Экономка в дар дракону

Пролог

Экономка в дар дракону

Опять этот кошмарный сон, преследующий меня время от времени по ночам. Высокие колонны, стремящиеся ввысь к потолку, из трещин которого бьёт приглушённый свет, вызывают ассоциации с каким-то разрушенным святилищем или разгромленным главным залом древнего замка. Повсюду свисают перекрученные пыльные нити гигантской паутины, иссохшиеся ветки деревьев с редкими зеленоватыми листочками, словно борющимися из последних сил за выживание… И цепи… Цепи… Цепи… Повсюду цепи. Они свисают откуда-то сверху, обвивают мои запястья, напоминая то ли огромные браслеты, то ли кандалы, крепятся к моему широкому кожаному поясу, достигая почти колен, змеятся по полу, походя на гигантских анаконд, тянутся ко мне, словно я какая-то марионетка, вот только часть «нитей» неизвестного кукловода оборвана.

Из-под частично вывороченных каменных плит то тут, то там вырываются языки пламени, заставляя идти вперёд и не останавливаться. Идти туда, откуда раздаётся рёв какого-то огромного животного. Но какого? С таким я точно не сталкивалась никогда, поэтому не могу понять, что же за зверь там так мучается, но почему-то абсолютно при этом уверена, что знаю его, меня тянет к нему, заставляя преодолевать свой страх и заглушать мольбы внутреннего голоса об осторожности. Разодранный по краям чёрный плащ развевается за спиной, цепляясь своими клочьями буквально за всё вокруг, будто пытаясь остановить, заставить развернуться и бежать прочь не оглядываясь. Но надо идти! Я должна идти! Туда, где чернеет непроглядная тьма, скрывая в своих недрах опасного хищника, сотрясающего своим рёвом остатки стен так, что камни вылетают из них.

Каждый раз сон обрывается на каком-то определённом моменте, а затем повторяется снова с самого начала, но то место, на котором я остановилась в прошлый раз, удаётся беспрепятственно миновать, чтобы снова проснуться спустя всего какой-то десяток шагов. Постепенно мне стало казаться, что, чем дальше продвигаюсь, тем меньше цепей на мне самой остаётся. Они разрываются сами по себе и с противным металлическим лязгом, падая под ноги и заставляя спотыкаться, рассыпаются пеплом, взметающимся вверх и пытающимся ослепить меня, дезориентировать, не дать продолжить свой путь.

Меж тем рёв раздаётся всё ближе и ближе, но помимо страданий всё чаще начинаю различать в нём нечто похожее на человеческую речь. Как будто кого-то зовут. Коротко так, и до боли знакомо. Да, определённо имя. Два имени. Цеф… Алеф… И оба они принадлежат мне, вернее, одно принадлежало с рождения и до той минуты, как оказалась в этом мире, а второе мне досталось вместе с этим телом, когда душа прежней хозяйки покинула его.

Цефея Лоредан — именно так меня зовут теперь, а ведь совсем недавно была Алефтиной Старковой, собиравшейся отрешиться в отпуске от всех свалившихся на неё скопом проблем, забыть предательство мужа и просто сменить обстановку, любуясь прибоем, шумно разбивающимся о неприступные скалы.

Глава 1

Алеф

Всю свою сознательную жизнь я мечтала о путешествиях. Но вначале было не на что, а потом — всё как-то некогда. Обычная жизнь обычной среднестатистической женщины: школа, институт, замужество, работа. Причём последний пункт вполне стоило бы упоминать с пробелом. Не сказала бы, что муж мне достался плохой, но чего-то не хватало. Вначале, как и любой другой молодой семье — денег, потом — взаимопонимания. Я брала дополнительные проекты, имея возможность работать, не выходя из дома, успевая при этом ещё и по хозяйству. Потихоньку жизнь налаживалась, моя занятость стала приносить стабильный доход, позволяющий не считать каждую копейку, но, однажды закусив удила, я уже не могла остановиться, привыкнув к определённому ритму и темпу. Муж становился всё раздражительнее, считая, что раз работаю по удалёнке, значит, сижу целый день дома и ничего не делаю. А тот факт, что стала получать больше, чем он, окончательно испортил отношения. Его бесило, что я «превратилась в какую-то тюхтю с гулькой на голове», хотя никогда не позволяла себе опуститься до уровня «хожу в растянутых до колена трусах по квартире». В конечном счёте, решила немного разрядить обстановку и осуществить давнюю мечту о путешествиях. Набрала дополнительных проектов, чтобы позволить себе на месяцок укатить в отпуск, о котором слышала много раз от друзей и знакомых, но так никогда и не пользовалась. Мужу ничего не сказала, решив сделать сюрприз. А в итоге сюрприз мне преподнёс первым он, влетев в один прекрасный деньв квартиру и начав собирать вещи в выдернутый из шкафа чемодан:

— Алефтина! Всё, я ухожу! Кстати, где мои носки?

Вот как… Значит, Алефтина? А ведь ещё совсем недавно Игорёк звал меня не иначе как Алеф, а первые несколько лет после свадьбы и вовсе — Аля. Я молча наблюдала за метаниями внезапно ставшего бывшим мужа. А как ещё можно назвать человека, заявившего всего пару минут назад о своём уходе и желании оформить развод как можно скорее? Ну, раз прошла любовь, завяли помидоры, то я не только помогла собрать ему вещи, но даже выставила их на лестничную площадку быстрее, чем он сам успел дойти до порога спальни. Гвоздями дорожка, битым стеклом рогожка! Несмотря показную браваду, стоило остаться одной в квартире, как внутри стало тошно настолько, что хоть волком вой. Да, я не первая и далеко не последняя, кого бросают мужья, но всё равно было паршиво. Чтобы хоть как-то отвлечься от тягостных мыслей, я полезла в интернет, потому что желания работать не было никакого. Тут же выскочила реклама туристического агентства, предлагающее туры в любую точку мира и обещающее открыть новые горизонты. Свернула. Но назойливая реклама то и дело попадалась на глаза, на какой бы сайт ни переходила. С другой стороны, а почему бы и нет? В конце концов, я этого заслужила.

Набрав номер, указанный в объявлении, приготовилась было к долгому ожиданию на линии, однако мне ответили сразу же. Милая девушка, находящаяся по ту сторону динамика, с воодушевлением расписала, насколько мне повезло обратиться за путёвкой именно к ним, добавив по окончании разговора, что эту поездку не забуду до конца своих дней. Угу, так и хотелось добавить: потому что он настанет весьма скоро. Знала бы я тогда, насколько точно попала пальцем в небо…

Мне, правда, пришлось несколько раз повторить, что моё имя пишется не через «в», а «ф». «Спасибо» за это отцу, который настоял, чтобы меня назвали в честь моей прабабушки. Когда-то не совсем грамотный писарь

В агентстве мне предложили несколько туров на выбор, но родные просторы отмела сразу, так как хотелось уехать куда-нибудь подальше. В конце концов, съездить в Якутию всегда смогу, а вот повидать мир… Бали слишком на слуху, да и не особо люблю жару. Поэтому Мексика, Индонезия и прочие страны откладываю в сторону. Мне всегда импонировали северные красоты, поэтому мой выбор пал на Шотландию. Особенно привлекли развалины замка Данноттар, располагающегося на высоком скалистом утёсе, который возвышается на побережье Северного моря. То, что нужно!

За полтора месяца я успеваю завершить все свои проекты, развестись, уладить кучу проблем, доставшихся в нагрузку от бывшего мужа, и вот, я уже вышагиваю по вымощенным камнем ступеням древней крепости. Стоило мне увидеть утёс издалека, как у меня сразу же захватило дух. Море было неспокойно, но гид сказала, что в это время штормов не бывает, иначе замок закрыли бы для посещения, как это обычно делают во время непогоды. Как же мне захотелось посидеть на краю утёса и посмотреть на волны. Едва объявили свободное время, как я устремилась навстречу своим желаниям.

Обнаружив место, где можно было подойти к самому краю, я осторожно опустилась на каменистую землю. Даже странно, что нет никаких заграждений или предупреждающих знаков, которые неоднократно замечала во время экскурсии. На душе сразу стало так спокойно, словно это место предназначалось именно для меня. Я готова была врасти в этот утёс, слиться с ветром, развевающим мои короткие волосы, раствориться в волнах, разбивающихся о скалу… Не знаю, сколько времени просидела так, а когда очнулась, поняла, что резко стемнело, а с моря надвигается самый настоящий шторм. Странно, что меня ещё не хватились.

Я осторожно подтянула ноги к себе и начала отползать, чтобы случайно не свергнуться в пучину. Перевернувшись, встала на четвереньки и начала подниматься, как заметила, что между камней что-то блеснуло. Надо же, перстень. Дорогой, наверное, под старину сделан. Даже камень, похожий на гранат или похожий на него камень, казался тускловатым. Наверное, оборонил кто-то из туристов, нужно будет передать персоналу замка, чтобы сделали объявление и вернули законному владельцу. Неожиданно камни под моими ногами начали осыпаться, а затем на меня обрушился такой сильный порыв ветра, что я оступилась и полетела спиной назад. Удар. Вода. Темнота.

* * *

Голова болела так, что хотелось умереть. С трудом я разлепила глаза, пытаясь понять, где я сейчас. Внезапный приступ тошноты согнул моё тело почти пополам, поэтому перевернулась набок, чтобы стало легче, если вдруг станет рвать. Похоже, что я получила сильное сотрясение, а противный лязг чего-то металлического раздражал неимоверно. Ещё и руки словно свинцом налили. Собравшись с силами и разогнав серую муть перед глазами, я прищурилась и увидела, что на моих запястьях красуются толстые, тяжёлые… кандалы… Что⁈ Хорошо же ты съездила в отпуск, Алеф, даже сувенирчиком оригинальным обзавелась. Очередной приступ головной боли, перемежаемый с тошнотой, едва меня не прикончил. Помню, как до меня кто-то дотронулся, после чего я потеряла сознание.

Глава 2

Алеф? Цеф!

Может, кому-то сон и приносит облегчение, а то и отдых, для меня же он стал сущим наказанием. Кошмаром, из которого я пыталась вырваться всеми силами, но чем больше сопротивлялась, тем глубже в нём увязала. Словно проваливалась вниз, пробивая слой за слоем. Я видела со стороны собственное падение с утёса: как фигурка, похожая издалека на игрушечную, несколько раз ударилась о выступающие уступы, а затем оказалось подхвачено самой высокой волной. Хоть в чём-то судьба оказалась милосердной: морские воды сомкнулись уже над мёртвым телом. Чтобы вот все мои желания исполнялись с такой точностью — захотела слиться с очаровавшим меня местом? Получите-распишитесь. Прямо чётко вышло по всем трём пунктам. Земля, ветер и вода. Для полной стихийной комбинации только пламени не хватало. Но что-то мне подсказывало, что огоньку мне ещё подкинут. Вообще, странно было находиться в собственном сне и при этом рассуждать.

Но вот картинка сменилась. Вижу свои руки, перебирающие буклеты, подталкиваемые ко мне девушкой из туристического агентства. Я настолько увлечена, что даже не замечаю, с каким пристальным вниманием, даже вожделением она следит за мной, едва не облизывается, будто хищник, следящий за своей жертвой. Стоит мне притянуть к себе тот самый буклет с видами шотландских полуразрушенных замков и крепостей, как образ миловидной блондинки в деловом костюмчике разлетается осколками разбитого стекла, превращаясь в какую-то старуху, облачённую в лохмотья. Её торжествующий хохот, похожий больше на воронье карканье, ещё звучит в ушах, а я отказываюсь в каком-то тумане.

Вокруг шум, крики, гарь, грохот каких-то орудий. Во все стороны летят осколки камней, слышатся стоны раненых, которым уже не суждено будет подняться: их добьют захватчики, осаждающие крепость вот уже на продолжении восьми месяцев. Почти вся семья Лоредан погибла во время вражеских атак, не прекращающихся ни днём, ни ночью. Если первое время на стены выходили только мужчины, то в последние недели к ним присоединились уже женщины, которыми руководила Цефея — старшая из бастардов Вейдара Лоредана. Сам глава рода, лэйр Лоредан был смертельно ранен спустя полгода после начала осады, затем оборону на себя взяли его сыновья, но и они погибли во время самой мощной ночной атаки. Взять крепость тогда захватчикам не удалось, но большая часть защитников погибла. Осаждающие требовали сдаться, обещая сохранить жизни женщинам и детям. Но это была ложь: оставшиеся в живых обитатели крепости прекрасно понимали, что не пощадят никого, слишком разозлил своим отказом лэйр Лоредан короля Габриэля отказ пропустить его войска дальше, перейдя на его сторону.

К темноволосой девушке с огромной связкой ключей на поясе спешит старый хромой конюх, который должен был приглядывать за ранеными, размещёнными на самом нижнем ярусе донжона.

— Аира Лоредан, лэйда Лоредан скончалась…

Вот и всё. Последняя представительница славного древнего рода Лоредан — вторая дочь лэйра, ушла

Удар… Ещё удар… Крепостная стена, наконец, не выдержала и рухнула под напором захватчиков. А огненные снаряды продолжали лететь, заставляя последние уцелевшие башни осыпаться, как карточные домики. Каменные плиты дрогнули под ногами Цефеи, погребая её под остатками стен.

Очнулась девушка уже в кандалах, как и я. Её случайно обнаружили мародёры среди развалин крепости и решили нажиться, продав работорговцам. А что? Девка молодая, симпатичная, почти не пострадала, так как при обрушении башни часть плит сложилась «домиком» и тем самым спасла ей жизнь, всего лишь оглушив. Экономку дома Лоредан в ней никто, к счастью, или на беду, никто не опознал — связка с ключами попросту оторвалась вместе с поясом, когда её вытаскивали. Потом был долгий путь на рынок. Ещё эта проверка зельем, после которого головная боль только усилилась. Совсем как у меня. Стоп. А почему мне привиделось всё это?

* * *

Очнулась я ближе к вечеру и вначале не могла понять, где очутилась, настолько реалистичным казался сон. Хотелось плакать и смеяться одновременно, потому что, несмотря на все мои надежды, что всё произошедшее — галлюцинации, возникшие вследствие сильного сотрясения, не оправдались. Всё та же изнуряющая жара, песок, скрипящий на зубах и забившийся везде, куда только можно было, из-за чего нестерпимо хотелось принять душ, тяжёлые оковы, оттягивающие руки. А ещё волосы… Длинные волосы, спутанными пыльными прядями, стелющиеся по деревянному полу клетки… Не мои, но принадлежащие мне. Теперь мне. Хотя я с юности носила короткую стрижку по плечи, вечно разлетающаяся крупными волнами в разные стороны. А вот у Цефеи, как раз таки были длинные, которые она убирала в низкий пучок на затылке, скрепляя шпильками или вязаной сеточкой. Бред. Это всё какой-то бред. Мозг упорно отказывался поверить в творящееся вокруг. Тогда я решила использовать последнюю попытку, чтобы окончательно убедиться в реальности происходящего, а потом думать, что делать дальше.

Кое-как приняв сидячее положение, пристроила руки на коленях и попыталась оттянуть как можно дальше громоздкий кусок металла на левом запястье. Едва в кровь не разодрала обломанными ногтями, прежде чем увидела крупную родинку. Ту самую, что приметила во сне, когда Цефея пыталась ухватиться при обрушении башни. Приехали, называется. Была Алеф, стала Цеф. Так и захотелось подправить рекламный слоган турфирмы: «Горящие путёвки в другой мир. Не повезло в этой жизни? Повезёт в следующей! (Но это неточно)!» Ладно, придётся разбираться, как выпутаться из этой передряги. Хорошо хоть головная боль вместе с тошнотой отступили. Обводя взглядом сидевших вместе со мной в клетке девушек, заметила, как одна из них, темноволосая в цветастом платье, едва заметно улыбнулась. Память Цефеи услужливо подкидывает воспоминание, что в этом мире существует магия и целители нередки. Ну да, я же видела, как во время штурма крепости летели огненные шары, выпускаемые людьми. На всякий случай я решаюсь сказать «спасибо», да только в горле настолько пересохло, что едва удаётся пошевелить покрытыми корками губами. Но, кажется, она меня поняла.

Ещё несколько девушек находятся без сознания, видимо, тяжело дался им путь до рынка. Хотя некоторых я знаю. Вернее, Цефея знала: познакомились незадолго до того, как им дали всем дали зелье для проверки на девственность. Оригинально, однако. Хорошо хоть в присутствии всех не распластали, подвергнув детальному осмотру. Погодите-ка… А ведь та старуха не всем подносила зелье. Что-то тут не так. Ведь именно после него я оказалась в теле Цефеи. Нас хотели отравить или это часть какого-нибудь магического ритуала? Но с какой целью? Вопросы, вопросы, вопросы… И пока ни одного ответа. Как вести себя дальше? Прикинуться тихой мышкой? Это с моим-то характером⁈ Да и у Цеф он не намного легче. Показать свою непреклонность? Судя по раздающимся шепоткам, и то и другое повлечёт за собой проблемы. Покорных рабынь любят, значит, велика вероятность попасть в гарем или дом для утех. Непокорных наказывают и… участь та же. Есть любители ломать девушек с характером. Правда, существует ещё один вариант: оказаться в роли служанки, пусть и в статусе рабыни. Гнуть спину от зари до зари, конечно, не самая простая работа, но по мне так намного лучше, чем «межножьем работать». И не только им. Куда ни кинь, всюду клин. Придётся действовать по ситуации. Как минимум попытаться сбежать после покупки. Сейчас это делать рискованно: всё равно дальше рынка не убегу, вокруг ведь сплошные пески, сдохну уже на втором бархане, если сразу не догонят.

За всеми этими размышлениями не заметила, как уснула. А утром, выхлебав принесённую похлёбку, стала смотреть, как рынок потихоньку заполняется первыми покупателями. Мимо прошли две женщины, деловито поглядывающие на живой товар.

— Купите меня! Могу убирать, стирать, шить, готовить!

Но те лишь качают головами и выбирают девушку понеказистее. Не сказала бы, что Цефея была ошеломительной красавицей, так, вполне симпатичной девушкой с правильными чертами лица и в меру пухлыми губами. Внезапно по рынку пронёсся ропот, а продавцы заметно оживились. Из того, что мне удаётся услышать, явились покупатели именно за наложницами. Опрометью несусь в самый дальний угол и стараюсь слиться с другими девушками. Только не меня, только не меня… Но увы…

Глава 3

А мы пойдем другой дорогой

Я слышу, как пытаются оттащить вцепившуюся в прутья девушку, на которую указали эти «гаремные эмиссары». Она кричит, но, кажется, только сильнее раззадоривает переговаривающихся между собой мужчин, одетых во всё чёрное. Ещё одна девушка… И ещё… Толстый Шо буквально стелется перед ними, расписывая достоинства каждой из своих пленниц. Одной приказывают показать грудь, другой ноги, третьей… Мерзость какая. Словно лошадей выбирают. Я ещё в юности освоила от корки до корки все женские любовные романы, стоявшие на «маминых полках» в

— И вот эту! Но пусть сперва зубы покажет!

Я поднимаю голову и вижу, что палец одного из мужчин указывает на меня. Тут же помощники Шо подскакивают ко мне, чтобы поднять. Но я успеваю их опередить: поднимаюсь медленно, с чувством собственного достоинства. Они хотят услышать мои крики? Не дождутся! Грязные пальцы касаются моего подбородка, пытаясь отвести вниз, но я резко им дёргаю в сторону, сбрасывая захват.

— Гордая. Строптивая. Годится! Выводи!

Чёрт, кажется, этот вариант провалился. Но продолжаю стоять, не шелохнувшись, пока помощники Шо пытаются меня сдвинуть с места. Неожиданно ошейник резко сжался, что я начинаю хватать воздух, как выброшенная на берег рыба. Наконец, меня выволакивают наружу и тащат к какой-то повозке, возле которой стоят ещё несколько мужчин в чёрном. Я молча упираюсь, стараясь оттянуть момент, когда окажусь внутри.

— Что-то молчаливая больно. Шо, она у тебя, что, немая?

Работорговец, занятый пересчётом денег не сразу ответил:

— Была бы немая, предупредил бы…

— А вот мы сейчас это и проверим!

Раздаётся свист разрезаемого воздуха, и на мою спину опускается плеть, обжигая тело сквозь остатки ткани. Я выгибаюсь в руках моих мучителей, но упорно продолжаю молчать. Следующим ударом плеть рассекает уже кожу вместе с платьем, вырывая из меня крик. Ещё один и ещё… Я чувствую, как по спине течёт что-то горячее, а из горла раздаются уже хрипы. Твари! Меня подхватывают и зашвыривают внутрь повозки, словно мешок с картошкой. Я пытаюсь подняться с пола, но пальцы лишь скребут по доскам.

— Слушай, ты там не перестарался? Король не любит, когда у его игрушек на одну ночь шкурка попорчена не им. Гладеньких да ладненьких предпочитает. Чтобы самому расписать от души!

— Ничего, пока до замка доберёмся, всё успеет зажить, ни малейшего следа не останется. Эй ты! Не забудь спину намазать!

Мне прямо на голову прилетает жестяная коробочка с мазью, похожая на ту, которую нам давали, чтобы обрабатывать кожу под кандалами, дабы избавиться от потёртостей. Но не она занимает мои мысли. У меня внутри всё похолодело, как только первый упомянул, чьим развлечением все мы должны стать. Какой король? Неужели тот самый Габриэль? Цефея видела его лишь однажды, когда тот приезжал к лэйру Лоредану. Но вот успел ли король запомнить скромную экономку? Если да, то мне точно конец. Восемь месяцев осады он не простит, наверняка же знает, кто руководил обороной крепости перед тем, как она пала. А ещё, пока меня тащили из клетки, мне показалось, что я увидела знакомую девушку. Госпожа Рейна? Не может быть… Неужели и её замок пал? На как? За такой короткий срок? Или меня слишком долго везли? Неожиданно для себя я понимаю, что мои мысли и воспоминания Цефеи начали переплетаться, словно моя душа срастается с её телом всё сильнее и сильнее, но белых пятен в памяти всё равно предостаточно, как будто она не желает делиться сразу со своим прошлым, отдавая его мне по кусочкам.

Едва повозка тронулась, одна из девушек предложила мне помочь обработать раны. Значит, король у нас не любит, когда его игрушки оказываются подпорченными? Кажется, у меня появился шанс избежать венценосной постели. Кое-как взгромоздившись на лавку, я уселась полубоком, чтобы спина не касалась стенок повозки, а банку запулила ногой в самый дальний угол. Авось не успею какую-нибудь дрянь занести в раны, пока едем до замка.

Весь путь я провела в полудрёме, чтобы набраться сил перед неизвестностью. По моим ощущениям, добрались до замка мы достаточно быстро, по крайней мере, намного быстрее, чем Цефею везли до рынка. В какой-то момент сопровождающие повозку люди крикнули, чтобы все держались крепче, повозку качнуло, но не критично, а вскоре движение стало замедляться, пока окончательно не прекратилось. Дверцы с противным скрипом распахнулись и нам приказали выходить. Одна из девушек ещё во время пути отдала свою накидку, сжалившись после увиденного зрелища, поэтому я не боялась показаться своим мучителям. Пока спрыгивала на землю, стараясь эмоциями не выдать, как горит спина, посчитала девушек-рабынь. Десять! В полумраке повозки мне показалось, что их не более восьми. Но куда такое количество? Точнее, куда я понимаю, а вот дальше? Король действительно меняет девушек каждую ночь? Вот всегда, когда кажется, что куда уже может быть хуже, жизнь быстренько ехидно улыбается и показывает более изощрённый вариант. Ладно, посмотрим, к чему приведёт меня моя идея: к смерти, на растерзание солдатам или всё-таки к работе в замке, пусть даже и самой грязной.

Нас долго вели какими-то бесконечными коридорами и лестницами, пока не мы не оказались в зале, похожем чем-то на среднее между баней и купальней.

— Подготовьте их, да побыстрее! — приказал нескольким женщинам идущий перед нами мужчина в чёрном. — Через час вернусь за ними. Король желает расслабиться, поэтому задержек быть не должно.

Нас целый десяток, а вот служанок всего четверо. Они отсоединили цепочки, скрепляющие между собой кандалы, и начали быстро раздавать указания, пытаясь заняться сразу двумя девушками одновременно. Для начала всем приказали раздеться догола и залезть в наполненные горячей водой чаши, напомнившие мне своими размерами джакузи. Увидев мою спину, пробегающая мимо служанка всплеснула руками:

— Ты почему мазью не воспользовалась⁈

Я едва заметно усмехнулась, глядя ей прямо в глаза:

— Баночку потеряла.

Эмоции на лице женщины вспыхнули яркой неоновой вывеской, на которой было начертано нечто вроде «сама дура», и мне тут же вручили большую бутыль с какой-то жидкостью и снова жестяную банку с мазью.

— Раны срочно нужно залечить! Держи и не урони. Я вначале полью спину обеззараживающей настойкой, а потом намажу. За час как раз всё подживёт.

— Я лучше сама.

Бегущая строка в глазах служанки отобразила «аминь тебе полный», после чего женщина подошла к другой девушке. Но только после того, как служанка увидела, что действительно поливаю спину из бутыли, отвернулась. Затем я полностью вымылась, уделив внимание волосам, так как не хотела бы дать в них приют почти что милым домашним животным, точнее, насекомым, из трёх букв. С мазью я поступила проще: зачёрпывала густую, пахнущую травами массу и заносила руку назад, якобы смазывая спину, а сама

Потом всем раздали по большой банке с ещё одной мазью и велели нанести на всё тело, строго-настрого напомнив, что волосы на теле девушки должны быть только на голове. А король, оказывается, фанат эпилированных молодых тел. Руки, подмышки и ноги я обработала, ну и хватит. Так как нам сразу показали, где лежит одежда, я быстро вытерлась полотенцами и натянула на себя похожее на сорочку платье с завязками на плечах. Видимо, чтобы лишний раз не пришлось копаться Его Величеству, для того чтобы получить доступ к телу. Всего-то за концы двух бантиков дёрнуть, тушка девичья и откроется. Волосы нам высушили служанки, оставив распущенными. Как только последняя из девушек оказалась готова, двери распахнулись и вошёл прежний сопровождающий.

Нас снова повели, только на этот раз путь оказался гораздо короче. Когда последние перед нами двери распахнулись, в глаза ударил яркий свет, заставив зажмуриться. Судя по роскошной обстановке, мы оказались в покоях короля,но не в спальне, некоем подобии гостиной или будуара. Габриэля можно было бы назвать довольно-таки красивым, атлетически сложенным мужчиной модельной внешности, если бы не хищный взгляд из-под густых, идеально ровных бровей, с которым он принялся разглядывать нас. Проведя рукой по тёмным, слегка вьющимся волосам едва достававших ему до плеч, он презрительно изогнул свои губы, минуя стоявшую первой девушку, показывая тем самым сопровождающему, что её в качестве сегодняшнего развлечения не рассматривает. Та же участь ждала вторую, а затем третью. Четвёртой стояла я в надежде, что меня тоже минует королевский интерес.

— Надо же, какой приятный сюрприз, уже вторая хорошая новость за день! Сама недолэйда Лоредан!

Глава 4

Подарок

Голос короля прямо-таки сочится ядом, словно этот аспид увидел подходящую жертву и сейчас с удовольствием будет наблюдать за её агонией.

— Остальных увести! — приказывает он, и едва двери закрываются, оставляя меня с ним наедине, начинает кружить, одаривая оценивающим взглядом. — Недолэйда Лоредан собственной персоной! А мне вот докладывали, что из обитателей крепости не выжил никто. Непозволительное упущение. Но пожалуй, прощу его тому, кто меня дезинформировал, ведь ты, в конце концов, попала ко мне. Не-до-лэй-да…

Исковерканный статус отца Цефеи он намеренно произносит так, чтобы побольнее ужалить меня. Как себя вести с ним, даже не представляю: от страха язык онемел, а спина похолодела настолько, что забылась боль от ран.

— Гордая… Такая же как весь род твоего отца. Меня всегда забавляло его тупое следование древним традициям. Особенно манера давать особый статус своим бастардам, ставя их выше обычных слуг. Как там правильно? Аира? Не-е-е-т. Неправильно. Недолэйда — вот правильное обозначение тебя. Так, недогоспожа, недоблагородная дама, хотя на поверку вы все абсолютно одинаковы и не отличаетесь от тех же служанок или даже нищенок. Разве что размерами женских прелестей. Но это такая малость… Всего лишь вносящая некоторое разнообразие в рутину.

Господи, насколько же он мерзок и отвратителен! Я почти искусала кончик языка, сохраняя при этом внешнюю невозмутимость, чтобы не брякнуть что-нибудь в запале. Отчасти в этом помогал голос отца Цеф, звучащий в голове:

— Цефея, помни — ты из рода Лоредан, хотя и не обладаешь всеми правами, доступными законным наследникам. Мы никогда ни перед кем не гнём спины, позволяя себе лишь уважительно склонить голову, даже перед теми, кому служим. Но при этом преданы им безоговорочно. Мы гордо несём имя рода, давшему нам жизнь, и никогда не уроним свою честь, не замараем себя предательством!

Это были его последние слова перед тем, как умолкнуть навеки. Пусть я не совсем Цеф, но прониклась уважением к этому человеку. Пусть он зачал её и других своих бастардов не от законной супруги,но всё-таки дал им многое. По-своему любил и заботился. Боюсь, что королю Габриэлю этого никогда не понять. Другого поля ягода. Сопревшая ягода, портящая прекрасный луг, посреди которого находится, своим кислым зловонием. Да, он красив внешне, но совершенно гнилой внутри.

— … а твой отец сильно расстроил меня своим неповиновением, поставив своего «господина», этого проклятого Дарио Вальтега, выше меня. Меня, короля! Он предал меня, а, следовательно, изменил королю. Знаешь, что бывает с изменниками? Знаешь и боишься, хотя виду не подаёшь. И где теперь весь этот славный род Лоредан, о доблести которого слагались легенды на протяжении веков? Его нет. Бум, и никого не осталось. Разве что, кроме тебя. Но посмотри на себя: мало того, что бастардкой родилась, так ещё и рабыней стала. Какое унижение… Ммм…

Тёплое дыхание коснулось основания моей шеи, после того, как пальцы короля отвели волосы в сторону.

— Сними с себя эти тряпки!

Легко! Я подняла свои руки к плечам, стараясь не морщиться, и распустила завязки. Светлое платье бесформенно хламидой улеглось у моих ног. Король очертил ключицу рукой, а затем повёл ею к лопатке. Внезапно давление пальцев исчезло, и раздался брезгливый голос:

— Это что? Это как понимать?

И тут во мне очнулась Алеф, затолкав Цеф вместе с её отцом в самый дальний угол подсознания. Всё равно уже терять нечего, этот ублюдок в любом случае меня в живых не оставит. А так хотя бы его псам отомщу.

— Видимо, раны, оставленные плетями ваших людей, оказались намного серьёзнее, раз ни одна мазь не справилась.

Я думала, что король Габриель прибьёт меня прямо тут, но внезапно раздался стук в дверь, и чей-то голос отрапортовал:

— Вы просили сообщить, как только прибудут генералы Сильверсон и Тагард, которым вы назначили встречу. Они уже в замке и ожидают аудиенции.

Внезапно раздражённое моим выпадом лицо короля разгладилось, в глазах вспыхнула странная заинтересованность, в результате чего у меня окончательно всё оборвалось внутри.

— Бастардка… Рабыня… Ещё и побывавшая в покоях короля… Какая интересная комбинация намечается… — пробормотал он, а затем громко добавил, чтобы стоящий за дверями услышал. — Сильверсон пусть подождёт, а Тагарда веди сейчас прямо сюда!

Мысли в голове начинают лихорадочно метаться, так как прекрасно понимаю даже без воспоминаний Цеф, что от короля Габриэля можно ожидать всего, чего угодно. Зачем он приказал привести сюда генерала Тагарда? Что задумал: решил воплотить свои фантазии о тройничке или любит развлекаться при зрителях?

— Замри! И только попробуй пошевелиться! — звучит приказ уже для меня, а тем временем король выходит в одну из дверей, видимо, ведущую в соседнюю комнату.

Тагард…Генерал Тагард… Цеф мало

Король вернулся очень быстро, бросил какой-то скрученный в трубочку лист на ближайший столик, а затем приблизился ко мне. Мужские руки крепко вцепились в мои плечи и резко развернули всё моё тело лицом к дверям. В коридоре раздались приближающиеся шаги, приближая момент моего очередного унижения.

— Чуть не забыл… — снова этот ядовито-чарующий шёпот возле уха. — Генерал ненавидит и презирает таких, как ты!

Таких, как я? В каком смысле? И тут вспоминается его фраза про комбинацию. Мне кажется, что от меня страхом несёт за версту, а король, словно хищник, чувствует своё превосходство и дополнительно подпитывается эмоциями своей жертвы.

— Генерал Беантан Лайдир Тагардк Его Величеству! — громко провозгласил всё тот же голос, который ранее предупреждал короля о прибытии генералов, и двери распахнулись, пропуская вперёд мужчину в кожаных доспехах, украшенных замысловатой вязью.

* * *

Габриэль

Я смотрел на этого любимца черни с нескрываемым удовлетворением. Теперь и он лишился того же, чего и я в своё время. Граница превосходства стёрта, пусть теперь на своей шкуре почувствует, каково это. Вот только я — король, а он всего лишь генерал. Бывший генерал. Я держал его все эти годы при себе только из-за его умений, а теперь он стал абсолютно бесполезен, а главное — больше не представляет никакой угрозы. Народ его любит, превозносит, хотя должен почитать меня. Но ничего, Тагарда скоро забудут, его имя сотрётся из памяти тех, кому ещё совсем недавно помогал. Стоило ли так рисковать своей жизнью ради каких-то людишек, пусть даже и находящихся под его командованием? Слабак! Людишек много, ещё народятся, нет никакого смысла их оберегать, тем более, оспаривая мои приказы. Но каков наглец! Всё так же прямо смотрит на меня, хотя девку точно заметил, но даже ни один мускул на его лице не дрогнул. А я ведь прекрасно знаю, как он относится ко всем постельным грелкам. Чистоплюй.

— Рад видеть тебя, Тагард. Понимаю, ждал возле тронного зала, но я тут что-то совсем с делами закрутился… Вот, решил время сэкономить. Помню, какой был наш уговор, когда ты поступил на службу, думаю, пора отдохнуть от ратных дел, заняться восстановлением былого величия Тагардов на месте. Я возвращаю тебе земли, так глупо утерянные одним из твоих предков. Видишь, насколько я великодушен, раз выполняю обещанное, несмотря на то, что срок твоей службы не вышел, — я подошёл к столику и взял свиток.

Готов побиться об заклад, что сейчас он скрипнул зубами, понимая, что отправляю в отставку, а по сути — в бессрочную ссылку в его же земли. Тагард молчал. Совсем как эта девка. Гордячку гордецу. Прекрасная пара. Вот только исключительно в фигуральном смысле, потому что Тагард никогда к ней даже пальцем не прикоснётся, побрезгует.

— Слышал, что у тебя недавно управляющий погиб. Должно быть, сложно придётся без него, но я нашёл прекрасный выход в сложившейся ситуации: дарю тебе аиру Лоредан. Не благодари. Я слышал, что своих бастардов Лореданы много чему обучали, эта, например, служила у них экономкой, не знаю, правда, насколько опытной и искусной, как-то не было времени проверить её умения в этой плоскости. Тут только одна тонкость… Знаю, как ты относишься к рабству, но её отец предал меня, поэтому, чтобы освободить от оков, потребуется очень веский повод. Посчитаешь аиру Лоредан достойной этого, возьми в жёны, всё-таки она из благородного рода. Клянусь, сразу же после брачной церемонии оковы с ошейником спадут, а мне останется только порадоваться за вас.

— Вы великодушны и добры, как никогда, Ваше Величество, — Тагард взял протянутый свиток.

— Цени это, Тагард! — я поворачиваюсь, давая понять, что аудиенция окончена, а затем обращаюсь к девке. — Вот теперь твой новый хозяин. Надеюсь, ты будешь более послушной с ним. Тряпки свои не забудь!

Глава 5

Повезло или нет?

Меня подарили этому? Меня. Подарили. Тагарду. Три слова, отдававшиеся эхом в моей голове, приводили в отчаяние. Я никогда, наверное, не смирюсь с тем, что оказалась рабыней, будучи рождённой и воспитанной, свободной. Для меня дико вот так распоряжаться живым человеком: продавать, дарить, воспринимать как вещь… С одной стороны, мне бы радоваться, что смогла избежать участи стать мимолётной забавой для короля и даже избежать казни, а с другой… Габриэль ведь не просто так решил позабавиться, отдав меня генералу Тагарду, он специально унизил не только меня, но и его. Протоптался по всем болевым точкам. Ещё и поглумился, поставив такое условие моего освобождения. Взять в жёны! Значит, воли мне никогда не видать, и о побеге придётся забыть.

Эта венценосная мразь не просто перебросила магическую рабскую привязку на генерала Тагарда, передавая тем самым ему абсолютную власть надо мной. О нет! Король Габриэль включил в неё условие: стоит только попытаться снять с меня ошейник с оковами, как вместе, так и по отдельности, и я погибну. Следовательно, человек, который ненавидит рабство, вынужден будет ежедневно лицезреть рабыню во всей её красе. И от этого стало ещё страшнее, чем когда осталась с королём наедине после того, как он меня узнал.

Тагард мог бы отправить меня куда подальше, если бы король не заявил, в каком статусе хочет меня видеть. Думаю, ему не составит труда тайно или явно проверить, как исполняются его заветы, и генералу действительно придётся поставить меня экономкой. Работы я не боялась, так как и в прошлой жизни не была белоручкой, а вот насколько вызверится Тагард? Не станет ли срывать на мне злость или забавляться, причиняя боль физическую в отместку за его моральную? В общем, в очередной раз страх и неизвестность. Но почему король Габриэль так взъелся на Тагарда? В душе зародилась робкая надежда, что, возможно, генерал не так уж и плох. Ведь ни для кого не секрет, что мерзавцы презирают тех, кто-либо слабее их, либо, наоборот, лучше. На слабака Тагард не похож. Может, всё-таки второе?

Пока король отвлёк моего нового «хозяина» с особым смаком рассказывая, как действует магический рабский поводок, я натянула на себя платье, ожидая, что будет

— Надень на себя и плотно запахни. Если хоть кто-то увидит хотя бы край ошейника, кандалов или цепи…

— Я поняла.

Набросив на себя плащ, защёлкнула все застёжки, похожие на те, что были у меня когда-то на шубке, и пошла вслед за генералом, стараясь не сильно греметь цепями, хотя исполосованная спина всё чаще давала о себе знать. Хорошо, что под чёрным плащом будет незаметно, если раны снова откроются. Стоило отойти подальше от королевских покоев, как Тагард быстро свернул в какую-то нишу и открыл неприметную дверь, почти сливающуюся со стеной. Однако за ней оказался стражник, сообщивший, что короткими переходами временно воспользоваться не удастся. Я едва подавила в себе возглас, так как из купальни мы точно шли именно ими. И из повозки тоже добирались с другими купленными рабынями не через весь замок. Похоже, что король Габриэль решил доиграть свою партию тирана до конца, вынуждая нас пройти у всех на виду, а не тайно, как задумал Тагард. Какая изощрённая месть, однако.

Я старалась ступать ещё тише, хорошо, что матерчатые туфли, выданные после купания, скрадывали звук шагов. А ещё служанки заменили короткую цепь, соединяющую между собой оковы, на длинную, свисающую почти до пола, поэтому не придумала ничего лучше, чем подхватить её и немного замотать в плащ, чтобы не гремела. Со стороны казалось, что я просто сжала изнутри полы, чтобы не мешали при ходьбе. Всё равно размерчик был такой, что этим плащом легко можно было бы обернуть меня раза в три, а то и в четыре.

Король Габриэль хотел, чтобы все стали свидетелями его милости по отношению к Тагарду? Чтобы его вместе с «подарком» запомнили и ещё долго насмехались? Спина, маячащая передо мной, по-прежнему оставалась прямой, а сам генерал источал уверенность и спокойствие. Так почему бы не последовать его примеру? Сцепив зубы, чтобы не закричать, немного развела плечи в стороны, добиваясь идеальной осанки, хотя и до этого следы от плетей не позволяли ссутулиться, и чуть приподняла подбородок, чтобы ни у кого не возникло даже тени подозрений в моём смирении или покорности. Как там фыркнул недавно король Габриэль? Два гордеца? Отнюдь. Два человека, не теряющие чувства собственного достоинства ни при каких обстоятельствах. Подстроиться под шаг Тагарда, сохраняя при этом небольшую дистанцию, тоже было не очень сложно. Вот таким тандемом мы прошли просто через какое-то совершенно бессчётное количество залов, заполненных придворными. Если и раздавались какие-то ехидные шёпотки, при виде нас, то быстро смолкали, потому как их обладатели не увидели и десятой части того, на что рассчитывали. Видимо, думали, что попытаемся покинуть дворец практически бегством, а в итоге уходили, гордо подняв головы, не останавливаясь ни на секунду, размеренно чеканя шаг. Знаете, как идут модели по подиуму, точно зная, в какой точке нужно остановиться, чтобы продолжить свой путь или развернуться? Вот и мы также двигались. Даже на лестнице не позволила себе ни на мгновение опустить взгляд, чтобы не промахнуться со ступенькой. Мне было не видно лица Тагарда, но отчего-то казалось, что на нём застыло то же самое выражение, как и на моём.

Наконец, мы пересекли широкий внутренний двор и оказались на конюшне. Тагард даже не успел отдать никаких приказаний, как ему навстречу вывели уже осёдланного коня.

— А где предыдущий?

Конюх сразу как-то отвёл глаза в сторону и, пряча гаденькую полуулыбку, быстро затараторил:

— Его Величество король Габриэль распорядился выделить вам нового и лучшего коня из своих конюшен, раз теперь вам приходится передвигаться только так, генерал Тагард…

В смысле так? А как он до этого передвигался? Ножками? Пешочком топал? Тем временем Тагард отослал конюха и принялся проверять седельные сумки. Вытащив из одной ещё один плащ, накинул на себя, а я мысленно застонала: на нём были нашиты металлические пластины, словно это был ещё один вид доспехов.

— На первый раз очень даже неплохо. Будешь вести себя тише воды и ниже травы — может, сможем поладить, главное — слишком часто мне на глаза не попадайся и будь послушной. Залезай! — обратился ко мне Тагард, похлопывая по седлу.

Я попыталась освободить руки, но ничего не вышло.

— Что такое? — моментально нахмурился мужчина.

— Руки затекли. Я сейчас.

Тагард быстро расстегнул плащ, который был на мне, и уставился на замотанную в ткань цепь и вцепившиеся намертво в этот «свёрток» мои пальцы. Не говоря ни слова, генерал быстро, но достаточно аккуратно распутал эту головоломку. Затем вскочил на коня, а меня затащил следом.

— Только цепь придерживай, чтобы коня по шее не хлестала. Нам нужно покинуть пределы земель до заката. Лучше сядь прямо, иначе, сидя боком, свалишься.

Я попыталась перекинуть ногу, но в итоге он дёрнул меня на себя, больно приложив о металлические части плаща. Похоже, что дорога будет непростой. Но уже то, что не заставил меня бежать за ним на привязи — уже хорошо. Осталось добраться живой до замка Тагарда, а там уже видно будет, как жить дальше.

Глава 6

Повезло?

Едва за нами захлопнулись ворота замка, конь Тагарда понёсся вперёд с такой скоростью, словно за ним черти гнались. С чем именно была связана такая спешка, я спрашивать пока не решалась. В голове до сих пор крутились слова, брошенные королём о том, что таких, как я, генерал ненавидит. Я хоть и не маленькая девочка, а всё-таки надеялась, что сработает старинная пословица: враг моего врага — мой друг. На дружбу в моём положении рассчитывать, конечно, невозможно, но хотя бы на относительно мирное сосуществование — вполне. Очень хотелось на это надеяться. Пусть Тагарда ни я, ни Цеф не знали, но не думаю, что его желание поскорее оказаться подальше от владений короля связано с тем, чтобы поскорее оказаться дома. Скорее всего, он ждал очередной западни от Габриэля. В памяти Цеф сохранились какие-то смутные воспоминания о блуждающих порталах, которые ночью не появлялись, верно к ним мы сейчас и мчались.

Тагард крепко держал меня чуть ниже рёбер, но чем дальше мы удалялись от замка, тем мне становилось хуже. Вначале я подумала, что жарко из-за горячей ладони генерала, потому что спине, наоборот, было холодно, но

— Плохо? Не привыкли к верховой езде аира Лоредан?

А у меня не осталось даже сил, чтобы ответить. Тагард остановил коня, но внезапно животное громко заржало и начало падать. Не понимаю, каким образом генералу удалось не только спрыгнуть на землю до того, как туша нас придавит обоих, но и подхватить меня на руки. Опустив меня на траву, Тагард подошёл к коню и едва слышно выругался:

— Так и знал, что и напоследок решит подгадить. Калечного коня подсунул. Даже остатки обезболивающей мази до конца с ноги не вытерли…

Я попробовала перевернуться, но ничего не вышло. Издав глухой стон, повалилась обратно на спину, чувствуя, словно прикоснулась к раскалённой сковородки. Тагард среагировал молниеносно: глазом моргнуть не успела, как он уже присел передо мной и, сняв перчатку, дотронулся сперва до лба, а затем до шеи.

— Вы чем-то больны или… — но не договорил, увидев бурые пятна на траве. Провёл голой рукой по ним, а затем быстро начал расстёгивать плащ. Дёрнув за одну из завязок платья, приспустил ткань и приподнял в полусидячее положение.

— Мне доводилось слышать, что король Габриэль любит подобные развлечения…

— Это не он… Его верные чёрные псы… Ещё на рынке…

Невдалеке мелькнула какая-то вспышка, затем ещё одна, но намного дальше. Перед глазами начало всё расплываться.

— А ведь почти добрались. Совсем чуть-чуть не доехали. Хотя…

Тагард опустил меня обратно на землю, накинув полы плаща друг на друга. На некоторое время он исчез из моего поля зрения, а затем вернулся с перекинутыми седельными сумками через плечо. Закинув меня на свободное, сорвался с места и побежал к дальнему порталу. Последнее, что мелькнуло у меня в голове: а куда делся его плащ с металлическими нашивками и доспехи?

Я ненадолго пришла в себя, когда моё разгорячённое тело коснулось холодной простыни. Даже мурашки побежали по телу от резкого контраста, вот только тут же сменились сильным ознобом. Где-то совсем рядом кто-то тихо ругался, а затем на спину полилась какая-то жидкость, обжигающая ещё сильнее, чем те плети, которыми меня отходили на рынке. До одного из рубцов дотронулись мокрой тканью, но резко прострелившая всё тело боль снова отключила сознание.

Следующее пробуждение произошло, когда мне в рот попытались влить какую-то горькую тёплую гадость. Я закашлялась, едва не захлебнувшись.

— Если хочешь выжить, то должна всё выпить до конца, — раздался строгий голос генерала Тагарда.

С трудом, но мне удалось разлепить склеившиеся от слёз ресницы и взглянуть на своего мучителя-спасителя, горько усмехнувшись:

— А надо?

Не то, чтобы я горела желанием прекратить собственные мучения раз и навсегда, просто было настолько паршиво, что было всё равно, что будет дальше.

— Надо. Глупо будет вот так утереть нос придворным, выдержав их многочисленные презрительные взгляды и спасовать перед какой-то болячкой. Несколькими болячками.

Не знаю, действительно ли Тагарду было нужно моё выздоровление, но его план по отвлечению внимания сработал прекрасно. Пока я пыталась сфокусировать взгляд и разобрать всё, что он мне говорит, не заметила, как выпила всё до конца. Подержав меня вертикально некоторое время, словно грудного младенца после кормления, уложил обратно на живот и снова начал поливать раны. Но на этот раз ничего, кроме лёгкого пощипывания, не ощутила. Единственное, что доставляло некоторое неудобство — это руки, вытянутые перед лицом, из-за чего кожа на спине натянулась, раскрывая раны ещё сильнее. Гораздо лучше было бы вытянуть вдоль, но ведь цепь… Точно, тогда цепь была бы закинута на ноги и не давала бы спокойно встать или перевернуться, не потревожив спину, или пришлось лежать прямо на металлических звеньях.

Хотела приключений? Да, пожалуйста! И суток не прошло, как одно следует беспрестанно за другим, не давая расслабиться ни на секунду. Потихоньку жар начал спадать, а спина окончательно онемела и перестала реагировать на прикосновения, но, судя по напряжённому сопению, Тагарда что-то не устраивало, жаль что не было видно конкретно, в чём возникла проблема. Спросить на этот раз помешало вяжущее послевкусие во рту, сделавшее язык неповоротливым и даже мешающим.

— Глубокие раны. Часть лучше бы ушить, но поблизости нет ни одного толкового лекаря. Придётся просто стянуть забинтовав. Рубцы останутся, но выбора всё равно нет.

Нет, значит, нет. Какие у меня могут быть претензии в моём-то положении? За то, что Тагард пытается меня вылечить, уже нужно огромное спасибо сказать, мог ведь прямо там, рядом с конём бросить, а потом сказать, что больную рабыню подарили, сама дороги не выдержала и подохла. Я снова прикрыла глаза, так как яркий свет из окна сильно по ним бил, ещё и от кандалов противно отражался, бликуя. Внезапно почувствовала, как левого запястья коснулось что-то непонятное. Резко встрепенувшись, я увидела, как Тагард начал снимать с меня левую окову.

— Нет! Нет! Нельзя! Я же умру!

Но тщетно. Раздался щелчок, ознаменовавший, что толстый кусок металла, опутывавший мою левую руку, распался на две части.

Глава 7

Игра слов

Раздалась хрипловатая усмешка:

— Вы же вроде совсем недавно жить не хотели, а так реагируете…

Раздался второй щелчок, я зажмурилась, но ничего не произошло.

— Но как же? Разве король Габриэль не дал ясно понять, что если просто снять с меня оковы, то я умру? Не понимаю.

— А я их и не снимал, — с некой долей иронии в голосе заметил Тагард.

— Но… — у меня даже не нашлось слов, чтобы как-то передать свою растерянность.

— Снять и заменить — это две абсолютно разные вещи. Вообще, об одном и том же можно сказать разными словами, и тогда получится совершенно противоположный смысл, — с этими словами Тагард перехватил цепь поближе к кандалам и легко потянул вверх.

А я уставилась на собственные запястья, на которых теперь красовались не очень широкие браслеты из серебристого металла, украшенные каким-то чернёным орнаментом. Рядом покачивались в воздухе расстёгнутые оковы.

— Чтобы перенести свойства с одного зачарованного металла на другой, много магии не требуется, если знать, как это делать. Вот только ошейник придётся снять гораздо позднее, когда сможете вставать, потому что ничего подходящего в этой дыре найти не удалось, кроме цепочки. А она может запутаться в ваших волосах, — Тагард деловито смотал цепь и убрал

Я совершенно не понимала, зачем так заморачиваться человеку, который терпеть не может рабынь. Искать лекарства, подходящие украшения, возиться со мной.

— Ну же, аира Лоредан, озвучьте, наконец, то, о чём хотите спросить, пока у вас ещё есть на это время. Я же вижу, что у вас накопилось много вопросов. Пока мы одни, эту роскошь вполне можно позволить себе.

— Что значит, «пока у меня есть время»? Мне всё-таки не так долго осталось?

— Забавно, что из всего мною сказанного вы зацепились именно за эту фразу. Цените свою жизнь дороже, чем…

— Чем что? Я и так полностью в вашей власти. Особенно сейчас.

— Вот именно об этом я и говорил чуть раньше: всё зависит от того, какими словами что сказано. Хотя имел в виду всего лишь то, что скоро лекарство окончательно подействует и вы уснёте. Вас ждёт сон, а не смерть. Вот такой вот побочный эффект у этого снадобья, хотя мне, а особенно вам, на руку. Быстрее наберётесь сил, скорее сможем продолжить путь, ибо надолго задерживаться здесь не стоит. К сожалению, целительским даром я не обладаю, впрочем, таких давно уже не осталось, поэтому предсказать, как скоро это произойдёт не могу…

И тут я возразила:

— Но на рынке была девушка, которая излечила меня.

— Даже так… — Тагард ненадолго задумался. — В таком случае, она одна из последних в своём роде, если не последняя. Но сейчас найти её следы будет сложно, слишком много времени прошло, и к тому же не все покупатели представляются, зачастую оставаясь инкогнито либо действуя через посредников. Итак, о чём вы хотите спросить?

— Зачем вы всё это делаете? Вы же ненавидите рабынь, так к чему такие лишние расходы: лечение, смена оков на более привлекательные, что ли…

— А теперь мы вплотную перешли к уточнению, что многое зависит ещё и от того, кто сказал, — Тагард дотронулся мозолистой ладонью до моего лба. — Я, конечно, не лекарь, но думаю, что успею ответить на оба этих вопроса.

Раздался противный скрип, и генерал сел на табуретку перед кроватью.

— Но вначале задам свой: кто именно сказал, что я терпеть не могу рабынь?

— Король Габриэль. Как только послал за вами одного из прислужников.

— Зато в разговоре со мной упомянул, что знает, как я отношусь к рабству. Разницу понимаете?

Хоть меня и начало клонить в сон, но я сообразила, что король Габриэль попросту затеял очередную свою грязную игру, напугав меня, а Тагарду выставив такие условия, при которых освободить меня не получится. Так что же в итоге из всего сказанного Его Величеством является правдой? Может, я действительно вытянула счастливый билет, и мне удастся поладить с Тагардом?

— По глазам вижу, что вы всё поняли. Так вот: я терпеть не могу рабство во всех его проявлениях. Большая часть рабов — это люди, которых захватили после очередной военной компании короля в качестве трофеев и выставили на торги. Их вины в этом нет. Просто жертвы обстоятельств. Но даже те, кто оказались рабами по собственной воле, недалеко от них ушли: если кто-то продаёт себя за долги, потому что не может прокормить семью, то стоит задуматься… В любом случае — за что самих рабов ненавидеть? Отсюда вытекает ответ на ваш второй вопрос: зачем трачу на вас своё время и деньги, когда как проще было бы бросить рядом с конём. Твари даже обрадовались бы такому двойному угощению, а я давно уже был бы дома.

Король Габриэль никогда не делает ничего просто так. Навлечь на себя его гнев, потому что пренебрёг его «подарком», в данном случае, не сохранив вам жизнь, мне не нужно. Надо хорошо его знать, чтобы понимать, насколько он опасен, а порой, и безумен. Когда-то я поклялся, что порог Тагардского замка никогда не переступит ни один раб. А своим широким жестом король в очередной раз захотел унизить меня, заставить почувствовать себя ничтожеством и уронить мою репутацию в глазах других, как того, кто неспособен сдержать своего слова.

— Вот же подонок… — я со стоном уткнулась лицом в матрас, надеясь, что ни выражения моего лица, ни сказанного Тагард не заметит. Ошиблась.

— Мягко сказано. Поэтому, всё, что могу — лишь немного облегчить ношение рабских атрибутов. К тому же не все сразу поймут, что перед ними рабыня.

— А вы не боитесь мне всё это говорить? Ещё и про короля?

— Если Габриэль захочет от меня избавиться, сделает это и по менее значимому поводу. Сейчас же он наслаждается моим падением. Но даже в мелочах напакостить оказался непрочь.

— Это как?

— Он всё рассчитал: сперва выставив стражу на внутренних коротких переходах в замке, затем дав хромого коня. Думаю, по ту сторону портала собралось немало зевак, которые должны были увидеть, как генерал Тагард падает вместе с рабыней в пыль, едва перейдя через границу. Списанный в отставку сразу же разучился держаться седле. Какой удар по самолюбию и репутации. Вот только случилось непредвиденное: тебе стало плохо, пришлось останавливаться, и нога у коня подломилась раньше времени из-за резкого изменения нагрузки.

— Вы поэтому побежали вчера к самому дальнему порталу?

— Неглупа. Это плюс. Хотя думал, что вы этого уже не помните. Вообще чудо, что вы смогли пересечь портал и не умереть в этот момент — слишком много сил блуждающие порталы забирают у простых людей.

От мысли, сколько раз мне удалось избежать смерти с момента моего появления в этом мире, мне окончательно поплохело. Сплошной квест на выживание под руководством умелого кукловода — короля Габриэля.

— Осталось понять, что же всё-таки из сказанного королём правда, а что ложь…

— А что он ещё обо мне рассказывал? — Тагард с интересом наклонился вперёд, пристроив сцепленные в замок руки себе на колени.

Глава 8

Не все сказанное королем — ложь

Однако продолжить разговор с Тагардом удалось лишь на следующий день, так как действие снадобья взяло верх сразу после того, как он решил узнать, что же такого о нём наговорил король Габриэль. Вообще, состояние было препротивнейшее: время от времени моё сознание выныривало из забытья, я слышала, что происходит вокруг, но проснуться и открыть глаза никак не получалось, ибо почти сразу снова проваливалась обратно.

От долгого лежания на животе всё тело затекло, но чувствовала я себя вполне сносно. Благодаря браслетам теперь руки покоились вдоль тела, а не перед головой, под которой теперь лежал какой-то хитро сложенный валик то ли из полотенца, то ли из простыни, заменяющий подушку, но при этом самой толстой частью подпирающий шею. Однако Тагард сумел меня в очередной раз удивить подобным вниманием, ведь он, по сути, смог из подручных средств соорудить приспособление, похожее на то, что видела у массажистов, иначе позвоночнику после такого длительного нахождения в одном положении можно было смело помахать ручкой. Слегка пошевелив локтями, ощутила плотное бинтование, туго обтягивающее, исходя из ощущений, моё тело от подмышек до поясницы, будто корсет. Что ж, буду надеяться, что всё заживёт как надо, плевать на красоту, главное, чтобы мне не пришлось снова испытать все «прелести» кровоточащих рубцов. Скрипнула дверь, которой вторили старые половицы, прогибающиеся под тяжестью шага Тагарда. Его характерную поступь я уже успела хорошо изучить и теперь точно не спутаю ни с чьей другой.

— Спасибо вам.

— Не скажу, что рад был помочь, но благодарность принимаю.

Судя по интонациям, прозвучавшим в голосе Тагарда, что-то явно вызвало его неудовольствие. Как вести себя с ним, я так до сих пор не поняла: слишком неоднозначным было моё положение, очень мало знала о мире, чтобы не навлечь на себя ещё большей беды неверно подобранными словами, да и фразы короля Габриэля не давали покоя. Одних обрывочных воспоминаний, доставшихся от Цеф было недостаточно.

— Кажется, мы не закончили один разговор… Так что там король Габриэль говорил обо мне?

— А почему вас это так заинтересовало?

— Во-первых, информация никогда не бывает лишней, так проще сориентироваться, чего ещё можно ожидать от Его Величества, а во-вторых, хочу понять, с кем мне придётся иметь дело и что именно творится в вашей голове, особенно если учесть, как он вывернул всё в отношении рабства.

— Король Габриэль сказал, что в качестве «подарка» я совместила в себе три ненавистные вам понятия…

— Первое, я так понимаю, это рабство. Вчера о нём уже говорили. Что было вторым?

— Вы ненавидите и презираете бастардов.

— А вот это — правда.

— Но за что⁈

Тагард показался в поле моего зрения, неся уже знакомую табуретку, которую снова поставил так, чтобы я его видела, и уселся на неё сверху.

— Бастарды — это худшее, до чего могли додуматься люди. Ни один уважающий себя мужчина никогда не допустит рождения детей вне брака, а женщине также нужно иметь голову на плечах, чтобы не впустить в этот мир дитя от господина, заведомо обрекая на нахождение вне закона. Всё решаемо для той или иной стороны. Вот только одними движет безрассудство и безответственность, другими — тщеславные мечты о возвышении. Да и от самих бастардов только лишние проблемы: они вечно рассчитывают занять место законных наследников, порой губя их и всех, кто стоит на пути к желаемому положению. Ваш отец также был весьма неразумен, как и его предки.

У меня внутри всё клокотало и бурлило от возмущения от высказываний генерала. Это Цеф колоссально повезло, что в её семье было такое отношение к бастардам, которые не считались позорным явлением, а наоборот, занимали определённое место в иерархии рода. Но у меня — человека из другого мира, ещё не забывшего уроки истории, речь Тагарда произвела эффект разорвавшейся бомбы. Мигом забылось и не совсем хорошее самочувствие, и то, что нахожусь в статусе рабыни. Стиснув кулаки, я села, придерживая свалившееся с плеч одеяло, а затем встала с кровати.

— Вы ничего не знаете о моей семье, чтобы так говорить! Всех аир и аиров воспитывали в уважении к семье своих отцов и преданности роду! Но даже если не брать в расчёт Лореданов, вы забыли о других. Сколько так называемых «благородных господ» снасильничали своих служанок? Да не перечесть! Могли ли те женщины воспрепятствовать беременности? Не всегда. Кто из них мог достать нужные отвары прямо сразу после постыдной близости? Не говоря уже о том, что можно пропустить первые признаки беременности из-за тяжёлой работы или нарушений в организме. И тогда что? Пытаться вытравить плод или убить внутри себя спицами, крючками или иным способом, отправившись на тот свет с большой долей вероятности после произведённых манипуляций⁈ Легко рассуждать тому, кто сам в таком положении никогда не окажется! А даже если всё произошло по взаимности, но разница в статусах не позволяет узаконить отношения, вам не приходило в голову, что ребёнок может быть желанным для его матери просто как частичка любимого человека? Хотя о чём я… Чувства — это же такая глупость, которым подвержены только женщины, мужчины же всегда рациональны, вы ведь так думаете?

На лице Тагарда заиграли желваки, а карие глаза потемнели настолько, что стали казаться чёрными.

— Верность? А не вы ли сдали крепость, принадлежавшую роду вашего отца, чтобы сохранить свою ничтожную жизнь, а потом оказаться в постели короля?

От такого заявления у меня даже дар речи пропал, ведь я точно знала, что Цеф вместе с оставшимися защитниками до последнего противостояла захватчикам.

— Что молчите? Нечего ответить? — желчно заметил Таград, медленно поднимаясь со своего места. — Весь запал пропал, хотя ещё несколько минут назад от вас едва искры от возмущения не сыпались?

— Я сдала крепость⁈ Да её разрушили до основания во время последней атаки, погребя под камнями оставшихся в живых обитателей, коих было не более пары десятков. Меня саму нашли под обломками случайно, а потом отвезли в полубессознательном состоянии на рабовладельческий рынок! Где меня и купили подручные короля Габриэля, занимающиеся поставками свежих девушек для удовлетворения его похоти. Видимо, Его Величество оказался прав, и третье, что вы ненавидите — действительно девушки, побывавшие в его постели. Наверняка и меня такой считаете! Вот только и здесь просчитались…

Генерал был высок, но и Цефея не относилась к миниатюрным девушкам, поэтому мне лишь немного пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему прямо в глаза, когда он приблизился ко мне.

— Крепость Лоредан не пала, а была сдана. Все оставшиеся в живых предатели короны были казнены. Это известно всем.

Я не выдержала и расхохоталась:

— Кто были казнены? Все погибли! Последние защитники крепости

— Видимо, недостаточно усердно, исходя из того, что я увидел в его покоях.

— Недостаточно⁈ Раны на моей спине — прямое доказательство того, что я сделала всё, что было возможно, чтобы вызвать у короля Габриэля отвращение к себе. Его прислужники, когда решили проучить меня на рынке, отходив плетями, предупредили, что он любит «чистые» тела. И даже вручили заживляющую мазь, как и те служанки, что готовили рабынь уже в замке перед тем, как отправить в королю. Если бы я жаждала его милости, поступила бы так? Мне что, по вашему мнению, нужно было убить себя? Но это не мой путь: если есть шанс побороться за жизнь, я буду его использовать, сохранив при этом честь и достоинство.

И всё-таки я слишком рано позволила себе вскочить на ноги, так как после того, как адреналин схлынул, меня повело в сторону.

— Живо в кровать! — процедил сквозь зубы Тагард, взяв меня за локоть и слегка подталкивая к ложу.

— О, решили сразу проверить на деле мои слова, хотя бы в такой малости, как честь? Правильно, свидетели штурма крепости ведь теперь далеко, не расспросить…

Да, глупо вот так нарываться на неприятности, но промолчать я не могла: слишком сильно меня задели слова Тагарда. Позади хлопнула дверь так, что с потолка посыпался какой-то сор. Ничего, пусть генерал хорошенько подумает. От снобизма мой выпад, конечно, его не избавит, но, может, немного шире посмотрит по сторонам и поймёт, насколько заблуждается. Я тяжело опустилась на кровать, стараясь не рухнуть с высоты своего роста, чтобы ещё больше не травмировать подживающие раны, но всё равно завалилась набок, при попытке улечься. Мечты о том, чтобы остаться наедине с собой, не оправдались, так как вскоре раздались шаги Тагарда и дверь распахнулась.

Глава 9

Столкновение характеров

Генерал легко подхватил меня и уложил обратно в кровать.

— Не мерзко после этого прикасаться к презренной рабыне, которой была уготована роль подстилки? Получается, что все речи о том, что вы не имеете негативного отношения к рабам и рабству — ложь. Или, по крайней мере — лицемерие. Девушки, купленные в качестве «постельных игрушек» ведь тоже не виноваты в том, что их не для хлопот по хозяйству приобрели.

— Для женщин и девушек честь превыше всего… — скрежетнул зубами Тагард, разматывая бинты. — Лучше лишиться жизни, чем лишиться чести…

— В таком случае — у мужчин её вообще нет! Само строение тела не предполагает изначально. Зато как легко и удобно прикрываться красивыми словами, маскируя грязь, которую сами же и разводите без малейшего стеснения! — под конец я зашипела, так как бинт всё-таки врезался в одну из ран, когда вставала до этого. Ждала ответа, но Тагард молчал, нанося какую-то мазь мне на спину.

— Вы сказали, что я мало старалась для того, чтобы избежать притязаний короля, но могу сказать, что слабы оказались те, кто сдались и умны те, кто сумели сохранить себе жизнь, не запятнав свою совесть иными проступками. Пусть девушками и попользовались, но вина их гораздо меньше того, кто ради удовлетворения собственной похоти меняет девушек чаще, чем дышит. Не спорю, есть и те рабыни, которые довольны своим положением, но не все такие. Не стоит грести всех подряд под одну гребёнку, очень легко ошибиться и унизить человека, который и так пострадал не по своей воле.

— Всё высказали?

— Да! Потому что продолжать дальше бессмысленно, всё равно не поймёте, так как уютно расположились, утопая в собственных заблуждениях и поглядывая на остальных свысока. Это легко, удобно и привычно. Зачем что-то менять? Одно сплошное неудобство. Так чем вы лучше короля Габриэля? Для вас такие, как я — навсегда люди второго сорта, если не вообще грязь под ногами, которая пачкает дорогие сапоги. Хочу лишь пожелать, чтобы никто из ваших близких никогда не оказался в том же положении, что я и ещё сотни тысяч девушек, которым просто не повезло.

— Не смейте трогать мою семью!

— А то что? Вспомните, как пользоваться приказами через ошейник, чтобы замолчала? Я видела, как на рынке одну из девушек так чуть не задушили, чтобы напомнить о покорности другим. Мою семью вы уже помоями облили, чем ваша лучше. Лишь тем, что ваша?

— Вы ничего не знаете о ней.

— Как и вы о моей, зато позволили себе обвинить её во многих грехах. Что совершенно не красит вас ни как человека, ни как генерала, которого превозносили и в котором многие видели защитника. Грош цена таким восторгам. Наверное, правы были те люди в замке короля, которые выплёвывали с презрением слова о том, что простые люди вам благоволят, хотя вы этого недостойны — знали, что вы с двойным дном.

Я замолчала, так как и так наговорила на виселицу. Жаль, что придётся иметь дело с этим человеком долгие годы. Зато точно в кровать не потащит, как тот же король Габриэль. Побрезгует.

— Цефея…

Ушам своим не верю: неужели он сумел узнать и запомнить моё имя… В дарственной, наверное, прочёл. Не дождавшись от меня ответа, Тагард не стал продолжать, а молча закончил обработку моей спины, а затем заново забинтовал, легко вращая при этом меня, словно игрушку. Это же какая силища в нём таится? Когда он бежал со мной на плече до портала, я решила, что всё дело в адреналине, так как иначе было не выбраться с того места, где рухнул конь. Закончив со мной возиться, Тагард ушёл, оставив меня наедине с собственными мыслями и воспоминаниями Цефеи.

В реалиях этого мира проколоться, что я не та, чьё тело занимаю, элементарно. Один плюс: все, кто знал Цефею близко — мертвы. Так что можно не опасаться разоблачения с этой стороны. Из увиденного мной о её прошлом сложилось впечатление, что у нас с ней было много общего за исключением одного: аира Лоредан всегда отличалась спокойствием и хладнокровием. Ей что отдать приказ принести воды из колодца, что расставить по стенам оставшихся защитников, что вонзить кинжал в грудь предателя —

Несмотря на очередной бублик, скрученный из полотенца и подложенный под шею, рабский ошейник доставлял всё больше беспокойства своим давлением. Хорошо, что организм потерял много сил из-за ран и не требовал справления естественных надобностей, иначе, боюсь, рухнуть возле ночного горшка было бы слишком позорно даже для меня.

Тагард вернулся спустя несколько часов, а сразу же после его появления в дверь постучали. Исходя из того, что по комнате тут же поплыл аромат мясной похлёбки, одна из служанок попросту принесла обед, а может, и ранний ужин. Под ложечкой сразу засосало от голода. Когда я последний раз ела? Двое-трое суток назад? Пока моя совесть боролась с тем, чтобы наплевать на собственную гордость и намекнуть, что неплохо было бы дать хотя бы корочку хлеба пожевать, меня перевернули и осторожно усадили, прислонив к жёсткой подушке. Тагард составил тарелки на небольшой столик, а затем пристроил на моих коленях поднос с миской густой похлёбки. Сам же он уселся, привалившись к стене, но приниматься за трапезу не торопился.

— Вам нужно особое приглашение?

— Слуги имеют право есть только после того, как откушает господин и его семья, — выпалила я с ходу заученное с младых ногтей Цефеей правило, а потом от себя добавила. — Как обстоят дела с рабами, мне неизвестно: на землях рода Лоредан таковых не было, хозяин.

От обращения у Тагарда дёрнулась щека, а глаза потемнели.

— Не стоит во мне так обращаться.

— А как? Я до сих пор не знаю ни вашего имени, ни титула, ни верного обращения. Король Габриэль назвал вас «генерал Тагард», когда приказал своему прислужнику привести вас. Обращение «господин» приемлемо для слуг в отношении того, на кого они работают. Раб — это вещь, а у каждой вещи есть хозяин. Так что не так в сказанном мной? Как правильно обращаться к вам и вообще — имею ли право обращаться? Генерал Тагард?

Лицо мужчины окончательно помрачнело. Похоже, я волей-неволей воткнула очередную шпильку в его самолюбие, сама того не желая.

— Ешьте, Цефея. Чем быстрее придёте в себя, тем скорее покинем эту дыру.

— Будет исполнено, хозяин, — я взялась за ложку и зачерпнула немного бульона, чтобы проверить, как отреагирует организм после всего, что произошло.

Оказалось вполне съедобно и чем-то напоминало деревенскую похлёбку, которую варила бабушка, когда приезжала к ней на летние каникулы. Вот только под пристальным взглядом Тагарда есть было не очень приятно, даже закашлялась пару раз, едва не подавившись. К счастью, сообразительность вернулась к генералу: он встал и отвернулся к окну.

— Меня зовут Беантан Лайдир Тагард. Раз земли мне всё-таки вернули… Обращайтесь просто — лорд Тагард. И не вздумайте больше никогда называть меня хозяином!

— Как скажете, лорд Тагард.

— А ещё говорят, что вокруг Лореданской крепости не было ни одной виселицы…

Я отложила ложку в сторону, не понимая, к чему он клонит.

Тагард кинул быстрый взгляд через плечо в мою сторону, а затем снова повернулся к окну:

— Король Габриэль любит вешать изменников. Видимо, действительно некого было карать в вашей крепости.

— Все погибли во время штурма или скончались от ран до этого. Кроме меня. Это была чистая случайность: плиты сложились над моей головой во время обрушения башни.

— Признаю: был неправ по поводу вас.

— Что сдала крепость?

— Не только.

Что ж, буду считать это за извинение. Надеюсь, что это был не разовый спонтанный порыв…

— А на что вы рассчитывали?

Я что, сказала это вслух⁈

Глава 10

Торг

— Честно говоря, лорд Тагард, я имела в виду не себя, а всех девушек, кому не повезло оказаться в рабстве, при этом ещё и в качестве постельных игрушек. Это в отношении меня вам удалось найти подтверждение моих слов, а как с другими? Да никто не будет разбираться, каким образом каждая из них оказалась в том положении, в котором находится. Презирать ведь намного проще и легче.

Тагард развернулся и присел на подоконник, с интересом поглядывая в мою сторону:

— Вас так волнует, чтобы я изменил своё мнение о других?

— Было бы неплохо, но рассчитывать на это бессмысленно. Люди так просто не расстаются со своими заблуждениями, под влиянием которых жили долгие годы.

— Не боитесь ставить мне условия, Цефея? Обычно так ведут себя те, кто либо глуп, либо кому терять нечего.

— А мне есть что терять? Свободу я потеряла, честного имени в ваших глазах никогда не имела. Вы можете меня ударить или ещё как-нибудь наказать, но тогда ничем не будете отличаться от других рабовладельцев и от того же короля Габриэля. Верить в доброго хозяина мне не позволяет пусть и небольшой, но жизненный опыт. Будущее моё покрыто мраком, и сомневаюсь, что мелькнёт хоть какой-нибудь проблеск.

Мужчина молчал, будто обдумывая мои слова, я доедала похлёбку, чувствуя, как живительная сытость разливается по организму. Даже снова начало клонить в сон.

— Я позову служанку, — Тагард забрал поднос вместе с опустевшей миской.

Ту настала пора мне удивляться:

— Служанку? Рабыне? Вы смеётесь? Ещё и в таком виде…

Глядя на то, как я ткнула на свои бинты, являющиеся, по сути, единственной моей одеждой, Тагард скептически усмехнулся:

— Что-то раньше вас не смущал ваш вид во время перевязок и обработок.

— Меня он и сейчас не особо смущает. Смысл изображать никому не нужную скромность, если тут ситуация, как с лекарем: излишняя зажатость может только навредить. Просто необходимость, не более. Но вот что подумает служанка о вас, если увидит меня? Хотите

— Похоже, что мне пора начать жалеть, что не был лично знаком с лордом Лореданом… — вздохнул Тагард снова скрещивая руки на груди.

— Иначе пожаловались бы ему и надеялись, что он меня выпорет?

— Да нет, хотя мысль интересная. Забудьте. Если вы будете немного посдержаннее на язык, Цефея, думаю, сможем сосуществовать вполне мирно.

Неожиданно Тагард нахмурился и, преодолев в два шага расстояние между окном и кроватью, склонился надо мной. И что со мной снова не так? Сосредоточенно оттянув край ошейника, мужчина помрачнел ещё сильнее:

— А вот это совершенно никуда не годится.

— Всё? Смерть моя пришла? — нервно сглотнув, я попыталась пошутить. — Ну, хоть помру сытой. Ещё бы водички попить, и можно саваном со спокойной душой укутываться.

— Пока не настолько всё критично, но вот ошейник придётся снять сейчас, пока не стало поздно, — Тагард отвёл за спину рассыпанные по плечам волосы, приглядываясь к шее. — Надо их как-то убрать…

— Обрезать?

— Зачем же так радикально? Сможете их как-нибудь подвязать, чтобы они не касались линии ошейника?

— Если будет чем, то да. Нужно пару кусков ткани или какой-нибудь длинный шнурок.

Немного покопавшись в одной из сумок, Тагард принёс два кожаных плетёных шнурка и отдал мне, а сам тем временем начал копаться в лекарствах, составленных на краю столика.

То ли ещё не закончилось действие обезболивающей мази, то ли действительно спина почти зажила, но руки я смогла поднять, не испытывая каких-либо неприятных ощущений, если не считать саднящей шеи. Стянув половину волос на затылке, перехватила их первым шнурком в узкий хвост, используя потом в качестве одной из прядей для косы. В получившуюся петлю несколько раз продела заплетённые до конца локоны и крепко зафиксировала с помощью второго. Немного помотав головой, я убедилась, что причёска не растреплется при движении, и сообщила Тагарду, что всё готово.

— Лучше вам закрыть глаза, Цефея, — предупредил он, доставая из кармана длинную цепочку.

— Настолько всё ужасно?

— Я бы сказал, что крайне неприятно. Ошейник всегда меняется гораздо тяжелее, чем оковы. К тому же на нём могут остаться частицы…

Не дожидаясь окончания пояснений, я крепко зажмурилась и на всякий случай зажала в руках одеяло, чтобы случайно не вцепиться ими в своего вынужденного лекаря, если станет больно.

— Вот всегда бы так… С полуслова… — пробормотал Тагард, защёлкивая замок цепочки на моей шее и оттягивая её часть мне на спину.

А вот с настоящим ошейником пришлось повозиться, так как одной стороной он почти прикипел к коже. Наконец, после бесконечных размачиваний и закладываний за края мазей, его удалось снять. Зато теперь бинты красовались не только на моём туловище, но ещё и опутывали шею. Осталось только ноги и голову повредить — в таком случае точно стану похожей на мумию. Но, несмотря на разногласия с Тагардом во взглядах на некоторые вопросы, я не могла не испытывать к нему благодарности. Если бы не его забота, давно бы уже от сепсиса скончалась, а то ещё от какой-нибудь местной заразы.

— Вроде бы ничего критичного, но на всякий случай выпейте это, чтобы избежать лихорадки, — Тагард налил в кружку какой-то жидкости и протянул мне.

— Спасибо вам.

— Всё, что в моих силах… Проще помочь сейчас, чем потом опять возиться с полутрупом…

О да, Тагард в своём репертуаре. Никак опять где-то гордость прищемилась, не позволяя нормально отреагировать на благодарность той, что стоит гораздо ниже по социальному статусу его самого.

— Если справитесь сами, скажу служанке зайти чуть позже, чтобы прибраться и унести посуду.

Я вначале даже не поняла, что конкретно он имеет ввиду, а потом почувствовала, как к лицу внезапно прилила краска, хотя до этого таких реакций за собой не замечала. Тем более что буквально только что спорили насчёт приглашения служанки мне в помощь. Интересно, это я сама так отреагировала, или остаточные рефлексы Цефеи сработали? В итоге, пискнув, что сама всё смогу, дождалась, когда мужчина выйдет, и вспомнила «счастливые» детсадовские времена перед «тихим часом». К приходу служанки я уже лежала в кровати, натянув одеяло практически до ушей, чтобы поддержать легенду о захворавшей в дороге спутнице генерала. Девушка было протянула свои загребущие ручки к седельным сумкам, но, услышав моё ворочание, не решилась на риск и быстро унесла местный аналог «ночной вазы», а затем и поднос с тарелками.

Тагард вернулся уже после заката, мрачнее тучи. Швырнул в угол набитый чем-то мешок, а затем, увидев, что не сплю, присел на край постели:

— Завтра уезжаем. Твари всё ближе.

Глава 11

Угроза

Вот уже второй раз в разговоре с Тагардом всплывает упоминание каких-то тварей. Сперва в истории с конём, теперь сейчас. В воспоминаниях Цефеи ничего путного на этот счёт тоже не было. Лишь однажды её отец мельком бросил, что разломы присущи только югу, следовательно беспокоиться не о чем.

— Что за твари и почему так скоро? Вы же сами говорили, что придётся задержаться здесь ещё на несколько дней.

— Обстоятельства изменились. А вы что, ничего о тварях не слышали?

Я осторожно покачала головой, чтобы не натянуть случайно повязку:

— В окрестностях земель, принадлежащих семье Лоредан их не было. Все были уверены, что от них страдают только на юге, но подробностей никто не знал.

Тагард взял небольшую паузу, словно обдумывая, как начать свой рассказ.

— Если совсем кратко, то некоторое время назад начали появляться разломы, ведущие из самой бездны, через которые в Драноэрс стали проникать различные тёмные существа. Как-то чётко их обозначить не удалось, так как, если сперва они были похожи на немного изменённых обычных живых существ, но

Класс. Только нашествия хтонических тварюшек мне для полного счастья не хватало.

— Думаете, что твари преследуют вас или нас обоих? Не слишком ли вы демонизируете короля Габриэля? Он, конечно, не младенец невинный, но не настолько же безумен, чтобы связываться с порождениями бездны.

Но при взгляде на Тагарда поняла, что тот не только так думает, а наверняка имеет весьма веские доказательства.

— Когда выезжаем?

— Думаю, что за пару часов до полудня. В это время гораздо меньше шансов наткнуться на разлом. Заодно и проверим одну мою теорию…

— Ну правильно, пусть лучше нас сожрут, чем целый город…

— Иронизируете, Цефея?

— Скорее меняю оптимизм на реализм. Зато точно узнаем, насколько готов зайти король Габриэль в своих кознях. Кстати, а вы думаете, что в ваших владениях твари не смогут достать?

— Тагардский замок и прилегающие к ним земли находятся в горах, поэтому вероятность возникновения там разломов если не равна нулю, то весьма близка к нему. Вот только не знаю, в каком он сейчас состоянии, поэтому вам действительно придётся взять на себя обязанности экономки, пока занимаюсь укреплением стен и башен. Слишком уж кстати пришлась гибель управляющего, произошедшая сразу после того, как я… — Тагард запнулся, а затем поднялся с кровати и подошёл к принесённому ранее мешку.

— После чего?

Тагард обернулся и посмотрел на меня со смесью удивления и недоверия. Мне-то, откуда было знать, что там с ним произошло? Интернета тут нет, телевизора — тоже, не говоря уже о радио и газетах. Наверняка меня в это время даже в этом мире не было, а Цефея вообще непонятно сколько времени без сознания провалялась после того, как крепость семьи Лоредан разрушили.

Видимо, мой недоумевающий вид убедил мужчину в том, что я действительно ничего не знаю.

— Во время последнего боя я был ранен и потерял крылья, — будничным тоном произнёс Тагард, но готова биться об заклад, что в его глазах промелькнула такая боль, словно ему металлический кол в грудь вогнали.

Крылья? У меня в голове лихорадочно заметались мысли, пытаясь сложить разрозненные фрагменты картинки воедино. Мир магический, всяких тварей, тьфу, рас полным-полно. Короля Габриэля называют проклятым драконом, так как он потерял способность к обращению… Цефея точно слышала, что ему служат не только люди, но и драконы. Получается, что Тагард — дракон⁈ Ничего себе… Теперь понятно, откуда у него такая сила и скорость реакции. Лишился крыльев… А ведь для драконов очень важно чувствовать свою вторую ипостась. Поговаривают даже, что некоторые драконы с ума сходят, если перестают её слышать и ощущать. Наверное, именно поэтому у короля Габриэля чердак в подвал переехал. Ой, нет. Не хватает ещё этого гада жалеть. Подобные ему как мразями рождаются, так и живут несмотря на обстоятельства. А вот Тагарда пожалеть хотелось: пусть у него характер не сахар и заскоков хватает, зато ведёт себя как настоящий мужчина, и намного благороднее этой венценосной твари. Опустившийся рядом со мной мешок заставил меня вздрогнуть и вынырнуть из размышлений.

— Я ожидал увидеть всё что угодно, только не задумчивость на вашем лице, Цефея.

— А? — я протёрла глаза рукой, не понимая, чего хочет от меня Тагард. — Простите, действительно задумалась. Просто поняла, почему тогда король Габриэль прямо-таки лучился самодовольством и упивался собственным превосходством. Не из-за своего высокого положения и даже не из-за презрения к вашим принципам. В очередной раз хотел унизить злорадством. Что не один такой теперь. Ещё и слова конюха потом… Мерзость. Кстати, а как мы доберёмся до вашего замка, лорд Тагард?

— Верхом.

При воспоминании о своей первой и последней поездке на лошади я вздрогнула.

— Ваши раны затянулись, и к утру от них уже не останется никаких следов, кроме нескольких рубцов, но и те со временем сгладятся.

— Это уже не так важно. Главное, чтобы не разошлись.

— Не должны. В мешке находится одежда для вас. Всё, что удалось раздобыть из более-менее подходящего по размеру, — Тагард тут же отвернулся и отошёл в другой конец комнаты.

Я потянулась к завязкам и немного покопалась внутри. Так, нечто из плотной тёмной ткани — это, скорее всего, платье, потом сорочка, ещё какая-то светлая ткань, но чуть грубее, чулки… Но больше всего я обрадовалась туфлям, которые тут же вытащила наружу и начала вертеть в руках, проверяя на прочность. Скинув правую на пол, я осторожно спустила ноги вниз, пытаясь попасть в неё пальцами. Получалось скверно, так как даже эти несколько дней, проведённых в кровати, сказались на мышцах.

Тагард не выдержал и обернулся.

— Обычно женщин в первую очередь интересует одежда, а вы почему-то заинтересовались обувью. Надеетесь сбежать?

В ответ я лишь фыркнула:

— Сбежишь тут от вас со всеми этими привязками и магическими удавками. Одежда, конечно, имеет значение, но подходящие туфли намного важнее. В конце концов, завернуться можно в любую холстину, чтобы прикрыться. А вот если вдруг что-то случится, то на искалеченных ногах далеко не ускачешь от опасности. Если будут потёртости до кровавых пузырей, вообще ни шагу нельзя будет сделать.

— Разумно. В таком случае опробуйте сейчас. Если не подойдут, можно будет попробовать поменять у обувщика или попросить, чтобы растянул или подбил.

Я всё-таки смогла надеть туфлю, а потом скинула с кровати и вторую. Завернувшись в одеяло, потопталась на месте, оценивая ощущения. Внезапно за окном возникло какое-то зарево.

— Оставайтесь здесь! — Тагард подхватил свой плащ и выскочил за дверь.

Глава 12

Полная готовность

После рассказа о разломах и лезущих из них тварей мне стало как-то не по себе. Ещё эта непонятная вспышка огня вдалеке, и реакция на неё Тагарда… Искренне

Быстро вернувшись к кровати, я вытряхнула содержимое мешка и начала раскладывать, чтобы понять, где что и для чего. Сорочка, две нижних юбки, платье… Чулки подождут: лучше погибнуть без них, чем в них одних. Мысленно поблагодарив мироздание за то, что я оказалась не в теле благородной дамы, а всего лишь экономки, считай той же прислуги, оделась и начала зашнуровывать платье спереди. В моём нынешнем состоянии заведение рук за спину означало бы моментальную смерть, так как длины шнурка точно оказалось бы недостаточно для того, чтобы замкнуть его в круг, а затем, потянув за образовавшиеся в районе талии петли, затянуться. Я владею только таким вариантом шнурования корсета сзади, и счастье, что его вообще не было в мешке. Свистела я с высокой колокольни на приличия — жизнь дороже, а после смерти будет уже всё равно, кто что там скажет или подумает.

Но самая большая засада оказалась там, где не ждала: чулки! Я как-то привыкла носить модели с силиконовой резинкой, предотвращающей сползание, либо в комплекте со специальным поясом. Естественно, о подобной роскоши в этом мире мечтать было бесполезно. Да меня даже прабабушкин тряпичный на завязках устроил бы, но, увы, не было. Подвязать стремящийся под влиянием земного притяжения к полу предмет гардероба было нечем, а копаться в сумках Тагарда мне совесть не позволила. В итоге, не придумав ничего лучше, аккуратно оторвала несколько широких полос от простыни, две из которых свернула, чтобы не расползлись во время движения, и использовала в качестве подвязок, а остальные спрятала между платьем и сорочкой. Понадобилось, правда, некоторое время, чтобы привыкнуть к грубым чулкам, зато туфли сели на них отлично и не должны были натереть при ходьбе. Плащ я надевать не стала, просто положила на край кровати, чтобы в случае опасности успеть быстро его схватить и выбежать.

Вернувшийся уже глубокой ночью Тагард так и застал меня стоящей чуть сбоку от окна и вглядывающейся до рези в глазах во тьму. На мой немой вопрос он только пропустил вперёд служанку с тазом, наполненным водой, а затем, закрыв за ней дверь после ухода, начал скидывать с себя одежду. Я хотела было поднять брошенные на пол кожаный жилет и рубашку, испачканные какой-то чёрной слизью, но тут же была остановлена:

— Не трогайте! Их нужно сжечь!

— Что это? На кровь не похоже…

— Вообще-то, она и есть. У тварей. А теперь важное: порталы работают нестабильно, ими нельзя будет воспользоваться, поэтому выезжаем, как только рассеется утренний туман, иначе не успеем добраться к нужному месту до вечера. Слишком много разломов…

Я покосилась на одежду, которую едва не подхватила, чтобы бросить в огонь:

— А эта кровь, она ядовитая?

— Да. Поэтому всегда нужно смотреть, чтобы на кожу, а тем более в раны, не попала ни кровь, ни слюна, ни слизь, но какие-либо ещё жидкости из тел тварей. Мне проще в этом плане, а вот вам на будущее нужно будет это учесть, — предупредил Тагард, интенсивно намыливая руки и торс серым бруском, похожим на обычное хозяйственное мыло.

Вернувшись к окну, я присела на край подоконника, так как от долгого напряжения опять слегка повело в сторону, но грохнуться на глазах у Тагарда было как-то неловко.

— Вы что, Цефея, всё это время простояли у окна?

— На улице была такая паника, что я подумала:один из разломов коснулся городской стены, — я сделала вид, что разглядываю груду на полу, чтобы в открытую не пялиться на полуобнажённое тело Тагарда. Хотя там было на что посмотреть несмотря на то, что он стоял ко мне полубоком, да ещё и частично в тени мерцающей свечи. Атлетически сложенная фигура бойца, но не перекачанная, а подтянуто-спортивная волей-неволей притягивала взгляд. Вот никогда не любила мужчин с порослью на лице, но аккуратная щетина Тагарда смотрелась стильно и шла ему.

— К счастью, до стены она не дошла, но оказалась слишком близко. Стражники растерялись,и оттого жертв оказалось гораздо больше, чем могло бы быть. Если бы не успел, ещё больше бы полегло: там как раз торговый караван на подходе был. Припозднившийся.

Я как представила, что там творилось, аж дурно стало. Хорошо, что Тагард живым и невредимым вернулся. Да, с его смертью я бы обрела свободу, вот только надолго ли? Ещё,не дай бог, король Габриэль бы нарисовался, чтобы «доиграть бесхозной игрушкой». От такой перспективы у меня по телу мурашки побежали, заставляя поёжиться, как от сильного холода.

— А вы не рано ли с кровати встали, Цефея? поинтересовался Тагард, ища в сумках сменную одежду. — Ещё и одеться умудрились…

Я отвернулась к окну:

— Да как-то хотелось быть готовой к любому исходу. Прорвалась бы какая-нибудь тварь, а тут я, «красивая» такая, в одеяле. Убивай — не хочу. Меня такой вариант не устроил, поэтому предпочла одеться и ждать новостей.

Позади меня раздался смешок.

— Можете обернуться, я закончил. А вот вам лучше отправиться спать, завтра отоспаться не получится.

— А если…

— Нет, новых разломов в ближайшее время не должно появиться, — успокоил Тагард, кочергой подхватывая грязную одежду и отправляя её в камин.

По комнате тут же пополз противный удушливый запах, похожий на жжёные покрышки. Я подёргала за створку и распахнула окно. Хорошо, что ветер дул не в нашу сторону, иначе мы точно задохнулись бы от этой гадости. А так уже через несколько минут дышать можно было вполне спокойно. Пока Тагард относил таз, я разделась, аккуратно сложив плащ и платье вместе с нижними юбками на табуретку, оставшись в одной сорочке. Но уснуть смогла,только послевозвращенияТагарда. Задув свечу, он зазвенел пряжками, отстёгивая походное одеялоот одной из сумок.

— Вы что, на полу спать собираетесь?

— Цефея, а где,по-вашему,я спал все эти дни? В первую очередь я — воин, мне не привыкать. Спите.

Глава 13

Понятия о красоте у каждого свои

На следующее утро я открыла глаза раньше

— Цефея, не торопитесь: вам ещё спину и шею нужно обработать.

От неожиданности у меня едва сердце не остановилось. Разбудила всё-таки. Ну да, вот он, чуткий сон воина: у Тагарда реакция, а у меня — инфаркт. Тихонько ругаясь себе под нос, я положила платье обратно и забралась под одеяло. Генерал собрался в мгновение ока, а затем сходил за служанкой, чтобы та принесла воды для умывания, предупредив, что лучше привести себя в порядок до перевязки.

Ох, скорее бы всё зажило, чтобы можно было, наконец-то, нормально искупаться, а не частично. На такую роскошь, как купальня, подобной той, что была в королевском замке, во владениях Тагарда я не рассчитываю, но меня сейчас и речка вполне устроит.

Смешно быть привередливой, будучи выросшей в стране, где из года в год стабильно летом отключают горячую воду на две недели для проверки труб, а также проведения ремонта в случае обнаружения дефектов, после чего ещё дней пятнадцать минимум продолжаешь совершенствоваться в скорости владении кастрюлями и ковшиком. Так как, само собой разумеется, никто ничем не занимался, и где-то внезапно рвануло. Местах этак в пяти одновременно сразу.

О, как же я в детстве и юности завидовала тем, кто являлся счастливым обладателем газовой колонки или бойлера! Вот они, настоящие мажоры летнего сезона, а не те, кто в отпуск на моря укатывал. Лазурные дали вкупе с тёплым песочком, конечно, имеют свой шарм, а вот качественно промыть волосы намного важнее, особенно когда от жары и влажности они начинают хрустеть под пальцами от соли. Собственно, по причине нежелания больше тратить время на экстремальные банные процедуры большого города, в один прекрасный день взяла и отрезала косу. Мама была в ужасе, когда вернулась с работы, но всё-таки нашла в себе мужество не сесть в тюрьму за убийство тогда ещё единственной дочери и отвести её, то бишь меня, к своему парикмахеру, чтобы подравнять получившееся на моей голове убожество. Жаль, что в этом мире нельзя поступить так же. В смысле обрезать волосы до максимально комфортной длины, так как подобное было позором. Хорошо хоть у Цефеи локоны были прямые, а не вились мелким бесом, когда я ещё была Алеф.

Пока я мысленно пыталась отвлечься, ожидая вердикта Тагарда, он снова перебинтовал меня, пояснив, что, за исключением пары рубцов, кожа на спине полностью восстановилась, и в дороге не должно возникнуть неожиданностей, подобных тем, что стали причиной нашего длительного пребывания на этом постоялом дворе. Хотя тут я бы поспорила, ибо в моём мире восстановление заняло бы не несколько дней, а недели три точно.

Другие постояльцы пока решили не рисковать, отправляясь в путь на рассвете, поэтому в зале, кроме нас с Тагардом, никого не было. Подавальщица принесла в качестве завтрака «деревенскую запеканку». Знаете такой рецепт? Из разряда: «мы залили яйцами всё, что осталось с вечера на кухне, дабы добру не пропадать. Кушайте, не обляпайтесь». Поэтому я отковыряла в тарелке несколько видов овощей, чуть-чуть порубленного мяса и очень много зелени. К моему удивлению, оказалось очень даже неплохо.

Тагард ел быстро, но не торопливо, умудряясь каким-то образом тщательно всё пережёвывать, а не заглатывать целиком, как обычно делают мужчины в таких случаях. В общем, умудрялся завтракать красиво. Пришлось даже отвесить себе мысленную затрещину, чтобы не таращиться на него в открытую. Естественно, Тагард расправился со своей трапезой намного быстрее, чем я, а затем сказал, что не позднее четверти часа ждёт меня на конюшне. Узнав у всё той же подавальщицы, в какую сторону нужно идти, поблагодарила за еду и направилась навстречу новым приключениям.

Стоило мне только завернуть за угол, как у меня вырвался восхищённый вздох:

— Какой красавец!

— О да! Шикарный мужчина! — раздался позади меня женский голос, преисполненный благоговения.

— Мужчина? — я обернулась и увидела светловолосую девушку в тёмно-синем плаще, которую весьма красноречиво тыкал локтём в бок её сопровождающий. — Я, вообще-то, коня имела в виду. Великолепное животное. Ухоженное, мощное, но при этом не лишённое грации и природного шарма.

Судя по возмущённому взгляду девицы, она и эти эпитеты готова была присвоить Тагарду. Разве что кроме «животного». Хотя… Если вспомнить досужие разговорчики барышень в нашем офисе, такое определение не было редким и представляло собой практически тождественность брутальности. Какое же всё-таки счастье, что появляться в конторе мне не нужно было каждый день, иначе оказалась бы не в этом мире, а в дурдоме, и намного раньше. К тому же, на мой взгляд, Тагард был вполне обычным, хотя и в меру симпатичным мужчиной. Как раз без приторной слащавости, но и не из числа тех, кому привычно было бриться топором, а вместо зубочистки перекусывать ствол векового дуба, чтобы выковырнуть застрявшую в челюсти тушку медведя. Что я, красивых мужчин, что ли, не видела? Ха! Ими были обклеены почти все билборды в городе, они взирали с экранов телевизоров и смартфонов, предлагая купить от таких эксклюзивных, жизненно необходимых вещей вроде золотой кисточки для чистки пупка, до сим-карты, способной ловить сигналы с Альфа Центавра. Впрочем, на фоне местного электората Тагард действительно смотрелся выигрышно, не говоря уже о тех, кого довелось увидеть на рабовладельческом рынке.

— Любите лошадей? — послышался насмешливый голос генерала. Судя по интонациям, его немало забавляла разыгравшаяся сцена.

— Скажем так: я не чужда прекрасному. А природа создаёт поистине гармоничные вещи, особенно если человеку не приходит на ум радикально вмешиваться в её творения.

— Получается, согласно вашему мнению, прекрасен даже вон тот паук, взбирающийся по плечу вашей собеседницы?

Я кивнула, нарочито пристально разглядывая членистоногое, бодро приближающееся к косе блондинки:

— Конечно. Вы только посмотрите на симметричное расположение восьми лапок этого малютки и пушистое брюшко…

Договорить мне не удалось, так как до девушки дошло, куда именно я смотрю. Она перевела взгляд на своё плечо и, увидев обычного чёрного домашнего паука, громко взвизгнула. Подхватив юбки, девушка бросилась прочь, даже не сообразив стряхнуть с себя возмутителя спокойствия.

— Какой, однако, оригинальный способ отваживания назойливых поклонниц…

— Зато сработал безотказно, и больше никто не будет нас задерживать, — Тагард поглаживал шикарного вороного коня по морде и с ехидством наблюдал за несущейся прочь девушкой, словно прикидывая, успеет ли та сменить траекторию бега или перемахнёт на адреналине через плетёную изгородь.

Что могу сказать: один-один. Я отвесила

— Это ведь ваш конь, да? Не купленный и даже не взятый на время у владельца постоялого двора, верно?

Тагард почесал вороного по шее возле гривы:

— Всё верно. Я же не мог привести его в замок, сама понимаешь, кого. Там от Брана быстро бы избавились под благовидным предлогом, только чтобы насолить мне, поэтому пришлось оставить его в укромном месте, а потом забрать. Хорошо, что успел до того, как порталы начали работать с перебоями. А теперь нам нужно не мешкая отправляться в путь, если хотим успеть.

Глава 14

Покой нам только снится

Тагард одним махом вскочил на Брана, а затем жестом показал, как мне нужно встать. Рывок, и вот я уже сижу в седле боком.

— До ворот города поедем так, чтобы соблюсти приличия, а потом пересядете уже лицом вперёд.

Я кивнула, а затем рукой немного пощупала седло возле передней луки. Опыта верховой езды вдвоём на одном коне у меня было не так много, но некоторые странности всё-таки смогла заметить.

— В обычном седле вдвоём ездить невозможно: слишком мало места, но это имеет специальную конструкцию, а Бран вынослив, поэтому можете не беспокоиться ни насчёт удобства, ни опасаться падения, — пояснил Тагард, заметив мою возню.

Невольно я снова прониклась к нему уважением, ведь мог бы и не заморачиваться настолько по отношению к какой-то там навязанной рабыне.

До ворот города мы добрались достаточно быстро, хотя Тагард не гнал из соображения безопасности: с улиц до сих пор до конца не убрали последствия вчерашней паники. А вот за пределами города картина была ещё кошмарнее. Помимо устрашающего вида разлома, засыпанного до половины, вокруг по-прежнему были разбросаны остатки того самого каравана, о котором говорил Тагард, вернее, останки сопровождавших повозки людей, фрагменты туш тварей, частично сожжённые, частично нет…

— Надо же было сразу уничтожить все следы, чтобы не приманить новых… — выругался себе под нос генерал, направляя коня по чистым участкам дороги.

Как только мы отдалились на приличное расстояние от ворот, Тагард помог мне пересесть, а затем припустил Брана так, что у меня ветер в ушах засвистел, а окружающий пейзаж слился в одну сплошную зелёную стену. Однако разломы, встречавшиеся по пути, было невозможно не заметить, и если не ошибаюсь, то все они вели как раз к тому городу, который мы буквально недавно покинули. Неужели теория Тагарда верна? Неподалёку сверкнули порталы, но Бран пронёсся мимо, даже не приближаясь к ним. Когда солнце стало припекать, Тагард направил коня к деревьям:

— Час на отдых и перекус, а затем продолжим.

Экий он оптимист, однако. Я так уже считала подвигом, что не оставила завтрак по пути и даже более-менее сносно себя чувствовала. Хорошо, что Тагард спешился первым, а потом уже подхватил меня, грациозно свалившуюся ему на руки, аки куль с картошкой. Вторым плюсом было то, что фыркающий Бран стоял на месте, и я смогла ухватиться за упряжь, чтобы устоять на ногах. Про походку подстреленного кавалериста, которой приблизилась к расстеленному на траве плащу, вовсе молчу. Благо спина затекла настолько, что, даже если и возникли какие-то болезненные ощущения, то совсем не давали о себе знать.

— Как самочувствие? — поинтересовался Тагард, пока я наматывала круги вокруг него, чтобы из скрюченного положения принять относительно вертикальное.

— Просто чудесное. Спасибо, — я взяла протянутый бутерброд, состоящий из ломтя чёрного хлеба, куска ветчины и сырной горбушки. — Если можно будет упокоиться прямо под этим вязом на пару деньков, стану считать день вполне удавшимся.

— Придётся потерпеть ещё чуть больше суток, прежде чем окажемся в моём замке. Быстрее не получится в любом случае.

Угу. Сутки. Если я не развалюсь быстрее. Но поделиться своими соображениями не успела, так как Тагард… заснул! Он действительно оставил часть еды, предназначавшуюся для меня, убрав остальное в подседельные сумки, и растянулся на плаще. С такой скоростью только мой отец умудрялся засыпать, едва только выдавалась спокойная минутка. Полезный, кстати, навык, учитывая, что в новой семье у него народилось аж трое детей: два мальчика и одна девочка. При воспоминании о родителях внутри сразу стало как-то тоскливо, хотя наши отношения всегда складывались своеобразно.

Мама и папа поженились рано, ещё на старших курсах института, сразу родилась я. Как-то вся их молодость прошла между конспектами-пелёнками-садиками-сменами на заводе… Естественно, постепенно неудовлетворённость жизнью росла, скандалы случались всё чаще. Я просила их развестись и пойти своими дорогами, но они упёрлись, что вначале нужно вырастить меня. А мне вот это было надо: приходить домой со школы с ощущением, что попадаю в «кричательно-орательный» ад? Но как ни странно, поворотной точкой в их отношениях стал мой категорический отказ «пойти на технические курсы, чтобы стопроцентно поступить в институт на бюджет, получить нормальную профессию и устроиться работать на завод». Но я настаивала на своём, проводя всё свободное время за различными программами для архитекторов, дизайнеров и проектировщиков, не забывая при этом о художественной школе. То, чему их дочь хотела посвятить свою жизнь, мама и папа считали несерьёзным и бесперспективным. В общем, оба родителя махнули на меня рукой, посчитав окончательно никудышной, тем самым «первым блином комом» и, расписавшись в собственной педагогической несостоятельности, развелись, едва мне исполнилось шестнадцать. В итоге быстро нашли себе новых партнёров, с которыми оформили отношения, и обзавелись детьми. Только у мама остановилась на двух детях, родив ещё одну девочку и мальчика. Так что даже хорошо, что я все свои дела успела привести в порядок перед отпуском, а родителей есть кому утешить.

Под влиянием тяжёлых воспоминаний почти заснула, как вдруг почувствовала притихшее дыхание Тагарда, после чего мужчина резко вскочил на ноги. Приподнявшись на руках, так как лежать на спине не решилась, я увидела, как он крутит головой в разные стороны, словно прислушиваясь к чему-то, но было тихо.

— Цефея! Уезжаем!

Я стала, подхватывая свой плащ и накидывая его на плечи. Судя по встревоженности Тагарда времени на стряхивание травинок попросту уже не было.

— Что случилось?

— Твари. Неподалёку отсюда скоро откроется разлом, и, похоже, что они движутся прямо сюда.

Странно. Никаких вибраций я не ощущала, хотя буквально только

Заметив мой недоумевающий взгляд, Тагард быстро подсадил меня на Брана, а сам следом взлетел в седло:

— Драконы и демоны могут чувствовать приближение тварей. Но с ними лучше вообще никаких дел не иметь.

— Я уже поняла: хватило и рассказанного, и увиденного.

Тагард пустил Брана в галоп, плотно прижимая меня своей рукой к себе, чтобы я не свалилась:

— Я имел в виду демонов, Цефея. Старайтесь их избегать.

Конь нёсся вперёд так, что, казалось, едва успевает касаться копытами земли. Повинуясь воле своего хозяина, он свернул с дороги на поросшее разнотравьем поле, держа направление к ближайшему лесу.

— Почему лес? — только и смогла я выдавить из себя, так как от бешеной скачки стало дурно.

— Я заметил, что твари, появляющиеся в разных местах, отличаются друг от друга. Так что есть шанс, что в лес не полезут те, что привыкли действовать на открытом пространстве.

В принципе логично, если бы не рассказы о химеризме тварей. Я достаточно впечатлилась их останками, разбросанными у стен города: даже чудовища из древнегреческих мифов и легенд просто отдыхали в сторонке по сравнению с местными тёмными порождениями. Даже Тифон с Ехидной и всеми их отпрысками — обычное милое семейство с некоторыми особенностями.

Земля дрожала с каждой минутой всё быстрее, и вот уже первые комья начали врезаться в спину Тагарда и круп коня. Бран влетел в лес и чуть сбавил скорость, так как дороги через него не было, а тропинка едва угадывалась между деревьями. Мне показалось, что нам удалось оторваться, как позади раздался оглушительный треск валящихся деревьев.

Глава 15

Твари

Тагард ругался на каком-то неизвестном наречии, умудряясь не только крепко держаться за поводья одной рукой, но и пригибаться вместе со мной, уклоняясь от веток. Бран петлял, словно заяц, стремясь уйти от падающих деревьев, и только в последний момент успел затормозить, когда впереди показался бурелом высотой метра в три, перепрыгнуть который он даже без ездоков не смог бы. Направо и налево простиралась чаща, преодолеть которую на скорости было попросту невозможно.

— Цефея, уводите Брана влево и попробуйте добраться до реки: тут не так далеко осталось, а я попробую задержать наших преследователей, — Тагард соскочил на землю и обнажил меч. Левой рукой выдернул из бурелома ветку поувесистее, а затем, дыхнув на неё, превратил в пылающий факел.

— Так… может… проще ветровал подпалить?

— Цефея!!! Вы ещё тут⁈ Вон отсюда! — рявкнул генерал, отступая подальше от поваленных деревьев. — Бурелом нельзя поджигать, иначе весь лес полыхнёт, сами сгорим в два счёта!

Потом он что-то крикнул Брану, после чего конь затрусил в указанном направлении. Крепко вцепившись в поводья, я прижалась к шее коня, мысленно скрещивая пальцы, чтобы нам всем удалось выбраться из этой передряги живыми. В Тагарде у меня было всё-таки уверенности больше, чем в себе, так как, чтобы самоубиться, мне даже не нужно встречаться с какой-либо тварью. В моей жизни у меня опыта верховой езды в одиночку было минуты три: ровно столько, сколько понадобилось деревенскому пастуху, чтобы обнаружить угон его гнедого и надрать мне уши. Потом, правда, покатал всё-таки, но это было совсем не то. Цеф также навыками всадницы не обладала, так как по статусу и роду занятий ей не престало.

Даже пяти минут не прошло, как я шлёпнулась на землю из-за зацепившейся за рукав ветки. Хорошо, что ноги не были в стременах, иначе точно переломала бы себе всё, а так всего лишь приземлилась в муравейник. Быстро вскочив, начала отряхиваться, прислушиваясь к тому, что творилось позади. Похоже, что кому-то уже прижгли шкурку, судя по уже знакомому запаху палёных покрышек. Бран тихонько заржал, переступая с ноги на ногу, так что пришлось подхватить его под уздцы и повести дальше. Учитывая мой уровень боевой подготовки, самым разумным было в этой ситуации послушаться генерала, чтобы не создавать ему лишних проблем, отвлекая от дела.

Впереди забрезжил просвет, и мы с Браном ускорили шаг, надеясь выйти на берег реки. Угу, вышли. Почти. По факту мы едва не свалились с ним с каменного утёса, так как почва под нами пришла в движение, и обрыв начал осыпаться. Вначале я подумала, что просто под нашим весом пошёл, но один из песчаных холмиков у подножия скалы зашевелился, и из-под него вылезло нечто, напоминающее каменного тролля и орка одновременно. Бран тут же встал на дыбы, забив передними ногами в воздухе. Это счастье, что я успела отпустить узду, схватившись за поводья, а то лететь мне красиво далеко, прямо до середины реки. Монстр тем временем, не обращая никакого внимания на катящиеся камни, начал взбираться к нам. Отступать особо было некуда: позади Тагард с другими тварями воюет, а впереди только река, к которой ещё не совсем понятно, как спуститься, да и к тому же вопрос: не ринется ли тварь за нами вслед?

Бран ударил передними ногами в уступ, а затем ещё раз и ещё. Обрыв продолжил осыпаться ещё больше, но на каменистой земле появилась трещина, увеличивающаяся с каждым толчком. Я кинулась к деревьям в поисках подходящей крепкой палки, чтобы использовать её в качестве рычага. Почти нашла подходящую, как позади себя услышала чудовищный рёв. Обернувшись, едва не уронила себе свою находку на ноги. Над водой возвышалась огромная змеиная голова с перепончатым «жабо» и чёрными набухающими волдырями по всему телу, которые, лопаясь, являли на свет клыкастых «угрей», которым рыбы-удильщики позавидовали бы.

Понять, какой величины вторая тварь было невозможно, равно как и то, хватит ли её или ему дотянуться до нас. Чудовище, извиваясь, медленно приближалось к берегу, словно под толщей воды его что-то удерживало или мешало.

— Ну, что, Бран, вначале попробуем завалить серо-зелёного, а потом займёмся суши?

Вот люблю дрессированных и умных животных: на морде коня даже тени возражений не возникло. Хотя кто их… Этих животных, разберёт… Матерясь от души, что, вообще-то, мне вроде как должность экономки обещали, а не воительницы-импровизаторши, я вогнала конец ветки в трещину и со всех сил навалилась на деревяшку. Дело сразу пошло как-то веселее. Но это же я: у меня попросту не может быть всё, как у нормальных людей! Мне вообще кажется, что ещё в минуту моего появления на свет Вселенная нацарапала ржавой иголкой на моей карме «Счастливица номер один вне времени и пространства!» Как и следовало ожидать: в самый

Далее случилось то, чего не ожидал никто: мало того, что огромный каменный кусок со скрежетом отделился от скалы, сметая монстра, так ещё и подкинул его прямо в пасть «змею». С громким чваканьем морское чудище сомкнуло челюсти, а потом начало как-то странно быстро раскачиваться из стороны в сторону, будто пытаясь выплюнуть обратно внезапную добычу. Чешуйчатое тело пошло рябью, «угри» заверещали так, что пришлось прикрыть уши, чтобы не лопнули барабанные перепонки. Оглушительный хлопок и вовсе заставил нас с конём повалиться на землю, наблюдая за тем, как во все стороны полетели чёрные ошмётки. Чудовище исчезло, словно его и не было никогда. Я подползла к краю обрыва и посмотрела вниз. Ни-че-го. Серьёзно. Не было ни фрагментов тела, ни чёрной кровяной жижи. Даже провал, из которого вылез орко-тролль, исчез. Это что, получается, что оба порождения тьмы, самоуничтожив друг друга закрыли разломы? Вокруг «змея» ведь крутилась воронка, словно вода уходила куда-то вниз, хотя до его появления вообще ничего подобного, кроме разве что волн, на реке не видела.

Отодвинувшись подальше от края, я кое-как плюхнулась на пятую точку, оперевшись на ободранные руки, чтобы не упасть. Бран процокал следом, а затем легонько ткнулся носом в моё плечо.

— Да-да, я тоже тебя люблю. Вот как доберёмся до тех мест, где можно будет раздобыть морковку или яблоко — угощу. Мешок не обещаю, сам понимаешь, денег и у меня нет и не предвидится, но одну штучку персонально для тебя точно достану. Знаешь что? Давай вернёмся к Тагарду, хватит с нас и этого безопасного леса, и этой безопасной реки.

Конь фыркнул, будто соглашаясь со мной, а затем опустился на колени.

— Ты это чего? Предлагаешь на тебя сесть? Уверен? Я думала, что ты себе копыта отбил, но никак не голову. Ладно-ладно, не косись на меня.

Я забралась в седло, полностью доверившись Брану. В конце концов, животное умное, а у меня никаких сил, кроме, как распластаться на его могучей шее, не осталось.

Глава 16

Безумие и отвага

Запах гари становился всё чётче и удушливее, заставляя инстинкт самосохранения робко попискивать, а не унестись ли отсюда подальше да побыстрее. Вот только в такие моменты я всегда жёстко его глушила, глушу и буду глушить нокаутами совести. Мы с теми тварями провозились не знамо сколько времени, но Тагард всё не появлялся, значит, у него заварушка не в пример нашему серьёзнее выдалась. А ведь он опытный воин, да ещё и огнём плюющийся. Не попытаться ему помочь, просто не могу: во-первых, из чувства благодарности, что возился со мной и даже рабскую атрибутику заменил на менее броское, чем тяжёлые оковы и ошейник. Во-вторых, погибнет он — фигушки свободу получу, ибо даю голову на отсечение: как пить дать, снова окажусь среди «габриэлевских игрушек», учитывая, какие король условия выставил генералу насчёт меня. В-третьих, вот куда я подамся? От Цеф мне достались лишь общие знания географии, больше имеющие отношение к геополитике: вроде того, кто с кем граничит и какие отношения были у её отца с кем.

В любом случае далеко не убегу, а как показали эти несколько дней: с Тагардом вполне можно сосуществовать мирно. И даже говорить, имея шанс быть услышанной, что вообще шикарно, учитывая местные реалии. Вот только чем могу помочь генералу, так и не придумала, решив, что на месте разберёмся, в крайнем случае героически сработаю в качестве приманки. Выживу, точно на лбу себе набью тату «Слабоумие и отвага». Терять мне особо нечего, и так уже рабыня, вот пусть все боятся и лишний раз не лезут. Бред? Согласна. Но других способов переключиться, чтобы погасить истерику на корню не знаю.

Бран вынес меня к бурелому чуть с другой стороны, не той, что уезжали. Картина произошедшего побоища впечатляла: даже конь остановился как вкопанный, чтобы не вляпаться в опасные останки. Сколько тварей покрошил в винегрет Тагард, уже сложно было понять, но последняя осталась. Да ещё какая!

По деревьям прыгал, серьёзно, натурально прыгал, извиваясь… кивсяк. Вернее его дикая помесь, имеющая в диаметре туловища полметра точно, ноги мухоловки, хвост, заканчивающийся двумя острыми рогами, как у уховёртки. Страшный сон инсектофоба просто. Я кивсяков только на картинках видела, но впечатлилась настолько,что век бы не видала вживую. Тварь перепрыгивала, валя оставшиеся деревья, пытаясь приблизиться к Тагарду, который ловко перемещался, стараясь проткнуть ей брюхо. Иначе как по-другому эту бронированную чёрную гадость порешить⁈ Да ладно, хотя бы отбиться. Задев рукой поводья, я посмотрела на браслет, а затем, соскользнула с коня и полезла в сумку, в которую Тагард спрятал мои цепи.

— Да сколько можно⁈ Достали уже!!! Давай, жри меня, скотина выморочная!!!

О, меня заметили. Причём оба.

— ЦЕФЕЯ!!! — взревел Тагард, не прекращая следить за тварью. — ВОН ОТСЮДА!!!

— Бран, беги отсюда, я как-нибудь сама попрыгаю, — толкнув коня в бок, побежала в сторону, отвлекая на себя многоножку-переростка.

Что-то быстро «кивсяк» потерял интерес к Тагарду, метнувшись в мою сторону. С воплями я скакала между деревьев, приближаясь к генералу, но обходя его по кругу. Я рассчитывала на тупость твари. Но, когда почти перед моим лицом внезапно пробилась между стволами её морда, резко пожалела о своём решении. Огрев кандалами от испуга по панцирю, выбила случайно глаз монстру. А-а-а, у него ещё и зенки имеются!!! Хруст… Рёв… Ещё хруст… Я молотила со всей дури так, как ни разу в жизни от гусей не отбивалась хворостиной. Отскочив подальше, пользуясь неожиданной заминкой, запоздало поняла, что задумка сработала: во время прыжка брюхо твари отказалось над Тагардом, который быстро его рассёк вдоль, а потом продолжил полосовать на куски. «Кивсяк» рухнул на землю, разрываясь между нами двумя, жаждя прикончить обоих. Генерал подпалил ещё одну ветку, вогнав в рану почти до основания. Потом ещё одну, продолжая кромсать извивающуюся тварь. А я окончательно страх потеряла, схватив увесистый обломок дерева, и стала лупить по морде уже с обеих рук. Остановилась, лишь когда «голова» окончательно отделилась от туловища, а промеж глазниц воткнулся меч Тагарда.

— Цефея… Я кому сказал к реке⁈ — запыхавшийся генерал рывком извлёк своё оружие, одновременно оттаскивая меня

— Мы там были, и нас встретили две твари, — не устояв на ногах, я шлёпнулась на мшистую подстилку, отбрасывая цепь с кандалами подальше.

— Где⁈ — Тагард прислушался к происходящему в лесу, но ответом ему была лишь тишина.

Я развела руками, откидываясь на ствол уцелевшего дерева:

— А всё. Уже нет. Сдохли оба.

Тагард присел передо мной, всматриваясь в лицо, будто ища признаки того, что сошла с ума.

— Бран подтвердит.

А что я ещё могла сказать? Не верит мне, пусть коня допрашивает. В конце концов, его он знает лучше. Не знаю, что там ему игогокнул приблизившийся Бран, но Тагард начал меня ощупывать на предмет повреждений.

— Цела я, цела. Не задели.

— Всё равно к реке надо. И тут так это оставлять нельзя, иначе падаль других приманит…

Я вяло трепыхнулась, пытаясь подняться:

— А этот лес чей? Может, спалим и сделаем вид, что он как-то сам?

Тагард хмыкнул, подавая руку:

— Костёр кто-то не потушил? Днём?

— А тут что, много свидетелей? — обведя рукой широкую просеку, образовавшуюся после побоища, ткнула в коня. — Бран точно не скажет, он же вроде «свой». Только как к реке спустимся, там же обрыв такой, что шею свернуть легче, чем добраться до воды?

— Там ниже по течению есть одно место: видел как-то сверху, когда… — Тагард осёкся, но я и сама догадалась, что пролетал он тут, обернувшись драконом.

— Я поняла. А костёр?

— Вот отойдём подальше, и будет.

Глава 17

На острове

Лес горел красиво. Я бы даже сказала — живописно. Ниже по течению оказался не только удобный спуск, но и что-то вроде брода, ведущего к небольшому островку, заросшему травой. Вот там и решили остановиться на ночлег, так как добраться до порталов теперь не успевали: и так придётся заложить большой крюк, чтобы не топтаться по горячему пепелищу, которое чудо, если успеет к утру хотя бы немного остыть. Быстро расседлав Брана, Тагард скинул с себя всю одежду и нырнул с головой, пока я обдёргивала траву, чтобы обозначить место для будущего костра. Не знаю, насколько «бронированная» кожа у драконов в человеческом обличье, но количество чёрной слизи на жилете, рубашке и штанах вызывало опасения за здоровье генерала не только у меня, но даже у фыркающего Брана, косящего глазом на ворох ткани, лежащий поодаль. Я старалась не смотреть на купающегося в волнах мужчину в открытую, лишь мельком поглядывала, пытаясь уловить покраснения или ещё какие нехорошие признаки на загорелой коже. Пока вроде было всё в порядке, но кто знает, как именно действует яд тварей? Ещё заметила странный бугристый шрам на спине Тагарда, видимо, именно там был он ранен, когда лишился крыльев. Понимаю, что было сражение, но как подло, вот так… в спину…

Платье, нижние юбки и плащ, промокшие до пояса, быстро прополоскала в реке, а затем, отжав, развесила на траве сушиться, оставшись в одной сорочке. Как раз когда подойдёт моя очередь купаться, будет хоть во что завернуться. Своей наготы я не стеснялась, но ползать в траве в чём мать родила было банально щекотно и неудобно.

Пока мы добирались до острова, я рассказала Тагарду и про «орко-тролля», и про «змея», а также про их неожиданную кончину. Генерал покачал головой, а затем произнёс странную фразу:

— Тёмный совсем распоясался…

— Какой тёмный? Вы так Габриэля называете?

Тагард нервно дёрнул щекой, а затем процедил сквозь зубы:

— Если бы. Это Габриэль с ним связался. Всё власти ему мало…

У меня внутри возникли нехорошие предчувствия:

— Так кто это?

— Можете считать, что само зло. Наверняка ведь слышали сказки и предания о том, как Тьма пыталась поглотить весь мир?

Мне не оставалось ничего иного, как кивнуть, чтобы себя не выдать, а потом как-нибудь покопаться в памяти Цефеи в поисках нужной информации.

— Носители светлой и тёмной магии мирно сосуществовали друг с другом, поддерживая баланс мироздания, но случился раскол, и на волю вырвался Тёмный, заточённый давным-давно ещё самими Богами. Многие расы были истреблены или оказались на грани исчезновения. В первую очередь он уничтожал тех, кто мог оказать ему достойное сопротивление, в основном это были носители светлой магии, так как тёмных он рассчитывал подчинить себе и тем самым достичь ещё большего могущества. Поработив людей, Тёмный заставил их искоренять другие расы. Мир захлебнулся в крови, а затем материк и вовсе раскололся на части. Это вам точно должно быть известно из истории появления Драноэрса.

Однако этим грандиозным планам по захвату мира не было суждено сбыться: ценой больших потерь его удалось снова заточить. И вот сейчас появляющиеся всё чаще разломы, исторгающие из себя тварей, говорят о том, что готовится очередной прорыв Тёмного. У меня есть серьёзные основания, что Габриэль заключил с ним сделку, но, увы, никто не готов идти против короля, даже понимая, чем всё это закончится в конце концов. В последний раз большую роль в пленении сыграли демоны, но их почти не осталось. Есть у меня предположения, что они тоже заодно с Габриэлем, поэтому никогда не связывайтесь с ними, Цефея.

Нет слов просто. Впору надевать чистое исподнее и бегать с криками, что мы все умрё-ё-ё-ём! Хотя можно и по-тихому завернуться в белую простыню и ползти в сторону кладбища.

— Но если Тёмный так силён, что наслал сегодня сразу столько тварей, не опасно ли будет остаться на острове, а тем более — лезть в воду?

— Сегодня — нет. Да, мощь Тёмного крепнет, но он пока ещё недостаточно силён, чтобы повторить сегодняшнюю атаку. Думаю, что даже завтра день выдастся спокойным. Так что переночуем здесь, а потом утром продолжим путь.

* * *

— Цефея, ваша очередь! Плавать хотя бы умеете? Если нет, то лучше заходите в воду вот с той стороны, тут неглубоко, не утонете, — Тагард выбрался на берег со стороны камышей, чтобы подобраться к сброшенным седельным сумкам как можно незаметнее.

Умею ли я плавать? Ха, да я себя чувствую в любой воде лучше, чем рыба в ней рождённая, а Цефея с братьями и сёстрами в детстве сбегала на речку, так что тут весьма удачно сложилось.

— Можете не беспокоиться, вплавь держусь уверенно, так что караулить меня не придётся.

— В таком случае давайте помогу размотать бинты, иначе они намокнут и

Похоже, что таким образом можно было нейтрализовать кровь тварей. Делать нечего, я развязала ворот сорочки, чтобы можно было спустить её до талии, и повернулась спиной. Узел затянулся слишком сильно, поэтому генерал просто разорвал куски ткани возле него, а затем размотал отсыревшие бинты, потрогав те участки кожи, где они впились в тело.

— Критичных повреждений нет, потом просто мазью обработаю, — дал добро Тагард на купание, после чего я быстро скрылась в камышах, стаскивая на ходу сорочку.

Ммм… Какое блаженство оказаться в приятной прохладе реки после такого жаркого во всех отношениях дня! Прополоснув сорочку, кинула её на камыши, а затем с удовольствием нырнула, проплыв под водой, насколько хватило задержки дыхания. Даже не заметила, насколько далеко отплыла от островка, но так будет даже лучше: хоть ненадолго почувствую свободу. Широкими гребками преодолела метров пятьдесят, прежде чем вынуждена была повернуть обратно, чтобы потом не получить по ушам от Тагарда, наблюдавшего за мной в позиции Ильи Муромца, то есть, приставив ладонь ко лбу. Не хватало, лишь чтобы он взгромоздился на Брана, но конь мирно щипал траву на другом конце островка. Увидев, что никаких проблем в воде я не испытываю, Тагард развёл костёр, используя собранные мной палки, видимо, прибиваемые время от времени к берегу, а потом ненадолго скрылся из виду. Вволю порезвившись в воде, я взяла курс к месту нашего пристанища.

— Цефея, у вас там, случайно, жабры не прорезались? — иронично поинтересовался невидимый Тагард.

— Что вы! Наоборот, они, наконец-то расклеились после того, как я смыла с них дорожную пыль и щепки!

Как бы мне ни хотелось продолжить наслаждаться водной стихией, но пришлось её покинуть, пока тело от судороги не свело. Достаточно было того, что смыла с себя пот и размялась после безумной скачки в седле, а потом забега по лесу. Приятным бонусом стала высохшая сорочка, примотанная за завязки к камышам. Мелочь, а приятно, ведь её действительно могло унести ветром. Быстро натянув сорочку на себя, я направилась к костру. Каково же было моё удивление, когда обнаружила на берегу сидящего на корточках Тагарда, а рядом с ним восемь рыбин, похожих на карасей. Золотой мужик! С таким точно нигде не пропадёшь!

— А это как это…

Тагард продемонстрировал странный деревянный кругляш с выдолбленным углублением, похожий на пробку, с прикреплёнными к нему на лесках из плетёного конского волоса четырьмя крючками:

— Немного размоченного хлеба и старая рыболовецкая уловка.

Взяв в руки нож, он начал очищать её от чешуи.

— Ложка есть?

Тагард даже повернулся ко мне лицом, чтобы убедиться, что не ослышался, а потом отложил рыбину в сторону и сходил к сумкам за требуемым. Молча протянув мне ложку, он с нескрываемым любопытством уставился на меня, ожидая дальнейших действий. Я подняла нечищенную тушку, побултыхала в воде, а затем начала быстро ложкой снимать чешую по направлению от хвоста к голове. Когда рыбина буквально за считаные секунды была готова, показала на нож:

— Остаётся только выпотрошить и пожарить.

Тагард уважительно посмотрел на меня, протянув свой нож. Вот так в две руки мы очень быстро перечистили весь нехитрый улов, а затем принялись готовить ужин. Жаль, лимона не было, чтобы сбрызнуть надсечённую поперечными разрезами рыбу перед тем, как нанизать на обструганные генералом палочки, хорошо, что соль имелась в наличии. Вообще, грех было жаловаться: не считая специфического запаха от рук и костра, устроились мы очень даже неплохо. А утром, нагрузив Брана ещё и своей одеждой, чтобы потом не тратить время на просушку, вплавь добрались до противоположного берега и продолжили свой путь. Пришлось совершить ещё два портальных перехода, зато на рассвете третьего дня Бран вывез нас на вершину холма, с которого были заметны очертания замка Тагарда.

— Мда… Не ожидала я такого увидеть… — вырвалось у меня при взгляде на виднеющиеся вдалеке башни.

— Честно говоря, я — тоже… — мрачно произнёс Тагард, увидев родовое гнездо.

Глава 18

Перспективы

Три из семи башен, что я насчитала, находились в удручающем состоянии: казалось, что ещё вот-вот и они окончательно покосятся, а затем рухнут. Судя по цвету и состоянию черепицы, крыши основательно сгнили и держались на честном слове. И было это слово матерным. Что-то мне подсказывало, что Тагард получал достаточно приличное жалованье на королевской службе, чтобы не только поддерживать замок в достойном состоянии, но и своевременно проводить ремонт в случае форс-мажоров. И его реакция подтверждала мои догадки. Дальнейший наш путь должен пройти по узкой тропинке, петляющей среди гор.

В памяти всплыли упоминания об одной местности, очень похожую на эту.

— Значит, замок, затерянный в горах — это и есть ваш, лорд Тагард?

— Так и есть. Тагардский замок, вернее, то, что от него осталось.

— Но почему затерянный? — решила уточнить я на всякий случай, так как, на мой взгляд, просматривался на фоне гор он достаточно хорошо.

Вместо ответа Тагард просто развернул Брана в противоположную сторону.

Горы… горы… плоскогорье… снова горы… Причём покрытые столь густыми лесами, что я бы туда даже при свете дня будучи обвешенной фонарями и с дробовиком в руках не сунулась. Пока мы находились в движении, как-то не особо замечала особенности ландшафта, учитывая скорость коня. Если приплюсовать сюда тот факт, что Тагард — дракон, то наверняка его предки сумели создать себе необходимую репутацию, чтобы никто лишний раз сюда носа не казал. Какому здравомыслящему человеку захочется стать мясом в собственном соку под доспехами или сильно поджаренным бифштексом исключительно из праздного интереса? Разве что самоубийце, либо тому, кому терять нечего.

— Лорд Тагард, вы действительно собираетесь сделать меня экономкой замка?

— Что, уже страшно, Цефея? — поинтересовался генерал, направляя Брана к подножию горы.

— Нет. Я ни разу не бывала в этих местах, поэтому не совсем понимаю, откуда берётся продовольствие, кроме дичи и рыбы, ведь нужно же зерно, овощи. Да вообще много чего. Король Габриэль тогда в замке сказал, что возвращает вам ваши земли… Какую территорию он имел в виду? Все эти горы или?

— Почти. Так просто на словах сразу не объяснить, проще показать на карте, но это я смогу сделать, лишь оказавшись в своём замке. На юго-востоке от него располагаются несколько поселений, а также поля.

Вот тут мне было над чем задуматься: если, кроме замка, все окрестные земли принадлежали королю, потому что с его слов из-за какого-то предка Тагарда были утеряны, то за счёт чего существовали всё это время обитатели замка? Имеется ли какое-то подсобное хозяйство, и, вообще, сколько человек там обитает? Мне куда как привычнее рассчитать затраты на ремонт и учесть все виды работ по внутренней и внешней отделке, которые необходимо провести для восстановления того или иного объекта, подобрать мебель в соответствии с потребностями. Ну, хорошо: ещё и благоустроить прилегающую территорию, а не заниматься жизнеобеспечением замка. Всё-таки до своего отпуска я официально числилась дизайнером-проектировщиком, а по факту занималась ремонтом и реставрацией загородных домов, включая проектирование приусадебных участков, «под ключ». Каждый проект отнимал немало сил и времени, но мне было безумно интересно копаться со всем этим. А ещё со мной работали три просто потрясающих бригады, с прорабами которых мы понимали друг друга с полуслова, что значительно облегчало решение поставленных задач. Это, помимо того, что у меня был помощник, который в основном и мотался по объектам, позволяя мне спокойно работать из дома, лишь изредка покидая пределы города.

Ладно, в конце концов, посмотрю, что да как там, выкачу список Тагарду, а потом как-нибудь придём к консенсусу. Всё равно управляющего в замке сейчас нет, следовательно, его обязанности вполне могут лечь на мои плечи хотя бы первое время. Вот тут опыт и знания Цефеи мне в помощь: всё-таки девушка не только слугами командовала, да счета подбивала. Хотя лучше бы я просто ходила по замку и проверяла, где пыль плохо вытерта. Тагард не женат, значит, обязанности хозяйки замка тоже мои. Итого: кладовые, кухня, обслуживающий персонал, порядок, ремонт… Пристрелите меня, пожалуйста, а? С другой стороны: что мне, слабо, что ли? Чем сложнее цель, тем интереснее будет её достичь.

Из раздумий меня выдернул голос Тагарда:

— Цефея, что-то вы подозрительно притихли…

— Пытаюсь понять масштаб трагедии. Могу быть неправа, но у меня такое ощущение, что замком на протяжении долгих лет никто не занимался.

— Не думаю, что вы сильно ошибаетесь, Цефея. — согласился Тагард. — Так что работа предстоит большая, потому как нужно будет привести всё в порядок до холодов. Сколько сейчас народа в замке сказать не могу, но предупреждаю: учитывая ваш статус, они не поймут, если буду обращаться к вам на «вы».

Я кивнула:

— Ну да, смешно обращаться к рабыне уважительно. Однако это не такая большая проблема, чтобы на ней заострять внимание. Вряд ли ошибусь, если предположу степень негодования обитателей замка насчёт того, что ими, свободными людьми, будет командовать рабыня.

— Это не ваша забота, Цефея. — спокойно ответил Тагард, развеивая мои опасения. — Хозяин замка — я. Как скажу, так и будет, никто не осмелится оспаривать мои решения и приказы. Волей-неволей, но им придётся смириться с положением дел. К тому же насчёт вашей участи распорядился сам король Габриэль.

— Не хочу наглеть, но найдётся ли в замке для меня хоть какая-нибудь отдельная комнатушка, пусть размером с келью, но с крепкой дверью и засовом?

— К чему такой вопрос?

— Как считаете: мало ли найдётся людей, желающих меня по-тихому придушить ночью, чтобы не мешалась под ногами и не указывала, что делать? Наверняка в замке найдётся парочка молодых девиц, пожелающих согреть вашу постель, которым будет абсолютно наплевать на все ваши принципы, и посчитающие меня препятствием в достижении их цели. Ненавидеть за личную комнату, естественно, будут ещё сильнее, зато у меня будет шанс прожить немножечко дольше.

— Резонно. На месте решим. Мне тоже лишние склоки не нужны.

Отлично! От тварей отбились, а вот «человеческие твари», особенно в юном возрасте, бывают порой намного опаснее, потому что хитрее и более жестоки. Понятное дело, что замок Тагарда — это не гарем, кишащий юными девами, но подстраховаться лишним не будет. К тому же после смерти управляющего кто-то точно занял его место хотя бы чисто номинально.

Замок становился всё ближе и ближе, а я не могла оторвать взгляда от ворот, надеясь, что мне просто померещилось. Наконец, конь остановился перед высокими коваными воротами, на которых красовалась первая буква рода владельца замка, а вот над ней символ, которого здесь попросту не могло быть. По крайней мере, Цефее он был точно не знаком, в отличие от меня…

Глава 19

Замок

Алеф. Знак, который в этом мире выглядел так же чуждо, как и я сама. Только меня скрывала внешность Цефеи, а алеф — следы многовекового воздействия ветров и дождя.

— Увидела что-то интересное? — поинтересовался Тагард, видимо, заметив мой прикованный взгляд к выбитому на камне символу.

— Что это за знак над буквой «Т»?

— Родовой замок: то самое место, откуда пошёл весь род Тагардов. Начало начал. Поэтому так важно сохранить его, — пояснил генерал.

В такие совпадения я не верила, но дальше заострять внимание на знаке не решилась, а потому просто буркнула:

— Ясно. Что-то не торопятся нас в родовое гнездо впускать…

Бран громко заржал, а затем топнул несколько раз копытом по вымощенной камнем дороге, упирающейся в закрытые ворота. Неожиданно раздался металлический лязг, словно внутри стен тяжело заворочался какой-то гигантский механизм, и створки дрогнули, разъезжаясь в разные стороны. Несмотря на то что вскоре оказалось достаточно пространства, чтобы спокойно проехать, Тагард придерживал Брана ровно до тех пор, пока ворота не распахнулись полностью. Но, как оказалось, впереди нас ждали ещё одни, к счастью, тоже открытые, и даже толстая кованая решётка с острыми зубьями по нижнему краю была поднята.

Въехав во двор, конь остановился ровно по центру, как бы давая понять, что хозяин замка вернулся. Тагард соскочил с Брана, а затем снял меня, опустив на брусчатку. Двор замка был убран относительно: можно было бы сделать скидку на то, что недавно прошёл ливень, так как под ногами основательно хлюпало и чавкало при малейшем движении. Если бы не одно «но» — дождей, судя по тому, как выглядела трава на холме, месяц, как не было. Поэтому напрашивался нехороший вывод: обитатели замка особо не заморачивалась со стоками и попросту выплёскивали грязную воду, а может, и

— Где все остальные? — прозвучал спокойный голос Тагарда, хотя по его напряжённым мышцам поняла, насколько он был недоволен увиденным.

Думаю, что генерал не спешил излить свой гнев не только в силу своего характера, но и учитывая тот факт, что внезапная гибель управляющего не была случайной, а больше походила на избавление от свидетеля финансовых махинаций или же попытку избежать им наказания. Не знаю, откуда во мне проснулась кровожадность, но руки зачесались, чтобы намекнуть Тагарду поспрашивать обитателей замка, видели ли они тело несчастного управленца.

— Так почти больше нет никого, генерал Тагард, — подал голос один из троих мужчин, стоящих с самого краю шеренги склонивших головы людей. — Лорна совсем стара стала, почти не выходит из своей каморки. Илза у очага хлопочет, не отойти ей никак, иначе погаснет. Алистер сейчас вернётся из башни, как вороты заклинит.

Так… Учитывая, что перед нами стоит сейчас одиннадцать женщин, всего в замке обитает семнадцать человек. Негусто. Для такой махины тут не менее полусотни работников должно быть, чтобы поддерживать должный порядок и обеспечивать нормальное существование.

— Лорд Тагард, Норман, — поправил говорящего генерал, а затем продолжил. — Его Величество даровал мне земли предков, утраченные ранее, а также освободил от службы, поручив восстановить былое величие этим краям. Поэтому отныне всеми делами буду заниматься лично я. Также хочу представить вам всем Цефею, которая с этой самой минуты является экономкой замка.

Если бы взглядом можно было испепелять, на моём месте уже лежала бы серая кучка праха: настолько дружелюбными были взгляды служанок, особенно одной из них. Не думаю, что ошибусь, если предположу, как она спала и видела эту должность своей. По тому, как зло женщина смерила меня украдкой с головы до ног, задержавшись на шее, «украшенной» до сих пор бинтами, надо было попросить у Тагарад комнату, запираемую не на один засов, а на два и желательно увитую колючей проволокой. Чувствую, скучать мне тут не придётся во всех смыслах ни днём, ни ночью.

— И мы все, — обманчиво приторным голосочком пропела та самая «злючка». — Должны будем подчиняться ей?

Я прямо-таки ощутила, что под моими ногами должны были разверзнуться камни, чтобы явить яму с ядовитыми змеями.

— Всё верно, Фенелла. Или у тебя есть какие-то возражения на этот счёт?

В яму высыпали бочку красных муравьёв.

— Простите, мой господин… — Фенелла согнулась ещё сильнее, выражая согласие с решением Тагарда.

А пока муравьишки не разбежались, сверху накидали скорпиончиков и сколопендр, чтобы новая экономка не расслаблялась. Похоже, что настало время моего любимого квеста под названием «Сдохни или умри!», единственной участницей которого буду я.

— У кого ключи от залов замка?

— Все, что нашлись — у Илзы, господин, — прошелестела Фенелла, недовольно дёрнув кончиком носа.

Тагард проигнорировал служанку, подойдя к Норману:

— Что значит «нашлись»? Я был поставлен в известность, что Эллер погиб, но разве при нём не было ключей?

— Эллер погиб, сорвавшись в ущелье. Когда его конь вернулся один, мы с Алистером отправились на розыски и нашли то место, но достать тело невозможно после произошедшего обвала: там края до сих пор осыпаются — опасно даже приближаться. Поэтому ни похоронить, ни тем более добраться до ключей, не удалось. Какие были у Илзы или удалось подобрать так и хранятся у кухарки, лорд Тагард.

Судя по тому, с каким уважением Норман говорил об Илзе, на неё стоит обратить внимание. Возможно стоит попробовать заручиться её поддержкой, раз она сумела оставить с носом Фенеллу. Ещё бы понять, кто такая Лорна: слишком неоднозначно Тагард среагировал на новость, что та почти не выходит из своей комнаты. Жаль, что я не его жена. Я не в том смысле, что хотела бы стать хозяйкой замка, просто тогда бы всю прислугу представили поимённо, а так придётся с каждым знакомиться по отдельности.

Пока Тагард переговаривался с Норманом, мне пришлось основательно покопаться в памяти Цефеи, чтобы выудить из неё всё, что касалось взаимодействия со слугами. Вот тут-то меня ждал неприятный сюрприз: в крепости Лоредан всегда царила идеальная дисциплина, а эпизоды с неповиновением или даже разговорами «через губу» были столь редки, что хватит пальцев на одной руке, чтобы их перечесть. Неудивительно, что осада продолжалась так долго: все обитатели действительно готовы были сражаться за свой дом до последней капли крови. Придётся мне самой как-то методом «научного тыка» находить рычаги воздействия на слуг замка.

Тагард тем временем повелел всем разойтись и заняться своими привычными обязанностями. Брана увёл молчаливый мужчина лет пятидесяти на вид, стоявший по правую руку от Нормана. Алистера, о котором упоминали ранее, я успела увидеть лишь мельком, когда тот незаметно пристроился с краю, а потом снова прошмыгнул в башню, хотя с его комплекцией так ему удаётся так шустро двигаться — просто уму непостижимо.

Что бы там ни было, но первым в замок вошёл Тагард, жестом показавший мне следовать за ним, а затем остальные слуги. На первом этаже было относительно убрано, хотя и не идеально. По крайней мере, картошку можно было не сеять. Однако стоило свернуть в хозяйственные помещения, как картинка стала более удручающей. Начиная с того, что настенные светильники едва чадили, а под ногами основательно хрустел песок, смешанный с каменной пылью. На кухне, в которую привёл Тагард, было чисто и даже как-то по-домашнему уютно. Над котлом, в котором булькало какое-то варево, хлопотала какая-то дородная женщина, то и дело поправляя сползающий на лоб не то платок, не то чепец.

— Здравствуй, Илза! — поприветствовал её Тагард, внимательно оглядывая полупустые полки и шкафы.

Илза от неожиданности взвизгнула, а потом едва не треснула генералу длинной деревянной ложкой, но, увидев, кто перед ней стоит, опустила своё оружие и поклонилась:

— Господин Беантан! Вы вернулись…

Беантан? Точно! У Тагарда же два имени, а я всё привыкла про себя называть его по фамилии. Глаза кухарки увлажнились, а руки затряслись. Мне даже показалось на мгновение, что если бы не моё присутствие, Тагарда точно застискали в могучих объятиях.

— Вернулся. Совсем вернулся. Это Цефея, теперь она служит экономкой замка. Отдай все ключи ей.

Илза смерила меня недоверчивым взглядом, а затем отцепила с пояса связку.

— Благодарю, госпожа Илза, — чуть склонив голову, я приняла металлическое кольцо с навешанной на

Моя реакция явно пришлась женщине по душе, поэтому улыбнувшись, она воткнула ложку в котёл, а затем обе руки засунула под фартук, вытаскивая ещё две связки.

Тагард усмехнулся:

— А Норман сказал, что только часть ключей удалось подобрать.

— Так то смотря для кого. Дай этим курицам только волю, слонялись бы целыми днями по замку, делая вид, что работой заняты… — фыркнула Илза, вернувшись к помешиванию содержимого котла.

— Рассказывай, что произошло с тех пор, как я последний раз был в замке.

Глава 20

Прогнило что-то в датском королевстве

— Да что тут рассказывать? Плохо всё, господин Беантан. Запасов почти не осталось, приходится готовить из того, что есть. Вот на сегодняшний обед пустая бобовая похлёбка. Эллер всё экономил, да из купленного зажимал, говоря, что денег нет. Нам жалованье особо не платил, лишая за малейшую провинность, но это мало помогало… — Илза немного зачерпнула похлёбки, а затем, подув, проверила её на готовность.

Я ещё во дворе заметила, что слуг давненько «не баловали разносолами», настолько исхудавшими некоторые из них смотрелись, а те, что выглядели более-менее крепко, явно когда-то, как принято говорить, были в теле в своё время. О чём речь, если у той же Илзы виднелась висящая кожа на руках? А ведь она кухарка, следовательно, имеет более свободный доступ к припасам, чем другие слуги. Если мне бросилось всё это в глаза, той, что впервые их увидела, что говорить о Тагарде? Не думаю, что он последний раз посещал свой замок десяток лет назад, а потому забыл, как выглядят его слуги. Если управляющий растранжирил все деньги, что ему присылались, придётся затянуть пояса, чтобы не только восстановить замок, но даже выжить, не протянув от голода ноги. Да, теперь к Тагарду вернулись земли и селения, но как там обстоят дела, пока неизвестно. Если и там обитают тени живых людей, ещё неизвестно, кто кого кормить будет: они нас, или мы их, распродавая более-менее ценное, что можно будет обнаружить в замке, чтобы хватило на первое время, а потом совместными усилиями сделать запасы и пережить зиму. Примерное содержание седельных сумок Тагарда мне было известно, поэтому с уверенностью могу сказать, что слитков золота или кошельков, набитых монетами высокого достоинства там нет.

— Цефея, посмотри, что с запасами, — распорядился Тагард.

Я же вопросительно посмотрела на Илзу, всё-таки это её «владения» были.

— Кладовая там, — махнула рукой кухарка, показывая направление.

— Благодарю, Илза.

Несмотря на то что кладовая находилась в соседнем с кухней помещении, мне прекрасно был слышен продолжившийся в моё отсутствие разговор. Надо отдать должное: Илза не жаловалась ни на кого конкретно, однако умело расставляла акценты, давая понять, кто как себя конкретно вёл в различных ситуациях, возникавших время от времени. Выводы после ревизии кладовой были неутешительными: если комбинировать крупы, изображая разнообразие стола, то при подаче нормальных порций, необходимых, чтобы накормить взрослого человека, провизии хватит на три дня. С учётом жёсткой экономии, но не выходя за рамки разумного, на пять-шесть. Соли так и вовсе осталось не более пригоршни, а сахар обнаружить не удалось. Лишь маленький горшочек засахарившегося мёда сиротливо стоял в глубине одной из полок, заставленный пустыми кастрюлями. Судя по полосам на внутренних стенках, его использовали по очень большим праздникам. Растительного масла, не говоря уже о сливочном, также не нашлось, а для приготовления пищи использовался жир какого-то животного или птицы. Так и хотелось сказать Тагарду, чтобы шёл в лес и убил кого-нибудь на обед и на ужин. Насчёт рыбы не уверена, так как ближайшая река находилась от замка на приличном расстоянии. Может, в долине есть какой-нибудь водоём, тогда можно было бы той же ухи наварить. Альтернативной. Потому что картошки или клубней, похожей на неё не было.

Вернувшись на кухню, я покачала головой на молчаливый вопрос Тагарда. Что и как скажу лучше ему наедине, заодно и обсудим варианты пополнения припасов.

— А что с Лорной, Илза?

Услышав знакомое имя, я навострила уши, стараясь не выдать своего интереса.

Кухарка тяжело вздохнула, бросая на Тагарда немного виноватый взгляд:

— Возраст. Немолода она, хворает часто, ноги не держат, поэтому почти всё время лежит не вставая. Никому до неё нет дела, только мы с Норманом заходим время от времени, чтобы поесть принести, да немного прибраться. Вот только она на нас ругается, чтобы зря на неё еду не переводили, так как «пользы от старухи совсем никакой».

— Я зайду к ней.

— Лорна будет рада вас увидеть, господин Беантан. Хоть она и делает вид, что на этом свете её уже ничего не держит, а всё-таки ждёт вашего возвращения каждый день. После того, что случилось с Мэйгрид, вы ведь единственный, кто остался…

Так. Теперь у меня ещё на один вопрос стало больше: кто такая Мэйгрид и что их связывает с Лорной. Дочь? Внучка? Воспитанница? Да и кто такая всё-таки Лорна? Сомневаюсь, что мать Тагарда, иначе пошёл бы к ней вначале, а не на кухню, чтобы разузнать о делах, творившихся в замке. Я перевела взгляд на очаг, возле которого продолжала хлопотать Илза. Вот никогда не любила фасоль и варёный горох, но сейчас готова была съесть половину котла, настолько проголодалась. Ведь что такое пара бутербродов, съеденных практически на бегу перед тем, как отправиться в путь? Сущий пустяк. Я не настолько привередлива к еде и обстановке, но тот последний постоялый двор хотелось покинуть как можно быстрее, настолько там было отвратно.

— Я так понимаю, что никто ещё не завтракал? — уточнил Тагард, заметив замявшегося на пороге Нормана, через плечо которого были перекинуты седельные сумки.

— Всё верно, господин Беантан. Только все встали, как вы приехали.

Теперь понятно, с чем была связана была заминка перед воротами. Замок ведь не в осаде, дозорного не оставляли, а так как Тагард раньше умел летать, то наверняка слуги не думали, что он заявится верхом. Если вообще были предупреждены о его приезде.

— Норман, я сказал, чтобы сумки отнесли в мои покои, — спокойно произнёс Тагард, жестом приглашая слугу войти.

— Их служанки ещё приводят в порядок… — ответил Норман, поравнявшись с нами.

— Что-то помимо похлёбки на завтрак предполагается? — обратился к Илзе Тагард, но в ответ мы обе с ней покачали головами.

— Ясно.

Судя по его поджатым губам, увиденное и услышанное им очень

Тагард достал остатки хлеба, половинку сырной головы и несколько ломтиков вяленого мяса. Судя по тому, как загорелись глаза у Илзы, кухарка уже начала прикидывать, куда пустить такую роскошь.

В конечном счёте мы так вчетвером и позавтракали, несмотря на возражения слуг, что господину лорду следует принимать пищу в столовой, а не с ними за одним столом. Хватило одного взгляда, чтобы бунт затих на корню, так толком и не начавшись. Тагард взял нож и порезал сыр так, чтобы хватило не только нам,но и всем обитателям замка, а хлеб приказал приберечь для Лорны и отнести ей как только Илза понесёт той еду. Мясо оставил на усмотрение кухарки. Похлёбка, кстати, оказалась весьма недурна на вкус, хоть и немного жирновата для меня, но на безрыбье и рак рыба.

— Как только с уборкой будет покончено, отнесёшь сумки в мои покои. Я сам их разберу, — отдал распоряжение Норману Тагард, а затем обратился ко мне. — Цефея, ты пойдёшь со мной к Лорне.

— Слушаюсь, лорд Тагард, — едва не хором выпалили мы с Норманом, но тут же притихли, осознавая нелепость ситуации.

Тагард ничего не ответил, лишь поблагодарил Илзу за завтрак, а затем вышел в коридор. Он хотел мне что-то сказать, но замолчал на полуслове, так как навстречу нам двигались служанки во главе с Фенеллой. Увидев нас, они тут же расступились, склонив головы, поэтому прервал молчание Тагард, только когда, преодолев несколько поворотов, мы оказались с ним на лестнице.

— Вначале навестим Лорну, а затем комнату Эллера. Думаю, что там поинтереснее будет, чем в моём кабинете. Кстати, жить будешь именно там: и по должности подойдёт, и дверь там была крепкая, насколько помню.

— Простите, лорд Тагард, за нескромный вопрос: а как давно вы были последний раз в замке?

— Почти пять лет назад.

Мысленно я присвистнула. Теперь понятно, почему внешний вид замка поразил не только меня: за такой срок довести его до такого состояния — это нужно очень сильно постараться.

— Цефея, ты ведь ещё хочешь о чём-то спросить?

— Кто такая Лорна, к которой мы идём?

— Она была вначале моей няней, потом сестры, когда та родилась…

Глава 21

Кто кого

Ничего себе! Оказывается, у Тагарда есть сестра. Зато теперь понятно, почему он так беспокоится о Лорне, наверняка до сих пор испытывает тёплые чувства к своей «Арине Родионовне». Ведь даже в нашей истории немало осталось свидетельств о том, как няньки становились практически членами семьи. Что уж говорить, если моя родная прабабушка, уехав когда-то из деревни на заработки в Москву и устроившись там по протекции старшей сестры в одну семью, всегда вспоминала своих воспитанников. Даже помню фотокарточку, на которой были изображены мальчик и девочка в одежде тридцатых годов, а на обороте явно детской рукой перьевой ручкой было выведено: «Любимой нянюшке Ирине от Глеба и Саши на долгую память». Несмотря на то, что оба ребёнка были уже школьного возраста, моя прабабушка продолжала работать в той семье даже после того, как они подросли, но уже в качестве домработницы, а когда приняла решение устроиться на завод, то её долго не отпускали под различными предлогами, хотя в первую очередь именно дети не хотели, чтобы она уезжала, а их родители тоже привыкли к ней.

Первое, что бросилось мне в глаза, когда мы вошли в каморку Лорны — это запущенность. Знаете, такая бывает в домах деревенских стариков, когда они сами уже не в состоянии прибираться. Да, было видно, что кто-то пытался поддерживать порядок, скорее всего, это была Илза, но этого было мало, учитывая, что с её же слов няня Тагарда почти не вставала. Спёртый воздух, характерный для помещения, в котором находится тяжелобольной человек, так и кричал о проветривании, но небольшое окошко, располагающееся под самым потолком, проще было выломать, чем открыть: настолько толстый слой грязи залепил задвижку типа шпингалета.

— Здравствуй, Лорна! — Тагард подошёл к кровати и наклонился так, чтобы лежащая на ней пожилая женщина смогла его хорошенько рассмотреть.

Светло-голубые, словно выцветшие с годами, глаза Лорны неверяще распахнулись, а затем наполнились слезами:

— Господин Беантан…

Сухие морщинистые руки с кривыми из-за распухших с возрастом суставов пальцами потянулись навстречу к Тагарду, а затем обняли за шею.

Почувствовав себя третьей лишней при встрече этих двух далеко не чужих друг другу людей, я слегка кашлянула, привлекая внимание, а затем спросила:

— Лорд Тагард, могу я ненадолго отлучиться в столовую по хозяйственной надобности?

Только тут Лорна обратила внимание на то, что она со своим воспитанником находится не одна. Женщина нахмурила свои седые брови, разглядывая меня из-за плеча Тагарда.

— Это Цефея. Теперь служит в замке экономкой, — пояснил генерал, а затем обратился уже ко мне. — Иди. Буду ждать у лестницы.

Кивнув, я быстро вышла в коридор. Покрутила немного головой по сторонам, чтобы сообразить, откуда мы пришли, и направилась на кухню, надеясь успеть застать там слуг. Заблудиться я не боялась: всё-таки профессиональная память меня никогда не подводила. При подходе к кухне я едва не столкнулась с Норманом, задумавшись о том, как вести себя со слугами.

— Скажите, Норман, вы очень заняты в ближайшее время? У меня есть к вам поручение.

Мужчина сперва удивлённо на меня посмотрел, а затем ответил:

— Лорд Тагард пока никаких распоряжений мне не оставлял. Что требуется?

— Я хочу, чтобы девушки навели порядок в комнате Лорны, но пока они будут убираться, пожилой женщине не стоит дышать пылью. Не дело это. Сможете вместе с другими мужчинами вынести кровать в коридор?

Норман почесал в затылке:

— А Лорну куда?

— Вместе с ней. Нельзя же заставлять её подниматься, вдруг упадёт и повредит себе что-нибудь.

— Сделаем. Позову Алистера, Корла и Гиллиса сразу, как они позавтракают.

— Спасибо за помощь, Норман.

Из кухни доносились радостные девичьи голоса, перемежаемые хохотом и затухающие лишь на несколько секунд после очередного шиканья Илзы.

— О! Явилась. Э-ко-ном-ка, — растягивая почти по слогам мою должность, фыркнула Фенелла.

Что ж… Не я первая начала «пальцы выгибать», придётся показывать зубы, чтобы дать понять: сесть мне на шею или задвинуть в угол не получится.

— Твоё имя и какие обязанности исполняешь?

Девушка демонстративно медленно

— Фенелла. Старшая служанка.

— Прекрасно. Бери ещё троих и принимайся за уборку комнаты Лорны. Заодно и продемонстрируешь своим примером, как следует правильно драить полы, отмывать стены и приводить в порядок окна. Сделать это необходимо в кратчайшие сроки, иначе останешься без обеда.

— Что-о-о⁈ — Фенелла задохнулась от негодования. — Убираться у старухи⁈

— … и без ужина — тоже. За неуважение к старости. А я посмотрю, достойна ли ты называться старшей служанкой и быть допущенной к более серьёзной работе, — пока из Фенеллы валил пар, я подошла к Илзе. — Не могли бы вы побыть с Лорной, пока девушки наводят порядок? Только черпак захватите с собой, пожалуйста.

— Зачем? — не сообразила кухарка.

Я улыбнулась в ответ, поясняя своё пожелание:

— Он просто намного увесистее вашей деревянной ложки.

Илза хмыкнула и пообещала присмотреть не только за Лорной, но и за качеством уборки.

— А чем мыть? — робко поинтересовалась темноволосая служанка с забавными конопушками на носу.

— Щёлок возьмёшь и разведёшь, — ответила за меня Илза, кивая на угол, в котором стояла деревянная бочка средних размеров.

— Но от него руки портятся… — взвыла Фенелла.

— Меня не интересует, чем вы будете мыть: хоть просто водой, хоть травой какой натирайте — выбор за вами. Важен результат. Как раз и проверим, справедливо ли управляющий Эллер лишал вас всех жалованья, и стоит ли лорду Тагарду принять во внимание этот факт, — я направилась к двери.

Плевать, что эту ночь мне придётся провести с топором под подушкой, если найду его, конечно. Но какой смысл в служанках, привыкших лениться и берегущих свои руки? Чтобы догадаться, что творится в голове у Фенеллы, к бабке ходить не нужно: прыгнуть в кровать Тагарда и получить все возможные «плюшки», причитающиеся любовнице. Вот только девочка явно просчиталась. Во-первых, Тагард с его принципами вряд ли опустится до связи со служанкой, тем более постоянной, во-вторых, он не настолько похотливый мужлан, чтобы искать одноразовые сомнительные удовольствия. Мне доводилось встречать подобный тип мужчин: такие предпочитают продолжительные отношения со спутницей, равной по уровню. И речь отнюдь не о благосостоянии.

Тагарда в комнате Лорны уже не было, но и по дороге мы его не встретили, так что я искренне надеялась, что крики своей няни, требовавшей вернуть её вместе с кроватью обратно, он не слышал. Причинять зло старушке не собираюсь, но вот вмешательство её воспитанника нежелательно. Когда одни благие намерения сталкиваются с другими, так и до войны недалеко. Жалость в данном случае не только неуместна, но и может навредить.

— Илза, найдётся чем ещё накрыть Лорну, а то здесь сквозняки гуляют, как бы не простудилась…

— Я принесу своё одеяло, — предложила кухарка, поглядывая на притихшую старушку, наблюдающую за тем, как Морея и Сайлира заносят вёдра с водой в её обиталище.

— Хорошо. Неплохо было бы искупать Лорну. Найдётся подходящая лохань или ванна?

— Дело хорошее, но возмущаться Лорна будет ещё пуще прежнего. Я и сама пыталась помыть до этого, но тяжела она…

— Ничего, справимся. Я помогу. Начнём с малого, а там, глядишь, и во всём замке чистоту и порядок наведём. Зайду попозже посмотреть, как движется дело.

Я напомнила девушкам, что паутину по углам тоже нужно обмести, а затем ушла. На лестнице появилась как раз вовремя: Тагард почти одновременно со мной вышел на площадку.

— Почему так долго, Цефея?

— Прошу меня извинить: давала служанкам поручение убраться в комнате Лорны. При всём моём уважении… Нельзя жить в таких условиях.

— Спасибо, Цефея. Пора осмотреть комнату Эллера.

Тагард провёл меня к нужной двери, а когда нам удалось подобрать нужный ключ и открыть замок, замерли на пороге, не в силах произнести ни слова от увиденного.

Глава 22

Обыск

Я покосилась на своего спутника, пытаясь уловить хотя бы тени эмоций на его лице:

— Лорд Тагард, вам тоже кажется необычным, что перед своей «внезапной» гибелью человек избавился от личных вещей и оставил практически идеальный порядок?

— Даже чересчур. Эллер никогда не отличался особой аккуратностью, но даже служанок приглашал убираться в своём присутствии, не доверяя никому, — с некой долей растерянности в голосе ответил Тагард, а затем слегка подтолкнул меня вперёд, заперев за нами дверь на ключ.

— Хотите обыскать комнату без посторонних?

— Ты правильно догадалась, Цефея. Прежде чем обоснуешься здесь, хочу посмотреть, не оставил ли чего интересного Эллер, хотя уже сильно в этом сомневаюсь, — Тагард вышел на середину комнаты и медленно повернулся вокруг своей оси, словно оценивая обстановку.

Я расстегнула плащ, который не снимала с самого прибытия в замок, а затем повесила его себе на руку, надеясь пристроить куда-нибудь, чтобы не мешал.

— С чего мне начать?

— Давай со шкафов и тумбочек, а я займусь стенами и полом: мало ли какие-нибудь тайники отыщутся. Хотя думаю, что свой схрон, в котором Эллер прятал деньги, он устроил где-нибудь за пределами замка и давно уже забрал, — в подтверждение своих слов Тагард дошёл до ближайшей свободной стены и положил на неё ладонь.

Довольно-таки странный способ поиска, хотя кто этих драконов с их магией разберёт. Если вспомнить сказки и книги в жанре фэнтези, то всё может быть. Я повесила плащ на стул, а сама подошла к застеленной бордовым покрывалом кровати и начала мять подушки, а затем одеяло и перину. Эллер явно не отказывал себе в комфорте, ибо это ложе иначе как королевским назвать было нельзя. Чистейший пух в качестве наполнителя и дорогие ткани прямо-таки кричали о «скромности» последнего обитателя комнаты.

— Цефея, что ты делаешь?

— Хочу убедиться, что в кровати ничего не спрятано, чтобы потом на неё скидывать вещи из шкафов и тумбочек. Порядок потом наведу. Поможете стащить перину?

Вдвоём с Тагардом мы перетряхнули кровать, нашли тайник в днище, но он был, естественно, пуст. Судя по размерам выдолбленного в дереве углубления, там хранились бумаги или письма, которые прикрывали сверху тонкой планкой.

— Пыли почти нет, а должна быть. С того же постельного белья, да перины всегда что-нибудь да натрусится…

— Ты женщина, тебе виднее, но тоже не думаю, что Эллер периодически лазил наводить чистоту в тайнике или поручал это кому-то из служанок, — Тагард принёс обратно перину, а затем

— Так своевременно. А ещё был настолько мелкой и незначительной фигурой, что о его гибели оказался в курсе король Габриэль.

— Именно. Я ведь от него узнал, что Эллер погиб: никто в замке не владеет грамотой, но даже если бы нашёлся кто-то, кто смог написать о происшествии, куда бы письмо отправили? Вот именно, что неизвестно куда, и точно не королю.

Я вздохнула, присев на край развороченной постели:

— Это мне ещё соглядатаев выявлять…

— Не думаю, что Эллер стал бы с кем-то делиться, но осторожность не помешает, Цефея… — Тагард явно хотел что-то ещё добавить, но промолчал.

— Спасибо, дальше я сама.

Мужчина кивнул, а затем снова подошёл к стене, легонько постукивая кончиками пальцев по каменной кладке. В тумбочке у кровати я не обнаружила ничего интересного, так, всякую мелочёвку вроде связки свечей, огнива, пуговиц и лент для волос. Эллер, оказывается, был тем ещё франтом. Хорошо хоть грязных чулок или носков не было. Следующим на очереди был платяной шкаф. Распахнув его дверцы, я сдвинула висящие костюмы в одну сторону, а затем начала прохлопывать каждый из них.

— А вот одежду он не взял. Видимо, вовремя спохватился, что это будет выглядеть чересчур подозрительно, — заметил Тагард, оторвавшись ненадолго от своего занятия.

— Готова опровергнуть эту версию, — я потянула за рукав ближайший сюртук.

— Каким образом? — Тагард скрестил на груди руки и подошёл ко мне, задержав ненадолго взгляд на лежащие на кровати вещи, которые я уже вытащила из шкафа.

— На одежде есть признаки долгого ношения: рукава вытерты по краю, на сгибах воротников краска выцвела, как бывает, когда на жаре пот разъедает ткань, или же при избавлении от засаленности. Эллер ведь был достаточно грузноват, по крайней мере, имел упитанное брюшко, судя по разболтанным пуговицам в районе живота и фасонам вещей в целом. К тому же сам материал выглядит не таким уж новым не только на ощупь, но даже внешне, — я подняла рукав вверх. — Швы подмышками тоже имеют потёртости по краям. В общем, нет ни одной новой вещи, хотя я буквально полчаса назад слышала, как возмущались девушки, что все пальцы искололи, когда обшивали управляющего, а тут снова руки уродовать придётся, оттирая въевшуюся в стены и пол грязь.

— Продолжай…

— Я ещё могу понять, что Эллер принарядился ради поездки, чтобы продемонстрировать, кому служит, а потом в обновках и прыгнул в ущелье. Как говорится, «переоделся в чистое и отошёл ». Вот только, скажем так, костюмов было два. Один из которых явно зимний. Сорочек и вовсе четыре штуки сшито было. До белья я ещё не дошла, но мне кажется, что там их не найду. И куда вот столько? Замёрз, бедненький? Всё сразу на себя надел и… — я изобразила скрюченное тело без признаков жизни. — Скорее всего Эллер рассчитывал на то, что вы его гардероб себе не заберёте, а раздадите слугам. Они точно не стали бы сравнивать, кому новее одёжка досталась.

Тагард задумчиво провёл рукой по щетине:

— Всё верно. Вещи достались бы Норману, Алистеру, Гиллису и Корлу. Значит, Эллер сбежал на север… Опять север…

— А что с севером не так?

— Там владения демонов.

Похоже, что у Тагарда появилась ещё одна причина не любить их. В чём состояли другие, мне так узнать не удалось, хотя не особо и хотелось. Предупреждение к сведению приняла, остальное — не моё дело. Прямо нутром чуяла, что в отношении демонов верна фраза про то, что многие знания — многие печали.

Пока я высказывала свои предположения, куча одежды на кровати продолжала расти. Наконец, шкаф освободился, и мы тщательно осмотрели его сверху донизу, едва ли на доски не разобрав. Ничего. Я принялась за бельевой, а Тагард переместился на пол.

— Могу я задать вопрос?

— Что тебя интересует, Цефея?

— Почему вы так странно касаетесь к плитам? — меня действительно снедало любопытство, как так без простукивания чем-то тяжёлым можно обнаружить полость в каменной кладке.

— Замок обычно благосклонен к своему хозяину. Поэтому я рассчитывал, что он поможет мне. Но что-то мешает, либо я… — Тагард замолчал, но его лицо помрачнело настолько, что я не рискнула дальше лезть с расспросами. Видимо, он действительно делал ставку на родовую магию или что-то подобное, но решил, что, потеряв способность к обороту, лишился ещё каких-то способностей. Бить по больному у меня совести не хватило, поэтому начала выгребать содержимое бельевого шкафа.

— Лорд Тагард, вы действительно отдадите одежду Эллера слугам?

— Да, а ты хотела забрать что-то себе? — мужчина удивлённо приподнял смолистую бровь, заметив, как я кручу в руках мужскую сорочку.

— Не себе, Лорне. Мы хотим с Илзой её искупать, а вот эти две ношеные, но достаточно крепкие и мягкие: как раз приятно к телу будут, натирать не станут. Пусть мужские, но по длине вполне сгодятся.

— Конечно, бери. Хотя мне странно видеть такую заботу к старой служанке, — Тагард подозрительно прищурился, наблюдая как я аккуратно складываю приглянувшиеся мне вещи.

— Напрасно подозреваете меня в попытках подхалимажа или чём-то подобном. Несмотря на то что Лорна была вашей няней и вы явно питаете к ней не только уважение, но и нежные чувства сродни родственным, хотя в отношении мужчин не принято так говорить, мне искренне жаль, что она находится в таких условиях и просто по-человечески хочу ей помочь. У меня тоже была бабушка, о которой мы с матерью заботились. В крепости Лоредан к слугам, которые уже неспособны стали исполнять свои обязанности, также относились с уважением. Если были родственники в деревне, то отправляли к ним, если нет, то оставляли до последнего вздоха, а затем хоронили на втором семейном кладбище. Там покоятся, вернее, покоились люди, преданные роду.

Тагард кивнул, а затем кинжалом подцепил в углу одну из плит, размером с мою ладонь:

— Теперь понятно, почему крепость так долго не могли взять: все готовы были защищать Лореданов, как свою собственную семью, а не просто как господ, которым служат. Это ценно. Особенно в наше время, когда всё покупается и продаётся.

И тут Тагард снова сделал паузу, увидев, как я тереблю браслет на правой руке. Старая дурацкая привычка, когда думаю.

— Я помню своё место, не

Мой собеседник подцепил что-то кончиком клинка и потянул вверх, переводя разговор в другое русло:

— А вот небольшой схрон остался нетронут. Похоже, что Эллер про него просто забыл или впопыхах не вспомнил.

— Угу. Пыли столько, словно сюда годами не влезали.

Тагард похлопал по мешочку, ставшему тут же из серого коричневым, и вытряхнул на ладонь десяток золотых монет. Приблизив одну из них к глазам, покрутил, а затем вместе с остальными ссыпал обратно.

— Думаю, это один из первых схронов Эллера: такими монетами расплачивались, когда я только поступил на службу королю. Позднее стали чеканить немного по-другому. Крыса. Многие управляющие приворовывают, но даже в те годы эта сумма была весьма приличной.

Да уж. Это сколько же Эллер наворовал за эти годы⁈ По выражению лица Тагард было видно, что не одну меня посетили мысли на эту тему.

— Этих денег точно не хватит ни на провизию, ни на ремонт замка…

— Деньги — не твоя забота, Цефея. Это моя задача их добыть, чтобы обеспечить всех, — произнёс Тагард, возвращая плиту на место.

Услышать подобное было неожиданно, привыкла я как-то сама на себе всё тянуть. Хотя в рамках этого мира, наверное, так и должно быть, когда мужчина является добытчиком и берёт на себя все обязанности главы дома. Цефея ведь просто распоряжалась деньгами, получаемыми от отца. Вот оно, то самое столкновение собственного опыта с местными реалиями. Просто семейство Лоредан, насколько успела понять, немного отличалось своими правилами и традициями от других аристократических родов этого мира.

В конечном счёте, тщательно обыскав комнату управляющего, больше ничего ценного найти не удалось.

— Какие будут указания, лорд Тагард? — решила уточнить я перед тем, как мы вышли в коридор.

— Первые дни просто ознакомься с замком. Вечером буду ждать с отчётом. Нужно понять, какие вопросы нужно решать в первую очередь, помимо провианта. Комнату на всякий случай запирай, а ключ носи не в общей связке.

— Как скажете. Единственное… Я могу взять кого-нибудь из слуг-мужчин для сопровождения, иначе легко могу заблудиться в первый раз.

— Обращайся к Норману. Он самый толковый из всех, всё знает, сможет показать и рассказать как следует. Я скажу ему, чтобы пришёл к тебе.

У меня прямо гора с плеч свалилась. Норман мне тоже показался дельным, особенно после того, как проникся моей просьбой насчёт Лорны. А мне ведь ещё воевать с нянькой Тагарда сейчас предстоит…

Глава 23

Несгибаемые

Тагард сказал, что решит вопрос с провиантом, а сам направился к конюшне, показав предварительно, где находится его кабинет. Заодно запомнила, какие лестницы и коридоры предназначены для хозяев замка и гостей, а какие для слуг. Неоспоримый плюс должности экономки состоял в том, что я имела ходить где угодно, как и Норман, считающийся теперь кем-то средним между помощником Тагарда и управляющим замка.

Возле каморки Лорны я оказалась как раз в тот момент, когда девушки уносили последние вёдра с грязной водой. Увидев меня, няня Тагарда, молчавшая до этого, по крайней мере, в коридоре было тихо, пока я шла, разворчалась, сетуя на то, что над старой женщиной издеваются.

— Илза, Лорна уже ела или со всеми этими уборками не до того было?

— Я приносила завтрак, так что всё в полном порядке.

Фенелла бросила негодующий взгляд через плечо, фыркая, словно лошадь:

— Старухе кашу варит, а нас бобовой похлёбкой приевшейся пичкает.

Несмотря на возмущения гордячки, я мысленно выдохнула: всё-таки бобы — это не та пища, которой трижды в день стоит кормить пожилых. Слишком тяжёлая для организма, в таком возрасте нужна более легкоусвояемая еда.

Я подошла к Илзе, чтобы никто не услышал, о чём будем шептаться, и тихонько спросила:

— Каша?

— Я спрятала немного для Лорны… — виновато опустила глаза вниз кухарка. — Ещё крупа для похлёбки есть: хотела из вяленого мяса сварганить, госпожа экономка.

— Никаких «госпожа». Просто Цефея. Это правильно, что приберегли для Лорны нормальные крупы, так что не переживайте — никто ругаться не будет. На сегодня-завтра хватит?

Илза кивнула.

— Хорошо. Потом что-нибудь придумаем. А пока нужна будет вода и лохань, — я показала свёрнутые сорочки. — Пока посмотрю, что там служанки наработали.

Перешагнув порог, я даже не сразу узнала каморку Лорны, настолько она преобразилась. Исчезла паутина, каменные стены и пол ещё влажно блестели, высыхая прямо на глазах под дуновением ветерка, врывающегося из распахнутого настежь окошка.

— Госпожа Цефея, я задвижку сейчас прилажу новую.

Я обернулась и увидела Гиллиса, с ящиком инструментов в руках.

— Просто Цефея.

— Да, простите. Пришлось сломать старую, иначе было никак не открыть окно.

— Всё правильно. Не буду вам мешать, — я вернулась в коридор, радуясь, что теперь в каморке стало намного уютнее и светлее. Служанки даже тумбочку в изголовье кровати отскоблили от воска. Илзы уже не было, видимо, отправилась за водой, зато возле Лорны обнаружился Норман вместе с Алистером и Корлом. Отлично, значит, как только Гиллис починит окно, можно будет сразу занести кровать обратно.

— Норман, вам лорд Тагард передал, чтобы вы показали мне замок?

— Да. Через какое время мне стоит подойти?

— Думаю, примерно через час. Мы с Илзой к тому времени должны управиться.

— Ни к чему это! — запротестовала Лорна. — Еду на старуху переводите. Воду тратите. Мне не так долго осталось, нечего со мной возиться!

— Кто сказал, сколько вам отмеряно? — я подняла указательный палец вверх. — Только там точно знают, когда кому придёт срок, а вот приближать его, игнорируя здравый смысл, не стоит. Как минимум, это весьма эгоистично по отношению к окружающим, хотя и выглядит на первый взгляд альтруистично.

Лорна поджала губы, переваривая услышанное и недовольно зыркая на меня из-под седых бровей. Ничего, у моей бабушки был похожий характер. Мы с матерью всё равно умудрялись гнуть свою линию каждый раз приезжая в деревню, неужели я одна не справлюсь⁈

Гиллис вышел из каморки и поставил ящик с инструментами подальше от двери на пол:

— Готово. Заносить?

— Да. Спасибо большое.

Мужчины подхватили кровать и вместе с вцепившейся в её края Лорной, втащили в каморку. Зато в коридоре я увидела стоящую пустую лохань. Вот

— Зачем тебе это всё нужно? Хочешь выслужиться перед господином Беантаном?

— Нет, — я спокойно положила сорочки на тумбочку, разворачивая верхнюю. Лорна хоть порядком и высохла, но даже сквозь очертания силуэта через одеяло, было заметно, что в своё время она была, что называется, кровь с молоком. Широка в плечах и бёдрах, я бы сказала, крута, как говорили в деревне. Поэтому немудрено, что одной Илзе даже при её габаритах было не справиться с купанием Лорны.

— Это что это? Мужское исподнее⁈ — закрутила головой женщина, пытаясь рассмотреть, чем я занимаюсь.

— Надо же вас во что-то переодеть после купания, а более подходящих вещей на смену я не нашла. Да, мужская, но достаточно длинная. Под одеялом всё равно будет не видно.

— Ты специально издеваешься надо мной! Над немощной старухой! Пользуешься тем, что я не могу дать тебе достойный отпор! Я пожалуюсь господину Беантану! — в голосе Лорны послышалась дрожь, а из прозрачных глаз брызнули слёзы.

О, как же мне это знакомо! Сперва проявление боевого пыла, а потом упивание жалостью к самой себе и желание вызвать сочувствие у окружающих, давя на эмоции. Я обошла кровать так, чтобы меня нельзя было ухватить за край платья, не забыв мысленно поблагодарить Тагарда, что он уехал из замка и сейчас не примчится на защиту любимой няни.

— Жалуйтесь. Вот вставайте и идите жаловаться. Прямо сейчас. Только хочу предупредить, что сейчас вашего воспитанника нет на месте, а когда вернётся — никто не знает. Так что длительная прогулка по замку вам гарантирована.

— Да ты точно меня со свету сжить хочешь, девчонка! — продолжая рыдать, гордо вскинула голову Лорна. — Я всё расскажу! Про все твои издевательства и насмешки!

Так, вторая часть Мерлезонского балета: концентрация жалости и угрозы. Чувствую, скоро третья наступит: отрицание, а затем смирение.

— Я над вами ни разу не усмехнулась и не оскорбила, наоборот, обращаюсь с уважением и искренне хочу помочь.

— Ты меня отправила к господину Беантану! А я почти не встаю!

— Вот это плохо. Чем больше лежите, тем сильнее дряхлеют мышцы. Гораздо быстрее, чем от возраста. Он здесь как раз таки совсем ни при чём. Проблема в лени и жалости к самой себе. Рано вы себя со счетов списали, Лорна, лорд Тагард будет вами недоволен.

— Да я ходить не могу!

Я сдёрнула одеяло и посмотрела, как заёрзали пятки, лишившись укрытия. Уже хорошо, подвижность есть, а остальное, при должном уходе — дело времени.

— Лорна, вы у меня не только ходить, вы у меня бегать будете! Не сразу, но да. Я так просто от вас не отстану.

Лорна шмыгнула носом, а затем скрестила руки на груди, выпятив подбородок и надув губы:

— Я не буду мыться!

От двери донёсся довольный смешок:

— Встретились две несгибаемые.

— Ну ты хотя бы ей скажи, Илза! Нельзя так со мной… — взмолилась Лорна, моментально переключившись на кухарку и найдя в ней свою новую жертву для манипуляций жалостью.

— Прости, Лорна, но сегодня я тебя не поддержу.

Разговаривать спиной я как-то не привыкла, поэтому встала немного полубоком, чтобы видеть обеих женщин.

— Илза, вы слышали весь разговор?

— Абсолютно. Подслушивать не имею привычки, но войти раньше не решилась, чтобы не помешать, а потом вы обе уже не обратили на меня никакого внимания.

— Так даже проще будет. Что думаете: оставим Лорну как есть, поддавшись на её уговоры или всё-таки доведём дело до конца?

— Это и так сразу было ясно: приведём эти мощи в порядок, а там, глядишь, они и оживут. До сегодняшнего дня я одна с ней колотилась, даже внучка родная к ней не захаживает, а тут такая подмога…

— Внучка? — я посмотрела на внезапно притихшую Лорну, а потом перевела взгляд снова на Илзу. — А кто её внучка? Кто-то из служанок замка?

— Так Фенелла. Гонору у неё немерено, считает, что не с руки ей с бабкой возиться. Отжила уже своё, незачем на неё своё время и здоровье тратить, — не моргнув даже глазом, «заложила» непочтительную внучку Илза.

После таких слов у меня челюсти сжались от негодования. Никогда не понимала и не пойму таких людей. У нас в семье было принято «дохаживать» стариков, не бросая на произвол судьбы из-за их немощности или болезни. Даже бабушку по отцу отправили в частный пансионат, когда ту накрыла внезапно деменция и она стала опасна не только для окружающих, но и для самой себя: сбегала из дома, добиралась до спрятанных ножей и острых предметов, изрезала стены, гоняясь за призрачными вредителями. Мы честно сидели с ней круглосуточно, но даже ни на минуту не могли оставить без внимания, отлучившись в тот же туалет, чтобы она чего-нибудь не вытворила. Как же нас осуждала родня! Но потратив просто безумные деньги, не только сумели определить её в приличное место с медицинским уходом, но и найти психиатра, обследовавшего её как следует и прописавшего препараты, вернувшие ей, не побоюсь этого слова, человеческий облик. Видя, как к ней относимся, часто навещаем и проводим с ней по возможности время, старшая медсестра даже шепнула мне, как оформить по государственной программе к ним, а не вбухивать такие суммы на содержание. В итоге бабуля жила в пансионате, отдавая всю свою пенсию, а мы оплачивали только узких специалистов и лекарства. Даже проклинающие нас родственники сменили гнев на милость, когда вместо выжившей из ума старухи увидели обычную пожилую женщину. Вообще деменция — страшная вещь, и не дай бог, чтобы чей-нибудь родственник с ней столкнулся. Моих бабушку и дедушку она, к счастью, миновала, и они тихо-мирно умерли у нас на руках, когда их жизненный путь подошёл к концу. Вот о таком закате своей жизни я мечтала, но на всякий случай предупредила родителей и хотела попросить детей если бы они у меня родились, чтобы отправили в такой же пансионат, в какой мы поместили бабушку по отцу. Точно такое же распоряжение было и у меня насчёт родителей: нам всем хватило того примера, когда без специализированной помощи могли погибнуть все.

Я смотрела на Лорну, так напоминающую мою бабушку по матери, отмечала про себя, что няня Тагарда

— Илза, его нужно заменить, он совершенно пришёл в негодность… — а про себя добавила, что удивлюсь, если в нём до сих пор не завелись опарыши.

Кухарка поняла мою недосказанность, но покачала головой:

— Подходящий чехол из холстины у меня есть, а вот чем набить, придётся подумать.

— Нечего тут думать, пойдёмте со мной, Илза.

Кухарка с любопытством посмотрела на меня, а, затем добавив строгости в голос, предупредила Лорну, что мы вскоре вернёмся.

— Где ваша комната? Нужно сперва забрать чехол, потом пойдём ко мне перину потрошить.

— Цефея, вы хотите набить пухом матрас для Лорны? — кухарка едва не споткнулась на ровном месте.

— Согласна, не самый лучший вариант: в таком возрасте, что у Лорны, нужно что-то пожёстче, чтобы спина не болела, но пока не вижу иных вариантов.

— Вы. Хотите. Сделать. Дорогой. Матрас. Для. Старой. Служанки?

— Да, и ещё раз — да! Мне не жалко, поэтому готова поделиться своей периной, чтобы она смогла нормально спать, по-человечески, а не вот так… почти по-скотски, брошенная и покинутая в одиночестве. Я благодарна вам, Илза, за вашу заботу по отношению к Лорне. Вам может казаться странным такое моё отношение к чужому человеку, но в нашей семье о стариках всегда заботились.

— У вас доброе сердце, Цефея, — расчувствовавшись, Илза хлюпнула носом.

— Не для всех Илза, не для всех…

— У вас связки ключей с собой?

— Конечно. Вы хотите что-то мне показать?

— Эллер требовал, чтобы я годный пух и перья с птицы собирала в мешки и убирал в одну из кладовых. Там немного, сами понимаете, что не так часто кур или дичь ели, но, возможно, хватит, чтобы и ваша перина не сильно стала «жидкой».

— Спасибо, это действительно хороший вариант. Тогда сперва к вам, потом в кладовку, а затем ко мне. Вон девушки уже с водой идут.

Я приказала оставить вёдра возле дверей каморки Лорны и нагреть ещё, чтобы к нашему возвращению была горячая, так как эта точно успеет остыть. Простужать няню Тагарда в мои планы не входило. В конечном счёте мы в две руки набили вполне себе приличный матрас, смешав пух с перьями из мешков и моей перины.

Пока тащили матрас и одну из моих подушек, Илза шепнула, чтобы я запирала дверь и была осторожна с Мореей, так как та была «любимой служанкой» Эллера. К Фенелле тот тоже пытался клинья под юбку подбить, но та, прикрываясь статусом бабушки, берегла себя для лорда Тагарда. Просто нет слов от таких «высоких отношений» и уровня «порядочности». Чувствую, от этих двух ещё нахлебаюсь по уши добра.

Лорна встретила нас очередными протестами, хотя уже и не такими сильными, как ранее. Пристроив на тумбочке матрас с подушкой, чтобы не свалились раньше времени, принялись за дело и за тело. Совершив ещё в моей спальне кощунственный акт надругательства над одной из сорочек Эллера, порвали её на лоскуты, чтобы использовать в качестве мочалок, так как использовать лыковую попросту не решились, боясь травмировать кожу Лорны. Поэтому, видя, что мы настроены решительно, старая женщина могла лишь бубнить себе под нос на упёртых негодяек.

Глава 24

Что ни делается, все к лучшему

Остатки ветхой сорочки поначалу мы с Илзой попытались осторожно снять, а потом, плюнув на бесполезность затеи, попросту разорвали. Благо ткань была совсем ветхой, удивительно, как только она ещё раньше не развалилась на Лорне. Мне кажется, я даже ночью во сне буду слышать треск расползающейся ткани.

— Илза, лорд Тагард ведь ещё не возвращался?

— А что такое? — поинтересовалась кухарка, деловито освобождая руку Лорны из остатков правого рукава.

Я показала на пролежни на спине:

— Лекарства нужны, а у него точно оставалась заживляющая мазь.

— Не стоит на меня снадобья дорогущие тратить, я и так одной ногой в могиле! — снова упрямо затвердила Лорна.

Мы с Илзой одновременно тяжело вздохнули, но продолжили своё дело. Ибо что тут было говорить? Наша песня хороша, начинай сначала. Из-за пролежней, к счастью, не совсем запущенных, пришлось развести воду в лохани до температуры парного молока, прежде чем усадить в неё Лорну. Мыть пришлось максимально бережно и аккуратно, хотя, на мой взгляд, тут больше подошла бы железная мочалка для мытья посуды — настолько давно не совершала няня Тагарда банные процедуры. А сколько раз пришлось вычёрпывать грязную воду, чтобы сменить, даже вспомнить страшно. Помимо спины, возникла проблема с волосами: как мы ни пытались их распутать, ничего не выходило.

— Илза, у вас ножницы есть? — устало спросила я кухарку, отчаявшись расчесать очередной клок гребнем.

Лорна испуганно выхватила из моих рук свою хиленькую косичку:

— Только падшим женщинам, да заразным волос режут!

Я присела рядом с лоханью так, чтобы мои глаза оказались на одном уровне с лицом старой женщины:

— Мы молиться на эту свалявшуюся мочалку будем или отрежем всего лишь часть, пока какой-нибудь гадости в вашей голове не завелось и пришлось бы побрить налысо?

— Лорна, не дури — соглашайся. Отрастут ещё твои кудри. Или продолжим драть до тех пор, пока не расчешем всё. Только тогда, боюсь, останется три волосины всего, если не меньше, — пробухтела Илза, уперев руки в бока.

Лорна перебирала дрожащими пальцами самую запутанную часть косички, который нам так и не удалось распутать. Там действительно свалялось настолько, что было даже на пряди её не разделить. Как и ожидалось, у няни Тагарда тоже ничего не вышло.

— Если придётся отрезать повреждённые волосы слишком коротко, то я покажу, как можно красиво повязывать платок до тех пор, пока они не отрастут. Почти как корона будет! Обещаю.

— Ладно, режьте… — смирилась Лорна, протягивая косичку, словно принося её в жертву.

Илза сходила за ножницами, а затем вручила их мне. Я зашла Лорне за спину, а затем

— Да что ты там всё чикаешь⁈ Так ничего совсем не останется! — всполошилась няня Тагарда, однако крутить головой не стала, чтобы случайно не напороться на острые концы ножниц.

Я попыталась успокоить нервничающую Лорну, сосредоточившись на срезе:

— Останется и весьма даже прилично.

Пока я изображала из себя парикмахера, Илза сняла с кровати всё до самых досок и вытащила в коридор:

— Куда это потом, Цефея?

— Сжечь. Всё равно иного применения им не будет.

Причитания Лорны зашли на новый вираж.

Илза взяла очередную тряпку и тщательно протёрла кровать, смочив предварительно в чистой воде. Убрав остатки влаги, кухарка раскинула матрас, хорошенько перетряхнув, чтобы не было внутри комков, застелила тёмно-синей, выцветшей от времени простынёй, «прихватизированной» из моей спальни.

— Расточительницы! — взвыла Лорна. — Что скажет господин Беантан⁈

— Я думаю, что он не будет против. В любом случае: ответственность за все учинённые над вами безобразия беру на себя, — я бережно начала смывать с шеи Лорны мелкие волоски, но едва не выронила тряпочку, увидев едва заметный шрам. Очень похожий на тот, что оставил на моей шее рабский ошейник. Няня Тагарда была рабыней? Но как такое возможно, если Илза сказала мне о том, что семья Лорны давным-давно служит в этом замке? На вольных слуг рабские ошейники не надевают даже за самые суровые прегрешения, и сомневаюсь, что если бы женщина продала себя за долги, то ей позволили ли стать няней и, наоборот, оказаться рабыней: скорее простили долг или ссудили деньги в долгую рассрочку из жалованья. Стараясь не акцентировать внимание на своей внезапной находке, я продолжила мытьё.

— Кстати, там Норман в коридоре ожидает, — вспомнила Илза, расстилая новое одеяло. Ну как новое… Эллер, видимо, предпочитал не только жить в комфорте, но и спать, так как укрывался сразу двумя одеялами. Мне достаточно было и одного, поэтому без зазрения совести отдала второе Лорне.

— Да, я просила его зайти за мной, вот только не рассчитала время. Как-то упустила из виду, что займёмся постельными принадлежностями.

Придерживая Лорну с обеих сторон, мы подняли её на ноги и окатили в последний раз водой. Насухо вытерев тело, замотали голову в полотенце, а затем надели сорочку, чуть-чуть не достававшую женщине до колена. Усадив ворчащую, но уже больше для вида, Лорну на кровать, я выскользнула в коридор.

— Простите, Норман, что вам пришлось ждать. Не знаете, вернулся ли уже лорд Тагард?

— Я видел, как Алистер ушёл в башню, чтобы открыть ворота. Наверное, лорд Тагард сейчас на конюшне.

— Благодарю вас, Норман. Не могли бы вы прислать служанок, чтобы они унесли вёдра и лохань?

— Конечно.

Я предупредила Илзу, что скоро вернусь, а сама помчалась на конюшню, считая повороты, чтобы случайно не оказаться в другой части замка. Лорд Тагард как раз разговаривал с Корлом, вешающим сбрую на специальный крюк.

— Простите, лорд Тагард, могу я с вами поговорить?

Генерал бросил какую-то фразу конюху, а затем быстрым шагом подошёл ко мне:

— Что-то случилось, Цефея?

— Не совсем. У вас ведь осталась ещё заживляющая мазь? Я хотела бы ею воспользоваться. Вернее, она не мне нужна, а Лорне.

Тагард нахмурился и жестом показал следовать за ним.

— Что с ней?

— Пролежни. Это такие раны на спине от долгого лежания, часто бывают у пожилых людей. Надеюсь, что мазь поможет их излечить, других подходящих лекарств ведь в замке нет.

— Да, сейчас дам.

Таким образом, я узнала не только, где находится кабинет Тагарда, но и его спальня. Получив заветную баночку, я поспешила обратно, а оказавшись в каморке, увидела милую картину: Илза досушивала волосы Лорны полотенцем, не забывая проходить по ним гребнем, из-за чего няня Тагарда напомнила мне одуванчик с торчащими во всё стороны белоснежными мягкими на вид прядями. Хотя при моём появлении пожилая женщина свела брови вместе, я всё-таки заметила довольную улыбку на её лице. То-то же! Кому может не нравиться чувствовать себя чистым? Не знакома с такими. За время моего отсутствия служанки убрали вёдра вместе с лоханью и даже пол притёрли, так что перемещаться по каморке стало намного удобнее. По обе стороны окна я заметила вбитые гвозди и сделала себе зарубку на память, чтобы найти занавески или смастерить наподобие тех, что были у моей бабушки в деревне. Всё меньше дуть будет. Всего-то нужно два небольших отреза размером со средних размеров полотенце и верёвка, чтобы, продев её в кулиску, закрепить на гвоздях.

Илза заплела две короткие косички всего на три звена, а потом помогла мне обработать спину Лорны мазью. После чего с чувством выполненного долга мы ушли.

— Илза, вам помочь чуть позже с приготовлением обеда, а то вы и так сильно задержались?

Кухарка махнула рукой, закатив глаза:

— Было бы из чего готовить… Успею.

— В таком случае займусь своими делами.

Общаться с Норманом было одно сплошное удовольствие: лишних вопросов не задавал, на мои отвечал кратко, но по существу. Легче всего оказалось с осмотром кладовых и подсобных помещений: они попросту были пусты настолько, что только перекати-поля не хватало для достижения абсолютной атмосферности. Далее мы обследовали помещения на первом этаже, пройдя весь замок по кругу. Под конец мы с ним оба, не сговариваясь, устало опустились на ближайшую скамеечку, наплевав даже на слой пыли на ней.

— Норман, скажите, а что, Эллер вообще не следил за тем, чтобы служанки занимались уборкой ежедневно?

Мужчина пожал плечами:

— Первое время так и было, а потом он стал запрещать ходить в те части замка, которые считались нежилыми. Под этим предлогом урезал жалованье, а слуги тем более не стали упорствовать, не особо утруждая себя в исполнении своих обязанностей.

Понятно, куда пошло сэкономленное жалованье: в карман Эллеру. Но в таком случае «упасть в пропасть» он должен был нагружен мешками золота аки ишак. Где-то же он должен был прятать целое состояние. А ещё было обидно за Тагарда: пока он мечом махал, чтобы обеспечить слуг и поддерживать замок в достойном состоянии, его деньги уходили налево. Хотя мог ведь жить ни в чём себе не отказывая, швыряясь золотом направо и налево. Можно, конечно, сказать, что для воина это проблема, времени и возможностей мало, когда почти всегда на поле брани, но я ещё не забыла уроки истории и исторические романы, в которых прекрасно

— Допустим. Но, Норман, что бы там ни случилось, за башнями и крышей замка нужно было следить, своевременно ремонтировать или обновлять, чтобы не допустить того печального зрелища, что мы увидели с лордом Тагардом, даже находясь на приличном расстоянии от главных ворот.

— Мы с Гиллисом и Алистером пытались повлиять на Эллера, но ничего из этого не вышло… — Норман, слегка поморщившись, повёл плечом, что я догадалась, каким образом Эллер «убедил» чрезмерно инициативных слуг не совать носы не в своё дело. У меня самой до сих пор ощущались фантомные боли в спине от плетей, поэтому скомкав пальцами подол платья, заставила себя успокоиться, чтобы не наговорить лишнего вслух, хотя на языке вертелась такая отборная брань, что пьяные колхозные трактористы рыдали бы от зависти.

— Норман, давайте сейчас передохнём, как раз время обеда, а после продолжим, но начнём с осмотра башен. Хотя бы тех, что находятся ближе всего к главному залу, иначе крыши в них могут окончательно обвалиться, и тогда спасать помещения, расположенные под ними или рядом с ними будет уже бессмысленно.

— Как скажете, Цефея, но тут полностью с вами согласен. Рухнут башни, и замку быстро придёт конец, — согласился Норман, ожидая, когда я поднимусь.

С непривычки гудели так, что хотелось их оторвать и выбросить. Как раз следом за позвоночником, вытащенным через ноздрю, ибо такое извлечение бесполезной связки костяшек мне виделось наиболее гуманным. Мне хватило и безумной скачки на Бране, и приключений в лесу.

Как и следовало ожидать, на обед мы безбожно опоздали, совершенно потеряв счёт времени, поэтому в кухне мы застали лишь Илзу и… Тагарда, деловито ощипывающего тушки каких-то птиц. Но тут даже не знаю, что больше привлекло моё внимание: генерал, занятый не совсем полагающимся для лорда делом, или чарующий аромат мясной наваристой похлёбки, от которой тут же засосало под ложечкой.

Счастливая Илза тут же налила нам по огромной миске и поставила на стол:

— Господин Беантан удачно поохотился, так что теперь у нас есть мясо!

Тагард никак не отреагировал на реплику кухарки, беря в руки следующую тушку и окуная её в ведро с кипятком, чтобы легче было ободрать перья.

— Вам помочь?

— Опять ложкой? — хмыкнул Тагард, вспоминая наше с ним пребывание на островке.

— Какой ложкой? — не поняла Илза, растерянно хлопая белёсыми ресницами и переводя взгляд, то на меня, то на генерала.

— Наша экономка, Илза, имеет весьма оригинальный подход к ведению домашнего хозяйства, в частности, это касается приготовления еды… — пояснил Тагард, а затем рассказал, как я его «уделала» ложкой в два счёта при чистке рыбы.

От смущения и неловкости у меня даже кончики ушей запылали. Уткнувшись в свою миску, я быстренько дохлебала похлёбку, а потом утащила Нормана осматривать башни. А вечером меня ждал отчёт перед Тагардом.

Глава 25

Нелегкий день

К вечеру я умоталась настолько, что готова была упасть там, где стояла. Невзирая даже на то, что нашли бы моё измождённое тельце в одном из заброшенных коридоров не раньше, чем через неделю, так как Нормана отпустила раньше, чем сама для себя решила, что осмотр на сегодня. Как меня ноги вынесли к кухне, честно говоря, помню с трудом, так как, бредя на автопилоте, продолжала прокручивать в голове увиденное и делать себе заметки «на будущее».

На ужин Илза приготовила роскошное жаркое, в которое добавила какие-то местные дикорастущие травы и салаты. Почему в самом замке не было чего-то вроде собственного огорода, решила поинтересоваться позднее, хотя в той части, где располагался запущенный сад, угадывалась подходящая для подобных целей территория, свободная от кустарников и редких деревьев. Надеюсь, что Норман или Илза смогут пролить свет на эту тайну. В конце концов, грядки, находящиеся под боком, всегда будут подспорьем для обитателей замка: если не для возделывания сельско-хозяйственных культур, то под зелень и целебные травы.

Сидевшие по обе стороны от меня служанки поглядывали в мою сторону с ненавистью, но сказать что-либо не решались. А чего они хотели? Что я сама буду канифолить замок, пока они свои ручки берегут? Шиш без масла! И не потому, что у нас его почти осталось, просто не заслужили даже такой малости. После обеда я решила, что девушки достаточно отдохнули, поэтому поручила им отмыть зал на первом этаже и ближайшие к нему лестницы, игнорируя тяжёлые вздохи и причитания, что с этой задачей им не справиться и за год. Пришлось напомнить, что если бы не их попустительство, то такого гадюшника не возникло. Попытка убраться «на отвали» с треском провалилась, когда я специально спустилась проверить, как идёт дело, и заставила всё перемывать.

Во взглядах служанок так и читалось, с каким удовольствием они бы меня придушили, вот только сил в их дрожащих ручках уже не осталось. В принципе, если планомерно заваливать их работой днём, глядишь, ночью доползти до моей комнаты и устроить какую-нибудь каверзу, они будут уже не в состоянии. Вот она, пассивная безопасность! Больше всего пыхтения и искр летело, естественно, от Фенеллы, а вот Морея затаилась, из чего я решила, что опасаться её нужно сильнее, чем внучки Лорны. От «тихушников» всегда проблем больше, чем от явных агрессоров, так как никогда не угадаешь, в какой момент будет нанесён удар и каким образом. Хорошо, что Илза в своё время предупредила насчёт бывшей любовницы Эллера, что б ему пусто было и икалось при каждом вздохе!

Кстати, о Лорне. Незадолго до ужина я отнесла ей нежнейшие разваренные крылышки, мясо которых буквально само отпадало от костей. Можно было бы сразу выложить на тарелку чисто мякоть, но я прекрасно усвоила, что люди, подобные няне Тагарда, до последнего вздоха следуют девизу «Я — сам!». На этот раз моё появление Лорной было воспринято гораздо более благосклонно, чем ранее. Она даже не особо ворчала, когда я отказалась покинуть её каморку до тех пор, пока женщина всё не съест. Само собой, порция была намного меньше, чем у остальных слуг, но мы с Илзой договорились, что постепенно будем увеличивать размер, чтобы не возникло проблем с желудком с непривычки. После трапезы я помогла Лорне умыться, а затем удалилась, пожелав доброй ночи.

Неподалёку от кухни меня подозвал к себе Тагард, причём таким строгим голосом, что на лицах служанок, спешащих на ужин, на мгновение

После еды девушки молча встали и оставили свои миски на столе, намереваясь уйти, но были остановлены мной и совсем как в детском садике, отчитаны, что каждая должна убрать за собой и поблагодарить Илзу за ужин. Количество ножей, желаемых вонзить в мою спину ощутимо увеличилось, но никак не могло повлиять ни на что. В конце концов, уважение и соблюдение иерархии — это залог порядка и верно выстроенных деловых отношений. Такой политики я придерживалась всегда, даже когда общалась со своими бригадами непосредственно на объекте, хотя знали друг друга не первый год.

Перед тем как постучаться в кабинет Тагарда, я привела в порядок платье и только потом занесла руку перед дверью, но не успела даже раз опустить сжатые в кулак пальцы, как услышала:

— Входи, Цефея!

— Добрый вечер, лорд Тагард, — я перешагнула через порог, закрыла за собой дверь, прошла пару метров, как подсказала память Цефеи, и остановилась.

— Присаживайся, — генерал кивнул на одно из кресел, стоящих перед его столом. — Что скажешь?

Я заняла указанное место и по привычке сложила руки перед собой, накрыв левой ладонью правую кисть.

— Если вкратце… Будь я наёмной работницей, то тотчас же сняла с себя знак отличия и швырнула на стол. А затем развернулась и ушла выть на болота от безысходности, но со слезами радости на глазах, что теперь не мне всё это разгребать. Но, к сожалению, такой роскоши мне не видать…

— Настолько всё плохо?

Я прикрыла глаза и начала было загибать пальцы, как Тагард снова говорил:

— Может, обсудим в другой раз? Завтра, например. День был долгим…

Я только по проскользнувшим в голосе ноткам беспокойства сообразила, что не так, а потому сразу решила развеять все сомнения:

— Всё в порядке, мне просто так удобнее вспоминать увиденное. В общем, насчёт запасов провизии я уже говорила ранее, там совсем ничего не осталось. Теперь по поводу состояния самого замка. Всё осмотреть, конечно, не удалось — слишком мало времени было. Мы с Норманом обошли примерно треть замка, но что касается ближайших башен, то заменой одной лишь черепицы не обойтись даже в той, которая выглядит визуально лучше других. Стропила, раскосы и стойки сгнили, балки ходуном ходят, стоит их даже слегка пошевелить. Кладку кое-где необходимо не просто укрепить раствором, а заново переложить…

Я, наверное, около часа рассказывала пошагово обо всех увиденных мною недочётах. Тагард слушал внимательно, не перебивая, лишь изредка во время вынужденных пауз, которые мне требовались, чтобы перевести дух, поправлял или уточнял какие-то нюансы. Так я узнала, что шесть башен носят названия сторон света, а седьмая именуется Главной, так как именно возле неё издревне были сконцентрированы покои семьи главы рода. В прежние времена как раз они располагались от Западной до Южной. Между Северной и Северо-Восточной как раз находятся ворота, ведущие в замок, поэтому обе они считаются условно «дозорными» и «оборонительными». Возле Северо-Западной как раз сейчас находились мы с Тагардом, а Юго-Восточная отводилась для гостей. Хотя со временем такое распределение неоднократно претерпевало изменения.

Когда я закончила и открыла глаза, то наткнулась на задумчивый взгляд Тагарда, в котором смешались удивление, восхищение и потрясение. Честно говоря, подобного коктейля мне до этого момента мне не доводилось ни разу в жизни увидеть.

— Цефея, тебе с такой памятью нужно в разведке служить. Цены бы не было…

— Ой, нет, спасибо, не нужно мне таких радостей жизни — текущих вполне хватает. К тому же не обладаю нужной степенью безразличия и кровожадности, — я протестующе замахала ладонями, будто отгоняя от себя невидимую напасть.

Тагард подавил усмешку, а затем полез в один из ящиков стола, после чего вытащил какой-то кусочек металла, сверкнувший при свете ближайшей свечи серебристым блеском.

— В Тагардском замке никогда не было экономок, но был второй помощник управляющего. Думаю, что эта фибула вполне может заменить полагающийся тебе по должности знак.

Я поднялась со своего места и подошла к столу, чтобы взять с ладони застёжку-брошь, но мой взгляд упал на средний палец правой руки, на котором красовался перстень, хотя до этого дня никаких украшений на Тагарде не видела.

— Цефея, что-то вы бледно выглядите. Идите отдыхать.

— Да-да, конечно… Благодарю за заботу, лорд Тагард, — я взяла фибулу и приколола на уровне правой ключицы точно в том же месте, где носила отличительный знак экономки замка Лоредан Цефея.

Оказавшись в коридоре, я дошла до ближайшего поворота и лишь тогда позволила привалиться себе спиной к стене. Готова побиться об заклад, что если не этот самый перстень с гранатом, то очень на него похожий на него нашла среди камней возле крепости Данноттар, незадолго до своей гибели. Сперва знак «алеф», теперь он… Куда, чёрт возьми, меня занесло, а главное — с какой целью⁈

Глава 26

Замок с сюрпризами

Неожиданно холодные камни за моей спиной едва заметно потеплели. Так, всё. Спать, иначе и не то померещится. Отлепившись от каменной кладки, я побрела в сторону своей спальни, надеясь, что всё это просто плод моего воспалённого от усталости сознания, хотя внутренний голос упорно нашёптывал, что таких совпадений не бывает. В принципе, была с ним согласна, на как же хотелось пойти по пути наименьшего сопротивления и не забивать свою голову лишними размышлениями, а ещё лучше откреститься ото всего и забыть. Как страшный сон, растаявший на рассвете.

Возле своей комнаты ничего подозрительного не увидела, хотя что тут особо разглядишь, кроме темнеющего коридора, подсвеченного чадящими факелами, располагающимися друг от друга на расстоянии нескольких метров? Сообразив, что внутри выключателей не предусмотрено, а вместо люстры придётся довольствоваться парой канделябров с оплывшими до половины свечами, я мысленно застонала и открыла дверь. Таскаться в коридор с тяжёлыми светильниками у меня уже не было сил, а устраивать шоу под названием «Отбей себе пальцы огнивом», не стала, поэтому, достав из тумбочки новую свечу, зажгла её от факела, после чего аккуратно, чтобы случайно не погасить огонёк, донесла до ближайшего канделябра. В спальне сразу стало как-то веселее.

Помня о наставлениях Тагарда и Илзы, я заперла дверь изнутри, а обернувшись, едва не застонала:

Задумчиво погладив каменную плиту возле себя, я с кряхтением столетней старухи начала подниматься, опираясь за стену. Ну вот опять. Тепло. Упрямо встряхнув головой, направилась к кровати и начала свой челночный путь до шкафа и обратно. Странно, но чувствовала себя я сейчас чуть бодрее, чем когда зажигала свечи. Непроизвольно коснувшись рукой фибулы, внезапно вспомнила слова Тагарда о родовой магии. Сняв с себя украшение, оказавшееся выполненным в виде дракона, свернувшегося в кольцо, провела пальцами по шероховатому контуру. Но Цефея ведь не имела даже капельки примеси драконьей крови и тем более не могла быть родственницей Тагарда, значит, ни о каком влиянии родовой магии речи идти не может. Хотя… Другой мир — другие правила. У нас вроде как было когда-то принято благодарить домовых, если в доме шло всё своим чередом, поэтому махнув рукой на предрассудки, сказала «спасибо», обращаясь к замку, кое-как разделась и рухнула в кровать. Душ? Фигуш! Нет такого в этом мире, а о приёме ванны я подумаю завтра. Ложиться спать, не ополоснувшись, было, конечно, не очень приятно, но что поделаешь. Проваливаясь в долгожданный сон, я надеялась если не отдохнуть, то расслабиться, но не тут-то было!

Вначале я почувствовала холод и решила, что всё дело в обычном сквозняке, который возникает, когда ветер начинает сильно дуть в окна, а замок всё-таки сильно запущен. И только потом поняла, что нахожусь уже не в своей спальне, а посреди каких-то развалин. Но, что было самое кошмарное — мои руки и шею оттягивали массивные металлические кандалы и ошейник, скрепленные между собой толстыми цепями, настолько тяжёлыми, что хотелось согнуться. Место, в котором я оказалась, было мне незнакомо, однако странное ощущение присутствия чего-то чужеродного не покидало меня. Насколько было возможно, я подняла вверх голову и осмотрелась.

Высокие полуразрушенные стены устремляются ввысь, где едва виднеется потолок, испещрённый глубокими трещинами, через которые пробивается приглушённый свет. Однако при всём при этом я прекрасно могу различить всё вокруг и даже увидеть зеленеющие листочки на сухих ветках, деревьев, вгрызшихся своими узловатыми уродливыми корнями в гранит и мрамор, растущих не только среди искорёженных каменных плит пола, но и из стен. Потрескавшиеся колонны увиты давно погибшими лозами, словно серо-коричневым полотном, сквозь которое даже невозможно рассмотреть цвет камня. И цепи… Повсюду свисающие с потолка или валяющиеся на полу цепи. Даже на мне помимо рабских закреплён почти добрый десяток самых разнообразных: от тонких ювелирных, до массивных, не дающих ступить ни шагу, чтобы не ударить по ногам. Внезапно раздаётся громкий девичий вскрик и…

… и я просыпаюсь в собственной постели. Услышав непонятные всхлипывания в коридоре, спускаю ноги на пол и нашариваю туфли. Повернув вставленный в замочную скважину ключ, отпираю дверь и выскакиваю в коридор. Первое, что бросилось в глаза — ни один факел не горел, хотя Норман мне рассказывал, что гасятся они лишь после того, как рассветёт, и то не все. В темноте явно кто-то есть, судя по шорохам и всхлипываниям. Странно, что больше никто из слуг не выскочил в коридор. Шариться впотьмах такое себе удовольствие, поэтому я вернулась в комнату и, нашарив огниво с кремнем и жжёнкой — это такая жжёная льняная ткань, с десятой, наверное, попытки смогла зажечь свечу. Мы в деревне и не так извращались с добычей огня, играя в дикарей, но навык позабылся с годами.

Вернувшись в коридор, я пошла в ту сторону, откуда слышались всхлипывания. Но первое, с чего начала — запалила факел на стене, потом двинулась к следующему, но наткнулась на пытающуюся встать Фенеллу. Судя по всему, девушка споткнулась и, падая, подвернула ногу, вот только меня больше заинтересовала не её травма, а ведро, валяющееся неподалёку. Похоже, что в нём были помои. Ну, не совсем помои, если принюхаться к исходящему от Фенеллы запашку.

— Никак заблудилась в темноте?

— Да будь ты проклята! — прошипела девушка, принимая вертикальное положение. Но сделав всего один шаг, споткнулась буквально на ровном месте и снова полетела на пол, приземлившись в пахучую лужу, оставленную содержимым ведра.

— Я посчитаю, что этого не слышала. Как хочешь, но чтобы к утру всё это безобразие было убрано — не хватало ещё, чтобы кто-нибудь другой поскользнулся и свернул себе шею, — аккуратно переступив через зловонные потёки, я разожгла остальные факелы и вернулась к себе. Была мысль попробовать вправить Фенелле ногу, но изображать из себя великого костоправа было неразумно: можно было случайно усугубить вывих. Если завтра не найдёт того, кто сможет оказать ей помощь, предложу свои услуги, а на нет и суда нет. В конце концов, это ведь под мою дверь она хотела опрокинуть своё ведро — больше в этой стороне попросту никто не жил, а отходы выносились по другому маршруту.

Надежда на спокойный сон снова пропала втуне: стоило смежить веки, как опять оказалась в предыдущем кошмаре. Только на этот раз стало ещё «веселее». Пока я топталась на одном месте, решая остаться стоять и дождаться пробуждения, или всё-таки пройти дальше, за моей спиной внезапно вырвался поток пламени, заставляя сделать шаг вперёд. Хорошо, что ведомая нехорошим предчувствием, успела вовремя обернуться. Пусть это был кошмар, но ощущения были словно наяву, и оценить все прелести горящей на мне одежды как-то не хотелось. После первой вспышки последовала вторая, потом третья… Медленно, едва передвигая ноги от тяжести железа, находящегося на моём теле, я шла вперёд, надеясь, что вот-вот, и кошмар оборвётся, но он всё не кончался. Открыла глаза, когда за окном уже рассветало.

Вопреки своим ожиданиям, я чувствовала себя отдохнувшей и даже выспавшейся. Сев на кровати, протёрла ладонями лицо, а затем произнесла в пустоту:

— Доброе утро, замок с сюрпризами, я — твоя экономка с присвистом. Прошу любить и жаловать.

Глава 27

Чистота-залог здоровья

Ложиться спать не имело никакого смысла, поэтому я поднялась и пошла умываться. Вот только не сообразила, что нужно

Одевшись, я направилась на кухню, так как там можно было раздобыть воды быстрее, чем спускаться к внутреннему колодцу. Вспомнив про ночное происшествие, внимательно изучила пол, но ни малейшего следа не обнаружила. Значит, Фенелла всё-таки исполнила моё приказание. Неважно: опасаясь ли наказания или насмешек со стороны других слуг, ведь проступок-то глупый, главное, что сделала. Интересно, каким образом служанка умудрилась споткнуться, если пол тут истёрт настолько, что даже зацепится не за что? Ладно, буду считать, что её постигло справедливое возмездие за дурость.

На кухне уже хлопотала Илза, разжигавшая очаг примерно тем же способом, что и я ночью. Только кресало у неё было большего размера, и вместо жжёнки она использовала что-то похожее на сушёный мох.

— Доброе утро, Илза.

— О, вы уже встали, Цефея. Не замёрзли ночью, а то Эллер вечно не мог согреться?

Если опустить ощущения, испытанные во время кошмара, то мне хватило даже одного одеяла, чтобы наяву почувствовать холода, поэтому я покачала головой:

— Нет, мне прекрасно спалось. Странно только, что, будучи настолько мерзлявым человеком, Эллер не разжигал камин.

— Так дымоходы в некоторых комнатах и помещениях обветшали, вот каминами запретили пользоваться. Хорошо хоть с моим очагом всё в порядке, иначе совсем без еды бы остались. На одной траве долго не протянешь, а разводить жаровню — так это сколько времени можно потерять только на приготовлении одной подачи. Целый день пройдёт впустую, — Илза развела огонь и повесила над ним котёл, наполненный водой.

Вспомнив о причине своего визита на кухню, я взяла пустое ведро и пошла к бочке, чтобы набрать воды. Но в итоге вынуждена была вычёрпывать почти со дна.

— Не успела я её ещё наполнить, Цефея. Кто-то почти всю воду ночью выпростал, — извиняющимся голосом пробормотала Илза, проходя мимо.

— Видимо, Фенелла от души постаралась, пока исправляла результаты своей ночной прогулки.

— А что случилось? — кухарка остановилась, явно предвкушая что-то интересное.

Я буквально в трёх фразах рассказала о ночном происшествии, умолчав, правда, о странных отношениях с замком, чтобы не приняли за сумасшедшую.

— И вы не испугались пойти в тёмный коридор ночью? — всплеснула руками кухарка.

— Честно говоря, я настолько устала за вчерашний день, что встреться мне армия призраков с тварями, просто попросила бы их поменьше шуметь.

Илза от души расхохоталась, даже слёзы начала вытирать уголком косынки, повязанной на шее:

— Вот же дурища молодая! Это же надо было до такого безобразия додуматься⁈ Одним словом — дурная!

— Согласна. К тому же и вы, Илза, и лорд Тагард предупреждали меня, чтобы держала ухо востро. Значит, никого, кроме прислуги, не стоит бояться. Мужская часть вряд ли имеет ко мне какие-то претензии, так как с ними никаких конфликтов не было, а с девушками я как-нибудь справилась. Кстати, нужно будет проверить Фенеллу: как там её вывих. Или она сама его может вправить?

Судя по раздавшемуся скептическому фырканью, нет, не может. Жаль. Значит, действительно придётся навестить борзую служанку.

— Цефея, а вам вода зачем нужна? Может, подождёте, пока та, что в котле согреется?

— Умыться хотела, но забыла вечером кувшин наполнить, — я перехватила ручку ведра второй рукой, но Илза быстро подошла ко мне и отобрала ношу.

— Давайте я сейчас вам сама на руки полью, чего по этажам, да лестницам бегать? Сейчас кухню запру, чтобы никто не входил, и до пояса спокойно помыться сможете.

Предложение было настолько заманчивым, что отказаться я не смогла. Как только дверь оказалась заперта, сняла платье, а сорочку приспустила до пояса, встав спиной к Илзе, пока она аккуратно поливала на меня из ковшика. У хозяйственной кухарки даже кусочек мыла нашёлся, и, если бы не длинные волосы, доставшиеся от Цефеи, я ещё и их бы помыла. Но шастать по замку, пронизываемому сквозняками с мокрой головой чревато, а на то, чтобы высушить эту копну, нужно потратить немало времени. Почувствовав прикосновение пальцев к одному из шрамов, я дёрнулась.

— Битая…

— Зато живая. Не страшно, Илза.

— Простите, я не хотела…

— Пустяки.

Одевшись, я помогла Илзе отнести переполненную грязной водой шайку, над которой мылась, к сливу, благо в ней было прорезано два отверстия вместо ручек.

— А в какое время служанки обычно встают?

— Так пора бы уже. Эллер в это время уже проходил по замку, чтобы посмотреть, чем они занимаются, или дать поручения. Но могут ещё по своим комнатам слоняться. Привыкли же без надзора, расслабились.

Вот тут настала моя пора удивляться.

— А что, в замке у каждой своя комната?

— Теперь да. Слуг-то не осталось почти, а раньше по двое-по трое жили.

— Ясно. А в какой именно комнате живёт Фенелла? Думаю, что лучше сейчас будет её проверить, а то потом поздно будет.

— Я покажу. Всё равно вода ещё нескоро закипит.

Отказываться было как-то неприлично, поэтому я согласилась,тем более что вдвоём было проще. К тому же свидетели мне не помешают, мало ли Фенелле взбредёт в голову, что пришла по её душу и потом такого нарасскажет другим служанкам, что вовек не отмоюсь. Комнаты слуг, как и моя, и каморка Лорны находились на одном этаже, просто находились на некотором удалении друг от друга, будто разделённые на четыре условные зоны. В прежние времена, когда замок был полной чашей, если можно так сказать, каждому из членов семьи хозяина замка полагалось иметь минимум два слуги или служанки, чтобы один человек ночевал при покоях и был готов прийти на зов господина или госпожи в любую минуту, а второй менял на следующий день или ночь. Этакое дежурство по договорённости. Сейчас подобное мне было сложно представить. Равно как и то, каким образом из огромного рода остался лишь один Тагард. С тех времён сохранилось лишь обособление трёх комнат от остальных слуг: управляющего замка, его помощника и старшей служанки. Если бы не упорство Илзы, то соседствовать бы мне сейчас с Фенеллой, а не наслаждаться тишиной

Постучавшись в комнату Фенеллы, мы услышали протяжный стон, в котором, впрочем, нельзя было не услышать некоторую наигранность, граничащую с гротеском. В девушке точно умерла актриса. Первое, на что я обратила внимание — это не на лежащую на кровати Фенеллу, а на жуткий беспорядок. По сравнению со скромным, но чистым обиталищем Илзы контраст был просто колоссальный. На соседней кровати была раскидана одежда Фенеллы, а на третьей демонстративно сушилось платье, в котором она была ночью.

— Ты⁈ — лицо девушки перекосилось в жуткой гримасе. — Пришла насмехаться⁈

— Нет, — совершенно спокойно ответила я, отмечая, насколько запущенной была комната. Ещё можно было понять, почему в каморке Лорны было так грязно, но тут…

— Ты бы не дерзила, девочка, — нахмурилась Илза, скрещивая руки на груди. — Натворила дел, так ещё и огрызаешься, когда тебя проведать пришли.

— Это она! Это всё из-за неё! — Фенелла потянула на себя одеяло, демонстрируя нам сильно отёкшую щиколотку.

Мда… Придётся вспоминать, чему меня бабушка учила.

— Илза, найдётся какая-нибудь мазь или жир?

— Чтобы помазать? — наивно спросила Фенелла, а я, чтобы её не сильно пугать, лишь кивнула.

— А вот там в тумбочке мазь есть, я ей лицо мажу, чтобы цвет хороший был и морщинок не возникало! — воодушевлённо зачастила девушка, показывая, где искать нужную баночку.

Нет слов просто. В замке, простите, жрать нечего, зато как средства для красоты, пусть и такие примитивные, достать — без проблем. Принюхавшись к содержимому, я почувствовала запах каких-то трав, похожих на луговые. Недурно. Конечно, я просто «помазала». Да так, что от ора Фенеллы остальные служанки едва дверь с петель не снесли, думая, что кого-то убивают. А в итоге их едва не поубивала Илза, оттесняя обратно в коридор. Нет, я не садистка, просто иного выбора не было как вправить вывих обратно, а из-за отёчности ощущения получились весьма болезненными.

— Щиколотку нужно чем-то зафиксировать. Бинты найдутся?

— Сейчас найдём, — деловито произнесла Илза и начала копаться в вещах Фенеллы.

В итоге под возмущённые рыдания служанки, в роли бинтов выступили две её косынки.

— Красота требует жертв. Тем более что жертвы попались весьма красивые… — скаламбурила я, завязывая бантик. — Пару дней эту ногу не нагружать, потом можно будет уже нормально двигаться.

Услышав невнятные звуки за спиной, обернулась и увидела выглядывающих из коридора девушек.

— О, все в сборе, как я погляжу. Отлично. Показываем свои комнаты, девушки!

Хмыкающая Илза вернулась на кухню, чтобы заняться приготовлением завтрака, а я с пристрастием принялась за ревизию. Зрелище было, честно говоря, удручающее: плюс-минус ситуация напоминала тот же бардак, что творился в комнате у Фенеллы. Копаться в личных вещах я, естественно, не стала, а вот навести порядок приказала. Фланируя по коридору, поглядывала через распахнутые двери на скребущих стены и полы служанок и приговаривала:

— Чистота — залог здоровья! Порядок прежде всего! Как вы собрались служить в замке, если у себя допустили такое?

Меня молча ненавидели, проклинали и желали сдохнуть как можно быстрее, причём так выразительно передавали свои эмоции глазами и мимикой, что слова были излишни. Интересно, а сегодня ночью сколько крадущихся во тьме с вёдрами мне ждать?

Глава 28

Нюансы

В конечном счёте на завтрак отправились служанки только после того, как «сдали» свои комнаты. В качестве бонуса, чтобы не расслаблялись, предупредила, что два раза в неделю буду выборочно устраивать проверки. Кстати, не моя придумка: Цефея в замке Лоредан ещё жёстче слуг держала. Пока девушки наводили порядок, я для себя отмечала, кто быстрее внял, что ситуация в замке поменялась и халявить больше не получится, чьи спальни изначально выглядели аккуратнее. Быть вечной надсмотрщицей над служаками у меня не выйдет, а вот помощницы пригодятся.

Пока что в мои фаворитки попали Иннис, Дорлин и Сайлира. Почти четверть от общего числа. Маловато, но уже неплохо. Вызывали опасения Терлейг и Нерса, так как по повадкам очень напоминали Фенеллу, но пока рано было делать какие-то выводы, потому как только время покажет, насколько я права или ошибаюсь. Положа руку на сердце — разогнала бы всех, вот только где новых служанок взять? Видимо, на это они и рассчитывали, поэтому пришлось напомнить, что земли к лорду Тагарду вернулись, следовательно, проблем с поиском новой прислуги уже не будет. Да, я открыто блефовала, ведь для найма нужны деньги, а их не было. Этим-то непонятно из чего придётся платить. Да, Тагард сказал, что это его забота, но я привыкла к определённости, а найденного в моей комнате на жалованье точно не хватит на всех слуг.

Со всеми этими уборками едва не упустила из виду, что Тагарду нужно было прислуживать в столовой за завтраком, благо пришёл Норман и предупредил, что накрывать нужно позже, так как лорд уехал по делам и будет ближе к полудню. Жаль, разговор откладывался, зато никто из служанок, заметно оживившихся сперва при мысли, что можно улизнуть в столовую, так и не получил этого шанса. Эйтриг только позлорадствовала, что мужскую часть прислуги тоже ждёт проверка, а затем наведение порядка у них, но что Норман флегматично пожал плечами, что раз надо, значит, надо. А мне вот стало страшновато идти к ним, если уж у «девочек» такой раскардаш творился.

Хотя на самом деле всё оказалось не так ужасно, как казалось. Даже Корл, несмотря на свой возраст, без лишних слов взял тряпку и протёр полы. Со стенами «мальчики» справились без проблем, так как Гиллис притащил откуда-то щётку с металлической щетиной, которой потом поделился с остальными. В итоге получил от меня задание сделать ещё дюжину таких же, так как в хозяйстве пригодятся. В конце концов, я же не зверь, чтобы заставлять служанок убирать въевшуюся грязь одними тряпками.

Сообщение о возвращении Тагарда, ознаменовавшееся характерным цоканьем Брана по двору, было принято едва ли не со слезами на глазах под ироничное переглядывание Илзы и Нормана. Естественно, служанки сразу забыли про ноющие спины и руки, принявшись ещё усерднее работать ложками. Я для себя решила, что даже если и получу нагоняй, то всё равно смогу аргументировать все свои указания. В ожидании окончания трапезы Тагарда, измерила коридор, наверное, раз двадцать, прежде чем

— Цефея, что тысделаласо служанками? У них руки ходуном ходят.

— Ничего особенного: просто заставила работать, лорд Тагард.

Лёгкая усмешка коснулась губ генерала:

— Понятно. А что за история с издевательствами над Фенеллой?

Судя по реакции Тагарда, Мейдин, Долейна и Морея заложили меня по полной, ещё и сгустили побольше красок.

— Ничего особенного. Она подвернула ногу, а вывих нужно было вправить. Вот и всё.

— И больше тебе нечего рассказать? — Тагард прищурился, словно пытался заглянуть мне прямо в душу.

— Абсолютно. Фенелла сглупила, за что и справедливо поплатилась, но моей вины в том нет, — я не собиралась посвящать его в подробности, поэтому ответила максимально просто.

— Достойный ответ. Могу сказать сразу: в женские распри лезть не собираюсь, но если случится что-то серьёзное, всегда можешь рассчитывать на мою поддержку. Пока что не вижу ничего такого, чтобы выходило за рамки или ты превысила свои полномочия.

— Могу я задать один вопрос?

— Если он не касается запретных тем, ты получишь ответ.

Конечно же, у меня сразу на языке завертелся вопрос, что же это за темы такие, но я решила, что это как-нибудь само по себе выяснится во время какого-нибудь разговора. Я же мастер неловких ситуаций.

— Меня интересует вот что… Я понимаю, что не только в замке новый человек, но и вообще выросла и жила далеко отсюда, но мне кажется странным и даже не совсем тактичным, что служанки бегают жаловаться непосредственно к вам. Не к Норману, ни к кому-нибудь другому из более старших по возрасту или положению слуг.

— Видишь ли, Цефея… Все, кто на данный момент находятся в замке: либо потомки слуг, которые из века в век служили моему роду, либо были перенесены мной из тех мест, где доводилось бывать по долгу службы. У последних не осталось ни родных, ни близких, которые могли бы о них позаботиться.

— Понятно. Значит, вы для них либо добрый хозяин, вернувшийся спустя много лет, либо спаситель-защитник…

— Верно. Слуги умирали, новых взять было попросту неоткуда. Кто соглашался работать в замке, те оказывались здесь.

— Но почему неоткуда? Разве в округе не было никого?

Тагард взял небольшую паузу, посмотрев в окно, словно ответ давался ему с трудом, а затем ответил:

— Дело в том, что когда земли, принадлежавшие моему роду, оказались под властью короля, было запрещено их жителям покидать их, а обитателям замка ступать на территорию прежних владений. Лишь дважды в год управляющему дозволялось проехать на равнинную часть Драноэрса для закупок всем необходимым.

У меня глаза на лоб полезли, ведь фактически обитатели замка были обречены на вымирание.

— Но почему? Откуда такие жёсткие условия?

— Один из древних законов гласит, что земли и люди, проживающие на них — неприкосновенны, если король является их единоличным владельцем.

Ещё никогда за всё своё пребывание в этом мире я не была так близка к раскрытию своего земного происхождения, ибо кроме отборных ругательств, высотой в семь этажей и не менее оригинальных оборотов у меня не было. Мне понадобилось немало времени, чтобы переварить услышанное и успеть облачить свою речь в более-менее литературную форму.

— Но у других таких проблем не возникает, так как по сути земли кому-нибудь да принадлежат, да? Тем же лордам, например?

— Именно так, Цефея. Я вынужден был поступить на королевскую службу тридцать четыре года назад при условии, что посвящу ей три десятка лет, после чего за верность получу свои земли обратно.

— Погодите, лорд Тагард, но ведь срок уже вышел четыре года назад, тогда почему вы не вернулись раньше и не получили в распоряжение причитающиеся вам земли?

— Такова была воля короля. Новый король — новые правила. Габриэль поставил условие, что мне необходимо теперь доказать верность ему, отслужив сверху половину срока, оговоренного с его отцом. Итого я провёл бы на королевской службе сорок пять лет, но вышло меньше…

Я смотрела на Тагарда и пыталась прикинуть, сколько же ему лет на самом деле, если сейчас ему на вид лет тридцать-тридцать пять, а поступить на службу он никак не мог в младенческом возрасте. Если Лорна является его няней, а ей навскидку около восьмидесяти, может, чуть меньше, то стоящему напротив меня мужчине хорошо за пятьдесят… С ума сойти. Теперь понятно, почему Лорна и Илза называют его по имени, они ведь знают его с самого детства. Кухарка так и вовсе может оказаться его ровесницей.

— Теперь понятно, почему прислуга такая… Их попросту некому было обучить правилам как следует.

— Да. При Эллере хотя бы какая-то видимость порядка соблюдалась, но не особо.

— А сам он откуда?

— Эллер?

— Да. Из потомственных или спасённых?

— Он был сыном прежнего управляющего, служившего ещё при моём деде. Честный был…

— Вот только на сыне природа отдохнула… Илза сказала, что Эллер запретил пользоваться каминами, дескать, из-за их ветхости, и даже у себя в спальне огонь не разводил, хотя постоянно мёрз. Я вот о чём подумала: а не мог ли он устроить тайник в дымоходе?

— Ты проверяла?

— Не успела.

— Пойдём проверим. Если ничего не найдём, возьмём Гиллиса, чтобы помог осмотреть остальные, заодно станет ясно, возможно ли будет их починить в ближайшее время: грядёт сезон дождей, а без должного отопления замок развалится ещё быстрее.

Глава 29

Тайники

Честно говоря, история про изоляцию обитателей замка меня повергла в шок. Оставалось только радоваться, что после того, как Тагард потерял способность обращаться в дракона, стал не нужен Габриэлю, и тот отправил его в отставку. Пять лет… Генерал сказал, что в последний раз бывал в замке пять лет назад… А ведь этот срок плюс-минус совпадает с восхождением на трон Габриэля. Ещё и замок начал стремительно ветшать с того момента под чутким руководством Эллера, словно тот знал, что хозяин не вернётся. Совпадение? Лично я в такие уже давно не верю. Интересно, за что же так король ненавидит Тагарда? Сомнительно, что только за морально-волевые качества, которыми сам не обладает, наверняка есть что-то ещё. Если вспомнить всё, что говорил Габриэль, когда дарил меня, то эта отставка даже больше похожа на ссылку, чем заслуженный отдых. Но имеет ли смысл докапываться до истины, когда генерал отправлен в отставку «с глаз долой, из сердца вон»? Пожалуй, что нет.

Сейчас задачи стоят

Все эти мысли занимали мою голову, пока мы шли к моей комнате. Как и накануне, Тагард запер дверь на ключ, прежде чем подойти к камину. Внимательно изучил сажу как на внутренних стенках, так и на массивном чугунном колоснике. Помню, как ещё вчера удивилась наличию этого элемента, ведь если соотнести примерное время, то на Земле такого рода подставки под поленья стали использовать гораздо позже. Неожиданно Тагард вытащил колосник и полез в камин, пошуровав в дымоходе предварительно кочергой. Он даже запустил пару сгустков пламени, чтобы посмотреть, что внутри творится. В итоге вылез грязный, как чёрт.

— Всё напрасно? Я ошиблась?

Тагард попытался отряхнуть сажу с рук, но только ещё больше её размазал:

— Нет. Там действительно был тайник, вернее, крюк, на котором, скорее всего, висел мешок, если судить по следам, оставленным на стенах дымохода. Нужно проверить остальные. Могу только сказать, что в твоей комнате спокойно можно разжигать камин без каких-либо опасений.

— Я, пожалуй, схожу за водой. Вам не мешает умыться.

По просьбе Тагарда я принесла ему не только пару вёдер воды, но ещё свежую рубашку и штаны, так как расхаживать по обитаемой части замка в неприглядном виде было как-то не очень. Хорошо хоть генерал жилет снял, прежде чем лезть в камин. Ох, но сколько же косых взглядов я словила по дороге от спальни до своей комнаты! Ничего, быстро нашла им работу в виде приведения в должный вид столовой.

— Поздравляю, лорд Тагард! Теперь я ваша любовница!

Как только Тагард не нырнул в тазик с головой от неожиданности после моих слов — не знаю, но его отфыркивающееся от воды недоумённое лицо буду помнить если не до конца своих дней, то очень долго.

— Цефея, что за шутки⁈ Я никогда не давал ни малейшего повода, чтобы так подумать!

Я подала чистое полотенце, а затем отвернулась, чтобы не смущать переодевающегося мужчину:

— Добро пожаловать в окружение женщин, лорд Тагард. Сплетни, перемывание костей мнимым соперницам, домыслы, ревность, зависть. Классический набор. Я думаю, что мы не успеем дойти до мастерской Гиллиса, как весь замок будет знать о том, что вы провели в моей комнате достаточно продолжительное время, причём так плодотворно, что потребовалась смена белья. Сомневаюсь, что кто-то поверит в рассказ о лорде, который самолично проверял дымоход в комнате своей экономки.

Ох, как красиво ругался Тагард! Я прямо-таки заслушалась. Нет, моей целью не было оклеветать служанок, важно было намекнуть лорду, чтобы не подумал ничего такого.

— Как же всё-таки с воинами взаимодействовать проще…

Я пожала плечами:

— Я бы так не сказала. Мужчины ещё большие сплетники, чем женщины. Только дай волю. Моргнуть не успеешь, как услышишь случайно, что взял весь бордель за одну ночь без передышки и одышки. Или, наоборот, суровый воин внезапно узнаёт, что повёл себя аки нежная «фиялка» перед прелестными очами знойной чаровницы.

Тагард крякнул, признавая мою правоту, а затем обошёл, встав прямо передо мной:

— Я считал, что ты воспитанная девушка из приличной семьи…

— Моё воспитание и приличия закончились на рабовладельческом рынке, лорд Тагард. Его посетители не отличались ни манерами, ни скромностью во время разговоров. Так что можете считать, что теперь перед вами несколько иная Цефея, чем вы могли бы думать, основываясь на слухах.

И ведь не сказать теперь, что сказала неправду или обманула. Грязную одежду мы свернули, чтобы потом Тагард мог использовать её при осмотре нежилой части замка. Зато сколько красноречивых взглядов словили, пока искали Гиллиса и Нормана!

— Интересно, через какое время мне придётся вытаскивать из своей постели наивных девиц? — задумчиво пробормотал Тагард, заметив ещё одну служанку, строящую ему глазки исподтишка.

Я в ответ не удержалась и захохотала:

— Замок покрепче и дверь помассивнее поставьте! Не одной же мне по ночам страдать!

Тагард почему-то нахмурился и покосился на Нормана с Гиллисом, которые с недоумением таращились на нас обоих.

Не знаю, что там подумал генерал, но я решила сразу прояснить ситуацию, пока он там себе чего-нибудь лишнего не нафантазировал:

— Мне просто уже пытались облить дверь помоями. Но пакость не удалась.

— Фенелла… — скорее утвердительно, чем вопросительно протянул Тагард.

— Отрицать не буду. Но и наказывать — тоже. Она за своё легкомыслие сама уже поплатилась.

Под предлогом осмотра дымоходов лорд Тагард проверил не менее двух дюжин каминов и обнаружил ещё пять пустых тайников, показав мне знаками, в каких были вбиты крючья. Если соотнести с примерным планом замка, который набросала в своей голове, то почти все они находились рядом с башнями, но не в их центральных покоях. Улучив возможность, я тихонько обратилась к Тагарду:

— Скажите, а в замке, случайно, нет потайных ходов, которые бы связывали все эти комнаты?

— Чуть позже покажу. Не уверен, что все они сохранились в хорошем состоянии, и мы сможем пройти беспрепятственно.

А вот эта экскурсия мне точно пригодится: предупреждён, значит, вооружён. Не хватало мне ещё, чтобы одной прекрасной ночью кто-нибудь вывалился из-за стены с явно недобрыми намерениями. Та же Фенелла. Понять бы ещё: в курсе она или нет потайных ходов.

Помимо обсуждения состояния дымоходов и каминов, мы с Гиллисом отмечали, что следует отремонтировать в первую очередь. Он, конечно, не был каменщиком, но в целом

— Завтра поедем по селеньям набирать рабочих и прислугу, — заявил Тагард, послушав наши споры.

— Но как же финансовая сторона вопроса?

— Я уже сказал, что это моя проблема. Пока можно начать и без этого. Деревьев в лесу много, нанимать будем тех, у кого есть инструмент, с кузнецами найдём чем расплатиться. На первое время можно снять запрет на охоту и рыболовство, а там посмотрим.

Обалдеть. Ещё и на это запрет был даже у тех, кто жил на землях, принадлежащих королю. Интересно, в деревнях ещё живые люди остались?

Глава 30

Найм

Надежда, что на этот раз мне удастся нормально выспаться, пропала втуне. Опять тот же кошмар, тот же антураж. Вот только идти на этот раз было немного легче. У меня даже создалось ощущение, что цепей на мне либо стало меньше, либо они заметно полегчали. Когда Тагард показывал мне потайные ходы в замке, я надеялась, что мы наткнёмся на что-то похожее из кошмара, но, увы. При этом чувство, что эти развалины как-то связаны с замком, меня не покидало. Счастье, что ни Фенелла, ни кто другой из девушек ночью меня не побеспокоил. Утром, накормив брюзжащую Лорну кашей, я надела свой плащ и спустилась в конюшню. После гибели Эллера остался конь, которого по распоряжению генерала отдали Норману, для Гиллиса и будущих работников Корл запряг в телегу лошадку, а вот мне преградил путь Бран, недовольно обфыркавший меня с головы до ног и едва не отдавивший ногу своим копытом.

— Эй, ты чего⁈ — возмутилась было я, но получила в ответ такое выражение морды, что сразу поняла в чём дело. — Ты обиделся? Обиделся, что я тебя не навещала?

Конь утвердительно закивал головой, после чего мне пришлось срочно замаливать этот страшный грех, отобрав у конюха щётку и расчесав шикарную иссиня-чёрную гриву несколько раз, рассыпаясь в извинениях и обещая хотя бы раз в день заглядывать в стойло. Когда появился Тагард, я пошла к Гиллису, но была остановлена на полпути:

— Цефея! Ты едешь со мной!

Делать нечего, пришлось возвращаться к великой радости Брана. Он даже затанцевал на месте, за что получил внушение от своего хозяина. Мысленно попрощавшись с целостностью филейной части и поприветствовав «походку подбитого кавалериста» в перспективе, забралась с помощью Тагарда на коня. Пропади всё пропадом, если я не утащу к себе лохань в единоличное пользование!

— Лорд Тагард, может, я всё-таки в телеге поеду? Теперь точно сплетни пойдут про нас с вами.

— Нет. Болтать они и так уже начали — в этом ты оказалась абсолютно права. А мне нужно поговорить с тобой без посторонних.

— Что-то случилось?

— Не совсем. Через пару дней мне нужно будет уехать, как быстро смогу вернуться, даже не знаю. Поэтому замок и забота обо всех его обитателях лягут на твои плечи. За ходом ремонта будут наблюдать Норман вместе с Гиллисом и Алистером, но от тебя я услышал несколько весьма дельных советов, поэтому придётся тебе и в это вникать.

— Значит, буду приглядывать за всеми. Возьму Иннис в помощь: она постарше остальных, да и толковая. По крайней мере, меньше остальных причитала, когда заставила их всех отмывать комнаты. Меня беспокоит вопрос пропитания: круп и даже бобов осталось всего ничего. Новые людей тоже ведь кормить чем-то нужно будет.

— Мяса на неделю хватит точно, поохотился я достаточно неплохо за эти дни. С крупами и корнеплодами решим на месте: у меня остались деньги от последнего жалованья. Ещё кое-что спрятано в горах, вот за ними я и поеду. Откроются ли тайники — не знаю, так как запечатывал их своей магией, а родовой в замке почти не осталось и восполняется она крайне медленно. Можешь не волноваться: на защиту от тварей её хватит.

Вот только меня больше беспокоило даже не нападение тварей, в замке достаточно мест, где можно укрыться от них. Смутная тревога возникала каждый раз, когда Тагард говорил об отъезде, но я не стала ничего ему говорить, пусть думает, что думает. Сложно отрицать, что он мне нравится. Есть в нём стержень, которого не было ни в моём бывшем муже, ни в других мужчинах, которые меня окружали всю жизнь. Это даже хорошо, что между нами с генералом такая пропасть: можно не тешить себя напрасными надеждами, зато любоваться издалека сколько угодно, не опасаясь очередного неудачного опыта в отношениях.

Тагард дал мне мешочек с монетами, чтобы я могла что-то купить из необходимого. Конечно, можно было забрать бесплатно всё, что приглянется на правах хозяина земель, но он был против такого подхода. Остаток пути до первого поселения мы ехали молча. Побывав почти на самом верху одной из башен, я видела чудную долину, простирающуюся среди гор, но даже не представляла, насколько она прекрасна вблизи. И вот эти земли отдал один из предков Тагарда⁈ Мда… Норман показал мне небольшое поле, располагающееся рядом с замком, милостиво оставленное королём обитателям замка, вот только камней на нём и сорняков было больше, чем на диком лужке после схода сели. На мои расспросы, почему всё так запущено, ответ был один — выродилось со временем, а семена дорогие, так как Эллер ездил на ярмарку в то время, когда несезон был. Ну да, конечно, чем меньше собственное хозяйство, тем больше возможностей украсть из тех денег, что выделялись на покупку необходимого. Сомневаюсь, что лорд Тагард знал местные цены до последнего грошика.

Как только мы въехали в деревню, как из домов высыпали люди и начали стекаться к самому дальнему, выглядевшему намного представительнее других. Вот готова побиться об заклад, что принадлежит он старосте или кому-то равному по влиянию. Как таковых улиц было немного, в большинстве своём дома были разбросаны хаотично. Местное население выглядело бедненько, но опрятненько. Похоже, что годы, проведённые под королевской дланью, были не вполне благополучными. Но больше всего меня разозлило, уходя, солдаты вытоптали посевы, а некоторые поля и вовсе сожгли. Всё это я узнала из речи старосты, который решил отчитаться после того, как Тагард представился и обмолвился о цели нашего визита. У Габриэля точно какие-то комплексы, раз ему пришло в голову опуститься до такой

У меня в голове мелькали воспоминания о летних каникулах, проведённых в деревне, а также один очень оригинальный заказ, когда клиент захотел создать антураж затерянного посреди поля домика. Пришлось тогда изрядно попотеть, разбираясь в сортах различных зерновых, времени их созревания, а потом ещё и целую инструкцию для садовника составить. А ведь ещё Тагард говорил о наступающем сезоне дождей… Надо будет как-нибудь уточнить у него об особенностях этого периода. Из всех зерновых если и пробовать что-то посеять, так разве что ячмень. Другие просто не успеют созреть. А вот на зиму стоит подумать насчёт ржи. В принципе, зерно можно будет и купить, если генерал сможет достать достаточно денег, а поля временно засеять полезными культурами, которые успеют поспеть до заморозков: тогда будет чем зимой питаться. Хоть той же морковкой, репой, капустой и свёклой. Надеюсь только, что не мне придётся курировать этот вопрос, иначе точно свихнусь от количества нагрузки. Тут бы с ремонтом замка и слугами разобраться…

Наконец, я услышала фразу, после которой поняла, что настал мой черёд выйти вперёд.

— Цефея — экономка Тагардского замка. Именно она выберет прислугу из числа тех, кто согласится отправиться на службу.

— Кто из вас готов работать в замке, прошу выйти вперёд, — я обвела взглядом выстроившихся жителей деревни, пытаясь прикинуть, сколько же всего людей здесь обитает. Помнится, Тагард говорил, что в каждом поселении около шестидесяти домов, но сомневаюсь, что хотя бы половина из них обжита, если судить по характерным элементам в одежде, присущим той или иной семье.

После небольшой заминки вперёд вышло около десятка девушек и женщин.

Я подошла к самой крайней из них:

— К чему больше душа лежит: уборка, готовка, стирка, шитьё?

— Готовка, госпожа.

— А помимо этого?

— Уборка.

— Замужем или жених есть?

— Вдова.

— Дети?

Молодая женщина покачала головой.

— Свой дом или у родни живёшь?

— С родственниками.

Я кивнула и подошла к следующей, задав примерно те же вопросы, что и первой.

Тагард стоял чуть поодаль и вроде бы беседовал со старостой, а на самом деле пристально следил за мной. Когда последняя из желающих попасть в ряды прислуги закончила отвечать, я подошла к нему:

— Лорд Тагард, остальные поселения тоже сегодня посетим или в другой день?

— Сегодня, поэтому к ночи должны вернуться в замок.

— Ясно. В таком случае у нас есть шанс ещё нанять несколько человек.

— Да. Кого-нибудь отсюда забираем?

— Несомненно. Но мне нужно ещё немного времени, чтобы определиться.

— Разве мало было расспросов? Кстати, почему ты задавала именно такие?

— Во-первых, желание быть поближе к кухне вполне оправдано: обычный выбор человека, привыкшего довольствоваться крохами. Например, у первой женщины глаза голодные. Но в замке точно всех кормить будут одинаково, а Илзе такое количество помощниц не требуется. Во-вторых, эта деревня находится к замку ближе, чем остальные, следовательно, женщина, имеющая мужа и детей, будет стремиться увидеться с ними, а, значит, может сбегать время от времени, что плохо скажется на работе. К тому же разбивать семьи — это совершенно никуда не годится. Да, есть вероятность, что незамужняя или вдова начнёт крутить юбкой перед мужчинами-слугами, но это будет уже моя забота и головная боль. В первую очередь — работа, шашни — это уже в свободное время и не переходя границ допустимого.

Тагард усмехнулся:

— Интересный подход. А зачем тебе понадобилось ещё время?

— Хочу взглянуть, как они живут. Потому что пока расспрашивала, уловила шепотки, что одна, дескать, едва ли не грязью до самой крыши заросла, другая не так уж и хорошо готовит, третья — иголку в руках сроду не держала и так далее. Верить сплетням и фразам, сочащимся ядом — самое последнее дело. Нанять кого-то, а потом понять, что ни на какую работу служанка негодна — только время зря потерять и собственные силы.

— Хорошо. Ты отвечаешь за прислугу — тебе и принимать решение. У тебя есть около часа, так как я хочу осмотреть поля и обговорить со старостой, что с ними можно сделать. Норман и Гиллис пока решают вопрос насчёт работников, годных для ремонта в замке.

Угу. Особенно Норман. Видела я, как он переглянулся с одной из селянок, а затем быстро исчез из поля зрения. В принципе, ничего такого, если бы не одно большое внушительное «но». О, вот помяни его, как он тут как тут. Извинившись перед Тагардом, я быстро догнала Нормана и отвела подальше.

— Норман, я считала вас достаточно благоразумным человеком. Не хотите мне ничего рассказать, пока лорд кое-что не сопоставил и не обратил свой гнев на вас?

Глава 31

Греховодники

Мужчина молчал, а у меня времени играть в гляделки не было.

— Лорд Тагард рассказал мне, что обитателям замка было запрещено появляться на территориях, принадлежащих королю, однако у вас тут есть знакомые, как я погляжу, и ориентируетесь вы достаточно свободно в округе. Можете отрицать, но делу это никак не поможет, лишь усугубит ситуацию.

Норман понизил голос и спокойно пояснил:

— Время от времени почти все тайком делали вылазки из замка, чтобы купить у местных еды или одежду.

— Допустим. Это объясняет, почему вы знаете расположение домов и закоулков. А дальше? Однажды попить попросили, так как есть захотелось, что даже переночевать было негде? Молчите… И «откушивали» вы, я так думаю, не единожды. Итак, кто она? Жена?

— Нет. Просто любимая женщина.

Я по привычке зарылась пальцами в волосы, дёрнув себя со всей силы, чтобы убедиться, не сон ли это.

— Норман! Вы же знаете, как лорд Тагард относится к свободным связям! Ей через сколько рожать? Месяца через два?

Норман поджал губы, а затем, отведя взгляд в сторону, ответил:

— Через три.

— Ну, конечно, это же резко меняет дело! — не удержалась я от сарказма, продолжая поглядывать по сторонам, чтобы исключить вероятность подслушивания. — Она замужем?

— Нет. И никогда не была.

Вот тут я окончательно впала в ступор. Норман ведь действительно отличается рациональностью, не говоря уже о сообразительности. Допустить рождение внебрачного ребёнка — это обречь его как минимум на косые взгляды в течение всей жизни. Деревня же.

— Так в чём проблема? Оформили бы свои отношения по закону, и никаких проблем бы не было. А то обжимаетесь по углам, словно подростки, прячущиеся от родителей, а не взрослые люди. Вам сколько, Норман? Под сорок? Ей чуть меньше, насколько я сумела разглядеть. Должны же понимать, что вечно бегать тайком друг к другу не получится.

Норман помрачнел:

— Мы несколько лет подряд подходили к храмовнику, но он каждый раз отказывал.

С ума сойти! Они ещё и давно вместе, если можно так выразиться.

— У неё родственники есть?

— Умерли той зимой. Голодный год выдался, ещё и неурожайный.

Уфф… Оставлять одну с ребёнком, ещё и без поддержки нельзя. В замке-то всяко лучше будет. Ещё и Норман защитить и помочь сможет.

— Готовит-то как?

— Вкусно.

Я не выдержала и хекнула:

— Вам, мужикам, всё бы вкусно поесть, да помягче поспать. Ай, смысл теперь ругаться, если всё уже сделано… К Илзе помощницей пойдёт. Котлы таскать и воду носить наша кухарка ей точно не даст, а вот поставить на чистку овощей или мытьё посуды — вполне.

Норман вытаращил глаза так, словно у меня на голове что-то прорезаться начало, только непонятно: рога или нимб.

— Ладно, ведите к своей зазнобе, знакомится будем. Её как зовут-то?

— Айлира.

Норман проводил меня кратчайшим путём до небольшого домика на окраине деревни. Мы шли едва заметными тропками, практически «огородами», окончательно убедив меня в том, что дорогу к дому любимой женщины знает как свои пять пальцев.

Айлира открыла дверь, как только Норман постучал трижды с разными интервалами. Увидев нас, женщина оторопела, но впустила внутрь.

— Здравствуйте, меня зовут Цефея. Мы можем поговорить?

Женщина кивнула и, продолжая встревоженно теребить в руках кончик полотенца, свисавшего с плеча, подошла к столу. Как бы теперь её до паники не довести в её-то состоянии? Помню, как маму в каждую её беременность эмоционально штормило так, что хотелось кричать «полундра» и прыгать за борт. Точнее, побыстрее убраться из той квартиры, в которой она жила со своим новым мужем. Жена отца, впрочем, недалеко от неё ушла в те же периоды.

— Я хочу предложить вам место одной из помощниц кухарки в Тагардском замке. Работа вполне посильная, подходящая комната найдётся, да и к Норману поближе.

Айлира удивлённо посмотрела на Нормана, словно не веря тому, что я сказала, а потом меня:

— Но вы ведь я…

— Не вижу никакой проблемы, всё можно уладить. Я никому не говорила о том, что собираюсь нанять вдову Таллерта. А у неё двое детей, которым в замке найдётся работа. Небольшая, но всё-таки. Так что будет, кому время от времени за маленьким приглядеть, справимся. Главное — не молчать, а говорить мне о проблемах. Лорд Тагард поручил мне служанок, так что мне решать все вопросы, связанные с ними. Норман может подтвердить. Меня гораздо больше интересует, почему вы с Норманом до сих пор не узаконили свои отношения. Я не только в замке человек новый, но и вообще не из этих мест, так что многого не знаю и не до конца некоторые вещи понимаю.

— Мы на протяжении десяти лет пытались это сделать, но храмовник каждый раз отказывал. А потом мы поняли, что время уходит, и после смерти моих родителей решили стать семьёй хотя бы вот так… — Айлира опустила голову, явно стыдясь своего положения.

Обалдеть… Вот это выдержка у Нормана. Я бы десяток лет ходить за ручку с любимым человеком не смогла.

— А заключить брак можно только у храмовника?

— В любом святилище, но ближайшее только здесь, — пояснил Норман, вставая позади Айлиры и опуская ладони ей на плечи.

— То есть это недалеко отсюда, верно? — я на всякий случай решила уточнить, пока в голове формировался план.

— Да, на краю деревни.

— В таком случае не будем терять времени и пойдём туда прямо сейчас.

Норман с Айлирой собрались быстро, и мы отправились в путь. Идти до святилища действительно было недолго, и я надеялась, что получится уладить вопрос достаточно быстро. Местный аналог церкви мне напомнил Пантеон своей круглой формой, разве что статуй богов не было в нишах. Стоило нам войти внутрь, как навстречу поспешил пожилой мужчина, облачённый в хламиду.

— Опять вы! Я же сказал вам в прошлый раз, чтобы не смели переступать порог святилища! Прочь, греховодники!

Меня он явно не заметил, так как я шла последней и немного задержалась, рассматривая скромное убранство. Пришлось выйти на передний план.

— Здравствуйте, уважаемый. Мы хотели бы провести обряд бракосочетания между этими двумя людьми.

— НЕТ! — резко ответил храмовник, подступая всё ближе и ближе, словно хотел нас вытеснить из святилища.

Однако я не собиралась сдаваться.

— Позвольте узнать по какой причине? Два любящих и уважающих друг друга человека хотят узаконить свои отношения, дать родиться своему ребёнку в браке, а вы так резко отказываете. Вы сами только что подтвердили своими словами, что ранее к вам уже обращалась эта пара по этому вопросу.

— Людям из замка запрещено появляться на этих землях!

— Вынуждена вас огорчить, но с недавних пор лорд Тагард снова стал хозяином этих, как вы изволили выразиться, земель. Поэтому и я, и его помощник Норман имеем полное право здесь находиться.

Но старик не собирался так быстро сдаваться: прищурившись, он внимательно присмотрелся ко мне, а затем презрительно скривился:

— Рабыня…

Глава 32

Ритуальные нюансы по-быстрому

Оп-па, а храмовник оказывается не так-то прост, почуял сквозь наглухо застёгнутый плащ отголоски магии с рабской атрибутики. Ничего, унизить меня моим статусом не выйдет.

— Да, рабыня. Этот факт не является ни для кого тайной, однако в данный момент служу экономкой у лорда Тагарда и занимаюсь всеми вопросами, связанными со слугами замка. Собственно поэтому пришла сюда, так как и Норман, и Айлира находятся в моём подчинении. Не вижу препятствий для того, чтобы был проведён брачный ритуал.

Храмовник знатно разозлился, даже нижняя губа затряслась от гнева:

— Духи Прародителей-Драконов против нахождения в стенах святилища этих двух греховодников! Они нарушили духовные заветы, предавшись блуду! Не стоит навлекать гнев Духов Прародителей-Драконов! Покиньте святилище немедленно!

Вот никогда не любила служителей религиозных культов. Вечно смешивают личное с якобы духовным, хотя у самих зачастую рыльце в пушку. Хотя среди них встречаются довольно-таки приятные

— Скажите, а законы Духов Прародителей выше людских?

— Естественно! — гордо заявил храмовник, явно не понимая, к чему я клоню. — Я всю жизнь служу им и чту неукоснительно!

Вот ты и попался,

— Правильно ли я поняла, что до сегодняшнего дня вы отказывались провести ритуал из-за запрета ступать людям из замка на королевские земли? То есть, выполняли требования воинов короля?

— Да, — ответил старик, но уже не так уверенно, как раньше.

Моих губ коснулась довольная улыбка, хотя предполагаю, что со стороны она больше напомнила оскал:

— Получается, что, когда две чистых души вознамерились пройти свои жизненные пути рука об руку до конца своих дней и обратились к вам, чтобы скрепить свои отношения, вы посчитали законы Драноэрса выше заветов Духов Прародителей, наверняка нарушив тем самым клятвы, данные согласно принятому сану. А так как это продолжалось на протяжении долгих лет, то сами толкнули Нормана и Айлиру на внебрачные отношения, ведь отказываться связать свои судьбы они не собирались. Так кто тут у нас больший грешник?

Я не была уверена, что сейчас нас не вытолкают из святилища взашей, но не высказаться просто не могла. В принципе, большинство религий весьма похожи друг на друга, так что, думаю, не сильно ошиблась в своих предположениях насчёт канонов местной веры. Храмовник и так особо не отличался румяным цветом лица, а тут и вовсе стал белее полотна. Вот как тут удержаться, чтобы не забить последний гвоздь в крышку его гроба.

— Ой, ещё хотела поинтересоваться: а вы можете после всего этого занимать свой пост?

— Перед проведением брачного ритуала необходимо сделать пожертвование, — буркнул храмовник и шустро скрылся в подсобке, выскочив обратно уже переодетым в праздничное одеяние, если судить по дорогой парчовой ткани, расшитой замысловатыми орнаментами и символами.

Ух ты, как оперативно! Да мне Игорёк дольше предложение делал, чем храмовник сломался. Пока он не передумал, я достала из мешочка, данного мне Тагардом, пару серебряных монет среднего достоинства и опустила в каменную чашу, видимо, предназначенную как раз для таких целей, так как на её дне сиротливо лежали четыре медных грошика. В конце концов, деньги мне выделили на покупку необходимого, вот я и приобрела себе возможность быть свидетельницей на свадьбе. Шиковать — так по полной!

Лёгкий взмах руки, и в чашах, расположенных вдоль стен, взметнулся огонь. Ну, надеюсь, что своими словами и настоянии на проведении ритуала я не накличу гнев Духов-Прародителей. Кто их знает, местных божеств…

Как нужно правильно взаимодействовать с местными богами или духами, а также надо ли, я была не в курсе. Но искренне желала, чтобы моя выходка по отношению к храмовнику не вышла Норману и Айлире боком.

Тем временем служитель культа подошёл к чаше, установленной в центре святилища, и едва заметным движением руки заставил вспыхнуть огонь и в нём. Вот не нравился мне этот старик, хоть убейте. Внешне я сохраняла спокойствие, но внутри была напряжена до предела: вдруг какую пакость подстроит? Но больше всего меня волновало то, что и Норман, и Айлира были людьми, которых собирались поженить перед драконьими духами.

Храмовник начал монотонно бубнить ритуальные слова, которые я со своего места могла расслышать лишь через раз, а то и два. В какой-то момент он сделал лёгкие разрезы на ладонях Нормана и Айлиры, а затем заставил их соединить и вытянуть вперёд, чтобы те оказались над пламенем.

— … да уничтожит священный огонь нечестивых, осмелившихся нарушить заветы Духов-Прародителей драконов и очистит от скверны своды Святилища!

Я бросилась было вперёд, чтобы помешать тому, что сейчас должно произойти, но буквально приросла к своему месту и не смогла при этом вымолвить ни слова. Лишь стук собственного сердца раздавался в ушах безумным набатом, предвещающим беду. Однако вместо взметнувшегося к сцепленным рукам огня внезапно появились два переплетающихся между собой мерцающих потока: золотой и серебряный. Разделившись, они окутали ладони Нормана и Айлиры, а затем воссоединились в единое целое и исчезли. Храмовник в ужасе наблюдал за происходящим и, судя по его мимике, пытался произнести ещё что-то, но не мог так же, как и я. Мысленно поблагодарив от всего сердца местных духов, что с Норманом и Айлирой всё в порядке, услышала, наконец:

— Духи-Прародители Драконов признали брак заключённым по всем канонам и вручили ваши судьбы друг другу. Назовите свои полные имена дети этих земель!

— Норман Бэйтрис.

— Айлира Донван.

Правая ладонь храмовника легла на сцепленные руки, а левая прижалась к ним снизу:

— Норман Бэйтрис и Айлира Донван объявляю вас мужем и женой под единым именем Бэйтрис!

Вот такую формулировку я ни разу в жизни не встречала, поэтому решила уточнить позднее, когда покинем хоть и справедливые, но негостеприимные стены святилища.

Храмовник убрал свои руки, а потом отступил на несколько шагов назад. Сперва погасло пламя в чаше, после чего потускнели и исчезли всполохи в остальных.

— Вы можете идти. А я мне придётся отправиться замаливать чужие грехи, — буркнул старик, но неожиданно раздался треск, и по каменному полу от подножия ритуальной чаши до носков его туфель пролегла глубокая трещина.

Хмыкнув, я не удержалась и подмигнула храмовнику:

— Кажется, грешник тут всего один, и он себя проявил во всей красе.

О, каким яростно-ненавидящим взглядом окинул меня старик! Будто именно я являюсь причиной гнева духов. Тем временем Норман и Айлира посмотрели на свои ладони, на которых не осталось ни единого следа от порезов, а на запястьях обоих проявились тонкие браслеты, похожие на татуировки. Вот и чудно. Это обручальное кольцо можно снять, паспорт спрятать, а такие отметки даже тональником не замажешь! Отличное решение для обозначения семейного положения. Зато теперь понятно, почему у вдовы Таллерта «браслет» едва был заметен.

Покинув святилище, мы втроём отправились обратно к дому.

— Айлира, скажите, а что означает «под единым именем»? Это не просто смена фамилии?

— Бэйтрис. Теперь меня следует называть по фамилии мужа, так как имя, данное мне при рождении, может произносить только муж. Либо полностью: Айлира Бэйтрис — мы же простолюдины. Но обычно по имени и фамилии именуют женщин, замужем за братьями, чтобы не путаться.

— Спасибо за разъяснение. Сейчас вам следует собрать вещи и сложить так, чтобы Норман нашёл, когда мы будем проезжать обратно. Их в телегу к Гиллису сложим и отвезём. А вы пока, Айли… Бэйтрис, идите в замок потихоньку. Там попросите отвести к Илзе и ждите нашего возращения.

Айлира, тьфу, вернее, уже Бэйтрис, кивнула и пошла собирать всё необходимое.

Норман отвёл меня в сторону, чтобы жена не слышала, и тихо спросил:

— Цефея, но что скажет лорд Тагард, он ведь всё увидит и поймёт?

— Огонь я возьму на себя. Просто оба постарайтесь сделать так, чтобы до того, как я пойду с вечерним отчётом, не попадались ему на глаза. Найду, что лорду Тагарду сказать.

В конце концов, не испепелит же он меня? Ну, я надеюсь…

Глава 33

Махинаторы

Бэйтрис достаточно споро собрала свои пожитки, после чего Норман пошёл её проводить окольными путями до дороги, ведущей к замку. Я же объяснила, что следует сказать Илзе, чтобы та не приняла её за самозванку, решившую пробраться на сытную должность. Конечно, кухарку ждёт сюрприз, но сомневаюсь, что она воспримет новую помощницу в штыки, а просто дождётся моего возвращения. Всё-таки из всех обитателей замка они вместе с Норманом отличаются благоразумием. Пусть даже последний и пошёл против принятых в этом мире правил и законов, но чисто по-человечески я его прекрасно понимаю. Даже в моём мире найдутся поборники морали, способные обвинить Нормана вместе с Бэйтрис в грехопадении с точки зрения религии: как же, оказались слабы духом и телом. Однако я считаю, что все люди заслуживают счастья, и пусть кто-нибудь только попробует мне возразить. В любом мире достаточно страданий и испытаний, подстерегающих ежедневно, а вдвоём с любимым человеком преодолеть их если не проще, то намного легче. В том, что эти двое любят друг друга, у меня ни на секунду не возникло сомнений: то, как они смотрят друг на друга, как касаются украдкой друг друга, думая, что в этот момент не замечаю — сказало больше слов. Кому-то может показаться, что я делаю скоропалительные выводы, ведь знакомы мы всего ничего, но это не так. Слишком многое читалось в этих мелких деталях, что подделать невозможно.

Норман догнал меня как раз в тот момент, когда я выходила из дома вдовы Таллерта. Женщина очень обрадовалась, что её берут служить в замок, но при этом ей не придётся расставаться с детьми. Во-первых, я же не сволочь, чтобы семью разбивать: им и так после смерти отца семейства несладко пришлось. Во-вторых, как сказала ранее Норману, для детей тоже найдётся работа в замке. Да-да, детский труд запрещён и всё такое… Но! Это в моём родном мире, а здесь в ученики или в слуги отдавали едва ли не с шести лет, так что им повезло, что в планах было восстановление огорода на территории замка и выполнение мелких поручений. Уж прополоть грядки им вполне было под силу, и при этом не угробить здоровье в столь юном возрасте. Или той же Лорне поесть отнести, прибраться в её каморке.

Тагард весьма удачно задерживался, чем я не преминула воспользоваться, успев выполнить все намеченные дела, несмотря на время, затраченное на разборки с храмовником. Из всех желающих мне пришлось пересмотреть свои планы только в отношении двоих: очень мне не понравилась их уверенность, что в замке они будут как сыр в масле кататься, не особо обременяя себя обязанностями. Нет уж, дудки! Работа предстоит колоссальная, а гонять лентяек, надумавших выскочить замуж за кого-нибудь из слуг и по-быстрому вернуться обратно домой, чтобы заняться воспитанием детей, мне не с руки.

В случае с первой девушкой мне помог счастливый случай в виде случайно подслушанного разговора её с матерью, которая наущала дочь, как побыстрее да повыгоднее вернуться домой. Ух, как меня это разозлило! Даже не стала ходить вокруг да около, а прямо заявила, что в том случае, если какая-нибудь из служанок выйдет замуж за работников замка, то всё равно останется служить, только вынуждена будет совмещать воспитание детей, если таковые появятся, вместе с исполнением своих непосредственных обязанностей. О нет, я не собираюсь превращать родовое гнездо генерала в Тагардский детский сад, но обозначить чёткую позицию, отсеяв таким образом халявщиц, была просто обязана. В конце концов, Тагард поручил мне набор служанок и присмотр за ними, вот пусть потом и не жалуется на моё самоуправство. Мне гораздо проще и привычнее было бы расписать проект ремонта в замке, чем нянчиться с совершеннолетними девушками и женщинами, обучая, как правильно пыль смахивать и полы драить. В общем, первой «охотнице за женихами» я отказала сама, а вторая резко передумала наниматься, едва услышала условия.

Гиллис тоже времени зря не терял, договорившись с несколькими знакомыми мастерами насчёт их работы в замке. Их, конечно, было недостаточно для ремонта, но хоть что-то. Надеюсь, в других селениях нам тоже повезёт и штат более-менее укомплектуется. Пока наш плотник отчитывался перед Тагардом, я отвела Нормана в сторону.

— Как Бэйтрис? Не расстроилась, что ей пришлось в одиночку топать в замок?

— Нет, что вы, Цефея. Ей, наоборот, одной проще дойти, чем ощущать, что из-за её неторопливости остальные вынуждены будут передвигаться медленнее.

Вот и славно, хотя у меня всё равно душа была не на месте, что отправила женщину в её-то положении без сопровождения.

— Кстати, она ключ от дома оставила?

Норман слегка улыбнулся:

— У меня давно свой имеется.

— Прекрасно, хоть дверь ломать, а затем чинить не придётся. Я вот ещё что хочу спросить: не знаете ли, случайно, есть ли где-нибудь поблизости знахарка или лекаря?

Но Норман лишь покачал головой:

— В округе точно нет, может, в других селениях найдётся?

— Лучше бы, чтобы таких оказалось несколько: оставлять обычных жителей без возможности получить лечение нельзя, а до замка слишком долго добираться, особенно из самых дальних поселений.

Однако договорить нам не удалось — Тагард скомандовал отправляться в путь.

Я снова ехала вместе с генералом на Бране, а потому не имела возможности обсудить с Норманом и Гиллисом, сколько ещё нужно будет нанять как слуг, так и мастеров для ремонта замка. Да, в мои обязанности входил подбор служанок, но и за своих братьев некоторые тоже просили, причём навыками те обладали полезными. Во втором селении — Торне, удалось всё-таки переговорить с обоими мужчинами и договориться о том, чтобы перед тем, как окончательно будет принято решение о найме, поделиться

К сожалению, только в Грайде нашлась знахарка, но так как она, по сути, оказывала помощь и соседним поселениям, переманивать её в замок было глупо и недальновидно. В Сэрте доживала свой век настолько ветхая бабулька, что сразу отпали все вопросы, почему сюда захаживают другие адепты народной медицины. Но когда мне в Аргарде улыбнулась удача в виде двух травниц, на которых указали местные, я готова была плясать от радости. Но и тут всё было не так просто: одну жители любили, вторую — не особо, считая ведьмой. В принципе, лучшей рекомендации последней я и придумать бы не смогла, направившись прямо к ней. Логика? Она самая — непостижимая женская.

Дом у Лэйнор больше походил на развалюху со следами копоти, свидетельствовавших о поджогах, зато ухоженные грядки с травами грели взор. Постучавшись, я представилась и пояснила, что пришла поговорить. Знахарка оказалась моей ровесницей, хотя мне представлялась более юной, судя по тому, как о ней отзывались односельчане.

— День добрый, Лэйнор. Не буду долго ходить вокруг да около, скажу прямо: в замке требуется знахарка или травница. Насколько поняла, вас тут не особо ценят и практиковать не дают, а так получите собственный огород в пределах крепостных стен, содержание и работу.

Лэйнор нахмурила свои соболиные брови, скрестив руки на груди:

— Нет. Не могу. У меня здесь девочка…

— Не вижу проблемы, примем и с ребёнком. Это единственное препятствие для переезда в замок?

Девушка обошла грубо сколоченный стол, ведя по нему пальцем, а затем замерла, резко обернувшись:

— Она не моя. Но у неё дар слышать и понимать травы. Я её тайком учу всему, чему узнала от своей бабки. А так как моя родственница была не в самых лучших отношениях с Тайрин, второй знахаркой, то та не станет её учить. Пропадёт дар, сгинет и девочка. Кому нужны соперницы, пусть даже и по наитию?

Приехали, выход в бетонную стену, Цефея! Не забудь только потом отклеиться и в рулончик обоев свернуться! Но упускать из рук Лэйнор да ещё и с одарённой ученицей не хотелось.

— А что за девочка? Где живёт? Не согласятся ли её родственники в качестве ученицы отпустить?

Моя собеседница покачала головой:

— Сирота она, но семью кормит, поэтому терять лишнюю пару рук родственники не захотят, хотя и попрекают вечно, что лишний рот кормить приходится. Жадные очень.

— Жадные? То есть золото любят?

Лэйнор фыркнула, закатив глаза так, что одни белки видны стали:

— Да они за медяшку удавятся, не то что за золотой!

— Ну, золотого у меня нет, а вот серебришко найдётся. Где живут эти радушные сердобольные люди, приютившие сиротку?

Лэйнор непонимающе захлопала ресницами:

— … через четыре дома отсюда. Что вы задумали, госпожа Цефея? Даже если захотите приобрести Лайну, то не сможете: рабам нельзя рабов покупать. Такую купчую оспорят сразу же и деньги не вернут.

Какая прелесть. И эта чует рабские оковы. Что ж, так даже лучше будет.

— А кто сказал, что покупать буду я?

Обалдевшую Лэйнор я попросила найти Нормана и привести его к дому девочки. Пятьдесят-шестьдесят дворов? Ха, пусть Габриэль кому-то другому лапшу на уши вешает о процветании возвращённых земель! Уже через четверть часа Норман стоял передо мной, когда я тайком наблюдала через изгородь за девочкой лет восьми, тащащую огромное ведро, заполненное до краёв водой.

— Что-то случилось, Цефея?

— Мне нужно, чтобы вы оказали мне одну услугу, Норман.

— Да после того, как вы нас с Айлирой поженили, я готов исполнить любую просьбу! Мы оба вам так обязаны!

— Купите мне ребёнка, Норман! Деньги я дам.

Бедный мужчина аж поперхнулся пирожком, который ему вручила жена перед тем, как покинула дом.

Я отобрала остаток и затолкала себе в рот, нравоучительно подняв указательный палец вверх:

— Никогда не ешьте на ходу и во время разговоров! Дольше проживёте. Мне очень нужен этот ребёнок, а то без знахарки рискуем остаться. Кто Бэйтрис поможет, когда срок придёт?

Норман откашлялся, а потом тихо произнёс:

— Лорд Тагард нас убъёт…

Глава 34

Новоиспеченные работорговцы

— Может попробовать, конечно, но этот вопрос мне придётся решать. В конце концов, Норман, мы и так за сегодняшний день достаточно натворили дел, чтобы он нас испепелил на месте. Проступком больше — проступком меньше, какая живым трупам разница? Да не бледнейте так, я уже всё придумала. Вы покупаете девочку, потом её покупает Лэйнор и даёт волю. Всё. Никаких новых рабов в замке не появится, следовательно, поводов для ругани и наказания у лорда Тагарда не будет. Ещё пирожок есть?

Норман достал из-за пазухи холщовый свёрток и протянул мне:

— А почему Лэйнор сразу не может купить девочку, если вы платите?

Я выудила пирожок, вернув свёрток обратно:

— Родственники девочки могут воспротивиться, так как нашу будущую замковую знахарку здесь не очень любят и могут отказать чисто из вредности. Если ты дашь волю девочке сразу, то Бэйтрис точно не окажется в восторге от падчерицы. Зато, когда её выкупит Лэйнор, то она по праву имеет право установить над ней опеку, так как родственники же отказались от неё, продав мне в вашем лице.

Во взглядах Нормана и Лэйнор читалось нечто среднее между «самоубийца» и «сумасшедшая», но меня было бесполезно этим пугать. Правда, не стала вдаваться в детали, чтобы сделка всё-таки состоялась, а помощник лорда Тагарда не скрылся в неизвестном направлении, прихватив с собой жену, чтобы не подвергнуть их обоих каре от господина.

— Ну так поможете или мне как-нибудь на Гиллиса надавить?

— Помогу. Знахарка нам в замке действительно нужна.

— Вот и отлично! Доставайте лист бумаги и свой грифель, я же знаю, что у вас есть.

Норман полез в висящую через плечо сумку и достал требуемое с таким видом, словно видит солнце последний раз в жизни. Надеюсь, что после сегодняшнего вечера нам удастся остаться с ним друзьями. Мне вполне хватает «кирпичных морд» Фенеллы, чтобы страдать от нехватки ещё одной подобной. Зря всё-таки настоящая Цефея не захотела жить дальше — в замке Тагарда ей точно скучать не пришлось бы.

Лэйнор я отправила домой собираться и дожидаться нашего возвращения вместе с Лайной, а сама натянула на себя то

— Хотите нанять кого-то из наших девочек?

Я посмотрела на выглядывающих через слегка приоткрытую входную дверь девиц и вспомнила, что те были у дома местного старосты, когда Тагард объявил о цели визита. Мне, конечно, с их лиц воду не пить, но ни одна не понравилась. Слишком уж напоминали Фенеллу вместе с Мореей.

— Купить. Обучить взрослых девушек, конечно, можно, но таких мы наняли уже достаточно, в вот воспитать нескольких девочек в соответствии с правилами, принятыми для прислуги в высокородных домах — намного лучше. Мне сказали, что у вас в нахлебницах сиротка живёт. Это ведь её я видела только что? Жилистая и выносливая — она мне подходит. Заодно и вас от обузы избавлю: не потребуется тратиться на её содержание.

Как только речь зашла о сделке, у хозяйки тут же забегали глаза, и сама она заметно оживилась.

— Да как же так можно⁈ Кровиночка ведь родная! Дочь сестры покойной, последняя память о ней! Как от сердца-то оторвать⁈

Да-да, вижу, как девочку тут любят, одевают, обувают… Да изодранное платье Цефеи на рабовладельческом рынке стократ роскошнее выглядело. Молчу уже о синяках и кровоподтёках на тоненьких ручках Лайны. Мысленно порадовавшись за свою предусмотрительность, высыпала себе на ладонь горсть медных монет, разменянных у старосты Грайда. Хотела себе платье или отрез ткани для него купить, чтобы потом поручить одной из служанок сшить на смену тому, в котором сейчас хожу, да видно не судьба. Вот так решишь чем-нибудь материальным разжиться, а в итоге сплошные судьбы приобретаешь…

При виде денег «любящая тётушка» стала расхваливать племянницу и так и этак. Медленно отсчитывая монеты, я наблюдала за женщиной, а потом вроде как случайно тряхнула руками, заставив рукава плаща оголить запястья, на которых красовались браслеты. Если храмовник вместе с Лэйнор почувствовали магию, исходящую от оков, то хозяйка дома сразу поняла мой статус, как только увидела альтернативные кандалы. Так что не только знахарка была в курсе, что рабы не могут покупать себе свободных людей в услужение. Набрав медяшками половину номинала серебряной монеты, оставшиеся деньги я ссыпала обратно в карман:

— Пятьдесят. И то исключительно из уважения к вашим родственным чувствам. За большую цену можно купить уже взрослого человека. Согласны составить купчую на девочку?

Попричитав ещё немного, и то больше для видимости, женщина протянула руку вперёд, а второй поманила бледную как полотно Лайну.

— Норман, запишите, пожалуйста, условия сделки.

После того как лист бумаги украсила закорючка второй стороны, я подтолкнула девочку к выходу и распрощалась с присутствующими.

До дома Лэйнор мы едва сдерживались, чтобы не пуститься в бег, но вызывать подозрения было нельзя. И так вынуждены были заложить лишний круг, чтобы подойти незаметно. Лайна обречённо топала рядом, готовясь к самому страшному. Понимаю её: всё-таки лишиться свободы, пусть даже такой, тяжело, но и раскрыть перед ней весь план было нельзя. Открыв дверь на условный стук, Лэйнор бросилась к девочке и крепко её обняла, вопросительно глядя на нас с Норманом. Подмигнув знахарке, я кивнула, а затем ошарашила вопросом:

— Скажите, а у вас ромашка, чабрец и мята найдутся?

Не понимая, при чём тут травы, Лэйнор развязала один из свёртков и достала три пучка сушёных трав.

— Хорошее качество, я беру! — на подоконник из моего кармана перекочевали две серебряных монеты и договор о покупке Лайны у Нормана, в котором осталось лишь поставить имя знахарки.

Лэйнор вначале не сообразила, в чём дело, а затем быстро накарябала своё имя. Всё-таки неоспоримый плюс этого мира в том, что более-менее азами грамоты простые люди здесь владели. По крайней мере, писать своё имя были обязаны уметь. Следом за купчей знахарка подписала вольную, которую я также оставила у себя и проинструктировала, чтобы эти двое шли в замок до того, как телега Гиллиса покинет пределы Аргард. С чувством выполненного долга мы с Норманом возвращались к дому старосты, где был объявлен общий сбор, как нас остановил окрик, раздавшийся позади.

Мне даже не пришлось угадывать, кому же это вдруг так срочно понадобились мы с Норманом. Тётушка Лайны так торопилась вернуть драгоценное чадо в лоно семьи, что запыхалась, а её лицо покраснело, как перезрелый помидор. Казалось, вот-вот, и женщину хватит удар.

— Вы что-то хотели, уважаемая?

— Там… это… Нехорошо получилось.

Я скрестила руки на груди, снова продемонстрировав браслеты из-под рукавов:

— И что же такого произошло с момента нашей последней встречи?

Норман помалкивал, но не даже не пытался скрыть иронию, скользившую в его взгляде.

— Мне люди сказали, что вы сама рабыня, а, значит, не можете никого покупать. Нельзя же закон нарушать! Верните Лайну!

— Я свой статус ни от кого не скрывала никогда, но при чём тут сделка, касающаяся вашей племянницы?

Тётушка Лайны оторопела от моего вопроса и непонимающе захлопала ресницами:

— Ну как же… Вы же купили её.

— Я? Вы что-то путаете. Я никогда бы не позволила себе нарушить закон, тем более что служу лорду Тагарду, который, как известно, весьма ревностно относится к соблюдению тех или иных правил.

— Да, но…

Я достала из сумки первую купчую:

— Вашу племянницу приобрёл помощник лорда Тагарда Норман. Можете сами в этом убедиться: там стоит не только его имя, но и моя подпись, как свидетеля заключения сделки.

Женщина вытаращилась на лист бумаги так, будто на нём был изложен её смертный приговор. Я же продолжила её «учить» точно так же, как в своё время гоняла своих прорабов и мастеров, чтобы те тщательно читали все бумаги, которые подписывают. Причём обязательно до того, как поставят свой росчерк в соответствующей графе.

— Несомненно, вы можете выкупить свою племянницу обратно, просто вернув Норману заплаченные им деньги. Однако в договоре не указан пункт, что он является единственным и окончательным хозяином девочки. Понимаете, что это значит?

Тётушка Лайны утвердительно закивала головой:

— Конечно! Что её могут купить!

— Так вот, это, собственно, и произошло. Ещё один человек, работающий у лорда Тагарда, пожелал перекупить девочку, теперь она принадлежит ему. Вы, конечно, можете попробовать выкупить, вот только смею предупредить вас о том, что продана была Лайна уже не за пятьдесят медных монет, а за две серебряных. Таковой была её последняя цена.

Если до этого в женщине ещё боролась алчность с желанием вернуть обратно удобную во

Однако тётушка Лайны не собиралась так просто сдаться, поэтому вытащила последний козырь:

— Поговаривают, что лорд Тагард ненавидит рабство и всё, что с ним связано… Я попрошу у него защиты!

Ай, какая умница! Мне даже захотелось поаплодировать, но лишать себя удовольствия доиграть эту партию — гораздо меньше, поэтому следом за последней купчей на свет божий появилась вольная.

— Простите, а повод для жалобы какой будет? Так как Лайна не имеет старших кровных родственников по прямой линии, то опека над ней остаётся за последним хозяином. К тому же заплаченные по сделке деньги теперь считаются вкладом в будущее благополучие девочки. Следовательно, для оспаривания права опеки достаточно не только компенсировать две серебряные монеты, но и дать некоторую сумму сверху, доказывая свою заинтересованность и обеспеченность.

Тагард может сколько угодно фыркать насчёт происхождения Цефеи, но за данное ей образование я уже который раз готова была расцеловать покойного лэйра Вейдара. Конечно же, речь об университетском уровне не шла, но в рамках обязанностей экономки дома Лоредан, немного выходящего за пределы для более широкого кругозора — вполне. Плюс пояснения Тагарда, когда он менял на мне первоначальные оковы на альтернативные.

— Так мы идём разбираться к лорду или нет?

В душе я надеялась, что услышу ответ «нет», но когда в этой жизни было что-то так легко и просто?

Глава 35

Находки

На наше с Норманом счастье у тётушки Лайны больше не нашлось аргументов, а расставаться с такой суммой она не желала. Поэтому, пожелав ей доброго дня, я убрала все бумаги в сумку, а потом пошла к месту сбора. Нечего сказать, «удачно» съездили. Учитывая количество нанятых людей, придётся хорошенько по дороге обмозговать, где их всех разместить, а потом ещё и проконтролировать, чтобы со стороны Фенеллы никаких сюрпризов не возникло. А потом идти к Тагарду на заклание. Правда, он этого ещё не знает, но думаю, молчать не будет точно. С его-то принципами я бы на его месте меня прибила на месте без лишних раздумий. Так что придётся извернуться, чтобы отстоять свою точку зрения и обосновать все сегодняшние приключения. Тем более что теперь от меня зависит благополучие четырёх людей.

Мы уже погрузили все вещи в телегу, как примчался какой-то мальчишка и быстро затараторил:

— Там…это… ведьму ищут! Ведьма Лэйнор пропала! Кабы беды не было!

Вот не поймёшь этих местных: есть Лэйнор — плохо, пропала Лэйнор — тоже плохо. Тьфу! Тагард на мгновение отвлёкся от разговора со старостой и прислушался к сорванцу. Пришлось брать дело в собственные руки и попросить генерала о разговоре с глазу на глаз.

— Цефея, твои проделки?

— Да, лорд Тагард. Вы не обращайте внимание на слухи — Лэйнор хорошая знахарка, но из-за давней вражды её бабки с Тайрин, пользуется не очень хорошей репутацией у местных. Зато как травнице — ей цены нет. Я проверила. А знахарка нам в замке нужна, поэтому я её наняла, и она уже направляется туда.

Тагард внимательно посмотрел на меня, а затем на взбудораженно перешёптывающихся жителей Аргарда:

— И когда ты всё успела?

— Опыт. Сами же поручили найм служанок.

— Посмотрим. Если что, с тебя спрос будет.

Ха, напугал ежа! Мне после закидонов Фенеллы уже не страшно, к тому же сейчас работы в замке поприбавится, всё меньше времени на глупости останется. Всех нанятых людей мы отправили вперёд, прекрасно понимая, что как раз к ночи до замка доберутся несмотря на то, что некоторые взяли с собой телеги и лошадей. Кое-какую провизию удалось приобрести в каждой из деревень, выкупив ещё по подводе для нужд у старост. Таким образом, в направлении замка потянулась вереница телег во главе с Гиллисом и Норманом, которая в скором времени должна была стать ещё длиннее.

Мне в этом плане повезло больше, так как нам с Тагардом предстояло прибыть раньше остальных, то генерал пришпорил Брана и мы унеслись вперёд. Уже оказавшись на приличном расстоянии от Аргарда, я обернулась, хотя это было не очень удобно, и увидела подымающийся столб чёрного дыма как раз с той стороны, где располагался дом Лэйнор. Молодцы местные — раз ведьмы больше нет, значит, нужно спалить всё ею нажитое, чтобы точно назад не вернулась. Как же я люблю добросердечных и просвещённых людей!

Так как никаких изменений в отношении нанятых не последовало, в каждой из деревень Тагард делал короткую остановку и командовал к сбору, чтобы как только появится наш «авангард», сразу же пристраивались к ним в хвост. На всякий случай генерал ещё раз напомнил старостам, чтобы проконтролировали отъезд всех работников замка и сообщили Норману, если кто-то передумает. Хорошо, что деревенские тягловые лошадки были привычны к нагрузкам и можно было не беспокоиться о том, что они выдохнутся по пути.

По прибытии в замок Тагард позвал Корла и Алистера, чтобы ввести их в курс дела, а я поспешила на кухню к Илзе, где, как и ожидала, застала Бэйтрис.

— Ну как у вас тут дела?

— Да вот… Обживаемся… — кухарка рукой показала на Бэйтрис, занятую разбором каких-то трав.

— Прекрасно. Это жена Нормана и она будет вашей помощницей, Илза. Ситуация, конечно, у нас случилась не самая простая, но и не критичная…

Я рассказала вкратце обо всём, что произошло в Сенре, не забыв упомянуть и о Лэйнор с Лайной.

Илза задумалась, а потом махнула рукой:

— Ничего, всех разместим, за всеми приглядим, всех обиходим. Бэйтрис толковая, насколько я смогла понять, так что найдётся ей работа по силам. Но вот как быть с господином Беантаном?

— Я с ним переговорю вечерком, а пока о Бэйтрис никто не должен знать по мере возможности. По пути сюда получила «добро» от лорда Тагарда, чтобы Норман занял одну из комнат возле моей, всё-таки он пусть и негласно, а является его помощником, следовательно, имеет полное право претендовать на спальню второго помощника управляющего. Я

— Должно хватить. Я тоже туда давненько не заходила, но вроде большая была, — кивнула Илза, показывая на один из ключей, висящих у меня на связке. — Или этот, или соседний должен подойти.

— Вот и славно. По нашим расчётам, нанятые люди прибудут ближе к ночи, поэтому у нас сейчас есть время, чтобы более-менее привести комнату в порядок. Как раз этим и займусь, когда проверю, чем сегодня служанки занимались в моё отсутствие, и нагружу их работой. Бэйтрис посидит в моей комнате: так и ей, и нам с вами будет спокойнее. Дверь закрывается на ключ, и никто случайно туда не войдёт.

На том и порешили, вот только открыв комнату, предназначавшуюся Норману, я тут же поспешила за Тагардом.

Генерала я нашла в его кабинете, занятого разбором каких-то бумаг.

— Цефея, что-то случилось?

— Можно сказать и так. Но вам лучше это лично увидеть.

Тагард тут же отложил всё в сторону и направился к двери:

— А теперь коротко и по существу, Цефея.

— Сегодня я попросила у вас разрешение переселить Нормана в другую комнату, а так как скоро тут будет полным-полно народа, то решила проверить, в каком она состоянии, чтобы можно было сразу разместить всех с учётом свободных кроватей. Открыла дверь и поняла, что лучше стоит позвать вас, чтобы потом лишних вопросов не возникло.

— Надеюсь, ты там не труп Эллера обнаружила… — усмехнувшись, покачал головой Тагард.

— Ну, почти…

— Ты меня пугаешь, Цефея. Только не говори, что прикончила заодно и Фенеллу, а потом обставила всё, как самоубийство по причине неразделённой любви.

Я не выдержала и прыснула со смеху:

— Хорошего же вы обо мне мнения, лорд Тагард.

Генерал улыбнулся, поглядывая на меня через плечо:

— После того как ты столь рьяно взялась за исполнение своих обязанностей и участившихся жалоб от служанок на твой деспотизм, я уже ничему не удивлюсь. А это что?

Мы как раз подошли к нужной комнате, и теперь генерал с недоумением смотрел на кочергу, продетую между дверной ручкой и стеной.

— А это я так, на всякий случай. Потом к себе отнесу, — я осторожно вытащила металлический прут и отставила в сторону.

Ну не могла сразу убрать кочергу, чтобы не выдать присутствия Бэйтрис в моей спальне. Тихонько повернув ключ в замке, я распахнула дверь и отступила в сторону, чтобы Тагард смог в полной мере насладиться открывшейся картиной. Вся комната была заставлена мебелью, завалена какими-то тюками, возле одной из стен стояли повёрнутые к ней изображениями картины, но самое интересное, на мой взгляд, находилось в кровати. Ага, прямо посреди разбросанных подушек мирно спала Морея, проснувшаяся только после того, как Тагард громко кашлянул. Служанка подскочила на месте, а потом с ужасом воззрилась на нас.

— И как это всё понимать? — грозно спросил генерал, скрестив руки на груди.

— Я… случайно… тут…

Я не удержалась и вставила свою шпильку:

— Угу. Случайно оказалась в запертой заброшенной комнате, замок которой настолько хорошо смазан, что открывается без малейших затруднений и шума…

— Вот мне тоже показалось это странным, — Тагард чуть повернул голову в мою сторону, не сводя при этом взгляд с Мореи. — Цефея, ты раньше открывала эту комнату?

— Ни разу, как и Илза, которой я обмолвилась, куда иду. Она сказала, что эта комната уже давно стоит запертой, — без малейших зазрений совести продолжила я «топить» бывшую любовницу управляющего, подыгрывая Тагарду.

— Так может, это не Эллер сбывал всё ценное, что можно было найти в замке, а ты, Морея? Потом избавилась от своего любовника, можешь не отрицать — ни для кого не секрет, в каких вы состояли отношениях.

Девушка перепугалась до смерти, судя по окончательно потерявшему краски лицу, соскочила на пол, путаясь в покрывале, а потом, заикаясь, затараторила:

— Нет! Я ни в чём не виновата! Это он, всё он один! Эллер обещал, что мы уедем с ним, но в итоге бросил меня, а потом и вовсе погиб! Я ничего не брала, клянусь! Сюда просто уносились хорошие вещи, чтобы другие их не испортили!

Ага, вот мы с Тагардом прямо так и подумали. Сразу и без лишних сомнений! Зато сразу отпали вопросы, где именно Эллер встречался со своей пассией, оставляя собственную спальню практически недосягаемой ни для кого. Морея всё говорила и говорила, закладывая бывшего полюбовничка по полной. Под конец её неиссякаемого словесного потока даже Тагард устал слушать и жестом показал, чтобы она замолчала.

— Цефея, распорядись, чтобы отсюда всё перенесли в кладовую рядом с моими покоями, а затем всё тут привели в порядок. А за пренебрежение своими обязанностями Морея проведёт сутки в подземелье.

А генерал умеет быть суровым. Мысленно помолившись, что паниковать стоит начинать только ближе к докладу, я принялась за выполнение поручений. К тому времени, когда Алистер открыл ворота и показалась первая телега, спальня помощника была отмыта до блеска, кровать перестелена, а в шкафу появились вещи Нормана, которые я лично забрала из его комнаты. Улучив минутку, заскочила к себе и рассказала Бэйтрис, что как только все угомонятся, отведу её туда и вручила ключ, забранный у Мореи. Осталось теперь всех разместить, а потом идти к Тагарду.

Глава 36

Огонь на себя

Во дворе сразу стало очень шумно, поэтому пришлось разделить зоны ответственности между Норманом, Алистером, Гиллисом и Корлом, распределив прибывших. Наш привратник, как самый молодой и сильный, занялся переносом мешков с провиантом на кухню, отобрав себе в помощь троих парней, конюх быстро прибрал к рукам возниц, отрядив их заняться лошадьми и повозками, плотник увёл мастеров, чтобы определить фронт работ на ближайшее время и разобраться, хватит ли инструментов, ну а мы с Норманом принялись заселять оставшихся.

Вой Фенеллы, что ей теперь придётся делить комнату с ещё парой служанок, думаю, был слышен далеко за пределами замка. Интересно, а она смогла бы отпугивать тварей, выпусти её в места разломов? Жаль, не проверить никак, я бы с удовольствием провела этот эксперимент, так как их выходки с Мореей у меня уже в печёнках сидели. Вдове Таллерта и обоим её детям, естественно, досталась отдельная комната. Потом, как те подрастут, можно будет расселить на мужскую и женские половины, а пока лучше им

— Пойдёмте, я вам вашу комнату покажу.

Лэйнор задумчиво посмотрела на свою воспитанницу, а потом перевела взгляд на меня:

— От этого места далеко?

Честно говоря, вопрос меня немало озадачил, поэтому прикинув примерное расстояние, я лишь кивнула головой.

— А рядом что-нибудь есть? Нам бы к земле поближе… –знахарка поглядывала на небольшую дверцу, видневшуюся в стене как раз неподалёку от огорода.

— Думаю, найду что-нибудь подходящее, –я сняла с пояса обе связки ключей и пошла к той самой двери, надеясь, что замок всё ещё в рабочем состоянии, и его не придётся ломать.

На наше счастье, звать Гиллиса на помощь не пришлось, и вскоре мы уже стояли в небольшом коридорчике, уходящем вглубь замка. Слева и справа от нас располагались две двери, повозившись немного с которыми, удалось попасть внутрь. За одной из них располагались две смежные комнаты, при виде которых у Лэйнор загорелись глаза, а вот за второй всего одно помещение, причём не имевшее окон.

— Вижу, что вам тут нравится. Какие будут идеи? –обратилась я к знахарке, придерживающей за плечо девочку, всё порывающуюся как следует изучить открытые комнаты.

— Вот тут можно было бы готовить снадобья, очаг подходящий, да и света много, а в дальней устроить спальню… Если можно, конечно… –робко произнесла Лэйнор, прикусывая нижнюю губу от волнения.

— Точно тесно не будет?

Обе тут же замотали головами, подтверждая согласие занять выбранные комнаты. Что ж, одной головной болью меньше, к тому же так даже проще будет: найти помещение поблизости под лазарет, и прекрасно можно будет и уход за ними обеспечить, и изолировать от остальных, если чем-нибудь заразным кто-то заболеет. Всё-таки осень впереди.

— Хорошо, остаётесь здесь. Сейчас попрошу мужчин перенести сюда кровати, но вот с уборкой вам придётся самим справляться. Сейчас уже поздно служанок звать, а завтра и в последующие дни им будет некогда. Что насчёт помещения напротив? Под кладовую для лекарств подойдёт?

— … и для сушки трав –тоже… –не веря своему счастью, пробормотала Лэйнор.

— Прекрасно. Скоро будет ужин, я за вами зайду. Тогда же покажу, где вёдра и воду взять, –я отдала оба ключа знахарке, а сама пошла вглубь замка, искренне надеясь не потеряться и правильно сориентироваться.

На кухню ввалилась, когда Илза раздавала указания новым девушкам, чтобы готовили посуду и накрывали столы.

— Как вы тут, справляетесь? Работы-то привалило…

Раскрасневшаяся кухарка вытерла тыльной стороной ладони лоб, а затем усмехнулась:

— Ничего! Зато работа настоящая появилась! А с помощницами с ней справиться –раз плюнуть! Так, девушки, не расслабляемся, вам ещё похлёбку разливать!

Успокоившись, что у Илзы дела идут как надо, я первой поела, а потом ушла к Лэйнор, чтобы показать дорогу на кухню. Наконец, все были накормлены, заселены и оставлены обживаться, а я отправилась с вечерним докладом к Тагарду. Генерал слушал меня внимательно, даже оказался доволен моей работой, а под конец задал вопрос, которого я так ждала:

— Что-нибудь ещё, Цефея? Вижу ведь, что хочешь что-то добавить.

Я изобразила как можно более невинное выражение лица, а затем ответила:

— Норман сегодня женился. Извините, что не позвали, вы заняты были…

— Что⁈ — Тагард аж вскочил со своего места.

— Так его жене скоро рожать, куда тянуть-то было? –слушая про себя молебен «За упокой души», причём собственной, и стараясь не выдавать собственного волнения, беспечно махнула я рукой.

Ох, как Тагарда перекосило от гнева! Любо-дорого смотреть.

— Немедленно Нормана ко мне!

Я вскочила со своего места, преграждая собой путь:

— Поздно, спят уже все. Вы же не хотите, чтобы от волнения с Бэйтрис беда случилась?

— Цефея! Ты же знаешь правила, принятые в этом замке, а он их нарушил!

— Не по своей воле, лорд Тагард! Норман долгие годы питался провести брачный ритуал, но ему отказывали! Так в чём его вина⁈ –я уткнулась спиной в дверь, так как пришлось отступать под натиском генерала, жаждавшего расправы по поводу соблюдения морального облика своим помощником.

— Цефея!…

— Может, всё-таки меня вначале выслушаете, прежде чем тревожить Нормана с женой?

Тагард навис надо мной так, что мне пришлось задрать вверх голову, чтобы продолжать смотреть ему прямо в глаза и постараться предугадать его следующие действия.

— Хорошо. –медленно выдохнув произнёс Тагард. — Что ты хочешь мне сказать?

Понимая, что буря миновала, а перед тем, как послужить причиной ещё одной нужен хоть какой-нибудь мало-мальски перерыв, я рассказала подробно обо всём, что произошло в Сенре, не забыв предать максимально достоверно интонации храмовника. В конце концов, если бы не этот старый сморчок, мне не пришлось бы прикрывать сейчас Нормана и Бэйтрис. Тагард убрал руку, на которую опирался, а затем и вовсе отошёл, вернувшись за стол. Я перевела дух, чувствуя, что ещё чуть-чуть, и сползу от напряжения на пол, так как ноги отказывались держать.

— Ладно. С храмовником я разберусь. Если с его попустительства и пренебрежения своими обязанностями ещё имеются пары, не сумевшие узаконить свои отношения, то, боюсь, недолго ему ещё занимать его пост. Особенно гнусно выглядит его попытка уничтожить Нормана вместе с женой, потребовав кары, хотя оба они не являются драконами по своему рождению. Если бы в них была хотя бы капля этой крови, то всё, что их ждало –это её угасание. Но раз Духи-Прародители Драконов не дали свершиться злу, значит, признали чистоту помыслов Нормана и той женщины, пусть они оба и нарушили правила.

У меня словно гора с плеч упала. По крайней мере, за Нормана и Бэйтрис можно теперь не переживать. Осталось признаться во втором своём проступке и либо добить Тагарда, либо он прибьёт меня за излишнюю инициативность.

— Но это не всё, так ведь, Цефея? –генерал пристально посмотрел на меня, заставляя нервничать ещё больше. Всё-таки энергетика, исходящая от него, когда он явно не в духе, весьма тяжела и заставляет помимо воли чувствовать себя мелкой букашкой, даже если ничего не грозит. Я ещё на том постоялом дворе хорошо её прочувствовала, хотя по первости и списала на своё неважное состояние.

— Да, лорд Тагард… –я внутренне собралась, а затем быстро выпалила. — А ещё мы с Норманом купили девочку. Но потом сразу

Тагард прикрыл глаза рукой, а затем выпустил тоненькую струйку дыма при выдохе.

— Так, хорошо. Что же произошло дальше?

Я настолько оторопела от такой реакции, ведь ожидала очередного всплеска его гнева, а тут… просто почувствовала усталость и даже некоторую обречённость.

— Цефея, чем быстрее ты всё расскажешь, тем скорее мы отправимся отдыхать. День и так был непростой, а завтра будет не менее сложным.

— А вы не собираетесь ругаться? Мы ведь всё-таки человека купили…

Тагард отнял руку от лица и положил перед собой, забарабанив пальцами по столу:

— За то непродолжительное время, Цефея, что я имел несчастье познакомиться с тобой, понял одну вещь: ты никогда не делаешь ничего просто так. Будучи самой рабыней никогда бы не обрекла другого человека на повторение своей судьбы просто так, пусть даже тому не грозили магические оковы, как в твоём случае. Так что же тебя сподвигло нарушить и это правило?

— Знахарка отказывалась уезжать без своей ученицы, а так как девочка являлась сиротой, да ещё и жила у алчных родственников, поручавших ей самую тяжёлую работу несмотря на возраст, это было единственным вариантом…

— Понятно. Сейчас, я так понимаю, обе в замке?

— Всё так, лорд Тагард. Но так как я не имела права из-за своего статуса заключить сделку на себя, вначале девочку купил Норман, а потом уже у него наша новая знахарка, тут же дав вольную. Таким образом, Лайна переступила порог Тагардского замка, будучи опять свободной. Ни одну из сделок родственники девочки оспорить не смогут, так как денег у них на это точно не хватит. К тому же они действительно очень жадные.

— Хитро. Деньги Норману и знахарке ты дала?

— Да. Всё-таки это была моя идея.

Тагард, продолжая отбивать дробь, задумчиво произнёс:

— Естественно, потратила все деньги, которые я тебе дал, а себе ничего не купила…

Я нервно хмыкнула, до конца не осознавая, что угроза всё-таки миновала:

— Ну почему же? Целую брачную церемонию и одного человека…

— Ой, иди уже, пока я снова не вышел из себя. Надеюсь, что все твои сегодняшние старания не пройдут даром.

— Так я действительно могу идти?

— Иди. Надеюсь, что за эту ночь ничего не случится и она пройдёт спокойно. Хотя с твоим-то везением находить себе приключения на ровном месте…

— Доброй ночи, лорд Тагард!

Генерал махнул рукой, а я быстренько выскочила в коридор. Уфф, пронесло. Даже настроение поднялось. Теперь как-нибудь разобраться с ночным кошмаром, и вообще всё будет замечательно! Чует моё сердце, неспроста мне каждый раз снится то заброшенное место.

Глава 37

Не стоит сюда ходить

Перед тем как лечь спать, я ещё раз проверила, как все разместились, и только потом ушла к себе. Учитывая, что один и тот же кошмар снится мне из ночи в ночь, но каждый раз в нём что-то меняется, решила попробовать прощупать связь между сном и реальностью. Всё-таки знак «алеф» над воротами, потом перстень Тагарда… Будь я в своём родном мире, посмеялась бы над своими попытками найти какую-нибудь мистическую составляющую, но здесь… Чем дольше сталкиваюсь с местными реалиями, тем больше материалистки во мне умирает.

Цепи… Вырывающийся огонь из-под искорёженных напольных плит… И опять это непонятное чёрное полупрозрачное марево. Я смогла до него дойти настолько, что руки протяни, и обе ладони спокойно смогу положить, но вот сделать больше ни одного шага так и не удавалось. Однако стоило мне направить кончики пальцев по направлению к этой непонятной аномалии, как она заволновалась, заходила волнами, но не исчезла. Наоборот, у меня создалось ощущение, что она пытается меня оттолкнуть, но что-то ей мешает. И такое чувство, что это… я.

Мои надежды на то, что успею задать свой вопрос, не оправдались, так как меня вышвырнуло обратно в реальность. За окном уже рассветало, а в замке стояла просто-таки звенящая тишина. Ладно, будет день –будет пища. Кстати, о насущном. Надо будет заглянуть на кухню к Илзе, чтобы быстренько перекусить, а потом отправиться раздавать указания новым служанкам. Поплескав себе на лицо холодной водой, немного взбодрилась, а потом по привычке прикоснулась рукой к стене, приветствуя замок. Живой, или не живой, но он точно меня принимал и понимал, поэтому, вспоминая сказки, на которых выросло большинство из нас, предпочитала отдавать посильную дань уважения.

Илза застала меня как раз в тот момент, когда, похрустывая солёным огурчиком, уминала импровизированный бутерброд из вчерашнего хлеба и куска мяса какой-то дичи, выловленной из котла.

— Цефея! Вы бы хоть подождали немного, –укоризненно посмотрела на меня Илза, начиная вытаскивать из закромов зелень, овощи и какие-то кастрюли.

— Мне уже пора. Извините, что похозяйничала тут в ваше отсутствие.

Продолжая меня совестить, она достала кувшин, перевязанный тряпицей, сложенной в несколько слоёв.

— Может, молочка? Холодненького…

Не удержавшись от хохота, я едва не врезалась в дверной косяк. Нет, мне, конечно, не помешает ускориться, чтобы сегодня всё успеть, но не таким же экстремальным способом, как запивание солёных огурцов молоком.

Зато к спальням прислуги вышла в приподнятом настроении, чего не сказала бы о «старом» составе служанок, испепелявших взглядами «новобранцев». Девушки могут сколько угодно выражать своё недовольство, чувствуя конкуренцию, но пусть только попробуют устроить «дедовщину», как быстро отправятся чистить швы между плитами соломинками от колосков. Я же не виновата, что зубных щёток в этом мире как таковых не изобрели, да ещё и так, чтобы они были в свободном доступе, а не считались предметами роскоши. Примерный план действий у меня уже был, поэтому, показав каждой группе девушек, на которые разбила весь женский состав прислуги, фронт работ, отправилась на поиски Нормана, чтобы согласовать с ним, какое количество девушек стоит отрядить, чтобы сразу убирали за ремонтниками весь мусор. В противном случае пациенты у Лэйнор появятся гораздо быстрее, чем мы рассчитываем.

Нормана я встретила не просто в благостном расположении духа, он весь светился, словно начищенный пятак. Вот что значит провести ночь рядом с любимой женщиной! Такой радости на его лице не видела даже в тот день, когда мы с Тагардом прибыли в замок.

— Я вижу, что это утро стало для вас по-настоящему добрым!

— Если бы не вы, Цефея… Даже не знаю, как вас благодарить! Я встретил лорда Тагарда, и они совершенно на меня не сердился, хотя оказался в курсе нашей с Айлирой церемонии. Поздравил и попросил зайти к

— Могу сказать даже больше: лорд Тагард в курсе нашей «работорговли».

Глаза Нормана вылезли из орбит, а челюсть едва не достигла пола.

— Но как?

— Я рассказала. И про свадьбу, и про покупку Лайны. Это наиболее разумный выход с учётом всех обстоятельств. Сами подумайте, какой была бы его реакция, если вначале столкнулся со слухами? Сомневаюсь, что дело закончилось просто гневной проповедью насчёт нравственности…

— Лорд Тагард так сильно ругался? –осторожно поинтересовался Норман.

— Самую малость, так что не стоит беспокоиться. Зато он выслушал все мои аргументы и сменил гнев на милость, –я сняла с пояса все связки ключей, так как за всеми разговорами мы подошли к главной башне, с которой в первую очередь нужно было начинать ремонт.

Как раз в этот момент к нам присоединился Гиллис с пятью мужчинами, несущими инструменты и верёвки. Некоторое количество брёвен и досок было привезено вчера, а вот за добычей новых мужчины должны были отправиться в лес сразу после завтрака. Поэтому я предупредила Илзу, чтобы та собрала еды ближе к полудню, а дети потом отнесли нашим «дровосекам».

Учитывая «хозяйственность» Эллера, почти все комнаты, открытые мной, оказались пустыми или полупустыми, хоть и сохранившими в себе следы былого величия: всё-таки здесь когда-то жила семья Тагарда. Покои самого генерала располагались чуть ниже, а мы забрались почти под самый верх. Я подошла к очередной двери, намереваясь начать подбирать ключи к ней, как услышала позади себя окрик:

— Цефея!!! Не стоит туда входить! Лорд Тагард всегда запрещал!

Но было уже поздно: первый же из ключей легко вошёл в замочную скважину, заскрежетал замок, и дверь приоткрылась. Толкнув её посильнее, я оказалась в комнате, стены которой были завешены истлевшими полотнами то ли грязно-розового, то ли просто выцветшего со временем алого цвета. Обломки мебели, валяющиеся на полу разительно отличались от того стиля, что мне доводилось видеть до сих пор в замке. Даже не так: остатки изголовья и изножья кровати были чуть изящнее и не такими массивными, на перекошенной тумбе кое-где сохранились резные завитушки, и даже сам портал камина намекал своей вычурностью, что покои предназначались женщине. Вот только непонятно, почему всё находится в таком виде. У меня создалось впечатление, что всё, что когда-то находилось в этой комнате, было сломано и разбито нарочно. Как будто кто-то мстил кому-то, с остервенением уничтожая всю обстановку и срывая свою злость на неодушевлённых предметах.

— Цефея, пойдёмте, пока не поздно. Необходимо запереть эти покои, пока лорд Тагард не обнаружил, что его запрет был нарушен… — Норман подскочил ко мне и попытался увести, крепко взяв за предплечье.

— Кто. Осмелился. Нарушить. Мой. Приказ⁈ –послышалось со стороны коридора, а вскоре и сам генерал показался на пороге. — Немедленно выйдите оба и заприте дверь!

Таким Тагарда я видела впервые. Его лицо, перекошенное от гнева, не предвещало ничего хорошего, и даже в те моменты, когда я умудрялась вывести его из себя, подобного выражения лица и близко не было. Честно говоря, думала, что меня вместе с Норманом попросту размажут ровным слоем по стенке, но вот взгляд переместился с нас на окружающую обстановку и… на лице и в глазах отразилась такая боль, словно у генерала отняли самое дорогое, что было у него на этом свете. Он молча развернулся и ушёл не произнеся больше ни слова.

Но особой радости от этого я не испытала. Даже увидев, во что превратился его родовой замок, Тагард не был настолько потерянным и расстроенным.

— Норман, что это за покои и почему в них нельзя было входить? Кому они принадлежали?

— Сестре и матери лорда Тагарда. После… В общем, он запретил сюда кому бы то ни было входить под страхом смертной казни. Но подробностей я не знаю. Тут разве что к Илзе или к Лорне обратиться, но сомневаюсь, что они что-то расскажут, потому что эта тема всегда находилась под запретом.

Я подошла к стене и аккуратно оторвала кусочек расползающейся прямо под пальцами ткани. Ничего, мне доводилось не только проектировать новые интерьеры, но и восстанавливать старые буквально по крохам. Это хорошо, если были сохранены в целости и сохранности фотографии или описания, не говоря уже о чертежах. Зачастую приходилось исписывать целые стопки опросных листов, а потом утверждать выполненные по ним эскизы. Работа кропотливая, но вполне осуществимая. А тут есть с чем работать: обломки, обрывки, живые свидетели. Тагарда пытались сломить, унизив и уволив со службы, потом вручив ему меня, зная, насколько это больно ударит по нему, а, в конце концов, уничтожили то, что ему было дорого.

— Ладно, уходим. Сюда действительно не стоит никому ходить. Но и убираться здесь не позволю. Ключ останется только у меня. А нам пора на завтрак.

Заперев дверь, я договорилась с Норманом и Гиллисом, куда будут складываться стройматериалы, а в какие помещения пусть ремонтники сбрасывают мусор, чтобы потом за несколько заходов всё можно было вынести. Годное для повторного использования, естественно, пойдёт на нужды обитателей замка, а хлам сожжётся. О своих планах по реставрации покоев сестры и матери Тагарда я не стала никому говорить, рассчитывая приватно переговорить с Илзой и выяснить, что же всё-таки произошло в замке много лет назад и куда делись родственники генерала.

Глава 38

История падения земель Тагардов

Перед тем как идти на завтрак, я проверила, насколько служанки справляются с поручениями, а потом собрала их всех и повела на кухню. Каждый день заниматься этим не собиралась: пары-тройки вполне хватит, чтобы хорошенько запомнили дорогу от главной лестницы и основной лестницы для слуг, потом пусть сами запоминают путь до них от тех помещений, которые будут приводить в порядок. Нанятые в деревнях служанки справлялись со своей работой намного лучше прежних, чем заметно раздражали последних. Ничего, изначально работать нужно было как следует, а не витать в облаках, мечтая запрыгнуть лорду в кровать.

Пока слуги уплетали свои порции, я подошла к Илзе и под предлогом уточнения запасов, увела её в кладовую.

— Скажите, что случилось с семьёй лорда Тагарда, а именно: сестрой и матерью. Почему он запрещает открывать их покои и входить туда?

Обычно словоохотливая и непоколебимая Илза, внезапно побледнела и нервно затеребила передник. Тогда я решила зайти с другой стороны.

— Кто-то разгромил

Илза, охнув, прикрыла уголком передника рот, а затем, нащупав табуретку, опустилась на неё.

А я тем временем продолжила:

— Лорд Тагард увидел это безобразие сегодня, так как я имела неосторожность открыть покои, и весьма остро отреагировал.

— Какой удар… –прошептала Илза, закусывая костяшку на кулаке.

— Я хочу знать, почему он так отреагировал, не из праздного любопытства, а чтобы понимать, как мне действовать дальше и чего можно ожидать от лорда Тагарда. Таким разбитым мне не доводилось видеть его ни разу, хотя, несмотря на наше непродолжительное знакомство, много чего произошло. Но так он не отреагировал, даже когда увидел, в каком состоянии находится замок.

Илза провела с нажимом ладонью по лицу так, что даже остался след, а потом спросила:

— Что вы хотите сделать, Цефея?

Я привалилась спиной к ближайшему стеллажу, продолжая наблюдать за кухней через небольшую щель, чтобы никто из слуг не смог подслушать наш разговор:

— Я собираюсь восстановить покои в первозданном виде или максимально приближённому к нему состоянию. Но без помощи тех, кто их видел нетронутыми, ничего не выйдет. К тому же я уже сказала, что должна понимать, как вести себя с лордом Тагардом после увиденного им погрома.

— Раз так… Лорд Беантан запретил кому-либо рассказывать о своей семье, но Лорна может нарушить его приказ. Тем более что она сама…

— Илза, когда мы её купали, я заметила шрам на шее от рабского ошейника, думаю, что она его получила в то же время, когда случилась беда с сестрой и матерью лорда Тагарда. А в том, что это была именно трагедия, абсолютно уверена. Как и в том, что вся его ненависть к рабству, как существующему виду собственности, тоже имеет корни, пущенные от тех событий.

Илза несколько раз кивнула, подтверждая мои слова, а я ещё больше утвердилась в том, что пока не вызнаю всё у Лорны, пределов её каморки не покину.

— Скажите, а Лорна уже завтракала?

— Да, я ей относила еду.

— Хорошо. В таком случае я сейчас отправлюсь к ней, а девушкам скажу, чтобы возвращались к прежней работе.

Илза взяла для виду какой-то горшок, а затем мы разошлись.

Лорна, как и раньше, находилась в своей каморке, но уже не лежала, мечтая как можно быстрее отбыть на тот свет, а вполне уверенно восседала на кровати. Следы от пролежней почти прошли, о чём я знала от Илзы, а на щеках появился румянец, значительно преобразивший пожилую женщину, переставшую напоминать живого мертвеца.

— Здравствуйте, Лорна. У меня к вам серьёзный разговор, который касается лорда Тагарда.

Старая няня недовольно закатила глаза, видимо, решив, что я решила пойти по стопам её внучки.

— Ко мне незачем за таким обращаться, помогать не буду.

— Простите, но вынуждена сказать, что ваши предположения ошибочные. Я здесь по другому вопросу. Кто-то разгромил покои сестры и матери лорда Тагарда, и он это увидел. Поэтому мне важно знать, что с ними случилось, так как его потерянное лицо до сих пор стоит перед моими глазами, и как бы какой беды ни вышло из-за этого.

Выражение лица Лорны сразу изменилось, уступив место самодовольства ужасу:

— Что же теперь с Беантаном будет…

— Я постараюсь ему помочь, но не в том смысле, о котором вы можете подумать. Хочу тайком сделать ремонт и восстановить там всё. Но мне нужна будет ваша помощь.

Всё ещё находящаяся в глубоком потрясении Лорна кивнула, а затем начала свой рассказ:

— Погибли они обе, когда лорд Беантан ещё совсем мальчишкой был. Он тогда как раз в отъезде был: его старый лорд отправил обучаться к мастеру мечей. Ему тогда семнадцатый год шёл, а Мэйгрид тринадцатый. Отец их погиб в горах во время обвала за семь лет до того, и всем заправлял старый лорд Дерлан. Непростой он был, с тяжёлым характером. Истинный дракон. Внуков воспитывал в строгости, как завещал предок Тагардов — Лэйфар Гордый: чтобы себя блюли, с простолюдинами не путались, бастардов не плодили, честь рода берегли и защищали. Даже госпожа Гленна открыто не могла приласкать детей, чтобы не вызвать гнев лорда Дерлана, считавшего любые проявления чувств, особенно нежности, губительными для юных драконов. Не хотел, чтобы они размазнями выросли и погубили род. Но мать –есть мать, тут поцелует, там обнимет, здесь утешит…

Так вот… Объявились в окрестностях разбойники. Лютовали страшно, никого не щадили. В ту пору в замке много воинов было, не то что сейчас. Один отряд ушёл на защиту жителей деревень, да сгинул, второй… Никто не вернулся. Лорд Дерлан-то, как лорд Беантан в силу входить начал, крылья свои потерял, оборачиваться больше не мог. Да и стар был. Драконы-то долго живут, женятся поздно. Лорду Тайрсу за шестой десяток перевалило, когда он погиб, а ведь считался молодым драконом, если сравнивать с его предками. Так вот в какой-то момент лорд Дерлан испугался, что вскоре некому будет замок защищать, его он уже не слушался…

— Кто кого не слушался? –сделав вид, что не поняла, о чём речь, я почувствовала, что с помощью Лорны смогу разгадать если не свой кошмар, то все свои странные ощущения, которые испытывала, соприкасаясь со стенами замка.

— Ты же не из наших краёв, да и с драконами ранее никаких дел, наверное, не имела…

Я кивнула и навострила уши.

— Каждый из изначальных родовых замков драконов имеет под своим фундаментом святилище: место, куда уходят духи предков после смерти своих обладателей. Попасть туда ни один смертный не может, так как входа в него нет. И вот это святилище наделяет замок волей, чтобы в нужный момент он даровал силу своим обитателям, из членов рода, естественно. Но для этого должен подчиняться хозяину. Когда-то это правило было непреложным, а потом что-то произошло, чего уже никто не помнит, но оберегать Тагардский замок стал лишь наследников рода. Таких, как лорд Беантан, как Мэйгрид, –при упоминании имени своей воспитанницы, глаза Лорны увлажнились, а я достала из кармана чистый платок и присела с ней рядом на кровать.

Теперь понятно, на какую именно «родовую магию» рассчитывал лорд Тагард, когда мы обыскивали комнату Эллера, ставшую впоследствии моей.

— Но юный лорд Беантан был в отъезде, а защитит ли должным образом замок девочку, лорд Дерлан не был уверен. Позволить замку пасть тоже было нельзя, иначе святилище оказалось бы

— Это каким таким образом?

— Да на старости лет приглянулась ему одна вдовушка из наших служанок. Ну он и…

Понятно: седина в бороду, бес в ребро. Старая песня о главном.

— Думал, что уже последствий не будет, а та возьми и понеси. И как раз он узнал об этом, когда разбойники, уже совсем обнаглев, разграбили Сенр. Вот и сошлось всё один к одному: заветы предка лорд Дерлан нарушил, замок силы на защиту нового наследника забрал. В общем, совершил старый дракон фатальную ошибку: написал прошение тогдашнему королю с просьбой о защите, чтобы тот прислал воинов, в обмен на передачу земель, за исключением замка. Рассчитывал, что лорд Беантан, когда вернётся, послужит годик-другой государю и вернёт всё обратно. Да только жаден оказался король, смекнув, насколько тот умелый воин, заставил служить гораздо более долгий срок. Отряды, конечно, прислал, да только уже слишком поздно было.

Разбойники настолько распоясались, что напали на замок. Как ворота пали, так у старого дракона сердце не выдержало, помер он. Госпожа Гленна с Мэйгрид пытались укрыться, но им не дали. Те ублюдки, как их увидели, так позабавиться захотели. Что мать, что дочь –редкостными красавицами были. Загнали их почти на верхушку Северной башни, думали, что оттуда им уже некуда будет деться. Но замок, пытаясь защитить наследницу, поделился с ней силой, и та обернулась. Женщины-драконы ведь почти утратили эту способность, а те, кто могли, ценились на вес золота. Разбойники ничего лучше не придумали, как заставить Мэйгрид приземлиться, начав обстреливать из луков и арбалетов. Та испугалась и прямо в полёте обернулась обратно, а госпожа Гленна, как увидела, что дочь разбилась, выпрыгнула из башни следом. Он ведь понимала, что помимо позора ей грозит: если выживет, то окажется на рабовладельческом рынке. Мужчин всех перебили, нас продали. Лорд Беантан узнал обо всём лишь спустя пару месяцев… Потом ещё долго наших разыскивал, выкупал да замок восстанавливал. Почти всех вернул. Разбойников сам всех нашёл до единого и сжёг. Мать с сестрой похоронил, а их покои закрыл, запретив в них входить кому бы то ни было.

— Как похоронил? Они что же, два месяца…

Лорна шумно высморкалась:

— Так некому было: разбойникам незачем было, да и разбежались они в тот же день, заслышав горны королевских отрядов, а воины, увидев, что защищать больше некого, рассеялись по деревням, как им было приказано королём.

Вот и сказочке конец, а кто выжил –молодец… Лорд Тагард –вдвойне, за то, что умом не тронулся.

— Получается, что Илза тоже в рабстве побывала?

— И она тоже, ей просто повезло, что лорд Беантан её первой нашёл. Мы с Аритой, моей дочерью, последними были: только через три года домой вернулись. Даже мать Алистера тут уже рожала, правда, недолго прожила, через два дня отошла –сильно над ней издевались её хозяева, увидев, что тяжела.

Пребывая в шоке после услышанного, я даже не сразу сообразила, почему Лорна упомянула мать нашего привратника:

— А при чём тут Алистер?

— Так он и есть тот самый бастард старого лорда. Магия рода сохранила ему жизнь, дала появиться на свет. А ты думала, сколько ему лет?

— Ну-у-у… Двадцать с небольшим.

— Тридцать семь. В нём же течёт драконья кровь, а все они стареют очень медленно. Лет до двадцати растут и выглядят, как обычные люди, а потом уже и не поймёшь, кому сколько лет. Думаешь, что шестьдесят, а ему все сто с лишним может быть. Тут же ещё и жизненные обстоятельства влияют. Лорд Дерлан прожил спокойную жизнь, так всегда моложе выглядел даже по сравнению с портретами предков, изображённых в тех же годах на полотнах, а лорд Беантан быстро повзрослел, оно и немудрено… А ты и вправду сможешь покои госпожи Гленны и Мэйгрид восстановить?

— Постараюсь. Я чуть позже к вам ещё зайду, чтобы уже насчёт тех комнат поговорить, а сейчас, извините, мне пора. Обязанности мои ждать не будут.

Выйдя от Лорны, я ещё долго шла по коридорам замка, как пыльным мешком по голове ударенная. Костьми лягу, но верну прежний вид комнатам матери и сестры Тагарда. Собрав всех служанок вместе, я, прежде чем дать им новые поручения, скомандовала:

— После ужина все, у кого есть красные и розовые вещи, отрезаете от них по лоскуту, но так, чтобы не испортить, и приносите мне.

Весь день Тагарда не было видно, лишь Норман сказал, как видел его направляющимся в фамильный склеп, а вечером мне пришлось очень долго стучать в дверь кабинете, прежде, чем услышала:

— Сегодня без доклада, Цефея.

— Но у меня важное дело, которое не терпит отлагательства и до утра не подождёт!

Глава 39

Бывших дизайнеров-проектировщиков не бывает

Естественно, никакого дела, не способного подождать до утра, у меня не было. Я поначалу даже подумывала о том, чтобы оставить Тагарда в покое на некоторое время, дать ему успокоиться после того, как он обнаружил, что его приказ не просто нарушен, но ещё и каким образом. Однако стоило мне хоть ненадолго отвлечься от текущих дел, как словно наяву передо мной возникал тот самый взгляд. Я снова и снова видела боль, таящуюся в их глубине, которая была погребена не одно десятилетие и снова вернулась. В башне ведь не просто комнаты порушили — там над памятью любимых сестры и матери надругались, растоптали светлую память о том времени, когда те были живы. Ведь почему люди сохраняют вещи покойных? Ответ прост: чтобы хоть как-то сохранить ту самую связь, которая была разорвана по причине смерти члена семьи.

Но после рассказа Лорны и фразы Нормана я окончательно убедилась, что оставлять Тагарда в таком состоянии опасно: тот самый случай, когда одиночество не только не принесёт облегчение, чтобы пережить потрясение, но и прекрасно поможет погрузиться в ласково распахиваемые объятия депрессии. Той самой, справиться с которой способны лишь специально подобранные врачом препараты, которые, сомневаюсь, что существуют в этом мире, равно так же как и врач-психиатр, а не хандрой на фоне стресса. Кто-то может сказать, что мужчины

Поэтому я с замиранием сердца ждала, когда раздадутся шаги Тагарда, направляющиеся к двери, чтобы отпереть её. Наконец, послышался звук поворачиваемого в замке ключа, а затем ручка дрогнула и пошла вниз. Я глубоко вздохнула перед тем, как переступить порог, и прижала к груди импровизированную папку, представляющую собой две скрепленные между собой деревянные пластины на шнуровке размером чуть больше обычного листа бумаги формата А4. Пришлось немного Гиллиса напрячь, пока мастера разбирали крышу на башне.

Тагард снова занял своё кресло, после чего спросил:

— Что случилось, Цефея?

— Есть два вопроса, которые нужно обсудить, — я закрыла за собой дверь и прошла вперёд, остановившись в полуметре от стола.

— Слушаю.

— В первую очередь я хотела бы принести свои извинения за то, что нарушила ваш запрет и вошла в покои,которые ранее принадлежали Мэйгрид и госпоже Гленне, — я не стала ходить вокруг да около, используя общие фразы, а сразу намекнула, что в курсе подробностей гибели сестры и матери Тагарда, ведь если имя первой однажды было названо Илзой, то второй и вовсе не упоминали никогда.

— Кто проболтался? — спросил Тагард, подаваясь вперёд и мрачнея прямо на глазах.

— Я своих информаторов никогда не выдаю. Ведение замка было поручено мне вами, поэтому должна знать о нём всё, чтобы не допускать ошибок в своей работе.

Угу, конечно, так я ему сразу Лорну и сдала. Насмерть стоять буду, но не выдам бабульку. А то как ни погляжу, все в замке с характером, однако забывают, что и я — тоже.

— Значит, я сам найду того, чей язык оказался слишком длинным, несмотря на все предупреждения и запреты, — несколько отстранённо пробормотал Тагард, откидываясь на спинку кресла.

— Не имеет значения, кто поделился событиями тех лет. Важно,что память о них жива, и нам всем стоит проявлять уважение к погибшим. Собственно, это второй вопрос, который я хотела бы обсудить, — я сделала пару шагов вперёд, незаметно поддевая пальцем бантик, на который завязала папку.

— Ты не понимаешь, Цефея! — Тагард стукнул кулаком по столу, отчего даже стёкла в окнах задребезжали. — Память разрушена! А за все годы, что я отсутствовал в замке, никто не проявил должного уважения!

Так, надо будет не забыть выделить несколько слуг для наведения порядка в фамильном склепе. Вдох-выдох, ещё три шага вперёд.

— Напрасно вы так думаете. Всё можно исправить, — как можно спокойнее ответила я, и положила перед Тагардом два лоскутка.

— Что это?

— Какого цвета были стены в комнатах вашей сестры?

— При чём здесь это?

— Вы сказали, что память разрушена, но это не так. В этой жизни всё можно исправить, кроме смерти. Вопрос времени и желания.

Тагард посмотрел на меня, как на круглую идиотку, разве что указательным пальцем у виска не покрутил.

— Это невозможно.

— Нет ничего невозможного, лорд Тагард. Кроме ваз, можно восстановить всю обстановку, а картины… Вполне возможно, что что-то уцелело среди тех, что нашли в комнате, которую сейчас занимают Норман с женой. Итак… Какой лоскут?

— Тех картин там нет, — ответил Тагард, уже смотря на два розоватых лоскутка не так категорично, при этом на его лице появилась надежда. — Этот.

Я убрала куски материи, а потом один из них снова положила на стол:

— Или этот больше подходит?

— Да, этот.

Ох, уж эти мужчины с их упрощённым цветовосприятием! Придётся снова пытать Лорну с Илзой, которых я и так за сегодняшний день конкретно замучила своими расспросами и уточнениями.

— Это тот же самый цвет, лорд Тагард…

— Всё равно ничего из этой затеи не выйдет, — махнул рукой снова посмурневший мужчина.

Тогда я начала выкладывать перед ним эскизы комнат Мэйгрид, а потом и госпожи Гленны. Конечно, они были выполнены очень грубо и достаточно небрежно, но детализацией займусь попозже, когда хорошенько покопаюсь в обломках. К тому же более чем уверена, что Лорна с Илзой вспомнят ещё нюансы. Но и моих набросков хватило, чтобы увидеть ошарашенное лицо Тагарда, когда он медленно брался за каждый последующий лист. Дольше всего он задержал своё внимание на общих планах.

— Но… Как это возможно? Откуда это у тебя?

— Набросала со слов очевидцев. Если у вас есть что добавить, с удовольствием выслушаю как поправки, так и критику, — я пододвинула эскиз, на котором была изображена стена у окна в гостиной Мэйгрид. — могу ошибиться, но мне кажется, что здесь присутствовал какой-то шкаф или узкий стеллаж.

— Шкафчик для рукоделия. В нём сестра хранила нитки, пряжу, иглы и разные пяльцы. Раньше он принадлежал матери, но она его ей подарила на десятилетие, как знак того, что Мэйгрид вступает в следующий этап жизни… — Тагард замолчал, будто хотел добавить, что жизни, которая так и оборвалась на взлёте. — Не знал, что ты умеешь рисовать, Цефея.

— У каждого из нас есть увлечения, которые не всегда имеют пользу в повседневной жизни, — выкрутилась я, понимая, что ничего, кроме схематического солнышка, настоящая Цефея не смогла бы изобразить. — Где мне было угольком или грифелем рисовать? В расходных книгах?

— Тоже верно… Цефея, ты всё-таки думаешь, что получится всё это восстановить?

— Да. Только хочу попросить у вас разрешения входить в те комнаты, так как даже по обломкам можно понять, какого размера что было и как украшено. Особой вычурности не заметила, но и утром не было времени всё разглядывать. Тому же Гиллису будет проще понять, что именно я имею в виду на примере резьбы или остатков лепнины. Понимаю, что сейчас у него перед ним другие задачи стоят, но потихоньку может сколотить подходящие кровати и тумбочки… Если вы позволите, конечно…

В конце концов, некоторые элементы я и сама выточить смогу или вырезать, если раздобуду инструменты. Какие-то попросить кузнеца сделать наподобие «гиллисовских», какие-то чуть переделать под нужные размеры и задачи. Я не стала упоминать, что уже успела расспросить новых служанок, какими красителями для тканей они пользуются и где достают нужные краски и пигменты. Так что с красным, синим и зелёными оттенками проблем не должно быть, так как нужные растения, из которых

— Позволю. Даже если не получится один в один, хотя бы не станет той разрухи, что я сегодня увидел. Только скажи мне, Цефея, зачем тебе всё это нужно? Ты ведь не из тех, кто выслуживается, чтобы расположить к себе…

Хозяина? Спасибо за тактичное напоминание умолчанием. Но по факту ни «ошейник» на моей шее, ни браслеты ничего для меня не значат, ведь по сути та же самая работа на начальника, а замужество или свобода в общем смысле… Пока меня не тяготит ни первое, ни второе. Я и так делаю, что хочу с поправкой на возможности в текущий момент.

— Зачем? Тому несколько причин: во-первых, чтобы показать вам, что всё действительно решаемо, какой бы по-настоящему катастрофой ни казалась ситуация, и как сильно бы она не ударила морально. Я знала одну девушку, сильную девушку, которая, потеряв всех своих родных и близких, будучи на краю смерти, выбрала её, а не жизнь. Хотя жизнь прекрасна, несмотря ни на что, и каким бы чёрным не казалось будущее. Опустить руки, позволив себя поглотить пучине боли — легко, преодолеть — гораздо сложнее, но оно того стоит. Всегда. Так вот, я, в отличие от неё, предпочитаю выбирать жизнь, ведь никогда не знаешь, чего она подкинет. И вам советую. Простите меня за мою прямоту, но если на поле боя вам нет равных, потому что привыкнув рассчитывать в первую очередь на себя и при этом нести ответственность за других, то в обычной жизни вы забываете, что не один, а рядом есть те, кто могут поддержать в трудный момент. Не стоит замыкаться. Есть ведь Илза, Лорна…

Во-вторых, хочу проявить должное уважение к памяти госпожи Гленны и Мэйгрид. Усопшие всегда это заслуживают, тем более — достойные. В-третьих, чтобы таким образом отомстить королю Габриэлю.

— Отомстить Габриэлю?

— Да. У меня нет никаких сомнений, что Эллер устроил погром с его подачи. При этом совсем недавно, так как до последнего опасался, что на случай своего внезапного визита вы можете проигнорировать другие помещения, а туда заглянуть. Это заметно по слою пыли на обломках. Ещё, расспросив Нормана, не было ли сильной грозы относительно недавно, получила утвердительный ответ. Так что всё сходится. А причинить боль таким мелочным способом вполне в его духе.

Тагард встал из-за стола, поравнявшись со мной, и долго всматривался в моё лицо, словно пытаясь что-то прочесть такое, о чём спросить вслух не решался.

— Кажется, Габриэль сам не понял, какой шикарный «подарок» мне сделал…

И произнёс он это таким голосом,с едва заметной хрипотцой, что у меня слоновьи мурашки по спине протоптались. Я слегка улыбнулась и попробовала перевести всё в шутку:

— Ну да, минимум жалованья при максимальной пользе в хозяйстве. Доброй ночи, лорд Тагард. Я, пожалуй, пойду. Перед сном ещё порисую…

Ловко вывернувшись, быстро сгребла со стола эскизы и позорно сбежала. Только оказавшись у себя в комнате, перевела дух, шлёпнувшись навзничь на кровать. Вот и куда я полезла со своими непрошенными советами и желанием помочь⁈

Глава 40

Тагард

Я смотрел вслед выскочившей из моего кабинета Цефее так, словно за ней гналась целая стая разномастных тварей ещё страшнее тех, которых мы встретили с ней в лесу, и думал, что не стоило мне так говорить. Не стоило… Сам не понимаю, как так вышло, ведь всегда помнил, к чему привёл проступок деда, взявшего на себя снова управление всеми землями и замком после гибели отца, но приведшего в итоге всю семью Тагардов к падению из-за смазливого личика вдовой служанки. Нарушение заветов Лэйфара обошлось слишком дорого: старый дракон и сам погиб, не вынеся осознания тяжести позора, и моих мать с сестрой погубил. Духи-Прародители Драконов подобных ошибок не прощают, сурово наказывая нарушителей, но в конечном счёте больше всех пострадал я, хотя в те дни находился далеко от родового замка.

Каково это, шестнадцатилетнему подростку узнать, что все, кого любил и кто был тебе дорог, мертвы? В ту минуту я ощутил, как внутри образовалась пожирающая душу бездна, которая стала ещё больше, когда обнаружил останки матери и Мэйгрид. Но пришлось взять себя в руки, понимая, что необходимо всё вернуть назад, и в первую очередь людей, служивших в замке. Обращение к королю ничего не дало, ведь фактически он выполнил все договорённости, а что его отряды прибыли слишком поздно — так это просто стечение обстоятельств, хотя уже тогда я подозревал, что без вмешательства принца не обошлось — слишком он ненавидел оставшихся драконов, что обитали в Драноэрсе. Всё, что мне оставалось — это освободить попавших в рабство слуг и совершенствовать свои боевые навыки, чтобы получить возможность вернуть утерянные земли.

Так и был всю жизнь одиночкой, рассчитывая только на себя и заботясь о тех, кто мне подчинялся, так как в первую очередь именно командир несёт ответственность за своих воинов. На службе было нелегко, но достаточно просто и понятно: есть приказ, значит, цель ясна, и нужно выполнить с минимальными потерями. Даже лишившись крыльев во время того боя, когда оказался подло ранен, не пал духом, а тут… Цефея совершенно права, сказав, что в мирной жизни не стоит замыкаться, стараясь справиться в одиночку со своей болью. Не думал, что вид разгромленных покоев матери и Мэйгрид снова всколыхнут перед глазами те дни, когда узнал о падении родового замка и гибели всех родных.

Цефея… Импульсивная, гордая, непредсказуемая, прямолинейная… Порой даже чересчур… Как смешно злится, когда отстаивает свою точку зрения… Она не похожа ни на одну из тех женщин, с кем мне доводилось иметь дело раньше. Не скажу, что у меня их было много, но всегда находились те, кого привлекали сперва доспехи, потом слава. Были даже вполне подходящие кандидатуры на роль жены, но что мог предложить наследник почти разорившегося из-за необдуманного поступка предка рода, чьё жалованье в первые годы уходило на содержание обитателей замка, кроме своего имени? Если бы встреча с Цефеей произошла при других обстоятельствах… Я отогнал от себя эту мысль, как изначально провальную. Девушка смогла соединить в себе все те качества, которыми не должна обладать жена дракона, а

Нет, я не могу допустить ту же ошибку, что и дед. Но не только по отношению к предкам, но и к самой Цефее. Даже несмотря на свой статус, она заслуживает большего, чем стать любовницей, не имея прав на большее. Габриэль точно знал, как ударить больнее, когда преподносил её в дар, сделав невозможным мне даровать ей свободу. До тех пор, пока духи не покинули пределов святилища и продолжают питать родовую магию, ни одна из тварей, этих порождений Тёмного, даже близко не подберётся ни к замку, ни к моим землям, а, значит, простые люди не станут их жертвами. Рисковать столькими жизнями ради собственной прихоти я не могу себе позволить.

За всеми этими размышлениями даже не заметил, как наступила полночь. Обычно сон всегда приносил облегчение, даря долгожданный отдых, особенно в родовом замке, но после отставки меня продолжали мучить кошмары, в которых раз за разом падал с огромной высоты камнем вниз, когда резко из драконьей ипостаси оказался в человеческой. Дышать становилось сложно, а всё тело пронизывало болью, словно его опутывали цепи, за которые тянули в разные стороны одновременно, и только с рассветом всё прекращалось.

После нанесения раны во время боя меня ждал тот же самый конец, что и Мэйгрид, если бы не счастливое стечение обстоятельств и годы упорных тренировок, не говоря уже о боевом опыте. С тех пор ночь перестала быть временем, когда можно было набраться сил и отрешиться от действительности. Только из-за предстоящей долгой дороги заставил себя отправиться в спальню. Проходя по одному из коридоров привычно коснулся ладонью каменной стены, чувствуя едва ощутимое тепло. Хоть что-то. Но при этом не мог не улыбнуться: своенравная экономка для своенравного замка, даже жаль, что Цефее недоступна способность считывать настроение замка.

Утром я приказал Норману и Цефее построить всех слуг, чтобы объявить о своём отъезде и о том, что назначаю на время своего отсутствия этих двоих главными. Дольше откладывать поездку не имело смысла, так как деньги понадобятся в ближайшее время, а рассчитывать на усиление родовой магии не приходилось: замок откликался слабо. Я подходил к Алистеру, но и он рассказал, что давно перестал ощущать связь с ним, что опровергло мои предположения, что дело во мне. Пусть он и не полноценный наследник, но Духи-Прародители Драконов всё равно благоволят и таким, как он, ограничившись лишь тем, что отняли у него мать.

Перед тем как покинуть замок, я позвал в кабинет Цефею, чтобы хоть как-то загладить свою вину за грубое с ней отношение, но её выходка с платьем меня просто вывела из себя! Такое ощущение, что она была послана свыше встретиться на моём пути исключительно для того, чтобы испытывать мои нервы на прочность. Зато могу не сомневаться, что в моё отсутствие в замке точно будет порядок: своим характером Цефея кого угодно доведёт до белого каления, но все поставленные задачи выполнит.

Вскочив на Брана, я направил его на северо-восток, чтобы при благоприятном исходе уже к вечеру завтрашнего дня вернуться. Лучше бы, чтобы так и произошло. Большую часть своего жалованья я на всякий случай припрятывал подальше от замка, и, как выяснил, решение это было ненапрасным. Несмотря на то что Эллеру передавались достаточно значительные суммы, он всё равно продолжал обкрадывать не только меня, но и всех, кто служил в замке. Всё бы ничего, но схрон я запечатывал артефактами, завязанными именно на родовую драконью магию. Не знал же, что может так случиться, что лишусь большей её части, потеряв способность к обороту. В итоге сейчас будет стоять вопрос даже не в том, чтобы разблокировать артефакт, а дабы он не вытянул остатки: тот самый случай, когда «перебдеть» вышло боком. Посвящать Цефею в эти нюансы не стал, пусть хотя бы эта тревога её не коснётся. Но первоначальный план провалился с треском, едва стоило достичь схрона…

Глава 41

Колючий электровеник

«Лэитара Алеф» или «Лэитара. Алеф»? Я открыла глаза, пытаясь понять, что же всё-таки имели в виду духи. Да, вот так, набралась наглости и спросила, зачем меня туда таскают каждую ночь. Ответом был лишь едва слышимый шелест ветра, в котором услышала лишь два слова, но вот как их расценить? Имели ли они моё имя в сочетании с какой-то характеристикой, значения которой не знаю, или всё-таки два отдельных слова? И, как назло, ни словаря, ни инструкции духи не предоставили, просто вышвырнули обратно в реальность. Ладно, что-нибудь придумаю. По крайней мере, выяснила, что в своих догадках насчёт святилища не ошиблась и меня не шиза накрыла, когда увидела тот самый перстень на руке Тагарда. Ещё бы сообразить, кого спросить насчёт слова «лэитара»: Лорну или Илзу, потому что есть у меня некоторые сомнения в том, что старая няня может что-то понять раньше меня и либо утаить, либо вообще рассказать о моих расспросах генералу. А я пока не готова рассказывать ни о своих кошмарах, ни о том, кем являюсь на самом деле.

Если опустить неоднозначную ситуацию, случившуюся накануне в кабинете Тагарда, то у меня появились некоторые козыри, чтобы разобраться в происходящем, ведь было получено разрешение не только входить в покои Мэйгрид и госпожи Гленны, но и копаться в тех комнатах, куда отнесли припрятанные Эллером и Мореей ценности. Может, там наткнусь на непонятное слово, и тем самым либо найду ответ на загадку, не дающую мне покоя, либо появится вполне весомый предлог докопаться до сути.

Как всегда, я забежала на кухню, чтобы перекусить, так как на голодный желудок по утрам могу лишь убивать. Жестоко и цинично. Илза, зная об этой моей привычке уже приготовила пару бутербродов и травяной отвар, переключившись при моём появлении на приготовлении завтрака. Однако несмотря на ранний час, за одним из столов уже хлопотала Бэйтрис, ловко отсортировывая крупу от сора. Судя её по цветущему виду, новый статус и работа не были ей в тягость. Я хотела было шепнуть Илзе, чтобы она до завтрака также нашла что-нибудь из еды для жены Нормана, но кухарка жестом оборвала меня, кивнув на пару грязных тарелок в мойке. Что тут сказать? Лишь кивнуть и отправиться по своим делам. Раз кухарки и экономка

Благодаря увеличившемуся штату служанок приведение замка в порядок заметно ускорилось, даже с учётом того, что некоторые из них были отправлены в помощь ремонтникам, чтобы своевременно убирать строительный мусор. Распределив обязанности и огласив поставленные задачи на этот день, навестила Лэйнор и Лайну, начавших очищать от сорняков огород, потом заглянула к Лорне и предупредила, что больше ей отсиживаться в каморке не позволю, и если та не хочет со мной бодаться, пусть пробует понемногу ходить, а в качестве моральной поддержки оставила с ней Нену и Ника, сказав, чтобы в случае чего бежали за Алистером. Наш привратник способен крутить даже быка словно пушинку, что говорить о пожилой женщине?

В общем, до завтрака так ни на минуту не присела, а по его завершении собиралась подняться в разгромленные покои, чтобы покопаться в обломках, а затем поработать над эскизами. Только не успела дойти до главной башни, как Тагард через Нормана передал о сборе всей прислуги в зале, на котором объявил о своём отъезде. Мы-то были в курсе, а вот Фенелла со своей «свитой», образовавшейся из пяти служанок «старого» состава и тремя новенькими всем своим видом выражала недовольство. Вот же неугомонная девица! Чувствую, ещё поимею от неё проблем, хотя внучке Лорны давным-давно нужно было понять, что у нас с Норманом должности такие, и дело не в лояльности Тагарда.

— Цефея! Зайди в мой кабинет!

Приказ Тагарда прозвучал для меня, будто гром посреди ясного дня. Я не собиралась пересекаться с ним до отъезда, искренне надеясь, что накануне мне всё просто показалось, а симпатия с его стороны — привиделась. В общем, шла в кабинет практически как на эшафот, в душе мечтая о том, что речь пойдёт о каком-нибудь поручении. Но не тут-то было. Стоило мне закрыть за собой дверь, как на столе появился мешочек с монетами:

— Я хотел бы отблагодарить тебя за службу, а с учётом того, что все монеты, данные ранее потратила на других, хотя и по делу, увеличил первоначальную сумму.

Забрав «премию», я сунула мешочек в карман:

— Благодарю, лорд Тагард. Как раз собиралась попросить на новое платье, иначе надетое сейчас на меня в скором времени точно развалится.

Вот тут я ничуть не слукавила, так как после всех приключений в лесу, а потом из-за активного участия в уборке и ремонте, уже несколько раз латала прорехи, хотя ткань изначально была достаточно крепкой.

— Цефея, ты знаешь о сути моей поездки и о том, что она продлится несколько дней. Поэтому настоятельно прошу не покидать пределов замка дальше, чем на сотню шагов. Считай, что это приказ.

Вообще-то, помимо платья, я хотела посмотреть у ткачихи ткани, которые пригодятся не только для пошива новой одежды, но и при восстановлении покоев госпожи Гленны и Мэйгрид. Естественно, в таких промышленных объёмах у неё не найдётся, но сделать заказ ведь можно.

— Цефея, я знаю этот взгляд, красноречиво говорящий о том, что ты для себя давно уже всё решила и всё равно поступишь по-своему.

Мда… Посылать людей взглядом матом я научилась, а вот частично скрывать его — нет. Недоработочка вышла, придётся потренироваться. Отведя глаза в сторону, сделала вид, что очень интересуюсь содержимым шкафа, стоящего возле окна.

— Цефея, — устало признёс Тагард, скрещивая руки на груди. — Даже не вздумай. Накажу за ослушание прямого приказа.

О как. Неожиданно. Мне бы следовало молча покивать, чтобы успокоить бдительность, но тут «Остапа понесло».

— Позвольте поинтересоваться, лорд Тагард: это каким же это способом? Отправите, как Морею, в подземелье? Так я не против: ноги отдохнут от бесконечной беготни, а голова от трескотни служанок. Ещё высплюсь хорошенько. Выпорете? Не страшно, подумаешь, ещё десяток полос появится на спине. Это я уже проходила. А поставить меня ниже своего достоинства вы посчитаете ниже своего достоинства.

У Тагарда даже челюсть отпала после услышанного, зато следом раздалось до боли знакомое и почти забытое:

— ВО-О-ОН!

И уже чуть тише,что будет мне платье, а лучше два, только чтобы из замка ни ногой до его возвращения. Но я уже неслась прочь, делая вид, что так и планировала передвигаться, благо никто по дороге не повстречался. Мне лишь показалось, как на лестнице мелькнул подол одной из служанок, но учитывая близость к ремонтируемой башне, вполне возможно, что девушка попросту выносила мусор в яму.

Отдышавшись, я поправила платье, а затем пошла в покои Мэйгрид и госпожи Гленны. Мне была непривычной такая планировка, когда мать и дочь занимают несколько смежных комнат, но здесь подобное обуславливалось тем, то только при достижении четырнадцати лет девушки получали собственные, продолжая до этого времени делить покои с матерью, если та стала вдовой. Естественно, спальня госпожи Гленны соединялась со спальней её мужа, чтобы не было препятствий для исполнения супружеского долга. Я бы так не смогла, если есть муж, то он должен ночевать со мной. Вот тут рядом, на одной кровати и под одним со мной одеялом. Такая я вот собственница. Потому и выгнала так быстро Игорька, когда тот в открытую заявил об измене и уходе. Прыгнул в койку к другой женщине? Всё, уже не моё. Уже пошёл вон.

Из запылённого окна я видела, как Тагард верхом на Бране покинул замок, и мысленно пожелала ему доброй дороги. Чтобы он там не говорил про родовую магию и защиту Духов-Прародителей Драконов, но слишком свежи у меня были воспоминания о встрече с тварями. Надеюсь, что те, кто остались в замке, будут вести себя тихо. Но хватило их лишь на двое суток.

Глава 42

Загадки

— Не охайте и не ленитесь, Лорна. Я прекрасно понимаю, что сейчас услышу уже знакомую песню про возраст, но могу точно сказать, что тот, кто двигается, чувствует себя гораздо лучше того, кто себя жалеет. Не говоря уже о том, что живут дольше, — бурчание пожилой женщины я слушала уже на протяжении примерно часа, но отступать была не намерена.

— Ты меня точно решила со свету сжить! Специально пользуешься отсутствием лорда Беантана! — ворчала Лорна, которую мне всё-таки удалось заставить пройти пару метров по коридору.

Улыбаясь, я смотрела, как, опираясь трясущейся рукой на трость,

Стараясь сохранять серьёзную мину на лице, подтвердила:

— Да, это был мой коварный план. Вы меня раскусили, легче стало?

— Да иди ты…

А дальше последовали такие интересные витиеватые обороты, что я невольно заслушалась. Была бы возможность — законспектировала бы на память, чтобы применять в особо сложных случаях. Уловив ухом знакомое сочетание, подошла поближе и спросила:

— А что такое «лаэтар»?

Нахохлившаяся, словно воробей во время заморозков, Лорна пояснила:

— Драконы так называли тех, кому поклонялись, и кто их защищал. Лаэтар — хранитель, а лэитара — хранительница. Лаэтар бефра — это хранитель всего сущего, лаэтар алеф — хранитель изначального, лаэтар цетар — хранитель исхода или конца. Старики говорили, что когда что-то идёт не так, они приходят, чтобы исправить или дать понять, что следует исправить. Так вот, спаси меня лаэтар бефра, чтобы ты меня не угробила сейчас! Я, конечно, не дракон ни по рождению, ни по крови, но пусть духи надо мной смилуются, раз твоё сердце настолько чёрство, чтобы гонять беспомощную старуху по коридорам!

Вот оно, значит, как… И какую такую работёнку решили подкинуть мне духи, притащив сюда? Им мало того что я пытаюсь навести порядок в замке, так ещё и у них что-то отремонтировать? Изначальное… Нужно исправить что-то, что существовало изначально или вернуть всё к изначальному? А можно мне техническое задание в развёрнутом виде, а?

— Что приутихла? Неужто духи вразумили? — заметно оживилась Лорна, постукивая тростью по полу.

— Нет. Даже не надейтесь.

— У-у-у, негодная! Я точно пожалуюсь на тебя лорду Беантану!

— Жалуйтесь. Заодно сразу попросите ранозаживляющую мазь, чтобы было потом, чем ваши пролежни лечить. Я на поклон за ней больше к лорду Тагарду не пойду, так и знайте!

Недовольная Лорна продолжила бубнить себе под нос ругательства, но сделала ещё несколько шагов.

— Могу я узнать, почему вы не общаетесь с Фенеллой, хотя живёте под одной крышей? Она ведь ваша внучка родная.

Лорна остановилась и, сложив обе руки на навершии трости, гневно сверкнула глазами:

— Не внучка она мне больше. По крови — да, но не более. Как дочь моя, Арита, умерла, так я её растила, всю душу вкладывала, а она… Наслушалась рассказов о том, какой лорд Беантан благородный, так втемяшила себе в голову, что госпожой станет. Или полюбовницей его, вот и стала осаждать меня, чтобы все тайны замка ей выдала. Всё верила, как духи к ней смилостивятся да признают достойной, едва ли не двери в покои господские распахнут. Пыталась её вразумить, но не смогла. Удар хватил. Ну и отреклась от неё, чтобы в моих вещах даже копаться не вздумала, пусть другим достанутся.

Суровая бабка, однако. Хотя могу её понять: у самой похожая была по матери. Слова не скажи, как моментально погрузишься в чудный мир деревенских проклятий и замысловатых пеших маршрутов в один конец.

— А сама-то не за этим ли в меня вцепилась? Чтобы через доброту дорожку наверх проложить? — Лорна подозрительно прищурилась, оглядывая меня с ног до головы.

— Я уже неоднократно говорила вам, Лорна, почему это делаю. Свои тайны можете оставить при себе, потому как путь Фенеллы мне не импонирует. Лучше буду делать свою работу и при этом хорошо.

Неожиданно Лорна усмехнулась, покручивая трость, словно пытаясь просверлить дыру в каменной плите:

— Тебе и рассказывать ничего не нужно — сама всё знаешь. А где не понимаешь, сама догадаешься. Голова у тебя посветлее Фенеллиной будет, а сердце отзывчивее. Я тебя сегодня сколько раз обругала? А ты всё уважительно обращаешься.

— Я просто по-другому не умею.

— Отрасти зубы, девочка, иначе сгинешь.

— Можете не беспокоиться: они у меня есть, просто лишний раз не демонстрирую всем подряд. А сейчас давайте я вас обратно провожу, обед скоро, да по делам бежать пора.

После необычного разговора я отправилась на кухню и распорядилась, чтобы Нена отнесла обед Лорне. Беседа с няней Тагарда всё не выходила у меня из головы. Во-первых, было над чем подумать после упоминания о хранителях, во-вторых, эти предупреждения… Честное слово, будто Иванушка-дурачок с Бабой-Ягой пообщался: вроде как умным назвали, а в качестве навигатора погрызенного со всех сторон колобка дали.

Ладно, и с этим разберусь. Пока что дела шли неплохо: Илза вместе со своими новыми помощницами прекрасно сработалась, Лорна встала на ноги, Лэйнор с Лайной обнаружили в ближайшем лесу какие-то очень редкие и нужные им для лечения различных болезней травы, поэтому пропадали там часть дня, замок потихоньку расхламлялся и приобретал более-менее опрятный вид, ну, насколько это было возможно во время ремонта. Прошло уже два с половиной дня с того момента, как Тагард уехал, а на душе было тревожно, неспокойно. Повседневные заботы хорошо отвлекали, но время от времени в голову всё равно лезли нехорошие мысли.

Служанки за столами привычно шушукались, перемывая кому-то кости, впрочем, не удивлюсь, что и мне в том числе, так как шёпотки Фенеллы раздавались чаще всех остальных. То ли дело мужская часть: перекрытия, черепица, лаги… Хоть к ним пересаживайся — всё больше пользы. Кстати, с Гиллисом удалось без проблем договориться насчёт помощи в восстановлении покоев госпожи Гленны и Мэйгрид, он даже посоветовал Барена в качестве мебельщика, авторитетно заявив, что тот справится с резьбой не хуже него самого. Если бы не просьба-приказ Тагарда, ещё накануне съездила бы в Сенр вместе с Норманом и Трегом, которые должны были забрать кое-какие инструменты из дома последнего. Придётся ждать другого подходящего случая, чтобы добраться до ткачихи.

Напомнив служанкам, что перед ужином, как обычно, проверю проделанную ими работу, ушла осматривать дальние комнаты, располагающиеся возле Юго-Восточной башни. В отличие от остальных она не сильно пострадала от разгильдяйства Эллера, поэтому сохранившуюся мебель вполне можно было использовать, чтобы обставить как следует пару покоев на случай, если вдруг нагрянут нежданные гости. Каким образом меня занесло на нижние ярусы замка, не смогу ответить даже под пытками. Ничего такого, что могло бы здесь заинтересовать, не было. Потоптавшись на месте, вытащила свечу и огниво из полотняной сумки, с которой в течение дня почти не расставалась. Полумрак коридора хрупкий огонёк рассеивал, конечно, не особо, но зато шансы свернуть себе шею значительно уменьшились. Касаясь левой рукой стены, я шла вперёд, пытаясь понять, чего хочет от меня замок, так как по мере продвижения стена теплела всё больше.

Добравшись до знакомой лестницы, я отряхнула платье и сумку от паутины и пыли, а затем направилась к каминному залу, чтобы потом свернуть к Главной башне, но по дороге меня остановила Иннис:

— Цефея, вы не видели Долейну с Нерсой?

— Нет. Они должны были убирать одну из комнат на втором этаже Главной башни. А что-то случилось?

Глава 43

Зубы

Когда нападает один человек, отбиться можно, либо вывернуться и убежать, если тот превосходит тебя по силе. Если нападающих двое — уже сложнее, но реально. В случае с тремя — шанс на благополучный исход всё равно остаётся. Но когда четверо и больше, надежда унести ноги вероятна только в том случае, если твой дедушка провёл лучшие годы в шаолиньском монастыре, а тебя воспитывал, как воина или бойца боёв без правил, одним из этапов обучения которого должна была быть отсидка на зоне строгого режима. Увы, такими родственниками похвастаться не могла ни Цефея, ни я, а потому вход шли ногти, зубы, локти и колени. Но что такое одна против шестерых? Минут пять сопротивлений в попытке продать свою жизнь подороже. Зато как удачно был рассчитан момент: именно тогда, когда отослав Иннис, проходила мимо сложенных во дворе брёвен, привезённых из леса.

В пылу драки мне хорошенько прилетело по лицу, вследствие чего из разорванной губы сочилась кровь. Сплюнув на землю солоноватую с привкусом железа слюну, я дёрнулась в последний раз, но за обе руки меня держали крепко сразу Нерса, Мейдин, Лирсей и Эйтриг. Морея и ещё три девушки из новеньких даже не пытались скрыть злорадные усмешки, стоя за Фенеллой, в руке которой блеснул нож. Можно было позвать на помощь, я даже попыталась это сделать, но сейчас все слуги и мастера рассредоточились по дальним башням, даже Алистер ушёл на подмогу, когда нужно было поднимать тяжёлые стропила, а со стороны кухни эта часть двора не видна. В одном я была уверена: убивать меня не будут, иначе за это точно Тагард по головке не погладит, а вот покалечить вполне могут. Вот только не подумали, дурочки, что моё слово гораздо сильнее будет, чем их девять. Новенькие на рожон не лезли, поэтому сперва и не поняла, что желающих насладиться расправой надо мной гораздо больше.

— Рабыня-подстилка… Какое жалкое зрелище… Рабыня, посчитавшая себя достойной называться госпожой и претендовать на что-то большее, чем миска пустой похлёбки… — Фенелла подступала всё ближе, победоносно улыбаясь так, словно стоит ей убрать меня, как все блага этого мира обрушатся разом на неё. — Чем же ты так околдовала нашего лорда, что постоянно к нему таскаешься? Каждый вечер, а то и днём.

— Ты совсем с ума сошла, Фенелла? Я каждый вечер хожу с докладом о проделанной работе. Это одна из моих обязанностей, Норман тоже отчитывается о ходе ремонта.

— Ты мне зубы не заговаривай, шалава окованная! Все знают, что лорд Тагард к тебе неровно дышит. Чем ты его покорила? Ладно бы хоть красавицей была…

— Да-да, он ей ещё денег дал и платье новое пообещал! — тут же подвякнула Солис. — Я сама слышала!

Так вот чьё платье я тогда видела на лестнице. Но да, поздно пить боржоми, когда почки отвалились.

— Ничего, пусть все знают, что ты падшая женщина! Плюют тебе вслед и пальцами показывают, чтобы осознала, наконец-то своё место! — Фенелла схватила меня за косу и полоснула по ней ножом.

И всё? И это всё⁈ Она на что рассчитывала, что я разрыдаюсь и начну оплакивать свои волосы? Похоже, что да, так как не только голове сразу стало легче, но и рукам, которые отпустили.

— Права была твоя бабушка, когда отреклась от тебя… — я расправила плечи и сделала пару шагов вперёд, пока Фенелла в полном недоумении хлопала глазами.

Она действительно оторопела от моей реакции настолько, что выронила нож.

— Если ты думаешь, что, лишившись волос, я что-то потеряла, то глубоко ошибаешься! — я подобрала нож и укоротила свою причёску чуть выше плеч, собрав в хвост пряди. — Отрезав мою косу ты не лишила меня ни ума, ни чувства собственного достоинства. Запомни, Фенелла, я — аира Лоредан! Аира Цефея Лоредан — дочь лэйра Вейдара Лоредана, воспитанная служить той семье, которой принадлежу! Я не сдала крепость Лоредан, её разрушили вместе с последними защитниками, кто ещё мог стоять на ногах и держать в руке оружие! Неужели ты считаешь, что, потеряв всех родных и близких, буду относиться по-иному к роду Тагардов, которому была передана в услужение⁈ Снова ошибаешься! Не знаю, как у вас тут принято, но для меня верность и честь — не пустые слова, и даже став рабыней, не по своей, кстати, воле, не изменю своим принципам. Мне плевать, что ты там себе нафантазировала, и даже на то, что думают обо мне другие: люди болтали, болтают и всегда будут болтать — такова их натура, я буду продолжать делать свою работу, несмотря ни на что!

Со стороны замка уже бежали служанки и мастера во главе с Норманом и Алистером. Увидев их, напавшие на меня девушки попытались скрыться, но тут же были пойманы.

— Вы что, с ума тут все посходили⁈ Что вы тут устроили! — запыхавшийся Норман обратился к Фенелле, которую схватил за плечи Алистер.

— Ничего особенного. Девушки решили меня проучить, но что-то у них это неубедительно вышло, — я воткнула нож в бревно, вытирая тыльной стороной ладони красные потёки с подбородка. — Если кто-то до сих пор не в курсе, то говорю прямо: да, я — рабыня лорда Тагарда, подаренная ему королём Габриэлем, а ещё бастард рода Лоредан, уничтоженного его же войсками. Вы все можете думать и говорить обо мне что угодно и относиться ко мне как угодно, но вытирать об себя ноги не позволю, так как служу вашему господину и выполняю его приказы. Если кого-то не устраивает, что я занимаю должность экономки, и вы все обязаны мне подчиняться, то у меня плохие новости: таково решение не только Его Величества, но и лорда Тагарда. Можете обращаться к ним, но будьте готовы, что контроль над работой прислуги

Тряхнув растрепавшимися волосами, я скрестила руки на груди и обвела взглядом присутствующих.

Первым в себя пришёл Норман, впрочем, о том, кем являюсь, он был давно в курсе:

— Куда этих зачинщиц?

— В подземелья. И пусть прихватят с собой тряпки и вёдра, чтобы не скучать — там тоже нужно будет навести чистоту. Поэтому каждый день — новая камера. Специально для Мореи, как не вынесшей никаких уроков после своего предыдущего пребывания там — дополнительно достанется мытьё коридоров. Охранять не нужно: достаточно запереть общую дверь, когда она приступит к ним, нам же люди в первую очередь для ремонта нужны.

— Нет! Нет! Нет! Только не подземелья! Там же темно и крысы! — забилась в истерике Фенелла. — Лорд Тагард накажет тебя за самоуправство!

Я подошла к ней максимально близко и громко, чтобы услышали все, медленно произнесла:

— Аира Лоредан. Для тебя я — аира Лоредан и обращение «вы». Отныне и до тех пор, пока ты находишься на землях лорда Тагарда. Если слово неизвестное, то поясню: аира и аир — это статус бастардов рода Лоредан, которого не только никогда не стеснялись, но и гордились все рождённые от лордов, так как воспитывались вместе с их детьми и готовы были пожертвовать собой ради семьи, давшей им всё. Что же насчёт наказания…

Узел на передней шнуровке поддался с первого раза, легко выскользнув из отверстий. Платье соскользнуло на землю, и я поддала его носком туфли, отправляя под ноги Фенелле. Потом я отошла на пару метров и, повернувшись ко всем присутствующим спиной, приспустила сорочку до талии:

— Следы от плетей, полученных на рынке, не смогла вывести даже целебная мазь. Так что мне, будучи рабыней, терять нечего — свободу я и так потеряла, и боли не боюсь. Помните об этом, если вдруг решите устроить нечто подобное, что произошло несколькими минутами назад. Кстати, Фенелла, не забудь заштопать моё платье, ведь это из-за инициированной тобой потасовки оно оказалось разорвано в нескольких местах. Швы должны быть незаметными, я проверю. Заодно и покажешь, насколько умелая служанка, достойна ли работать на лорда Тагарда.

К взирающим на меня в полном шоке слугам я повернулась, уже надев сорочку как следует. Было ли мне стыдно за своё обнажение? Нет. Я просто дала понять, что унизить меня не получится никому, «спасибо» за тот урок королю Габриэлю, когда вынуждена была стоять в чём мать родила перед Тагардом.

— А теперь за работу! Представление окончено. Если у кого-то появились вопросы, то выслушаю их за ужином.

Визжащих от ужаса девушек потащили в сторону подземелий, а я направилась к себе, чтобы смыть следы запёкшейся крови. Как там сказала мне Лорна? Отрасти зубы? Сегодня я их продемонстрировала и покажу снова, если кто-то вздумает учинить бунт. Не на ту нарвались! Выходка Фенеллы меня сильно вывела из себя, и если после подземелий не возьмётся за ум, то придётся поднять вопрос о том, чтобы её отослать, выдав замуж за какого-нибудь бобыля, живущего в стороне от основного селения. Думаю, что в одной из пяти деревень такой найдётся. Как бы я ни была против такого варианта всеми фибрами души, но иного просто нет. Только затянула завязки на свежей сорочке, надетой взамен испачкавшейся во время драки, как в дверь постучали.

Глава 44

В замке должен быть порядок

Открыв дверь, я обнаружила на пороге обеспокоенно мнущихся Илзу, Бэйтрис и Лэйнор.

— По какому поводу делегация, уважаемые?

За всех ответила Илза, встревоженно поглядывая на моё лицо:

— Мы узнали, что произошло, Цефея, и пришли помочь…

Я отошла в сторону, жестом приглашая пройти внутрь:

— Не думаю, что стоит продолжать этот разговор в коридоре.

Как только вся троица оказалась в моей комнате, я закрыла дверь, а потом прошла к столу, но не стала усаживаться, а лишь прислонилась к нему, чтобы иметь дополнительную точку опоры, так как после всего произошедшего адреналин всё ещё бурлил в крови.

— Итак, какого рода помощь вы хотели мне оказать? Как видите, я цела, если не считать разбитой губы, но не страшно, заживёт со временем.

— Мы принесли одежду и платок. А ещё мазь, чтобы рана быстрее затянулась, — продолжила Илза, подталкивая слегка вперёд Бэйтрис и Лэйнор.

— Да, у меня есть подходящее платье, в груди вам как раз будет впору, а ниже можно пояском подхватить, — жена Нормана протянула мне тёмно-зелёный свёрток, поверх которого лежала косынка чуть более светлого оттенка.

Честно говоря, у меня бы «не заржавело» выйти к ужину в сорочке, и ходить в ней до тех пор, пока Фенелла не починит платье. Нет, не в качестве демонстрации своей гордости и непреклонности, просто мне действительно нечего было надеть, а просить у служанок язык бы не повернулся, ведь мало кто имел более одной смены одежды, не аристократки же. Одно платье в стирку, второе носится, потом меняется и так до бесконечности. Однако обижать Бэйтрис, тем более расстраивать в её положении, не хотелось — от чистого сердца же поделилась. Поблагодарив её, я натянула на себя платье и зашнуровала лиф, так как ниже оно падало свободными волнами, а вот к платку не притронулась.

— Но, Цефея, ваши волосы… — заикнулась было кухарка, подбирая проигнорированный мной кусок ткани.

— А что они, Илза? Волосы — не голова, отрастут. Даже если бы Фенелле пришла в голову дурная мысль обрить меня налысо, это ничего бы не изменило во мне, внутри меня. Я такая, какая есть: со своими взглядами, принципами и жизненными ориентирами. К тому же, если скрою голову полностью под платком, это только косвенно подтвердит слова Фенеллы о моём нравственном падении, а мне скрывать или стыдиться нечего. Вас троих не было внизу, когда ей пришла в голову глупая мысль отстричь мою косу, поэтому повторю снова то же самое, что сказала до этого: нельзя лишить человека чувства собственного достоинства, попытавшись изуродовать его внешне. Оно либо есть, либо

По правилам мне следовало высечь всех, кто участвовал в нападении, но решила дать им последний шанс, тем более что никто, кроме лорда, в полной мере не может оценить глубину их вины и назначить соответствующее наказание. Ну, высекла бы я их, и что? Остальные могли подумать, что просто воспользовалась подходящим случаем для мести, ведь многие знали и до того, как прилюдно показала спину, что была сечена. Да, Илза, не виню вас, просто одна оброненная вами в мою защиту фраза, моментально разнеслась среди девушек. И кто выиграл бы, возьми я в руки кнут или плеть? Явно симпатии оказались не на моей стороне, ибо жалели бы нападающих, несмотря на их вину. Любое действие человеческий мозг способен вывернуть так, что никогда не докопаешься в итоге до правды при всём желании. Сейчас я нахожусь не в том положении, чтобы позволить себе настолько жестокие игры, хоть и в рамках закона. Ту на самом деле всё элементарно, просто не все хотят это увидеть и понять. Лорд Тагард — голова, а я всего лишь его руки. Точно так же, как и Норман. Мне приказывают, я — исполняю.

Ошарашенные Илза и Бэйтрис опустились на кровать, хотя до этого отчаянно мотали головами, отказываясь присесть.

— Мы как-то об этом не подумали, Цефея…

Я слегка улыбнулась той стороной рта, которая не была повреждена, и поправила платье, так как привыкла носить другой фасон, и всё казалось, что чего-то не хватает в районе талии:

— Илза, не стоит себя винить. Достаточно того, что об этом подумала я. Пересудов, конечно, будет не избежать после моего раздевания во дворе, но это не самое страшное, что может случиться в жизни. Зато лишний раз задумаются, а нужно ли со мной связываться.

Лэйнор покрутила в руках плоскую деревянную шкатулку:

— Но мазь-то хоть примете, Цефея? Лайна помогала делать, очень хотела со мной пойти, но я не взяла.

— Приму. Знаете ведь, что при таких «отягчающих» обстоятельствах не смогу отказать. Тем более что мне приходится много говорить, а ходить постоянно с приложенным к губе платком, чтобы не забрызгать всё в округе кровью, не очень удобно.

Знахарка, державшаяся до этого настороженно и даже как-то неловко, сразу повеселела и вытащила из шкатулки резную баночку с мазью. Почти вложила ко мне в руку, но потом остановила ладонь на полпути:

— А вы рану хорошо промыли? Может, стоит ещё раз обработать, я с собой небольшую бутылочку специального отвара взяла на всякий случай.

Еле сдерживаясь, чтобы не улыбнуться от уха до уха, я кивнула:

— Можете не беспокоиться, Лэйнор. И очень рада, что в вас не ошиблась, как в знахарке. Хороший подход, я оценила.

В итоге Лэйнор, набрав отполированной почти до блеска крохотной лопаточкой, намазала мне не только губу, но и бровь, на которой алела едва заметная ссадина. Ну да, девочки — такие девочки, во время драки ногтей не жалеют, равно как и лиц соперниц или оппоненток. Хорошо хоть, что во время потасовки удалось фингалов избежать, иначе красота неописуемая была бы. Особенно наутро.

— Цефея, но, может, всё-таки… — затянула старую песню Илза.

— Если я и повяжу платок на голову, то только так. И исключительно ради вашего спокойствия, что ваш взнос в моё благополучие не пропал даром. Ваш ведь платок, верно? — я сложила ткань вдоль несколько раз, потом накинула на голову ровно посередине, а свободные концы закрутила в жгуты, которыми дважды обвила голову, а затем закрепила у основания шеи, оставив при этом волосы падающими на шею.

Увидев мой тюрбан, Илза картинно приложила руки к груди в районе сердца и охнула:

— Цефея…

— Да! Цефея! Всегда Цефея. Неисправимая Цефея, — я подмигнула присутствующим, одним пальцем стаскивая получившийся головной убор и укладывая его на стол.

Вот не люблю, когда на голове что-то есть, поэтому нашла плетёный кожаный шнурок, которым подвязывала время от времени косу, чтобы не мешалась, и разрезала ножом пополам, чтобы стянуть часть волос на затылке.

— Но по вечерам точно платок буду использовать, чтобы лысинку, лишённую девичьей красы, не застудить. Обещаю.

Илза махнула рукой и пробурчала, что меня, видимо, никому в жизни переубедить не получится, лучше уж ей вернуться на кухню, где её точно слушаются.

— Кстати, вы, случайно, Иннис не видели?

Бэйтрис с Лэйнор довольно переглянулись:

— Видели-видели, она вместе с Сайлирой остальных служанок гоняет, чтобы работали как следует и всякой дурью, услышанной от Фенеллы, себе головы не забивали. А Дорлин решила проверить, как там, ровно ли стежки на прорехи ложатся.

Что ж, в выборе помощниц я тоже не ошиблась. И это не могло не согревать душу. Раз все оказались при деле, я отправилась в закрытые покои «поиграться» с обломками мебели. Провозившись с ними почти до самого ужина, сделала несколько более детальных эскизов в нескольких проекциях, чтобы Гиллису с Бареном было удобнее работать, проверила отмытые до блеска комнаты и только после этого пошла на кухню, чтобы подкрепиться, так как есть хотелось просто зверски. Моё появление на пороге владений Илзы было встречено просто мёртвой тишиной, казалось, что даже ложки перестали стучать об миски на несколько мгновений. Забрав свою порцию жаркого, я уселась на своё место и приступила к еде, словно ничего не произошло. Наверное, впервые на кухне было настолько тихо, что даже шёпот Нейла, попросившего передать хлеб, прозвучал столь громогласно, как если бы он крикнул мне на ухо, хотя сидел через два стола от моего. В общем, день завершился без происшествий, и все после ужина отправились спать.

Вот только мне совсем не спалось. Какая-то неясная тревога возникла из ниоткуда и не давала мыслям собраться в кучу. Ещё и ни с того ни с сего начало знобить так, что пришлось укутаться в одеяло в прямом смысле слова с головой. Потрогала лоб — нет, температуры не было. Даже в носу не свербело. Провалившись, наконец-то в кошмар, я снова уткнулась в непонятное марево, бурлящее и тянущееся в мою сторону, словно амёба своими ложноножками, выпячивая их то тут, то там. Из оков на мне остались лишь рабский ошейник, кандалы и цепь на поясе. Все остальные бесследно исчезли, принеся буквально физическое облегчение.

— Что

— Достала ты меня, пройти не даёшь и выспаться нормально — тоже! — с этими словами я погрузила руки в пелену перед собой и начала её рвать, как паутину в клочья.

Внезапно ставший уже привычным зал святилища исчез, а сама я оказалась стоящей в том самом коридоре, в который случайно забрела днём. Вот только случайно ли? Дотронувшись до стены, почувствовала непривычный холод, сквозь который явно ощущались тёплые пульсирующие жилки. Но самым странным было то, что несмотря на полное отсутствие освещения, я не только чётко понимала, где нахожусь, но и видела непонятное тёмное мерцание впереди, примерно на уровне моей вытянутой руки. Бормоча себе под нос «Наш девиз — педальку газа до упора вниз», дошла до той точки и, приподнявшись на цыпочки, начала обшаривать стену, пытаясь добраться до аномалии. Нащупав твёрдые грани, похожие на ощупь на стекло, вцепилась в это что-то непонятное и потянула к себе.

В руках у меня оказался чёрный кристалл, мгновенно нагревшийся до такой степени, что я выронила его от неожиданности. При ударе об каменный пол он раскололся на две части и перестал мерцать. Приложив ноющую ладонь к стене, почувствовала, что каменная кладка снова стала тёплой, а боль от ожога стала проходить. Неужели всё из-за этого кристалла? Вспомнив, как споткнулась по дороге о какой-то камень, вернулась за ним, а потом с его помощью расколотила остатки, буквально превратив их в пыль. И без всяких артефактов мне в замке проблем хватает. Мне тут порядок нужен, а не чёрт-те что! Жаль только, что пришлось добираться до своей кровати наяву, а не через кошмар. Хорошо хоть повороты проходила уверенно, иначе не бывать ни моему лицу, ни рёбрам целыми.

Стоило коснуться головой подушки, как надежды на то, что с уничтожением артефакта кошмары прекратятся, не оправдались. Я снова оказалась в святилище, зато непонятное марево исчезло.

Глава 45

Хозяева замка

Что духам снова от меня понадобилось — неизвестно. По старой доброй традиции они предпочли отмолчаться. Зато рёв чудища стал слышен намного сильнее, понять бы ещё, что там за зверина притаилась. Ну, или кого там заперли. Особо непослушного духа? Предка Тагарда, который больше всех провинился при жизни? Увы, подсказок не последовало. Я попробовала зайти с другой стороны и проанализировать все изменения, которые происходили в кошмаре. Вот, например, цепи. Что они означали? Вначале подумала, что из-за того, что являюсь рабыней, как символ того, что ограничена во всём этим статусом. Но они ведь исчезали! Тагард дать мне свободу не может, так как это слишком чревато для его положения даже не из-за заветов предка, а чисто вследствие магических заморочек. Неужели король Габриэль какую-то подлянку затеял? Вот не дай боги, духи и все высшие силы вместе взятые! Если цепи не связаны с моим рабским статусом, то что символизируют? Можно мне, пожалуйста, подкинуть толкователь по местной эзотерике, а?

В общем, на следующий день после выходки Фенеллы я была зла как никогда. Прислуга вела себя тише воды, ниже травы, беспрекословно выполняя все поручения. Даже «арестованные» заметно присмирели, когда зашла проверить, насколько успешно идёт уборка подземелий. Пострадавшее во время драки платье было зашито, и весьма неплохо, но, увы, появляться в нём можно было только для того, чтобы в огороде покопаться или когда дело дойдёт до отделочных работ, не переживать, что побелка или штукатурка испортят.

Вспомнив об обещании Тагарду привести в порядок фамильный склеп, я предупредила Нормана, куда направляюсь, но взять Алистера для сопровождения отказалась. Главные возмутительницы спокойствия заперты, а если кто-то отважится повторить их «подвиг», то лучше сразу таких выявить, чтобы до возвращения генерала сразу поднять вопрос о неблагонадёжных служанках. Хорошо, что с мужчинами таких проблем не возникало. Норман с Гиллисом, конечно, сказали, что присмотрят за ними дополнительно, но и до вчерашнего дня склок и распрей не было.

Склеп располагался между Западной и Главной башнями, как бы позади них, в небольшом дворике, но в пределах крепостной стены. Само строение уходило глубоко вниз на несколько ярусов, имея на самом последнем нечто вроде огромного ритуального зала, в котором вдоль стен располагались саркофаги с телами основателей рода. Причём рядом с каждым лордом находилась его жена, а на стене прикручена табличка с их именами и датами жизни. Побродив немного по каждому из ярусов, заметила странную закономерность: до определённого момента можно было условно посчитать, что пара «жила долго и счастливо, и умерли супруги в один день». Насчёт последнего утрирую, но то, что и муж, и жена уходили в один год — совершенно точно. Потом же начался заметный перекос. Что, так резко экология поменялась? Смешно. Я достала из сумки грифель и лист бумаги, а затем вернулась в ритуальный зал и начала переписывать всё, что удалось рассмотреть на табличках. Кое-где пришлось хорошенько их протереть, чтобы не упустить ничего. Жаль, что захоронения располагались хаотично, а не по порядку, но систематизацией решила заняться уже после того, как окажусь в замке, иначе точно глаза себе испорчу.

Сразу после склепа я позвала к себе Иннис, Дорлин и Сайлиру, попросив их разузнать, есть ли готовые к новому заданию, а по возможности собрать человек шесть, которые не боятся ничего, связанного с захоронениями. Приказать всегда успею, но пока что решила сыграть на добровольном желании, чтобы потом Лэйнор не пришлось возиться с обморочными. Пока мои помощницы разбежались по замку, я пошла на поиски Нормана. На мою удачу он обнаружился неподалёку от кабинета Тагарда, а потому можно было переговорить без лишних свидетелей.

— Норман, скажите, а где можно посмотреть записи, касающиеся предыдущих хозяев замка, а также этапы его строительства или хотя бы перестраиваний? Думаю, что пригодится информация насчёт того, какие части более старые, несмотря на свой внешне крепкий вид, чтобы своевременно можно было спрогнозировать ремонт или замену каких-либо конструкций.

Само собой разумеющееся, пришлось вот так почти красиво завернуть истинные причины моего желания сунуть нос в архивы. Были у меня кое-какие предположения, которые хотелось проверить, но для этого действительно необходимо было соотнести реальные имена с Тагардов с теми, что почти не упоминались. Возле саркофагов, увы, прозвища не

— К сожалению, записей осталось не так много, но они все расположены за кабинетом лорда Тагарда. Думаю, что стоит посмотреть там. Но идея мне нравится. Действительно, архивы могут немного помочь в работе.

— Надеюсь, лорд Тагард не посчитает за наглость, что мы входили в его кабинет в его отсутствие. По крайней мере, аргументировать наше любопытство есть чем.

Норман согласился и даже предложил свою помощь в просмотре рукописей. Ну и как тут было не воспользоваться таким шикарным предложением? Свои записи из склепа доставать не стала, просто попросила на отдельном листе записывать полные данные по предкам Тагарда вместе с пометками вроде стихийных бедствий или иных происшествиях, повлиявших на замок. От наших изысканий отвлекла ненадолго Дорлин, сообщившая, что нашлись восемь девушек, согласных на уборку в склепе. Таким образом, огласив им, каким образом необходимо привести в порядок не только стены и полы, но и саркофаги вместе с табличками, отправила помощницу вместе с остальными.

Записей за более чем тысячелетнюю историю рода действительно набралось не так много, как могло быть, зато мы с Норманом нашли просто замечательный фолиант, в котором перечислялись все предшественники Тагарда вместе с упоминанием родов, в которые уходили девушки при замужестве. Жаль только, что почти все они прекратили своё существование. Зато у меня появилось немало вопросов к тому самому Лэйфару Гордому, которому захотелось не только оторвать его эго с корнем, если бы это было возможно, но и хорошенько попрыгать по остаткам праха. Нормана потом утащил Гиллис, которому понадобилась его помощь, а я смогла разложить на полу все исчирканные листы и заняться мозговым штурмом. Количество исписанных различными схемами, таблицами и стрелочками только множилось, и в какой-то момент начала опасаться, что лорд Тагард очень удивится исчезновению чистой бумаги. Был бы у меня ноутбук, всё оказалось намного проще и быстрее, но…

Интересно, а за допрос духов какое наказание полагается? Надеюсь, не слишком строгое с высылкой в родные пенаты, а то меня там вроде как должны были уже похоронить, а мне всё-таки жить хочется. Более-менее разобравшись в генеалогическом древе Тагардов, я заскочила на кухню перекусить, так как обед пропустила, несмотря на заглянувшую напомнить о нём Иннис. Но не могла же я бросить всё. Мне проще сразу сделать, чтобы потом заново не возвращаться, вспоминая, на чём остановилась и какие ещё вопросы или идеи появлялись до этого.

Потом проверила всех служанок, раздала поручения сразу на завтрашний день, оценила, как постарались девушки, занимавшиеся уборкой в склепе, а потом почти до ужина провела в покоях Мэйгрид, работая над эскизами, высчитывая размеры мебели и тому подобным. Зато когда проходила через большой зал, возвращаясь к себе, встретила Лорну, разглядывающую отмытые от грязи и копоти стены.

— А я тебя недооценила, Цефея… Лорду Беантану повезло…

С чем там всё-таки именно повезло генералу, я не стала уточнять, а вот то, что его няня продолжила уверенно идти вперёд к восстановлению своих навыков, меня порадовало. А ещё через два дня вернулся Тагард.

Глава 46

Причинители добра

Около четырёх часов по полудни примчался запыхавшийся Алистер, который даже слова не смог вымолвить, а только показывал указательным пальцем наверх. Мы с Норманом тут же поспешили на стену, чтобы увидеть приближающегося вдалеке всадника. Судя по посадке и скорости движения, измотан Тагард был сильно, поэтому быстро посовещавшись, приняли решение не собирать всех слуг для положенного приветствия, а, наоборот, ещё сильнее их нагрузить, чтобы не высовывались. Норман взял на себя подготовку покоев, так как лучше знал привычки своего господина, мне же стоило выделить ему в помощь пятерых девушек и поспешить на кухню, чтобы распорядиться насчёт еды. На всякий случай сказала Сайлире, чтобы была наготове вместе с Иннис как прислуживать в столовой, так и подать обед в покои Тагарда.

Илза быстро раздала поручения своим помощницам и принялась разогревать похлёбку, пока другие занимались нарезанием овощей, мяса и сыра. Вот у кого всегда был чёткий порядок!

В итоге, когда ворота замка распахнулись, во дворе стояли мы втроём: Норман, я и Корл, который должен был расседлать Брана. Тагард выглядел не просто уставшим, а сильно измождённым — краше только в гроб кладут. Единственное, что меня утешало: следов от нападения тварей не было. Конечно, теперь у нас была Лэйнор, но лучше было бы обойтись без её помощи.

Тяжело опустившись на землю, Тагард тем не менее держался твёрдо, не показывая вида, что поездка выдалась не из простых. Гвозди бы из таких людей делать. Выслушав наше приветствие, он медленно обвёл взглядом каждого из нас слева направо, задержавшись на мне дольше всех.

— Ваши покои готовы, лорд Тагард. Как только прикажете, подадут обед.

— Корл, займись Браном. Алистер, отнеси мешки в мои покои. Цефея, Норман, жду вас в кабинете обоих.

Какой к чёртовой матери «кабинет»⁈ Ему бы не менее суток отоспаться! Я жестом показала Иннис, выглядывавшей из окна кухни, чтобы сказала кухаркам приготовиться собрать подносы к подаче.

— Как скажете, лорд Тагард. Но горячая ванна в ваших покоях тоже готова.

Генерал поиграл желваками, но кивнул. Мысленно выдохнув, я начала отступать в сторону ближайшей двери к кухне.

— Цефея! Мне понадобится не так много времени, чтобы привести себя в порядок.

— Мне на кухню нужно, я быстро.

— Жду.

Похлопав незаметно Нормана по руке, чтобы не переживал, понеслась на кухню, а на самом деле рванула к Лэйнор, успев крикнуть, чтобы пока еду Тагарду не несли.

При моём появлении знахарка подскочила:

— Что-то случилось? Нужна помощь лорду Тагарду?

— Лэйнор, у тебя есть какое-нибудь снотворное, которое можно добавить незаметно к мясу?

— Настолько всё плохо?

— Просто нужно. Если что — это у меня проблемы со сном, поняла?

— Куда уж не понять… — вздохнула Лэйнор и полезла в деревянный короб со снадобьями.

Получив заветный пузырёк, я метнулась снова на кухню. Улучив момент добавила содержимое в соус, пока девушки выполняли мои распоряжения, бегая по кухне. Так что никто ничего не заметил. У меня, конечно, габариты не такие, как у Илзы, но она весьма удачно загородила меня, пока командовала, чтобы нарезали хлеб, который сунули подрумянить.

Соответственно, к покоям Таграда подошла целая делегация из нас троих: Иннис и Сайлира несли подносы, а я, постучавшись

Оставив служанок, я, не торопясь, пошла к кабинету, возле которого ожидал Норман.

— Сильно гневается?

— Вроде да. Хочет серьёзно с нами поговорить. Хотя я на его месте лучше бы отдохнула, а завтра приступила к делам.

— Согласен, но лорд Тагард не привык откладывать что-то на потом. Так, нам остаётся собрать всё своё мужество и просто пережить неприятные моменты.

Мы ещё поболтали, обсуждая детали ремонта и сооружение пары навесов для просушки брёвен на случай, если дожди пойдут раньше времени. Зная Тагарда, уже была уверена в том, что мой коварный план удался. Даже будучи измотанным сражением с той тварью в лесу, он смог не только костёр развести, но ещё и рыбы наловить. Ещё меня беспокоил тот самый разбитый артефакт, а что если он имел какое-то влияние не только на святилище, но и на родовую магию в целом? Тагард ведь обмолвился, что тайники запечатывал своей магией. Так не могло ли так получиться, что на самом деле это не усталость из-за долгой дороги, а магическое истощение?

— Норман, мне кажется, что лорд Тагард уже не придёт. Пойдём его проверим на всякий случай? Вдруг и в самом деле переутомился? Ну гаркнет, если потревожим, зато нам же спокойнее будет. Своими обязанностями займёмся в конце концов.

Норман немного подумал и согласился. Мы дошли до покоев Тагарда, а постучав, ответа не услышали. Я достала ключ и отперла дверь, застав умилительную картину: генерал действительно спал, завалившись на подушки. Пока Норман снимал с него сапоги, взбила подушки и нашла покрывало, так как вариант с раздеванием мы отмели сразу, чтобы точно не получить по шее за самоуправство. Решив, что когда Тагард проснётся, сам вызовет, разошлись по своим делам. Только я снова направилась к Лэйнор, чтобы посоветоваться, что делать, если действительно магическое истощение. Ещё и по замку ладонью постучала, чтобы хозяину своему помог. Ему же положено заботиться о наследнике рода, вот пусть и не отлынивает! А то как мне помогать силы восстанавливать, так он может, а как Тагарду подсобить, так что-то незаметно. В итоге мы с Лэйнор принесли пару закрытых кувшинов и оставили записки, какой в каком случае лучше выпить. В общем, подстелили соломки, где только смогли, надеясь, что не сильно полыхнёт.

Тем не менее гроза разразилась незадолго до ужина. Искренне надеясь, что четырёх часов отдыха хватило, чтобы не начать метать молнии сразу с порога, мы предстали перед ясные очи Тагарда.

На этот раз первым слово взял Норман:

— Прошу нас простить, лорд Тагард за вольность, но подождав у кабинета, решили проверить, не изменились ли ваши планы, а потому, обнаружив, что вы отдыхаете, ушли.

— Это всё? — пока что тон генерала был ровным, несмотря на отблески явного недовольства в глазах.

— Я потом сходила к Лэйнор, чтобы принести тонизирующие отвары. После долгой дороги, говорят, хорошо помогают.

Мы с Норманом стояли и усиленно изображали саму невинность и непричастность ни к чему. Просто младенцы невинные, хлопающие глазками.

— Допустим, — слегка нахмурился Тагард, откидываясь на спинку кресла. — А теперь я хочу знать подробности: почему ты в таком виде, Цефея?

— Произошло некоторое недопонимание среди служанок насчёт моего статуса и образа жизни, вследствие чего часть из них отправилась отрабатывать повинность в подземелья. Почти все темницы отмыли до блеска.

Тагард поставил согнутую в локте руку на стол, опустив подбородок на согнутые пальцы:

— Цефея, ты знаешь, что принято предпринимать, если кто-то из слуг нарушает правила?

— Да, их принято пороть. Но решающее слово всегда за хозяином замка.

— И это касается всех без исключения.

— Несомненно, — ответила я, догадываясь, к чему он клонит. — Все мои прегрешения состоят в том, что не вылезаю из вашей кровати, полностью соответствуя своему статусу, как девушки, купленной для постельных утех. Так что, к сожалению, вынуждена вас расстроить: прелюбодеяниям в ваше отсутствие не предавалась. Да и во время нахождения в замке — тоже.

— ЧТО⁈

— А нужно было? Простите, оказалась не в курсе, — я смотрела Тагарду прямо в глаза, потому что стыдиться мне было нечего, а уж тем более оправдываться по надуманному им поводу.

— Оставь нас, Цефея! Позже позову!

Делать нечего, пришлось ретироваться в коридор, надеясь, что Норману не так сильно достанется. О чём был разговор, мне, увы, было не слышно. К тому же Тагард всегда отличался сдержанностью, а если и срывался, то в такие моменты, когда другие обычно шли убивать. Тем не менее вышел Норман целым, а не разобранным на запчасти, и даже не совсем бледным. Он только успел шепнуть, что его расспрашивали об инциденте с волосами. Мне вообще ситуация напомнила сценку перед кабинетом, в котором идёт экзамен, а «отстрелявшийся» сокурсник делится полезной информацией вроде каверзных вопросов, чтобы другие успели подготовиться.

— Цефея, входи!

Ну вот настал мой черёд «тянуть билет» и отвечать по теме.

Глава 47

Разбор полетов

Тагард стоял ко мне спиной, глядя в окно.

— Норман рассказал, что произошло. Теперь хочу выслушать твою версию.

— Он мог рассказать только с того момента, как вместе с подмогой появился во дворе. Но его вины нет в том, что не сразу оказался рядом, так как в момент нападения все слуги находились в отдалённых частях замка.

Тагард обернулся, внимательно смотря меня:

— Почему ты его сразу стала защищать?

Эм… В смысле почему? Что за глупый вопрос? Я что не знаю, как любят спускать всех собак, выискивая виноватых в том, что не смогли что-нибудь предотвратить. Стоп. Тагард что, ревнует меня? Да нет, бред какой-то. С чего ему?

— На время своего отсутствия вы оставили меня и Нормана за главных, чтобы следили за порядком, а также текущими работами. Так как в потасовке, случившейся с моим участием, замешана я, следовательно, спрос с него. Тем более, прекрасно помню вашу позицию, что мужчина всегда должен защищать женщину, если та попала в беду, даже если это не его женщина.

Может, мне и показалось, но вроде как взгляд Тагарда немного смягчился. Но я быстро продолжила свою речь, рассказав, как происходило дело. А то по факту Норман мог увидеть, как Фенелла отрезает мне косу, или, наоборот, как я срезаю остатки волос. В зависимости от этого впечатление могло оказаться кардинально противоположным: от негодяйки-служанки, до сбрендившей экономки. По мере того как я приближалась к появлению Нормана, Тагард мрачнел всё сильнее с каждой минутой.

Стоило мне закончить, как он произнёс:

— Фенелла перешла все возможные границы дозволенного и должна понести заслуженное наказание, но одного заключения в подземелья недостаточно. Так как служанки находятся полностью в твоём ведении, Цефея, то и наказание должно последовать от тебя, тем более что именно против тебя они вздумали пойти. Завтра же.

Вот такого поворота я не ожидала. Я понимаю, что правила в этом мире достаточно суровые, но воспринимаются нормой, однако не все они мне по душе. Даже в былые времена, когда меня кто-то умудрялся выбесить, максимум, на что была способна — уничтожить морально, спланировав изощрённую месть. Но вот руки распускать… Только если для самообороны. С другой стороны, всё ведь зависит от того, каким образом подойти к вопросу о порке. Высечь ведь можно по-разному, если хорошенько подумать. Равно как и выбрать инструмент для этого дела.

— Даже как-то непривычно видеть тебя молчащей, Цефея…

— Я просто раздумываю над вашими словами, лорд Тагард.

— Считаешь, что наказание слишком жестокое?

— Неважно, что я считаю, ведь это ваша привилегия — отдавать приказы, а моя обязанность — исполнять.

— Ещё более удивительно видеть в тебе покорность… — с иронией в голосе произнёс Тагард, словно своим приказом решил проверить меня «на вшивость».

Ничего, будет ему завтра проверочка. Надо будет только к Корлу сходить утром, чтобы было время потренироваться. Появилась у меня одна идея.

Пока я раскидывала мозгами, Тагард неожиданно оказался в паре шагов от меня:

— Что ты мне в еду подсыпала, Цефея?

Изобразив удивлённое лицо, я ответила:

— Я ничего не подсыпала. Честное слово.

Раздался тяжёлый вздох.

— То, как ты мастерски умеешь обращаться с речью, я давно оценил. Тебе палец в рот не клади — откусишь.

И правильно. Мне в рот, кроме еды, лучше вообще ничего не класть — так больше шансов, что будучи сытой либо помилую, либо банально догнать не успею, чтобы по шее дать.

— … значит, подлила. Но я ничего за обедом не пил, так как сразу стало клонить в сон. Кроме тебя некому, иначе проснулся бы в кровати с кем-нибудь из служанок. А кто ещё мог опоить, но не воспользоваться возможностью оказаться в одной постели с лордом? Только ты. Так вот, хочу знать: зачем, Цефея? Хотела отсрочить неприятный разговор?

— Нет. Вы сделали неверный вывод, лорд Тагард. Здесь военных действий не ведётся, когда любую проблему необходимо решать быстро, с ходу. После возвращения вы неважно выглядели неважно, и невооружённым глазом было заметно, насколько нуждаетесь в отдыхе. Поэтому в первую очередь вам нужно было подумать о себе, дав полноценный отдых телу. Не станет вас — кто позаботится об обитателях замка, а также близлежащих деревень? Сомневаюсь, что все будут рады увидеть на этих землях наместника короля. Тем более что память о его солдатах ещё не успела стереться.

— По этой же причине обратилась к нашей новой знахарке, после чего оставила кувшины?

— Да. Вы сами упоминали, что запечатали все схроны магией. Вот и подумала…

— Правильно подумала… Но впредь больше не смей подобных фокусов устраивать!

— Пока вы — мой лорд, я всё равно буду печься о вашем благополучии, если станете совершать что-то во вред себе. Это в интересах всех обитателей замка. Вот именно поэтому не могу вам дать то обещание, которое вы от меня ждёте. Можете приказать, но всё равно поступлю на своё усмотрение, руководствуясь доводами разума. Можете меня запереть в темнице или даже казнить, ваше право.

— Как будто это на тебя подействует, Цефея… — пробормотал Тагард. Сама же говорила не только мне, но и даже слугам, что подобные меры на тебя не подействуют.

— Ну, извините, — я развела руками. — Просто привыкла всегда предупреждать о том, чего можно от меня ждать. Так честнее и реже возникает недопонимание.

— Иди уже, «честная»…

Радуясь, что так легко отделалась, направилась на кухню, чтобы присоединиться к остальным. За столами отсутствовали только те служанки, которым сегодня было поручено прислуживать в столовой, но и они вскоре вернулись на кухню с пустыми подносами, шушукаясь, что лорд Тагард зачем-то заставил их попробовать каждое блюдо. Пришлось даже удалиться с Илзой в подсобку, дабы объяснить, что не собиралась травить лорда Тагарда, а действовала пусть и на своё усмотрение, но ради его блага. После моих откровений кухарка посмотрела на меня как на смертницу, но потом согласилась, так как ему действительно требовался отдых, а не разбирательства с зарвавшимися служанками.

Однако сразу после ужина Тагард собрал всех в зале и объявил, что завтра, согласно его решению, Фенелла вместе с остальными провинившимися служанками понесёт наказание, которое будет исполнено мной. Ошарашенные слуги переглянулись, но даже шёпотков не последовало. Огласив свою волю, Тагард велел всем расходиться, а сам свернул в тот коридор, который вёл к комнатам, занимаемыми Лэйнор и Лайны. Понятное дело, что даже без признаний с моей стороны, он сообразил, кто мне помогал. Но визит к нашей знахарке меня немало встревожил, так как мне очень не хотелось, чтобы она пострадала. Я спряталась в одной из запертых комнат, ожидая, когда мимо меня пройдёт Тагард, уходя от Лэйнор. К счастью, задержался он у знахарки не так долго, и, выждав некоторое время после того, как шаги стихли, поспешила к ней.

— Цефея? — удивлённо произнесла Лэйнор, увидев меня на пороге, когда открыла дверь.

— Я лишь хотела убедиться, что у тебя не возникло проблем из-за меня.

— Всё в полном порядке. Лорд Тагард даже словом не обмолвился насчёт снотворного зелья, но при этом поблагодарил за восстанавливающее, то самое, что применяется при магическом истощении, и попросил принести ему ещё. У меня, к сожалению, целительского дара нет, поэтому в таких рецептах ориентируюсь лишь на собственное видение с помощью тех крох,

— Спасибо тебе.

Хотя какое там спасибо, у меня на сердце прямо отлегло, услышав, что знахарке «не прилетело» за компанию, а её способности и умения сыграли на пользу.

Перед тем как уснуть, я очень долго вертелась, перебирая в голове все события минувшего дня и пытаясь морально подготовиться к тому, что ждало завтра. Ещё мелькнула мысль, что следовало сказать Тагарду про тот странный кристалл. Ну, соврала бы ему, что случайно наткнулась на него ночью, так как заблудилась, или ещё что-нибудь придумала, чтобы объяснить, почему днём он был не виден, а ночью вдруг проявил себя. В очередной раз провалившись в кошмар, я попробовала расспросить духов насчёт кристалла, а также о том, чего же они всё-таки от меня хотят. Увы, они снова безмолвствовали, видимо, решив, что, бросив ту фразу я сама обо всём пойму и буду знать, как действовать дальше. Хотя вот это вот тыканье вслепую раздражало безумно: привыкла всё-таки, когда всё по полочкам разложено. И даже если вокруг рушится весь мир, у меня всё равно всегда есть план, как действовать. Даже несколько. Не сработает один, так другой. Третий, четвёртый, пятый…

На разные ситуации были примерные сценарии поведения, а тут… Не поймёшь, как действовать в этом магическом мире, чтобы при этом ещё и не раскрыть себя. Что родом вообще не из этого мира. Хорошо, что мои выходки вполне укладываются в поведение девушки, которой действительно терять нечего, после того как она пережила гибель родных и близких, осаду, рабовладельческий рынок, не говоря уже о притязаниях короля Габриэля.

Но самое отвратительное, что в сегодняшнем кошмаре мне не удалось продвинуться дальше, чем на пять шагов. Снова откуда-то взялось то непонятное марево, только оно не стояло передо мной плотной стеной, а клубилось рядом. Просто существовало здесь и сейчас. Вроде не мешало пройти, но сильно затормаживало продвижение, сбивая с толку. И тут я внезапно оказалась стоящей перед дверями, ведущими в покои Тагарда…

Глава 48

Сумбурная ночь

Не понимаю, как меня сюда занесло? Тьфу, хотя о чём я, если вспомнить, как до этого оказалась в том коридоре, где обнаружила кристалл. Но Тагард тут при чём? Если посмотреть на хроники, а также учесть напутствия потомкам Лэйфара, то кому-кому, а духам точно было бы нежелательно видеть меня в столь неурочный час в таком месте. Или всё-таки мои предположения, выведенные после сопоставления архивов и данных из склепа всё-таки верны? Как всегда: куча вопросов, но ни одного ответа. Пока утешало то, что засыпала я, облачённой в сорочку, а вот перед покоями очутилась в платье, что дала мне Бэйтрис. Правда, босиком, но это сущие пустяки по сравнению с тем, какой скандал мог закатить Тагард, увидев меня в одном исподнем. Я уже было думала развернуться и уйти, как услышала еле слышный стон.

Испугавшись, я постучала в дверь, но ответа не последовало. Раздался ещё один стон… Учитывая, что Тагарду удалось добыть своё золото… Неужели Эллер вернулся, ведь мы до сих пор не были уверены стопроцентно в его гибели и не исключали вероятность, что он жив. Или кто-то из его подручных пробрался в замок? Наверняка ведь кто-то мог что-то кому-то сказать или шепнуть. В конце концов, у нас же нет возможности следить за каждым. Я сняла с пояса связку и начала искать нужный ключ, так как ночью все факелы в замке гасились, оставались лишь «дежурные» — мало ли кому-то понадобится куда-то дойти. На кухню там за водой, или к Лэйнор. Отыскав этот треклятый ключ, быстро открыла дверь и вбежала внутрь.

Тагард лежал на кровати и метался так, как обычно люди при высокой температуре. Первое, что бросилось в глаза — это его противоестественная бледность, заметная даже при свете луны, заглядывающей в окно. И это с учётом того, что кожа у Тагарда имеет смуглый оттенок из-за постоянного нахождения на солнце. Это я ещё успела заметить во время нашего с ним пребывания на острове. Прикоснувшись ладонью ко лбу мужчины, не почувствовала жара. Раздался очередной стон, и тогда я решила попробовать разбудить. Не с первого раза, но мне это удалось.

Увидев меня, Тагард в несколько заторможенно-полусонном состоянии сел на кровати, свесив голову, словно его тошнило:

— Цефея? Ты что здесь делаешь?

— Я забыла сказать об одной вещи, но решила, что не стоит ждать до утра, вдруг важно… А потом услышала стоны и решила проверить, всё ли с вами в порядке, — налив из кувшина воды, я протянула Тагарду стакан.

Однако вместо того, чтобы выпить её, он вылил себе на голову, видимо, пытаясь таким образом окончательно проснуться. Потом быстро встряхнул волосами, а оставшиеся несколько капель на дне стакана, плеснул на ладони и протёр ими лицо. Бледность, естественно, никуда не делась, но выглядеть Тагард стал бодрее.

— Так о чём ты хотела поговорить, Цефея?

— Лорд Тагард, вы точно хорошо себя чувствуете? Вид у вас неважный.

— Просто устал, ещё и поспать кое-кто не дал. Так что случилось, Цефея?

Я рассказала о том, что обнаружила странный кристал, когда искала якобы потерянный ключ, который потом нашёлся в комнате. Снимала, чтобы почистить. Отговорка, конечно, была тупая, но ничего лучше как-то не придумалось.

Тагард слушал меня не перебивая, а потом дотянулся до стоящего около кровати канделябра и, проведя рукой над свечами, зажёг сразу все пять.

— Говоришь, что кристалл сиял или переливался? Где именно ты обнаружила артефакт, Цефея? Мне нужно, чтобы ты показала мне это место. И вспомни, пожалуйста, каким образом он разбился?

— Покажу, конечно. Разбился он случайно, так как оказался очень горячим, и я его попросту не удержала.

— А ты в этот момент держалась за стену? Может, опиралась, например?

Я развела руками, дескать, как-то не обратила внимание:

— А это так важно?

— Важно. И когда именно, в какое время ты разбила кристалл?

Как могла описала примерно, в какое время всё это происходило.

Тагард как-то сразу посерьёзнел:

— Видишь ли, Цефея, когда я пытался снять защитные чары со своих схронов, то у меня ничего не получалось. Создавалось ощущение, что силы куда-то уходят, как в какую-то бездонную дыру, хотя такого со мной никогда не было. Ведь если бы это было как-то связано с тем, что потерял крылья, тогда и в лесу не

— То есть вы хотите сказать — это был артефакт, который каким-то образом блокировал вашу связь с родовой магией? Мне Лорна обмолвилась, что она имеет связь со святилищем, расположенным под замком. Видимо, кристалл как-то блокировал её?

— Теперь я думаю так же.

— Лорд Тагард, встаньте, пожалуйста!

Не понимая, зачем мне это понадобилось, генерал поднялся с кровати, а затем увидел, как я начала скидывать подушки, одеяло, перину…

— Вы действительно стонали, когда я вошла, и даже метались, будто в бреду. Вдруг что-то пакостное и тут спрятано?

— Предполагаешь, что ещё один такой продолжает вытягивать из меня магию?

— А почему нет?

— Резонно.

Мы вдвоём переворошили все покои Тагарда, но так ничего и не нашли.

— А вот эти вот артефакты, они в каком направлении могут действовать?

— Что ты имеешь в виду?

— Ну… Даже не знаю, как объяснить… Допустим, лежит артефакт. А вот его сила или влияние распространяется только прямо или наподобие полусферы? Или сферы? Когда во все направления от него исходит этот вред.

— По-разному бывает. Тот кристалл ты куда потом дела в итоге?

Я замялась, а, потом прикусив губу, ответила:

— Он мне не понравился, и я его расколотила на мелкие части, превратив почти в пыль…

— Понятно. Но думаю, что смогу по остаточным следам понять, куда он был направлен. Пойдём.

— Наверх или вниз?

— Почему наверх? Ты же сама сказал, что нашла артефакт внизу.

— Просто предлагаю проверить комнаты над вашими покоями и находящуюся под ними.

— Будет нелишним.

Поднявшись на один этаж, мы проверили пару комнат, но ничего подозрительного не нашли. Зато в бывших покоях деда в люстре что-то поблескивало. Хотя думаю, если бы на окнах были шторы или портьеры, свечение было бы таким же, как в том коридоре.

— А вот и сюрпризик… Как доставать будем? Тут лестница нужна, — я показала на высоту, на которой располагались нижние розетки.

— Обойдёмся без лестницы, — ответил Тагард, и, подхватив меня за талию, слегка подбросил вверх и крепко перехватил поверх платья в районе колен.

Нормально схватить кристалл мне не удалось, пришлось чуть качнуть люстру и сбить его. В итоге оба потеряли равновесие и едва не рухнули на пол. Тагард каким-то совершенно немыслимым образом умудрился меня поймать на руки как раз в тот момент, когда артефакт с глухим хлопком разлетелся на осколки по каменным плитам.

Казалось, что время замерло. Я нервно сглотнула, стараясь не смотреть на держащего меня мужчину:

— Спасибо, лорд Тагард. Опустите, пожалуйста, на пол.

— Да, конечно, — как-то немного растерянно спохватился Тагард, возвращая мне вертикальное положение. — А ты почему босиком?

— Да как-то задумалась, когда торопилась рассказать об артефакте, что туфли забыла надеть.

— Простудишься ведь… или на осколок наступишь… — пробормотал Тагард, слегка отодвигая меня в сторону от разбитого артефакта.

Присев над его остатками, он немного поводил рукой, а затем поступил так же, как и я, окончательно превратив в пыль, попросту растоптав.

— И как теперь вниз идти, когда ты босиком?

Я и пискнуть не успела, как меня снова подхватили на руки и доставили в покои, усадив на развороченную кровать. Потом Тагард долго копался в шкафу, пока не достал пару туфель и несколько пар шерстяных чулок.

— Надевай. Так хотя бы не свалятся.

Я попыталась было возразить, но Тагард был непреклонен, строго поглядывая на меня, пока скручивала чулки, чтобы получилась длина, как у высоких носок.

— Другое дело. Пойдём.

Мужские туфли оказались мне не сильно велики, так что после всех ухищрений я даже не сильно шаркала при ходьбе, стараясь не перебудить половину замка. По пути Тагард снял со стены один из потушенных факелов, и, запалив, освещал им дорогу. Сам генерал держался очень близко, подхватывая под руку каждый раз, когда случайно спотыкалась.Такое внимание мне импонировало, но приходилось мысленно отвешивать себе подзатыльники, напоминая, что рабыне с лордом не быть никогда.

— Это здесь? — уточнил Тагард, когда я остановилась.

— Да. Видите вот эти белёсые разводы? Всё, что осталось от того артефакта.

— А ты знаешь, что это за тупик?

Я удивилась, так как помню долгий тёмный коридор, когда освещала себе путь свечой:

— Какой тупик, лорд Тагард?

Пройдя чуть вперёд, он махнул факелом, показывая на каменную стену, которой заканчивался коридор:

— Дальше пути нет. А вот тут в полу, когда-то находился спуск в святилище, который замуровали сразу после окончания строительства замка. Так что наши с тобой предположения оказались верны насчёт того, что кто-то хотел лишить меня если не родовой магии, то доступа к ней.

Меня по спине холодный пот прошиб. Это что, если бы я случайно не грохнула тот кристалл, Тагард мог бы и не вернуться? Жуть какая… Но я не нашла ничего лучше, как брякнуть в ответ:

— А вот сейчас, кстати, вы выглядите лучше. Исчезла бледность, которую видела, когда вас будила.

— Всё верно. Ко мне потихоньку возвращается моя сила. А может, и вернулась… — Тагард внезапно встал передо мной и вскинул перед собой руки, из которых вырвалось яркое пламя, заполонившее весь коридор, словно пытаясь выжечь.

— Испугалась? — спросил он, оборачиваясь, но увидев мой восторг, усмехнулся. — Ты не боишься ничего, что опасаются другие и даже бегут в ужасе.

— Так красиво же…

— Пойдём на кухню, тебе нужно будет

— Извините, если сказала что-то не то. Пожалуй, мне лучше отправиться спать, — я потопала к лестнице, чувствуя, что меня начинает «утягивать». Ощущения скажу, так себе. А в итоге, не пройдя и половины пути, очнулась уже в своей кровати. Ох, уж эти духи! Ладно, пойду клянчить кнут у Корла, ведь скоро нужно будет привести в исполнение наказание служанок.

Глава 49

Терпение и кнут любого согнут

Хорошо иметь домик в деревне, а главное — полезно. Я рассматривала развешенные на стене конюшни кнуты, хлысты, плети и арапники, выбирая себе подходящий инструмент для сегодняшней экзекуции. В итоге остановилась на самом длинном кнуте, похожем на тот, что был у дедушки в деревне, и чей фал очень звонко щёлкал. Недаром ведь эту часть в простонародье называют хлопушкой. Корл задумчиво наблюдал за мной, но ни слова не сказал, зная, с какой целью пришла в его «владения». Возмущённому тем, что сегодня моё внимание приковано не к его великолепной персоне, Брану был выдан «примирительный» сухарик, после которого было снова достигнуто взаимопонимание и восстановлено пошатнувшееся было доверие. Да, этот вороной эгоист после приключений в лесу не просто стал лояльно ко мне относится, но ещё и требовал ежедневного визита. Вначале Корл не понял, чего от него хотел конь на второй день после возвращения Тагарда домой, а потом подошёл ко мне и предложил дойти вместе до стойла, чтобы угомонить расфыркавшееся животное. На мой вопрос, почему конюх обратился ко мне, тот ответил, что внимания лорда Тагарда Бран просит обычно по-другому, и эта манера не изменилась с годами. Тут меня ждал второй сюрприз, так как конь оказался тоже необычным, а одной редкой породы, способной жить вдвое больше, чем обычные лошади. В принципе, о том, что Бран не так прост, я поняла ещё в лесу, так как его поведение и разумность весьма отличались от стандартных, если можно так сказать.

В общем, выбрав «орудие возмездия», я начала тренироваться, восстанавливая утраченные с годами навыки, ведь в мои планы не входило покалечить девушек, а вот напугать — вполне. Даже место выбрала подходящее — неподалёку от ворот, чтобы не заморачиваться с мишенями, используя в их качестве местный аналог сурепки и небольшие кустики жимолости. Пришлось немало попотеть, чтобы приноровиться к нужному положению кисти при нанесении того или иного удара. Вот кто бы мог подумать, что детская забава, охватившая нашу деревню после просмотра одного фильма, где герой умел гасить свечки с одного удара, когда-нибудь пригодится?

Настоящей Цефее никогда не приходилось пороть слуг, ведь в крепости Лоредан все были вышколены настолько, что до такого не доходило, но кто об этом знает? Мне достаточно было заметить несколько пар удивлённо-вытаращенных глаз, когда немного пощёлкала кнутом во дворе замка, чтобы насладиться произведённым эффектом. Страх — это очень сильный мотиватор, хотя и не самый лучший.

Замковый двор занимал весьма приличную территорию, но в связи с ремонтом то тут, то там были сложены стройматериалы или, наоборот, ветхие части перегородок и опор, которые позднее можно было распилить на части и пустить на розжиг, поэтому пришлось направиться к лорду Тагарду за разрешением подвергнуть наказанию служанок за пределами внешних стен.

Он как раз в этот момент выходил из своих покоев, чтобы направиться в столовую:

— Цефея? Что-то снова произошло?

— Нет. Просто хотела уточнить: насколько принципиально, чтобы всё это происходило в пределах замка?

Тагард иронично изогнул бровь:

— Всё-таки хочешь сбросить их в ущелье?

— Нет. Просто возле Западной башни мне будет удобнее.

— Как знаешь. Кстати, ты вчера так торопилась, что даже туфли оставила у лестницы…

Я готова была в этот момент себя шлёпнуть ладонью по лицу. Тоже мне, Золушка нашлась! Но не объяснишь же Тагарду, что я тут ни при чём, и во всём виноваты духи! В итоге проблеяла нечто вроде «да сами всё-таки как-то соскочили». В итоге генерал ничего не ответил, лишь покачал головой так, будто увидел перед собой какое-то недоразумение. Ничего, я ещё отыграюсь попозже, чтобы впредь не поручал, чего не стоит.

Завтрак прошёл в напряжении, так как слух о моей тренировке быстро разнёсся среди слуг,и теперь они гадали, насколько жёстким будет наказание по отношению к проштрафившимся девушкам, особенно если учесть всё сказанное мной после нападения. Тем более, что лорд Тагард так и не озвучил точное количество ударов. Волнение росло, ставки увеличивались, дойдя уже до двухста с лишним ударов. Даже Илза подошла ко мне после окончания трапезы, чтобы поговорить, но я её остановила:

— Можете не волноваться: от меня мёртвым ещё никто не уходил…

Оставив изумлённую кухарку стоять аки соляной столб, я подхватила с лавки сложенный кнут и направилась в сопровождении Нормана, Алистера и Герила к подземельям. Когда мы подошли с внешней стороны к Западной башне, там уже собралась вся остальная прислуга. Надежды на то, что Тагард проигнорирует сие увлекательное мероприятие, не оправдались, зато ещё больше подтвердили ту линию поведения, которую выбрала. Генерал снова повторил закон, согласно которому прислуга, нарушившая правила, должна быть подвергнута порке, пока я разминала кисть, выписывая вокруг себя кнутом круги. Хорошо хоть, что отвёл всех остальных на безопасное расстояние, оценив длину моего «орудия кары». В принципе, можно было на этой демонстрации и закончить, так как провинившиеся девушки находились в полуобморочном состоянии на грани истерики. Глаза Фенеллы так и вовсе вылезли из орбит, так как она явно не ожидала, что всё зайдёт так далеко. В конечном счёте её нервы не выдержали, и она рванула в сторону. Чего, собственно, я и добивалась.

Лёгкий замах в горизонтальной плоскости, подсечка, кнутовище обвилось вокруг щиколотки… Я дёрнула на себя, и девушка проехала немного по траве по направлению ко мне. Крутанув запястьем, освободила ногу и легонько хлестнула по спине визжащую от ужаса и страха Фенеллу. Остальные служанки понеслись сломя голову кто куда, но каждую из них постигла та же участь. По сути, кроме захлёста по ногам и практически неощутимого удара по спине, ни одна из них не получила. Когда люди кричат от боли, они издают совершенно другие звуки. Уж я-то на рынке подобных вдоволь наслушалась. Это в моём мире товар, предназначавшийся на продажу в гаремы и сексуальное рабство, берегли и холили, тут особо не церемонились, ведь почти всегда можно вернуть «товарный вид» при помощи различных мазей и настоек в кратчайшие сроки. Это

— Это моё последнее предупреждение, которое касается всех кто вздумает нарушать правила, ослушиваться моих приказов, а тем более — позорить своего лорда.

Рыдающие девушки, не веря, что всё закончилось, на трясущихся ногах поднимались с травы, размазывая слёзы по щекам.

— Цефея, ты закончила? — холодно произнёс Тагард?

— Да. Ведь что такое порка? Можете поправить меня, если ошибаюсь, но это вид телесных наказаний, при котором кнутом, хлыстом или плетью бьют по бёдрам, спине или ниже неё, реже по другим частям тела, и таким образом нанося ударами страдания и боль, но не причиняя тяжких повреждений. Так или иначе, но каждая из девушек испытала перечисленные мной чувства. Если неправа и всё-таки нарушила ваше распоряжение, то вы вправе наказать меня, как ослушавшуюся и тем самым продемонстрировать верный вариант исполнения данного наказания, — с этими словами я протянула Тагарду собранный кольцами кнут.

Вот только вместо того, чтобы забрать у меня его, раздались редкие хлопки генерала, после чего он повернулся к наблюдающей за наказанием прислуге:

— Надеюсь, все запомнили, что нарушений правил в Тагардском замке не потерпят, равно как и то, что я не терплю наветы на Цефею, что она пользуется своим положением, чтобы отыграться на ком-то. Ей ничего не стоило выбрать плеть с металлическими наконечниками, и тогда на тех служанках не осталось ни одного живого места уже после третьего удара. Чтобы ни у кого не возникло ненужных иллюзий, заявляю: выбор орудия наказания целиком лежал на Цефее. А то, как она умеет обращаться с кнутом, видели все, и в следующий раз пощады не будет. Надеюсь, что и следующего раза — тоже. Свободны, принимайтесь за свою работу!

Прислугу как ветром сдуло. Даже «наказанные», прихрамывая, поспешили убраться как можно скорее.

— Я так понимаю, что прошла проверку?

— Догадалась? — Тагард усмехнулся, поглядывая, как я накручиваю фал на палец, чтобы скрыть напряжение.

Всё-таки немало переволновалась во время экзекуции, чтобы правильно рассчитать силу. Задерживаться в этом месте больше не имело смысла, поэтому мы двинулись к воротам замка.

— На садиста вы непохожи, уж извините, также как и на того, кто способен поднять руку на девушку или женщину. Вы ведь и сами не в восторге от того, что так всё сложилось из-за глупости и чрезмерной заносчивости Фенеллы. Да и сами хотели понять, как поступлю в такой ситуации.

— Всё верно, Цефея, и я рад, что ты поступила именно так: поставив всех на место уже второй раз за столь непродолжительное время. Думаю, что больше такого не повторится. Жаль только твои волосы…

Я равнодушно пожала плечами:

— А что волосы? Не голова — отрастут, было бы отчего переживать.

Неожиданно Тагард остановился, разворачиваясь ко мне, и дотронулся до короткой прядки, выбившейся из-за заколки-фибулы, которой я закрепила волосы на затылке, чтобы не мешались.

— У тебя были красивые волосы, Цефея…

Но договорить ему не дал хруст сломанной ветки раздавшейся из ближайших кустов. Мы с Тагардом среагировали моментально: я быстро хлестнула по кустам кнутом, а генерал уже метнулся на раздавшийся болезненный вскрик. Спустя короткое время передо мной оказался охающий мужчина, которому заломали руку за спину, заставив согнуться почти к земле.

— Это кто?

Тагард сдул со лба прилипшую прядь:

— Представляешь, какое чудо-то случилось — Эллер воскрес! Не так ли, «господин управляющий»?

Эллер пискнул, как только генерал тряхнул его хорошенько. Бывший управляющий оказался таким трусом и ничтожеством, что мне стоило лишь немного «поиграть» с кнутом, срезая им всю ту же несчастную сурепку, как он выложил всё. Гнида.

Глава 50

Предатели

Да, Эллер подтвердил все наши предположения насчёт его службы Габриэлю. Продался, мерзавец, с потрохами. Вернее, вначале его запугали, а потом превратили в послушную марионетку, манипулируя страхом и немного деньгами. Действительно, зачем платить этому ничтожеству, когда он сам прекрасно справлялся с «самофинансированием», обкрадывая своего хозяина. Артефакты под спальней и над святилищем тоже подкинул по указке короля, завидовавшему оставшимся драконам, не потерявшим свои способности. Будь моя воля, устроила бы настоящую революцию, чтобы убрать этого негодяя с трона. Потому что конца и края не было его преступлениям не только по отношению к Тагарду. Всё рассказанное нам Эллер повторил в присутствии Нормана, которого мы позвали после того, как Алистер отвёл бывшего управляющего в камеру.

Едва только кандалы сомкнулись на запястьях этого ничтожества, как поток красноречия было не унять. Как выяснилось, помимо Мореи, «любимой женой» Эллера являлась Терлейг, с которой тот всячески скрывал отношения, обещая жениться, как только уладит все свои дела и получит свободу, сымитировав гибель. Собственно, именно от неё он узнал о том, что Тагард куда-то уезжал из замка, а вернулся с мешками, явно набитыми монетами. Эллер тут же решил поживиться, надеясь, что сможет пробраться в замок, вот только ворота по-прежнему были большую часть времени закрыты, выпуская лишь некоторых слуг по необходимости. А тут такая прекрасная возможность выдалась, когда все пошли смотреть на наказание служанок! Но этого идиота сгубила трусость и любопытство, так как он надеялся обогнать нас с Тагардом и незаметно прошмыгнуть в ворота, так как Алистер некоторое время не смог бы занять свой наблюдательный пост, поднимаясь по лестнице, расположенной внутри башни.

Нет, ну нужно быть полным кретином, чтобы не воспользоваться такой прекрасной возможностью пройти внутрь замка, когда все собрались так далеко от входа! Ключи-то ведь у Эллера были! Дорога со стороны Западной башни прекрасно просматривалась, поэтому особо не заморачивался никто, чтобы запереть вход и опустить решётку. Так, закрыли ворота на ключ, и всё. Судя по выражению лица Тагарда, он был такого же мнения об умственных способностях своего бывшего управляющего. Потом генерал попросил меня удалиться, так как предстоял «очень мужской» разговор с Эллером. Я сопротивляться не стала, равно как и вдаваться в подробности, каким образом он будет проходить, а занялась Терлейг.

При моём появлении девушка заметно струхнула, но продолжала делать вид, что всё в порядке. Только после того, как приказала Алистеру, отправленному вместе со мной Тагарду, увести её в камеру, она поняла, что не только о её интрижке с Эллером стало известно, но и о пособничестве.

— Не наказывайте меня, аира Цефея! Не секите меня! Я всё расскажу!

Надо же, какой воспитательный эффект возымело всего одно моё показательное выступление. По тому, как Алистер закатил глаза, я поняла,

Показав нашему привратнику, чтобы тот остановился, я обратилась к девушке:

— Я подумаю. Каким образом ты связывалась с Эллером, после того как он инсценировал свою гибель?

— Я покажу! Тут всё просто: оставляла условные знаки, а потом проверяла, оставил ли он мне ответ.

Таким образом, я узнала о расположении всех трещин и шатающихся камнях, в которых Терлейг оставляла свои «маячки». Как оказалось, тут всё было просто: пара использовала старые лоскутки разных цветов, не будучи разоблачённой, если кто-то найдёт один из них. Во-первых, девушка писать не умела, а, во-вторых, ну кто обратит внимание на какой-то обрывок ветоши, застрявший в стене? Через одну из трещин, кстати, Терлейг и сбегала на встречи к Эллеру, если нужно было поговорить. Если бы не упитанное брюшко, наеденное бывшим управляющим за «голодные годы», он и сам бы смог пробраться в замок, минуя главные ворота. Даже я смогла пролезть, слегка натянув ткань платья в районе груди. Признания Терлейг помогли лишь оказаться через три камеры от Эллера, так как наказание за измену, которой являлось по сути её пособничество бывшему любовнику, было гораздо более суровым, чем простое нападение на экономку.

Как только за спиной служанки закрылась дверь, в коридор вышли Тагард с Норманом.

— Вы уже закончили?

— Да, — Тагард застегнул поочерёдно манжеты на рубашке и поправил жилет. — Есть какие-нибудь новые сведения от Терлейг?

— Пойдёмте, лорд Тагард, покажу, каким образом она передавала сведения Эллеру.

Пока мы шли к первому тайнику для посланий, по пути нам попадались служанки или мастера, но когда поблизости никого не осталось, решила всё-таки уточнить:

— Что-нибудь ещё удалось узнать от Эллера?

На лице Тагарда промелькнула тень брезгливости:

— Этот слизняк до последнего пытался выкрутиться, искажая факты, но, в конце концов, выложил всё. Он не просто продался, а отдавал половину присвоенных, а также вырученных денег людям Габриэля. Надеялся, что я удовлетворюсь той версией, которую ты слышала до того, как попросил удалиться. Однако Эллер жестоко просчитался: в своём доме я не потерплю предателей и шпионов.

Я не стала уточнять уровень жестокости, испытанной на себе Эллером, так как прекрасно понимала, что лишнего Тагард себе бы не позволил, а правила этого мира и так достаточно суровы. Более того: все прекрасно знают, что их ждёт в случае той или иной провинности, и сами идут на риск сознательно. Все вот эти отговорки, что «меня заставили», «у меня просто не было иного выхода» и так далее — не более, чем отговорки для слабаков, надеющихся сохранить свои задницы в тепле, и выбраться сухими из воды. У меня прекрасный пример — Цефея, которая много раз могла сдать замок своей семьи, даже когда лэйр Лоредан и его законные наследники были живы. Не говорю уже о том, как сражались люди во время Второй Мировой, хотя предателей тоже было не так мало.

— Что теперь с ним будет?

— Смерть. Мне удалось добиться имени того, кто был им убит и сброшен в то самое ущелье. Ещё когда мы объезжали все деревни, чтобы нанять новых слуг и работников, я побеседовал со старостами насчёт пропавших незадолго до «гибели управляющего» мужчин. Сама понимаешь, что таковых оказалось не так много, а подходящих под параметры Эллера всего двое. Второй из мужчин, скорее всего, погиб в горах, а вот первый и оказался жертвой этого мерзавца.

— Одного понять не могу: почему он не уехал, давным-давно бы уже нашёл себе пристанище и жил припеваючи, — я вынула из стены кусок камня, показывая на углубление, спрятанное под ним.

— Жадность и трусость в очередной раз сослужили Эллеру дурную службу: он боялся, что я начну проверять, на самом ли деле погиб управляющий, а потому решил спрятаться поблизости, чтобы убедиться в собственной безопасности, — Тагард забрал у меня обломок, а затем вставил обратно.

— Не лишено логики: ведь кто будет искать прямо у себя под носом человека, который заранее озаботился о тёплых вещах, хотя сейчас до холодов ещё далеко.

— Именно. К тому же Эллер надеялся, что после воздействия тех самых артефактов, я окончательно лишусь сил не только магических, но и физических, а потому у него получится добраться до тех денег, что мне удалось скопить за годы службы. Понимал, мерзавец, что когда мы с тобой приехали в замок, то не так много с собой привезли, вот он и ждал подходящего случая, — из левой ладони Тагарда вырвался поток огня с какими-то необычными искрами, после чего камень стал монолитным. — Не удивляйся, Цефея. Такие мелкие поломки мне под силу восстановить, в отличие от всего замка, поэтому приходится заниматься ремонтом традиционным способом.

— Ясно. Может, в таком случае сразу покажу большой пролом в стене, который так не виден из-за зарослей, но, на мой взгляд, заслуживает большего внимания, чем этот тайник?

Тагард согласился, и я повела его сразу туда. Наличие такого значительного пролома в стене, через которую вполне могла пролезть девушка, не говоря уже о ребёнке, заметно напрягло генерала. Пришлось продемонстрировать, что, по крайней мере, большая часть служанок из числа изначально обитавших в замке, способна была выбраться за пределы. Вот только протискиваясь обратно, я оказалась с зажатой рукой Тагарда ртом и приставленным к горлу ребром ладони наподобие ножа. Даже не успела ни пискнуть, ни как-либо среагировать.

— А вот с защитными реакциями у тебя совсем всё плохо, Цефея, — констатировал Тагард, убирая руки.

— Неправда. Просто от вас подобного не ожидала, к тому же как я могу причинить вред лорду, которому служу?

— Допустим. Но всё равно ты должна уметь защитить себя: достаточно того нападения, что устроили служанки в моё отсутствие. Но ничего, в запасе есть несколько дней, пока Эллер станет способен вынести поездку к своим тайникам и схронам, чтобы потренироваться. Я узнал, где Эллер прячет украденное, поэтому мне снова придётся уехать ненадолго.

— Может, не стоит? Ведь любое оружие может обращено против самого защищающегося…

— Значит, тебе придётся усерднее заниматься, Цефея!

Глава 51

Опасные драконы

Мне сложно сказать, насколько «мужской разговор» с Эллером вышел серьёзным, но,

Близость тела Тагарда немного пугала и волновала одновременно. Не знаю, почему я так на него реагировала, ведь давала себе зарок не переходить грань между рабочими отношениями и чувствами, но… Такое ощущение, что проигрывала по всем фронтам, несмотря на мысленные подзатыльники. И каждый раз после окончания тренировки, с облегчением спешила на кухню или к себе, чтобы как-то переключиться и выбить весь романтический флёр, потихоньку заполнявший голову. Хотя какая романтика? Меня просто тянуло к Тагарду, как к сильному и внимательному мужчине, в котором не просто чувствовалась защита, которую подсознательно ищет любая женщина, а он на деле демонстрировал её. В общем, все те качества, которые напрочь отсутствовали у моего мужа, воплотились в этом драконе. Наверное, впервые в жизни встретила не просто равного себе по духу мужчину, а «выше» меня, сильнее, но при этом не лишённого иронии и чувства юмора. Это пугало, но это влекло…

Я никогда не забывала, что между нами пропасть не только в социальном положении, но и в магическом, однако бороться самой с собой с каждым днём становилось всё труднее, и дня отъезда ждала гораздо больше, чем возвращения после поездки к схронам. Тагард держал себя в рамках приличий, но время от времени чуть дольше задерживал то руку, то обе, когда поправлял меня, и от этих прикосновений по венам будто раскалённая лава начинала струиться, а его вкрадчивый голос вызывал мурашки по коже. Вроде бы не юная безмозглая дурочка, замужем побывала, но…

Ещё и кошмары стали намного чётче и объёмнее в отношении звуков, запахов и ощущений в целом. Мне стало казаться, что разгадка всей этой чертовщины близка, нужно только немного поднапрячься и верно сложить все осколки мозаики воедино. В одну из ночей я всё-таки дошла до того чудовища, чей рёв время от времени слышала с того самого момента, когда впервые очутилась в святилище, и даже не особо удивилась, увидев дракона. Чёрного, могучего и страшного зверя, от которого веяло силой и опасностью, даже несмотря на многочисленные цепи, окутавшие громадную тушу. Вокруг дракона начинал клубиться пар при каждом его вздохе, но меня они не обжигали. Первым желанием было убежать сломя голову, но в то же время что-то останавливало, руки тянулись сами распутать это огромное количество цепей, освободив его.

Кто и зачем неволил зверя, я не знала, но в чём-то этот дух точно провинился перед остальными. Понять бы ещё, кто именно из предков Тагарда предстал передо мной в образе дракона… Я навскидку назвала несколько имён, которые запомнила, но резкий порыв ветра дал чётко понять, что ошиблась. Даже на Дерлана ответ был таким же. То есть, духи не считают его виноватым настолько, чтобы наказать, более того, один из немногих зеленоватых листочков сорвался с иссохшейся ветки и скользнул по моей кисти, прежде чем исчезнуть из виду, оставив после себя едва заметное ощущение тепла. Жаль, конечно, что не у кого спросить, какой масти был тот или иной предок Тагарда, но вот этот эпизод заставил глубоко призадуматься.

Кошмар не торопился заканчиваться, будто ожидая от меня каких-то действий, и тогда я вцепилась руками в одну из цепей, рассыпавшихся в прах, стоило за неё дёрнуть. Другая с трудом, но тоже поддалась, с грохотом рухнув мне под ноги. Мне казалось, что с каждой последующей дракон начинает дышать свободнее и легче. Но почему одни разлетались на части, едва прикасалась к ним, а другие приходилось буквально рвать изо всех сил? Ответ и на этот вопрос остался неразгаданным. Зато на следующую ночь в какой-то момент дракон зашевелился, а затем с усилием напряг свои мышцы и заставил лопнуть одну из цепей. Потом ещё одну, и ещё… Я продолжала дёргать, помогая ему, так как видела, что что-то ему мешает полностью воспользоваться своей силой, и это находилось с той стороны, к которой мне всё не удавалось подступиться. Вот если бы он чуть-чуть подвинулся! При моём появлении дракон ворчал, но я замечала, что он рад меня видеть не только потому, что помогаю освободиться от цепей. Так прошло несколько ночей, после которых я ходила в глубокой задумчивости, из которой меня удавалось достать только Тагарду, когда наступало время тренировок.

Наконец, мне удалось не только успешно вывернуться из нескольких захватов, но и попасть в центр установленной мишени после каждого броска кинжала. Не знаю, показалось ли мне или на самом деле так, но в глазах Тагарда в тот момент я увидела гордость и одновременно спокойствие, словно он не на пару дней должен был уехать, а, по крайней мере, на десятилетнюю войну. Хотя чего скрывать, я и сама готова была прыгать почти до самой крыши конюшни, когда увидела результаты всех своих стараний. За малым сдержалась, сухо поблагодарив генерала за науку, и сбежала, так как едва не кинулась ему на шею от переполнявших меня эмоций.

А на следующий день Тагард вместе с Эллером, скрученным на дне телеги, управляемой Корлом, уехали. Я выдохнула и занялась своими делами. Вот только нет-нет, да возвращалась мыслями к генералу, ощущая невнятную тревогу, будто из меня кусок вырвали и вышвырнули прочь. Наверное, впервые шла в покои Мэйгрид и госпожи Гленны с тоской, так как удобнее всего отвлекаться от тяжёлых мыслей оказалось, проверяя служанок, а также раздавая им новые поручения. Замок заметно преобразился по сравнению с тем, каким увидела его в первый раз: большинство башен обзавелись новыми крышами и перекрытиями, помещения навсегда забыли о сквозняках, а стены избавились от плесени, следов нагара и

Лорна окончательно взяла себя в руки и теперь не только заходила проведать Илзу, но и выбирала один из тех залов, в которых трудились служанки, зорко наблюдая за ними и не забывая указывать на промахи. Меня очень радовало, что няня Тагарда ожила и перестала голосить о своей ненужности и никчёмности, а также причитать о скорой смерти. Вот только после выходки с моим острижением Фенелла окончательно перестала для неё существовать, и ни разу она не оставалась в тех помещениях, где была внучка. Впрочем, винить старую женщину за её непреклонность было бы глупо: другое воспитание, другие принципы. Я немного порасспрашивала Лорну о семье Тагарда, а также его предках, несколько раз наведалась в фамильный склеп, а потом и кабинет.

Выводы напрашивались очень нехорошие. Настолько, что хотелось прийти в склеп и высказать перед саркофагом одного самоуверенного дракона всё, что о нём думаю. Только смысл ругаться перед прахом, который тебя не услышит? Поэтому едва появилась в кошмаре, как сразу выложила все свои умозаключения, не стесняясь в выражениях. В святилище поднялся настоящий ураган, грозивший обрушить на меня своды, и только рёв дракона смог остановить эту вакханалию. Каким-то образом он смог вывернуть крыло, которое едва шевелилось, и укрыть меня от взметнувшихся в воздух мелких камней, земли и старых кореньев. Остатки цепей лопнули и с грохотом упали на плиты, а следом из пасти вырвался поток пламени, прошедшийся по всем стенам, уничтожая весь сушняк, но сохраняя ту редкую зелень, что ещё каким-то образом сохранилась в святилище. Как только всё стихло, что дракон начал подниматься на лапы, но тут же рухнул обратно, издав рык, полный боли. А потом я снова очнулась в своей кровати.

Глава 52

Как же все неоднозначно

С колотящимся от выброса адреналина в кровь сердцем я села, вцепившись руками в перину. Права… Всё-таки я оказалась права… И вот от этого стало не только радостно, но и больно одновременно. Как теперь со всем этим жить⁈ От безысходности хотелось волком выть, раздирая на себе цепочки, заменяющие рабские оковы. Только это не поможет: не порвутся, и магию Габриэля, включая часть Тагарда не снимут, статус не исчезнет, и всё останется по-прежнему. Вставая с кровати, я по привычке дотронулась до стены, ощущая волну тепла, устремившуюся ко мне, но привычное облегчение после бурной ночи в кошмаре не пришло. Вообще, чувствовала себя разбитой и опустошённой, как будто все жизненные силы ушли, оставив вместо девушки девяностолетнюю старуху.

Замок устроил небольшое локальное землетрясение под столиком с тазом, в котором я обычно умывалась, выражая своё негодование.

— Бухти-бухти… Твои бывшие хозяева наколбасили, а мне во всём этом разбираться пришлось. А толку-то? Задачку подкинули — я её решила, да только что с результатом делать? Хорошо подумали насчёт этого? Даже если всё расскажу, то как это будет выглядеть без доказательств? Особенно после всего, что происходило в этих стенах.

Вода в тазу перестала расходиться кругами, и мне удалось нормально умыться. Ладно, буду надеяться, что время покажет, как действовать дальше. Думаю, ещё не раз окажусь в святилище, разбираясь с тем драконом.

До обеда мы вместе с Норманом и Гиллисом обсуждали, какие комнаты и помещения стоит привести в порядок, обставив хотя бы минимальным набором мебели, а какие будут заперты до поры до времени. Помимо этого, я отдала им часть ключей, чтобы печники проверили и прочистили дымоходы, ведь сезон дождей неумолимо приближался, и протапливать нужно было хотя бы часть пустующих комнат, чтобы избежать сырости и появления плесени, неизбежных в этом климате. Иначе какой смысл было бы приводить замок в порядок, если он снова захиреет? Норману и Гиллису я доверяла, поэтому, снимая нужную связку, знала, что она вернётся ко мне в целости и сохранности. Барен смог изготовить кровати для покоев Мэйгрид и госпожи Гленны, а также пару тумбочек и шкафчик для рукоделия. Пока что они все мало отличались от обычных крестьянских, но в мастерской Гиллиса я видела часть разных декоративных накладок, ждавших своего часа, чтобы занять положенные места на изголовьях и изножьях. Кузнец обещал сделать миниатюрные гвоздики подходящего размера. Как только вся мебель будет полностью собрана, останется покрыть её специальной смолой и дать хорошенько просохнуть. Через Нормана, ездившего в Сенр, мне удалось договориться с ткачихой, а потом и красильщиками насчёт полотнищ для обивки стен в покоях. Естественно, задаток вручила из своих собственных средств, чтобы не терять времени на изготовление тканей. Деньги меня мало волновали, тем более что тратить их всё равно было некуда. Точных сроков восстановления покоев Мэйгрид и госпожи Гленны я Тагарду не называла, но хотела закончить с ними побыстрее, просто из уважения к ним. А ведь всё могло сложиться по-другому, если бы не один лорд, давным-давно упокоившийся в фамильном склепе…

После ночного разноса и моего утреннего монолога замку я посчитала, что больше не смогу рассчитывать на благоволение этого каменного исполина, однако ошиблась, когда кладка, до которой случайно дотронулась ладонью, потеплела. Хотя бы замок не обиделся на мои речи, в отличие от духов. Впрочем, это меня мало чем утешило, ведь ни одного варианта, как предупредить Тагарда, чтобы при этом не выставить себя второй Фенеллой, так в голову и не пришло. Потерять его доверие было намного страшнее, чем поставить крест на собственных чувствах.

Условный свист Алистера раздался как раз в то время, когда я проверяла, что служанки унесли за собой все вёдра с грязной водой, не забыв при этом закрыть окна после проветривания. Заперев дверь, отметила для себя в списке, что ещё один этаж Западной башни окончательно отдраен, и поспешила вниз, столкнувшись на лестнице с Норманом и парой мастеров.

— Всё-таки стоит собрать всех?

Норман отрицательно мотнул головой:

— Мы были просто на верхней площадке, и я увидел, что телега едет сильно гружёная, вот и решил взять пару крепких парней, чтобы помогли быстрее разгрузить…

Это сколько же Эллер вывез из замка⁈ Впрочем, скоро сама увижу уровень наглости бывшего управляющего. Так, Дорлин я сказала, чтобы готовили ванну для Тагарда, а Иннис отправилась к Илзе, чтобы успели собрать еды ещё и для Корла. На всякий случай Сайлира пошла к Лэйнор, чтобы та приготовила что-нибудь из своих запасов, ведь конюх-то уже немолод, а поездка наверняка

При виде остановившейся неподалёку от нас телеги я еле сдержалась, чтобы не уронить челюсть на землю, ибо последний раз видела нечто подобное, когда дедушка перевозил сено с выделенного под покос участка к дому. В итоге высота сгруженного напротив крыльца стога лишь на полтора метра не достигла уровня крыши. Как «прихватизированное» Эллером смогла утянуть одна лошадка, не могу себе представить. Тагард легко соскочил с Брана, а затем, хлопнув коня по крупу, дал понять, чтобы тот сам отправился в конюшню. Уф, хоть на этот раз генерал выглядел нормально. Пусть мы и уничтожили оба артефакта, но в глубине души я опасалась, как бы в тайнике Эллера не оказалось ещё какой-нибудь подобной гадости. А ещё мне показалось, что взгляд Тагарда задержался на мне чуть дольше, чем того стоило, а, убедившись, что по внешним признакам жива и здорова, даже чуть смягчился.

— Цефея, покажи, куда стоит сложить привезённое. После того, как всё будет перенесено, жду вас с Норманом в кабинете с докладом.

— Ванна в ваших покоях готовится, лорд Тагард. Прикажете служанкам подать обед туда же?

В ответ Тагард лишь хекнул, словно прочищая горло.

— Я помню ваши указания на этот счёт. Всё будет исполнено.

А как ещё я могла ответить, чтобы ни у кого не возникло лишних вопросов? На этот раз я не видела причин для самоуправства, в отличие от предыдущего возвращения, поэтому отлучившись ненадолго на кухню, пока мужчины возились с верёвками, распорядилась насчёт подачи позднего обеда Тагарду в покои. Честно говоря, наглость Эллера поражала, хотя за столько лет потихоньку вынести столько добра не составило особого труда. Ведь тот же Корл рассказал о привычке управляющего самостоятельно собирать сумки в дорогу, если ему требовалось куда-нибудь уехать.

Стоило нам с Норманом подойти к кабинету, как появился Тагард и достал ключ:

— Готов выслушать обо всём, что происходило за время моего отсутствия.

Так как ничего особенного не случилось, то весь доклад свёлся к обсуждению ремонта, а под конец мы втроём согласовали последующие шаги, прикидывая примерные сроки выполнения задуманного. Тагард был доволен темпами, даже с учётом вероятных форс-мажоров. Только время от времени я ловила на себе его пристальный взгляд, словно он пытался разглядеть во мне нечто такое, что было невозможно увидеть обычным. И вот это сбивало с толку, неужели я ошиблась? А ведь была уверена почти на сто процентов, что ещё одну загадку из кошмара смогла разгадать… В какой-то момент мне показалось, что Тагард ничего не видит и не слышит, сконцентрировавшись на моей персоне, но тут выручил Норман, задавший вопрос, который и меня интересовал с той самой минуты, как распахнулись ворота:

— Лорд Тагард, простите меня за дерзость, но что случилось с Эллером? Я интересуюсь не из праздного любопытства, а лишь по той причине, чтобы избежать досужих домыслов среди прислуги.

Тагард тут же переключил внимание на своего помощника:

— Сегодня перед ужином я всё равно собирался всех собрать как раз по этому поводу. Но ты прав, слухи могут уже сейчас пойти, поэтому отвечу просто: на обратном пути мы свернули к тому самому ущелью, в котором, как все думали, погиб Эллер, и он занял своё законное место на его дне. Мне достаточно было обрисовать его перспективы на тот случай, если он откажется, чтобы этот предатель принял верное решение. Сам шагнул, хотя до последнего пытался разжалобить и даже клялся в верности до гроба. Жаль только, что тело убитого им бедняги невозможно достать, чтобы достойно похоронить, но я принял решение выделить компенсацию его семье.

Что ж, собаке — собачья смерть, хотя Эллер больше тянул на шакала. Так как все вопросы были решены, я подумала, что мы с Норманом вернёмся к своим делам, но не тут-то было.

— Норман, можешь идти, но предупреди всех, что перед ужином будет общий сбор, а тебе, Цефея, стоит задержаться.

Как только за Норманом закрылась дверь, Тагард достал из шкафа два свёртка, перевязанных бечёвкой, и положил на стол.

— Это тебе, как и обещал.

Я вначале даже не поняла, о чём речь, только потом сообразила, что это может быть.

— Платья?

— Верно. Я привык держать своё слово. К сожалению, сразу не было возможности, поэтому удалось только сейчас. Весьма удачно вышло, что Эллер выбрал в качестве тайника одну из заброшенных каменоломен неподалёку от порталов.

Мне стало неловко за тот разговор перед поездкой к схронам, ведь просто пыталась в тот день просто перевести тему.

— Спасибо, но не стоило себя этим утруждать. Я так, в шутку тогда брякнула и…

— Цефея, скромность, конечно, украшает девушек, но не отрицай, что новая одежда тебе необходима. А в связи с тем, что покинуть пределы замка не было возможности, то эту задачу я взял на себя. Надеюсь, что и на этот раз не ошибся с размерами.

— Спасибо, — я подхватила свёртки со стола. — Могу идти?

— Иди.

Я отнесла вещи к себе, а потом только перед тем, как укладываться спать, всё-таки развязала бечёвки и уставилась на то, что Тагард назвал «платьями».

Глава 53

Действительно ли умер ли дракон?

Если бы не поздний час, нашла бы возможность поговорить с Тагардом насчёт таких щедрых даров. Я после ужина задержалась в тех комнатах, которые использовались в качестве временного склада под украденные Эллером вещи, а вернулась к себе, только когда сообразила, что скоро наступит полночь. В каждом свёртке оказалось не только платье, но ещё сорочка и подходящие к нему туфли. Ладно, первое было немного похоже на то, что пострадало во время нападения служанок, разве что из более плотной серо-чёрного материала, декорированное по верхнему краю присборенной тканью, вполне соответствовало моей должности, но вот второе… Даже для Цефеи, имевшей парадно-выходную одежду на случай визитов высокопоставленных гостей, а также праздничных дней, оно было слишком дорогим. Нет, оно не было расшито драгоценными камнями или дорогим кружевом. Просто оно было из тёмно-зелёного бархата, переливающегося на свету

Наверное, кто-то скажет: «Дура, чего ты выпендриваешься, когда рядом такой мужчина»… Но я так не могу. Нет, не отношусь к тем женщинам, что строят из себя недотрог до тех пор, пока заветное колечко не окажется на безымянном пальчике, а в паспорте штамп, проставленный регистраторами ЗАГСа, просто мир другой и понятия иные. Рано или поздно в замке появится достойная госпожа, и тогда мне с моим статусом недолго куковать на должности экономки, не говоря уже об иных «последствиях» отношений с наследником рода. К сожалению, род Тагардов — это не семья Лоредан. В общем, с тяжёлым сердцем я сняла ставшее привычным платье Бэйтрис и пошла ополоснуться, чтобы потом снова провалиться в кошмар.

При моём появлении дремавший дракон распахнул свой огромный глаз с вертикальным зрачком и выпустил тоненькую струйку дыма из пасти, словно ожидал меня, а теперь приветствовал в свойственной ему манере. В святилище было тихо, и ничего не напоминало об устроенном накануне духами хаосе. Мне даже показалось, что вокруг стало намного светлее и несколько уютнее после того, как все эти бесчисленные высохшие корни и лозы осыпались пеплом, оставив после себя лишь те немногие живые листочки и ветки, что едва были заметны среди сушняка. Я протянула вперёд правую руку, ожидая какой-либо реакции от дракона, но он был совершенно спокоен. Осмелев немного, коснулась чёрной чешуи и провела ладонью по направлении от шеи к хвосту. Шероховатые жёсткие пластинки на ощупь оказались тёплыми, хотя я думала, что они будут напоминать холодные, обтянутые кожей доспехи. Тонкая цепочка-браслет, заменяющая рабские оковы и неприятно холодившая запястье, скользнула в потрёпанный рукав, но я продолжала гладить дракона.

Неожиданно он напрягся, а затем зашевелился и попытался встать на лапы, но, как и в прошлый раз быстро рухнул обратно на плиты. Я едва успела отскочить в сторону, чтобы не оказаться придавленной массивной тушей. Что с ним не так, понять не могла, так как внешне он не выглядел обессиленным или измождённым.

— Давай, подскажи мне или покажи… Ты-то всяко разумнее остальных обитателей этого места…

Лёгкий ветерок пронёсся по святилищу, разнося шёпотки негодования. Дракон распластал оба крыла, а затем немного ими пошевелил. На этот раз расстояние между ним и стеной позволило беспрепятственно обойти почти всё тело вокруг, но ничего вроде ран или иных повреждений не обнаружила.

— Можешь убрать правое крыло? Иначе мне придётся на него наступить…

У меня возникла мысль, что проблема кроется в нём, но внезапно оно как бы поднырнуло под меня, сбивая с ног, а потом последовал мой недолгий полёт, закончившийся на спине дракона. Однако успела заметить, с каким трудом ему удался этот манёвр, и даже ощутить, как зверь стиснул обе челюсти, сдерживая рвущееся от боли наружу пламя. Приложившись хорошенько об чешую, буквально соскребла себя в относительно вертикальное положение, привстав на колени, но полностью выпрямляться не спешила, боясь банально упасть. И тут я увидела причину беспокойства дракона: в районе лопаток, если можно так выразиться, из позвоночника под небольшим углом торчал острый осколок, напоминающий наконечник копья, если бы его вырезали из куска чёрной слюды.

— Тише… Только не сбрось вниз… А то получишь случайно из меня мешок фарша с дроблёными костями… — я осторожно подползла на четвереньках к ране и попробовала ухватить осколок, но пальцы скользили по идеально гладкой поверхности.

Дракон замер, и, как мне показалось, что даже дышать перестал. Не придумав ничего лучше, я села так, чтобы иметь возможность обхватить осколок обеими руками и при этом создать себе дополнительную опору, уперевшись пятками в широкую спину. А платье и так окончательно превратилось в лохмотья за время моего пребывания в святилище, поэтому разорванная почти до середины бедра юбка вполне дополнила мой «размонашенный» образ, как сказала бы моя горячо любимая бабушка. Я вцепилась в осколок и потянула к себе. Ладони продолжали скользить, срываясь раз за разом и оставляя красные потёки на блестящей четырёхгранной поверхности, но я не сдавалась. У меня вообще создалось впечатление, что эта дрянь намертво срослась с телом дракона, потому что совершенно не хотела сдвинуться ни на миллиметр. Я несколько раз меняла своё положение, а под конец встала во весь рост и, не обращая никакого внимания на жжение располосованных почти до костей ладоней и пальцев, вцепилась в осколок, стараясь лёгкими раскачивающими движениями хоть как-нибудь его расшевелить. Потихоньку дело пошло на лад, несмотря на свою отполированную поверхность, проклятая стекляшка будто цеплялась изнутри аки гарпун, впившийся в тело кита. Последний рывок… Мощное пламя взревевшего от боли дракона заволокло всё святилище, а я сама, не удержавшись, начала падать вниз, истерично радуясь тому, что огонь не зацепил, хотя волна прошла совсем рядом.

Вот только впечаталась моя многострадальная тушка не в разбитые развороченные плиты святилища, а в пол спальни Тагарда. Как из меня только весь дух не вышибло — не знаю, но в голове звенело так, что не только дышать, но и моргать было больно. Выдернутый трофей выпал из руки и разлетелся на множество мелких осколков, но не он меня волновал: тяжёлое и прерывистое дыхание хозяина спальни раздавалось всё реже и реже. Поэтому я сразу подскочила к кровати, а потом в ужасе замерла на какие-то доли секунды, увидев расползающееся на подушке кровавое пятно. И судя по направлению, рана у Тагарда располагалась как раз в том же месте, что и у его дракона. И раньше догадывалась, что это за зверь, а после разговора с Норманом и Алистером всё окончательно встало на свои места.

Чёртово вечное смешение яви и кошмара! Никогда не поймёшь, насколько по-настоящему всё вокруг происходит, грёза ли или выход в реальность с последующим возвращением в святилище или пробуждением! Вот и сейчас меня пугало то, с какой скоростью бледнеет лицо Тагарда и одновременно проступает на нём чёрная сеточка сосудов.

В голове лихорадочно проносились предположения, пытаясь загнать нарастающую панику подальше, хотя хотелось бегать кругами и орать от беспомощности. Сбегать за Лэйнор точно не успею… А если этот осколок тоже являлся артефактом, как и предыдущие? Скорее всего… Если вспомнить рассказ Тагарда о его ранении,

Я дотянулась левой ладонью до стены замка, а вторую положила Тагарду на грудь:

— Давай же! Помогай! Твой же наследник гибнет!

Замок откликнулся моментально, дав понять это нарастающим теплом, переходящим в раскалённую почти до предела энергию, которая потекла через меня к генералу. Сколько времени всё это происходило, сложно понять, только чувствовала, как постепенно слабеют ноги и руки, но продолжала стоять до последнего, заметив угасающим сознанием, что красное пятно на подушке практически исчезло.

Глава 54

Сон или реальность?

Тагард

Пробуждение ото сна выдалось каким-то странным. Всё ночь снились какие-то непонятные кошмары, суть которых даже не удавалось уловить: настолько быстро сменялись картинки. Вначале привиделось како-то странное заброшенное место, потом рядом оказался кто-то явно знакомый, чьего лица и даже фигуры разглядеть не смог через непонятный туман. Потом внезапно всё закрутилось-завертелось, накрыли странные ощущения и эмоции: одни стали ярче, другие, наоборот, приглушились, отступив на задний план. Но самым, пожалуй, странным было увидеть склонившееся надо мной лицо Цефеи, перепачканное кровью и гарью. Обычно после таких сумбурных ночных кошмаров в голове по утрам ощущалась тяжесть, но на этот раз состояние было такое, как будто заново родился, близкое к эйфории. Подобного не удавалось испытывать ни разу в жизни, и даже когда Цефея расколотила те два артефакта, просто приходило облегчение, чувство наполненности жизненной силой, а не только магией.

Встав с кровати, я стянул с себя рубашку, а когда обернулся, чтобы её подобрать и кинуть в корзину для прачки, увидел бурое пятно, размером не больше монеты в самом низу подушки. Неужели всё, что снилось этой ночью, мне на самом деле не привиделось? Я развернул скомканную рубашку и внимательно осмотрел со всех сторон: спереди на белой ткани чуть ниже завязок осталось несколько следов, напоминающих отпечаток небольшой ладони, а на спине точь-в-точь пятно, как на наволочке. А ещё его расположение… Приблизившись к зеркалу, развернулся спиной и всмотрелся в своё отражение. Быть того не может… Шрама, оставшегося после того ранения, как не бывало. Вот только какое ко всему этому отношение имеет Цефея⁈ Каким образом оказалась ночью в этой спальне, да ещё и вся испачканная в крови? Если даже предположить, что моя старая рана открылась, то в таком случае всё вокруг должно быть изгваздано в ней.

Предчувствуя, что с Цефеей случилась беда, я быстро переоделся, а затем отправился на её поиски. Не могла она меня просто так исцелить, ведь ни к ведьмам, ни к целительницам не относилась. Я бы почувствовал, будь в ней хоть капля магии, следовательно, каким-то образом замок через неё это сделал, как бы ни странно это звучало. Снова он решил отнять у меня самое дорогое, как тогда, когда дал силы Мэйгрид для оборота, но не сумев при этом защитить полностью.

Но кого бы ни встречал по дороге, никто не мог ответить, видел ли именно сегодня Цефею, так как задания служанкам на сегодняшний день она раздала ещё накануне, а из-за её манеры умудряться быстро перемещаться по замку, многие не обращали внимания, если проходила мимо. Вот если бы подозвала к себе кого-то или сделала замечание, тогда да, точно бы заметили. В своей комнате её тоже не оказалось. Более того, дверь оказалась заперта на ключ, и с внутренней стороны он не торчал в замочной скважине. Даже Илза с Бэйтрис с Илзой отрицательно покачали головами, когда спросил их о Цефее. Ни Иннис, ни Дорлин, ни Сайлира также не смогли ответить ничего внятного. Предположение, что она могла обратиться к Лэйнор, если учесть непонятно откуда взявшуюся на её руках кровь, тоже не оправдались. Так или иначе, но каждый в замке оказался оповещён о том, чтобы как только обнаружат Цефею, сразу же должен был доложить об этом мне лично сразу же.

Я попытался с помощью родовой магии добиться ответа от замка, но он молчал. Ни единого отклика, даже едва уловимого. Алистер, как младший из последних драконов, в чьих жилах течёт кровь Тагардов, а следовательно, чувствующих замок, только поджал губы, когда услышал просьбу найти одного человека. У нас с ним сложились не самые тёплые отношения в силу многих обстоятельств, в том числе из-за гибели моих матери и сестры, причиной смерти которых он косвенно являлся так же, как и мой дед. Однако стоило Алистеру услышать имя Цефеи, как он тут же приложил обе ладони к стенам и прикрыл глаза, чтобы лучше сосредоточиться. Признаюсь честно, что в глубине души в этот момент почувствовал болезненный укол ревности, и только брошенная им вскользь фраза, что за экономку замка подавляющее большинство слуг готово жизнью рискнуть, если потребуется, заставило взять себя в руки. Увы, но и бастард деда не смог ничего добиться от замка. Наказав ему тщательно запереть ворота и никого не впускать и не выпускать, продолжил поиски. Но вскоре меня нагнала Нена, рассказавшая, что видела, как Цефея незадолго до рассвета направлялась к лестнице, ведущей в нижние ярусы Юго-Восточной башни. Вот туда я сразу отправился, уже догадываясь, где именно стоит искать девушку, и не ошибся.

Цефея сидела на той самой плите, что запечатывала вход в святилище, подогнув под себя ноги и положив сцепленные между собой руки на колени. Единственный факел, располагавшийся ближе всего к ней, еле чадил, давая слишком мало света, поэтому пришлось выпустить пламя, соскользнувшее с пальцев правой руки, чтобы зажечь все остальные головни, закреплённые на стенах коридора. Но девушка не только не пошевелилась, но и никак не отреагировала на происходящее, оставаясь всё в том же положении с опущенной вниз головой. Подбежав к ней, рухнул на колени и осторожно дотронулся до её плеч, опасаясь самого страшного.

— Жива… Слава всем духам, ты жива… — крепко обняв девушку, я прижал её к себе, радуясь, что она в полном порядке, хотя и несколько заторможена.

— Не надо, лорд Тагард, не стоит…

— Никуда больше тебя не отпущу, хватит. Ты для меня, Цефея, дороже всех и всего на свете. Если с тобой снова что-то случится — я точно с ума сойду…

Цефея пыталась было отстраниться, но я не дал. Слишком долго шёл по пути предрассудков, наставлениям предков и не позволял себе признаться в том, какие чувства испытываю к ней.

— Это неправильно, лорд Тагард… Может, для вас и правильно, но для других обитателей замка и вашего рода губительно. Мы не должны позволять себе лишнего,

— Да пусть всё катится к демонам! Я не стану отказываться от тебя, Цефея! Сделаю всё, чтобы завоевать твою любовь, и не отступлю ни на шаг, готов ждать, сколько потребуется, до тех пор, пока не согласишься стать моей женой! Иссякнет магия, значит, усилим стены замка, а я займусь обучением подходящих мужчин, чтобы выставить патрули!

Стоило мне это произнести, как плита под нами внезапно рухнула, и мы полетели вниз. Цефея вскрикнула, но я лишь крепче прижал её к себе, не имея ни малейшей возможности хоть как-то воспрепятствовать падению. Мне ни разу не доводилось бывать в святилище, потому что живым в него вход запрещён, но сразу узнал это место, ведь именно его видел в сегодняшнем сне. Каким-то чудом я всё-таки смог перевернуться в воздухе так, чтобы при падении на плиты Цефея оказалась сверху и получила хотя бы крошечный шанс выжить, так как высота оказалась колоссальная. Вот только приземлился, уже будучи драконом, продолжая сжимать любимую девушку в лапах и прикрыв для верности крыльями. Раздался страшный грохот, плиты под нами пришли в движение, а высокие колонны задрожали, покрываясь глубокими трещинами. Откуда ни возьмись, поднялся ураганный ветер, окончательно превращая всё вокруг в хаос.

Стараясь не напугать Цефею, я начал переворачиваться, расправляя одновременно крылья, чтобы подняться в воздух. Сквозь трещины в полу и стенах начал вырываться огонь, древние письмена, покрывшиеся с веками пылью, засветились, особо чётко, проявляя несколько символов. Сберечь любимую, создав вокруг неё магический кокон и при этом одновременно обуздать древний огонь оказалось непростой задачей, но иного выхода у меня просто не было. Иначе погибли бы оба. Я бессчётное количество раз смотрел смерти в глаза и не страшился её, но позволить погибнуть Цефее — нет! Выпустив собственное пламя из пасти, окатил им святилище, демонстрируя всю мощь последнего дракона из рода Тагардов. Внезапно яркая вспышка ослепила меня, но даже тогда я не выпустил Цефею из своих лап, продолжая удерживать нас обоих в воздухе. А потом всё внезапно закончилось.

Глава 55

Тайны

С тех пор как оказалась в этом мире, я уже привыкла к тому, что после сна вопросов в голове было намного больше, чем ответов, но после освобождения дракона, а затем его излечения и попадания в спальню к Тагарду, чаши весов наконец-то уравновесились. Вот только ожидаемого облегчения не наступило. Чувствуя себя разбитой, как древняя ваза, которую безуспешно пытались неоднократно, но безуспешно, склеить, впервые не смогла почувствовать отклик от замка. Видимо, на исцеление Тагарда ушли все его силы, главное, что эту дрянь удалось вытащить, а, значит, он будет жить, возможно, даже воссоединится со своим драконом. Но силой, исходившей от извлечённого осколка, разило просто нереально. Как там говорил однажды генерал, рассказывая о своей поездки к схронам? Отголоски демонической силы? Если это были отголоски, то какова же реальная мощь этих монстров? И тут же возникал второй вопрос: это какой же силой обладал Тагард до ранения? Если она прямо пропорциональна размерам души его дракона, который всё это время был заперт в святилище, то не удивлена, что Габриэль всеми доступными способами пытался от него избавиться, чувствуя соперника, многократно превосходящего его по силам и способностям. Тем более что сам король потерял способность к обороту и считался проклятым.

Как я не пыталась привести себя в чувство, ничего не вышло: всё равно напоминала слабую тень самой себя. Сил не было даже на то, чтобы заняться обычными делами, не то что собраться с духом и явиться к Тагарду, чтобы отдать платье. Отчаянно хотелось побыть в одиночестве, чтобы привести свои мысли и чувства в порядок. Да и дать телу отдохнуть, а то постоянно носиться по замку не так-то просто. За окном было ещё темно, следовательно, встретить кого-то по дороге шансы невелики. Единственное место, где меня не стали бы искать наверняка, был тот самый тупик, впрочем, сама не заметила, как оказалась возле Юго-Восточной башни. Стены замка по-прежнему были холодны, лишь на плите, закрывавшей вход в святилище, едва ощущалось лёгкое тепло. Я опустилась на неё, погружаясь в свои мысли всё глубже и глубже, перебирая в памяти всё, что со мной происходило после смерти, а время как будто замерло. Постепенно уходила душевная боль, тревоги… Состояние походило на медитативное.

Когда появился Тагард, даже не поняла: он просто возник посреди внезапно вспыхнувших огней. Мгновение, и он уже опустился передо мной, крепко прижимая к себе. Как будто сквозь толстый слой ваты, до меня доносились его слова, и только услышав признание, очнулась, понимая, чем оно грозит. А вот когда нас вышвырнуло в святилище, последняя деталька пазла в моей голове встала на место. Выбор. Каждый из нас должен был сделать свой выбор, должный разрушить оковы, наложенные предками. Повлиять как-то на ту вакханалию, что начала твориться в святилище, я никак не могла, понимая, что либо Тагард выстоит, либо погибнем оба. Духи жестоки, но справедливы — выстоит лишь сильнейший, бросивший им вызов. От той мощи, что начала вырываться через трещины в стенах, у меня волосы на голове зашевелились, но Тагард начал её поглощать, присваивать, окатывая собственным огнём пространство, а я только желала одного: чтобы он выжил. Последнее, что помню, как яркая вспышка ослепила нас обоих, а потом наступила темнота.

Если последнее пробуждение я посчитала кошмарным, то это было с ним ни в какое сравнение. В голове словно в барабаны со всей дури колошматили настолько, что пошевелиться было больно. Горячая мозолистая рука коснулась моего лба, а затем щеки. Тагард. Рядом. Живой.

С большим трудом распахнув глаза, увидела его, сидящего на постели около меня. Но окончательно меня привело в чувство то, что это была не моя спальня.

— Но это же… Как?

— Здесь тебя точно никто искать не будет, а тебе необходимо восстановиться после всех этих перемещений душ. Для всех остальных: ты получила от меня поручение, которым занята настолько, что остальные дела вверила Иннис, Дорлин и Сайлире. В святилище могут попасть лишь души избранных, но выбраться оттуда под силу не всем.

Я приподнялась на подушках, чтобы сесть, но в итоге без помощи Тагарда едва ли справилась бы.

— Спасибо. Но не думаю, что могу здесь остаться. Особенно после

Тагард улыбнулся, а затем коснулся моей левой руки:

— Это не имеет ровным счётом никакого значения: я люблю тебя, именно такой, какая ты есть, а ту девушку я никогда не знал. Если думаешь, что своим признанием оттолкнёшь меня, то глубоко заблуждаешься. Я своих решений не меняю, и всё, что сказал тебе до того, как мы очутились в святилище, готов доказать на деле.

Никогда не считала себя сентиментальной, но внезапно к горлу подкатил ком, а на глазах выступили слёзы.

— Хотел бы верить, что это не из-за отвращения ко мне из-за всего, что наговорил в первые дни нашего знакомства…

Но договорить ему не дала, попросту повиснув у него на шее и уткнувшись носом в его рубашку. Сильные мужские руки осторожно меня прижали к себе, а потом тихий голос прошептал:

— Так вот почему ты старалась избегать меня в последнее время… Боялась переступить ту самую черту…

— Да. Слишком многое оказалось бы поставлено на кон, боялась, что родовая магия иссякнет. Однажды замок уже пал, повторения я не хотела. Просто не до конца понимала, чего от меня хотели духи всё это время.

— Да, цена велика, но я заплачу её, чтобы не потерять тебя. Уже заплатил. Противостоять тварям не так просто, но возможно. Все годы, что провёл, служа королям, не задаром хлеб ел, меч в руках держать умею, да и голову на плечах имею.

Я усмехнулась и, убрав руки с шеи Тагарда, посмотрела ему прямо в глаза:

— Родовая магия никуда не должна деться из-за наших чувств друг к другу, об этом на протяжении нескольких веков пытались намекнуть духи, но их посылы так и остались проигнорированы.

— Это каким образом? — нахмурился Тагард, пытаясь понять, что я имею в виду. — Замок не откликнулся сегодня ни до попадания в святилище, ни после возвращения. Тем более что я дал понять духам о своём выборе, заявив свои права на тебя, как на женщину, которую выбрал и взял под свою защиту, что бы ни произошло.

— Вполне вероятно, что она могла перегореть из-за устранения последствий ранения уже в реальном мире, а потом слияния с душой дракона, которая всё это время была заперта в святилище, и связь с которой оказалась заблокирована из-за очередного артефакта, напитанного демонической магией. Что касается всего остального… История долгая и достаточно непростая. Начну, пожалуй, с того, что впервые оказалась в святилище сразу после того, как легла спать после приезда в замок. Странное место, я, обвешанная цепями с головы до ног, языки огня, вырывающиеся из-под напольных плит, заставляющие двигаться вперёд… Чем дальше я проходила, тем меньше оков оставалось. И в то же время здесь, в реальности, шаг за шагом мы с вами понемногу приходили к взаимопониманию…

Все эти цепи символизировали рамки и преграды, которые сама же себе выстроила по отношению к вам после того, как оказалась «подаренной» королём Габриэлем. Но и душа дракона тоже оказалась опутанная ими полностью. Если ли бы не осколок-артефакт, не позволяющий её лишний раз даже пошевелиться, то, думаю, она тоже шла навстречу, скидывая их с себя. Поэтому многие цепи, сковавшие дракона в святилище так легко рассыпались под моими руками, стоило только прикоснуться к ним. А вот окрепнув после уничтожения первых двух кристаллов-артефактов, он окреп и окончательно разорвал сам. Получается, что сами духи направляли и показывали, в чём была проблема, приведшая к угасанию рода Тагардов. То есть, моё присутствие в реальности рядом с вами их не беспокоило, иначе точно какой-нибудь финт выкинули: в этом я неоднократно сумела убедиться. Хотя бы взять все те случаи, когда моя душа внезапно обретала телесность на некоторое время. Так было, когда обнаружила ночью первый светящийся в темноте артефакт и расколола его, а потом когда мы с вами искали второй.

— Значит, ты тогда не убежала, буквально потеряв на ходу туфли, а просто исчезла, развоплотившись?

— Именно так. Ещё думала, как потом утром объясниться, ибо со всеми этими рассказами про перемещения легко сошла бы за сумасшедшую. Кто поверил бы в такое?

— Я. Потому что сразу бы понял: без духов-прародителей не обошлось. В детстве мне рассказывали легенды о похожих случаях.

— Но откуда мне было об этом знать? Приходилось тыкаться вслепую, так как духи тоже оказались не особо разговорчивыми. Так, подкидывали время от времени пространные подсказки, которые только больше запутывали. Особенно про «лэитара алеф». Дело в том, что сокращённо моё настоящее имя звучит как раз как Алеф, и знак над воротами замка как раз имеет символ, который я знаю, как «алеф». Потом уже Лорна рассказала про то, как называли хранителей. Духи хотели, чтобы я восстановила что-то изначальное, что-то, что порушили те, кто существовал раньше. Побывав в склепе, заметила одну странную закономерность: до Лэйфара Гордого все пары уходили из жизни практически одновременно, будучи уже в достаточно преклонном возрасте, а после него, он с супругой, кстати, был последним, начал наблюдаться постепенный перекос то в одну, то в другую сторону. То есть, либо муж, либо жена значительно переживали свою «половинку». Так что же случилось? Судьба внезапно споткнулась об Лэйфара и Сантиру?

Всё оказалось до банального просто: это была последняя пара, поженившаяся по взаимной любви, а все остальные начали выбирать выгодные пары себе. Если симпатия была, то супруги переживали, скажем так, средний возраст, а потом оставался только тот, кто больше заботился о детях и потомках в целом. Так произошло и с вашими родителями, ведь, насколько мне известно, ваш отец был достаточно холоден к супруге и вам с сестрой, а госпожа Гленна всегда вставала на вашу защиту, любила искренне и безусловно, как любят своих детей родители. Лорд Дерлан обладал тяжёлым характером, но тоже души в вас не чаял, хоть всячески это скрывал.

Смерть настигла его именно в тот день, когда он отрёкся от чувств к своей любимой женщине, посчитав их связь губительной для рода. Поэтому Алистер выжил, а старый лорд — нет. Духи не прощают, наказывая моментально, убирая тех, кто несёт угрозу роду. Лорд Дерлан вначале нарушил заветы Лэйфара, а потом снова обратился к ним. Таким образом, ваш дед мог окончательно посеять в вас это губительное наставление. Недаром же Лэйфар получил своё прозвище, закрепившееся среди потомков на века. Именно

Разозлившись в очередной раз на идиотизм Лэйфара, я сжала кулаки, которыми яростно стукнула по перине. Будь вместо неё стена, точно заработала бы себе пару переломов.

Тагард сграбастал меня в охапку и проникновенным голосом произнёс:

— И вот как тебя такую огненную не любить? С твоей тягой к справедливости и манерой во всём разбираться? Нет, это попросту невозможно.

Я вздохнула, обнимая его:

— И что же нам теперь делать?

Глава 56

Секрет на двоих

— Согласишься стать моей женой?

От неожиданности я даже закашлялась:

— Я не это имела в виду…

— А я именно это, — серьёзно произнёс Тагард. — Повторять ошибки своих предков не намерен, свой выбор уже сделал, но и неволить тебя в твоём не хочу. Буду ждать ответа ровно столько, сколько понадобится. Я знаю то самое «но», которым ты хотела возразить.

Я подцепила пальцем цепочку, висящую на своей на шее:

— Святилище отображает всё, что происходит в реальности, когда в полной мере, когда символично: всё-таки измерение, в котором обитают духи. Когда впервые оказалась там, то на шее и запястьях висели тяжёлые оковы, гораздо более массивные, чем те, что на меня надели на рынке или позднее, готовя для короля. По мере прохождения пути они истончались, но не исчезли окончательно: от них остались лишь хрупкие на вид ободки не толще шинки женского кольца. И даже в момент вспышки, перед тем как нас вышвырнуло из святилища, они не раскрылись. Значит, дело не в навязанных Лэйфаром предубеждениях…

Тагард кивнул:

— Привязка Габриэля. То самое условие, которое он указал в договоре. Я успел заметить оковы в святилище, поэтому хочу тебя предупредить: в случае твоего согласия со свадьбой придётся повременить. Стоит лишь провести обряд, как ему станет известно, что ты свободна и это факт привлечёт его внимание. Наверняка захочет нанести очередной удар, поэтому нужно подстраховаться со всех сторон. Одно дело, если ограничится насмешками в мой адрес и попытается тем самым разрушить мою репутацию, как неоднократно делал ранее. Другой вопрос, если под каким-нибудь благовидным предлогом объявит изменником и пришлёт своих псов, что не является редкостью в последние годы. Объективно: замок не выдержит не только осады, но и надолго не сдержит его воинов, поэтому необходимо хорошо его укрепить и продумать пути отхода, если всё сложится наихудшим образом. А на это нужно время…

— Я согласна стать вашей женой, лорд Тагард. Если вы готовы были дать мне время на раздумья, то мне тем более не составит труда дождаться более восходящего момента.

Я не видела ни разу в своей жизни настолько счастливое лицо у мужчины. Взяв обе моих руки в свои ладони, Тагард поочерёдно поцеловал каждую из них.

— Я сделаю всё, чтобы ты была счастлива.

Сколько раз женщины слышали подобное от своих избранников, но только я была уверена, что мой сдержит каждое своё слово. И мне не нужны доказательства, потому что знаю наверняка: подобные ему не пасуют и не отступают ни перед какими преградами.

— А я, в свою очередь, постараюсь сделать от себя всё зависящее, чтобы стать вам достойной супругой. Хотя мой характер вы прекрасно знаете…

— Ты. Наедине только так, не на «вы», хотя при всех остальных стоит сохранить прежнее обращение, чтобы не вызвать лишних подозрений. А вот каким именем обращаться к тебе? Алеф или Цефея?

В кои-то веки смутившись, я пробормотала:

— Извини, привычка. Алеф умерла в своём мире, став Цефеей в этом, поэтому пусть всё останется как есть. Не вижу смысла цепляться за отголоски прошлой жизни, обретя новую.

— Как это произошло?

— Глупо и нелепо: поехала отдохнуть, развеяться после развода и сорвалась с утёса, — я коснулась пальцами фамильного перстня Тагарда. — Но перед этим нашла среди камней точно такой же… Думаю, что он каким-то образом повлиял на моё появление здесь.

— Значит, ты всё-таки хранительница.

— Это плохо? Или накладывает на меня какие-нибудь ещё обязательства помимо нахождения отгадок на загадки духов из святилища?

— Цефея, как может быть плохим то, что ты помогла восстановить нарушенный порядок вещей? Хранители и хранительницы — это обычные люди, являющиеся для того, чтобы что-то исправить или направить по верному пути того, в чьих это силах.

Услышав это, у меня камень с души упал. Размером с тот самый утёс, с которого меня угораздило фатально навернуться. Я была по уши сыта святилищем и обитавшими в нём духами.

— Одного понять не могу, почему до сегодняшнего дня ты не догадался о том, что я бывала в святилище? Душа дракона ведь узнавала меня, приветствовала, подпускала к себе… Или она существует сама по себе всегда? Ну, как отдельный от своего хозяина зверь. То, что связь с ней была заблокировала, я осознала, но ведь родовая магия всё равно сохранялась и имела на тебя влияние.

— У драконов из рода Тагардов душа зверя — это лишь часть собственной, начинающей преобладать, но при этом не затмевая разум, при смене ипостаси. Под влиянием демонической магии она словно умерла, перестала ощущаться в человеческом облике. А по факту оказалась заперта в святилище, существуя отдельно. Только в последнюю ночь различил что-то знакомое, но не смог распознать до конца. Поэтому можешь быть уверена: свой выбор я сделал сам, независимо от влияния духов или каких-либо их манипуляций. Если бы поделилась со мной тем, что бывала в святилище, быстрее нашла ответы на свои вопросы. Понимаю, поначалу боялась, но потом? Когда я, спрашивал тебя о первом разбитом артефакте и твоих ощущениях во время его обнаружения. По-прежнему не доверяла?

— Просто не хотела, чтобы ты принял меня за очередную «Фенеллу», мечтающую только о том, как побыстрее пробраться в постель к лорда. Сам подумай, как бы это выглядело со стороны? «Здрасьте, лорд Тагард, а знаете, что, отказавшись от своих любовных притязаний, ваши предки успешно самовыродились настолько, что вы остались последним в роду? Не стесняйтесь проявлять чувства к той, к кому испытываете симпатии». И стою такая вся «красивая» посреди кабинета,

Тагард сперва улыбнулся, а потом расхохотался во всю силу своих лёгких:

— Цефея, вот как в тебе уживаются одновременно дерзость, умение настоять на своём, во что бы то ни стало и скромность вкупе с нерешительностью?

Насупившись, я немного обиженно шмыгнула носом:

— Нормально уживаются, они с совестью в доле, потому и не кусаются. С детства выдрессированы.

— Дурак был твой муж, что упустил такое сокровище… Не оценил, не разглядел.

— А почему ты решил, что именно он был инициатором развода? Может, это я сама виновата из-за своего характера? Или того хуже…

Тагард покачал головой:

— Нет. На предательство ты не способна и всегда стараешься обойти острые углы с максимальной выгодой для себя. Поэтому он вдвойне дурак, что не видел этого. Слепец.

— А дракон разглядел сокровище и теперь запрёт ото всех подальше?

— Истинные драконы — все жуткие собственники и тщательно оберегают свои сокровища, но запереть тебя будет означать потерять навсегда. Не говоря уже о руинах, в которые наверняка превратишь замок. Пусть ты не дракон по рождению, но такая же огненная, но не всякое пламя стоит укрощать, иначе оно может погаснуть. О том, кто ты на самом деле, и что смогла избавить меня от влияния демонической силы, не должен знать никто. Ради нашего же блага.

— Секрет, о котором в курсе только двое? — я подмигнула Тагарду, снова опуская голову на его плечо.

— Именно. Кстати, почему ты не одела ни одно из привезённых платьев?

— Посчитала, что это слишком дорогой для меня подарок. Особенно второе. Не хотела досужих домыслов среди прислуги, поэтому собиралась его сегодня утром вернуть, но не решилась.

— Я хотел пригласить тебя разделить со мной поздний ужин, отослав служанок, и объясниться, но не предполагал, что всё так обернётся. С самого утра места себе не находил, едва с ума не сошёл, выясняя, куда ты запропастилась, а когда обнаружил без сознания в своих руках после святилища, у меня чуть сердце не остановилось. Думал, что потерял тебя навсегда, лишился самого дорогого, как много лет назад матери и сестры…

— Понимаю… Сама не предполагала, что так выйдет.

В спальне повисла тишина, ибо каждый из нас понимал, насколько близко прошли по краю гибели, посчитай духи нас недостойными и чересчур дерзкими, бросившими им вызов, несмотря на то что именно они добивались, чтобы мы открылись друг другу. Я так и вовсе не однократно нарывалась на неприятности, высказывая всё, что о них думаю.

— Оставайся пока здесь, а я схожу к Лэйнор за её целебными снадобьями. Насколько знаю, ты время от времени пропускаешь обеды, но на ужине тебе стоит появиться, чтобы избежать кривотолков и ненужных сплетен. К этому времени точно наберёшься сил, раз не в первый раз оказалась в святилище. И…

Я провела кончиками пальцев по поросшей щетиной щеке:

— Всё-таки зайти после ужина к себе за тем платьем? Вот только заметить кто-нибудь может…

— Ты же знаешь о тайном ходе возле покоев сестры…

— Хитрец. Ключи от них ведь только у меня, и все привыкли, что я там частенько и подолгу бываю…

Тагард перехватил мою руку и снова поцеловал:

— Я не хочу торопить события до свадьбы, но и видеть тебя редко тяжело. Особенно с твоим умением находить себе приключения.

— Приду. Во истину: к приходу гостей и свадьбе готовься как к войне…

— Доля истины в этом есть. Особенно в нашем случае, когда замешан Габриэль.

Наверное, это был самый лучший мой день с момента попадания в этот мир –за весь день мы разлучались с Тагардом лишь дважды: когда служанки принесли обед я ушла в умывальню, располагающуюся позади спальни, а потом вечером дошла до кухни, чтобы перекусить и раздать задания на следующий день. Всё-таки хорошо, когда система отлажена, и можно позволить на некоторое время перепоручить свои обязанности другим. К сожалению, постоянно так поступать не выйдет, но изредка, почему бы и нет? Уже на следующий день мы начали готовиться к обороне, если можно так сказать, на случай незваных гостей. И они появились. Вот только не совсем те, о которых мы думали.

Глава 57

Незваные гости

Вот так события одного дня снова перевернули всё моё существование. Когда-то так лишился в один миг матери и сестры, потом своих крыльев, а сейчас впервые не потерял, а приобрёл. Впрочем, Цефея была права: мы, сами того не осознавая, а потом не желая признавать, шли друг к другу навстречу. Она показала мне потом свои схемы, и я сам убедился в том, что никто из моих предков не замечал очевидного, посетив фамильный склеп, а также дополнив всё, что ей удалось собрать из рассказов Лорны, фактами из жизнеописаний моих предков. Да, много документов из семейных архивов было утрачено, но дед с самого рождения заставлял учить историю нашего рода наизусть до тех пор, пока от зубов не отскакивало. Лэйфар Гордый, скольких же ты погубил своим высокомерием и надменностью! Замок по-прежнему не откликался ни мне, ни Цефее, ни Алистеру, поэтому все расчёты по укреплению позиций велись исключительно с учётом физических возможностей. Жалел ли я о потере влияния родовой магии на способность воздействовать на фамильную твердыню? Нет, ведь я получил гораздо больше. К тому же Цефея мне жизнь спасла: кто знает, насколько был способен подточить моё состояние обломок копья, напитанный демонической магией. Да, управление огнём по-прежнему было мне под силу, но надолго ли?

Зато Цефея предложила один интересный ход: визуально «состарить» внешнюю стену так, чтобы казалось со стороны, будто замок находится в полной разрухе. Видя при этом, как горят её глаза, а по губам скользит ехидная улыбка, мы с Норманом только усмехнулись, значит, у неё уже есть план, а главное — решение. В итоге в замке появилось несколько мастериц, в чьи обязанности входило плетение крепких сетей, на которые потом были закреплены сухие лозы, ветки и прочие «атрибуты», встречающиеся на развалинах. Эту обманку потом закрепили возле нескольких башен, тщательно закрепив, чтобы даже ураганным ветром нельзя было сорвать. Ещё одним несомненным плюсом являлось то, что сети можно было поджечь в нужный момент, если кто-то вздумает по ним вскарабкаться, но при этом пламя точно не перекинется внутрь помещений. Трое каменщиков вырезали на стенах

Зато внутри замка царил полный порядок: служанки с того дня, как были проучены зачинщицы расправы, окончательно избавились от иллюзий в отношении облегчения своего существования. Фенелла, и та присмирела. К сожалению, Лорна снова начала сдавать и, боюсь, что на этот раз возраст всё-таки взял своё. Лэйнор неоднократно её осматривала, давала различные снадобья, но безуспешно. Цефея отказывалась сдаваться и предлагала новые идеи, чтобы поддержать мою старую няню. Ежедневно мы оба выкраивали время, чтобы зайти в каморку и поддержать Лорну, не давая ей почувствовать себя бесполезной и никчёмной, но увы.

Дни летели за днями, недели за неделями… Многое было сделано, но ещё немало требовалось совершить. Даже вечера, проводимые вместе с Цефеей больше походили на продумывание стратегии на случай осады замка. И вместе с тем с каждым днём в воздухе всё сильнее ощущалось приближение чего-то неминуемого, словно напряжённость концентрировалась всё сильнее и сильнее, хотя я по-прежнему уезжал на охоту и проверял, не появились ли где признаки разломов и присутствия тварей. Но всё было тихо.

Неожиданно на рассвете примчался Алистер и доложил, что к замку приближаются трое всадников, причём двое сидят на одной лошади.

— Запри ворота полностью, так как никого в гости я не ожидаю. Пока предупрежу Нормана, чтобы обитатели замка держались подальше от обеих башен. Кто знает, зачем и с какими намерениями к нам пожаловали.

Не успел я дойти до своего помощника, как раздался оглушительный грохот со стороны ворот. Пришлось передать проходившей мимо Илзе все наставления для Нормана, а самому поспешить во двор. Я уже знал, кого принесло в такую рань в мой замок, но совершенно не жаждал этой встречи. Демоны. А если быть более конкретным, то братья Дюран — лорды Северных земель. Что им здесь понадобилось и как вообще посмели явиться сюда⁈ В воротах зияла внушительная дыра посреди торчащего во все стороны искорёженного металла. Алистера, похоже, тоже приложило, но он усиленно крутил барабан, опуская решётку, которую обычно поднимал сразу после пробуждения, чтобы выпустить мастеров или ту же Лэйнор с Лайной за травами.

Жестом я показал Алистеру, чтобы он остановился, увидев, как один из демонов зажёг новый файербол на ладони. Впускать внутрь замка демонов, когда явное преимущество на их стороне было бы безумием, если бы не почувствовал, как замок передал мне свои вибрации. Видимо, Цефея была права, когда предположила, что родовая магия всё-таки не перегорела, а ушла на время, чтобы восстановиться после представления, устроенного в святилище.

— Я вроде писал, что не желаю иметь никаких дел с демонами, — показываю всем своим видом недовольство появлением незваных гостей, а тем временем внимательно рассматриваю обоих братьев Дюран и сопровождающую их хрупкую девицу с копной рыжих волос, чтобы быть готовым дать отпор в любой момент. Та даже испуганно прижимается к младшему из них — Дейрону.

— Выслушать нас придётся, Тагард, так как война на носу. И тебе, хочешь ты этого или нет, придётся принять в ней участие. Выбора нет, — жёстко отвечает Рагнар, явно не испытывающий радости от столь холодного приёма.

— Алистер, пропусти их! А потом забери коней и передай Корлу, чтобы занялся ими!

Пока вся троица спешивалась, продолжал наблюдать за ними. Демоны всегда весьма отличались не только своими традициями, но и некоторыми привычками от большинства обитателей Энвера, особенно лорды Северных земель. Однако эти превзошли всех своих сородичей вместе взятых. Да, девушка была с Дейроном, но от меня не укрылась та тревога, с которой она поглядывала на Рагнара, и было в этом взгляде отнюдь не переживание за благополучие родственника своего избранника. Даже отказавшись от заветов Лэйфара, подобные связи принять для себя не могу. Так как демоны явились без приглашения, то на правах хозяина замка я пошёл вперёд, показав следовать за мной. По дороге к кабинету нам не попалось ни единой живой души, значит, Илза передала Норману мои указания, следовательно, если демоны перейдут черту, то никто из случайных свидетелей не пострадает. Очень уж своеобразная по темпераменту раса. Каким бы уравновешенным ни выглядел старший из этих двоих, младший так точно обладает взрывоопасным характером, даже рыжие волосы это подтверждали, словно сигнализируя об огненности их обладателя. Вообще, не знай об их кровном родстве, никогда бы никто не догадался, что они родные братья.

Как только вся троица расположилась на диване — демоны по бокам, а девушка посередине, я занял своё кресло:

— А теперь я хотел бы узнать истинную цель вашего визита, а не только стандартные страшилки, которыми уже давно пугают людей в Драноэрсе.

— Считаные дни остались до кровавого полнолуния. Габриэль теряет рассудок. Он уже полностью во власти Тёмного. Для тебя, скорее всего, не долетели новости из столицы, но твой правитель разрушил союз с орками, уничтожив всю правящую ветвь последних, включая приближённых и даже доверенных лиц. Его нужно остановить. Нельзя дать Тёмному возможность снова вырваться из бездны и поработить наш мир, — пытается сдержаться Рагнар, но я вижу, как его начинает переполнять гнев.

Глава 58

Провокаторы

Сказанное старшим Дюраном насчёт союза Габриэля и Тёмного не было для меня новостью, а вот упоминание о расправе над орком заставило напрячься. Мало того что тень короля и так незримо витает над нами с Цефеей, вынуждая повременить с узакониванием отношений, так ещё это… Девушка быстро отреагировала на раздражение Рагнара, накрыв его руку своей и переплетя хрупкие пальчики с его. Тот даже соблюдать правила приличия не стал, крепко сжав её ладонь.

— Странно слышать всё это от тёмных. Разве демоны не прогнулись под Габриэля? — мрачно усмехнулся им в ответ, вспоминая, как был ранен в бою, после которого потерял связь с драконом и перестал обращаться.

— Ты бы за языком следил и уважение проявил, — мгновенно разозлившись, заявил Дейрон. Девушка тут же протянула свободную руку к нему и также сжала, как пальцы старшего из братьев, видимо, пытаясь таким образом хоть как-то

Уж кто бы говорил о приличиях! Такого проявления распутства в стенах Тагардского замка ещё не бывало никогда! Даже на моё нарочито-показное пренебрежение не реагируют.

— У тебя неверная информация, — парирует абсолютно спокойный и собранный Рагнар. — Демоны никогда не заключат союз с узурпатором, приведшим к угасанию некогда великих земель. Ты помнишь историю. Демоны и драконы ценой своих жизней, с помощью артефактов Богов заковали Тёмного в последний раз. Мы многое потеряли в той войне и не хотим повторения. По слухам, ты также не разделяешь взгляды своего правителя. Тебя любит народ Драноэрса. Ты против рабства и за мирное решение вопросов. К тому же являешься одним из последних сильных драконов, не утративший связь с духами предков. Именно поэтому мы прибыли к тебе сегодня. Война уже стучится в нашу дверь, и тебе придётся выбрать сторону.

Молодцы, они, конечно. Узнали о моих особенностях и связи с духами предков, но объяснить демонам, что-либо вбившим себе в головы практически невозможно. Они признают своё заблуждение, только если проявить силу и победить в схватке. Идти сейчас на открытую конфронтацию с Габриэлем, а тем более что-либо доказывать братьям Дюран бессмысленно. Я не обладаю достаточной мощью, как когда-то, да и непонятно насколько восстановилась родовая магия. Задумчиво постукивая пальцами по столу, решаю всё-таки выпроводить демонов и их общую любовницу, чтобы спокойно обдумать, что делать дальше. Война неизбежна, это и так понятно, но в первую очередь необходимо позаботиться о защите Цефеи и преданных мне людей.

— Это всё замечательно, вот только у вас устаревшая информация. Нет во мне больше тех сил и связи с предками. Раз мы всё выяснили, благодарю за ценную информацию, но вам пора.

Младший из лордов Севера мгновенно разъярился, ведь мало кто осмеливается указывать им с братом на дверь. Вот только совершенно забыл, что они явились без предупреждения, нахально вломившись и испортив ворота, а хозяин этого замка — я. И подобной вольности не потерплю. На этот раз даже девушка не смогла успокоить Дейрона, который вырвал свою руку. Ничего, перебесится — уймётся. Тем более, что его брат до сих пор сохраняет хладнокровие, хотя именно его, как старшего лорда Севера, в первую очередь должны были оскорбить мои слова. И всё бы ничего, но именно в этот момент в кабинет влетела Цефея.

— Лорд Тагард!..

Несколько растрёпанный вид девушки тут же встревожил меня не на шутку, заставив отвлечься от демонов.

— Что стряслось, Цефея?

Она хотела было открыть рот, но тут заметила присутствующих:

— Простите, не знала, что у вас гости. Зайду попозже.

Услышав раздавшееся с дивана хмыканье обоих братьев, она смерила их испепеляющим взглядом, догадавшись об истинных сущностях визитёров. Всё-таки их ауру редко кто способен проигнорировать. Чуть склонив голову передо мной, словно извиняясь за внезапное вторжение, Цефея, бесшумно удалилась, сохраняя ровную осанку и гордо подняв подбородок.

— Надо же, как интересно!.. — иронично произнёс Дейрон, вставая с дивана.

— О чём ты?

— О чём? — издевательски-саркастичным тоном переспрашивает Дейрон, указывая пальцем за закрывшуюся за Цефеей дверь. — О рабыне, разгуливающей в рабском ошейнике и оковах по замку того, кто против рабства и откровенно ненавидит его. Нас ты не введёшь в заблуждение их заменой на, казалось бы, обычные браслеты и цепочку.

А вот терпеть подобные упрёки я не намерен. Поднимаясь из-за стола, я ответил наглому рыжему демону, чувствуя, как начинаю заводиться:

— Будь моя воля, освободил бы!

— Так освободи, — продолжает издеваться Дейрон.

— Я условиями короля связан, но выполнить их не могу, иначе окончательно утрачу родовую магию. И так сделал всё, чтобы её сохранить! — я обошёл стол, вставая перед рыжим насмешником. Посвящать демонов во все тонкости наших отношений с Цефеей и то, что ошибка, совершаемая несколькими поколениями моих предков из века в век, исправлена, не собирался. Ещё неизвестно, что они раскопали, а потому лучше придерживаться всем известных фактов.

Чтобы осадить младшего брата, Рагнар поднялся и встал рядом с ним:

— Хватит, Дей, мы отклонились от темы!

— Да-да, Раг, сейчас продолжишь, — отмахивается от него Дейрон, гадко ухмыляясь в мою сторону. — Тагард, ты так сильно сохраняешь свою родовую магию, как и твой предок? Благородный воин королевства людей. Пока те, кого должен защищать, угнетены правителем, спрятался в глуши, утешается в объятьях рабыни, которую сам же вроде как и ненавидит. Каково оно, генерал?

А вот нападки в сторону моей любимой женщины я уже стерпеть не смог и зарядил этому наглецу прямо в нос, с характерным хрустом ломая его. Никому не позволю так отзываться о ней!

Девушка попыталась подскочить к Дейрону, но Рагнар её перехватил и удержал, заставив замереть на месте.

— А вот это ты зря, Тагард, — не остался в долгу рыжий демон и, сплюнув кровью прямо на ковёр, двинул мне со всего маху в челюсть.

Если этот демон понимает и способен услышать только силу, то пусть сполна её познает. Уступать ему я не собирался, а потому в кабинете началась настоящая бойня, сопровождаемая хрустом разбитой мебели и костей. Удивительно, что старший лорд Севера не ввязывается в потасовку, будто желая, чтобы его брата поставили на место. А, может, просто решил присоединиться позднее.

— По стопам предка идёшь, родовую магию сохраняешь, пока по твоему дому разгуливает бастард. Кем тебе приходится Алистер? — во время короткой передышки снова усмехается Дейрон. — Дядюшкой или братом?

Выпущенный мной в его сторону поток огня заставляет демона пробить массивную деревянную дверь кабинета и проехаться по полу почти до самого зала. Выскочив следом в коридор, попутно замечаю отскочившую в сторону от демона Цефею с вазой в руках. Отрицательно качнув ей головой, хватаю за грудки Дейрона:

— Ты бы своей личной жизнью занимался, лорд Севера. Хочу поинтересоваться: каково это — делить тебе с братом одну девчонку. Неужто на ваших землях девушки перевелись?

Не в моих правилах переходить на личности, особенно касаясь женщин, но пока это единственный способ ещё больше вывести этого демона из себя. В таком состоянии очень просто допустить ошибку, которой непременно воспользуюсь, чтобы окончательно поставить его на место. И это сработало, потому что Дейрон мгновенно вспыхнул, трансформируясь в монстра. Вцепившись мне в грудки, швыряет в противоположную сторону с такой силой, что пробиваю своим весом перила и врезаюсь в стену, оставляя вмятину в каменной кладке, по которой начинают с хрустом расползаться трещины во все стороны,

— По крайней мере, со мной девушка добровольно, а твоя рабыня вынуждена подчиняться хозяину!

Оглушительный рёв негодования вырывается из меня, а глаза начинает застилать красно-чёрным маревом…

Глава 59

Веселая подготовка к свадьбе

После того как Тагард сделал мне предложение, а я согласилась стать его женой, пришлось начать подготовку к свадьбе. Это в моём мире большинство девушек с восторгом окунаются во всю эту предпраздничную рутину, выбирая подходящий образ, согласовывая список гостей, приглядываясь к ресторанам. Меня не интересовало ни первое, ни второе, ни третье. Я вспоминала самые нестандартные заказы из своей практики и выбирала те решения, которые могли бы пригодиться в случае осады замка, предлагая затем Тагарду для рассмотрения, кое-что почерпнула из воспоминаний Цефеи Лоредан, совместив с собственными задумками. Так, например, пригодилась идея с маскировочной сеткой и штробами, имитирующими трещины в стене. Канавки получились просто на загляденье. Один из каменщиков оказался просто с потрясающим чувством юмора, сказав, что изобразит в память о почившей тёще настолько правдоподобные имитации, что никто не усомнится в естественном происхождении трещин. Как оказалось, дом старушки, построенный её далёкими предками, находился в весьма плачевном состоянии, но все предложения зятя сделать ремонт и остановить тем самым процесс саморазрушения строения, категорически отвергала, считая мужа дочери неумехой. Совершенно напрасно, кстати: помимо того, что руки у мужчины росли из нужных мест, так ещё и голова существовала не только для приёма в неё пищи. В общем, каждый раз проходя мимо дома тёщи, Гайрон прикидывал, как бы получше, да незаметнее заделать ту или иную трещину, чтобы никто ничего не заметил. Но в итоге оказалось проще забрать вредную старушку к себе на «дожитие», а после её смерти, наконец-то, разобрать обветшавшее родовое гнездо супруги.

Учитывая увеличение количества обитателей замка, а также вероятность возникновения проблем сбыта излишков продуктов на ярмарках, пришлось капитально взяться за планирование расходов и составления бюджета. С деньгами у нас теперь проблем не было, а вот просчитать различные варианты развития событий было необходимо. Вот тут уже пригодился опыт Нормана, прожившего не один год в условиях изоляции. Ну и Тагард подкидывал со своей стороны выкладки, касающиеся обучения будущих защитников замка, их обмундирования и содержания. Пока ему удалось отобрать восьмерых юношей, годных к постижению воинской науки, но этого было мало, учитывая необходимость в тех же дозорных, которые должны были подолгу оставаться в лесах, окружающих замок, чтобы вовремя сообщить о приближении незваных гостей. Такие «рекрутские наборы» не выглядели чем-то необычным, так как абсолютно вписывались в принятые в Драноэрсе порядки, соблюдаемые всеми лордами на своих землях.

Соответственно, заполнение кладовых различными припасами впрок тоже легло на мои плечи. Тут уже ворочали мозгами мы с Илзой и Бэйтрис, оптимизируя дополнительные помещения в качестве складских и споря о количестве зерна, круп и вяленого мяса с рыбой. В общем, «подготовка к свадьбе» выдалась настолько изматывающей, что к вечеру просто валилась с ног. Как я всё успевала? Да ни черта не успевала! Хотя Тагард совершенно искренне восхищался объёмами проделанной мной работы и журил, что совершенно себя не берегу, хотя сам был не лучше. Бывало, что за целый день могла ни разу его не увидеть, но каждый вечер час, а то и целых два принадлежали нам. Оригинальные, кстати, получались «свидания», напоминавшие больше экскурсы в историю рода Тагарда, Драноэрса и всего Энвера в целом. Но мне самой было интересно всё это узнать. Обычно всё происходило за так называемым «поздним ужином», но иногда мы оба были настолько измотаны, что нагло заваливались в кровать или на диван в спальне Тагарда, немножко наплевав на нормы приличия, принятые в обществе высокородных лордов. Но как же приятно было лежать в объятиях любимого мужчины, пристроив голову ему на плечо! Хотя темперамент у Тагарда был похлеще моего, а на некоторые, скажем так, запретные темы, он вспыхивал моментально и даже его самоконтроль мог лишь на время урезонить. Если керосинчиком сверху не плескать на затухающие угли. За любые оскорбительные высказывания посторонних в свой адрес, мой или тех, кто относился к роду Тагардов, могло «прилететь» очень быстро, если оппонент не реагировал на невербальные намёки. Исключением был Габриэль, выходки которого приходилось терпеть из-за его статуса, а также необходимости вернуть утраченные дедом земли. К счастью, последним из недальновидных собеседников, осмелившихся заявить Тагарду, когда мы вели его в подземелья, о том, что лорд же должен понять как мужчина мужчину, что общение с женщинами более низкого статуса весьма полезно и для тела, и для дела. Я тогда даже моргнуть не успела, как кулак прилетел в челюсть бывшему управляющему, заставив в прямом смысле прикусить язык. Что же касается во всём остальном, то более уравновешенного и рассудительного мужчину давно не встречала. Разве что ещё Нормана с его поистине «нордическим» характером и Корла, в силу возраста предпочитающего «лошадиное» общество всем прочим. В общем, честь, семья и личная жизнь — вот три незыблемых «кита», которых стоило касаться аккуратно. Впрочем, у меня самой кровавое забрало на глаза всегда падало, если кто-то смел обидеть словом кого-то из родных. Так что Эллеру повезло, что я вынуждена была изображать в тот день рядом с Тагардом девочку-девочку. Ещё и с языка яда напрыскала бы на больные места. А больше прецедентов не было.

Я по-прежнему вставала рано, чтобы успеть чего-нибудь перехватить до завтрака, потом шла распределять между служанками работу, успевая до общей явки на кухню проверить сделанное накануне, или заняться решением иных вопросов. Так было и в этот день, вот только не ожидала встретить Илзу возле комнаты Нормана и Бэйтрис.

— Что-то случилось?

— Господин Беантан сказал, чтобы я передала Норману приказ собрать всех слуг и отвести к дальним от ворот башням.

— Причины?

— Не могу знать, всё, что было сказано, передала как есть.

На сбор слуг ушло не так много времени, но едва мы все двинулись к лестнице, как все ощутили мощный удар со стороны ворот. Пришлось поторопить всех и разделить на группы между Норманом,

Во двор въехали три всадника, а я даже отсюда почувствовала знакомые эманации. О нет… Демоны… Их магию теперь легко различу среди тысяч других воздействий, после того как вытаскивала осколок из дракона. Ничего, на случай опасности всегда успею отправить свою помощницу предупредить остальных, чтобы ступали в подземелья, а там уже Норман знает, как провести всех за пределы замка до пещер. Зачем только они только явились сюда и почему Тагард их впустил? Прижавшись щекой к холодной стене, чтобы хоть как-то остудить запылавшее от ярости лицо, переполнившей меня после того, как поняла, кто именно явился в замок, внезапно ощутила знакомое тепло. Что⁈ Родовая магия снова пробудилась? Внезапно я почувствовала, как моё тело помимо моей воли тянет прочь от окна. А ведь в тот день, после исцеления Тагарда я таким же образом очутилась позле святилища. Ну, духи! Поверяльщики древние!

— Иннис! Отправь Илзу с кем-нибудь из её помощниц на кухню: считаем, что у нас просто незваные гости. Если вдруг что-то случится, пусть спускаются в погреб, что под кладовкой. И приведи Лэйнор, похоже, что Алистер ранен!

Моя помощница умчалась, а я побежала в конюшню, чтобы перехватить Алистера и отвести в лазарет, а там и наша знахарка поспеет. Пока то, да сё, периодически прикладывала руку к стене, спрашивая замок, всё ли в порядке с Тагардом, но температура отклика не менялась. Передав возмущающегося Алистера Лэйнор, я поспешила к кабинету, так как именно в его направлении указал импульс. Из-за двери слышались лишь голоса, беседовавшие о чём-то, я уже хотела было уйти, как стена под рукой буквально раскалилась, заставив отдёрнуть ладонь. Там что-то назревает? Ладно, вдох-выдох, «морда кирпичом» и игра «на дурочку».

Словно с разбега, я влетела в кабинет Тагарда, стараясь не обращать ни на кого внимания:

— Лорд Тагард!

— Что случилось, Цефея?

Услышав смешок со стороны дивана, на котором восседали «гости», я сделала вид, что впервые их заметила, скользнув взглядом по ним буквально на несколько секунд. Всё верно: два мужчины-демона, брюнет и рыжий, а между ними девушка, тоже рыжеволосая, но вряд ли их родственница, и сомневаюсь, что демон по происхождению. Впрочем, от сидящих по обе стороны от неё спутников так разило демонической магией, что могу и ошибиться.

— Простите, не знала, что у вас гости. Зайду попозже, — пытаясь удалиться с большим достоинством, нежели появилась, я удалилась в коридор.

И вот чего, спрашивается, замок гнал меня внутрь⁈ Вот только судя по раздражённым интонациям, после моего ухода обстановка в кабинете раскалилась, хотя до этого было достаточно тихо. Чёртовы духи, что они за игру опять затеяли⁈ Я хотела снова заскочить в кабинет, чтобы переключить на себя внимание, но в итоге не смогла сделать ни шага, будто приросла к месту. Словесная перепалка переросла, похоже, в мордобой, так как отчётливо слышалось, как разносят кабинет в щепки. Внезапно дверь просто вынесло телом рыжего демона в коридор, да так, что тот проехал по плитам почти до зала. Я только успела отскочить в сторону и подхватить падающую с небольшого столика вазу, которая начала крениться. Нет, на пару метров я когда-то умела прыгать, но чтобы в мгновение ока преодолеть около десятка — впервые.

Следом в коридор выскочила та самая девушка, а потом и Тагард, вихрем пронёсшийся между нами. Это каким же из «трёх китов» рыжий демон умудрился настолько сильно разозлить моего лорда? Взглядом намекая гостье, что сделаю, если кто-то из этой троицы покалечит Тагарда снова! И тут всё встало на свои места, когда генерал отпустил шпильку насчёт связи обоих демонов с этой девицей. Походу, именно моё появление и стало спусковым крючком, послужившим началу драки. Ладно, если бы мордобой просто продолжился, в конце концов, в этом мире получить по физиономии не то, что за слово, а за косой взгляд можно, так демон начал стремительно трансформироваться, переходя во вторую ипостась. Надо было эту вазу рыжему на голову опустить, авось поумерил бы пыл. Приткнув несчастный антиквариат в угол, я метнулась дальше, но только успела подхватить портрет лорда Дерлана, начавший падать после того, как демон швырнул Тагарда.

Глава 60

Артефакт

— Да чтоб вас обоих за ногу да хребтом об колено! Перестаньте ломать замок, ироды! — выкрикнула я, пытаясь привлечь к себе внимание, и топнула со злости ногой. Ещё и люстра опасно закачалась над головами. Демон снова прошёлся по моему статусу, открыто издеваясь, что я сплю с хозяином по приказу. Эти двое сцепились не на жизнь, а насмерть. Убьёт, он точно убьёт Тагарда… Я прислонила портрет к стене и схватила снова вазу, чтобы метнуть в демона, но внезапно яростный рёв сотряс стёкла на окнах, и на моих глазах тело моего лорда начинает покрываться антрацитово-чёрной чешуёй с пляшущими между заострёнными пластинками огненными язычками. Всего за какие-то мгновения перед всеми предстал гигантский дракон, который тут же набросился на демона. Схлестнувшись, оба монстра в пылу драки пробили стену и вылетели из замка.

— Если твои… демоны… Если с ним… с замком, что-то случится, на куски своими руками порву и моргалы выколю!!! — поворачиваюсь я к рыжеволосой девушке, которая потихоньку подкрадывалась ко мне, думаю, что не замечаю её манёвра.

— Какая наивность! Напугала ежа голой попой, — огрызнулась в ответ та.

Да что же у меня всё падает сегодня⁈ Переступив через осколки, в очередной раз поднимаю портрет деда Тагарда и, пристроив его к стене, уперла руки в боки, сдувая упавшую на глаза прядь волос. Вот пусть эта девица делает что хочет, но остановит своего ухажёра! Судя по тому, как шевельнула бровью рыжеволосая, сейчас точно ещё одна драка начнётся. Но тут вмешался второй демон, перехватывая девушку за талию и задвигая себе за спину.

— Дамы, держите себя в руках. Уверен, как

Молчаливо-задумчивый тон брюнета выбешивает меня ещё сильнее, чем то, что он сказал. Да пусть засунет себе компенсацию за ущерб в одно место! Мне мой лорд живым нужен! Хватит! Сколько можно быть пешками в руках короля, потом духов, а теперь ещё и демонов! Только громкий рёв двух монстров, раздавшийся со двора заставляет переключиться, и вот мы уже вдвоём с девушкой мчимся прочь из замка. Обе вскидываем головы, чтобы понять, куда унесло наших мужчин.

— Вон они! — я ткнула в том направлении, где смогла разглядеть силуэты крутящихся монстров.

Меж тем оба изобразили какой-то совершенно немыслимый пируэт и начали камнем падать на землю. Я видела, что у дракона неестественно вывернуто одно из крыльев, а у демона сочится кровь из разорванного бока. Лишь в нескольких метрах от земли по их телам проходит рябь, и на землю оба приземлились уже в человеческих ипостасях. Однако внезапно замечаю возникший между ними полупрозрачный тёмный барьер.

— А раньше так сделать нельзя было? Почему нельзя сразу предотвратить драку ещё там, в кабинете? — обращаюсь к темноволосому демону, а в душе радуюсь, что Тагард жив. — Мои нервные клетки, кабинет и замок сохранили бы в целости.

Судя по выражению лица девушки, вот тут она со мной была абсолютно согласна.

— Нельзя, — хмыкнул этот «шахматист» и, обойдя нас, удалился с покалеченным.

— Мужчины, чтоб их! — закатила глаза девушка и выпустила мою руку, в которую вцепилась, как только увидела, насколько опасно сшиблись дракон и демон. — Может, чаю? Нам есть что обсудить. Кстати, я — Соня, но в этом мире все зовут меня Луной.

Стараясь не выдать своего удивления, я нахмурилась:

— Это ещё что значит?

А в ответ девица ещё шире улыбнулась, словно от этой новости я должна была запрыгать до небес:

— Я с Земли, из России, если быть точнее. И, судя по некоторым вполне земным выражениям, ты — тоже.

Вот только подобных откровений мне для полного счастья сейчас и не хватало! Соня-Луна что, тоже своего рода хранительница? Да нет, у демонов же совсем другие взаимоотношения с магией, не то что у драконов из рода Тагарда. Ладно, думаю, что сейчас девушка сама всё расскажет, а там уже буду думать, насколько можно с ней откровенничать и что делать дальше.

— И ты знаешь, зачем мы сюда попали?

— Знаю! — хихикнула в ответ Соня-Луна.

Понимая, что замковый двор — это не самое подходящее место для подобных откровений, хватаю её за запястье и тяну в сторону замка, пока она что-нибудь не сболтнула лишнее и, что хуже, кто-нибудь не услышал из посторонних. Кстати, от моей агрессии следа не осталось, вот не удивлюсь ни капли, если это духи специально на нас с Тагардом её навеяли. Но окончательно меня добило то, что на кухне вместе с Илзой оказалась Бэйтрис! Ну ей-то куда с её животом лезть в погреб, если вдруг что случилось бы⁈ Ладно, потом с обеими поговорю как следует.

— Илза, Бэйтрис, оставьте нас, пожалуйста, ненадолго!

Как только обе скрылись за дверью, выбираю самый дальний стол и завариваю травы, бросив по щепотке на дно каждой кружки, а потом залив кипятком. Следом ставлю тарелку со сдобными булочками:

— Рассказывай всё!

А вот услышанное меня совсем не радует. Оказывается, Тёмный, о котором несколько раз упоминал Тагард, уже пытался поработить этот мир, но демоны, драконы и представители других магически одарённых смогли упрятать его в бездну, однако он не смирился с поражением, найдя себе подходящего союзника. Угу, того самого Габриэля, истребив его руками множество сильных рас и присвоив их силу, но перед этим подчиняя себе короля всё больше и больше. Но для окончательного обретения всемогущества Тёмному необходимо провести особый ритуал с использованием семи артефактов. Поэтому король и собирал долгие годы редкие заряженные магией кристаллы. Вот только не догадывался, что артефакты — это не камни, а… живые люди. Если быть точнее, то девушки, одной из которых оказалась в том числе и я.

Вот впору было нервно рассмеяться, вспомнив, что Цефея в нашем мире является затменной двойной звездой, представляя собой систему из двух гравитационно связанных звёзд, когда одна из них затмевает другую. Вот и я… С одной стороны — леитара алеф, а с другой — живой артефакт… Рагнару и Дейрону, тем самым демонам, с которыми прибыла Луна в замок, удалось сорвать ритуал Тёмного по призыву артефактов, поэтому поиски Габриэля продолжаются. Так что у всех семерых девушек история началась одинаково: поездка в долгожданный отпуск, затем гибель в родном мире и рабовладельческий рынок в этом. Но самая засада в том, что артефакты способны как даровать Тёмному неслыханное могущество, так и уничтожить его. В общем, избежать кровавой вечеринки в любом случае не получится. Тут даже Луна до конца не в курсе, хотя получила провидческий дар и периодически видит, что произойдёт. А «вишенкой на торте» становится рассказ о том, как Габриэль попытался уничтожить орков.

Переваривая в голове всё услышанное, даже не заметила, что травяной чай давно остыл, а сама сижу, постукивая пальцами по столешнице, и бездумно гляжу в окно. Демоны с Тагардом куда-то ушли, но замок спокоен, значит, мне тоже не о чем пока тревожиться.

— И всё же, обязательно было твоим демонам всё громить?

— Твой сноб первым начал, — фыркнула Луна. — Мы, между прочим, с миром пришли.

— Те, кто приходит с миром, не ломает ворота!

— Согласна, Дей слегка переборщил. Просто мы добирались до вас с трудом. Еле нашли в этой глуши. Пойдём лучше узнаем, о чём они там договорились.

— Ты иди, я не имею права присутствовать при разговорах господ. — я дотронулась до фибулы, прикреплённой возле правой ключицы. — Я всего лишь экономка в этом замке. К тому же по-прежнему рабыня.

Но разве этот рыжий моторчик остановишь? На этот раз Луна схватила меня за руку и потащила прочь из кухни. Только успевала показывать ей повороты, чтобы добраться до главного зала, а там уже сориентировались на звук мужских голосов. Троица как ни в чём не бывало восседала в креслах и согревала связки горячительным. Луна сразу переключается на своих демонов, особо внимательно рассматривая Дейрона, который тут же тянет её к себе. А неплохо его отделал Тагард, впрочем, он и сам сейчас выглядит достаточно «красочно». Его бы

— Только ли из желания остановить Тёмного вы так рьяно выступаете, лорды?

— Если ты думаешь, что нам нужен трон, то глубоко ошибаешься. Нам Севера хватает, — хмыкает Рагнар. — У Габриэля нет детей, так что можешь хоть сам занять. Мы поддержим. Как я уже говорил, ты — один из сильнейших драконов, не утративших связь с предками. К тому же народ тебя любит.

В этот момент у меня сердце замерло в ожидании ответа Тагарда.

Глава 61

Тайн больше нет

Но Тагард лишь покачал головой, показывая, что такой радости, как занять королевский трон ему точно не нужно. По обрывкам разговора я поняла, что он в курсе того, что мне рассказала Луна, видимо, демоны просветили. Равно как и о том, кем являюсь я и какую роль невольно вынуждена буду сыграть в уже в ближайшем будущем. Время от времени Тагард слегка хмурится, видя, как Дейрон пытается заигрывать с Луной, не по душе ему такие союзы, а у меня позиция в этом плане максимально простая: если по обоюдному согласию между партнёрами всё происходит, то совершенно никого не должно волновать, что там творится за дверями их спальни. Да, на людях демонстрировать свои притязания не очень хорошо, но мне и до разговора с Луной было понятно, что рыжий демон — тот ещё провокатор.

Краем уха слушаю о произошедшем в Дархане — стране, где правит царь Скорпионов Димар и о том, как его брат, принц Алам, договорился с Габриэлем насчёт свержения венценосного родственника с трона. И тут проклятый король своими щупальцами дотянулся, впрочем, неудивительно. Хорошо, что царь Димар разобрался с этим и заключил соглашение с лордами Севера. Учитывая, какая коалиция собирается против Габриэля и Тёмного, избежать участия, увы, не получится не только мне, но и Тагарду. Лишь на некоторое время разговор прерывается вызовом по артефакту связи, принадлежащему Рагнару. К счастью, это всего лишь выживший после пира у Габриэля генерал-орк. Итого: плюс ещё один союзник. А вот окончание разговора невольно заставило меня повернуть голову к Рагнару, ибо ещё одна девушка-артефакт оказалась у орков.

Я искренне надеялась, что после обсуждения сотрудничества демоны вместе с Луной уедут, но Тагард решил пригласить их перекусить в качестве жеста доброй воли. Пришлось удалиться, чтобы передать Илзе и Бэйтрис, чтобы начали подготавливать посуду и приборы, пока зову служанок для прислуживания в столовой. В одном из коридоров меня нагоняет Тагард.

— Что-то ещё случилось?

— Нет, Цефея, — его рука скользнула мне на талию, а тело приблизилось настолько, что ни о каких нормах приличия уже бессмысленно было упоминать. — Я хочу, чтобы ты присутствовала в столовой.

— Как скажете, лорд Тагард. Я буду присутствовать во время трапезы, хотя не в восторге, что эти «очень дорогие» гости задерживаются в замке.

Тагард чуть склонил голову, приблизившись губами к моему уху:

— Не в качестве экономки, Цефея. За столом, вместе со всеми.

— Это будет чересчур. Старшая прислуга имеет право присутствовать за столом, если заслужила доверие своих хозяев, но не в моём статусе.

— У нас осталось не так много времени, чтобы терять его так бессмысленно… Тем более что Рагнар с Дейроном и так много о чём догадались, а Луна и вовсе одна из тех, что и ты. Скрыть от них что-либо невозможно. А прислугу я отошлю, как обычно поступаю перед каждым нашим с тобой ужином.

— В таком случае выберу Тирен и Мирдей. Они неболтливы и весьма шустры по части сервировки стола.

— Прекрасный выбор…

Обе руки крепко сжали меня за талию, а потом моих губ коснулся самый трепетный, но в то же время страстный поцелуй, в моей жизни.

Вот стоило погибели помахать перед носом красными флажками, как все барьеры окончательно рухнули. Но как же сложно было оторваться друг от друга, так хотелось, чтобы этот поцелуй длился вечно!

Тагард скользнул пальцами по прядям, выбившимся из-под кожаного шнурка, которым я обычно стягивала часть волос на затылке, а потом прижался своим лбом к моему:

— Буду ждать тебя в столовой, а пока вернусь к нашим гостям.

Чтобы всё устроить должным образом, мне понадобилось не так много времени, всё-таки мне удалось за всё пребывание в замке научить служанок действовать быстро. Заодно и успокоила всех, что ещё на некоторое время в связи с визитом гостей освобождаются от работы и должны оставаться в этой части замка. В итоге, когда Тагард ушёл пригласить всех к столу, в столовой осталась я одна, отправив Мирдей и Тирен на кухню ожидать дальнейших распоряжений. А там уже Илза быстро их в оборот возьмёт, чтобы не задавали лишних вопросов до тех пор, пока либо лорд, либо я не соизволим пояснить, откуда взялась дыра в воротах. Нет, при желании можно было бы просто промолчать, но как показала практика, лучше озвучить какую-нибудь наиболее правдоподобную и весьма сглаженную версию, после которой особых волнений не последует.

Я ожидала очередных насмешек от Дейрона, но рыжий демон вёл себя на удивление корректно, а потом мужчины занялись обсуждением планов и выстраивания стратегии, а мы с Луной довольно-таки мило побеседовали с Луной о жизни в этом мире. Довольно-таки странно было услышать от неё, что со стороны выглядела злючкой, впрочем, странно было бы веселиться, когда твой любимый мужчина дрался, а потом и вовсе имел все шансы стать трупом. Расстались все на довольно-таки дружественной ноте, гостям даже понравилась стряпня Илзы, что было приятно. Я ведь почти не знакома с местной кухней, если не считать постоялый двор и той гадости, которой нас кормили на рынке. На прощание Луна крепко обняла меня, мне даже показалось, что в её голубых глазах блеснули слёзы, а потом вся троица покинула замок.

— Что слугам скажем?

— Об этом можешь не беспокоиться: просто собери всех, а потом попробуем опять восстановить замок. Понятное дело, что до кровавого полнолуния не успеем довести его до того состояния, как планировали, но нужно будет попробовать защитить тех, кто в нём обитает и кому потребуется убежище.

Так и поступили. Особо не помню, что там вещал Тагард, но зато старое

— Тагард! Этот Дейрон уничтожил почти всё, над чем мы трудились всё это время!

— Надеюсь, что когда-нибудь настанет тот день, когда ты, наконец-то, назовёшь меня по имени, — чмокнув меня в нос, с усмешкой произнёс Тагард.

— Боюсь, что в ту минуту, когда я произнесу Беантан или Беантан Лайдир Тагард, попрячется не только прислуга, но и крысы с муравьями сбегут из замка, так как это будет означать мою крайнюю степень негодования по отношению к тебе…

В ответ Тагард расхохотался и рухнул прямо со мной на руках в кровать:

— Неужели у меня настолько отвратительное имя, что им можно только повергать в ужас?

Уютно пристраивая голову на груди этого несносного мужчины, я устало вздохнула:

— Привычка. Как-то в нашей семье так пошло, что мама называла моего отца по фамилии, а меня сокращённым вариантом — просто Алеф, но если произносила наши имена полностью, то это означало, что жди даже не грозы, а бури! К тебе же все обращались как «Тагард», «генерал Тагард» или «лорд Тагард», вот я как-то и сама привыкла…

— Не страшно, думаю со временем мне удастся переломить эту твою семейную традицию.

— Было бы у нас ещё это время… Вначале духи задачек поднакидали, потом поиграли нами, как марионетками, особенно сегодня…

— Что ты имеешь в виду, Цефея? — Тагард стащил кожаный шнурок и разворошил волосы.

— Помнишь тот день, когда мы оказались в святилище, а накануне ночью избавила и твоего дракона, и тебя от последствий ранения? С тех самых пор замок перестал откликаться…

— Ну да, мы предположили, что либо вся родовая магия ушла на слияние с драконом или почти истощилась, а потому её потребовалось время на восстановление.

— Угу. Как бы не так! Это всё духи твоих предков подстроили! Нарочно заглушили родовую магию, чтобы ты сам, не попадая под её влияние, а также не узнав через дракона, что это именно я была в святилище, сам сделал выбор. Меня нарочно подтолкнули прийти к запечатанному входу в хранилище, чтобы не только тебя привела поближе к ним, но и сама показала свои чувства к тебе. Это я уже только сегодня поняла, когда почувствовала, что не всегда могу управлять своим телом. А потом эти паршивцы попросту проверяли нас, достойны ли…

Хмыкнув, Тагард поцеловал меня в макушку:

— Не боишься навлечь этими речами на себя гнев духов?

— Я нашла сегодня время и сходила к святилищу, чтобы высказать им всё, что о них думаю. Как видишь, до сих пор жива. Думаю, мы с ними поняли друг друга и договорились.

— Всё-таки ты потрясающая, Цефея! О чём же ты с ними договорилась?

— Неважно. Потом как-нибудь расскажу. Так вот, о чём я… Точно! Тебе не показалось странным, что как только появился достойный тебе по силе противник, как замок внезапно «ожил» после нескольких недель молчания? А ещё эта драка… Что-то ты раньше настолько буйным характером не отличался, а тут был готов убить Дейрона. Угу. Не имея былой мощи и наверняка не зная, насколько восстановилась родовая магия. О чём речь, если я сама была готова накостылять не только демонам, но и Луне кудри прорядить только чтобы как-то остановить это побоище, а потом внезапно большая часть кровожадности улетучилась. И, о чудо, как раз в тот момент, когда дракон с демоном сыграли вничью и заключили перемирие, признав бессмысленность продолжения выяснения отношений. Да духи нарочно провоцировали на конфликт похлеще этого Дейрона, в очередной раз проверяя нас! Меня на чувства и эмоции, тебя на то, как ты обуздал родовую магию и воплотил её уже в облике дракона не там, в святилище, где испытывались души, а тут, наяву!

Хмм… Даже не знала, что Тагард умеет и так витиевато ругаться. Прям, ух!

— Прости, дамам такое вообще слышать не стоит… — извинился Тагард, поднося к губам мою правую руку.

— Да ничего. Мой дед так и вовсе остался бы в восторге от твоего богатого словарного запаса обсценной и инвективной лексики.

— Знаешь… Я не думаю, что тут так уж и сильно посодействовали духи в отношении эмоций. Мне казалось, что больше никогда в своей жизни не испытаю ощущений, сопутствующих обороту в дракона, однако глубоко ошибся. Вся моя сущность, превратившись в зверя, требовала наказать наглеца, осмелившегося насмехаться над моей женщиной, высказывая порочащие её честь и достоинство слова. А ведь я говорил, что душа дракона — лишь часть моей собственной.

— То есть ты действительно готов был убить за меня в прямом смысле этого выражения?

— Да.

— Какой же вы всё-таки беспощадный, лорд Тагард! Но почему-то мне это нравится…

— А что тебе ещё нравится, Цефея? — неожиданно, не выпуская меня из объятий, Тагард перевернулся и теперь нависал надо мной.

Я подалась вперёд, сокращая расстояние между нами:

— Ты. Весь. В любой ипостаси.

— Надеюсь, что сейчас без духов обошлось… — пробормотал Тагард, осыпая поцелуями мою шею, но быстро получил болезненный тычок кулаком в бок.

— Могу и обидеться. Но духи тут ни при чём. Я с ними договорилась, и больше вмешиваться в наши отношения они не будут…

А потом мир сузился до нас двоих, ведь глупо терять попусту время на всякие условности, когда не знаешь, сколько ещё отмерено двум любящим друг друга людям. Ну, хорошо, почти людям. Жаль только, что наши надежды спокойно провести оставшиеся до кровавого полнолуния дни не оправдались, равно как и мечты о том, что после демонов к нам никто не заявится.

Глава 62

Новый союзник

Как было бы не жаль расставаться незадолго до рассвета с Цефеей, но времени у нас действительно осталось не так много, чтобы так им бездумно раскидываться. Будь в моей власти, спрятал бы её, скрыл ото всех и берёг пуще зеницы ока, но Рагнар абсолютно прав: войны не избежать и придётся приложить все

На обратном пути я заметил промелькнувшего среди деревьев оленя и решил поддержать легенду о цели своей отлучки из замка. Охота на этого великолепного зверя завершилась достаточно быстро, и как раз в тот момент, когда осталось лишь поставить окончательную точку в его жизни, меня окрикнули.

— Милейший, простите!

Я повернулся и увидел незнакомого мне мужчину, одетого в военную форму, которую обычно носят охраняющие границу Драноэрса воины. Вот только передо мной стоял отнюдь не рядовой и даже не офицер.

— Такамар де Вали, — представился генерал и кивнул на своего коня, которого вёл под уздцы. — Приношу извинения за внезапное вторжение. Я здесь проездом, и, можно сказать, занесло в ваши края по воле случая.

Как раз неподалёку отсюда время от времени появляются блуждающие порталы, теперь понятно, каким образом де Вали здесь оказался.

— Добро пожаловать! Наслышан о вас, генерал, — кивнул я в ответ и протянул руку. — Я — лорд Тагард, владелец этих земель.

— Промышляете охотой?

— Да. Совсем недавно вернулся в родовое гнездо и нашёл его в ужасающем запустении. Потому приходится как-то выкручиваться из положения, — достаточно нейтрально я поддержал разговор. О генерале я был наслышан и не могу ничего сказать плохого, наоборот, о нём всегда отзывались положительно все те, кому доводилось с ним служить. Он так же, как и я, всегда думал о своих подчинённых, а не бросал бездумно в самое пекло, стараясь не только выполнить приказ короля, но и сохранить жизни своих людей настолько, насколько это было возможно, в отличие от многих других, считающих, бойцов просто мясом, по которому легко пройти ради победы.

— Понимаю. А насчёт охоты… Не боитесь, лорд Тагард, наткнуться на нечисть? Или на ваших землях не образуются разломы?

Я подхватил тушу оленя поудобнее:

— Пока нет, но, думаю, это вопрос времени. А в ваших краях?..

Де Вали резко помрачнел:

— Повсюду. И я так думаю, что чем дальше, тем большую площадь захватят эти твари. Не понимаю, почему король не предпринимает ничего? Я отправлял отчёты и до сих пор не получил никакой реакции!

— Не уверен, что Его величеству есть до этого дело…

Если на заставе, где служит де Вали, такое творится, то дело совсем скверно. Габриэль окончательно слетел с катушек и уже даже не скрывает того, что люди для него лишь мусор под ногами, мешающий в достижении своих целей. О чём речь, если его одержимость артефактами привела к тому, что многие знатные рода были истреблены, отказавшись выдавать ему семейные реликвии. Увы, именно так в его руках оказался в том числе и тот, которым был ранен я, ошибочно предположив, что моё ранение в той битве было подстроено демонами. А это всего-то был артефакт, напитанный демонической силой. Как он очутился за пределами земель лордов Севера, Рагнар и Дейрон были не в курсе. Зато Габриэль и тут просчитал всё наперёд: если выживу, то никогда не соглашусь на союз с демонами. Вот только глубоко ошибся: старший из братьев Дюран никогда не был идиотом и быстро понял, что к чему, когда мы беседовали с ним в кабинете. Так что очередная попытка короля стравить нас потерпела неудачу.

Брана я отпустил, а вот с де Вали стоит побеседовать в более подходящей обстановке. Вскоре лес закончился, и мы вышли на дорогу, ведущую к замку.

— Вы по делу генерал, или?..

— И хоть оказался здесь случайно, всё же будет правильно сказать, что по делу.

— В таком случае предлагаю остаться на обед и обсудить все моменты в моём кабинете.

— Спасибо.

Алистер издалека заметил наше приближение, поэтому стоило подойти к воротам, как они начали открываться.

— Корл, отведи лошадь лорда де Вали в конюшню, а после — передай, чтобы слуги занялись оленем, — я отдал приказ спешащему нам навстречу конюху, а затем свалил свою добычу на землю.

Представляю, что подумал де Вали, увидев, в каком состоянии находится замок. Проводив его к кабинету, который уже успели привести в относительный порядок, приглашаю войти:

— Располагайтесь, генерал. Я оставлю вас ненадолго.

Пока де Вали ждёт, передаю одной из служанок, встретившейся по дороге, чтобы нашла Цефею, но она и сама вскоре вынырнула из тайного прохода.

— У нас снова гости?

— Да. Встретил в лесу генерала Такамара де Вали. Он служит на одной из границ Драноэрса, а в наши края попал совершенно случайно из-за сбоя в порталах, — увидев, как Цефея изменилась в лице, услышав, кем является наш очередной незваный гость, я поспешил её успокоить. — Не переживай, он тоже не в восторге от выходок Габриэля, особенно после того, как все его донесения насчёт атак тварей на его заставу, король проигнорировал. Поэтому лучше распорядись, чтобы в кабинет принесли закуски, а лучше пусть подготовят на всякий случай для него комнату. Всё будет хорошо.

Сменив одежду, я вернулся к кабинету, возле которого уже ждала служанка с нагруженным блюдами с нарезкой, а также парой кубков и бутылкой крепкого, подносом в руках. Быстро расставив всё на столе,

— За знакомство, лорд Тагард!

— За знакомство, лорд де Вали!

— Так с какой целью путешествуете, генерал? Может, останетесь на ночь? Я распоряжусь постелить вам в одной из комнат. Увы, большого комфорта гарантировать не могу, но чистую постель и крышу над головой — вполне.

— Спасибо. Так уж получилось, что я иду по следам своей невесты, которая отправилась с особым заданием к демонам, — де Вали вздыхает, словно подбирая слова.

— К демонам⁈

— Да… Без моего на то согласия лорд Дюран заполучил клятвенное обещание Алатеи вылечить какую-то там девушку для демонов. Я даже не успел толком вникнуть в детали. Но теперь бегу по следу, опасаясь как бы моя, без пяти минут жена, не пострадала.

— Они умеют добиваться своего, — в ответ я только хмыкнул, вспоминая визит братьев Дюран. — Ваша невеста — целительница?

Де Вали немного замялся.

— В доме находится пожилая женщина, которой нужна помощь. Я бы с удовольствием помог найти вашу невесту, если она могла хотя бы осмотреть её.

— Алатея особенная, из светлых. Но прошу дать слово, что об этом от вас никто не узнает!

— Понимаю.

Целительниц действительно практически не осталось: Габриэль их всех уничтожил, объявив светлых ведьм виновными во многих грехах. Оставшиеся тщательно скрываются, и только демоны знают, как до них можно добраться. Чтобы расположить генерала к более доверительному разговору, я начертил родовой знак в воздухе:

— Клянусь!

— Благодарю. Я беспокоюсь о ее безопасности, но уверен, что она не откажется помочь. Она никому не отказывает.

— Вы можете рассчитывать на мою благодарность и помощь. Попробую что-то узнать через своих людей и дам вам знать завтра. В любом случае, отправляться на поиски лучше рано утром.

Насчёт людей я, конечно, немного слукавил, чтобы немного успокоить де Вали, ведь даже невооружённым взглядом было видно, как он переживает насчёт своей любимой девушки.

После того как он ушёл за служанкой, которую прислала Цефея, чтобы проводить его в подготовленную комнату, связался с демонами. Мда… Придётся Такамару хорошенько поплутать, прежде чем найти свою невесту. Из-за пакости, подстроенной Аламом напоследок, Алатея попала к оркам, а ближайший портал, способный перенести его туда, как раз находится на землях царя Скорпионов. О чём сообщаю генералу рано утром и показываю, как быстрее можно добраться до владений Димара Руха. Перед отъездом Такамар в очередной раз поблагодарил за помощь и гостеприимство и заверил в том, что окажет всяческую поддержку, когда настанет время.

День незаметно пролетает в обычных хлопотах, а вот ночь преподносит очередной сюрприз.

Глава 63

Драконы и девушки

— Что тебя гнетёт? — я обняла Тагарда сзади, прижавшись к его широкой спине. — Переживаешь из-за грядущего кровавого полнолуния?

— И да, и нет… Сложно так сразу объяснить… — Тагард перехватил моё правое запястье, а затем коснулся поцелуем тыльной стороны ладони. — Не бери в голову.

— Ты сегодня гонял своих мальчишек буквально до изнеможения, да и сам достаточно много времени провёл, упражняясь с мечом. Не с этим ли связано твоё напряжение?

— Что ты имеешь в виду, Цефея? — Тагард развернулся и обхватил ладонями мою талию.

— То, что чего-то не хватает, и поэтому ты немного злишься. Причём на самого себя. Полетать ведь хочешь?

— Нет, эту ночь, как и все последующие, я хочу провести с тобой.

Я тяжело вздохнула, качая головой:

— Любая другая женщина на моём месте взвизгнула бы от радости и запрыгала до потолка, вот только…

— Только что?

— Потолки у тебя высокие! Пока прыгать буду — точно или ногу сломаю, неудачно приземлившись, или шею сверну! — я рассмеялась, пытаясь разрядить обстановку. — Тагард, ты можешь попытаться обмануть себя или кого-нибудь другого, но не меня. Мечом ты сегодня махал ничуть не хуже, чем в том лесу, когда на нас напали твари, из чего могу сделать вывод, что тебе не хватает малю-ю-юсенькой детальки, чтобы окончательно проверить свою боевую форму. Чешуйчатой такой, крылатой и когтистой. Говорят, драконом зовётся. Сейчас ночь, а учитывая, какого цвета ты во второй своей ипостаси, никто и не заметит…

— Цефея ты уверена?

— В том, что тебе стоит размять крылья? Абсолютно. Полетаешь, убедишься, что спокойно можешь обернуться в любой момент, а не когда кто-то осмелится вывести из себя, и вернёшься обратно в замок. Это наиболее оптимальный вариант, чтобы ты перестал грызть самого себя изнутри, сомневаясь в собственных способностях и возможностях, — я провела кончиками пальцев по заросшей щеке. — Или ты думаешь, что мне легко будет наблюдать за твоими терзаниями? Допустим, слуг тебе удастся провести, так как они подумают, что ты ходишь такой раздражённый из-за замедлившихся темпов ремонта, но не меня точно!

Тагард подхватил меня на руки, а потом поцеловал.

— Ты невероятная, Цефея! Ни одна другая женщина не способна была меня понимать так, как ты!

— Хм… Мне начать ревновать тебя к твоему прошлому, Тагард? — я демонстративно надула губы, пытаясь изобразить из себя оскорблённую невинность, но вышло просто отвратительно, ибо улыбка предательски так и расползалась на лице.

— Но я же ни слова не сказал насчёт того, что ты уже была замужем. Только упомянул, что твой муж был круглым идиотом, не сумев оценить сокровище, попавшее ему в руки! Единственное, в чём ему всё-таки завидую, так это в том, что ему удалось надеть обручальное кольцо на твой палец, а я пока лишён этой возможности из соображений твоей безопасности, — Тагард сразу же помрачнел, как произнёс последнюю фразу.

— Значит, скандала не будет? Эх, а такой повод хороший был! — я слегка щёлкнула своего любимого лорда по кончику носа.

— Даже когда ты выйдешь за меня замуж и пройдёт много-много лет, я всё равно не буду поддаваться, сколько ни скандаль! Потому что, если моя любимая женщина сердится, значит, я в чём-то не сумел её понять и решить какую-то проблему!

— Ммм… Как соблазнительно это звучит! Я обязательно запомню и при всяком удачном случае стану припоминать!

— Всё что угодно, госпожа моего сердца!

Будь я свечкой, растаяла бы наверняка от этих слов до самого основания.

— Ночь не бесконечна, Тагард! Лучше поспеши!

Тагард поставил меня

Я провела рукой по этой наглой чешуйчатой морде, а потом произнесла:

— Буду ждать тебя. Возвращайся скорее!

Судя по довольному оскалу, именно эти слов от меня ждал Тагард, после чего взвился вверх и исчез во тьме. Торчать на открытом пространстве было холодновато, поэтому я в очередной раз порадовалась, что всегда ношу ключи при себе, снимая лишь перед сном, и направилась в Западную башню. Примостившись возле окна, плотнее закуталась в тёплую шаль, подаренную Тагардом и принялась ждать его возвращения, чувствуя себя сказочной принцессой, вглядывающейся в даль, чтобы не пропустить появления прекрасного принца, который её спасёт. Вот только принц был мне и даром не нужен, подайте лучше мне моего дракона обратно! Время шло, а от Тагарда не было ни слуху ни духу. Если бы не способность чувствовать его, возникшая после, кхм, скрепления наших отношений, точно с ума бы сошла. Потихоньку небо начало светлеть, окрашиваясь в тревожные багровые тона. Не знаю, кому пришло в голову воспевать рассветы, как нечто романтическое, но меня восходящее солнце в данный момент сильно напрягало. А если Тагарда заметят приспешники Габриэля? Или кто-то, кто проболтается, что видел огромного чёрного дракона неподалёку от замка одного опального генерала?

Наконец, вдалеке показалась тёмная точка, стремительно увеличивающаяся в размерах. Однако самым странным было то, что чуть позади него была ещё одна: белая! Ещё один дракон⁈ Но откуда⁈ Я протёрла руками глаза, дабы убедиться, не пригрезилось ли мне чего. Теперь я уже была абсолютно уверена, что к замку приближаются два дракона, причём чёрный что-то нёс в своих лапах. Вернее, кого-то… Сомневаюсь, что Тагард решит рискнуть обернуться при таких обстоятельствах над стеной, значит, стоит поспешить вниз. Абы кого он точно в замок бы не притащил, следовательно, приземляться драконы будут во дворе, а учитывая положение тела девушки, наверняка ей понадобится помощь. Я помчалась переходами к комнатам Лэйнор и Лайны. На моё счастье, знахарка не спала, а сосредоточенно помешивала что-то в котелке.

— Лэйнор! Может понадобиться твоя помощь! Бери с собой свою котомку с лекарствами для оказания первой помощи и иди к гостевым покоям!

Девушка кивнула в ответ:

— Я почти закончила. С кем беда? С лордом Тагардом?

— Нет. У нас очередные нежданные гости, среди которых девушка, которая явно находится без сознания. Но что с ней и вообще никаких подробностей пока не знаю.

— Поняла. Сейчас соберу всё необходимое.

— Спасибо! — выкрикнула я уже на ходу и помчалась на кухню, чтобы разжечь огонь над котлом с водой, который перед тем как уйти спать, всегда оставляла Илза, чтобы с утра не тратить время на шатание с черпаками и вёдрами, как она сама выразилась однажды. Через окно было видно, как оба дракона приземлились во дворе, при этом белый держался достаточно неуверенно по сравнению с Тагардом. Неужели ранен? Час от часу не легче! Проверив, что огонь как следует разгорелся, подхватила юбки и поспешила навстречу Тагарду и его спутнику. Выскочив из коридора, я хотела поприветствовать лорда, но не смогла вымолвить и слова, увидев, в каком состоянии находится девушка, которую он нёс на руках. Бедняжка была бледна как полотно и едва слышно время от времени издавала хриплые стоны. Не может быть…

— Что происходит? Рейна? Это же она?

— Да, и ей нужна помощь, — опередив Тагарда быстро произнёс мужчина с янтарными глазами и волосами цвета серебра, облачённый в генеральскую форму.

Обратив на него внимание, я окончательно потеряла дар речи. У меня ноги буквально приросли к полу, а по спине прошиб холодный пот. С трудом оторвав взгляд от генерала Сильверстона, о котором несколько раз упоминал в своих рассказах Тагард, я слегка поклонилась:

— Какие будут распоряжения, лорд Тагард?

— Всё потом. Сейчас нужно помочь ей, Цефея. Займись нашей гостьей.

Ничего себе «гостья»… Лично я её видела мельком на рабовладельческом рынке, к тому же Луна упоминала о ней. Настоящая Цефея знала её, как дочь лорда Дарио Вальтега, которому служил лэйр Лоредан. Что же всё-таки произошло, пока Тагард улетел? Показав, чтобы следовали за мной, я пошла одной из гостевых комнат, которую успели привести до пригодного для проживания состояния. Быстро найдя нужный ключ, открыла дверь, пропуская Тагарда вперёд. Когда он уложил Рейну на кровать, я развязала накидку и увидела рану на руке девушке. Кровь давно запеклась, но приобрела нехарактерный чёрный цвет. Неужели твари близко подобрались к землям Тагарда? Мне уже доводилось видеть, как выглядят их укусы, да и проявившиеся на бледной коже венки лишний раз подтверждали это.

— Этих тварей всё больше, и они всё ближе к поселениям, — проговорил генерал Сильверстон, словно отвечая на вопрос, который я так и не задала вслух.

— Я рискну предположить, что монстры оказались здесь не случайно, — спокойно заметил Тагард.

Я разозлилась на обоих мужчин: нашли место для обмена экспертными мнениями! Не время сейчас лясы точить!

— Попрошу вас обоих покинуть комнату! Рейне нужна помощь. Я сейчас вернусь.

Оказавшись в коридоре, услышала быстрые шаги Лэйнор.

— Быстрее. Там всё плохо: девушка действительно ранена, а в кровь попал яд тварей.

Знахарка передала мне завёрнутые в чистые полотенца бинты, которые придерживала подбородком, а потом достала какую-то склянку из котомки:

— Тогда нужно начать с этой.

Мы вместе вошли в комнату. Оценив, в каком состоянии находится Рейна, знахарка покачала головой. Хорошо хоть Тагард решил, что обоим мужчинам сейчас тут действительно не место, и направился к выходу. Однако любимчик короля Габриэля даже не шелохнулся.

— Сильверстон! Разговор есть!

Только после окрика Сильверстон последовал за Тагардом. Мы с Лэйнор осторожно очистили рану,

— Простите, бога ради, за вторжение… Я всё могу объяснить!

Глава 64

Противник или соратник?

Я немало напугал Цефею, спрыгнув со стены, но как хотелось снова ощутить свободное падение, а потом оборот! Приняв вторую ипостась, поднялся вверх и поравнялся с негодующим лицом любимой женщины. Только она так спокойно реагировала на дракона, не боясь прикоснуться к чешуйчатой морде без намёка на брезгливость или ужас. Слова Цефеи о том, что она будет ждать моего скорейшего возвращения, грели душу, заставляя испытывать не меньшее счастье, чем от полёта. Моя женщина! И только моя! Во веки веков! Влетев на приличную высоту, я сделал круг над замком, а потом направился в безлюдное место, чтобы проверить, не утрачены ли прежние навыки. Вроде не так давно был ранен, а ощущение, что прошла целая вечность.

Тело маневрировало легко, чувствуя потоки воздуха намного чётче, чем года бы то ни было. Почувствовав внутреннее удовлетворение, я в очередной раз отдал дань мудрости Цефеи, которая поняла, насколько важен был для меня сегодняшний полёт.

Маячки, расставленные перед тем, как мне встретился в лесу Такамар, были в порядке, но для полной уверенности, решил облететь границы своих земель. Но стоило отдалиться на некоторое расстояние, как почувствовал стихающие характерные вибрации. Решение было принято без раздумий, пусть у меня нет с собой ни меча, ни какого-либо иного оружия, но пламя и когти тоже способны на многое, особенно если знать, куда бить.

Спланировав как можно ближе к верхушкам деревьев, наткнулся на место побоища. То тут, то там валялись куски изрубленных монстров, если прикинуть по останкам, принадлежащих к разным видам. Три… Пять… Да сколько же их было⁈ Судя по потухшему кострищу, твари напали на каких-то путников, вот только те оказались при оружии и весьма умелы в обращении с ним. По-хорошему всё стоило выжечь огнём подчистую, но ещё при подлёте к этому месту я разглядел мерцающий огонёк, а так как ни одного мертвеца среди деревьев не было, то стоило проверить, не нужна ли кому помощь.

Чтобы не раскрыть себя, снова вернул себе человеческий облик заблаговременно, держа курс на отблески пламени костра, мелькающие среди деревьев и кустарников. На очередной поляне я разглядел две фигуры, одна из которых лежала на земле и практически не реагировала на хлопоты второго путника возле себя. Мне показались знакомыми манера передвигаться и некоторые жесты, и только выйдя к костру, понял, что не ошибся.

— Сильверстон…

— Тагард…

Сильверстон отреагировал на моё появление спокойно, даже с некоторой обречённостью в голосе. Вот только каким образом здесь оказался верный пёс Габриэля, да ещё и с девушкой, которой, похоже, всё-таки досталось от тварей, потому что её противоестественная бледность не походила на ту, что бывает даже при сильной обычной лихорадке.

— Не ожидал увидеть здесь верного слугу и любимца короля Габриэля.

Мои слова однозначно задели Сильверстона, но он лишь поморщился и помог девушке сесть, а затем выпрямился во весь рост. Весьма непривычно было видеть подобное проявление заботы от него.

— Мы сбежали из замка.

— Неужели? И что же сподвигло тебя на такие действия?

— Габриэль окончательно свихнулся, его действия и желания стали слишком непредсказуемы, — аргументировал свой поступок Сильверстон, чем немало меня повеселил. Слишком много крови было на его руках, ведь все особые поручения короля доставались именно ему.

— Ты только сейчас это понял? До этого выполнял каждую его прихоть.

— Это слишком долгий разговор, мы тебя не потревожим и не собираемся заходить на границу твоих владений.

— Но судя по всему, девушке нужна помощь, — я прикинул расстояние до своего замка, увы, оно было приличным. — Клыки и когти тварей ядовиты. Она может не дожить до рассвета…

Сильверстон смотрел на меня с недоверием, явно сомневаюсь, что собираюсь им помочь. А девушке тем временем становилось всё хуже, хоть она и старалась бодриться.

— И что ты предлагаешь? — хрипло спросил любимчик Габриэля, даже не скрывая в голосе напряжения.

— Удивительно, что тебе кто-то дорог… Конечно, это не входило в мои планы… Но я вижу в тебе проблески адекватности, и то, что тебе тоже не нравится происходящее в Драноэрсе. Не знаю, чем ты руководствовался, беспрекословно выполняя приказы короля в своё время. Но верю, что ты не разделяешь его помешательства. Во всяком случае сейчас, но, как мне кажется, и раньше, — я посмотрел на небо, прикидывая, через какое время начнёт рассветать. — Ты всегда был для меня загадкой, но всё же капля подозрения к твоей личности у меня имеется.

Сильверстон скептически прищурился, скрещивая руки на груди:

— Считаешь, что Габриэль подослал меня с тайной миссией?

Слишком мало времени осталось до восхода солнца, можем не успеть добраться до замка. Вздохнув, я покачал головой:

— Не знаю я уже, кому верить. Тебе хотелось бы, но учитывая твою былую верность…

— У меня были на то причины…

— Интересно какие?

Он было начал объяснять, но тут из уст девушки вырвался хрип, поэтому особо так ничего не сказав, Сильверстон опустился перед ней на колени:

— Рейна…

Но девушка замолчала и никак не реагировала на него. Неожиданно в голосе Сильверстона мне почудилась мольба:

— У нас нет времени на выяснение отношений, обещаю, что расскажу всё, о чём знаю, только помоги ей!

— Ладно. Только, Сильверстон, поклянись мне — всё, что сейчас произойдёт, останется тайной. Держи язык за зубами, иначе обещаю: будут последствия.

На этот раз интонация с умоляющей сменилась на угрожающую:

— Клясться не в моих интересах!

— Даже ради той, которая может умереть… и что так дорога тебе?

Наверное, впервые за всё время нашего знакомства во взгляде Сильверстона промелькнуло отчаяние:

— Ты прав, пора пересмотреть свои взгляды в связи со сложившейся ситуацией… Она мне дорога, даже очень… Поэтому я клянусь хранить тайну, которую ты мне раскроешь, во имя спасения Рейны.

После того как в воздухе промелькнул соответствующий знак, я перешёл к сути дела:

— Хорошо. Сейчас мы отправимся в мой замок, а так как состояние девушки ухудшается, придётся прибегнуть к кое-каким уловкам, если можно так сказать.

— Уловкам? — Сильверстон непонимающе

— Я смог вернуть себе способность обращаться в дракона.

Похоже, что после вынужденного принесения клятвы, мои слова окончательно его добили, ибо иначе как шоком, состояние Сильверстона было нельзя назвать.

— И я готов на время дать такую же возможность тебе.

Конечно, Сильверстон был полукровкой, а они напрочь лишены способностей к смене ипостаси, но будучи не просто наследником своего рода, а последним драконом, считавшимся априори старшим, я действительно мог осуществить то, о чём только что сказал.

— Мне? Но как… Да и…

— Неважно как. Один раз, на большее не рассчитывай.

Сильверстон снова поднялся, а я крепко вцепился в его правое плечо, устремляя родовую магию к нему и одновременно устанавливая взглядом контакт:

— Оборачивайся!

— Как?

Но мне понадобилось лишь ещё раз отдать приказ, чтобы пробудить его дракона. Оттащив Сильверстона подальше от костра, оборвал поток и обернулся сам. Тело королевского любимца согнуло пополам так, что он обхватил себя руками, срывая до хрипа и стонов голос. Увы, первый оборот всегда весьма болезненный, но подросткам его пережить проще из-за того, что кости не до конца сформировались, а вот взрослому, особенно полукровке… В итоге Сильверстон повалился на землю, а поднялся, уже будучи белоснежным драконом. Я чуть приподнялся над поляной, чтобы иметь возможность зажать в лапах Рейну так, чтобы ей не навредить, но при этом не выронить во время полёта.

— Отдай… Сам… Понесу… — раздался в голове голос Сильверстона.

— Ты сперва со своими крыльями разберись, новорожденный! Куда лететь, хоть знаешь? То-то же! Не отставай!

Поначалу его вихляло из стороны в сторону, но потом, почувствовав потоки стихии, он освоился и достаточно сносно полетел вслед за мной. В момент приземления во дворе замка, ненадолго удержал Рейну магией, а потом сменил ипостась, подхватив девушку руками. Сильверстон умудрился вернуть себе человеческий облик самостоятельно, но не удержался на ногах, рухнув на колени.

— Вставай! У нас мало времени!

Сильверстон собрал остатки сил, поднялся, но сделав несколько шагов, снова покачнулся.

— Я понесу её, показывай путь!

— Ты себе устойчивость сперва верни, а то вижу, что каждый шаг даётся с трудом.

Несмотря на явное недовольство, спорить со мной он не стал, признав мою правоту. Стоило нам миновать коридор, ведущий из главного зала к Юго-Восточной башне, как нам навстречу выскочила Цефея. При виде того, с каким ужасом она посмотрела на Сильверстона, у меня кольнуло в сердце. Хорошо, что она быстро взяла себя в руки и проводила в гостевую комнату. Теперь понимаю, почему Сильверстон согласился дать мне клятву, ведь за всё время следования он взгляд не сводил с Рейны, переживая за неё, как за самую большую драгоценность в мире. Она была для него так же, как для меня Цефея. Даже когда она потребовала нас удалиться, чтобы Лэйнор занялась лечением, отказывался уходить, но потом смирился.

— Выкладывай, всё, что знаешь. В первую очередь, что ты забыл в этих землях и что с тобой делает эта девушка?

С силой проведя рукой по волосам, Сильверстон устало вздохнул:

— Всё очень плохо. Не знаю, дошли ли до вас слухи, но Габриэль убил короля орков Азога. И не только его. Заманил к себе в замок под дружеским предлогом вместе с его наследниками и их жёнами… и отравил. Причём самым отвратительным способом. Одному из орочьих генералов, Иггрху, удалось сбежать — я помог.

— Ты? — моему удивлению не было предела. — Пошёл против Габриэля?

— Орки в опасности… Покидая замок, я заметил чёрную дымку, окутавшую башни королевского замка. К сожалению, это плохой знак. Рискну предположить, что Габриэль выпустил Тёмного.

Даже несмотря на данную мне клятву, я всё ещё не мог доверять Сильверстону, а потому хотел до конца «прощупать» его намерения и убедиться в искренности.

— Выпустил? Так легко? Он же артефакты для этого искал.

— Артефакты были нужны, чтобы Тёмный смог обрести плоть и кровь. Тут что-то было другое. Но так или иначе, с его появлением чудовищ стало больше, и думаю, что они собираются атаковать орков. Я виделся с лордами Севера на невольничьем рынке… Рейна — одна из артефактов. Думаю, что остальные также сокрыты в людях.

А вот того, что Сильверстон решится открыть мне эти подробности, я не ожидал.

— Тагард? Почему у меня создаётся ощущение, что ты тоже… о чём-то осведомлён?

— Я всё ещё не до конца тебе доверяю.

— Понимаю, как всё это выглядит, но… Я действительно пошёл против Габриэля и с самого начала не разделял его методы и убеждения… Рейна изменила мои планы, и всё пошло иначе, чем я предполагал.

— Что-то я этого не заметил. Судя по твоей прыти и полному подчинению.

Было явно ещё что-то, о чём Сильверстон умолчал, но на этом его откровения закончились. Он явно не просто так столько лет ошивался возле Габриэля. Недаром же его называют «верным псом короля».

— Надо отправить сообщение оркам. Им следует быть готовым.

А вот эта обеспокоенность насчёт орков снова склонила чашу весов в пользу Сильверстона. Придётся снова связаться с демонами, так как они быстрее донесут до орков информацию в нужном ключе.

— Хорошо, я распоряжусь. Но учти, если вдруг ты сделаешь то, что мне не понравится — пеняй на себя!

Сильверстон не успел ничего ответить, как внезапно раздался вскрик Цефеи. Не медля ни секунды, мы рванули в сторону комнаты, в которой оставили девушек, но оказавшись на пороге, замерли от увиденного.

Глава 65

Целительница

Едва я вскрикнула, увидев хрупкую девушку, с длинными каштановыми волосами, переминающуюся с ноги на ногу, как в комнату ворвались Тагард вместе с Сильверстоном. Незнакомка, словно сама не понимая, как тут очутилась, с тревогой переводила свой взгляд на каждого из присутствующих.

— Так всё же… кто ты и как здесь очутилась? — громко произнёс Тагард.

Девушка неуверенно посмотрела на кольцо, потом снова на нас.

— Меня зовут Алатея… я честно не знаю, как так получилось. Искала своего жениха: Такамара де Вали.

— Такамар… твой жених? — в ошарашенно произнёс Сильверстон, видимо, немало удивлённым этим обстоятельством.

Тем временем Алатея взглянула на Рейну и немало взволновавшись, кинулась к ней:

— Что случилось?

Сильверстон попытался преградить ей путь, но Тагард остановил его, показывая, чтобы тот не вмешивался, понимая, что только целительница способна помочь девушке.

Мы тоже посторонились, наблюдая, как Алатея аккуратно коснулась

— Возможно… я смогу ей помочь…

Сильвестон не выдержал и упал на колени перед кроватью:

— Как?

— Я… скажем так, — было видно, что Алатее неловко, а, возможно, боязно признаваться в том, кем является, — Я — ведьма и у меня есть дар исцеления.

— Ведьма? — удивлённо произнёс Сильверстон. — Мне казалось, что ведьмы на этом материке давно…

— Вымерли? — перебила его девушка, — Да, это так. Нас действительно… очень мало… даже сказала бы, что почти нет.

— Если ты спасёшь Рейне жизнь, проси что хочешь.

Алатея неуверенно кивнула и вновь перевела взгляд на нуждающуюся в помощи. Она положила одну руку на рану, другую на живот Рейне и закрыла глаза. Под её ладонями зажглись небольшие голубые искорки.

Тагард подошёл к Сильверстону и тихонько шепнул:

— Я думаю, всё обойдётся. Рейна, судя по всему, в надёжных руках. Мне кажется, что нам всем лучше выйти. Тут уже никак не сможем помочь

Я кивнула, соглашаясь с Тагардом и показала Лэйнор, что нам стоит покинуть комнату, чтобы не мешать целительнице. Понимаю, что в нашей знахарке сейчас разжёгся профессиональный интерес, но Алатее сейчас действительно лучше сосредоточиться на Рейне.

Сильверстон замялся, но грозный голос Тагарда раздавшийся из коридора, заставил его подняться и направиться к выходу.

— Ночь была тяжёлая… думаю, что нам всем стоит отдохнуть. Цефея, распорядись, чтобы подали еду гостю. В столовую.

Развернувшись, он ушёл, а мы с Лэйнор направились в противоположную сторону, чтобы выполнить распоряжение Тагарда. Неожиданно позади нас раздался голос Сильверстона:

— Цефея…

Остановившись, я бросила быстрый взгляд через плечо, пытаясь понять, чего ему от меня понадобилось.

— Мне никакой еды не надо, только если для Рейны, когда ей станет легче. Предпочту остаться здесь и ждать новостей о её самочувствии.

Кивнув Лэйнор, что она может отправляться к себе, я развернулась и подошла к Сильверстону. Как бы он меня не раздражал своим присутствием в замке, но чисто по-человечески могла его понять. Сколько бы крови ни было на его руках, но мне прекрасно было видно, насколько Рейна ему дорога и что он готов ради неё на многое, если не на всё. К тому же если Тагард не только привёл его в замок, но и не выгнал, когда они ушли переговорить, значит, на то есть веская причина, перевешивающая все былые грехи королевского любимчика.

— Не стоит вам находиться под дверью. Следуйте за мной.

Я открыла дверь в соседнюю комнату, показав, чтобы Сильверстон следовал за мной. Пройдя через первое помещение, миновали второе и оказались в тёмном коридоре. Тем самым, что пользовались когда-то слуги в случае приезда гостей, чтобы лишний раз не попадаться им на глаза, исполняя сови обязанности по уборке. Распахнув очередную дверь, я отошла в сторону:

— Вы можете переждать здесь. Это смежное помещение с комнатой, в которой сейчас находится Рейна.

Я привела Сильверстона в умывальную комнату, смежную с гостевыми покоями, которые сейчас занимала Рейна. Мебели здесь было немного, всего лишь столик, стул, зеркало, да пара шкафов и несколько полочек на стенах.

— Спасибо, — произнёс Сильверстон, но я его услышала, уже будучи в коридоре.

Будить служанок я не стала, равно как и Илзу, а просто собрала еды на поднос для Сильверстона. Потом всё-таки сходила за двумя помощницами кухарки, предупредив, чтобы потихоньку занялись завтраком и были готовы собрать ещё пару подносов с закусками, а то и чем-нибудь более основательным вроде разогретой похлёбки.

При моём появлении Сильверстон едва не вскочил на ноги, но я покачала головой, пристраивая поднос с едой на столик:

— Здесь немного, позднее принесу ещё. Мы не ждали гостей. Когда Рейна придёт в себя, накормят и её.

— Спасибо Цефея, ты очень великодушна…

Не в великодушии суть, но хоть отблагодарил — уже неплохо.

Оставив его, я вернулась на кухню и отдала приказ, чтобы в столовой накрыли для Алатеи. Чувствую, что ей потребуется основательно подкрепиться, да и Тагарду бы не помешало тоже. Пока девушки хлопотали возле очага и собирали посуду на подносы, я разбудила Сидану, предупредив, чтобы она была готова прислуживать в столовой. Проследив за тем, что всё готово, сообщила Тагарду, отправив служанку оповестить Алатею и сопроводить ту, как только она закончит. Вскоре целительница действительно появилась в столовой и совершенно искренне обрадовалась мясной похлёбке. Судя по виду, Алатея сильно вымоталась, пока лечила Рейну, но главное, что теперь спутнице Сильверстона ничто не угрожает. Всё, что от меня требовалось, я выполнила, а потому тоже присоединилась к трапезе, чувствуя, насколько проголодалась за эту суетную ночь. Ничто так не опустошает силы, как нервы.

— Лорд Тагард, вы не подскажите, где сейчас генерал Такамар де Вали? Как я поняла из вашей реакции — он был здесь? И вы знакомы…

— Да, рано утром он покинул особняк, чтобы найти тебя, — хмыкает Тагард. — Вы разминулись на несколько часов.

— Чёрт! — вырывается у Алатеи.

Я едва не подавилась, услышав знакомое ругательство. Кажется, подозрительность слишком плотно впустила в меня свои корни, поэтому решаю уточнить:

— Что ты сейчас сказала?

Судя по реакции Алатеи, она тоже в курсе, хотя бы в общих чертах, о том, кем я являюсь на самом деле, но Тагард тоже не спешит показать своим видом о своей осведомлённости насчёт Габриэля, Тёмного и девушках-артефактах.

Целительница забавно таращит на меня глаза, намекая на необходимость в приватном разговоре:

— Вы не проводите меня в комнату? Боюсь, что не запомнила расположение комнат. Да и после сеанса лечения ноги едва держат.

— Я провожу нашу гостью, лорд Тагард.

Откланявшись, мы покинули столовую, но уже за первым поворотом Алатея атаковала меня вопросами о том, точно ли я с Земли и как моё настоящее имя. Чтобы окончательно убедиться в том, что она тоже такая же, как и я, спрашиваю, как она тут очутилась, но, заслышав шаги неподалёку, предупреждаю свою новую знакомую:

— Тише! Здесь у всего есть уши. Поговорим в комнате!

Проводив Алатею во вторую гостевую комнату, которую мы держали на такой случай, проверяю, что в коридоре никого нет, и запираю дверь.

— Значит, ты — та самая Алатея, целительница. И тоже очнулась на невольничьем рынке?

— Угу.

Судя по реакциям и ответам девушки, она всё-таки не до конца понимает, во

Алатея тем временем забравшись в кровать с ногами, видимо, ей так было легче беседовать.

— А я, значит, поехала отдыхать в Шотландию, оступилась на развалинах замка и полетела вверх тормашками в воду. Бам! И уже здесь. Точнее, на рынке. Кажется, это ты меня тогда там меня лечила… Рынок… Почему мы все очнулись именно там?

— Пока не знаю, но есть мысль, что девушки, чьё место мы заняли, умерли именно на рынке. И в этот момент подселились мы, вернее, наши души.

— Это всё звучит как-то отвратно, честно говоря, — я потёрла указательным пальцем переносицу, усиленно размышляя, как подвести эту девушку к выводам о неизбежно, очень уж она… светлая, что ли, — Должна быть какая-то цель. Или человек, который нас переместил. Я помню старуху с зельем, но смутно. Кажется, нас чем-то опоили. А потом — провал.

— Да, я тоже помню. Значит, был ритуал.

— И теперь нас ищут…

— Габриэль.

— Ты в курсе? — совершенно искренне удивляется Алатея.

— В последнее время звучат такие разговоры и столько всего происходит, что сложить одно к другому не составило труда. Я уже видела его и могу сказать с уверенностью, повторно встречаться не горю желанием. На память о гостеприимстве короля мне остались шрамы.

Алатея охнула, всплеснув руками, поэтому пришлось её немного успокоить.

— Не он сам — его псы постарались… Забудь, дела минувших дней. Знаешь, пока мужчины носятся с оружием наперевес, было бы неплохо разработать какой-то план. На случай непредвиденных ситуаций.

Но нашу беседу прерывает стук в дверь. Не дождавшись моего разрешения войти, в комнату заглядывает испуганная Фенелла:

— Аира Цефея, вы срочно нужны нам!

— Что случилось, Фенелла?

— Лорне стало худо! — как-то странно мнётся служанка, вызывая у меня дополнительные вопросы насчёт того, как она вообще оказалась в каморке няни Тагарда.

— Лорду Тагарду уже доложили?

— Нет, — Фенелла прячет глаза, — сразу вас побежала искать. Вы же знаете, Лорна никого к себе не подпускает, кроме вас и Илзы!

Час от часу не легче!

— Алатея, мне совестно просить, но ты не могла бы пойти со мной? Объясню по дороге.

— Идём. Кто такая Лорна и что у вас стряслось?

— Лорна — это няня лорда Тагарда, — стараясь не переходить на бег, быстро отвечаю Алатее, прекрасно понимая, что после лечения Рейны она ещё не до конца оправилась, хотя выглядела уже значительно бодрее, чем когда пришла в столовую.

— В возрасте, значит… Если проблемы со здоровьем Лорны связаны с естественным процессом старения, то я помочь не смогу.

— Да, она немолода. Но дело не в этом. Я заметила, что с каждым днём ей становится хуже, хотя мы сумели поставить её на ноги. Она даже передвигалась по замку, а потом… Внезапное ухудшение, но заметное лишь тем, кто близко с ней общается. Знаешь, будто что-то стало подтачивать её силы изнутри. У меня мелькнула мысль, что старушку кто-то травит втихаря, но об этом пока никому, пока у меня не будет доказательств!

— Хорошо, — соглашается Алатея.

Возле лежащей без сознания стонущей Лорны хлопотала Илза, пытаясь привести её в чувства.

— Илза, пойдём отсюда. Пусть Алатея осмотрит её!

Мы вышли с кухаркой в коридор, так как для нас троих в каморке было слишком мало места. Дверь закрывать не стали, чтобы, если целительнице понадобится помощь, не терять времени. Алатея растирает ладони, а затем прикладываю их к вискам Лорны. Потом смещается ниже, пока не замирает в районе живота.

— Что-то есть, — отрывается от этой своеобразной «диагностики» Алатея. — В районе желудка. Лорну чем-то поили или кормили… Точнее не скажу. Действовать надо быстро, или мы её потеряем.

— Что от нас требуется?

— Принеси, пожалуйста, воды. И пару подушек. Мне нужно несколько часов.

Я дотрагиваюсь до шепчущей себе под нос Илзы, чтобы хоть немного приободрить, а потом бегу выполнять просьбу Алатеи. Целительница настолько погрузилась в процесс, что даже не заметила ни моего появления, ни подложенных себе под спину подушек. Только изредка просит дать выпить воды. А у меня всё не выходит из головы, каким образом Лорну травили? Илза же отдельно для неё всегда готовила либо брала какие-то блюда из общего котла, относили тоже проверенные служанки, либо мы с кухаркой. Одно время Лорна даже ела со всеми ну кухне. Жаль, что сейчас не могу отлучиться и вытрясти всё из Фенеллы. Алатея сказала, что отрава могла попасть и через питьё… Вот же тварь! Да, каждое утро мы меняли кувшин с водой, но на ночь всегда приносили полный, зная, что в каморке бывает душновато и Лорна встаёт попить. Убью гадину!

Только на рассвете Алатея опускает свои руки, откидываясь на подушки:

— Всё… Я вывела из её организма эту дрянь. Будет жить ваша няня…

Я проводила обессилившую целительницу в предназначенную ей комнату, а сама умчалась на кухню, чтобы собрать для неё еды. Нет, она ещё и отказаться пытается! Так дело не пойдёт!

— Ешь и бегом в кровать! Ты за один день спасла двоих: и Рейну, и Лорну. Хватит геройствовать, Алатея.

— Тебе бы тоже отдохнуть, — вздыхает девушка, отправляя в рот остатки жаркого.

— На том свете отлежусь! — отшучиваюсь я, а сама понимаю, что пока не разберусь с Фенеллой, даже близко к подушке не подойду. Разве чтобы использовать её не для сна, а совершенно в иных целях. Пожелав Алатее доброй ночи, хотя какая ночь, светает же, я вышла в коридор и приложила руку к стене. Надо же, как интересно… Оказывается, не только я сейчас не сплю. Ну, держись, подлая мерзавка!

Глава 66

Дрянь

Замок не просто показал мне, где находится сейчас Фенелла, но сообщил о том, что она пыталась пробраться в мою комнату, только он не позволил. Надо было сразу к нему обратиться, как только заподозрила неладное, но столько всего произошло, что в первую очередь помчалась спасать Лорну, поддавшись эмоциям. А потом совершенно не до того стало. Как бы няня Тагарда на меня ни ворчала, но оставить её в беде мне бы совесть не позволила. При всём

Как бы Лорна ни делала вид, что отреклась от своей родной крови, но я-то видела, насколько ей не безразлична судьба внучки, как переживает за неё. Узнав, какой был мной преподан урок непутёвым служанкам, она слёзно меня благодарила за подаренный им шанс исправиться, одуматься. Вот только Фенелла не оценила его, затаив зло в своём сердце и задумав чудовищное. Вот только не пойму, зачем ей было травить родную бабушку? С какой целью? У Лорны не было ничего ценного, чтобы можно было предположить жажду получить наследство. Привлечь внимание Тагарда? Так для этого стоило начать проявлять заботу о бабушке вместо того, чтобы устраивать ей концерты, строя из себя бедную-несчастную ни кем не любимую сиротинушку. Нет, ну хорошо. Мне бы отомстила, в конце концов, считая соперницей на пути к своему счастью! Хотя после выходки с отрезанием косы должна была понять, что это путь в никуда.

Несмотря на сильную усталость, во мне всё внутри кипело и клокотало. Вот как? Как можно собственными руками травить пожилую женщину, приходящуюся тебе не просто родственницей, а родной бабушкой, вырастившей и воспитавшей с младенческих пелёнок⁈ Да просто сама мысль о лишении другого человека жизни, когда речь не идёт о защите собственной жизни или родных, чудовищна! Я могу сколько угодно кричать, что готова кого-то придушить или прибить собственными руками, но это совершенно не означает, что так поступлю на самом деле! А если бы Алатея не оказалась сегодня в замке и не спасла жизнь Лорны, уничтожив отраву внутри неё, няня Тагарда бы умерла! Вот чем, чем она помешала Фенелле⁈ Остановившись на лестнице, я прислонилась к стене, чтобы отдышаться, и почувствовала прилив сил.

— Спасибо тебе, мой хороший! Клянусь, я вытрясу из Фенеллы всю правду, чего бы мне это ни стоило!

Понять бы ещё, что эта мерзавка задумала, поднявшись на крепостную стену. Что-то сильно сомневаюсь, что она решила сделать нам поистине «королевский» подарок и добровольно прыгнуть вниз, избавив от своего общества. Запоздало подумав о том, что стоило всё-таки сообщить Тагарду о вероломстве Фенеллы, я продолжила свой путь. Ничего, с одной девчонкой справлюсь, тем более что причинять ей физический вред не намерена. Тихонько приоткрыв дверь, ведущую на стену, увидела Фенеллу, вытаскивающую что-то из кармана.

— А ну стоять!

Девушка резко дёрнулась, а потом заметив моё приближение, злобно улыбнулась:

— Так будет даже лучше!

В её руках блеснула заполненная на одну треть какой-то жидкостью склянка, с которой она попыталась сковырнуть большим пальцем пробку.

— Фенелла, ты что задумала⁈ Зачем Лорну травила, негодница⁈

— Все считают тебя умной, Цефея, а ты дура набитая! Я лучше тебя и намного сообразительнее! Признаю: сглупила, когда решила действовать напрямую, когда стоило изначально избавиться от тебя схитрив!

Я медленно нащупала висящий на поясе кинжал, подаренный Тагардом после последней тренировки. В предрассветных лучах солнца расхохотавшаяся Фенелла выглядела жутко. Её растрёпанные волосы, подхваченные ветром, напоминали шевелящихся змей, а глаза светились безумием.

— Вначале я думала сразу отравить бабку, а тебе подкинуть полупустой флакон с ядом, чтобы лорд Тагард понял, насколько ты мерзкая и циничная тварь, убирающая на своём пути всех, кому он благоволит, чтобы всё внимание всецело доставалось только тебе! Но потом поразмыслила и пришла к выводу, что это слишком легко и просто. Он бы тебя простил, а то и вовсе решил, что она скончалась от старости. Зато наблюдать, как она угасает с каждым днём, страдает, мучается от боли в желудке, скрывая ото всех… Вот высшее доказательство твоего бессердечия! Только самая распоследняя негодяйка способна на такое! Именно такой вывод должен был сделать лорд Тагард, прежде чем казнить тебя на виду у всех! А потом я бы его утешила, проявила сострадание… Ведь ничто так не сближает двоих людей, как общее горе! Я даже раскаялась бы во всех своих прошлых грехах, прося прощения у безвременно почившей бабушки, которая так никогда больше не сможет меня простить, ибо не сможет… Мёртвые ведь всегда безмолвны!

От циничности, с которой Фенелла мне всё это рассказывала, у меня волосы на голове встали дыбом. А если учесть, что она так открыто хвалилась своей гениальной задумкой, вывод напрашивался только один: в свою защиту мне будет нечего сказать, потому что наверняка не смогу. Не просто же так Фенелла сказала, о том, что мёртвые голоса не имеют. Вопрос только в том, каким образом она решила избавиться от меня. Столкнуть со стены? Так это ещё постараться нужно.

— Думаешь, что я тебя убью? Не-е-ет! Это слишком банально для такой, как ты. Я уничтожу тебя своими словами, разыграв несчастную жертву женского коварства! И как удачно в замке оказалась целительница! Бабку она, конечно, уже не спасёт, слишком выдохлась, когда лечила ту странную гостью, ведь отрава глубоко пропитала старое тело, которое давно потеряло способность сопротивляться. Так что я ещё сумею пострадать на публику, а потом меня исцелят, а тебя казнят, когда расскажу, что это ты нас обеих травила, но мой молодой и крепкий организм справился вопреки всем твоим козням! — с этими словами Фенелла выдернула пробку и опрокинула в себя содержимое склянки, которую тут же выбросила за стену.

— Лорна жива, ты просчиталась, Фенелла! — раздался позади меня холодный голос Тагарда.

— Лорд Тагард! Это она! Цефея меня отравила, заставив выпить отраву! Она угрожала мне кинжалом! — тут же заголосила Фенелла, притворно сгибаясь пополам и цепляясь при этом за зубец крепостной стены, чтобы не упасть.

— Можешь пытаться разыгрывать из себя невинную овечку сколько угодно, вот только я слышал всё. От первого слова и до последнего, и это тебя казнят, а не Цефею.

— Нет! Нет! Нет! Так не должно было случиться! Это я! Я достойна вашей любви, а не она! — Фенелла резко выпрямилась и тут же кинулась на меня, намереваясь вцепиться руками в глотку.

Вот только тут случилось непредвиденное: внезапно часть

— А-а-а-а!!! Не-е-е-ет!!! Я не хочу умирать! Я слишком молода для этого! — Фенелла ухватилась каким-то чудом за край и теперь визжала от страха.

Я бросилась к провалу и протянула ей руку:

— Хватайся!

Что бы она не натворила, но дать ей погибнуть я просто не могла.

— Цефея, стой! — крикнул позади Тагард, но я уже распласталась на краю стены.

Фенелла оторвала правую руку от камня и ухватилась в моё запястье, пытаясь подтянуться, но потом испуг в её глазах сменился всё тем же безумным блеском, и вот она уже обеими руками потянула меня за собой. Наверное, мы бы так и улетели вниз, если бы Тагард не перехватил мою талию. Поняв, что её план с треском провалился, Фенелла продолжила за меня цепляться, раздирая своими ногтями мои кисти. Стена снова шевельнулась, резко выдвинув один из блоков вперёд, и в ту же минуту девушка получила удар в грудь и, разжав от неожиданности руки, сорвалась вниз. А мы вместе с Тагардом кубарем отлетели к противоположной стороне. Раздававшийся крик ужаса резко оборвался вместе с глухим ударом об землю.

— Нет… Не может быть… — словно заторможенная, я хотела подняться, но сильные руки Тагарда удержали меня на месте.

— Всё, Цефея… Всё… Она сама подписала себе приговор…

Извернувшись, я уткнулась лицом в рубашку Тагарда и, пытаясь справиться с подступившим к горлу комом, прошептала:

— Что же она натворила… Мне нужно было лучше за ней приглядывать…

— Ты ни в чём не виновата, Цефея. Не кори себя, — Тагард поглаживал меня по спине, пытаясь успокоить, но передо мной так и стояло перекошенное от злобы лицо Фенеллы, падающей вниз. — Главное, что ты осталась жива.

— Из-за моей глупости ты и сам едва не пострадал.

— Это не глупость, Цефея… У тебя просто доброе сердце, которое, несмотря на всё то зло, что сотворила Фенелла, не позволило тебе остаться в стороне, дожидаясь, когда она сорвётся.

Тагард всё говорил, утешая меня, а я всё не могла поверить в то, что только что произошло. Вышла из этого заторможенного состояния, только когда услышала скрежет камней за своей спиной, а повернув голову, увидела, как последний блок встал на место, словно никакого провала и не было. Но при этом точно была уверена, что Тагард своей магией не пользовался.

— Но как же это…

— Замок всегда старается защитить тех, кто ему дорог и кто раскрывает ему свою душу. Пойдём отсюда, — Тагард поднял меня на руки и понёс прочь. Бесполезно было ему говорить, что смогу сама дойти до комнаты, только уложив меня на свою кровать, он разжал свои объятия.

— Побыть с тобой рядом? Или лучше сперва сходить за Лэйнор, чтобы она твои руки обработала? Могу попросить Алатею, чтобы она…

Я посмотрела на свои исполосованные кисти и запястья, на которых наливались синяки, и покачала головой:

— Не стоит их тревожить, они и так почти всю ночь не спали.

— Тебе самой поспать бы не мешало, — Тагард погладил меня по голове, а затем поцеловал в висок.

— Ничего, я всё-таки немного успел отдохнуть, пока Илза не разбудила, сказав, что ты сейчас точно пойдёшь Фенеллу убивать.

— Илза?

— Она едва дверь не вышибла, когда поняла, что ты пошла не в свою комнату отдыхать после того, как Алатея излечила Лорну.

— Теперь понятно, как ты оказался на стене…

— Да. Больше всего боялся, что не успею. Но даже предположить не мог, что Фенелла опустится до такого…

Я вздрогнула, вспомнив, что она наговорила перед тем, как погибнуть.

— Побудь пока здесь, я всё-таки зайду к Лэйнор. Да и Алистера нужно попросить, чтобы убрал тело.

Я кивнула, нехотя отпуская руку Тагарда, а когда дверь за ним закрылась, едва не застонала, сообразив, что однажды ему уже приходилось сталкиваться с подобным… Только тогда это были его мать, госпожа Гленна и сестра Мэйгрид…

Глава 67

Час от часу не легче

Я попыталась встать, чтобы догнать Тагарда, но ноги подкосились, а замок безмолвствовал. То ли слишком много выплеснул сил на устранение Фенеллы, то ли таким образом намекал, чтобы не лезла не в своё дело. Поэтому ничего не оставалось, как растянуться на кровати и ждать возвращения своего любимого мужчины, искренне надеясь, что у него не перемкнёт в голове на гибель сестры и матери. Впрочем, появился в спальне он достаточно быстро, принеся с собой несколько флаконов со снадобьями.

— Ты всё-таки зашёл к Лэйнор…

— Не могу же я заставлять свою женщину страдать. Вопрос с телом Фенеллы тоже решён: чтобы избежать пересудов среди прислуги во время похорон, которых она не была достойна в связи со всеми своими прегрешениями, его предали пламени. Давай сюда свои руки, — невозмутимо ответил Тагард, откупоривая первый. — Восстанавливающей мази, увы, не осталось, но ак быстрее все ссадины затянутся.

Услышав его спокойный тон, я и сама расслабилась, протягивая вперёд исполосованные Фенеллой руки. Как же всё-таки приятно, когда мужчина вот так проявляет внимание и заботу, а не вручает местный аналог аптечки, сваливая тут же в туман. Как и тогда, на том постоялом дворе, он методично обработал все ранки, а потом дал выпить восстанавливающее снадобье. Я сразу же почувствовала, как начала оживать, ощущая себя уже не придатком к телу, а вполне себе цельным существом.

— А теперь тебе необходимо хотя бы немного поспать, Цефея. Слишком долгий день был…

Однако я нашарила ногами туфли и выпрямилась:

— Успеется. Сначала всё-таки хочу тебе кое-что показать, иначе снова кто-нибудь заявится в замок, а то и вовсе разрушит его до того, как ты сам всё увидишь.

— Цефея!..

Но я приложила палец к губам Тагарда и поцеловала его в щёку:

— Пойдём. Быстрее вернёмся.

Поманив укоризненно вздыхающего мужчину за собой, краем глаза заметила, как на его ладони зажёгся лепесток пламени, освещая нам путь. Раз сегодня хороним мёртвых, значит, следует сделать это до конца. Нащупав на связке два одинаковых ключа, я сняла их оба и протянула Тагарду:

— Ты хотел, чтобы в эти комнаты никто не входил, поэтому я отдаю тебе их, и теперь никто, кроме тебя, не сможет открыть эту дверь.

Тагард отпер дверь и первым вошёл внутрь, хотя пытался пропустить меня вперёд.

— Но… Цефея, как тебе это удалось? — Тагард провёл рукой по резной спинке кровати, а потом, обернувшись, замер напротив шкафчика для рукоделия.

— Я достаточно неплоха была в своём деле. В прошлой жизни.

Ошеломлённый Тагард прошёл через все помещения, касаясь пальцами время от времени какого-нибудь элемента, словно не веря своим глазам в реальность увиденного.

— Похоже?

Он резко развернулся и сгрёб меня в охапку, отрывая от пола:

— Ты совершила невозможное, Цефея! Спасибо тебе…

— Это самое малое из того, что я могла сделать, чтобы достойно почтить их память…

— Спасибо тебе, Цефея! Ты не представляешь, какой дорогой подарок мне преподнесла!

Ну отчего же, на лице Тагарда и без слов прекрасно всё читалось, а я была довольна своей работой, ведь восстановить каждую комнату в первозданном виде, опираясь лишь на воспоминания тех, кто здесь когда-то бывал — задача не из лёгких. Покои были заперты, а меня на руках, несмотря на все заверения, что раз смогла подняться сюда, то спуститься точно не проблема, отнесли в хозяйскую спальню. Потом ещё наглым образом пресекли все попытки улизнуть к себе, заявив, что такое сокровище требует надёжной охраны драконом. Впрочем, не особо-то я сопротивлялась, засыпая в крепких объятиях Тагарда.

Естественно, проспала своё обычное время подъёма, открыв глаза только после того, как меня разбудил лёгкий поцелуй.

— Пора завтракать, Цефея. В столовой уже всё накрыто.

Подскочив на месте, я протёрла глаза, сгоняя остатки сна:

— Как же я это…

— Не беспокойся, Иннис с Сайлирой взяли все хлопоты на себя после того, как я объявил о том, что произошло с Фенеллой этой ночью.

— А как Лорна? — встревоженно завязывая на груди сорочку, спросила я, представляя, каким ударом стала новость о похождениях внучки для няни Тагарда.

— Восприняла с достоинством. Судя по всему, она догадывалась о том, что та творит, а потому поделилась своими догадками с Илзой, попросив приглядеть за тобой. Поэтому наша кухарка и застукала Фенеллу, выходящей из комнаты своей бабушки, решив поймать её с поличным.

— Теперь понятно, почему именно Фенелла пришла ко мне сообщить, что Лорна умирает: если бы она проигнорировала требование Илзы оповестить меня, то весь её план провалился и она выдала себя окончательно.

— Увы, да. Она наплела Илзе, что решила проверить Лорну, беспокоясь о её ухудшающемся самочувствии.

— Вот же пожилые интриганки! Нет бы мне сообщить, тогда ничего бы этого не было! — я топнула со злости ногой.

— В любом случае того, что произошло, уже не изменить. Главное, что ты цела. Пойдём, Иннис уже отправила служанку к Сильверстону и Рейне, не стоит нам заставлять наших гостей ждать. Алатея пока отдыхает, но её сразу же проводят к завтраку, как только она встанет.

Быстро одевшись и приведя себя в порядок, я отправилась в столовую. Никого из прислуги по дороге встретить не удалось, зато вынырнувшая из бокового коридора Дорлин доложила, что работа между девушками распределена. Хоть на этих троих могу спокойно положиться, если сама не имею возможности полноценно исполнить свои обязанности. Из той же Иннис, если немного подучить, выйдет отличная экономка.

Доверия к Сильверстону, несмотря на то, что он проявил вполне человеческие чувства по отношению к Рейне, у меня не было, а потому я уговорила Тагарда присутствовать в столовой на правах старшей прислуги, оставаясь стоять в стороне и отдавать распоряжения служанкам вместо того, чтобы занять место за столом. Хоть любимчик короля пошёл против своего покровителя, но кто знает, какое влияние имеет на него Габриэль. Конечно, на Сильверстоне нет рабских привязок вроде тех, что сохранились на моих браслетах и цепочке, но неизвестно, какая коллекция артефактов подобралась в сокровищнице и каким образом некоторые из них могут использоваться.

Рейна время от времени как-то странно поглядывала в мою сторону, словно желая о чём-то спросить, но так и не осмелилась. Я лишь делала вид, что меня нет, пока Тагард с Сильверстоном беседовали, но по-настоящему смогла выдохнуть, когда эта парочка покинула замок, воспользовавшись предложенным им конём.

— Цефея, присаживайся, ты ведь так ни крошки в рот не положила с тех пор, как встала.

Как только я заняла своё место за столом, в столовой появилась Алатея:

— Доброе утро, лорд Тагард. Доброе утро, Цефея! Как поживает Лорна?

— Доброе! — кивнул Тагард, слегка улыбнувшись, чтобы выразить своё расположение гостье. — Сегодня ей гораздо лучше. И всё благодаря тебе, Алатея. Я бы хотел как-то отплатить тебе за добро, поэтому прошу принять небольшое вознаграждение и разделить с нами трапезу.

— Спасибо, и вы ничего мне не должны! Мне было несложно.

— Что это, Цеф? — удивлённо спросила Алатея, заметив царапины на моих руках.

В ответ я лишь хмыкнула, радуясь, что большая часть ссадин затянулась:

— Последствия изобличающей миссии.

— Я могу убрать следы, — предложила целительница, не отрывая взгляда от меня.

— Нет, Алатея, не стоит! Ты и так вчера переутомилась, а это заживёт само за пару дней.

— Я всё же настаиваю. Для моей магии такие царапины — сущий пустяк. Зачем терпеть неудобства и боль? — продолжила упорствовать Алатея.

И тут в наше лёгкое противостояние неожиданно вклинился Тагард:

— Могу я попросить о ещё одном небольшом одолжении: у Цефеи остались шрамы на спине. Возможно ли и их свести?

— Конечно! Легко! — радостно согласилась Алатея, довольная тем, что смогла всё-таки настоять на своём.

Лучше бы свои силы поберегла, и так ведь сильно потратилась на Рейну и Лорну накануне.

— Не стоит тратить свой дар на такие пустяки.

— Это не пустяк! — нахмурился Тагард и накрыл своей ладонью мою руку. Чувствуя, как лицо заливает краской смущения из-за такого прилюдного проявления чувств, я аккуратно из-под его ладони свою кисть:

— Ладно. Но только если ты, Алатея, всё съешь прямо сейчас! Не хватает, чтобы ты в голодный обморок свалилась!

После завтрака мы ушли в комнату к Алатее, иначе она принялась бы лечить меня прямо в столовой. Менее чем за четверть часа с царапинами и шрамами было покончено. Довольная целительница хотела тут же рассказать Тагарду о том, что его просьба выполнена, но он сам

— Боюсь, что у меня плохие новости.

Переглянувшись с Алатеей, мы вопросительно посмотрели на лорда, держащего в руках какую-то бумагу.

— Я только что получил послание, предписывающее мне явиться во дворец короля в кратчайшие сроки. Думаю, там что-то затевается… Что-то очень нехорошее. И Габриэль сгоняет всех генералов. Должно быть, схожее письмо получил и Такамар.

— Можно прочесть? — осторожно спросила Алатея, явно переживая за своего жениха, с которым разминулась.

Тагард кивнул и вручил ей свиток с гербовой печатью короля.

— И что теперь? Просто поедете в логово Габриэля? — решаю уточнить, хотя прекрасно понимаю, что после всех условий, поставленных при дарении меня Тагарду, явиться придётся нам обоим.

— Да. Намерен своими глазами убедиться в том, о чём уже многие говорят вслух. И отсиживаться в кустах, когда намечается большая заварушка — не в моих планах.

Тагард ушёл, а в комнате повисла напряжённая пауза.

— Мы должны напроситься с ним в дорогу. С моей магией — мы легко подлатаем мужчин, в случае чего… — Алатея коснулась моего плеча, выводя меня из прострации.

Что же задумал Габриэль, раз собирает всех генералов? Нужно срочно переговорить с Тагардом! Похоже, что снова придётся корректировать все планы. А учитывая то, что Алатеи напрямую касается вся эта чертовщина с кровавым полнолунием…

— Ты прямо читаешь мои мысли! Я и не планировала отпускать его одного. Просто Тагард пока ещё об этом не знает. Спасибо за помощь, Алатея, но мне срочно нужно переговорить с лордом. А учитывая его твердолобость в некоторых вопросах… Переговоры будут долгими и громкими. И надо распорядиться, чтобы нам собрали еды в дорогу. Будь готова через пару часов выдвинуться в путь!

Глава 68

Планы

Успокоив Алатею, я направилась в кабинет. Мне даже не нужно уточнять у замка, где искать его хозяина, ибо прекрасно чувствую направление сама. После того как мы «открылись» с Тагардом друг другу, от пребывания по ночам в святилище, я была избавлена лишь до появления демонов. Смешно было рассчитывать на то, что духи предков угомонятся так легко и просто. О нет, эти неуёмные если не вытаскивали меня в свою обитель, то «показывали» в снах весьма познавательные кадры. Держи-ка, Цефея, полторы тысячи, а может, и больше, фрагментов, но только мультик склей сама. «Обожаю» ребусы от почившей родни Тагарда! Кое-какими соображениями я с ним делилась, потому что в нашей ситуации какое-либо замалчивание могло привести к катастрофе, а жить хотелось. Очень. Вот почему нельзя было просто обойтись тем, что стала хранительницей, направляющей в сторону исправления ошибок прошлого⁈

Стукнув в дверь дважды, я, не дожидаясь приглашения, вошла в кабинет. Тагард, задумчиво измерявший шагами пространство перед письменным столом, внешне не обратил никакого внимания на моё появление, продолжая своё занятие.

— Ты ведь понимаешь, что проигнорировать послание короля Габриэля не можем…

— Вот именно, что понимаю, Цефея, — с досадой скрежетнул зубами Тагард. — Есть битвы, которые нельзя избежать, пытаясь урегулировать конфликт мирным путём, и тогда приходится принимать бой. Исход решит лишь то, как к нему подготовишься и насколько быстро будешь подстраиваться под его течение, оборачивая обстоятельства в свою пользу.

Я опустилась в кресло и подобрала ноги, чтобы Тагард не споткнулся о них. Если он начал чеканить шаг, обдумывая что-то, то лучше не мешать, так как это верный признак «закипания мозга» вследствие чрезмерных усилий при мыслительном процессе.

— Опять предстоит чистая импровизация… — устало вздохнув, констатировала я, понимая, что подстраиваться придётся на ходу. — До визита лордов Севера у нас был план, рассыпавшийся аки карточный домик после увлекательнейшего повествования об артефактах. Нам о местонахождении всех известно, и надо же, какое «неожиданное» стечение обстоятельств, что у каждой девушки есть крепкая пара, кое-кто вообще план перевыполнил, отхватив себе аж двух кавалеров, — при моём упоминании о Луне Тагард поморщился. — Знаю, что тебе такие отношения не по нраву, но это их выбор. Вот чует моё сердце, что всех союзников в королевском замке встретим. Кто-то явится добровольно, кто-то вынужденно. Мне вот по душе первый вариант.

— Не боишься сунуться в самое пекло?

— Мы с тобой и так в нём окажемся, хотим того или нет. Страшно ли мне? Конечно, страшно, я же не настолько храбрая, чтобы окончательно наплевать на инстинкт самосохранения, но предпочту играть в открытую, чем трястись от страха, ожидая каждую минуту, что за мной придут, и тем самым, накручивая себя до состояния невменяемости истерикой. Тем более что привязка на короля до сих пор действует: захочет — сама к нему явлюсь, не желая того. Избавиться от неё… Тоже смешно. Какой смысл оттягивать неизбежное, оставляя меня в замке под предлогом безопасности жены лорда? Тёмный в лице Габриэля сразу догадается, что не просто так в последний момент ты вдруг решил жениться.

— В открытую говоришь… — усмехнулся Тагард. — Предлагаешь оставить всё как есть?

— Конечно. Нас позвали, пусть и таким оригинальным способом — мы приехали. А то, что кто-то там может быть не совсем в курсе, что ты снова способен крыльями махать или в курсе, но с какой мощью не особо — это уже не наши проблемы. Зачем подставляться, навлекая на себя совершенно ненужные нам подозрения? Опять же… — я подцепила указательным пальцем цепочку на своей шее. — Если сейчас поторопимся с брачным обрядом, то уже отчасти проиграем. Я ведь тогда для Тёмного ещё «вкуснее» и привлекательнее окажусь. Вот и где гарантия, что он не вытянет из меня все силы досрочно? Тогда смысла в защите со стороны духов предков не окажется совсем. Я и так завалила их аргументами, чтобы даже не вздумали провернуть со мной тот же фокус, что с матерью Алистера.

Собственно, об этом я в первую очередь настаивала, когда договаривалась с духами предков. А тот их маниакальная упёртость в отношении продолжения рода легко сведёт на нет действие даже самого сильного отвара Лэйнор с контрацептивным эффектом. К счастью, к нашей знахарке по этому вопросу обращаться не пришлось, ограничившись соглашением с духами, чтобы не лезли не в своё дело до тех пор, пока я не изъявлю желание, обсудив этот деликатный момент с Тагардом.

— Цефея…

— Что⁈ Давай для начала просто попробуем выжить без всяких там «отягчающих» обстоятельств. На кой мне такая «радость», как аккумулирование родовой магии на себе, которая непременно будет оттянута от

— Нет, — Тагард раздражённо покрутил на пальце фамильный перстень. — Как в воду кануло.

— Угу. И ты разозлился настолько, что расколотил символ рода об стену или стол? — я посмотрела на гранат, в котором отсутствовал кусочек, а вся поверхность пошла трещинами. Удивительно, что камень вообще остался крепко сидеть в оправе, а не вылетал при малейшем взмахе.

— Можно и так сказать. Значит, твёрдо решила, что выезжаем? — Тагард присел передо мной и взял за руки, поглаживая большими пальцами «рабские браслеты».

— Да. Кстати, духи тоже не в курсе, куда девалось очередное достояние Тагардов. Видимо, оно по дурости, иначе никак не могу сказать, попало к одной из дочерей рода, перешедшей в другую семью при замужестве. Жаль, что в таком случае получить информацию не представляется возможным, так как те уже канули в Лету. Развеялись в небытие, если по-простому. Зато Лэйфару выразили такое резкое порицание, что у меня прямо душа радовалась, наблюдая за тем, что ему устроили. Ещё и подзатыльников надавали дополнительно сверху за невнимательность, припомнив, как он поранился во время церемонии бракосочетания и даже того не заметил.

— Да уж… Наворотил он дел… — согласился Тагард, вспоминая, к чему привели непомерные амбиции предка.

— Бесспорно. Зато нам же на пользу: теперь точно никто не вспомнит о возможностях для жён наследников рода Тагардов. Кстати, с нами ещё Алатея хочет напроситься. Собственно, под предлогом тебя уговорить я пришла.

— Тут даже обсуждать нечего: лучше с нами, чем одной. Всё равно она ищет встречи с Такамаром, а его наверняка тоже уже вызвали в замок Габриэля.

— Вот именно. К неприятелю лучше являться в целостности и сохранности. Это в прошлый раз я старалась сделать всё, чтобы избежать встречи с королём, сейчас предпочту свою шкурку поберечь. Кстати, ты зачем попросил Алатею убрать шрамы с моей спины? Их вид настолько для тебя омерзителен?

Тагард обхватил меня руками, сметая поцелуями напрочь всю мою подозрительность:

— Я просто не хочу, чтобы тебе хоть что-то лишний раз напоминало о том дне и нескольких последующих, когда ты едва не погибла от заражения крови. К тому же хочу заменить их в твоей памяти более приятными моментами…

— Ты точно дракон, а не лис?

— Я похож на рыжего наглого зверька? — Тагард иронично изогнул левую бровь.

— Скорее уж на белого полярного, стремительным шагом вошедшего в мою жизнь, — подумала я про себя, а вслух ответила. — Думаю, что с рыжим, но не зверьком, а зверем, ты вскоре тоже встретишься. С чёрным — тоже. Как бы лорды Севера ни оберегали Луну, она точно окажется в замке короля: или сама уговорит их туда себя сопроводить, или попросту сбежит.

— Думаешь, ей это удастся? Братья Дюран привыкли беречь как зеницу ока всё, что считают ценным.

— Ха! Ты просто плохо знаешь эту неугомонную! Посвящать в подробности времени нет, но если считал, что я способна найти приключения на ровном месте, то могу заметить, что Луна намного бедовее меня!

— Понятно. Такое ощущение, что все «артефакты» друг друга стоят, — покачал головой Тагард.

— Именно! Пока вы с братьями Дюран обсуждали планы и стратегии, Луна неплохо просветила меня о приключениях других девушек, с которыми она знакома лично или заочно. Кстати, раз уж мы определились, как действовать дальше, пойду побеседую с Алатеей без недомолвок насчёт перспектив нашего «радужного» будущего. Всё равно грести придётся в одной лодке, так что лучше делать это синхронно: однозначно меньше сюрпризов будет. Хотя она, будучи, одарённой, как и Луна, лакомый кусочек для Тёмного, — я обняла Тагарда и поцеловала, сожалея, что возможно это последний раз, когда мы можем остаться с ним наедине.

— Постараемся выжить?

— Постараемся выжить! Иного выхода, мой лорд, я не вижу!

Глава 69

Пир во время чумы

После беседы с Тагардом, а потом более детального обсуждения с Алатеей всех нюансов, касающихся истории с девушками-артефактами, мы отправились в путь. На этот раз было решено ехать на Бране до самого королевского замка, не меняя по дороге на другого коня, потому что либо выберемся потом все, либо никто. Без вариантов. К тому же сегодня Габриэлю будет не до мелких пакостей в отношении нелюбимого генерала. Алатея с удовольствием бы предпочла передвижение пешком, но время поджимало, а уложиться до ночи, преодолев такое расстояние, было нереально. Поэтому ей вручили смирную выносливую лошадку, делая по дороге небольшие остановки, чтобы дать возможность размять ноги нам обеим. Переходы между порталами занимали в среднем от двух до трёх часов, позволяя спокойно перенести перемещения и немного подготовиться морально не только к следующему, но и к появлению в королевском замке.

Наконец, проскочив через последний, оказываемся неподалёку от королевского замка, а почти у самых ворот натыкаемся на Такамара де Вали. Увидев нас, он на мгновение растерялся, а потом рванул на встречу Алатее, назвав её настоящим, земным именем. В принципе, с этими двумя всё ясно, диагноз чёткий: влюблены по уши, окончательно и бесповоротно. Хорошо, что у генерала оказалась отменная реакция и он поймал, спрыгнувшую на радостях с лошади целительницу, иначе помощь понадобилась бы уже ей. Пока парочка самозабвенно целовалась, не обращая на нас никакого внимания, я ткнула в бок Тагарда, который специально закашлялся, чтобы ненадолго прервать радость встречи:

—

Как де Вали проведёт Алатею внутрь — это уже его проблема, нам-то достаточно было назвать её знахаркой, сопровождающей Тагарда. Впрочем, глядя на тьму, распростёршую свои объятья над замком короля Габриэля, всю нашу «драгоценную» семёрку, соберись мы вместе, пропустили бы без проблем. Ну, или утащили. Надеюсь, что Луна сможет что-нибудь разглядеть полезное в своих видениях, иначе апокалипсиса местного масштаба не миновать, участвовать в котором очень не хочется, но придётся. Тут даже добровольный уход из жизни не поможет, ибо сокрытая внутри каждой девушки сила не исчезнет бесследно, а лишь перейдёт в другое тело или как-нибудь будет до нужного момента изолирована Габриэлем под чётким руководством Тёмного. Наверняка эти гады предусмотрели все возможные варианты, раз даже их сорванный лордами Севера ритуал не особо повлиял на ситуацию, а лишь затруднил поиски «артефактов».

В отличие от моего предыдущего визита в замок, двор перед ним оказался совершенно пуст, если не считать пары слуг, быстро проскочивших из одного конца в другой. Ни придворных, ни конюхов, ни даже приглашённых вроде нас. Но больше всего насторожила льющаяся из окон музыка. Красивая такая, нежная и в то же время безмерно меня раздражающая. Прямо предвестник грядущей беды. Интересно, Габриэль вызвал своих генералов просто чтобы покуражиться, явив себя во всей красе, или решил разом ото всех избавиться, как от тех же орков? Отпустив Брана, Тагард шепнул коню, куда тот должен направиться, а затем кивнул мне, чтобы следовала за ним и не отставала ни на шаг. Жаль, что кинжал пришлось оставить в своей спальне, ибо рабыням такая роскошь не положена, особенно во время визита в королевский замок. Размахивать оружием я не собиралась, а вот продать свою жизнь как можно дороже — вполне. Самое интересное, что внутри королевской твердыни нас всё-таки встретили и проводили в зал. Маячившая передо мной спина Тагарда была расслаблена, но я остро чувствовала его внутреннее напряжение.

Огромный зал, похожий на бальный, оказался набит людьми, но я в первую очередь обратила внимание на одетых в восточной манере мужчину и сопровождающую его девушку. Улучив момент, Тагард шепнул, проследив, куда направлен мой взгляд:

— Царь Скорпионов Димар. А рядом с ним, видимо…

— Ага…

Элания. Ещё одна девушка-артефакт, про которую рассказывала Луна. Я по-прежнему стою чуть позади Тагарда, в соответствии со своим статусом, продолжая наблюдать за происходящим. Гости веселятся вовсю, даже танцуют, совершенно не подозревая о том, что радоваться сегодня особо нечему. Прямо пир во время чумы… Люди гибнут, твари беснуются, вылезая из разломов, у повелителя Драноэрса «кукушка окончательно вылетела из гнезда», не собираясь возвращаться, а этим хоть бы хны! Габриэля нигде не видно, и это настораживает ещё больше. Зато никогда бы не подумала, что приближение тёмной демонической ауры меня, наоборот, успокоит. Похоже, что скоро тут окажутся лорды Севера…

Внезапно одна из закрытых дверей, разлетается в щепки, являя в своём проёме огромного орка. Рука Тагарда мгновенно оказывается на рукояти меча, готовая выхватить его из ножен в любой момент. Но обнажать его он не спешит, пока не возникнет явная угроза жизни, чтобы не приняли за заговорщика. Всем ведь известна мнительность Габриэля, и насколько скор король на расправу. Музыка не утихает ни на мгновение, однако это не помешало гостям заметить зелёного гиганта. Однако… Рагнар и Дейрон прихватили с собой не только орка, но ещё и Сильверстона, но ни Луны, ни Рейны не вижу. Кажется, сейчас начнётся главное представление этого вечера, и не ошибаюсь. С громкими хлопками ставни на окнах начали захлопываться, тут же запечатываясь массивными засовами и отрезая зал от внешнего мира. Сильверстон метнулся было через толпу в нашу сторону, как неожиданно тёмный вихрь пронёсся по залу, укутывая плотным коконом тьмы.

— А теперь перейдём к главному развлечению! — раздаётся издевательски-победоносный голос Габриэля, изменившийся настолько, что едва распознала знакомый тембр.

Ну вот теперь с абсолютной уверенностью можно заявить, что нам хана, ибо Тёмный нашёл себе подходящее тело, которым свободно управляет. Тагард схватился за меч, как и Димар, но поздно: проклятая тьма быстро выплёскивает в зал приспешников Габриэля-Тёмного, схвативших нас с Эланией и быстро уволокших прочь, несмотря ни на наше сопротивление, ни на попытки наших мужчин нас защитить. Количество изменяющихся и изменившихся стражников поражает воображение, буквально парализуя тело от ужаса. Худший из сценариев, но и его мы тоже рассматривали, когда обсуждали с Тагардом план действий.

Позади раздаются душераздирающие предсмертные крики, лязг мечей, и даже оказавшись в мрачном, полуосвещённом коридоре, ощущаю усиливающуюся ауру меняющих ипостась демонов. Надеюсь, что наших союзников хватит сил, чтобы прекратить эту вакханалию и дать достойный отпор монстрам. Меня крепко держат за руки, а я мысленно молюсь только об одном, чтобы рабские браслеты не повредились. Смешно, не правда ли? Насколько хотела от них избавиться, настолько желала сейчас, чтобы Габриэлю-Тёмному не пришло в голову их снять, сделав выбор в пользу того, что в качестве марионетки больше его устрою.

Количество коридоров и поворотов, которые мы миновали, я даже не считала, пытаясь хоть как-то не дать панике захватить моё сознание. Наконец, мы оказываемся перед распахнувшейся при нашем появлении дверью, в которую втаскивают сперва меня, а затем Эланию. Склеп. Настоящий склеп… Мало мне было фамильного «тагардского», но сейчас с удовольствием бы в него вернулась. Там как-то подружелюбнее будет, и алтарь отсутствует. Рейна, Анна и Элиза, если правильно помню описания Луны… А следом за нами заводят, а вернее, заволакивают бледную, едва передвигающую ноги Алатею… Только провидицы нашей не хватает для полного комплекта. Рейна с Анной подхватывают падающую целительницу раньше, чем меня толкает вперёд монструозный стражник.

Не успела я сориентироваться, как появился Габриэль-Тёмный… Резко огрубевшие черты лица и непроглядная тьма в глазах не оставляют сомнений, что перед нами уже не человек, а чудовищное порождение Бездны похлеще тех тварей, что когда-либо встречались на нашем пути…

Глава 70

Добро пожаловать «В последний путь»

Девушки занервничали ещё больше, готовясь к самому худшему, а я стою в привычной позе, прикрывая правой ладонью запястье левой. Да, у меня платье с длинными рукавами, но лишний раз демонстрировать свои «украшения» всё равно не стоит. Тёмный наслаждается, наблюдая за нашими эмоциями, словно дополнительно подпитывается страхом.

— Почти все в сборе, — удовлетворённо усмехнулся этот ублюдок и хлопнул в ладоши.

Факелы, развешанные по стенам склепа, вспыхнули так ярко, что я даже не сразу заметила, как засветились очертания

— А вот и последний фрагмент! — торжествующе произнёс Тёмный, не спеша пройдясь по залу и остановившись около алтаря сразу под расщелиной в потолке, через которую виднелось небо. Все сбились в кучу, но даже если разом нападём, то не сможем одолеть его, ведь что такое семь девушек против самого вселенского зла⁈ Луна встала рядом со мной и дотронулась рукой, словно ища поддержки. Если бы я ещё знала, что она задумала! Несмотря на ту уверенность, с которой она появилась, на её лице сейчас отображаются сомнения в правильности своего поступка.

— Надо забрать ритуальный клинок, — шепчет Луна, пока Тёмный отвлёкся от происходящего, ожидая, когда низкие грозовые тучи рассеются и перестанут скрывать от него кроваво-красную полную луну, ведь без её света ритуал невозможно начать. — Нам нужно скрестить свои силы.

— И как мы его возьмём? Кто будет «этого» отвлекать? — вытаращивает испуганно глаза Элания.

И тут же зашипела Анна, которой мне захотелось отвесить подзатыльник за то, что едва чуть всё не испортила:

— Стой, Элиза!

А ведь той удалось крадучись почти обойти Тёмного и схватить клинок! Вот только этот монстр заметил её манёвр и быстрым взмахом руки отшвырнул опять к нам. Мы с Эланией едва успели поймать девушку, чтобы её не размазало ровным слоем по каменным плитам — настолько сильным был удар магией.

— Ещё есть желающие? — скалится Тёмный и, вскинув перед собой руку, резко сжал пальцы в кулак. Каждая из нас схватилась за шею, падая на колени и пытаясь хоть как-то спастись от начавшегося удушья. Вот только у меня ещё и браслеты раскалились, пережимая запястья.

— Потерпите, дамы, умереть успеете, — наслаждаясь нашей агонией, зловеще цедит негодяй и прекращает наши мучения только после того, как перед глазами начинает всё расплываться вокруг.

Пытаясь прийти в себя, замечаю, как к Луне подползает Рейна, протягивая осколок стекла, и тихонько хрипит:

— Может быть, это засчитаем за ритуальный кинжал?

— За неимением другого, попробуем, — одними губами отвечает Луна и без лишних раздумий рассекает себе осколком обе ладони.

В отличие от неё, я полоснула себя ещё и по левому запястью, чтобы моя кровь быстрее соприкоснулась с крохотной подвеской на браслете, сделанной наспех Тагардом из старой серебряной монетки и осколка граната его фамильного перстня. Ещё один информационный «подарочек» от духов предков, чтоб им пусто было с их манерой всё зашифровывать и дозированно выдавать фрагментами! Когда-то перстней было два: мужской и женский. Во время свадебной церемонии наследник рода мог поделиться родовой магией со своей невестой, если пожелает признать её себе равной. Особых способностей девушка не приобретала, а вот независимую защиту духов предков получала.

Главным условием было пролитие хотя бы капли своей крови на гранат в собственном перстне, ведь оба камня были изначально выточены из одного кристалла и зачарованы основателем рода. Традиция не была обязательной, поэтому не все ею пользовались. Да-ада, а зачем женщине дополнительные бонусы, если мужчине важнее? Тот самый приснопамятный Лэйфар со своей невестой были последними, кто по чистой случайности выполнили условие: он поранился о застёжку на своём одеянии, а девушка оцарапалась, задев рукой расшитый бриллиантами корсет. Частицы их крови попали на гранаты, и этот нюанс дополнительно послужил удачному во всех отношениях браку и рождению многочисленных детей. К сожалению, женский перстень бесследно исчез, поэтому Тагард не придумал ничего лучше, как расколоть собственный камень и оправив таким оригинальным способом, закрепить на моём браслете. Учитывая, что кровавые ритуалы во всех мирах плюс-минус сходны, то разместить подвеску на браслете было единственным оптимальным вариантом.

Собственно, это и была наша подстраховка с Тагардом на крайний случай. Таким образом, я получала покровительство духов предков, которое было наиболее мощным в первые сутки после манипуляций с перстнями, но не перетягивало на меня родовую магию в ущерб мужу. Да, я автоматически стану женой Тагарда после того, как он проделает то же самое со своим камнем. Браслет слегка нагрелся, а по всему телу пробежали лёгкие мурашки, напоминающие слабые разряды тока. Значит, Тагард почувствовал, как моя кровь пролилась и завершил наш маленький семейный ритуал. Но важнее всего было то, что Тёмный, увлечённый наблюдением за появлением луны, не обратил совершенно никакого внимания ни на изменения в моём статусе, ни на наши с девушками копошения. Значит, сущность Габриэля окончательно подавлена.

— Наконец-то! — громко восклицает он, озарённый долгожданным лунным светом. — Вот и настал этот час! Поднимайтесь!

Лишь мельком переглянувшись, мы встаём вокруг этого монстра и берёмся за руки, крепко прижимаясь нанесёнными ранами. Яркий свет вспыхнул в то самое мгновение, как резкая боль едва не заставила рухнуть обратно на колени, но ни одна из нас даже не шелохнулась, сдерживаясь из всех сил. Хуже всех пришлось Алатее, из которой Тёмный выпил почти все силы. Чувствуя внутри себя знакомые вибрации, я начала перенаправлять их от себя по кругу, чтобы поддержать девочек. Не время сейчас для эгоизма, либо все выстоим, либо всё окажется бессмысленным, а духи предков пусть поработают, засиделись в святилище, устраивая квесты нам с Тагардом. Проболтались о резерве в виде остаточного выброса каждой души, так нечего страдать! Сколько их там развеется? Один, два? Десяток? Да плевать!!! Имею право, ведь технически все мы семеро сейчас сёстры по крови. Мы не просто сосуды для силы, нам ещё наши тушки и жизни понадобятся! А мой лорд-дракон меня поймёт.

— Что вы делаете⁈ — Тёмный бросается к нам, но накрывшая нас ярким куполом полусфера отшвыривает его прочь вместе со всеми магическими атаками, что он на нас направил. Он пытается снова и снова пробиться через образованный круг, разорвать его, рассечь ритуальным кинжалом, но чёрный металл, соприкоснувшись со светом, рассыпается на мелкие крупинки. Как же жаждет этот монстр оказаться в самом центре, чтобы присвоить себе, поглотить ту мощь, которая направлена сейчас против него!

Светлая сила источаемая не только каждой девушкой, но и всей «связкой» начала усиливаться, окончательно превращая нас в единое целое и рассеивая окружающую тьму. По мраморному полу прокатывается волна, выворачивающая плиты, а достигнув алтаря, раскалывает его пополам. Образуется глубокий провал, ширящийся с каждой секундой и поглощающей всё, что в него попадает… С оглушительным рёвом из тела, некогда принадлежавшему Габриэлю, в пролом в потолке устремляется поток чёрного дыма, а следом омерзительная тёмная субстанция вырывается наружу… Исторгаясь потоками из глаз, ноздрей, ушей… Тело изгибается в неестественных позах, словно Тёмный

С шипением, воем и скрежетом чёрный вихрь кружит над нашими головами, пытаясь хоть как-то достать и уничтожить, но даже избавившись от телесной оболочки, не в силах ничего сотворить. Наоборот, наш свет начинает его притягивать к себе, поглощать, направляя прямо в центр портала, открывшегося внутри нашего «живого круга». Вот только отнюдь не райские кущи и даже не огненные просторы Преисподней ждут там Тёмного, а сама Бездна! Как только последние крупинки чёрного вихря исчезли, раскуроченный пол под нашими ногами снова пришёл в движение. Я ощущаю, как закрылся не только путь в Бездну, но и исчезают, срастаясь проломы и трещины, а потом портал окончательно схлопывается, расшвыривая всех девушек в разные стороны, как взрывной волной.

Приложившись со всей силой к стене спиной и затылком, чувствую, как из носа потекла тёплая струйка. Но плевать и на это, самое важное я увидела: возле расколотого алтаря изломанной куклой лежит мёртвый Габриэль, освещаемый тусклым красным лучом лунного света. Надеюсь, после смерти он будет не меньше страдать, как в последние минуты своей жизни. Упираясь ногами в пол и помогая себе руками, цепляясь за стену, пытаюсь встать, но шарахнуло меня капитально, как и других девушек, главное, что все они живы, а остальное такая ерунда…

Неожиданно стена, на которой располагается дверь в склеп, вздрогнула и осыпалась. Обалдеть, какой паноптикум нарисовался на пороге…

Глава 71

Последний бой

Я не так часто бывал в замке короля Габриэля, чтобы знать всех стражников в лицо, но те, что встретились нам по дороге, вызывали подозрение и заставляли ещё внимательнее следить за их перемещениями. Меня так же, как и Цефею насторожил пустой двор и непривычно безлюдные коридоры, обычно кишащие слугами, придворными и визитёрами. А уж в те дни и вечера, когда проводились балы и различные праздники, и вовсе было не протолкнуться. О том, что Габриэль решил устроить бал, мне стало понятно, как только коридор свернул к большому залу. Стоило увидеть Димара среди присутствующих, как в голове мелькнула мысль о том, что не просто так король собрал всех здесь: не только дабы заполучить девушек-артефактов, но ещё и уничтожить всех тех, кто обладает мало-мальски значимым магическим даром или имеет вес на политической арене.

Приближение демонов почувствовали мы с Цефеей оба и приготовились к тому, что сейчас, возможно, начнётся то, ради чего Габриэль собрал всех. Появление лордов Севера в компании генерала орков Ирргха и Сильверстона вышло эффектным и немного неожиданным. Всё-таки Цефея не ошиблась, предположив, что в королевском замке столкнёмся со всеми союзниками, с кем смогли договориться о поддержке в борьбе против Тёмного, а не только с вызванными генералами. Среди присутствующих в зале, вижу промелькнувшую спину Адэна, но слишком расстояние, разделяющее нас слишком велико, чтобы мог его окрикнуть или как-то незаметно добраться до него, а оставлять Цефею одну рискованно. Судя по тому, что он один, похоже, что девушку-артефакта, которая была с ним во время встречи с братьями Дюран и с которой позднее заключил брак, чтобы досадить своим родственникам, уже прибрал к своим рукам Габриэль. В противном случае он бы так не нервничал.

Заметив нас, Леон начал быстро пробираться в нашу сторону, но тут не замедлил явиться Габриэль собственной персоной. Хотя уже не он, а Тёмный, занявший его место. Я тут же загородил собой Цефею так же, как Рагнар заслонил выскочившую из коридора Луну, но тёмная магия, пронёсшаяся по залу, уже начала отрезать присутствующим пути отхода, запечатывая ставнями окна и даже восстановив выбитую Ирггхом дверь. На мгновение показалось, что зал погрузился в абсолютную тьму, а затем за спиной Тёмного скопилось огромное количество теней, которые, будто по команде ринулись в зал и начали проникать каждого стражника, что присутствовал на балу. По полу стремительно стали расползаться трещины, выпуская на волю чудовищ, чьи желания сводились лишь к одному: утолить терзающий их голод.

Возле нас с Цефеей словно из ниоткуда выросло несколько стражников, которых мне удалось отправить их в небытие, но тут же возникло несколько, схвативших мою любимую женщину. Её так же, как и Эланию потащили к трону, а потом впихнули в какое-то марево, напомнившее портал. Среди творившегося хаоса пробиваться в ту сторону было бессмысленно, ибо путь преграждали всё новые монстры, избавиться от которых можно было лишь одним способом: убить. Стараясь защитить Луну, лорды Севера начали обращаться, принимая свои демонические ипостаси, но тут девушка совершила поступок, которого от неё никто не ожидал: мчится в ту сторону, куда заволокли Цефею с Эланией.

Продолжая рассекать мечом монстров, прибывающих с каждой минутой, замечаю, как Сильверстон, прикрывает неведомо откуда взявшегося Такамара, убив возникшего за его спиной очередного стражника. Жаль, что пока сам не могу принять ипостась дракона не только из-за большого скопления людей, но и потому, что иначе не смогу помочь Цефее, когда начнётся ритуал. Орк рванул к двери-порталу, но та исчезла так же быстро, как и появилась. Буквально выжигая себе путь к союзникам, кричу сражающемуся Димару, чтобы прорывался в ту же сторону. Царь Скорпионов и сам едва балансирует на грани смены ипостаси, но в ограниченном пространстве пока делает выбор в пользу своих умений как воина. Добравшись до Сильверстона, успеваю прикрыть его, чувствуя, как нагрелся фамильный перстень. Улучив возможность, полоснул себя мечом по руке, чтобы завершить начатый Цефеей ритуал вхождения под покровительство духов предков. Благо для того, чтобы это произошло, равно как и обретения ею статуса жены, не требуется присутствия храмовника.

Сильверстон подскочил к потайной двери, но из-за магии Тёмного не смог её разблокировать. Призвав к себе всю мощь родовой магии, хватаю его за плечо, как тогда в лесу:

— Обернёшься потом, сперва выломай эту проклятую дверь!

Пусть Сильверстон и полукровка, но своими поступками, он доказал, что достоин быть драконом, так пусть способность к обращению так и останется с ним. По праву старшего в своём роду имею право отделить часть силы, позволяющей инициировать пробуждение зверя в том, ком течёт хотя бы капля драконьей крови.

Оказавшись в коридоре, продолжаем пробивать себе путь, уничтожая заполонившую замок нечисть. Там, где позволяет пространство, обращаюсь в дракона, продолжая как пламенем, так и когтями избавляться от монстров. Все остальные действуют также, используя по полной все свои умения и способности. Но пока мы не доберёмся до места, где проводится ритуал, постоянно находиться в одной ипостаси невозможно, чтобы

Оказавшись перед склепом, от которого буквально ещё несколько минут назад разносилось сияние светлой силы, мы с Сильверстоном снова оборачиваемся драконами и попросту сносим стену, не заморачиваясь с выбиванием двери. Когда каждая секунда на счету, не до таких мелочей.

— Обалдеть, какой паноптикум нарисовался на пороге… — пробормотала Цефея, увидев нас. — Два дракона, два демона и гигантский изменённый скорпион…

Помещение склепа точно не способно было вместить нас всех, поэтому, оценив ситуацию, что больше нашим женщинам и девушкам больше ничего не угрожает, каждый, кому это требовалось, сменил ипостась на человеческую.

— Жива… — я подхватил сползающую вниз по стене Цефею.

Вытирая тыльной стороной ладони сочащуюся из носа кровь, она кивнула:

— Все живы, зато Габриэль мёртв, как и Тёмный.

Прижимая к себе своё сокровище, шепчу:

— Вы молодцы, справились…

— Поехали домой? Бесит меня этот замок так, что сил моих нет… — Цефея обхватила меня руками за шею, пристраивая голову на моём плече.

— К сожалению, придётся немного задержаться, потому что необходимо решить вопрос с новым королём, пока в Драноэрсе не наступил хаос и не вспыхнула война между теми, кто попытается в начавшейся неразберихе урвать себе кусок пожирнее и сосредоточить в своих руках больше власти. Но в первую очередь тебе самой необходимо восстановить силы, чтобы перенести все портальные переходы. Или ты думаешь, что я готов рискнуть жизнью и здоровьем своей жены только ради того, чтобы побыстрее с ней уединиться, окончательно скрепив брак?

Цефея провела пальцами по вороту рубашки, чтобы удостовериться, что кровь на ней не моя, а чужая:

— Мне кажется, что мы его уже скрепили досрочно. Разве не так? Кстати, что ты там сказал насчёт выбора нового короля? Только не вздумай сесть на трон, уничтожу! Раз Тёмный оказался по силам, то и с тобой справлюсь… Девочек попрошу помочь, они точно не откажут… Хочу просто тихой и спокойной жизни без всяких встрясок вроде сегодняшней!

Строптивица… Даже после всего продолжает гнуть свою линию.

— Пламя в глазах погаси, не трать силы…

— Сразу как уберёшь вертикальный зрачок! А то я существо трепетное, нежное, испугаться могу…

— Так ты собираешься всё-таки уничтожать или испугаться?

— Совмещу приятное с полезным!

Я поднял Цефею на руки и понёс прочь из этого жуткого склепа:

— А вот этим мы лучше займёмся дома после того, как уладим последние вопросы!

Эпилог

Я встала перед большим напольным зеркалом, поправляя платье, в котором собиралась навестить Рейну. Никогда не любила шумные посиделки, но королеве не отказывают. Да, после того как Тёмный был повержен, именно её сочли подходящей кандидатурой, чтобы занять трон. Некоторые выдвигали предложение, чтобы лорды Севера или один из них стал править Драноэрсом, но демоны отказались, сославшись на то, что им своих владений хватает. Не согласился и Тагард, который после нескольких десятков лет службы на королей Драноэрса и многочисленных сражений хотел того же, что и я — спокойной жизни в своём замке. В итоге большинство выбрало отца Рейны, учитывая, что после своей «гибели», даже лишившись одной руки, возглавлял тайное сопротивление режиму Габриэля. Но возраст… Вот так Рейна и стала королевой Драноэрса, а потом вышла замуж за Леона Сильверстона, разделив с ним все тяготы правления. И не могу сказать, что он стал плохим королём, отнюдь: уже за то, что он ликвидировал рабовладельческий рынок, готова была ему поклониться до земли. Ясное дело, что на полное искоренение этой практики торговли людьми уйдёт немало времени, но начало положено.

Неприятным фактом стало то, что Сильверстон оказался внебрачным сыном Габриэля, ибо покуролесил в своё время прежний король настолько сильно, что даже не распознал в своём генерале родную кровь. Но всё-таки Леон другой и повторять ошибок отца не собирается. Куда же всё-таки делось тело Габриэля после того, как мы покинули тот склеп — загадка, но надеюсь больше о нём не услышим никогда, тем более что на него точат зубы такое количество людей и рас… На его месте, останься он вдруг по какой-то причине всё-таки в живых, не высовывалась никогда, искупая все свои прегрешения.

Оркам Рейна даровала те земли, что были им обещаны и за которые родственники генерала Ирргха, того самого, выломавшего двери в бальном зале, поплатились своими жизнями. Не без влияния Анны к зеленокожим стали относиться гораздо более благосклоннее и другие народы, а сама она подарила мужу двух замечательных карапузов: сына и дочь. Впрочем, не удивлюсь, если они на этом остановятся. Хотя всех переплюнули Алатея с Такамаром и Элиза с Адэном. Такое ощущение, что им свыше поручили возродить демографию всего Драноэрса, заполонив своими отпрысками все земли Дранэрса. Лорды Севера посмеивались над этими двумя парами, хотя сами-то! Четверо сыновей и кроха-дочка, которые, думаю, ещё дадут «прикурить» этой земле демонического огня. С их-то неугомонной матерью в лице Луны! Вот у кого батареечка внутри никогда не разряжается! У Элании с Димаром тоже полный порядок, хотя «восток — дело тонкое», но имея такого царя, только абсолютный безумец-самоубийца решится на смуту. Так что Алам в своё время круто просчитался, надеясь сместить брата.

Принюхавшись, я почуяла запах гари, доносящийся со двора. Ох, уж эти игры с огнём! Ещё не достигли возраста оборота, а с малых ногтей «хотим, как папа, пламя изрыгать и огнём играться»! Ладно, стихия сыновьям и так подчиняется, но разводить очередной костёр в ветреный день! Им развлечение, а слугам потом опять стены отмывать от сажи, не говоря уже о том, что косметический ремонт то в одной части замка, то в другой проводится с завидной регулярностью. Ещё в тот день, когда были закончены последние работы по восстановлению замка, не верила, что всё позади. Ага. А потом родила первого сына и спустя пару лет второго. Видимо, решила, что не хватает в жизни драйва и стоит оживить обстановочку. Тьфу.

Вот только знают сорванцы, сколько бы я ни хмурила брови и не метала искры из глаз, всё равно обожаю их безмерно, отвешивая при этом постоянно себе мысленные подзатыльники, чтобы не перегнуть палку в воспитании. Зато стоит Иннис шепнуть, что о проделках юных лордов станет известно госпоже Цефее от замка, как тут же быстро начинают уничтожать результаты своих

Чувствуя, как во мне начинает подниматься глухая ярость, тут же отобразившаяся в глазах в виде вспыхнувших лепестков пламени, я несколько раз глубоко вдохнула, а потом выдохнула, понимая, что моими криками всё только усугубится, а в ближайшее время устранять последствия уже собственных разрушений очень не хочется. Но мне и шага не дали сделать.

Тагард бесшумно скользнул мне за спину и обнял, шепча на ухо:

— Это всего лишь детские шалости. Я уже посмотрел, сами справятся, к тому же с ними старший сын Нормана, который всегда напомнит о рамках приличия.

— Ты их совсем разбалуешь! Так хочется, чтобы соблюдалась хоть видимость порядка…

— Это дети… Наши дети, Цефея! Если бы у нас родились тихие и послушные наследники, то решил, что их точно подменили, потому что даже допустив совершенно невозможную мысль об измене, всё равно часть характера им досталась от тебя!

— Я тоже тебя «очень сильно люблю», Тагард. Лорд Беантан Лайдир Тагард!

— Та-а-ак… И в чём же я провинился?

— В том, что я с каждым днём ещё больше влюбляюсь в тебя, мой лорд?

Обе руки мужа опустились ниже, прижимаясь ладонями к животу:

— Может, духи предков будут снова к нам благосклонны…

— Если духи предков опять будут к нам благосклонны, я уйду жить в свою старую спальню и заколочу в неё дверь, чтобы ты не смог ко мне приблизиться! Только-только привыкла, что по ночам можно спать, несмотря на постоянное нахождение рядом с ними нянек, не вздрагивая от ожидания, что кто-то из этих двоих случайно что-то подпалит, не сообразив, что им попросту приснился кошмар… — я сразу вспомнила, как, умилившись при виде спящего годовалого сына, подумала, что, в принципе, после понимания на практике всех нюансов развития и роста малыша, в котором течёт драконья кровь, готова на второго и менее, чем через год уже держала орущий свёрток в руках.

Тагард так и вовсе всегда был готов к рождению абсолютно любого количества детей. Ему-то что, он столько лет в армии прослужил, что даже целая ясельная группа юных дракончиков его не испугает. Отец из него вышел в меру строгий, но так же обожающий сыновей, как и я.

— Да благосклонны они, благосклонны… — буркнула я в ответ, накрывая своей правой ладонью руки мужа. — В конце концов, мы же оба хотели подумать о дочке, когда старшие подрастут…

Я и пискнуть не успела, как оказалась подхваченной мужем на руки, а его сияющие глаза сказали намного больше слов, впрочем, один вопрос он всё-таки задал:

— Ты уверена, что у нас будет дочь?

— Абсолютно! Не так просто ведь все эти годы муштровала духов предков, чтобы научились, наконец, давать чёткие и быстрые ответы на мои поставленные вопросы! А после того как скажу, какое имя хотела бы для дочери, думаю, Лорна поставит себе зарок не умирать ещё лет пятнадцать, чтобы увидеть, как ещё одна её воспитанница начнёт строить глазки кавалерам, присматривая себе будущего мужа.

— Неужели… Имя моей матери или сестры?

— Двойное, любимый!

Да, няня Тагарда по-прежнему бодрится, несмотря на весьма почтенный возраст, и наставляет хорошим манерам не только наших сыновей, но и детей Нормана и Бэйтрис, Лэйнор и Алистера, а также тех, кто служит сейчас в замке. Давным-давно уже ничего не напоминало о полуразвалившейся махине, приютившей за своими стенами полтора десятка слуг. Замок расцвёл вместе со своими обитателями, как и земли, вернувшиеся Тагарду. А месяцев через семь одна кроха добавит ещё больше суеты и в без того шумные будни, заявив о рождении наследницы рода Тагардов. Но это будет не так скоро, как и капитальный ремонт замка после оборота Конрена, нашего старшего сына, решившего, что в день своего одиннадцатилетия он достаточно повзрослел и набрался сил, чтобы стать опорой отцу и защитником маленькой сестры.