не думала, что он даст такое определение тому, что со мной произошло.

— Ну да. Пусть граф Вудсток, или как ты его называешь, Дэмиан Блэк, официально не признан королем, он все равно обладает властью, связями и возможностями, чтобы защитить тебя. А еще разобраться в том, кто уничтожил наш род.

— Ты забыл, на него самого покушались и едва не убили? — напоминаю я. — А как же все остальное, Уилл? Ведь это он раскрыл заговор, после которого

— Я согласен, что между вами все непросто, — морщится брат. — Да, он женился обманом. Но брак все же не консумировал. Я чувствую, ты все еще невинна. А ведь твой муж мог привязать тебя к себе навсегда. Если вы истинные, после близости ты уже не смогла бы уйти от него. Если честно, мне трудно его винить. Не знаю, что сделал бы сам, если бы попал в такую ситуацию. Наверняка тоже использовал все средства, чтобы не упустить свою пару. Что касается отказа жениться, он ведь тогда не знал, что вы истинные. И в общем-то не обязан был брать в жены дочь мятежника.

— Ты защищаешь его? — спрашиваю удивленно.

— Не защищаю, но понимаю. Раскрывать заговоры это его работа. На собраниях я действительно присутствовал. Так что в этой части твой муж не соврал. С нашим отцом сложнее. Думаю, его как-то подставили. Дело вообще не в королевской ищейке. Тот, кто решил уничтожить нашу семью, воспользовался бы любым предлогом. А вот разобраться, кто и почему это сделал, как раз может твой муж. Тем более, ты сказала, он уже начал расследование. Понимаешь, что это значит для нас? Мне одному не выстоять против высокопоставленного врага нашей семьи. Я не могу подставлять вас с Юджи под удар. Но с королевским бастардом и ищейкой в одном лице у нас появляется шанс. Вместе мы можем справиться.

— Ты же сказал, что не собираешься мстить, — настораживаюсь я.

— Не мстить, Ви. Но добиться справедливости. Об этом я мечтаю. Восстановить честь нашего рода, смыть с нее позор предательства. Посмотри, как мы живем. Моя жена вынуждена скрывать от родных, что вышла за меня замуж, бегать ко мне тайком. Да и ты, какое будущее ждет тебя? Стать женой какого-нибудь крестьянина? Ты заслуживаешь лучшего, сестра. Ты и Юджи, вы обе. И пусть нам вряд ли удастся вернуть прежнее положение и достаток, я хотя бы смогу прямо смотреть в глаза родителям жены. Обеспечу вам достойное будущее. А если при этом получится наказать того, кто отправил на казнь нашего отца, я буду только счастлив. И наконец избавлюсь от ужасного чувства вины.

— И чего ты ждешь от меня? — спрашиваю хмуро. Я не ожидала, что Уилл так отреагирует.

— Для начала надо впустить твоего мужа в дом и поговорить. Я открою свое имя. Расскажу все, что знаю. Точнее, рассказывать придется тебе. Я связан клятвой, а ты нет. Спросим Дэмиана о его планах. О том, собирается ли он продолжить расследование. Что касается ваших отношений, тебе решать, сестра. Я в любом случае тебя поддержу. Главное, чтобы ты была счастлива. А с этим драконом или с другим, там разберемся.

Глава 44 Эйвери

Помогаю Юджи убрать со стола и ухожу в свою комнату. Мне надо спокойно подумать обо всем, что сказал брат. Вот только о спокойствии и речи нет, когда Дэмиан так близко. Я буквально чувствую его присутствие. Не выдерживаю и выглядываю в окно.

Он действительно там, внизу, стоит, закутавшись в плащ. И сразу поднимает голову, мгновенно находя меня взглядом. На этот раз я не прячусь, просто стою. Мы так и смотрим друг на друга сквозь стекло.

По тротуару шагают прохожие. Муж не обращает на них внимания, а мне становится тревожно. Разве ему не опасно находиться в столице? Он ведь так и не узнал, кто наслал на него проклятье. И вдруг меня пронзает ужасная мысль.

Я судорожно вспоминаю, сколько раз за эти годы проклинала Алистера Вудстока. Как отчаянно призывала на его голову страшные кары в тот момент, когда пробуждалась моя темная магия, сжигая меня в огне. Неужели то, что случилось с Дэмианом — моя вина? Быть может, как раз поэтому у меня получилось вылечить его?

В смятении отшатываюсь от окна и нервно брожу из угла в угол. А потом, так и не найдя спокойствия, отправляюсь искать брата. Уилл прав, нам в любом случае придется поговорить с Дэмианом. Он не уйдет, пока не поймет, что я здесь делаю. К тому же, рассказ брата может помочь мужу в расследовании. Ведь пока он бродит в потемках.

Уилла нахожу на кухне. Брат сидит за столом, погруженный в раздумья. Поднимает голову, чуть заметно улыбаясь. Я все еще не привыкла к мысли, что он жив. Что вижу его не в своих мучительных снах, а наяву, живым и здоровым. Что могу прикоснуться к нему, обнять, как делаю это сейчас.

Уилл замирает, находит мою руку и крепко сжимает.

— Я счастлив, что нашел тебя, — хрипит он. — Больше всего боюсь снова тебя потерять. Тебя, Юджи… Вы моя единственная семья.

— Я тоже счастлива. И думаю, ты прав. Надо поговорить с Дэмианом. Пока только поговорить. Возвращаться к нему не хочу. Но и нахлебницей у вас жить тоже. Я буду работать. Сейчас уже лучше управляю своей магией. Могу выполнять заказы.

— Спасибо, Ви. Но я мужчина, это моя обязанность обеспечивать вас. Ты можешь помогать Юджинии по дому. Ей ведь приходится несколько раз в неделю ночевать дома. А еще работать в лечебнице.

— Хорошо. Но когда освоюсь, вернемся к этому разговору. Что делаем с Дэмианом?

— Я его позову. Ты готова? — внимательно смотрит на меня брат. Я не готова. Но и откладывать не хочу. Только сильнее буду переживать. Так что молча киваю. — Тогда делаем так. Юджи лучше подождать в другой комнате. Неизвестно, знает ли твой муж, что она здесь. Не будем сразу раскрывать все карты. Я приглашу Дэмиана. Берем с него клятву и общаемся.

Юджиния скрывается в дальней комнате. Уилл идет к двери. А я сначала шагаю за ним, потом торможу и прячусь в небольшой, чисто убранной гостиной. Замираю у кресла, нервно сжимая руки. Дэм пообещал, что не тронет меня, не заберет отсюда. Но выполнит ли он обещание?

Наконец слышу мужские шаги и выпрямляюсь еще сильнее, стараясь принять равнодушный вид. Но когда в комнату заходит брат, а следом за ним Дэмиан, маска моего равнодушия трескается, не продержавшись и минуты.

Муж застывает на пороге, мгновенно выцепляя меня взглядом. И смотрит так, будто не видел целый год. Его челюсти сцеплены, губы плотно сжаты. Грудь высоко вздымается. Тело напряжено, слово готовится к прыжку. Я вздрагиваю, невольно делая шаг назад. По лицу

Уилл останавливается рядом, чуть оттеснив меня плечом. Словно защищает от Дэмиана. Тот хмурится, переводит взгляд с меня на брата и обратно. Потом прищуривается. Его глаза вспыхивают досадой.

— Мисс Юджиния Флоренс тоже тут? — уточняет он глухо.

— Все разговоры только после того, как вы принесете клятву неразглашения, — холодно сообщает Уилл. Вопрос о жене ему явно не понравился.

— Я готов, — кивает муж. Произносит стандартный текст, отросшим когтем прорезает свою ладонь и закрепляет магическую клятву кровью. Мы с братом переглядываемся. Клятва на крови самая сильная. То, что Дэм, не задумываясь, выбрал такой вариант, говорит о многом. — Этого достаточно? — спрашивает он.

— Вполне, — отвечает брат. — Теперь я могу назвать свое имя и объяснить, что делает здесь Эйви. Точнее, говорить будет она. Я тоже связан клятвой, меня вынудили ее дать.

— Насчет имени не трудитесь, — вдруг заявляет муж. — Теперь я и сам могу его назвать. Еще когда стоял под окнами, подумал об этом, а сейчас вижу подтверждение. Вы похожи, как брат и сестра. Покойный Уильям Марлоу, судя по всему? Старший наследник рода, казненный вместе с матерью и отцом? Как вы выжили?

— Вы оправдываете свою репутацию королевской ищейки, — усмехается брат. — Давайте присядем и поговорим. Общаться придется через Эйвери. Говорить с вами о прошлом я не могу.

— У меня есть другое предложение, — произносит Дэмиан. — Ваша клятва закреплена кровью?

— Нет, просто магией, — хмурится брат.

— Тогда еще проще. Я сейчас пошлю Зака за одной вещью. Во время работы ищейками у нас был интересный артефакт из арсеналов тайной канцелярии. Мы должны были его вернуть, но решили оставить себе. Сообщили, что он случайно разрушился. С обычной магической клятвой этот артефакт справится. Мы сможем поговорить нормально, а не через третьи руки. Не возражаете?

Ни я, ни Уилл не возражаем. Дэмиан ненадолго покидает нас. А когда возвращается, обращается к моему брату:

— Придется немного подождать. А пока я хотел бы поговорить с женой наедине. Не беспокойтесь, я клянусь, что ничего не сделаю против ее воли и не заберу насильно. Эйви моя пара. Ее благополучие моя главная забота.

— Тем не менее, вы обидели ее, — замечает брат. Не обвиняет, просто констатирует.

— Я понял, что ошибался, — дернув желваками, отвечает Дэм. — И уже решил рассказать ей правду. Эйви просто меня опередила. Поверьте, за свои ошибки я плачу каждый день.

Уилл переводит вопросительный взгляд на меня, показывая, что решение остается за мной. Я киваю, соглашаясь.

— Я буду рядом, — произносит брат и выходит из гостиной. Как только за ним закрывается дверь, Дэмиан порывисто шагает ко мне. Но личные границы не нарушает, останавливаясь в шаге.

— Прости меня, Эйви... — произносит хрипло. — За все прости. Что отказался брать тебя в жены. Обрек на лишение магии и скитания. Что не сказал правду. Я так боялся тебя потерять и все равно потерял… — заканчивает с горечью. Его лихорадочный взгляд скользит по моему лицу. — Я понимаю, что ты не хочешь меня видеть. И прошу только одного. Не отказывайся от моей помощи и защиты. Она ни к чему тебя не обязывает. Если мои враги узнают, что ты для меня значишь, могут причинить тебе вред.

— Насчет врагов… — решаюсь я. — Возможно, дело не в них. Я ведь не раз проклинала тебя. Точнее, Алистера Вудстока. Винила в том, что произошло с моей семьей. И когда меня лишали магии, когда я задыхалась от боли в момент пробуждения темной силы, тоже кричала слова проклятья. Что, если именно оно догнало тебя. Возможно, я виновата в том, что ты почти умер. Я не хотела, чтобы так случилось… Точнее, хотела, но не с тобой… Ты тоже прости меня…

Дэмиан пристально вглядывается в мое лицо, словно хочет забраться мне в голову. Потом осторожно касается моей руки и произносит:

— Не думай об этом, Эйви, не вини себя. Если и так, я это полностью заслужил. А ты все равно меня вылечила. Но я уверен, дело не в тебе. Возможно, твое проклятье присоединилось к основному. Но явно не было причиной моего состояния. Если тебе станет спокойнее, можем проконсультироваться у лекарей, специализирующихся на темных проклятьях. Они наверняка подтвердят, что ты не виновата. Но для меня это не имеет значения. После того, что ты пережила, имела полное право посылать на мою голову все проклятья мира.

Мы так и стоим друг напротив друга. Дэм держит меня за руку, а я не спешу ее забирать.

— Я еще хотел попросить, — тихо произносит муж. — Мне нужно иногда дотрагиваться до тебя, невинно, как сейчас. Иначе мой дракон сходит с ума, выматывая меня. Эти дни я с трудом его усмиряю. Зверь не понимает, почему пары нет рядом, и рвется ее искать. А сейчас тихо урчит, чувствуя твой запах и тепло твоей кожи.

Взгляд Дэмиана темнеет, ноздри раздуваются. Зрачки ненадолго вытягиваются, показывая, что дракон близко. Я тоже чувствую свою драконицу, хотя еще утром она молчала. Моя вторая ипостась тоже тянется к истинному. Пусть не так настойчиво, как зверь Дэмиана. Моя девочка полна щемящей надежды и грусти. Ей тоже хочется быть рядом с парой.

— Хорошо, — хрипло отзываюсь я, голос почему-то проседает. Говорю себе, что делаю это ради драконицы, но правда в другом. Я должна ненавидеть Дэмиана. И ненавидела. Мои чувства были сильными и понятными, они давали опору. И куда же делись сейчас? Сейчас мне все еще грустно, больно и обидно. Но этого дракона я больше не ненавижу.

А дальше раздается стук в дверь, и я отшатываюсь от мужа. В гостиную заглядывает Уилл и сообщает, что пришел Зак.

— Я хочу пригласить своего друга сюда, — разочарованно выдохнув, Дэмиан разворачивается к моему брату. — Мы вместе работали раньше и сейчас вместе ведем расследование. Будет проще, если не придется пересказывать ему наш разговор. Он тоже даст клятву. Я за него ручаюсь. Согласны?

Уилл кивает, я тоже не возражаю. Этот Зак и так обо мне уже знает. Помню, что даже собиралась поблагодарить его за помощь. Теперь смогу сделать это лично.

Спустя пару минут новый гость заходит в гостиную. На моего брата надевают артефакт и активируют его. Теперь Уилл может говорить все, без опасений, что его накроет магическим откатом.

Мы рассаживаемся, брат рядом со мной. Зак с Дэмианом в кресла. Уилл теперь уже для всех повторяет свой рассказ, который я услышала вчера. Мужчины слушают с каменными лицами. А потом забрасывают Уилла вопросами. Выпытывают

— Как мне вас называть, мистер Блэк или граф Вудсток? — обращается к моему мужу Уилл.

— Лучше просто Дэмиан, — морщится тот.

— Тогда могли бы вы рассказать, из-за чего арестовали нашего с Эйвери отца? Какие против него были улики?

— Мне удалось выйти на верхушку заговорщиков, — хмуро сообщает муж. — Был донос, который я проверял. Используя свои способности, незаметно проник в особняк, где проходила встреча. Ваш отец тоже там был. Я подслушал достаточно, чтобы понять, что речь идет о свержении короля. И призвал стражу. Все дальнейшие допросы проводила Тайная канцелярия.

— Отец тоже рассуждал о свержении королевской власти? — с удивлением спрашивает брат.

— Я не помню конкретные слова. Это осталось в моих показаниях и магических записях голосов, что я делал. Но граф Марлоу точно не возражал, не называл остальных изменниками и не пытался покинуть собрание. Степень его вины должно было определить и доказать следствие, которое вела Тайная канцелярия.

— Того, кто написал донос, нашли?

— Нет, — мрачно качает головой Дэм. — Нам это было не нужно. Главное результат. А сейчас концов уже не найти. Все документы уничтожены.

Мужчины замолкают. На лицах читается глубокая задумчивость.

— Что вы намерены делать дальше? — уточняет брат.

— Я уже пообещал жене, что разберусь во всем, — Дэм бросает на меня напряженный взгляд. — Выясню, виновны ли ее родные или был осуществлен наговор. Не собираюсь отказываться от своего обещания. После вашего рассказа понятно, что это был не просто наговор, а тщательно продуманный план. Но причины пока не ясны. Этим я и займусь. Поисками причин и виновных. А для начала собираюсь воскреснуть. Вернуться во дворец, встретиться с отцом и сообщить, что излечился от проклятья. Только так у меня появится возможность вести нормальное расследование.

Я вздрагиваю и испуганно смотрю на мужа. Он серьезно? Вернется туда, так и не выяснив, кто желал его смерти? Подвергнет себя риску, чтобы выполнить данное мне обещание? А нужно ли мне оно такой ценой?

— Вы понимаете, что это может быть опасно? — спрашивает Уилл, явно разделяя мое беспокойство.

— Конечно, — равнодушно отвечает Дэм. — Собой я готов рискнуть. А Эйви нет. Поэтому на время замаскирую брачную метку и никому не расскажу, что нашел истинную пару. Даже отцу.

Глава 45 Дэмиан

Пока я ждал на улице в надежде, что Эйви захочет со мной поговорить, чего только не передумал. Но хладнокровным рассуждениям мешала дикая ревность, что медленно сжигала изнутри. Моя жена оставалась в доме с неизвестным мужчиной и отказывалась это объяснять.

Я не сомневался в паре, знал, что она гораздо честнее и чище меня. Что ничего, порочащего свою честь, не позволит. Но я не доверял странному духу, забросившему ее сюда. Кто знает, какие у него планы. Понятия о чести у темных сущностей слишком отличаются от наших.

Еще меньше я верил хозяину этого дома, о котором ничего не знал. И все же, обуздав свою ревность, стал размышлять. Во-первых, у Эйви не осталось никого из родных. Во-вторых, именно сюда, под прикрытием отвода глаз, регулярно приходила Юджиния Флоренс. Единственное, что связывало этих женщин в прошлом — брат моей жены, Уильям Марлоу. Могло ли случиться так, что он каким-то чудом остался в живых?

Арест, официальный приговор, показательная казнь. Все говорило против. Шансов ничтожно мало, но они все же были. Мне ли не знать, что Тайная канцелярия способна разыграть любой спектакль. Вопрос только в том, что могло понадобиться ей от наследника опального рода? На самом деле, многое. Например, помощь в раскрытии всех участников заговора.

Эта мысль прочно засела у меня в голове. Когда я наконец попал в дом, первым делом внимательно изучил того, кто стоял рядом с моей женой, плечом отгораживая ее от меня. И вот тут все вопросы отпали сами собой. Сходство оказалось слишком очевидным.

Первое, что я почувствовал — невыразимое облегчение. И дело не только в том, что дух перенес Эйви к родному брату. Я был счастлив, что хотя бы кто-то из семьи моей истинной остался жив. Это немного уменьшало мою вину перед ней. Но то, что я услышал дальше, наполнило душу яростью и стыдом.

Меня, как настоящего слепца, использовали в темную. Заставили сыграть в чужом спектакле. А я, ослепленный желаниями, лелеющий обиды, презирающий всех и вся и в то же время страстно желающий признания, оказался удачной марионеткой. Сделал ровно то, чего от меня ждали. А случившееся со мной несчастье не позволило оглянуться назад и задаться вопросами.

Во мне кипела целая буря чувств. Ненависть, вина, жгучее желание докопаться до правды и наказать виновных. Вычислить того, использовал меня и погубил семью моей пары. Пусть и спустя два года, восстановить справедливость. Вернуть роду Марлоу хотя бы часть того, что у них отобрали. Вот только загубленные жизни уже не вернешь.

Но теперь я отвечал не только за себя и больше не мог позволить себе необдуманных действий. Я прекрасно понимал, что мое неожиданное появление при дворе живым и здоровым окажется настоящим шоком. Надо им правильно воспользоваться.

И самое главное — защитить мою пару. Мне нужен предлог, под которым я начну ворошить прошлое, чтобы не подставить Эйви и ее брата. К тому же, защищать придется уже не двух членов семьи Марлоу, а трех. Как оказалось, Юджиния Флоренс не просто помогала бывшему жениху, а вышла за него замуж.

Разговор закончен, нам с Заком пора уходить. Надо многое обсудить, принять важные решения. Но мне физически трудно уйти от Эйви. Мой зверь тоже протестует и рвется с поводка. Он хочет остаться с истинной, лежать рядом огромной тушей и оберегать ее ото всех. На остальное ему плевать.

Медлю, рассматривая небольшую прихожую. Ни ее обстановка, ни этот дом не подходят для моей пары. Я хочу подарить Эйви все самое лучшее. Но пока не могу ничего сделать. Подхожу к ней, замершей чуть в стороне, такой растерянной, хрупкой. И невыносимо прекрасной.

До дрожи сцепляю пальцы в кулаки, так хочется дотронуться до нее. Но я больше не имею на это права. Могу только смотреть и сходить с ума от желания. Дышать ее ароматом.

— Не выходи никуда, пока мы с Заком не решим вопрос безопасности, — хриплю, жадно разглядывая любимое лицо.

— Хорошо, — не спорит Эйви. После короткой паузы нерешительно спрашивает: — Ты будешь осторожен? Обещай мне…

Ловлю ее

— Обещаю, — я готов пообещать ей что угодно. Даже если попросит, чтобы я перерезал себе горло, не задумываясь сделаю это.

— Где ты остановился? — звучит ее вопрос. Ледяная корка на моем сердце трескается. Это не просто вежливость, ей интересно.

— Пока у Зака. Но завтра вернусь в свой столичный особняк, — всматриваюсь в лицо жены и решаю попробовать. А вдруг сработает: — Было бы гораздо проще тебя защищать, если бы ты жила в моем доме. Он большой, там много свободных спален.

Взгляд Эйви сразу холодеет. Соблазнительные губы сурово сжимаются.

— Хорошо, я понял, — иду на попятную. — Пока остаешься здесь. Тогда вот, возьми. Это артефакт мгновенной связи, — протягиваю ей небольшой медальон. Поворачиваюсь к Уильяму и объясняю:

— Я оставил жене артефакт связи. Если заметите что-то подозрительное, или понадобится мое срочное присутствие, немедленно сообщайте. Я могу переместиться сюда за пару секунд, только не забудьте на время снять защиту с дома. Завтра я предстану перед королем. Осмотрюсь, покажу себя, узнаю настроения при дворе. Вечером перемещусь сюда, расскажу о первых результатах.

Заставляю себя покинуть дом. Ухожу, чувствуя, как растет дыра внутри. Мое сердце осталось рядом с парой.

— Ну что, приютишь меня еще на одну ночь? — спрашиваю у поджидающего на улице Зака.

— На одну?

— Ну да. Раз уж я решил воскреснуть, вернусь к себе. Сейчас отправлю сообщение дворецкому. Пусть готовит особняк и нанимает слуг. Там почти никого не осталось. Я покидал его навсегда, уезжал умирать, — усмехаюсь грустно.

— Я рад, что этого не произошло, — с чувством произносит друг. — Не будем доставлять твоим врагам такое удовольствие.

— У тебя есть надежные парни? — переключаюсь на важное. — Надо выставить охрану у дома Уилла. Но они не должны знать, кого охраняют.

— Найду.

Оставшееся до вечера время мы с Заком обсуждаем рабочие вопросы. Пытаемся выработать стратегию расследования. Но она пока плохо просматривается. Нам почти не за что зацепиться, слишком мало информации. Для этого я и возвращаюсь, чтобы ловить на живца и заставить врагов действовать. Это единственный выход, когда не осталось ни документов, ни улик.

Следующим утром, оставив Зака решать вопрос с охраной, перемещаюсь в свой особняк. Встречают меня, практически как покойника, неожиданно выбравшегося из могилы. Плохо скрытый страх, жадное любопытство, непонимание. И это пока только слуги. Кажется, мне стоит привыкать к такой реакции. Она еще долго будет преследовать меня. На то и расчет.

Принимаю ванну, привожу себя в порядок, разглядывая в зеркале лицо и усмехаясь. Никаких следов темного проклятья. Королевские лекари будут в шоке. И не только они. А шок и неизвестность — причина глупых ошибок, которыми я собираюсь воспользоваться.

Долго выбираю одежду, весь мой прежний гардероб выглядит сейчас слишком вычурным. Отвык я от придворной жизни. Тщательно маскирую брачную метку. Приказываю подать карету. И отправляюсь прямо во дворец.

Ну что ж, мое возвращение начнем с отца. Мне даже не терпится увидеть его лицо. В первые минуты растерянности можно многое прочитать. Надеюсь, я готов к правде. Хватит витать в иллюзиях. За эти два года я полностью переосмыслил прошлое. Вернулся уже не тот Алистер Вудсток, каким меня все знали.

Глава 46 Дэмиан

Даже не представлял, какой фурор произведет мое появление во дворце. Пока шагаю по галереям и переходам к той части здания, в которой расположены личные покои королевской семьи, все встреченные мной по пути придворные замирают буквально с открытыми ртами. И жадно шарят ошарашенными взглядами по моему лицу, пытаясь разглядеть следы проклятия.

Некоторые кланяются, но большинство не утруждают себя. Ведь пока не ясно, осталось ли у бывшей ищейки хоть какое-то влияние. Я и раньше не обманывался насчет отношения ко мне окружающих. Говорил себе, что их страх меня тоже устраивает, но внутри все равно злился и жаждал признания.

Зато сейчас эти подковерные игры кажутся смешными, а показная фальшь еще заметнее. Дико тянет вернуться к Эйви и окунуться в чистый поток ее эмоций. Даже в ее ненависти больше честности, чем во всех этих лицемерных улыбках. Чувствую эйфорию от того, что теперь мне по-настоящему плевать на них. Кроме моей истинной, мне больше никто не нужен.

Но как бы я ни презирал тех, кто рассматривает меня сейчас, как диковинного зверя в клетке, нужной защитой озаботился. Я пообещал жене беречь себя. Да и Зак не отпустил меня во дворец без десятка защитных артефактов. Я обвешан ими, как елка. И это не трусость, а предусмотрительность.

Больше не позволю себе оголить спину перед врагами. Слишком важные цели передо мной стоят. И самая главная из них — добиться прощения любимой женщины. Пусть я уже знаю, что Эйви вылечит меня от любого, даже смертельного проклятья. Вопрос, захочет ли?

Я уже забыл, как быстро разносятся слухи при дворе. Еще только подхожу к личной гостиной короля, как ее двери распахиваются, и мне навстречу выходит отец. Застывает на месте и не скрывая изумления впивается в меня глазами. Пристально изучает мое лицо и недоуменно качает головой.

— Значит, это правда, Алистер? — произносит так, словно не верит своим глазам. — Заходи, поговорим без свидетелей, — приглашает в гостиную.

Двери закрываются, оставляя нас наедине. Король шагает ближе и берет меня за плечи, разглядывает еще внимательнее и вдруг обнимает. Пусть коротко, но я все равно удивлен. Кажется, он не позволял себе такого с моего детства. Да и то, не могу вспомнить. Пока я в недоумении. Или отец отлично притворяется, или действительно рад меня видеть. Не могу склониться ни к одному варианту.

— Ты отлично выглядишь, — произносит он довольно. — Но как?! Ты же писал, что тебе стало хуже. Я уже решил не ждать, пока согласишься меня принять, и приехать. А ты сам явился.

— Теперь со мной все в порядке, Ваше Величество. Я полностью излечился. Но готов пройти проверку у лекарей, чтобы вам было спокойней принимать меня во дворце.

— Садись, — показывает мне на высокое кресло отец. Киваю и жду, когда он усядется первым, по этикету не положено сидеть, когда король стоит. — Расскажи мне, как тебе удалось излечиться? И не зови меня Величеством, я твой отец, — требует нетерпеливо.

— Нашел в глуши лекаря-самоучку. Разрешил ему делать, что хочет, мне все равно было нечего терять. До последнего не верил, что у него что-то получится. Поэтому и не сообщал, — надеюсь, моих объяснений достаточно. В любом случае других я пока не предложу.

— Он пока не готов к публичности. Но я еще поговорю с ним, — навожу тумана.

— Удивительная история, — отец не скрывает потрясения. — Это просто удача. А как твой дракон?

— С ним тоже все в порядке. Он вернул силу и магию в полном объеме.

— Замечательно. Чем планируешь заняться, Алистер?

— Во-первых, я больше не ношу это имя, — сообщаю ровно, опять вызывая у отца недоумение. — Будем честны, граф Вудсток не имеет ко мне отношения. На ваше тоже не претендую, — говорю прямо, замечая, как король хмурится. — Я взял себе родовое имя матери. Отныне я Дэмиан Блэк.

— Ты изменился, сын, — после многозначительной паузы произносит король, присматриваясь ко мне по-новому. Пожалуй, мне это даже нравится.

— Балансируя между жизнью и смертью так долго, как это выпало мне, в конце концов обретаешь ясность. Я переосмыслил прошлое и избавился от иллюзий, — говорю практически правду.

— Рад, если так, — открыто улыбается отец. — И вообще счастлив видеть тебя живым и здоровым. Можешь отдыхать и набираться сил. Как будешь готов, выбирай любую должность, какую захочешь. Хочешь, опять ищейкой или подберем тебе что-то новое. А может, ты все-таки женишься и порадуешь меня внуками?

Странно, но я не чувствую в его словах фальши. Отец выглядит искренне довольным. И про внуков говорит так, будто действительно хочет их увидеть. Раньше я считал, что все его попытки женить меня идут от желания спрятать неприглядное происхождение бастарда под чужим благородным именем. Может ли быть так, что я ошибался? Пока рано судить.

— Благодарю, отец, я подумаю, — стараюсь держать лицо. Интересно, как бы он отреагировал, если бы узнал, что я уже женат? Причем без его благословения. Когда-нибудь я это выясню, но не сегодня. — Пока мне есть, чем заняться. Я так и не узнал, кто наградил меня смертельным проклятьем. Не хочу получить его в спину еще раз.

— Что ты планируешь делать? — в голосе короля прорезается заметное напряжение. Не нравится мое решение?

— Хочу пересмотреть все свои последние дела и проверить, есть ли связь. Возможно, из-за одного из них я получил такой «подарок». Отсюда у меня две просьбы. Во-первых, прошу на время расследования восстановить мои полномочия ищейки. Думаю, в столице меня уже списали со счетов. А мне нужны ответы. Во-вторых, хотел узнать, кто приносит вам приговоры на подпись?

— Думаешь, это важно? — хмуро уточняет отец.

— Пока не знаю. Как обычно, буду проверять все версии. Вы же не против?

— Конечно нет. Но… я не хотел бы снова тебя потерять… Дэмиан. Хм, мне надо привыкнуть к твоему новому имени. В любом случае, будь осторожен, сын. Твои полномочия я восстановлю уже сегодня. Что касается приговоров, ими занимался мой второй советник, Олсон. Он работал напрямую с Тайной канцелярией. Кстати, они тоже вели расследование по факту нападения на тебя. Но не добились успеха.

— Что ж, тогда пообщаюсь с вашим советником. Заодно ознакомлюсь с результатами моего расследования.

— По твоему делу да. А поговорить с Олсоном не получится. Он погиб год назад…

Не успеваю спросить, как это произошло, двери в гостиную резко распахиваются, и к нам присоединяется королева. Поднимаюсь, отвешивая вежливый поклон. Терплю очередной пристальный осмотр, почти препарирующий мои внутренности.

— Удивительно, у тебя вполне цветущий вид, Алистер, — наконец произносит королева. — А мы с Гарольдом так за тебя переживали. Но это же чудо! Мы рады тебя видеть.

Голос истинной отца звучит вполне сердечно. Но особой радости в ее глазах я не замечаю. Зато волнение и другие сильные эмоции там точно есть. Только королева быстро прячет их под светской маской. А я думаю о том, как долго она стояла за дверями и что из нашего с отцом разговора успела услышать.

— Благодарю, Ваше Величество, — коротко киваю. — Прошу, зовите меня Дэмиан Блэк.

— Но почему? — уточняет она удивленно.

— Новое рождение, новое имя, — пожимаю плечами, не вдаваясь в подробности. — Я тоже рад вернуться. У меня большие планы. Но не буду утомлять вас своим присутствием. Прошу разрешения откланяться, — перевожу взгляд на отца. Он отпускает меня легким кивком, но сначала просит держать его в курсе моих действий.

Шагая в малый зал для приемов, где обычно целыми днями толпятся фрейлины, представители знати и все, кто желает получить аудиенции короля, думаю о том, что приманку королеве я забросил. Теперь надо повторить это среди остальных обитателей дворца. Скорее всего среди них скрывается мой личный враг, а также тот, кто решил избавиться от рода Марлоу. Отныне я открываю охоту на них.

Ради этого приходится еще около часа терпеть настойчивое внимание. Развлекать окружающих сказками о провинциальном целителе, скупо отвечать на многочисленные вопросы и вести светские беседы. Цель придворных ясна — надеются выяснить, вернул ли я свое положение при дворе. Впрочем, весть о том, что король провел со мной время наедине, уже облетела всех. Теперь мне кланяются с большей охотой и подобострастием.

Ну а я наблюдаю. Ловлю направленные на меня взгляды: завистливые, равнодушные, полные жадного любопытства. Собираю сплетни и слухи, которыми всегда насыщено подобное общение. Читаю между строк. Узнаю дворцовые новости. Кто взлетел, кто женился, кто попал в опалу или разорился. Что сейчас будоражит двор и вызывает основные пересуды. Впрочем, и так понятно, что в ближайшее время такой новостью стану я.

Наконец возвращаюсь к себе в особняк. Чувствую себя вымотанным, а ведь когда-то это была моя стихия. Ядовитая, полная скрытых течений и фальшивых улыбок, за которыми часто прятался смертельный оскал. Заказываю обед и, перед тем, как насытиться, проверяю еду амулетом от ядов. Дальше собираюсь разобрать бумаги в кабинете, но меня отвлекает артефакт мгновенной связи, который я вручил Эйви.

Глава 47 Эйвери

Уилл остался доволен общением с Дэмианом. Муж подтвердил свое намерение продолжать расследование и докопаться до правды, чего бы ему это ни стоило. А это как раз то, о чем мечтает брат. Я тоже хочу, чтобы с нашего рода смыли пятно предательства. Но не любой ценой.

Та часть моей души, что все еще скорбит за родителей, считает правильным, что граф Вудсток, пусть не прямо, но все же виновный в их гибели, будет рисковать, восстанавливая справедливость. Но другая часть меня приходит в ужас. Ведь это не граф Вудсток, а мой Дэмиан. Мой истинный. Тот, кого я люблю. Кого спасала, делясь своей магией. Кто два года боролся со смертью, упрямо отвоевывая себе каждый новый день.

Заодно вспоминаю слова брата, в которых тоже есть своя правда. Настоящий виновник трагедии с моей семьей не Дэмиан. Раскрывая заговор, он лишь выполнял свою работу. Да, его можно обвинить, что позволил использовать себя, как слепое орудие. Но вместо него нашли бы кого-то другого.

Точно также я могу обвинить брата за то, что проявил легкомыслие, не просчитал последствия и связался с заговорщиками. Дал формальный повод для ареста и обвинений. И даже отца. Папа то ли знал, то ли сделал что-то такое, из-за чего нас вообще решили уничтожить. Получается, тоже не продумал последствия? Правда, здесь я могу только гадать.

И да, Дэм меня обманул. Мне все еще горько это осознавать. Но я помню, как он смотрел на меня, перед тем как уйти. Как на самое драгоценное, то, что дороже всего, даже жизни. Я не только видела, чувствовала его боль, отчаяние, сжигающую душу вину, жгучее нежелание оставлять меня.

Брат сказал, что на многое пошел бы, чтобы остаться рядом с парой. Хотелось бы верить, что все-таки не на ложь. Но я вдруг задумалась, на что готова ради истинного сама? Ведь муж тоже может предъявить мне претензии. С тех пор, как я появилась в замке, он не сделал мне ничего плохого. Только заботился, защищал, любил. А я даже не выслушала его, сразу сбежала.

Нет смысла бесконечно копаться в прошлом. Выискивать чужие ошибки и выносить приговоры. Судить надо за нынешние поступки и видеть за ними истинные мотивы. Прямо сейчас муж рискует из-за меня. Ввязывается в противостояние с сильным и опасным противником, которого еще только предстоит вычислить.

Лежу в кровати в своей комнате и грущу, вспоминая, как приятно было засыпать в объятиях Дэмиана. Зацелованной, обласканной, изнеженной его любовью. Как грела меня его близость. Как хотелось большего. Узнать наконец, как это по-настоящему соединиться с парой. Слиться с мужчиной и телом, и душой.

— Не спишь? — слышу задумчивый голос Иниса и вздрагиваю. А потом радуюсь, что он пришел. Разговор с ним отвлечет меня от грустных мыслей. Да и вопросов у меня еще много, утром мы толком не успели пообщаться.

— Не сплю, — сажусь на постели, подкладывая под спину подушку. — Хорошо, что ты пришел. Поговорим? Сейчас мы никуда не торопимся.

— Давай, — как-то вяло отзывается Инис. В его голосе не чувствуется привычной самоуверенности.

— У тебя что-то случилось?

На самом деле я почти ничего не знаю о нем. А мои предположения оказались ошибкой. Он точно не дух замка, иначе не смог бы покинуть его.

— Ничего не случилось, — недовольно произносит Инис. — Ну кроме того, что я застрял в этом мире на сотни лет. Не очень-то тут интересно.

— А какой твой мир?

— Мир духов, конечно. Там гораздо красивее, чем здесь. И честнее. Это здесь гниль внутри можно спрятать за приятной оболочкой. А у нас все открыто.

— У тебя там кто-то остался? — спрашиваю осторожно. Похоже, дух, как и я, о ком-то грустит.

— Остался… — глухо произносит он и больше ничего не добавляет.

— А почему ты не можешь вернуться?

— Потому что я кое-что сделал. Не очень правильное. В результате меня сослали сюда.

— Навсегда?

— Надеюсь, что нет, — вздыхает Инис.

— Как ты оказался привязан к замку?

— Меня выкинуло в этот мир истощенного магически. Я почти развоплотился, но однажды услышал призыв и пришел на его зов. Мать твоего дракона использовала темные ритуалы. Хотела стать фавориткой короля. Мы заключили договор. Она кормила меня магией, а я помог ей добиться благосклонности короля. Сначала мы жили во дворце. Там полно своих сущностей, с ними трудно уживаться, но я смог. А потом все сломалось, король встретил истинную и убрал фаворитку подальше с глаз. Так мы оказались в родовом замке. Хозяйка не смогла пережить изгнание и умерла. А я остался.

Инис замолкает. А я вспоминаю, что еще хотела у него спросить.

— Ты говорил, что беседовал с Дэмианом. Почему решил ему открыться?

— После того, как ты сбежала, глупый дракон немного побуянил. Ну как, немного — почти сошел с ума и едва не разнес пол замка.

— Что?! — выпрямляюсь нервно. — Разнес пол замка? Из-за меня? А как же Сэм с Мартой, они не пострадали?

— Нет. Только стены, потолок, голова и когти бестолкового ящера. Я решил вмешаться, чтобы от замка хоть что-то осталось.

Мне становится жутко стыдно. Когда я узнала настоящее имя Дэмиана, меня захлестнуло эмоциями, я не могла адекватно реагировать. Не была готова слушать его. И своим бегством сделала мужу больно. Я это понимала, но не подозревала, что он так сильно отреагирует. Неужели, замок и правда почти разрушен? А ведь мы только его восстановили. Это очень печально.

— А что Дэмиан говорил о моем побеге?

— Ничего хорошего. Твой дракон вообще не был настроен на разговор. Только требовал, чтобы я рассказал, куда отправил тебя. Но я считал, что сначала ему нужно привести мозги в порядок. Поэтому ничего не сказал.

— Ясно, — вздыхаю я. — Спасибо за помощь. А как ты узнал о моем брате?

— С тобой у нас не просто магический договор. Когда ты дала мне имя, то этим привязала меня к себе. Теперь я могу чувствовать всех, в ком течет родственная тебе кровь.

— Что еще дает эта привязка? Ты меня не предупредил… — хмурюсь задумчиво. Получается, Инис тоже не был со мной честен до конца.

— Ну извини, мне срочно требовалась подпитка. Ничего опасного для тебя привязка не несет. Я чувствую твои эмоции, могу быстро оказаться рядом. Опять же перемещать тебя, куда попросишь. Защитить.

— А что получил ты?

— Больше твоей силы. Она лучше напитывает меня, меньше расходуется.

— Это все?

— Есть еще мелочи. О них потом расскажу. Тебе пора спать. А я как раз немного подпитаюсь.

Устраиваюсь в кровати поудобнее и уже засыпая тихо шепчу:

— Пусть у тебя получится вернуться к тому, кто тебе дорог…

Следующие полдня проходят спокойно. После завтрака приходит друг Дэмиана и сообщает, что нас теперь будут охранять. Не явно, маскируясь под дворников. Показывает в окно на двух плечистых мужчин с ведрами и метлами.

Потом я помогаю по дому, общаюсь с Юджинией и Уиллом. Брат сегодня не пошел на работу, остался с нами. Мы рассказываем друг другу о том, как жили эти годы, добавляя к уже озвученным сухим фактам подробности. Я все больше проникаюсь симпатией к Юджи. Она добрая, открытая и явно очень любит моего брата. Впрочем, иначе не решилась бы на тайный брак.

После обеда иду отдыхать к себе

Прислушиваюсь к себе, пробую уловить нашу связь. В пылу эмоций я сказала мужу, что ничего не чувствую. На самом деле просто хотела сделать ему больно. Я хорошо ощущаю эту тонкую нить, связывающую нас обоих. И никакой опасности для него прямо сейчас не чувствую. Немного успокоившись, приглядываюсь к улице и вдруг настораживаюсь.

Вот этот кэб с зашторенными окнами, запряженный черной лошадью, я только что видела. А теперь он неспеша едет обратно. А еще мужчина, замерший чуть поодаль, на другой стороне улицы, тоже напрягает, сама не знаю, почему. Наша охрана с метлами на месте, но все равно тревожно.

Не выдерживаю и достаю артефакт связи, что вручил мне муж. Недолго раздумываю, сомневаясь, и все же отправляю сообщение. Жду ответ. И получаю сразу же. Дэмиан просит снять защиту с дома, чтобы он мог к нам переместиться. Ищу брата и передаю ему просьбу мужа. А потом рассказываю о своих наблюдениях за улицей.

Через несколько минут Дэм уже у нас. Так необычно видеть его появление. Мужской силуэт возникает словно ниоткуда в самой густой тени комнаты. А потом обретает плотность. Мне хочется броситься навстречу мужу, прижаться к нему, ощутить его тепло, но я сдерживаю с себя. Трудно метаться между тягой к истинному и еще не прошедшей обидой.

Дэмиан первым делом находит взглядом меня и немного успокаивается, убедившись, что со мной все в порядке. Потом они с братом изучают улицу. Муж переписывается с Заком и наконец собирает нас всех в гостиной: меня, Уилла и Юджи.

— Мы пока не уверены, но есть подозрение, что слежка за домом — результат моего сегодняшнего появления во дворце. Кому-то это не слишком понравилось. Думаю, наш враг пока перестраховывается, просто проверяет. Но даже так я не готов оставлять Эйви здесь. Поскольку одна она ко мне не переедет, предлагаю другой вариант. Я перемещу всех вас в мой столичный особняк.

— Всех? — хмурится брат и с тревогой смотрит на меня, а потом на жену.

— Так будет надежнее, — кивает Дэм. — Там мне гораздо проще вас защитить. Мы переместимся тайно. Охрану оставим здесь. Пусть думают, что вы все еще в доме. Но сначала я вернусь к себе, распущу лишних слуг, оставлю лишь самых надежных и возьму с них клятву неразглашения. А потом приду за вами. Спальни как раз подготовят. Все готовы?

Я молчу, обдумывая его предложение. Он прав, одна я бы точно не переехала. Но с братом и его женой — другое дело. Да, я говорила, что не вернусь к мужу. Но стоит ли мое упрямство нашей безопасности? Не только моей, всех нас? И потом, переезд же не навсегда, только пока расследование не закончится.

Обдумав все, я киваю. А Уилл медлит, глядя на Юджинию. Дэм замечает это и обращается к девушке:

— У вас есть два варианта. Или вернуться к родителям и побыть под их присмотром, или принять мое предложение и остаться с мужем. Спален у меня достаточно, все необходимое предоставлю. Вещей можно брать по-минимуму.

— Я хочу быть с мужем, — решительно заявляет Юджиния. Брат с благодарностью и восхищением смотрит на нее. — Только мне нужно хотя бы иногда появляться у родителей. Иначе они начнут меня искать.

— Это мы обеспечим, — соглашается Дэм. — Тогда собирайтесь, а я ненадолго оставлю вас, дам распоряжения в особняке и сразу вернусь.

Глава 48 Эйвери

Дэмиан снова растворяется в сумраке. Брат с женой идут складывать вещи. А мне и собирать нечего. Еще не успела разложить свой скудный гардероб, что прихватила из замка, а уже опять меняю место проживания. Забираю дорожную сумку и жду в гостиной. Вскоре ко мне присоединяются Уилл с Юджи. А спустя короткое время из густой тени в углу появляется муж.

Перемещаемся мы по очереди. Сначала Дэм подхватывает мою сумку, другой рукой крепко обнимает за талию и просит закрыть глаза. Это короткое путешествие оказывается приятнее, чем когда меня переносил Инис. Может, потому что муж прижимает меня к себе. Такой знакомый, родной запах и тепло его тела отвлекают меня.

Открываю глаза уже в новой гостиной. Просторной и богато обставленной. Тяжелые портьеры, изысканные ковры, мебель из драгоценных пород. Почти как в нашем родовом особняке. Помогая присесть на обитый бархатом диван, Дэм внимательно осматривает меня. Убеждается, что со мной все в порядке, и отправляется за Уиллом и его женой.

Вскоре уже и их силуэты возникают из густой тени. Обращаю внимание, что брат с Юджинией просто держатся за рукав Дэмиана. Получается, для совместных перемещения близкого контакта не требуется. Зачем тогда надо было так крепко обнимать меня?

Вызвав услужливую и молчаливую горничную, Дэм поручает ей проводить Уилла с женой в приготовленную для них спальню. Нагреть воду для ванны. Обеспечить всем, что потребуется, и принести гостям в комнату ужин. А потом протягивает руку мне. Но я поднимаюсь сама, стараясь не замечать промелькнувшую на его лице досаду, и иду за ним на второй этаж.

Шагая по устланному ковром коридору, рассматриваю обстановку. Тут она тоже роскошная. На мой взгляд даже излишне кричащая. Картины в тяжелых, позолоченных рамах, дорогие, изящные вазы. Словно хозяин стремился поразить гостей. Моему Дэмиану это все совсем не подходит. А вот Алистеру Вудстоку, возможно. В то время я знала о нем только по чужим рассказам и гуляющим среди аристократов сплетням.

— Вот твоя спальня, — Дэм наконец останавливается, толкая высокую дверь.

— Где ты поселил Уилла с Юджи? — спрашиваю я.

— В гостевом крыле. От главной лестницы направо. Думаю, там им будет удобнее.

— А это какое крыло?

— Хозяйское, — спокойно отвечает он. — Ты же не против? Моя спальня рядом.

Пожимаю плечами и захожу внутрь. Мне все равно, где жить. Но когда осматриваюсь, замечаю кое-что, что меня смущает — смежную дверь между нашими спальнями. Вот на это я точно не рассчитывала. Дэм сразу считывает мое недовольство и сообщает:

— Не беспокойся, на двери есть замок с твоей стороны. Ну и я обещаю без стука не входить. Вызвать для тебя горничную? Она поможет подготовиться ко сну.

— Не нужно. Я сама справлюсь. Не хочу сейчас чужих, —

— Хорошо. Тогда я нагрею воду. Прими ванну, отдохни. Потом нам принесут ужин. Если нужно что-то еще, не стесняйся, говори.

— Ничего не нужно, — качаю головой. — Все основное у меня есть, — бросаю взгляд на сумку, которую Дэмиан пристроил у огромной кровати, украшенной балдахином и резными столбиками.

Муж кивает и проходит в купальню, отделенную от основной комнаты очень красивой ширмой. Через некоторое время возвращается и сообщает, что все готово. Бросает на меня внимательный взгляд, словно ждет чего-то. Не дожидается и уходит к себе. Запираю на замок смежную дверь, а потом и основную. Достаю из сумки чистое белье и шагаю в купальню.

Она поражает воображение. Большая мраморная ванна так и манит улечься в нее, белоснежные полотенца ждут на пуфике. На ажурном столике разные настои для волос и тела с драгоценными маслами. Замечаю популярную среди аристократов систему артефактов для подогрева воды. Дэм ее уже активировал. Раздеваюсь, закалываю волосы вверх и с удовольствием погружаюсь в теплую воду.

Я не тороплюсь, наслаждаясь пахнущей цветами и травами водой. Даю мышцам расслабиться и сбросить напряжение последних дней. В этом особняке мне спокойнее, чем в доме Уилла. Возможно, потому что рядом Дэмиан. Даже при том, что между нами произошло, в его присутствии я все равно чувствую себя защищенной.

Наконец поднимаюсь, неспеша ополаскиваюсь чистой водой и выбираюсь из ванны. Вытираюсь насухо. Надеваю белье и домашнее платье. Расчесываюсь красивым костяным гребнем, что лежит на столике у раковины. Высушив магией волосы, заплетаю косу. Возвращаюсь в комнату и сразу слышу стук в дверь. Будто Дэмиан нетерпеливо ждал, когда я закончу омовение.

Помедлив, открываю. Муж явно тоже принял ванну. Его волнистые волосы, в которые я так любила зарываться пальцами, еще влажные и завиваются на концах. На смуглой шее блестят капли воды. В вырезе белоснежной рубашки видны ключицы. Невольно вспоминаю, с каким удовольствием целовала их, спускаясь ниже, и мое лицо смущенно вспыхивает.

Поднимаю глаза и застываю испуганной птицей под жадным, почти черным мужским взглядом. Дэм даже не скрывает, какие желания его сейчас обуревают. Медленно, тягуче рассматривает меня с головы до ног. Чувствую себя полностью раздетой, хотя на мне скромное, закрытое платье.

— Поужинаем и поговорим? — предлагает он хрипло, сдвигаясь в сторону и открывая мне вид на накрытый стол в его спальне.

Раздумываю. Я не боюсь заходить к нему. Знаю, Дэмиан не сделает ничего против моей воли. Но кажется боюсь не его, а себя.

— Расскажешь, как прошла встреча с королем? — наконец спрашиваю. Мой голос почему-то тоже хрипит.

Получив кивок, подхожу к столу, у которого стоят два кресла. Усаживаюсь в одно. Дэм галантно помогает мне. Потом устраивается напротив.

— Как тебе дом? — задает вежливый вопрос. Вот только его взгляд выдает совсем друге чувства. Слишком неспокойные и смущающие меня.

— Я не успела рассмотреть, — пожимаю плечами. — Кажется, тут красиво…

Муж легко считывает сомнение в моем голосе и уточняет:

— Не беспокойся, не обижусь, если тебе не понравилось. Сейчас мне самому тут многое режет глаз. Я бы полностью сменил обстановку. Но пока на это нет времени.

— Дело не в обстановке, — отзываюсь я. — Хотя она действительно немного чересчур. Просто… все как-то странно. Не успела привыкнуть к дому Уилла и опять пришлось переезжать. На самом деле я скучаю по замку, — признаюсь, не глядя на Дэмиана. — Там я чувствовала себя в безопасности. А теперь снова ощущаю себя так, будто у меня нет дома. Как и все два года скитаний.

Вздыхаю, поднимаю глаза на мужа и попадаю в плен его глаз. Он смотрит на меня с тоской, болью и жгучим сожалением. Бледное лицо застыло. Челюсти сжаты до желваков.

— А я чувствую, что мое место рядом с тобой, — произносит глухо. — Не важно, в каком доме, главное, чтобы там была ты.

Я молчу, не зная, что сказать. Дэмиан тоже держит паузу, мрачно сдвинув брови. И вдруг произносит с заметным напряжением, глядя прямо мне в глаза:

— Я прошу у тебя прощения, Эйви. За все, что тебе пришлось пережить по моей вине. За арест, заключение, смерть твоих родителей, — его голос садится. — За выжигание магии, одиночество, отчаяние. Я понимаю, что такое невозможно простить. Поэтому не жду его от тебя. Но хочу, чтобы ты знала. Сейчас я бы сделал все по-другому.

Нервно выдыхаю, стискивая в пальцах салфетку. Пытаюсь понять, что чувствую. Кажется, я больше не виню его за то, что случилось. Точнее, теперь смотрю на все другими глазами, не так, как раньше. Но мне все равно важны эти слова. Не просто слова, а настоящие чувства, которые за ними стоят. Они искренни и честны.

— Спасибо, — киваю с благодарностью. — Но не стоит брать на себя чужую вину. Ты встретился с королем? Как вы поговорили? — решаю поменять тему.

— Встретился. И с отцом, и с королевой, — морщится он. — А потом еще час развлекал придворных рассказами о своем чудесном воскрешении. Чтобы не упоминать о тебе, придумал провинциального лекаря-самоучку. Теперь король требует доставить его во дворец. Ведь он утер нос королевским целителям. — Дэм хмурится и продолжает: — Когда я разберусь со всеми тайнами и избавлюсь от наших врагов, смогу открыто сообщить, что нашел истинную пару. И что именно ты спасла меня от смерти. Если конечно ты не будешь против…

В направленном на меня, полном скрытого напряжения взгляде загорается жаркая надежда.

— Не будем пока об этом, — качаю головой. Я не готова давать ему никаких обещаний. Сама не знаю, что с нами будет дальше. Дэмиан мрачнеет, но ни на чем не настаивает. — Как отреагировал король и остальные на твое возвращение? — спрашиваю у него.

— Все были шокированы и просто счастливы за меня, — мрачно усмехается муж. — Ну а результат скоро увидим. Думаю, слежка за домом твоего брата — первый звонок.

— У тебя с отцом сложные отношения? — решаюсь задать личный вопрос. — С детства? Или это случилось позже?

Дэмиан внимательно смотрит на меня и уточняет с сомнением:

— Ты готова выслушать меня? Я правильно понял?

— Да, теперь готова, — отзываюсь смущенно. — Прости, что не сделала этого сразу. Мне было сложно справиться с эмоциями.

— Не извиняйся, — усмехается он. — Это результат неверных решений, которые я принял. К сожалению их было слишком много. И раньше, и потом, — немного помолчав, продолжает: — Я не собираюсь оправдываться. Просто расскажу, как все вышло. Только ешь, а то ужин остынет.

Послушно кивнув, обращаю внимание на то, что лежит на моей тарелке. А Дэмиан наоборот откладывает вилку в сторону и начинает говорить. Как и

Я слушаю о его одиноком детстве. О матери, которую отослали из дворца, о насмешках и пренебрежении придворных. Об обиде на отца, который так и не признал незаконнорожденного сына официально. И о страстном желании быть нужным ему. О том, как ожесточался в ответ, бравировал своей ненавистью и презрением к окружающим. Жил напоказ, нарушая нормы морали, которые считал насквозь фальшивыми.

Как сначала прожигал жизнь в пирах и гулянках, а потом стал ищейкой. И как ему понравилась новая власть. А еще больше страх в глазах тех, кто еще недавно презирал его. Муж рассказывает, что своим рвением старался заслужить признание отца. Но быстро понял, что это бесполезно. А еще осознал, что власть и страх окружающих слишком затягивают, пробуждая в душе все самое темное.

Потом Дэм объясняет, почему отказался жениться на мне. Что дело было не во мне, а в том, что предложение отца он воспринял как брошенное в лицо оскорбление. Оно только подчеркнуло: что бы он ни делал, никогда не станет достаточно хорош для отца. Тот всегда будет стыдиться его и пытаться прикрыть собственный грех фальшивым лоском.

Я уже давно перестала есть, потому что теперь Дэмиан рассказывает о недавних событиях. О том, что почувствовал, когда узнал, что предложение, которое он с негодованием отверг, на самом деле было шансом, посланным ему Богами. Что он отказался не просто от дочери предателя, а от своей истинной. И тем самым обрек ее на мучения и страдания. Как сходил с ума от невыносимой вины, не в силах ничего изменить и исправить. И все ошибки, которые сделал потом, были продиктованы страхом потерять меня окончательно.

Наконец муж завершает свою исповедь. В комнате стоит оглушительная тишина. Я молчу, мне надо обдумать и осознать все, что услышала. Пока я растеряна, а моя душа болит за нас обоих. За меня и за него. За брошенного, никому не нужного мальчика. И за запутавшегося мужчину.

Поднимаюсь из-за стола и тихо говорю:

— Спасибо, что рассказал. Мне нужно побыть одной, подумать…

Дэм тоже резко поднимается, подходит ко мне. Останавливается совсем близко, но не касаясь меня. Смотрит с такой жадной потребностью, что на секунду становится страшно. Сильное тело до предела напряжено, кажется, его даже колотит от желания дотронуться до меня. Но он лишь глухим, севшим голосом спрашивает:

— Позволь прикоснуться к тебе, Эйви? Только прикоснуться… Мой дракон сходит с ума. И я тоже…

Глава 49 Дэмиан

Еще недавно истинная засыпала в моих руках. Я мог обнимать ее, целовать. Жадно наблюдать, как она бьется в экстазе от моих ласк. Тогда я мечтал о большем. А теперь счастлив уже от того, что Эйви согласилась жить в моем доме. Пусть даже с братом и его женой. Но еще больше удивлен, что она все же решилась меня выслушать.

Я четко осознаю, что должен быть честным до конца. Хотя для меня это сложно. Открывать все, что привык прятать от чужих глаз, выворачивать собственную темную суть. Признаваться в мыслях и поступках, которых сейчас стыжусь. Но я делаю это, сознательно обнажаясь перед женой не телом, а душой. Эйви подарила мне шанс. Если снова сфальшивлю, окончательно ее упущу.

Закончив рассказ, смотрю на жену. Боюсь увидеть в ее глазах презрение. Но там лишь печаль, понимание и задумчивость. И даже сочувствие. Это лишь подтверждает, насколько моя пара благороднее меня. Я знаю, что не достоин ее. Но никогда не откажусь от нее добровольно. Слишком ценный дар послали мне Боги. Я его и так едва не упустил.

Эйви поднимается, чтобы спрятаться у себя в спальне, а я не могу просто так ее отпустить. Дракон внутри беснуется, требуя прикоснуться к паре. Вдохнуть ее аромат. Замираю рядом с женой, жадно рассматриваю ее. Стискиваю кулаки, чтобы не сорваться. Невыносимо хочется ощутить нежность шелковой кожи. Обхватить ладонями прекрасное лицо и накрыть ее губы своими. Пить ее дыхание.

Даже не пытаюсь спрятать все, что сейчас рвется из меня. Понимаю, что пугаю Эйви. Но тяга к ней сильнее голоса разума. Севшим голосом прошу позволения прикоснуться. Жду, что она сбежит. Но жена вглядывается в мое лицо, переворачивая все внутри, а потом протягивает руку. Обхватываю хрупкую ладонь, подношу к губам, прикасаясь нежным поцелуем к самой серединке.

Прикладываю к своей щеке, мягко потираясь о нежную кожу. И накрываю ее ладонью свое сердце. Пусть чувствует, что оно стучит только для нее. Живет ради нее и благодаря ей. Мой зверь сразу успокаивается, даря мне передышку. Урчит как ласковый кот, признавая свою хозяйку. Мы оба чувствуем, как просыпается драконица внутри Эйви. Осторожная и любопытная.

Мой дракон в восторге, настойчиво зовет пару. Тянется к ней. Еще громче урчит, счастливо и умиротворенно. А я, не силах сопротивляться, притягиваю жену к себе, осторожно прижимая к своей груди. И замираю, мечтая остаться так навсегда. Не выпускать ее из своих рук.

Но Эйви недолго позволяет мне наслаждаться ее близостью. Упирается ладонями в грудь, и я разжимаю объятия, не вправе ее держать. Дверь между нашими спальнями закрывается, отрезая от меня ту, кто стала моим миром. Шумно выдыхаю. Прикрываю глаза, горько усмехаясь. Я сам загнал себя в эту ловушку. И теперь не представляю, насколько хватит моей выдержки.

Сплю предсказуемо плохо, постоянно прислушиваясь к звукам в соседней спальне. Как наяву вижу Эйви, разметавшуюся на простынях. С приоткрытыми губами в прозрачной ночной сорочке, не скрывающей от меня ни одного восхитительного изгиба. Пусть она сейчас наверняка в чем-то закрытом, никто не помешает мне мечтать. Тем более, я видел это собственными глазами. И не только видел, трогал. Ласкал сладкое тело истинной.

Утром поднимаюсь рано. Приказываю горничной не будить гостей. Как только проснутся, подать им завтрак. Внизу, в гостиной застаю Уилла. Его жена еще отдыхает, так что завтракаем в мужской компании, попутно обсуждая важные вопросы. Брат моей пары сообщает, что обычно в это время к нему приходят молочник и зеленщик. Но сегодня, получается, никого не застанут.

Нам это не подходит. Никто не должен знать, что клетка опустела. Решаем создать видимость, что в доме еще живут. Сразу после завтрака перемещаю Уилла к нему. Пока он разбирается с торговцами, позволяя всем, кому нужно, себя рассмотреть, я изучаю улицу из окна. Чужие наблюдатели на месте, как и нанятая Заком охрана. То есть слежку за домом

Достаю артефакт связи и переписываюсь с другом. Все это время он не сидел сложа руки. Рано утром ночные шпионы сменились. А он проследил за предыдущими, чтобы выйти на заказчика слежки. Тот оказался хитер, но кое-какие выводы Заку удалось сделать. Неизвестный имел с собой запас интересных артефактов. Очень уж говорящих. Мы раньше тоже похожие применяли.

Круг понемногу сужается. Все следы сходятся на Тайной канцелярии. Погибший второй советник отца тоже с кем-то в этой службе контактировал. И пожар, уничтоживший материалы дела о семье моей жены случился в стенах канцелярии. Не уверен, что стоит соваться туда лично. Но мне надоело ждать. Раз уж я решил побыть приманкой, не буду менять решение.

Возвращаемся с Уиллом в мой особняк.

— Я сейчас уеду, — сообщаю ему. — Только дождусь охрану. Зак должен прислать. Приглядывайте за женщинами. Гостиная, библиотека, музыкальный салон и другие помещения в вашем распоряжении. На улицу выходить нельзя. Думаю, вы и сами это понимаете. По любым бытовым вопросам обращайтесь к управляющему или горничной. Они все обеспечат. Возникнет что-то срочное, Эйви знает, как со мной связаться.

— Я понял, — кивает мужчина и чуть помедлив, добавляет: — Хочу поблагодарить за помощь. С вашей стороны это очень благородно. Вы ведь тоже рискуете.

— Не стоит, — морщусь я. — Всего лишь восстанавливаю справедливость. Я совершил ошибку, за которую пришлось расплачиваться вашей семье. Мне и исправлять.

— Я тоже совершил ошибку. Не меньше вашей, — отзывается Уилл. — Два года себя казнил. Но благодаря Юджинии смог жить дальше. А теперь ко мне вернулась сестра… Я мечтаю обеспечить ей и Юджи достойное будущее. Но прекрасно понимаю, что без вас у меня нет шанса, — не скрывает горечь. Брат моей пары общается со мной прямо и открыто. А ведь Эйви наверняка рассказала ему все, что случилось между нами. Но он не выказывает презрения. Смотрит серьезно и после короткой паузы уточняет: — Я хотел бы знать, каковы ваши планы в отношении моей сестры?

— Я люблю ее, — отвечаю так же прямо глядя ему в глаза. — Она моя пара. Мое главное сокровище. Единственная, кто мне нужна. Но я слишком виноват перед ней. Не уверен, что смогу вымолить прощение.

— Что ж, тогда скажу так, — произносит Уилл, внимательно вглядываясь в мое лицо. — Я всегда буду на стороне Эйвери, кого бы она не выбрала. И принуждать ни к чему не стану. Но если она выберет вас, возражать не буду. Наоборот, от всего сердца поддержу, — протягивает мне руку.

Пожимаю ее, проникаясь уважением к этому дракону. Он не сломался в тюрьме. Ни физически, ни морально. Не лелеет в душе ненависть или жажду мести, хотя с его семьей обошлись крайне жестоко. Неплохо соображает. Ухаживал за больной матерью, готов заботиться о сестре. А главное, его любит моя пара. Мне не помешает такой союзник.

Пока дожидаюсь охрану, обновляю магическую защиту на особняке. Раньше у меня много чего интересного тут стояло. Но от проклятья все равно не защитило. Инструктирую присланных Заком парней. После покушения усиленная охрана особняка ни у кого не должна вызвать подозрений. Закончив, отправляюсь в Тайную канцелярию.

Меня принимает ее нынешний глава, герцог Кларк Шелдон. Два года назад во главе Тайной службы стоял другой. Даже не знаю, когда и по какой причине его сменили. Пока я умирал в своем замке, не интересовался ничем, что происходит в столице. А теперь жалею. Сейчас нет времени вникать в хитросплетения дворцовых интриг.

Разговор получается сложным и полным недосказанности. Мы оба присматриваемся друг к другу. Шелдон явно пытается понять, что я затеял. А я прощупываю его. Может ли он быть тем, кто проворачивает незаконные дела под прикрытием службы короне? С его ведома случился пожар в архиве? Он послал своих шпионов следить за домом брата Эйви? Ответов у меня пока нет.

Причину своего визита озвучиваю ту же, что сообщил отцу. Хочу разобраться в покушении на меня. В связи с этим прошу дать мне доступ к результатам расследования. А так же к делам, которые я вел, пока работал ищейкой.

На словах Шелдон не возражает. Судя по всему, король уже подтвердил мои полномочия. Но и явного желания помогать не демонстрирует. Хотя все же обещает в ближайшие дни подготовить запрошенные мной дела, не забыв уточнить, что часть из них была утеряна из-за пожара.

Из канцелярии отправляюсь во дворец. Хочу уточнить, кто сейчас заменяет погибшего второго советника. В королевском крыле сталкиваюсь с процессией, состоящей из королевы со свитой и ее родного брата, герцога Нолана Кэмпбела.

Отвешиваю легкий поклон, герцог отвечает мне тем же, вкупе с изучающим взглядом. И даже прохладно сообщает, что рад видеть меня в здравии. Тут похоже все так «рады», что того и гляди опять попытаются наградить новым проклятьем. Впрочем, с герцогом наши пути и интересы пока не пересекались. Он заседает в королевском совете, а на меня все эти формальности всегда навевали скуку.

Отец не заставляет долго ждать аудиенции. Приглашает в личную гостиную почти сразу. Разглядывает внимательно. Удостоверившись, что с прошлого раза со мной ничего плохого не случилось, довольно похлопывает по плечу и сообщает:

— Ты вовремя пришел. Я решил устроить бал в честь твоего возвращения. Приглашены все знатные роды. Каждая семья обязана привезти на бал дочерей на выданье, если таковые есть. Устроим смотр невест, сын. Вдруг тебе приглянется кто-то.

Невольно сцепляю челюсти, стараясь держать лицо. Ничего более несвоевременного и ненужного мне он не мог придумать. Интересно, эта мысль пришла в голову отцу или королеве?

— Вы уже пытались меня женить, — усмехаюсь я. — Кстати, куда делась та невеста? — использую возможность узнать, кто приказал так жестоко обойтись с Эйви.

— Ты разозлил меня своим отказом, — хмурится король. И холодно добавляет: — Я приказал лишить ее магии и выслать в дальнюю обитель. Не знаю, что потом с ней случилось.

Сжимаю кулаки, ощущая, как на концах пальцев прорываются когти. Усилием воли заставляю себя сдержаться. Рядом с королем недопустим частичный оборот. К тому же нельзя показывать, как сильно меня задели его слова. За этим холодным равнодушием горькая судьба моей истинной.

Скрытая на запястье метка огнем прожигает кожу. Потому что моя вина не меньше. Я тоже не захотел узнать, что сделали с отвергнутой мной невестой.

— Мне не нужен никакой бал. И тем более, невесты, — произношу глухо. — Запретить вам не могу, но присутствовать не собираюсь.

Глава 50 Эйвери

Я позволила Дэмиану прикоснуться ко мне не только потому, что

Я скучаю по простым объятиям, прикосновениям, к которым так легко привыкла. Мой муж всегда был щедр на ласку. Мне нравилось забраться к нему на колени, греться в его объятиях. Запускать пальцы в волнистые волосы, целовать сильную шею в вырезе рубашки. На эти мои игривые ласки Дэм отзывался довольным рычанием.

Вот и сейчас, когда муж всего лишь бережно обхватывает мою руку и начинает целовать ладонь, мое тело тут же откликается. Сердце ускоряет бег, в груди сладко сжимается. Вся моя суть тянется к истинному. И моя драконица тоже. Поэтому я не сопротивляюсь, когда Дэм обнимает меня. Ведь он делает то, чего мне самой так хочется.

Но потом я чувствую стыд от собственной слабости. Хватает легкого сопротивления, чтобы муж сразу меня отпустил. Только вместо удовлетворения испытываю разочарование. И злюсь на себя от этих противоречивых метаний.

Проснувшись утром, долго лежу в постели. В соседней спальне стоит тишина. Дэмиан уже куда-то ушел, а я не понимаю, что мне делать. В замке у меня были разные дела. Сначала работа служанки, потом я готовилась стать его хозяйкой. Но этого так и не произошло. В доме Уилла помогала Юджи. А в этом особняке есть слуги, горничная и повар. Не представляю, чем себя занять, пока Дэм занимается расследованием.

Так и не успеваю встать с постели, когда появляется Инис и немного поднимает мне настроение. Я рада, что он снова последовал за мной. Да и сам дух довольно сообщает, что здесь ему нравится больше, чем в доме Уилла. Хотя еще лучше было в замке.

После общения с Инисом наконец поднимаюсь, привожу себя в порядок в удобно обустроенной купальне. Спускаюсь вниз и нахожу там брата с женой. Уилл рассказывает, что они с Дэмианом уже с утра побывали в его доме, чтобы создать видимость присутствия хозяев.

Также брат сообщает, что мой муж уехал по делам. Сначала в Тайную канцелярию, потом во дворец. Мне снова становится страшно. Не люблю бездействия и ожидания. Но сейчас мне остается только просить Богов, чтобы с Дэмианом ничего не случилось. Я готова делиться с ним магией столько, сколько нужно. Но вдруг на этот раз проклятье окажется смертельным? Как тогда буду жить, виня себя в его смерти?

А ведь я знаю способ усилить магию и защиту дракона в несколько раз. Все мы его знаем. Это близость с истинной парой. Настоящая. Полное слияние тел, душ и магических каналов. Правда, сработает ли этот способ со мной? Ведь мою родную магию выжгли, а драконица пока не вернула силу. Но главное, я сама не готова на такой шаг. Он окончательно свяжет нас. Я уже не смогу уйти от Дэмиана. А я хочу?

Время тянется медленно. Провожу его в беседах с братом и Юджи, вместе изучаем особняк. Обедаем в столовой. После обеда захожу на кухню и выясняю меню на ужин. Муж наверняка вернется голодным. Я помню, что он любит, и вношу в список небольшие изменения.

Уилл с Юджи уходят к себе отдыхать. Я выбираю в библиотеке несколько книг. Здесь она не такая большая, как в замке. Устроившись на кушетке, пытаюсь читать, но больше улетаю в свои мысли. Мужа все нет, тревога нарастает. Наконец слух улавливает цокот копыт. Выглядываю в окно и вижу, как к особняку подъезжает карета. Дэмиан выпрыгивает из нее и спешит к крыльцу.

Я тоже не могу оставаться на месте. Быстро шагаю ему навстречу. Сталкиваемся в большом холле и замираем, глядя друг на друга. Дэм откровенно пожирает меня глазами, не стесняясь показывать свои чувства. Невольно делаю шаг ближе. Он берет меня за руку и притягивает ее к своим губам. Сейчас мы ведем себя, почти как настоящие жена мужа. Но дальше пока не заходим.

Из гостиной появляется Уилл, нарушая наше уединение. Муж уходит к себе освежиться и переодеться. Вскоре мы все собираемся в столовой за ужином. Как только служанка расставляет блюда, Дэм отпускает ее и накрывает столовую пологом тишины. Теперь можно говорить открыто.

Немного утолив голод, муж рассказывает, где побывал. Визитом в Тайную канцелярию он не слишком доволен. Но открыто ему не отказали, пообещав предоставить информацию. Вздыхаю, осознавая, что все это может тянуться очень долго. А значит, нам предстоит жить в неопределенности. Наверное, это небольшая плата за правду. Главное, чтобы никто не пострадал.

— Во дворце мне повезло больше, — сообщает Дэм. — Я узнал, кто заменил второго советника. Теперь доклады от Тайной канцелярии королю приносит канцлер. Уже полтора года эту должность занимает брат королевы, герцог Нолан Кэмпбел.

Замолкаем, переглядываясь. Брат королевы — серьезная политическая фигура. Он как никто другой заинтересован в прочности позиций королевы и в целом королевского дома. Кем он может быть в нашем расследовании — союзником или противником?

— Вы полагаете, канцлер имеет отношение к нашему расследованию? — уточняет Уилл.

— Для начала, предлагаю отбросить формальности и перейти на «ты», — отзывается Дэм.

— Согласен, — кивает брат. — Так что насчет канцлера?

— До сих пор наши интересы не пересекались, — морщится Дэм. — Хотя я уверен, что королева благоволит мне лишь на словах. Незаконнорожденный сын мужа для нее всегда как кость в горле. Не исключаю ее причастности к свалившемуся на меня проклятию. Но это надо доказывать. Что касается вашей семьи, не представляю, чем мог помешать граф Марлоу брату королевы. У них слишком разные позиции при дворе. Но есть кое-что еще… — муж задумывается, а потом продолжает: — Я возобновил старые связи в секретариате королевской службы. Они ведут запись на аудиенции. По моей просьбе подняли старые бумаги. Примерно за два месяца до ареста ваш отец подавал прошение на аудиенцию. Но она так и не состоялась.

— Отец хотел поговорить с королем? — удивленно переспрашивает Уилл. — Но зачем?

— Это важный вопрос, — отзывается Дэмиан. — Возможно, в нем кроется причина всего, что случилось дальше. Я уже спрашивал, но попробуйте вспомнить еще раз, что говорилось у вас дома. Были какие-нибудь намеки? Вопрос больше к тебе, Уилл. Эйвери в то время училась в академии.

— Я думал об этом постоянно, пока сидел в тюрьме… — хмурится брат и качает головой. — Но отец не говорил ничего такого. Хотя я тоже не признался, что общался с заговорщиками. Отец узнал об этом уже после ареста. Но даже на нашей последней встрече не упрекнул, — Уилл мрачнеет,

— Попробуй вспомнить дословно его последние слова? — просит Дэмиан.

— Дословно? — брат задумывается и начинает говорить: — Примерно так: «Что бы ни было, я все равно горжусь тобой, сын. Теперь ты глава рода, не забывай об этом, даже если нас лишат всех привилегий. На тебе забота о матери и сестре. Передай им, что я очень их люблю. Они лучшее, что было в моей жизни. Мне жаль, что в последнее время я так мало разговаривал с Эйвери в ее редкие визиты домой. Мы совсем забросили нашу любимую игру в головоломки. А твоей матери скажи: сожалею, что отказался сажать ее любимые цветы в оранжерее. Если бы у нас было будущее, я бы исправил это. Перед смертью слишком хорошо понимаешь, что было важным, а что лишь глупой суетой.»

Судорожно выдыхая, пытаюсь сдержать слезы. Это очень больно. У меня даже не было возможности попрощаться с родителями. Обнять их в последний раз. Я еще не успела спросить у брата, где похоронили маму. Явно не в родовой усыпальнице. Я хочу прийти к ней, посадить ее любимые цветы… Цветы!

Резко перевожу взгляд на брата.

— Подожди, Уилл, папа так и сказал «цветы»?

— Ну да, — недоуменно отзывается он.

— Но мама никогда не сажала в оранжерее цветы. Только овощи и травы.

— Ты уверена?

— Конечно. Я же помогала ей иногда. А она сама тебе не сказала?

— Когда я смог с ней поговорить, отца уже казнили. Мать была в таком состоянии, что я не стал упоминать про оражерею. Думал, это ее еще сильнее расстроит.

— Что за оранжерея? — уточняет Дэм, впиваясь острым взглядом в мое лицо. — Она была в вашем особняке?

— Нет. В нашем бывшем загородном имении. Я даже не знаю, кому оно потом досталось.

— Выясню, — задумчиво кивает муж. — Это слишком похоже на код. Тайное послание. Возможно, граф Марлоу намекнул на тайник в оранжерее. Надо обязательно проверить.

Какое-то время в столовой стоит тишина. Мы все молчим, думая каждый о своем. Неужели, папа все же хотел нам что-то передать? Что там может быть? Брат сидит мрачный, погруженный в тяжелые мысли. Юджи как обычно дарит ему молчаливую поддержку.

Мне тоже хочется такой близости с мужем. Наши стулья рядом, но мы не касаемся друг друга. Смотрю на ладонь Дэмиана, лежащую на столе. Она тут же дергается в мою сторону. Поднимаю глаза, встречаясь с темным испытывающим мужским взглядом. И тону в нем.

Дэм все же накрывает мою ладонь своей, большой и горячей. А я не вырываюсь, греясь от его тепла.

— Есть еще одна новость, — произносит он со странной заминкой, так и не отпуская моей руки. — Отец решил устроить бал в честь моего возвращения. Он состоится через неделю. Приглашена вся знать с семьями. Я заявил, что не приду. Балы меня мало интересуют. Но если за неделю не будет подвижек в расследовании, придется все же явится туда. Нужно как-то спровоцировать наших врагов на действия.

Муж понижает голос и говорит тихо, теперь уже только для меня:

— Я бы очень хотел, чтобы на балу ты была рядом со мной. Моя истинная, моя жена. Это обязательно случится. Но пока тебе лучше там не показываться. Ты — мое сокровище, Эйви. Все, что мне важно в этом мире… Твоя безопасность на первом месте.

В его глазах сейчас столько откровенной тоски и желания, что мне становится сладко и страшно одновременно. Я вдруг понимаю, что тоже хочу стоять рядом с ним. Чтобы заявить права на этого мужчину. Чтобы все все придворные дамы и девицы на выданье, которых будет полно на балу, не смели даже смотреть в его сторону.

Глава 51 Дэмиан

Рассказывая Эйви о бале, чувствую досаду и вину. Я мечтаю во всеуслышание заявить, что нашел свою пару. Самую лучшую и прекрасную на свете. Но пока вынужден молчать. Зато мой зверь доволен. Ему никакие балы не нужны. Он подчиняется лишь древнему инстинкту дракона — спрятать свое сокровище ото всех. Унести в пещеру, заботиться и охранять.

Жена молчит, опустив глаза в тарелку. Пытаюсь уловить ее эмоции. И то, что чувствую, ввергает меня в эйфорию. Она ревнует! Я даже тихий, недовольный рык ее драконицы слышу. Слабую попытку заявить права. Это настоящий подарок. Не ревнуют тех, кто безразличен. Жадно вглядываюсь в ее лицо, не сдерживая тоски и желания. Накрываю хрупкую ладонь своей, млея от простой ласки. Но важнее всего, что Эйви не забирает руку и очень вкусно краснеет.

После ужина приказываю служанке принести чай со сладостями в мои покои. А заодно передать повару благодарность за отличный выбор блюд. Та послушно кивает и бросает быстрый взгляд на Эйви. Я тоже. Но жена делает вид, что ее это не касается. Так вот в чем дело? Моя пара внесла дополнения в меню?

Не могу скрыть, как меня это радует. Пусть привыкает чувствовать себя хозяйкой. Даже если между нами все сложно, кто мне запретить мечтать? Приглашаю Эйви разделить со мной чай. У меня тоже есть сюрприз. Я не забыл, какие сладости она любит, и приказал повару запастись ими. А еще ежедневно украшать спальню жены свежими цветами. Я бы и новый гардероб для нее заказал. Но сейчас лучше не впускать в дом посторонних.

Усадив Эйви за стол, придвигаю свое кресло максимально близко к ее. Мое колено касается ее юбки. А локоть — руки. И вот так, рядом с парой в уютной тишине спальни, я наконец отпускаю напряжение последних недель. Когда Эйви не бежит от меня, все внутри успокаивается. Мой зверь умиротворен и счастлив.

Завожу нейтральную беседу, стараясь не касаться опасных тем. Мне слишком хорошо сейчас, не хочу нарушать хрупкое равновесие. Вот только постоянно теряю нить разговора. Потому что смотрю на жену и не могу насмотреться. Она не отводит глаз от языков пламени в камине. Но тонкие пальцы, что держат чашку, слегка подрагивают.

Атмосфера между нами накаляется. Я слишком сильно настроен на истинную и чувствую ее ответный отклик. Это сводит с ума, проверяя выдержку на прочность. Боюсь испугать и не могу сдержаться. Когда Эйви резко поднимается, не выдержав напряжения, тоже встаю и шагаю к ней.

Останавливаюсь вплотную, пожирая ее глазами. Жена смотрит в сторону, но грудь под тонкой тканью платья нервно вздымается, привлекая мое внимание. Невыносимо хочется разорвать чертово платье, что прячет от меня до боли желанное

И все же отпустить ее я уже не могу. Тело колотит от выкручивающего жилы вожделения. Осторожно касаюсь нежной щеки, заставляя Эйви смотреть на меня. И пропадаю в ее смятенном взгляде. Тянусь к ее губам и накрываю их своими. Мечтая только об одном — чтобы она меня не оттолкнула.

Слышу прерывистый вдох, и почти сразу застывшее женское тело в моих руках расслабляется. Эйви сама обхватывает меня за шею, вплетая пальчики в волосы, и отвечает на поцелуй. Размыкает сладкие губы, позволяя ласкать влажную мягкость ее рта, играть с язычком. От зашкаливающих эмоций теряю связь с реальностью, возбужденно рычу, вплавляя ее в себя. Позволяя ощутить силу моего желания.

Целуемся, как одержимые, забыв обо всем на свете. Вот оно — мое счастье, в моих руках. И ничего мне больше не надо. Позволяю Эйви сделать вдох, осыпая ее лицо жадными поцелуями. Я уже готов подхватить жену на руки и утащить в кровать. Но она все же вырывается и убегает.

Прислоняюсь лбом к двери между нашими спальнями, усмиряя дыхание. Как бы мне ни хотелось продолжить начатое, сдерживаю себя. Эйви делает шаги мне навстречу. Пусть медленно, но это уже гораздо больше того, чего я ожидал. Нельзя снова предать ее доверие. Если ей нужно время, я его дам.

На следующий день меня вызывают в Тайную канцелярию. Герцог Шелдон лично вручает папки с делами, включая расследование едва не убившего меня проклятья. Даже позволяет забрать их с собой, чтобы изучить. Но я не спешу уходить. Нутром чувствую, что основная причина моего вызова не эта. Шелдон явно хочет что-то сказать, но не торопится открывать карты. Молчит, изучающе разглядывая меня.

— Перейдем к сути? — подталкиваю его. — Меня долго не было, я пока не в курсе нынешних раскладов. Но могу сказать одно, я играю сам за себя. Ну и за короля, конечно. Есть что-то, что мне стоит знать?

Я сознательно рискую, нет уверенности, кто он: враг или союзник. Но если не провоцировать, в этом змеином клубке можно разбираться еще не один год. Посверлив меня хмурым взглядом, Шелдон наконец решается:

— Последний заговор против Его Величества был раскрыт с вашим участием. Вы уверены, что мы выкорчевали все сорняки?

— Мелкие могли остаться, — отвечаю, подумав. — Это не имеет большого значения. Но ведь вы говорите о другом?

— О другом, — кивает собеседник, буравя меня острым взглядом. — Есть подозрение, что главный зачинщик избежал наказания.

— Факты или интуиция? — задираю бровь.

— Фактов мало, — признает он. — Но и их хватает, чтобы сделать вывод: после недолгого затишья зараза вновь расползается. На этот раз они гораздо осторожнее. Тех, кого удалось отловить, даже допросить не смогли. На них смертельные клятвы. Как только открывают рот, сразу сдыхают.

— Помнится, в вашем арсенале были разные интересные артефакты, позволяющие обойти клятвы.

— Эти не обойти. Они завязаны не только на крови, но и на темной магии. Наши спецы пока не нашли способ обезвреживать.

— Что ж, откровенность за откровенность. Я практически уверен, что допустил ошибку. Скажу еще жестче. Думаю, меня провели и использовали мои способности в своих целях.

— Значит, я прав, и возвращение ваших полномочий связано с исправлением ошибки? — задумчиво отзывается Шелдон.

— Частично, да. Но и своя безопасность меня тоже заботит. Не планирую еще два года отдыхать в провинции, подыхая от очередного проклятья.

— Раз так, я готов сотрудничать, — глава канцелярии берет с края стола еще одну папку и протягивает мне. — Вот тут собраны сведения, что у нас пока есть. Изучите. Полной картины из них не сложить, но возможно натолкнут вас на идеи. Потом обсудим. Думаю, не стоит говорить, что данные секретны, — глава хмурится и добавляет: — Что касается интуиции… вы правы. Я чувствую, что-то надвигается. А отсутствие серьезных доказательств заставляет задуматься, что противник необычайно силен и обладает редкими возможностями. Так что я рад вашему возвращению.

— Я тоже, — усмехаюсь. — С вашей оценкой согласен. Отсюда вопрос. Его шпионы могут быть в любом ведомстве. И здесь тоже. Особенно, если учесть пожар в хранилище…

Прямой намек Шелдон считывает сразу и мрачнеет.

— Это случилось еще до моего назначения. Но да, шпионов я не исключаю. Контактировать будем напрямую. Для связи можете писать на мой личный артефакт, я дам вам доступ.

— Благодарю, — киваю. — У меня есть еще вопрос. Я хочу знать, кому перешло имущество казненных за измену после заговора. — Называю несколько фамилий пострадавших аристократов, в том числе Марлоу. Пока не готов показывать, что эта фамилия интересует меня больше всего. Откровенность главы Тайной канцелярии может быть как искренней, так и хитроумным отвлекающим маневром. Это еще предстоит выяснить.

— Если не торопитесь, подождите в приемной. Я дам задание секретарю, в течение получаса он передаст вам сведения, — слышу ответ.

Пока жду, пролистываю последнюю папку. На первый взгляд Шелдон прав, что-то затевается. И мне это совсем не нравится. Все-таки придется пойти на бал. Нужно осмотреться и почувствовать настроения знати изнутри. Включить интуицию ищейки.

Получив от секретаря список, возвращаюсь в карету. Пока еду домой, просматриваю данные и нахожу того, кому передали загородное имение Марлоу. Род не слишком известный, это имя мне ничего не говорит. Вопрос в другом, под каким предлогом обследовать оранжерею, если ее еще не снесли?

Я могу получить официальное разрешение на обыск. Но это значит, практически открыть карты. Показать, что мне интересен этот объект. А такое допускать нельзя. Значит, придется использовать сумрак. Но сначала нужно поговорить с Эйви и ее братом. Я должен хорошо представлять место, куда собираюсь переместиться.

Мысли сразу возвращаются к жене. Вспоминаю, чем закончился вчерашний вечер, и ощущаю, как тело снова скручивает острым желанием. За завтраком Эйви старательно не смотрела на меня. А я, несмотря на мучительную ночь и изводящие до боли жаркие сны, поглядывал на нее довольно и с предвкушением. Сегодня обязательно повторю поцелуй.

Глава 52 Эйвери

Дэмиан снова в отъезде. Жду его с волнением, нетерпением и… стыдом. Вчера я позволила себя целовать. И не просто позволила, а по-настоящему забылась в его объятиях. Полностью потеряла голову. Заново вспоминала вкус и сладость его губ, восхитительный аромат его кожи. Оказалось, мое тело так истосковалась по нему, что я с трудом вернулась в реальность.

И пусть все же смогла вынырнуть из этого морока, тело всю ночь пылало в огне, требуя мужских ласк. Напоминало, какими сладкими и бесстыдными они могут быть. После таких жарких снов я не смогла смотреть Дэмиану в

Муж приезжает ближе к ужину и сразу собирает нас всех в гостиной. Подробно рассказывает о разговоре с главой Тайной канцелярии. Дэм словно решил больше не иметь от меня секретов и делится всем до конца. Оказывается, глава тайной службы тоже сомневается в поимке подлинных организаторов заговора против короля. Значит, есть надежда, что он поверит в то, что нашу семью подставили.

Дальше Дэм сообщает, что выяснил новых владельцев нашего загородного имения. И сейчас ждет от Зака подробной информации. Нужно понять, где они находятся. Если имение пустует, можно попробовать проникнуть туда через сумрак.

— Точное расположение особняка Зак выслал, — произносит муж. — Но чтобы попасть в оранжерею, я должен лучше представлять место. Опишите, что помните, — обращается к нам с Уиллом. — Где именно находилась оранжерея. Что из себя представляет.

Прикрываю глаза, вспоминая, когда была там последний раз. Как помогала маме сажать ее любимые травы. Мама хорошо чувствовала растения, сушила их и делала приправы. А потом отдавала нашей кухарке. Никогда я не пробовала таких вкусных блюд, как у нас дома. Жаль, что мне не передалось ее чутье на травы.

Мысли о родителях, как всегда, отзываются глухой болью. Но я сосредотачиваюсь на просьбе Дэмиана и погружаюсь в воспоминания. Постепенно забытые образы встают перед глазами. Дополняя друг друга, мы с братом начинаем говорить. Муж запоминает и задает уточняющие вопросы.

— Может, мне отправиться с тобой? — предлагаю я. До боли хочется вернуться в кусочек своего прошлого. Туда, где я была счастлива. С Дэмианом меня не пугает даже незаконное проникновение на чужую собственность. — Помогу сориентироваться на месте.

— Нет, Эйви, — качает головой муж. — Женщины остаются дома, под защитой. — Но вообще ты права, в этом есть смысл. Сориентироваться я могу и сам. Но ваш отец наверняка поставил магическую защиту, которая откроется только родной крови.

Он переводит вопросительный взгляд на Уилла, и тот энергично кивает:

— Конечно, я готов.

— Отлично, тогда ждем отмашки от Зака. Я пока переоденусь. Ты тоже надень что-нибудь удобное, не стесняющее движений и темное.

Мужчины уходят готовиться и вскоре возвращаются, оба в темной, облегающей одежде. Муж сообщает, что Зак уже прислал информацию. Имение сейчас пустует, в нем осталось лишь несколько слуг. Очень удачное время для проникновения.

А дальше нам с Юджи остается самое сложное — ждать и переживать. Когда Дэм с Уиллом растворяются в подрагивающей тени, пересаживаюсь ближе к жене брата и крепко сжимаю ее руку. Она благодарно смотрит на меня и тихо спрашивает:

— С ними будет все в порядке? Я так переживаю за мужа. Много раз говорила, что меня все устраивает. Я с Уиллом не ради титулов и положения. Но ему не объяснить. Вбил себе в голову, что я достойна лучшего, и готов рисковать собой… — вздыхает тяжело.

— Они справятся, — стараюсь говорить уверенно, хотя сама едва не трясусь от страха. — Если что-то пойдет не так, Дэм сразу переместит их обратно.

Время идет, не могу усидеть на месте и нервно прохаживаюсь по гостиной. Юджи поглядывает на часы и все больше бледнеет, кусая губы. Когда наша нервозность грозит перерасти в панику, в углу комнаты наконец сгущается тень. А потом медленно тает, открывая нашим взглядам два мужских силуэта. Дэм с Уиллом выглядят спокойными и довольными. В руках у моего мужа большая шкатулка из темного дерева, перепачканная паутиной и землей.

Находку водружают на стол. Мы с Юджи расспрашиваем мужчин, как все прошло. К счастью, оранжерею не снесли, но сейчас не используют, что облегчило поиски.

— Дэмиан оказался прав, — воодушевленно сообщает брат. Видно, что приключение ему понравилось. — Отец действительно поставил магическую защиту. Кроме нас с тобой шкатулку никто не мог увидеть. Да и я не сразу нашел место. Пришлось проверять несколько раз, пока магия откликнулась. А потом еще капать свою кровь, чтобы шкатулка далась в руки.

Пока Уилл рассказывает, Дэм внимательно осматривает ларец и хмурится.

— Что такое? — настороженно уточняю я.

— Я знаю такие механизмы, — задумчиво произносит он. — Эта шкатулка с встроенным защитным артефактом. Ее можно открыть, зная ключ, но нельзя взломать. Любая такая попытка активирует артефакт, и все содержимое мгновенно превратится в пепел.

— А где взять ключ? — спрашивает Юджи. Похоже, ее тоже захватили поиски.

— Ключом может быть что угодно, — ошарашивает нас Дэм. — Та же родовая кровь или магия, заклинание. Нужные слова.

В течение получаса мы с братом поочередно прикасаемся к шкатулке, делимся с ней кровью, оплетаем магией. Но она не реагирует. Постепенно наш энтузиазм падает, сменяясь унынием. Сидим вокруг стола, на котором стоит шкатулка, и сверлим ее усталыми взглядами.

— Напомни-ка еще раз последние слова твоего отца. То, что он просил передать дочери и жене, — обращается Дэм к Уиллу. Тот пожимает плечами и повторяет папино послание:

— Передай им, что я очень их люблю. Они лучшее, что было в моей жизни. Мне жаль, что в последнее время я так мало разговаривал с Эйвери в ее редкие визиты домой. Мы совсем забросили нашу любимую игру в головоломки. А твоей матери скажи: сожалею, что отказался сажать ее любимые цветы в оранжерее. Если бы у нас было будущее, я бы исправил это. Перед смертью слишком хорошо понимаешь, что было важным, а что лишь глупой суетой.

И тут мы с мужем одновременно поднимаем головы, сцепляясь взглядами.

— Головоломки! — произносим одновременно.

— Вы действительно играли в головоломки? — уточняет Дэм.

— Да, отцу нравилось тренировать мой ум, — сообщаю и хмурюсь. — Но как это применить к шкатулке? Что за головоломку папа имел в виду? Их же много разных.

— Просто думай об этом, — мягко смотрит на меня муж. — Может, что-то придет в голову. Главное, не напрягайся сильно. Не вспомнишь сегодня, догадаешься завтра. Или послезавтра.

Остаток вечера вспоминаю отца и наши развлечения для ума. Но ничего стоящего в голову не приходит. После ужина отправляюсь в спальню, чтобы поразмышлять в одиночестве. Но спустя несколько минут в дверь стучит Дэм и приглашает на вечерний чай со сладостями.

Вот только на этот раз до стола мы не доходим. Муж ловит меня в объятья и страстно целует, шепча, что мне надо расслабиться. Устроившись в кресле, сажает к себе на колени. Зарывается пальцами в волосы, удерживая голову, и ласкает мои губы своими. Сначала нежно, тягуче, а потом с все возрастающей жаждой.

Спустя несколько минут мы оба шумно дышим, с губ срываются хриплые стоны. Дэм стаскивает с себя и отбрасывает рубашку в сторону,

Дэм с возбужденным рыком целует мою шею, расшнуровывает ворот платья, обнажая меня сверху. Его жадные, настойчивые губы проходятся горячей россыпью поцелуев по плечам и верхним полушариям груди. Его сильное тело трясет от желания. Дыхание срывается.

Я чувствую, как сильно он хочет меня, как сходит с ума от желания. Я сама уже почти на грани. Но каким-то чудом все же останавливаюсь. Мне страшно смотреть в застывшее лицо мужа, лихорадочно сверкающие, черные от похоти глаза. Но он все же отпускает меня.

Ни на следующий день, ни дальше разгадать загадку отца не получается. Мне обидно до слез. Чувствую себя никчемной и глупой. В шкатулке явно важная для нас информация. В противном случае папа не стал бы так заботиться о ее сохранности. Но кажется, слишком перестарался или посчитал, что я умнее, чем есть.

У меня даже аппетит пропал. Вяло поковырявшись вилкой в тарелке, игнорирую беспокойные взгляды Дэмиана и ухожу к себе. Валяюсь в кровати и ругаю себя. Шкатулку я так и не открыла. До королевского бала остался один день.

Завтра вечером во дворце соберется вся знать, чтобы приветствовать возвращение моего мужа. И Дэмиан тоже туда пойдет. Все это время он постоянно где-то пропадал, но возвращался мрачным и недовольным. Его расследование пока не принесло результата.

Чувствуя себя абсолютно бесполезной, накануне я даже решилась просить мужа взять меня с собой на бал. Не в качестве невесты, конечно. Но можно же выдать меня за служанку или личную горничную. Под прикрытием артефакта отвода глаз на меня никто не обратит внимания. Кому нужна неприметная служанка, когда во дворце будет столько светских красавиц и молоденьких девиц на выданье?

Но Дэмиан даже слушать не стал. Не помогли никакие аргументы. Что я могу помочь, если на балу случится что-то непредвиденное. Что моя темная магия сильна, и благодаря Инису я с ней хорошо управляюсь. А главное, наши с мужем магии отлично взаимодействуют, усиливая друг друга. Мы уже это проверили в замке.

Но Дэм упрямо твердил, что моя безопасность для него важнее всего. Рисковать мной он не намерен. И посоветовал сосредоточиться на разгадке головоломки. Это и будет моя помощь.

Бесконечно прокручивая в голове тревожные мысли, проваливаюсь в тяжелый, беспокойный сон. А просыпаюсь в ужасе, захлебываясь криком и жадно хватая ртом воздух.

Вокруг стоит тишина. Кажется, я кричала не наяву, а во сне. Жуткая картинка все еще стоит перед глазами. Дэмиан с антимагическими браслетами на связанных запястьях. С запекшейся кровью на губах и избитым телом. Он неотрывно смотрит на меня, будто прощаясь. А потом его казнят прямо на моих глазах.

— Инис, — шепчу пересохшими губами, все еще дрожа от ужаса. — Пожалуйста, приди ко мне…

Еще раннее утро, но тусклый свет уже пробивается сквозь портьеры на окнах. Я вижу, как воздух передо мной уплотняется. И появляется темная фигура. Пытаясь унять дрожь, пересказываю духу свой сон.

— Ты же видишь будущее? Дэмиану угрожает опасность? За что его могут казнить? — нервно задаю вопросы.

— Будущее имеет много вариантов, — задумчиво отвечает Инис. — Каждый наш поступок меняет его. Я вижу, что серьезная опасность для твоего дракона существует. Но никто не предскажет, по какому варианту будут развиваться события. Одно могу сказать: для тебя пришло время выбирать, с кем ты останешься…

— Ты сможешь его защитить? — почти умоляю его.

— Нам запрещено настолько вмешиваться в реальность, — вздыхает дух. — За это могут развоплотить без права на перерождение. Мы можем только подсказывать пути. Решаете все равно вы сами.

На этом Инис исчезает, оставляя меня одну. Лежу в предрассветной мгле, вспоминая свой жуткий сон и испытывая отчаяние. Я не могу допустить, чтобы Дэмиан погиб. Нет, только не это. Инис прав, пора решать. И кажется я уже сделала выбор.

Поднимаюсь с кровати, отправляюсь в купальню. Тщательно моюсь, высушиваю волосы магией и быстро расчесываю. Надеваю тончайшую кружевную сорочку, которую обнаружила в гардеробе. И подхожу к двери между нашими спальнями.

Замок закрыт только с моей стороны. Дэм никогда не запирается, показывая, что всегда открыт для меня. Толкаю дверь, она бесшумно распахивается. Мужчина на широкой постели мгновенно приподнимается на локте. Будто тоже не спал. Будто ждал… Я не вижу его лица, оно в тени. Только слышу резкий, судорожный вдох. А потом хриплый, царапающий нервные окончания голос:

— Эйви? Что случилось? Тебе приснился кошмар?

Глава 53 Дэмиан

Эйви все больше оттаивает, подпуская меня ближе. Уже сама, добровольно, идет ко мне в руки, ввергая моего зверя в настоящий восторг. А во мне пробуждая ненасытную жажду. Особенно, когда она активно отвечает на мои поцелуи, снося голову и вдребезги разбивая выдержку. Я почти поверил, что потерял пару, а сейчас чувствую, как снова оживает надежда.

Позволяю себе осторожно строить планы на будущее. Но сначала нужно завершить то, что обещал истинной: закончить расследование и восстановить честь их рода. Вот только судьба словно смеется надо мной. Вылазка в бывшее имение Марлоу принесла отличный результат. Пусть чертов ларец еще как-то надо открыть, я уверен, Эйви справится. Мы получим на руки важные доказательства.

Но во всем остальном дело застопорилось. Я уже вдоль и поперек изучил документы, которыми меня снабдил глава Тайной канцелярии. Днями торчу во дворце, собирая любую скрытую информацию, включая сплетни и слухи. Но улова нет. Слишком много времени прошло после казни зачинщиков заговора. Тому, кого мы упустили, этого хватило, чтобы оборвать все концы и затаиться.

Остается только ловля на живца. Я уже устал намекать всем подряд, что активно копаюсь в своих прошлых расследованиях и даже нашел кое-что важное. То, что скоро потрясет весь двор. Уверен, тот, кому адресовано мое послание, уже его получил. Теперь ход за ним. И это напрягает. Я не могу просчитать, откуда придется удар. Особенно учитывая, что мой враг дьявольски изобретателен.

Поэтому на затеянный отцом бал возлагаю большие надежды. Не сомневаюсь, что мой противник тоже появится там. И если повезет, я смогу его вычислить. Сети расставлены, ловушки заготовлены. Меня будет страховать не только Зак и его подручные. Но еще и Тайная канцелярии. С Шелдоном я тоже договорился. Остается надеяться, что рыбка клюнет на приманку.

В преддверии бала испытываю азарт и нетерпение, я устал от неопределенности. Но меня беспокоит, что чем ближе этот день, тем сильнее

Я тоже мечтаю быстрее разобраться с врагами. Сообщить отцу и всем остальным, что у меня есть истинная. И утащить жену туда, где мы останемся только вдвоем. Чтобы в ее мыслях не было никого, кроме меня. Мое самое страстное желание — завершить слияние с парой. Я буквально грежу этим, каждую ночь сгорая в мучительном огне.

Когда в последнюю перед балом ночь слух улавливает легкий шум, мгновенно просыпаюсь. И вижу застывшую в дверях Эйви.

— Что случилось? Тебе приснился кошмар? — спрашиваю, поднимаясь. Хочу подойти к жене и успокоить. Но она сама идет ко мне и садится рядом на кровать.

Замираю, не отрывая от нее глаз. Боюсь спугнуть. Сердце ускоряет ритм, разгоняя кровь. На Эйви тонкая кружевная сорочка, которая почти ничего не скрывает. Это настоящее искушение для меня. Пальцы сводит судорогой, так хочется прикоснуться к атласной коже. Ощутить ее тепло и мягкость.

Ругаю себя. Жена пришла за утешением, а я думаю только о том, как опрокинуть ее на постель и впиться поцелуем в сладкие губы. Неожиданно Эйви протягивает руку и зарывается пальчиками в мои волосы, перебирая их. А потом теплая ладонь скользит вниз, нежно оглаживает шею и замирает на груди.

Сердце стучит так, что кажется сейчас пробьет грудную клетку и выскочит в ее ладонь. Я все еще не верю, что все происходит наяву. Жена тянется ко мне, так близко, что между нашими лицами остается несколько сантиметров. Смотрит прямо в глаза. Теплое дыхание касается моих губ, сводя с ума.

— Эйви… — произношу севшим голосом. Борясь с мучительным желанием, от которого меня уже трясет. — Не играй со мной. Я не выдержу…

— И не нужно, — тихо отзывается она. Преодолевает эти сантиметры и легко касается моих губ своими. Мягкими и нежными.

— Ты понимаешь, что я не остановлюсь? — неверяще вглядываюсь в ее глаза.

— Понимаю, — тихий голос похож на шелест листьев. Но пробирает так, будто прямо надо мной грянул гром.

— Пути назад не будет. Я не отпущу… — предпринимаю последнюю попытку. Прежде, чем полностью отпустить контроль, я должен быть уверен, что она осознает последствия. Наша близость все изменит. Парная связь закрепится окончательно. Мы уже не сможем друг без друга.

— Я все решила. И я хочу… — отвечает пара. В груди взрывается триумф. Я готов на весь дом рычать от восторга. Она моя. Моя! Прямо сейчас станет моей.

Больше не медлю ни секунды. Обхватив Эйви, быстро переворачиваю нас так, чтобы жена оказалась подо мной. Выпустив коготь, осторожно разрезаю между грудей сорочку. Она идеально будоражит воображение, но обнаженное тело моей истинной еще прекраснее. Я так давно не видел его.

Жадно рассматриваю восхитительные изгибы: пышную грудь, тонкую талию, округлые бедра, сладкий треугольник между ними. От соблазнительного вида слепну, шумно сглатывая. Не могу поверить, что больше не нужно сдерживать себя, ограничиваясь только ласками. Я могу взять все, что до судорог желаю. Каждый сантиметр этого прекрасного тела, каждый стон моей пары присвою себе. И отдам еще больше.

Сбрасываю с себя нижние штаны и наклоняюсь над Эйви. Она немного смущена, но страха не чувствую. А главное, в ее глазах нет сомнений. Это все, что мне нужно. Обхватив ее голову, зарываюсь пальцами в шелковые пряди и набрасываюсь на приоткрытые губы. Целую жадно, напористо, глубоко, пока мы оба не начинаем задыхаться.

Позволяю жене вдохнуть, а сам пускаюсь в путешествие поцелуями по ее телу. Провожу носом по шее, где ее аромат сильнее всего, шумно вдыхая, потом повторяю путь языком. Ласкаю плечи, ключицы и добираюсь до груди. Накрываю каждое полушарие по очереди горячим ртом. Эйви с протяжным стоном выгибается, подставляясь под мои ласки, пока я сладко мучаю языком тугие вершинки.

Не могу оторваться от нее. Как же сильно я скучал. Как мне не хватало пары. Я жил с рваной дырой в груди, пока она меня к себе не подпускала. Скольжу языком еще ниже, обводя дуги ребер, подбираясь к животу. Оставляя на нем поцелуи, спускаясь к самому сладкому.

Я уже дарил Эйви эти откровенные ласки. Вот и сейчас она не вырывается, только стонет все громче. Быстрым движением набрасываю на спальню полог тишины. Все ее стоны принадлежат только мне.

Запах возбуждения пары погружает сознание в черную бездну. Туда, где остаются одни лишь инстинкты. И самый главный из них — обладание. Облизываю ее, глухо рыча, вцепившись пальцами в нежные бедра. Жадно, несдержанно, собственнически. Никто больше не отберет у меня мое сокровище.

Несколько раз довожу жену до кульминации, восхищенно сжирая ее наслаждение. Прижимаясь к губам, глотаю ее стоны. А потом нависаю над ней, заставляя смотреть мне в глаза. И наконец с победным рыком соединяю наши тела. Не забыв выпустить магию, чтобы обезболить первый раз моей истинной.

— Моя теперь… только моя… никуда не отпущу… — хриплю на каждый свой толчок, задыхаясь от бушующих внутри эмоций.

Двигаюсь медленно, позволяя Эйви привыкнуть. Парная связь быстро подстроит наши тела друг под друга. Сердце заходится восторгом, в голове туман эйфории. Пара принимает меня. На каждое мое движение подается навстречу. Чертит коготками тонкие дорожки на моей спине и плечах, сама не замечая, что выпустила их. Это тоже инстинкт. Драконица подтверждает, что я полностью принадлежу ей.

Магия вырывается на свободу, сплетаясь вокруг нас в бережный кокон. Ревет в моей крови, принимая силу истинной и увеличивая мою. Запястье обжигает короткой вспышкой. Брачная метка обретает объем и яркость. Мой дракон окончательно пробудил драконицу Эйви.

Наши тела прошивают волны энергии, завершая ритуал слияния. Выбрасывая обоих за грань кульминации одновременно. Эйви кричит и бьется в моих руках. Удерживая ее, глухо рычу, замирая в собственном удовольствии. Самом правильном, самом желанном единении с парой.

Рвано дыша, прижимаю влажное тело жены к себе, плотно, кожа к коже. Сдвигаюсь немного вбок, чтобы не придавить ее своим весом. Но отпустить не могу. Ее нежная грудь прижата к моей груди. Ее сердце бьется рядом с моим, я слышу его стук. Самый важный звук для меня. Оплетаю ее руками и сладко целую, продлевая наше удовольствие.

Эйви удивленно стонет, ощущая мою твердеющую плоть, тело вновь готово к бою. Успокаивающе шепчу, что дам ей передышку до утра, пока все не заживет. А пока ограничусь другими ласками. Я еще не насытился. Слишком долго этого ждал. Хочу еще наслаждаться сладкими стонами. Моей самой

Теперь уже неспеша ласкаю жену, облизывая и исцеловывая всю. Каждое сладкое местечко. Жадно вдыхаю наши смешавшиеся запахи. Лучшее подтверждение слияния для дракона. Эйви исступленно мечется подо мной, умоляя то отпустить, то продолжать. А потом послушно выгибается, снова улетая. Не могу насытиться этим восхитительным зрелищем.

Так и засыпаем, сплетенные телами, вымотанные и обессиленные. Но даже во сне я не разжимаю объятий, чутко реагируя на каждое движение пары. Дракон протестующе порыкивает, не желая отпускать истинную. Впрочем, Эйви не пытается отстраниться, сама прижимается ко мне, уткнувшись лицом в шею.

Утром просыпаюсь первым и не двигаюсь, наслаждаясь этими минутами. Жена уютно спит в моих объятиях, овевая дыханием кожу и пробуждая желание. Наклоняюсь, вдыхая запах ее волос, и тихо рычу. Она пахнет мной. Нет сил устоять.

Осторожно переворачиваю ее на спину, отодвигая одеяло в сторону и открывая себе восхитительный вид на обнаженное тело с моими отметинами. Возбуждение ревет в крови, зверь требует своего. Но я не хочу сейчас жестить. Эйви сонная, нежная и расслабленная. Хочу подарить ей сладкие, тягучие ласки.

Но надолго меня не хватает. Как только жена со стоном улетает в первую кульминацию, соединяю наши тела и срываюсь в жесткий темп. К счастью, ей все нравится. Громкие стоны это подтверждают. После лежим, обнявшись. Перебираю пряди Эйви, наслаждаясь их мягкостью, и шепчу, как сильно ее люблю. Как счастлив сейчас.

Когда жена все же отстраняется, смущенно шепча про купальню, вздыхаю. Если бы мы были одни, я бы не позволил ей смыть с себя мой запах. Во время медового месяца у драконов сильнее всего проявляются собственнические инстинкты. Нам нужно постоянное подтверждение принадлежности пары.

Но в доме есть и другие жильцы. Понимаю, что Эйви будет смущаться, и подхватываю ее на руки. В качестве компромисса сам вымою ее. Вот только я переоцениваю свою выдержку. Купание превращается в очередную прелюдию, завершаясь близостью прямо в воде. Но зато немного приглушает мои инстинкты.

Заранее представляю, как тяжело будет сегодня на балу. Отец созвал невест для меня и надеется, что я буду с ними общаться. Хотя бы танцевать. Вот только любое прикосновение чужой женщины мой зверь сейчас будет воспринимать агрессивно. Придется жестко сдерживать его, чтобы не рычать на дам, распугивая их.

К тому же такое поведение сразу наведет отца на подозрения. Он знает, в каком случае зверь так реагирует на посторонних самок. И начнет задавать вопросы, на которые я пока не готов отвечать.

Завтрак для нас приказываю принести в мою спальню, чтобы дать Эйви время немного прийти в себя. Но держаться от нее на расстоянии сейчас почти невозможно. Не выдерживаю, сажаю жену к себе на колени и кормлю из своих рук. Приправляя еду горячими поцелуями.

Спуститься вниз все-таки приходится. Мне нужно готовиться к балу. Еще раз обсудить все с Заком и Уиллом. Проверить охрану особняка. Оставить Эйви будет для меня настоящим мучением. Дракон не захочет уходить от пары. Я и сам бы не ушел, если бы не обстоятельства.

Как только заходим в гостиную, Уилл с Юджинией тут же поворачиваются к нам. А спустя мгновение их лица расцветают улыбками. Изменения в нашем статусе без специальных артефактов от драконов с их нюхом не утаить. Держу жену за руку и чувствую, как она замирает, ожидая реакции.

Юджи подходит первой и смущено обнимает Эйви. Уилл с широкой улыбкой заявляет, что счастлив за сестру и всецело одобряет ее решение. Но сам к ней не приближается, прекрасно зная, как ревностно относятся наши звери к чужим самцам рядом с парой после первого слияния.

Ближе к вечеру приезжает Зак. Он тоже чувствует изменения, но лишь тактично поздравляет нас и сразу переходит к делу. А я вношу изменения в диспозицию. До сих пор мы договаривались, что во время бала Зак будет находиться во дворце, в служебных помещениях. Но сейчас меня больше всего заботит даже не поимка врага, а безопасность пары.

Чтобы договориться со зверем, я должен обеспечить ей на время своего отсутствия максимальную защиту. Так что Зак останется в особняке. Но будет со мной на связи. Если понадобится, я сразу вызову его.

Наконец приходит время отправляться на бал. Карета уже подана и ждет у ворот. К сожалению, я не могу воспользоваться сумраком. Дворец защищен от подобных перемещений. Эйви стоит рядом, нас оставили одних, давая возможность попрощаться.

Моя пара бледная и напряженная. Прекрасные глаза лихорадочно блестят. Прерывисто выдыхая, она шагает в мои объятия. Крепко сжимаю любимую, утыкаясь губами в ее висок. Дышу восхитительным запахом, в котором появились еще более вкусные нотки.

Эйви ничего не говорит, просто шумно дышит мне в шею, поглаживая пальчиками грудь. А я тихо обещаю ей, что все будет хорошо. Что теперь никто не отберет меня у нее. Мое сердце остается в ее руках, и я обязательно вернусь за ним.

Я чувствую нашу связь, когда сажусь в карету. Чувствую, как она натягивается, выворачивая жилы и заставляя рваться к паре. Лишь усилием воли остаюсь на месте. Потому что одновременно меня накрывает и другим предчувствием. Что сегодня все изменится.

Глава 54 Дэмиан

Захожу в парадный зал, предназначенный для балов и других мероприятий с большим скоплением гостей. Морщусь от обилия чужих запахов и духоты. Короля с королевой еще нет. Сотни свечей отражаются в хрустальных подвесках многочисленных люстр. Их дополняют развешанные по стенам магические светильники. Но все это великолепие меркнет перед блеском драгоценностей на шеях и платьях дам.

Прокладываю себе дорогу сквозь ряды разодетой знати, ловя приправленные жадным любопытством фальшивые улыбки. Если бы я мог выбирать, наслаждался бы сейчас обществом своей истинной, а не всей этой мишурой. Любил бы Эйви и сходил с ума от нежности и страсти. Только ради того, чтобы нам больше никто не мешал, я нахожусь здесь.

Наконец в зале появляются отец с королевой и занимают места на специальном возвышении. А ко мне приближается распорядитель бала и просит пройти к королю. Усмехаюсь. Ну да, я сегодня главное блюдо в меню развлечения гостей. Из-за меня все это затеяно. Вежливо склоняю голову, приветствуя отца и его истинную. Принца-наследника, моего младшего брата, тут нет. Ему еще не по возрасту балы.

Отец с улыбкой похлопывает меня по плечу и указывает на место рядом с ним. Впервые на моей памяти он так открыто демонстрирует всему двору, что я его сын. Пусть не наследник, но с той же

Аристократы подходят целыми семьями. Церемонно кланяются, пока распорядитель озвучивает их имена. Почти каждая семья отдельно представляет незамужнюю девицу, показывая, что выполнили требование короля. Причем сами девицы исполняют реверанс в том числе и передо мной. Чувствую себя экспонатом на ярмарке невест, что вызывает у моего зверя бурный протест. А мне вместо приветствий приходится всеми силами сдерживать его.

От вереницы похожих друг на друга напомаженных лиц, душного запаха духов и кокетливых взглядов начинает болеть голова. Но пока церемония приветствия не завершится, мне не уйти. Я даже не улыбаюсь и на потенциальных невест не смотрю. А вот их братья или отцы меня интересуют. Как возможные оставшиеся в тени участники заговора. К ним я и присматриваюсь.

Вот только вычленить что-то полезное среди всей этой разнообразной магии, сплетения энергий сотен драконов, надежд, ожиданий, страхов и тщательно спрятанных подлинных эмоций невозможно. Приходится запастись терпением. Такое откровенное благоволение ко мне короля должно насторожить моего врага и сподвигнуть на действия.

Добавляю еще приманки. Склоняюсь к отцу и приглушенно, но так, чтобы окружающие могли расслышать, произношу:

— Ваше Величество, после бала я хотел бы поговорить с вами наедине.

— Поговорим, — кивает отец. — А пока ты должен начать бал. Выбирай себе партнершу для первого танца.

— Я хочу предоставить это право вам с Ее Величеством. Вы первая пара королевства, — ищу любые возможности избежать танца. Мне не то, что обнимать чужую женщину, даже смотреть на них не слишком приятно.

Но отец повторяет приказ, приходится выполнять. Сейчас не время демонстрировать характер. Хватаю за руку первую попавшуюся по пути девицу. Обхватив ее ладонь и талию, отодвигаюсь как можно дальше. Сдерживаю глухое рычание зверя. Он бесится и требует прогнать самку. Напугать так, чтобы больше не смела к нам подходить.

Играет музыка, бал начинается. Равнодушно веду партнершу, глядя мимо нее. Каждая минута чертового танца испытывает на прочность мое терпение и гнев дракона. Когда мучение наконец заканчивается, бросаю девицу прямо в центре зала. По этикету я должен отвести ее к родственникам, но мне уже плевать. Пробираюсь к выходу, игнорируя призывные взгляды дам, мечтающих получить приглашение на следующий танец.

Мне нужно избавиться от чужого запаха, забивающего ноздри. И заодно проверить связь с Заком и Шелдоном. Глава Тайной канцелярии уже во дворце. Инкогнито, под прикрытием артефакта, чтобы не спугнуть нашу рыбку раньше времени.

Сначала вызываю Зака. Он докладывает, что все спокойно. Эйви с Юджинией в гостиной. А они с Уиллом периодически проверяют выходы, контролируют охранников и ведут наблюдение за улицей.

Я и сам чувствую, что все нормально. После слияния связь с Эйви укрепилась. Я ощущаю ее еще сильнее. Знаю, что сейчас она спокойна, хотя немного тревожится за меня. Осознавать это приятно. А вот вспоминать нашу сумасшедшую ночь нельзя. Я и так еле держусь, чтобы не сорваться к ней.

После разговора с Заком нахожу скрытую комнату, расположенную недалеко от парадного зала. Во дворце полно таких тайных мест. Шелдон засел там. Прислоняюсь ладонью к двери, пуская магический импульс. Замок открывается. Глава тайной службы приветствует меня. Его интересует, заметил ли я что-нибудь подозрительное. Обрадовать пока нечем. Впрочем, бал только начался. Надо возвращаться.

В этот момент Шелдону приходит срочное сообщение. Кто-то из его подчиненных докладывает, что в покои принца-наследника только что пытался проникнуть посторонний. Охрана его скрутила, но он может быть не один. Нужно подкрепление.

Вместе выскакиваем в коридор. Глава канцелярии спешит к покоям принца. А мой дракон неожиданно заставляет меня тормозить. Требует мчаться в другом направлении. Домой, туда, где осталась наша пара. Настороженно прислушиваюсь к себе, проверяя эмоции Эйви. И шумно выдыхаю. Прямо сейчас она возбуждена и напугана.

Спешу к выходу из дворца, параллельно связываясь с Заком. Он отвечает не сразу. А когда все же отзывается, голос звучит четко и напряженно:

— Дэм, на особняк напали. Только спокойно, не сходи с ума. Ничего критичного, мы справляемся. Эйвери и остальные в порядке.

— Сейчас буду, — сообщаю, посылая своему зверю приказ успокоиться. Он рвется наружу, требуя немедленно обернуться и лететь к паре. Только во дворце это невозможно. Он защищен от оборотов, иначе драконы уже давно все тут разнесли.

— Нет, Дэм, остановись, — быстро произносит друг. — Я уверен, это отвлекающийся маневр. Нам пока не нужна помощь. Оставайся во дворце. Следи в оба. Что там происходит?

— Пока неясно. Шелдон разбирается, — бросаю хмуро. Зак прав, надо сохранять холодный рассудок. Это сложно, когда истинной угрожает даже небольшая опасность. Главный приоритет для дракона — его пара и детеныши. Мне придется держать зверя в узде и выяснить, что случилось с наследником.

Пока меня разрывает напополам, со стороны парадного зала вдруг раздаются крики и визг. По коридорам в панике разбегаются придворные. Уворачиваюсь от толпы, прислоняясь спиной к стене, чтобы меня не сбили с ног. Хватаю пробегающего мимо слугу и требую:

— Что случилось? Говори, быстро!

— На короля совершено покушение... — стучит зубами он, глядя мимо меня полубезумным взглядом. — Бастард сошел с ума…. напал на Его Величество...

— Кто напал?! — трясу слугу, пытаясь привести его в чувство. Это он сошел с ума. Какой еще бастард? Я вообще-то тут и пока ни на кого не нападал.

— Вы напали… — произносит слуга растерянно и замокает. Его взгляд наконец обретает осмысленность: — Вы тут?.. А кто же там, — оборачивается в сторону криков. — Я сам видел, как вы… Прошу прощения…

Отталкиваю слугу в сторону и распихивая толпу, спешу к бальному залу. До меня наконец дошло. Зак угадал, попытка проникновения к наследнику и нападение на мой дом — обманная уловка. Главное действо разворачивается здесь. Кто-то напал на короля. Судя по бормотанию слуги, нападавший под моей личиной. Если с отцом что-то случится, все будут считать виновным меня.

Глава 55 Дэмиан

Несусь к парадному залу, параллельно связываясь с Шелдоном. На бегу сообщаю о покушении на короля. Он не тратит время на уточнения, обещает быть через несколько минут. А я вдруг понимаю: если бы поддался требованию зверя и помчался спасать Эйви, развязал бы преступнику руки. Никто бы уже не усомнился, что виновен я. А сейчас, увидев сразу двоих бастардов, свидетели поймут, что один из них ложный.

Чем ближе к залу, тем больше испуганных взглядов ловлю.

— Это он, он… — истерично визжит какая-то дама. — Ловите его…

Не обращаю внимание на вопли. В панике

Наконец забегаю туда, где еще недавно играла музыка, а по дорогому паркету кружили пары. Быстро оцениваю обстановку. Второго меня здесь нет. Зато сразу вижу отца на полу, с залитым кровью лицом. Рядом с ним на коленях королева, придерживает голову мужа. Ее лицо искажено ужасом и залито слезами.

Около нее брат, герцог Нолан Кэмпбел. Его одежда порвана, на камзоле следы магического огня. Вокруг короля с мрачными лицами застыли члены королевского Совета. Не все сбежали, это радует. Но отца все же не защитили.

Королева видит меня и вскрикивает, склоняясь над мужем, будто защищая от меня. Лицо ее брата перекашивает яростью. Он указывает на меня и жестко бросает растерянным стражникам:

— Арестовать!

Повинуясь приказу, стража направляется ко мне. Думают, так просто сдамся? Ну нет. Сделать из меня преступника не выйдет. Выпрямляюсь во весь рост, расправляя плечи. Нужно тянуть время, вот-вот появится Шелдон. Состояние отца тоже беспокоит. Что с ним? Он жив?

Формирую на ладони магический сгусток и четко сообщаю:

— Первый, кто приблизится, получит это. Я требую объяснений. В чем моя вина?

— В предательстве и нападении на Его Величество, — гневно выплевывает герцог.

— Вы уверены, что это был я? Как видите, я только зашел сюда.

— Вы оставили слишком много свидетелей, Вудсток, — Кэмпбел кивает в сторону драконов из Совета. — Бесполезно отрицать. Все видели, как вы напали и сбежали.

— И зачем же тогда вернулся? — ухмыляюсь ему в лицо. Тот лишь пожимает плечами. Перевожу взгляд на королеву и спрашиваю: — Что с Его Величеством? Лекарей вызвали?

Вместо ответа она заливается слезами, падая на грудь мужа. Ее горе кажется искренним. Или отлично сыгранным. Хотя я пока не понимаю расклад. Если она заодно с братом, чего они намерены добиться? Король ее истинный. Умрет он, умрет и она. Или нашли способ разорвать связь? Но зачем? Отец любил свою жену, во всем угождал и не изменял. Чего ей не хватало?

Чтобы распутать этот клубок, мне нужно остаться на свободе. А пока это выглядит проблематично. К счастью, в зале наконец появляются новые лица. Королевские лекари и Шелдон с подчиненными.

Лекари суетятся вокруг короля. Быстро сгружают его на носилки и уносят. Значит, отец все-таки жив. Мне становится хоть немного легче. Какие бы ни были между нами отношения, я не желаю ему смерти. Королева уходит вместе с лекарями. А в зале остаются два противоположных лагеря.

С одной стороны члены Совета, стража и возглавляющий их Кэмпбел. С другой я. Рядом, плечом к плечу, становится глава тайной службы. За его спиной собираются подчиненные.

— Что здесь происходит? — холодно уточняет Шелдон.

— Арест предателя, — отвечает Кэмпбел. — Пока король без сознания, за порядок в королевстве отвечает канцлер, то есть я. Я приказываю арестовать Вудстока и отвести в допросную.

— На каком основании? — ровно осведомляется глава Тайной канцелярии.

— Он напал на Его Величество на глазах у десятков придворных.

Шелдон переводит взгляд на меня. Я не успел ему сообщить, что нападение на короля было совершено под моей личиной. И теперь ему придется принять чью-то сторону. Если сейчас он предложит мне сдаться, а потом разбираться, я пошлю его к черту.

— Не замечал за графом Вудстоком настолько нелогичного поведения, — наконец произносит Шелдон. А я мысленно выдыхаю. Шансы выбраться отсюда целым увеличиваются. — Зачем ему нападать на отца? Тем более, делать это перед столькими свидетелями? Уж королевская ищейка способен лучше продумать планы, если они у него были.

— Сомневаетесь в моем слове? — высокомерно задирает бровь канцлер. — Еще раз напоминаю, пока король недееспособен, вы в моем прямом подчинении. С мотивами Вудстока мы разберемся. Но для начала его надо задержать. Отойдите в сторону и не мешайте страже выполнять мой приказ. В противном случае я расцениваю ваше поведение, как саботаж.

На удивление Шелдон не двигается с места, хотя явно понимает последствия. Брат королевы настороженно изучает нас, презрительно кривится и заявляет:

— Что ж, в таком случае придется задержать вас обоих. А после разобраться, каким образом в Тайной канцелярии вырос очаг заговорщиков. Под чьим попустительством.

— Ну попробуйте, — скалится Шелдон, вызывая у меня невольное уважение.

В зале наступает абсолютная тишина. Противники прикидывают свои возможности. Меньше всего я хочу устраивать побоище. Но по-другому канцлера не задержать. Я уверен, он не обманывается, а прекрасно знает, что делает. Все, что здесь произошло, его план. А значит, именно он мой враг. Его мы не раскрыли в прошлый раз. Я не раскрыл. Это мой промах.

— Арестовать, — жестко произносит Кэмпбел.

— Защищать, — одновременно с канцлером приказывает Шелдон подчиненным.

Так открыто выступать против главы Тайной канцелярии стражники не рискуют, замерев с растерянными лицами. Но я понимаю, это лишь короткое затишье, пока у кого-то не сдадут нервы. Дальше придется драться. Именно в этот момент прямо в центре парадного зала, защищенного от любых перемещений, открывается портал. А из него выходит моя пара и вместе с ней Зак.

Глава 56 Эйвери

Если у меня и оставались сомнения, готова ли я перешагнуть за грань, которая навсегда свяжет меня с Дэмианом, после того, как он подхватывает меня на руки и уносит на кровать, все страхи быстро покидают мою голову. Вместе с любыми другими мыслями. Напор и страсть мужа вытесняют лишнее, оставляя только оголенные чувства.

Между нами все происходит так правильно и прекрасно, что об этом невозможно жалеть. Я не понимаю, как могла сомневаться. Ведь мы предназначены друг для друга. Каждый поцелуй пары, каждое его прикосновение к моему трепещущему телу пробуждает древний, самый удивительный инстинкт драконов — желание слиться со своей половинкой. Полностью принадлежать ему. Только так я смогу ощутить себя целой.

В объятиях Дэмиана чувствую себя настоящей богиней. Обожаемой и желанной. Жаркими поцелуями, нежными ласками, всем своим совершенным телом он поклоняется мне. Только сейчас понимаю, как ему было тяжело сдерживаться, давать мне время, не настаивать. Сейчас он едва справляется с сумасшедшей жаждой, понимая, что для меня все происходит в первые.

Но его опасения напрасны, мое тело легко подстраивается под его ритм и напор, с готовностью принимая головокружительную страсть пары. Пока тела сливаются в древнем танце, наши души и внутренняя суть тоже проходят трансформацию, возрождаясь в новом качестве. Отныне и навсегда закрепляя истинную связь.

Просыпаясь в объятиях мужа, сразу чувствую изменения в себе. Не могу

Так хочется понежиться в руках мужа, подарить ему неспешные ласки, показать, как сильно его люблю, только времени нет. Сегодня ему предстоит отправиться во дворец. Мне настолько тяжело его отпускать, что даже смущение от того, что все понимают, что между нами произошло, отходит на второй план.

Стараюсь храбриться под настойчивыми, беспокойными взглядами Дэма. Но когда приходит время прощаться, прячу лицо у него на шее. Пытаюсь надышаться его запахом, пока он мягко потирается щекой о мои волосы. Я готова молить его остаться, но знаю, что он не изменит решения. Наконец разжимаю пальцы, отпуская его. Я должна верить, что все будет хорошо.

Чтобы не сойти с ума от страха, нахожу себе занятие. Самое важное сейчас разгадать тайну шкатулки. Если бы я сделала это раньше, возможно, Дэмиану не пришлось рисковать собой. Водружаю ларец на стол и хожу вокруг него, напрягая голову. Ну же, папа, подскажи. Что ты имел в виду?

Вспоминаю, какие головоломки были у нас любимыми. На самом деле, разные. Но одну отец использовал чаще всего. Он учил меня, как из зашифрованного текста с помощью ключа вытащить скрытый смысл. Вот только ключом может быть любое слово.

Зову Уилла, мне нужна помощь. Он приходит вместе с Юджи. Заставляю брата раз за разом вспоминать все, что говорил папа на их последнем свидании.

— Я все рассказал, — хмурится он. Потом задумывается и вдруг добавляет: — Хотя было еще одно. Когда мы прощались, отец обнял меня и тихо сказал на ухо «Живи». Может, это оно?

— Живи… — бормочу я. — Возможно. Сейчас попробую.

Сажусь за стол, подвигаю к себе бумагу, на которой записано папино послание мне и маме. Вспоминаю, как применять к тексту ключ. Выписываю внизу то, что получается: «брат… сестра… вместе». И что это значит?

— Брат, сестра, вместе? — задумчиво повторяет Уилл. — Если взять самое простое, открывать шкатулку мы должны вместе. Но мы и так пытались это сделать.

— Подожди… — останавливаю его. — Помнишь, в детстве отец учил нас соединять магию? Говорил, что наша родовая сила так удваивается. Вот что мы должны сделать! Не просто по отдельности лить магию, а сначала ее соединить, — восклицаю воодушевленно и тут же в ужасе выдыхаю: — Моя магия, Уилл… Я же потеряла родовую магию... Папа не мог этого предугадать. Вот почему у нас ничего не получается. Ну как я не поняла, — шепчу в отчаянии. — Значит, мы никогда не откроем шкатулку?

Юджи ласково гладит меня по плечу, сочувственно вздыхая. Брат мрачнеет, глядя на нас. А потом вдруг прищуривается.

— Ви, а у тебя… — замолкает смущенно. И все же продолжает: — Попробуй почувствовать. После слияния с истинной парой твоя магия могла вернуться. Я чувствую, что твоя драконица стала сильнее. Нам хватило бы капли силы. Остальное добавлю я.

Резко выпрямляюсь. Уилл прав. Моя связь с драконицей действительно стала гораздо сильнее. Сейчас она довольна и счастлива. Сосредотачиваюсь, пытаясь ощутить энергетические потоки в теле. Нащупать хотя бы крупицу прежней силы. И спустя несколько минут у меня получается. Пусть пока небольшой отклик, но он есть!

Дальше мы с братом проделываем то, чему нас учил отец. Сплетаем магии. И уже потом направляем этот поток на шкатулку. Моей силы в этом потоке крохи, но их хватает. Внутри шкатулки раздается щелчок, и крышка наконец открывается.

Я издаю победный клич. Обеспокоенный моим криком Зак заглядывает в гостиную и видит наш успех. Подходит ближе. Все вместе нетерпеливо заглядываем в шкатулку. На дне лежат покрытые стазисом бумаги, а сверху записывающий магический кристалл. Достаточно дорогой артефакт.

Зак осторожно достает кристалл, изучает его и хмурится. За два года кристалл разрядился. Чтобы узнать, что на нем хранится, сначала придется его зарядить. Это я умею. В замке легко заряжала бытовые артефакты. Опережая меня, Уилл тянется к кристаллу. В это время у Зака срабатывает артефакт связи. Он включает его, слушает и меняется в лице.

— Прошу не пугаться, — произносит, глядя на нас. — Охрана докладывает, у ворот непрошеные гости. Пытаются прорваться сквозь ограду. Я иду на помощь. Из дома никому не выходить. Оставайтесь здесь и заряжайте кристалл.

— Я с тобой. С кристаллом Ви сама справится, — быстро заявляет брат. Зак кивает, и мужчины уходят.

Пока я занимаюсь кристаллом, Юджи замирает у окна и комментирует мне все, что видит. Судя по ее рассказу, наша охрана справляется. И вообще нападение какое-то вялое. Просто пугают нас? Неужели кто-то уже знает, что мы прячемся тут? Мы надеялись обмануть врага. Но что, если он нас опережает?

Тревога за Дэмиана не отпускает. После слияния я чувствую его лучше, чем раньше. Прислушиваюсь к себе, ловя отголоски его эмоций. Они совсем не спокойные. Сильное напряжение, злость, даже ярость, а еще он беспокоится за кого-то. Что там происходит, на этом дурацком балу?

Наконец кристалл заряжен. Активирую его. Сейчас я узнаю, из-за чего погиб отец. Наверняка то, что хранилось в шкатулке, связано с трагедией нашей семьи. Юджи подходит ближе. Мы обе наблюдаем, как прямо в воздухе медленно проявляется картинка. Сначала смутная, нечеткая. А потом становится все ярче и ярче, показывая то, что происходило больше двух лет назад.

Смотрим, слушаем и ужасаемся. Чудовищной жестокости и коварству чужих планов. Безжалостности не только к врагам, но и к своим близким. Непомерным амбициям, всепоглощающей жажде власти, ради которой принесено столько жертв.

— Это должен увидеть Дэм, — шепчу хрипло. — Немедленно. Он же там, во дворце… с этим…

В это время в гостиную возвращаются Зак с Уиллом. Сообщают, что нападение удалось отбить. Наемники пока затаились. Я молча активирую кристалл. Мужчины смотрят, мрачнея прямо на глазах. Когда все заканчивается, Зак глухо произносит:

— Он не знал, что у вашего отца была эта запись. Иначе не успокоился бы, пока ее не получил. Эти доказательства невозможно оспорить.

— Нужно срочно сообщить Дэмиану, — торопливо говорю я. Зак еще больше хмурится и отводит взгляд. — Что случилось? С ним все в порядке? — уточняю севшим голосом, чувствуя, как холодеет в груди.

— Было в порядке, — морщась, отвечает дракон. — Мы недавно общались. Я хотел сообщить, что атаку отбили, но он больше не отзывается. Во дворце что-то происходит. Мы пока не знаем, что.

— Я должна попасть во дворец, — заявляю твердо, глядя в глаза Заку. — Мы обязаны его предупредить. Вы же понимаете, как это важно?

— Понимаю. Но не

— Вы не сможете меня удержать. Я чувствую, что нужна Дэмиану. И в конце-концов, сама могу попасть во дворец. Инис! — зову громко. На самом деле, понятия не имею, сможет ли дух мне помочь. Но я должна что-то сделать, иначе просто сойду с ума.

Воздух в гостиной идет рябью, а потом сгущается в огромную фигуру духа.

— Я здесь, — сообщает он ровно.

Его эффектное появление производит впечатление. Юджи испуганно отшатывается. Уилл обнимает жену, пряча в своих объятиях. Зак быстро встает передо мной, заслоняя спиной.

— Не бойтесь, это Инис, — успокаиваю всех. — Древняя темная сущность. Он мой друг. Дэмиан его тоже знает. Инис! Ты можешь перенести меня во дворец? — обращаюсь к духу.

— Мне нужно немного времени, — после короткой паузы звучит ответ. — Надо обновить старые связи. Я давно не бывал в изнанке дворца.

— Хорошо, мы ждем. Постарайся побыстрее, пожалуйста, — прошу его.

Инис мгновенно растворяется в пространстве. Брат с Заком перебирают бумаги в шкатулке.

— Что там? — спрашиваю глухо.

— То же самое. Заверенные личной магией показания вашего отца, подтверждающие то, что мы только что видели.

Кивнув, нервно сжимаю кулаки. Считаю минуты до появления Иниса. Там, во дворце мой истинный. Я люблю его и схожу с ума от страха за него. Потому что где-то рядом могущественный и опасный враг, которому уже нечего терять.

Наконец воздух в комнате снова дрожит. На этот раз появление сотканной из тьмы фигуры уже никого не пугает.

— Я готов переместить тебя, — ровно сообщает дух.

— Нас перенести, — тут же уточняет Зак. — Одну я вас не отпущу, — заявляет мне.

— Я тоже буду сопровождать сестру, — произносит Уилл.

— Кто-то должен остаться здесь, — качает головой Зак. — Ты будешь следить за особняком и защищать жену. Если начнется новая атака, надо координировать охрану.

— Хорошо, — кивает брат. Но беспокойство с его лица не уходит.

— Леди Эйвери не нужна защита, если я буду с ней, — высокомерно сообщает Инис.

— Без меня она никуда не пойдет, — упирается Зак.

В результате дух соглашается перенести нас обоих. Бумаги мы оставляем в шкатулке, а записывающий кристалл берем с собой. Подходим к Инису. Дальше чувствую легкую тошноту и уже знакомое ощущение падения, от которого перехватывает дыхание. Открываю глаза и вижу перед собой огромный бальный зал, еще недавно явно богато украшенный. Сейчас здесь все перевернуто, пол усеян остатками раздавленных цветов и лент.

— Эйви! — звучит такой родной, встревоженный голос. Резко поворачиваю голову и вижу Дэмиана. Он жив и здоров, но очень мрачен. Быстро подходит ко мне и обхватывает за плечи. — Зачем ты здесь? — его голос звучит напряженно.

Осматриваюсь. Вижу у стены нескольких драконов со знаками Королевского совета. С другой стороны мужчину в темном плаще с нашивкой Тайной канцелярии. Наверное, это ее глава. Тот, о ком рассказывал муж. Еще здесь королевская стража. А в центре с надменным видом стоит тот, кого я видела на записывающем кристалле.

— Кто вы? — презрительно произносит брат королевы.

— Я Эйвери Марлоу, — заявляю громко. — Дочь несправедливо казненного графа Марлоу. Мой отец был предан короне до конца жизни. Он пытался раскрыть заговор и поплатился за это. И сейчас я обвиняю вас, герцог Нолан Кэмпбел, в заговоре против короля и королевы. Вы собирались убить Его Величество, прекрасно зная, что ваша сестра умрет вслед за своим истинным. Затем устранить графа Алистера Вудстока, старшего сына короля, и стать регентом при вашем племяннике, принце-наследнике. Править от его имени, пока он не достигнет совершеннолетия.

— Что за глупость? — презрительно усмехается канцлер. — Кто поверит словам какой-то девчонки? Да еще и дочери предателя. Ты просто пытаешься обелить отца, перекладывая вину на другого.

— У меня есть доказательства, — произношу и активирую кристалл. Здесь достаточно свидетелей, чтобы преступление можно было замять.

Герцог Кэмпбел хмурится и делает движение ко мне. Но меня прикрывают Дэмиан и Зак. А еще дракон из Тайной канцелярии. А как только начинает прокручиваться запись, всем становится не до меня. Не знаю, кто ее сделал, сам отец, или кристалл как-то попал к нему в руки, но главное, эти артефакты невозможно подделать. И сейчас все, кто находятся в зале, слышат, как герцог Кэмпбел обсуждает свой чудовищный план с кем-то из соратников.

Как только картинка гаснет, звучат ошеломленные голоса драконов из совета. Их перекрывает жесткий приказ главы Тайной канцелярии:

— Арестовать за измену и предательство!

В этот момент канцлер вдруг делает быстрое движение, отправляя в мою сторону сгусток магии, сплетенный из тьмы.

— Умри, глупая девчонка, — зло рычит дракон. — Ты посмела помешать моим планам…

Дэм с Заком одновременно выставляют передо мной щиты. Я тоже вспоминаю о защите. Но как только сгусток касается щитов, все они с громким звуком схлопываются, раскидывая моих защитников в стороны. А мне остается только смотреть в глаза надвигающейся смерти. ________________Приглашаю в юмористическую новинку Елены Амеличевой "Буря в фартуке, или Таверна "Заблудший гусь"В жуткий ливень в мою таверну ввалились трое. И один из них — дракон! Я им, как и полагается, внимание, еду, сухие портки... то есть плащи посушить. А они, значит, вместо «спасибо» уселись у камина и давай обсуждать, что такая, как я, для них за золотую монету на столе спляшет, юбки задирая до потолка!Я аж поперхнулась! Стою и прикидываю, что в ход первее пустить — половник или сковородку. Или скалку взять и начать кулинарно-воспитательную работу, сделав из нахалов отбивные? А потом решила — неееет, надо научить негодяйчиков уму-разуму, чтобы навсегда запомнили, что честь девушки дороже золота. Ведь я — Буря в фартуке, меня даже козел Беспредельник боится, когда я в гневе!И понеслось! Сначала я устроила им аукцион на поцелуй да ласки. А вот чьи, не уточнила. И закрутилось все так, как никто не ожидал — только крышечку держи! Ну вот, посудите сами…

Глава 57 Дэмиан

Когда моя истинная, глядя в глаза канцлеру, обвиняет его в предательстве, испытываю гордость и восхищение. Я обязательно проведу воспитательную работу, чтобы она больше не смела появляться в самом пекле, подвергая мои нервы стрессу. Не для того я оставлял ее дома, под защитой Зака, чтобы она вот так рисковала собой. Но все равно горжусь ее смелостью и отвагой.

А потом Эйви активирует записывающий кристалл. И я понимаю, насколько шокирующая информация хранилась в шкатулке ее отца. Вот теперь все встает на свои места. Самое удивительное, я и моя пара пострадали от руки

Наблюдаю за шокированным лицами членов Королевского Совета. Судя по всему, большинство их них не участвовали в планах Кэмпбела. Но он явно действовал не один. На записи кроме канцлера тот самый второй советник отца, Олсон, так удачно погибший впоследствии. Вычислим и остальных. Но самое главное, на этот раз мы добрались до верхушки заговора. Вычислили того, кто стоял за всеми злодеяниями.

А дальше все происходит так быстро, что я едва успеваю реагировать. Шелдон отдает приказ арестовать брата королевы. Никто из драконов Совета не возражает, слишком очевидны доказательства. Но канцлер не собирается так просто сдаваться, его лицо перекашивает ненавистью. А спустя мгновение в мою жену летит сгусток темной магии.

Мы с Заком одновременно прикрываем Эйви щитами. Шелдон сверху добавляет свой. Но вспышка чудовищной силы отбрасывает нас в стороны. У одного дракона не может быть такой мощи, тут явно что-то из запрещенных артефактов. Я уже два года не следил за последними магическими разработками. Но сейчас это неважно, ведь на мою пару несется смертельный огненный смерч.

С отчаянным рыком рвусь к ней, чтобы принять удар на себя. С ужасом понимая, что не успеваю. Жуткая, мертвая пустота замораживает внутренности. Я знаю, что моя жизнь закончится в ту же секунду, если Эйви не станет. Но мне плевать на себя. Я готов умирать тысячи раз снова и снова, только бы она осталась жива. Только бы смотрела на небо и улыбалась. Дарила свой свет пусть не мне, но кому-то еще.

И в этот момент между сгустком и моей парой возникшая темная, полупрозрачная фигура. Дух, заключивший с Эйви договор. Сгусток магии ударяется в него, рассыпая вокруг огненные искры, рикошетит и несется обратно, сбивая канцлера с ног.

— Инис… — испуганно вскрикивает жена, с ужасом наблюдая, как прямо на наших глазах медленно тает темная фигура, постепенно исчезая. — Что с тобой?.. — но ответа нет.

Рывком обхватываю Эйви, прижимая к себе так крепко, что наверняка делаю больно. Только теперь я могу снова дышать. Судорожно ощупываю, проверяя, не зацепило ли ее. Она прячет лицо на моей шее и шумно дышит. Поглаживаю ее по спине и успокаиваю:

— Все будет хорошо, любимая. Инис справится.

— Не справится, — в отчаянии шепчет жена. — Ему нельзя так сильно вмешиваться. А он спас меня, Дэм…

Пока я обнимаю пару, Шелдон не дремлет, исполняя свои обязанности. Спеленывает магией потерявшего сознание канцлера, надевает на него блокираторы. Обыскивает, отбирая все артефакты и усилители, которыми обвешан брат королевы. После королевские стражники уносят предателя в тюрьму.

Драконы из Королевского Совета обступают нас с Эйви. Забрасывают мою пару вопросами, просят предоставить им записывающий кристалл. На его основе будет строиться обвинения против канцлера. Заодно все с удивлением посматривают на меня, явно не понимая, почему я так вцепился в дочь графа Марлоу.

Останавливаю вопросы и жестко сообщаю, открывая карты:

— Моя жена нуждается в отдыхе. Как только леди Эйвери придет в себя, мы прибудем на беседу и расскажем все, что знаем. В моем особняке также находится сын графа Марлоу. К счастью он тоже остался жив и может дополнить наши показания. Кристалл пока останется у меня.

Обняв застывшую Эйви за талию и махнув Заку, веду жену к выходу. Потрясенные драконы молча расступаются. Но прежде, чем покинуть дворец, надо выяснить, что с отцом. Я пока не уверен, что королева ничего не знала. А значит, ее нельзя оставлять наедине с мужем.

В холле перед парадным залом вижу Шелдона. Он общается с кем-то из подчиненных. Замечает нас, подходит ближе и сообщает:

— Канцлера поместили в блокирующую магию камеру. Король пришел в себя. Лекари утверждают, что ранение не опасное, и обещают к завтрашнему дню поставить Его Величество на ноги. Королеву пока заперли в покоях. До полного выяснения обстоятельств ей запрещено выходить, я оставил у дверей стражу. Решать ее участь будет король. Езжайте домой, я выдам вам сопровождение. Наведу здесь порядок. А завтра поговорим.

Всю дорогу в карете Эйви молчит, пригревшись в моих объятиях. А я не могу выпустить ее из рук. Дикий страх еще не отпустил до конца. В особняке нас встречают встревоженные Уилл с женой. Никого чужого рядом с домом уже не наблюдается. Но Зак решил оставить охрану еще на несколько дней, пока не вычислили всех шпионов канцлера.

Вкратце рассказываю Уиллу и Юджинии об основных событиях. Сообщаю, что завтра нас наверняка вызовут во дворец, а пока можно отдохнуть. А потом увожу Эйви в наши покои. Сам помогаю ей раздеться и укладываю в кровать. Моя пара молчаливая, растерянная и безучастная. Слишком много потрясений ей пришлось сегодня пережить.

— Я все время его зову, — произносит она тихо. — Но Инис не отзывается…

Ложусь рядом, укутывая истинную в своих объятиях. Укачиваю ее, целую волосы. Она жмется ко мне, пряча лицо на моей груди. Все, что я сейчас могу, дать ей поддержку. Делиться силой и теплом. Вскоре Эйви засыпает. А я еще долго лежу без сна, не в силах оторваться от пары. Дышу ее запахом, зарывшись лицом в волосы. И пытаюсь не думать о том, что мог сегодня ее потерять.

Утром Эйви чувствует себя лучше. Хотя дух так и не отозвался, она верит, что он выйдет на связь. Я глубоко благодарен ему за то, что спас мою пару. И тоже надеюсь, что с ним все в порядке. Не хочу, чтобы жена грустила. К сожалению, здесь мы ничего не можем сделать, только ждать.

На завтраке все выглядят задумчивыми и погруженными в себя. Никто пока не понимает, как будет дальше. Одно ясно, предыдущий этап жизни закончился. Теперь все изменится. А как, скоро узнаем. Как раз после завтрака приходит сообщение от Шелдона. Меня, Эйви и Уилла приглашают во дворец.

Я надеялся сначала увидеться с отцом. Но глава Тайной канцелярии сообщает, что прямо сейчас проходит Королевский Совет. Нас там уже ждут. В зале Совета за большим столом заседают драконы во главе с королем. Отец еще бледен и хмур. Но в целом его состояние не вызывает опасений. Он кивает мне и переводит взгляд на мою пару. Внимательно изучает ее. Особенно пристально, как я поддерживаю ее.

Пока непонятно, что отец думает о моей женитьбе. Ему явно уже доложили. Но эту тему король не поднимает. Нам предлагают присоединиться к Совету и по порядку изложить все факты в подробностях. Сначала

А потом отец просит активировать кристалл. Он еще не видел то, что на нем записано. Наблюдает за разворачивающимися событиями, и мрачнеет еще больше. Когда кристалл гаснет, отец скупо благодарит нас и просит подождать в соседнем помещении. Совету надо все обсудить и принять решение.

Спустя час ожидания нас троих приглашают в личную гостиную короля. Похоже, теперь беседа будет неформальной. Меня беспокоят планы отца в отношении рода Марлоу и моей жены. Я обещал Эйви восстановить честь ее семьи. Но дальше все зависит от того, какое решение примет король.

Сейчас я вижу его ближе, чем в зале Совета, включая последствия вчерашнего нападения. Усталые круги под глазами, сурово сжатые губы, тяжелое дыхание. Отцу еще явно требуется восстановление. Игнорируя формальности, он жестом разрешает нам сесть. Уилл устраивается в кресле, я рядом с Эйви на диване.

Так и не выпускаю руки моей пары, подсознательно защищая и поддерживая ее. Взгляд отца останавливается на наших запястьях. А точнее, на брачных метках. Прятать их больше нет смысла. Сейчас они ярко сияют, показывая, что наша связь полностью подтверждена.

Отец впивается взглядом в Эйви, внимательно изучая ее. Моя истинная выдерживает взгляд короля, но едва заметно сжимает мою руку. Обнимаю ее за талию, давая еще больше поддержки.

— Значит, это и есть тот самый провинциальный целитель-самоучка, который тебя вылечил? — усмехается отец. — Молодец, девочка. Благодарю тебя. Ты вернула мне сына, — благосклонно обращается к Эйви. Она смущенно кивает, принимая благодарность. Отец переводит взгляд на меня.

— Вот как все обернулось, Дэмиан? — произносит задумчиво. — Судьба все-таки тебя догнала. Когда я предлагал наследницу Марлоу в качестве невесты, не подозревал, насколько все смешалось. Но Боги читают в сердце истины лучше нас. И в очередной раз показывают, что наши игры им безразличны. Все происходит так, как задумано.

Дальше отец обращает внимание на Уилла. Вздыхает и произносит:

— Уильям Марлоу, примите мои личные извинения за несправедливость, допущенную в отношении вашего отца и в целом рода Марлоу. Меня бесконечно огорчает эта чудовищная ошибка. Ваш отец герой, он пытался раскрыть заговор и пострадал из-за этого. Я лично обещаю, что честь вашего рода будет восстановлена, а виновные сурово наказаны. Вам вернут имя, положение при дворе, конфискованное имущество и выплатят компенсацию.

— Благодарю, Ваше Величество, — сдержано кланяется Уилл. — Если бы отец был жив, обрадовался бы, что правда восторжествовала.

— Что будет с канцлером? — уточняю я. — Он сделал все, чтобы оболгать графа Марлоу и наслать проклятие на меня. А также покушался на вашу жизнь.

Отец мрачнеет и тяжело вздыхает. Видно, что для него это болезненная тема. Кэмпбел родной брат королевы и дядя принца-наследника. Новости о его предательстве обязательно всколыхнут королевство. Все узнают, что главный зачинщик заговора все это время находился максимально близко к королю.

— Состоятся закрытые слушания, суд и казнь, — глухо сообщает отец. — Все под грифом секретности. После суда запись с магического кристалла будет уничтожена. Подданным объявят, что канцлер умер от редкого магического истощения. Со всех, кто видел запись, уже взята клятва неразглашения. Вам тоже придется ее дать. Я понимаю, что вы чувствуете, но ради стабильности в стране информация о том, что во главе заговора стоял брат моей жены, не должна выйти из этих стен. Саму королеву уже допросили с помощью артефакта истины. Она непричастна и так же сильно потрясена предательством брата, который приговорил ее к смерти.

Сцепляю челюсти, шумно выдыхая. Я подозревал, что будет именно так. Отец не захочет разглашать компрометирующую информацию. Но слышать это мерзко.

— А как же события на балу? Многие видели у нападавшего мое лицо.

— По поводу бала сообщат, что оставшиеся в живых заговорщики попытались захватить власть. Один из предателей использовал твою личину. Благодаря своевременным действиям, твоим и Тайной канцелярии, всех задержали и обезвредили.

Я молчу, потому что все неоднозначно. С одной стороны, честь отца Эйви восстановят. Его даже объявят героем. Им с Уиллом вернут права и положение. С другой стороны, про предательство канцлера никто не узнает.

— Я прошу вашего содействия в сохранении тайны, касающейся брата моей жены, — наконец произносит отец, обращаясь к Эйви и Уиллу. Он просит, но все понимают, что фактически это приказ. — Со своей стороны, я поклянусь, что выполню все обязательства. В ближайшее время выйдет указ о том, что граф Марлоу пытался раскрыть заговор ценой собственной жизни, был оболган и казнен ошибочно. Что вина с него и его рода полностью снята. А оставшиеся в живых члены семьи восстановлены в правах. Одновременно будет сообщено о том, что мой старший сын женился на Эйвери Марлоу. Что касается вас, Уилл, я потрясен преданностью вашей жены и лично попрошу для вас ее руки у родителей. Уверен, мне не откажут. Вы получите мое благословение на брак и должность при дворе по вашему выбору.

Глава 58 Эйвери

После заседания Совета и аудиенции у короля возвращаемся домой и собираемся в гостиной. Уилл пересказывает жене новости. Дэм сидит рядом со мной, держа за руку и поглаживая мои пальцы. Он хмур и задумчив. Особой радости на наших лицах нет.

Да, свершилось то, что еще полгода назад казалось невозможным. О чем я даже не могла мечтать. Мы с братом больше не изгои. Нам вернут имя и восстановят честь рода. Но эта победа приправлена горечью и грустью.

И даже не потому, что о злодеяниях канцлера никто не узнает, кроме небольшого круга лиц, приближенных к королю. Все остальные так и будут считать его благородным драконом. Горько мне, потому что мама с отцом не увидят, как справедливость восторжествует.

Но я понимаю, что рассчитывать на большее не приходится. Король всегда будет исходить из интересов страны и собственной власти. После покушения она и так пошатнулась. Трудно представить, что случится, если подданные узнают о роли в едва не случившейся трагедии брата королевы.

Ну а нам пора привыкать к новой реальности. Совсем скоро все изменится. Я думала, у меня будет время выстроить новые планы. Вот только события закручиваются так быстро, что приходится осваиваться на ходу.

Уже на следующий день выходит королевский указ о том, что граф Марлоу был оболган и ложно обвинен в предательстве. А на самом деле ценой собственной жизни пытался предотвратить заговор. Нашего отца посмертно восстановили в правах и объявили героем.

В том же указе говорится, что род Марлоу вновь

Удивительно, но нам вернули все, включая столичный особняк и даже то самое загородное имение, куда брат с Дэмианом недавно незаконно проникли. Прежним хозяевам предоставили другое жилье и обязали освободить теперь уже нашу собственность в течение недели.

Уилл уже решил отремонтировать дом, чтобы убрать следы чужого присутствия. И подготовить все для них с Юджинией. Теперь в нашем родовом особняке будут жить они. А я останусь с мужем. Мой дом там, где моя пара.

Как и обещал, король нанес визит родителям Юджи. И попросил руки их дочери для нового графа Марлоу. Намекнув, что у молодого дракона теперь прочное положение при дворе и блестящие перспективы.

Конечно, королю не отказали. При этом факт, что Юджи и Уилл уже женаты, от родных девушки решили скрыть. Юджиния вернулась в дом родителей и начала готовиться к свадьбе. Как и я. По приказу короля дом Дэмиана посетила самая известная столичная портниха. И сняла с меня и Юджи мерки для свадебных платьев.

Всего через две недели в том же самом зале, где я бросала обвинения в лицо канцлера, проходят свадебные торжества. Мое с Дэмианом и Уилла с Юджи. Не знаю, к чему такая спешка, но король будто пытается разом отдать все долги.

Парадный зал вновь богато украшен. Вокруг не только толпа разодетых придворных с настороженным любопытством изучающих меня. Но еще принц-наследник и даже сама королева, бледная и отстраненная. Мало кто знает, что ее брата несколько дней назад казнили.

Некоторые женские взгляды, устремленные на меня, полны скрытой ревности и недовольства. Никто не может понять, как получилось, что наследница Марлоу, которую только что восстановили в правах, уже успела окрутить старшего сына короля.

Стараюсь не обращать внимание. Я чувствую себя здесь чужой и не собираюсь вливаться в местное общество. Мне надо пережить лишь эту церемонию. Узаконить нашу с Дэмианом связь в глазах придворных. А потом я смогу снова спрятаться в особняке мужа. У брата с женой происходит то же самое. Обе эти свадьбы для нас лишь формальность.

Тем не менее, взволнованные и торжественные, Уилл с Дэмианом уже ждут у алтаря в компании жреца. Юджинию ведет по залу гордый отец и вручает ее руку жениху. А меня провожает к Дэмиану сам король. По закону он является отцом всех своих подданных и может заменить любого родителя.

Эта неслыханная честь для нищей изгнанницы без рода и имени, которой я была совсем недавно. Но я с радостью обменяла бы ее на возможность увидеть на месте короля своего отца. И счастливую маму в первых рядах гостей на моей свадьбе. Только этого уже никогда не случится.

И все же я радуюсь. За себя, за брата, за прекрасную, смущенную таким вниманием Юджинию. И конечно за моего истинного. Первым свою речь перед церемонией произносит король. И открыто, при всех придворных, называет Дэмиана сыном. То есть фактически официально признает его.

А после того, как жрец заканчивает обряд, мужа поздравляет его брат, юный принц-наследник. Он ведет себя совсем не так холодно и отстраненно, как королева. Наоборот, порывисто обнимает Дэмиана и улыбается ему. Я впервые вижу двух братьев вместе и не могу не заметить их очевидного сходства.

Потом приходится пережить еще торжественный обед, к счастью не затянувшийся надолго. Счастливую Юджи на руках уносит в карету довольный Уилл. Они отправляются в свой новый дом. А меня подхватывает на руки муж. Мой любимый дракон устраивает меня в карете на своих коленях и всю дорогу до особняка жарко целует. Шепчет, что сегодня наша настоящая брачная ночь.

В дом я также попадаю на руках Дэмиана. Он сразу утаскивает меня в спальню. Медленно снимает с меня шикарное, украшенное драгоценными камнями платье. Вытаскивает из прически многочисленные шпильки, помогая распустить волосы. Избавляет от тончайшей шелковой сорочки, кружевного белья и восхищенно оглядывает.

Мое тело плавится под неистовым взглядом, полным обещания и ненасытной жажды, утолить которую могу я одна. И для меня он единственный, любимый. Самый желанный. Мужчина, который отвоевал свое право быть рядом со мной. И каждый день доказывает, что я никогда об этом не пожалею.

После купальни, где мы моем друг друга, все сильнее распаляя ласками и поцелуями, Дэм утаскивает меня в спальню и опускает на простыни. Завороженно замирает надо мной, скользя голодным взглядом по моему, жаждущему его прикосновений, обнаженному телу.

Я тоже с удовольствием рассматриваю его, такого сильного, мужественного, красивого. Его гладкую, смуглую кожу без всяких следов проклятия, мощный торс, по которому с упоением веду ладонями. С восторгом слышу напряженный, глухой рык, показывающий, как ему нравится моя ласка. Целую любимого дракона и прошу отпустить себя.

Наша спальня наполняется шумом сорванного дыхания, тягучими стонами, возбужденным рычанием. Вздохами, обещаниями, хриплыми признаниями. Моим громким криком на пике страсти и торжествующим рыком дракона, догнавшего меня в своем наслаждении. Утомленная ласками, засыпаю в объятиях мужа. Только одно омрачает мое счастье. За эти дни Инис так ни разу не отозвался. __________________Сегодня у меня в рекомендациях бесплатная новинка Марии Эмет "Устав академии гласит: Не зли своего учителя"Генерал Аркатур устрашающе могуществен, неприлично богат и опасно обаятелен. Он первый советник короля, вселяющий ужас во всех врагов страны. О нем мечтает каждая, но достался-то он мне! Правда, в качестве учителя…Меня зовут Интегра Инлэй, и я, между прочим, пекарь! Но кому какое дело? Меня выдернули из привычной жизни — и вот я здесь, в академии магии. Но я не хочу учиться! Не хо-чу, что тут непонятного?! Господин-дракон, положите меня там, где взяли. Что значит — нет?! Отныне я ваша ученица и этого не исправить?Ну ладно… Сами напросились!

Эпилог 1 Эйвери

После свадьбы проходит еще три недели, пока окончательно утрясаются все юридические, финансовые и правовые дела, касающиеся нашей семьи и наследства Марлоу. В это же время в официальных новостных источниках распространяются правдивые факты о моем отце. О его чести, благородстве и отваге.

Их дополняют воспоминания высокопоставленных драконов, которые в свое время дружили и работали с отцом. Все подчеркивают, как уважали и ценили его. Правда, почему-то забывают упомянуть, как быстро забыли о нем после ареста. Нам никто не протянул руку помощи.

Да, король выполняет обещание. Не просто издал указ и забыл, а по-настоящему восстанавливает честь отца. Только

А еще тяжелее понимать, что виновный в этом хоть и казнен, но не обличен. Но однажды к нам гости заезжают Уилл с Юджи. Брат делится удивительными новостями. У него осталось много знакомых в рабочем квартале, где он жил раньше. От них он и узнал, что среди простых горожан ходят упорные слухи, что канцлер погиб не просто так.

Что на самом деле он причастен к мятежу и попытке захвата власти. На нем много других грехов, несправедливости и смертей. А главное, что именно брат королевы оболгал недавно оправданного графа Марлоу. Слухи распространяются очень быстро. Им верят и при имени канцлера многие уже презрительно кривятся. Совсем скоро его образ будет прочно ассоциироваться со злом.

И в этот момент меня наконец отпускает. Едкая горечь покидает сердце. И пусть боль за печальную судьбу родителей навсегда останется со мной, дышать становится легче. А потом я замечаю внимательный взгляд Дэмиана, и в моей голове что-то щелкает. Я вдруг понимаю, кто стоит за этими слухами. И благодарно улыбаюсь мужу. Он чувствовал, что меня это гложет, и попытался исправить.

Сам Дэм за эти недели нашел себе дело. Сначала они вместе с главой Тайной канцелярии готовили доказательства для закрытого суда над канцлером. А после казни выявляли оставшихся шпионов во дворце и по всей стране. С помощью подкупа, шантажа и неограниченной власти брат королевы создал огромную сеть помощников и осведомителей.

Ну а потом Шелдон предложил моему мужу остаться в тайной службе. Но уже не ищейкой короля, а своим заместителем. Дэм долго думал. Все, что произошло с нашей семьей, отложило на нем большой отпечаток, заставляя до сих пор ощущать вину. Но с другой стороны этот печальный опыт многому его научил. В том числе, что все факты надо тщательно перепроверять. Причем лично, не надеясь, что это сделают другие.

В результате муж нашел себе занятие и снова взял в помощники Зака. А вот я все отчетливей ощущала, что не хочу жить в столице. Несмотря на то, что король выполнил все обещания и принял меня, как жену сына, я не простила и не забыла. И не могла жить так, будто ничего не было. По крайней мере, здесь не могла. Слишком близко к дворцу, тюрьме, в которой нас всех держали, к месту казни отца.

Дэмиан видел, что я не нахожу себе места. Мы поговорили и решили вернуться в замок. Мне будет легче подальше от столицы. А мужу с его сумеречной магией расстояние не помешает. После нашего слияния его сила не только полностью восстановилась, но значительно возросла. Теперь даже дальние перемещения не доставляли ему неудобств.

Как только Дэм доставил нас обоих в замок, я увидела счастливые лица Сэма и Марты и сразу поняла, что мы приняли правильное решение. Нас приветствовали с такой искренней радостью, так тепло обнимали, что на душе сразу стало легче. Ну а кроме того, в замке мне быстро нашлось занятие.

Я занялась его благоустройством. Полным восстановлением стен и перекрытий, обновлением интерьеров и мебели. А также территории и садов. Мне хотелось, чтобы все вокруг дышало не тленом или запустением, а жизнью. Чтобы больше никто не называл этот замок проклятым.

В первые дни, проводя тщательный осмотр и определяя список задач, я с удивлением обнаружила последствия странных разрушений, которых не было раньше. В некоторых помещениях будто прошел ураган. Задав вопрос Марте, узнала, что так Дэм отреагировал на мое бегство из замка. Теперь я наглядно видела, как тяжело он это пережил.

Вместе с Сэмом и Мартой мы провели собеседования и наняли новый, небольшой штат слуг. Только самый необходимый, чтобы содержать помещения и сад в порядке. И организовать наш простой быт. Вести активную светскую жизнь мы с мужем не планировали.

Имя владельца замка больше не скрывалось. Теперь все в округе знали, что тут живет старший сын короля с женой. К нам охотно потянулись претенденты на работу. Тем более, мы предлагали неплохую оплату.

В результате Сэм стал главным управляющим и получил в подчинение конюха, кучера, садовника и еще нескольких работников. А Марта взяла на себя руководство горничными и поварами. Теперь ей не приходилось все делать самой.

Именно в замке окончательно восстановилась моя драконица. Я наконец смогла совершить оборот после долгого перерыва. Конечно Дэм был рядом, страховал меня и подбадривал. А когда у меня получилось, причем, гораздо легче, чем я думала, перекинулся сам. И над замком в счастливом, свободном танце парили два дракона.

Зверь мужа зорко охранял свою пару, кружил вокруг нее, нежно прикасался огромными крыльями и восторженно урчал. А моя драконица кокетливо изгибала шею и постоянно косилась на истинного, ища в нем поддержку.

После оборота моя родная магия наконец проявила себя в полной мере. С того первого раза, когда я почувствовала тонкий ручеек, ежедневно активно тренировала ее, пытаясь расширить поток. Но только сейчас у меня получилось.

Что интересно, темная магия тоже никуда не исчезла. Теперь я обладала двумя видами вроде бы несовместимой магии, которые в моем теле прекрасно уживались. И как раз благодаря этому у меня появилась идея, чем заняться, когда закончу с восстановлением замка.

Я хотела помочь тем несчастным, в которых проснулась темная магия. Слишком хорошо помнила все тяготы, которые пришлось пережить самой. Для начала надо было улучшить состояние приютов. Обеспечить их всем необходимым, в том числе учителями, способными научить воспитанников полноценно пользоваться своей магией и не бояться ее. Ну а в перспективе я надеялась полностью изменить отношение жителей королевства к тем, кто такой магией обладает.

Выполнение всех задач отнимало у меня много времени. Я не скучала, пока муж был на работе, и целыми днями была занята. Но каждый вечер неизменно совершала один и тот же ритуал. Обходила обновленные залы и галереи замка и звала Иниса.

Еще одним важным поводом переезда сюда была надежда, что дух появится там, где мы с ним впервые встретились. Но к сожалению она не оправдалась. Я постепенно смирялась с тем, что за мое спасение Инис заплатил развоплощением. Хотя продолжала мысленно обращаться к нему, звать и благодарить.

Эпилог 2 Дэмиан

Удивительно, но все, что случилось, заметно улучшило мои отношения с

Теперь я чувствую, что отец не стыдится меня, а наоборот, гордится. Это именно то, чего мне не хватало раньше. Причем я понимаю, что мои прошлые мысли отражали мои же обиды, а не реальное положение дел. Да, отец не признавал меня официально, но никогда не прятал и общался, как с сыном. В любом случае мне больше не нужно одобрение окружающих, чтобы чувствовать себя кем-то значимым. Теперь достаточно взглянуть в глаза истинной и увидеть там любовь.

Не знаю, по просьбе отца или по личному желанию, но королева попросила у меня прощения за действия своего брата. По бледному лицу и застывшему взгляду я видел, что ей все еще больно от его предательства. И вряд ли она скоро оправится.

Я сам читал протокол ее допроса на артефакте правды. Королева призналась, что замечала странности в поведении брата, но не подозревала о заговоре и той участи, что он приготовил для нее и ее мужа. Это оказалось для нее чудовищным ударом.

Но было еще одно хорошее последствие случившегося. Ни отец, ни королева больше не препятствовали мне в общении с младшим братом. К счастью, его никто против меня не настраивал, так что мы очень быстро подружились. Как оказалось, брат знал о нашем родстве и давно хотел этой дружбы.

Вот только любые новости меркнут перед тем, что Эйви плохо в столице. Я чувствую это и страдаю вместе с ней. Ведь счастье моей истинной для меня главный приоритет. С каждым днем все четче понимаю, что здесь она не сможет отпустить призраки прошлого. Даже наша с Заком идея распространить правду о канцлере через слухи, не сильно помогла.

После свадьбы брат Эйви с женой переехали в родовой особняк, который наконец обрел своих законных хозяев. Мы остались в доме одни. Я окружил пару заботой, каждую ночь заставляю ее кричать от наслаждения. Но возвращаясь с работы, неизменно застаю ее грустной и подавленной.

Все обдумав, вместе принимаем решение вернуться в замок. И вот тут моя пара буквально сразу преображается. В ее глазах уже нет печали. Они с Мартой активно занимаются восстановлением замка, набором новой прислуги и другими необходимыми делами, чтобы вернуть этому месту былое великолепие. А я счастлив, наблюдая за оживленным лицом моей истинной.

Однажды вечером Эйви заглядывает ко мне в кабинет. Я сразу же переключаю внимание на нее, взяв за руку, затягиваю к себе на колени. Несколько минут мы увлеченно целуемся. А потом жена обхватывает мое лицо ладонями и, виновато глядя в глаза, произносит:

— Прости, что сбежала тогда от тебя, не захотела выслушать. Я видела, что случилось с главным залом. Ты едва все не разрушил. Я не хотела делать тебе так больно…

— Понимаю, любимая, и не виню тебя, — усмехаюсь мягко, вспоминая те мучительные дни. Я почти потерял контроль и разум. — Это последствия моих неудачных решений. Тебе не нужно извиняться. Просто никогда больше не оставляй меня. Не забывай, ты мое сердце, моя душа. Кровь в моих венах. Я без тебя долго не проживу.

Страсть разгорается мгновенно. Подхватив Эйви на руки, утаскиваю ее в спальню и неистово доказываю, как сильно ее люблю. Одежда улетает в сторону, полог тишины надежно скрывает все звуки. Жена знает это и не стесняется. Каждую ночь с восторгом наблюдаю, как раскрывается женская суть моей пары.

Она все горячее отзывается на мои ласки, и сама уже не стесняясь, касается меня везде. А я позволяю ей делать все, что захочет, пока кровь не начинает реветь в голове. Тогда распинаю ее под собой, жадными, собственническими ласками довожу до экстаза. А потом соединяя нас в одно целое, желая только одного — никогда не выпускать истинную из рук.

Спустя месяц мы лежим в нашей просторной постели. Уже утро, Эйви сонно ворочается в моих объятиях, задевая бедром кое-что, что тут же радостно приветствует ее. Я уже предвкушаю сладкое начало дня. Самое лучшее для меня.

Уходить на работу не хочется. В последние дни почему-то с большим трудом заставляю себя оторваться от пары. Ощущения странные. Если бы дал себе волю, буквально не выпускал бы ее из постели. И дракон злится, когда мы уходим. Может, тоже что-то чувствует? Это начинает нервировать. Я будто смотрю и не вижу.

Разворачиваю жену на спину, нависая над ней. И вдруг сверху раздается ворчливый голос:

— Вот что, дракон, я сейчас отвернусь, а ты убери от нее свои руки и дай ей одеться. Надо поговорить…

Вздрагиваю, резко оборачиваясь. Пытаюсь разглядеть того, кто посмел проникнуть в нашу спальню через мою защиту и помешать нам. Но Эйви активно вырывается из моих объятий и взволнованно восклицает:

— Инис! Ты жив! Тебя не развоплотили?

И действительно перед нами уже формируется плотная, темная фигура духа. Моя пара подается к нему и торопливо произносит:

— Великая Богиня, как я хочу тебя обнять! Так жаль, что это невозможно. Рассказывай скорее, где ты так долго был? Я тебя каждый день звала. Ты же не уйдешь больше? — в ее голосе звучит тревога.

Укутав Эйви в одеяло, чтобы всякие духи не подглядывали, вместе с ней жду объяснений. На самом деле я тоже рад его видеть. А еще больше рад за жену. Каждый день наблюдал, как она скучала и переживала.

— Развоплотили, почти… — с досадой произносит дух. — Я им объяснял, что не мог позволить хозяйке погибнуть. Но там такая бюрократия. Хуже, чем в королевской канцелярии.

— Тогда как у тебя получилось выбраться? — жена заметно настораживается. — Тебе кто-то помог? Что нам сделать, чтобы ты остался? Инис, я же не поблагодарила тебя за то, что спас меня! Ты настоящий герой. Я готова повторить это перед другими духами. Как у вас это происходит? Комиссия, совет?

Обнимаю Эйви, поглаживая по плечам, опять она переживает.

— Не будет никаких комиссий, мне разрешили вернуться. Произошло кое-что важное, — веско заявляет дух, становясь еще больше. Будто раздувается от гордости.

— Ну говори же, — раздражаюсь, чувствуя тревогу Эйви.

— У вас будет сын, хозяйка беременна. Когда вырастет, он займет важное положение при дворе. Меня послали за ним присмотреть, обучать и защищать. Я могу общаться с ребенком еще до его рождения. Ну и после, пока он не научится говорить.

— Что?!

— Сын? — одновременно восклицаем мы с Эйви.

Я тут же накрываю ладонями живот

Осторожно сжимаю Эйви в объятиях, ощущая, как сумасшедшее счастье заполняет каждую клетку тела. Дракон внутри восторженно ревет. А ведь мог бы и сам меня предупредить. Вместо этого мы узнали о беременности пары от какого-то духа.

Внезапно ощущаю острую ревность. Инис узнал о ребенке раньше меня, еще и сможет с ним общаться. Но сразу останавливаю себя. Это мой ребенок. Я буду держать его на руках, носить на плечах, баюкать, играть с ним. Вот пусть тогда дух мне завидует.

— Какое положение он займет? — беспокойно уточняет Эйви, немного отойдя от шока.

— Правила не изменились, — раздается в ответ. — Мне все еще нельзя слишком много рассказывать. Но кое-какие послабления мне дали. Наследника нужно воспитать правильно. У него будет двойная магия, как у матери. Такое важное дело нельзя отдать на откуп дракону. Он может все испортить.

Мое благодушие мгновенно испаряется.

— Ты сейчас заявил, что я не способен воспитать собственного сына? — уточняю с угрозой. Мой зверь поддакивает злобным рыком. — Думаешь, я не смогу научить его обращаться с магией?

— Так, спокойно. Помощь Иниса точно не будет лишней, — примирительно произносит Эйви, накрывая мои ладони, так и лежащие на ее животе, своими. Дух язвительно фыркает. Жена тут же исправляется: — То есть, я хотела сказать, его помощь будет очень важной. Пожалуйста, не ссорьтесь в такой замечательный день.

Я снова успокаиваюсь. Ради счастья пары и нашего сына я подружусь с кем угодно. А дух не самый худший вариант. Тем более он уже доказал, что готов не задумываясь защитить Эйви даже ценой своего существования.

К тому же теперь у нас много дел. Надо вызвать лекаря и проверить, как развивается ребенок. Подготовить к его рождению детскую и все необходимое. Мне пора пересмотреть рабочее расписание. А вообще лучше взять отпуск. Во время вынашивания потомства для дракона почти невозможно оставить свою пару. Я же теперь ни на шаг от нее не отойду.

— Ладно, мы примем твою помощь, — сообщаю духу. — Но не забывай, что отец я. Мое слово решающее. Ты обязан советоваться со мной по всем вопросам, касающимся Эйви и ребенка. Это понятно?

— Понятно, — ворчливо отзывается Инис. — Думаю, дел хватит всем. У мальчишки будет ужасно упрямый характер. Интересно, в кого? — уточняет насмешливо. А я широко улыбаюсь. Вот за эти слова готов ему все простить.

*******

Шесть лет спустя…

— Папочка, почему Корвину уже можно летать, а нам нет?

Мои обожаемые малышки привычно забираются ко мне на колени и с двух сторон обхватывают за шею. Хорошо, что трехлетние близняшки не делят меня между собой, иначе с их упорством давно бы разодрали надвое. Но вот к старшему брату они жутко ревнуют. Хотя очень его любят.

Корвин у них постоянный пример для подражания. Особенно в разных проделках. А сын в этом силен. Причем, поступает так не ради шалости, а из любопытства и познания своих возможностей. У него всегда и на все есть объяснение. Например, почему вдруг понадобилось перекрыть входы и выходы из замка. Он всего лишь хотел понять, сможет ли нас защитить.

А то, что сестры не могли выбраться из детской, а кухарка из кладовой, и нам едва не пришлось искать новую прислугу из-за ее истерики, ну это же временно. Зачем пугаться, можно же просто подождать. В результате, выпустила всех жена. А мне рассказала вечером, когда я вернулся с работы.

Я отправился делать сыну внушение, заранее зная, что ничего из этого не получится. Нет, Корвин слушает меня, мой авторитет для него непререкаем. Но желание познать мир перевешивает послушание. А некоторые несознательные духи поощряют его исследовательский интерес и даже подталкивают. С ними, похоже, тоже надо проводить воспитательные беседы.

Но самый настоящий бедлам начинается, когда к нам в гости приезжают Уильям с Юджинией и двое их сорванцов, брат с сестрой. Причем родители Юджинии во внуках души не чают и считают самыми послушными детьми. Они просто не видели, как вся эта орава носится по замку, сметая все на своем пути. Тогда прячутся не только слуги, но даже Инис. У него сразу находятся важные дела.

— Вот когда пройдете первый оборот, тогда и попробуем, — отвечаю дочкам. — А пока рано. Корвин тоже не сразу обернулся.

— А если спрыгнуть с горы, у меня вырастут крылья? — хватает меня за щеки и поворачивает лицом к себе Виола. Джулия внимательно слушает.

Мгновенно просчитываю в голове варианты. Так, где у нас рядом то, что она может принять за гору? Надо срочно на все поставить защиту. И нанять еще одну няню. Те, что есть, с двумя малышками не справляются.

— Послушайте меня, — обнимаю дочерей, серьезно глядя то на одну, то на другую, — обещайте ниоткуда не спрыгивать. Иначе вы очень сильно расстроите маму и меня. И лишитесь подарков на праздники. А если будете хорошими девочками, я покатаю вас на своем драконе.

Дочки визжат от радости и оставляют на моем лице поцелуйчики. Полет — их любимое развлечение. К нам заглядывает няня и уводит девочек на обед. А я иду искать жену. Не видел ее час и уже соскучился. Разве я мог представить, медленно умирая в проклятом замке, что однажды на его пороге появится та, кто окажется моим спасением, истинной половинкой? Что она перевернет всю мою жизнь и сделает самым счастливым на свете? Конечно, нет. Но это случилось.Две сестрички с братом-дракончиком))