Горячая попаданка для хозяина ледяных пустошей

Глава 1

Полина Миронова

Горячая попаданка для хозяина ледяных пустошей

— Демон где-то здесь! Ищите!

Я очнулась от истошного мужского крика. Открыла глаза и уставилась в темное небо, усыпанное яркими звездами. Созвездия незнакомые. Где это я? В другом полушарии что ли?

Как же жутко я замерзла! Тело непроизвольно потрясывалось. Я обняла себя, пытаясь согреться, и пальцы знакомо погрузились в мех любимой шубки. Тогда почему так холодно-то⁈ Я завозилась, пытаясь подняться, но руки заскользили по льду. Льду? Где это я, в конце концов⁈ Я же в тропики летела! Похоже, не долетела…

— Демоница! Вот она, здесь! — завопил мужик над головой.

Я испуганно подняла голову. Меня молниеносно окружали. Один, два, три… Да их тут целая толпа! Вокруг меня стояло человек десять — пятнадцать в шкурах с копьями и топорами. Вокруг метались тени от факелов, превращая их лица в уродливые злобные маски.

— Сжечь, демоново отродье!

— На костер эту тварь!

— Сжечь! Сжечь! Сжечь!

Визг женских и мужских голосов оглушал.

Я пыталась сказать им, что я никакая ни демоница, но никто не собирался меня слушать. Кажется, ребята уже все для себя решили.

Меня грубо подняли и заломили руки. Шуба распахнулась, и оказалось, что под ней я в одном красном купальнике. Том самом, который выбирала для свадебного путешествия. Я помнила, как покупала купальник в торговом центре возле работы, но совершенно не помнила, как и почему оказалась в нем одном, без другой одежды. Не купаться же я в самолете собралась!

Толпа возмущенно и чуточку восхищенно взвыла.

— Тварь бесстыжая! Скорее на костер ее!

И меня погнали вперед. Мужик, который держал меня сзади за руки, продолжал верещать на ухо что-то про демониц и разврат, обдавая запахом гнили из нечищеного рта. От отвратительной вони немытого тела меня затошнило.

Шуба раскрывалась от каждого моего шага, открывая вид на вполне целомудренный закрытый купальник. Но он действовал на местных дикарей, как красная тряпка на быка. Я чувствовала, как градус ненависти повышается. Еще немного и меня даже до костра не дотащут, разорвут прямо по дороге.

Внезапно сверху захлопали огромные крылья. Или мне это показалось? Я закрутила головой, вглядываясь в темное небо и синеющие вокруг сугробы. Нет, не показалось. Дикари тоже это услышали и приутихли. Один из них, видимо вожак, вышел вперед и крикнул в темноту:

— Хозяин, прости, что потревожили!

Неожиданно из-за ближайшего ледяного холма под свет факелов вышел настоящий гигант. Под два метра ростом, с широченными плечами, обтянутыми меховой курткой. Его суровое лицо презрительно скривилось, он махнул головой, откидывая назад длинные белые волосы.

— Кто позволил вам охотиться в моих угодьях? — прогрохотал он.

Дикарь за моей спиной даже присел от страха и поспешно отпустил мои руки. Я, честно говоря, тоже не ожидала такого громового баса, но облегченно потерла запястья и стала разглядывать пришельца. А он хорош! Я поднимала взгляд все выше от накаченных ног в кожаных штанах, к массивной шее, пока не наткнулась на его ухмылку. Вот блин! Я сконфуженно запахнула шубу и отвернулась, наблюдая за ним краем глаза.

А хозяин уверенно пошел в мою сторону. Дикари забеспокоились.

— Хозяин, шаманы почуяли, что ткань мирозданья порвалась, и в дыру упал кусок огня. Мы сразу поняли, что это демоны, — залебезил вожак дикарей.

Демоны им! Это, скорее всего, был горящий кусок самолета, на котором я в теплые края летела.

Хозяин подошел так близко, что меня окутал его тяжелый мускусный запах. Неожиданно он оказался таким приятным, что я стала жадно принюхиваться. Ужас какой! Я сделала шаг назад, но хозяин с ухмылкой притянул меня ближе и распахнул полы шубы.

— Красивая демоница. Моей будет! Пятидесятой наложницей.

Ну, уж нет! Я открыла рот, чтобы в грубой форме выразить свое недовольство. Ничьей наложницей я быть не хотела. Я тут в мужиках разочаровалась. Даже замуж решила не выходить, а он предлагает мне стать бесправной наложницей!

Но тут заговорил вожак дикарей:

— Но хозяин! Мы должны предать ее огню, чтобы восстановить мировое равновесие.

Я захлопнула рот, как глупая рыба. Ну, наложницей, так наложницей. Я согласна. Буду пятидесятой или шестидесятой. Без разницы. Тем более говорили, что наложницы свой сексуальный долг исполняли в порядке очереди. Хоть хозяин и был брутальным бруталом, но все-таки передо мной было еще сорок девять желающих. Я как-то читала про жизнь в гареме, там бывали такие барышни, до конца жизни девственницами оставались. Поживу в гареме, не убудет от меня. Глядишь, там и найдут скоро.

— Сожгу, — коротко бросил хозяин вожаку, и дикари впечатлились.

Побросав факелы, они бросились врассыпную и, как тени, растворились в окружающем мраке. Мы с хозяином остались одни. Оставленные факелы с шипением догорали на льду.

— Ну что, милая демоница, полетели домой⁈ — спросил он, поглаживая меня по щеке.

Я улыбнулась. Лететь домой? Он еще спрашивает⁈ Я обрадованно закивала. Какая прелесть! Я уже не хочу ни в какой тропический рай. Встречу Новый год одна дома или с Маринкой, в конце концов.

Как все удачно складывается, хозяин оказался вполне нормальным мужиком. Домой вот собирается отвезти. Он улыбнулся мне в ответ, отошел на несколько шагов и… превратился в огромного белоснежного дракона.

Твою мать! Дракон! Я визжала так, что даже у самой заложило уши. А потом он потянул ко мне огромную зубастую пасть, и я позорно потеряла сознание.

Глава 2

Я проснулась в шикарном номере отеля. Он был просто огромным. Как завороженная я рассматривала светлую деревянную мебель, лепнину и позолоту. Напротив кровати неожиданно оказался камин. Странно, зачем он в тропиках? Может интим создавать или ночи у них тут зимой холодные? Я подняла голову к потолку и обалдела. Он был весь зеркальным. Какие шалуны! Но мне понравилось. Я довольно улыбнулась. Просто крутейший люкс для новобрачных!

Шторы были закрыты, и комнату окутывал приятный дремотный полумрак. Я потянулась, нежась на шелковых простынях, а потом вдруг вспомнила свой недавний кошмар. Какие-то дикари, ледяная пустыня, дракон. Ужас! Присниться же такое! Думаю, во всем был виноват стресс предыдущих дней.

Было только немного странно, что сон я помнила во всех подробностях, а вот как мы прилетели на место, и дорога до отеля совершенно вылетели из головы. Это точно все от стресса!

Я погладила обтянутый шелком матрас. Какие бывают странные повороты судьбы, еще месяц назад, когда

Помню, я стояла в ванной на нашей съемной квартире и смотрела на себя в зеркало. На свое опухшее заплаканное лицо.

— Никакой свадьбы не будет! — закричала я, теряя терпение, и сжала края раковины.

Но Марк продолжал нудить под дверью, пытаясь оправдаться.

— Элечка, солнышко! Бу-бу-бу.

Я не вслушивалась в его слова, они ничего не стоили. Поступки этого слизняка говорили сами за себя. Я поняла, как он ценит наши отношения, когда застала его в коридоре перед банкетным залом с бывшей одноклассницей. Мы договорились, что Марк съездит в ресторан, чтобы утрясти последние вопросы по свадебному застолью. Я там вообще не должна была оказаться, просто неожиданно начальница разрешила взять отпуск на день раньше. И я решила сделать ему сюрприз, а он там с другой.

«Ну все, Эля, хватит! Поплакала и будет!» — скомандовала я себе и вытерла глаза, размазывая тушь по лицу.

Буду действовать четко и без суеты, как я умею. Сначала умоюсь, приведу себя в порядок, а потом удалю эту тварь из своей жизни. Может и хорошо, что я увидела сцену предательства до того, как мы успели пожениться. Столько времени и нервов себе сберегла.

Марк все еще что-то бубнил, пытаясь убедить меня в своей невиновности, а я уже наносила крем на очищенное лицо и мысленно паковала его чемоданы. Пусть валит к родителям! Эту квартиру я оплачивала со своей зарплаты, пока он со своей должен был откладывать на первоначальный взнос ипотеки.

Но зарплаты у Марка не было уже полгода, поэтому мечта о собственном жилье все откладывалась и откладывалась. Я горько усмехнулась, как открываются глаза на человека, когда снимаешь розовые очки.

А потом я вспомнила о купленных месяц назад путевках на медовый месяц. Мне еще два года за них кредит придется платить. И не сдашь ведь без значительных потерь. Вылет уже послезавтра. Я горестно вздохнула, а потом решила искать во всем позитив. Я пахала, как вол несколько лет без отпуска. Это путешествие станет моим себе подарком на Новый год. Буду купаться в теплом море и пить коктейли, пока кое-кто морозится в слякотной Москве.

Я выдохнула и пинком открыла дверь.

— Элеонора! — тут же оживился Марк и начал на меня наезжать. Эту его манеру молниеносно менять оправдания на обвинения, я прекрасно знала. И раньше она действовала на меня безотказно. Я терялась, а мои претензии становились такими ничтожными. — Прекращай психовать! Надумала себе всякую ерунду! Мы с Машкой не виделись лет десять после школы, просто обнялись, а ты…

Я усмехнулась и поправила непослушные рыжие кудри.

— Ага, и ты на радостях засунул ей язык в рот и схватил за жопу, — едко подсказала я.

— У тебя опять галлюцинации начались, — начал Марк, намекая на мой недавний нервный срыв, когда мне кругом мерещились люди, которых никто не видел.

— Хватит! — рявкнула я. Перепираться с ним можно было бесконечно. — Собирай вещи и вали к родителям.

Но неожиданно Марк оскалился и перегородил дверной проем.

— Еще чего, истеричка! Эту квартиру я нашел. Если тебе что-то не нравится, то вали сама!

— О, прекрасно! — Кажется, Марк забыл, что квартиру оплачивала я. — Только не забудь, что завтра нужно будет хозяйке деньги за нее скидывать. Надеюсь, Маша хорошо зарабатывает. Вам хватит и на квартиру, и на апгрейд твоего компа.

Я едва не скрипнула зубами, Марк столько раз меня обманывал, использовал, а я ничего не замечала, как слепая. На заре наших отношений я брала кредит на покупку супермощного компьютера, чтобы он мог делать проекты дома. Но по итогу, Марк только играл на нем круглые сутки.

Поведение бывшего жениха опять изменилось, он ласково улыбнулся и попытался меня обнять.

— Эля, Элечка! Ну, прекрати же! Ведь у нас все так хорошо было. А как же свадьба? Гости? Мы же все заказали: платье, ресторан, путешествие. Кстати, у нас же вылет через пару дней.

Я усмехнулась.

— Не волнуйся. Платье я сдам, все отменю. Ты все равно ни капли денег не потратил, поэтому ничего не потеряешь.

Я сжала кулаки, вспоминая, как Марк продолжал истерить. Тогда мне все-таки пришлось собрать вещи и уехать к подружке. Маринка никогда Марка не любила. Мы с ней пили вино, и она мне доказывала, какая мой бывший жених сволочь, и поздравляла, что я не вышла за него замуж. Там же я решила, что вообще замуж никогда не выйду. Зачем мне эти проблемы с мужиками? Вари ему, стирай!

А потом я с похмелья взъерошенная ехала в аэропорт. И все было бы почти терпимо, если бы в очереди на посадку опять не ожили мои кошмары. Я снова увидела странного человека, которого никто кроме меня не видел. Это был старик в плаще с длинной бородой, похожий на Гендальфа из «Властелина колец». Когда он мне улыбнулся и приветственно махнул рукой, я судорожно закопалась в сумочке в поисках таблеток, выписанных психиатром. Едва я закинула одну в рот и запила водой, как мне значительно полегчало. Старик исчез. Уже в салоне я съела вторую таблетку и довольная уселась на свое место возле иллюминатора. Почти сразу уснула. Сквозь сон я слышала крики паники, грохот, чувствовала тряску. Но видимо это было все теми же проявлениями бреда.

Воспоминания разбередили чувства, и лежать расхотелось. Я накинула белоснежный халат, который лежал рядом на кресле, и встала, утопая ногами в длинном ворсе ковра. О, это не ковер! Я наклонилась и погладила молочного цвета шкуру неизвестного животного. Какой кайф! Шелковистые ворсинки приятно скользили по коже. Я еще раз порадовалась, что не стала экономить и взяла люкс. Можно было весь отпуск провести здесь и выспаться наконец-то.

Но это в другой раз, в этот мне нужно будет отдохнуть так, чтобы воспоминаний на два года хватило, пока я кредит плачу. Возьму от жизни все! Я отдернула портьеру с огромного окна и застыла с открытым ртом. Прямо по курсу были… живописные заснеженные горы.

— О, кажется, моя новая наложница изволила проснуться, — насмешливо сказал знакомый голос за спиной.

Глава 3

Нет! Нет! Нет! Я зажмурилась, пытаясь забыть увиденное. «Вокруг пальмы! Вокруг пальмы!» — гипнотизировала я себя. Снова открыла глаза. Фокус не удался. За окном были все те же заснеженные скалы. Осторожно повернулась. Возле кровати стоял

— Нравлюсь? — Подмигнул он мне, и я тоненько взвизгнула.

Галлюцинации мне категорически не нравились.

— Нет, нет! Изыди, — вдруг выдала я и вжалась спиной в обжигающе холодное стекло.

Но оно неожиданно растаяло подо мной, и я вывалилась на продуваемый ледяным ветром карниз. Голые ноги скользили по обледеневшему камню, один шаг отделял меня от бездны. Замок, в котором я находилась, висел огромным наростом на колоссальной скале.

Голова закружилась, я бестолково взмахнула руками, чувствуя, как соскальзываю вниз. Но от падения меня удержала сильная рука дракона. Он затащил меня в комнату, но тут же схватил за шею и приподнял над полом.

— Демоница, как ты смогла растопить мой лед? — прорычал дракон мне в лицо.

Вместо ответа я захрипела, мощная рука перекрыла весь воздух. Дракон еще раз тряхнул меня и кинул на кровать.

— Не… демоница… — с трудом прокаркала я.

Что они все пристали с этой демоницей? У меня что рога есть или копыта?

— А кто ты тогда? — Дракон навис надо мной каменной глыбой. От его голоса по спине поползли противные мурашки. — Отвечай, или выброшу за окно.

Я несколько раз сглотнула, пытаясь успокоиться и протолкнуть слова сквозь перехваченное судорогой горло.

— Че… ловек.

И тут дракон захохотал. Запрокинул голову назад и заржал. А потом глянул на меня своими прозрачными голубыми глазами и отчеканил:

— Врешь! Человеку в ледяные пустоши хода нет.

Я подскочила на кровати и стала раздвигать волосы.

— Вот смотри: рогов у меня нет! — Потом подняла ногу к его лицу. — И копыт нет! Никакая я не демоница!

Но дракон неожиданно ловко дернул меня за ногу и опрокинул на спину. Рванул завязки халата. Я сопротивлялась отчаянно. Вдруг вспомнилось про наложничий долг. Нет, так рано я его отдавать не согласна!

— А как ты объяснишь, что эта дрянь с тебя не снимается?

Сквозь шум в ушах я только поняла, что с меня что-то пытались снять. Поэтому стала драться еще отчаянней. Дракон одной рукой прижал меня к матрасу и зло рыкнул:

— Хватит барахтаться! Сожгу!

Волшебное слово «сожгу» тут же вернуло меня в сознание. Я замерла под руками дракона и неожиданно поняла, что я все в том же злополучном купальнике.

— Как? — только и смогла сказать я.

Но дракон меня понял.

— Эта тряпка как будто вросла в тебя. А вот шубу мы с трудом, но сняли. И она тут же исчезла. — Дракон поднялся и подошел к огромному шкафу, раскрыл створку и достал мой ярко-розовый чемодан на колесиках. — Узнаешь?

Я радостно закивала. Мой малыш. Как хорошо, что он не потерялся и прилетел со мной. Ну и сервис у этой небесной канцелярии!

Дракон стал безжалостно потрошить мой чемодан, выкидывая на кровать вещи, которые я точно в него не складывала. Нет, этот прозрачный золотистый пеньюар я бы никогда не одела! И такое бальное платье мне на курорте было бы без надобности. А дракон все доставал и доставал: нижнее белье, платья, рубашки, юбки, обувь, непонятные высокие головные уборы и платки. Да чемодан бездонный! На кровати и полу уже лежала огромная куча, а вещи все не кончались.

Наконец, последним был вытащен меховой плащ. Дракон перевернул чемодан и потряс его над шкурой, лежащей перед кроватью. Оттуда выпала приличная кучка украшений. На солнце заблестели разноцветные камни и, кажется, золото.

Я смотрела на это чудо, раскрыв рот.

— Это точно не мое! — сказала растерянно.

— Но сундук твой? — спросил дракон, и я вынужденно кивнула.

— Мне все подкинули! — крикнула я истерично.

Это прозвучало так, как будто в чемодане была бомба или наркотики, а не куча нарядов и украшений, поэтому я вдруг улыбнулась.

— Ты что издеваешься? — рыкнул дракон.

Он дернул меня с кровати и легким движением руки закинул к себе на плечо. От неожиданности я закричала, но он легонько шлепнул меня по мягкому месту и шикнул:

— Не ори, сожгу!

У этого товарища точно туго с фантазией, такие однобокие угрозы. Нет, чтобы чем-нибудь другим пугать: убью там или зарежу. Заладил: «Сожгу, сожгу!»

Я стала лупить его по спине и кричать, что есть силы:

— Отпусти меня! Немедленно отпусти!

Но мои трепыхания волновали его примерно так же, как полеты назойливой мухи, он шлепнул меня по попе сильнее и прорычал:

— На твоем месте я вел бы себя тише. Глядишь, и целой бы осталась. Но ты меня разозлила, поэтому сейчас мой некромант посмотрит, что там у тебя внутри.

Глава 4

Угроза дракона напугала меня не на шутку. От некроманта точно не стоило ждать ничего хорошего. В книжках он обычно возился с мертвецами и зомби, а я еще планировала пожить.

Я попыталась завести с драконом разговор, чтобы как-то извиниться и отменить поход, но он молча шагал, перестав обращать на меня внимания. Не хороший че… дракон!

Висеть вниз головой и при этом осматриваться, было неудобно, но я старалась. Нужно изучать вражескую территорию! Дракон нес меня по достаточно широкому коридору, на одной стороне которого изредка встречались двери, а другая была одним сплошным стеклом, разделенным полукруглыми каменными арками. Вернее не стеклом, а тонким льдом, как в моей комнате. Кое-где были даже видны ледяные разводы. Смотрелось стена настоящим ажурным кружевом.

Но особенно хорошо я рассмотрела пол. Он был выложен крупными каменными блоками, в которых встречались ледяные вкрапления. Они блестели на солнце, как драгоценные камни. А у дракона красивый замок!

Когда мы подошли к лестнице, меня начало слегка подташнивать, поэтому красотами я перестала любоваться и попыталась снова завести разговор:

— Отпусти меня… пожалуйста. Обещаю вести себя прилично. Мне… не хорошо.

Но это чудовище сделало вид, что не услышало меня. Дракон даже шаг не сбавил! Вот, редиска! Драться в этот раз я не смогла, тратила силы на другое. Перед глазами проплыли прозрачные перила, ледяные блоки ступенек. Один этаж вниз, второй, третий. Вокруг было отвратительно солнечно, глаза заслезились, и я их закрыла. Но стало только хуже, и мне пришлось их открыть.

Внезапно дракон скинул меня с плеча, как мешок картошки, и я облегченно застонала.

— Ужас! Разве можно так с девушкой! — озвучил мои мысли незнакомый мужской голос.

Я подняла голову и увидела перед собой невысокого толстячка в малиновом плаще, который мне приветливо улыбался. От добрых зеленых глаз разбегались тонкие лучики морщин, лицо обрамляли крупные белые кудри. Силуэт мужчины вдруг поплыл,

— Ангел, — прошептала я и потянула к нему руку, чтобы проверить, не галлюцинация ли.

— Лиходей, прекращай! — гаркнул дракон над моей головой, и я аж вздрогнула от неожиданности.

Внешность «ангела» тут же стала меняться. Сияние и нимб исчезли, белые кудри потемнели и распрямились. Передо мной стоял невысокий коренастый парень лет двадцати со всклоченными черными волосами. Неизменным остался только малиновый плащ, даже глаза стали карими.

— Владетель Анкердорм, простите! Я узнал, что вы на пустошах поймали демоницу. В одном старинном трактате я читал, что демоны боятся ангелов. Решил немного… — тут он противно хохотнул и потер руки, — поэкспериментировать.

Поэкспериментировать⁈ Я недовольно запыхтела, а дракон толкнул меня в спину и раздраженно рыкнул:

— Развлекаться будешь в свободное от работы время. А теперь посмотри, что она такое. — От его слов внутри меня заклокотал вулкан. «Что она такое?» Но пока я набирала воздуха в легкие для возмущенной тирады, дракон развернулся и пошел обратно. А потом повернул голову и с угрозой сказал некроманту: — За результатом приду через час. Она должна остаться живой и без видимых повреждений.

Каков нахал! Я повернулась к некроманту. Этот шутник мне тоже не нравился, но, по крайней мере, выглядел он безобидно.

— Мне интересно, а на какой результат эксперимента ты надеялся? А если бы я оказалась настоящей демоницей? — спросила я, поправляя волосы, которые наверно выглядели, как растрепанный стог сена. Хорошо, что рядом не было зеркала. — Вместо тысячи слов, каааак треснула бы тебя по нимбу!

Некромант с превосходством улыбнулся и махнул рукой:

— У меня знаешь, какая защита⁈ Я и рассчитывал, что ты разозлишься, выдашь себя, и мне не придется тратить на тебя драгоценное время.

От неожиданности я даже не знала, что сказать, но Лиходей схватил меня за руку и повел к ближайшей двери.

Все вокруг было такое же, как и на моем этаже — широкий коридор, арочное остекление и куча света.

— Эм, а где подвал? — спросила я растерянно.

В моем воображении некромант должен был обитать в мрачном подвале без всякого солнца. Что-то определенно не сходилось. Может некромант поддельный?

— А зачем тебе подвал? — Лиходей удивленно обернулся. — Там холодно и сыро. У владетеля там кладовые и казематы. А, — он облегченно улыбнулся, — ты наверно есть захотела! Еще не завтракала? Я потом могу тебя чем-нибудь угостить. Я на досуге готовлю.

Я с умным видом кивнула, хотя в моем сознании подвал никак не был связан с завтраком.

— Я думала, что у тебя лаборатория в подвале.

Но тут неожиданно Лиходей горестно вздохнул и открыл дверь:

— Проходи, — он пропустил меня вперед в темную комнату, щелкнул пальцами, зажигая свет, и закрыл дверь. — Про подвал я могу только мечтать. Холод и темнота! М-м-м! — он мечтательно закатил глаза. — Но владетель не пускает, боится, что я своими экспериментами скину замок в пропасть.

Я закивала, экспериментаторов нигде не любили. Слишком много от них проблем.

Комната оказалась в два раза больше той, которую выделили мне. Хоть Лиходей и зажег небольшие световые шары, свет в комнате остался приглушенным, таинственно затеняя углы.

Сколько здесь было всего интересного! Вдоль стен стояли столы и стеллажи, заваленные свитками и заставленные всевозможными колбочками и баночками с разноцветными жидкостями. Одна стена была от пола до потолка забита книгами. А в полутемном углу возле входа стоял скелет, завешанный вещами. Я увидела пару заляпанных фартуков и что-то типа простыни, развешанных у него на руках. Забавная вешалка!

Но самым страшным был стол по центру комнаты. Такой понравился бы хирургу-психопату из фильма ужасов. Гладкая чистая поверхность и ярко светящийся шар прямо над ней.

— Давай, ложись! — Лиходей кивнул в сторону стола и подошел к скелету.

Я замотала головой. Добровольно не лягу! Некромант раздраженно повернулся, не услышав моих шагов. Его глаза блеснули зеленым, и неожиданно я пошла к столу. Ноги и руки беспорядочно подергивались, но шла я вполне уверенно.

— Не надо, — прошептала придушенно, укладываясь на гладкую ледяную поверхность. Глаза заслезились от нестерпимо яркого света.

Я даже покричать и поскандалить не могла, тело почти меня не слушалось. Сердце сжималось от ужаса, такое беспомощное положение мне категорически не нравилось.

Шаги Лиходея были какими-то странными, как будто он приволакивал обе ноги, а я даже повернуть голову не могла, чтобы посмотреть, что это с ним случилось. А когда перед моим лицом появилась костлявая рука скелета, я не заорала только потому, что некромант меня заколдовал. Следом за скелетом я увидела вполне живую руку, значит некромант стоял рядом.

— Ну-с, посмотрим, что тут у нас. — Лиходей склонился к моему лицу с ножом, лезвие которого было украшено темными незнакомыми буквами. — Коша, принеси расслабляющую настойку, а то она сейчас в обморок хлопнется, а у меня нет времени с ней возится, — скомандовал он скелету и тот зашаркал в сторону окна. — Ну-ну, не вращай так глазами! Мы просто посмотрим тебя. Ничего отрезать сегодня так уж быть не будем, так сделаем парочку надрезов. Пустим кровь!

И он захохотал. От смеха Лиходея у меня волосы на голове встали дыбом. Зря я его считала неопасным. Он псих! Настоящий маньяк сумасшедший!

Глава 5

— Что же ты не пугаешься-то⁈ — раздраженно спросил Лиходей совершенно нормальным голосом и закинул нож на соседний стол. — Всем же проще было бы, если бы ты сейчас включила врожденную защиту или приняла природный облик. Знаешь, как мне лень тебя сканировать⁈ И силы на ерунду тратить жалко! Меня тут один интересный эксперимент ждет. — Он горестно вздохнул и повернулся к окну. — Ну что ж, тогда пойдем длинным путем. Начнем с основного. Коша, тащи сканирующий покров.

Скелет прошаркал к двери и через пару минут вернулся с несвежей желтоватой простынею. Наверное, той самой, которую держал в руках, когда мы пришли. Лиходей бережно взял ее из костистых рук помощника и встряхнул. Прямо в воздухе простынь вспыхнула и превратилась в сетку с крупными ячейками. Магия! Нити сетки слабо светились молочным, но когда Лиходей занес ее под яркий свет лампы, они стали совершенно прозрачными.

Пока я рассматривала сетку, скелет подкрался ближе и попытался меня раздеть. Он ловко развязал пояс халата, а вот дальше дело застопорилось. Я возмущенно замычала, когда его пальцы коснулись моего плеча.

— Так, так… — протянул Лиходей, перехватывая сеть одной рукой, а второй пытаясь захватить лямку моего купальника. — Это что за чудеса⁈

Значит, это не с ним дракон пытался меня раздеть, а то

Лиходей повел над ней ладонями, и сетка-покров засветилась ядовито-зеленым, совсем как новогодняя елка. Чувствовать на себе эту магическую праздничную гирлянду было, мягко говоря, не комфортно. Когда Лиходей водил руками, по телу пробегали колючие разряды. А когда он задерживал ладони над некоторыми участках, то там просто обжигало, как кипятком. Если бы не вынужденная немота, я бы уже орала во все горло.

А Лиходей все гладил и гладил воздух над моим телом. Хмыкал, мычал, но вслух ничего не говорил. Мне так хотелось рявкнуть ему, что я сто процентный человек. Хватит искать черную кошку в темной комнате, если ее там нет! Когда он это уже признает вслух и прекратит издеваться⁈

— Да что ж ты такое-то? — наконец протянул недовольно Лиходей. — Вот вроде бы все и понятно, а ничего и не понятно. — Он рассеянно взъерошил волосы и сдёрнул с меня сетку, которая в воздухе опять превратилась в обычную тряпку. Лиходей кинул ее скелету и присел рядом на табурет. — Вставай, давай! Будем завтракать, и я буду думать, что с тобой делать дальше.

Неожиданно я почувствовала, как заклятье подчинение с меня спало. Ватные ноги прокалывало тысячами иголок, как и руки. Я скрипнула зубами, чтобы не закричать, поднимая руку. Вот… некромант! Но хорошо, что контроль над телом вернул, бессловесной куклой быть мне не понравилось совершенно. Не нравится мне этот мир, пора думать, как домой добираться, а то залечат меня здесь.

— Не надо… делать… ничего, — с трудом проговорила я и свесила ноги со стола.

Руки чесались от желания треснуть этого гада чем-нибудь тяжелым по голове. Я осторожно огляделась, выискивая подходящий предмет.

— Не вздумай меня бить! Я мстительный. — Глаза Лиходея блеснули зелёным.

Подумаешь! Какой нервный нашелся! Ладно, не буду пока тебя бить, попридержу до следующего раза.

— И что я человек? — спросила я и осторожно встала на пол.

Лиходей криво улыбнулся и ничего не сказал. Какой упрямый! Сам говорит, что не хочет терять время на ерунду, а сам не хочет признавать ошибок.

Тут подошел скелет с круглым подносом, на котором стояло две изящные кружки с дымящейся голубоватой жидкостью и тарелка с крошечными бутербродиками. Одуряюще запахло копченым мясом. Я сглотнула голодную слюну, сдерживаясь, чтобы не набросится на угощение.

Лиходей ловко сдвинул с ближайшего стола вещи на край, освобождая место, и принес второй табурет. А потом, как галантный кавалер, отодвинул мне табурет и подал бокал, который оказался ледяным.

— Осторожно, отвар очень горячий! — предупредил он. И заметив, что я кручу бокал в руках и не пью, почти приказал: — Пей!

Вот еще! Не буду! Я отставила напиток и взяла бутерброд. На вкус тот оказался такими же божественными, как и на запах. И Лиходею они тоже нравились, поэтому тарелка с космической скоростью пустела.

— Как тебе? — спросил Лиходей, доедая последний бутерброд.

— Вкусно! — ответила я совершенно искренне, и Лиходей польщенно улыбнулся.

— Ты еще отвар попробуй, он просто выше всяких похвал. Это мой фирменный рецепт.

Я кивнула, наблюдая, как Лиходей дует и потихоньку пьет. Интересно, а почему, если напиток такой горячий, то ледяной бокал не тает? Этот вопрос я тут же задала некроманту.

— Это же лед владетеля! — ответил он мне с таким возмущенным видом, как будто я не знаю элементарных вещей.

Я пожала плечами:

— Из-за этого он особо крепкий?

Лиходей развеселился.

— Он растает, только когда Анкердорм этого захочет.

— Да? — протянула я удивленно и вместо того, чтобы рассказать, как я случайно разморозила окно в своей комнате, глотнула отвара.

Фу! Отвратительная гадость! Под немигающим взглядом Лиходея я все же переборола себя и не выплюнула этот псевдо компот. На вкус он был кисло-горьким, и неприятно щипал язык. Ничего себе фирменный рецепт, как Лиходей его так свободно пьет?

Неожиданно мир перед глазами поплыл и закружился. Я схватилась за край стола и зажмурилась. Этот гад решил меня отравить! Вот так и знала, что все плохо закончится!

Глава 6

— А теперь, дорогая незнакомка, расскажи мне о себе все. Где родилась, чем занималась? И не смей ничего скрывать! — приказал Лиходей, а потом поставил локти на стол и подпер руками подбородок, приготовившись слушать.

Я сначала хотела сказать ему, что волшебный отвар не подействовал. Кроме головокружения, я не чувствовала ничего. И желания исповедаться точно не возникло. А потом я еще подумала и решила не разочаровывать некроманта. Пусть послушает про мою человеческую жизнь. Надеюсь, от скуки не помрет.

Сначала представлюсь, а то, что это он зовет меня незнакомкой:

— Меня зовут Эль… Эль… — заикала я. Собственное имя никак не желало быть произнесенным. Мистика какая-то!

— Хорошо, Эль, давай дальше, — раздраженно поторопил меня Лиходей, и я стала рассказывать про детский сад, школу. Ну, и все остальное.

Помереть от скуки некромант не помер, но заскучал. Он несколько раз зевнул, когда я с упоением рассказывала про то, какая классная бухгалтерская программа у нас на работе установлена, и как здорово заниматься оптовой продажей продуктов питания. Когда минут через двадцать я начала вспоминать имена своих племянников, терпение некроманта лопнуло:

— Хватит! — вдруг громко рявкнул он, и я вздрогнула от неожиданности. — Значит у тебя иммунитет к зелью безволья. Ну, хорошо.

Но это его «хорошо» звучало так нехорошо, что я не на шутку испугалась и… икнула.

Лиходей задумчиво изучал стеллажи с зельями, но регулярно поворачивался ко мне со зверским выражением лица. Как будто просчитывал, что со мной будет, если мне их дать. И я очень хотела в этот момент бояться, но икота не проходила.

— Хватит икать! Ты мне мешаешь! — рыкнул Лиходей и кинул в мою сторону крохотный голубой шарик, который в одно мгновение впитался в живот.

— Хо-ик-шо! — послушно сказала я, продолжая икать.

Он кинул еще пару точно таких же шариков, но остановить мою икоту не мог. Лицо Лиходея медленно становилось малиновым. Такими темпами его удар хватит.

— Коша, воды! — зло кинул он скелету и пошел ко мне.

Ой, не надо так на меня смотреть! Я не боюсь тебя! Не боюсь, жуткое чудовище! Глаза некроманта страшно светились зеленым, а в руках полыхало алым

Меня спасло только появление дракона. Едва увидев его, я перестала икать.

— Лиходей, что выяснил? — спросил он сурово.

Некромант выдохнул, глаза снова стали карими. Он высыпал на стол за моей спиной горстку пепла, которая осталась от мензурки с зельем.

— Не очень много, владетель Анкердорм, — начал Лиходей, а потом глянул на меня.

Я сразу же поняла, что сейчас меня будут лишать возможности узнать результат исследований. Ну уж нет, в этот раз я не позволю превращать себя в безвольную куклу. Я напряглась и закрыла глаза: «Я в домике, я в домике!».

Слабое желание лечь на стол и уснуть я почувствовала сразу. И вполне могла ему сопротивляться, но не стала. Послушно забралась на стол, сложила руки на груди, как требовал внутри голос некроманта, только засыпать не стала. Просто лежала с закрытыми глазами.

— Хватит тянуть время! — рыкнул дракон.

— В ней точно есть человеческая кровь, — сказал Лиходей, и я навострила уши. Вот говорила же ему, что я человек! — Но крайне мало.

«Как так?» — хотела крикнуть я, но промолчала, потому что очень хотела узнать, что там дальше. И Лиходей не разочаровал:

— Ее истинная сущность спрятана в плотной защите, похожей на огромное яйцо с толстой скорлупой. Я не смог его проковырять. Но если бы вы позволили мне провести более глубокие исследования и нанести девушке кое-какой вред, то думаю, я бы смог расколоть защиту.

В голосе Лиходея был столько маньячного энтузиазма, что мне стало жутко. Милый дракон, не отдавай меня ему на опыты!

— Знаю я твои исследования, — без воодушевления сказал владетель-дракон. — После них обычно получаются безвольные куски мяса. Пока рано. Сейчас просто расскажи, все, что понял. На этом закончим.

— Ну, — разочарованно протянул Лиходей, и я услышала скрип стула. Похоже, он сел. — У нее неплохая сопротивляемость зельям. Безволье на нее не подействовало. А сейчас я даже не уверен, что мое заклятье подчинения ее полностью контролирует. — И тут я почувствовала нестерпимое желание погладить себя по груди и не стала ему сопротивляться. Лиходей довольно хмыкнул. — Да нет, действует.

— Какая у нее магия? Огненная? — голос дракона раздался совсем рядом, и я почувствовала, как он гладит лямку моего купальника и плечо. — И что с этой красной тряпкой?

Лиходей засмеялся:

— А нет у нее магии! Возможно, пока нет. Знаете, что самое смешное: она не врала, что прибыла из человеческого мира. Магии у них нет, но очень интересные технологии. Я потом хочу забрать ее к себе в лабораторию, когда она вам наскучит в постели. Думаю, парочку вещей мы могли бы применить и в нашем мире. А эта недо… безобразие в виде нижнего белья просто часть ее тела.

— Хм, — голос дракона стал удаляться. — Буди ее, нам пора.

Внутри меня защекотало, и я открыла глаза. В голове был полный раздрай. Вот вроде бы и часть правды сказал некромант — я человек и прибыла из мира без магии, но все остальное! Как может быть купальник частью моего тела⁈ Ну, бред же!

— Иди ко мне! — властно позвал дракон, и я молча поплелась к нему.

Сейчас я бы с радостью осталась в лаборатории и немного попытала бы некроманта. Уверена, что владетелю он рассказал не все, что узнал. Вот просто нюхом чуяла! Со мной такое редко, но бывало, мама называла это интуицией.

— Кстати, владетель, а ее Эль зовут! — радостно крикнул мне в спину Лиходей.

Меня удивило, как быстро налилось злостью лицо дракона, вокруг заплясали темные тени, и повеяло настоящей жутью.

— Если я узнаю, что хоть капля информации из этой лаборатории ушла куда-то еще, ты пожалеешь, — прошипел он. Лиходей согнулся и упал на колени. — Имя ее забудь, — приказал он. — Будешь звать ее Ильвиной.

Некромант распластался на полу, как будто его прижала огромная лапа. Он шипел, стонал от боли, но сумел произнести:

— Повинуюсь, владетель Анкердорм.

Дракон схватил меня за руку и выволок в коридор:

— Глупая девчонка, зачем ты сказала ему свое имя? Даже часть истинного имени дает над тобой огромную власть.

Глава 7

Дракон наклонился ко мне и схватил за подбородок, гипнотизируя своими голубыми глазами.

— Говорю один раз и больше повторять не буду. Если хочешь остаться собой, и не превратиться в чью-то послушную игрушку — думай, кому и что говоришь. Поняла? — прорычал он мне в лицо и, дождавшись кивка, отпустил подбородок.

А потом на огромной скорости потащил по коридору. Ноги у него были длиннючие, когда он делал один шаг, а я — три, поэтому дракон быстро шел, а я бежала. И ведь не остановишь его, я чувствовала, что он все еще был зол.

Наконец, мы пробежали коридор некроманта, поднялись на этаж выше и вышли к закрытому ледяному мосту. Я застыла от восхищения и страха. Мост выглядел настоящим произведением искусства. Ажурным и хрупким. И ненадежным.

Я выдернула руку из захвата владетеля и обхватила ближайшую колонну.

— Что за дела? — рявкнул он.

Я замотала головой и сжала руки сильнее, чувствуя, как по ним потекла вода.

— Я… я высоты боюсь, — прохрипела задушено.

А потом увидела, что глаза дракона потемнели от злости, и скулы стали стремительно покрываться перламутровой чешуей.

— Как ты это делаешь? — с шипением сказал он.

Но я непонимающе хлопала глазами. Что делаю? Боюсь высоты? Это инстинкт самосохранения, я его не контролирую!

Не дожидаясь моего ответа, дракон дернул меня, откидывая от колонны. Я не удержалась на ногах и приземлилась на попу возле ступенек моста. Дракон медленно обвел пальцем застывший потеками подтаявший рисунок на колонне, восстанавливая его, и повернул ко мне искаженное нечеловеческой яростью лицо.

— Что за магию ты применила? Как сумела растопить мой лед? — от напитанных ненавистью слов у меня мурашки побежали по спине.

Я инстинктивно отползла и уперлась спиной в ступени. Он шагнул ко мне и поднял за шею. Я только хрипела, болтаясь в его руках безвольной куклой.

— Я здесь бог и господин. Моя магия и слово в этих пустошах закон, который никто не в силах нарушить. Спрашиваю в последний раз, что за магию ты применила?

— Нет… магии… — просипела я.

От недостатка кислорода в голове зашумело, и я почувствовала, что теряю сознание. Дракон брезгливо откинул меня, и я облегченно закашлялась, приходя в себя на каменном полу.

— Если я узнаю, что ты сознательно это делаешь — уничтожу! Узнаю, что как-то приворожила меня и пытаешься ослабить — пожалеешь, что родилась на свет.

Я кивнула,

Ну, по крайней мере, угрозы разнообразились, больше не было банального «сожгу». Растет, однако. Вот я сумела дракона раздраконить, что он мне столько обещаний нараздавал. Теперь унести бы от них ноги. Нет, нужно искать способы вернуться домой. Не нравится мне этот мир. Дракон мужик конечно притягательный, но слишком для меня опасный. Мне спокойнее с такими тюфячками, как мой бывший Марк.

Я все еще приходила в себя, когда дракон схватил меня на руки и пошел по мосту. Я хотела завизжать от страха, но в его объятьях мост уже не смотрелся таким страшным, руки дракона были надёжными. Но я все равно зажмурилась и обняла его, вцепившись в камзол, украшенный прозрачными камнями. Мало ли что!

От дракона приятно пахло морозом, свежестью и немного мускусом. Я сама не заметила, как уткнулась лицом куда-то ему в подмышку и стала жадно вдыхать эту эротическую смесь. По телу прокатывались волны удовольствия. Сумасшествие какое-то! Я едва сумела приструнить проснувшуюся в себе кошку и отвернула лицо, пытаясь сделать вид, что рассматривала камешки, а сейчас любуюсь видами. Но, кажется, дракон все заметил. По его губам гуляла самодовольная мужская улыбка. Знаю я такие улыбки. Теперь будет думать, что я от него в полном восторге. Эх, а у него и так самомнение выше крыши!

Пока я думала, как буду демонстрировать, что он мне совершенно безразличен, мы прошли мост и очутились в сумрачном коридоре без дневного освещения. Здесь повсюду горели факелы, и кое-где под потолком болтались слабенькие осветительные шары. Но дорогу было видно не плохо. Наверно, больше и не требовалось.

У меня появилось ощущение, что мы на пути в казематы. Здесь не было сыро и темно, как в подвалах замка, где, по словам Лиходея, находилась местная тюрьма, но вот ощущение безнадежности явно витало в воздухе.

Коридор заканчивался массивной дверью, обитой железными полосами. Точно тюрьма здесь! Наверно дракон решил запереть меня подальше, чтобы я ему весь замок не растопила.

Он тем временем спустил меня с рук, успев по-хозяйски огладить. Я хотела затеять скандал, но по телу разлилась такая тягучая нега, что я не смогла, просто недовольно фыркнула и отошла. Дракон понимающе улыбнулся и снял с шеи массивный медальон с крупным синим камнем. Едва он приложил украшение к двери, как та бесшумно открылась.

И меня сразу оглушил шум разговоров, женский визг. От неожиданности я закрыла уши ладошками, а дракон поморщился. В открывшихся помещениях было светло и многолюдно. Кругом все пестрело от разноцветных женских нарядов. Это же гарем! Я едва не стукнула себя по лбу за недогадливость. Как же дракон его охраняет! Сразу видно, как ценит и любит своих наложниц. Гарем явно находился в самой надежной скальной части замка, плюс такие надежные двери — девушки выживут при любом катаклизме и нападении.

Заметив нас девицы моментально замолкли и склонились в глубоких поклонах. Они стояли так до тех пор, пока дракон благосклонно не кивнул. Как-то незаметно девицы отступили от дракона на пару шагов, образовав вокруг нас своеобразную зону отчуждения. Но тут из-за спин молчаливых и, я бы даже сказала испуганных девушек, появилась смазливая рыжая девица. Она кокетливо улыбнулась дракону и склонилась в поклоне. И в этот момент ее большая грудь едва не вывалилась из глубочайшего декольте.

— Владетель, мы так рады видеть вас! — Она призывно облизала губы, едва не выпрыгивая из платья. — Могу я пригласить вас к себе в комнату, выпить вина и усладить ваш слух беседой.

Она так выделила слово «усладить», что только дурак не догадался бы, как она собралась услаждать дракона. Какая противная девица! Она сразу же мне не понравилась.

— Леди Лорелея, приятно видеть вас! — дракон галантно склонился над ее рукой, успев нырнуть в богатое декольте. — Я бы с радостью, но сегодня слишком много дел. Надеюсь, вы сможете на днях присоединиться ко мне за ужином в главной башне?

Леди Лорелея заулыбалась во все зубы и проворковала:

— Почту за честь, владетель!

Пока эти двое расшаркивались, через толпу к нам пробралась высокая крупная женщина. В пышном розовом платье с рюшами она выглядела, как качок переодетый в женское платье. Выглядело смешно, но никто не смеялся. Женщина растолкала локтями и своими средневековыми кринолинами окружившую нас толпу и гаркнула:

— Владетель, приветствую вас! Будут какие-нибудь распоряжения?

Она вытянулась перед драконом, как солдафон, а не трепетная барышня в кружевах. А тот мягко отодвинул от себя леди Лорелею и выпихнул меня из-за своей спины.

— Леди Фарингой, доверяю вашим заботам еще одну девушку. Знакомьтесь, леди Ильвина. Окружите ее заботой, как вы умеете. И да, сегодня вечером я намерен продолжить разговор с этой леди, — от слов дракона я неожиданно покраснела, а он тем временем продолжил специально для меня: — Надеюсь, он пройдет более продуктивно. Советую до вечера хорошо подумать.

На этой многозначительной фразе дракон не прощаясь удалился. Едва за ним захлопнулась дверь, как девушки одновременно заговорили. Я как будто на базаре очутилась. Кто-то что-то меня спрашивал, кто-то дергал за халат. Они умудрялись еще что-то обсуждать между собой. От гвалта у меня сразу же разболелась голова. Я покрутила головой, но рыженькая девица уже ушла.

— Молчать! — рявкнула леди Фарингой, и девицы тут же заткнулись.

Она схватила меня за руку, как недавно дракон, и потащила вглубь гарема.

— Вы так ловко управляетесь с наложницами! — восхищенно проговорила я.

— Наложницами? — удивленно протянула леди Фарингой. — Заложницами!

Глава 8

Я даже остановилась от удивления.

— Все эти девушки — заложницы? — протянула с сомнением.

На лицах некоторых из них я видела страх, но были и такие, кто смотрел на дракона с обожанием. Особенно эта рыжая.

— А ты разве нет? — Леди Фарингой тоже пребывала в недоумении. На лбу у нее собрались крупные задумчивые морщины, которые почти сразу разгладились, и ее лицо озарилось понимающей улыбкой. — Ты та самая демоница, которая неудачно приземлилась на пустошах! Ну что ж, тебе определенно повезло, что владетелю стало любопытно. Если бы не он эти варвары-хорготы сожгли бы тебя за милую душу. Им волю дай, они все сожгут, чтобы согреться в этих своих льдах, — привычно проворчала леди.

А я замерла не дыша, внимательно впитывая информацию. О, с этой тетенькой определенно стоит подружиться. Она же неисчерпаемый источник информации!

— Да, эти дикари меня так напугали, — печально сказала я. Буду давить на жалость. — Я

Но леди Фарингой просто хмыкнула и подвела меня к одной из одинаковых белых дверей, украшенных завитушками и позолотой.

— Вот твоя комната. Осваивайся! — коротко бросила она.

— Я хотела кое-что у вас спросить. Можете мне помочь?

Леди Фарингой глянула на меня без энтузиазма:

— Я отвечаю за быт девушек и их здоровье. И все. Болтать мне с тобой некогда. Все что нужно, тебе владетель расскажет, — недовольно буркнула она и утопала.

Облом! А я уже потирала руки от радости. Немного расстроенная я толкнула дверь и вошла в свою новую комнату. Она была почти такая же, как та, старая, только без окна. И стены этой комнаты были сплошь увешаны светлыми коврами. Смотрелось уютно, но, кажется, что развешали их не ради красоты, а чтобы утеплить помещения, потому что по ногам заметно тянуло холодом.

Кровать была такая же широченная. Я подошла и с разбегу упала лицом вниз. Матрас мягко спружинил, как будто я упала в мягкое облако. Я застонала в шелковое покрывало. Боже, как же я устала! Это просто бесконечный день, похожий на дурной сон. А еще меня ждал нервотрепный вечер с драконом. Вот что ему от меня нужно⁈ Какая правда⁈ Я сжала покрывало до боли в пальцах и зарычала, пытаясь выплеснуть накопившееся раздражение.

— Не расстраивайся! Здесь магия ни у кого не работает, — подбодрил меня незнакомый женский голос. Я быстро перевернулась. В кресле перед кроватью расположилась печальная девушка с голубыми волосами. — Рычи, не рычи, а придется учиться жить без магии, — она улыбнулась, но лицо исказилось, как будто она собиралась заплакать. — Я тоже долго не могла привыкнуть. Каждый раз, когда хотела применить заклинания, плакала. Сейчас стало немного легче, почти привыкла.

— А ты кто? — удивленно протянула я и села.

Девушка подскочила с кресла и плюхнулась рядом со мной на кровать.

— Прости, забыла представиться. Я — леди Меланья, младшая дочь царя Нгаунитани и… — и бла-бла-бла. Куча зубодробильных названий, состоящих по большей части из согласных, усилила головную боль. Слова девушки пролетали мимо ушей, сливаясь в сплошной бубнеж. Из всей многословной речи я запомнила только ее имя.

— Леди Меланья, — сказала я устало, едва дождавшись, когда она закончит перечислять многочисленные титулы и владения своего отца, — я не местная и пока не очень сильно ориентируюсь в географии этого мира. Извини, но я очень устала, хочу полежать. Поболтаем позже.

В затылке пульсировала боль, отдаваясь в висках. В таком состоянии трудно быть вежливой, но я старалась. Даже выслушала ее до конца.

Меланья обиженно поджала губы, а потом неожиданно улыбнулась и обрадованно сказала:

— Да, я совсем забыла, что ты демоница. Тебе наверно совсем плохо здесь. Я где-то читала, что демоны умирают от холода.

Я хотела пошутить, что от холода все теплокровные умирают, но голову так прострелило болью, что я со стоном повалилась на кровать. Меланья что-то пыталась мне сказать, суетилась рядом, но я ее не слышала, в ушах шумело море.

Пришла в себя я на той же кровати с холодной тряпкой на лбу. Рядом сидела недовольная нахохлившаяся леди Фарингой и смотрела на меня, как на врага народа.

— Ты чего это надумала умирать? — строго спросила она.

Я растерянно пожала плечами, отчего тряпка со лба начала сползать. Леди Фарингой раздраженно ее поправила и протянула мне пузатую глиняную кружку с прозрачной желтоватой жидкостью. Я осторожно принюхалась, пахло вполне безопасно какими-то травками. Но я пить не спешила. Вот недавно я понадеялась на порядочность местного некроманта, выпила отвара, а меня заколдовали.

— Пей, давай! — скомандовала леди Фаренгой. — Это универсальный антидот от большинства известных ядов.

Я удивленно подняла брови.

— Да я не отравилась. Это просто давление поднялось, — сказала я уверенно, хотя никогда повышенным давлением не страдала, но видела, как мучилась бабушка. Было очень похоже.

Но леди Фаренгой презрительно скривила губы, одной рукой подняла меня за шкирку, усадила и поднесла кружку к губам.

— Не будешь пить сама, напою насильно! — рыкнула она с угрозой. — Владетель доверил мне твое здоровье, я не позволю тебя сразу же помереть.

Я истерически закрутила головой. Не буду я больше пить ничего подозрительного!

— Пей! Я узнаю симптомы отравления серпянкой, — меланхолично сказала Меланья, и я повернула голову на ее голос. Она снова сидела на кресле перед кроватью. — Леди Фарингой замедлила яд, но если его не вывести, ты умрешь в ближайшие часы. Через полчаса антидот будет бесполезно питья, у организма не останется сил бороться.

Пока я растерянно хлопала глазами, переваривая услышанное, леди Фаренгой ловко раскрыла мне рот и залила антидот. На вкус он оказался вполне ничего. Мне кажется, я даже почувствовала вкус мяты. Нормальный такой травяной чай. Зря я боялась.

Хотя не зря! Чай оказался с подвохом. Ближайший час я провела над местным унитазом, исторгая из себя все, что успела съесть и даже немного больше.

Когда, наконец, мука прекратилась, я умылась и потащилась в кровать. Сил рассматривать роскошный санузел не было. Я только успела заметить вмурованную в пол огромную ванну.

Леди Фарингой дожидалась меня у кровати, едва я подошла, как она по-дружески хлопнула меня по спине, опрокидывая на кровать.

— А ты ничего, достойно держишься, — бодро сказала она. — Думала, что ты послабее окажешься, помрешь. Уже переживала, что не оправдала доверия владетеля.

Я кое-как устроилась на подушках, а леди заботливо подоткнула одеяло. Глянула на кресло — пусто. Меланья ушла.

— Леди Фарингой, а вы уверены, что меня отравить пытались. Может случайно? — спросила с надеждой. Думать, что некромант обрек меня на смерть, было почему-то неприятно.

— Конечно! — без тени сомнения сказала она. — Серпянка редкий яд. Его еще поискать нужно. Но при дворе он очень ценится, потому что почти безотказный. Если бы не леди Меланья, думаю, что не выжила бы ты.

Глава 9

Владетель Анкердорм распахнул дверь в лабораторию некроманта, и она с грохотом ударилась о стену. Он взбешенно окинул взглядом вечный бардак и не сразу понял, что неопрятная кучка одежды на полу, возле которой бестолково суетился скелет — это и есть сам хозяин.

Владетель подошел ближе и перевернул бессознательное тело. Лицо некроманта посинело и осунулось, глаза ввалились. Он стал выглядеть на свои триста с гаком лет.

— Лиходей! — Владетель потряс его за плечо. Некромант точно был жив, потому что скелет все еще двигался.

Лиходей с хрипом вдохнул и открыл мутные с красными прожилками глаза.

— Бастиан Анкердорм, — едва слышно просипел он. В груди у Лиходея что-то

В глазах владетеля потемнело. Все-таки Лиходей отравил демоницу, а он до последнего надеялся. От предательства сердце сжало стальной рукой, и горло перехватило от ненависти.

— За что меня предал? — рыкнул он сквозь зубы и встряхнул Лиходея. — Я тебя из такого дерьма вытащил, а ты мне кинжал в спину всадил! Что тебе пообещали?

Голова некроманта болталась, как у безвольной куклы, но он неожиданно засмеялся. Смех вперемешку с бульканьем и хрипами звучал жутко, но страшнее были его слова:

— Когда… поймешь, станет… поздно.

Лиходей закашлялся, и изо рта хлынула кровь. Рядом с грохотом рассыпался костями скелет.

Владетель Анкердорм откинул мертвое тело и с ненавистью оглядел лабораторию. Сжечь здесь все! Или заморозить.

Дракон внутри бесновался, и по полу поползли дорожки льда, вмораживая в себя все, что встречалось на пути. Из углов комнаты потянула поземка, засыпая снегом пол и столы. Он со злой радостью наблюдал, как стеллажи с обожаемыми зельями некроманта превращаются в кубы прозрачного льда, сквозь который едва виднеются колбы и мензурки.

Владетель перешагнул через мертвого предателя, ставшего очередной ледяной глыбой и пошел к двери. Сам воздух в лаборатории стал превращаться в лед. Владетель приложил ладонь к закрытой двери бывшей лаборатории некроманта, и на той появилась закрывающая печать. Судьба этого предателя должна стать уроком. Не похороненный мертвец навеки останется там.

Как он посмел⁈ Почему попытался отравить девчонку⁈ Чего добивался? Некромант ведь догадывался, что для дракона она особенная. От одной только мысли, что демоница могла умереть, по коридору понеслась снежная метель. Голодный зимний ветер завыл вокруг замка, и температура в пустошах стала с огромной скоростью опускаться. Анкердорм ценил варваров-хорготов, которые обитали там и старался сдерживаться, чтобы не уничтожить их. Но не сегодня. Ярость бурлила в венах, заставляя бесконтрольно выплескиваться ледяную магию.

— Уничтожу! — просипел владетель и ускорил шаги.

Неожиданно вспомнилась нестерпимая выворачивающая боль. Она настигла его, когда он почти пришел в свои покои из женского крыла. Владетель сразу понял, что с демоницей что-то случилось. Влетел в женское крыло, но к счастью дочь царя Нгаунитании заметила неладное, и леди Фарингой успела принять меры.

Спасительницу следовало наградить. Владетель прошел в ее покои и развалился на диване в гостиной. Дочь царя разместили с максимальным комфортом, выделив несколько комнат, одну из которых она использовала для общения с гостями.

— Леди Меланья, в благодарность за то, что не остались равнодушной, я готов исполнить любую вашу разумную просьбу. Даже, — владетель сделал паузу, — готов отпустить вас на родину.

Но лицо девушки оставалось спокойным и чуточку меланхоличным. Она глубоко вздохнула и откинула волосы с лица.

— Владетель Анкердорм, признаюсь честно, не ради награды помогала, — смущённо, но весьма искренне произнесла она. Это ему понравилось, симпатия царевны могла пригодиться. — Но раз вы предлагаете, тогда я действительно попрошу. Только не возвращения. Там меня ждет лишь бесчестие. Они уже продали меня и смирились. Я хочу, чтобы вы нашли мне достойного мужа и обеспечили приданым.

Леди Меланья выпалила свое желание и замерла, сжимая кулаки. Лицо оставалось спокойным, но на щеках медленно выступали красные пятна. Владетель хмыкнул и кивнул:

— Хорошо, согласен. Однако считаю договор неравноценным. Я найду вам и жениха и дам приданое, но с одним условием. Вы еще некоторое время останетесь с леди Ильвиной и поможете ей освоиться.

Леди Меланья задумалась. Она кусала губы и заламывала пальцы, взгляд ее блуждал где-то на противоположной стене. Наконец, она посмотрела ему в глаза:

— Леди Ильвина показалась мне милой, и я бы с удовольствием осталась рядом. Но, поймите меня правильно, сейчас, когда вы показали, как она для вас важна, вокруг появиться куча недоброжелателей. Вы должны вернуть мне магию.

Владетель облегченно улыбнулся и встал с дивана. Это было приемлемым условием. До прибытия на пустоши, леди Меланья была сильнейшей магичкой семьи, а теперь от водяной магии остались лишь синие волосы. Он удивился, что она не потребовала возвращение магии, когда он обещал награду.

— Вашу руку. — Он протянул свою, и леди Меланья положила сверху дрожащую ладонь. Одно движение пальцами, и магия снова несется по ее жилам. — Готово!

Она довольно улыбнулась и поклонилась, а потом щелкнула пальцами, и по ковру зазмеился лед:

— Что это? — испуганно вскрикнула она.

Рот владетеля наполнился горечью. Она не знала!

— Разве ваши близкие не сказали, что отправляясь сюда, вы навсегда лишаетесь врожденной магии? Ледяные пустоши забирают все до крошки. Сейчас я просто поделился частичкой своей силы.

Ему было неприятно смотреть, как маска равнодушия сползает с ее лица, а на глазах появляются злые слезы.

— Спасибо, — проскрипела она и закрыла глаза ладонями.

Пока владетель Анкердорм предавался воспоминаниям, он почти дошел до женского крыла. Остановился перед мостом и задумчиво оглянулся. Магия внутри успела успокоиться, и за спиной таял свежевыпавший снег.

Голова прояснилась. Пора было взглянуть правде в глаза. Как бы не было это странно и несвоевременно, но это случилось. Не просто так он почувствовал, что пришлой демонице стало плохо, и предплечья чесались не просто так. Он был почти уверен, что в ближайшее время там появится знак семьи его истинной.

Кстати, пора было прекращать звать ее демоницей. Истинная не может ею быть.

Глава 10

Я проснулась свежей и отдохнувшей, как будто и не была при смерти несколько часов назад. С улыбкой уставилась в потолок. Он так загадочно поблескивал серебром в приглушенном свете, который кто-то заботливо установил в моей комнате. Хорошо, когда рядом есть тот, кто позаботиться о тебе даже в таких мелочах. Мне вообще повезло, что леди Меланья оказалась рядом, и ей было дело до моего самочувствия. Только оказавшись на грани жизни и смерти начинаешь ценить то, что имеешь, как бы банально это не звучало.

Я зевнула, перевернулась на бок и чуть не подскочила от ужаса. В кресле, где до этого обитала леди Меланья, сидел владетель-дракон и смотрел на меня не мигая.

— Добрый вечер! — сказала я немного испуганно.

Лицо дракона было спокойным, но мне отчего-то казалось, что он зол. Хотя нет, не показалось. Он сжал челюсти и под кожей заиграли желваки.

— Руки покажи, — коротко приказал он и поднялся с кресла.

С небольшой задержкой я протянула руки ладонями вверх. На память пришел вычитанный где-то психологический прием, что это покажет готовность к сотрудничеству. Но дракон бесцеремонно схватил мою правую руку и сдвинул рукав халата до плеча. Потом тут же схватил левую и проделал то же

Когда он сквозь зубы зарычал что-то ругательное, мое сердце испуганно застучало где-то в районе горла.

— Ты меня пугаешь, — пискнула я, а потом откашлялась и попыталась сказать более уверенно: — Скажи, что ты там хотел увидеть?

Но дракон не стал со мной разговаривать, он дернул меня за руку, поднимая с кровати и скомандовал:

— Раздевайся!

Ну уж нет! Я сжала полы халата и замотала головой:

— Может не надо⁈

Он с рыком рванул халат. Треск ткани, мой отчаянный писк. И вот я уже стою перед ним в одном купальнике. Придурок! Ненавижу таких самодовольных мачо. Я со злостью откинула обрывки халата и стала следить глазами за драконом, который осматривал меня, как товар на базаре. Он приглядывался к каждому сантиметру тела. Изъяны искал, не иначе! Но если он думает, что я и дальше буду такой же покорной, то он ошибается. Посмеет прикоснуться хоть пальцем — выцарапаю ему глаза! Я вообще в школе ходила на курсы самообороны, надеюсь, вспомню хоть что-нибудь во время драки. А дракон не спешил нападать. Хмуро осмотрел меня, хмыкнул и насмешливо протянул:

— Не вижу на тебе знак рода. Или ты стыдливо прячешь его под этой красной тряпкой?

Я подняла на него удивленный взгляд:

— Знак рода? Не совсем поняла, что ты имеешь в виду.

Вместо ответа дракон расстегнул камзол и показал мне татуировку на груди в виде дракона с языками пламени вокруг.

Я глубокомысленно замычала, а потом ехидно сказала:

— Себе я никогда ничего не набивала. Не люблю татуировки. Они уродуют тело.

Хотя тут я немного слукавила. Татуировка была классная. Размером с мою ладонь, и очень хорошо прорисованная. Она здорово смотрелась на его мощной мускулистой груди.

— При чем тут ты! — раздраженно сказал он. — Отец должен был поставить знак рода, когда ты вошла в силу.

Боже, что за средневековая дикость! Ставить какие-то знаки, как тавро на животном. Я почувствовала, как во мне разгорается злость. Воспитанная мамой и бабушкой я была ярым борцом за женские права.

— Тогда очень хорошо, что у меня не было отца! На моем теле нет никаких татуировок. Я не принадлежу ни к какому дворянскому роду! — зло выпалила я.

Дракон еще раз хмыкнул и сел в кресло.

— Я так понимаю, что отец не признал тебя, полукровка. Жаль. Тогда будем ждать естественного развития ситуации.

А вот здесь дракон умудрился наступить на мою любимую мозоль. Отца своего я никогда не видела, мать не рассказывала про него ничего, а бабушка с удовольствием поливала его грязью. Я почувствовала, как от гнева раздуваются ноздри, и начинает краснеть лицо. Сжала зубы и выдавила:

— Чтобы быть человеком, тебя не должен признавать никакой абьюзивный алкоголик, прикидывающийся отцом! Это просто биологический мусор!

На что дракон тут же парировал:

— А чтобы быть полноценным драконом — должен!

Я натужно засмеялась.

— Хорошо, что я не дракон.

— Ты дракон, — сказал он безапелляционно, постукивая по деревянным подлокотникам кресла. — Пусть не полноценный, но кровь тебе досталась сильная. На слабую бы мой дракон не отозвался.

Я устало плюхнулась на кровать и замоталась в покрывало.

— Не знаю, с чего ты это решил, но уже не важно. Я человек! И человеком останусь. Точка! — сказала я, выдерживая тяжелый взгляд драконьих глаз. — И еще. Я тут подумала. Хочу в ближайшее время вернуться домой. Мне здесь не понравилось. Знаешь, тут меня даже отравить пытались⁈

Я тихонько рассмеялась. Но дракон вздохнул и стал смотреть на ковер над моей головой.

— Если бы можно было, я бы отправил тебя отсюда на другой край обитаемого мира или сжег бы на всякий случай, — начал он, а я едва не упала с кровати от возмущения. Так же невесело дракон продолжил: — Но, к сожалению, теперь наши жизни связаны. Дождемся, когда на мне проявится знак твоего рода, я попрошу благословение у твоего отца, и мы поженимся.

Глава 11

— Поженимся? А зачем? — моему удивлению не было предела. — Я вообще замуж не планирую выходить.

Дракон усмехнулся и тяжело вздохнул, окидывая меня неприязненным взглядом, как будто я была каким-то насекомым типа таракана.

— Я тоже не планировал жениться, но ты моя истинная пара. Как только на теле проявятся знаки, сразу же женюсь на тебе, чтобы принять в свой род и дать защиту. Пока ты моё единственное слабое место.

Я возмущенно фыркнула. Одолжение он мне делает, не нужна мне никакая защита. Да если бы не он, думаю и травить бы меня не стали. Кому на фиг нужна непонятная попаданка⁈

— Знаешь что, я думаю, что обойдемся без свадьбы. Тут определенно какая-то путаница произошла. Знаков же нет, верно? Думаю, они вообще не появятся. Я точно не дракон, и отец мой мудак, а не дракон. В нашем мире нет магии, и никогда не было. Не веришь мне, вспомни, что Лиходей говорил.

А вот про некроманта я зря вспомнила, лицо владетеля перекосило от ярости. Он медленно поднялся из кресла и навис надо мной, как скала.

— Я так понимаю, что ты слышала наш разговор⁈ — прошипел он, и я вынуждена была кивнуть. Черт! Как глупо попалась! — Что он еще тебе говорил? К нему кто-то приходил?

Я зависла в нелепой позе с запрокинутой головой. Дракон осторожно опустил руку и провел ладонью вниз от подбородка до груди. Поглаживая и царапая кожу ногтями. Мое тело непроизвольно выгнулось за его рукой, и я едва не застонала от такой простой ласки. Ужас, я похожа на кошку! Мысли путались, но я сумела выдавить из себя:

— Не знаю. Он со мной вообще не разговаривал. Мы были одни, но я не все помню, что там было.

— Значит, ты подслушала разговор? — спросил дракон ласково и в то же время с угрозой, и я едва не замурлыкала.

— Ну да. — Я стыдливо опустила глаза, и он убрал руку.

— Это хорошо. Значит, магия у тебя точно есть, хоть и в зачаточном виде, сопротивляться можешь. И реагируешь ты на меня, как истинная. Верно? — Он поднял мой подбородок и обвел большим пальцем губы. Мое дыхание вдруг прервалось, и рот непроизвольно раскрылся. Сердце билось как сумасшедшее. Я облизала губ, дотрагиваясь языком до его пальца и наблюдала, как расширяются его зрачки. По телу разлилось приятное тепло и сосредоточилось в районе живота. — Постарайся сохранить себя, — хрипло прошептал он, убирая руку. — Пока знак не появится, официальным путем я не пойду. Любой сможет обратиться к императору и оспорить мой выбор. За тобой нет

Едва дыхание успокоилось, и я смогла говорить, сразу же спросила:

— Что такое эта истинная?

У меня были свои теории на этот счет, но я должна была знать точно, что происходит, и во что я влипла. Я была сама на себя не похожа, вела себя как кошка по весне, только что не мурлыкала. Но думаю, если бы он не остановился, то и это произошло бы. Господи, как стыдно! Я почувствовала, как начинают гореть щеки. Никогда, никогда и ни с кем я себя так не чувствовала и не вела. Даже когда впервые влюбилась, а уж с Марком тем более.

— Долго объяснять. Скоро к тебе подойдёт леди Меланья. Она станет твоей наставницей, объяснить все основное и поможет освоиться в нашем мире. Мне сейчас некогда, нужно успеть все подготовить. Главное, чтобы никто не успел ничего понять.

Владетель вышел, а я осталась растерянно сидеть на кровати, размышляя, что едва я успела сбежать с одной свадьбы, как тут же вляпалась в другую. Вот это рекорд! Я в этом мире два дня, а меня уже попытались убить и настойчиво позвали замуж. Вернее не позвали, а поставили перед фактом, что мы должны пожениться. А оно мне это надо? Эмоции диктуют одно, а разум совсем другое.

Я легла, укрылась одеялом и отвернулась от двери, чтобы не смотреть на ненавистное кресло. Владетеля-дракона там уже не было, но ощущение беспомощности внутри меня осталось. Вот, кажется, он и не стоял надо мной с плеткой, но я чувствовала исходящую от него решимость и угрозу. Такой, как этот дракон, не будет меня слушать, сделает все по-своему. Не хочу!

— Тебе пора научиться пользоваться щеколдой, иначе твоя комната превратится в проходной двор, — весело сказала леди Меланья, и я обрадованно села на кровати.

Вот кого я рада была видеть совершенно искренне.

Она вернулась к двери и задвинула неприметный засов. А потом вернулась ко мне, но села уже не в кресло, а рядом со мной на кровать.

— Надеюсь, тебе стало лучше.

Я с улыбкой кивнула.

— Спасибо тебе огромное, что спасла меня.

Леди Меланья кивнула с настоящим королевским достоинством и несколько смущенно на меня посмотрела:

— Знаешь, скажу тебе сразу. Владетель попросил, чтобы я помогла тебе освоиться у нас. Взамен он пообещал сделать для меня нечто очень важное. Но знаешь, даже если бы он не просил, я все равно тебе помогла, — сказала она и сжала мою руку. — Поскольку я согласилась на его условия, у меня появились перед ним определенные обязательства.

Я кивнула. Да, понимаю. Похоже, разговоры между нами будут ему передаваться.

— Думаю, что у тебя накопилось очень много вопросов, — начала леди Меланья, и я готова была закричать от радости, что наконец-то туман вокруг начнет рассеиваться. Мне как воздух были нужны честные ответы об этом мире.

Глава 12

— Да, очень много, — весело крикнула я, и леди Меланья улыбнулась.

— Прежде, чем я начну отвечать, можно задам свой вопрос? Это не праздное любопытство, просто в моей голове кое-что не сходится. — серьезно спросила она. Это было неожиданно, но я кивнула. — Отлично. Скажи, ты действительно демоница?

— Нет. Я не знаю, кто я, — сказала смущенно. — Владетель сказал, что я дракон полукровка. Но это не точно.

После этого леди Меланья шумно выдохнула и довольно заулыбалась.

— Фух! Ну, вот все встало на свои места! Просто я удивлялась, как демоница может стать истинной дракона. Демоны вообще ни с кем, кроме демонов не могут заводить потомство. Полукровки у драконов очень редки. Обычно они женятся только между собой. Раньше у них все решала истинность, но вот уже лет пятьсот как это не так. Считается, что от человека рождается слабое потомство, и ребенок часто не может превращаться. А у тебя отец дракон?

Я сжала кулаки и отвернулась.

— Я не очень хорошо знаю отца и его семью.

Леди Меланья тяжко вздохнула.

— Знаешь, может тебе и повезло. Я вот познакомилась с семьей отца, и ничего хорошего из этого не вышло.

Мы немного помолчали.

— Я очень мало знаю про этот мир, — осторожно начала я. Мне почему-то не хотелось рассказывать леди Меланье, что я попаданка из другого мира. — Я жила очень замкнуто, поэтому вопросов у меня много.

Она хохотнула и достала из кармана темную блестящую палочку:

— Не волнуйся, я отвечу на все. Прервемся только на обед. — Она крутнула палочку и подкинула ее в воздух. Та зависла на уровне лица и стала мерцать в такт сердцебиению. — На всякий случай поставим время, а то леди Фарингой бывает такой стервой. Немного опоздаешь на обед, и она может лишить десерта. А я нынче так перенервничала, что кусок торта или пирожное мне жизненно необходимы.

Я с любопытством рассматривала местный аналог будильника, но все же решила пока про него не расспрашивать, есть более насущные проблемы.

— Можешь рассказать про истинность? Владетель мне особо ничего не пояснил: что это, почему мы должны так поспешно жениться? И я не поняла, к чему разрешение моего отца и императора, мы ведь взрослые уже?

В своем мире я слышала про истинность, но там она была неотвратима и не обратима. И всякие разрешения и одобрения не имели никакого значения. Здесь кажется, действовали другие законы.

Леди Меланья начала рассказывать спокойно и откровенно. От услышанного мне стало не по себе, наверно, я ожидала другого.

— Истинные очень важны в жизни дракона, и в то же время и не важны совсем, — начала она печально. — Сейчас гораздо большее значение имеет статус и родовитость невесты. Я тебе говорила, что раньше все было не так, истинных искали, они были самой главной ценностью. Но теперь драконы разработали целую систему, которая позволяет жениться на нужной родовитой избраннице и без проблем заводить детей. Они пьют специальные зелья, проходят сложный ритуал — и все. Все счастливы, в паре рождается ребенок. Он обязательно будет драконом. Раньше, если истинный был другой расы, то малыш мог и оборотнем родиться или человеком, например. А теперь у него нет выбора, — леди Меланья как-то горько хмыкнула и криво улыбнулась. — Истинность теперь как неприличная болезнь. Она есть, но ее стараются скрыть. Истинная не той расы становится не законной женой, а тайной любовницей, которую прячут от общества. А потом драконья мода перешла и на другие расы. Особенно она оборотням понравилась. Но думаю, что ты

Н-да в таком разрезе я про своих родителей и не думала. А что если… Хотя верилось с трудом. В памяти были слишком свежи бабушкины рассказы об отце алкоголике, который не стеснялся распускать руки.

— Знаешь, — начала я, сминая в руках покрывало, — истинной мне быть не очень нравится. Скрываться по лесам — это не мое. Пусть владетель жениться на ком побогаче и познатнее.

Леди Меланья встала с кровати и начала ходить по комнате. Я понимала, что сейчас она не только отвечает на мой вопрос, но и делиться слишком личным.

— Если бы все было так просто! — она повернулась ко мне и развела руки. — Дети от магических браков не настоящих истинных настоящие слабаки, даже если родители сильные маги или оборотни. Для них проводят бесчисленные ритуалы, чтобы напитать силой, пытаются отнять магию у малышей истинных, но все дает слишком слабый результат. Ребенок от пары истинных всегда будет сильнее и одареннее. Но традиция укрепилась. И теперь входит в моду двойная семья: официальная, принятая императором, и неофициальная, если родители соглашаются на сожительство дочери. И император должен обязательно одобрить оба эти брака, а все заинтересованные лица будут его оспаривать. Например, если официальная невеста очень знатна, она может не потерпеть конкуренции и устранить соперницу. Часто нанимают убийц. И ей за это ничего не грозит. Здорово, да? Убить истинную ничего не стоит. И искать никого не будут, только ребенка отцу вернут. И он вынужденно его признает…

Она горько ухмыльнулась, всхлипнула и отвернулась от меня. Резко смахнула слезы и снова повернулась:

— Так и живем. Причем все.

— Ясно, — протянула я, хотя мне ни черта не было ясно. — Я тогда не могу понять, зачем владетель зовет меня замуж? Самым логичным было бы сделать из меня любовницу. Отселить куда-нибудь в дальние комнаты дворца и спокойно делать мне детей. — Во рту все стянуло от горечи, мешая разговаривать. Я бы никогда не смогла так жить.

— А вот с владетелем Анкердормом очень интересная история. Начну издалека. Его родители погибли, и свой брак он будет согласовывать напрямую с императором, который его родной дядя.

Вот те нате! Я слушала леди Меланью очень внимательно. Для меня все эти непонятные страсти с императорами и разрешениями на брак были темным лесом.

— А если император запретит ему на мне жениться?

— Думаю, вряд ли. У твоего жениха очень странное положение. Он родовит, богат, но находится в опале. Своеобразной. Титулов и поместий он не лишен, обвинения в измене сняты, но пятно на репутации осталось. Дворцовый переворот был подавлен, заговорщики казнены. Но много улик указывали, что владетель Анкердорм участвовал в нем. Не знаю, как он сумел оправдаться перед императором, но его не казнили вместе со всеми, а отправили в ледяные пустоши. Это очень странное место. Я всегда думала, что вокруг него слишком много сказок и обмана, и все преувеличивают опасность. Но… — Я вдруг увидела, как лицо леди Меланьи кривиться, как будто она готовится заплакать, но она переборола себя и продолжила ходить по комнате. — Это на самом деле замороженные врата в мир страшных монстров. Когда-то давно они свободно приходили в наш мир, творили зло, и мы не могли их остановить. Потом несколько храбрецов сумели загнать их в пространственный карман и запереть там.

Я недовольно нахмурилась, про монстров было хорошо фильмы смотреть или читать. Участвовать в квесте по поимке или охране мне лично не хотелось.

— Леди Меланья, а эти монстры — демоны? — обреченно спросила я. Хотя подозревала, что нет. Слишком спокойно ко мне относились, называя демоницей.

— О нет, — ответила она мне радостно. — Это твари пострашнее будут. Чтобы их держать требуется много сил. Знаешь, мне кажется, что весь дворцовый заговор был задуман для того, чтобы сильного дракона отправить сюда хранителем. Очень удачно старый хранитель погиб накануне. Анкердорм никогда не стал бы им добровольно. Никто бы не стал, если честно, — леди Меланья вдруг смутилась и продолжила уже не так таинственно: — Знаешь, тут очень много домыслов, вымыслов. Я думаю, что тебе не стоит забивать ими голову. Спроси у своего жениха напрямую.

Я кивнула, но на ответы от владетеля не надеялась.

— Он со мной вообще почти не разговаривает, только расспрашивает и отдает приказы, — неожиданно пожаловалась я.

Леди Меланья печально улыбнулась и села в кресло.

— Знаешь, для дракона он очень понимающий и даже заботливый. Насколько я знаю, в их семьях женщины абсолютно бесправны. Сначала они собственность отца, потом переходят в собственность мужа. Очень часто драконица с трудом превращается и из всех разделов маги пользуется только бытовой.

Глава 13

Неожиданно. Я даже не думала, что драконицы такие бесправные. Мне казалось, что они такие гордые, летают везде. Если чего, могут и огнем зарядить. А тут вот оно как. Опять захотелось домой. Стояла бы сейчас на кухне, резала оливье, смотрела «Иронию судьбы». Ляпота! Нафига я этот тропический Новый год придумала на свою голову?

Мой разрыв с Марком становился все тусклее и тусклее. Злость взяла и куда-то улетучилась. Я уже почти не помнила лица своего бывшего жениха. Но зато стоило закрыть глаза, как я перед глазами появлялись сердито сведённые брови владетеля. Что за мужчина, тьфу-ты дракон! У меня от него мурашки. Ну и пусть, что от страха. Кажется, я прилично залипла на него. Пора брать себя в руки и действовать четко и без суеты, как я умею.

Внезапно палочка будильника, которую запустила леди Меланья, запульсировала в воздухе ярче. Леди спокойно взяла ее двумя пальцами, стряхнула, как градусник, и опустила в карман.

— Нам пора готовиться к обеду.

Но мне есть совершенно не хотелось. Сегодня столько всего было неприятного связано с едой, что я хотела немного насладиться приятной пустотой в желудке.

— Я не голодна, — сказала со вздохом и удобнее устроилась на кровати.

Сейчас бы книжку интересную. Полежала бы, подумала над сложившейся ситуацией. Но кажется, у леди Меланьи были другие планы. Она подошла к кровати и грозно на меня глянула:

— Тебе нужно пойти обязательно. Во-первых, еда даст необходимую силу, которая, поверь, очень скоро тебе понадобится. Во-вторых, ты должна продемонстрировать свое здоровье и опять-таки силу. Здесь, в нашем гареме, такой гадюшник. Если будешь трусливо прятаться в комнате, тебя в два счета проглотят местные крокодилы.

Я заинтересованно приподнялась на постели. Прелести женского коллектива были мне прекрасно знакомы. И с

— Ну, что ж, надо — так надо! — Я со вздохом поднялась с кровати и оглядела свой купальник. — Только мне идти не в чем.

Леди Меланья всплеснула руками и открыла дверцы огромного шкафа, который был завешан вещами.

— Владетель приказал перенести твои наряды из верхних покоев. Они у тебя такие необычные, но красивые, — она с завистью провела рукой по ближайшему расшитому красной блестящей нитью платью. — Думаю, что ты в них ты станешь новой законодательницей местной моды. В вашем мире такие носят?

Я с умным видом кивнула. Здорово, что дракон решил перенести все наряды из моего чемоданчика вниз, а то как-то глупо было бы щеголять в купальнике и драном халате.

— Леди Меланья, если вам что-то понравилось, можете взять себе, — щедро предложила я, но неожиданно лицо моей подруги пошло красными пятнами.

— Леди Ильвина, спасибо конечно, но у меня прекрасный гардероб, — с обидой сказала она.

Тьфу-ты! Ну, не подумала я, что царевне не по статусу брать одежду у непонятной демоницы. Даже если она и почти невеста местного владетеля.

— О, леди Меланья, вы меня неправильно поняли! — Я подошла к шкафу. — Предлагаю разнообразить ваш наряд каким-нибудь интересным платком или головным убором. Я тут видела парочку классных вариантов, — крикнула я и закопалась на полках. — Вот, например! — Я протянула ей голубую шляпку с длинным полосатым пером. — Очень подойдет к цвету ваших волос.

Леди Меланья со смехом взяла шляпку и закрутилась перед зеркалом, примеряя ее так и эдак. Все-таки девочки такие девочки, независимо от того в каком мире они живут! Я улыбнулась и сама зарылась в шкаф, выискивая, чего бы мне надеть, чтобы шокировать и поразить местное общество.

Через полчаса я упаренная и злая стояла в наряде чем-то похожим на платье леди Меланьи, только по цвету другим. Верх был так утянут, что я почти не могла дышать, но талия стала просто осиная. А еще многослойная юбка путалась в ногах.

— Свободу попугаям! — придушенно крикнула я, а леди Меланья удивленно подняла брови.

— Выглядишь просто прекрасно! Тебе идут рубины, — Она осторожно поправила тяжеленные серьги и расправила ожерелье на груди.

Я с трудом вдохнула и отчаянно глянула на нее:

— Может хотя бы украшения оденем полегче. Это ведь не бал в царском дворце, а простой обед-ужин в гареме. Снизим градус?

Леди Меланья замотала головой:

— Ты хочешь, чтобы леди Лорелея отвязалась от владетеля? — неожиданно спросила она.

У меня в глазах тут же потемнело. Думаю, что не от ярости, а от банальной нехватки кислорода.

— Эта рыжая? — спросила я, как бы между прочим, но леди Меланья довольно кивнула и взяла меня под руку, направляя к двери.

— Вообще тебе не стоит о ней беспокоиться, она тебе совершенно не соперница. Но…

Юбка нового платья была наверно с метр в диаметре. Я с трудом протиснулась в дверь и уперлась взглядом в блеснувшие яростью зеленые глаза леди Лорелеи.

Глава 14

— … крови попортить может много, — продолжила леди Меланья, протискиваясь в дверь следом за мной.

И тут она увидела ту самую рыжую леди Лорелею. Их взгляды скрестились, как две шпаги. Вокруг искрами заскакало напряжение. По ногам потянул ледяной сквозняк, и я поджала пальцы ног в тоненьких туфельках, чтобы хоть немного удержать стремительно улетающее тепло. Обе девушки молча сверлили друг друга взглядами, выжидая, когда соперница сдастся. Наконец, леди Лорелея отвела взгляд. Уф! Всё действо продолжалось не больше, чем полминуты, но мне казалось, что прошла целая вечность.

— Леди Меланья, — леди Лорелея склонила голову, демонстративно игнорируя меня, — рада видеть.

Ха! Рада она! Было видно, что вообще не рада. И этот ее слабенький кивок весьма смахивал на издевку.

Но леди Меланья в ответ просто с царским достоинством моргнула. Лицо леди Лорелеи исказилось от ярости и стало наливаться краснотой. О, вот это страсти! Простое приветствие превратилось в настоящую битву. Но я была рада, что леди Меланья вышла из нее явной победительницей.

Мы молча обогнули разозлённую леди Лорелею и медленно поплыли в сторону столовой. При всем желании я бы не смогла двигаться быстрее. Нижние юбки — это злое зло! Они буквально запеленывали ноги при каждом шаге, но леди Меланья, думаю, специально так не спеша удалялась от соперницы.

— Вы с ней враждуете? — спросила я, но ежу было понятно, что они терпеть друг друга не могут.

Леди Меланья то ли кашлянула, то ли хмыкнула.

— Она думает, что унижая меня, сможет возвыситься.

Я подняла брови, поощряя ее продолжать, но тут из соседних дверей в коридор стали массово выходить гаремные барышни. Вот они вели себя с леди Меланьей совершенно по-другому: не стеснялись сразу же низко кланяться, радостно желали доброго вечера. И на меня поглядывали с любопытством, даже пытались общаться. Мои наряды сильно хвалили. Если бы до этого я не встретилась с леди Лорелеей, думала бы, что гарем прекраснейшее место.

Леди Меланья доброжелательно улыбалась, кивала, а с некоторыми девицами прям совсем по-дружески щебетала.

Так незаметно мы дошли до широких двухстворчатых дверей, которые сейчас были открыты настежь. Внутри столовая напоминала уютный ресторанчик со знакомыми колоннами, лепниной и позолотой. Классический стиль я не очень любила, но, похоже, владелец его трепетно обожал. Придется смириться, что здесь все помещения сделаны так.

Уютный полумрак столовой настраивал на романтичный лад. Мне понравилось, что небольшие, максимум на четыре человека, столики были огорожены кустистыми растениями в огромных кадках. Возникало такое чувство, что это не столовая, а настоящие джунгли. Причем все было так грамотно устроено, что соседи были максимально невидимы. И это ощущение уединения и свечи на красных скатертях были просто великолепной приправой к обеду.

Я присмотрела столик рядом со входом, но леди Меланья, одернула меня и потащила к своеобразному ресепшену. Здесь следовало сделать заказ, а потом уже за столиком дожидаться, когда его принесут. Местных блюд я не знала, поэтому полностью доверилась леди Меланье. Надеюсь, она не любит экзотику типа жареных муравьев или странных морепродуктов.

Оказалось, что за каждым членом гарема было закреплено определенное место в столовой. Мое, чего и следовало ожидать, находилось за столиком леди Меланьи. Сразу после заказа мы к нему и пошли. Столик прятался в глубине помещения. Меня порадовало, что больше к нам никто не присоединился. Не знаю, смогла бы я в себя хоть что-нибудь запихнуть под чужим любопытным взглядом. Кроме того, я хотела еще поболтать с леди Меланьей,

В ожидании заказа я покрутилась на стуле, рассматривая заросли вокруг. И неожиданно заметила между листьев чье-то любопытное лицо, с другой стороны в кроне промелькнул женский густо накрашенный глаз. Блин! Столько на нас нацелено внимания, в такой обстановке не посекретничаешь. Как бы не подавиться от такого внимания!

— Интересно здесь у вас. Так уютно, — начала я пустую вежливую беседу, чтобы не сидеть в тишине.

— Угу, — буркнула леди Меланья.

Перед входом в столовую одна из девиц вручила ей потрепанную книжку, которую та сейчас увлеченно читала.

— Можно глянуть? — спросила я и тут же протянула руку.

Содержание мне было понятно по картинке на обложке — типичный любовный роман. На какую другую историю поместят обнимающуюся парочку? Я хотела понять смогу ли я читать на языке этого мира, потому что в голове у меня как-то разделялся местный язык и русский. Еще когда я была в гостях у некроманта, поняла, что многие вещи называю по-русски, потому что в местном языке не было аналога. Радовало только, что местный язык вкачался в мою голову по умолчанию при перемещении, а то мне бы пришлось трудновато адаптироваться.

Леди Меланья с неохотой протянула мне книгу, я открыла первую страницу и расстроенно закрыла. Эти палочки и кружочки были мне не понятны. Эх, придется учиться писать и читать.

— Не умеешь читать? — с удивлением протянула леди Меланья, и я расстроенно кивнула. — Я могу тебя научить.

— Это было бы прекрасно, — Действительно, то, что эта леди попалась мне на пути, было настоящей удачей. Джекпот, я бы сказала!

Пока я рассматривала незнакомые буквы, служанка принесла исходящий ароматным паром суп, чем-то напоминающий наш куриный. По крайней мере, в тарелке я видела небольшие кусочки белого мяса и крохотные кусочки теста, плавающие в желтоватом бульоне. Запах был насыщенным мясным, и желудок послушно отозвался голодным бурчанием. Леди Меланья с улыбкой подвинула ко мне тарелку ближе и строго сказала:

— А сейчас у нас будет урок этикета.

Я возмущенно на нее глянула. Против урока я была не против, но мне было не комфортно учиться под прицелом стольких любопытных глаз и ушей.

— Может, перенесем урок в комнату, там нам будет удобнее, — сказала я смущенно.

Но леди Меланья с маньячей радостью продолжила выкладывать на стол с десяток разных приборов.

— О, нет! У нас слишком много работы помимо этого! Обед не время расслабляться. Я специально заказала разные блюда, чтобы можно было тебе показать по максимуму. — Она подняла на меня взгляд и улыбнулась. — Вижу, что тебе не нравится, что за нами наблюдают? Не переживай, я поставила защиту от прослушки и еще попробовала новое заклинание зеркального отражения. Эта ледяная магия просто нечто! — глаза леди Меланьи засверкали восторгом. — Представляешь, эти курицы сейчас видят совершенно другую благовоспитанную картинку и даже ни о чем не подозревают!

Ого, да наша леди шпионка! Я улыбнулась ей в ответ. Хотя, постойте! Она же говорила, что у нее магии нет⁈

— А откуда у тебя магия? — спросила я с подозрением, леди Меланья слегка покраснела и крутнула кистью в воздухе.

— Владетель Анкердорм даровал мне.

Я продолжала улыбаться, глядя на счастливое лицо леди Меланьи, а на душе стало как-то неспокойно. Интересно, что она пообещала владетелю взамен?

— Малашка, поздравляю! Кажется, ты нашла себе достойную подружку. Сама выросла в хлеву, так еще и пригрела рядом безродную демоницу! — Возле нашего стола появилась ухмыляющаяся рыжеволосая гадина Лорелея. — Что глаза выпучила, думаешь, тебе одной владетель магию подарил⁈ Обрадовалась, что удачно ноги раздвинула⁈

Она двинула рукой по столу, раскидывая заботливо разложенные столовые приборы. А у меня внутри вдруг поднялась изжогой волна неконтролируемой ярости. Я сжала зубы и неожиданно прорычала:

— Сожгу!

Глава 15

— Малашка, скажи своей безродной подружке, чтоб заткнулась и молчала в тряпочку! Что, пообщалась с владетелем и почувствовала себя драконом⁈ — рявкнула Лорелея мне в лицо и повернулась спиной.

Она попыталась нависнуть над леди Меланьей, но та оттолкнула соперницу и встала:

— А теперь развернулась и вышла отсюда вон, — отчеканила леди Меланья. — Иначе пожалеешь.

Но Лорелея только рассмеялась и продолжила с презрением:

— Я уже пожалела, что увидела тебя. Дрянь подзаборная! Забыла, из какого говна тебя вытащили, отмыли. Тебя вообще не следовало пускать в приличное общество! — завизжала она.

Я думала, что леди Меланья вцепиться ей в волосы. Я бы вот уже не выдержала и приложила ее пару раз лицом об стол. Но руки и ноги как будто застыли, я не могла даже кивнуть, только молча моргала, прислушиваясь к скандалу. Наверняка это рыжая мерзавка что-то со мной сделала!

А леди Меланья в это время сжала кулак с такой силой, что костяшки пальцев побелели. Когда она его разжала, в ладони оказался острый кусок льда. Она медленно провела им по коже запястья, и кровь стала набухать в порезе и скатываться замороженными рубиновыми кристалликами в ладонь. Они так завораживающе блестели в свете свечи!

Лицо рыжей гадины резко побледнело. Она схватилась за стол и потрясенно прошептала:

— Ты… ты… демо…

Но закончить она не успела, леди Меланья прошептала что-то на странном незнакомом наречии и резко сдула кристаллики с ладони в сторону Лорелеи.

В полете замерзшие капельки крови растаяли и без следа впитались в ее кожу. Лорелея замолчала с открытым ртом, глупо поморгала, подвигала пальцами, как будто скребла ими в воздухе. А потом развернулась и ушла.

Едва кровь коснулась Лорелеи, как мое тело оттаяло. Я сумела полностью поднять голову и встретиться глазами с леди Меланьей. Вот это магия! Я такую точно раньше не видела. Хотя, я вообще мало, что видела. Но судя по реакции Лорелеи, это было что-то из ряда вон.

— Я была бы благодарна, если бы эта сцена стерлась из твоей памяти, — сказала леди Меланья и с достоинством села на свое место.

Я кивнула.

— Согласна. Но может, ты мне немного расскажешь о том, что это было? Я правильно поняла, Лорелея назвала тебя демоницей? — От любопытства я начала слегка подскакивать на стуле, как в детстве, когда с нетерпением ждешь ответа на что-то слишком волнующее.

Леди Меланья стала с улыбкой раскладывать приборы на столе.

— Моя мать была демоницей. От неё мне достался слабенький дар магии крови. Пока я жила там, во дворце отца, — она махнула рукой и перестала улыбаться, — я им никогда не пользовалась, даже немного стеснялась. Доставшаяся от отца магия воды была достаточно сильна. Отец так этим гордился. — Она

Я провела двумя пальцами по рту, как будто закрывала на молнию и заговорщицки прошептала:

— Я — могила. — А потом решила, что сейчас самое время все выяснить. — Скажи, ты же непризнанная дочь царя.

Леди Меланья засмеялась и глянула на меня немного свысока:

— Конечно же, я признанная дочь! Как бы иначе я здесь оказалась и смогла пользоваться титулами отца⁈ — А потом она вздохнула и бросила ложки на стол. — Знаешь, меня обманули, но я сама виновата, слишком хотела обмануться. Забыла, что мать учила никому не верить, и в первую очередь отцу. Мои родители были истинными, но отец сильный маг и наследник древних царей не мог взять в жены простую демоницу. Он изредка нас навещал. А когда мать умерла, предложил переехать во дворец и стать настоящей дочерью. Мать запрещала мне даже думать об этом. А я… согласилась. Было тяжело, но я так старалась заслужить их любовь, — она снова замолчала. И я едва сдерживала желание броситься к ней и обнять. — Меня обучали, одевали, сделали придворной дамой, но никогда я не была ровней местным аристократишкам. Такие как леди Лорелея не упускали случая меня ужалить, напомнить, что моя мать не была родовитой. А когда пришло время отдавать заложницу владетелю Ледяных пустошей, отец признал меня своей дочерью.

Слово «заложница» заставило сделать меня стойку.

— Тебя отдали заложницей, чтобы твой отец не пошел войной на Ледяные пустоши? — с удивлением протянула я.

Леди Меланья снова развеселилась:

— Нет. Сюда должны перемещаться потомки тех, кто запечатал чудовищ в этой тюрьме. И теперь мы наравне с владетелем должны здесь точать, чтобы наша кровь продолжала запирать их. — Слушая леди Меланью, я глубокомысленно кивала. — Кстати, предок Лорелеи тоже участвовал в изгнании. Думаю, что когда она наслаждалась почестями во дворце моего отца за подвиг предка, то даже не догадывалась, что это закончиться жизнью в Ледяных пустошах. Обычно заложницы живут долго, успевает пройти пара поколений, пока возникает нужда в новой. И об этой необходимости не говорят на каждом углу, на самом деле — это страшная тайна.

Я помешала остывший суп первой попавшейся ложкой. Есть не хотелось, да и суп покрылся отвратительной жирной пленкой.

— Заложница, не заложница, но Лорелея и здесь неплохо устроилась. Спит с владетелем, плетет интриги в свое удовольствие, — с раздражением протянула я.

Леди Меланья вздохнула и отобрала у меня ложку, вытерла ее о салфетку:

— Ну, любовница она временная. Не женится владетель Анкердорм на ней. Тем более, когда появилась ты — его истинная. — Но слова леди Меланьи меня не убедили. Я поставила локти на стол и подперла подбородок ладонями. — Не качай головой, я же вижу, что владетель очень серьезно относится к своей паре. Думаю, ты сможешь быстро призвать ее к порядку.

Я молча кивнула, но внутри была уверена, что такая наглость должна быть чем-то подкреплена. Не так проста эта леди Лорелея. Чтобы её нейтрализовать, придётся повозиться.

Воздух вокруг нас внезапно запульсировал. Леди Меланья поправила причёску, аккуратно собрала приборы и щёлкнула пальцами. Пульсация прекратилась, и удивлённая служанка подошла к столу. Она посмотрела на нас с подозрением и стала расставлять целую гору разных блюд, которые едва уместились на столешнице. Здесь было мясо, рыба, незнакомые фрукты, несколько кувшинов с напитками. О боги, кажется, меня ждёт адский обед, учитывая количество приборов, которые приготовила моя мучительница.

После того, как служанка ушла. Леди Меланья восстановила заклинание зеркального отражения и начала методично меня учить. Я думала, что она собьётся после безобразной сцены с Лорелеей, потеряет настрой. Но нет. Похоже, девушка она упрямая.

Я застыла над очередным фруктом с крошечным ножичком и с внезапным удивлением глянула на леди Меланью.

— Ты же знала, что я не демоница. Почему не сказала всем?

Она рассмеялась и подмигнула мне.

— Ты мне понравилась, я не хотела разбивать твою легенду. Для чего-то же это тебе было нужно. Не знаю, кто ты, но точно знаю, что демонской крови в тебе нет.

Я отложила ножик.

— Я человек наполовину. Совершенно обычный, безо всяких магий. Теперь ты не будешь меня учить? — спросила я с шуточной надеждой.

Но леди Меланья рассмеялась и качнула головой.

— Я прекрасно отношусь к людям. Они, конечно, слишком слабы, но среди них встречаются весьма благородные персоны.

Я радостно оскалилась:

— Среди них и подлецы встречаются!

— Спешу тебя разочаровать, они везде встречаются. Ну, хватит заговаривать мне зубы! Ты должна научиться пользоваться столовыми приборами. Всеми. Иначе на каком-нибудь званом обеде опозоришься сама и опозоришь супруга.

Я ухмыльнулась и, поскольку мы с леди Меланьей стали сообщницами, с вызовом сказала:

— А вот ты знаешь, я не уверена, что я выйду замуж за этого вашего владетеля-дракона. У меня несколько другие планы. Я собираюсь сбежать с пустошей и вернуться домой.

Леди Меланья недовольно цокнула языком и покачала головой:

— Не забивай себе голову ерундой. Лучше запоминай ножи и ложки. Отсюда невозможно сбежать, если тебе не разрешит владетель.

Я не стала переубеждать леди Меланью. У меня есть свои козыри, придержу их пока.

Глава 16

Мое мучение за столом наконец-таки закончилось. Я отпилила крошечный кусочек от какого-то запечённого овоща, похожего на нашу свеклу-переростка, закинула его в рот и с облегчением откинулась на спинку стула. Моя миссия выполнена, каждое блюдо на столе я успела попробовать.

— Уф, я, кажется, объелась! — платье настолько утянуло мой живот, что теперь я понимала наших аристократок, которые ели на пирах, но падали в голодные обмороки.

Вот интересно, когда я сниму это платье, опять проголодаюсь?

Леди Меланья довольно улыбнулась.

— Ты великолепно управляешься со столовыми приборами!

Я ухмыльнулась. Вроде и похвала, но какая-то странная. Как будто дикарке сказали, что она не такая уж и неотесанная.

— Да, я бросила есть руками годам к трем. С тех пор вполне успешно орудую ножом и вилкой. Кстати, а почему у вас нет вилок?

Леди Меланья удивленно подняла брови.

— А что это?

— Это такой столовый прибор… — начала объяснять я, но потом махнула рукой. У них была ложка с одним выступающим зубцом. Она вполне заменяла нашу вилку, никакой революции за столом я делать не собиралась. На меня вдруг напала странная хандра. — Забудь. Это я так.

— Видов ложек огромное количество, их просто нужно запомнит. Большей частью мы при обычных приемах пищи не пользуемся, но если тебя вдруг пригласят к императорскому столу, что не так уж и невероятно, потому что владетель Анкендорм племянник императора, эти знания пригодятся.

Кажется, все же леди Меланья не до конца верит, что я смогу стать женой дракона, хоть и старается убедить меня в обратном.

Внезапно зазвучала странная мелодия, как будто на вокзале или в аэропорту готовились сделать объявление. Я уже напряглась, прислушиваясь, но продолжения не последовало.

— Это сигнал к окончанию обеда, — с недовольством пояснила мне леди Меланья. — Эта придумка леди Фарингой настоящее унижение.

Я согласно кивнула. Как будто мы собачки Павлова, или в тюрьме.

— Кстати, а где десерт? Ты же хотела сладкого! Забыли принести? — неожиданно вспомнила я.

На столе не было ни кусочка торта, ни пирожных, ни даже завалящей конфетки. Придется идти скандалить с персоналом. Я не любила этого делать, но практиковала регулярно.

Леди Меланья заговорщицки мне подмигнула:

— А я не стала его заказывать. Пока мы собирались, печаль прошла. С твоим появлением моя жизнь перестала быть такой невыносимо скучной. Вместо торта я съела мясо, оно гораздо полезнее для выработки магии.

Я подняла палец вверх и если бы смогла дотянуться, то с удовольствием хлопнула бы ее по плечу.

— Вот это по-нашему. Нечего киснуть, мы им еще покажем!

— Да! — Глаза леди Меланьи сверкали ярче, чем алмазы у нее на груди. — Сегодня был очень насыщенный день, а завтра прям с утра я приду к тебе, и начнём заниматься манерами, поучимся читать.

Я кивнула. Слишком устала, действительно, день сегодня был безумным.

Внезапно воздух опять запульсировал, леди Меланья щелкнула пальцами, и к нашему столу пожаловали две служанки. Одна из них приносила нам ужин, а вторую я видела в первый раз. Невысокая юркая девчонка, чем-то похожая на хищного зверька. По крайней мере, острые передние зубы, которые виднелись под верхней губой, очень на это намекали.

— Меня зовут Нунги, я буду вам помогать, если вы будете себя хорошо вести, — громко заказала она и с вызовом уставилась на меня.

Краем глаза я видела, как наливается краснотой лицо леди Меланьи. Первая служанка толкнула Нунги в спину, и та нехотя поклонилась. Интересненько.

— Извините, госпожа, — быстро сказала первая, — Нунги новенькая, она придет к вам в комнату немного позже и поможет приготовиться ко сну.

Служанки сбежали, а вот осадочек остался.

— Тебе следует сообщить о поведении этой мерзавки леди Фарингой, а если она не поменяет служанку, то рассказать все владетелю. Это просто наглость так себя вести.

Я задумчиво потерла рубин сережки.

— Скажи, она же из местных? — Леди Меланья кивнула, и я продолжила: — А вы служанок с собой привезли?

— Да! — возмущенно сказала леди Меланья. — Эта девчонка из местных варваров-хорготов. И ей определенно не хватает выучки! Посмела так нагло разговаривать с госпожой!

— Нет, пусть остается, — решительно сказала я. Во мне крепло настойчивое желание вообще отказаться от служанки. Зачем мне рядом чужой враждебный человек? Но вряд ли бы меня поняли. А еще это отвратительное платье я черта с два сама сниму! Так что пусть пока будет — Лучшей служанки мне все равно не дадут. Мы с ней притремся. Я так понимаю, она все еще думает, что я демоница. Пообщается со мной и поймет, что ошиблась.

Леди Меланья недовольно поморщилась, но кивнула:

— Смотри сама, но я все же рекомендовала бы тебе поговорить с леди Фарингой, чтобы ее хорошенько наказали. Она была слишком дерзка.

По своим комнатам мы разбредались в каком-то подавленном состоянии. Причем я заметила печаль и недовольство на лицах всех окружающих девушек. Они больше не смеялись, да что говорить — девушки почти не разговаривали между собой. И это было не нормальным. Еда была вкусная, а напитки веселые, в некоторых я даже почувствовала слабый алкоголь, он определённо развязывал языки и настраивал на мажорный лад. Но такого не было и в помине. Даже в воздухе ощущалась неизбывная тоска. Мне вдруг вспомнился родной дом, мама. Даже Марк казался не таким злым злом, просто избалованный мальчишка с огромным эго. Как же мне к ним захотелось вернуться!

Мы добрели до моей двери, присели в поклонах друг перед другом.

— Приседай ниже, — прошептала мне одними губами леди Меланья, и я послушно согнула колени.

— Леди Меланья, а вы можете зайти ко мне на пару минут? — спросила я, мне не нравились мрачные лица вокруг и тяжелый камень на сердце.

Возможно, этому найдется какое-то логическое объяснение, потому что в душе крепли нехорошие предчувствия.

— Ну, если только совсем ненадолго, — устало проговорила леди Меланья.

Между ее бровей пролегла глубокая вертикальная морщинка и глаза слегка потускнели. Может быть, использование магии ее так измотало?

Мы зашли в комнату, и леди Меланья аккуратно прикрыла дверь.

— Ты не знаешь, почему вдруг все такие невеселые? — спросила я. — Может быть, у вас тут по ночам что-то странное происходит?

Леди Меланья покачала головой.

— Нет. Просто обычно к ночи больше хочется домой.

Она сжала мою руку, развернулась и ушла. Но беспокойство в душе только крепло. Здесь явно что-то необычное происходит. И явно не очень хорошее. Ну что же — придется не поспать в первую ночь. Буду дежурить, посмотрю, кто тут ходит по коридорам и гремит цепями.

Неожиданно в дверь громко стукнули, я едва не присела от страха. Хотя до этого ходила по комнате в своем средневековом орудии пытки. В этом платье ни присесть, ни прилечь нормально было нельзя. Как же оно осточертело! Похоже, придется вводить новую моду без этих кринолинов и корсетов.

Я решительно пошла к двери. Если это Лорелея, она пожалеет, что приперлась на мою территорию, я все же повожу ее мордой по ковру. Но за дверью оказалась испуганная Нунги.

— Я пришла помочь вам раздеться и останусь охранять ваш сон, — едва не выбивая зубами чечетку, невнятно сказала она.

Я вздохнула и пропустила ее в комнату. От звука закрывающейся двери она вздрогнула и повернулась ко мне, ощерившись, как какая-нибудь мышь. Но мыши, когда их припирают к стене, становятся очень опасными противниками.

— Давай сразу все выясним на берегу, — начала я устало. — Никакая я не демоница. Ничего с тобой делать не собираюсь. Сейчас ты поможешь мне раздеться и можешь валить на все четыре стороны. — я начала потихоньку сердиться, глядя, как она удивленно хлопает глазами, хоть моргнула бы, что согласна, — Сними с

Нунги испуганно ойкнула, но тут же кинулась мне за спину и начала возиться с завязками. Надеюсь, она от страха не перегрызем мне горло.

Справилась она на удивление быстро и достаточно профессионально. Буквально через пару минут Нунги обрядила меня, как трехлетнего малыша, в игривую сорочку и халат из моего нового гардероба и поспешно сбежала. Да уж, странный сегодня вечер: я вдруг превратилась в беспомощную трехлетку. Сначала меня учат есть, теперь одевают. А завтра будут учить читать и писать. Куда я скатилась⁈ Тридцать лет жизни обесценились за один день.

Я ухмыльнулась, зевнула и поплелась на кровать. Спать хотелось просто зверски, но я упрямо затолкала подушки под спину, укрыла ноги одеялом и приготовилась ждать ночного ужаса. Халат решила не снимать, пусть он был рюшестым и смешным, но мне в нем было как-то спокойнее.

Сонливость накатывала все сильнее. «Просто положу голову на изголовье кровати и все». — Это была моя последняя связная мысль

Такие удивительные сны мне не снились никогда. Мир вдруг такой яркий, и небо переливается тысячами цветов, как при северном сиянии. Здесь синий, там зеленый, красный, голубой. А я лечу! Воздух обдувает лицо, поднимает крылья, ероша мелкие красные перышки. Нырок! Вверх! Вниз! Снова вверх! Я — птица! Огромная красная птица! Горло разрывает от песни.

Я открываю рот, но неожиданно начинаю кашлять. Воздух вдруг потяжелел, и руки стали моими обычными человеческими. Я стала судорожно махать ими в воздухе. А-а-а-а! Падаю!

Я проснулась в сугробе. В шубе и купальнике. Твою мать!

Глава 17

— Что за гадство! — с отчаянием прошептала я, оглядывая бесконечное белое поле, которое загадочно серебрилось под светом местной луны.

Куда двигаться? Вокруг простирался девственно чистый пушистый снег. Он прозрачно намекал, что совсем недавно была метель, которая прикрыла все возможные следы. А они здесь точно были! Тащили же меня местные по какой-то дороге! Хотя, может это и не здесь было. Не факт, что меня выбрасывает в одно и то же место.

Зима — это красиво, конечно, но слишком страшно. Если постою подольше, могу вообще здесь навеки остаться в виде ледяной статуи. Я вздохнула и еще раз изучила виднеющиеся справа и слева холмы. По логике вещей, где холмы, там и горы. Дойду до них, увижу замок, а там уже проще. Не заблужусь. Я стала вспоминать детскую считалочку, чтобы выбрать направление. Эники, бэники… Ага, пойду направо! Ну что же, логично! Налево — это не для нас!

Идти было тяжело, кое-где я проваливалась по пояс в снег и ползла, где-то брела по колено. Мороза я не чувствовала, но точно знала, что он есть. Потому что при каждом выдохе изо рта вырывались густые клубы пара, а волосы и воротник шубы прилично заиндевели. Я боялась, что неизвестная магия, которая меня грела, кончится совсем скоро. Где-то на краю сознания я уже стала ощущать, что ноги подмерзают.

Внезапно рядом с холмом показалась невысокая замотанная в тряпки личность, напоминающая заснеженного колобка. Я остановилась. Жутко хотелось к людям, а вот на костер не очень. Хотя так и так проблема замерзания решилась бы, но я за гуманные методы.

Тут незнакомец меня увидел, обрадовался, замахал руками и ускорился, а я напряженно замерла. Если что, буду драться. Живой не дамся.

— Леди Ильвина, вот вы где! — радостно заорала Нунги, моя новая служанка. — Вы живы!

Я едва сдержалась, чтобы не заплакать. Да ты же моя хорошая, не бросила, а леди Меланья еще предлагала ее уволить. Ни за что! Я стала активно двигаться ей на встречу, а Нунги прошла немного и остановилась, поджидая меня. Потом помогла забраться на высокую утоптанную дорогу. Спасена!

— А что это ты тут делаешь? — спросила я ее, отряхивая шубу от снега.

Нунги, которая сбивала налипший снег у меня со спины, тут же бросила работу и встала передо мной уперев руки в боки.

— Вы мне сказали, что спать будете и отправили из комнаты, а сами взяли и улетели! Не правильно это! — Она комично погрозила указательным пальцем, как будто ругала ребенка. — Если бы я не заглянула к вам, то даже и не увидела бы, что вы открыли окно. А потом кааак прыгните! У меня сердце едва не оборвалось!

Глаза Нунги округлились, она так забавно негодовала. Чтобы не засмеяться, я спросила ее на полном серьезе:

— Да ты шутишь⁈ Как бы я могла выпрыгнуть в окно? У меня в комнате их нет!

Но Нунги не растерялась и даже не сбилась.

— Есть! Вы откинули ковер со стены и наколдовали окно, а потом открыли его, как дверь, и вылетели. Я за вами не успела, пока добежала, там просто стена осталась.

Нунги расстроенно шмыгнула носом.

— Н-да! Он улетел, но обещал вернуться, — задумчиво протянула я.

Не похоже было, что служанка врала, да и как-то же я оказалась опять на этих дурацких пустошах. Интересно, а я оказалась там же, куда и в первый раз попала?

— Кто он? Великий дракон-владетель? — неожиданно шепотом спросила у меня Нунги.

— Кто? — я закрутила головой, выискивая в окружающей темноте своего пока еще не жениха.

— Ну, который с вами улетел? — так же шепотом продолжила Нунги.

Вот тут я уже не смогла сдержаться. Хохотала так, что на глазах слезы выступили. Поднимала голову, видела обескураженно лицо служанки, и меня сносило очередным приступом.

— Это великая тайна, — проговорила я сквозь смех, стирая слезы. — Страшный секрет существа с пропеллером.

Неожиданно Нунги всхлипнула, из ее глаз покатились огромные, как жемчужины слезы, и стали сразу же застывать, прилипая к щекам. Она недовольно смахнула их с лица, вместе с инеем, который заплел край платка и выбившиеся пряди волос:

— Смеетесь, — с обидой начала она, — а вот вы знаете, как я испугалась. Вдруг вы разобьетесь или замерзнете где-нибудь в снегу? А меня уволят! И сестру мою заодно. Нас вообще взяли только чтобы демонице служить. Ой! — она зажала рот варежкой и глянула на меня испуганно. — Я не…

— Да ладно! — Я махнула рукой. Похоже, не смотря на браваду, девчонка держалась за место. — А что ж ты тогда сбежала? Сидела бы рядом со мной. А то ушла, а на меня злой дух налетел, превратил в птицу, поэтому пришлось срочно улетать на юг.

После этих слов, Нунги пришла в себя, и всякое раскаяние исчезло с ее лица.

— Э нет! — засмеялась она и покачала пальцем. — Какая вы птица⁈ Вы — дракон! Такой красивый,

Стоп, стоп, стоп! Никакой я не дракон! Я — птица! И чужая слава дракона-спасителя мне ни к чему. Зачем мне эти проблемы⁈ Я фанатиков не люблю и революционеров тоже. Я осторожно взяла Нунги за руку и стала вкрадчиво убеждать.

— Чтобы кому-то что-то рассказывать, нужно убедиться, что новость правдивая. Ты знаешь, что бывает с теми, кто привирает в таких важных делах, как пророчество и шаманские предсказания? Ой, не завидую я этому бедолаге! Вот я точно уверена, что я птица. Может тебе показалось? Ты хотела увидеть дракона, ты его увидела, — Лицо служанки стало задумчивым, и я вдохновенно продолжила: — Мы с тобой можем вернуться в замок владетеля и притвориться, что ничего не случилось. Дождемся нового превращения, тогда и узнаем, кто я: дракон или не дракон.

Нунги открыла рот, чтобы возразить, но я решила не давать ей шанса передумать:

— Представь, вдруг расскажешь всем, а я больше не смогу превратиться. Неожиданно окажется, что все получилось случайно. Что будешь своим говорить? Как оправдываться?

Служанка испуганно прижала кулак ко рту, оглядела окружающую темноту и кивнула.

— Только в замке нельзя говорить, что вы дракон. А ту вдруг вас украдут, — она с нежностью поправила мою шубу. — Мой народ слишком долго ждал, слишком замерз, чтобы делиться огнем с этими магами, — слово «маги» она сказала, как ругательство. Здесь определенно чувствовался давний застарелый конфликт. Хотя, какая мне разница, это не моя война.

Я обрадованно кивала, боясь спугнуть удачу. И тут Нунги снова помрачнела:

— А что я скажу вождю?

— Ничего? — осторожно предложила я. — Вернемся в замок…

— Нет! — Нунги замотала головой. — Он же здесь ждет, за холмом. И это он открыл мне проход к вам.

Глава 18

— Приветствую тебя, уважаемый дракон! — слащаво улыбнулся мне тот самый тип в шкурах, который недавно предлагал поджарить на костре.

Он был невысокий и верткий, как уж. Улыбка так странно смотрелась на смуглом лице, испещренном глубокими морщинами, что я не верила ему еще больше. Вот на что угодно спорю, что он не так уж и часто улыбается. Мышцы лица, как будто задеревенели в хмурой гримасе, а сейчас неестественно кривились. Я улыбнулась и кивнула. Тем, что он сейчас привел ко мне Нунги, вождь себя немного реабилитировал, но не до конца. Доверия он явно не заслуживал.

— Дракон, демоница! Какая разница⁈ Правда, ведь? Вы же так любите гостей! — с издевкой протянула я, и вождь перестал улыбаться.

Он мрачно огляделся. Не знаю, что он выискивал там, в сугробах, но явно не нашел. Повернулся ко мне и заговорил совершенно безо всякого заискивания.

— Каждый может ошибиться. Демоны бывают у нас в пустошах, только очень редко. И тогда природа просто сходит с ума: небывалые морозы, метели неделями. Пустоши стараются изгнать пришельца, вот совсем как сегодня, — взгляд вождя потяжелел, а я непроизвольно сделала шаг назад.

Метель снова начала раздуваться, и ветер заметно крепчал. Теория вождя не выглядела совсем уж бредовой.

Но тут неожиданно Нунги выскочила передо мной и закрыла своим телом, как курица-наседка цыпленка. Только со стороны наверно это смотрелось смешно, Нунги была невысокой и хрупкой. Излишняя худоба была сейчас не видна за кучей тряпок, но вот рост: она дышала мне в подмышку.

— Вождь Ангуни, госпожа на моих глазах превратилась в красного дракона и улетела! Не знаю, для чего она скрывает свое происхождение, но могу в этом поклясться!

Вождь недовольно хмурился, но я его совершенно не боялась. Если бы он хотел сжечь меня, то не болтал бы так долго, просто пригласил бы пару друзей на шашлыки.

Я осторожно вышла из-за спины Нунги и смело встретила взгляд хитрых карих глаз:

— Предлагаю прекратить пустой спор. Тот факт, что я дракон или демоница, сейчас не имеет совершенно никакого значения. Я — гостья владетеля Анкердорма, и вы прекрасно это знаете. Проводите нас с Нунги к нему и будет вам счастье, а возможно и награда.

Вождь Ангуни усмехнулся и вдруг громко свистнул. Я, честно говоря, едва не присела от неожиданности. А тем временем как будто из воздуха появилась собачья упряжка с санями. Я от удивления открыла рот, собаки были прям как живые: ледяные шерстинки шевелились при движении, глаза блестели, веки моргали, а под лапами проминался снег. Только из жадно открытых ртов не было видно пара.

— Они изо льда? — удивленно протянула я и попыталась погладить ближайшую собачку, но Нунги резко одернула мою руку.

— Это подарок нынешнего владетеля. Он так добр к нам, — с придыханием произнесла она. — Но если вы к собакам притронетесь, то замерзнете навеки. Только вождь может их касаться.

Я сделала пару шагов в сторону, удаляясь от нетерпеливо переступающих собак. Да, кстати, они были совершенно бесшумны, только снег слегка поскрипывал под их мощными лапами. Живые псы давно бы уже обгавкались, а эти жутковатые твари молчали.

— Если они подарок владетеля, то песики точно знают, где его замок. Предлагаю без промедления отправиться в путь, а то еще немного и рассветет. Честно признаюсь, мне бы не хотелось, чтобы кто-то кроме владетеля знал, что я покидала свою комнату.

Но вождь как будто забыл о моем существовании. Он деловито проверил упряжь, потом залез в сани и стал отряхивать от снега огромную шкуру, похожую на медвежью. Я видела такую в своей прошлой жизни на стене базы отдыха, где мы с мамой отдыхали.

Наконец, вождь повернулся к нам.

— Мы сейчас поедем в нашу деревню. Мне нужно, чтобы тебя увидел шаман, а потом доставим в твою комнату. Не волнуйся, я не хочу, чтобы змеи в гареме владетеля тебе как-то вредили.

Вот это да! Вождь оказался с сюрпризом. Шкуры вместо нормальной одежды — это просто удачная декорация, за которой успешно скрывался непростой товарищ.

Я послушно пошла в сани, а потом не выдержала. Как-то нехорошо, что последнее слово за ним остается:

— Я пойду, только не забудьте: к утру я должна оказаться в своей комнате. И владетелю я все расскажу о своем путешествии!

Я упрямо выставила подбородок вперед. Может, и не расскажу ничего владетелю, но вот вождю это знать было не нужно.

Он насмешливо кивнул, и в лунном свете блеснули зубы. Да он

— Хорошо! Только сначала послушаем шамана, а дальше вы сами решите, хотите ли ему что-нибудь рассказывать.

Я пожала плечами и забралась в сани. Нунги как-то ловко развернула меня и обмела огромными варежками мои голые ноги, а потом прикрыла нас с ней шкурой. Ледяное покалывание в ногах прошло. Кажется, обморожение отменяется.

Вождь схватил упряжь и замысловато свистнул. И тут вся конструкция взмыла в воздух.

Собаки неслись так, что у меня волосы бешено развевались на ветру. Под полозьями саней завихрялась метель, а сугробы мелькали перед глазами, как будто мы неслись на гоночном болиде.

Нунги заливисто смеялась, а я покрепче вцепилась в виднеющуюся под нижней шкурой боковую часть саней и вдруг почувствовала под руками воду. Что за черт! Я осторожно убрала руки и спрятала под шкуру. Еще не хватало растопить наше транспортное средство.

Неужели я эта самая огненная драконица? То, что я драконица-полукровка, я уже почти смирилась. Думаю, что если бы я топила лед владетеля из-за того, что огненная, то он подумал бы об этом в первую очередь и не пытал бы меня. А еще меня смущали перья на руках, когда я превратилась. Драконы ведь облеплены чешуей, или я чего-то не знаю? Я вздохнула. Вопросы собирались вокруг меня как снежный ком, но вот нужно ли мне их решать? Знание о том, что я огненная драконица или непонятная красная птица никак не помогут мне сбежать отсюда. Пора было прекращать прятаться от владетеля в гареме. Если он знает, как выбраться из пустошей, то я тоже должна узнать об этом.

Упокоенная этими мыслями, я решила насладиться дорогой. Когда еще удастся прокатиться на магических санях с ледяными собаками⁈ Расскажу на работе, никто не поверит!

Я уставилась вперед, надеясь увидеть деревню хорготов. Почему-то мне представлялось, что это будут юрты или иглу. Но деревня оказалась из приличных деревянных домов. Высокие срубы, дымящиеся трубы — это меня несколько дезориентировало.

— У вас есть лес, чтобы строить такие хоромы? — удивленно спросила я Нунги.

Я почему-то думала, что если они живут в ледяной пустыне, то никакого дерева в строительстве не применяют, а тут вполне приличная деревня. Домов было так много, что я даже не смогла быстро их пересчитать. Конечно, если бы мы немного покружили над ними в воздухе, то…

Нунги покачала головой.

— Эти дома построили наши предки, до того… — начала она, но вождь недовольно глянул, и Нунги замолчала.

В это время мы как раз опустились рядом с самым большим домом. Он был трехэтажным, но окна светились только на первом этаже, а сверху блестели темными глазницами под лунным светом. Интересно там было стекло или ледышки, как в замке владетеля?

Резное крыльцо было освещено единственным светильником, который тихонько раскачивался под порывами ветра, отчего ажурные тени скакали по ближайшим сугробам, как страшные зубастые твари. По спине пронесся неожиданный холод, я вдруг вспомнила, что где-то рядом находится настоящая тюрьма с жуткими чудовищами.

— Иди, предупреди старого Кочгу, что мы будем ждать его в общем доме, — сказал вождь Нунги и хмуро прибавил: — Особо там не болтай, просто скажи, что я срочно зову его. И скажи матери, что у нас гости, пусть приготовит на стол.

Нунги унеслась в дом, раздраженно хлопнув дверью, а я неожиданно поняла, что она может быть дочкой или внучкой вождя. Он как-то быстро ей поверил и привез ко мне в пустоши, и сейчас они общаются слишком по-семейному. И похожа Нунги на него, тот же рост, смуглая кожа. Тут определенно что-то есть.

— Она ведь ваша дочь, — протянула я, внимательно смотря за реакцией вождя.

— Внучка, — коротко ответил он и довольно улыбнулся.

Едва мы вылезли из саней, как те вместе с собаками превратились в снег и с порывом ветра улетели. Крутая магия!

Не дожидаясь меня, вождь поднялся на крыльцо и с недовольством глянул на меня. Я вздохнула и поспешила за ним в полутемное помещение общего дома, хотя мне так хотелось осмотреться. В душе шевелились непонятные тревожные предчувствия.

Зал, куда мы вошли, освещался только светом камина и несколькими самодельными светильниками. Меня удивило, что стены были не бревенчатыми, а оштукатуренными и побеленными. От этого комната выглядела светлее. Я сделала пару шагов и встала, ожидая, пока глаза привыкнут к сумраку. А потом стала рассматривать грубо сколоченные скамейки и столы, сдвинутые к стенам.

В общем доме нас уже ждали. Женщины суетливо разгоняли мальчишек, которые не желали прекращать какую-то интересную игру. Неожиданно мне под ноги упал плоский камень. Шум спора резко затих, а рядом с нами застыл испуганный мальчишка. Он мял в руках замызганную шапку и не решался наклониться за своим камнем.

Вождь недовольно рыкнул:

— Ну-ка, все по домам! — Он наклонился, поднял камень и, с презрением покрутив, закинул к дальней стене.

Бледный испуганный мальчишка проводил камень отчаянным взглядом, но бежать за ним не решился. Молча склонил голову и, проскользнув мимо нас, унесся на улицу. За ним сбежали и остальные подростки, а женщины стали суетливо двигать стол в середину комнаты.

— Пойдем к огню, — предложил вождь и, тяжело ступая, пошел к камину.

Странно, он как будто резко постарел. Буквально час назад он выглядел бодрее и точно так заметно не хромал.

Возле камина стояло два стула, накрытых шкурами. Из-за высоких спинок они были похожи на троны, думаю эту функцию они и исполняли. Особый шик стульям придавали затертые резные подлокотники. Вождь со стоном сел на один из них, а я примостилась на другой. Не смотря, на свой непрезентабельный вид, стулья оказались удобными. Я покрутилась, усаживаясь, и даже расслабилась.

— Ты такая горячая, — неожиданно начал вождь, и я едва не подавилась. Ничего себе подкат! — Я даже там, на улице, ощущал жар твоего огня.

Глава 19

— Драконы, которые сюда попадают, теряют свой огонь, — печально продолжил вождь, совершенно не реагируя на мое возмущенное лицо. Он перевел взгляд на яркие языки пламени в камине и протянул к ним морщинистые, покрытые цыпками, руки. — Пустоши их выпивают. А в тебе столько огня. Ты не дракон. — Он помолчал, а потом со вздохом сказал: — А жаль.

Я ответила ему таким же тяжким вздохом и поежилась. Неожиданно по ногам пронесся ледяной сквозняк. Кажется, кто-то зашел к нам. Я приподняла голые ноги над ледяным деревянным полом и поджала пальцы. Оглянулась. Никого. Даже женщины, накрывавшие на стол, ушли. Мы остались в общем доме одни, а я даже не заметила,

— Чего все так зациклились на моем происхождении? — спросила я раздраженно и обняла себя за плечи, становилось все холоднее. Чертова магия засбоила и решила больше меня не греть. Как все не вовремя! — Какая разница дракон я или не дракон⁈ Вам же главное, чтобы я огнем дышала, правильно? А если его у меня нет? Может я просто горячая девчонка? — Я невесело рассмеялась. — А драконы… Вон я смотрю владетель — дракон, но не замечала, чтобы он огнем дышал, только пугает всех. А сам, между прочим, такой замок себе наморозил! Значит, есть и снежные драконы, а может еще какие-нибудь, например, каменные или водные.

Вождь печально усмехнулся и огладил свой совершенно гладкий подбородок, как какой-нибудь мудрец бороду.

— Все драконы огненные. Природа у них такая. И владетель тоже был огненным, пока его к нам не сослали. Ледяные пустоши высасывают огонь с такой жадностью, что… — он махнул рукой. — Не знаю, что ты за чудо. Подождем шамана, он спросит у духов. — Вождь посмотрел на меня и нахмурился. — Ты замерзла?

А я уже вовсю стучала зубами. Кивнула и плотнее укуталась в шубу. Но она меня совершенно не грела, холод проник внутрь и методично замораживал внутренности. Магическое отопление окончательно отключили.

Глаза старика-вождя блеснули злостью, он вскочил со своего стула и затряс меня за плечи:

— Борись! Борись с ней! Это пустошь забирает твою магию, выпивает твой огонь.

Вождь неловко сорвал со своего стула шкуру и стал меня укутывать.

Неожиданно уличная дверь распахнулась, и в общий дом вошли несколько человек, засуетились у входа, сбивая снег. Зажужжали приглушенные разговоры, кто-то тихонько рассмеялся. Я слышала все это как сквозь вату. А потом женщины с подносами гуськом пошли к столу в центре комнаты, а Нунги с высоким человеком, замотанным в пестрое одеяло, двинулись к нам.

— Сюда скорее! — крикнул им вождь и продолжил растирать мои плечи. — Пустошь добралась до ее магии. Кочгу помоги.

Шаман на ходу скинул одеяло и рванул ко мне. Он был почти таким же высоким и мощным, как и владетель. Все его лицо заросло густой рыжей шерстью, в которой блестели голубые бусинки глаз да виднелся крупный широконоздрый нос.

— Отойди! — рявкнул шаман вождю и опустился передо мной на колени.

Он гляделся в мое лицо, ругнулся и развернулся к камину. А вот дальше началось форменное безумие. Шаман голыми руками схватил пару горящих угольков и развернулся ко мне. Отвратительно завоняло паленой шерстью и горелым мясом. Меня затошнило.

А шаман протянул угольки мне и безапелляционно скомандовал:

— Открой рот!

Я бешено замотала головой и завыла от страха. Увидела круглые испуганные глаза Нунги, растерянного вождя. А сумасшедший шаман схватил мою руку и с силой разжал пальцы. Я взвыла в голос, пытаясь вырваться, но он уже ссыпал угольки мне в ладонь.

Ослепительная вспышка и… ничего. Угли просто впитались в мои ладони за секунду. Я изумленно подняла ладони к лицу. Кожа была совершенно чистой! Ни ожогов, ни сажи. Этого не может быть!

— Что это такое? — начала я, но шаман сдернул меня со стула и сунул руками в огонь.

Безумный шаман опускал мою руку ниже. В самое пекло, туда где были языки пламени и самый жар. Его куртка уже во всю горела, а волосинки на руках вспыхивали и осыпались пеплом. Я визжала и вырывалась, от тлеющих рукавов шубы глаза слезились. Или это были слезы?

— Помогите! — От крика на шее вздулись вены, и заболело горло.

Я кашляла, злилась от бессилья, но продолжала бороться. Вот урод! Но почему Нунги с вождем просто смотрят⁈ Странно, огонь меня не обжигал. Я замолчала и стала рассматривать свою руку. Волоски на руках не обгорели!

Но расслабилась я зря! Шаман сделал подсечку, и я полетела лицом в огонь. Мамочки! Ну, все! Шуба вспыхнула, как спичка. Я слышала, как голосит от ужаса Нунги, и ругается вождь.

Глава 20

Я приходила в себя постепенно. Сначала вокруг зажужжали чьи-то противные голоса. Они раздражающе спорили, а моя голова слишком болела. Скажу им, чтобы заткнулись. Мне плохо! Но неожиданно я услышала голос владетеля Анкердорма и застыла.

— Как вы смогли выкрасть мою невесту из замка⁈ И мне не нужны жалкие оправдания! Только правда, или я раздавлю вас, как червей!

Его голос грохотал в моей черепной коробке, как колокол, но я сдерживалась и не стонала. Лежала молча, не открывая глаз, чтобы не попасться владетелю под горячую руку.

— Бастиан, прекращай кричать, — немного устало произнес совсем рядом сумасшедший шаман-пироман. — Я безумно рад, что у тебя появилась невеста. И даже не сомневаюсь, что она истинная. Поверь, никто не хотел, да и не смог бы выкрасть ее. Мы спасли ей жизнь. А ты неблагодарная…

Рядом что-то с грохотом упало, и кто-то захрипел.

— Вальдус, — от ледяного голоса владетеля по спине пополз холодок, — я сохранил тебе жизнь и даже закрыл глаза на то, что ты притворяешься хорготским шаманом. Но ты знаешь, как я ненавижу предателей⁈ Поверь, ты очень пожалеешь, если я хотя бы начну подозревать тебя в попытке навредить леди Ильвине!

— От-пус-ти, — прохрипел шаман. Рядом опять что-то шумно упало. — Успокой свою паранойю! Твоя невеста обратилась в дракона и улетела из замка, а над пустошами превратилась обратно. Я едва спас ее после всех этих скачков магического поля! Ты благодарить меня должен, а не душить! Кстати, твоя невеста пришла в себя.

Притворятся дальше спящей, не имело смысла. Я приоткрыла веки и поймала взгляд льдистых глаз владетеля.

— Ты превратилась в дракона? — спросил он и присел рядом со мной на скамейку.

Голос у владетеля был такой усталый и… нежный? Может его подменили? Я не могла оторвать от него взгляда, как завороженная, но сумела помотать головой и прошептать:

— Я в птицу превратилась с красными перышками.

Он как-то криво усмехнулся.

— А как из клетки улетела, птичка?

Я неловко пожала плечами.

— Не знаю, я спала. Думала, вообще во сне летаю, а оказалось на самом деле.

И тут в моем поле зрения появилась Нунги. Я видела, как ей было страшно, но она храбрилась. Переступила с ноги на ногу и решительно заговорила:

— Владетель Анкердорм, леди Ильвина сама сделала в стене окно и улетела. Я очень напугалась и побежала к вождю, чтобы он помог ее разыскать.

Пока говорила, Нунги теряла страх, а к концу речи стала поглядывать на владетеля с некоторым вызовом. Правда, после его насмешливого хмыканья в конце ее речи, она сдулась и спряталась за спину вождя, который сидел на скамейке немного в отдалении.

— В следующий раз маленькая хорготка помни, кому служишь, — буквально прошипел владетель. Его лицо на глазах наливалось злостью. — Если с леди Ильвиной в следующий раз что-то случиться, ты должна сразу же бежать ко мне. На первый раз я тебя прощу, но только на первый. Помни мою доброту.

Вождь с кряхтеньем поднялся со скамейки и примирительно произнес:

— Владетель, не гневайся, — Он поднял руки ладонями к нам, как будто сдавался. — Мы помочь хотели. Спасали твою невесту.

Но Анкердорм неожиданно зарычал:

— Помочь⁈ Ты для этого ее в свою деревню притащил?

Вождь покаянно наклонил голову.

— Я думал, шаман Кочгу подскажет, что с ней случилось. Ваша невеста начала терять магию.

Сидящий на соседнем столе шаман хохотнул, закинул ногу на ногу и отпил из стакана, который небрежно держал в руке. На удивление шаман был цел, только часть бороды с волосами подпалились, и рукава куртки красовались обгорелыми обшлагами. Везунчик. Я вот опять лежала в купальнике под какой-то дерюжкой. Надеюсь так, как шаман не оплешивела. Своими рыжими кудрями я дорожила. Я оттянула одну прядь. Вроде обгоревших волосков было не видно.

— И шаман помог! — с обидой произнес он. — Буквально вырвал из когтей пустоши глупенькую драконицу. И где благодарность? — Шаман отсалютовал бокалом в нашу с владетелем сторону.

А на меня вдруг такая злость накатила. И чего он тут бравирует? Сам меня в открытый огонь лицом сунул и сидит такой довольный. Пусть радуется, что я не умерла от болевого шока и лежу тут рядом, пока претензий не предъявляю!

— Спасибо, что в камине погрели. Вот я бахнулась на раскаленные угли и сразу согрелась. Вы же еще в первый день, когда я к вам в пустоши упала, планировали меня сжечь?

Точно! Я смотрела на ошарашенное лицо шамана и понимала, что дикари не сами меня искали во льдах. Их же какой-то шаман послал жечь демона. Как я могла это забыть⁈

— Это правда? — Владетель поднялся, и по углам комнаты закружились мини-вьюги. — Ты пытался убить мою невесту?

И тут шаман испугался. По-настоящему. На лице выступила испарина, глаза испуганно бегали. Он что, правда, хотел меня убить⁈

— Нет, конечно! Вы все неправильно поняли! — он слез со стола и встал напротив владетеля. Оказалось, что они были очень похожи: атлетичные блондины, высокие. Только шаман был пониже и пожиже. — Я рисковал, но угли ей не навредили. А если бы она проглотила парочку, в огонь можно было вообще не лезть.

Я возмущенно открыла рот. Что за наглость⁈ Он даже не раскаивался. Возмущается, сволочь, что не смог накормить меня раскаленными углями!

А вот владетель рассердился еще больше. Свет в доме стал меркнуть, и настоящая снежная поземка поползла по полу.

— Ты что, решил использовать на леди Ильвине древний обряд, даже не убедившись, что ей хватит сил принять пламя?

Лицо шамана стало совсем белым.

— Ты не понимаешь! — воскликнул он и глянул на меня умоляюще. — Действовать нужно было немедленно. Вождь тебе подтвердит, если бы я не воззвал к первородному огню, она бы в лучшем случае потеряла магию, а в худшем — замерзла бы на хрен. Тебе что, не достаточно моего слова⁈

— Пустоши стали пить ее, — подтвердил вождь. — Девочка начала холодеть. Я уж грешным делом подумал, что…

Что там хотел сказать вождь я так и не узнала. Владетель Анкердорм подхватил меня на руки и пошел к выходу.

— Вас всех ждет наказание, — холодно сказал он, не останавливаясь. Я почти со слезами на глазах проводила стол, полный разносолов и глянула на владетеля. Между бровей у него залегла злая морщина, и губы были сжаты. — Ты тоже будешь наказана, — сказал он мне.

И я возмущенно вскрикнула:

— Да за что⁈ Я тут пострадавшая сторона!

— За то, что врала и хотела от меня сбежать!

Глава 21

В этот раз я готовилась насладиться полетом на драконе. Я была в сознании, слегка зла, поэтому планировала усесться с комфортом на его шее и рассмотреть пустоши получше. Такой шанс на экскурсию может больше и не выпасть. К тому же мне следовало продумать стратегию поведения на наших разборках. Что они будут, я и не сомневалась.

Но гадкий владетель нарушил все мои планы. Полет не состоялся. Мы перенеслись в замок при помощи магии. Он достал из кармана массивный диск диаметром сантиметров пятнадцать, на котором свободно вращались несколько десятков колесиков. Владетель небрежно крутнул некоторые из них, и в воздухе появилась темная дверь. Она вела прямо в коридор перед его покоями. Хороша магия: секунду назад я была на крыльце общего дома в деревне хорготов, а через пару секунд уже в ледяном замке. Одним словом — магия!

Покои владетеля кардинально отличалась от всего остального замка. Здесь не было ни намека на завитушки или кокетливую позолоту. Ни в гостиной, ни в спальне, куда он притащил меня. Кругом было темное дерево, массивная мебель, темная шкура на полу и закопчённый камин на фоне каменной кладки.

А еще владетель держал в своих комнатах окна плотно зашторенными. Темно-коричневые портьеры, похожие на мой любимый блэкаут, совершенно не пропускали свет. Когда мы только входили в непроглядную тьму гостиной, я даже подумала, что покои владетеля совсем без окон и находятся где-то по соседству с гаремом.

Но нет. Он щелкнул пальцами, и потолок мягко засветился и стал видны портьеры на окнах. Но владетель, не останавливаясь, пошел дальше, таща меня на буксире в свою спальню.

Пока я глазела на огромную основательную кровать, владетель подошел к окну и отдернул штору. Стекло отражало его темную фигуру и обстановку комнаты. Я неловко переступила на месте. Почему он не начинает допрос? Пока бежала за ним по гостиной, успела придумать целую речь в свою защиту. Но этот нехороший дракон продолжал молча таращится в темноту.

— Кхм, — я прочистила горло и подошла к одному из кресел у камина. — У тебя тут мило. — Погладила густую шерсть шкуры, которой была обтянута спинка, пытаясь себя сдержать. Мне хотелось крикнуть, чтобы он уже начинал наезжать, иначе мой запал спорить пройдет.

— Рад, что тебе понравилось. — Владетель повернул ко мне голову и усмехнулся. — В ближайшие дни организуем переезд.

Я подавилась воздухом. Что это еще за новости!

Владетель снова отвернулся к окну и глухо проговорил:

— Нет. Обстоятельства поменялись.

Что там за обстоятельства у него дурацкие поменялись⁈ Я не хочу никуда переезжать! Буду здесь, как в тюрьме, сидеть одна. Лучше уж в гареме с крокодилами и милой леди Меланьей.

— Ты зря не веришь мне! — начала я решительно. Теперь главное успеть внушить ему, что никуда меня переселять не нужно. — Я не специально сбежала из гарема… О, черт! Я вообще не сбегала из гарема! — Вся моя заготовленная речь полетела в тартарары. Боже, что я несу! — Ну, ты меня понял. Я даже не знаю, как я оказалась на пустошах! И все эти люди и нелюди. Ты же понимаешь, что я никак не влияла на их решения⁈ И я не говорила: «Милый вождь, увезите же меня в свои владения! И владейте мной, владейте!» — пропищала я и заскакала по комнате, изображая больную обезьяну, а эта владетельная сволочь даже не повернулась. — Я вообще про его планы так и не узнала толком. Что там за тема с избранными… Вся эта чушь… И эта безумная вакханалия с глотателями огня. Честно, я только примерно поняла, что шаман там чего-то перешаманил! И то с твоих слов. А до этого я без сознания лежала, если ты не заметил.

Я бегала по холодному темному паркету спальни и махала руками, как сумасшедшая птица. Но владетель даже не повернулся, наверно он наблюдал за мной в отражении и хихикал тихонько. А когда я закончила свой эмоциональный спич и без сил рухнула на кровать, он повернулся и сказал только одно:

— Вот именно!

Я приподнялась на локтях и уставилась в его усталое, но совершенно не злое лицо. Честно, я ожидала другого и даже слегка растерялась.

— Я ничего не понимаю. — Я замотала головой. — Если ты знаешь, что здесь моей вины нет, то зачем я должна к тебе до свадьбы переезжать. Поверь, в гареме мне будет удобнее. И тебе под ногами мешаться не буду.

Я разогналась, придумывая все новые и новые причины.

— Хватит, — неожиданно рявкнул владетель, сбивая меня с мысли. — Проблема как раз в том, что желание у тебя только одно — сбежать из замка. И твоя еще пока спящая драконица пытается помочь. Другое дело, что из Ледяных пустошей не сбежать. Можешь считать их тюрьмой не только для плененных чудовищ, но и для всех существ, которые сюда попали. Из пустошей нет выхода. В этот раз тебе повезло. Твое превращение видела внучка вождя, и они тебя спасли. Но в другой раз может так не повезти. Пустоши, они разные. Есть очень страшные места. Надеюсь, их ты никогда не увидишь.

Нет выхода. Руки неожиданно ослабли, и я снова упала на кровать. Это же приговор. Нет! Нет! Я не хочу провести здесь жизнь! У меня столько планов. Я только решила, что хочу все поменять, путешествовать, жить для себя!

Я вскочила с кровати и понеслась к двери. В голове билась только одна мысль: бежать! Я должна сбежать отсюда хоть куда-нибудь. Не могу здесь оставаться!

Владетель схватил меня через два удара сердца. Панические мысли все еще метались в моей голове, а он уже сжал меня огромными ручищами. Я визжала и дрыгала ногами, кусалась, как бешенная. А владетель просто бросил меня на кровать, сбивая дыхание.

Я смотрела в его искаженное похотью лицо и отползала к спинке. Еще немного и я бегу! Но он схватил меня за ноги и дернул к себе. А потом накрыл тяжелым горячим телом.

Его твердые губы накрыли мои, безжалостно сминая. Никакой нежности. Это как клеймо, что я его. Слегка прикусил губу, лизнул. Его руки были везде: гладили, мяли мое тело через купальник. Что за мука⁈

— Ты моя, запомни это! Моя! — яростно прошептал он мне на ухо и слегка прикусил мочку.

Я не выдержала и застонала.

Глава 22

Неожиданно владетель прекратил меня гладить, прижался тяжелым лбом к моей груди. Секунда, и он плавным движением перекатился через меня и лег рядом.

— Всё будет. Но не сегодня, — глухим голосом сказал он и заложил руки за голову.

Я растерянно кусала губы, рассматривая светящийся потолок. Это было слишком для меня. Сначала этот дикарь насильно валит на кровать, потом равнодушно отворачивается. Да и себя я, кажется, не понимаю. Зачем он мне? Почему дурацкое тело ноет. Он яркий самец, и понятно, что любая была бы рада, прижми он ее к матрасу. Но я-то не такая!

— Владетель, — начала я решительно.

Но он перебил меня.

— Меня зовут Бастиан Анкердорм, — сказал твердо. — На людях зови меня владетель Анкердорм, когда мы вдвоём — Бастиан. Свое настоящее имя скажешь мне после свадебного обряда, а пока оставайся леди Ильвиной.

— Бастиан, — сказала я, как будто пробуя его имя на вкус. Это было так правильно, имя ему безусловно шло, — со мной так нельзя. Я не дворовая девка, чтобы валять меня по кустам, когда тебе заблагорассудится. Нужно спрашивать мое согласие.

Он повернулся и с ухмылкой посмотрел мне в лицо, а потом перевел взгляд на грудь:

— Ты так стонала, что я подумал, ты не против. Поверь, если бы мы прошли обряд, то меня никакие твои лживые отказы не остановили бы.

Он схватил мою руку и прижал к своему паху. Ничего себе! Размер солидный. Я почувствовала, как заливаюсь краской. Бастиан хмыкнул, отпустил руку и поднялся.

Пока я пыталась успокоиться, он подошел к камину и сел в кресло, откинувшись на спинку и вытянув ноги.

— Пойдем сюда. — Он стукнул по подлокотнику соседнего кресла. — Если продолжишь так соблазнительно лежать на кровати, я за себя не ручаюсь.

Я испуганно вскочила. Нет, продолжать это безумие было бы еще большим безумием. Я огляделась в поисках одежды. Мне подошла бы любая, только чтобы можно было прикрыть свой развратный купальник. Ничего такого. Я сдернула покрывало, закрутилась на манер греческой тоги и поплелась к камину. Разговоры по душам начинали мне надоедать. Вот опять меня ждет допрос с пристрастием.

— Знаешь, я ведь по-настоящему и не хотел о тебе ничего знать, — заговорил Бастиан, едва я умостилась на кресле. Оно оказалось мягким и удобным, не то, что у вождя хорготов. Я облегченно откинулась на спинку, ночные приключения и нервотрепка меня утомили. — Кто ты? Какая ты? К чему все это, если я уверен, что ты моя истинная⁈ К Лиходею я послал тебя, чтобы

Три раза ха! Ишь чего захотел⁈ Сказать ему правду или пусть потешится иллюзиями⁈ Но Бастиан похоже сам знал ответ, он вздохнул и щелкнул пальцами. Образовавшаяся искра упала в камин, и заготовленные дрова мгновенно вспыхнули. Я завороженно смотрела на пламя. Кажется, оно было не совсем обычным. Так, так, так! Я почти сунула руки в огонь.

— А почему оно так слабо греет? — спросила я удивленно.

Бастиан усмехнулся и осторожно отвел мою руку.

— Из-за обряда, который ты прошла, повысилась чувствительность. — Бастиан говорил тихо и размеренно. И печально. — Ты сроднилась на время с огнем и чувствуешь его суть. В пустошах мой внутренний огонь слишком ослаб. Даже пламени, которое я зажигаю магией, нужно разгореться, чтобы оно стало греть. Такая вот плата за честь пребывания здесь, — он горько хохотнул. — Но не волнуйся, скоро твоя восприимчивость снизиться, и через пару дней все вернется в норму.

Он нахмурился и замолчал. А я нетерпеливо закрутилась в кресле. Вопросы так и просились на язык, но я боялась, что такое расслабленное настроение у Бастиана быстро пройдет, если я начну его постоянно теребить с вопросами. Наконец, я решилась.

— Но ты устроил такой разнос этому самозваному шаману за то, что он его провел. Обряд этот. Я, правда, могла умереть?

Бастиан кивнул.

— Среди нашего народа существует такое поверье, что все драконы родились из огня. Он способен излечить самые страшные болезни. Раньше им лечили достаточно часто. Дракон в своём истинном обличии влетал в пламя, и там сгорало все чужое, наносное и опасное. Даже смертельные раны затягивались. Огонь даровал новое, более совершенное тело.

Я снова нетерпеливо подпрыгнула.

— Точно! Знаешь, у меня всегда было плохое зрение. Но я только сейчас заметила, что линзы я перед посадкой в самолет сняла, а вижу-то прекрасно. Это получается от обряда? Хотя… — Я вдруг поняла, что все хорошо видела с самого начала. Я беспомощно посмотрела на Бастиан.

Он покачал головой и резко ударил по подлокотникам. А потом повернулся ко мне искаженное ненавистью лицо и ожог злым взглядом.

— Когда я понял, что Вальдус проводил обряд единения с огнем, думал, что просто разорву его голыми руками. Чтобы выжить, нужно быть очень сильным драконом. Сейчас этот обряд почти не проводят, потому что огонь в наших жилах почти угас. Мой раненный прадед после военного похода нырял в вулкан, а безумный племянник сильно обгорел в обычном костре. Вальдусу повезло, что пламя в твоей крови сильно, и огонь принял тебя даже в человеческом обличии.

Бастиан с шумом выдохнул и разжал руки. Щепки с глухим стуком посыпались на пол. Это все, что осталось от подлокотников. Я поежилась. Да уж, повезло. А могла сейчас лежать обгоревшая у хорготов и мечтать о смерти.

— М-да, — я вздохнула, тему нужно менять. Бастиану нужно успокоиться, а то скажу что-нибудь невпопад, он мне кости и покрошит, как подлокотники.

Пока я судорожно перебирала в уме безопасные темы, отбрасывая одну за другой, Бастиан вдруг сказал:

— Я не смог найти твоих родителей. Твой отец, как и мать не рождались в нашем мире.

Глава 23

— Смелое утверждение, — я неуверенно хмыкнула. Почему-то я сразу поверила Бастиану, когда он сказал что мой отец дракон. И рассказ леди Меланьи так хорошо наложился на всю картину: отец-дракон бросил мою мать, которая была его истинной. Пазл сложился — все довольны. Я уже не хотела верить ни во что другое. — У вас есть какие-то базы данных новорожденных? Как ты сумел проверить их за полдня? Не может же в вашем мире родиться всего десять драконов, годящихся по возрасту мне в отцы.

Бастиан горько рассмеялся.

— Поверь, драконы живут очень долго и рождаются не так часто. Император знает всех, таков его дар и его ноша. Ни один из твоих родителей не был драконом Дилирии. Я показал ему твою кровь. Они не были рождены в нашем мире, как и ты. И снова тот же вопрос: кто или что ты такое?

Я откинулась на спинку кресла и задумалась. Вечный вопрос. Кто я? Зачем родилась? Одна философия и никакой конкретики. Хотя…

— Не знаю. Ты сказал, что я драконица, и я тебе поверила. Сама-то я считала себя человеком. — Я развернулась лицом к нему, закинула ноги на подлокотник и стала ими болтать. — В принципе, мы можем слетать в мой мир и спросить маму об отце. Тогда все сомнения отпадут. Вполне вероятно, она знает, где мой родитель обитает, и мы к нему наведаемся.

Я скрестила пальцы. Пусть он купится на это и отправит меня домой. Даже если Бастиан сам со мной отправиться тоже не страшно, уж дома-то я смогу сбежать от этого навязчивого типа! Там есть полиция, в конце концов.

А Бастиан как будто почуял что-то неладное и задумался. Сдерживая внутреннее нетерпение, я прекратила качать ногами и стала с любопытством рассматривать его лицо. Я никогда не видела егоа в профиль так близко. Ну что же: нос с горбинкой смотрелось очень аристократично, а полные губы сексуально.

Острые скулы, массивный подбородок и впалые щеке. Я не понимала, красив он или нет? Скорее нет. Только почему-то очень притягателен и сексуален. Я едва сдерживала желание провести пальцем по его лбу, разглаживая морщины, дальше по носу до губ. Провести по нижней… Внезапно Бастиан повернулся ко мне, и я отвела взгляд. Нет, я не смутилась, просто слегка покраснела. Жарко стало от огня.

— Заманчиво, но нет, — сказал он жестко. Я поняла голову и увидела искорки веселья в его глазах. Да он издевается над бедной мной! — Ты моя истинная. Мне для брака этого будет достаточно. Если мы увидим, как ты превращаешься в драконицу — это снимет вопрос с императором.

Я уныло кивнула. Упрямый дракон!

— Спорю, у тебя и план уже есть, как заставить меня превратиться? — мой голос сочился ехидством.

— Есть. — Бастиан устало потянулся и зевнул. — В общих чертах. Но мне нужно чуть больше информации о тебе, чтобы лучше понять твою драконицу.

Значит, он все еще лелеет мечту, что я драконица. Ну что же, постараемся его разочаровать.

— Знаешь, а не слишком ли я взрослая для драконицы? Наверняка, дети умеют превращаться или с самого рождения, или максимум с подросткового возраста.

Я постаралась нагнать в голос побольше скорби. Но на самом деле летать я не хотела. В детском саду помню, мечтала превратиться в птицу, но лето с бабушкой на даче лет в шесть напрочь выбило из меня это желание. В этом возрасте я стала бояться высоты. Даже на стремянку вставать мне было сложно, голова кружилась. Я и на самолетах почти не летала. Поездка в свадебное путешествие стала вторым моим полетом. И оба раза я накачивалась лекарствами до потери сознания. Единственное исключение — поездка на собачей упряжке вождя. Но тогда я была явно не в себе, так что это не считается.

— У каждого дракон вызревает во столько во сколько нужно. Но ты права, обычно лет в двенадцать даже обладатели слабых драконов могут превращаться. — Бастиан покачал головой, поднялся и стал вышагивать по комнате. Кажется, этот вопрос его тоже волновал. Даже не сомневаюсь, что он об этом долго думал.

Он дошел до окна задернул портьеры и вернулся к камину. Встал к своему креслу и оперся руками о спинку.

— Расскажи мне о себе. Начни с воспоминаний об отце, — голос Бастиана был таким холодным, от него ощутимо повеяло льдом.

Я поежилась и начала говорить:

— Родители расстались ещё до моего рождения, меня воспитывали мама и бабушка. Мама вообще ничего об отце не рассказывала, поэтому я о нем больше ничего не знаю. Ни кто он, ни куда делся. Просто большое белое пятно, а не отец.

— Ты видела когда-нибудь его? Хотя бы мельком?

Я покачала головой.

— У нас в доме даже фотографий, — я быстро глянула на Бастиана и пояснила: — изображений, портретов его не осталось. Не знаю кто, возможно, мама, возможно, бабушка, сожгли даже свадебные. Мать не хотела об этом вспоминать. Ну, а бабушка любила поливать отца грязью. Говорила, что он очень много пил алкоголя и дрался.

Бастиан хмыкнул и задумчиво потер подбородок, начинающий затягиваться щетиной.

— Это похоже на дракона, который потерял свою вторую сущность. В вашем мире слишком мало магии, сущие крохи. Дракон отца погиб, а он стал тосковать. Если это так, то просто чудо, что ты родилась. Твой отец, скорее всего уже погиб. Без дракона смысл жизни исчезает.

Я удивленно захлопала ресницами. Бастиан что, решил обелить отца? Это было необычно. За столько лет в моем сознании отец полностью превратился в пьяное чудовище и сейчас категорически не желал превращаться в несчастного человека без дракона. Хотя… Зная характер бабушки, даже если бы он был обычным парнем и просто жил с ней под одной крышей, не удивительно, что он стал пить и в конец озверел.

Я вздохнула. В груди неприятно защипало, как от пореза, я подняла руку к груди и прижала к области сердца. Я не любила отца, но мне просто было важно знать, что он где-то там и еще жив.

— Тебе еще что-то нужно знать? — спросила я тоже холодно. Мне стало больно, и я больше не хотела ничего вспоминать.

Но Бастиан оказался упрямым.

— Нужно. Расскажи о том, что считаешь важным.

Я криво усмехнулась. Важным? Я вела скучную унылую жизнь, серые будни разбавляли только редкие встречи с друзьями по выходным.

— Все стандартно. Родилась, училась в школе, потом в вузе. Как окончила, вышла на работу. Пару лет назад познакомилась с молодым человеком. Собиралась за него замуж. И кстати, если вдруг ты там ищешь себе девственницу для какого-нибудь ритуала, могу тебя сразу разочаровать: я не девственница.

— Девственница, — в голосе Бастиана было столько уверенности, что я даже немного засомневалась, потом пришла в себя и усмехнулась. Кажется, для свадебного обряда это было важно, вон как мой жених бешено раздувает ноздри.

Бастиан подошел ко мне со спины, поднял мою голову за волосы и провел ногтями по горлу. Я испуганно сглотнула, сердце заполошно стучало, в ушах шумело.

— Запомни, ты только моя! — Пальцы Бастиана сжались на горле. — Огонь стер с тебя все лишнее и чужое. Теперь на тебе остались лишь мои прикосновения.

Он опустил волосы и сжал ладонью грудь. Закрутил горошину соска.

Вместо ответа я испуганно всхлипнула. Бастиан медленно отпустил меня и прошел к своему креслу:

— Я узнал все, что хотел.

Я сглотнула комок слез и упрямо на него уставилась:

— Ты узнал, а вот я о тебе ничего не знаю.

Бастиан глянул на меня удивленно, а потом хмыкнул и приподнял брови.

— Я думал, леди Меланья тебя во все сплетни посвятила? — Он хлопнул по подлокотникам кресла и поднялся. — Ничего интересного в моей жизни нет. Я думаю, то, что тебе рассказали, будет вполне достаточно. — Он подошел ко мне и подал руку. Я нехотя протянула свою, и Бастиан помог подняться. — Дождемся утра, и я провожу тебя в гарем. Подучишь грамоту и манеры. Переедешь ко мне позже, пока я продумаю, как мы разбудим твою драконицу. — Я едва не взвизгнула от счастья, еле сдерживаясь, чтобы не кинуться ему на шею. — А пока пойдем, я покажу тебе одну удивительную вещь.

Глава 24

Ночью замок Бастиана выглядел просто сказочно. Лед светился, как будто внутри горели разноцветные фонарики. Мы шли по коридору с арочными окнами, а вокруг бушевало северное сияние. Голубая подсветка льда сменялась зеленоватой, розовой, сиреневой, вспыхивала красным и снова уходила в холодные тона.

— Красиво! — завороженно прошептала я, уставившись в очередное окно. — Ты позвал меня на это посмотреть?

Бастиан совсем немного замедлили шаг, но даже не подумал остановиться. И я поняла, что это сияние не то самое чудесное чудо, к которому он меня вел. Я догнала Бастиана, и мы пошли рядом.

Он старался не торопиться и подстроиться под мои шаги, но я все равно почти бежала. А коридор все длился и длился. Бесконечные арки окон, дурацкие переливы света. Мои силы кончались, а наше путешествие и не думало.

Я остановилась и уперла руки в колени, стараясь восстановить дыхание. Вот черт! Мех! Руки погрузились в теплые ворсинки шубы.

— Что… — Я растерянно оглядывала рукава, потеребила пуговицы. — Я… ничего не понимаю…

Бастиан оглядел меня и удовлетворенно хмыкнул.

— Я с самого начала подозревал, что твоя одежда с подвохом. Она так удобно исчезала и появлялась. Но сейчас, когда ты даже не заметила, что она появилась, все встало на свои места.

Я, как сварливая жена, уперла руки в боки и с недовольством

— А я вот ничего не поняла! Почему ты мне сразу не сказал, что она на мне? — Я слышала визгливые интонации в своем голосе, видела наливающееся злостью лицо Бастиана, но ничего не могла с собой поделать. Меня несло, как судака по Енисею. Кажется, к скорой катастрофе. — Если бы ты…

Я выставила вперед палец, тыкая в направлении Бастина, но он рывком отвел его и коротко бросил:

— Женщина, замолчи.

Его голос был холоднее, чем температура воздуха над пустошами. По ногам пронесся морозный ветер со снегом, и ледяное стекло в арках затянуло непрозрачными узорами.

Но это не могло меня остановить, я уже завелась, поэтому продолжала делиться своим ценным мнением.

— Нет! Ты не прав. И не смей меня затыкать!

Если Бастиан собрался на мне жениться, то пусть сразу узнает, что я не белая и пушистая. Свое мнение при себе оставлять не буду. Если нужно скандалить, чтобы меня принимали в серьез, то я буду! Тем более что я это неплохо умею.

Но полноценной разборки не получилось. Бастиан рыкнул, снова как дикарь закинул меня на плечо и пошагал по коридору. Магия моих воплей и проклятий на него не подействовала.

И вдруг у меня возникло дежавю. Он же так тащил меня вчера утром к некроманту. Мы так же бежали по коридору, а потом вышли в холл с лестницей. Только теперь Бастиан достаточно быстро поднимался, перескакивая через несколько ступенек. Мы на пожар спешим?

Пара тройка пролетов и мы перешли на другую лестницу. Она была слишком узкой винтовой. Но не темной, цветовая вакханалия продолжилась. Бастиан переложил меня поудобнее и с новыми силами заспешил куда-то. Надеюсь, он не собрался сделать со мной что-то ужасное, хотя сердце неожиданно сжалось от плохих предчувствий.

Я заколотила его по спине.

— Поставь меня! Я сама пойду.

Неожиданно он согласился. Осторожно опустил меня на высокую скошенную ступеньку и придерживал за талию, пока я не пришла в себя.

— Передохни. Я понесу тебя на руках, иначе мы будем до обеда подниматься в башню, — совершенно спокойно и даже дружелюбно сказал Бастиан.

Я удивленно похлопала ресницами. Вот так тип. Их там что — двое в одном теле? Один так просто милашка, вот бы постоянно с ним общаться!

Я оперлась о тело Бастиана и не протестовала, когда он приобнял меня за талию, а потом шаловливая рука заскользила вверх.

— Ты решил заточить меня наверху, как сказочную принцессу? А потом что: прилетишь с рыцарями, и устроите битву за мою руку и сердце? Только знай, что я привередлива, сражение должно быть настоящим. До крови.

Я кровожадно усмехнулась и облизала губы, запрокидывая голову, чтобы заглянуть Бастиану в глаза. Он со смехом прижался к моим губам, звонко чмокнул и поднял меня на руки.

— Ты смотрела человеческие представления? — в его голосе звучали отголоски смеха, и я тоже улыбнулась. — Там дракон всегда такой мерзавец. Меня эти глупые истории в детстве ужасно бесили.

Я старалась не дышать, ожидая продолжения. Это был единственный раз, когда он сказал хоть что-то о себе.

— Ты жил среди людей? — спросила я осторожно, и Бастиан кивнул, продолжая подниматься.

— Провел детство в человеческом городе. И нянька у меня была из людей.

Пока болтали, Бастиан незаметно пробежал всю лестницу, и мы оказались перед плотной не просвечивающейся дверью. Он по-хозяйски дернул ее, и та ожидаемо бесшумно распахнулась.

Бастиан опустил меня на пол и милостиво предложил:

— Прошу.

В то же время он слегка подтолкнул меня в спину, и я сделала пару шагов вперед, натыкаясь на невидимую преграду. Несмотря на мои возмущения, Бастиан с каменным лицом продавил преграду моим телом, надавливая на спину. Невидимая пленка плавно обняла меня и опустила, сочтя безопасной. Думаю, обратно в замок без Бастина будет невозможно вернуться.

Он спокойно шагнул за мной, и мы оказались на просторной круглой площадке крыши. Как здесь было здорово! Широкие прозрачные ограждения не скрывали буйства красок. Мое чувство прекрасного просто пело. Я видела сияние, заливающее полнеба, громадину замка за спиной, а впереди бесконечное поле Ледяных пустошей.

Это и вправду было завораживающе. Бастиан потянул меня за руку, подводя ближе к невысокому широкому ограждению, похожему на прозрачную ледяную ступеньку.

— Я так тебе благодарна! — с настоящим восторгом проговорила я, едва сдерживая слезы.

Мне было приятно, что Бастиан такой романтик. Привел меня на крышу. Надеюсь, что где-то здесь мы и позавтракаем. Это было бы лучшим свиданием в моей жизни.

— Смотри, — Бастиан указывал на что-то вдалеке.

Я стала вытягивать шею в ту сторону, как этот подлец толкнул меня в спину.

Глава 25

С диким криком я летела вниз. Злость на Бастиана моментально прошла, остался только животный, неконтролируемый страх. Несмотря на все законы физики, земля удалялась все дальше и дальше. Я не знаю, как Бастиан это сделал, но пустошь, которая казалась с башни совсем близкой, теперь терялась в чернильной темноте неба. Я летела в бездну! Господи, помоги!

Голова кружилась, меня тошнило. Ветер хлестал в лицо, выбивая слезы. Ну же, ну же! Дракон, или кто ты там, который прячется в моем теле, появись! Я махала руками, пытаясь вызвать хоть какие-то рефлексы, чтобы выскочили эти дурацкие крылья. Появитесь, пожалуйста! Вы мне так нужны! Ну, пожалуйста! Но руки в крылья не превращались, а земля вдруг начала стремительно приближаться.

В голову пришла странная сумасшедшая идея: я расстегну пару пуговиц шубы и спланирую вниз, как белка-летяга. Но едва я с трудом вытолкнула пуговицы из петелек, как сраную шубу содрало с меня, и она исчезла где-то за спиной.

Все. Я умру. Эта мысль ударила, как молотком по голове. Я сжалась в полете, стараясь стать меньше. Смирилась. Сделать все равно ничего не успею.

Но внезапно меня сжали огромные когти. Рывок. Я плавно опускаюсь вниз. Когти Дамиана разжались метрах в двух-трех от земли, и я кубарем скатилась в сугроб.

Облегчение накатило как цунами. Сердце колотилось как шальное, адреналин и эндорфины зашкаливали. Это было круче оргазма. Намного круче. Я засмеялась, ощущая как сердце бьется в груди, и лицо обдувает слабый ласкающий ветер. Я жива! Я все еще есть!

Услышала раздраженное над ухом:

— Какого хрена ты не превратилась?

Я подняла голову и увидела обеспокоенное и весьма злое лицо Бастиана Анкердорма.

— Я тебя ненавижу. Никогда не выйду за тебя замуж, — сказала ему безапелляционно.

Он хмыкнул и присел рядом со мной в снег.

— А тебя

По руке побежали странные мурашки, достигли сердца и разлились приятным теплом. Похоже, меня сейчас или лечили, или диагностировали.

— Не боишься, что я тебя отравлю или чего похуже сделаю. Знаешь, женщина вполне может испортить жизнь мужчине, если очень захочет.

Бастиан опустил мою руку, поднял глаза к небу и ухмыльнулся:

— Знаю. У меня есть целый гарем. Вот где сидят барышни, которые знают толк в этом деле. Пошли, — весело проговорил он, поднялся и дернул меня вверх, — отведу тебя к ним. Пусть дадут еще пару уроков ненависти. К свадьбе ты должна быть во всеоружии.

Я вздохнула и стряхнула подтаявший снег с бедра. Холодно не было. Опять двадцать пять! Снова я в этих пустошах, и снова в купальнике. Пришла пора радоваться, что его с меня так просто не снять. А то щеголяла бы сейчас голым задом среди сугробов. Вот было бы смешно.

Едва я открыла рот, чтобы выдать Бастиану очередную остроту, как резкий порыв ветра принес едва слышное:

— Элеонора, помоги.

Голос был мужским и смутно знакомым. Я оглянулась. Не знаю, кого я там планировала увидеть, но ожидаемо, кроме Бастиана никого поблизости не было. Почему-то я чувствовала, что этот мужчина, которому требовалась помощь, где-то очень далеко.

Вдруг мне стало холодно. Еще один порыв ледяного ветра заставил меня сжаться и обнять себя за плечи.

— Слышал? — неуверенно проговорила я, вглядываясь в лицо Бастиана, и уже понимая, что не слышал.

— Что? — спросил он, хмурясь. — Тебе стало холодно?

Я смогла только кивнуть. Меня просто колотило, зубы отбивали чечетку, а ноги сводило судорогами от холода. Я растирала плечи, тщетно пытаясь согреться. Бастиан снял свою куртку, укутал меня и поднял на руки.

Он щелкнул пальцами, и как по команде дунул новый порыв ветра. Он принес с собой снежную круговерть, которая закрутилась вокруг нас так плотно, что все вокруг исчезло. Когда снег исчез, оказалось, что мы уже в замке.

— Круууто! — протянула я с издевкой. — Дяденька, а вы и вправду маг?

Я хлопала ресницами и с преданной глуповатой улыбкой смотрела на Бастиана. И его это неожиданно взбесило. Он резко разжал руки, я едва удержалась на ногах, слегка оперлась на него, но он сбросил мою руку и отошел.

— Вижу, тебе лучше, — хмуро сказал Бастиан. Опять он превращался в того типа, который мне не сильно нравился. Не люблю злых бук и самодуров. — Скажу тебе прямо. Я оставляю тебя в гареме до первого предупреждения. Если ты будешь нарушать дисциплину, устраивать там безобразия или не дай Боги посмеешь сбежать, ты сразу же переедешь в мою комнату и мою постель.

Серьезная угроза. Вот теперь я по-настоящему растерянно хлопала ресницами. Такой злости на свое невинное в принципе замечание я точно не ожидала. Вот он поступил со мной гораздо хуже, убить пытался, скинул с башни, а я ведь не строю из себя обиженку.

— Но мы же… — начала я.

Но Бастиан перебил.

— Я все сказал.

По ногам опять задул ветер со снегом, заставляя меня поджимать заледеневшие ноги. Да что это за мужик-то такой, чуть что сразу метель вызывает. Истеричка!

Бастиан быстро зашагал по коридору, и я молча поплелась следом. Потому что идти было теплее, чем оставаться на месте. Да и спорить было не о чем, думаю, начни я права качать, ничем хорошим это бы не кончилось.

Через пару метров мы вышли к знакомому мосту, который соединял основной замок и гаремную часть. В прошлый раз Бастиан нес меня по нему на руках, но в этот наверно не станет. Злой и смотрит волком. Но я оказалась не права, Бастиан молча взял меня на руки и перенес к гаремной части.

Пару десятков шагов и мы у знакомой двери. Бастиан открывает дверь, и на нас обрушивается настоящее цунами из женских визгов, всхлипов и яростных разборок.

— О, Боги! — взревела рядом леди Фарингой.

— Ты жива! — Леди Меланья подскочила и сжала меня в медвежьих объятьях.

А вот следующие слова Бастиана Анкердорма погрузили гарем в оглушающую тишину.

— Если леди Ильвина исчезнет из гарема в следующий раз, каждый из обитателей получит по десять плетей. Если она умрет, вы тоже все умрете.

Глава 26

Бастиан Анкердорм сказал свое веское слово, развернулся и покинул гарем. Леди Меланья растерянно отпустила меня и сделала шаг назад.

— Что ты умудрилась натворить, гадкая девчонка⁈ — взвизгнула леди Фарингой и влепила мне звонкую оплеуху.

Моя голова беспомощно мотнулась, где-то в шее подозрительно хрустнуло, а в тело вдруг хлынула такая ярость. Как она посмела! Я схватила руку женщины-кавалериста и сжала изо всех сил. И столько дурной силы было во мне в этот момент, что кости леди Фарингой даже заскрипели под моими пальцами.

— Больше никогда не смейте так делать, иначе сильно пожалеете.

Щека невыносимо болела, рука у леди Фарингой оказалась тяжелой, но испуг на лице этой женщины все компенсировал.

— Пойдем. — Ко мне, наконец, подошла леди Меланья и попыталась увести.

Но я ее мягко отстранила и развернулась к остальным обитателям гарема, которые уже начали отходить от увиденного и потихоньку обсуждали случившееся. Особо их поразил мой вход в гарем в купальнике. Ничего, пусть привыкают, я тут скоро начну сексуальную революцию. Ну, или свалю в закат. В любом случае, тем для разговоров дам на несколько лет вперед.

— Информация для всех, — уверенно начала я, — я вам не молчаливая забитая овечка. Если почувствую в свой адрес какую-то агрессию, неважно физическую, эмоциональную или магическую, вам не поздоровиться.

Обитательницы гарема не выглядели испуганными, скорее озадаченными. Они посматривали то на меня, то на леди Фарингой, баюкающую свою руку. Глав командирша гарема не давала пояснений, занятая своей травмой, а меня девушки пока не воспринимали всерьез.

— Мне кажется, ты слишком много о себе возомнила. Или ты так осмелела после общения с незаконнорождённой дочерью царя? Родились в одном хлеву? — Рыжеволосая стерва Лорелея появилась вполне ожидаемо.

Это был прекрасный момент, чтобы поставить меня на место. Она довольно улыбалась, явно готовила грандиозную пакость.

— Как ты смеешь⁈ — Леди Меланья сделала шаг вперед, пытаясь закрыть меня собой.

Спасибо, но не в этот раз! Я обошла свою дуэнью и встретилась глазами с Лорелеей, чувствуя пока еще слабое давление магии. Вот сволочь! Но хотя я этого от нее и ждала. Я представила себя в домике, с магией Лиходея этот прием сработал, надеюсь

— Да⁈ — я картинно округлила глаза. — Мне кажется, я вполне адекватно себя оцениваю. А вот вам, леди Лорелея, пора взять парочку уроков хорошего тона. Или как это правильно называется, когда человек занимает не то положение, которое заслуживает? А? Не подскажете? Рожденный свиньей не взлетит, как птица⁈ Любовница никогда не станет законной женой⁈ Что-то в этом роде. Я, правда, забыла, как дословно звучит пословица, но смысл вы поняли. Если родилась в семье захудалого графишки, то не воображай себя королевой бала.

Кто-то в толпе хихикнул. Давление магии нарастало, и лицо Лорелеи становилось все напряженней и злей. Она явно ожидала какого-то видимого эффекта, но я продолжала весело скалиться. Желание безопасности, как будто образовало вокруг меня невидимый пузырь. Он был гибким и подвижным, но я чувствовала, что его стенки способны выдержать удар соперницы.

— Ах ты, мерзкая развратная тварь! Подстилка! — неожиданно выкрикнула Лорелея и махнула рукой в мою сторону.

А вот дальше все происходило, как в замедленной съемке. Движением руки Лорелея послала в мою сторону несколько десятков крупных снежинок. Ее искаженное злостью лицо лоснилось от удовольствия. Я понимала, что попала, но не понимала насколько. Зря дразнила собаку, она сорвалась с поводка.

Между моим лицом и снежинками оставалось сантиметров двадцать, я уже видела, как блестят в искусственном свете их острые, как лезвия грани. Но тут на их пути встал ледяной щит. От удара снежинок он разлетелся, но сумел их сдержать: часть из них сломалась, часть сбилась с курса. Меня обдало фонтаном мелких ледяных осколков.

И время вновь убыстрилось. Рядом с моими ногами в каменный пол со звоном вонзились несколько снежинок. Ни хрена себе снежинки! Это же настоящее оружие! Вот только тут до меня дошла вся опасность, которой я сама себя подвергла. И меня затрясло. Лорелея могла меня запросто убить! А я самонадеянная дура! Я повернулась к бледной леди Меланьи и благодарно кивнула, от потрясения я даже говорить не могла.

— Вы видели! Покушение! — загудело со всех сторон. Лица девушек наконец-то стали испуганными.

Леди Меланья откашлялась и вдруг превратилась в настоящую королеву. Вот кому не нужно было никем притворяться. Безо всяких ухищрений в ней чувствовалась кровь царей. Лорелея так никогда не сможет, порода не та.

— Думаю, что все видели, как леди Лорелея покусилась на жизнь той, кого владетель приказал беречь? — вопрос леди Меланьи был риторическим, но девушки послушно зашумели. — Леди Фарингой, закуйте ее в наручники и вызовите владетеля Анкердорма.

Потрясенная леди Фарингой обреченно кивнула. Вся ее властность куда-то делась. Это была просто растерянная некрасивая женщина. Она щелкнула пальцами, и в ее руках появились цепи.

— Не смейте! — взвизгнула Лорелея и сделала шаг в сторону от леди Фарингой. — Не вам решать мою судьбу!

Она всплеснула руками, и вокруг нее взвился снежный вихрь. Ветер с силой закручивал снежинки, бросая их в лицо всем, кто стоял поблизости. Я закрылась ладонями, опасаясь, что этот вихрь мне глаза выцарапает.

А когда убрала руки, увидела, что Лорелея исчезла. Вместо нее на полу остался приличный сугроб снега.

Глава 27

Бастиан Анкердорм выругался и ускорил шаг. Кажется, он теряет контроль над происходящим в замке. Это может иметь катастрофические последствия для всех жителей мира. Придётся связаться с императором и рассказать, что в пустошах происходит нечто странное. И про демоницу-недемоницу Ильвину. Бастиан до боли сжал зубы. Все внутри протестовало против этого решения, но у него был долг перед империей, все кроме этого было не важно.

Дядя будет зол и огорчен. Когда Бастиан просил его посмотреть кровь Ильвины, он ни словом не обмолвился: ни кто она, ни зачем ему это нужно. А император, надеясь на его преданность, не потребовал объяснений. Но, похоже зря.

В душе бушевала настоящая буря из чувств. Давно позабытое ощущение, которое вернулось так внезапно, как будто он опять стал подростком. Бастиан просто не понимал, что с ним происходит. Неужели это из-за появления истинной? Хотя сейчас он даже не был уверен, что Ильвина его истинная, ведь метка рода так и не появилась. Она, конечно, родилась не в его мире, истинность могла проявляться по-другому, но…

Нет! Ничего не сходилось. Как Бастиан не крутил, логичного объяснения его поведению не было, оставалось надеяться на врожденное чувство, которое позволяет определять истинных. Ведь чувства не могли врать. Или могли? Хотя какие чувства⁈ Его поминутно кидало из крайности в крайность: от желания сжать ее в объятьях, до желания сломать тонкую цыплячью шейку.

А еще Бастиана пугало, что он всегда знал, где эта странная девчонка находится, и в каком она настроении и состоянии. Вот, например, в эту секунду он ощущал ее ярость. Почти так же остро, как если бы она была его собственная. Он улыбнулся. Ярость. От нее кровь бурлила в венах, заставляя помнить, что он все еще жив. Он остановился, смакуя это полузабытое чувство. Как освежает!

С тех пор как в пустошах погас его огонь, все вокруг посерело и потеряло смысл. Чувства и эмоции притупились, а какие-то просто исчезли. Ко всему Бастиан стал равнодушен, его ничего не трогало. Но он знал, что окружающих пугают бесчувственные болваны, поэтому вел себя так, как ожидали от грозного владетеля Ледяных пустошей. Не больше и не меньше. Злость, строгость, ярость — получайте и не жалуйтесь!

А сейчас Бастиан как будто ожил: все было по-настоящему! Почти. Он сердился, радовался, разочаровывался и испытывал желание. Бастиан уже успел позабыть, как это прекрасно и больно. Ильвина разморозила его, так же как пытается растопить его любимый замок.

Он ухмыльнулся и развернулся в сторону своих покоев. Он не пойдет к кристаллу связи с докладом императору. Разберется сам. Бастиану просто нужно больше информации: подключит свою и императорскую библиотеки. Тем более, скоро у него появится помощник. Он приказал Вальдусу вернуться в замок. Да, именно так Бастиан и сделает. Это его территория и его правила. Императору главное, чтобы запертые чудовища не вернулись в их мир. Они и не вернутся, Бастиан об этом позаботиться. Сам. А Ильвина: ему нравилось быть таким, какой он с этой самозванной леди. К демонам эту истинность! Пусть все идет своим чередом.

А потом его кольнуло чужим страхом. Что там у нее опять случилось⁈ Бастиан рванул в сторону гарема. Страх сменился обреченностью. Демоны, хоть бы успеть! Похоже, Ильвина влипла в очередные неприятности.

Вдруг вспомнилось, что он чувствовал, когда она сбежала из замка. Тогда он думал,

Бастиан замер от пришедшей в голову страшной мысли. Какой же он болван! Никакая это не истинность! Это же проклятье! Ненормальная тяга, одержимость — все это никак не могло быть проявлением истинности. И Лиходей! Этот предатель обо всем догадался, но почему-то предпочел покончить жизнь самоубийством. Из горла вырвался рык. Дракон тоже был зол, глупые игры людишек его раздражали.

Бастиан распахнул дверь в гарем. Первое, что он увидел — испуганные, виноватые лица девушек. Неожиданно сердце сжалось от страха. Он знал, что Ильвина жива, но когда нашел ее взглядом, его слегка отпустило.

— Вот! — она указывала на кучу снега в центре холла, которая быстро таяла. — Лорелея кинула в меня боевыми снежинками и унеслась в туман.

На щеке Ильвины красовался след от пощечины. Неужели Лорелея оказалась так сильна⁈ Бастиан повернулся к леди Фарингой за объяснениями, но та виновато опустила глаза. Демоны! Что за дура!

— Всем разойтись по своим комнатам, — злой приказ владетеля заставил девушек суетливо разбегаться из холла. Заметив, что Ильвина с леди Меланьей тоже пошли к себе, Бастиан недовольно сказал: — А вы двое останьтесь. — Леди Фарингой тоже встала посреди коридора, ожидая, что он попросит ее вернуться, но даже не делала попыток обернуться. Бастиан вздохнул: — Леди Фарингой через час жду в своем кабинете. Пока идите к себе, готовьтесь передать дела Вальдусу, он прибудет с минуты на минуту.

Да, это будет лучшим решением. Не зря он приказал этому недошаману вернуться в замок. В гареме Вальдус будет ему гораздо полезнее, чем в деревне хорготов.

— Владетель Анкердорм, — позвала Ильвина, и Бастиан нехотя к ней повернулся. Она держалась за ушибленную щеку и яростно сверкала глазами. Ему нравились ее эмоции. Столько искренности! — Если проблемы леди Фарингой как-то связаны со мной, то у меня нет к ней никаких претензий.

Бастиан ухмыльнулся и подошел к Ильвине, отвел ее руку, прикрывающую щеку и осторожно погладил тонкую кожу, где уже начал наливаться синяк.

— Проблемы леди Фарингой связаны исключительно с леди Фарингой. — Глаза Ильвины продолжали гореть праведным огнем, но Бастиан прижал палец к ее губам. — Не стоит. Вам следует озаботиться своими проблемами.

Она дерзко дернула головой.

— У меня нет проблем! Но я не понимаю, почему вас не волнует, что девушка, которая пыталась меня убить, сбежала? Почему вы ее не бросились искать, а принялись наводить порядки? Для вас это совсем не важно?

От визгливого голоса Ильвины вдруг разболелась голова. Бастиан схватил ее за длинные рыжие волосы и потянул назад, отчего голова запрокинулась, обнажая беззащитную цыплячью шейку.

— Из пустошей не сбежишь.

Глава 28

Не смотря на утверждение Бастиана Анкердорма, что из пустошей нельзя сбежать, Лорелея умудрилась это сделать, ну или спряталась так, что ее не могли найти. И он был от этого факта просто в ярости. Я слушала его громовой голос, видела, как искажается от злости его лицо, и трусила все сильнее.

Понять этого мужчину или логично объяснить его поступки мне было очень сложно. Может потому что он не мужчина, а дракон, или просто потому что он псих⁈ Вот, например, в гареме он сначала смотрел на меня обеспокоенно, даже с нежностью, а потом ни с того ни с чего рванул за волосы и заскрипел зубами, как маньяк. Очень похоже на раздвоение личности. Жутковато, что моя жизнь нынче полностью зависит от этого типа. Что мне делать дальше, я не знала.

— Почему притихли и не учите алфавит? — рыкнул Бастиан и кинул в стол очередной опустошенный поисковый артефакт.

Только что от него вышел бледный подчиненный, на которого он орал так, что ледяные стекла в окнах тряслись. Время шло, а Лорелея не находилась.

Бастиан бросил на нас с леди Меланьей грозный взгляд и кашлянул, поторапливая с ответом. Я невесело хохотнула и захлопнула детскую книжку, по которой леди Меланья учила меня читать.

— Может потому, что ты постоянно вызываешь в кабинет своих командиров и орешь, что они придурки? — со злостью спросила я, а потом попыталась сделать умильное личико и ласково попросила: — А давай мы уйдем в гарем и спокойно поучимся грамоте в моей комнате или посидим в гостиной леди Меланьи? Зачем мы тебе здесь? Ведь только от дела отвлекаем.

Бастиан нахмурился и встал. Я напряглась, не зная, чего от него ждать.

— Нет, — рыкнул он.

В несколько шагов Бастиан подошел к низкому столику возле входа, за которым мы ютились с леди Меланьей, и с брезгливостью поднял мою книжку.

Я откинулась на спинку диванчика в ожидании зрелищ. Все равно читать нам сегодня было не суждено, хоть развлекусь спором. У господина владетеля разыгралась паранойя. Он, вероятно, думал, что меня украдут, если он на секунду отведет от меня взгляд.

— Владетель, давайте мы на самом деле не будем вам мешать заниматься делами — любезно предложила леди Меланья. — Если вы не хотите, чтобы мы вернулись в гарем, мы можем пройти в любые другие покои поблизости.

— Ненавидел эти сказки в детстве. — Бастиан с отвращением кинул книжку обратно на стол.

Она шлепнулась на корешок и раскрылась где-то на середине. Я с любопытством глянула на открывшуюся иллюстрацию и с отвращением закрыла книжку. Не желаю смотреть, как огромный зеленый урод очень натуралистично ест человека.

Пока я переживала увиденное, Бастиан дошел до своего стола, выдвинул верхний ящик и достал толстенькую зеленую книгу с потрепанной, затертой обложкой. Он дошел до нас и кинул леди Меланьи новую книгу на колени.

— Но владетель! — возмущенно протянула она, едва ее открыв. — Леди Ильвине еще рано читать такие сложные книги. Это же «География миров»!

«География миров»! Я сделала стойку. Если это то, что я подумала, то эта книга определенно лучше, чем страшные сказки, выбранные леди Меланьей. Да кому я вру! Все, что угодно лучше, чем эти дурацкие сказки! Я выхватила географию из рук леди Меланьи и еле успела удержать выпавшую вкладку с подробнейшей картой незнакомого региона.

— Ой, а они увеличиваются, когда я начинаю приглядываться! — с восторгом завопила я и подняла голову.

Бастиан довольно улыбался, а леди Меланья назидательно и даже с превосходством сказала:

— Конечно! Это же магические карты!

Эх, знала бы это избалованная магичка, что не во всех мирах такое в порядке вещей.

— Спасибо, Бас… владетель Анкердорм! Я определенно буду читать эту книгу.

Я прижала географию к груди. Пусть только попробуют отобрать. Леди Меланья попыталась возражать, но

— Как хочешь, — наконец недовольно сказала леди Меланья, — можешь на ней учиться. Только там столько незнакомых терминов. Проще было бы начать со сказок.

Но мне было не проще, поэтому я упрямо промолчала.

Едва я с горем пополам прочитала первое предложение и стала переписывать на выданные мне голубоватые листы бумаги слова и их значения, как в кабинет опять постучали.

— Входите, — рявкнул Бастиан и в комнату промаршировал очередной здоровяк с виноватым лицом.

Я вздохнула и приготовилась к ору. Но неожиданно здоровяк окинул нас с леди Меланьей недовольным взглядом и обратился к Бастиану.

— Владетель, с вами хочет поговорить император.

Бастиан царственно кивнул, здоровяк развернулся и был таков.

— Так, — Бастиан уставился на нас с леди Меланьей, — урок на сегодня отменяется. Леди Меланья, вас проводят в гарем. А ты, дорогая, — он с такой издевкой произнес слово «дорогая», что я скривилась, — останешься здесь. И не дури, за дверью дежурит стража.

Он протянул леди Меланьи руку, та глянула на меня с сожалением и поднялась, опираясь на Бастиана. Но он разыгрывал любезного джентльмена ровно до того момента, пока не увидел мои каракули. Его лицо тут же окаменело, он опустил руку леди Меланьи и ледяным голосом сказал:

— Леди Меланья, я вас не задерживаю. За дверью вас ждет сопровождающий. Советую не дурить. — Едва за ней закрылась дверь, как Бастиан схватил верхний листок, где я своим корявым почерком накарябала пару фраз, и с ненавистью меня спросил: — Что это такое?

Я была в растерянности и не чувствовала за собой никакой вины. Что это за очередной заскок? Да я не умею читать и писать на его языке, но на русском я вполне способна это сделать.

— А что такое? Это просто перевод первого предложения на знакомый мне язык.

Списывала закорючки с книги я неумело, но написанное русскими буквами звучание и перевод слов были вполне читаемы.

Ничего пояснять мне Бастиан не стал. Он просто сбежал из кабинета с моим листочком, а напоследок кинул:

— Не смей выходить. Я отдам приказ страже задержать тебя любой ценой.

Я удивленно подняла брови. Ну и дела! Что там такого страшного-то я написала?

Через пятнадцать минут в кабинете Бастиана мне стало скучно. Книгу по географии я пролистала на пять раз, карты на незнакомом языке было рассматривать скучно. Открыла сказки, но вывернутый наружу кишечник на первой же случайной картинке меня окончательно от нее отвратил. Ничего себе детские сказки! Читай я такое в детстве, может и похуже маньяком была бы, чем Бастиан. Хотя он сказал, что в детстве ее не любил.

Я походила по кабинету со скуки пялясь на темные деревянные панели на стенах. Все интересное было надежно заперто. Я подергала ручки шкафов, которые стояли вдоль дальней стены — без толку. Ящики стола тоже не поддались.

Со вздохом вернулась на диванчик у входа. Дерзкое ограбление не удалось. Я взяла одну из подушек, которые мы с леди Меланьей подкладывали под спину, и положила ее под голову. Вздремну, глядишь, и время быстрее пройдет. Тем более на меня начала накатывать сонливость. Вот и не буду ей сопротивляться.

Я вытянула руки и ноги, закрыла глаза и вдруг, как в воду, упала в сон. Темно, страшно и холодно. Я попыталась кричать и звать на помощь, но изо рта не вырывалось ни звука.

— Элеонора, помоги! — позвал меня все тот же мужской голос. И он был определенно ближе, чем в прошлый раз.

Глава 29

Бастиан Анкердорм владетель Ледяных пустошей оказался никаким не владетелем, хотя все права на эту богами забытую землю ему были переданы лично императором, и вся имеющаяся магия должна была ему подчиняться. Но она не подчинялась. Вернее подчинялась, но не вся. Случился какой-то сбой, и крохотная часть пустошей стала автономной, скрывая леди Лорелею от его внимания. И эту часть нужно было в кратчайшие сроки найти, а беглянку вернуть в гарем. Но перед этим хорошенечко допросить и ту, и другую.

Бастиан постучал пальцами по столешнице и вперил взгляд в вытянувшего в струнку капитана, который блеял что-то невразумительное перед его столом. Гвардейцы опять вернулись ни с чем и искали оправдания. И Бастиан не стал сдерживать ни пробудившиеся эмоции, ни злость и оттянул капитала по полной. Как же его раздражал этот болван! Он на полном серьезе уверял его, что леди Лорелеи в пустошах нет. Из его тупых объяснений выходило, что она уже в империи, и искать ее во льдах, морозя личный состав, было бессмысленно.

Но беглянка точно была здесь. Капитан, как и все здесь, был из новеньких, прибыл на службу в пустоши одновременно с ним и еще питал какие-то иллюзии. Но Бастиан знал точно — вход в пустоши был односторонним, на выход он не работал. Никогда. Он так был задуман, чтобы никто не смог сбежать: ни заключенные, ни охрана, ни доноры магии.

Прежний владетель сошел с ума и пытался выбраться из пустошей. Он использовал весь накопленный за сотни лет резерв, даже не пожалел свой замок. А еще владетель принес в жертву всех живых в своем замке, собирая все капельки магии. Спаслись только хорготы, они спрятались где-то в пустошах. Бастиан подозревал, что все владетели так и заканчивали свой земной путь, похоже, и он когда-нибудь так же свихнется.

Хорготы! Они отлично подходили на роль сообщников. Слишком чисто все прошло у этой леди Лорелеи. В конце концов, особо умной она не была, да и магии у нее не было, значит, ей определенно кто-то помогал. А еще Бастиан хотел спросить вождя Ангуни, где хорготы прятались от гнева владетелей в прошлые разы. Любопытно было бы узнать.

Он отпустил капитана, и тот с облегчением сбежал, выслушав напоследок какой он дурак. Бастиан опустил накопитель в ящик стола, зарядит его позже, и посмотрел на свою истинную или демоницу. Он уже запутался, кто она ему. Но главным было то, что к этой женщине его тянуло. Как к пламени. Бастиан улыбнулся, рассматривая ее огненные кудряшки.

А потом улыбка увяла. В голову вдруг пришла мысль, что вся это возня с истинной просто побег от тяжелых мыслей о безрадостном будущем. Хотя какое будущее: они останутся в пустошах навечно, бежать некуда. И детей у них не будет. Но может быть будет несколько лет счастья. Это уже не мало. К черту все сомнения! Пусть Ильвина будет кем угодно, свое он возьмет.

Бастиан поднялся и

И все было прекрасно, пока он не увидел листок, на котором Ильвина делала пометки. Это были не просто каракули. Это был язык древних. На нем были написаны самые гениальные и самые страшные заклинания их мира. Его невеста точно не была случайным человеком в пустошах. Кто-то ее определенно сюда отправил. Рука сжалась, сминая листик. Да что ж ему так с бабами не везет-то⁈ Бастиан с трудом взял себя в руки. Но внутренне решился поговорить с Ильвиной на чистоту. Будь что будет! Возможно, если он ей скажет все как есть, она сможет ему довериться. Решено. Он отчитается перед императором, а потом займется своей демоницей.

Бастиан вышел из кабинета и увидел, что леди Меланья не ушла. Она поджидала его, в волнении расхаживая по коридору перед дверью.

— Владетель, умоляю вас, не наказывайте леди Ильвину! Она не виновата, что так произошло с леди Лорелеей. Та сама спровоцировала драку, и первая использовала магию. Я понимаю, что Лорелея ваша любовница. Но леди Ильвина же будущая жена! Так, что…

Леди Меланья тараторила, но из всего бреда Бастиан умудрился выцепить важное.

— Стоп! — оборвал он ее нескончаемый словесный водопад. — С чего ты решила, что у леди Лорелеи была магия?

Глава 30

Бастиан шел к залу переговоров, зло печатая шаг. Какой же он дурак! Не заметил, предателей под самым носом. Леди Лорелея спокойно пользовалась магией, неизвестно от кого полученной, а леди Фарингой ее покрывала. Бастиан сжал зубы до скрипа и ускорил шаг. Скоро встреча с императором, ему необходимо было успокоиться и привести мысли в порядок, но как это сделать, если внутри все кипит!

Бастиан подошёл к залу переговоров взмахом руки отогнал дежуривших на входе гвардейцев, а потом несколько раз со всей силы ударил в стену рядом с дверью. Рассаженные костяшки противно заныли, он отправил к рукам лечебную магию и выдохнул. Все хватит, злостью ничего не решишь! Вот поговорит он с императором, тогда на холодную голову и устроит чистки рядов. Бастиан зло усмехнулся и распахнул дверь.

Зал переговоров только назывался так гордо «зал», намекая на свой объем. На самом деле это была не очень большая, но очень защищенная и от магии, и от физического влияния комната, в центре которой стоял кристалл высотой в два человеческих роста. Каждая его грань тихонько мигала голубым. Рядом с кристаллом постоянно дежурил штатный маг. Вот и сейчас невысокий лысый толстячок сидел за столом и, не отрываясь, смотрел на него, отслеживая колебания магического поля.

— Ну что, император уже на месте? — спросил Бастиан, зайдя в комнату.

Толстячок встрепенулся и выскочил из-за стола.

— Сейчас уточню! — он прижал обе ладони к ближайшей грани и закрыл глаза.

Кристалл тут же порозовел и прекратил мигать. В комнате воцарилась тишина. В это время такой же дежурный маг прижимал ладони к своему кристаллу в императорском дворце. Маги побеседовали и толстячок, выслушав ответ, убрал руки и развернулся к Бастиану.

— Нет, но он скоро будет. Заседание Совета закончилось, и император в пути.

Бастиан кивнул и сел в кресло, которое притулилось у входа. В голове был такой сумбур. Он не знал все ли рассказывать императору или некоторые моменты утаить до их разрешения. Бастиану нужно было пространство для маневра. Ведь если император узнает о чем-то заранее, он может что-то приказать, запретить, а вот если промолчать и сделать по-своему, то императору придется смириться и принять это как свершившийся факт.

Внутри Бастиана боролось чувство долга, с каким-то другим, незнакомым чувством. Он не мог его понять, но кажется, оно вело его в бездну предательства. Бастиан устало потёр лицо и прикрыл глаза. Император далеко и ему плевать на их жизни, главное, чтобы тюрьма функционировала. Нет, он не будет ничего скрывать от него. Скажет все как есть. Но оставит за собой право поступать по-своему, так как Бастиан видит правильным. А если дяде не понравятся его действия, пусть присылает ему на замену нового владетеля, а Бастиан удалится к хорготам, как Вальдос.

Он усмехнулся. Хотя для бедных варваров два шаманов, это наверно чересчур. Тогда придется заняться чем-нибудь другим, например, Бастиан может затеять смену власти у хорготов. Да, следует хотя бы себе сознаться: стремление командовать у него врожденное, и он не сможет жить под пятой вождя. Бастиан в Ледяных пустошах царь и бог. И ему это определенно нравится, и он не хочет ничего менять.

— Император здесь.

Голос мага заставил Бастиана открыть глаза. Поверхность кристалла мигала часто, но когда он приблизился, она вдруг пошла рябью и сначала превратилась в зеркало, а потом в стекло, за которым появился усталый мужчина лет пятидесяти в красной мантии. Аккуратная бородка скрывала безвольный округлый подбородок, намекая на мягкий характер, но глупцы, верящие в это, были давным-давно мертвы.

— Рад видеть вас, ваше императорское величество! — Бастиан поклонился и сердечно улыбнулся. Он ценил и уважал дядю, не смотря ни на что.

Император отзеркалил улыбку и сложил руки на груди.

— И я рад видеть тебя, Бастиан! Мне бы хотелось поговорить с тобой о весьма конфиденциальных вещах. Прошу тебя удалить лишних людей от кристалла.

Бастиан кивнул, повернулся к магу и махнул головой в сторону двери. Тот послушно юркнул за дверь. Эта ситуация была стандартной, чаще всего информация, которой они обменивались не предназначалась для чужих ушей.

— Бастиан, границы нашего мира катастрофически истончаются. Особенно там, где они граничат с пустошами, — без предисловий огорошил его император. — Мне сегодня сообщили, что в течении максимум пары дней подпространство, в котором мы держали чудовищ, схлопнется, и они выйдут сначала к вам, а потом свободно перейдут к нам.

Бастиан едва удержался на ногах. Новость действительно была как удар кувалдой по голове. Он сглотнул, пытаясь смочить пересохший рот.

— Дядя, ты уверен? — хрипло спросил он. — У нас, конечно, тут не спокойно, но такие колебания магического фона я бы точно заметил.

— Абсолютно! — коротко бросил император. — А что там у вас происходит?

Что-то скрывать от императора Бастиан не хотел и не стал.

— Я не сказал тебе, но кровь, которую я передавал для установления родителей, не принадлежала никому из гарема. Эта девушка провалилась в пустоши из безмагического мира.

Император нахмурился.

— Что? Как это произошло?

— Она просто очнулась на снегу в сердце пустоши. И тут у нас началась настоящая неразбериха. Лиходей попытался её отравить, а потом леди Лорелея убить ледяной магией.

Лицо императора разгладилось, и он хохотнул:

— Когда ты собрался брать с собой в пустоши Лиходея, я тебя сразу отговаривал. Он конечно гениальный маг-ученый, но он псих, который делает только то, что ему выгодно и удобно. А еще он любит убивать людей. Лучше бы я его казнил. — В ответ на слова императора Бастиан кивнул. Все было так, но повторись ситуация снова, он все равно взял бы Лиходея с собой. Если бы не последнее, то он очень помогал Бастиану. А император между тем продолжал: — А леди Лорелея это случайно не та особа, которая мутила воду в гареме, чтобы попасть к тебе в постель?

Бастиан расхохотался.

— Дядя ты меня уделал!

Император довольно улыбнулся.

— Вот видишь, потеря не велика. Казни их и дело с концом. Хотя думаю, что ты уже так и сделал.

Бастиан прекратил смеяться и покачал головой:

— Я бы с радостью, но леди Лорелея сбежала и прячется где-то в пустошах. А я не могу найти ее своей магией. Представляешь?

Император посмурнел.

— Ты смеёшься⁈ Твоей магии подчиняется там абсолютно все, ты — владетель! Если хочешь, могу выслать тебе еще солдат, чтобы навести порядок.

Бастиан покачал головой.

— Спасибо за предложение, но нет. Им будет нечем здесь заниматься, и они начнут плести интриги. Мне вполне хватает тех двадцати болванов, которые слоняются здесь по коридорам. — Он вздохнул и продолжил: — А если заточенные восстанут, то они сметут хоть двадцать, хоть двести воинов. Ты сможешь ими более грамотно распорядиться. Заткнешь нами амбразуру, и у тебя будет время подготовиться к удару. Да, кстати, я примерно знаю, где леди Лорелея скрывается. Думаю, уже сегодня выкурю ее из норки. Заодно посмотрю, как там заключенные.

Император облегчённо кивнул, ввязываться в эту историю и посылать войска в заранее обреченный форпост он не хотел. Они действительно были ему нужны в империи. Похоже, скоро там настанут непростые времена.

Они с императором сухо попрощались, и Бастиан вышел из зала переговоров. Толстяк терпеливо ждал его рядом со входом. Бастиан кивнул, и тот поспешил вернуться на рабочее место.

Куда же идти? Бастиан ненадолго задумался. Можно было вернуться к Ильвине, но тогда он не удержится и потащит её в спальню. А у него ещё запланировано слишком много дел. Пусть посидит, подумает над своим поведением. Бастиан вздохнул и развернулся в сторону гарема. По пути он зайдет в старые покои за Вальдусом. Нужно было разобраться с леди Фарингой, не хватало, чтобы и она сбежала.

Бастиан подошел к покоям Вальдуса, стукнул пару раз в дверь и нажал на ручку. Но дверь не открылась.

— Вальдус, выходи! Мне некогда играть с тобой в прятки, — рыкнул Бастиан.

Взъерошенный, с мокрыми волосами Вальдус вышел минуты через две, когда Бастиан уже собрался ломать дверь.

— Блага цивилизации — это вещь! Ванна так расслабляет, я даже слегка придремал, — весело проговорил он и натужно рассмеялся.

— Ну да, — с закипающей яростью ответил Бастиан, рассматривая грязь на ступнях Вальдуса.

Глава 31

Сдерживаемые эмоции вдруг прорвались, сорвав платину самообладания. К демонам все! Совсем скоро заточенные во льдах монстры сотрут их с лица земли, а Бастиан не знает, кому можно довериться в этом чертовом замке.

Он сделал шаг и схватил Вальдуса за шею. Прошел в комнату, удерживая бывшего друга, сучащего в воздухе ногами, и аккуратно закрыл дверь. Вальдус хрипел и скреб пальцами по его рукам, но Бастиан не мог унять злость и сжимал сильнее. Потом увидел, как тот синеет, и с брезгливостью разжал руку.

Вальдус неловко упал на пол, полотенце, которым он обматывал талию, упало. Стало понятно, что тот точно врал о том, что принимал водные процедуры. На нем было белье.

Но чтобы совсем убедиться, Бастиан прошел вглубь покоев и открыл дверь в ванную комнату. Пусто и холодно. Ванна пуста, пара нет.

— Когда-то ты был моим другом. Поэтому даю шанс сказать правду.

Вальдус упрямо поджал губы и поднялся.

— Нужна ли тебе моя правда, друг? — Он выгнул бровь и горько улыбнулся. — Эти пустоши настолько тебя заморозили, что я даже не уверен, что знаю тебя. Кто ты? Мой друг Бастиан всегда разбирался, прежде чем рубить головы, умел слушать и слышать людей, а еще он никогда никого не душил. — Вальдус театрально потер шею, где виднелись красные полосы от пальцев Бастиана, и продолжил: — А вот ты владетель совсем другой, поэтому я не смог жить рядом с тобой в замке. Слишком сильно скучал по своему другу.

Бастиан расхохотался. Сколько пафоса!

— А я думал, что ты сбежал к хорготам, когда я поймал тебя в гареме на дочери какого-то графеныша. Ты так боялся, что я заставлю тебя жениться, что сбежал ночью, не прощаясь.

Вальдус немного смутился, но почти моментально взял себя в руки и задрал подбородок.

— Можешь думать, что хочешь, — пафосно проговорил он и ногой откинул полотенце в сторону. — Что бы я сейчас тебе не сказал, ты все равно не поверишь, станешь меня душить и третировать, поэтому я не вижу смысла тратить время. Можешь сразу отправить меня в карцер.

Бастиан прищурился. Интуиция вопила, что дело не чисто. Зачем он так рвется в нижние ярусы?

— Ни к чему тратить на тебя ресурс. Я предателей не терплю, просто казню тебя здесь и все, — жестко сказал Бастиан, наблюдая, как бледнеет Вальдус.

Он сник и устало опустился на кровать.

— Да, казни! К демонам всю эту беготню! Как меня все достало! — Вальдус взъерошил волосы и упал спиной на кровать. — Я устал, так устал от этих постоянных голосов в голове.

Бастиан подошел к кровати и сел рядом с лежащим Вальдусом.

— Рассказывай, — потребовал он. — Я попробую разобраться, если нас раньше не прибьют.

Вальдус завозился, приподнялся на локте и уставился на него.

— Я хотел рассказать тебе об этом давным-давно, но подходил, видел твое равнодушное лицо и уходил. Знал, что ты не поверишь, — он горько усмехнулся. — Ты думал, что император только тебя наказал, а как же я? Меня отправили к тебе на помощь, даже не спросив, хотел ли я этого. Я тоже не мечтал закончить жизнь в пустошах! — Вальдус снова упал на кровать и закрыл лицо руками. — Я собирался жениться, отец выделил мне часть владений

— Ты постоянно ныл и повторял одно и то же, — Бастиан тоже прилег на кровать, вытягивая ноги. Сейчас бы снять сапоги и подремать хоть час, бессонная ночь вымотала его окончательно, но, кажется, счет их жизней шел на часы. Еще успеет отдохнуть в посмертии.

— Вот и я про тоже. Зачем тебе мои слова, ты уже все решил? — обиженно пробормотал Вальдус.

— Хватит кокетничать! — наконец, рыкнул Бастиан. — Или говори, или пошел вон к своим хорготам! Время на реверансы кончилось.

— С первых часов пребывания здесь я стал слышать голос, который сказал, что он бог. — Вальдус обиженно повернул голову и уставился на Бастиана, сотрясающегося от хохота. — Прекрати ржать! Он говорил дельные вещи. И потом, когда я поговорил с вождем Ангуни, он тоже сказал, что иногда слышит его. В самые сложные периоды. Именно голос бога сказал им спрятаться в горе Спящего дракона. Именно поэтому они и выжили, когда прежний владетель сошел с ума.

Бастиан резко перестал смеяться и поднялся с кровати.

— А ноги почему были грязные?

Вальдус вздохнул.

— Бог открыл мне путь туда, где требовалась моя помощь, но я не смог дойти. Путь прервался, и меня выкинуло в покои. Тогда он сказал, что сможет открыть путь из скалы.

Бастиан покачал головой. Ну что за дурак! А этого бога пора вывести на чистую воду. Бастиану не нравилось, что кто-то шарится в головах его людей. Если Вальдус поверил, что бог открыл ему тайный путь и даже шел по нему, то неизвестный менталист сильный и опытный. Достойный противник, Бастиан не любил слабаков, даже среди врагов.

— Он приказал тебе помочь леди Лорелеи? — спросил он, мысленно планируя поход к Спящему дракону. Почему-то Бастиан был уверен, что менталист обитает именно там.

— Нет. Леди Ильвине, — внезапно огорошил Вальдус.

Бастиан рывком поднялся. А вот его женщину божок тронул зря.

— Так, — он грозно глянул на Вальдуса, — прекращай жалеть себя и вспомни, что ты бравый вояка, а не обдолбанный шаман. Приводи себя в порядок и принимай дела в гареме.

Вальдус сел и выпучил глаза:

— А как же твой любимый главнокомандующий в юбке? Леди Фарингой добровольно согласится передать мне власть?

— Согласится. Она лишилась моего доверия. — Бастиан взялся за ручку двери и глянул на Вальдуса, который поспешно одевался. — Я заберу леди Ильвину и тоже приду в гарем. Нужно будет поискать кое-какую информацию в библиотеке.

Вальдус рассеянно кивнул, натягивая измазанные в глине сапоги, и успокоенный Бастиан поспешил в кабинет. Суетиться и бежать в пещеры Спящего дракона, пока было бессмысленно. Там такие лабиринты. Если Лорелея или неизвестный менталист захотят спрятаться, то найти их будет практически невозможно. И ловушку там устроить проще простого.

Лучше они прошерстят информацию, которая есть в местной библиотеке по пустошам. Там хранились дневники и записи всех владетелей, которые правили пустошами до него. У Бастиана все не хватало времени почитать их. Вот теперь этим и займется. Возможно, что и карту пещер найдут, и личность менталиста проясниться. Он, похоже, появился с предыдущим владетелем, возможно один из его приближенных, который еще оставался в уме. Среди драконов не так много сильных менталистов, они его быстро найдут. А еще у Бастиана как раз появится время, чтобы расспросить Ильвину о ее мире и письменности, которую она использует.

Он быстрым шагом вошел в кабинет, осмотрелся и понял, что Ильвины здесь нет. Демоны! Придется придушить Вальдуса, пока он отвлекал Бастиана, ее и украли. Он сжал кулаки и несколько раз с силой опустил кулак на столешницу стола. Боль немного отрезвила. Не мог Вальдус ее утащить, времени бы не хватило. Хотя… Пришедшая мысль заставила его заскрипеть зубами. Вот сволочь!

Глава 32

Я открыла глаза и поняла, что я не в кабинете Бастиана Анкендорма, и, кажется, не в его замке. Темно было как… В общем, очень сильно темно, а еще было сыро и промозгло. Отвратительно пахло влажной землей и гниющей травой. Я сморщилась, с детства ненавижу этот запах, он напоминает мне о бренности существования.

Где-то в отдалении капала вода. Кап-кап. Звук эхом отдавался в большом помещении. Получается, я либо в подвалах замка, либо где-то ещё. Хотелось бы надеяться, что меня перекинуло в родной мир, но я снова была в шубе, поэтому я опять где-то в пустошах.

Я вздохнула и сжала отвратительно прекрасный мех. Мне кажется, что и в момент покупки он не был таким густым и шелковистым. Эх, шубка моя, шубка! Хорошо, что каждый раз она как новая. Вот и рукава не оторваны, даже пуговицы все на месте. Всегда бы так: оттаскала шубу сезон, а на следующий — она опять как из магазина.

Странно, почему меня опять выкинуло в пустоши? Я так и не поняла закономерности. Вроде чудить не собиралась, лежала себе спокойненько на диванчике. Кстати, и в прошлые разы, тоже ничего не предвещало беды.

В голову полезли дурные мысли, о том, что происходит. Какая-то враждебная сила притянула меня в эти места, она же тянет обратно снова и снова. Может, нам встретиться и поговорить? Пусть кажет, что от меня требуется, если смогу, то помогу. Только, надеюсь, меня зовут не на обед в качестве главного блюда! Я усмехнулась.

Настроение опять поползло вверх. Хватит киснуть! Пора выбираться. Надеяться на помощь Бастиана и хорготов, видимо, не стоит. Я же не на поверхности, а в каких-то, будь они неладны, пещерах.

Я попыталась сесть, и руки опустились в мерзкую холодную грязь, под которой прощупывался неровный каменный пол. Фу! Я стряхнула жижу с рук и стала осторожно водить ими в воздухе. Сразу же наткнулась на влажную каменную стену, она была склизкая. А в кое-каких местах вода стекала по ней целыми ручейками. Но подниматься по стене было все же в сто раз лучше, чем отталкиваясь от скользящего пола.

Я встала на трясущиеся ноги и покрутила головой по сторонам. Зрение не обострилось. Вокруг была все та же густая темнота со стуком воды, все как в плохих фильмах ужасов. Я еще немного постояла, набираясь храбрости и пошла. Ступала осторожно, тщательно прощупывая пространство перед собой ногой, а руки не отрывались от стены. Под босыми ногами чавкала грязь, под которой попадались острые камушки, я охала, но продолжала двигаться.

Шла я долго. Устала. Может, ну его! Какая разница, иду я

Обрыв появился неожиданно. Сначала со стены исчезли ручейки воды, потом перестала чавкать под ногами грязь. Я шла по сухому и радовалась, а потом бац — под ногой пустота. А стена продолжается дальше! Тут бы мне глаза ой как пригодились. Так хотелось увидеть, как такое возможно воочию. Но чего нет, того нет.

Обессиленная я опустилась на каменный пол рядом с обрывом. Он был покрыт землей и какой-то сухой растительностью типа мха. Я сидела и думала, что мне делать дальше. Было бы здорово, если бы между мной и Бастианом была ментальная связь. Сейчас бы позвала его на помощь. Этот драконище бы в два счета меня домой упер. Хотя… тогда бы рассчитываться за помощь пришлось. А хотела ли я этого? Перед глазами всплыло мужественное лицо, сурово сжатые губы, мощная грудь. Н-да, можно себе не врать, мужик он охрененный. Правда, гад редкостный!

Резко захотелось пить, а потом и есть. В животе дико взвыло, я прижала его обеими руками к позвоночнику, пытаясь немного утихомирить. Но куда там! Мой зверюга был дико голоден и не остановим! Эх, вот бы в следующий раз еду, что ли, какую-нибудь в карман шубы положили! Очнулась, бах и перекусила!

Я попыталась влезть в карманы шубы, но они оказались зашиты. Ну и ладно Я еще немного посидела и решила идти дальше. Живот продолжать урчать и уговаривать себя двигаться становилось труднее. Но я почему-то отчетливо поняла, что как только сяду — это будет надолго. А там и смерть не за горами.

Я со стонами поднялась и решила, что настала пора оторваться от стены. И шагнула в сторону, ориентируясь на звук воды. Я протянула руки вперед, как слепая, и стала осторожно нащупывать ногой дорогу.

Поверхность была относительно ровной, поэтому я постепенно увеличила скорость. И ничто не предвещало беды. Чего я совершенно точно не ожидала, это то, что земля подо мной провалится, и я рухну куда-то вниз.

От страха я сжалась в комок. В теле появилось странное ощущение: Сначала кожу и мышцы несильно потянуло, а потом резко сжало. И я на несколько секунд зависла в воздухе. Неожиданно мне показалось, что меня кто-то замедлил.

Я хотела притянуть к себе раскинутые руки, и оказалось, что это… крылья⁈ Это что за дела⁈ Я раскрыла рот и оглушительно заклекотала.

Глава 33

Я бестолково махала крыльями, задевая каменные стены колодца, в который я угодила. Почему-то я никак не могла подняться и вернуться в тот коридор, откуда начала падение, получалось лишь слегка тормозить падение. Мелкие камешки и пыль, смахиваемые со стен, образовали вокруг меня душное облако увеличивая и без того начавшуюся клаустрофобию.

Кстати, вместе с птичьим телом мне досталось ночное зрение. Видела я конечно не как днем, но вполне сносно. Смысла в этом, правда, особого не было. Любоваться на относительно ровные стены колодца было скучно. Я задрала голову к верху, полюбовалась темной бездной, в которой терялся колодец и перевела взгляд вниз. Здесь было светлее, неприятный зеленоватый свет лилися откуда-то сбоку, думаю, что колодец уходил вниз, прямо в ад, а свет исходил из такого же уровня, откуда я свалилась. Теперь следовало не растеряться и успеть вылететь в него. Падать мне категорически не понравилось.

Крыло зацепилось за крупный камень и руку с плечом прострелило невыносимой болью. Хорошо, что не вывернуло. Я застонала и прижала крылья к телу. И тут же начала набирать скорость. Такими темпами я пронесусь мимо зеленого уровня прямиком в лапы демонам бездны.

Эх, была не была! Я расставила в стороны лапы, напоминающие куринные, и сморщилась от оглушительного скрежета. Мои когти, которые я не могла втянуть, с противным звуком царапали камни. Это было эпично. Я даже видела высекаемые ими искры! Ноги-лапы аж занемели от напряжения. Но бездна внизу так меня страшила, что я обращала на это внимания. Падение снова стало контролируемым.

Зеленоватое свечение неумолимо приближалось. Я сгруппировалась, чтобы успеть кинуть тело вбок и выскочить из колодца. Так, приготовиться! Я сжалась как пружина, присогнула ноги в голенях.

Начали! Я оттолкнулась от стены, посылая тело вбок и влетела в зеленое сияние. Преодолевая притяжение колодца, замахала крыльями, как огромными лопастями, выворачивая их из суставов. Секунда и я вываливаюсь на заросший мхом каменный пол уже человеком.

Многострадальная шуба и мох смягчают падение, но голову все равно пронзает резкая боль. Я ударилась каменюку на полу. Но не сбавляя скорости, посылаю тело вперед, прокатываясь по полу. Я должна максимально удалиться от колодца, а то зазеваюсь, и подо мной опять осыплется пол. Не хватало снова на этом попасться.

Кажется, получилось! Провал колодца виднелся в двух метрах от меня. Я облегченно выдохнула, опустила голову на пол и зашипела. Больно! Продрала пальцами влажные от крови волосы и ощупала огромадную шишку на затылке с рассечённой кожей по центру.

Шишка это ничего, главное руки-ноги целые. Я с облегчением подергала ими и осторожно опустила голову на мох, но ее все равно прострелило болью.

Только я скривилась, собираясь вслух пожаловаться на жизнь и владетеля Анкерндорма, который не может уследить за мной, как удивленно раскрыла рот. Стены и потолок этого уровня были усыпаны зелеными кристаллами, которые жутковато светились в темноте. Я подняла руку к лицу. Зеленая и исцарапанная. Такая подошла бы основательно полежавшему трупу. Я хохотнула, представляя, как выглядит мое лицо в этом свете. Спорю, что смогу без грима в парке аттракционов детишек пугать?

Я осторожно поднялась, мучимая любопытством. Что это за кристаллы. Они полностью покрывали стену, как сложносоединенные кристаллики соли. Было красиво. Я поковырялась, пытаясь оторвать от стены хоть крохотную частицу. Такой карманный фонарик был бы весьма кстати. Сколько еще идти до людей я не зала.

Внезапно у меня закружилась голова и к горлу подкатилась тошнота.

— Элеонора, помоги! — знакомый голос раздавался прямо из колодца.

Ноги, как не мои стали осторожно идти в ту сторону. Усилием воли я остановилась.

— Пошел отсюда! — рявкнула я во всю мощь легких.

Еще чего выдумал, придурок! Ни в какие колодцы меня теперь не заманить. Я в замок к Бастиану Анкендорму хочу. Там тепло и весело. И…

Только сейчас я заметила, что начала мерзнуть. Тело начало слегка потрясываться, а босые ноги я почти не чувствовала. Что за дела? Как там говорил вождь,

Но обдумать мне ничего не дали. Из прохода бесшумно вышла Лорелея, закутанная в какие-то шкуры. Она нагло скалилась и кажется, мечтала о реванше.

— Добро пожаловать в пещеры! Очень рада тебя видеть! — с ехидной улыбочкой пропела она.

Мы обе отчетливо понимали, что ни фига она не рада меня видеть. Я прикрутила свою гордость. Сейчас придется посотрудничать с этой крысой. Даже хорошо, что ее еще не нашли. Вот найдет ее Бастиан, и заодно меня разыщет.

— Кажется, в моей обители появилась еще одна гостья! — прогудел высокий мощный старик.

Пока слушала Лорелею, я проглядела его приход.

Глава 34

Бастиан Анкердорм с яростью захлопнул дверь в свой кабинет и пошел в сторону гарема. Он просто убьет этого придурка! Он же заметил куски грязи на сапогах Вальдуса, но почему-то мозг не связал это с пещерами. А следовало бы. Потому что в замке, даже в подвалах не было земли, только камень, там не замараешься так. Вальдус был в пещерах и соврал. Значит, ему есть что скрывать, например похищение Ильвины.

Бастиан шагал широко, едва сдерживаясь, чтобы не побежать. Но Вальдуса нельзя было спугнуть, слишком ценный источник информации. Он заключил непонятную сделку с непонятным существом, которое помогало ему перемещаться, не используя магию владетеля. Леди Лорелея тоже использовала эту неучтенную магию. Причем свободно, не стесняясь ее демонстрировать. Значит, она тоже входила в банду. Если Бастиан хорошенько надавит на Вальдуса, он сможет одним махом разобраться со всеми.

Следовало признаться себе, этот неизвестный маг был сильным, почти таким же, как и маги императорского рода. Он сумел обойти запреты самых сильных магов их мира. И тут его как обухом ударило — а если это маг из мира Ильвины. Она говорила, что у них магии нет, но вот письменность! Бастиан отлично помнил язык древних магов, он пальцы стер выводя непонятные каракули, а Ильвина писала вполне свободно, значит, активно практиковалась.

А еще вполне возможно, что рвутся из Ледяных пустошей не чудовища, а этот неизвестный маг. Он силен, но безумен. Не понимает, что едва он повредит стены тюрьмы, как этот ледяной мир схлопнется, и хорошо, если погребет их под собой, но скорее всего их выкинет в беззащитный родной мир Бастиана.

Хуже было бы, если бы неизвестным магом был освободившийся из оков арестант. Но Бастиан гнал от себя эти мысли. Если это было бы так, то никакого шанса спастись у них не было.

Бастиан подошел к двери в покои Вальдуса. Заперто. Магией отпер дверь и вошел. Хозяина не было видно, и сапоги из центра комнаты исчезли. Бастиан обошел все комнаты и вернулся в коридор. Время растянулось до бесконечности. Ему казалось, что он идет как черепаха, хотя он почти бежал. Но Вальдуса не нагнал.

Тот обнаружился в гареме. Бастиан с силой рванул дверь и увидел прямо в холле вцепившихся друг в друга Вальдуса и леди Фарингой. Их лица были красными и злыми. Вальдус бешено вращал побелевшими глазами, а Фарингой выставила когти, готовая вцепиться ему в лицо.

— Владетель Анкендорм! — завопили они одновременно и кинулись к нему.

От их визгливых голосов, в голове запульсировало. Он даже не пытался вслушиваться в их жалобы.

— Цыц! — рявкнул Бастиан. — Оба в кабинет.

И он пошел вперед, сопровождаемый испуганными взглядами гарема. На встречу вышла обеспокоенная леди Меланья:

— Владетель, я могу быть чем-то полезно?

Бастиан сначала качнул головой, а потом сказал:

— Далеко не уходи, можешь понадобиться. — Верными союзниками не следует разбрасываться.

В кабинете, который занимала леди Фарингой, царил образцовый порядок. Все документы были на стеллажах, разложенные в папки по алфавитному порядку. Из леди Фарингой получился замечательный управляющий гарема. И порядок здесь был. Бастиан прошел за стол и сел в кресло начальника, выдохнул и резко бросил:

— Садитесь!

Вальдус и Фарингой бахнулись на кресла для посетителей, как послушные собачки, влипая в приготовленное для них заклятие. Теперь они смогут встать только по его разрешению.

Бастиан достал из внутреннего кармана меховой куртки небольшой флакон с зеленоватым содержимым. В прошлом году Лиходей варил для него это зелье, когда часть запасов замка оказалась нарочно испорчена.

— Предлагаю вам выпить за благополучное разрешение дел, — вкрадчиво сказал Бастиан и стал наливать воду в стаканы, которые Фарингой заботливо поставила около кувшина с водой при входе.

Вальдус испуганно замотал головой, зелье он определенно узнал, только сказать ничего не мог, Бастиан предусмотрительно наложил на него немоту. Леди Фарингой тоже выглядела встревоженной, но храбро протянула руку и с облегчением выпила всю предложенную воду с зельем правды.

— Леди Фарингой, вы знали, что у леди Лорелеи есть магия? — не теряя времени, спросил Бастиан.

Леди Фарингой сначала закивала, а потом решил пояснить словами.

— Конечно! — самоуверенно брякнула она. — Она же постоянно крутиться вокруг вас, вы ее в башню на ужины водите, а потом под утро приводите. Я думала, что магию дали ей вы, как и мне. За заслуги.

Бастиан громко скрипнул зубами. Вот идиотка, хоть и исполнительная.

— Я сыворотку правды пить не буду! — неожиданно завопил Вальдус, когда он дал возможность ему говорить. — Леди Ильвина действительно в пещерах рядом со сходом в тюрьму. Я пытался вытащить ее, но сам едва не заплутал в этих лабиринтах.

Бастиан посидел неподвижно, вдыхая и выдыхая воздух сквозь стиснутые зубы. Еще один идиот! Он резко поднялся, нажал Вальдусу на подбородок и залил воду с сывороткой прямо в рот. Вальдус кашлял, захлебывался, но большую часть выпил.

— Хочешь еще что-то мне сказать? — с издевкой спросил Бастиан.

Но неожиданно тихоня Вальдус ухмыльнулся и глянул прямо в глаза.

— Нет, я хочу отправить тебя к твоей невесте.

Он щелкнул пальцами, и Бастиан почувствовал, как перемещается.

Глава 35

Я смотрела на старика и на Лорелею и ничего не понимала. Они пытались уверить меня, что я их спасительница. Вернее уверить пытался только старик, Лорелея молчала, злобно посверкивая глазами, и время от времени кивала.

— Уважаемый лорд Гаустус, я все понимаю, вы торчите тут уже лет… дофига, пережили трех владетелей. Но я совершенно точно не знаю, как выбраться отсюда или из пустошей. Если бы знала, поверьте, уже бы давно свалила!

Но старик упрямо выпятил подбородок и снова стал говорить то же самое, что и полчаса назад.

— Но вы же избранная! — повторил он, как попугай, потрясая в воздухе кулаком. А потом неожиданно выдал: — Бог сказал, если мы доставим вас в пещеры Дракона,

— Что? — я едва не подавилась от неожиданности. — Это вы для этого вытащили меня из кабинете владетеля? — Но глядя на сильно виноватое лицо лорда Гаустуса, я вдруг стала понимать, что проблема куда глобальней. — Вы меня перенесли в ваш мир? — хрипло от едва сдерживаемых эмоций проговорила я.

Старик опустил голову ниже, а Лорелея победно захохотала.

— А ты как думала? Только этот полоумный не рассчитал точку входа, пришлось Вальдусу покрутиться. Если бы не Анкердорм, мы бы давно уже пили дома чай!

Колесики логики в моей голове крутились на полную, выискивая кучу нестыковок в рассказе Лорелеи. Мне нагло врали. И этот лорд, и эта леди. Неприятно было осознавать, что Вальдус был замешан в моих мытарствах, но честно говоря, с тех пор, как он засунул меня в камин безо всяких гарантий, я его слегка недолюбливала.

А вот Лиходей походу разгадал хитросплетение этих интриганов. Только он почему-то убить меня хотел.

— Ммм, не сходится, — бросила я в лицо Лорелеи и стала подниматься. Сидеть с этими упырями и слушать их бредовые сказки я не хотела, лучше потрачу время с пользой. Поищу выход из лабиринта. — Если бы я была вам так нужна, ты не стала бы меня травить.

Лорелея весело захохотала, запрокидывая голову, и даже повалилась спиной на мох в приступе веселья.

— Вот ты дура, так и не поняла? Это же Меланья! Она так хотела приблизиться к владетелю и вернуть магию, что решила завоевать его доверие твоим спасением. И дураку было понятно, что так быстро смог вылечить только тот, кто точно знал, чем ты отравлена. Эта мерзавка меня подставила! — взвизгнула Лорелея.

Я стояла на этой парочкой и не знала, что сказать. Верить Лорелеи причин не было, но и убивать меня особой надобности у нее тоже не было. Я растерянно пожала плечами и пошла к трем выходам с поляны.

Все они были прекрасно освещены. Свет кристаллов был хоть и тусклый, зеленоватый, но разглядеть, что творилось в них, можно было спокойно.

— Иди в любой, — крикнула мне вслед Лорелея. — Там везде тупики.

Верить ей я не стала. Поэтому выбрала первый слева проход. Это было логично, буду проверять их все по порядку. Не может быть, чтобы выхода не было! Но выбранный ход действительно через пару десятков метра закончился стеной. Я поковыряла с нее кристаллы, но было понятно, что она не рукотворная, кристаллы росли из нее совершенно естественно.

Слегка разочарованная я вернулась на поляну. Лорелея встретила меня с ехидной улыбкой, но, не обращая на нее внимания, я решила обследовать крайний справа проход, оттуда вышла Лорелея.

— Только, чур, в моих вещах не рыться! — снова ехидно крикнула она, продолжая лежать на мху рядом с лордом, который похоже уснул.

По этому проходу я прошла немного дальше, но и он закончился развилкой, где обнаружились две небольшие обжитые пещерки. В одной видимо обитал лорд, а в другой леди. Я без интереса посмотрела на шкуры, наваленные в виде постели, и простые деревянные кружки. Вот врут же они мне. Есть проход, иначе как они получили все эти вещи, и еду откуда берут?

Когда я вернулась на поляну, Лорелея и лорд Гаустус собирались обедать. Перед ними на плоском камне стояло три деревянных подноса с едой. Лорелея цапнула какой-то вареный овощ, напоминающий картошку или морковку, и с наслаждением откусила. Она как будто потеряла ко мне интерес, увлеченная едой.

— Присаживайтесь, леди Ильвина, — любезно предложил мне лорд Гаустус. — Хорготы благородно отправляют нам часть своей еды и одежды. Иначе мы бы здесь не выжили.

Я недовольно поморщилась. Вопрос с едой решился так не интересно.

— А хорготы откуда еду получают? — спросила я лорда Гаустуса, выбирая чем угоститься.

— От владетеля, а тот от императорского двора. В пустошах ничего не может расти или плодоносить. Без доставки из империи мы здесь все погибнем, — он говорил просто и обыденно, как будто смирился с происходящим.

Кусочек «картошки», который я успела откусить, застрял в горле. Да уж, если император захочет от нас избавиться, то просто перекроит снабжение.

Мы поели, и я, как и мои спутники, легла на мох. Он приятно пружинил под руками и прекрасно держал тело. Лучший матрас, на котором мне приходилось лежать. Удобный, в меру жесткий. Потолок пещеры таинственно переливался, освещенный более крупными и яркими кристаллами. Я глядела в него, не моргая, до рези в глазах. А потом молча смаргивала неуместные слезы.

— И что теперь? — спросила я, опуская ладони в мох.

— Будем ждать, когда бог выйдет с нами на связь, — охотно просветил меня лорд Гаустус, улыбаясь, как крокодил. Вот он тоже мне не нравился, умудриться пережить трех владетелей, это же какую изворотливость нужно иметь⁈

— А потом? — продолжала допытываться я.

— Что ты заладила, потом, потом? — раздраженно вклинилась в наш разговор Лорелея. — Я вообще не знаю, что ты медлишь, Гаустус, бог сказал, что как только она появится, сразу же скидывать в бездну.

Я подняла потрясенный взгляд на притихшую Лорелею. Что она сказала?

— Дура! — резко бросил лорд Гаустус и поднялся одним движением, как кобра. — Не умеешь держать рот на замке, не открывай его.

Он пошел ко мне, широко расставив руки. Я отчаянно вскрикнула и стала отползать к среднему, пока не обследованному ходу.

— А ну убрали руки от моей невесты! — рявкнул где-то за спиной Бастиан Анкердорм, и я счастливо разулыбалась.

Теперь все точно будет хорошо!

Глава 36

Низкие своды пещеры, мерцающий изначальной тьмой тоннель, ведущий в подземную тюрьму. Бастиан Анкердорм сразу понял, где оказался. Драконья гора. Именно здесь были заточены чудовища, терзавшие его мир. Он здесь никогда не был, но почему-то именно так все и представлял себе. Таинственное сияние зеленых кристаллов прекрасно вписывалось в мрачную картину подземелий. Только леди Лорелея и непонятный мудак, теснивший его Ильвину, сюда не вписывались.

— А ну убрали руки от моей невесты! — рыкнул Бастиан, сразу же попал под прицел трех пар глаз: счастливых Ильвины, растерянных Лорелеи и злых незнакомого старика из драконов.

Ильвина тут же спряталась за его спиной, обняла со спины горячими руками, посылая волну мурашек по телу.

— Я знала, что ты меня спасешь! — прошептала она, вжимаясь в его тело. На сердце у Бастиана сразу потеплело.

Старик огладил гладкий подбородок и степенно заговорил:

— Я тебя не ждал, владетель Анкердорм, но раз пришел, значит, умрешь раньше, чем мы планировали. Бог давно ждет твою силу в свои владения.

Бастиан пригляделся к

— Нет, будет по-другому, — жестко сказал он. — Вы сдадитесь, и мы вместе поднимемся на поверхность. Обещаю честный суд. — Лорелея засмеялась, и Бастиан стал злиться, поэтому добавил: — Если не согласны, то мне придется вас уничтожить.

— Какая поверхность! — взвизгнула Лорелея. — Мы заперты в этих крохотных пещерках. Я несколько дней, а этот безумец почти двести пятьдесят лет!

Бастиан прищурился. Двести пятьдесят лет⁈

— Предатель лорд Гаустус?

Лицо старика налилось темной злостью, ноздри затрепетали.

— Я не предатель! Я просто не захотел находиться в тюрьме и потребовал меня отпустить. Мы же не заключенные!

В памяти Бастиана всплывали строчки из дневника второго владетеля, где он описывал безумный бунт этого лорда Гаустуса. Тогда погибло много народа, а его сбросили в тоннель Драконьей горы. А ничего, кажется, лорд Гаустус и не пострадал особо. Даже вполне упитан. На глаза попались остатки еды на заметных хорготских подносах. Так, кажется, в лагере заговорщиков пополнение. Хорготы тоже в деле.

— Вас снабжают хорготы? — спросил Бастиан, уже зная ответ.

— Они тоже не мечтали здесь гнить! — яростно бросил лорд Гаустус. — И ты бы пошел с нами, если бы не был таким твердолобым. Хотя, — старик сбился и засуетился, — я же могу тебе все рассказать. Ты должен меня понять. Предыдущие владетели меня не слушали, приходилось искать хоть кого-то. Но ты же не такой, у тебя есть, что терять.

— Вы пытались завербовать Лиходея, но он отказался? — перебил Бастиан путанную речь старика.

Тот закивал.

— Бог просил отдать ее, — он потянул руку в сторону Ильвины, и та сильнее прижалась к боку Бастиана. — Но эта тварь попыталась ее убить. Поэтому мы его отравили.

Тут неожиданно Ильвина обвиняюще ткнула пальцем в сторону Лорелеи:

— Я так и знала, что ты врешь! Меня отравил Лиходей, а не Меланья.

Лорелея криво ухмыльнулась.

— Но ты же почти поверила.

— Прекратите! — вдруг рявкнул лорд Гаустус. — Я ничего не слышу!

Он затрясся и упал на мох, изо рта пошла густая пена. Тело лорда Гаустуса корежило и перекручивало.

— Что это с ним? — брезгливо спросила Ильвина.

Лорелея пожала плечами и равнодушно ответила:

— С богом разговаривает.

Бастиан вышел из прохода и подошел уже замершему старику. Попытался связать его магией, но та почему-то не желала слушаться, даже искры выбить не получалось.

Глядя на его попытки с презрением, Лорелея начала смеяться:

— Здесь территория бога, поэтому работает только его магия.

Она сделала пару пасов и обездвиженный Бастиан упал рядом с лордом Гаустусом.

— Как ты…? — сквозь зубы прорычал Бастиан.

— А мне, как и лорду Гаустусу, надоело здесь заживо гнить. Однажды ночью он пришел ко мне во сне и пообещал спасение. Я согласилась. Взамен мне дали магию и поручили пару несложных заданий. Помнишь, как отравили еду в прошлом году? — Лорелея снова безумно засмеялась. — Ну, не хмурьтесь, я ведь хотела как лучше. Правда, для себя. Осталось потерпеть совсем немного, тюрьма разрушится, и бог отправит нас домой.

Бастиану нужно было подождать, узнать еще про планы заговорщиков, но он просто не мог слушать этот бред, который внушали наивной дурочке.

— И ты поверила в эти небылицы? Ты знаешь, что случится, когда чудовища выйдут наружу? Они выпьют этот мир и тебя в том числе, а потом пойдут опустошать наш мир. Дура! Пока не поздно нужно это все остановить!

Но Лорелея не переставала улыбаться, и теперь этот оскал пугал. Осталось ли что-то в этой оболочке от леди Лорелеи, которая прибыла в пустоши вместе с ним? Бастиан уже не был в этом уверен. Кажется, он очень многое упустил из жизни замка и гарема. Чудовища постепенно просочились свозь стены своего узилища и вербовали союзников из его людей. Бастиан стал думать, что и бунт предыдущего владетеля был связан с существом, которое Лорелея называет богом.

— Это императорская чета, опасаясь за свою власть, сделала из заключенных в тюрьме чудовищ. — Между тем продолжала она. — Они свалили на них все свои грехи и воспользовались случаем, чтобы отомстить.

Голос девушки звучал так убедительно, и голову Бастиану стал проникать туман, мешающий думать.

Глава 37

Я с ужасом смотрела, как Лорелея завораживает Бастиана Анкердорма, и ничего не могла с этим сделать. Тело застыло и почти перестало мне слушаться. Я закрыла глаза и зашептала внутри себя, как безумная: «Я в домике! Я в домике!». С Лиходеем подействовало и с Лорелеей в столовой тоже. Но сейчас я была слишком напугана и ничего не получалось.

Тело вдруг ожило, повинуясь воле Лорелеи. Против воли я открыла глаза, подошла к Бастиану и улеглась рядом. Тело задеревенело, я даже пальцем пошевелить не могла.

— Лорд Гаустус! Пора уже прийти в себя! — рявкнула Лорелея. — Меня бесит, что всю грязную работу приходится делать в одиночку.

Лорд покрутился, закряхтел и стал подниматься.

— Ну и не делала бы! — насмешливо сказал он. — Им все равно деваться отсюда некуда. А нам бы они не смогли ничего сделать.

Лица Лорелеи я не видела, но недовольство в ее голосе звучало отчетливо:

— Что сказал бог?

Лорд поднялся со мха и присел перед столом вне поля моего зрения.

— Владетель ему не нужен, мы можем его убить. А вот девушку нужно доставить, когда луна будет в зените, бог подаст знак.

— Я не буду никого убивать! — крикнула Лорелея. — Ты предлагаешь нам здесь с трупом жить?

Послышалась какая-то возня, звяканье и стуки.

— Анкендорм прекрасный воин, — сказал лорд, сопровождая каждое свое слово чавканьем. Кажется, он решил перекусить. — Если мы оставим его в живых, он найдет способ освободиться и убьет нас.

— Хватит чавкать! Я ненавижу, когда говорят с полным ртом, — начала заводится Лорелея. — Вас в хлеву воспитывали⁈ Я просто схожу с ума от всего этого дурдома!

Раздался звук пощечины, и в пещере повисла оглушительная тишина.

— Еще одно слово, женщина, и ты умрешь! — коротко бросил лорд, и даже мне стало не по себе.

— Простите, лорд Гаустус, — придушенно прошептала Лорелея. — Я… я не знаю, что на меня нашло.

— Просто женщина должна знать свое место, — снова прочавкал лорд, и в пещере воцарилась нервирующая тишина.

Самое время было что-то придумать. Я попыталась пошевелить указательным пальцем, но облом. Тело продолжало меня предавать. Вот бы это предающее тело случилось в постели с Бастианом, а не на полу пещеры с врагами. Я вздохнула и закрыла глаза. Получилось!

Окрыленная успехом, я стала усиленно думать про домик. Неожиданно я почувствовала, что в животе потеплело. Область диафрагмы зажглась, как будто я выпила обжигающего чаю, и тепло медленно поползло по всему телу, освобождая его от чужого влияния.

Но я рано обрадовалась. Пока я ушла в себя, злодеи договорились. Они взяли Бастиана за руки и за ноги и поволокли к черному тоннелю. Это был полный провал!

Хотя… Да нет, другого пути нет. Хорошо, что они несут его сами, я бы не смогла его поднять. Но лорд Гаустус, хоть и напоминал дедушку, был весьма силен. Можно сказать, что он один волок Бастиана, Лорелея была так, для красоты.

Они подтащили его к обрыву, туда, где начинался засасывающий внутрь ветер, и остановились. И тут настал мой выход! Я рванула вперед, пересекая границу невозврата, подхватила Бастиана за собой и нырнула в тоннель. На лица лорда и Лорелеи было страшно смотреть! Столько разочарования и страха. Лорд что-то кричал, но я не услышала. Я хотела показать им фак, но нас уже затянуло в трубу, затягивающую вниз со страшной силой.

Превратиться в птицу в этот раз получилось быстрее. Только Бастиан был такой тяжелый, что я почти не тормозила наше падение. Но в этот раз в тоннеле мне было не так страшно. Я была не одна. Он пришел в себя через пару секунд в тоннеле. Голоса его я не слышала, прочитала по губам:

— Ильвина?

Кивнула и также беззвучно прошептала:

— Превращайся в дракона.

Он понял. Тяжелое чешуйчатое тело дракона заполнило тоннель, и удерживаться от падения стало легче. Я ослабила напряжение в усталых лапах. Кажется, я стерла когти до крови.

Опустила голову вниз, выискивая какой-нибудь боковой свет. Надеюсь, он будет, и нам удаться выпасть не в тупиковый проход. Мы летели, но свет все не появлялся, и я стала впадать в отчаяние. Неожиданно мы со свистом пронеслись мимо какой-то пустоты. Не знаю, были ли там пещеры или просто ниша. Но я начала волноваться, а вдруг этот проход с зелеными кристаллами был какой-то уникальный. Ведь пещеры, откуда я вывалилась в прошлый раз, тоже были темными. А еще меня напрягало движение луны, мне кажется, что наше время безвозвратно убывало. Еще немного и их страшный бог подаст знак.

Неожиданно внизу появился зеленый огонек. Я толкнула Бастиана:

— Попробуем вылететь вбок.

Он непонимающе покачал лобастой драконьей головой. Засада! Такого я не ожидала. Пролететь мимо этого прохода было нельзя, поэтому я снова толкнула его и прошипела:

— Превращайся!

Зеленый свет приближался. Бастиан обернулся человеком. Господи, надеюсь, мне хватит сил вытащить нас из этой жопы!

Я неумело помолилась, дождалась максимального приближения, подняла крылья вверх и что есть силы вытолкнула Бастиана в проем. На себя сил уже не хватило.

— Элеонора, — позвали откуда-то снизу, лишая воли. И я опустила крылья.

Глава 38

Перед глазами мелькнули драконьи крылья, хвост, и я почувствовала, как меня вырывают из трубы.

Очнулась я от того, что Бастиан меня тряс.

— Ильвина, приди в себя, девочка моя! Почему не объяснила, что происходит⁈ Никогда так больше не делай!

Я счастливо улыбнулась. Мы с ним живые. Открыла глаза, а он у меня такой красивый.

— Что? — с подозрением спросил он.

— Меня зовут Элеонора, а не Ильвина.

Бастиан нахмурился.

— Я же говорил тебе, чтобы не разбрасывалась своим настоящим именем! — неожиданно резко сказал он.

Но я покачала головой и вдруг занемевшими губами сказала:

— Он, там внизу, знает, как меня зовут по-настоящему.

Бастиан сжал мои руки, а потом вдруг схватил и с силой прижал к себе.

— Ты поэтому сложила крылья? — спросил он, и я кивнула. — Никогда не смей меня покидать! — приказал он. — Никогда не смей!

И я с наслаждением заплакала. Как хорошо, что Бастиан рядом. Прижалась к нему, вжимая лицо в мягкий мех куртки. Почему мне кажется, что я знаю его всю жизнь⁈ Никогда не хочу с ним расставаться!

— Ильвина, — упрямо вернулся к ненастоящему имени Бастиан. — Мне кажется, нам пора двигаться. Там в тоннеле что-то завыло.

Я поднялась, готовая бежать в ту же секунду. Мы очутились почти в такой же пещере, как и перед этим. Те же кристаллы на стенах и потолке, тот же мох на полу, только проход в глубину горы был один. Я повернулась к черному провалу тоннеля и застыла. Оттуда стал выделяться слабо заметный дымок, который постепенно становился гуще.

Бастиан молча дернул меня к проходу, и мы побежали. Одинарный когда-то проход стал раздваиваться и разтраиваться, но Бастина, повинуясь какому-то своему драконьему чутью, всегда выбирал тот путь, который был не тупиковым. Не знаю, правильно ли мы двигались, но определенно не стояли на месте.

Когда мы только начали бежать, зовущий шепот слышала только я, но постепенно он обрел голос.

— Элеонора, вернись! — гремело под сводами пещеры.

Я хотела крикнуть в ответ что-нибудь обидное, но Бастиан зажал мне рот. Отлично, будем бежать молча.

Наконец, силы кончились. Я устало оперлась о ближайшую стену и решила, что дальше все, не смогу. Дыхалка сбилась, и я дышала, как марафонская лошадь. Непривычные к таким забегам ноги тряслись, как недоваренные макаронины.

Бастиан молча закинул меня на плечо и побежал дальше. Очередной перекресток привел нас в пещеры без освещения. Я стукнула Бастиана по спине, и он осторожно спустил меня на пол. Мы двигались на ощупь, наученная горьким опытом, я не спешила и удерживала Бастиана. Будет обидно, если мы куда-нибудь опять провалимся. Не провалились. Мы уперлись в стену. Обследовали каждый сантиметр, но ни малейшего намека на дальнейшее продолжение прохода не было. И мы пошли назад.

Снова вышли в освещенную кристаллами часть и повернули в следующий проход. Мне кажется, на нас пахнуло свежим воздухом. Я дернула Бастиана за рукав, и он с улыбкой кивнул. Господи, как хорошо будет оказаться на поверхности!

Я буквально не шла, а летела, пока не почувствовала ледяные пальцы на своих лодыжках.

— Вот ты где, моя девочка! — загремел голос чудовища.

Меня потащило назад, но Бастиан резко дернул меня на себя и подхватил на руки. Он снова бежал, но уже из последних сил, я слышала, как заполошно стучало его сердце. Один наверно он продвинулся бы дальше, но нас было двое.

Еще немного. Мы уже видели лунный свет. Бастиан надсадно дышал. Ну, совсем чуть-чуть. Мы смогли!

Когда перед нами оказалась очередная огромная пещера с отверстиями в далеком потолке, через которые и

Бастиан отбежал от входа, опустил меня на пол и развернулся, чтобы встретить неприятеля лицом к лицу. Черный дым медленно собрался, оформляясь в мужскую фигуру, а потом вдруг резко превратился в человека. Я испуганно вскрикнула и отступила. Слишком настоящим был человек, так не бывает. Я подняла камень и швырнула в чужака. Камень пролетел насквозь, а незнакомец превратился в дым, но буквально через пару мгновений он снова стал человеком.

— Не стоит, — с угрозой проговорил он. — Элеонора, ты все равно спустишься в тюрьму и откроешь нам дверь. Я потратил слишком много времени и сил, чтобы довести себя сюда. Если будешь снова выделываться, твой любовник пострадает, — грозно проговорил дымный человек, и Бастиан упал замертво.

Я покрутилась, оглядывая пещеру. Господи, помоги! Если ты есть, дай знак, помощь. Ну, хоть что-нибудь! Где-то под потолком сорвались и запищали летучие мыши. Странно, лорд Гаустус же говорил, что в этом мире ничего не растет и не развивается. Меня что, опять обманули⁈

Неожиданно человек снова стал дымом и угрожающе пополз в мою сторону, я проворно отбежала, но он вдруг потек в сторону Бастиана. Я бросилась назад, но не успела, дым накрыл Бастиана и тот исчез. Я опустилась на колени, руками ощупывая еще теплые камни, как почувствовала ледяной холод. Дым накрыл и меня. Ну, я вам покажу, твари, как меня злить! Бегун из меня никакой, поэтому больше бегать не буду. Сейчас приду в себя и расцарапаю вам своими куриными лапами все, что можно и что нельзя! Я вам нужна была, вот и получите, только не подавитесь.

Глава 39

Я резко пришла в себя. Вдох, и я вдруг оказалась не в мрачной пещере с жуткими сидельцами, а в русской избе. На широком во всю стену окне покачивалась прозрачная органза, бревенчатые стены мягко золотились в лучах уходящего солнца. Казалось, что все должно дышать негой и покоем. Но нет. Тревожно было, как перед бурей. Я сжала кулаки и приготовилась драться.

Внезапно возле окна появился крупный, чуть сутулый мужчина, одетый в простые штаны и темную рубаху. На плечах у него лежала шкура волка. Причем она была так искусно выделана, что сначала мне даже показалось, что ему волк в шею вцепился. Черные волосы мужчины были заплетены в две косы, а желтые раскосые глаза смотрели недобро.

Потом за спиной кто-то хохотнул. Я обернулась, а у стены появилась лавка, где теперь сидели два рыжеволосых здоровяка. Их бороды задорно кудрявились, глаза искрили весельем. И похожи они были, как братья, но в то же время и разные совсем.

Пока я вглядывалась в их лица, в центре комнаты появилась кровать.

— О-хо-хонюшко, Костюшко! Пошто разбудил, ирод! — пропела материализовавшаяся прямо на кровати красавица.

Ее густые золотистые волосы рассыпались по подушками. Она приподнялась, глянула на меня огромными голубыми глазами, и у меня сердце в пятки ушло от страха. Столько было в них жажды и голода.

— Смотри, кого привел я к тебе Василисушка! — буквально промурлыкал старик с длинной седой бородой. Он появился сидящим на кровати красавицы.

Да я же его знаю! Лицо такое запоминающееся. Это он являлся мне всю неделю перед свадьбой и в аэропорт он меня провожал. Я еще тогда помню, таблеток напилась, думала, что с ума схожу, а они тут цирк устроили. Василисушки недобитые!

Василисушка вдруг захлопала в ладоши и как завопила:

— Хочу! Хочу! Хочу!

— А ну заткнулась, дура! — рявкнул черноволосый мужик с волком. — Будешь ждать своей очереди. Ты не представляешь, сколько я сил потратил, пока нашел последнюю жар-птицу.

Рыжебороды на скамейке оживились и одновременно встали.

— Ага, а мы значит, просто так силу тебе давали, чтобы объедки подъедать?

Неожиданно седобородый старик гаркнул:

— Тихо! — Все настороженно застыли. — Птичку пугать нельзя, а то она сиять будет слабо. Правда же, дорогая⁈ — засюсюкал он противным голоском, и я сделала шаг назад.

Запнулась и повалилась на пол. И вдруг оказалось, что я запнулась за Бастиана, который лежал за мной на полу. Я хотела проверить, как он себя чувствует, но оказалось, что я не могу к нему притронуться. Так! Постойте!

— Это ведь не на самом деле⁈ — спросила я неуверенно. — Это гипноз какой-то?

— Во что веришь, то и существует, птичка, — сказал черноволосый мужик и больно схватил меня за руку.

Я охнула и попыталась вырваться, но он держал крепко. Неожиданно он гаркнул мне в ухо:

— А ну, живо превращайся и растапливай нашу тюрьму!

Я хотела сопротивляться. Этих товарищей точно отпускать нельзя. Я буквально чувствовала исходящее от них зло, даже от улыбающихся рыжебородов. Плохие они, к гадалке не ходи, не зря их сюда заточили.

Тело послушно чужой воле выгибалось и тянулось, готовясь стать птичьим. Я зажмурилась. Странно, что голова не становилась легкой, и спина вдруг дико зачесалась. Я чихнула и почувствовала, как тело зарастает перьями. Пора. Открыла глаза и обалдела. Я была птицей, но другой. Голова и руки остались человеческими, я даже видела свои рыжие волосы. Руки покрылись густым мехом, как на моей шубе, а человеческая грудь была прикрыта купальником. Это финиш! Я подняла руки к голове. Корона! Вот я птичка, так птичка!

— Ттты! — заикал черноволосый злюка, и отбросил мою руку, как гремучую змею. — Как обманула?

Василисушка заголосила и укрылась одеялом с головой. Я обвела взглядом безумные испуганные лица остальных.

— А что здесь происходит? — спросила я вполне миролюбиво, но народ вдруг отступил к стенам.

Василисушка откинула одеяло и схватила за руку дедка, пытавшегося слинять по-тихому.

— Костюшка, прогони гадкую птичку Гамаюна! Я хочу выпить жар-птицу! Я голодная! — заканючила она.

Но Костюшко решительно стряхнул руку девицы и ретировался к стене. Каким-то внутренним чутьем я поняла, что народ отпускать нельзя.

— Господа, не расходимся, — рявкнула я, пытаясь перекричать Василисушку и неожиданно для себя запела.

Все тут же прижали руки к ушам. Я, честно говоря, тоже не отказалась бы от беруш. Пела я так себе, но громко, аж в ушах звенело.

Но у моего творчества оказался неожиданный эффект. Бастиан Анкердорм пришел в себя. Он поднялся и закрыл мне рот рукой.

— Дорогая, ты очень красивая. Но больше не пой.

Глава 40

Едва Бастиан Анкердорм пришел в себя, как его тут же стало ооочень много. Одним своим присутствием он так давил, что все эти Костюшки и Василисушки вдруг потерялись на его фоне. Я обняла Бастиана за талию,

— А вы тут неплохо устроились, господа чудовища, — насмешливо сказал Бастиан и сложил руки на груди. — Думаю, мне пора уменьшить количество магии, которое к вам поступает.

— Ну, попробуй! — Черноволосый мужик с волком запрокинул голову и посмотрел наверх. — Ее и так почти нет.

Поддавшись стадному инстинкту, я тоже задрала голову, но ничего кроме бревенчатого потолка не увидела. А Бастиан тем временем развел руки в стороны и стал вполголоса читать заклинание, стены избы покрылись инеем и по ногам задул холодный ветер.

Внезапно я стала замерзать, причем очень быстро. Еще мгновение назад я с любопытством пялилась в потолок, а теперь чувствовала, как мое тело деревенеет и пальцы сводит от холода.

— Бастиан, — прошептала я непослушными губами, но он услышал, обернулся и замер, прекратив колдовать.

Костюшко, старик с седой бородой, отлип от стены и сел на кровать к Василисушке.

— Не обольщайся, владетель, — жестко сказал он. — Ты такой же пленник в пустошах, как и мы все. Как и другие глупцы до тебя. Из тюрьмы и пещер ты выберешься, пусть и без птички, а вот на свободу император тебя никогда не отпустит. Уходи, не трогай нас, и твоя птичка будет жить. Если бы не мы, твоя магия и магия пустошей давно бы ее уничтожила. Обещаю, что она останется жива.

Бастиан молча поднял меня на руки. Ничего не происходило. Я чувствовала, как его тело вибрирует от напряжения, а потом он вдруг стал таким холодным, как будто я обнималась со снеговиком.

— Отпусти, — тихонько прошептала я, но на лбу Бастиана появились упрямые морщины, и он сжал меня сильнее. Кожа вдруг стала такой чувствительно-болезненной. Я уперлась ему в грудь, едва сдерживая крик. — Больно.

Бастиан разжал руки, я стекла по его телу на пол и отступила на шаг, разрывая телесный контакт. Это было больно. И прикасаться и не прикасаться к нему было одинаково больно. Я сжала кулаки, прикусила губу, чтобы не устроить бабскую истерику и вдруг заметила, как черноволосый мужик гаденько усмехнулся. Да и рыжебороды как-то незаметно присели на скамейку. А чего это все расслабились? Они что решили, что все закончилось? А вот это уж вряд ли. Я знала Бастиана совсем не долго, но понимала, что он не даст им так просто сбежать. Но что ж попробуем понять, почему они меня так испугались сначала.

Я развернулась к хмурому Бастиану и елейным голоском спросила:

— Любимый, а что за птица такая — Гамаюн?

Он поднял на меня удивленные глаза, кривовато усмехнулся.

— Любимая, — он голосом выделил обращение, — точно не знаю, но в памяти всплывают обрывочные знания, которые возможно не совсем верны.

Я торжественно кивнула.

— Знаешь, я тоже только пару строк у Блока помню про Гамаюна и про правду.

Бастиан обвел присутствующих испытующим взглядом, задержавшись на побледневшем лице Костюшки.

— Если ты начнешь, не сможешь остановить, — проговорил тот.

Бастиан усмехнулся.

— А я, пожалуй, рискну! — ухмыльнулся он и повернулся ко мне. — Гамаюн, а поведай нам всю правду. Расскажи все про этих чудовищ, ну и про остальное не забудь.

Я посмотрела на Бастиана, как на дурачка. Чего? Меня обозвали Гамаюном, я вроде как согласилась, но он же сам слышал, как я пою. Но Бастиан начал хмурится, поторапливая меня. Ну, как хочешь, любимый! Я открыла рот и заголосила.

Звучок пошел, что надо. Бастиан с прижатыми к голове ладонями покачивался рядом. Остальной народ попадал на пол, зажимая уши. Василисушка надрывалась на кровати, пытаясь меня перекричать. Что, получили⁈ Со злым азартом я еще немного повизжала, а потом поняла, что, пожалуй, хватит. Противник дезориентирован и повержен, можно сворачивать оперу.

Но остановиться я не смогла. Испуганно схватилась за горло, и тут неожиданно тональность моего голоса поменялась. Это было похоже на прекрасную музыку без слов. Так красиво, я закрыла глаза и как будто поплыла по волнам, укачиваясь волшебными переливами своего голоса. Мелодия уносила меня все дальше и дальше.

Сначала перед глазами была золотистая пыль в непонятном черном пространстве, а потом появилось голубое небо с облаками. Я летела над лесом, а потом внизу появился небольшой средневековый городок с деревянными теремами, окруженными крепостной стеной. Я стала резко снижаться. Город был окружен вражеским войском. И понятно было, что ему не выстоять, противников было слишком много. Я смотрела в суровые бородатые лица воинов, которые встали под воротами.

— Сдавайтесь и умрете быстро! — крикнул мощный мужик в кольчуге. Подмышкой он держал шлем, украшенный чеканкой.

— Князь, может, начнем штурм? — обеспокоенно спросил воин, стоящий от него по левую руку. — Маги уже приготовились, нарисовали пару пентаграмм. Можем големов прямо за ворота отправить. Время дорого. Пока мы медлим, они еще больше мертвецов на стены нагонят.

Я обернулась к стене, и она вдруг резко приблизилась, как в подзорной трубе. Бегающие по стене, как муравьишки, солдаты оказались вдруг реального размера, и я вздрогнула, увидев обрывки гниющей плоти на лицах. И правда, мертвецы. Я вздрогнула и немного отлетела назад, даже смотреть на эти неживые лица было противно.

Внезапно среди мертвецов блеснули знакомые золотистые волосы. Я двинулась за ними. О-па, да это же наша Василисушка! А рядом Костюшко.

— Костюшко, князь не начнет штурма, пока я на стенах! — Топнула ногой она. — Поверь, стоит мне уйти, как этот дурак натравит на нас своих магов.

Он держал ее за руки и смотрел на нее взглядом преданно собаки.

— Любимая, может тебе к нему вернуться? Временно, пока мы не наберем силы, — пролепетал Костюшко, но Василисушка нахмурилась, и он заткнулся.

— Нет, любимый. В этот раз он не отпустит вас. Да и меня не простит, — она нахмурилась и достала из кармана зеркальце: — Мрак, ты поднял погост Веснянок? А почему? Черт! — Она опустила зеркало в карман и повернулась к Костюшке. — Они взяли нас в кольцо, отсекли от мест силы. Теперь у нас точно выхода нет.

Костюшко покачал головой и хмуро начал:

— Нет, ты не права. Пока для нас есть другой путь. Но если мы…

Василиса не дала ему закончить, прижалась губами к его рту. Мне было противно смотреть, как она со стариком целуется, страстно так. Но Василиса быстро отстранилась и снова достала зеркало:

— Мрак, готовь пленников. И скажи остальным. Встретимся у алтаря Чернобога.

Пара секунд и я перенеслась на подоконник терема. Заглянула в небольшую комнату, залитую вечерным солнцем, и обалдела. Комнатка-то знакомая, да и люди собрались прям не чужие. Я усмехнулась. Среди семерых мужчин был тот

— Василиса приказала готовить жертвоприношение. Если не уйдем сейчас, люди князя Всеслава нас уничтожат.

Один из мужчин в темном плаще хмуро стукнул по столу кулаком:

— Мне не нравится, что она тут нами всеми командует. Мы еще не вступили в битву, а уже готовы сложить оружие!

— Да! — поддержал его русоволосый здоровяк. — Баба есть баба! Сначала она спит с князем, потом нашему Кощею голову морочит. Я никуда не побегу! Останусь здесь и буду сражаться.

Неожиданно черноволосый Мрак схватил лежащий на столе кинжал с черной ручкой и воткнул его в грудь здоровяка. Тот захрипел и упал на пол, заливая светлые доски алой кровью.

— Кто-то еще собирается здесь остаться? — Мрак со злостью обвел взглядом соратников, которые испуганно отводили глаза, и пнул мертвеца. — Вставай и иди на стену. Будешь командовать остальными мертвецами. Приказываю защищать крепость.

Черная дымка на несколько мгновений окутала мертвого мужчину, а потом он неуклюже встал и дергающейся походкой вышел из комнаты.

— Братья Ярые, гоните всех пленных к алтарю, — сказал Мрак жестко знакомым рыжебородам. — И когда я говорю всех, я и имею в виду всех: и младенцев, и стариков, и баб. Очистите подвалы. Нам потребуется много энергии.

Я смотрела в испуганные и растерянные лица членов шайки, и мне было их даже немного жаль. Совсем немного. Кажется, они стали осознавать в какое говнецо вляпались.

Следующее место, куда я попала, было полутемным, освещенным только мигающим светом факелов. Взгляд упал на каменную стену, в которую было вставлено кольцо с факелом. Пахло сырой землей, горелым маслом и… страхом. А еще свежей кровью, как на бойне. Я повернулась на чье-то движение и поспешно отвела взгляд, пытаясь выкинуть из памяти увиденную гору трупов. Нет, мне не было жаль членов шайки. Ни одного.

Внезапно пространство вокруг меня поплыло. Воздух заколыхался, и очертания предметов стали размываться.

— Не зевайте! — рявкнула Василиса. — Проход скоро закроется!

Где-то вдалеке послышался шум битвы. Разъяренные крики, звон мечей. Рядом со мной упало несколько стрел. Кажется, пора линять. И едва я собралась удалиться, как услышала, вскрик. Я обернулась и увидела, как на земляной пол упал мужик в плаще, который спорил с Мраком. Из бока у него торчал тот самый кинжал с черной ручкой.

Все вокруг помутнело, и я снова оказалась рядом с Бастианом. Только вот он выглядел не очень. Бледный и мрачный.

А вот Костюшко довольно скалился:

— А тебе говорил, что правда тебе не понравится! — злорадно сказал он.

Глава 41

Я повернулась с Бастиану и только собралась спросить, что случилось, как моя мелодия повлекла меня дальше. Я опять пролетела сквозь мрак с золотыми искрами и очутилась на пиру. И едва не оглохла, когда на меня обрушилась какофония громких звуков: раскатистые пьяные голоса, визгливый женский смех, пиликанья скрипки, стук посуды, собачий лай. Я сжалась, пытаясь прийти в себя. Постепенно я привыкла к шуму и немного успокоилась.

Низкий полутемный зал был освещен факелами и слабенькими магическими светлячками. По центру стоял широкий стол, за которым собралась целая толпа пьяных мужиков, наряженных в средневековые одежды. Между ними проворно сновали полуголые женщины, разносящие выпивку в широких кувшинах и куски мяса. Низкие потолки зала давили, прижимая к земле, а от дыма огромного камина, на котором жарился целый бык, было нечем дышать.

Я со свистом втягивала зловоние немытых тел, источающих многодневный перегар, и с трудом сдерживала тошноту. Тут и там пьяные мужики заваливали женщин на пол и скамьи, я стыдливо отворачивалась, не желая на это смотреть. Тошнота многократно усилилась.

Преодолевая отвращение, я осмотрелась. В центре стола сидела разодетая в золото и меха Василисушка. Как не упарилась бедолага в своем скафандре⁈ В зале было невыносимо душно. Никак магию задействовала, потому что даже пот со лба не смахивала. А вот Мрак, сидящий от нее по правую руку, весь употел. С волос капала вода, и с лица он не пытался стирать крупные бисеринки пота.

По обе стороны от Василисы умостились знакомые персонажи, только Костюшки видно не было. Заболел что ли, бедолага?

— Ну как вам, верные мои соратники? Нравится⁈ — пропела Василисушка.

Но по кислым лицам соратников было видно, что они не очень-то и рады.

— Пятый день идет пир, может пора распустить этот вертеп? — предложил незнакомый мне мужчина.

Его доброе лицо было слишком округлым и нежным, а подбородок небольшим и безвольным. Интересно, как он ввязался в интриги Василисушки. Не похож он был на злодея.

Василисушка захохотала, запрокидывая голову, а потом обожгла мужчину совсем не веселым, а настоящим злым взглядом:

— Тебе не нравится, Илюша, что победы мы с таким размахом празднуем? Может ты не рад, что нашим войскам сопутствует удача⁈

Илюша еще больше помрачнел и сквозь зубы проговорил:

— Рад. Просто вместо того, чтобы пировать месяцами, могли бы уже столицу взять и закончить эту бесконечную войну.

Неожиданно Василиса, как кобра, кинулась к нему через стол и со всей силы сжала кадык.

— Еще хоть раз вякнешь о том, чего не понимаешь, пожалеешь! — прошипела она в лицо задыхающемуся Илюше.

Перед глазами опять потемнело, и я оказалась в чьей-то спальне. Льющийся из окон лунный свет хорошо освещал кровать и силуэты лежащей в обнимку пары.

— Ох, Мрак, как тяжко мне! — Ожидаемо услышала я голос Василисы. — Не понимают ироды, что веду я бесконечную войну не для собственного блага, а чтобы собрать хоть крохи энергии. Здешние земли скудны на магию. Без массовых жертвоприношений умрем мы все на чужбине, едва я расслаблюсь, помедлю, так ни у кого из вас силы не хватит действовать. Нет здесь с нами благословения Чернобога, нужно самим все делать.

Мрак глухо хмыкнул и опрокинул лежащую рядом Василису на спину, навис над ней.

— Казним их и дело с концом, — коротко сказал он и начал древние, как сам мир движения.

Под эротичные стоны Василисы я убралась из комнаты и очутилась возле пирамиды, подобной ацтекской. Перед ней стояли связанные единой цепью рабы. Василисушка, как заправский маньяк была на верхушке пирамиды с ножом наперевес.

— Во имя темного бога! — истерично выкрикнула она и чиркнула по горлу мужичка, который стоял перед ней на коленях.

Я зажала рот ладонью, чтобы не заорать. Она режет людей так свободно, как скот. Чувствуется опыт. Это не женщина, а просто монстр какой-то.

Я даже обрадовалась, когда меня перенесли в другое

Внезапно дверь в зал распахнулась, и вошли Василисушка, Костюшко и Илюша.

— Да ты, Илюша, идиот! — выкрикнула Василисушка. — На кой черт тебе этот трон⁈ Тебе нужно энергию восполнять, а не на мягкое свой филей пристраивать. Что ты с этими дикарями делать собрался, цивилизации их учить? Добрый бог тоже нашелся!

Но Илюша закусил удила.

— Василиса, нам все равно нужно кого-нибудь ставить во главу местной власти. Почему этот кто-то не может быть мной? Я буду хорошо управляться с этими землями. И воевать не нужно, я вам буду рабов и так поставлять на жертвоприношения.

Василиса уперла руки в боки и поперла на него.

— Ты! — она ткнула пальцем в грудь Илюши. — Идиот! Ты не сможешь здесь не то, чтобы умоститься, тебя сбросят с этого резного табурета сразу же, как мы с рабами отъедем от столицы. У тебя нет ни войска, ни сильной поддержки, как ты хочешь удержать власть⁈

Илюша поджал губы и задрал свой безвольный подбородок.

— У меня есть план. Создам местным новый пантеон богов во главе с нами, да и так помогу по мелочи. С артефактами я смогу продержаться у власти и не сдохнуть от нехватки магии.

Василиса покачала головой.

— Ой, дурак!

Тут в дело вступил Костюшко, которому Василиса оттоптала ногу, видимо, чтобы он образумил бунтующего королька.

— Хочешь быть их царем-королем, будь. Но знай, когда понадобиться от нас военная помощь, можем не успеть или не захотеть успеть. Будешь сам выкручиваться.

Но угроза на Илюшу не подействовала.

Следующим действом шла коронация. Наш герой был торжественно обряжен в белый военный мундир, который делал его настоящей грозой местных девиц. Думаю, они от такой красоты просто обалдели.

Постойте! Я еще раз вернулась к лицу Илюши. Не может быть! В кабинете Бастиана висел портрет императора, так вот этот Илюша был на него отчаянно похож. Только возраста и бороды не хватило для полного сходства. Похоже, Бастиан узнал его раньше меня.

Глава 42

Я с любопытством следила за новоиспечённым императором и вдруг почувствовала, как меня потянуло назад.

— Ильвина, хватит! — Голос Бастиана звучал сердито и немного устало. — Заканчивай показ.

В смысле заканчивай? Да я только добралась до самого интересного. Я фыркнула и пожелала увидеть все что можно про императора. Кто он такой? Чем сейчас занимается? Как к власти пришел? И вселенная или кто-то там еще меня услышал и фильм продолжился. Но если раньше картинки мне показывались по желанию неизвестного режиссера, то теперь я их листала сама, разглядывая как иллюстрации в книге.

Так, здесь император что-то втолковывает двум мрачным мужчинам-драконам, отдаленно похожим на Бастиана и Вальдуса. Они стоят с каменными мордами, и явно не хотят вникать в проблемы императора.

Листаем следующую картинку. Тут император разложил одного из драконов на огромном черном камне и занес над ним нож. Быстрее пролистываем, такое я не люблю.

Поспешно перевернула картинку. Ага, император сидит во главе стола, а по обе руки от него расположились настороженные драконы. Какой-то военный совет. А вот здесь я немного послушаю.

— Хватит подлым чудовищам разорять наши города и деревни! — пафосно проговорил император, одним глазом посматривая на реакцию сидящих товарищей. — Вы, гордые главы великих драконьих семейств, должны объединиться перед лицом общего врага, замирить давнюю междоусобную войну и дать отпор подлым тварям! Иначе они уничтожат ваш род на корню.

От переизбытка пафоса он потряс в воздухе руками. Но театральный жест заметила только я, остальные драконы смотрели настороженно, но с надеждой.

— Император Никотий, ты говоришь правильные вещи, но как можно объединиться с теми, с кем кровная вражда длилась несколько веков? Я не согласен сражаться с Анкердормами плечом к плечу, я не доверю им спину.

Император вздохнул и мрачно сказал:

— Тогда вас уничтожат.

Зал погрузился в мрачное безмолвие, и я перелистнула страницу. Дальше шли картинки с битвами. Они перемежались со сценами жертвоприношений, где в главных ролях были император Никотий-Никитушка и кто-то из драконов. Локация с камнем-алтарем не менялась. Это был какой-то подвал или пещера. Я попыталась ее рассмотреть и запомнить, но она была примечательна только алтарем. Я смогу узнать ее, если только попаду на алтарь. От подобной перспективы неприятно засосало под ложечкой. Я с раздражением перевернула страницу.

А вот следующую картинку я смотрела с особым вниманием. На ней собрались император Никитушка и вся компания. Император гордо стоял посреди тюремной камеры, а его бывшие товарищи были в кандалах прикованы к каменным стенам. Я включила изображение и приготовилась услышать всю подноготную творящегося у нас ужаса.

Ухмыляющаяся Василиса подняла разбитое лицо и сплюнула кровь на каменный пол.

— Как был ты дурачком, Никитушка, так и остался им, — она хохотнула. — Ну, убьешь ты нас и что? Тебя же сразу выкинет в родной мир!

Император ухмыльнулся. Он уже был вполне похож на себя настоящего. Бородку отрастил, был в красном плаще. В общем настоящий красавец.

— А кто тебе, Василисушка, душа моя, сказал, что я вас убить собираюсь⁈ Кто соврал тебе сердешная моя⁈ — От довольно улыбался, рассматривая побитых горе-колдунов. — Говорил я тебе, чтобы притормозила. Если резать местных десятками и сотнями в этом мире и жителей не останется. Зачем быть такой жадной?

И тут подал голос Костюшко:

— Мы в жертву только простых людей приносили, в них магии мало, не могли мы, как ты, драконов на алтаре раскладывать.

Никитушка резко выбросил вперед руку и тот подавился словами, сраженный магическим ударом. Опасный разговор прекратился резко и болезненно. Костюшко повис в кандалах, потеряв сознание.

— Убить ты нас не можешь, в живых оставлять страшно. Что делать будешь, дурачок? — снова завелась Василисушка, поглядывая на бессознательного Костюшку.

Только теперь она не улыбалась ласково, а зло глядела на императора. А он расслабился, щелкнул пальцами, и из воздуха появилось кресло с высокой спинкой. Он с удобством на нем расположился, закинул ногу на ногу и обвел взглядом пятерых пленных. А мне вдруг стало любопытно, что стало с шестым. Как досмотрю здесь, обязательно поищу его.

— А ничего. Оставлю вас здесь, прикованными в подземной тюрьме. Знаете, я же успел хорошо все продумать. И ловушку хорошую

Я видела, как приуныли заключенные. Они почему-то сразу поверили Никитушке, наверно потому что знали его хорошо.

— Мы-то ладно, — заговорил вдруг один из братьев Ярых. — А как ты с драконами управишься? Они никогда не признают мага равным, так что зря ты с нами так поступил, еще успеешь пожалеть, да поздно будет. Уничтожат тебя драконы, когда догадаются, как ты жизнь поддерживаешь.

Император поднялся, поправил плащ и глянул на бывших товарищей с призрением.

— Я не просто маг. Я — величайший кудесник, которого вы всегда недооценивали. Я уже приручил этих животных и загнал их в стойла мною придуманных законов. Они едят с моих рук, как доверчивые дети. Я уже не маг для них, а величайший из драконов. А еще я победил их природу единоличников и создал свой единый клан. Без ложной скромности скажу — я чертов гений!

— О, — подала голос Василисушка, — чего-чего, а самомнения в тебе было всегда с избытком. Только ты всегда прокалывался на мелочах, так что прими бесплатный совет: не расслабляйся. Главную ошибку ты уже совершил, но я не скажу какую. Узнаешь лет через двести. А мы пока подождем.

Она замолчала. Опустила голову на грудь и закрыла глаза. Император немного покрутился. Момент его триумфа был несколько смазан речью Василисушки. Он раздраженно щелкнул пальцами и вместе с креслом превратился в черный дым.

— Позер! — недовольно проговорил Костюшко, который успел прийти в себя. — Но иллюзию подлец качественную сделал. Скажешь, что за ошибку он сделал, — спросил он у Василисушки.

Та подняла голову и со зверской улыбкой проговорила:

— Пока рано. Начнем действовать лет через сто пятьдесят, когда он расслабится. А пока приказываю всем сливать половину полученной магии в мой накопитель. Она нам понадобиться, чтобы сбежать.

Глава 43

От разговора, который только что подслушала, у меня волосы встали дыбом. Вот даже не знаю, кто из них хуже. Император, который сумел заточить чудовищ в тюрьме, но теперь втайне приносит жертвы, или те самые чудовища, которые делали свои жертвоприношения, совершенно не стесняясь? Мне не нравились ни те, ни другие.

Я вздохнула. Пришло время узнать о судьбе потерянного темного мага. Я плохо его рассмотрела в другом мире, а в этом он нигде мне не попадался на страницах. Может он погиб в самом начале от рук местных, или его Мрак зарезал, как тех двоих, которые не хотели перемещаться в новый мир.

Я стала листать страницы в обратном направлении, выискивая место, где Василисушка и компания прибыли в мир драконов. Так, вот она. Я вгляделась в лица и обалдела. Лиходей! Это же он был, только совсем молодой. Я стала снова листать вперед, высматривая сцены с ним. Наконец, заметила его за спиной императора на совете, который прослушивала, а потом они разговаривали в алхимической лаборатории.

Император стоял рядом с Лиходеем и смотрел, как тот смешивает реактивы в небольшой стеклянной реторте.

— Лиходей, — заговорил император, — я очень рад, что ты решил остаться со мной. Ты же понимаешь, что вести бесконечную войну против местных, это не выход. Необходимо как-то адаптироваться к местным условиям, искать другие пути пополнения энергии. Иначе мы все погибнем здесь. Я вот решил стать императором драконов, если все пойдет хорошо, ты станешь моей правой рукой.

В это время Лиходей поднял взгляд от своих реактивов и глянул на императора Никитушку скептически.

— Я не полезу во власть, мне это не интересно. Мы с тобой заключили договор, исполняй мои требования, а остальное меня не волнует. От тебя требуется сделать мне стекольный заводик и помогать добывать нужные ингредиенты. И все, — сквозь зубы процедил он. — Взамен я варю тебе зелье для превращения в дракона, яды, бодрящие настои, ты ими пользуешься и радуешься. А да, — спохватился Лиходей, — еще мне нужны люди для испытаний зелья. И сделай так, чтобы чокнутые недовольные люди не слонялись возле моей лаборатории, они меня нервируют, и я не могу качественно погрузиться в работу.

Лиходей отвернулся от императора и продолжил помешивать раствор.

Я перелистнула страницу и задумалась, что я хочу еще посмотреть. Наверно, узнать причину, по которой Лиходей сюда попал. Страницы зашуршали под моими пальцами. Я пролистала сцену в подземной тюрьме, пиры, советы, жертвоприношения. И наконец, моя рука остановилась на сцене, где в картинке с жертвоприношениями произошли перемены. Были как обычно император и жертва на алтаре, но сегодня она была не одна. Рядом с алтарем валялись еще несколько связанных драконов, а руку императора с ножом удерживал Лиходей, мешая завершить ритуал.

— Ты совсем страх потерял, — прошипел император, пытаясь вырвать руку с ножом, но Лиходей держал крепко.

— Не смей их убивать! — разъяренно рявкнул тот. — Ты не понимаешь, это дело всей моей жизни! Я ввел им новую сыворотку истинности, и теперь должен понять, что в них поменялось!

Император вырвал руку из захвата Лиходея, потер ее и со злостью сказал:

— Ты со своими экспериментами совсем сбрендил! Я приказал тебе ослабить истинность. Мне надоело опасаться сильных драконов, пусть они рожают слабаков. Так их станет больше. Зачем ты опять их заразил этой истинностью, ты решил со мной поссориться⁈

Лиходей, блестя глазами, схватил императора за лацканы темного немаркого камзола и затряс его как пес тряпку.

— Без истинности они выродятся в слабеньких уродцев. Где ты тогда энергию для нас брать будешь? Ты рубишь сук, на котором тебе очень долго сидеть придется.

Император с силой разжал его руки и неожиданно вонзил лежащему мужчине нож в грудь. Меня дернуло, как будто это в мое сердце воткнулся нож. Я прижала руку к левой части груди, чтобы немного утихомирить боль, и продолжила слушать.

— Т-т-ты! — возмущенно закричал Лиходей. — Как ты посмел⁈ Все, теперь делай, что хочешь, но я больше не буду на тебя работать!

Император развернулся к нему с кривой ухмылкой и спокойно сказал:

— Тогда ты отправишься в тюрьму. — Он щелкнул пальцами, и Лиходей упал замертво. — Мне не нужен больше именно ты, твои ученики прекрасно справятся. — Император

Отвратительно! Смотреть на императора и слушать его рассуждения было противно, как будто я в дерьме искупалась. Мне было так плохо, что я почти решилась вернуться в избу к Бастиану, как услышала его безжизненный голос:

— Досмотри все до конца.

Я пролистнула вперед и наткнулась на сцену, где император беседует с Бастианом.

— Сынок, — император похлопал его по плечу. — Я знаю, что ты мне предан. Знаю, что с честью выполняешь свой долг. Но твои отец и дядя… — Он драматически замолчал. — Они с группой единомышленников действительно готовили переворот. У меня есть неоспоримые доказательства. Но я понимаю, что обнародовав их, я покрою наш род несмываемым позором. Поэтому я предлагаю тебе послужить империи и закрыть долг семьи перед ней.

Вот козел! Я поняла, что драконы из предыдущей сцены — это отец и дядя Бастиана. Кулаки сжались от желания вмазать этому уроду по слащавой физиономии. Как он все гладко провернул, убил отца и отправил сына подальше, чтобы он не смог докопаться до правды.

— Дальше, — прошептал далекий Бастиан, и я яростно пролистнула пару страниц.

Я увидела Лиходея, который склонился надо мной. Я совершенно не помнила, как теряла сознание, поэтому решила послушать, что он бормочет.

— Ну уж нет, глупая жар-птица не испортит мне дело жизни, — яростно прошипел он и стал расстегивать мою шубу. — Эта Василиса со своими придурками даже здесь умудряются мне мешать. Как она сумела протащить птицу в тюрьму, еще и нашла ее в старом мире. Лезут и лезут ко мне! Только от Никиты отвязался с его манией преследования, как они нарисовались со своей девахой.

Он расстегнул шубу, поковырял купальник и стал меня раздевать. Стянул шубу с правой руки и замер. Вся кожа моего предплечья была украшена татуировками. Была там и птица с человеческим лицом, сидящая на дереве, и дракон, который пыхал огнем на черного человечка. Но Лиходея моя татуировка не впечатлила. Он выругался сквозь зубы и пошел к стеллажу за зельем.

— Придется убить тебя глупая птица, — с сожалением сказал он, открывая мне рот и выливая туда содержимое пробирки. — Не тебе быть истинной моего дракона. Я присмотрю ему правильную драконицу, а ты выскочка умрешь.

Глава 44

Горло знакомо обожгло горечью, я вспомнила, как корчилась на кровати в гареме, мечтая умереть.

— Возвращайся, любимая, — позвал меня Бастиан, и я послушно заскользила в темноту с искрами.

Но очутилась я не в избе, залитой уходящим солнцем, а в темной пещере. На стенах висели пленники в оковах, похожие на скелетов. Я прижалась к теплому боку Бастиана, и он меня со всей силы обнял, вжимая в свое тело.

— Ну, как тебе? Понравилось? — проскрипела Василисушка.

Я поморщилась, разглядывая обтянутый сухой морщинистой кожей череп и редкие длинные волосы, которые частично прикрывали истлевшую одежду.

— Познавательно, — коротко ответила я. — Скажи, а если мы вас убьем, то император тоже умрет?

Василиса каркающе рассмеялась.

— Нет. Мы условно бессмертны. Все. Лиходей, кстати, тоже жив, только заморожен. Ты уж его владетель разморозь, когда в замок попадешь. У меня на него большие надежды. Знаю же, что чертяка давно придумал, как сбежать отсюда, только нужды у него в этом не было.

Бастиан нахмурился и взял меня за руку.

— А с чего вы решили, что теперь я буду вам помогать. Вы находитесь в тюрьме совершенно заслуженно, и выпускать вас отсюда я не намерен.

Зашевелился другой пленник, черноволосый. Мрак.

— Ты ее все равно не заберешь. — Его голос звучал глухо и тихо, я даже напряглась, чтобы ничего не упустить. — Она останется с нами и постепенно пустоши иссушат ее уникальную магию. Гамаюн — птица божественной правды, но это не поможет ей выжить.

Мрак затих, а Бастиан сжал мою руку сильнее, чувствуя свое бессилие. Он повернул мое лицо к себе и прижался обжигающе холодными губами к моему рту.

— Любимая, я обязательно тебя вытащу, ты только дождись меня, — прошептал он мне в губы и погладил затылок, сжал волосы. — Просто посиди с этими чудовищами, только не слушай, что они будут тебе говорить. Я скоро. Я обязательно придумаю, как тебя спасти. Верь мне.

Он еще раз поцеловал меня и исчез. Я опустилась на холодный пол в центре пещеры и закрыла глаза, стараясь не слушать злорадный смех Василисушки.

— Не жди его. Даже если захочет прийти к тебе, то не сможет. Он и попал в тюрьму только из-за тебя. Ты открыла наше узилище, как ключик.

Я прижала ладони к ушам и стала напевать детскую песенку про зимние радости. Но время шло, я чувствовала, как замерзают руки и лицо. Постепенно стало потрясываться тело.

Кажется, мне долго не продержаться. Пришло время для главного вопроса.

— А почему я? К чему все эти сложности с переносом и всем остальным? — спросила я дрожащим голосом, стараясь не стучать зубами.

И тут они все засмеялись, громче всех ржала Василисушка.

— Ты что же, еще не догадалась? — ехидно спросила она сквозь смех. — Никитушка — твой отец. Ох, как он прятал тебя с твоей матерью по всем закоулкам обжитых миров, чтобы мы не догадались, о вашем существовании. Но меня не обманешь, я нюхом чую чужую тайну. — Она разочарованно вздохнула. — Только надурила ты нас, Гамаюнушко. Твоя мать и бабка — фениксы, я думала, и ты пошла в них. А ты… Нужно было кого-то из них хватать, а лучше обоих, и мы были бы уже на свободе.

От услышанного в голове зашумело, я неуверенно поднялась на ноги и потрясенно застыла. Не может быть! Я не могу быть дочерью этого чудовища. Нет! Нет! Только не его!

Руки превратились в крылья совершенно естественно, я даже этого не заметила. Взмахнула ими и поднялась в воздух примерно на метр. Подняла голову и поняла, что потолок пещеры очередная иллюзия, за которой скрывается тот самый тоннель, через который мы с Бастианом падали вниз.

Я хотела подняться по нему к пустошам, но магия с такой силой текла в пещеру к пленникам, что я даже крылья не могла расправить поблизости от нее. Черт! Тут и, правда, не выберешься, выхода нет.

Я зажмурилась, стараясь абстрагироваться от Василисушки, которая продолжала мне что-то говорить. Время откровений прошло. Она теперь будет настраивать меня, чтобы

В голове крутилась какая-то мысль, но я все не могла ухватить ее за хвост. Что-то такое простое и элементарное. И тут меня вдруг озарило. Когда я спала, то легко перемещалась в пустоши. Интересно, это было, потому что меня звали чудовища или по другой причине. Я подняла взгляд на Василису и поняла, что они никогда не скажут мне правду, будут врать, искажать правду, чтобы добиться своего.

Я опустилась на пол пещеры, легла и укрыла голову крыльями, прячась в кокон. «Хочу очутиться в пустошах!» — дала я себе установку и прикрыла глаза. Сон не шел, но хорошо, что мерзнуть я перестала. Внезапно вспомнилось, как в другом мире я ходила на занятия с психологом, чтобы наладить сон. Добрая тетенька советовала расслаблять все части тела по очереди, и тогда я незаметно погружусь в сон. Попробуем.

Мои ступни расслабляются и становятся легкими… мои пальцы расслабляются и становятся легкими… моя шея расслабляется и становится легкой… кожа головы расслабляется и становится легкой. От этой странной техники я не уснула, просто тело стало казаться легким и чужим, я как будто наблюдала за ним со стороны. «В пустоши» — скомандовала я сама себе и внезапно очнулась на снегу.

Любимая шуба прикрывала вызывающе красный купальник. Гляди, жизнь-то налаживается. Я довольно усмехнулась, стала подниматься и вдруг заметила стоящего рядом усталого вождя хорготов Ангуни. Его губы были печально сжаты, и в глазах была такая тоска.

— Вождь Ангуни, — жестко сказал я, поправляя шубу. — Я не дракон, я посланница Богов. И я приказываю вам собрать всех ваших людей и отправиться вместе с ними в замок владетеля. Обсуждению приказ не подлежит. Если ослушаетесь, навеки останетесь в пустошах вместе со своим народом и хитрыми плененными чудовищами.

Я легко превратилась в птицу Гамаюн, и пока вождь растерянно стоял с раскрытым ртом и хлопал глазами, поспешно полетела в сторону замка. Вождь выглядел так смешно, что я хотела каркнуть напоследок, но сдержала неуместный порыв. Вдруг еще камень вслед кинет или чего похуже.

Глава 45

Я летела к замку и пыталась разложить всю информацию по полочкам. Так, мне известно, что Никита и заключенные во главе с Василисой когда-то были в одной банде темных магов, но Никита решил отколоться, организовал захват власти у драконов, стал императором и посадил своих бывших друзей в тюрьму, из которой было не выбраться.

Чтобы друзья не загнулись без магии, а тюрьма не разрушилась, Никита под разными предлогами отправил сюда сильных магов и драконов. Но Василиса и Ко не сдались, они нашли дочь Никиты, то есть меня, и попытались совершить побег. Но все пошло кувырком, я оказалась не главным козырем, а не понять чем. Хотя… Грызли меня тут смутные сомненья. Не могла Василиса не понять, что они притащили не ту птицу!

И чем больше я мусолила эту идею с ошибкой, тем более невероятной она мне казалась. А еще я вспомнила, как Василиса, уже будучи прикованной к стене тюрьмы, говорила императору Никите, что он где-то просчитался. Она же нам с Бастианом не сказала, что это был за просчет, и решила использовать в темную.

Я подняла голову и застыла от нереальной красоты. Замок владетеля был прекрасен, как ожившая мечта. Лед ослепительно блестел на солнце, и над замком горели радуги. А воздушные балконы, мосты и пики башен смотрелись такими тонкими и изящными, они легким кружевом оплетали замок, придавая ему нереальный сказочный вид.

Но я знала, что замок был не таким уж и легковесным. Прозрачные стены метровой толщины были способны сдерживать натиск стихии и нападение врагов. Кроме того, в замке была и скрытая в пещерах часть, обороняться от врагов там можно было ох как долго.

Жаль, что снабжение пустошей полностью зависело от империи. Если император захочет, нас быстро заморят голодом и никаких кровопролитных войн не потребуется.

Я вздохнула и подлетела к балкону второго этажа, попыталась сесть на окруженную перилами площадку, но магия мягко оттолкнула меня не давая приземлиться. Да ладно! Я поднялась повыше — та же картина! Защита замка не хотела пускать меня домой. Непорядок!

Так и подмывало зависнуть над балконом и заорать, как кошка по весне: «Бастиан, выходи! Твоя птичка прилетела!» Мне кажется, кошка бы из меня получилась отменная. Я с содроганием вспомнила свой голос, когда только примерялась к роли Гамаюна, земные кошки и коты позеленели бы от зависти.

Я еще покружилась над неприступными балконами и закрытым защитой внутренним двором и спустилась к главному входу. Деревянные ворота, обитые железом, были, вероятно, рассчитаны на дракона или даже двух. Их высота и мощь поражали воображение. Я стояла перед ними, как крошечная букашечка. Ну, что стоять без дела⁈ Я постучала сначала кулаком. Но получилось так тихо, что я сама себя не услышала. Потом повернулась к воротам спиной и стала долбить лапой. Глухой негромкий звук не призвал ко мне стражу или кто там должен охранять ворота. Портить имущество Бастиана когтями я не стала, может еще придется сидеть под их защитой. Буду действовать по другой схеме, не такой разрушительной для замка.

Ну, что, господа-товарищи, сами напросились! Я подняла голову и запела. Дурное эхо тут же приумножило и разнесло мой кошачий концерт по округе. Тут же из незаметной боковой дверцы выскочил недовольный мужик в доспехах с мечом наперевес и закричал:

— Чего хулиганишь? А ну пошла отсюда!

Я повернулась к нему, превращаясь в человека, и холодно сказала:

— Повежливей! Если сейчас же не проводишь к владетелю, то не только должности, но и жизни лишишься.

Мужик меня моментально узнал и тут же побледнел:

— Леди Ильвина, прошу! — засуетился он, направляя меня к той двери, откуда сам вышел. — Мы же центральными воротами никогда не пользуемся, все через эти служебные ходим. Я сначала и не понял, что кто-то войти хочет. На моей памяти в них еще ни разу не стучали.

Стражник пропустил меня вперед. Я ухмыльнулась, услышав, как он бурчит себе под нос:

— Пугать меня вздумала. Да какая это к демонам жизнь, лишишься ее и не заметишь.

Мы вошли в нормальную человеческую дверь, которая соседствовала с обычного размера воротами, и очутились во внутреннем дворе, где уже начали суетиться стражники, напуганные моими воплями. Они точно не ожидали такого нападения с пустошей.

— Что случилось? — к нам стремительно приближался смутно

Он вроде бы отчитывался перед Бастианом за поиски Лорелеи, когда мы с леди Меланьей учились читать. Сейчас мне казалось, что это было так давно. Столько всего успело со мной случиться. Интересно, что там мои «подружки» делают? Надеюсь, живы здоровы.

Узнав меня, капитан реально обрадовался. Лицо озарила счастливая улыбка.

— Леди Ильвина, какое счастье, что вы нашлись! — Он едва не похлопал меня по плечу, но вовремя пришел в себя и отдернул руку. — Владетель сошел с ума. Он сказал, что к вечеру разрушит замок.

Я бежала за капитаном, как будто за мной гнались все черти преисподней, разговаривать, выясняя, что случилось, было совсем невозможно, не хватало дыхания. И вот когда я окончательно выдохлась, то вместо того, чтобы остановиться и отдышаться, незаметно превратилась в птицу. Махнула крыльями и низко полетела, стараясь не обгонять капитана.

Неожиданно птица Гамаюн стала для меня таким же естественным обликом, как и человеческий. Я просто и легко оборачивалась человеком и птицей, не задумываясь и не испытывая дискомфорта. Как хорошо, что купальник и шуба всегда были со мной!

Мы поднялись на первый лестничный пролет, и капитан остановился, чтобы отдышаться. Но я не могла ждать. Вдруг пока мы тут прохлаждаемся, с Бастианом что-нибудь случиться⁈

— Скажите, где лорд Анкердорм, дальше я сама разберусь.

Капитан поднял на меня виноватый взгляд:

— Да, нет, я сейчас немного отдохну и поведу вас, — с небольшими паузами проговорил он, но, увидев мое недовольное лицо, осекся и махнул рукой наверх. — Третий этаж. Лаборатория Лиходея.

Я так и знала, что Бастиан собрался творить глупости не просто так! Сердце испуганно сжалось. Почему-то Лиходей казался мне самым опасным изо всех чудовищ. Холодный, расчетливый и абсолютно бесчеловечный. Что там у него в голове, кто знает? Господи, хоть бы он не навредил Бастиану. Я рванула вверх по лестнице, закладывая крутой вираж. Пролетела несколько пролетов, задевая лапами перила. Ледяная крошка веером летела от моих когтей, но я не сбавляла скорости. Летела и гнала неуместные мысли о том, что я мало что смогу противопоставить многовековому опыту и магии Лиходея.

Глава 46

Бастиан переместился из тюрьмы прямиком к деревне хорготов. Оглядел деревянные домики, которые отстояли друг от друга достаточно далеко, как неродные сестры. Не смотря на то, что утро уже наступило, на улице никого не было. Над деревней повисла странная тревожная тишина.

Заметили Бастиана почти сразу, вождь Ангуни выскочил из общинного дома, на ходу запахивая длинный полушубок и поднимая воротник.

— Рады видеть тебя владетель! — настороженно проговорил он.

Бастиан скривился в ответ и отчеканил:

— Если узнаю, что продолжаете кормить мятежников, всех пущу под нож.

Вождь побледнел, губы его затряслись, а пальцы, держащие шубу, побелели.

— Лорд… Анкердорм… я не могу, — едва слышно прошептал он, втягивая шею. — Нам Бог велел. Когда мы ослушались в прошлый раз, он так сердился, что умерли все старики.

Накатила ярость, от которой белело в глазах и выворачивало внутренности. Бастиан схватил вождя за меховые полы полушубка и приблизил его испуганное лицо к своему, искаженному злостью. Челюсти сжал так, что аж зубы сводило от боли. Он сдерживал себя, чтобы не растереть этого убогого по снегу. Ильвина там в опасности, а эта мразь посмела тут что-то вякнуть!

— Попробуй, — процедил Бастиан. — Если боишься пленных чудовищ больше, чем меня. Я не пощажу никого.

На улице резко похолодало, по дороге понеслась поземка, наметая снег на сапоги. Бастиан отбросил от себя вождя Ангуни, как тряпку, развернулся и, превратившись в дракона, полетел в сторону замка. Там его ждали более важные дела.

Он приземлился во внутреннем дворе, который оказался весьма многолюден. Солдаты собирались на вылазку из замка. Бастиан заметил, что они вооружены шпагами, и среди них нет магов.

Навстречу ему кинулся начальник гарнизона, лорд Мантуан, моложавый подтянутый дракон средних лет. В прошлом году Бастиан с большим удовольствием назначил его командовать гарнизоном вместо несведущего болвана, назначенного императором.

— Лорд Анкендорм, на территории замка все спокойно, — бодро отрапортовал он. — Сейчас должна вернуться группа, которая искала пропавших в пустошах. Новая группа готовиться выйти на поиски. Мы вас тоже… того… искали. — Он немного замялся, потом поднял блеснувшие радостью глаза. — Хорошо, что вы того… сами нашлись.

Бастиан по-доброму усмехнулся, хорошо, что хоть кто-то рад, что он вернулся.

— А почему в поисковых группах нет магов?

Лорд Мантуан помрачнел и кинул злой взгляд на окна второго этажа.

— Когда вы пропали, мы вынуждены были известить императора. И пришел приказ вас не искать, а ждать нового владетеля. — Он помолчал, поигрывая желваками. — У нас тут произошел небольшой раскол с магами. Мы хотели найти вас в пустошах, а они… Ну, вы поняли.

Лорд Мантуан напряженно замолчал, Бастиан положил ему руку на плечо и сжал, передавая магию.

— Я вам очень благодарен за преданность. Приказываю отменить поисковую операцию, дождаться ушедшую группу и взять под стражу взбунтовавшихся магов.

Лорд Мантуан попытался что-то возразить, но поднял руку и с пальцев посыпались мелкие снежинки напополам с искрами. Он потрясенно замер, а потом кривовато улыбнулся и поднял заблестевшие глаза на Бастиана.

— Спасибо, — хриплым голосом сказал он, откашлялся и бодро продолжил: — Слушаюсь! Будут еще приказы?

Бастиан на мгновение задумался, взвешивая риски, а потом понял, что по-другому не получится.

— Да, объяви преданному личному составу, чтобы собрали вещи и оружие и перенесли к продуктовым складам и гарему. К вечеру я разрушу замок.

Лорд Мантуан не выглядел потрясенным, скорее сосредоточенным, он отошел от Бастиана и сразу же принялся раздавать команды. Народ во дворе засуетился, группа гвардейцев пошла к центральным дверям.

Кстати! Бастиан сосредоточился, ощущая тех, кому даровал магию, и потянул ее обратно. Сегодня ему будет нужен весь резерв, он не оставит ничего, даже у замка заберет магическую составляющую, вряд ли тот переживет это событие.

Огонечки магии послушно тухли, превращая избранных во вполне обычных людей и оборотней без волшебной искры. С магией остался только он и лорд Мантуан. Было странно, что магия исчезла и у леди Лорелеи, и у лорда Гаустуса, и у Вальдуса, хотя он им ничего и не даровал. Кажется, кто-то воровал его силу, выдавая за свою. Василиса или кто-то из ее компании оказались весьма талантливыми магами, которых не могли сдержать даже стены тюрьмы.

Тяжело ступая, Бастиан пошел к замку. Его ждало еще одно неприятное, но крайне важное дело. Он оглянулся, выискивая взглядом лорда Мантуана, но того не оказалось рядом, зато поблизости крутился капитан гвардейцев, имя которого

— Капитан, — сказал он, глядя гвардейцу в глаза, — я иду в лабораторию Лиходея. Беспокоить меня только по жизненно важным вещам. Доведите до сведения лорда Мантуана.

Капитан неуверенно кивнул, и Бастиан продолжил путь. Идти к человеку, который предавал его не единожды, было тяжело. В груди кипела злость, и он опасался, что не выдержит насмешек Лиходея и просто придушит его. Но нужно было держать себя в руках ради Ильвины. Потом он отомстит им всем, Бастиан Анкендорм не умел прощать.

Дверь в лабораторию Лиходея была вморожена в лед, Бастиан осторожно потянул на себя магию, и лед начал быстро таять. Приятная прохлада потекла к нему, наполняя резерв. Странно, он никогда не замечал раньше, что лед действовал, как накопитель, замораживая потраченную магию. Как много вещей он умудрился не замечать.

Лиходея он оставил частично вмороженным в лед, который сковывал его руки и ноги, мешая колдовать. Хотя, сейчас Бастиан не чувствовал от него магии, как будто он забрал резерв и у него тоже, когда лишал магии остальных.

— Ну, привет Лиходей! — с веселой злостью поздоровался Бастиан, заметив, что ресницы Лиходея шевельнулись.

— И тебе не хворать, обманутый принц, — усмехнулся в ответ Лиходей, не открывая глаз. — Не поверишь, я даже догадываюсь, зачем ты меня разбудил.

Он качнул головой и открыл голубые, как небо глаза. Бастиан вглядывался в знакомые с детства черты лица и гадал, говорил ли ему хоть когда-нибудь правду этот странный человек.

— Вот и хорошо, не придется тебе ничего объяснять. — Бастиан пытался понять, будет ли Лиходей сотрудничать. — Скажи, чем можно убить тебя и остальных твоих дружков?

Лиходей вытаращил глаза и картинно уронил голову на грудь.

— Бастиан, ты просто убил меня своим вопросом! Я думал, ты спросишь, как тебе со своей пассией сбежать из тюрьмы, а ты тут такие важные философские вопросы поднимаешь о жизни и смерти.

Глава 47

Лиходей противно подхихикивал, и Бастиан стал отчетливо понимать, что он не поможет. Не скажет сумасшедший колдун, как его убить. Это можно было предполагать с самого начала, но попытаться стоило.

— Знаешь, я живу достаточно долго, чтобы понимать, какой вопрос ты задашь теперь. — Лиходей перестал кривляться. — Скажу сразу, я на него не знаю ответа. Вернее знаю, но он тебе не понравится. Можешь меня даже пытать. По твоим глазам вижу, что ты думал об этом.

Бастиан упрямо сжал челюсти. Да, думал. И не до конца отбросил эту мысль, если нужно вернется к ней без сожалений и угрызений совести. Жизнь Ильвины была для него дороже Лиходея.

— Только не говори, что не нашел лазейки, чтобы выбраться из пустошей.

Лиходей покачал головой и печально усмехнулся.

— Я так понимаю, что с Василисой ты уже успел поговорить? — И дождавшись кивка Бастиана, продолжил: — Она наверняка выставила меня хитрым умником, который умеет все. Это же она тебе сказала, что у меня есть способ выбраться из тюрьмы? Не отвечай, знаю, что она.

Лиходей вдруг потянулся и окружающий его тело лед треснул. Осколки брызнули во все стороны. Бастиан приготовился атаковать, но Лиходей поднял руки.

— Извини! — простодушно сказал он. — Тело затекло лежать столько дней в одной позе. Даю слово, бузить не буду.

Бастиан опустил руки, но заготовленное заклинание не гасил. В искренность и порядочность Лиходея поверил бы только дурак или самоубийца. А ему еще Ильвину выручать нужно.

— Хм. — Бастиан пошевелил пальцами, заставляя заклинание стазиса, которое он не гасил, мерцать. — Ты ничего не знаешь, не можешь. Зачем ты мне? А, Лиходей⁈ В чем польза от того, что я тебя оживил? — Бастиан усмехнулся, наблюдая, как глаза противника стали карими, Лиходей перестал играть и скоро покажет свое настоящее лицо. — Можешь не отвечать. Никакой пользы, только вред. Буду теперь ходить, оглядываться, как бы ты мне нож в спину не воткнул. Пожалуй, заморожу-ка я тебя по новой.

Лиходей не сдвинулся с места, только улыбка на лице стала шире. Он опирался на металлический стол, положив ногу на лежащий неопрятной кучей скелет.

— Бастиан, ты меня разочаровал, мальчик мой, — с издевкой произнес он. — Почему ты до сих пор не прочитал дневники предыдущих владетелей, которые я тебе советовал изучить сразу по прибытию. Магия этого места сохранила для тебя уникальную информацию, а ты строил из себя царька.

Лиходей ловко прыгнул, садясь на столешницу, и подкинул ногой скелет, который на лету ожил и приземлился рядом с Бастианом. Заклинание стазиса полетело в него в то же мгновение, но неожиданно скатилось с голых костей. Скелет остался стоять в двух шагах от Бастиана.

— Отзови свою нечисть, — скомандовал Бастиан, готовясь вморозить скелет в лед.

Но неожиданно Лиходей щелкнул пальцами, и скелет послушно пошаркал в его сторону.

— Я не хочу с тобой воевать, но и лежать в стазисе не буду, уж извини, — глухо сказал он. — Могу в качестве компенсации рассказать тебе выдержки, самые сливки так сказать, из дневников. Василиса проделывала фокус с настраиванием против императора столько раз, сколько было здесь владетелей. Формы и методы выбирала разные, проверяла, тестировала. После ее откровений бедные владетели сходили с ума, рушили свои замки, устраивали кровавые жертвоприношения. Скажи, ты же уже собрался вытянуть магию из замка? Думаю, собрался. Жаль, что кончается все одинаково: владетели гибнут, и в пустоши отправляется свежая кровь, новый владетель. — Лиходей скорчил смешное лицо. — Странно, что тебя так быстро списали со счетов. Ты вроде сильный дракон, еще несколько десятков лет можно было бы пить твою магию. Наверно, у Василисы появился очередной план, как сбежать с пустошей.

Бастиан разжал сведенные от ненависти зубы и процедил:

— Сейчас все будет по-другому. У меня есть Ильвина.

Лиходей вздохнул и печально покачал головой.

— Да. Но ты уверен, что птичка играет на твоей стороне? Ты ничего про нее не знаешь. Не ты ее сюда позвал.

Слова Лиходея разбудили непонятную тревогу. Бастиан попытался отогнать от себя черные мысли. Он чувствовал, что Ильвина была искренна с ним, но если ее действительно использовали в темную.

Тут дверь распахнулась, с грохотом ударившись о стену, и в лабораторию влетела разозленная Ильвина в облике Гамаюна.

— Бастиан, я иду на помощь! — грозно крикнула она и подлетела к нему.

Лиходей охнул и вдруг залился счастливым смехом. Ильвина прижалась плечом к Бастиану, и он не выдержал, прижал ее к себе со всей силы и тут же выпустил из объятий, отправив себе за спину.

— Чего это он? — протянула Ильвина удивленно, а Бастиан пожал плечами.

Лиходей и не думал останавливаться. Он

— Надеюсь, Василисушка видела, что ты за птица?

Ильвина нахмурила лоб и глянула на Лиходея из-под бровей.

— Видела. И что? — недовольно спросила она.

Лиходей довольно улыбнулся и потер руки. А потом и вовсе соскочил со стола.

— А вот теперь, когда я узнал, что ты не жар-птичка, можно и повоевать. — Лиходей протянул Бастиану руку для пожатия, но тот смотрел недоверчиво.

— Повоевать? С кем и за что? — с недовольством спросил Бастиан. — А главное, зачем тебе это нужно?

Лиходей опустил руку и, независимо насвистывая, сунул ее в карман широких штанов.

— С кем? С императором конечно, — с лихой улыбкой ответил он. — Нужно действовать быстро. Отправимся к выходу портала и будем ждать от императора сюрпризов. Думаю, что он не поскупиться на оплеухи, Василисушка навела шороху.

Лиходей пошел в их сторону, но Ильвина уперла руки в бока и вдруг ткнула в Лиходея обвиняющим пальцем.

— Ты так и не ответил, зачем тебе это все. Ишь, нашел дурачков, мы не пойдем никуда. С императором мы не ссорились.

Но Лиходей не смотрел на Ильвину, он глядел строго на Бастиана и говорил, ловя его взгляд:

— Из-за всей этой заварушки, вы можете погибнуть. А я повисну рядом с Василисушкой и навсегда лишусь свободы. Поверь — это в тысячу раз хуже, чем по-простому сдохнуть.

Бастиан качнул головой, и обрадованный Лиходей подбежал к ним и хлопнул его по плечу.

— Только, — проговорил Лиходей задумчиво, — давай сначала уничтожим кристалл связи. Надеюсь, ты догадался лишить лизоблюдов магии? Если еще нет, то поспеши.

Глава 48

Бастиан перенес нас к Драконьей горе за пару ударов сердца. Раз, и я уже стою на скале, вглядываясь в пустоши. Магия! А вот до этого он совершил настоящее безумие. Вывел всех домочадцев из замка и разрушил его, выкачав питающую его магию. Я почти плакала. От жалости к неодушевленному предмету у меня болезненно сжималось сердце. Почему-то за такое короткое время я успела к нему привязаться, я как будто настоящий дом потеряла. А может я просто к людям успела прикипеть.

В той другой своей жизни, когда я была Элеонорой, я никого близко к себе не подпускала, не интересовалась другими людьми. Они были всего лишь статистами, даже мой несостоявшийся муж. А теперь я смотрела на растерянных девушек из гарема, хорготов, солдат и ощущала их своими. Бастиан умел сплачивать вокруг себя людей и нелюдей.

Драконья гора встретила нас не ласково. Голые скалы, покрытые заплатками снега, выглядели, как обглоданные кости древнего супердракона-динозавра. Я поежилась от пронизывающего до костей ветра и прижалась ближе к теплому боку Бастиана. Он пытался отправить меня вместе с хорготами в укрытие, но я не согласилась. Сказала, что все равно сбегу к порталу, как только он отвернется. Больше уговаривать Бастиан не стал.

Портал открылся как-то незаметно. Вот только я смотрела со скалы на безжизненную равнину Ледяной пустоши, как вдруг исписанные рунами столбы засветились, и между ними появился пространственный портал. Он зиял, напоминая дыру, разрывающую воздух. Дымные края слегка двигались, как обрывки ткани под порывами ветра.

Сам портал пульсировал холодным ледяным светом, как будто из его глубин выползал древний потусторонний злой холод.

Я зябко передернула плечами, и Бастиан вдруг погладил меня по спине.

— Не лезь вперед! — сказал он строго. — И постарайся остаться в живых.

А потом он прижался ледяными губами к моим, как будто ставил свою печать, и сжал в крепких драконьих объятьях.

— Представление начинается! — крикнул Лиходей. — Скоро появятся гости.

Он стоял недалеко от нас и весело смотрел в открывающуюся бездну. Его черный плащ развевался за спиной, иногда хлопая на ветру, напоминая крылья хищной птицы.

Подтверждая слова Лиходея, резко стемнело. Портал как будто всосал солнечный свет и выплюнул наружу блеклую холодную луну. Я нашла ладонь Бастиана и сжала изо всех сил.

— Люблю тебя, — прошептала я, не поворачивая головы, но он услышал, сжал ладонь в ответ. — Береги себя.

Внезапно портал запульсировал красным и из его глубин, как тени, стали выбираться оборотни. Их тела сверкали в лунном свете, мускулы играли под натянутой, заросшей шерстью кожей.

Я смотрела на них с ненавистью и страхом. Сильные мощные. Они сметут нас не глядя! Сколько у нас воинов⁈ Жалкая горстка, а их целая армия. Ни я, ни девушки из гарема, ни хорготы — никто из нас не сможет биться с ними на равных. Наоборот, мы были, как ермо на шее защитников. Хотя, если прижмет, мы продадим свою жизнь задорого! Думаю, каждый из нас будет биться до смерти.

А император все-таки сволочь! Он точно не хотел, чтобы хоть кто-то здесь остался в живых, ну, кроме его бывших друзей, само собой.

Я так и знала, что мой отец отвратительнейший тип! Эмоции бабушки были честными и искренними. Она до глубины души ненавидела зятя, только мне не могла сказать почему, но с детства позаботилась, чтобы никаких теплых чувств я к нему не питала.

Пока я наблюдала за оборотнями, в небе над пустошами появились драконы. Черные, красные. Мощные и быстрые. Их чешуя сверкала под лунным светом серебром и медью. Мускулистые тела как ракеты вылетали из портала и сразу же стартовали в самую высь, превращаясь в темные быстрые тени, положение которых выдавало только хлопанье крыльев.

— Мамочка, помоги! — прошептала я, пытаясь сдержать панику.

Бастиан еще раз сжал мою руку и бросил Лиходею:

— Держи портал.

Тот лихо отдал честь и с кривой улыбкой сказал:

— Я буду пробираться ближе. Отсюда, конечно, безопасно наблюдать, но управлять порталом я не смогу. — Бастиан кивнул, а Лиходей вдруг стал серьезным. — Ты прости там, если что. Ты был наверно единственным существом, которое я уважал. Надеюсь, все из нас останутся в живых.

Лиходей сказал последнюю фразу и, не глядя на нас, стал быстро спускаться. Бастиан молча махнул рукой, подавая знак своим воинам, и началась метель. Видимость снизилась до нуля, ледяной ветер впивался в тело, вымораживая магию. Бастиан до сих пор оставался владетелем Ледяных пустошей. Только ему подчинялась магия этих мест. И это стало нашим главным козырем. Без поддержки магии у нас не было ни единого шанса. Даже хорошо, что маги успели доложить императору, что Бастиан погиб.

Я почувствовала несколько толчков, как будто упало что-то большое. Драконы. Но за снегом и свистом ветра ничего не было видно и слышно.

Бастиан

— Прижмись к скале и не вздумай никуда уходить!

Я кивнула, погладила его по щеке, и прижалась спиной к облепленному снегом камню. Магия пустошей кидалась на меня, как голодная злая собака, крепко привязанная хозяином к будке, и не могла укусить.

Внезапно, как по щелчку пальцев, метель стихла. Вот только ветер трепал мои волосы, а теперь на Драконью гору опустилась тишина. Луна стала светить ярче, освещая многометровые снежные заносы. И тут я услышала звон мечей и чьи-то вскрики. Я осторожно откопалась, разгребая снег руками и ногами, и выглянула на площадку перед порталом.

Здесь кипела битва. Наши воины успешно теснили пришельцев к затянутому ледяной коркой пространственному порталу. Как и говорил Бастиан на военном совете, магия пустошей выпила оборотней, заставляя их превращаться в обычных людей, а вот драконам не повезло. Магическая атака застала их в воздухе, поэтому на скалах валялись частично засыпанные снегом огромные туши. Я отвела взгляд и несколько раз сглотнула горькую слюну. Крови я не любила, и жестокость ненавидела. Но это война. Если бы драконы были людьми при переходе в пустоши, они бы остались в живых, правда, оборачиваться больше не смогли бы.

Я отыскала глазами мощную фигуру Бастиана. На него нападали двое заросших полуголых мужиков, но он справлялся с ними играючи, еще и подыгрывал бьющемуся рядом товарищу. Такие точные сильные движения, я любовалась, как он танцует с мечом. Мой мужчина был хорош!

Я увлеклась битвой и проспала нападение врагов. Мне зажали рот, больно схватили за волосы, намотав на кулак, и куда-то поволокли. Я пыталась позвать на помощь, кусала ладонь нападавшего до крови, пиналась, но добилась лишь того, что меня стукнули по голове.

Глава 49

Я снова очнулась в снегу. Опять! Дежавю сплошное. И как всегда в шубе. Я ее просто ненавидела! Проклятая норка, когда-нибудь она меня доконает!

Начинало смеркаться, хотя я помнила, что когда меня похитили, был еще день в самом разгаре. Вот… нехорошие люди!

Раздражающе мигала светомузыка, окрашивая окружающий снег красным и синим, отчего голову простреливало невыносимой болью, и я закрыла глаза, пытаясь хоть немного ее смягчить и придумать, что мне делать дальше. Боль не проходила, в висках даже стало пульсировать сильнее, и гениальный план не придумывался.

Ясно было только одно — надо вставать и как-то искать Бастиана. Начну с пункта вставать, тем более что щека стала неметь от холода. Я открыла глаза, поелозила голыми коленками по снегу, опираясь на трясущиеся руки и застонала. Боже, как больно!

— А ну, лежать! — визгливый голос Лорелеи впивался в мозг, вызывая тошноту. Ведьма!

Я повернула голову. Так и есть. Рыжеволосая бестия стояла в двух шагах и нагло скалилась. А рядом, как два телохранителя, с кислыми мордами стояли Вальдус и лорд Гаустус.

Я открыла рот, чтобы выдать что-нибудь огненно-смешное, но Вальдус меня опередил.

— Это хорошо, что ты пришла в себя, — ухмыльнулся он. — Не придется принимать экстренных мер, чтобы привести тебя в чувство.

Вальдус поиграл бровями, наклонился и рывком поставил меня на ноги. Голова стрельнула невыносимой болью, я застонала и едва не свалилась на снег, ноги совершенно не держали. Но он грубо схватил меня за плечо, не давая упасть.

— Ты перестарался, — недовольно заговорил лорд Гаустус. — Можно было так сильно не бить. Или можно было совсем не бить. Она же девушка!

Но тут неожиданно Вальдус взвизгнул, как баба, и, размахивая замотанной рукой, завопил:

— Вот бы сами и похищали ее, а потом несли эту бесноватую через расположения противника! Она едва руку мне не отгрызла, я вообще сжать кисть не могу, а это правая рука! Как я меч держать буду⁈

Он зло оттолкнул меня от себя, и я снова отлетела в сугроб, как поломанная кукла. Я неловко упала на бок, и снег облепил лицо. Завозилась, пытаясь перевернуться, и тут кто-то поставил мне ногу на спину.

— Лежать! — рыкнул мне Вальдус, как собаке, и я замерла, стиснув зубы.

Ну, тварь, я тебе покажу, когда мы поменяемся местами! А мы обязательно поменяемся. Тогда ты узнаешь, на что способен женский гнев и мстительность.

— Прекрати, — устало сказал лорд Гаустус, Вальдус что-то недовольно пробурчал, но ногу убрал.

— Дорогие мои, — заворковала вдруг Лорелея, — а давайте не будем ссориться. Лорд Гаустус, вы уж не ругайте так Вальдуса, он старается изо всех сил. Что вам эта подстилка владетеля⁈ Я вообще не поняла, зачем мы ее взяли.

— Заткнись! — неожиданно зло рявкнул лорд Гаустус. — Еще я куриц вроде тебя не выслушивал. Вальдус, займись Лиходеем. Какого демона ты так лупил его по голове? Приводи его в сознание. И давай быстрее, сейчас этот дуболом Анкердорм разберется с оборотнями, и поймет, что его дама пропала.

Лорелея громко фыркнула. И они занялись делом где-то в стороне от моих глаз, переругиваясь вполголоса. Пользуясь тем, что враги отвлеклись, я осторожно перевернулась, рассматривая окружающую обстановку.

Мы находились на небольшом уступе, скрытом скалами и сугробами от основного плато, на котором шло сражение. Со своего места я видела край портала, от него-то и шла светомузыка.

В десятке шагов от меня лежал Лиходей. Вокруг него сейчас хлопотали похитители. Не знаю, что они сделали, но минут через десять Лиходей очнулся и застонал. Вальдус так же, не церемонясь, как и со мной, дернул его на ноги, приводя в вертикальное положение. Лиходей застонал громче и буквально повалился на мощную фигуру Вальдуса.

— Извини, красавчик, так-то я мужиков не люблю, но сегодня придется пообжиматься с тобой, — невесело хохотнул Лиходей.

Выглядел он не очень. Лицо бледное в потеках крови, волосы слиплись на виске и затылке. Думаю, что если бы он не был бессмертным чудовищем, то уже вероятно был бы мертв.

Лорд Гаустус схватил его за грудки и встряхнул так, что голова Лиходея беспомощно мотнулась из стороны в сторону, вызывая новую волну стонов.

— А ну, заткнулся, шутник! — зло прошипел лорд Гаустус. — Сейчас мы подойдем к порталу, и ты проведешь нужный ритуал, тот, который ты обещал Бастиану Анкендорму. За одним исключением. Ты пошлешь на другой конец портала в империю нас. И чтобы без шуток!

Лиходей засмеялся, но Вальдус отвесил ему звонкую оплеуху, и тот замолчал на время, а потом устало проговорил:

— Хорошо, но при одном условии, девушку, — он кивнул в мою сторону, — нужно вернуть.

Вальдуса заржал и сжал голову Лиходея так, что тот закричал.

— Еще чего! — сквозь смех сказал Вальдус. — Анкендорм тогда нас размажет по

Он сжал руку Лиходея со всей силы, заставляя того вскрикнуть:

— Хорошо!

Лорд Гаустус удовлетворенно кивнул и повернулся ко мне. С брезгливостью осмотрел и молча помог подняться. Так мы и пошли напрямик через сугробы к порталу: впереди мы с лордом Гаустусом, который крепко держал меня за талию, а следом Вальдус с Лиходеем на плече. Замыкала шествие Лорелея.

Мы прошли пару метров, утопая в снегу, а потом неожиданно вышли на утоптанную неширокую тропинку. Портал, как маяк мигал в темноте, не давая сбиться. Шум битвы становился громче. Где-то там Бастиан, рубил злых оборотней и не знал, что я тут бегаю кругами по горам. Я вздохнула, споткнулась, но лорд Гаустус удержал меня от падения, только зло буркнул, чтобы я смотрела под ноги.

Наконец, мы вышли на плато и спрятались за скальным отрогом, облепленным снегом. Теперь отчетливо было видно, что выход портала надежно запечатан ледяной заслонкой, о которую яростно бились черные клубы магии.

— Где эта курица? — прошипел над головой лорд Гаустус.

Про кого это он? Про Лорелею? Я обернулась, и ее действительно не было рядом. Растерянный Вальдус крутил головой, пытаясь найти ее не сходя с места, а Лиходей ухмыльнулся и подмигнул мне. Я не знала, зачем и почему пропала Лорелея, но от ужимок Лиходея мне вдруг стало спокойнее. Наверняка у него был какой-то хитрый план, не зря же он столько столетий остается жив и гуляет на свободе. Василисушка явно не такая изворотливая. Хотя, жив-то Лиходей остается один, а вот его друзья и соратники не очень. Я опять приуныла. Не слишком Лиходей хороший союзник.

— Да зачем она нам нужна? — наконец, громким шепотом ответил Вальдус, устав вытягивать шею. — Провалилась куда-то, да и ладно.

Лорд Гаустус сильнее сжал мое плечо, заставляя меня морщиться, и свозь сомкнутые зубы прорычал:

— Идиот! Ничего нормально сделать не можешь! Иди, ищи ее. Лиходея ко мне подтащи.

В пару приемов нас с Лиходеем уложили лицами в снег, руки связали за спиной. Все мои дерзкие мечты о побеге разбились о суровую реальность.

— Ну, привет, демоница! — весело поприветствовал меня Лиходей, но лорд Гаустус зло пнул его под ребра и приказал нам замолкнуть, поэтому я в ответ только улыбнулась.

Вальдус вернулся быстро, но с пустыми руками. На немой вопрос лорда Гаустуса он пожал плечами, потоптался и уже собрался было присесть рядом, как лорд рыкнул:

— Где она?

Вальдус шумно вздохнул и начал перечислять:

— На тропинке нет, на нашем старом месте тоже. Крови, мест падения или провалов нет. Может ее какой-нибудь выживший оборотень утащил?

На последних словах Вальдуса я вдруг поняла, что уже несколько минут не слышу ни звона мечей, ни вскриков, хотя они фоном звучали все это время.

Лорд Гаустус тоже заметил это, жестом приказал Вальдусу сесть и осторожно выглянул из-за сугроба. Был он хмур, но не в панике. А жаль.

— Выступаем сейчас, — скомандовал лорд Гаустус,

Нас с Лиходеем подняли, и толкнули вперед. Вальдус и лорд Гаустус трусливо прятались за нашими спинами. Я медленно, пошатываясь, брела по тропинке, изредка опираясь на плечо Лиходея, который слишком быстро пришел в себя. Злодейская магия! Его лицо порозовело, и он совсем не напоминал восставшего мертвеца. А вот мне становилось хуже, голова стала кружиться, и двоилось перед глазами. Последствия сотрясения мозга не иначе.

Чем ближе мы подходили к порталу, тем я отчетливее понимала, что без Бастиана они лед не уберут. А когда уберут, то вырвавшаяся магия сметет нас с лица земли. Столько энергии было в бушевавшей внутри портала буре.

— Лорды, леди, — глубоким басом сказал Бастиан, и я расплылась от счастья. Любимый спешил на помощь, — чего же вы так долго. Я жду вас, жду.

Глава 50

Бастиан вышел к порталу и встал перед ледяной заслонкой, широко расставив ноги. Ветер трепал белые волосы, а лицо кривилось в невеселой улыбке.

— Ну же, ну, идите! Чего жметесь за чужими спинами? И ты Вальдус не прячься, не боись, пока не трону.

Неожиданно лорд Гаустус схватил меня сзади и прижал что-то холодное к горлу. По коже побежали горячие ручейки крови. Глаза Бастиана налились бешенством, зрачок вытянулся, и по коже побежали белые чешуйки.

— Отпусти ее, — прорычал он, но лорд Гаустус сжал меня сильнее.

— Убери лед с портала и отойди, иначе я перережу ей горло! — взвизгнул лорд мне в ухо, отчего приутихшая головная боль вернулась.

Бастиан в ярости сжал зубы, отчего на лице заиграли желваки. Он поднял руки вверх, но сказал:

— Нет!

Лорд Гаустус растерянно замер. Но из-за наших спин затявкал Вальдус:

— Бастиан, не дури! К чему это геройство? Мы все равно уйдем, а вы тут останетесь, будете себе жить поживать и горя не знать.

Бастиан взглянул скептически на своего бывшего друга и с раздражением сказал:

— Ты идиот! Если я уберу лед, нас снесет магией портала. И так заслон слабеет с каждой секундой. Самое большее час, и мы все погибнем. Только заключенные и останутся живы.

Повисла зловещая тишина, которую разорвал скрипучий голос Василисушки.

— И ничего-то тебе, Гаустус, лордик мой непутевый, поручить нельзя, — недовольно проговорила она, выходя на плато в сопровождении друзей. Выглядели они все так же плохо — скелетики, обтянутые кожей, но двигались вполне уверенно, поддерживаемые магией. — Где мой донор? — рыкнула она. — Почему я девчонку не вижу? И где Лиходей?

Лорд Гаустус продолжал меня удерживать, но нож от горла убрал. И я тоже с любопытством закрутила головой. Лиходей действительно, как сквозь землю провалился. Вот верткий парень! Опять сбежал из-под огня!

И пока лорд Гаустус мычал, пытаясь подобрать слова для оправдания, Василиса довольно хохотнула.

— В этот раз Лиходей ты сам себя обхитрил. Мы уйдем, а ты-то здесь останешься. Навечно. Поверь, императору будет не до тебя, мы уж постараемся его развлечь.

Она совершенно свободно подошла к порталу, Бастиан отошел, пропуская ее ко льду. За ней безмолвными тенями следовали ее соратники.

— Девчонку срочно найти и приволочь сюда! — Она обожгла Вальдуса яростным взглядом. — Иначе горько пожалеешь. Мне уже надоело гулять в костюме скелета.

Вальдус побежал за скалы, а снег под ногами Василисушки и компании неожиданно истаял, и оказалось, что они стоят в центре небольшой светящейся пентаграммы. Ловушка Бастиана и Лиходея сработала идеально. Через пару секунд все пятеро пленников висели вокруг портала, который на время успокоился. Но чего-то явно не

Появившийся из воздуха на том же месте, с которого исчез, Лиходей залихватски свиснул, и поляну окружили воины Бастиана. Лорда Гаустуса обезвредили и связали. На плато вывели и не успевшего далеко отойти Вальдуса.

— Девчонку хоть бы дали найти, — с лживой заботой сказал он. — Замерзнет же в горах.

Но гвардеец, который толкал его в спину, ухмыльнулся, и довольно сказал:

— Да, что ее искать-то, она к гарему прибилась.

За такие откровения его тут же наградили сердитыми взглядами, и он сконфуженно умолк.

Бастиан в два шага оказался рядом со мной, сжал в медвежьих объятьях, но заметив, что я морщусь от боли, погладил по голове, отчего внутри меня забурлила незнакомая прохладная магия, которая смыла всю боль.

А Бастиан зашептал мне в волосы:

— Если еще когда-нибудь будешь так рисковать, я тебя запру в высокой башне и не буду выпускать.

Я послушно кивала, купаясь в его запахе и впитывая тепло тела. Но понежиться нам не дали. Лиходей громко закашлял, привлекая к себе внимание.

— Хватит обжиматься, заслонка почти исчезла.

Удерживая меня в объятьях, Бастиан развернулся к своему гвардейцу, который руководил остальными, и приказал:

— Лорд Мантуан, ведите всех сюда. Гарем в полном составе, Лорелею тоже. Хорготы пусть свое добро оставят в пещерах, я его точно переносить не стану.

Лорд Мантуан с несколькими солдатами удалился, а мы с Бастианом подошли к колдующему над порталом Лиходею. Он только на несколько мгновений отвлекся от своей работы и потушил пентаграмму, превращая ее в простой рисунок в камне, нарисованный неумелой детской рукой.

Наконец, все собрались. Приглушенный гул голосов напоминал мне растревоженный улей. Но едва Бастиан поднял руку, как все замолчали:

— Есть тут кто-то, кто хочет вернуться в империю. Говорю сразу, что я не вернусь, мы нашли другой мир. Не скажу, что там будет легче, но у каждого будут равные шансы.

Народ зашушукался, и гаремная толпа разделилась на две части, одна хотела в империю, а другая — в новый мир. Лорелея, как ни странно, захотела в империю. Но я бы на ее месте так не рисковала. Леди Меланья, кстати, собралась в новый мир. Мы даже успели обменяться с ней улыбками.

Лиходей позвал меня к порталу и серьезно сказал:

— Сейчас я буду пускать тебе кровь. Много, и это будет очень больно, поэтому Бастиан тебе будет помогать. — Он смущенно почесал затылок. — Поверь, демоница, если бы я мог обойтись без тебя, то даже не потревожил бы. Но твоя кровь — ключ к порталу, без нее ничего не получится.

Я кивнула и протянула руку. Лиходей бережно взял мое запястье и провел острым, как бритва ножом по венам. Кровь хлынула рекой, и он зашептал на русском:

— Заклинаю тебя, подчинись!

И сказал он так три раза, окропляя портал моей кровью, пока тот послушно не вспыхнул голубым. Желающие попасть в Империю друг за другом быстро вошли, скрываясь в голубых сполохах, а Вальдуса и лорда Гаустуса закинули внутрь солдаты.

Пришел наш черед. Лиходей полоснул по запястью другой руки и склонился над порталом, что-то шептал, настраивал. А потом повернулся к Бастиану:

— Можно идти. Только мы с твоей демоницей должны последними идти.

Глава 51

Бастиан бережно взял меня на руки. Я с облегчением прижалась к его груди, силы убывали с катастрофической скоростью. Хоть запястья мне и туго забинтовали, а Бастиан полечил, но слабость никуда не ушла, казалось, что она только набирала силу.

— Нет! — коротко отрубил Бастиан. — Я пойду последним.

Лиходей раздраженно всплеснул руками и вцепился в свои растрепанные волосы.

— Что значит, нет⁈ Ты понимаешь, что как только демоница войдет в портал, пустоши превратятся в выжженную пустыню? Здесь ничего не будет! А без моего контроля эти твари, — он указал подбородком на застывших вокруг портала бывших соратников, — вырвутся из плена и кинуться за нами. Нет, ты определенно должен идти первым, все там организовать и встретить нас хлебом-солью по старинным обычаям.

Бастиан хмуро посмотрел на портал, на Лиходея, а потом повернулся к лорду Мантуану.

— Разделите гвардейцев на две группы. Одна пойдет первой, вторая замыкающей.

Тот кивнул и первые солдаты шагнули в портал, который вспыхивал красным, как будто сжирал входящих, как ненасытное чудовище. Выглядело так жутко, что я поежилась. Бастиан заботливо погладил меня, думая, что я замерзаю.

Леди Меланья шла одной из последних. Ветер трепал ее длинные синие волосы, и улыбалась она испуганно. Но подошла ко мне и обняла, я тоже от души сжала ее в ответ.

— Спасибо тебе за все, — прошептала она на ухо и смахнула слезинки.

— Держись, подруга! — я залихватски хлопнула ее по плечу и толкнула к порталу, сама едва сдерживая слезы.

Казалось, свобода была так близко, но на сердце было не спокойно, и где-то в районе солнечного сплетения все сжималось от плохого предчувствия.

Толпа перед порталом быстро редела. Прошел гарем, хорготы. Вождь Ангуни поцеловал мою руку, стараясь не потревожить замотанных запястий. И вот один за другим нырнули внутрь замыкающие солдаты.

Когда перед порталом остались только мы втроем. Бастиан решительно взял Лиходея за руку и вместе со мной на руках попытался войти. Но портал нас не пускал. Он мягко пружинил, как будто внутренности залили чем-то вроде резины.

— Демоны! — выругался Бастиан и отпустил плечо Лиходея.

Тот печально улыбнулся и взъерошил и так растрепанные волосы.

— Вот видишь! — сказал он Бастиану. — Я же тебе говорил, что просто не будет.

Но неожиданно Бастиан перекинул меня на плечо, закинул на другое Лиходея и понесся на штурм портала. Это было странно, но мы двигались как сквозь густой холодец. Магия пускала нас неохотно. Но главное, что мы ползли. Медленно и печально. Когда я полностью оказалась в портале, то услышала страшный взрыв и, как сквозь увеличительное стекло, увидела гриб атомного взрыва. Я хотела закричать, заплакать, пустоши было безумно жаль, но не смогла даже моргнуть.

Резко стемнело, и тогда же закончился ненавистный холодец, я шумно выдохнула и постучала Бастиана по спине. Так стоп. Никакой спины не было! Я просто висела в воздухе, размахивая руками, а вокруг пролетали звезды и галактики. Внутри меня вдруг зажглось солнце, и я радостно захлопала крыльями. Я снова Гамаюн! Теперь лететь было так приятно. Я делала взмах крыльями и галактики проносились мимо с космической скоростью. Свобода!

Наконец, полет мне надоел. Где Бастиан, в конце концов⁈ И Лиходей тоже

Я дернула ее и оказалась… в темнице. На стене в кандалах висел избитый Бастиан, а рядом в таком же состоянии Лиходей. Голова Бастиана безвольно свисала на грудь. Я кинулась к нему и вдруг услышала знакомый голос:

— Блудная дочь, я рад, что ты вернулась!

Я обернулась и увидела императора Никотия или Никитушку. Он был таким же, как на портретах и в моем видении. Напыщенный болван! Но вдруг он немного повернулся и стал так похож на нашего соседу дядю Ваню, с первого этажа, он мне в детстве велосипед чинил и учил свистеть.

Он еще немного сдвинулся и стал похож на нашего физрука Игоря Петровича, он гонял от меня старшеклассников, которые вдруг стали травить меня в седьмом класс.

Еще немного повернулся — мамин поклонник дядя Валера. Мама тогда такая счастливая была. Он мне тортики покупал и математику делать помогал.

Я сморгнула слезы. А он все поворачивался и поворачивался. Безымянный член приемной комиссии в универе, мой первый начальник, добрый полицейский. Их было столько много, половины лиц я даже не помнила. Я уже не сдерживая плакала. И когда он превратился снова в императора, я не выдержала и бросилась в его открытые объятья.

— Папа, — только и смогла прошептать.

Он гладил меня по волосам и шептал:

— Я так хотел быть с вами, но эта ведьма Василиса не дала бы вам жить.

Отец приобнял меня и попытался меня увести, но я упрямо вырвалась и глянула прямо ему в глаза.

— Освободи их.

Он задумчиво пожевал губу.

— Хотел бы, но не могу. Анкендорм будет воевать со мной до последней капли крови, а хитрый Лиходей опять чего-нибудь начнет творить, только так легко я его уже не поймаю.

Я отступила от отца на шаг. Как же я могла забыть, он же был в банде Василисушки, а таким никогда верить нельзя до конца. Я протянула к нему руки.

— Значит, вешай меня рядом с Бастианом. Я все равно жить без него не смогу.

Он с шумом выдохнул и громко крикнул кому-то в сторону:

— Пленников снять, полечить, кандалы пока оставить. — Отец повернулся ко мне и подтолкнул к выходу: — Пойдем, нам давно нужно было поговорить.

Мы вышли из мрачного каменного мешка и через темный, освещенный чадащими факелами, коридор вышли в просторный холл. В центре стоял мерцающий фиолетовым невысокий портал. Отец повлек меня к нему, но я опять стала сопротивляться. Нет уж, теперь я от Бастиана никуда не уйду.

— Можем и здесь все обсудить, — хмуро сказала я.

И отец молча привел меня в крохотный кабинетик заваленный бумагами. Мы уселись за стол, стоящий у стены, и он привычно полез в шкафчик, достал оттуда засохшие баранки и засахарившееся варенье.

— Извини, у меня тут и перекусить нечем. Я обычно, когда бываю здесь ем с персоналом.

— А где мы? — Я с любопытством разглядывала каменные стены, скудную обстановку и узкое окно-бойницу.

— В городской тюрьме.

Я удивленно подняла брови. Странно у императора был свой кабинет в городской тюрьме.

— И как, стоило оно того? — горько спросила я, вспоминая все годы, когда я его ненавидела.

Отец вздохнул и сел за стол.

— Начиналось все вполне невинно. Новая магия, новые возможности. Когда нужно Василиса умела быть убедительной. Тогда многие за ней пошли. Но мы же не знали, что назад пути нет. Попав в ее сети уже не выберешься.

Отец сжал голову руками и замолчал, уставившись в стену. Я хотела погладить его по руке, но не смогла.

— Ты же бывал у нас, мог бы и навсегда остаться. Или тебе так сильно нравилось быть императором? — Я почти кричала.

Но он поднял на меня усталые печальные глаза.

— Если бы я мог, то сбежал бы к вам. Но ты не понимаешь, я объединил драконов, чтобы нейтрализовать Василису. Она никогда бы не успокоилась. Выпила бы этот слабый мирок и перекинулась на следующий. И для меня нашла бы время. Поверь, как только я лишусь власти и большей части магии, она тут же меня уничтожит, а чтобы мне было больнее, сначала с вами разберется.

Я помолчала, постучала пальцами по столу и вгляделась в усталое лицо отца с темными кругами под глазами. Интересно, что ему сказали Бастиан и Лиходей?

— А что тебе сказали мои друзья о том, как мы сюда прошли?

— Ничего, — мрачно ответил отец. — Но я так понимаю, что ты своей кровью вскрыла портал, и скоро мне нужно будет ждать гостей. Предатель Бастиан тебя использовал, чтобы выбраться из пустошей, так же как и Лиходей.

Я засмеялась, перебивая отца.

— О, тебя ждет сюрприз! Гости уже в империи, — Услышав меня, отец грозно сдвинул брови, и вокруг него стала сгущаться темнота. — Ой, не надо сердиться! Не волнуйся! Василиса и компания остались в пустошах. Мы там еще портал взорвали и магию всю выкачали. Поэтому думаю, тебе нужно собираться, скоро вас с Лиходеем выкинет в ваш мир. В пустошах пленники долго не протянут.

Я рассказала ему то, что знала про перемещения и новый мир, но явно недостаточно. Отец экстренно подлечил Бастиана и Лиходея и закрылся с ними в кабинете на пару часов. Я возмущалась, топала ногами и требовала меня тоже пустить на военный совет, но меня отправили на больничную койку в экстренном порядке восстанавливать магию. Оказывается, я не только потратила всю свою неизвестную магию, но даже умудрилась израсходовать часть жизненного резерва.

В итоге отец и Бастиан заключили договор. Отец должен был уйти из мира драконов, а Бастиан обязался ему не мстить и жениться на мне. Тут я надула губы. Что за дурацкое условие! Пусть не женится, я его к алтарю не тащу на аркане, но Бастиан рыкнул и по воле императора нас тут же поженили. А пир обещали провести позже.

Лиходей с нами идти отказался, он решил вернуться в свой мир. Только с него взяли магическую клятву, что к экспериментам над живыми существами он не вернется и Василису выручать не будет.

Мы стояли в маленьком кабинетике. Я откровенно плакала, мужчины смущенно молчали, когда отец вдруг сказал:

— Ты навещай нас с матерью, ты же Гамаюн, для тебя границ нет и порталы тебе не нужны.

Я замерла с выпученными глазами. Как порталы не нужны? Значит все жертвы зря были? Я открыла рот, чтобы закидать отца тысячами вопросов, но он стал

— Магия, — со вздохом сказала я.

Бастиан засмеялся, крепко поцеловал меня и прошептал на ухо:

— Пира сегодня не обещаю, но брачная ночь будет точно.

Эпилог

Они как всегда опаздывали. Эля все еще носилась по комнате в корсете и чулках, заставляя кровь в венах бежать быстрее. Может, успеют… Должны успеть. Он бросил взгляд на разворошенную постель. Они ведь и так уже опоздали, полчаса ничего не решат. Бастиан выбросил руку, перехватывая бегущую Элю, и упал с ней на кровать.

— Бастиан, наш же ждут. — Слабо сопротивлялась она, подставляя грудь для поцелуев. Он стал развязать корсет, но Эля решительно убрала его руки. — Меланья обидится. Я же подружка невесты.

Неожиданно дверь в спальню с грохотом ударила о стену.

— Вы опять обжимаетесь! — грозно рыкнула их старшая дочь Розалия. — Мы на свадьбу опаздываем! Я уже упарилась в этом розовом ужасе.

Пятилетняя драконица стояла в дверном проеме, уперев руки в боки. Светлая кожа, рыжие волосы — она была просто копией Эли, но вот его драконья кровь подарила ей вторую сущность. Платья она просто ненавидела. То, что Роза ради свадьбы крестной одела его было настоящим чудом.

— Розалия, — удерживая жену на месте, рыкнул Бастиан, — тебе сколько раз говорили, что в спальню родителей нельзя врываться без стука?

Маленькая вредина ухмыльнулась, как взрослая, и выдала:

— Ага, если к вам не врываться у меня еще один противный братик появится. Родители, остановитесь! Мне и одного орущего младенца хватило.

Сдерживая смех, Бастиан нахмурился и рыкнул:

— Вон! Неделю не разрешаю выходить на улицу, будешь учить манеры. Зря мы, что ли леди Салеи жалованье платим.

Расстроенная Розалия с силой грохнула дверями, отчего с потолка посыпались мелкие камешки.

— Две недели! — в бешенстве зарычал Бастиан.

Эля обвила его шею, прижимая к себе, и стала целовать:

— Любимый, не сердись, — муркнула она, — ты же знаешь, какая Роза ранимая. А теперь, когда у нее дракон проснулся, ей вообще очень тяжело.

Бастиан с рыком припал к ее губам, заставляя замолчать, а потом схватил на руки и под визг перенес к шкафу.

— Разберусь! А ты пока изволь одеться, иначе лишишься подруги.

Бастиан завалился на кровать и закинул руки за голову, лениво наблюдая за тем, как его жена суетливо надевает платье. Она совсем не понимала Розу. Баловала и наряжала малышку, но юной драконице нужна была дисциплина и умение совладать с сильным умным зверем. Такие перепады настроения ей только вредили. Не дракону это сложно понять.

Эля подошла к кровати, подняла роскошные рыжие волосы со спины, и он застегнул ряд мелких пуговичек, поглаживая бархатистую белую кожу.

— Все, ты готова?

Эля повернулась, поцеловала его в нос и снова унеслась к шкафу.

— Почти! — на ходу крикнула она, вынимая шкатулку с драгоценностями.

Бастиан с нежностью посмотрел на нее. Жена его настоящая ценность, как хорошо, что он тогда полетел в пустоши и нашел странную девушку в шубе.

— Кстати, а где твой этот, красный? — Он обвел область груди.

— Купальник?

— Ну да! Куда он исчез? — с любопытством спросил Бастиан. Этот вопрос его мучал переодически, но подходящего случая задать его не было. Еще когда они впервые занялись любовью, эта тряпка как-то незаметно испарилась и больше никогда не появлялась.

— Мама сказала, что он работал, как защита. Понимаешь, у кого-то бронелифчик, а у меня был бронекупальник. Моя птичка так защищалась. Он еще и магию частично отражал, ту, что напрямую вредила моей жизни.

Бастиан глубокомысленно промычал. Ну, раз мама сказала, то ладно. То, что Эля с детьми раз в месяц летала к родителям, ему не очень нравилось, но он терпел. Она звала его с собой, но он пока отказывался, хотя кто знает, может лет через пятьдесят, когда злость на Никотия поутихнет, может и согласится.

Эля всегда говорила, что если бы не отец, они никогда бы не встретились и не поселились в этом раю.

Он вспомнил, как они с Элей перенеслись сюда вдвоем. Стояли на краю бескрайнего поля и любовались колыханием сочных трав. Небо разливалось лазурью, совсем не похожую на свинцовые тучи Ледяных пустошей, в которых он провел последние годы. Вокруг раскинулись зелёные холмы, усыпанные яркими цветами, словно кто-то забрызгал их яркими красками. Бастиан обернулся к Эле. Она легко улыбалась, а ее глаза блестели от слез.

— Спасибо за этот мир! — прошептала она. — Любимый.

А он в ответ одними губами сказал:

— Люблю.

Этот мир был щедр к ним. Здесь были плодородные земли, широкие реки, высокие горы и много магии. Мир был слабо заселен, поэтому за место под солнцем они не воевали. Всем хватило земли.

Переселенцы основали Драконий город у подножия Ледяных гор, где впервые вышли из портала. Да, именно драконий, потому что магия вернулась ко всем, кого выпивала пустошь, и теперь над их городом свободно летали драконы и одна рыжеволосая Гамаюн.

Драконий город был, конечно, еще слишком молод, многое нужно было доделать. Но Бастиан и его люди старались, чтобы всем здесь было удобно и безопасно.

И все было хорошо, но с прошлой жизни у него остался один неоплаченный долг, и вот сегодня он его, наконец, отдаст.

Мужа леди Меланьи он нашел еще в пустошах. Приятным сюрпризом стало, то, что они с лордом Мантуаном оказались истинной парой. Едва магия восстановилась, как на их руках зазмеилась древняя вязь. Но молодые все никак не хотели оформлять свой брак официально, лорд Мантуан мечтал провести обряд в своем особняке. И вот сегодня звезды, наконец, сошлись, только Бастиан, который должен был официально закрепить их брак, безнадежно опаздывал.

— Любимый, — крикнула Эля в дверях, — хватит лежать, так всю свадьбу пропустим!

Эпилог

От Лиходея

Старая, обрюзгшая женщина сидела за столом и что-то писала в тусклом свете свечи. Перо скрипело, оставляя на листе неровные, корявые строчки. Время от времени она опускала его в чернильницу, а затем снова выводила буквы — медленно, неуверенно.

Лиходей усмехнулся. Надо же, Лорелея была такой красавицей, но теперь от её былой прелести не осталось и следа. Тяжёлая жизнь, каторжная работа, вечно пьяный муж, который не гнушался поднять на неё руку — всё это быстро состарило её.

Ее муж Вальдус тоже изменился. Тот бравый дракон, что когда-то отправился в Ледяные пустоши, теперь был лишь тенью себя прежнего. Драконья сущность так и не вернулась к нему, а месть Анкендорма отправила его

Бастиан Анкердорм позаботился о том, чтобы покарать всех, кто осмелился пойти против него. Досталось и опальным магам, поднявшим мятеж в его замке. Старика Гаустуса казнили.

Лиходей склонился над Лорелеей, стараясь разглядеть, что же она пишет. А она, высунув кончик языка от усердия, выводила: «Ищи путь в Ледяные Пустоши, если хочешь, чтобы наш род обрел былое величие. Там заточены страшные чудовища…»

Так, она всё ещё не угомонилась! Лиходей усмехнулся и осторожно толкнул свечу пальцем. Та упала. Лорелея вскрикнула, засуетилась, пытаясь потушить разгорающееся пламя. Но было поздно, бумажка уже догорала, превращаясь в пепел.

— Демоны побери! — грязно выругалась она и, тяжело плюхнувшись на скамейку, закрыла лицо передником. Горькие рыдания сотрясали её тучное тело.

А вот и его выход! Лиходей, тихонько хмыкнув, материализовался напротив неё на табуретке.

— Привет, дорогая Лорелея! — насмешливо протянул он.

Она резко подняла голову. Заплаканные глаза удивленно расширились.

— Т-ты?..

— О да, это я. Совсем не изменился, правда?

Лорелея глубоко вздохнула, вытерла лицо передником и, сделав вид, что ничего сверхъестественного не произошло, буркнула:

— Будешь чаю?

— Не откажусь.

Лиходей с любопытством наблюдал, как её трясущиеся руки возятся с чайником, как она чиркает кресалом, разжигая старенькую плиту.

— Ну, как живёшь-то? — спросил он, разглядывая низкий потолок и покосившиеся стены.

Лорелея нахмурилась и повернулась к нему, сверкнув злым взглядом.

— Прекрасно! Ты же знаешь, что у меня семеро детей?

— Ого! — присвистнул Лиходей, закидывая в рот сушку из тарелки на столе. — Время зря не теряла.

— Ну да… — она горько усмехнулась. — Обидно, конечно. Не о такой жизни я мечтала.

Лорелея вытерла запачканные сажей руки и вдруг тихо добавила:

— Мы вернулись, а магия так и не вернулась ни ко мне, ни к Вальдусу. И истинной пары я не нашла. Нарожала от него не понять кого.

Лиходей что-то невнятно промычал.

— А как там со своими прежними подружками? Общаешься? — ехидно поинтересовался он.

— Хватит! — Лорелея внезапно ударила кулаком по столу, заставив дребезжать посуду. — Хватит издеваться! — Голос её сорвался на визг. — Ты же знаешь, что меня лишили титула и сослали в эту дыру! Знаешь, как мы с Вальдусом голодали? Потому что ничего не умели! Сколько всего пережили⁈

Она почти хрипела от ярости.

— Ну, ты сама не хотела жить в ледяном замке, козни строила, — пожал плечами Лиходей. — Ты рвалась сюда.

— Я хотела свою прежнюю жизнь! Балы, поклонники! Вы у меня все украли! — закричала она и снова закрыла лицо, а её крупное тело опять затряслось от рыданий.

Лиходей вздохнул.

— Я вот зачем пришёл, — сказал он строго. — Если я ещё раз увижу, что ты пишешь эти свои мемуары и посылаешь кого-то в Ледяные пустоши, то ты об этом очень сильно пожалеешь. Кстати, я твоему внуку подчистил память.

Лорелея испуганно глянула на него.

— Да, я знаю, что ты нашептала ему про чудовищ, про то, что их надо выпустить… — Он наклонился ближе. — Я уничтожу весь твой род. Поверь, это будет очень просто.

— Н-не надо… — Лорелея вдруг сникла, в её голосе зазвучала мольба.

— Тогда позволь им прожить нормальную жизнь. Ты за свои грехи ответишь, а у них всё будет хорошо. Не обрекай их на мучения.

Она молча кивнула и отвернулась к окну.

— Ладно… поболтали. Уходи, — процедила она сквозь зубы. — Не хочу больше тебя видеть.

— Ну и отлично.

Лиходей растворился в воздухе и бесшумно выскользнул из старого домика.

«Всё-таки она ни капли не изменилась», — подумал он. Работать Лорелея никогда не любила, но как-то устроилась.

На веранде на старой кровати храпел Вальдус — лысый, пузатый старик, от которого разило перегаром. Лиходей брезгливо скривился и прошёл мимо.

Как хорошо, что он бросил зелья и решил заняться перемещениями и портальной магией. Ему совершенно не понравилось быть заточенным в одном месте. Порталы — это весело! Куда бы отправиться дальше?

Можно было посетить резервацию хорготов. Но там было так скучно. Лиходей перемещался туда пару раз, а потом долго плевался. Еще бы! Они столько времени мечтали выбраться из Ледяных пустошей, а сами устроили их себе на новом месте. Снег, шкуры! Фу!

Можно было бы проведать Анкендормов. Лиходей надеялся, что прошедшие годы смягчили Бастиана. Ему было интересно посмотреть, как они обустроились на новом месте. Лиходей, конечно, общался с Никитой и знал, что дочь с внуками прилетает их проведывать, но не Бастиан. Он все еще на них злился.

Решено! Лиходей переместиться к ним домой! Заодно можно и помириться, ему нравились эти существа. Пара ударов сердца, и он на месте.

Здесь тоже была ночь. Дом Анкендормов каменной громадиной возвышался на небольшом холме. Не ледяной замок в пустошах, но тоже не плох. Лиходей собрался было проникнуть внутрь, как вдруг услышал звонкий девичий голос:

— А куда это вы собрались? Мы не ждём гостей.

Он обернулся. Из темных кустов вышла высокая рыжеволосая девушка. Вылитая Ильвина.

— Мы, кажется, не знакомы? — спросил Лиходей.

— Ну почему же? — она улыбнулась. — Вы — Лиходей. А я — Рози, дочь Ильвины.

Она протянула руку, глаза её смеялись.

— Как поживаете, господин Чудовище?

Он невольно улыбнулся в ответ и пожал ее руку.

Татуировка истинности легкими уколами поползла по предплечью, заставляя черствое сердце Лиходея непривычно сжиматься. Может зря он тогда начал эксперименты с сывороткой истинности с себя? Может можно как-то это отменить пока не поздно? Он слишком стар для этих глупостей!

Лиходей испуганно посмотрел в глаза Рози и вдруг понял, что она очень красива. Ослепительно красива!