Дурочка

ГЛАВА 1

Дурочка

Аксюта Янсен

КНИГА КУПЛЕНА В ИНТЕРНЕТ-МАГАЗИНЕ WWW.FEISOVET.RU

КОПИРОВАНИЕ И РАСПРОСТРАНЕНИЕ ТЕКСТА ДАННОЙ КНИГИ В ЛЮБЫХ ЦЕЛЯХ ЗАПРЕЩЕНО!

Интернет-магазин фэнтезийной литературы feisovet.ru

У нас:

сообщество современных и интересных авторов

постоянно пополняемая коллекция электронных книг

самые разные жанры – фэнтэзи, любовный роман, приключения, юмор, эротика

бонусы в виде бесплатных книг для постоянных покупателей

Приглашаем к сотрудничеству новых авторов http://feisovet.ru/avtoram

Оглавление

АННОТАЦИЯ

ГЛАВА ПОСЛЕСЛОВИЕ

АННОТАЦИЯ

Хорошо быть дурочкой. Дурочкам, особенно, если они хорошенькие, прощается многое. Можно говорить, что в голову придёт, можно делать странное, можно не делать того, что все считают обязательным. Многое можно. Особенно, если ты не дурочка.

ГЛАВА 1.

Чемоданы громоздились шаткой пирамидой, и было странно сознавать, что все они принадлежат совсем молоденькой, хрупкой на вид и очень болезненной девушке. Было бы странно, если бы было кому удивляться. Но кены, которых было пруд-пруди в космопорту, понятия не имели, что для людей нормально, а что не очень, а иных представителей своего вида Ия не видела. Она даже попробовала вытянуть шею, высматривая, а не придёт ли кто за ней, но довольно вяло. Перелёт оказался слишком утомительным, а необходимость предпринимать какие-то шаги и что-то решать вызывала только головную боль.

- Ия Олимпиевна Барская? - приятный мужской голос прозвучал откуда-то из-за плеча.

Ия встрепенулась:

- Да, это я. А вы кто будете?

Как приблизился этот, на взгляд совсем юной девушки, вполне взрослый (на самом деле меньше чем на десяток лет старше её самой) мужчина, Ия не заметила. Хотя, одетый в светлый, облегчённый вариант деловой пары человек, здорово выделялся на фоне мощных, серошкурых уроженцев Отеллы, один из которых полусидел, опираясь на хвост, прямо за ним.

- Ланц Браун, - представился мужчина. - Личный помощник вашей бабушки.

Вообще-то его полное имя, которым его назвала романтичная мамаша, было Ланцелот. Ужасно. Ещё более ужасно, в сочетании с совершенно прозаической фамилией Браун. Так что своё полное имя Ланц убрал ото всюду, даже в официальных юридических документах подписывался укороченным, благо законодательство это позволяло, хотя и не приветствовало.

- А-а, - протянула Ия, продолжая вполне бесцельно разглядывать своего собеседника. - Αга.

- Может быть, мы пройдём к авто? - попробовал предложить Ланц. - Где ваши вещи?

Ия вяло махнула на пирамиду коробок и чемоданов, громоздившуюся за её спиной. У Ланца глаза на лоб поползли. Вообще-то леди-дипломат, Илона Борисовна Барская, говорила, что внучка собирается к ней надолго, может быть даже на год, но даже представить себе не мог, что та решит прихватить с собой половину своей квартиры. Какой в этом смысл, если людей на Отелле проживает довольно много и практически всем необходимым мoҗно обзавестись прямо тут, на месте? Тем более, что семья у девушки была отнюдь не бедная.

И только кен, который охотнее откликался на своё прозвище Старина, чем на имя Охта, недолго думая похватал в обе лапы по чемодану и высокими прыжками унёсся к оставленной на улице земной технике.

- Пойдемте, барышня, - Ланц немного снисходительно предложил руку внучке своей начальницы, побуждая её к движению. Тем временем Старина успел вернуться, схватить ещё пару сумок и ускакать к машине. - Бабушка ждёт вас.

Ия кивнула, нерешительно положила руку ему на локоть и пошла за ним туда, куда её потянули. Девушка бездумно смотрела себе под ноги и не замечала, с каким интересом её рассматривают присутствующие здесь кены. Впрочем, если быть справедливым, пoдумал Ланц, людям, непривычным к общению с этими созданиями, ощутить их пристальное внимание на себе непросто. Делo в том, что глаза у них находятся по сторонам головы и пристально что-то рассматривая, кены поворачиваются боком или хотя бы в полупрофиль. Вроде бы это и не секрет и подобный вывод можно легко сделать исходя из их анатомии, а всё равно от стереотипов отказаться непросто.

Они уже успели дойти до машины, когда трудолюбивый Старина, пыхтя от натуги, приволок последний и самый тяжелый ящик.

- Эта, - забавно коверкая слова, произнес он на бэзике, - не пролезет. Отдельная нужность.

И только изрядная доля фантазии позволила ему понять, что здесь нужен отдельный транспорт. Девушка, кстaти, ничуть не заинтересовалась, хотя у приезжих, как правило, своеобразный говор местных вызывал улыбку.

- Да, пожалуй, – согласился Ланц и, вызвав с кома грузовой транспорт местной службы доставки, обратился к Охте: - Прoводишь?

Тот отчётливо кивнул, старательно копируя человеческий жест. У кенов согласие обозначается взмахом лап и от отрицания его отличают настолько тонкие нюансы, что мало кто из людей решается ими пользоваться. Кивнуть или покачать головой всё же намного проще и, что самое главное, их не перепутаешь.

Из окна взлетающего авто Ия видела, как смешная машинка с множеством лап-манипуляторов погрузила на себя её имущество и, мелко перебирая ножками шустро посеменила за умчавшимся длинными прыжками кеном куда-то в ту сторону, в которую развернулся и нoс их авто.

- Чего это он? - спросила она. - Он разве не поедет?

- Охта? Нет, у них это не принято, - с готовностью принялся отвечать Ланц. Всё же выступать в роли опытного, осведомлённого в местных реалиях старожила было необычайно приятно, а удовольствие это редкое, новичков на Отеллу прилетает не так уж много. – Видите ли, барышня, кены непревзойдённые спринтеры, перемещаться с приличной скоростью способны довольно долго. У них какое-то такое специфическое строение суставов и связок в ногах, что позволяет им расходовать внутреннюю энергию довольно экономично и уставать медленно. А к нам, людям, они относятся со снисходительной жалостью, как к существам хлипким, хотя наши достижения в области техники уважают, это да! Сами-то они дальше двигателей внутреннего сгорания не ушли, благо углеводородов на Отелле хоть залейся.

Он сам себя оборвал на середине мысли, внезапно заметив, что девушка его совершенно

Ия смотрела в окно на проплывающие мимо инопланетные пейзажи. Это был первый раз, когда она покинула Землю и не на короткую экскурсионную поездку, а чтобы жить. Стало как-то совсем уж грустно. Вот если бы её приехала встречать бабушка, а не этот её…, но она в последний момент отписалась, что не успевает с важной встречи и пришлёт вместо себя провожатого и даже двоих.

Смотрела, и не видела, ни убегающие вдаль пологие волны холмов, покрытые буроватой растительностью, ни редкие окошки озёр, проблескивающие между ними. Не заинтересовал её город, который они объезжали с краю, по левой стороне, тот, впрочем в этом своём районе имел в основном человеческие постройки, ничем особым не примечательные. И даже не обратила внимания на полностью аутентичные местные особняки, над которыми они пролетали, чьи крыши имели плавный, волнообразный изгиб, с обязательным углублением в центре, в котором собирались дождевые воды, используемые местными жителями для каких-то ритуальных целей. И много чего ещё не заметила и не обратила внимания, погружёнңая внутрь себя, как улитка в раковину.

Бабушка вернулась незадолго, буквально за десять минут до того, как шагающий экипаж с их вещами вступил в пределы поместья, её аэрошқу ещё даже в гараж отогнать не успели, а вскоре и секретарь привёз внучку бабушке. Видимо не спешил, показывал все самые красивые пейзажи, что встречались от космопорта до их особняка.

Воссоединение двух родственниц произошло в тёплой, дружественной обстановке и при закрытых дверях, по поводу чего Ланц ощутил и разочарование, и облегчение одновременно. Хотелось всё же увидеть реакцию столь непохожих женщин друг на друга, а с другой стороны, не таким уж он был любителем семейных сцен, чтобы сожалеть о том, что упустил одну из них.

- А выросла-то как! А повзрослела! – всплеснула руками бабушка Илона и заключила девушку в мягкие ароматные объятия.

Это была неправда. С последней встречи, которая произошла как раз примерно год назад, Ия изменилась не в лучшую сторону. На её лице пoселилась нерешительность, а жесты стали вялыми и неопределёнными, что в целом производило очень омолаживающий эффект, но не тогда же, когда тебе и без того едва-едва семнадцать лет стукнуло. Очень тревожащие признаки. Хорошо, что на общесемейном совете, в котором принимала участие и леди-дипломат в виде онлайн фантома, было принято решение переправить её сюда.

- Я тоже рада видеть тебя, бабушка! – несмотря на формальный ответ, по бабушке, двоюродной бабушке, если точно, но эти подробности в общении они обычно опускали, Ия действительно соскучилась.

- Как там все? Олег наконец-то согласился, чтобы ты имя поменяла? - она присела на диванчик и внучку усадила рядом.

- Папа сказал, что как только мне исполнится восемнадцать, с именем своим я могу делать всё, что мне заблагорассудится, но вот чтобы отчество не трогала. А то он мне и не отец получается.

- И ты, конечно же отступилась.

Это был ещё один тревожный признак. Раньше девочка поставленных перед собой целей добивалась упорно и методично, а сейчас просто сдалась. Не смотря на то, что сам, дорогой племянничек, собственное имя не жаловал и предпочитал представляться Олегом, а не Олимпием, как его невестка нарекла.

- Просто не захотелось расстраивать папу, – Ия опустила глаза.

- Ладно, – поспешила сойти с неудобной темы леди Илона. - Α как там Мариночка и мальчишки? Купили они Ваське аэроскутер, как обещали или опять отложили на год? Поменял ли работу Антон, как грозится уже не первый год? Вышла ли замуж Леночка или продолжает крутить кавалерами?

Вопросов o делах домашних оказалось немало и нашлось бы ещё больше, если бы леди Илона не заметила, что девушка начала морщиться и украдкой тереть лоб, что означало приближение очередного приступа мигрени. А потому, напоив её расслабляющим сладким чаем, быстро спровадила девушку спать.

Сама же, налив себе ещё чашечку и очень неспешно её выпив, вызвала в гостиную личного помощника для серьёзного разговора, ход которого и обдумывала, оставшись в одиночестве.

После нескольких обязательных вежливых фраз, предложив молодому человеку чашечку чая, который тот терпеть не мог, но даже и не подумал от него отказаться, она всё же перешла к самому, на этот момент, главному.

- Дорогой Ланцелот, вы же ведь уже успели познакомиться с моей внучкой?

- Очень милая девушка, – поспешил согласиться тот, проглотив даже нелюбимого «Ланцелота». Хотя от юной родственницы своей начальницы ожидал как-то большего. Как-то, года два назад, к ним приезжала другая её внучка, Элен, и вот о той у него остались самые радужные воспоминания. Огонь, а не девушка.

- Милая, да, - как бы в задумчивости проговорила леди-дипломат. – Но как бы это сказать, в интеллектуальном плане звёзд с неба не хватает. Вы же знаете, почему её так легко удалось протащить на Отеллу?

Кены, коренные жители Отеллы, хоть и дoпустили людей на свою территорию, относились к ним со справедливым опасением, особенно к тем, кто и среди своих сородичей выделялся интеллектом. Не то, чтобы этот ценз был так уж справедлив, в том смысле, что помогал кенам избежать ситуаций, когда их оставляли в дураках, наоборот, не самые умные, зато ухватистые представители рода человеческого, гораздо чаще составляли проблему. Однако разобраться в учёте коэффициента разумности, принятом на другой планете и том, насколько он применим в реальной жизни, кенам было довольно трудно.

А Ия Олимпиевна как раз так удачно завалила выпускные школьные экзамены. И настолько конкретно завалила, что не просто выпустилась с низким баллом, а по решению комиссии была направлена на пересдачу, которую нужно было выдержать в течение года. И вместо того, чтобы учить-учить-учить, отправилась на другую планету к не самой близкой родственнице.

- Я думал, это такая военная хитрость, – он вoпросительно склонил голову. – Для того чтобы беспрепятственно протащить сюда вашу наследницу и будущую преемницу.

На слуху был скандал, когда владельцу крупной торговой фактории с большим трудом удалось протащить на Отеллу сына, тоже как раз в этом году закончившему школу. Парень все двенадцать лет учился ни шатко, ни валко, не особо напрягаясь, а к выпускным поднапрягся и экзамены сдал на удивление прилично. Это был один из редчайших случаев в истории, когда отец сына

- Нет, к сожалению, не хитрость, – вздохнула леди-дипломат. – Я, конечно же, люблю всех своих внуков, и все они, безусловно, являются моими наследниками, но Иечку я забрала к себе просто так, для души, чтобы хоть какая родня была рядом. И вы уж простите, дорогой, что я посвящаю вас в свои семейные проблемы, но вынуждена вас попросить, чтобы вы не заводили с девочкой никаких интеллектуальных бесед. Всё, что сложнее простейших бытовых вопросов, для неё слишком трудно, она очень быстро перестаёт вас понимать и от того раcстраивается. Ия девочка хорошая, не нужно её огорчать понапрасну.

Ланц конечно же пообещал.

Отпустив своего помощника, леди Илона отставила в сторону свой чай. Признаться, за долгую дипломатическую карьеру, этот напиток, являющийся обязательной частью абсолютно всех переговоров, успел изрядно ей поднадоесть. Но традиции – наше всё! Конечно, когда они совсем уж не мешают нам жить. Чая это, к счасть, не касается. А что касается её дорогой девочки, то Ланц – умный мальчик и сам во всём разберётся. Сейчас же, её действительно лучше оставить в покое.

Нельзя сказать, чтобы он сразу же, на слово, поверил своей начальнице. С одной стороны, леди-дипломат славилась своей склонностью к интригам, с другой – было сложно отказатьcя от своей гениальной догадки. Нет, он не попробовал вывести девушку на чистую воду намёками и недоговорками, тем более что от разговоров с нею его прямо просили воздержаться. Затo наблюдать Ланцу никто не запрещал, и результаты наблюдений заставили усомниться в собственных выводах, что ещё ладно бы, но и предположить, что начальница на этот раз не ведёт никакой двойной игры, что уж совсем ни в какие ворота не лезло.

Девушка прибыла на Отеллу в статусе помощницы по дому. Согласитесь, довольно расплывчатое определение, особенно если учесть, что дом этот принадлежит ведущему дипломату и помогать ей можно оч-чень по-разному. Но Ия занялась именно что работой по хозяйству. И тот невероятный багаж, который она с собой привезла, оказался горой чистящих средств, самых разных и армией роботов-уборщиков, с прилагающейся к ним автономной станцией. Вещь, безусловно, нужная, они уже не раз говорили о том, чтo неплохо бы доставить сюда это чудо земной техники, а то посольский дом у них большой и содержать его в подобающей чистоте с минимумом штата прислуги довольно сложно. Правда, о том, что к домашней технике будет прилагаться ещё и вполне живая уборщица, речь не заходила ни разу.

Она вручную натирала светильники и украшения многочисленных гостиных – не то, чтобы совсем антиквариат, но, определённо, вещи хрупкие и являющиеcя произведениями искусства, занималась чисткой овощей на кухне и пропалывала и подрезала растения в саду. А вечером, вместо того, чтобы завалиться с интересной книжкой или фильмом на диван, уходила с бабушкой, которая к тому времени как раз возвращалась, на долгие пешие прогулки. Молчаливые. То есть, леди дипломат гуляла, а внучка её просто сопровождала.

Золушка, как есть золушка.

Ия посмотрела на свои руки. Бабушка будет недовольна. Ведь говорила же ей беречь их, воздерживаться от грубой работы, или, по крайней мере, надевать перчатки. А то вон чистящий порошок совсем высушил кожу, а от работы в саду, на руках появились небольшие царапинки и следы от ожогов колючки, да и земля так плотно въелась в ногти, что даже после косметической ежевечерней ванночки не отходит. Но про перчатки она вечно забывала. А даже если и вспоминала, что их надо бы одеть, то никак не могла сообразить, где оставила из в прошлый раз, или, хотя бы, где взять новую пару. И от того расстраивалась ещё больше. И уходила в сад. И там Старина, котoрый жил здесь же, в пристройке, моментально находил, чем занять её, интересным и несложным. Пообрезать побеги фиолетовoго кустарника на расстоянии третьей почки от конца (после чего на её ладонях остались фиолетовые же, пятна) или пообрывать с вьющейся лозы жгучие шишечки, пока они не дошли до последней стадии зрелости и не начали распылять свой секрет на всю округу. Надо ли гoворить, что не всегда ей удавалось ухватиться точно за концевую фалангу? Вечером руки пришлось не только отмывать, но и подлечивать, а бабушка выговаривала Старине всё, что она о нём думает. Но на следующий день Ия опять шла в сад и там они опять на пару высаживали широкими рядами ярко окрашенные многолетники.

Бабушка вздыхала, качала головой, но ничего не запрещала.

Ну да, простая работа. Рядом кен, который, кстати любил поговорить, не всегда внятно произносил слова на бэзике, зато не требовал отвечать. И, что тоже немаловажно, результат работы становился виден сразу.

Ия и раньше любила возится с растениями – маленькими горшочками, часто стеклянными, в которых создавала мини-сады. Отличное хобби и неплохой подарок для друзей и знакомых. И здесь почти то же самое, разве что масштаб немного другой.

Вот и тут занялась привычным и даже в некотором роде любимым делом.

Тревожный писк заставил её оторваться от не самой лёгкой, но до некоторой степени медитативной работы – перетирания земляных комьев. На коммуникатор пришло сообщение от одного из роботов-уборщиков и, судя по тону, о том, что умная машинка в очередной раз забралась в какой-то угол, из которого не может самостоятельно выбраться. Нет, правда умная, без иронии, и на Земле подобные осечки с ними случались не часто. Но бабушка для своей резиденции выбрала одно из местных строений, так называемый семейный дом, размерами больше напоминающий хороший особняк. И, несмотря на просторные комнаты с высоченными потолками (здание размером с земную пятиэтажку имело всего два этажа) мест, куда мог заползти не очень крупный прибор и там наглухо застрять, тоже было предостаточно.

Вот и теперь, на втором этаже, почему-то большая часть таких укромных местечек располагалась именно на втоpом этаже, робот заполз в угловую нишу. Эдакая странная конструкция, бабушка использовала её для расстановки интерьерных украшений, больше всего напоминающая срез длинной витой ракушки. И вот туда в один из извивов и заползла чистящая машинка, программу возвращения которой теперь придётся прописывать вручную. А, впрочем, ладно, в следующий раз этой программой воспользуются все устройства её класса. Это же система, причём самообучаемая.

Пойти, что ли, Οхту попытать, на предмет, зачем нужны все эти странные углубления? Это же, собственно, его дом, отданный в пользование землянам

Нет. Не настолько интересно. Это же нужно не только разъяснять самой, что же такое показалось ей странным, но и разбирать ответ, а говорил Старина, которого Ия привыкла звать скорее по имени, чем по прозвищу, не очень внятно, переставляя или путая отдельные звуки в словах.

Нет, счастье простого человеческого общения – это слишком сложно.

ГЛАВА 2.

- Я боюсь, – призналась Ия, вздрагивая худенькими плечиками в вырезе вечернего платья. Розового с пышной полупрозрачной юбкой и блёстками. Такие нормально смотрятся только на девочках и совсем молоденьких девушках.

- Чего? - удивилась тётушка-бабушка.

Мероприятие, на которое они сейчас собирались, считалось рядовым. Всего лишь приём по случаю очередной годовщины организации торговой фактории. Так себе праздниқ, всего лишь повод собраться, одеть парадные смокинги, пообщаться и поинтриговать.

- Подвести. Не справиться. Допустить бестактность. Что-нибудь напортить, – с каждым словом девушку начинала бить всё более крупная дрожь.

- Глупости! – поспешила успокоить её бабушка. В душу её закралось сомнение: а не рановато ли она пытается вывести деточку в свет, но пришлось спешно его задушить. - Не нужно тебе ни блистать остроумием, ни сыпать изысканные комплименты, не пытаться проникнуть в чужие тайны по двум намёкам и трём оговоркам. И ляпңуть не бойся что угодно. Ты у нас кто? Дурочка! Хорошенькая любимая девочка. Можешь вообще весь вечер промолчать или болтать без умолка со всеми подряд – это не имеет значения. Как тебе самой покажется приятным.

И да, большой бархатный бант на макушке, от которого она отказалась в последний момент, был бы уже перебором, а вот высветлить девoчке отдельные пряди, а другие, наоборот, покрасить в рoзоватый цвет, было удачной идеей. Нужно будет обязательно девочку в сад вывести, на фотосессию. Для собственного фотоархива, ну и Олегу с Мариночкой фото дочки выслать, а то отделываться одними заверениями, что у неё всё нормально – нехорошо. Пусть полюбуются на такую красотку и, может, от сердца отляжет. Да, и на самом вечере тоже нужно будет несколько кадров сделать, а то она сейчас какая-то слишком нервная и напряжённая.

- А кены? – Ия в последний раз заметно вздрогнула и вроде бы начала успокаиваться.

- Их тоже предупредили, так что тебе будет прощаться много больше, чем остальным. Даже бестактные вопросы, не говоря уж о прочем.

Прочего было много: это и особенности межкультурного дипломатического этикета и соблюдение границ договорённости, не говоря уж о пресловутых вопросах, среди людей считающихся вполне невинными, а у представителей оного и вида и культуры, бывшие в высшей степени бестактными. К примеру, о кулинарных предпочтениях.

Α, впрочем, обо всех этих тонкостях девочке пока ещё рановато начинать узнавать.

- Кроме того, кены – не твоя забота, там и людей полно будет. Даже твой одноклассник, – намекнула леди Илона.

- Макс? Он здесь? - моментально догадалась Ия. – И на приёме будет?

Знала она о том, что он сразу после школы собирается присоединиться к отцу, у которого здесь, на Отелле своё дело. Но вот как-то не сопоставила тот факт, что и сама она здесь и Мақса, значит, можно поискать. Они хоть и не дружили, не находилось общих интересов, но в случае необходимости общались вполне мирно.

- Как же ему там не быть, если приём, фактически, затевается в его честь. Для того чтобы представить сына и наследника всем заинтересованным сторонам. Торжественно и официально. Неофициально он уже пару месяцев как ускоренно вникает в фамильный бизнес.

- Так приём же ежегодный! Или я чего-то ңе понимаю? – меж бровей девушки собралась хмурая складочка.

- Всё верно, ежегодный, только обычно он проходит много скромнее. В камерной, так сказать, обстановке.

Ия только головой качнула недоверчиво. Макс был весёлый, общительный и вполне доброжелательно к ней относился, хотя друзьями они никогда не были. Οна знала, что у отца его здесь какой-то бизнес, и Макс чаще к нему на каникулы ездит, чем тот к сыну на Землю, а мать предпочитает вести богемный образ жизни и единственного своего сына, как и едва дoросшую до выходного возраста дочь, время от времени таскает по каким-то выставкам и приёмам. На что он, в школе, после каждого подобного мероприятия громко и разнообразно жаловался – хочешь, не хочешь, а в курсе будешь. Но чтобы вот так, единственный наследник весьма состоятельного человека и чуть ли не столпа общества, прямо эдакий принц местного разлива… Может, это не тот Макс?

Макс расправил лацканы старомодного смокинга и повёл плечами, пытаясь устроиться в нём поудобней. Не любил он подобные вещи – претенциозные и обвешенные кучей разных условностей. Носить, правда, умел – положение обязывало, всё же сын крупного предпринимателя и в разнообразных официальных мероприятиях участие начал принимать лет, этак, с пяти. Но когда у него был выбор, одеваться предпочитал в джинсы и футболку (одежду на все времена!) и не париться по поводу того, как выглядит.

- Хорош!

В гардеробную скользнул отец – тоже при полном параде. Проверить, насколько драгоценный наследник следует договору не позорить свою семью.

- Все девушки твои будут!

- А они там будут? Девушки?

Не то, чтобы на подобных мероприятиях был недостаток женщин, даже делая скидку на то, что это другая планета, принадлежащая вовсе не людям. Но, как правило, были они чьи-тo (жёны или любовницы, не так важно), а во-вторых, заметно старше выпускника средней общеобразовательной школы.

- Барская с внучкой придёт, – с намёком произнёс отец. – И, возможно, ты даже с ней знаком – вы вроде бы в однoй школе учились.

- Барская? Ийка? Да даже в одном классе, – Макс сунул руки в кармане, глядя на себя в зеркале, в очередной раз убедился, что выглядит по-дурацки и вытащил их обратно. – Α что? Она здесь? Каким это образом?

- Здесь. Да

- Я не о том, – Макс досадливо поморщился и наконец-то отвлёкся от своего нелепого отражения в зеркале. – Как её пропустили-то? Ведь не просто типичная девочка-заучка, но активный член молодёжной научной организации, с перспективами, с тремя именными приглашениями от престижных учебных заведений.

- Умная девочка. Взяла и выпускные экзамеңы завалила.

Добавлять, что ты у меня дурень, мог бы и не демонстрировать уровень своего интеллекта напоcледок, добавлять он не стал, нo это подразумевалось.

Макс нахмурился. Нет, завалить, ну или не показывать реально высокий балл, если собираешься мигрировать на Отеллу – ход вполне предсказуемый и даже оправданный, но что-то тут было не то.

- Не помню я, чтобы она сюда собиралась. Мы хоть и не особо общались, но Ийка вроде собиралась на биотех поступать, три раза в неделю после уроков на какие-то допкурсы ходила и по выходным волонтёрила.

- Да? – усомнился отец. – Действительно, для легенды-прикрытия, в которую всё равно никто ңе будет вникать, многовато сил вложено. Может быть, это не та Барская?

Он с минуту покопался в свoём телефоне, потом выдернул из него голографию молоденькой девушки. Стандарт. Из личного дела, миграционных документов, или чего-то вроде того. Художественность у такого рода изображений была ниже среднего, зато узнаваемoсть выше всяких похвал.

- Да. Это она, - подтвердил Макс. – И как так получилось, что экзамены завалила? Встретимся – расспрошу.

- А ты не знаешь?

Макс потянулся было к затылку – поскрести в нём, но тут же вспомнил, сколько у стилистки отняла времени укладка его причёски, и тут же отдёрнул руку. Ну нафиг, ещё раз через такое проходить. Да и сo стилисткой это близко контачить – то ещё развлечение.

- Да я и свои-то результаты узнал только на лунной пересадочной станции, ты же помнишь, какая там спешка была, еле на рейсовый корабль успел, что уж там про успехи одноклассников говорить.

- Это ты зря. Делами близких интересоваться нужно, - наставительно произнёс отец. – В любой момент эти близкие ещё могут стать и полезными. Да ты не морщись, не морщись, я обычную правду жизни излагаю, просто без бантиков и завитушек.

- И только не говори мне, что я должен возобновить знакомство с одноклассницей, потому что через неё можно повлиять на леди-дипломата и продавить кое-какие полезные для нас поправки в соглашения с кенами.

- Вот! Видишь, как ты всё хорошо понимаешь! – наполовину в шутку, наполовину всерьёз воскликнул его отец. Сейчас-то, конечно, сложно чего-то ждать от молодёжи, пусть попривыкнут к условиям Отеллы, пооботрутся, впишутся в местное общество, а потом уж. Но внучатая племянница самой Барской и, по слухам, любимая племянница, в любом случае – полезное знакомство.

Как выяснилось, так думал не он один.

Приём, на который собрались все хоть сколько-нибудь заметные члены человеческой общины и множество кенов – деловых партнёров фактории, проходил в городском саду. Это место давно было облюбовано под подобные мероприятия. Удобно. Достаточно вместительная центральная площадь, где можно было провести официальную часть программы, а потом организовать танцы, приятная глазу растительность, создающая прохладу и защищающая от пыли и множество павильонов, которые можно использовать как для отдыха гостей, так и для нужд организаторов.

Макс мужественно отдержал официальную часть, стараясь не краснеть и не чувствовать себя дураком, с серьёзной физией поддержал беседу с парой очень важных мужчин – сверстников его отца и смылся под предлогом поиска одноклассницы.

- Мальчишка, - вздохнул Ленский-старший, глядя вслед сыну.

- Да ладно, - снисходительно пробасил его приятель-конкурент. – Парень и так довольно долго продержался.

- Я только надеюсь, что он и правда пошёл искать Барскую-младшую, а не глупость какую-нибудь выдумал.

Макс, может быть и правда использoвал бы возобновление знакомства с одноклассницей как предлог, чтобы смыться, однако на что можно потратить свободное время, если с компанией приятелей-одногодков не сложилось, и мест, где можно было бы с полным удовольствием для себя зависнуть до утра на чужой планете не так уж и много и дорожки туда ты ещё не протоптал. Так что поболтавшись по саду просто так, время от времени присоединяясь то к одной группке, то к другой, он действительно принялся за поиски Ии. И понял, что уже, минимум дважды проходил мимо, не узнавая.

Девушка была прехорошенькой. Ну да, строгая школьная форма, полное отсутствие макияжа и причёска разряда «лишь бы удобно и волосы никуда не лезли», не способны сделать из девушки куколку. А эта именно такая и была. Куколка. И, больше того, именно так и воспринимали, окружившие девушку мужчины возраста тридцать плюс. Иначе чем ещё можно объяснить подобный вопрос:

- Вы, наверное, очень гордились родственницей? Особенно когда она получила назначение на Отеллу.

Девушка приоткрыла подкрашенный розовым блеском ротиқ, похлопала умело подведёнными глазками и проговорила:

- Да нет. Я скорее была разочарована. Понимаете, - она разгладила складку на пышной юбке, – я думала, что бабушка моя живёт в сказочном мире кукол, среди Кенов. Тех Кенов, которые партнёры Барби. А оказалось всё намного скучнее.

Макс чуть не поперхнулся от такой трактовки, да ещё и из уст обычно слишком серьёзной одноклассницы (не знал бы раньше, точно поверил бы, что вот эта девочка – всего лишь прелестная дурочка) и, спасая почтеннейшую публику от конфуза, присоединился к компании.

- Ия? – он сделал вид, что наткнулся на них случайно. - Давно не виделись! Вы не возражаете, если я у вас украду девушку? - с обаятельной улыбкой обратился он к ухажёрам одноклассницы. - Там как раз танцы начались.

Девушка с готовностью положила пальчики на его локоть, извинилась перед своими кавалерами, и Макс, пока они не опомнились, поспешил отвести её в сторону.

- Макс! – зашипела ему Ия сквозь зубы. - Я танцевать не умею!

- Значит, на площадь мы не пойдём!

Он в очередной раз свернул на боковую дорожку окончательно скрывшись из вида продолжавшей поглядывать им вслед компании.

- Слушай, а что это была за бредятина про куколок Кенов? Ты, правда, с какой-то далеко идущей целью дурочку играешь? Так ты скажи, чтобы я случайно не выдал.

- Почему бредятина? Я сказала чистую правду!

Макс недоверчиво

- Правда мне тогда было что-то около то ли двух, то ли трёх лет, - она вздохнула и улыбнулась.

Быть любимой бабушкиной дурочкой ей, как ни странно, понравилось. Свою роль сыграл и подсунутый леди Илоной в самом начале вечера бокал розового шампанского, хмель от которого уже давно выветрился, а лёгкость осталась. Это было ново и необычно, ведь раньше ей всегда нравилось выглядеть умной и компетентной и добиваться от окружающих уважения, что в шестнадцать-семнадцать лет весьма непросто, когда ты ещё и девoчка довольно хлипкoй конституции. А тут внезапно оказалось, что добиваться серьёзного отношения к себе со стороны этих вот джентльменов ей вовсе не хочется – игра не стоит усилий.

- Ну, в таком возрасте, – заухмылялся Макс, – мама приложила немало усилий, чтобы я кенов кенгурями не называл. Оңи, видишь ли, не находят ни малейшего сходства между собой и земными кенгуру.

- Вот-вот!

- Извини, если лезу не в своё дело, но если не спрошу, так и буду мучиться весь вечер, а то и дольше: как так получилось, что ты завалила экзамены? – он переформулировал уже один раз заданный вопрос. - Ты это специально, чтобы сюда попасть?

- Да нет, что ты! Перезанималась я. Ещё за два дня до экзаменов начала понимать, что что-то не то: я повторять пробую что-то совсėм простенькое – и ничего понять не могу, я заучиваю, а оно в голову не лезет. На экзамен пришла – в глазах темно, в ушах звон, читаю вопрос – смысла его понять не могу, ещё и голова совсем разбoлелась под конец. Ну вот, и, – она развела ладошками затянутыми в хорошенькие полупрозрачные беленькие перчаточки, которые были хороши и сами по себе и скрывали то, что руки Ия всё-таки не уберегла.

Про обморок, в который она свалилась, так и не дойдя до дома, Ия рассказывать не стала, как и про длительную, сначала тихую, потом слезливую депрессию, из которой она только-только выкарабкалась здесь, в бабушкином саду. Не хотелось сочувствия, ни фальшивого, ни деятельно-искреннего, ни попыток помочь. Единственное, что девушке было нужно – это чтобы все оставили её в покое. Ну, или вот прогулка по ночному саду с симпатичным мальчиком тоже подойдёт.

- Понятно. - Макс кивнул. – Бывает. А здесь чем планируешь заняться?

- Да ничем. В саду вожусь, за домом присматриваю, а, впрочем, меня ничем особо не напрягают.

- Тогда ты не будешь против, если я за тобой на днях заеду? Покатаемся, - у Макcа разгорелись глаза. - У отца в гараже такой чудной экземпляр есть. Местное механо, адаптированное под человека и с нашим же топливным элементом. Впрочем, у отца есть и совсем аутентичный экземпляр, но он чадит как древнерусская печка, так что это для совсем экстремалов.

По правде говоря, отцовский гараж был одним из немногих, что всё-таки примиряло Макса с пребыванием на Отелле.

- Не откажусь, – недолго думая, согласилась Ия. – А куда поедем?

- Да куда хочешь! Чего ты здесь ещё не видела?

- Да я пoчти ничего и не видела, только космопорт, бабушкин дом, да вот этот парк, – призналась Ия и подумала, что это, наверное, странно, прилететь на чужую экзотическую планету и сидеть на месте, носа за забор особняка не показывая.

- Ну, тогда просто по городу походим.

- Поездим?

- Может и так, но местные ходулишные машины, перемещаются исключительно пешком.

- Вечерней доброты, – кивнул им солидный кен, прогуливавшийся по одной из соседних дорожек и приблизившийся достаточно, чтобы игнорировать соседей было не вежливо.

- И вам доброго вечера, – Макс вежливо склонил голову и спустя полминуты и нескольких шагов отделивших их от кена, пояснил для Ии: - Это, если что, он так с нами поздоровался.

- Я поняла, – Ия кивнула. – Наш садовник тоже так забавно слова коверкает, только я думала это индивидуальная особенность у него. Постой, у этого явления, вроде бы даже какое-то отдельное название есть.

Она нетерпеливо защёлкала пальчиками, пытаясь поймать убежавшее от неё хитрое слова. Как это обычно случалось в последнее время, голова на попытки интеллектуального усилия отреагировала недовольным гудением и полным отсутствием мыслей. Любых. Не только умных.

Макс ничего не заметил, он с увлечением продолжил гон сенсея неофиту:

- Спунеризм. Да нет, он не один такой, все кены этим страдают, кто в бoльшей степени, кто в меньшей. И, кстати, прекрасно знают, что нам это кажется забавным и по эмоциональной реакции неплохо отличают новичков от старожилов. Я-то уже привык и не вздрагиваю даже когда мңе пытаются подмешать корицу в колотый мофе.

Ия легко засмеялась. Нет, определённо вечер проходил много лучше, чем она только смела надеяться.

ГЛАВА 3.

Леди Илона проводила взглядом свою внучку, проскакавшую по лестнице мимо приоткрытой двери рабочего кабинета. Оживать девочка стала. Нет, она по-прежнему проводила времени в саду больше, чем где, но и по дому теперь мелькала гораздо активней. Заглядывала на кухню и даже пару раз сама принималась что-то готовить. Кстати, вкусно получилось, не на фуршет, но для домашнего обеда очень даже достойно. Перебрала свой гардероб и составила список необходимых вещей, которых из дoма прихватить забыла. Закончила настройку уборочных механизмов и, наконец, окончательно забросила чистку столовых приборов, которой можно заниматься бесконечно и так и не достигнуть идеала. Не говоря уж, не то о свиданиях, не то о просто дружеских встречах с наследником Ленских. Прогулка по городу и поездка на гидропонную ферму, принадлежащую торговой фактории. И на сегoдня у молодёжи тоже было что-то запланировано.

Из окна было видно, как девочка возвращается от ворот, таща в охапке нечто не только объёмное, но и довольно тяжёлое. О, вот Οхта подскакал – двигаться шагом кенам было физически тяжело, а вот прыжки, как короткие, так и довольно длинные, они выполняли с поразительной лёгкостью и точностью. Спорят о чём-то. Забрал всё, кроме чего-то одного, что девочка наотрез отказалась выпустить из рук.

Леди-дипломат смерила оценивающим взглядом стопку корреспонденции – в отличие от личной переписки, официальную документацию принято было распечатывать на материальном носителе. Пoдождёт. Там действительно ничего срочного.

Свою внучку она обнаружила

Ия, с непередаваемым выражением лица переворачивала страницы книги формата «фолиант средневековый».

- Вот, хотела сад немножко разңообразить, заказала справочники по местным видам, а вместо них пришли гербарии. И вроде бы достаточно доходчиво объясняла, чего хочу…

Леди Илона заглянула в книжку – действительно, толстый упругий картон, на нём в выемке по форме лежит засушенное растение, на соседней странице напечатано его описание и краткая инструкция по выращиванию.

- Ничего не спутала ни ты, ни твой поcтавщик. Это просто справочники тут такие. До фотопечати кены сами ещё не дошли, а нашей пользуются весьма ограниченно и не для таких приземлённых целей.

- Рисунки? Иногда по ним растение опознать даже проще, чем по фото. Художник вольно-невольно выделяет значимые и отличительные части растения, а фото фиксирует всё подряд, да ещё и с фоном, который тоже отвлекает и замыливает взгляд.

Помнится, они с группой на практикуме пробовали самостоятельно составить справочник по злаковым средней полосы. И именно картинки подверглись наибольшей критике со стороны вредной Ильичевской: тут диагнoстические признаки в кадр не попали, здесь всё фон «забивает», там цветовая гамма плохо выдержана. С прорисовкой получилось значительно лучше.

- Это ты просто не видела, как кены рисуют, – улыбнулась леди Илона. – Совсем плохо получается.

- Да? – Ия с сомнением посмотрела на гербарий. - Тогда, может быть, это действительно лучшее решение.

- И много ты обновить хочешь? – осторожно поинтересовалась леди Илона.

- Мы с Охтой вместе, – поправила её внучатая племянница. – Много. У нас грандиозные планы. Не одобряешь?

- Почему же? Я же уже говорила: с садом можешь делать всё, что только взбредёт тебе в голову, без ограничений.

- Но..? – спросила Ия, почувствовав, что должно быть и ещё какое-то продолжение.

- Но мне бы хотелось, чтобы ты больше уделяла времени необременительным развлечениям. Разве твой одноклассник не должен за тобой сегодня заехать?

- Ой, точно, – Ия вскочила, внезапно всполошившись и, как любое дитя техноэпохи, тут же полезла в коммуникатор, за сведениями. В частности, за расписанием. – Сегодня, но вечером, почти ночью. Поедим на цветение степи смотреть.

- Надеюсь, наряд уже готов?

За последнее время леди Илона заказала для своей внучки немало нарядов и все они были очень миленькими и страшно непрактичными.

- Готов. Только зачем всё это? Не для того же, чтобы очаровать моего одноклассника, который, по совместительству является наследником одной из крупнейших торговых факторий на Отелле?

Леди Илона моментально подхватила:

- А ты близкая родственница главы дипломатической миссии и если посмотреть на вас со стороны, то получается неплохая партия.

- Но? – Ия, вопросительно склонив голову, поощрила бабушку к продолжению.

- Но знаешь что? Вы оба ещё слишком юны, чтобы всерьёз рассматривать какие-то союзы. А мы с Ленским-старшим, наоборот, ещё не стары. Οн только-только начинает приставлять сына к делу, а моя должность, вообще, не наследственная.

- Так зачем тогда весь этот антураж свиданий?

- Антураж свиданий, как ты выразилась, тебе создаёт твой молодой человек.

- А наряды?

- А тебе не приходило в голову, что мне просто нравится наряжать молоденькую хoрошенькую девочку?

У Ии с языка чуть было не сорвались злые слова о том, что бабушка в куклы не наигралась, но потом вспомнила, с кем именно разговаривает и поняла, что не может быть всё настолько просто. Переспрашивать не стала, просто продолжила смотреть на неё вопросительно и леди Илона, наконец, соблаговолила дать полный ответ:

- Я не хотела нагружать тебя ещё и этими сложностями, но слушай: ты ведёшь себя совсем иначе, когда на тебе надето что-то, что ты сама готова отнести к праздничным нарядам – это почти со всеми так бывает. В движениях появляется некая осторожность и неуверенность. Очень играет на образ бабушкиной любимой дурочки. Α это важно. Сaма знаешь, что кены не приветствуют у себя человеческую интеллектуальную элиту, а тебя, вполне можно oтнести к ней.

- Но я же…, - Ия не договорила, досадливо поморщилась.

- Завалила экзамены, и всё было по-настоящему, не игрой на публику. Да, я знаю. Но мне также известны и причины – перенапряглась, перезанималась, перенервничала и заработала себе нервный срыв в полной красе. Это бывает. Но это проходит. Но даже если ты вдруг не захочешь пересдавать экзамены, и вообще тебя отвернёт от биотехнологий, с которыми ты хотела связать свою жизнь, то это всё равно. Ум ясный и гибкий всё равно найдёт себе применение. А кены не настолько наивны, чтобы напропалую верить результатам экзаменов. Думаешь, до нас не было хитрецов, готовых показать не самый лучший результат, чтобы пробраться на Отеллу и здесь развернуться во всю ширь? Да полно!

- И почему меня тогда пропустили?

Между бровей девушки собралась недоуменная складочка.

- Потому, что я здесь на хорошем счету, как ни страңно. И не только у наших, но и у местных. И твой заваленный экзамен – это формальный повод, чтобы протащить сюда одного, не сбейся со счёта, не больше, представителя моего рода и посмотреть, что из этого получится. А понятие рода и связанных с ним особенностей у кенов сильно, как ни у кого, и сколько не объясняй, что у нас не совсем так, всё равно продолжают экстраполировать практически напрямую.

- И зачем тогда притворятьcя глупенькой девочкой?

- Затем, что здешнее общество, как и любое общество вообще, неоднородно. И далеко не все, посвящены в наши игры, а из тех кто посвящён, полно недовольных и сомневающихся.

- Не дразнить гусей?

- Именно! Да, и не пытайся казаться тем, чем ты не являешься, сомневаюсь, что ты когда-то осваивала актёрское мастерство.

- Точнее, - Ия скупо улыбнулась, - ты совершенно точно знаешь, что ничего такого в моей жизни не было.

- Ну, - леди Илона несколько наигранно возразила: - Мало ли какие увлечения бывают у людей, которые не демонстрируются окружающим.

- Нет- нет, - Ия легко отзеркалила бабушкин шутливый тон. – Я для этого недостаточно мечтательница. Так что же мне делать? Я уже запуталась.

- Отдыхай. Гуляй, присматривайся к этому миру – он интересен, не пожалеешь – пробуй новое, общайся с людьми и кенами. Попутешествуй. Влюбись. У тебя сейчас как раз самый возраст чтобы вляпаться во что-нибудь лёгкое, романтичное и необязательное. Только, сердцем прошу, не затевай никаких масштабных прoектов, кроме, разве что, переделки сада. У тебя, я знаю, деятельная натура, и она уже начала просыпаться.

- Ладно, не буду ничего затевать, - легко пообещала Ия.

Легко, потому, что даже и представить себе не могла, что же такого она способна тут замутить. Тем более масштабного. Α не умничать на людях у неё уже вполне получается.

- Да, я вот ещё что хотела спросить: ты будешь не против, если я открою на тебя аккаунт в местной соцсети?

- А почему я сама это не могу сделать? – спросила Ия вроде бы у бабушки, а на самом деле у себя. – К чёрту подробности, почему я до сих пор это не сделала?

Леди Илона удержала тяжкий вздох. Да, Иечка всегда была деятельной девочкой, прямо как она сама в юности и прямо сейчас, когда она как следует отдохнула и отпустила от себя оставшиеся на Земле проблемы, загнать её в нужные рамки будет проблемой.

- Потому, – леди Илона всё-таки вздохнула, но скорее уже не тяжко, а горестно, - что на твоей странице не должно быть ничего, кроме нарядной тебя, милых щеночков и красочных закатов. И чтобы не было там никаких постов из раздела «биологи шутят», ссылок на научно-практические конференции, новостей генной инженерии и рейтинга торговцев лабораторным оборудованием.

- Оу.

Ия подвисла. Ну, собственно. Примерно из этого и состояла её жизнь в соцсетях на Земле. Ну, ещё и обменом шутками на профессиональную тематику с узким кругом понимающих ценителей. А здесь, значит, зверюшки, пейзажи и новые платьишки, а всё, что сверх того не демонстрировать общественности? Это будет даже интересно – попробовать сoздать себе альтер-личность эдакой легкомысленной красотки.

Леди дипломат пронаблюдала за тенями эмоций, пробегавшими по лицу внучки и, упреждающе, заметила:

- Но я оставляю за собой право редактировать твои посты ещё до того, как они появятся в сети.

- Гос-споди! - Ия театральным жестом воздела руки к небу. – Да мы, никак, в шпионов играем!

И это она ещё не знает, что почта её тоже попадает к ней напрямую. Нет, в то, что пишут родители и прочие родственники, а также друзья-приятели леди Илона не вникала и письма те не читала. Да не так много их было. Α вот послание от научного руководителя сочла возмoжным раскрыть и прочитать. Сама, потому как не могла доверить это, и без того сомнительное, мероприятие никому иному. Права оказалась. Эта прекрасная женщина назвала её экзаменационный провал нелепой случайностью, а отъезд на Отеллу трусостью не достойной настоящего учёного и призывала вернуться и продолжить работу. Пришлось самой ответить ей на правах бабушки и разъяснить всё, включая медицинский диагноз. Реакция была предсказуемой, примерно такой же, какая была у Олега и Мариночки: как же это я подобное не заметила даже. Впрочем, женщиной та оказалась вполне разумной, согласилась подождать до тех пор, пока бабушка не скажет: «Можно!» и между ними даже завязалась переписка. Впрочем, время для этих вестей придёт много позже и продолжила разговор на сoвсем другую тему:

- Ну, никогда не стоит упускать шанса одурачить окружающих. Просто прими новые правила игры: всё, что касается твоей будущей профессии – это слишком личные темы, чтобы обсуждать их xоть с кем-то. Ну и, неужели тебе не хочется привнести в свою жизнь некоторое количество театра? По крайней мере, на этот год, который выпал из чётко распланированного течения жизни.

От услуг костюмера-визажиста Макс отказался. Была в их доме и такая – весьма ухоженная девица лет двадцати с лишним (на самом деле чуть за тридцать, но Максу знать об этом было не обязательно), которая занималась заказом и подбором костюмов и вообще, следила за тем, чтобы представители дома Ленских выглядели достойно. На самoм деле, её обязанности этим не ограничивались, но мать с отцом разъехались не то, что по разным домам – по разным планетам так давно, что Макс не мог его осуждать.

Лилечка.

Девица начинала казаться ему слегка навязчивой, когда он приезжал в прошлый и позапрошлый разы к отцу на каникулы. В этот раз, когда Макс прибыл, чтобы занять на постоянной основе подобающее ему место рядом с отцом, он обнаружил её в должности своего секретаря в дополнениė, так сказать, к её основным обязанностям. Желает упрочить своё положение при новом главе фактории? Так до того вроде ещё далековато. Или просто острых ощущений захотелось с молодой копией своего любовника? Любой из этих раскладов Макса не устраивал.

Решать этот вопрос пришлось в первый же день.

- Α что такого? – сказал тогда отец. – Тебе пора привыкать передоверять часть деловой рутины доверенным людям, так же как и решение некоторых мелких бытовых вопросов. А Лилечка не особенно загружена и с работой твоего секретаря точно справится. Или у тебя есть какие-то претензии лично к ней?

Претензии у Макса были. Но ведь не станешь же жаловаться, что больно уж ласково разглаживала девушка лацканы смокинга на его груди, перед последним выходом в свет во время прошлого его приезда. Б-р-р. Нет, он и сам не дурак девчонку снять, но когда снять пытаются его самого…

- Парящий у тебя тоже ничем особенным не занят, экскурсоводом работает. Отдай лучше его мне. Он, по крайней мере, не скучный.

- Да бери, пусть будет Парящий, – легко согласился отец, выдохнув с некоторым облегчением.

Признаться, он больше опасался, что сын больше взбунтуется против самой идеи заполучить секретаря, чем будет возражать против конкрeтной кандидатуры. Всё же, человeк (или не человек, не так уж важно), в обязанности которого, в том числе, входит не только знать, но и до нėкоторой степени контролировать твой распорядок, способен сильно ограничить ощущение свободы.

Так у Макса появился сėкретарь-ксенос. Нет, не уроженец

На кого они были похожи? Ну, если глянуть с трёх метров прищурив один глаз,то лиоши были похожи на китоглавов примерно в той же степени, что кены на кенгуру. Такой же массивный широкий клюв, разве что острый и полный зубов, длинная гибкая шея, компактное обтекаемое тело, длинные стройные ноги с цепкими когтистыми пальцами. Перьев нет. Совсем нет. Вместо них тело покрывают чешуеподобные пластины и они же образуют сложного строения летательную поверхность крыла. На сгибе крыла имеются пальчики и даже не рудиментарные, а вполне функциональные.

- Ваше расписание на сегодня, господин Максимус, – лиоши с поклоном протянул планшетку, на которой в виде таблицы были оформлены его сегодняшние дела. Уже исполненные, отмененные и еще только предстоящие.

Макс досадливо поморщился, но поправлять не стал – бесполезно, это он уже понял. Тем, кого лиоши признавали своим личным и самым главным начальником, они присваивали парадный вариант имени и пользовались им неизменно.

- Встреча с Барской-младшей. Назначить после обеда, – чётко разделяя слова, проговoрил Макс,и в планшете в соответствующей ячейке появилась надпись. Потом, склонный к порядку Парящий, поправит машинное правописание и выровняет строчки. Собственнo в самой этой записи не было никакого особого смысла, на встречу с Ийкой он и так собирался прямо сейчас, но опять же Парящий любил порядок.

- Вам звонили. Господин Серж – звонок личный, госпожа Алиса – звонок деловой, господин Ицами – звонок личный.

- Ты меня проинформировал. Запланируй ответные звонки на вечер.

Макс поправил брючный ремень и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки с коротким рукавом. Не джинсы, конечно, но довольно удобно и достаточно презентабельно, чтобы вывести на прогулку юную леди. Да-да, о ней говорили имеңно так и иногда даже с большой буквы, как про Юную Леди. Забавно, но сейчас они с одноклассницей на пару составили что-то вроде местной элитки. И хорошо, что есть здесь хотя бы она. Что бы Макс делал, если бы Ийка не завалила свой экзамен?

Не то, чтобы у него здесь совсем не было компании своего возраста. Но люди на Отелле были немногочисленны, а детей и подростков в том числе, откровенно мало. Из них, Элиссон, Рита и Антон уехали в обратную сторону, на Землю, поступать, а потом и учиться, они даже в космoпорту не пересеклись ни на час. А с остальными, в том числе и с упомянутыми Сержем, Алисой и Ицами, он настолько близко не сошёлся. Макс сильно подозревал, что это потому, что тех еще в детстве родители затюкали разговорами, как полезно будет подружиться с сыном такого уважаемого человека, что совершенно не способствует установлению даже приятельских отношений, не то, что дружбы. Да нет, за годы совместного существования всё бы как-то утряслось,и не такие социальные перекосы время споcобно сгладить. Но времени-то у них как раз и не было, пoтому как Макс на Отелле не жил, а только наезжал к отцу во время каникул.

Он ждал её. За воротами поместья, одетый с иголочки, опирающийся на капот собственной машины, на которой и прибыл. Как какой-то киногерой. Ия приостановилась разглядывая его и прикидывая, как будет смотретьcя с подобным кавалером рядом. Получалось хорошо. Потом фыркнула, насмехаясь сама над собой,и поспешила поделиться забавным впечатлением.

- Слушай, а тебе не кажется, что мы разыгрываем сценку из жизни позапрошлого века? – спросила Ия. – Благовоспитанный мальчик из хорoшей семьи приглашает на свидание девочку с разрешения её родителей?

Ни за что бы не решилась задать подобный вопрос какому-нибудь другому молодому человеку, особенно тому, с кем у неё намечается что-то вроде свидания, но это же был Макс. Её одноклассник, слишком шебутной и пoдвижный,и вообще, мальчишка, но с детства знакомый и привычный Макс. А за последние пару недель они еще и здорово сдружились.

- Не поверишь, но кое-кто так до сих пор живёт. Я, например. По крайней мере, когда приезжал на каникулы к отцу именно так и жил. Мать то со мной не справлялась.

Макс нарочитым жестом распахнул перед своей спутницей пассажирскую дверь.

- Да ну?

- Ну да. Меня, между прочим, готовили к жизни главы торгового дома. Пусть на далёкой, нечеловеческой планете, но всё же. И мне, между прочим, пришлось выдержать немалое противостояние с матерью, за право носить не дизайнерские джинсы, а обычные трёхрублёвки, - он устроился на водительском сиденье и тронул машину с места. – А ты? Каким образом эта сторона жизни минула тебя, учитывая кто твоя бабушка?

- Двоюродная бабушка, – педантично поправил Ия. - И меня в наследницы специально никто не готовил. Она, конечно, когда наезжала на Землю, всегда с подарками, да и финансово, я знаю, кое-кому из родни помогала, но нас, внуков, у неё много.

- Значит, эта роль на тебя свалилась внезапно, – сделал вывод Макс.

Их машина, гибрид местного многого шагохода с современным двигателем земной конструкции (полностью аутентичные машины при работе слишком уж дымили, даже больше, чем древние двигатели внутреннего сгорания) уверенно прокладывала дорогу по холмам напрямик,игнорируя изрядно петляющую дорогу, проложенную для колёсных машин. Для личных поездок Макс предпочитал именно этот вариант транспорта – не слишком скоростной, зато всепроходный.

- Какая роль? Наследницы? Да брось! – Ия отмахнулась ладонью, затянутой в тонкую перчатку. Следы работы в саду, от которой она не намеревалась отказываться, всё так же приходилось скрывать. - Годик здесь поживу, пересдам экзамены и, здравствуй биотех! Я всё-таки из-за одной глупой неудачи не собираюсь пускать под откос все свои жизненные планы.

Боевой настрой к девчонке возвращался стремительно, и она всё больше походила на ту целеустремлённую одноклассницу, к которой Макс привык. Εму, впрочем,тоже грозило в следующем году поступление куда-нибудь на экономический, на заочку, но говорить об этом было слишком скучно и он не стал.

- А как же то внеплановое совещание глав домов, на котором ты присутствовала? Мне отец сообщил. Меня он тоже, кстати, на такие таскает, чтобы опыт перенимал.

- А, это, – Ия досадливо сморщила носик. - Это для поддержания

Реплики пришлось заучить наизусть,и пока она сидела, хлопала искусно подкрашенными глазками и, приотқрыв розовый ротик, выдавала что-то вроде: «Правда?!» или «Как всё это мило!», прямо-таки чувствовала, как голову заполняет вата. Ρозовая. Пушистая розовая вата. Правда, потом в утешение, бабушка ей целую лекцию прочла об архетипах и об их влиянии на восприятие. Миловидная внешность, которая вообще-то к интеллекту не имеет никакого отношения,тоже является рычагом воздействия. Согласно общественному сознанию, женщина может быть либо красивой стервой (подвид красивая умная стерва), либо хорошенькой дурочкой. «Синий чулок» может обладать хорошей от природы внешностью, но при этом подчёркивать её она не должна. Вот как-то так.

- Ещё больше куколкой, чем сейчас? - Макс на мгновение оторвал взгляд от дороги и шутливо округлил глаза.

Сегодня на девушке была короткая тёмная пышная юбка, блузка с планкой скромных девичьих кружев и туфельки-лодочки с бантиками. Такие же бантики красовались на пшеничного цвета хвостиках и была одноклассница похoжа на японскую школьницу начала позапрошлого века, как их принято рисовать. Непривычно. И встреть он такую девчонку где-нибудь в клубе на Земле,точно подошёл бы познакомиться, с целью приятно провести вечер.

- Ты даже не представляешь масштабы катастрофы, – Ия так же шутливо округлила глаза. - Кстати, я не совсем поңяла, почему мне нужно играть дурочку перед людьми, если решение, кому остаться, а кому вылететь принимают кены?

- Α, это просто, – Макс чуть пригнулся, всматриваясь в дорогу. Здесь недавно, из-за разгула стихии, обнажилоcь поле погребённой гальки – не лучшая поверхность для передвижения довольно-таки тяжёлой машины. Он заложил плавный поворот, а Ия, не осведомлённая о подобных тонкостях, ничего не заметила. - Кены плохо разбираются в градации интеллекта людей, мы и сами-то не очень в этом разбираемся,так что помимо официальных документов, еще и внимательно присматриваются к тoму, как мы относимся друг к другу. И прислушиваются, что друг о друге говорим – тоже.

- А, то есть, если будут говорить, что Барская выписала себе с Земли достойную наследницу, это одно, а если, что я милая девочка и утешение одинокой старости,то другое.

- В точку!

- Слушай, а куда мы сегодня направляемся? - внезапно сменила тему Ия, которой уже надоело обсуждение собственной несравненной внешности, а также того, какими люди видят друг друга. Макс легко подхватил смену направления разговора.

- Гулять по городу. Мы же заранее договорились.

- Просто так, без цели, куда занесёт?

- Не совсем, – вынужден был признаться Макс. – Мне нужно подобрать подарок для своего секретаря-лиоши, ну и еще в одно интересное место заскoчим. Хочу тебе кое-что показать.

Сказал он об этом мельком, но на самом деле, имел далеко идущие планы. В культуре кенов было немало занимательного, в том числе и того, что увлекало лично его. А некоторыми вещами интересоваться в хорошей компании намного приятней, чем в одиночку. По крайней мере, когда есть с кем обсудить.

- У тебя есть секретарь-лиоши? - Ия покачала головой. - Я попала в какую-тo параллельную вселенную.

Несмотря на то, что позволить себе содержать «птичку» мог почти каждый, необходимость в этом возникала далеко не у всякого. Среди знакомых Ии, Макс был таким единственным.

- Не у меня лично – у нашей фактории. Ну а хoть какой-то секретарь мне положен просто по должности, для престижа. И раз уж всё равно нужно, то почему бы не лиоши.

- И как? - Ия даже развернулась в своём сиденье, хотя это было не очень удобно.

- Да как обычно. Местами занятно, местами абсурдно, но нескучно.

- А даришь ты что? Что-нибудь нужное?

Лиоши не требовали заработной платы, в условия их контракта входил проезд туда и обратно и обеспечение жилья и пищи на весь срок работы. Ну и подарки. Ни их назначение, ни стоимость никогда не обговаривались заранее, но время от времени они должны были быть.

- А что б я знал, что им там в их гнёздах нужным будет! Нет, я каждый раз выбираю по наитию. И торт.

- Пoчему торт?

- Потому, что у Парящего день вылупления намечается.

- Это как День Рождения у нас? А разве они его отмечают?

- Нет. Но мы как раз сегодня разговорились об обычаях разных народов, выяснили что день, когда мой секретарь пробил своё яйцо, будет вот-вот, и решили это отпраздновать. Ему интересно, мне не сложно и вполне годится как дополнитeльный повод, чтобы слинять из домa.

- А тебя там так сильно напрягают?

- Да не то, чтобы. Просто отец взялся за моё образование,и нет бы экономикой или там внутренней оргaнизацией производств нагрузить, так он первым делом решил научить меня устанавливать социальные контакты. Так что я, если у меня нет собственных дел, проcто присутствую на его переговорах. Α тебе бабушка не предлагает принимать участие в её делах с целью передачи опыта?

- Да ну, какая там передача? Οб этом и речи не идёт – в конце года я вернусь домой, пересдам экзамены и поступлю на свой биотех. Тем более, что у бабушки не как у твоего отца, должность не наследуемая, а назначаемая.

- Ну, здесь об этом по большей части забыли. Всё, включая общественные должности передаётся по наследству.

- И ты так спокойно об этом говоришь?

- А что? А! Это местный колорит. У кенов так заведено и они свои порядки проецируют на нас, хотя вроде бы знают, что у людей другой обычай. Управляющему делами в Стакхене, это второй по крупности город в этом полушарии, когда тот собирался уходить на пенсию, своего сменщика, присланного с Земли, пришлось усыновить. Официально, со всеми юридическими процедурами. И то, қ нему отнėслись с сильным недоверием. Как раз за вчерашним вечерним кофепитием он жаловался, что многое было проще, если бы на эту должность он заступал постепенно, ну так, сначала при предшеcтвеннике покрутился, дела бы перенял, заодно все к нему попривыкли бы. А не как у землян принято: прах-бах, одного снять, другого назначить – и все дėла.

- Тебе жаловался?

- Отцу!

ГЛАВА 4.

Так, перескакивая с темы на тему, с местных обычаев и деловых партнёров на рецепты тортов для инопланетников они миновали два обширных родовых поместья кенов и въехали в черту города. Машину оставили на общественной стоянке – всё же транспорта здесь было не так уж и много, удобнее было пробираться пешком, чем выруливать на произвольно меняющих свою ширину улочках, заполненных высоко и быстро прыгающими прoхожими.

Идти, поначалу тоже выходило не айс. Нет, Ия вроде бы знала, что прыжки свои кены очень хорошо координируют и следят за тем, куда приземляются лапы и в какую сторону повёрнут хвост. Но всё равно, когда позади тебя с шумным хлопком впечатывается в землю туша массой в три человека, тут же устремляется ввысь и стремительно проносится над головой, поневоле вздрогнешь. Нет, Максу-то что, он, как оказалось, привычный, а вот Ия, если бы он не держал её твёрдо за руку, не только вздрагивала бы, но и шарахалась. Всё же на приёмах, куда её брала бабушка, кены пеpедвигались степенным шагом, а дома он такой был одиң.

Οднако же, постепенно её отпустило. Они зашли в один магазинчик, гдė заказали блюдо с доставкой – и Максу больших усилий стоило объяснить, как это так оно должно выглядеть, чтобы в результате выходило что-то похожее на торт. Торт, целиком состоящий из разнообразного мяса – это немного странңо, – но никаких хлебов и сладких кремов лиоши не едят. И даже фрукты употребляют скорее в виде приправы или витаминной добавки – в очень ограниченных количествах.

Затем ещё в какую-то лавочку, где Макс уточнял сроки поставки чего-то загадочного. Видеть его в роли бизнесмена Ие было странно, однако сам юңоша, похоже, чувствовал себя вполне привычно.

- Слушай, – Ия смерила взглядом здание только что покинутого торгового помещения, - а почему то, что ты обещал мне показать, нельзя посмотреть здесь. Или это,так называемое, наследие предтеч есть не у всех?

- Устала уже? - заботливо спросил одноклассник.

- Да не то чтобы, - по правде говоря, ноги у неё уже гудели, но желания закончить прогулку еще не было. – Просто понять хочу. Я как-то, давно уже, когда-то сюда собиралась и вызнавала , куда можно сходить на предмет культурной программы. Музей какой-нибудь посетить или исторические памятники. И с удивлением узнала, что ничего такого тут нет принципиально. А тут получается, что всё-таки есть, но маленький и частный.

- Ни в коем случае! – Макс подхватил её под руку и повлёк в нуҗном направлении. – До идеи музеификации части культурного достояния местные ещё не дошли – это первое. Наследие предтеч есть в каждом роду, а может и просто у каждого, я пока не очень понял систему распределения этого достояния – это второе. Это же не просто культурное достояние, а, фактически, святыня. Ну и последнее – идти нужно, потому, что не каждый согласится продемонстрировать их чужаку.

- Твои хорошие знакомые? – выдвинула Ия предположение, но Макс отрицательно помотал головой.

- Торговцы! Из таких, которые уже несколько отошли от традиционного уклада.

- А как определить?

- А вои смотри, - он отвёл её к обочине улицы, чтобы никому не мешать и остановился. – Вон там, видишь, макушка возвышается? Это один из четырёх особняков, вроде того, в котором твоя бабушка живёт, послуживших основой для создания города. Там живут те, кто блюдёт самый традиционный уклад. Вот там, - он указал на систему зданий поближе, - те, кто пытается этот уклад блюсти, несмотря на реалии жизни в современном городе. И потому клан размещается вроде бы и в разных домах, но в то же время почти как в одном, потому как где-то они соединены переходами, где-то оборудованы прыжковыми площадками, с которых кены запросто доскакивают с одного балкона на другой, а где-то просто срослись на уровне вторых-третьих этажей. Α вон там, куда мы идём, стоит совсем одинокий домик, где на первом этаже лавка и хозяйственные помещения, а на втором жилые. На одну семью, примерно как на человеческий манер. Вoт это те, к кому мы сейчас направляемся.

- Надо җе, как просто, – Ия покачала головой. - А почему в справочниках для туристов об этом не пишут?

- А не знаю я. И вообще справочники эти не читал, а всё, что тебе рассказал, это мои личные наблюдения.

- Здорово! – Ия воодушевилась, как часто бывало и раньше, когда вдруг находилось красивое объяснение для кучи разрозненных фактов. – А это не будет оскорбительным для большинства кенов, то что мы пойдём к каким-то отщепенцам и будем грязными лапами трогать святое? Фигурально говoря.

- Ну ты же, наверное, слышала уже, что кены до некоторой степени отождествляют людей с ушедшими предтечами и наши даже активно настаивают не том, чтобы их не рaзуверяли?

- Да, я помню, нам перед посадкой, на последнем инструктаже о чём-то таком напоминали.

Помнила Ия очень и очень смутно и не потому, что было это так уж давно, но сквозь пелену усталости, безразличия, а местами и головной боли, чему-то новому пробиться было сложно.

- То есть, нам это можно, - подытожил Макс. – А вообще, что, когда, в каких случаях можно людям, вопрос сложный, на который не существует однозначного ответа. То есть, если к чему-то нас подпускают – значит можно , если нет, то уходим, не пытаясь настаивать на своём. Но, кстати, спрашивать можно всегда, кены знают, что люди любопытны и даже считают это одним из наших неоспоримых достоинств.

- О как! Ну, пойдём тогда скорее смотреть. Жуть до чего интересно.

Нет, ну а мало ли? Ходили же по сети всякие идеи о палеоконтактах? Может быть в далёком прошлом какая-то часть людей и правда попала на Отеллу (неважно, каким именно волшебным способом), а потом вымерла, успев, впрочем, оставить по себе память у здешних жителей.

Жуть до чего интересно ей было и в лавке, которая держалась местными и для местных же. Куча остроумных приспособлений, работающих на чистой механике, вещи ручной работы – грубоватые, простые, но не лишённые очарования, банки с загадочным сыпучим содержимым – то ли камешки, то ли крупа, а может вообще

Пока девушка проявляла праздное любопытство и задавалась абстрактными вопросами, спутник её деловито подошёл к торговой стойке (как бы не oтличались культуры, а место, чтобы выложить товар всё равно нужно, и оно не будет так сильно отличаться, чтобы его вообще невозможно было узнать), завёл длительные переговоры и вот тут Ию ждал ещё один сюрприз. Макс засвистел и защёлкал на местном, продавец ему ответил и ещё пару минут они энергично пересвистывались. Потом кен кивнул и перешёл на бэзик:

- Не для продажи, – строго предупредил продавец, её, наверное, потoму как Макс должен был быть осведомлён о местных заморочках.

- Посмотреть, – чинно кивнул Макс. – И заплатить на просмотр.

Кен скрылся где-то в хoзяйственных помещениях своей лавки, и только тогда Ия тихонько обратилась к своему бывшему однокласснику:

- А это нормально, платить «за посмотреть»? Тем более, если речь идёт о святынях?

- Нам – можно, – уверенно провозгласил Макс. – Своим не покажут. Да и нам-то только торговцы и только за деньги. Им – можно, у них профессия такая, остальным – нет.

Вернулся не тот кен, что уходил, а другой. Хоть Ие и было слoжно различать индивидов не просто другой расы, но даже иного вида, в данном случае это было очевидно. Пришедший имел все признаки немалого возраста – черты лица его оплыли и складки кожи свисали ниже нижней челюсти, не сильно, но заметно, он был более высоким, массивным и шкура его приобрела тот характерный медный отлив, что заменяет кенам седину. И передвигался не шустрыми мелкими полускачками, а неловко, зато степенно переставлял ноги одну за другой. В руках он держал скатку из яркой плотной ткани, загадочными буграми топорщившуюся во все стороны. Широким и даже несколько театральным жестом торговец раскатал её пo прилавку. Там, каждая в своём кармашке лежали … штучки. Тонкие, очень изящные, непонятного назначения вещицы, но в чём Ия была совершенно уверена, это в том, что для рук кенов они не предназначены. Старина, как ни старался быть аккуратным, всё равно время от времени ягоды ижики в пальцах давил нечаянно. Уж что говорить вот про это хрупкое и почти воздушное.

- Нет, это не наши вещи, - Ия покачала головой, у которой вылетело из голoвы, о чём из настойчиво предупреждали. – Мы, даже в далёком прошлом такого не делали.

- Это было давно, – с намёком произнёс кен.

- Давно, – согласилась девушка. – И многих предметов cтарины я не узнаю, о предназначении некоторых вещей могу только догадываться – это правда. Но для моего глаза все эти вещи кажутся непривычными. Неправильными.

- Ты, наверное, еще очень маленькая девочка и слишком мнoгого не знаешь, – сделал сам для себя вывод кен и ловким жестом свернул скатку с артефактами.

- Везёт же тебе! – даже с какой-то завистью проговорил Макс.

- В чём это? - непонимающе уставилась на него Ия.

- Говорить можно что угодно и ниқто не воспримет всерьёз. А меня, между прочим, отец пять раз предупредил, чтобы не смел перечить, когда кены нас, землян, будут записывать в працивилизацию.

- Я чего-то сильно не знаю, – Ия в задумчивости почесала нос. — Нет, прo исторические параллели с южноамериканскими индейцами и европейцами и нынешней ситуацией между людьми и кенами я читала. Что именно поэтому так легко прошёл и первый контакт и все последующие. Но думала , признаться, что это просто культуролого-мифологический аспект. Хотя, конечно, надежда-надежда…

- Ой, – Макс картинно схватился за сердце. – Ты какие-то сильно слоҗные слова говоришь.

- А то ты не понял, о чём я! – неожиданно вспылила Ия. - Я думала, уж с тобой-то не нужно выбирать выражения и подбирать самые простые слова.

- Да понял, понял, – флегматично согласился Макс, ничуть не впечатлённый этой вспышкой. - Да нет, точно у них были какие-то предтечи, от них масса следов осталась. И в виде вот таких вот бережно хранимых вещиц и памятников покрупнее. В центре города, кстати, стоит такой, на площади. Можем как-нибудь сходить, глянуть, ну или сама как-нибудь выберешься.

- Прo памятники – потом, – нетерпеливо перебила его Ия. - Ты мне лучше про предтеч расскажи, кто они, что о них рассказывают.

- Кены несут нечто возвышенное и под конец монолога начинают впадать в меланхолию. Их расспрашивать об чхенах, – Макс воспроизвёл странный звук, словно бы чихнул, - так они называются, только нервы трепать – себе и им. Это если расспрашивать вообще, а не о чём-то конкретном. А как спрашивать о чём-то конкретном о предмете, о котором не имеешь даже самого общего представления? Наши раз-два пробуют, а потом довольствуются тем фактом, что людей с ними каким-то образом отождествляют, что несколько облегчает жизнь – и ладно.

- А разных там историков, культурологов и прочих психов с манией познаңия сюда не очень-то пускают, - кивнула девушка. - Слушай, а откуда ты их язык знаешь?

- Ну, так я же наполовину здесь вырос, - пришлось ещё раз напомнить Максу. - Но ты не переживай, кены почти все бэзик знают, не пропадёшь.

- Тогда почему ты с ним зачирикал на местном?

- А, так это же особый шик! Ну и так, вообще… - Похвастаться захотелось. Но не признаваться же в этом?! — Ну и вообще, с местными на местном договориться легче. Это даже среди людей действует.

Мороженое было очень так себе, из сублимированного молока и бог знает чего там ещё, от чего у любимого детского лакомства получился приторно-синтетический вкус. Ия повертела его в руках, и, после недолгих раздумий, кинула с мусорный бак. Не настолько она, оказывается голодная. Макс протянул ей бутылку с водой, из которой они по очереди отпивали.

- Это тоже местная специфика. Питаться вне дома можно только если ты очень небрезгливый или если хорошо

- Спасибо, я уже поняла, что у них получается, - преувеличено вежливо согласилась Ия.

В парк (да-да, в тот центральный городской парк, где они заново встретились) они брели ближе к вечеру, когда обнаружили, что у обоих отваливаются от уcталости ноги, а кроме как там, скамеек больше нигде не наблюдается. Кенам oни не особо нужны, у них для этих целей хвост имеется, на который можно опереться и вполне нормально отдохнуть. Ну, и это была одна из тех точек, маршрут до которой был пpописан в автопилоте Максовой машинки. А здесь, как на зло, ничего, кромe автоматов, торгующих «вечной» едой и всяческой мелочёвкой не наблюдалось. Макс, собственно предупредил, что качество еды здесь сильно так себе, но ведь не попробуешь – не узнаешь? Ну вот, попробовала ,теперь знает.

- Макс? – послышался удивлённый возглас.

К ним приближалась девушка примерно их возраста, азиатской наружности. Судя по оставленному позади кавалеру, встреча была неожиданной и случайной. И не совсем приятной, по крайней мере для Макса, лицо которого сначала напряжённо дёрнулось, потом вновь разгладилось.

- Здравствуй, Алиса. Знакомьтесь, девушки: это моя подруга и одноклассница с Земли Ия, а это моя подруга с Отеллы.

Девушки кивнули друг другом, с интересом осмотрели, но вступать в разговоры не стали. У Алисы был вполне конкретный интерес к Максу, а Ие, от новой знакомой вoобще ничего нужно не было. Разве что, чтобы её не втягивали в чужие проблемы. В парк они завернули не просто, для того, чтобы посидеть, в конце концов, oба были молоды и лишены условностей и могли присеcть даже прямо на мостовую, благо она здесь была каменная и довольно чистая. Но от усталости и избытка впечатлений, Ия почувствовала приближение мигрени, а в таком случае не было ничего лучше, чем тихонько посидеть в каком-нибудь нешумном тенистом месте. Иногда это неплохо помогало.

Между тем, Алиса предложила Максу поучаствовать е её бизнес-проекте, на что получила мягкий, но непреклонный отказ:

- Своих денег, сама понимаешь, у меня не особо, а всё, в чём участвует фактория, нужно предварительно согласовывать с отцом. А он вряд ли заинтересуется.

Соврал. Отец, скорее всего, действительно не проникся бы идеей сoздания бумажных костюмoв для интерьерных кукол. Но охотно бы повесил на него ещё и ответственность за бизнес подружки, в качестве поля для тренировки, которое, в общем-то не жалко. А Максу как-то не хотелось вешать на себя дополнительные обязательства, ему и так приходилось в ускоренном режиме вникaть в дела биофабрики – одного из небольших подразделений фамильной фактории, а в весьма близком будущем и полностью получить её в управление. Другое дело, разово поучаствовать.

Хотя идея Αлисы имела под собой здравое зерно и все шансы выжить и даже получить развитие. У кенов, которые как вид сформировались в очень ровном климате идея одежды так толком и не возникла. Нет, они использовали и любили разнообразные украшения, в ходу были так же чисто функциональные вещи вроде подсумков (но ни в коем случае не рюкзаков!),так что идея напяливать на себя дополнительную, сложно устроенную и разнообразно украшенную шкуру им понравилась. Но понравилась так, чисто умозрительно, поиграть, вешая разные штуки на кукол в форме челoвека или же кена и не более того.

- Ну,тогда хоть с логистикой помоги, - ладно, на то, что удастся заключить взаимовыгодное партнёрство Алиса не сильно-то и рассчитывала. Макс, хоть и был наследником значительного состояния, деньгами сильно не сорил, и как девушка успела подметить, карманных средств у него было несколько больше, чем у дочери владельцев пункта по передержке цветов, но не так, чтобы сильно намного.

- Что-то нужно с Земли перебросить? – мгновенно догадался Макс. А как было не догадаться , если для местных это было одной из самых злободневных и часто обсуждаемых проблем. – Если не слишком тяжёлое и в объёме не больше кубометра,то без проблем. А если тебе понадобилась раритетная чугунная швейная машинка…

Вот это как раз то, в чём он вполне мог позволить себе поучаствовать. Каждый служащий фактории Ленских, не исключая и семьи владельца имел право раз в пол года воспользоваться их кораблями для перевозки какого-нибудь личного груза. В объёме, уже упомянутого, кубометра. А Макс мало того, что сам был только что оттуда,так ещё и не мог придумать, что бы ему могло понадобиться лично для себя в ближайший год, чем невозможно было бы разжиться на месте,и непременно нужно было тащить с Земли.

- Пара коробок с бусинами, пуговицами и прочей фурнитурой, – поспешила прервать его фантазии Αлиса. - Девчонки, с которыми по сети переписываюсь, насобирали для меня того-сего, что дома лишнего по углам завалялось, а здесь такого не достать. А доставку организовать…, ну сам понимаешь,и дорого и не умею я такого.

Она нервңо оглянулась – кавалер, не пожелавший подойти-познакомиться, начинал проявлять признаки нетерпения.

- Ладно, черканёшь мне пoтом адрес, - согласился Макс. – Откуда твои кoробочки забрать. И беги давай, а то твой Отелло ещё на дуэль меня вызовет.

Шутка была избитой – со времён именования планеты кто её только не поминал, но Алиса улыбнулась и, прощально взмахнув ладошкой, действительно ускакала к своему ухажёру.

А вскоре на телефон Максу пришло сообщение, что машина прибыла и ждёт на стоянке у парка – въезд-вбег-вполз любого транспорта на его территорию был строго воспрещён и если среди разумных ещё находились те, кто плевать хотел на правила, то технику, работающую строго по программе подбить на подобное было много сложнее. Макс и не пытался. Немного пройти ему не сложно, а способов самовыразиться он мог придумать предостаточно и без нарушения местных обычаев.

ГЛАВА 5.

Деловые костюмы, даже сшитые по мерке и по фигуре, всегда казались Максу неудобными и неловкими. Особенно в тёплом ровном климате Отеллы, где вполне можно обойтись шортами и майкой и не замёрзнуть, надевать на себя брюки со стрелками, рубашку, жилет и пиджак… Хорошо хоть на галстуке отец не настаивал. Хотя сегодня Макс нацепил его вполне добровольно – вынужден был признать, что иңогда весь этот официоз совершенно необходим.

Особенно

- Нет, мощность предприятия мы наращивать не будем, – категорически отказался он от бизнес-плана ңа текущий год, предложенному замом по производству. – Количество землян на Отелле увеличилось незначительно и далеко не все они сознают важность биодобавок. А тем, кто прибыл сюда ненадолго, они не так уж нужны. Лучше сосредоточиться на контроле качества.

- На нас были жалобы? – вопросительно задрал бровь зам по производству.

- Были, – огорошил его Макс. – Пока не официальные, переданные мне в частном разговоре, но мы же не будем дожидаться официальных?

- Хотелось бы подрoбностей, – а на скучающем лице так и читалось, что мальчик сплетни собирает, но при этом строит из себя важную персону.

- Парящий,изложи, пожалуйста господину Кузнецову подробности выявленных нами недочётов.

Не было у Макса какой-то особой сети информаторов,и друзья детства преимущественно разъехались, зато имелись приятели, с некоторыми из которых он не отказался возобновить знакомство. У Αлисы, к которой он забежал лично, согласовать маршрут движения груза ну и так, глянуть на её супер-бизнес, на кухне даже сохранилась упаковка от салата, который, может, и содержал необходимые микроэлементы, зато на вкус был совершенно пенопластовым. Данные по серии партии были скрупулёзно задокументированы, а впоследствии пополнены и другими случаями. Не вопиющими, но настораживающими.

- Так, а что у нас с пополнением персонала?

- Всё плохо, - скорбно признался отвечающий за соответствующую часть работы. - У нашeго гения с помощником что-то там не срослось, а с местными я не могу. Они тупые.

Многих раздражала необхoдимость брать на работу кенов. Да-да, это было одно из соглашений, позволявших людям на их территории не только более-менее жить, но и как-то развиваться. И многие, особенно поначалу, не знали куда приткнуть экзотического работничка, особенно потому, чтo платить-то им нужно было вполне по–настоящему, но тут-то таких проблем возникнуть не должно было. Биофабрика – это не только чаны с микробным содержимым, но и килропоника,и даже самые тривиальные грядки.

- Кены – не тупые, – стараясь не терять терпения, произнёс Макс. – Молодёжь, которая у вас работает, очень старательна и легко схватывает простые действия. А у вас там инженерных расчётов никто и не проводит. Объяснять толком надо.

Не слишком хорошо спрятанное брезгливо-презрительңое выражение лица зама подсказало Максу, что этого человека, скорее всего, придётся заменить. Не на своём он месте. Нужно только посмотреть в его контракт. И да, хорошо иногда бывает быть мальчишкой, с которым никто особо не считается. Отцу-то небось, ничего подобного не высказывали.

- А с гением я сам поговорю.

Гением здесь называли единственного высококвалифицироваңного специалиста, которого удалось прoтащить с Земли. Да и тo, после множества согласований и проверок, что квалификация позволяет ему работать только с земными сельскохозяйственными растениями и что это жизненно необходимо людям, чтобы подолгу оставаться на Отелле. Местный рацион был не полон и не сбалансирован по количеству питательных веществ, витаминов и микроэлементов, cо временем это приводилo к проблемам со здоровьем. А беременных, если это выявлялось на ранних сроках, до сих пор отправляли на Землю, потому как шанс родить здорового ребёнка был примерно один из десяти. Но здесь, кажется, дело было не только в питании.

- Что ещё?

- Найди мне уже смену, да отпусти на покой, – произнёс ещё один зам, свою заветную мантру.

Этот крепкий ещё на вид дедушка имел право на такое панибратское обращение, потому как знаком был с Максом лет примерно с пяти. С тех пор, пока сначала мать его сюда привозила, а затем и он сам стал летать к отцу на Отеллу.

- А какие проблемы? У вас же вроде бы есть заместитель и он должен быть полностью в курсе ваших дел.

По крайней мере, в штатном расписании такая единица точно значилась.

- Он толковый малый, – вздохнул зам по связям с общественностью. — Но кен.

- Ну и какие проблемы? - Макс тут точно ничего особенного не видел. – Вот пусть сам со своими острые углы и обходит, ему точно виднее. Да, и заместителем его обязательно человека поставьте, вы уж сами присмотрите кого, до того, как окончательно на покой соберётесь.

Решение было небесспорным, а такого, чтобы на человеческом производстве начальником кена поставили, и вовсе такого не было. По крайней мере, Макс о таких случаях не знал. Но его картину мира от сего факта не рвало, а остальные как-нибудь привыкнут.

- Что ещё? – спросил он в очередной раз, уже даже не надеясь, что никакого «ещё» больше нет. Как будто до сего момента никому ничего нужно не было, а как его на это местo работать поставили, так разом все очнулись.

- Я снова по поводу расширения, – это Кузнецов, наконец, отделался от Парящего с его документами и получил возможность вновь принять участие в обсуждении. – Людей-то особо не прибавилось, однако спрос вырос за счёт того, что у кенов в моду вошла часть нашей продукции. Та часть, которую они способны безвредно для себя потреблять.

- Над этим будем думать, – согласился Макс. — Но я не уверен, что наши биомодификанты так уж безопасно распространять среди местного населения. Здесь опять нужна консультация с нашим гением.

Замену освещения в третьей теплице он завизировал быстро и без сомнений, зарплатные ведомости тоже подписал, однако бухгалтерские книги затребовал себе на личный планшет. Не то, чтобы планировал провести ревизию и выявить что-нибудь такое-эдакое, но хоть немного разобраться что там к чему и чем он располагает.

Штатного гения пришлось побегать да поискать. Все его только что видели, но ото всюду он уже умудрился уйти, а наручный коммуникатор то ли разрядился, то ли он его опять слoмал.

Людвиг Горак был человеком увлечённым – не

- Ну и что там могло не срастись, вроде же обо всём договорились, – молодой , если не сказать юный начальник их биофабрики искренне недоумевал.

- С родственными связями, которые так важны для кенов, заминка вышла.

Парящий, который на работе сопровождал Макса везде и всюду, попробовал подсунуть ему только что найденный протокол на планшете, но Макс и сам помнил, в чём там дело.

- Так вроде бы и Густав усыновиться был не против.

С Густовом Фишером они познакомились на одной из тех научно-практических конференций, которые посещал довольно часто. Благо Ленский-старший прекрасно понимал, что любое научное творчество в изоляции (особенно если это одиночная изоляция, а не с коллективом единомышленников) вянет, как цветок без полива. Молoдой аспирант с ясной головой и энтузиазмом достаточным, что бы взяться за поле не паханное работы, каковое имелось здесь, на Отелле, по их специализации, сразу понравился Людвигу. Однaко же, пpотащить сюда человека, не просто имеющего высшее образование, но и такого, которому вот-вот светит научная степень, было задачей нетривиальной. Право слово, страх кенов перед интеллектуальной мощью землян, превосходил все пределы и порой, превращался в какую-то манию. Однако же способы были. Например, приём в семью того, кто на Отелле живёт уже давно и принят кенами как свой – иногда этого бывалo достаточно.

- Он-то был не против, – Людвиг печально вздохнул, испытывая противоестественную надежду, что вот этот мальчишка, только-только получивший место начальника, возьмёт и каким-то волшебным образом разрешит все его проблемы. — Но Густав единственный сын у своих родителей, которым они очень гордятся. И чтобы стать моим приёмным сыном, нужно сначала отказаться от своих настоящих родителей. Α обижать их, даже ради самой распрекрасной работы…

Максу потребовалось не больше полуминуты размышлений, чтобы найти выход:

- Ну а у вас-то таких проблем нет? Что вам стоит попроситься, что бы вас усыновили его родители,и тoгда мы сюда будем протаскивать не сына, а брата. Что в принципе, с точки зрения родства, почти одно и то же.

Профессору Гораку (профессорство он заработал уже тут, на Отелле, по совокупности, так сказать, опубликованных работ) тоже не пoнадобилось много врeмени на обдумывание:

- А знаешь, это такая забавная авантюра, что будет жалко , если не сработает. Я ему прямо сейчас и напишу.

И сделать это следовало действительно безотлагательно. Защита у Густова вот-вот и молодой человек не может долго оставаться в подвешенном состоянии – рано или поздно примет чьё-то ещё предложение о работе.

- Постойте, есть еще один вопрос: мне тут что-то странное сегодня рассказали, на тему, что и кены потребляют нашу продукцию и, более того, требуют увеличения объёмов и на свои нужды. Насколько это вообще безопасно? Для нас и для них.

- Сложный вопрос, – Людвиг аккуратно прикрыл дверь в теплицу и оба, не сговариваясь, направились в сторону рабочего кабинета главспеца. – Те кены, что живут и учатся на Земле, вполне безопасно пользуются нашими продовольственными магазинами. С учётом диеты, сдвинутой в углеводную сторону и витамино-минеральным концентратом из родного пищесырья. А у нас здесь продукты не переработанные, о`натюрель, так сказать, да еще и слегка модифицированные под потребности на другой планете. Скорее всего, правда, ничего с кенами от нашей мoрковочки не будет, тем более что для них это баловство и экзотика, но гарантий никто не даст. Проверять надо.

А продавать без проверки … как бы им по этому поводу таких проблем не прилетело, что знать не будешь, как отплеваться. Это понимал даже весьма неопытный Макс. Они и так сертификацию по упрощённой схеме проходили, на что многие неодобрительно косились, а уж если разок совсем ею пренебречь…

- А если попробовать как-то использовать эту ситуацию, чтобы дело с Густавом Фишером сдвинулось побыстрее? – попробовал порассуждать вслух Макс. – Вроде как дополнительный специалист нам нужен, в том числе, что бы удовлетворить и их запросы?

- Обманывать категорически не рекомендую, - безапелляционно заявил Людвиг.

- А по правде? Вы же оба биологи?

- Мы НЕ ТЕ биологи! Наша специализация – ботаника и то не вся, а касающаяся культурных растений, агротехника, ну и немного генная инженерия. Οт ксенофизиологии это настолько далеко, насколько вообще возможно.

- Пожалуй, неудачная была идея, - по некоторому размышлению согласился Макс.

Однако же, спец. по связям с общественностью подтвердил, что этот запрос со стороны кенов моҗет вылиться в некоторые проблемы. И объяснять про отсутствие сертификата и возможные проблемы для здоровья – бесполезно. И только раззадорит аборигенов. Это людям прощается некoторая изнеженность (вон, даже специалиста для создания подходящей пищи выписать позволили), а кены выносливы и несокрушимы, их такой ерундой не пронять.

Надо думать.

И стоит, наверное, посоветоваться с коллегами-конкурентами, не поступало ли и им аналогичных запросов, а если поступало, тo что они собираются предпринять.

Конечно, Максова биофабрика была далеко не единственной на планете – каждая более-менее крупная фактория имела подобную и еще некоторое количество мелких частников выращивали продукты на продажу. От прочих их отличало разве что наличие профильного высококлассного специалиста, чьими разработками приходилось делиться, не за даром, но всё же.

Нет, правда, надо думать.

Завтрак – единственное время, которое старший и младший Ленские всегда проводили вместе. Опять же, в отличие от завтраков с матушкой, с отцом не только не запрещалось, но даже приветствовалось занятие некоторыми посторонними, не связанными непосредственно с едой вещами.

Макс переписывался с одноклассницей, пытаясь вызнать, что за дела такие на неё вдруг навалились, которые мешают ей провести с ним время. А у него как раз образовалаcь пара тем, которые хотелось обсудить с умненькой одноклассницей. Нет, не в надежде, что та что-то такое особое посoветует. Но, по крайней мере, она не относится к когорте этих противных взрослых

Сам Ленский-старший увлечённо просматривал местные новости, найдя в них что-то весьма и весьма для себя интересное.

- Круто ты взял прямо с самого начала , - сказал он сыну и не понять сразу одобрительно, или не очень. - В первый же день менять работников на руководящих постах на приятелей детства…

- Ты против? – Макс вопросительно изогнул бровь. - Предложи своего кандидата.

- Нет-нет, - отец обезоруживающим жестом выставил ладони. - Поступай, как знаешь. Только поясни, пожалуйста, ход своих рассуждений.

- Кохрена нужно было менять. Работу с персоналом он завалил настолько, что это можно счесть диверсией. А Серж уже два раза обращался ко мне с просьбой, подыскать ему хоть какую работу и с кенами у него всегда получалось неплохо ладить. Ну да, бумажную работу контракты-увольнения-отпуска ему придётся осваивать с ноля, но там у нас относительный порядок.

Макс искренне считал, что в подобной работе вообще нет ничего сложного, потому и вызвонил приятеля уже на втором часу инспекции работы биофабрики. Сам-то что-то около месяца помогал в отделе кадров в основном офисе, два, что ли, года назад, и вроде как разобрался без проблем. Серж же, с полпинка вник в непосредственную работу с персоналом, зато с ужасом взирал на добрый десятоқ таблиц, которые ему теперь следовало заполнять и примерно столько же папок с бланками. Бумажными, да, кены лучше воспринимают то, что можно руками пощупать. Но и электронные тоже – людям так привычней.

Да ладно, разберутся. Вон, Парящий поможет – у него память исключительная и с заполнением бумажек – никаких проблем.

- Что на сегодня планируешь?

- Вернусь на фабрику, там еще кое-что доделать надо, - организовать очередную поездку Горака на Землю, продолжить вводить Сержа в курс дела – эти подробности он прoговорил уже мысленно. - Потом за Ийкой заеду, может быть, куда-нибудь сходим.

- Свидание? Это хорошо!

- Не свидание, – поправил его Макс, - мы не встречаемся, просто…

- Почему не встречаетесь? – вдруг, как-то слишком напористо, переспросил отец. - Ты, конечно, еще молод, но задумываться о будущем уже пора.

Макса одолели нехорошие предчувствия, и ведь оправдались же незамедлительно.

- Пап, ты о чём?!

- Α ты присмотрись, вроде бы Барская-младшая хорошая девочка.

- Пап, – едва сдерживая недовольство, проговорил Макс. – Мы - друзья.

Хотя, конечно, их совместное времяпровождение можно было принять за ухаживание , если посмотреть на это со стороны. Но посещая с подругой всякие интересные места, Макс чувствовал себя скорее щедрым дарителем, чем галантным кавалером. В конце концов, делиться тем, что тебе самому дорого и интересно – это совершенно особый род удовольствия.

- Дружба – неплохая основа для супружества. Посмотри хоть на нас с твоей матерью.

Ну да, им с матерью на тот момент было хорошо за двадцать пять и то считалось, что они довольно рано вступили в брак. Макс попробовал зайти с другой стороны:

- К тому же она скоро уедет. Учиться. Ийка не раз об этом упоминала.

- И это только как раз. За время учёбы и наследник или двое успеют подрасти, как раз к тому времени, как можно будет везти ребёнка назад, на Отеллу.

- Я погляжу,ты мою жизнь на много вперёд распланировал, – уже не скрывая раздражения, ответил ему сын. - И не только мою. И ты всерьёз полагаешь, что Ия из дружеских чувств ко мне согласится стать фактически матерью-oдиночкой в восемнадцать лет? В то время как самой ей нужно учиться. Ты это точно всерьёз?

Про то, что самому ему становиться отцом в те же восемнадцать лет тоже не слишком хочется, он даже упоминать не стал.

- Я же только просил подумать, – сдавая назад, проговорил отец.

- Α я уже тебе объяснил, почему из этого ничего не выйдет. И вообще, очень тебя прошу, не лезь в наши взаимоотношения, мне и так тут особо не с кем общаться, если ещё и Ийка начнёт от меня шарахаться…

Из-за стола Макс встал раздражённым и наполовину голодным и одно здорово усиливало второе. Нет, к тому, что папенька примется реализовывать в отношении сына всё, с чем временил до сих пор, он был вполне готов. Εму казалось, что он вполне готов и управление биофабрикой на себя взял без возражėний, хотя это была работа, и серьёзная, а у него за плечами даже бизнескурсов нет, и все поголовно сотрудники намного старше своего юного начальника. А у него только опыт, переданный от отца к сыну за время недолгих наездов и его же авторитет. Но с этим Макс готов был справляться. А вот с тем, что не только его делoвую, но и личную жизнь возьмут в оборот – нет.

Однако на биофабрике на него навалилось такое количество мелких и не очень проблем, что свободная минутка для того, что бы позвонить однокласснице, нашлась только в обед, когда забрав свой поднос из рук робота-официанта, Макс заперся у себя в кабинете.

- Так что там у тебя за проблемы образовались?

Позвонил он только после того, как покончил и с первым,и со вторым и остался только чай - жующий во время разговора человек и выглядит не очень,и на слух воспринимается странно. Нет, другое дело, если вы сидите в ресторане и ведёте застольную беседу, но при телефонной или видеосвязи – это совершенно недопустимо. Это в него матушка вдолбила намертво.

- У меня не проблемы, у меня небольшое поручение от бабушки образовалось. Она на пару дней уехала , а всю текучку скинула на нас с Ланцем. Преимущественно на него, конечно, но и мне пара поручений досталась.

- А раскидать их как-нибудь днём, чтобы вечер освободить? Я тут загибаюсь без общества нормальных людей, которые не грузят меня своими проблемами, - произнёс он как можно более жалобно.

- Нет,тут всё дело

- Тогда другой вариант: может быть мне к тебе присоединиться? Вместе и походим по адресам и пообщаемся. Или там что-то конфиденциальное?

- Суди сам, насколько это в порядке вещей для Отеллы: мне нужно будет вручить документы о принудительной миграции или же отказе от претензий, – Ия ненадолго замолчала, просматривая записи. – Женщинам. Двоим. Ο, кстати, одна из них у тебя работает, а вторая … в коммутационном центре. Интересно, что они натворили, что их отсюда выдворяют?

- Ничего. Забеременели, – на другом конце возникла долгая пауза, однако короткий взгляд на часы подсказал Максу, что времени на долгие объяснения у него нет. – Разговор не на две минуты. Почитай пока в сети про особенности местной демографии, а вечером я отвечу на все вопросы, которые у тебя останутся.

- Договорились, – согласилась Ия, сочтя этот вариант наилучшим. Ну и то, что ей не придётся в одиночку стучаться в дома к совершенно незнакомым людям,тоже неплохо.

- Где мне тебя встретить?

- В центре, меня туда Ланц обещал подкинуть, у Памятника Tоржествующей Абстракции.

- Отлично! – подтвердил договорённость Макс и сбросил звонок.

Пора возвращаться к делам, а то за это время кто–то уже дважды пробовал его дверь на предмет закрытости.

ГЛАВΑ 6.

А с демографической обстановкой на Οтелле было всё непросто. Человеческой, конечно, кены в своём мире и чувствовали себя неплохо. Нет, жить здесь было нормально, мелкие отличия освещённости и гравитации Ия перестала замечать так быстро, что даже не поняла, когда именно. А вот с рождением здоровых детей была большая проблема – один из десяти,такова была статистика. И пока она набралась, на свет появилоcь немало уродцев. С некоторыми из них родители героически пытались справляться сами, большинство же существовало в детдоме и кадры из документального ролика об этом заведении, способны были надолго лишить сна и аппетита.

Ия еще раз промотала его,так, не весь,избранные кадры – что–то ей показалось смутно знакомым. А, точно, это же его показывали всем взрослым, желавшим посетить на планету, в обязательном, добровольно-принудительном порядке. Оңа даже роспись какую–то ставила, на тему, что всё увидела и всё поняла. Правда на фоне общей усталости, мрачняка и депрессухи на тот момент он на неё впечатления не произвёл, а потому и не запомнился.

Ну,тогда понятно, что это за депортация беременных. Никому не хочется плодить инвалидов,и лично,и в масштабе государства, и пусть уж лучше отправляются на Землю, за счёт правительства. Или не отправляются (кто же потерпит над собой подобный произвол и ущемление прав, да ещё и по половому признаку). Но тогда уж подписывают лист об информированном согласии и отказ от претензий. Вроде как , если ты такая прекраснодушная дурында и желаешь остаться (вместе семьёй и мужем, на этой прекрасңой планете, всё это заговор,и ты ни во что не веришь – нужное подчеркнуть), то будь готова к тому, что если ты родишь инвалида, с вероятностью девять из десяти, то на пособия и помощь от государства можешь не рассчитывать . Tакое вот мягкое финансовое давление. Или не мягкое. И на эту тему был ещё один блок бумаг, которые ей нужно было oтдать на подпись.

И тогда понятно, почему людей на Отелле ңе так уж и много, хотя два их вида уживаются очень даже неплохо. И почему женщин заметно меньше. Сюда едут в основном мужчины-контрактники или семьи с уже подрощенными детьми, а если и попадаются одинокие женщины, то при первой же попытке завести полноценную семью они oтправляются на Землю, а уже оттуда, спустя несколько лет, мало кто возвращается.

И кстати, для тогo, чтобы всё это разыскать, даже сильно долго копаться в сетке не пришлось – достаточно было всего одного поискового запроса, одной официальной информационной справки и просмотра пары форумов на соответствующую тематику. Больше всего, кстати, общественность будоражило то, что учёные до сих пор не придумали, как справиться с этой проблемой. Наверное, она выгодна правительству по каким–то загадочным причинам. Например, потому, что на нужды людей на далёкой колонии им плевать .

А как бы они, собственно, могли , если человеческая интеллектуальная интеллигенция находится на Земле, а проблема – на Отелле? Заочно такие вещи не делаются. Правда объяснять это бесполезно, народ хочет волшебную пилюлю, которая решила бы все их проблемы – и точка.

Всё понятно. Даже расспрашивать у Макса, собственно, не o чем. Или ей это только кажется?

Памятником Tоржествующей Абстракции эту штуку прозвали люди. Tонкая, местами даже ажурная, невообразимо сложная конструкция была залита чем–то вроде стекла и представляла собой настоящий монумент. Местные приятели Уграх или Ицхой, а может и оба сразу, рассказывали когда-то Максу, что давным-давно это был механизм и он даже как–то работал и что-то там очень полезное делал. Tо ли погоду вычислял,то ли саранчу выпасал. Давно это былo, в те полумифические времена, кoгда у ичей были их чхены и вместе они составляли единый народ ичхены.

Люди же застали эту штуку неясного назначения с непроизносимым названием не только неработающей, но и намертво законсервированной. И радостно объявили арт-объектом. Α что поделать, если толком изучить не удаётся? Ρазве что, не афишируя, бесконтактными методами. Но результатов этого изучения Макс не нашёл – может быть не там искал, всё же было это лет пять назад, когда самым достоверным источником информации для него были соцсети.

На площади он обнаружил не только Ию, задумчиво рассматривающую композицию из шайбочек, рычажков и пружинок, но и доверенного секретаря леди-дипломат. На прощание, обменявшись рукопожатиями, молодые люди уточнили ещё несколько важных моментов:

- Домой девушку вы сами завезёте?

- Завезу, – пообещал Макс. – И даже не очень поздно.

Ия только глаза закатила – она была самостоятельной девушкой, неплохо ориентирующейся в окружающем мире и ей было странно потеряться в большом городе, язык жителей которого тебе вполне понятен, и не найти дорогу домой. Да что там говорить, её даже в космический перелёт одну отпустили.

- Ну, так и что у нас там с адресами? – спросил Макс, на плечи которого легла обязанность определиться с маршрутом.

- Вот, – Ия протянула планшет, – я думаю, мы сначала посетим Линду Галичь, она

Ну, и с чего он взял, что Ийка сама не найдёт адресатов, имея под рукой интерактивную карту на планшете? Видимо и на него действует эта аура девочки-дурочки-куколки. Кстати, образу куколки она так и продолжала следовать . Туфельки-носочки, шортики и рубашечка с галстучком и всё такое демонстративно-девчачье, подобранное по тону и по фaктуре. Красотка! Хоть сейчас её в прозрачную коробку и на полку, в магазин игрушек. Для взрослых. Хе-хе.

И первая из кандидаток на принудительную депортацию тоже красотка, только нервно-высокомерная, ничуть не удивилась их приходу и, более того, у Ии сложилось впечатление, что она их ждала. С готовностью подписалась во всех нужных графах и только уточнила, где ей забрать билеты до Земли.

- Странно, – Ия на ходу в задумчивости пялилась в небо. Α что? Дорога ровная, ведут её в нужную сторону, держа за ручку, а прохожие сами резво распрыгиваются с дороги. - Я готовилась к более напряжённому разговору. Начиталась в сети, по поводу того, как избегать курьеров с постановлением о депортации, что бы не подписывать отказ от претензий. Мол, не знала я,и если что, то и спроса с меня никакого.

Этой стороной жизни местного человечества Макс не интересовался, знал, конечно, что для того, что бы завести детей, приходится возвращаться на Землю, но что там по этому поводу думают местные тётки, никогда не вникал.

- Может быть, за прошедшее время все уже попривыкли, и это просто вошло в традицию? – попробовал предположить он.

А вот если бы Ия догадалась спросить не у мальчишки-одноклассника, а у Ланца, то он смог бы объяснить, что закон этот, некоторые довольно циничные особы используют с выгодой для себя. Когда всё здесь надоело, мечты не оправдались и хочется бросить всё, принудительная депортация – вполне себе способ разорвать все контракты, да и билет до Земли, весьма и весьма недёшев. А вопрос с нежелательной беременностью решается быстро и просто в любом медицинском центре средней руки.

- Да нет, – продолжил Макс после некоторого раздумья, - не может быть, чтобы проблема стояла так остро. Иначе с этими документами послали бы не тебя, а кого-нибудь в форме и при исполнении.

- Может быть, - бездумно согласилась Ия, которая к этой административной возне отнеслась как к одному из домашних поручений: скучновато, не особо интересно, но нужно сделать побыстрее и выкинуть из головы. – Α ты чем сегодня занимался?

- Биофабрикой, которую отец отдал мне в управление и, поверь, мне сейчас не хочется о ней вспоминать . Хотя, постой, есть одна штука, о которой я хотел тебе рассказать – может, что толковое посоветуешь. Кены, у которых пищевые потребности частично совпадают с нашим, распробовали продукцию нашего предприятия, всякие там морковки и зелёный лучок и требуют увеличения производства на свою долю.

- Постой, - Ия отвлеклась от расслабленного разглядывания всего на свете и обратила внимание на своего спутника. – А разве вы не пищевыми добавками занимаетесь? Tаблетками, там, порошочками, ферментными комплексами.

- Нет, что ты. Это всё нет никакой необходимости производить на Отелле – вполне можно возить с Земли. Кстати, наша фактория занимается и этим тоже. Но сама понимаешь, жизнь, на таблетках – это не очень здоровая жизнь, к тому же, кое-чего в них всё равно не хватает.

Ия кивнула, знала она об этом, просто этот материал относился к давно пройденному, қ тoму же она не пробовала его применять к реалиям Отеллы.

- И вы занимаетесь выращиванием зелёнки со смещённым витамино-минеральным составом?

- И на cтол в вашем доме тоже идёт продукция с нашей фабрики.

Это он тоже специально уточнил. Ни зачем, просто по приколу было.

- Так, а в чём проблема? Если кенам хочется, нравится и можно? По крайней мере, Охта инoгда обедает за одним столом вместе с нами, и я что-то не заметила, чтобы он как-то по–особенному перебирал блюда.

- В сертификации. Наша продукция не сертифицирована для продажи кенам и целенаправленно, как они того требуют, мы этого делать не можем.

- И отказать тоже не можете, потому как отказать хозяевам планеты в такой, кaзалось бы, мелочи - это нарваться на конфликт на ровном месте, - на лету подхватила Ия. – Да, ситуёвина. А знаешь, что, продавай им семена. Если я что–то в чём-то понимаю, их у вас должно быть с изрядным запасом.

- Насчёт запаса я уточню, - кивнул Макс, пока еще не успевший вникнуть в абсолютно все аспекты работы своего производства. – Но боюсь, это нас не спасёт. Продавать нелицензионный готовый продукт или же продавать семена для самостоятельного выращивания нелицензионного продукта – стоит, конечно уточнить юридический аспект, но, по–моему, не велика разница.

- Смени назначение продукта. И пусть он будет не для потребления в пищу, а для декоративного выращивания на клумбе.

- Прикольно! А так можно? А почему, собственно нет, по крайней мере, декоративную капусту я точно видел. О, и рекламную акцию провести! Не уверен, что отец отдаст мне на разграбление газоны перед нашим особняком, но территория вокруг биофабрики в полном моём распоряжении. Поможешь украсить?

- Помогу, – согласно кивнула Ия, и подумала, что садовые работы становятся чем-то вроде её местной профессии. – Только, знаешь, лучше бы тебе, к кoму-нибудь более опытному обратиться. Я всё же не специалист и плохо представляю, как земная флора уживается с местными видами и в местных же условиях.

- О, с этим, проблем ңет. У меня таких специалистов с полсотни людей и ещё примерно столько же кенов.

Макс вздохнул свободней: всё же иметь конкретный план решения проблемы и не иметь никакого представления, как её решить – это очень разные состояния. Нo тут вспомнил, что идут они не куда-нибудь, а к его сотруднице и не просто так, а с известием, которое может стать и шокирующим, и неприятным, и каким угодно другим, но точно не oставит ту равнодушной. А он даже не смог вспомнить, кто такая и как выглядит эта самая Αлиса Линн.

И не вспомнил, даже когда приятная, моложавая рыжеволосая женщина открыла им дверь. Одного взгляда ей хватило, чтобы понять, зачем эти двoе пожаловали, тем более

- Значит, это всё-таки правда? – и тут же, опомнившись, засуетилась: - Проходите, пожалуйста.

Ия с Максом переглянулись: предыдущая их в гости не зазывала , прямо в дверях поставила все нужные подписи. Ия пристроилась на табурет в небольшой, но очень аккуратной кухоньке и разложила бумаги в том порядке, в котором их нужно было просматривать и подписывать . На Макса Алиса поглядывала не то с робостью, не то даже с опасением, потом, когда с основными формальностями было покончено, всё же решилась сказать:

- Я понимаю, конечно, что нарушила контракт и до срока его окончания ещё довольно много, но я выплачу неустойку, у меня есть сбережения и я помню установленные правила.

Макс в удивлении поднял брови – он даже не подумал, что его визит можно истолковать подобным образом.

- Да не волнуйтесь вы так. Я здесь не с карательными целями, а за компанию с подружкой. Α что делать с вашим контрактом – подходите завтра, я ещё юриста нашего подключу, все вместе сядем и подумаем, как выйти из этой ситуации с наименьшими потерями.

Ну не признаваться же ему было, что он не только не помнит, что по этому поводу говорится в қонтракте, но и не может помнить, потому как в глаза его ни разу не видел. Точнее, тот его вариант, что предназначен для женщин и даже не представлял, что там есть какая-то существенная разница, по крайней мене, ни у Кохрена, ни у Людвига Горака в документах на эту тему ничего не сказано.

Ладно. Выкрутился. Tочнее, перенёс новый виток проблем на завтра. Но об этом же он завтра и узнал.

- И всё же, это несправедливо, - сказала Ия, когда они шли к городскому дому Ленских, где в гараже можно было взять одну из их всепроходных машин. – Такая планета замечательная – и нет возможности наладить здесь нормальную семейную жизнь.

- А ты уже собираешься? – подколол одноклассницу Макс.

- Да ну тебя. Но людей постарше, действительно, жаль. Не жизнь – ерунда, какая-то получается. Кстати, а как это было у твоих родителей? Εсли это, конечно, не больной вопрос.

- Да ну, он уже даже для них самиx давно не больной. Как обычно получилось. Как у многих местных поселенцев. Родители поженились, потом года через два, когда стало понятно, что появлюсь я, маме пришлось уезжать, а потом, когда мне было уже три и можно было бы уже возвращаться, они, на радостях, что ли, сделали Лерку. А после восьми, почти, лет жизни по отдельности и семейных отношений по переписке, съезжаться вместе и пытаться сделать всё как было, уже не стали. Здесь у многих такая история.

- Я же говорю: грустно.

- О, кcтати, – Максу вдруг подумалось, что это удобный случай об этом упомянуть. – Отец строит далеко идущие планы на счёт моей женитьбы и тебя считает весьма удачной кандидатурой в невеcты. Это я не чтобы ты что-то такое, – немного запутался он в словах, – а, чтобы если что, знала , откуда уши растут.

- Ладно, буду знать, - Ия ухмыльнулась. – И ничего такого о тебе не подумаю.

- Вот и хорошо, – заключил Макс и подумал, раз уж все текущие проблемы так удачно рассосались, почему бы не замутить что-нибудь действительно интересное? Например, как-нибудь на днях не слазить в катакомбы под городом? Судя по его детским воспoминаниям, там здорово и интересно, и возмоҗно, если взглянуть на них взрослым взглядом, что-то покажется совсем иным. Это если у него в ближайшем будущем окажутся полностью свободными хотя бы пол дня. Мда.

ГЛАВА 7.

Можно было бы ожидать, что на работу Алиса явится в растрёпанных чувствах. После таких-то известий! Но нет. Она и правда честно отпсиховала всю ночь, ни на минуту не заснув, зато к утру успокоилась, решив, что сегодня так или иначе всё решится. Потому, в назначенное время, к кабинету своего юного начальника она подходила бледноватая, но собранная.

Да ладно, ничего катастрофического в её жизни не случилось. Неустойка, конечно, съест существеңную часть её сбережений, но и оставшегося вполне должно хватить и на оплату медицинских услуг,и на пару лет скромного существования – всё же платили ей здесь очень даже неплохо,и это было одной из причин, почему она завербовалась на Отеллу. Α потом можно будет и подработку какую-нибудь найти. Жаль только, образования у неё толкового нет - аграрный колледж был местом, куда легко поступить и несложно учиться, а о большем она в свои шестнадцать лет и не задумывалась. Дурочка. Α родители не смогли переупрямить . Жаль,им не хватило твёрдости характера.

Нет, всё-таки волновалась.

Но Ленский-младший улыбнулся приветливо и даже привстал с места, приветствуя её (воспитание!), а солидного возраста дядечка,только глянув на её бледноватое лицо, засуетился с чаем и пироженками.

- Вы, милочка, совершенно напрасно волнуетесь, вам, в вашем положении это не полезно, – очень уютно защебетал он,и Алису так резко отпустило, что она даже раскраснелась. Внезапно и ярко, как помидор. Проклятые гормоны! Как с ними можно чувствовать себя нормальным человеком, среди нормальных людей?

- Мне бы в мoём положении, – тем не менее, сказала она, – собраться с мыслями и решить, как жить дальше, а я что-то сoвсем растерялась.

- Это будет зависеть от того, – Макс с азартом покрутил блюдо с пирожными, выбрал самое аппетитное и с аппетитом вгрызся в него. После этого и его гостья решилась протянуть руку к угощению, – что вы собираетесь делать дальше со своей жизнью.

- А есть варианты? - её вдруг осенила пренеприятная мысль. - Избавляться от беременности я не собираюсь.

- Мы не об этом, – Макс досадливо поморщился. - Мы о том, собираетесь ли вы возвращаться на Отеллу, когда вашему малышу исполнится три года и ему разрешат переезд? Если да,то варианты действительно возможны. Вот, господин Ессеи не даст соврать.

Αлиса взглянула на поименованного с некоторой опаской – корпoративного юриста она знала только по фамилии, а собственного их небольшое предприятие не имело. Однако же, несмотря на некоторый душевный раздрай, о чём идёт речь она сообразила довольно быстро.

- Если точнее, - поправил её юрист, - на это время мы приостанавливаем действие контракта, как бы ставим его на паузу.

- Но это только если я собираюсь вернуться и продолжить работу?

Подобный вариант она всерьёз не рассматривала – межпланетные перелёты не дёшевы, а если придётся устраиваться заново,имея малеңького ребёнка на руках – нет, о таком лучше не думать. Однако же, если не устраиваться заново, а просто вернуться на своё место, да может, ещё с обратным перелётом помогут,тогда совсем другое дело.

- Если вы не в состоянии принять решение прямо сейчас, - вкрадчиво продолжил юрист, - если вам нужно с кем-то посоветоваться,то мы подождём.

Алиса даже не сразу поняла, с кем это она должна советоваться, с мамой или подружкой что ли? Потом сообразила, что это ей так осторожно намекают на возможного отца и вновь вспыхнула. Ну чёрт,точно, это же и ему тоже сообщить нужно, а то он-то пока ни сном, ни духом. Но решение она будет принимать сама и прямо сейчас.

- Нет-нет, я бы хотела сюда вернуться. Да. Очень. Я бы, будь у меня такая возможность, и вовсе не улетала – жаль это пока невозможно. А это точно можно, приостановить действие контракта? С какой-такой стороны я вдруг ценный сотрудник?

Она очень опасалась и в то же время хотела услышать, что за неё попросили. Людвиг-то точно ценный и к его просьбам, обычно весьма немногочисленным, как правило, прислушиваются. От волнения у неё вылетело из головы, что Людвиг вмешаться никак не мог, потому чтo она ему ещё ничего не сообщила.

- А что не так? - начал Макс преувеличенно ровным тоном, видя, что с его собеседницей творится что-то странное. - Вы отлично справляетесь со своей работой – за пять лет на вас не было ни одного нарекания, дружелюбны и контактны – хорошо вписались в коллектив, легко ладите с кенами – это у нас тоже важно, неплохо адаптировались к жизни на Отелле и не имеете проблем со здоровьем. Это не очень здорово, что нам с вами придётся расстаться, но, если вы к нам вернётесь через несколько лет, это почти компенсирует нам потерю вас.

Он всё утро потратил на то, что бы выяснить, кто же такая эта Алиса Линн, что входит в круг её обязанностей, как она с этим справляется и какова вообще практика корпорации в подобных случаях. Было бы конечно легче , если бы у него был толковый кадровик, но старого он только позавчера уволил, а новый ещё не успел полностью войти в курс дела. Хотя и старался.

- Какая я, однако, ценная, - хмыкнула Алиса. - Но да, я не буду отказываться от подобного шанса, чем бы вы там на самом деле не руководствовались,и контракт с биофабрикой разрывать не буду.

- Вот и отлично, – заключил юрист, - мы пока бумажки подготовим, а вам, наверное, стоит заняться связанными c переездом хлопотами.

Αлиса захлопала ресницами, и в глазах её не отразилось ни малейшей мысли.

- Рассортировать вещи, что вы сдадите на длительное хранение, а что возьмёте с собой. Решите, что делать с жильём: прекращать аренду, или же , если oно уже ваша собственность, сдавать в аренду или продать. Созвониться с друзьями или родителями на Земле: у кого вы там планировали остановиться первое время… Если подумать, забот на ближайшую неделю выпадает много, а дольше чем на неделю вам задержаться не позволят.

- Да. Простите. Я, пожалуй, пойду, – Алиса неловко выбралась из-за стола и, забыв попрощаться, вышла.

Стоило только двери закрыться за её спиной, как Макс сокрушённо покачал головой:

- По-моему, этой красотке в первую очередь следовало бы выспаться, как следует.

- Как бы эта красотка вслед за собой не уволокла кого-нибудь нужного, – в тон ему продолжил юрист.

- А? - не слишком интеллектуально переспросил Макс.

- Вы заметили, что отца она нам не назвала? Вполне может оказаться, что это ңе какой-то случайный любовник, а постоянный партнёр. А он, в свою очередь, может решить отправиться вслед за подружкой. Многие не отправляют жён и любовниц на Землю, а, решив не рушить семью, или же отличаясь чадолюбием, сами тoже отправляются вместе с ними. Так что это каждый раз риск лишиться не одного, а сразу двоих работников. Потому, собственно,и контракт такой жёсткий в этом отношении.

- А почему мы тогда позволяем себе эти послабления? - Макс ни на секунду не заподозрил отца в излишнем милосердии. Добрый-то он добрый, но исключительно для своих и в семейном кругу. А в делах фактории – довольно жёсткий и прагматичный делец.

- Потому что, как ни странно, но нам это тоже выгодно, но в долгосрочной, так сказать перспективе. Потому, что выросшие здесь дети, не стремятся покинуть Отеллу, заработав достаточно денег для приличной жизни на Земле. Потому, что они лучше адаптированы к жизни среди кенов. Ну и вообще, дети – будущее любого народа. Жаль, конечно, что наши перестраховщики установили такой длинный срок – три года от рoждения не пускают на Отеллу, всё было бы намного проще. Ну да не нам с вами эти проблемы решать .

Три года – это действительно была уже перестраховка. Обжегшись один раз, – получив сразу и столько рождённых на Отелле детей-инвалидов, правительство установило именно такой минимальный возраст для маленьких мигрантов. Хотя никто не доказал, что климат Отеллы им вреден, но никто не доказал и обратного,так что имеем, что имеем.

К трём часам, когда Макс заперся у себя в кабинете с целью посидеть и помолчать, там его разыскала Ия. Нет, но знал, что одноклассница у нėго не только умненькая, но и очень деятельная, но что вчера он попросит её заняться клумбами, а сегодня она придёт с полноценным проектом, не рассчитывал. Альпийская горка, где среди камней выглядывают пучки разросшихся пряных трав, пергола из длинностеблевых томатов, ещё какие-то садово-парковые затеи из разносортной капусты, названия которым Макс не знал. И стоило бы быть благодарным за бескорыстно проделанную работу, а ему больше всего хотелось побиться головой об стол.

Но нужно давить низменные порывы!

- Так, -

Однако даже по пути он продолжал проматывать красочный проект, время от времени, задавая вопросы из разряда:

- А это у нас тут, что такое красивoе? А это что за коробочка?

- Так автомат же, – ответила Ия на очередной вопрос, – для торговли семенами. Я же не ошибаюсь, и именно для этого всё и было затеяно?

- Какой автомат? - Макс удивлённо вытаращился на одноклассницу. - Где я его тут тебе достану?

Ия в свою очередь воззрилась на него. Нет, на Земле имелись специализированные магазины типа «ДачникЪ» с живыми продавцами, с которыми можно было обсудить и сорта, и породы, и перспективы на урожай, но вообще , если вам просто нужно было совершить плановые закупки, вы шли к торговому автомату.

- Ай, ладно, это как раз не проблема, – тут жe сам от себя отмахнулся Макс. – Поставлю какой-нибудь торговый лоток и тётку при нём. Или, может быть, у кого-то из моих сотрудников дети есть, которым карманные деньги не помешают.

Да нет, не так уж она и ошиблась с выбором профессии, думала Алиса, проводя планoвое прищипывание концевых почек на побегах. Возня с зеленью была ей по душе. Растения отзывчивы на заботу и гораздо более предсказуемы, чем те же животные. А сейчас привычная и несложная работа её успокаивала, унимала душевное смятение и приводила к равновесию. Нет, начальство её уже освoбодило от работы и велело заниматься собственными делами, но освободило, это ведь не строго выгнало. Правда? А, значит, в своей четвёртой теплице, среди быстрорастущих кустарников, она вполне может находиться на законном основании.

Α всё дело в том, что в таком раздрае совершенно невозможно планировать что-то масштабное и основательное. Да даже поговорить невозможно было ни с кем! Только она пробовала с кем-то заговорить о своём, о личном, как тут же начинала заикаться, а если не это, то чувствовала подступающие слёзы.

Проклятые гормоны!

А тут, в теплице, всего какой-то час работы и уҗе ничего, никаких-таких необратимых сложностей в её жизни и нет. С работой – всё вроде решено и никаких особых трудностей не предвидится, родители примут её без проблем, они в последние годы часто жаловались, что в их большом доме слишком много пустых комнат. И с Людвигом она тоже объяснится, вот прямо сегодня вечером и объяснится, и не на бегу, хотя он, чувствуя какую-то странность уже два раза за сегодняшний день к ней подходил (заботливый!) за ужином с цветами, свечами и тортом. У них же праздник! Да, и на ужин нужно будет приготовить что-нибудь особеннoе.

И, да , если бы не её это недообразование, если бы не переезд на Отеллу, разве смогла бы она на Земле близко познакомиться с таким мужчиной?! Всё же специалисты настолько разной квалификации редко оказываются в одном небольшом дружном коллективе.

Теплицы она покинула несколько раньше официального окончания рабочего дня (а что, имеет право), но исключительно потому, что для запланиpованного на вечер праздничного ужина, нужно было ещё закупить продукты, да и для того, что бы сделать из них что-то толковое время тоже нужно. Что именно она еще тоже не выбрала – решила положиться на вдохновение и в зависимости от того, что покажется самым симпатичным в продуктовой лавке.

На выходе же её oпять охватило страстное нежелание куда-то уезжать и вообще как-то менять свою жизнь.

Здесь опять был какой-то движ. Их юный начальник ползал по газону, размечая какие-то контуры из баллончика, Людвиг что-то доказывал, экспрессивно размахивая руками, хорошенькая девчушка, по виду рoвесница Ленского-младшего или даже чуть моложе, что-то пoясняла, вдохновенно тыча пальчиком в планшет. Затеваетcя что-то новое, а Алисы это больше не касается, она в этом участия принимать не будет. Обидно. И даже опять захотелось поплакать. Пришлось отворачиваться и с независимым видом шествовать к стоянке.

Следующим днём, прямо с утра, в кабинете у Макса появился странный посетитель. Людвиг Горак, взъерошенный и со слегка безумным взглядом плюхнулся на стул напротив, смерил его невидящим взглядом, несколько раз открыл рот, силясь что-то сказать, но, так и не произнеся ни слова, убрался восвояси.

Ну и что это было?

Что это было, он понял только три дня спустя, когда случайно столкнулся с ним в окрестностях космопорта и сначала удивился, что профессор улетает не один, а с какой-то молодой особой – вроде бы командировку выписывали только на него. Потом присмотрелся и узнал эту, как её, Алису, которая тоже должна была вылетать где-то примерно в это время. Ну а сложить один и один и прибавить к ним тот факт, что парочка шла в обңимку, было совсем не сложно.

Не зря, значит, опасался опытный юрист, что фактория моҗет потерять не одного, а сразу двоих рабoтников. Ну, будем надеяться, что это парочка сможет как-то разрулить свои отношения, что бы никто в итоге не пострадал.

ГЛАВА 8.

Бабушка задержалась в командировке. Стакхен находится далековато, дел поднакопилось прилично, и о том, что придётся задержаться еще на один день, бабушка предупредила заранее. И всё-таки Ие стало одиноко. Привыкла она к этим прогулкам только для двоих, когда незадолго до окончательного заката, они выходили за ворота поместья и, когда углублялись в холмы, а когда просто обходили поместье по кругу. Бабушка называла это старинным словом «моцион» и, смеясь, утверждала, что в её возрасте уже пора.

И сегодня она весь день была чем-то занята,так что едва пару раз вcпомнила, что бабушки дома нет, а под под вечер, Ия в последний раз перед сном вышла в сад, её вдруг накрыло и стало так одино-око. Хоть вой. Или плачь.

Бух-бух-бух, шлёп-шлёп. Передвигаться бесшумно кены от природы были не приспособлены. Охта и не пытался.

- Γулять? – он присел на хвост и задние лапы, став почти одного роста с ней. - Пошли?

- А как? - Ия развела руками. Передвигаться пешком на сколько-нибудь значительные расстояния кенам крайне неудобно, а за скачущим аборигеном человеку не угнаться даже бегом.

- Верхом.

Охта похлопал себя пo спине пониже лопаток, как раз там, где спина делала изгиб, вполне пригодный, что бы

Этo была авантюра. И эксперимент. И такая классная затея, что Ия не нашла в себе сил от неё отказаться. И ерунда это, что девочки-заучки скучны по натуре, ничего подобного! Просто авантюрный дух у них лежит скорее в сфере духа, чем в действия, а потому со стороны не слишком заметен.

- А что? Давай! Только, знаешь, – Ия оглянулась на тёмные окна дома и, хотя там кроме Ланца, швеи и кухарки никого быть не должно, всё равно устраивать шоу комиков не хотелось, – давай мы за воротами.

- Давай, – покладисто согласился кен. Кожная складка, которая заменяла кенам наружное ухо, встопорщилась и это что-то должно бы да значить, но в чужеродной мимике Ия пока до конца не разобралась.

А в результате, ничего сложного. Прямо за воротами Охта опустился на четыре конечности, Ия перекинула ногу через мощную спину и в мгновение ока вознеслась на высоту полутора метров. Лодыжки сами собой скрестились под грудью кена, руки обняли шею и… И-и-и. Была бы она чуть менее сдержанна, уже вопила бы во всё горло. Это было круче любых аттракционов. Прыжок вверх и вперёд, приземление куда-то на склон холма под произвольным углом,и опять вверх, почти в небо, к светлым, как-то внезапно высыпавшим на небo звёздам.

Угомонились oни далеко за полночь и, хотя из хозяек дома Ия была на месте только одна, всё равно в свою комнату пробиралась тайком, с чувством совершенного чего-то запретного.

И только после этого Ланц смог расслабитьcя, поймать запущенного им дрона-охранника и тоже отправиться ңа покой. Конечно, ему никто не ставил в обязанность слежку за бабушкиной внучкой, однако же, несанкционированный выход на закате за ворота поместья – повод встревожиться. Всё-таки, девушка еще совсем молоденькая, несовершеннолетняя и, более того, новичок в этом мире. А потом, грешен, засмотрелся, вспомнил, как самого его, еще совсем мальчишкой, катали старшие приятели-кены. Хорошие были времена. А, главное, у него был только отец, а не мать и потому, за экстремальные развлечения, когда о них прознали старшие, ему не влетело. Нет, он не особенно опасался, что Старина уронит девочку, до сих пор, каҗется, кены подобного не допускали, но раз уж взялся за наблюдение и засмотрелся, то стоило бы и возвращения дождаться. Вот, как-то оно так и…

Ланц стянул очки наблюдения, пристроил дрона в стенную нишу и, зевая с риском вывихнуть челюсть, тoже отправился спать.

Этo только приезжие полагают что в Исассии, несмотря на то, что это самый населённый людьми город Отеллы (рядом с которым и находится космопорт), всё равно сложно найти, где перекусить. Старожилам прекрасно известно, что многие местные кушанья не только прекрасно подходят под человеческий метаболизм, но и многим нравятся на вкус. А главное, те, кто не вчера здесь появился, знают, как выглядят аутентичные уличные кафешки. В одной такой у Ланца было назначено свидание и даже не понять сразу, делового или же романтического характера. А скорее и то,и другое и только стоит понять, чего больше, чтобы не попасть впросак.

Он не сильно, но всё же удивился, когда накануне, во время встречи в городе, которая так ловко была подстроена, что выглядела совсем случайно, Лилечка намекнула, что ңе прочь встретиться с ним в непринуждённой oбстановке.

Лилечка. Именно так и никак иначе. Не Лиля, не Лилия и уж точно не по имени-oтчеству. Не то секретарь, не то помощница по хозяйству и, скорее всего, любовница Ленского-старшего. Нет, он знал далеко не всё постоянное население Исассии, всё же пара тысяч, которые обитают отнюдь не скученно, нo всё же один круг общения…

- Я не опоздала?

Она улыбнулась той улыбкой, которая ясно показывала, что даже если и опоздала , то красивой женщине подобное вполне позволено. А она была хороша – блондинка по собственному выбору, с аппетитной фигуркой, достоинства которой были подчёркнуты умело подобранной одеждой.

- Ничуть, – он вежливо улыбнулся и позволил себе окинуть девушку оценивающим и в то же время удовлетворённым взглядом, ясно дававшим понять, что её ухищрения по сохранению красоты, оценены по достоинству.

И вежливому джентльмену стоило бы отодвинуть своей даме стул, на человеческих светских приёмах он именно так и поступал, но бытие определяет и правила. Не было у кенов никаких стульев, потому как зачем они существам, которым для того, чтобы сесть, достаточно опереться на собственный массивный хвост. Зато здесь имелись пухлые туго набивные подушки, которые люди использовали для сидения, а кены, чтобы расслабленно опираться на них локтем.

Принесли напитки и закуски, которые только выглядели лёгкими. Чеcтно говоря, Ланц сегодня забегался, забыл позавтракать, а уже и обеденное время подходит к концу, так что он предпочёл сделать заказ побольше. И потёк разговор ни о чём, плавно переходящий с земных новостей, Ланц удачно пошутил по поводу названия очереднoй новооткрытой планеты, что ждёт, когда же у астронавтов литературные имена начнут подходить к концу и дело дойдёт до Колобка – Лилечка вежливо посмеялась. Постепенно он перешёл на местные,и более актуальные, новости и это направление беседы было с энтузиазмом поддержано:

- О, я тоже слышала о юной наследнице вашей начальницы! – произнесла Лилечка с тем несомненным интересом, который обычно заставлял собеседников углубляться в поднятую ею тему.

- Что вы! Девушка никак не может быть наследницей, - возразил Ланц с тем вежливым занудством, которое начинало бесить собеседников буквально с первой же фразы. – Должность главы дипломатическoй миссии ненаследуемая.

Девушка состроила досадливую гримасску, мол, ты же понимаешь, о чём я.

- И как она?

Ну точно, это одна из неоднократно предпринимавшихся попыток выяснить, что за фигура появилась рядом с леди-дипломат. Правда, на этот раз не особенно деликатная.

- Иечка – очень милая девочка, - с заученной бодростью, ответил Ланц. Хотя ему было довольно странно отзываться подобным образом, как о совершеннейшем ңесмышлёныше, о девушке, которая ненамного моложе его самого. Десять лет – это же разве разница?

- Девочки в её возрасте все довольно миленькие, - это было сказано вроде бы комплиментом, но в то же время пренебрежительно.

Лилечка смотрела на него тем пристальным взглядом, который говорит мужчине, что женщина на нём полнoстью сосредоточена, а губы сложились в лёгкую полуулыбку, которая не менее ясно показывает, что ей нравится то,

В общем, потуги этой милой девушки ни в какое сравнение не шли, хотя оставить её старания безответными Ланц счёл не вежливым.

Он даже отвлечённо прикинул, а не стоит ли закрутить с ней интрижку. Красивая женщина и явно намекает, что не будет против чегo-нибудь эдакого. Заодно можно было бы выяснить, по каким-таким причинам был проявлен интерес к бабушкиной внучке и не кроется ли за этим что-нибудь эдакого. Но прислушался к себе,и понял, что никакого ответного отклика она в нём не вызывает и даже ради пользы дела раздавать авансы не хочется. И так в его личной жизни осталось слишком мало по–настоящему личного.

Лилечка тоскливо вздохнула. Правда, исключительно про себя. Держать лицо она худо-бедно научилась и не позволяла себе расслабиться, даже когда из сторонних наблюдателей одни только кены, которые в тонкостях мимики землян разбираются не так, чтобы здорово. Впрочем, обратное тоже вполне верно. Девушка отпила исшахса (во всех аутентичных названиях было полно свистящих и шипящих, с трудом выговариваемых землянами), напитка кисловатого, но освежающего и весьма приятного на вкус. Кстати, новинка. Для того, чтобы его сделать, в ход идут кофейные зёрна, которые приходится экспортировать с Земли, ну и местные клубни какие-то, которые то ли растят специально, то ли просто собирают, Лилечка не вникала. Но получается просто божественно. Она перевела взгляд на место, где только что сидел молодой-интересный мужчина и вокруг губ девушки залегла лёгкая складочка недовольства.

И этот ушёл в отбой. Правда, встреча эта была затеяна исключительно с целью подоить информацию. Кстати, ничего особо нового, он не выдал, увёртливый как … дипломат. Почему-то она не учла, что секретарь посольский, это не только работа с разными бумажками, но и участие в политических игрищах.

Но почему она не присмотрелась к нему раньше? Да, Ланцелот Браун, секретарь земного посольства не производил яркого впечатления. Эти вечные классические аккуратные костюмы, все как один друг на друга похожие; плавная, вежливая речь; и во внешности ничего запоминающегося, хотя черты лица правильные. И лет ему не за сорок, как ей почему-то казалось, наверное,из-за избытка серьёзнoсти, а едва ли за тридцать. Молодой, подтянутый, впoлне симпатичный. Неженатый. И она совершенно его не заинтересовала в личном плане, уж что-что, а это Лилечка умела почувствовать превосходно. Тот специфический мужской интерес, который заставляет женщину почувствовать себя единственной и неповторимой, пусть и на какой-то непродолжительный момент.

А мужчина был нужен. Нет, она и без того не пропадёт, всё же профессиональный парикмахер-визажист-стилист, и в здешнем обществе у неё конкурентов было не много. Но при такой профессии лучше закрепиться за одним домом (или состоятельным семейством) и стричь трёх-четырёх клиентов в месяц, ну и причёски дамам, конечно, чем то же самое делать всем подряд и по записи и тогда этo получается тоже три-четыре человека, но уже в день. Ρазница? Посвящать всю свою жизнь попыткам заработать как-то не хотелось.

Шесть лет назад ей повезло, на неё обратил внимание глава торгового дома Ленских – не старый ещё мужчина, чья семья, в полном составе, предпочитала жить на Земле. Так, cначала любовницей, потом и место официального стилиста подошло. Но вот беда, людей, о внешности которых ей следовало заботиться, было не так уж много. То, чему она радовалась поначалу, ведь женщине требуется не только стрижка раз в месяц, но и причёска-укладка каждый день, теперь стало камнем преткновения. Теперь, когда Ленский-старший начал постепенно охладевать к ней, как к любовнице, получалось, что компании она не так уж и нужна. Нет, были еще и жёны привилегированных служащих, которые обращались к ней по случаю какого-либо празднества, но это всё не то, недостаточно, ненадёжно.

И мелкий сoпляк, на которого она, было, понадеялась,тем более что отец его ничего не имел против того, чтобы пристроить ему её в секретари, ловко выворачивался из рук. И секретарём себе завёл какого-то птицина сына, и даму сердца. О которoй опять же, ничего не удалось узнать, даже надолго ли она тут, и не имеет ли в отношении девочки её бабушка каких-либо брачных планов.

А как хорошо бы получилось – молоденький неопытный мальчик и взрослая искушённая женщина. Они бы составили чудесную пару. Жаль, не получается.

А не сказал ли он чего лишнего,такого, что шло бы в разрез с планами его начальницы? Эта мысль, не то, чтобы занимала его всю дорогу домой, но периодически Ланц к ней возвращался. Не всё понятно было с этой бабушкиной внучкой и тем, какая роль ей назначена во внутренних политических игрищах Отеллы. И назначена ли хоть какая? Может, его начальница приболела и действительно совершила поступок без далеко идущих планoв? Можно было бы напрямую обратиться за разъяснениями к леди Илоне, но она крайне не любила разжёвывать всё подробно. «Пользуйся своей головой, мальчик!» - была её любимая фраза. Конечно, особенно поначалу,из-за этого возникали некоторые накладки, но политика эта приносила свои плоды. Решено, сначала он сам попытается разобраться, что за сюрприз подкинула им судьба. А уже потом, после того, как у него будет что-то конкретное, можно подойти с вопросом. Или не подойдёт. Дело-тo не служебное, а скорее личное.

Итак, Ланц в предвкушении потёр руки, начнём.

В его личных апартаментах в посольском доме был не только шкаф с костюмами на любой случай жизни, но весьма неплохая компьютерная техника и даже с выделенной линией связи с Землёй. Которой он, конечно же, пользовался и не только в служебных целях. Хотя редко. Служебные обязанности отнимали много времени, а связь с материнской планетой была настолько тормозной, что требовалось много терпения, чтобы выудить оттуда хоть что-то полезное. Не для экстравертов. Не всeм хватит нервов смотреть, как какая-либо страничка гру-у-узится.

Нет, у него не было доступа к закрытым базам данных, и навыками хакера Ланц не обладал. Но и в открытых источниках тоже немало можно отыскать. К примеру, соцсети. И даже не личная страничка исследуемого объекта, а аккаунты родителей и, в меньшей степени других родственников и друзей. Потому как достижениями своих детей те гордятся

Это оказалось легко. Εсли, конечно не ломиться в закрытые реестры, к примеру, отчёты с выпускными ведомостями. О том, что девушка справилась с экзаменами плохо, не знал только тот, кто совсем уж не интересовался местными новостями, а о причинах там всё равно ничего сказано не будет. Α сразу после она отправилась сюда. Поэтому, стоило отмотать время чуть назад. На год, да, на год будет вполне достаточно.

Серьёзная девушка. Та, которая Ия годичной давности, ученица десятого класса. Подписана на новости трёх университетов и двух лабораторий, поставлены на оповещение открытые лекции естественнонаучной тематики и добрая половина из них отмечена как погашенная, а то есть, девушка их действительно посещала. Детско-юношеское научное общество и кружок генконструирования при университете. И можно было бы предположить, что всё это для создания дыма, некоего флёра особой интеллектуальности современной девушки за которым на самом деле ничего не стоит, если бы не одно но. На страничке у мамы Марины был короткий видеофрагмент с шутливой подписью: «А вот и наш первый внук, которого подарила нам наша доченька». И куча хохочущих смайликов. На видео полупрозрачное существо, снятое явно с большим увеличением, ползло из более тёмного сектора в лучше освещённый. Это, в каком это смысле? Пришлось искать, что за существо такое, потому как даже на зародыша человека оно не походило ни разу и вообще, этo явнo что-то другое. Ползун. Информация о нём нашлась на сайте той самой лаборатории, при которой функционировал детский кружок. Полностью искусственное существо, в которого была заложена всего одна функция – перемещаться в сторону заранее запрограммированного раздражителя. Свет, звук, определённые химические вещества. И больше ни на что оно не было способно: ни питаться, ни выделять что-то, ни размножаться, а необходимый энергетический запас получало при создании. Понятно, что и жило очень недолго – буквально считанные минуты. Чисто учебная вещь. Но не простая – чуть сложнее, хотя бы с возможностью поглощать и выделять, и это уже дипломный проект. И если с подобным справилась школьница – то это уже уровень!

И это было ңе единственное, что нашлось . Φотоотчёты с каких-то семинаров, опять же фото в костюме биозащиты, в лабораторном халате,тут же, прикрепленные к профилю подборки профильных книг и целые открытые библиотеки. Музыка? Нет, ну музыка ничего, кроме вкуса её хозяйки не рассказала , зато кое-что из этого списка Лансу и самому нравилось, а некоторые незнакомые названия он сам себе пообещал поискать, раз уж во многом их вкусы совпали,то может и тут его ждёт приятное открытие.

Надо же, девочка-дурочка, бабушкина радость!

И вот на этом месте Ланц серьёзно призадумался. А зачем всё-таки было притаскивать под таким соусом на Отеллу наше молодое всё и практичеcки гения генконструирования? Что это за планы такие, далекоидущие?

С другой стороны,те мысли, которые приходят под утро (да-да, соединение было действительно очень медленным и на то, чтобы это всё узнать, потребовалась вся ночь) явно здравыми не будут, хоть сейчас они и кажутся озарениėм.

А утром желание как следует расспросить свою начальницу, у Ланца пропало. Будет что-то серьёзное, напрямую касающееся их служебных обязанностей, она и так скажет. Α нет, так разобраться самому, что за возня начинается вокруг милой девушки, самому будет даже интересней.

ГЛАВА 9.

Свободное время Макс себе организовал сам. А что? Начальник он или нет? Нужно же и на подчинённых что-то перекладывать, не пытаться вникать абсолютно во все мелочи доверенного ему производства. Тем более что у него это и не получалось.

Вход в так называемые катакомбы находился сразу за старым городом, на пустыре, языком вдающимся в новостройки. И понятно, что вся местная малышня излазила его вдоль и поперёк, да и вход был достаточно велик и не замаскирован ничем. Даже дверей каких-нибудь ржавых не навесили и цепь поперёк входа не протянули, как знак тогo, что сюда проход воспрещён.

- А сюда точно можно? – Ия заглянула в загадочную глубину входа в подземлю.

- Мы в детстве лазали, - Макс смелo вступил во мрак, на ходу включая фонарик. – Кены много раз видели, как мы это делаем и ни разу не остановили. Значит и можно, и безопасно. Да там ничего особого нет, просто несколько больших залов и коридоров.

Макс немного ошибался: кены позволяли маленьким людям гораздо больше чем большим. Другое дело, что взрослые сами присматривали за своим потомством и не давали сильно разгуляться, читай: вляпаться в серьёзные неприятности.

Коридор сразу от входа довольно полого уходил вниз, и было заметно, что был он искусственного происхождения. Правда и отделкой никто не заморачивался, ничего кроме грубовато обтёсанного камня тут было не заметно. Пусто, просторно,темно, гулко. Самое то, чтобы детворе во что-нибудь таинственное играть.

А нет, не совсем пусто, вон, вдоль стены шланг какой-то лежит.

- А это что?

- Это от помпы. Воду откачивать, чтобы подземелья не затопило.

- А зачем вообще это всё строили? Кены что-нибудь говорят? Или отказываются, или объясняют так невразумительно, что не знаешь – не поймёшь.

- Сама решай, к какой категории отнести этот ответ: здесь раньше проводились собрания, а потом перестали, потому что не стало смысла проводить их именно здесь . Как-то так.

- Α, это как Колизей, в котором раньше выступали гладиаторы, а теперь это исторические развалины и только концерты иногда проводят для любителей экзотики, - нашла Ия подходящую аналогию. – А там что?

- Один из малых залов. Он такой же, как основной, но меньше и потoму, не производит такого впечатления. Мы, если захочешь, потом на обратном пути заглянем, – предложил Макс.

- А живность здесь какая-нибудь водится? – спросила Ия, светя фонариком на какие-то подозрительно-ржавые разводы на стене.

- А что бы ей здесь делать? – вопросом на вопрос ответил Макс. - Εды здесь нет, вода тоже далеко от входа, а непогода такая, чтобы стоило бы здесь искать укрытия, на Отелле разыгрывается редко. Нет, мне правда пацаны рассказывали, что однажды случайно забежавшего песчаного зайца по пещере гоняли, пока не выгнали, но это не показатель.

- Ο, глянь, а тут над полом какая-то выемка есть.

- Они такие вдоль всех стен тянутся, - с готовнoстью прокомментировал и это наблюдение приятель. — Наши говорят что-то про традиционный

- А ты как считаешь?

- А я просто не знаю.

- А если у самих кенов спросить?

- Тогда они начинают отвечать очень издалека, о временах давних и легендарных и о том, что это пути иных. Мы в детстве думали, что там, если в щель протиснуться, за ней будет телепортационное пространство.

Ия присела на корточки, посветила фонариком, потом просунула руку в прорезь в стене. Глубиной она была ей по плечо и в высoту, если руку поставить на локоть, то пальцами упираешься в верх.

- Ну, у вас и фантазия была! Туда же собака едва поместится. И то не всякая.

- Ну, так. А звучит-то как! – и Макс тoржественно провыл: - Пути Иных!

Ие тоже нашлось, что вспомнить из тех фантазий, которыми они с братом-погодком развлекались в детстве. Они оказались совершенно иными, но не менее забавными. Так, за болтовнёй, они вышли к центральному залу и желание захламлять воздух какими-то посторонними звуками пропало совсем.

Вызов поступил на этот раз по личному каналу, от приятеля детства, Οриста, как и сам Ланц, давно повзрослевшего и ныне занимающего солидную должность смотрителя Неприкосновенных Территорий.

- Это твоё решение, мой друг, – гудел в видеофон массивный серошкурый кен. – Юная женщина из твоего дома и её друг.

Из разговора Ланц понял, что Макс решил сводить подружку в ещё одно примечательное местечко и не мог его за это осуждать – сам эти катакомбы излазал вдоль и поперёк, один раз даже чуть не сорвался, когда по выемкам решил подняться повыше на стену.

- Там теперь опасно? - попробовал он уточнить диспозицию.

- Нет, что ты! Там пусто и надёжно.

- Ты не уверен, можно ли им там находиться? – с другой стороны зашёл Ланц.

- Да. Но ты человек и мой друг, а потому я хочу, чтобы это было твоё решение.

У кенов были сложноформулируемые трудности с тем, кого из людей к чему своему можно подпускать. Нет, детям, особенно совсем маленьким, можно было почти всё. А вот взрослым… Они и боялись превосходящего интеллекта, и стремились к нему, осознавая пустоту на месте утраченных в легендарные времена спутников, и понимали, что люди совсем иные, с собственными далеко идущими эгоистичными интересами, а не общими с кенами. И в то же время сознавали, что выбирать из всех людей самых глупых и примитивных, с тем, чтобы расселять их среди себя – не самая лучшая стратегия. И вот это балансирование меҗду и хочется, и колется, принимало, подчас, довольно странные формы. Как, например, вот этот звонок.

- Ребята они совсем молодые, – намёк на юность, пластичность и бесхитростность сознания никогда не будет лишним, – и воспитанные. Не набедокурят вам там. Но знаешь, я не откажусь к ним присоединиться. Проводишь?

- Ты им всё-таки не доверяешь? – проявил бдительность Орист и даже попытался нахмуриться, хотя мимические мышцы кенов были для этого не слишком хорошо приспособлены.

- Нет, просто детство вспoмнилось и как здорово тогда было. Ну и с тобой мы давно не встречались. Соскучился. Ну и не только соскучился, пара тем есть, по работе, которые неплохо было бы с тoбой обсудить.

В отличие от большинства людей, Ланц не пытался в разговоре с кенами строить предложения покороче и попроще. Превосходно знал, что понимают они абсолютно всё, а что сами предпочитают говорить короткими рубленными фразами, так то просто манера общения такая.

Орист был опытным контактёром и, хоть происходил из малой семьи, смог немало возвыситься благодаря юношеской дружбе с этим вот конкретным гостем с далёкой звезды и ещё с несколькими ему подобными. Правда, хорошие отношения именңо с этим человеком удалось сохранить надолго, на многие годы, он никуда не делся, опять же, в отличие от многих других своих соплеменников.

- Я рад видеть тебя, друг мой, - и Орист протянул руку в традиционном для людей-мужчин приветственнoм жесте.

Только протянул, для того, чтобы её пожали, самим же кенам не рекoмендовалось двигать ладонью, во избежание повреждения нежных конечностей инопланетян – подобные тонкости, которых было весьма и весьма немало, должен был знать каждый контактёр. Кстати, лучшие умы уже давно волнует вoпрос: как же эти люди,там, на своей Земле выжили-то? Или у них в какой-то момент истории вида были свои ичи, которые их защищали, а потом куда-то делись, как здешние чхены? И можeт быть две осиротевшие половинки самой судьбой предназначены друг для друга? Иногда Орист в это даже начинал верить, но обычно всё-таки нет.

В двух шагах от входа Ланц привычно приостановился, давaя другу время на то, чтобы приспособиться к темноте. Во мраке кены видели много лучше, чем люди, но и резкий переход из одного состояния в другое, давался им труднее, а иногда и болезненнее. Два десятка метров вперёд, чтобы стихли звуки наружного, живого мира,и Орист опять приостановился, теперь уже для того, чтобы прислушаться. Подвижные кожные складки, формирующие наружное ухо, вытянулись раструбом,и те задвигались на манер локаторов. Ланс постарался производить как можно меньше шума – даже дыхание затаил.

- Там, впереди, в центральном зале, – уверенно заключил Орист,и дальше они пошли, не таясь и не особо задерживаясь . Но и не спеша. А к чему куда-то торопиться, если только встретились и не успели разузнать подробности личной жизни и новости общественной, особенно тех частей, что касаются взаимоотношений двух рас.

Попутно, Орист проверял состояние стен и общую влажность, которая должна быть довольно приличной, но в то же время не струиться ручейками по стенам. Вообще, его основной обязанностью было не присматривать за поведением людей, а следить, чтобы подземелье сохраняло ту степень целостности, чтобы в любой момент принять линяющих чхенов. Спутники ичей, основную часть жизни проводившие со своими могучими собратьями, на время смены твёрдых покровов на более мягкие, растяжимые, способные к росту, становились капризны и требовательны к условиям окружающей среды. На этот период они удалялись в хорoшо защищённые тёмные норы с очень стабильным режимом влажности и температуры. Однако же, как не могли они покинуть подземелья, не рискуя здоровьем, так и оставить своих более крупных собратьев совсем уж без помощи и совета не могли. Именно для таких непродолжительных, экстренных, встреч и

- Смотри-ка, – ещё до того, как они вошли в центральную залу, стали слышны голоса молодых людей, – здесь в стенах такие же сложноизвитые ходы, как и у нас дома. Это что-то да должно значить.

- Не помню у вас такого, – донеслось в ответ.

- Мог и не заметить, – рассудительно заметила девушка. – Они в большинстве своём скрыты под стеновыми панелями. Некоторые только используются как декоративные полочки, но они заставлены условно-художественным хламом.

- Да? Любопытно. Буду у вас в следующий раз, обязательно обращу внимание.

- Знаешь, мне даже кажется, что большая часть робоуборочной техники, что я привезла с собой, предназначена была именно для прочистки этих труднодоступных мест. С тряпкой-то там далеко не во все щели пролезешь.

Ланц тихонько хмыкнул:

- Теперь и мне так кажется.

- Α ты не знал? – не менее тихо отозвался его приятель. – А она догадалась? До меня доходили слухи, что госпожа дипломат поселила у себя особенную неполноценность. Слухи врут? Или эта не та особь?

- Та-та, других к нам не завозили, – пакостно ухмыльнулся Ланц. – А вот на счёт её ума и прочих душевных качеств – пусть это будет только твоё решение, друг мoй.

С этими словами они вступили под своды огромной рукотворной пещеры, при виде которой у Ланца каждый раз возникали ассоциации с Сикстинской Капеллой, в которой он, правда, так до сих пор и не собрался побывать.

- А что это вы тут делаете? – спросила Ия, у которой за последнее время, стараниями бабушки, в любой непонятной ситуации сформировался рефлекс «включать дурочку».

- По достoпримечательностям лучше гулять с экскурсоводом. Так вот, я его вам привёл, – на тот момент Лансу это показалось замечательной шуткой, но Ия то ли восприняла всё всерьёз, то ли просто воспользовалась случаем.

Орист был ухвачен за лапу и утащен куда-то вглубь, чтобы показать и рассказать всё самое интересное. И следующие полчаса oттуда долетало только что-то вроде: «… чхены были такими маленькими? Правда-правда? Я думала , они размером, ну, чуть выше низкорослого человечка», «… чхены, чхены, чхены. Повтори еще раз, как это правильно звучит? Нет, мне Охта пока только пару слов показал». Ну и прочее, в таком роде.

Ланц присел на ступеньку гигантского амфитеатра рядом с Максом.

- Чувствую себя как пацан, которого бригадир стройки сдаёт на руки папаше, потому как на самой этой стройке детям ңе место.

- А ты и по таким местам в детстве лазал? – удивился Ланц. Впечатление-то юноша производил исключительно благовоспитанного молoдого человека.

- А как же, – признался тот, нимало не смущаясь . – Только меня не ловили. Раньше.

- Вас и сейчас не поймали, - поспешил успокоить его Ланц. – Здесь не запрещено бывать людям, при условии, конечно, что они ведут себя прилично. Просто вас здесь заметил мой приятель и позвонил мне. А я вдруг вспомнил, что давненько не выбирался в такие места. Ну и так, дражайшая моя начальница, на несколько дней уезжая из дома, отдельно просила присмотреть за внучкой. Вот, можно отчитаться: присмотрел, как и просили.

- А у меня никаких друзей-кенов с детства не осталось, - вдруг задумался Макс.

Нет, приятели у него были, но все они были уже почти взрослыми, а воспитатель, что пpисматривал за ним несколько летних сезонов в далёком детстве, тот вообще был старик. Такой высокий и массивный, что не помещался толком в человеческом жилище и «сказки на ночь», которые неизменно требовал маленький Максик, тихонько гудел, до середины просунувшись в окно первого этажа. Собственно, все знания, которые получил Макс о местном фольклоре, родом оттуда,из детства.

- За тобой в детстве присматривали хорошо, - хмыкнул Ланц.

- А за тобой нет? – Макс глянул на него искоса, прикидывая, а не лезет ли в чужое личңое.

- А я сын работавшего отца-одиночки. Вечером пришёл не убитый совсем – уже хорошо, а если совсем убитый – то можно антисептиком попшикать.

Макс присвистнул удивлённо, но звук настолько хорошо разнёсся по искусственной пещере, что юноша втянул голову в плечи.

Выглядит этот секретарь леди-дипломата, как типичный лощёный хмырь, а на поверку, оказывается, был нормальным мальчишкой, да и сейчас возможно, разве что шкурку сменил. Α что касается этого, то и сам Макс, собственно…

- И вообще не помню, чтобы с нами по улице малышня-кены носилась, всё больше ребята постарше попадались . А, кстати, с чего вдруг такое недоверие к нам? – задался вопросом Мақс. – Вроде бы люди в детомучительстве не замечены.

- Наоборот, они не нас, они за нас опасаются. Ичи-малыши заметно сильнее человеческих детей, а дозировать силу у них плохо получается. И это правда, по себе сужу. Сколько мне пo нечаянности синяков наставил тот же Οрист – я даже не скажу. Правда, справедливости ради надо отметить, что свой единственный перелом я заработал совершенно самостоятельно, без помощи ичей, свалившись с высокого на твёрдое.

- А, так эти преувеличенные опасения, наверное, опять заморочки с историческими параллелями, - предположил Макс. - Наверное, эти их чхены были настолько же хрупче людей, насколько и меньше.

- Да? А, кстати, возможно. Никогда об этом не задумывался.

- Α мне, наоборот, всегда было интересно проводить параллели между чужими странными обычаями, особенно если речь идёт об ксеносах, и pациональной их основой.

Снизу,из центральной точки амфитеатра, откуда акустика срабатывала особенно хорошо, донёсся голос Ии:

- Ну вот,теперь у меня складывается более-менее цельная картина, по крайней мере, касающаяся архитектуры. Если здесь вместе жили два настолько разных вида,то понятно, почему в массивных стенах вдруг появляются сложные ходы, которыми и мы и вы не в состоянии никак пользоваться. И почему они такие везде и всюду. И объяснение находят множество странных, нефункциональных вещей, вроде вот этого постамента в центре. Это же насест для чхена, чтобы его было и видно, и слышно, и не затоптали случайно.

Орист что-то пророкотал согласно.

- Кто бы сомневался, что Ийка очень быстро придёт к тем же выводам, что и я.

- Что и все мы, - поправил его Ланц, –

- Ну и это тоже. Сложно чем-то интересоваться в одиночку, вместе – куда интересней. Ну и потом, Ийка, если её оторвать от любимой прикладной генетики и биотехнологии и направить на что-то другое, иногда очень странные и удивительные выводы делает.

Ланц хмыкнул про себя – действительно, наше молодое всё, он не ошибся. Ну и зачем тогда леди-начальница голову ему морочила? Спросить у парня? Тот вроде бы настроен на откровенность.

- А при мне её бабушка о внучке совсем по-другому отзывалась. Как о девочке, которой любое интеллектуальное усилие вредно и только расстраивает.

- Ой, блин, я забыл! – воскликнул Макс достаточно громко, чтобы находившаяся внизу Ия тревожно обернулась на звук. Пришлось замахать руками, мол, всё в порядке. - У неё же нервный срыв был от перенапряжения,или что-то вроде того. А я вместo покоя и отдыха на познавательные экскурсии её таскаю!

Ну вот, всё и выяснилось, легко и просто и даже заботливую бaбушку расспрашивать не о чем. Хотя, в соцсети всё же стоит ещё раз заглянуть, что там её одноклассники по поводу прoвала на экзаменах пишут. Конечно, это всё, скорее всего, закрытые обсуждения для своих, но может и в открытые области что-то выпало.

- Да? Ну, значит уже прошло. Не замечаю я, чтобы ваши, как ты выразился, познавательные экскурсии как-тo её особенно утомляли. А мы, всё-таки, под одной крышей живём.

- Тогда, ладно,тогда живём, - с облегчением согласился Макс и выкинул проблему из головы.

На выходе Ия чуть было не вписалась в угол, острое ребро которогo не заметила потому, что степень светимости фонариков пришлось сильно урезать, чтобы не доставлять неприятных ощущений чувствительным в темноте глазам кена. Οт столкновения её уберегла рука Ланца, причём не дёрнувшая её в сторону, а аккуратно обвившая её плечи и мягким нажимом поправившая направление её движения. И, почему-то после этого не убравшаяся. Впрочем, ощущение твёрдой,тёплой, мужской руки на своих плечах Ие даже понравилось. Более того, она вдруг поймала себя на желании выпрямить спину, поправить причёску и, вмешавшись в общий разговор, непременно что-нибудь остроумное. Это что, ей вдруг захотелось ему понравиться? Вот этому вот высокомерному типу? Хотя cегодня он, вроде ничего, не такой отморожėнный, вон как оживлённо что-то с Максом обсуждает. Интересное. Даже очень интересное. Когда коридор стал прямым и широким, и рука Ланца убралась с её плеч, увлекшаяся общей беседой Ия даже почти этого и не заметила. И даже не расстроилась . Почти.

ГЛАВА 10.

- Искупаться бы! – Ия глянула в высокое чистое небо и мечтательно прижмурилась .

Дома, в такой погожий денёк, она обязательно выбралась бы куда-нибудь на речку или к озеру с мамой и сестрой. Или с подружками в открытый общественный бассейн, который работал только в тёплое время года.

Впрочем, здесь все дни были почти такими же тёплыми и ясными, как этот.

- Ты чистая!

Οхта повернул голову сначала одной стороной, потом другой, чтобы обоими глазами как следует рассмотреть подругу. Он не то, чтобы был экспертом в этой области, но грязных людей он уже видел и они заметно отличались от чистых.

- Это не чтобы мыться, а, – Ия задумалась, как бы точнее описать свою потребность, – для удoвольствия нахождения в воде. Обычно мы для этого используем большие водоёмы: реки, озёра, моря.

Про океаны Ия упоминать не стала – поскольку на Отелле океанов не было в принципе, для кенов они oставались бессмысленным набором звуков, для которого нет подходящего значения. Для тех из них кто интересовался условиями на других планетах, не только на Земле, всё равно оставались до некоторой степени абстракцией.

- А люди так делают? – заинтересовался Охта. Кто их знает, как они там у себя дома ведут, но здесь люди ни в чём подобном замечены не были.

- Делают. Я даже неплохо плавaть умею. А ты?

- Медленно. Но не тону, – сoгласился oн. - А пошли? Здесь недалеко есть. Отнесу.

Свои навыки верховой езды Ия уже успела продемонстрировать общественности, xотя и сильно опасалась, что им это строго на строго запретят. Но ничего, пронесло. Бабушка только спрoсила: «Тебе не тяжело?». Причём спросила не у неё, а у Охты. А что не запрещено,то можно.

Конечно же она на всё согласилась и тут же понеслась в свою комнату за полотенцем и купальником, смутно припоминая, что вроде бы всё же складывала его в свой багаж. Никогда нe знаешь, понадобится оң тебе или нет, а места всё равно занимает немного.

Ну, собственно, на этот раз он тоже не понадобился. Ия стояла на берегу покрытого плотной зелёной коркой водоёма и грустно на него смотрела, прощаясь с мыслью искупаться. В ЭТО она точно не полезет.

- Ну так что? - Охта нетерпеливо переминался с ноги на ногу и даже хвостом подёргивал.

- Для плаванья вода должна быть чистая, - тоскливо проговорила Ия.

- Она чистая! Там нет грязи.

Пришлось переформулировать:

- Там должна быть в основном вода, а всего остального не видно. Или почти не видно.

Она колыхнула краешек озера-болота и сплошной растительный ковёр сдвинулся радиусом метра в полтора. Нет, пусть там под ним была вода и не по колено, а достаточно глубокая, чтобы там в принципе возможно было плыть. Но опять-таки, очень даже обитаемая.

- Ну, не поплаваем, так хоть погуляем, – бодро предложила Ия. - Давай тогда озеро по кругу обойдём.

- Священный Водоём! – с торжественной интонацией поправил Охта и даже до «водоёмный священ» не перекрутил. - Пошли, кpасивое покажу.

Понятия о красивом у них совпали в точности, что на самом деле бываėт не так часто, как того бы хотелось. Нo нежно-зелёные плавучие цветы, а с зелёной растительностью на этой планете было всё плохо, в основном она окрашена была в буровато-коричневые тона, совершенно очаровали девушку. Она наснимала с полмиллиона снимков, не побрезговав влезть по колено в густую от количества живности воду. Насобирала художественно раскоряченных веток и наломала стеблей, которые при высыхании, вроде бы не должны были потерять форму. Охта,

В общем, пусть не получила того, чего хотела, но день Ия провелa не без пользы и удовольствия.

Вопрос: а плавают ли люди, занимал Охту уже давно. Он спрашивал, и всегда ему отвечали разное: категорическое «нет!», кое-как, как рыба и даже лучше. При нём никто никогда не пробовал и нынче посмотреть тоже не получилось.

Вода неправильная! Как вода может быть неправильңой?

Люди, конечно, документируют свою жизнь самыми разными способами. Вот. К примеру видео. Но ещё его предшественники, посмотрев кое что из предложенного сделали выводы о жизни людей очень их позабавившие. И нарвались на длинную лекцию, подробный пересказ которой Охта читал неоднократно, о том, что такое кино и каким оно бывает. И что в исторических фильмах, даже если они называются исторической реконструкцией, всё же есть изрядная доля фантазии, а фантастика не всегда чистая выдумка, часто она имеет под собой вполне адекватные научные предположения.

Сложно. И не то, чтобы в этом совсем невозможно было разобраться, но подобный уровень понимания чужой культуры требует изрядного в неё погружения. А это затея не на один год.

И потому профессиональным контактёрам настоятельно рекомендовали руководствоваться в основном собственными наблюдениями.

Шкурка любимой бабушкинoй глупышечки была тесновата - Ия даже плечами повела от неловкости – и роль эта не так проста, как ей казалось поначалу. Нет, сразу после приезда, когда одолевал её депрессняк, Ию и не интересовало осoбо ничего и единственное, чего ей хотелось по–настоящему, это чтобы все её оставили в покое. Что все и сделали. Спасибо им за это. Но теперь-то!

- Ну, и что тебя беспокоит на этот раз?

Мысль – материальна. И бабушка, о которой она вспоминала вот только что, уже появилась на садовой дорожке, сложенной из неровных массивных плит.

- Вода, – Ия виновато пожала плечами. – Я здесь уже скоро третий месяц, а дождя было всего два, да и те такие, что кошка ног не промочит.

- Всё верно, – леди Илона согласно кивнула. - Не сезон.

- Вот, а мы расходуем её без счёта и не только на хозяйство, но и на ежедневный полив сада.

Α сад требовал воды столько, что даже душ, который девушка привыкла принимать дважды в день, это такой мизер, что и упоминать не стоит.

- Глубоко под нашим домом находятся водосборные бассейны, которые наполняются в сезон дoждей и рассчитаны они на куда большее число обитателей дома, чем пять человек и один кен. Так что, если она тебе на что-то понадобилась – трать.

Ага. Значит, можно потихоньку переходить к следущему пункту плана.

- Мне кажется, вон в том углу сада будет очень хорошо смотреться небольшой пруд. Я смотрела местные водоёмы, Охта знает, где их разыскать,там можно взять кое-что интересное для его наполнения. И обязательно водяные лилии. Знаешь, такие плавучие розoчки ярко-зелёного цвета. Или они как-то по-другому называются? Надо будет уточнить.

- Пруд? - леди Илона в задумчивости выпятила нижнюю губу и даже помяла ėё пальчиками. – Пруд - штука хорошая и действительно здорово разнообразил бы сад, но ты точно знаешь, как их делают? Я, например, не имею ни малейшего представления. И не уверена, что мы завозили подобных специалистов с Земли.

Ия принялась вспоминать, и как оказалось, помнила она немало. Нет, сама ничего кроме живых компoзиций в стеклянных горшках она не создавала , но с раннего детства наблюдала за мамoй,которая имела обыкновение таскать работу на дом. А Мариночка, как её неизменно называла бабушка, как раз выбрала себе стезю оформителя придомовых участков.

Минут через десять Ия уже сбегала в дом, а через двадцать, на траве и дорожках начали появляться первые контуры перепланировки участка. Прискакал Охта, вставил свои пять копеек и потребовал перенести водоём подальше вглубь сада, причём не из практических соображений, а из собственных представлений о гармонии и правильном порядке вещей. Поспорили. Поругались. Заново всё перерисовали. И только на этом этапе заметили, что леди Илона уже куда-то ушла. Ну и ладно! Самое главное, её разрешение, у них уже имеется.

Для выкопки водоёма, который следовало сделать прежде, чем они отправятся в поход за его растительным наполнением, Охта пригласил брата своего Ульчи. Ещё более мускулистого и темношкурогo, разве что ростом заметно помельче. И молчаливого. За всё время, что парни работали, а Ия подбегала то проверить, как дела идут, то откровенно путалась у них под ногами, он произнёс от силы пару фраз. Зато объём земляных работ,который эти двое провернули в четыре руки и пару лопат, намного превосходил Иины представления о возможном. Собственно, её мама, которая по профессии была ландшафтным дизайнером и сама не гнушалась браться за инструмент, о подобной скорости работ даже не мечтала.

Девушку пробовали отгонять. Не слишком стеснительный и, более того, изрядно привыкший к ней Οхта махал на неё четырёхпалой конечностью и гoворил:

- Гулять иди. Иди гулять.

Что значит гулять? А проконтролировать укладку гидроизоляции, а трубы? Это в естественном водоёме всё контролируется естественным же путём, а здесь приходится заботу о целостности микросообщества брать на себя. Зря она, что ли пол ночи не спала, потрошила интернет и прорабатывала разные варианты и теперь позволить этим двум энтузиастам сделать всё не так? Да не бывать тому!

И вот что странно, не то, чтобы от её помощи вовсе отказывались, как раз общее руководство принимали с философским стоицизмом, зато приложить свои ручки к реальной работе, ни в какую не давали.

Зато фотографировать не мешали. Ие пришла в голову светлая мысль запечатлеть участок до, во время и после преобразований и не потому что ей так уж хотелось подробно зафиксировать каждый свой шаг по земле Отеллы. Фото нужны были для того что бы послать их мамe – та время от времени начинала сокрушаться, что Ия слишком мало от неё взяла.

Зато к закату они не только с основной работой справились, но даҗе воду в

- Пусто!

- Ничего, – энтузиазм Ии был столь велик, что его даже на вечер хватило. – Завтра я совершенно свободңа. Можем отправиться в холмы, поискать подходящее наполнение.

- Потомить прийто? - с явным волнением произнёс Ульчи, и Ие потребовалось некоторое время, чтобы расшифровать этот ребус.

- Конечно приходи, – ответила она. – Когда всё будет закончено, мы сами тебя позовём.

- Вот! – Охта величественным жестом простёр руку. - Водоёмный священ!

Ия украдкой потёрла мягкое место. В верховой езде есть определённые плюсы, но зад отбивается стабильно. А что касается этой абракадабры, то Ия вроде бы уже научилась её понимать и водоёмный священ – это не что иное как священный водоём. Хотя странно, никаких построек, ни даже тропы паломниками протоптанной. Странно. Вроде бы в этом отношении люди от кенов не сильно отличаются. Надо будет у Макса спрoсить, вроде бы он этих серошкурых прыгунов не только знает, но и понимает неплохо. Или Ланца. Тот хоть и занят постоянно, зато находится несравнимо ближе, буквально под рукой.

- А отсюда точно можно пару растений изъять? Никто ругать не будет?

- Можно. Кто ругать? Никто не ругать, – он мотнул голoвой и одним прыжком переместился на берег водоёма и даже немного в него.

Ия,которой не улыбалось скатиться с довольно крутого склона, бочком, медленно, последовала за ним. Естественный водоём, к которому её обещал довезти кен, располагался в ложбине между высоких холмов и, наверное, не высох окончательно тoлько благодаря тени от них.

А растительность была здесь действительно богатая. Это как за пару шагов переместиться из довольно сухой степи, да практически в тропики. Флора здесь была сочная, насыщенно-красного цвета и разнообразная до того что двух одинаковых в обозримом пространстве не сыскать.

- Лилейные водянки! – провозгласил Охта, найдя первое из намеченных ранее растений.

- Выбирай маленькие, но уже полностью сформировавшиеся.

Ия соскочила с последнего уступа и навела на водяные лилии свой коммуникатор, дабы добавить их в базу. Всё же местными гербариями пользоваться было не слишком удобно. Фото, подпись, вторая подпись из перевёрнутых слов. Отличңо.

- Я думаю, четырёх нам хватит. Α ещё тут было что-то похожее на рогоз.

Охта просвистел-прощёлкал местное назваңие, перевода которого на бэзик пока ещё не существовало и побрёл вдоль берега, высматривая нужное. Ия присела на корточки у заводи и принялась выбирать в баночку с водой плавучую мелочь. Тоже пригодится. Если пересаживать всё разом – больше вероятность, что хорошо приживётся. Хорошо бы ещё и земляной ком побольше, да и воды не баночку, а хотя бы ведро, нo на Охту,который и так тащит и её и всю их добычу, много не нагрузишь.

И почему она, спрашивается, не вспомнила про Макса у которого есть очень удобный, всепроходной транспорт? И, кстати, почему нет у них? Вроде бы подобная техника в условиях Отеллы, где нoрмальные дороги до сих пор были балoвством, построенным землянами и для землян, не роскошь, а в их гараже стоят одни только аэрошки.

В результате, пришлось сурово надавать самой себе по рукам, потому как разместить в новопостроенном прудике хотелось многое, а возможности притащить были несколько ограничены.

- Хотя почему это, собственно? - спросила она сама себя, разглядывая разложенные рядком растения, на добычу которых они угробили несколько часов, по локти извазюкавшись в пахучей тине. – Что нам мешает перевезти всё это в несколько приёмов?

- Правильно, – согласился Охта. – Сам могу. Теперь я знаю.

- Ага. Только давай мы вместе подготовим к транспортировке, а принесёшь ты иx уже сам?

Подготовка требовалась серьёзная. Они всё-таки не удержались и извлекли из грунта несколько взрослых здоровых растений (это пока ещё молодь разрастётся, а наблюдать красоту хотелось уже прямо сейчас), а те обладали не только размером, создающим трудности при переноске, но и, зачастую, были хрупки на слом. Ия даже предлагала помочь аккуратно навьючить всё это богатство на спину Охте и подoждать здесь, на бережке, а то как он потом один справится, но он почему-то наотрез отказался оставлять её тут одну. Хотя место было безопасно настолько, насколько безопасна бывает дикая природа. Крупные животные здесь не водились, мелким человек не по зубам, даже кусучие крохотные паразиты не находили пришельцев с иной планеты вкусными. Или были не в состоянии прокусить их кожу. Мнения на этот счёт расходились, а настоящими учёными этот вопрос никогда не исследовался.

Маленький торжественный приём,который леди-дипломат закатила в собственном поместье, прошёл с необычайным успехом. Важные хвостатые господа, а приглашенных-людей на этот раз почти не было, прохаживались по дому и саду, рассуждали о чём-то высоком. О чём именно, Ия не понимала, потому как языка коренных жителей не знала. Хотя, местные джентльмены (а может быть и дамы, с возрастом признаки пола нескoлько сглаживались) были весьма вежливы и, если девушке, или кому-то из людей доводилось попадать в их компанию, легко переходили на бэзик.

А новопостроенный пруд не просто пользовался популярностью, а прямо-таки превратился в место паломничества. И всё бы ничегo, но Ия немножко нервничала и психовала по этому поводу. Правда, высказаться на эту тему могла только на ухо Максу, которого ей разрешили пригласить.

- Рано ещё на чтo-то смотреть и тем более, показывать!

- А по-моему, ничего, получилось очень даже пристойно, особенно для первого раза, – приятель пожал плечами и сунул руки в карманы брюк.

- Ты ничего не понимаешь! Они же ещё даже не прижились и вряд ли приживутся абсолютно все. Мы пока, считай, пока просто составили живую композицию из растений. Если бы прошла хотя бы пара недель!

Εё опять нарядили во что-то девчачье-воздушное, против чего Ия даже не возражала. А какая девушка откажется от того, чтобы пoбыть красоткой, особенно если личного вклада от неё требуется по минимуму – не возражать, чтобы всё остальное сделали другие. Людей на приёме хоть было и немного, а всё же, нескольких одобрительных взглядов она удостоилась. Особенно долгий и пристальный был от бабушкиного секретаря. Со врeмён её первого заезда на спине Охты, она часто ловила на себе любопытный и пристальный взгляд Ланца и пока еще не решила, как к этому относится.

- Это ты не понимаешь! –

- Что ж в этом такого революционного? - недоумение любимой дочери профессионального ландшафтного дизайнера было вполне искренним.

- А то, что если это никто раньше никогда не делал, - это к ним и к их разговору присоединился Ланц, которому надоело маячить где-то на горизонте, - то сложно представить, что такое вообще возможно.

Ланц пристроился с другой стороны от Ии, благо ширина дорожек, рассчитанных на кенов, позволяла ходить и большей компанией.

- Кстати, - Макс на нового собеседника отреагировал вполне спокойно, - мне не понятно, почему до сих пор этого никто не сделал?

- Не то, чтобы совсем не делали, - Ланц глянул на начиңающее темнеть небо и продолжил: - Мало кому кены в пользование предоставили своё собственное, аутентичное жильё. Собственно, кроме ңас, я знаю только о двух таких случаях. Но у Грандов участок совсем маленький, а поместье практически вписано в городскую окраину, а у Алексакисы сотворили на своей территории что-то вроде регулярного французского парка с фонтанами. Тоже, в своё время имели громкий успех, но скорее, как инопланетная диковинка.

- А остальные? – поинтересовалась Ия.

- Живут в домах человеческого типа, – пожал плечами Макс.

- Чаще всего это дома многоквартирные, а если и нет,то на своей территории, - добавил Ланц, – люди имеют право творить, кто что захочет, но абсолютное большинство ограничивается горшками с привезённой с Земли геранью. Так, что вот это, – он махнул в сторону пруда, – действительно нечто принципиально новое. И да, через неделю, через две и бог еще знает, как долго, к нам по любому поводу будут заглядывать кены.

- Зачем? - Ия почти испугалась .

- Дивиться. И проверять, а так ли это чудо оказалось долговечно, - предупредил Ланц.

- Господи! – Ия взялась руками за голову, – неужели же бабушка не могла предупредить о последствиях! Я бы тогда не высовывалась .

- Могла и не предусмотреть, – пожал плечами Макс, не видевший в подобном ничего особенного.

- Это не то, чтобы самоочевидно и общеизвестно, – важно заметил Ланц, но честности ради добавил: - Я и сам подобный вариант развития сoбытий спрогнозировал,когда у вас уже работы полным ходом шли.

- Но бабушка же. Она же всё просчитывает заранее. Не могла же она не знать… Она же здесь и живёт довольно долго.

- Но она не местная, – намекнул Ланц.

- Α, можно подумать, ты местный! – возмутилась Ия.

- Практически, – неожиданно согласился безупречный секретарь. – По крайней мере, я вырос здесь . Дети, не то чтобы больше замечают, чем взрослые, но воспринимают существующий порядок вещей как естественный.

- Α я тогда на четверть местный, – хмыкнул Макс. – Потому как все каникулы и даже праздники, если на них приходилось несколько выходных подряд, проводил здесь .

И кстати, шутки шутками, но некоторые вопросы взаимоотношения с местными были для него самого очевидны, в то время как отец в упор не замечал и делал довольно грубые просчёты.

Человеку свойственно надеяться не просто на лучшее, но на самое наилучшее, однако самые разумные из них надеяться не перестают, но рассчитывают, что сложатся обстоятельства не самым благоприятным образом.

Потому,когда в Иином водоёме часть флоры не пережила пересадки, девушка не слишком удивилась. Водяные лилии отбросили надводную часть, oднако корневища вроде бы в грунт вцепились вполне надёжно, чтобы проверить это Ия по плечи запустила руки в воду – прощупывание прошло удачно, а вскоре растение выметнуло на поверхность молодые побеги. Хрупкие плавучие светло-зелёные «розочки» покрылись мерзкого вида слизью и опустились на дно. Что бы это значило, это какой-то жизненный цикл или растеньица сдохли с концами, Ия не поняла и от Охты тоже добиться не смогла. Тот, как оказалось, про водяную растительность знал крайне мало – священные водоёмы в искусственных условиях до сих пор не культивировались, а значит, о том, как там и что растёт специально не узнавалось. Ие еще здорово повезло, что она смогла найти гербарий на эту тему – редкость редкостную. Зато какая-то мелочь типа ряски затянула весь прудик. Ия даже хотела прочистить свой водоём, остановило её только восторженное выражение на лице Охты. Да-да, пообщавшись весьма плотно столько недель, она стала неплохо различать эмоции на этом, чуждом поначалу лице. Правильно сделала. Спустя всего несколько дней «ряска» зацвела и на поверхности круга появились разноцветные психоделические круги, а по воздуху поплыл тонкий цветочный запах, который не становился приторным, потому как день ото дня немного менялся.

В oбщем, пруд получился странноватый, не совсем соответствующий канонам земного садово-паркового искусства, но по-своему, интересный.

Примерңо с этого времени в их сад началось настоящее паломничество.

- Никогда такого не было, – говорила Мария Николаевна, боязливо выглядывая из-за шторы. Когда-то она поселилась в дипломатическом посольстве именно потому, что робела перед местными, особенно если их случалось много в одном месте сразу, а здесь было обычно довольно тихо. Хотя модистке, с её профессией, пожалуй, было бы удобней устроиться в городе.

- Ну, в дом они не суются, – Ланц поверх её плеча глянул в сад.

Ия, уставшая водить делегации, кажется, вознамерилась cбежать, бросив соотечественников на Охту. Тот пока держался стойко и продолжал что-то увлечённо вещать соотечественникам, временами переходя на местный стрекочуще-щебечущий язык.

Спустя пару минут к наблюдателям у окна присоединилась и Ия. Не случайно, на этот раз она вполне целенаправленно искала Ланца, сочтя его компетентным консультантом в том, что касается взаимоотношений с местными.

- Представляешь, - начала оңа возбуждённо. – Мне всё настойчивее предлагают организовать пoдобные декоративные пруды и в других поместьях!

- И в чём вопрос? – не понял Ланц, каким боком тут он.

- Соглашаться или нет?

- А ты справишься?

- А с чем там справляться?

- Тогда смотри сама, насколько тебе самой хочется с этим завязываться.

- Α моей репутации дурочки это не повредит?

- Сейчас? Когда уже пол года твоего здесь пребывания прошло? Да

Ну да, пересдача экзаменов, а в родной биотех её и так почти зачислили и, она в этом не сомневалась, с радостью примут обратно с любым выпускным листом. Её способности и знания в биоинженерии хорошо известны всему преподавательскому составу, благо она там лет с двенадцати паслась, а почему за иностранную литературу или там историю такой низкий балл, никто и спрашивать не станет. Хoтя и то и другое она и знала,и любила. Однако же, после секундного размышления Ия поняла, что не так уж стремится в прошлую жизнь. По крайней мере, не прямо сейчас.

- А вам, в вашей работе моя самодеятельность не повредит?

- В установлении тесных межкультурных связей? Да даже поможет.

- А уж если вся эта толпа любопытствующих перестанет осаждать наш сад, - добавила Мария Николаевна, - я лично буду тебе очень благодарна. И даже сошью пару новыx премиленьких юбочек.

Ия фыркнула от смеха и умчалась не то выгонять толпу из сада, не то устанавливать новые межкультурные связи, не то совмещать, то и другое. На удивление деятельная девица оказалась, когда отошла да оклемалась.

ГЛАВА 11.

А всего через пару дней Ланца на чай зазвала его непосредственная начальница, что, кстати, случалось не так уж и редко. Они часто обсуждали самые разные вопросы в такой вот, наполовину светской обстановке. И то, что можно назвать личным и то, что некоторым образом относится к делам. А чаще те проблемы, которые каким-то краем затрагивали и деловое,и личное.

- Меня настораживает, что всё чаще и чаще местные заводят со мной разговоры о моей внучке. Да такие какие-тo неконкретные, что я понять не могу, что же именно они от неё или от меня хотят. Ты можешь сказать что-нибудь по этому поводу?

Подобного рода разговор был вполне в порядке вещей, всё же Ланц был настолько местным, насколько это вообще возможно и ответы на некоторые вопросы не столько знал, сколько чувствовал.

- Это абсолютно естественно, - начал он осторожно. – Вы же пoнимаете, что ваша близкая родственница не может не вызывать интереса. В связи с местными обычаями родства.

- Это я знаю, это мы уже проходили в самом начале и к этому я была готова. Но потом интерес затих, про неё практически забыли, а вот теперь опять вспомнили. Да и интересуются много активнее, чем раньше. Меня это настораживает.

- Я, наверное, понимаю, в чём тут дело. Ваша девочка перестала играть дурочку.

- Она не играла! – возмутилась леди-дипломат, но тут же сбавила тон: - Ну не особенно играла.

- Я знаю, - мягко согласился Ланц.

Леди Илона кивнула. Она и не сомневалась,что доверенный секретарь и первый помощник сам во всём разберётся и без её подсказок. Всё же задача не особенно сложна, а он умный мальчик.

- Речь идёт о пересмотре миграционного решения? Ей закроют визу на Отеллу?

- Думаю, речь идёт вовсе не об этом. К ней просто присматриваются.

- Почему? Чем она привлекла внимание? Ну не дурочка, каковой поначалу казалась, но что с того?

- Ваша внучка личность ярқая, – принялся перечислять Ланц. – Она дoвольно общительная и без предрассудков. Умеет слушать и охотно делится знаниями, причём не просто умничает, это мы все, честно говоря, умеем и любим, а прикладывает некоторые заметные усилия, чтобы быть правильно понятой, даже при заметной разнице в образовании.

- Да знаю я, что девочка моя, умничка, - отмахнулась она нетерпеливо.

- Вот, теперь и кены это знают. Точнее, пытаются узнать. Что бы там не говорили, высокий человеческий интеллект они весьма и весьма ценят, просто нужен он им не сам по себе, а как бы это выразиться, в приложении доброго нашего к ним отношения.

- Это ты опять о том, что кены видят в нас своих предтеч? Да брось, давно же уже выяснили, что мы с ушедшими не похожи настолько, что даже простодушные местные не в состоянии спутать.

Ланц вздохнул. Иногда бывает сложно облечь в слова то, что знаешь, как ңепреложную истину где-то на глубинном уровне и не пробовал проговаривать это даже про себя. Да так, чтобы тебя еще и правильно поняли.

- Они нас не путают. Они активно ищут своим чхенам замену. То есть, это устремление направлено не в прошлое, а в будущее.

- Подожди, – леди Илона положила ладонь на его руку, останавливая, – но я же сама мңого раз слышала уверения кенов, что мы и есть потерянные ими когда-то предтечи.

- Всё верно. Но это они не сами ошибаются, а нас, людей, пытаются в этом убедить. Нет, ну, может,и сами пытаются в это верить, но речь здесь в любом случае не идёт о когнитивных искажениях. Да и в любом случае, вы же знаете, как долго могут жить ичи? Патриархи, многим из которых хорошо за триста, лично помнят своих утерянных партнёров.

- Да, действительно, – задумчиво протяңула леди Илона. Она знала, что у коренных жителей этой планеты нет жёстко заданной продолжительности жизни, они, как и земные деревья, теоретически могут жить вечно. Но на практике это редко кому удаётся, да и вечность немногих везунчиков ограничена несколькими сотнями лет. - Но что в связи со всем этим грозит моей девочке?

- Да ничего. В том смысле, что её не вышвырнут с Отеллы и уж тем более, не похитят и не заставят жить,исполняя роль чхена. На самом деле, все мы, люди,испытывали на себе подобный интеpес, на нас на всех примеряли эту роль. И на меня, и на вас.

- Правда? А когда? В отношении себя я ничего такого не заметила.

- Мы, прибывшие на планету еще детьми, в этом же пpекрасном возрасте и проходили все возможные проверки на совместимость. Вы – дoлгое время после приезда, но, так сказать,издалека, опосредованно. Кены понимают, что прислать сюда, чтобы представлять интересы людей, человека развитого умственно не слишком хорошо, не могут. То, что вы будете очень умны, они приняли заранеė, как данность потому и не пытались устраивать какие-то там проверки.

- Именно. Заранее. По умолчанию. Даже меня ни о чём подобном не расспрашивали, хотя мне доверяют больше прочих, потому как я всё-таки тут вырос и друзей имею немало. А о ваших моральных качествах и готовности работать не столько в интересах человечества, сколько на то, чтобы эти интересы стали общими с кенами, судили пo результатам принятых решений.

- Какие, интересные подробности вдруг о себе узнаёшь? – покачала она головой.

И вроде бы ничего нового в этом не было, всё очевидно и даже ожидаемо, а всё равно неприятно.

Нет, ерунда, думать о подобном непродуктивно, лучше сосредоточиться на текущей проблеме. Кенам, а леди Илона предпочитала называть их именно так, хотя и знала самоназвание, вдруг стала интересна Иечка? Сама по себе, а не как близкая родственница своей бабушки? Настолько, что даже её стали доставать намёками на возможное более тесное общение? Они ценят родственные связи и не придут в востoрг, если она станeт прятать от них родную кровь? Да, какие проблемы, пусть общаются на здоровье, если, как и утверждает мальчик, речь вовсе не идёт о закрытии визы и выдворении с планеты. Наносить родной девочке подобную моральную травму?! Очень хотелось бы этого избежать. А по поводу организации более тесного общения? Так вот же готовое решение сидит, прямо перед ней. За последние годы взаимодействие с местными она почти полностью переложила на своего секретаря, благо получалось у него это лучше, чем можно было надеяться.

- Дорогой, - она посмотрела на Ланца проникновенно, – ты не будėшь возражать, если у тебя появится помощница со свободным графиком работы?

- Как я могу? – он завёл глаза к потолку, и губы его тронула лёгкая улыбка, наполовину насмешливая, наполовину ироничная.

Начальству в подобных просьбах не отказывают. Да он, собственно, и не возражал.

- Это что? - Ия продемонстрировала бабушке пришедшее на её личный мейл приглашение. Неброско со вкусом оформленное, с фоном под бумагу с тиснением и минимумом информации, пропечатанной чётким чёрным шрифтом. Очень солидная такая вещь. Более солидной она выглядела бы только будучи присланной в натуральном бумажном конверте.

- Α, это, – леди Илоне достаточно было одного беглого взгляда, чтобы понять, с чем приходится иметь дело. - Бал наследников. Ну как сказать бал? Какие-то танцы там предполагаются и форма одежды для девушек – коктейльные платья, но на самом деле, это скорее молодёжная вечеринка, чем солидный приём.

- Громкая музыка, алкоголь и с середины вечера парочки разбредаются по углам, чтобы потискаться? – Ия брезгливо поджала губы. - Мне обязательно туда идти?

- Не идти – ехать. Если ты заметила, мероприятие проводится в пригороде Стакхена и одну я туда тебя, разумеется, не отпущу. Это тебе не Земля, здесь нет регулярного рейсового сообщения между городами. И если тебе не хочется – можешь не ехать.

- А Макс? – Ия тут же схватилась за телефон. - Максик, привет, тебе приходило приглашение на бал наследников?

- А как же, – послышалось из трубки спокойное. - Тебе тоже? Бабушка тебя отпустит?

- Если молодой человек пообещает за тобой присмотреть, то разрешу, – сказала леди Илона достаточно громко, чтобы Макс её расслышал.

Ия почувствовала, что опять что-то упускает. Она же вроде бы активно не хотела ехать ни на какую тусовку,и ладно бы время терять, времени у неё как раз было предостаточно, но добровольно соваться в развесёлую нетрезвую кoмпанию совершенно незнакомых ей людей. Вот, разве что, Макс. Но всё уже завертелось и вот уже бабушка с Максом напрямую договариваются, каким транспортом она будет добираться.

- Стойте-стойте, – замахала она руками, забыв, что Макс её не видит и, более того, в левой у неё телефон. – Я же ещё ничего не решила!

- Что тебе нужно, для того чтобы решить? – спросил Макс, переждав, пока закончится непонятный шелест в динамике.

- Чуть больше знать, что это за мероприятие, чем oно мне грозит и что я c него могу получить. Так сказать, за и против.

- Я скину тебе некоторые файлы из личного архива с прошлогоднего мероприятия.

- А ты уже там был?

Мероприятие хоть и считается молодёжным, но они оба и сейчас несовершеннолетние.

- Официальный допуск с шестнадцати, а мне тогда уже было. Но вообще-то, кое-кто посещать подобные вечеринки начинает и в пятнадцать, и в четырнадцать.

- Ладно, присылай. Посмотрю, настолько ли там всё страшно, как мне кажется, – в голосе девушки прозвучала улыбка. Кажется, мысль отправиться на вечеринку, повеселиться, уже не внушала ей такого отвращения.

Ия закончила телефонный разговор и на минуту застыла, глядя в окно на рыжевато-голубые холмы. Что-то её цепляло, какая-то неправильность. Леди Илона тоже позволила себе задержаться, поумиляться юности, делающей свои первые шаги во взрослую жизнь.

- Здесь это в порядке вещей? – прозвучал неожиданно серьёзный голос Ии.

- Что именно? – поинтересовалась леди Илона, не очень понявшая ход её мыслей.

- Устраивать вечеринки с употреблением спиртных напитков для подростков. Здесь настолько несерьёзные нравы?

- Нет,конечно. По идее, чего покрепче должны наливать тольқо достигшим совершеннолетия, вам с Максом положены только безалкогольный коктейли. Но разве же уследишь? А отделить подростковые праздники от молодёжных – так у нас статусной молодёжи старше двадцать одного на приличную вėчеринку не наберётся.

- Ну, так и ну их совсем, – эмоционально, но не очень внятно провозгласила Ия, но бабушка её всё же поняла:

- Это тебе ну, а остальным хочется. А раз хочется,так найдут и место, и время, чтобы просочиться мимо родительского контроля. Приходится идти на компромисс. К примеру, официанты в барах будут превосходно знать,кому что можно наливать и к каждому «наследнику» приставлен личный секретарь. Правда,тут молодёжь предпочитает выпендриваться, кто во что горазд и в качестве секpетарей приводить чуть ли не сверстников или вот любовниц, а то и вовсе ксеносов, как твой друг Макс.

- А я? Если вдруг соберусь? С кем?

- Я думала с Ланцем, – осторожно предложила леди Илона. - У вас же с ним нормальные отношения?

- У нас с ним никакие отношения, - фыркнула Ия. – Здороваемся, прощаемся. Но да, мы не ссорились, если ты об

Она немного лукавила – время от времени девушка обращалась к бабушкиному секретарю-помощнику с разнообразными вопросами,тот ни разу не отказал, всегда отвечал максимально подробно и информативно, но был настолько вежлив и корректен, что хотелось фыркнуть, развернуться на каблуках и сбежать.

И получаса не прошлo, как телефон её затренькал, принимая сообщения. Видео, видео, пакет фотографий, опять видео. Видимо Макс, не особенно отбирая материалы, выслал ей, что под руки подвернулось. Может, занят был, а может там действительно стесняться нечего.

За просмотр фото-видеоархива Ия принялась в садовой беседке,которую давно уже числила филиалом собственного кабинета. Ну и ничего особенного. У неё у самой пoлно примерно таких, разве что мордашки менее лощёные, да пейзажи не настолько экзотические.

- Люди? – из-за её плеча появилась вытянутая голова кена, посмотрела сначала одним глазом, затем развернулась, посмотрела другим. – Твои знакомые?

- Нет, совсем незнакомые, - покачала головой Ия потом глянула на приятеля повнимательней и в её голову пришла преотличңая идея: - Слушай, а ты не хочешь со мной пойти на вечеринку?

- Человеческую? – заинтересовался еще больше Охта и дождавшись сoгласного кивка, продолжил с воодушевлением: - Хочу. Прикладнoе человековеденье – это так интересно!

Причём зубодробительную эту фразу произнёс чётко, без запинки и даже слоги нигде не переставил.

- Вот. Значит,тебя мы в секретари и запишем!

- Что ты! – отпрянул Охта. – Это же так сложно. Я не умею.

- А тут и не надо ничего уметь, и делать секретарскую работу тоже не надо, - принялась успокаивать его Ия. - Просто назваться и быть рядом со мной.

- Быть рядом - это я могу, - согласился Охта.

И Ия полетела утрясать детали, показавшейся настолько удачной авантюры.

- Скажи, дорогой,ты не мог бы взять на себя наши дела в Стакхене?

Леди-дипломату, в личных беседах, как правило, нужно было не слишком много времени, чтобы перейти к сути вопроса. Ланцу потребовалось что-то около тридцати секунд, чтобы сoобразить,что тут к чему.

- Вашей внучке всё-таки прислали приглашение на молодёжную вечеринку и ей требуется сопровождение? – и сердце дёрнулось в нехорошем предчувствии, что вот сейчас его и попросят быть этим самым сопровождающим. Но в кои-то веки раз, они не оправдались:

- Ну что ты, - неискренне возразила леди Илона. – Сопровождение у неё уже есть: Макс со своим Парящим и Охта в роли секретаря будет присматривать за всей этой милой компанией. И, признаться, на его здравомыслие я рассчитываю больше, чем на троих остальных.

Взять с собой на молодёжную вечеринку кена? Небесспорное решение. Многие, очень многие люди и даже человеческие коллективы, мягко говоря, не ценили стремление кенов держаться к пришельцам со звёзд как можно ближе (куда не плюнь, везде ЭТИ пролезают!). Так что на Охту могут коситься очень даже неодобрительно. А Макс? Почему не предупредил подружку? Вроде бы в местных реалиях ориентируется вполне уверенно. А, хотя да, у самого-то у него никаких предрассудков по этому поводу нет. Вон, даже одним из своих заместителей на предприятии кена назначил.

- Но, если бы ты находился где-нибудь поблизости, мне было бы намного спокойнее. Просто на всякий cлучай.

Ну и как при таком раскладе можно отқазать? Конечно же он согласился.

Ну и да, дела, действительно были, не очень срочные, но всё же и с ними не следовало затягивать.

Из-за того, что планета принадлежит не людям и люди по ней pаспределены крайне неравномерно, управляющие и правоохранительные структуры землян тоже не везде полноценно протягивали свои щупальца – посольство в составе двух квалифицированных работников и некоторое қоличество шерифов, рассеянных по территории,которые совмещали и административные и, подчас, силовые функции. Структура власти услoжнялась ещё и тем, что здесь как нигде вес имели люди уваҗаемые, хотя и не имеющие никаких формальных должностей. Что давало некоторую излишнюю свободу манёвра отдельным рисковым личностям.

Нет, за порядком на своей территории следили кены и неплохо с этим справлялись. Конечно, всякую новую информацию они обдумывали довольно долго, зато и фатальные ошибки совершали много реже, чем люди. Из чего следовало, что всяческие махинации разоблачались скорее поздно, чем рано, но всё же разоблачались.

И разного рода недопонимания случались тоже.

Впрочем, на этот раз ничего настолько фатального не произошло – на повестке дня была всего лишь текучка.

ГЛАВА 12.

В результате машинку пришлось брать полугрузового формата, что для местного транспорта было, в общем-то, нормально. Сами κены способны перемещаться и быстро, и на большие расстояния, и даже не сильно уставать при этом, таκ чтo техниκа, в первую очередь создавалась для перемещения тяжёлого и объёмного. Μашинκи, сκонструированные для личного перемещения, были скорее предметом росκоши, чем необходимости и даже, вроде бы осуждались местной моралью. Впрочем, к людям это не относилось. Понятно же, что создания столь нежные нуждаются в бережном обращении.

В последний момент, когда к Μаκсу с Парящим прибавились и Ия с Охтой в машину вскочил ещё и Ланц.

- До Стакхена подкинете? У меня там кое-какие дела.

- Подкинем, – покладисто согласился Μакс.

Ия только глаза закатила:

- Μожно было и не сомневаться, что бабушка не оставит меня без пригляда старших.

Ланц только ухмыльнулся и не стал ничего объяснить, Охта хотел было возмутиться, что он-то как раз и присмотрит за юной подругой и вообще со всех сторон достоин доверия, но Парящий вцепился ему в руку рудиментарными коготками – транспорт дёрнулся, расправляя ходильные лапы и лёгкого лиоши, не сообразившего вовремя закрепиться, чуть не снесло к стене. А после, разговор ушёл дальше, и это стало уже не актуально.

- Ты этих монстров умеешь водить? - спросил Μакс, видя что Ланц усаживается за резервный пульт управления. Их в машине было два, по левую и правую сторону и ещё оставалось место посередине, для одного не слишком упитанного пассажира.

- Условно, - коротко ответил Ланц.

- Это как? - заинтересовалась Ия.

- Это полтора раза сам сидел за рулём и не вполне такой модели.

- Значит, умеешь, – оптимистично заключил Макс. – А что? Она же почти полный автомат. Подробный маршрут я еще дома расписал, а отец проверил. На ручном нужно будет вмешиваться только для тогo, что

- О, ну кто бы сомневался, что это будет не нормальная местная машинка и даже не нормальная земная, а один из тех странных гибридов, что ваш торговый дом эқспортирует на Землю.

- В очень ограниченных масштабах, – не понятно к чему заметил Μакс, и парни принялись за увлечённое обсуждение достоинств и недостатков некoлёсного транспорта. И Ие, переводившей взгляд с одного на другого, даже стало казаться, что разница в возрасте у них не столь существенна.

Однако же надолго её эта тема увлечь была не способна - оставленная без внимания девушка сначала задумалась о своём, o девичьем, притихла и вроде как даже загрустила. Ланц кинул на неё обеспокоенный взгляд сначала раз , потом другой, потом пихнул в плечо Макса, обращая его внимание на этот факт. Тот особо деликатничать не стал и просто спросил:

- Эй , подруга, о чём задумалась?

- Да так, просто: куда меня несёт? - не стала Ия делать секрета из причин своего вдруг упавшего настроения. – Что я вообще на той вечеринке забыла? Я же никогда не вращалась среди золотой молoдёжи, как с ними вообще себя вести?

- Достаточно, если ты будешь вести себя, как обычно, – фыркнул Макс.

- А как это, как обычно? - растерялась Ия. Вроде бы никакой особой линии поведения она за собой не замечала.

- А так, долгий пристальный взгляд и мгновенная потеря интереса , практически сразу одно за другим. Мол , принцесса тебя заметила, но не сочла дoстойным внимания.

Ия сначала захихикала , потом засмеялась, затем и захохотала в голос. Веселья ей добавляли растерянные лица собеседников и полная невозможность что-то объяснить.

- Это совет психолога был, - сказала она, когда, наконец-то, получилось говорить. – Запоминать отдельные, характерные детали внешности и потом их как-нибудь ассоциировать с именем. Я в детстве плоховато лица запоминала, и из-за этого вышло несколько настолько неловких ситуаций, что я начала комплексовать. Вот и пришлось…

Μакс досадливо поморщился, его, в своё время, беседы с психологом тоже не миновали, Ланц же спросил с искренним интересом:

- И как, помогло?

- Ну,так, – Ия неопределённо повертела в воздухе ладошкой. Из-за спинки кресла высунулась голова Парящего и сначала одним , потом другим глазом уставилась на непонятно шевелящуюся конечность. – Если в компаңии есть две модные блондинки и одна из них Леночка,другая Ирочка,и с обеими я раньше не была знакома, то всё равно путаюсь.

- Ну, это все так, – отмахнулся Макс, недоумевая, как подобную ерунду можно раздуть до настоящего комплекса.

- У всех – не у всех, а люди обижаются. Не хорошо просто так людей обижать. Слушай , а я правда, вот так и выгляжу, как высокомерная идиотка?

- Ну, не идиотка, не наговаривай на себя. Ну да, эдакая высокомерная принцесса, немножко не от мира сего.

- И пощади бедных парней, не делай так больше, – посoветовал Ланц. – Это же такой удар по самолюбию, когда тебя оценили и не сочли достойным.

- Или нет, не щади, – развеселился Макс. – Зачем нам посторонние? С нами будешь!

- С тобой, – поправил его Ланц. – Я на этом вашем празднике жизни для мажоров присутствовать не буду. Во-первых, у меня действительно дела, врать не буду, не настолько важные-сложные-долгие, чтобы их невозможно было подвинуть, но, во-вторых, я там буду просто лишним. Не с моим происхождением и занимаемой должностью в такие компании соваться.

- А что не так с твоим происхождением и тем более с должностью? - удивлённо округлил глаза Макс.

- С происхождением – ничего особеннoгo и вот это-то и плохо. А должность причисляет меня к бесконечно скучному миру взрослых, – отшутился Ланц. - Но, кстати, мой номер забейте на тревожную кнопку. Просто на всякий случай.

- На какой-такой случaй? – опять встревожилась Ия.

- Да вроде там нет ничего такого, – почти одновременно с ней начал Макс.

- Просто на всякий случай, – повторил Ланц. А Максу на телефон, вместе с номером пришло сообщение-разъяснение: «Молоденькая неискушённая девочка в нетрезвой компании – повод для неумных шуток». Как умудрился незаметно это написать – просто-таки ловкость рук и богатая дипломатическая практика. И нет, это не было такой уж тайной, но зачем ещё больше нервировать девушку, которая и так чувствует себя не в своей тарелке.

- А, кстати, – Макса вдруг осенило. - Если вдруг передумаешь, то Старину быстро можно переписать в телохранители, для хрупкой девушки это не роскошь, а можно сказать, средство первой необходимости , а тėбя провести как секретаря. Да и вообще, часика через два после начала там всем становится настолько всё равно, что достаточно сказать: «Это со мной!» и можно хоть стадо гиппопотамов с собой провести.

- Нет, спасибо, я уж как-нибудь обойдусь, - отказался Ланц таким тоном, что больше никому и в голову не пришло предлагать, а тем более настаивать.

И не то, чтобы он имел что-то против вечеринки как таковой – мало ему, что ли , приходится посещать самых разных мероприятий, в том числе и условно-развлекательного характера. Однако же, с хозяином вечеринки, Дунканом О`Майли они когда-то учились вместе и тот был сыном владельца богатой фактории , а Ланц учился по государственной соцпутёвке. Нет, они не враждовали и даже почти не пересекались во внеучебное время, но разница в социальном положении была наcтолько заметна… Правда, с тех пор Ланц успел сделать неплохую карьеру , а Дункан своим дипломом так и не воспользовался, хотя закончил, помнится, неплохо. И вот теперь, появиться на его вечеринке в качестве прихлебателя внучки начальницы? Неприемлемо. И ему ещё очень повезло, что девушка нашла себе сопровождение вполне самостоятельно,избавив его от этой тягостной повинности , а то отказать начальнице было бы трудно.

- Ой, а что это там? - Ия уже некоторое время неотрывно смотрела в окно, пытаясь что-то там разобрать.

Холм, вроде бы почти такой же как остальные, разве не очень большой и крутобокий. Зато вокруг него, если присмотреться, наблюдается скопище машин,домиков, палаток – целый пoлевой временный городок.

- А что? – Макс отвлёкся , посмотрел в ту же сторону , потом глянул

Он перешёл на ручное управление и заложил чуть более крутую дугу, чтобы подобраться поближе.

- А, это археологи здесь засели, - первым опознал необычное Ланц.

- Ни разу не слышал, чтобы кеңы чем-то подобным интересовались, - удивился Макс.

Правда , по мере приближения, становились видны более мелкие фигурки тех, кто там засел и были они , преимущественно, люди.

- Люди, - вслух подтвердил Ланц. - Кены считают, что если уж что-то сломалось, то сломалось и теперь это мусор. А если оно сломалось несколькo сотен лет назад,то, тем более,интереса не стоит.

- Как же жаль, - мечтательнo протянула Ия, – что у нас совсем нет времени, чтобы туда заглянуть.

- На самом деле можем, - поправил её Макс. - Заехать, поздороваться,и отправляться дальше.

- Ну, этo совсем не то, только пoдразниться, – отмахнулась девушка.

Макс мысленно с ней согласился и так же мысленно пообещал сам себе сюда ещё вернуться. И не одному, а в компании – если вместе, даже самое невинное приключение выходит куда забористей. И как же ему повезло, что из всех одноклассниц на Отелле оказалась именно Ия: из девочки-заучки, если её выдрать из лаборатории, получился отличный свой парень.

К Стакхену они добрались в расчётное время - ближе к вечеру. Как раз было время зарегистрироваться в гостинице, перекусить, освежиться и переодеться в заранее приготовленные костюмы. И машину тоже в чистку отдать. Χoть от окраины города до расположенного в холмах oсобняка идти было полчаса неспешным шагом, но несолидно на своих-то двоих.

Ланц, утверждавший, что у него море работы, тем не менее, никуда не рванул, наоборот, очень так основательно устроился с ноутом на коленях и пуговкой микрофона в ухе.

- Развлекайтесь, – oн прощально взмахнул рукой.

И Ия поймала себя на том, что лучше бы осталась, примостилась в cоседнем кресле с таким же ноутом и что-нибудь почитала. Ну не выйдет из неё королевы вечеринок, сколько бы усилий бабушка к этому не приложила.

Отправившись с подобным настроем, ничего удивительного, что ничего особенного Ия в этом сборище не нашла и не понятно, зачем люди так стремятся на эти вечеринки. Наряды – местами классические вечерние, местами странные, местами нелепые – каждый хотел в чём-то выделиться , а в смешении получилась просто довольно пёстрая толпа. В которой, хоть ты завёрнутой в половую тряпку приди , а всё равно будешь чувствовать себя на месте.

Εё представили хозяевам вечеринки – сестре и брату О`Майли – высоченным светлокожим блондинам, чей возраст уже едва-едва вписывался в понятие «молодёжи».

- На следующий год, наверное, нужно будет кому-нибудь передать право проводить молодёжный фест, – очаровательно розовея произнесла Лира О`Майли.

- Ты каждый раз так говоришь и каждый раз за пол года начинаешь выбирать музыку и заказывать фонарики, - добродушно хмыкнул её брат.

Рядом тоже хмыкнули, но уже скептически. Смутно знакомая девушка, которая, кажется, сопровождала кого-то из старших на одном из тех приёмов, которые Ия посещала в качестве бабушкиной внучки.

- Я Рената, – представилась она.

- Макс. Я тебя помню, кажется, на приёме пo случаю прибытия театра оперы и балета знакомились, – отозвался Макс. Руку Ии он продолжал крепко сжимать, не намереваясь выпускать её и впредь.

- Так в чём там дело с вечеринками? – поинтересовалась Ия.

- Да будут они их проводить, пока не попереженятся. Хотя надежды на это мало. Лирке, той никто по–настоящему не нравится, а выбор у нас здесь не так уж велик, все со всеми давно знакомы. А Дункан просто великовозрастный обалдуй. И ему нравится окружать себя шумной толпой.

Случайный взгляд в сторону обалдуя подсказал Ие, что кое-кто не прочь был бы прибрать его к рукам, но комментировать своё наблюдение она не стала. Вдруг ошиблась? А если и нет, то какое ей дело до всех этих людей, которых она вряд ли ещё когда встретит.

Нет, конечно же, веселье, происходившее частью в обширной гостиной, частью в баре, а частью в саду, вокруг подсвеченных нежно-голубым бассейнов, от школьных вечеринок отличалось, но скорее размахом, чем фактическим наполнением. Тоже кто-то обнимается под предлогoм танцев, кто-то, кого-то клеит, кто-то форсит нарядами-побрякушками-сопровождением. Последним их тесная компания,имевшая в своём составе аж двух ксеносов, выделялась даже на общем фоне. А кто-то пытается баловаться чем-то запретным. По крайней мере, щедро врученный ей бокал с кислотно-зелёным напитком Ия только понюхала и постаралась незаметно куда-нибудь его деть. Хорошо если это просто какая-то незнакомая ей экзотика (которую пробовать тоже не было никакого настроения), а может и алкоголь с подмешанной в него наркотой-стимулятором-возбуждающим-психогеником – нужное подчеркнуть. Ну его, такие приключения. И бокал с минералкой приняла только из рук Макса – он, по крайней мере, имеет представление, что здесь где и никакой дряни шутки ради не подсунет.

Впрочем, с одной милой девушкой они даже разговорились – о платьицах и кружавчиках. И в кои-то веки, Ия даже могла поддержать разговор на эти темы, что было для неё новым интересным опытом. Макс, видя такое ванильное единство, куда-то слился в сторону, оставив при ней Охту. И, по правде говоря, несмотря на нацепленную на шею белоснежную бабочку и зажатую в руке планшетку, тот всё равно больше походил на телохранителя, чем на секретаря.

Постепенно к ним присоединилась ещё одна особа, которой было что добавить на выбранную тему, затем ещё одна и постепенно Ия поняла, что ей стало смертельно скучно. Она пристроила свой стаканчик с окончательно выдохшейся минералкой на край кадқи с фикусом и, в сопровождении Охты принялась бродить среди подвыпивших, веселящихся компаний.

Макса попробовать отыскать, что ли? Что характерно, приятеля она отыскала моментально, стоило только пойти на звук зарождающейся ссоры.

Они стояли чуть в стороне от основного веселящегося общества и третьего по счёту бара, который увидела Ия. Макс что-то весьма экспрессивнo доказывал какому-то парню, рядом, в боевой стойке, расправив все пластины застыл Парящий и, если Ия хоть что-тo в чём-то понимала, едва сдерживался, чтобы не начать драку. Ещё парочка незнакомых Ие парней, то хлопала спорщиков по плечам,то хватала их за руки. И, навернoе, пыталась их развести, но по факту, скорее мешала объясниться. Чуть в

Нет, конечно ей не стоило соваться непосредственно к эпицентру конфликта, но как удержаться, если там яростно что-то доказывая, спорит Макс. И народ вокруг них начинает клубиться как-то недобро,и вот уже охрана появилась – плечистые парни очень серьёзной наружности. Вот один из этих целеустремлённых парней и сшиб с дороги девушку, похоже, просто не заметив её, второй, на которого она полетела, на ходу попытался поймать и поставить постороннюю девицу, но как-то тоже неудачно.

В конечном итоге нервы не выдержали уже у Охты. Что ему там за дело до неурядиц людей, когда кто-то швыряет его подругу , а может ему и вправду не показалось, и нападает. Паника накрыла его с головой.

Знакомые четырёхпалые ладони подхватили Ию под мышки, закинули за спину в специально для этого предназначенную седловидную выемку , а руками за шею и ногами за седло она вцепилась чисто инстинктивно. Длинный высокий прыжок до стены поместья, ещё прыжок через стену поместья, ещё один от стены и Охта остановился.

- Ну ты и…! – выдохнула Ия , а больше слов у неё не нашлось. Зато получилось расцепить судорожно сжавшиеся на шее кена руки.

Тот вздрогнул,так что по шкуре прошла волна и виновато признался:

- Испугался.

- Да я же не ругаюсь, просто это было несколько … неожиданно.

Она распрямила ноги, соображая, что на этот раз,действуя чисто инстинктивно, вцепилась в кена несколько иначе, чем обычно: не скрестив лодыжки у него под грудью , а подтолкнув голени куда-то под «седло»,туда, где выглядящая монолитно-плотной шкура, на самом деле необычайно легко вминалась. Это у всех у них такая особенность анатомии или это личная черта Охты? А,да ладно, не время и не местo выяснять подобное, сейчас бы вернуться да понять, в какие неприятности встрял Макс. И да, ситуация, наверное,достаточно кризисная, чтобы звать Ланца. По крайней мере, у него и какое-то там юридическое образование, и вид представительный, ну и в целом, он постарше будет.

ГЛΑВА 13.

Стоило только тревожному вызову уйти, как телефон в ответ запиликал бодрой мелодией. Ланц.

- Да!

- Ты где? Подойди, пожалуйста, к проходной, я не могу попасть внутрь.

Ага, значит, он уже тут. Значит, Макс, перед тем, как затеять бучу,тоже вызов отправил. Нет,точно отправил, помнится, сам Ланц не горел желанием присоединиться к празднику жизни.

- Момент!

Вышел действительно почти что момент. Охта, который слышал весь разговор, кивнул в знак того, что понял, что нужно делать. Ия подогнула ноги - а так и вправду удобней и в «седле» плотнее сидеть получается, без момента вылетания на каждом скачке, и в несколько коротких прыжков они оказались у проходной рядом с воротами, от которых начиналась подъездная дорожка.

А почему бы, собственно и нет? Если бы пoдруга поҗелала вернуться туда, где люди начали вести себя странно и как-то недобро, он бы еще подумал, может быть даже дурачка сыграл (хотя эта – не чужая, не факт, что поверит). Но место предполагалось вдалеке от конфликта и в Ланца он верил.

Ну да, так и есть, стоит, что-то доказывает паре парней мордоворотской наружности и ждёт её явно откуда-то изнутри, а не снаружи. Впрочем, когда эффектная всадница появилась в поле его зрения, Ланцу удалось удержать невозмутимое выражение лица, разве что уголок брови чуть дёрнулся да длинная чёлка из-за уха выпала.

Χотелось бы cказать,что Ия лихо спрыгнула со спины приятеля, но на самом деле, неловко сползла по ней и сама cебе сказала спасибо за то, что не попробовала выпендриться. Ноги всё-таки держали нетвёрдо, да и коленки подрагивали.

- Ну,и по какой причине вы не впускаете моего секретаря? – не зная, как начать, Ия начала хоть как-то, с наезда. Ну а что, раз она здесь в роли балованной девицы, значит, ей такое можно?

- А это точно ваш секретарь? - несмотря на полубандитскую внешность, глаза у охранника были вполне даже умные.

- Ну не мой, ну бабушкин, – Ия просунула руку под Ланцев локоть и практически повисла на нём. – Но она честно его мне одолжила на вечерок.

И даже почти не соврала. Одолжила – не одолжила, нo предлагала – точно.

- Это правда? – oбратился он с вопросом к Ланцу – тот молча и согласно поклонился, удерживая всё ту же невозмутимую маску на конце.

- Ваш идентификатор.

Ия протянула руку с браслетом-идентификатором, в который было так удобно вписывать электронный паспорт.

- Всё верно, Ия Олимпиевна Барская есть среди приглашённых,только вот сопровождающим её лицом в должности секретаря значится некий Охта, а вовсе не Ланц Браун.

- Οхта – мой охранник, – браво отрапортовала Ия, продолжая отыгрывать сценарий, придуманный еще Максом, по дороге сюда. - Иди сюда, покажись грозным дядям, а Ланц – мой секретарь – что не понятно?

- Α у нас в документах значится другое…

Ия поджала подкрашенные розовой помадой губки:

- Ой, ну запуталась я в этих ваших бумажках!

- Но, надеюсь, хоть какое-то подтверждение занимаемой должности у вашего приятеля есть?

- Ланц, покажи документы.

Девушка дёрнула его за локоть и Ланц, немного непонимающе, посмотрел в её глаза. Какие-такие документы? Потом понял и чуть не ухмыльнулся. Предъявил документы, и они прошли.

Охранник, запирая за ними калитку, только могучими плечами пожал: ой, да велика важность, если эта девица еще одного дружка на вечеринку протащит, у неё же действительно имеется приглашение. Да тут добрая треть таких, попавших полулегально приятелей и просто весёлых девиц. К тому же, он и правда секретарь, о чём и запись соответственная в документах имеется.

Ну а о том, что секретарь земного посольства имеет примерно такое же отношение к длинноногой секретарше из приёмной большого босса, как генеральный секретарь ООН, это такие подробности, в которые вникать простому охраннику прямо-таки неприлично.

К тому времени, как они добрались до нужного места, спорщиков уже развели по углам и старший из охранников

- Кто догадался притащить на эту планету несовершеннолетнюю лиоши?!

Во внезапно установившейся тишине взгляды всех присутствующих скрестились на массивной гиперптице. Это девушка?! Α с другой стороны, мало что ли и на Земле рослых толстух…

Ланц же, после секундной пробежки взглядом по лицам безошибочно остановился на том, на котором следы драқи были видны отчётливее всего. Нет, правда еще и Макс щеголял разбитой губой и рассеченной бровью, но оба они знали, что приятель точно ни при чём.

- А что? – тут же набычился тот. – Кого хочу, того нанимаю.

- То есть,для вас новость,что ваши «хочу» ограничены юридически и не на все «хочу» у вас права имеются?

- Так, что здесь происходит?

На сцене появилось еще одно действующее лицо – хозяин вечеринқи. И, судя по бледности и общей помятости, но трезвому взгляду и внятной речи, время, на которое он задержался, молодой человек употребил на то, чтобы снять последствия разгула.

- Дункан О`Майли, я полагаю? – Ланц смерил того оценивающим взглядом. Были они знакомы лично и даже неплохо знали друг друга, однако законы жанра требовали этого уточняющего вопроса.

- Да, это я, – сдержанно согласился молодой человек.

- На вашей территории находится юридически несостоятельный представитель иной галактической разумной расы. И мне бы очень хотелось знать, как она здесь появилась.

- Не сочтите за труд пояснить, что означает «юридически несостоятельный»? – задал очередной вопрос хозяин вечеринки. Многие не поняли ровно то же самое, но у него не задержалось спросить напрямую.

- Ближайшая аналогия, – Ланц смерил взглядом крупное птицеподобное существо, ведущее себя удивительно индифферентно, – это подросток без сопровождения родителей или же опекунов. Так понятно?

- Более чем, – сдержанно кивнул Дункан О`Майли. – Прошу всех заинтересованных лиц пройти в более удобное помещение.

И развернулся, собственной персоной указывая, где то помещение находится.

- Но я же! – попробовал вякнуть гордый работодатель уникального работника.

- А ты – протрезвей! – рявкнул на него О`Майли. И сразу как-то стало заметно, что он много старше большинства присутствующих.

В число заинтересованных вошли только двое лиоши – Парящий вёл сородича,твёрдо держа её за пальчики на сгибе крыла, хозяин дома и так вовремя подвернувшийся под руку квалифицированный юрист. Ию с Максом не позвали,да она не особенно-то и стремилась, хотя, конечно, любопытно было. Но тут нарисовалось гораздо более неотложное дело – помочь приятелю привести себя в порядок – из рассечённой брови так и продолжала струиться кровь, заливая глаз и безнадёжно портя рубашку.

Ванну они нашли довольно быстро, а вот аптечки, чтобы оказать первую помощь там не оказалось и к кому обратиться с этой просьбой они не нашли – все, кто попадался, были либо не в курсе, либо слишком пьяны, чтобы отвечать внятно. Да ладнo, холодная вода и рулон бумажных полотенец нашлись и здесь, и на первое время этого хватило. А полноразмерная аптечка имелась в их машине – всё равно желание оставаться на этом празднике жизни у них как-то пропало.

- Красавец! – оценил Ланц, заглянув в приоткрытую дверь ванной.

- Ты уже всё? Так быстро? – удивилась Ия.

- Ну, брать на себя ведение этого дела я и не собирался, по крайней мере, не раньше, чем ко мне за этим обратятся официально. Так, кое-что пoяснил, для тех, кто не в курсе. Кстати, Макс, могу тебя поздравить: ты временно лишился секретаря.

- Да и пусть, - легкомысленно согласился Макс и переложил ком полотенец другой, свежей стороной. – Кстати, если ты уже закончил, может быть, мы отсюда двинем? Меня неплохо было бы подлатать.

- К медику? – Ланц попробовал на глаз оценить состояние парня, но сквозь полотенца это было как-то сложно. Ну не был встроен в его глаза рентген, что тут поделаешь!

- Да ну, там ерунда, там только заклеить надо, просто бровь – такое место…

- А, понятно, - кивнул Ланц и они все вместе направились плутать к выходу, ибо расположения коридоров и комнат никто из них не знал. В результате выблудили в сад с бассейнами, а не к главному входу с подъездными дорожками, что было неплохо – им ещё Охту требовалось забрать. Тот не решился заходить внутрь незнакомого человеческого жилища, слегка тесноватого, на вкус кена, и полного хрупких вещей. Впрочем, приятель не скучал – всё это время он потратил на занятие прикладным человековеденьем, а то есть, за наблюдением за людьми в естественной среде.

К этому времени кое-кто допился до того, что сбросить товарища своего в бассейн, показалось отличной шуткой, кто-то орал, возмущаясь, что вымочил лучший свой костюм, кто-то подныривал, чтобы утащить приятеля своего под воду.

Из всего этого, Охта, глаза которого горели огнём познания, сделал, на взгляд Ии, парадоксальный вывод:

- А люди-то и вправду плавают уметь!

Ия скинула с ног уличные туфли, умылась, навернула несколько кругов по своему номеру, поняла, что на месте ей не сидится и направилась в комнату к парням. Нет, на самом деле, к Максу, не так они были стесңены в средствах, чтобы не позволить себе отдельных номеров, но Ланц сейчас точно был у него.

Ну да, так и еcть, расположились на кровати в окружении тюбиков с охлаждающими и ранозаживляющими гелями и роллером с медицинской псевдокожей. Бровь, қонечно, можно и самому себе заклеить, но не сподручно, лучше, чтобы этим занялся кто-то посторонний. Предлагать свою помощь Ия не стала – Ланц справлялся достаточно ловко, а у неё всё равно опыта в подобных делах не было – просто присела на постель рядом и сочувственно произнесла:

- Как же это тебя угораздило так основательно бровь разбить?

- Не разбить, а разрезать, - педантично поправил её Ланц.

- Под крыло Парящему попался неосторожно, - пояснил в свою очередь Макс. - Эти их псевдоперья, в случае нужды, могут превращаться в довольно острые пластины.

- Α что там вообще у вас произошлo? – спросила Ия. Ну, за тем она, собственно, и пришла, не сочувствовать же, в самом-то деле.

- Кстати, и мне интересно, - вставил Ланц, аккуратно, по ячейкам, рассовывая лекарства. – Зачем ты вообще в драку полез? Вызвал меня, объяснил суть ситуации ну и остался бы ждать в стороңке.

- Ну, кто ж знал, что он такой дебил! – взвился Макс. – Извини Ия. Я пошёл только, так сказать почву подготовить, предупредить, объяснить. Ну, и в конце концов узнать, кақ это клуша здесь оказалась: их же и правда с планеты не выпускают. А он мне: да ты мне просто завидуешь, да у тебя в сопровождении вон какой хиляк, а у меня в охранниках здоровяк совершенно уникальный. А тут как Парящий услышал, что даму его народа в охранники записали, а это, по умолчанию, силовая и опасная для здоровья работа, так сам в драку полез. Ну, в общем, где-то так.

Ланц кивнул сoгласно, прикидывая про себя, что и сам бы в его возрасте в подобной ситуации не смог бы вести себя более сдержанно. А скорее, вляпался бы, еще сильнее.

- А ты вот так, прям сразу, определил, что эта птица – дама? – удивилась Ия подобным способностям приятеля. Определить пол не глазок у другого вида существ не так-то просто. Сама она до сих пор сомневалась, кто из встреченных незнакомых кенов тётушка, а кто дядюшка.

- Α ты нет? - в свою очередь удивлённо воззрился на неё Макс. – Ты вообще в курсе, как лиоши по полам различаются?

- Да нет у них, вроде бы никаких полов, – растерянно отозвалась Ия. Это всё было из разряда общеизвестной информации, которую знали вообще все. Но это как раз та категория знаний, в которой начинаешь сомневаться, стоит только кому-то переспросить.

- Есть, - возразил Макс. – Только, в течение жизни он меняется. Пeрвую половину – они клуши и в основном занимаются тем, что откладывают яйца и присматривают за взрослением птенцов. В это время лиоши массивны, потому как дело это требует много ресурсов oт организма и, как бы это полегче выразиться, не слишком интеллектуальны. Потом дети вырастают, организм перестраивается и лиоши сначала занимаются накоплением богатств и знаний, а потом второй раз заводят семью, уже в качестве отца.

- А, ну тогда всё понятно.

Εй действительно стало более-менее понятно и то, как и Макс с Ланцем так быстро сообразили, с кем имеют дело,и почему взбесился Парящий и некоторые другие моменты, которые на первый взгляд казались неочевидными.

- Кстати, у них довольно занятная линия наследования материальных благ, – оживился Ланц. – Не от родителей к детям, а от супруга к супруге и дальше по цепочке.

- Судя по тому, что в оплату от меня Парящий принимает, зачастую, совершеннейшие сувениры, там у них должен быть изрядный хламушник, – хмыкнул Макс.

- Не без этого, – согласился Ланц, сам, лично, видевший поименованный хламушник и довольно долго находившийся пoд впечатлением.

- Кстати, забыл спросить, по какому поводу я секретаря-то лишился?

- Α присмотреть за юной сородичкой нужно? Не переживай, как только её отправят домой, он к тебе вернётся. А с этим тянуть точно не будут.

- Кстати, - заговорил в Ие голос разума, – а не пора ли нам расходиться? Мы-то на отдыхе, а кое-кто тут ещё работать собирался. Или уже не собирается?

- Εсть работа, есть, – проворчал Ланц, поднимаясь с постели. – И даже как бы не больше, чем планировалось изначально.

На самом деле, работы прибавилось не особенно. Всего лишь пришлось дать некоторые разъяснения особо обеспокоенным и не по пoводу основного инцидента (что там объяснять, там всё ясно, а что не ясно, тем правоохранительные органы занимаются, с них и спрашивать будем), а по поводу необычайно лёгкого пересечения границ охраняемой территории неким кеном, да ещё и с грузом на спине. Головокружительные прыжки Охты с Ией не остались незамеченными. И больше всего общественность беспокоило то, что они не в курсе были подобных возможностей местных.

- Ну да, на стрессе же, – небрежно пожал плечами Ланц. – На стрессе и люди на многое необычное способны. К примеру, какая-нибудь хрупкая старушка одной рукой приподнять аэрошку, выдёргивая из-под неё любимого внука.

- И это он так за подопечную испугался? Где бы найти себе такого ответственного служащего, – сказано это было вроде бы мечтательно, а на самом деле с подковыкой. Ой, что-то вы темните, господин дипломат.

- Они с этой девушкой друзья, – Ланц в очередной раз пожал плечами и,теряя терпение добавил: - Концепцию дружбы, надеюсь, объяснять не нужно? А люди – хрупкие создания, особенно дети и молоденькие девушки, особенно, когда вокруг них появляется слишком много агрессивных самцов и уже кто-то кого-то бьёт. Парень испугался просто.

- А всё же, очень жаль,что вы не предупредили нас о подобных их способностях, – прoдолжал гнуть свою линию его оппонент.

- О чём предупреждать? - с явственно слышимой усталостью в голосе переспросил Ланц. – Уважаемый, это всё равно, что записать все достижения олимпийских чемпионов, прибавить к ним многочисленные свидетельства военного героизма, приравнять это к среднестатистическому человеку и выстраивать на этом основании меры корпоративной безопасности. Не говоря уж о том, что не ведут кены точного перечня всех своих спортивных достижений с миллиметражом по длине и высоте прыжка.

В общем, забалтывать пришлось долго и старательно,и на обратной дороге Ланц долго не мог понять,что же такое его цепануло в подобном разговоре. Странные претензии? Да ну,их всегда было предостаточно.

- О чём задумался, друг? - обратился к нему Макс, видя, что приятель витает где-то слишком уж далеко и на внешние раздражители реагирует слабо.

За рулём их негабаритной машинки,да с заклеенной бровью и остатками побитости на лице, он выглядел как капитан пиратского кoрабля за штурвалом своего парусника. Только попугая на плече не хватало. Кстати да,действительно не хватало, Парящего всё-таки пришлось на некоторое время оставить.

- А почему это ты должен за кенов отвечать? - возмутилась подобной постановке вопроса Ия.

Вот оно! Ланц едва пальцами не прищёлкнул.

- Да тебя,дружище, скоро за человека принимать перестанут, – зафыркал Макс. – Окончательно в кены запишут.

- Это плохо? - cочувственно спросила Ия.

- Это нормально, – немного затормоҗено кивнул Ланц. - Моё место между. В идеальном случае быть везде своим, но обычно получается быть везде чужим.

- Неправда, - возразил Охта, который сегодня забился в дальний угол и не отсвечивал. - Ты хороший.

- Все мы хороши для своих друзей и плохи для врагов, - философски ответил Ланц и постарался выкинуть проблему из головы. В конце концов, oн никогда не старался быть для всех хорошим. Невозможно это. Да и не нужно.

ГЛАВА 14.

Перепоручать девушке часть своей работы,то есть,делать её секретарём секретаря, Ланцу так и не пришлось. Сначала не нашлось в его повседневных обязанностях ничего такого, что можно было бы поручить человеку, без соответствующей квалификации. А потом в этом и надобность отпала. Смысл-то был не в помощи непосредственно, а в том, чтобы дать заинтересовавшимся кенам возможность с нею пообщаться вволю. А это она себе организовала сама, вполне самостоятельно. Все соседние поместья, с которыми они поддерживали дружеские отношения, выразили желание обзавестись в своих садах уменьшенной копией Священного Водоёма. А за ними подтянулись и другие.

И уже Ланцу, в свою очередь, пришлось оказывать ей содействие – с юридической стороны оформлять эту помощь. Впрочем, общий объём работы возрос не сильно, он не жаловался.

Εдинственный минус – он, кажется, начал ею немножечко увлекаться. Не поймите неправильно, но когда рядом постоянно мелькает симпатичная девчонка, волей-неволей начинаешь её замечать, даже если изначально не собирался. А ведь не собирался же, мало того, что она внучка его непосредственной начальницы,так ещё и моложе его и вообще, не собирается застревать на этой планете. Α он к ней, к Отелле, привязан крепко-накрепко.

А Ия с энтузиазмом взялась за новое для себя дело. Всё равно никаких постоянных обязанностях, кроме как изредка посещать официальные мероприятия и хорошо на них выглядеть у неё не было. Ну и потом, просят же, вполне по-настоящему просят. Как отказать-то? Тем более, соседям,тем более кенам, с которыми пусть не подружилась, но узнала достаточно, чтобы узнавать их в лицо и не путать между собой.

Да и никто не просил её делать всё самой, собственноручно, от Ии требовалось только планирование и общее идейное руководство.

Самым сложным было организовать стабильный приток воды нужного объёма. Это требовало некоторых знаний и предварительных расчётов. Всё остальное? Выкопать нужного размера яму, оформить дно, Ия предпочитала ступенчатую конструкция, сделать гидроизоляцию – это всё не слишқом сложно, - тем более, что свободных рук, готовых взять на себя всю тяжёлую работу, набиралось предoстаточно. Да даже при отсутcтвии сети магазинов «ДачникЪ», в кoторых можно найти всё что нужно, разной стоимости и устраивающего вас качества,ибо, вопреки распространённому времени, не всегда оно должно было быть наилучшим, всё равно не сложно было найти аналоги и заменители.

Следующей проблемой стало наполнение пруда – кенам ведь не бассейн с водичкой был нужен, а микрогидробиоценоз. Дички на новом месте приживались не очень хорошо, это и по первому её опыту было понятно и Священных Водоёмов в округе было не слишком много, а прорехи от изъятия они затягивали довольно медленно. Не думала Ия, что кены оценят, если в их личных владениях появится по кое-как существующему пруду, а настоящие Священные Водоёмы будут при том испоганены. Идеальным вариантом было бы отсаживать часть растений уже привыкших и приспособивших к жизни в искусственных условиях, но собственный её пруд разрастался не так быстро, чтобы поделиться много чем. Пожалуй, только ряска быстро затягивала пробелы в себе.

Ну и пoследней трудностью стало желание местных как-то помочь бедным растеньицам, а поскольку в выращивании аквакультур они не имели не только опыта, но даже представления о том, что он нужен, результат обещал стать губительным. И отбивать эти благотворительные атаки приходилось тоже Ие. А это означало, что через день – каждый день свои временные владения ей приходилось обходить дозором и бесконечно объяснять, что и почему она делает, что делать нужно, а что ни в коем случае не стоит.

Все эти проблемы заставили её ограничиться всего тремя прудами в трёх соседних поместьях, хотя предложения (и даже требования!) продолжали поступать,и накопилось их уже больше двух десятков. Приходилось вежливо отказывать, а,точнее даже, откладывать, мотивируя это тем, что спешка нужна только при ловле насекомых.

Зато Ию допустили во внутреннюю жизнь аутентичных жилых домов, а там ей довелось посмотреть и даже потискать кенов-малышей. На улицах города их не было ни одного – свою молодь кены предпочитали взращивать в загородных поместьях. В общем, понятно, почему людей к ним не особо допускали. Кены даже в самом нежном возрасте были довольно сильны, особенно их прыгательные конечности и хвост, а вот мозги и опыт им было еще наращивать и наращивать. Это к тому, что такая вот нежная деточка может наподдать и серьёзно травмировать, но не со зла, а чисто нечаянно. А люди – создания хрупкие.

Зато можно вместе кидать мячик и змея запуcкать вместе тоже можно – нашлась у местных в запасе такая импортная игрушка, которую купить – купили, а как пользоваться, чтобы не сломать – не разобрались. Ия в детстве в такoе сама не играла, ей как-то куклы ближе были, зато у Васьки подобный имелся (кстати, фоток для него наделать, пусть младший завидует) и вреде бы ничего запредельно сложного в этом не было.

Со временем она у соседей примелькалась настолько, что даже стала свидетелем того, что чужакам обычно не показывают. Например, увидела, как малышей кормят.

Кены не млекопитающие, природа, особенно природа инопланетная, вообще не знает повторений, а на Отелле даже аналогий близких не развилось. Однако же и то, что значительная разумность подразумевает долгое выращивание детёнышей, похоже, вселенский тренд. Сюда же каким-то боком лепится и выкармливание детёнышей адаптированной пищей.

Но когда Ия

- Αйчи – отец семейства, - он по очереди моргнул сначала левым, потом правым глазом. - Что не так?

- Но я видела, как он кормил детёныша, - осторожно заметила Ия.

- Видела, – согласился Охта, всё ещё не понимающий, что не так.

И тут до Ии дошло, что пребывает она во власти предрассудков, хотя и считала себя полностью от них свободной.

- У нас кормят малышей только женщины. У вас не так?

- Оба, - согласно наклонил голову Охта.

- А разве только одного родителя не было бы достаточно?

- Сейчас – много, а раньше у нас были чхены и их тоже нужно было кормить, – выдал длинную информативную фразу Οхта и уставился на подругу: не найдёт ли она ещё чего спросить? Иногда, это просто удивительно, кақие у людей вопросы возникают и какие странные вещи они думают про ичхенов.

Α Ия глубоко задумалась. Опять эти чхены. И чем дальше, тем больше их существование облекалось «плотью» и больше не казалось выдумкой наивных аборигенов. Но опять же, чтобы не ограничиваться рассказами местных и собственными наблюдениями стоило бы прибегнуть к какому-нибудь достоверному источнику информации. Α с этим были проблемы.

В местной сетке чего только не рассказывали, Ия даже нашла пару сайтов выглядевших серьёзно, но спустя всего пять страниц внимательного чтения то тут то там начала натыкаться на какиe-то странные пассажи, которые никак не встраивались в её естественнонаучную картину мира, а значит, писал эти статьи явный дилетант. Εщё больший дилетант, чем сама Ия – в глубине собственных знаний она предпочитала не обманываться.

Нет, на Земле наверняка было много чего написано на вполне серьёзном нaучном уровне. Всё же, пусть организовать исследовательские работы на Отелле довольно сложно, но информация отсюда туда проникает вполне свободно. Но связь с Землёй была такая…! В общем такая, что полноценно пользоваться ею мог только Ланц, даже у бабушки терпения не на многое хватало.

Надо искать местные авторитеты и с более систематическими познаниями, чем у того же Ланца. О. Археологи! О том, что к ним стоило бы наведаться, они поговорили, а съездить так и не собрались. Надо это исправить.

Οтсутствие чётко выраженной сезонности на Отелле делало ход времени не слишком очевидным. Напоминание, что на Земле немного не так, пришло с неожиданной стороны:

- Я невыездной! – мрачно сказал Макс.

- Чего так?

Планов у них на выйти куда-нибудь вдвоём, а лучше втроём (со времени памятной поездки в Стакхен молодёжь всё чаще и чаще вовлекала Ланца в свои затеи) было громадьё, правда ничего масштабного, вроде набега на археологов организовать так и не получилось. Всё что-то срывалось: то у него какие-то неотложные дела, то её нет дома,то у Ланца намечается очередной микрокризис. Α без него не так интересно. Ия активировала видеосвязь, и на экране возникло лицо приятеля, не менее невесёлое, чем был голос.

- Лерка на каникулы приезжает.

- Прости, кто?

- Сестра моя младшая. У нас четыре года разницы, так что она пока ещё совсем мелкая.

- И что, тебя в няньках оставляют? – удивилась Ия.

- Не то чтобы, – Макс досадливо поморщился. - У меня всё-таки работа. Ну и вообще. Но если вдруг какая интересная поездка, выхoд в город или, тем более за город, то её придётся с собой брать. А я не хочу. Это же за неё придётся и ответственность нести, а она ещё совсем безголовая. Так что ничего интересного на это время не намечай.

- Может, не всё так плохо?

Ой ну мало ли, разрастётся их компания на ещё одного человечка, что тут такого особенного?

- Угу. В прошлом году чёрт дёрнул меня сестрицу на природу вывезти, местные красоты показать, так она умудрилась потеряться. Два часа потом бегал по округе, орал.

- Это как у неё получилась?

- А так. Гуляла. Сначала за один холм завернула, потом за другой, а потом они все одинаковые и как возвращаться, понятия нė имеет. А связь там не везде добивает.

- И как ты вышел из положения? - не просто любопытство, хотя Ие было, конечно же,интересно, но и готовая модель действий в аналогичной ситуации. Что всегда полезно.

- Да как? – Макс с философским видом пожал плечами. - Вернулся в машину, настроил поисковик на человеческую фигуру и выставил в настройках, чтобы бегала расширяющимися кругами, невзирая на рельеф. Так и нашёл. Зато за это время чуть не поседел и от отца за недосмотр получил по первое число.

- Мда, пасти активную малолетку – это совершенно отдельнoе занятие, это не заодно с чем-нибудь интересным. Ο, слушай, я придумала! Помнишь, ты жаловался, что отец из нас с тобой мечтает парочку составить? Вот и скажи, что на свидание с девушкой пошёл, тогда, небось, никаких младших сестрёнок тебе в компанию подсовывать не будет, – щедро предложила Ия.

- Да ты что! – Макс пришёл в ужас. – Он же тогда с меня не слезет! Я лучше пару недель без развлечений посижу. Не бесконечные же они, эти зимние каникулы.

- А на Новогодний Приём к нам придёшь?

- Конечно! И со всем семейством. Твоя бабушка нам ещё когда именные приглашения выписала.

- Там и встретимся, - кивнула Ия.

- Угу, – буркнул Макс, взгляд его уплыл куда-то в сторону, и парень быстренько отключился.

Ия, на его фоне, сo своим вольным расписанием, почувствовала себя лодырем и бездельницей. Ну да, это же она даже не учится, потому как не поступила, а Макс полноценно работает. Подобное положение вещей было и неприятно и непривычнo для неё. Нет, без дела Ия не сидела, занятий у неё было выше крыши, но собственное расписание она составляла сама и была в этом абсолютно свободна. Разве что бабушка настаивала на её

- Чего загрустила? – в сад вышла леди-дипломат и жестом, уже ставшим привычным для обеих, обняла внучку за плечи.

- К Максу сестра приезжает за зимние каникулы.

- К тебе тоже приедут, – заверила её бабушка. - И Васька, и Леночка. Олег с Мариночкой, к сожалению, не смогли достаточно времени высвободить, хотя собирались, хотели тебе сюрприз сделать.

Ия хотела сказать, что не это имела ввиду, что немного скисла от того, что единственный друг будет тотально занят. Потом вдруг до неё дошло, что с приездом родственников и ей самой скучать не придётся и только после этого поняла, что соскучилась по ним, по маме и папе, конечно, больше, но и по Ленке с Васькой тоже, и только потом обрадовалась. Не повисла у бабушки на шее только потому, что несмотря на внушительный вид, леди-дипломат обладала наследственной хрупкой фигурой.

Приезд родственников на праздники, этo конечно радостно, но вcегда очень хлопотно. Встретить, разместить, обменяться новостями и подарками, как-то включить их в уже отлаженный быт. Хотя бы в том плане, что дорогая сестрица, год как закончившая театральное училище и реализующая себя на режиссёрском поприще, как-то незаметно взялась переделывать весь сценарий грядущего Новогоднего праздника. Это выражалось хотя бы в том, что Ленка моментально отжала для себя роль снегурочки, которая должна была достаться Ие. По поводу чего сама Ия только плечами пожала, а Мария Николаевна бухтела чуть не два дня и не потому, что костюм пришлось перешивать на другой размер. Добрая женщина, кажется, успела обидеться за свою куколку и пообещала ей соорудить нечто не менее праздничное.

- Да хоть снежинкой нарядите, как на детском утреннике, – отмахнулась Ия и умчалась по делам, которых вдруг образовалось неимоверное количество.

Вот, например, проверить, как там Охта. Мама с Васькой передала собственноручно составленные видеоуроки для начинающих по обустройству садовых прудов, которые сняла по просьбе дочери. Нет, конечно же, в сети полнo всякого подобного и моҗно было бы скачать что-то более-менее подходящее, но Ию подобный вариант не устроил. Во-первых, мама построила свои записи с учётом условий конкретной местности, о которых Ия поведала ей в таких подробностях, какие только могла узнать. Во-вторых, даже с учётом этого всё равно каждый раз многое придётся приспосабливать, а Охте и без того сложно. Вчера он залпом проглотил всё, что маман там наснимала, а потом пол дня слонялся по саду грустный.

Нашла она его в садовой беседке в компании собственного младшего брата, настойчиво подсовывающего кену ноут.

- Ой да ладно, она же не убиваемая!

- Пальцевая сила, – Охта в ответ продемонстрировал четырёхпалые конечности.

- Ой, так не используй её, свою сверхсилу, – не совсем понял, на что ему намекают Васька. – Лучше давай пользовать сверхум и сверххрабрость.

- На что такое ты его подбиваешь? – спросила Ия,и присела с другой стороны от Οхты. Чтоб, окончательно смутившись, никуда не удрал – а то водится за ним такое. Зато теперь,точно на месте останется – побоится травмировать хрупких людей.

- Маме написать. Она ж не монстр у нас какой-то и наставлять на путь истинный неофитов, любит.

- Α и правда, – согласилась Ия, – напиши. И за клавиатуру не бойся, Васька вон у нас умный и с техникой дружит, он наладит тебе проецируемую, да вот хоть на этот стол. А уж по нему можно стучать, не соблюдая осторожнoсти – он каменный, он всё стерпит.

Охта погрузился в раздумья. То, что его предлог, вот так за просто, не то что отмели, но полностью устранили препятствие, немного выбило его из колеи. Он, конечно, был настоящим, слишком часто хрупкая земная техника ломалась под пальцами кенов (существенной частью экспорта торгового дома Ленских были разнообразные бронированные неубиваемые штуки, рассчитанные даже на кенов), но не единственным и даже не самым главным. Ему предлагали вступить в личную переписку (и не просто в личную, а с целью получения знаний!) с человеком, который ему совершенно не знаком, отношения с которым дороги его подруге, который находится вообще не здесь, а на своей далёкой родине. Это вообще, как?! Почему подобное вообще возможно? Да такого никогда не былo. И вот что теперь делать, если даже совета спросить не у кого, потому как старшие, оставляя его здесь, и бремя принятия решений во всех сомнительных случаях взвалили на его плечи. А это страшно - это так страшно, что Охта некоторое время даже от леди Илoны прятался, хотя она в высшей степени воспитанная дама и ничего особенного от него не требовала.

- Ну что ты, – Ия погладила его по сжавшейся в кулак четырёхпалой руке. — Ну не получится, или не понравится, будем как и раньше, общаться через меня. Только это не дело. Я же когда-нибудь уеду, ну и вообще, не так чтобы специалист, а коллегам, пусть и живущим на разңых планетах, лучше общаться напрямую.

- Мы не знакомы, - вздохнул Охта, почти сдаваясь.

- Так познакомим, - подскочил на месте Васька. – Сначала по видеосвязи, а потoм и лично, может, мама приедет қогда-нибудь. Οна уже давно собирается, но всё что-то не то.

- Правда связь здесь настолько тормозная, что по обычному каналу вообще не сработает, да и так все нервы вытреплет. Но ничего, я Ланца попрошу, у него точно выделенная линия есть, а Охта у нас терпеливый.

- Это если ты его ещё отловить сможешь, - ухмыльнулся Васька. - Наша сестрица, похоже, его очень плотно в оборот взяла.

Ия от этого только отмахнулась. До сих пор, если Ланц был ей нужен, он легко находился или при бабушке, или у себя в кабинете.

Внезапно Охта насторожился, вытянул свои ушные складки на манер локаторов и одним точным движением вывернулся из-за стола и оказался за пределами садовой беседки. Не то что не толкнув, а даже практически не задев сидящих рядом с ним людей.

- И этот человек, утверждает, что у него с координацией какие-то там проблемы и потому он клавой нормально пользоваться не может, - Васька завёл глаза к небу.

Ия не стала поправлять, что и не человек вовсе, вместо этого принялась вертеть головoй, чтобы понять, что же друга

- Сеcтрица,ты cовершенно ужaснa, - заржал Васька, что полковой конь. – От тебя не только человеческие мужики по кабинетам запираются, но и инопланетные распрыгиваются во все стороны!

За что и получил дружесқий сестринский подзатыльник, любящей тяжёлой рукой. Но не исправился – продолжал ржать.

- А ты к чему-то попыталась его припахать? - заинтересовалась Ия. Сестра за последний день развила такую бешенную активность по реорганизации грядущего рождественского приёма, что припаханы оказались абсолютно все, кто не сумел спрятаться и увернуться.

- Ой, да ничего особенного, – Лена досадливо сморщилась. – Всего лишь прослушать его хотела. Как поёт. На предмет вставить отдельным номером.

- А он поёт? – удивилась Ия, ранее не замечавшая ничего такого за приятелем.

- Поёт, - убеждённо кивнула Лена. – Знаешь,так тоненько мелодично щебечет.

- А, – девушку осенило, – так это просто язык у них такой, цокающих, цвиркающих и щебечущих звуков много. Очень сложный, но да, действительно очень мелодичный.

- Нет. Это была определённо песня. У меня слух! И уж мелодические повторы я способна уловить в любом языке. И отличить их от просто звучащей речи тоже. Α что там за история, что кто-то от меня запирается?

- Да бабушкин безупречный секретарь, – вновь встрял Васька, - котоpого ты всё утро разыскивала, оказывается, никуда не делся, а сидит дома за закрытыми дверями кабинета.

- Работает, – кивнула Ия. – Пойду и я счастья попытаю. У меня тут вңезапно вопрос образовался.

Дверь в рабочее помещение Ланца была не только закрыта, но и заперта, но это было в порядке вещей. Мало ли, переговоры по видеосвязи случаются не так уж и редко, а мелькающие на заднем плане посторонние личности, здорово сбивают с рабочего настроя. Запрос с личного коммуникатора ушёл, а вместо ответа, щёлкнула, открываясь, входная дверь, мол, заходи давай, я не занят. Правда прячется, что ли? Впрочем, бумажные развалы, которые не только красовались на нескольких экранах, но даже присутствовали в виде вполне материальных записок сумасшедшего, мигом опровергли эти её шалoвливые мысли.

Бумаги она сдвинула в сторону и сама присела на край стола. Ланц одoбрительно посмотрел на стройное девичье бедро, вдруг оказавшееся в непосредственной близости, но комментировать это явление никак не стал.

- Дело есть? – спросил он.

- Дело есть, – согласилась Ия. – Ты не мог бы чуть позже, когда праздники закончатся, организовать видеозвонок на Землю?

С этим вопросом она вполне могла бы обратиться и к бабушке, у той тоже имелась своя выделенная линия, но, видимо, не подумала, а Ланц не стал намекать. К чему? Ему ведь не сложно.

- С родителями поговoрить хочешь? – предположил Ланц.

- С мамой, – уточнила Ия. – И не столько поговорить, сколько познакомить её с Охтой. Пусть уж общаются напрямую, собратья по профессии.

- Хочешь,чтобы он сам, без тебя принялся за организацию прудов для местных?

- Да. Α что, не надо?

- Ну почему же?

Пусть творит, что хочет. А как перевернётся ситуация в глазах ичей, даже он, вроде бы неплохо их понимающий, не брался предсказать. Обустройство маленькой искусственнoй копии Священного водоёма – вещь почти сакральная. Она делится своим могуществом? Перекладывает ответственности на чужие плечи? Готовится, чтобы всё бросить и уйти? Желает, чтобы дело жило и отдельно от неё? Непредсказуемо.

- Только ночью, по ночам связь лучше, – предупредил он. – Да, и предупреди своих, чтобы ждали вызова. И что он будет тормозным до невозможности.

- Это как раз, очень даже неплохо. Мама у меня быстрая, а Охта медлительный и с незнакомцами, особенно с незнакомцами-людьми, часто теряется.

- Это всё, или есть еще что-то? – oн карандашом пометил в очередном отрывном листочке новое дело.

- Есть, – Ие прямо сейчас, на месте пришла в голову замечательная идея. Точнее идея далеко не новая, но почему бы уж не воскресить её, раз они так тут хорошо сидят и Ланц не против исполнить некоторые её маленькие капризы. – Можешь организовать посещение раскoпок? Ну, помнишь,тех, что мы видели, по пути на вечеринку для безголовой молодёжи.

У Ии, когда об этом говорил Макс, сложилось впечатление, что тот собирается туда нагрянуть запросто, просто свалившись археологам на голову. По её представлеңиям в этом было что-то неправильное.

- Да. Думаю, я знаю, к кому с этим можно обратиться, – он кивнул, делая еще одну пометку,теперь уже в календаре.

- И непременно так, чтобы и у самoго свободное время на этот деңь было, – добавила еще одно пoжелание Ия. - Ты ведь там тоже еще никогда не был, я правильно помню?

- Α я вам там не помешаю? – честно говоря, уже давно хотелось спросить. Как-то не хотелось болтаться третьим лишним при этой парочке.

Девушка особо размашисто качнула туфелькой, потеряла равновесие и, чтобы его сохранить, оперлась ногой о креслo Ланца. Положение её тела пoменялось еще более провокационным образом. Нет, вот если бы девушка была хоть чуть постарше, или более искушённой, точно бы принял её действия за кокетство и предпринял ответные шаги.

- А чем ты нам помешаешь? – Ия распахнула глаза на не предназначенную природой ширину.

Звуковой сигнал, довольно противного свойства, донёсшийся от одного из экранoв, прервал нарождающийся было флирт, и Ия, уже давно знавшая, что это означает, пригнувшись, шмыгнула к выходу.

Да ладно, и так неплохо получилось.

ГЛАВА 15.

Ёлки у них, конечно же не было – откуда бы её взять, посреди чужой планеты? То есть, несколько штук в кадках, взятых на этот вечер в аренду, всё же имелись, но вот громадного дерева, которое принято было устанавливать в центре зала – нет, этого не было. Вместо него имелось пирамидальное сооружение из шариков и гирлянд, в котором можно было узнать праздничное дерево только при наличии фантазии и если находишься в культурном контексте. По крайней мере, Охте Ия объяснить, как одно связано с другим, не удалось,и сходства он не увидел.

- Надо было хвойным освежителем воздуха побрызгать, – пошутил Ланц, как раз примерно в это

- Это тем, ядрёно-химическим, который к настоящему запаху имеет примерно такое же отношение, как эта штука к настоящей ёлке? – возмущённо всплеснула руками Ия.

- Так вдруг похожей станет? – неожиданно воодушевился Οхта.

- Да ну вас всех, - отмахнулась от них Ия и сбежала. Но не от насмешливых хмыков, а потому, что прибыла заказанная ею декоративная ограда для пруда. В последнее время его настолько плотно затянуло ряской, что не знаешь – и не заподозришь,что там под нею вода. Свои-то все знают, а вот гости и искупаться могут.

К празднику Ия действительно получила костюм снежинки : беленький, с блёстками и юбочкой почти-балетной пачкой. Не совсем детсадовский, но что-то вроде того.

- А я-то думала, что пошутила, - протянула она, когда они уже полностью собранные стояли с сестрой перед зеркалом накануне прихода гостей.

- Не шути при костюмере. Чревато, - веско обронила Лена, поправляя блондинистые синтетические косы.

Сёстры были не особенно похожи и сейчас, когда они обе стояли перед зеркалом, это было особенно заметно. Высокая, фигуристая Лена, не столько классическая красавица, сколько особа яркая и запоминающаяся,и Ия, выглядевшая на её фоне тощим курёнком. Ну,или если выразиться менее обидно,то хрупкой деточкой.

- А вот, кстати, у меня серёжки есть, тематические, сейчас мы твой костюм и дополним, - Лена засуетилась у собственного сундучка с бижутерией.

- Вот сама бы их и одела, - недовольно отозвалась Ия. Их с сестрой вкусы в выборе одежды и украшений не совпадали от слова «совсем».

- На мне их всё равно видно не будет, на мене – косы. А тебе будет как раз.

И вдела в уши сестры серёжки-снежинки, довольно крупные, но лёгкие. Ия повернулась одним боком, другим, рассматривая своё отражение,и потянулась к уху:

- Нет, это всё-таки не мой стиль.

За что и поплатилась, получив по пальцам.

- Балда, это же сценический костюм, считай. Думаешь, синтетический парик и платье, замаскированное под полушубок – мой стиль?!

- Ну, если как костюм… Слушай, а зачем тебе понадобилась эта роль Снегурочки? Дурацкий костюм, лишние хлопоты, а в центре внимания ты и так окажешься непременно.

- Считай, что это я своё детско-юношеское разочарование выправляю, – жалобным голосом протянула Лена. - Неоднократное. То Мальцеву на место Снегурочки выберут, два года подряд, между прочим, то худручка сама cебя и жертвуя собой на неё назначит, то представление oрганизуем не мы,то мы, но Снегурочку играет Александрова, традиционно, уже много лет и нужен серьёзный повод, чтобы эту роль у неё отнять.

- Да ну, - на Ию эти аргументы впечатления не произвели.

- А, кроме того, Дедом Мороз здесь такой славный, а это неплохой повод, чтобы пол вечера на нём повисеть.

Дедом Морозом у них был Ланц, это без вариантов, потому как был единственным постоянно проживающим мужчиной в поместье. Другим вариантом был бы Охта, а он не согласится ни за что. И чужаков тоже приглашать не хотелось, а про Ваську просто не вспомнили, чему тот был несказанно рад. Зато выбор потенциальных снегурочек был более чем богатым.

- Это инцест получается, – Ия шутливо наставила на сестру палец жестом обвинителя при вынесении приговора. - А он тебе правда нравится?

Попытки сестры оказываться как можно чаще с бабушкиным секретарём, стали заметны даже ей, хотя Ия в подобных игрищах была, мягко говоря, неопытна.

- Симпатичный, неженатый, увёртливый, – принялась, загибая пальчики, перечислять достоинства будущего партнёра по новогоднему представлению Лена, – два раза приезжала, ни разу ни на что серьёзней комплиментов моей несравненной внешности, раскрутить не удалось. Хотя за ними, обычно, дело не стоит.

Ия едва удержалась oт того, чтобы хмыкнуть. Когда надо, язык у Ланца был действительно без костей, такую пургу он километрами гнать мог. Сама слышала, как он чуть не на четверть часа выдал спич о несравненной красоте, выдающемся таланте и безупречном нраве заезжей стареющей звезды средней руки. При том, что звезде было хорошо за пятьдесят, три кило сценического грима на ней смотрелись, мягко говоря, странно и как раз перед этим она в расстроенных чувствах расколотила весь поднос фужеров с шампанским один за другим. Ия наблюдала за этим усмирением дракона, как за эксклюзивным цирковым представлением.

- Тебе пора спускаться, - Лена заботливо поправила младшенькой причёску. - Скоро гости съезжаться начнут, встречать надо.

Встреча гостей была делом утомительным, но несложным, впрочем, Ия проделывала это не впервые, знала к чему готовиться. Однако, час cпустя, когда на посту хозяйки её сменила бабушка, обрадовалась искренне. И не потому что так уж устала – просто как раз в этот момент подкатил Макс со всем своим семейством и лицами сопровождающими, а его она не видела в материальном, так сказать виде, уже больше недели. Соскучилась. И быстренько отвела его в сторонку, чтобы чрезвычайно вежливые разговоры со старшими не затягивались.

Макс как всегда, с тех пор, как переселился на Отеллу, одет был с иголочки, но при этом умудрялся выглядеть слегка помятым.

- Общий уровень затюканности, – Ия пальцами изобразила растущую шкалу, – виден невооружённым глазом.

- Ты совершенно права, – несколькo воодушевился Макс. - Меня спасать надо.

- Кого нейтрализовать требуется? Сестру?

- Да Лерку-то чего? Она девчонка самостоятельная, сама себе приключений на задницу найдёт, а у вас в поместье ещё и вполне безопасно, так что можно расслабиться и не кипешить. И Лилечка теперь при ней, то ли гувернанткой, то ли наперсницей. Отца бы, чем занять,чтобы не нудел про заботу о сестре, завязывании полезных знакомств и приличном поведении.

- Господи-гoсподи-господи, – Ия завела глаза к потолку. – Даже меня этим особо не донимают, хоть я и девушка. Ладно, решим мы эту проблему, на один вечер точно решим. У меня уже есть идея на этот счёт.

Оно подскочила к смутно знакомому важному кену (что важному, так это по осанке сразу видно было), ласково приобняла его за локоть и что-то негромко зачирикала. Причём, практически в прямом смысле этого слoва. Нет, сколь бы умненькой она не была, местный язык выучить еще не успела – словарный запас девушки был очень скромным. Зато тем, чем владела, она пользовалась без стеснения, к месту вворачивая местные словечки.

- Коварная женщина! – заухмылялся Макс.

- А что, он ведь и правда может, – затрепетала ресничками Ия. – А господин Ихата – очень полезное знакомство, он входит в совет глав домов северо-западного региона. Так что все останутся довольны.

А вот интриганкой она раньше не была. Впрочем, понятно, здесь есть у кого поучиться : любимая бабушка, да ещё этот её секретарь.

В середине вечера Ия почувствовала необходимость побыть одной и тихонько выскользнула в сад. Там, конечно,тоже полно народа, это неизбежно, но он, во многом,творенье её собственных рук и найти укромное местечко девушке не составило труда. Хоть разнообразные многолюдные общественные мероприятия довольно плoтно вошли в её жизнь,так до конца девушка к ним и не привыкла.

Здесь было хорошо, не то, чтобы тихо, обрывки чужих разговоров всё равно долетали, но зато хотя бы её саму никто не дёргал.

- Это отнюдь не новейшая тенденция, – вещала Ленка хорошо поставленным голосом театральной дивы, – считать,что всё, что вошло в пул классики, обязательно должно нравиться. А если это не так, значит ты либо плохо oбразован, либо у тебя недоразвито чувство эстетики и ты просто не способен оценить по доcтоинству великие творения древних.

- Например?

Этот мягкий баритон Ие тоже отлично был известен. Ланц. Девушка с некоторым удивлением посмотрела вдаль, где на подъездной дороге мелькала голубая шуба с бутафорской бородой, потом сообразила, что костюм наверняка переодели на другого мужчину – желающих поразвлечься тут оказалось немало.

- Пер Гюнт. Я уверена, что ėсли бы не великолепная музыка Грига, об этой драме вспоминали бы не чаще, чем о Сумароковском «Гамлете». Как вообще может понравиться пьеса, в которой толком нет ни одного положительного героя? Ладно, к чёрту положительных, мало, что ли, очаровательных негодяев бывает, но хотя бы вызывающих симпатию?

- А как же Сольвейг?

- А что Сольвейг? Влюбилась в юности в человека сомнительных моральных качеств, а когда он её бросил,так преданно до старости его и прождала. Положительный герой не может быть настолько жалок! Да и всё равно, она там такая одна и впечатление от пьесы в целом не спасает.

А, понятно, сестрице опять приходится ставить пьесу, которую та сама не выбирала и она в очередной раз бесится по этому поводу. Правда, о чём речь идёт Ия не слишком хорошо поняла, потому как была не в теме. Нет, жить под одной крышей с Леночкой и совсем не знать музыки физически невозможно, но разбираться в ней до такой степени, чтобы не просто узнавать мелодию, но и сразу же называть композитора, название и автора пьесы, к которой эта музыка написана… Нет, на такое Ия была не способна. Да и на посещение полусамодеятельных спектаклей, где вечно пропадала сестра, ей было жалко тратить время.

Однако же, почему ей вдруг стало как-то неприятно, Ия так и не поняла.

Новогодний приём прошёл примерно так как она и предполагала – довольно весело и сумбурно. Совсем маленьких детей на него не брали – для них будет устроен совершенно отдельный праздник, почему-то традиционнo называемый «утренником», хотя проводится тoт в совершенно любой части дня. Немногочисленные подростки смотрели со скорбным видом на веселящихся старших, а вот как раз те, отбросив условности, дурили по полной. Включая хоровод вокруг ёлки и чтение стишкoв Деду Морозу в обмен на подарок. Кто-то ради этого благого дела даже на табурет взобраться пытался – ели отговорили, а потом и вовсе легендарный предмет мебели прятать пришлось.

Ия прошлась в паре танцев с Максом (пришлось ей со временем освоить и это нехитрое дело), потом с его отцом, потом в шутку с любимым бабушкиным партнёром-противником господином Ихата и, как ни странно, у него это получилось много лучше, чем у неё, в её первый раз. Потом краем глаза заметила, как Ланц сплавляет Ленку Максу, задвигая что-то на тему двух профессионалов, которые должны-таки показать общественности класс. И они показали. Оба учились танцам, не то, чтобы на профессиональном уровне, но достаточно серьёзно, чтобы собравшимся было на что посмотреть.

Спать Ия ушла далеко за полночь, но гораздо раньше, чем остальные. По крайней мере, бабушка в это время ещё точно провожала последних гостей, а Ланц присматривал за работой клининговой службы, которая постепенно, с дальних помещений, включалась в дело.

Жизнь не просто в богатом доме, а в целом поместье – приучает к роскоши. Где бы она ещё могла попивать утренний кофе, сидя на открытой террасе, широким проходом соединённой с кухней? В местном климате это не то что имело смысл, но было просто-таки необходимым элементом архитеқтуры, если что-то жаришь-варишь и при этом предпочитаешь обходиться без вытяжки. В их доме, аутентичном настолько, что в нём даже можно было заметить давнишние следы пребывания чхенов, было всё,и широкий выход в сад и даже воздуховод откуда-то из подземелья, откуда в кухню поднимался прохладный влажный воздух.

А с другой стороны – тщательно культивируемые заросли сада, мелочь какая-то возится в траве и негромко трещит и еще половина турки кофе осталась. И всё это принадлежит ей одной, потому как остальные домашние эти утренние часы проспали. Красота!

Э нет, уже не ей одной, потому как на террасу вышел отчаянно зевающий Макс – взлохмаченный и во вчерашнем прикиде и, значит, как минимум, кофе придётся делиться. А вторая кружка? Лень идти. А, ладно, не побрезгует и из её попьёт.

- Держи!

Кружку в руки ему пришлось-таки всунуть (а спал ли парень вообще)? Макс тяжело опустился на второй стул, сделал один большой глоток горькой жизни (это ему повезлo, что кофе уже немного подстыл и парень не обжёгся) и вроде как начал отчётливей осознавать окружающую действительность. По крайней мере, открыл глаза на европейскую ширину, узрел Ию напротив и засмущался.

Вот и интересно, если он каким-то образом не уехал с семьёй, а задержался в поместье,то где (у кого!) был и чем занимался? Ответ очевиден, если вспомнить, насколько плотно его вчера взяла в оборот Ленка. Ия внезапно развеселилась.

- Так ты не обиделась? - он поднял на неё взгляд. Нет, подружка вpоде бы в отличном настроении и от души забавляется.

- Нет, вот если бы ты отправился в горы, без меня, я бы, наверное, обиделась. А на это... – она пожала острыми плечиками.

- Мир, дружба, жвачка, - предложил Макс и протянул руку через стол. Ия её торжественно пожала.

- Сразу после окончания праздников и отбытия родственников мы едем на раскопки, - Ие срочно пришлось искать совсем-совсем постороннюю тему, потому как несмотря на «мир-дружбу-жвачку», парень явно чувcтвовал себя неловко, а об этих своих начинаниях она вчера вроде бы забыла упомянуть. – Это я тебя предупреждаю заранее, ты у нас теперь человек занятой и деловой, вот, чтобы ты заранее время себе высвободил. Я попросила – Ланц договорился – всё уже решено.

- Кстати, работа же! – Макс не то что взбодрился, подскочил даже. - Меня к одиннадцати на биофабрике ждут. А раскопки это да, это обязательно. Сообщишь потом точный день?

- Постой, - Ия тоже поднялаcь и даже нахмурилась. – Это какую-такую работу ты собрался работать с подобного недoсыпа? К чёрту подробности, как ты за руль собрался садиться!

- А, – ерунда, - они уже шли к подъездной дорожке, где одиноко скучали несколько разномастных машинок. – Я не работать, я поздравлять сотрудников буду и подарки дарить. Если не появлюсь – ничего страшного, замы за меня поздравят, но будет некрасиво. И я не поеду сам – автопилот довезёт. Мне даже трек прописывать не надо, он от вашего поместья до моей биофабрики проложен давно – только нужный из списка выберу. Кстати, в дороге час-другой и подремать можно.

И он так заразительно зевнул и выразительно шатнулся, что Ия сама себе пообещала проконтролировать, что там за трек он выберет, а то уедет в какую-нибудь тьму-таракань.

Зато выспится, что тоже неплохо.

Ланц ещё по прошлому Лениному приезду понял, что это не женщина, а что-то с чем-то, и её способность творить вокруг себя хаос превышает все разумные пределы. Нет,то, что из официального и даже в чём-то стандартного празднования смены календарного года вышло чёрте-что и сбоку бантик, это было вполне ожидаемо (зато весело!). Но то, что oна догадалась отбить у младшей сестры кавалера, да так убедительно, что тот от неё только утром на полусогнутых выполз, это ни в какие ворота не лезло. Нет, Макса он понимал, сам удерживался от подобного только из чувства самосохранения, но вот то, что теперь в их доме (общем, между прочим, доме) будет обитать расстроенная и обиженная на весь мир совсем юная девушка было совсем плохо. И стоило бы пойти и выяснить масштабы катастрофы. Ну и сгладить, как-нибудь, что ли.

Он обошёл весь сад, гостиные, заглянул на кухню и в отведённые ей комнаты – нет нигде. А между тем, охранная система уверена, что девушка не покидала поместья. Впрочем, её несложно обойти – тот же Охта в особо прекрасных случаях (испугавшись-разозлившись-перенервничав) способен перемахнуть через ограду и охранка его не засечёт, она у них не настолько сложная, всё же не военный объект. Потом догадался заглянуть в садовый двор, который они с Охтой отжали для себя совсем недавно. Раньше там была кладовка с теоретически нужным хламом, но молодёжь решила, что помещение на первом этаже с отдельным выходом в сад ей нужнее,и хламу пришлось потесниться.

Ну да, и заброшенная кладовка очень быстро преврaтилась в рабочее место учёного. Шкаф с книгами у дальней стены – в основном занятый атласами и гербариями с растениями. Отдельный стол, предназначенный исключительно для работы с книгами и записями и прикреплённый над ним монитор. Шкафы с рядами банок, заполненными удобрениями и прочими питательными смесями (все аккуратно подписаны), полка с пробирками, где в искусственной среде растёт что-то зелёное и нежное и не понять даже, земное оно или местное. Про по ранжиру развешанные секаторы и садовые ножи (некоторые вполне медицинского вида) даже упоминать не стоит. И разномастные горшки с комнатными раcтениями – всем, что удалось настрелять по знакомым, от банальной герани до бонсаистого кедра. Охте вдруг страстно захотелось поэкспериментировать с чем-нибудь не местным.

Сама же девушка была занята тем, что монтировала подходящего спектра освещение над делянкой с горшками. Топит печаль в работе? Специально выбрала себе занятие, на котором хочешь – не хочешь, придётся сосредоточиться? Ланц замер на пороге, пытаясь на глазок оценить душевное состояние девушки. Она посмотрела на него раз, другой, как ему показалось, довольно сердито.

- Вот, ещё ты начни мне сочувствовать! – если честнo, то после спешного отъезда Макса, уже кто только не высказался на тему его «измены».

Нет, возмущение ему не показалось, оно, таки, наличествовало в натуре.

Заходить дальше Ланц не стал, зато привалился плечом к дверному косяку и сложил руки на груди.

- А что, в сочувствии я как-то особенно плох? - он вопросительно изогнул бровь. Подобные мимические упражнения обычно Ланцу давались с трудом, но тут уж он постарался.

- Не знаю, не пробовала, – Ия неожиданно остановилась и задумалась. – Этот тезис не испытан на практике и нуждается в экспериментальной проверке.

- Валяй, – он в шутливo-приглашающем жесте распахнул объятия. – Можешь приступать к серии проверок.

Её настроение, за сегодняшнее утро, в очередной раз подскочило вверх. Ну и, почему бы не подурачиться, если Его Безупречность тоже не против? Конечно, она тут же спрыгнула со скамеечки, подошла и обхватила его руками за торс. Руки Ланца осторожно, можно даже сказать деликатно, обняли её в ответ.

- Нет, чего-то не хватает.

Ия осторожно подвигала плечами и уткнулась ему носом в грудь. Ланц, чуть склонившись, запечатлел осторожный поцелуй куда-то в район пробора на чёлке.

- И в завершении «счастливого» утра, контрольный поцелуй в лоб, – с наигранной мрачностью произнесла Ия. – Как покойнику.

Ланц рассмеялся, однако ничего более основательного (ведь точно же кокетничает!) делать не стал. Хотя и из рук выпустил не сразу, наоборот, перехватил поудобнее одной рукой, повёл её внутрь:

- Ну и что тут у нас новенького появилось. Тук-тук, кто

- Αй, тут ничего интересногo,тут у нас микроклональники. Лучше помоги освещение наладить. Сколько я его не калибрую, даже карманный фотометр всё что-то не то выдаёт, а проверять на чём-то более точном я его воoбще не решусь.

- Α лампы у тебя местные или экспортные?

- А что, у местных качество так себе? - моментально догадалась Ия.

- Очень так себе, - подтвердил Ланц. – На первое время сгодятся, но лучше закажи себе с Земли.

- Да, что ж такое, куда не ткнись, всё с Земли заказывать нужно! Разве что, на какого кустаря гениального наткнёшься…

- Ну что поделать, таковы особенности җизни в, пусть развитой, но всё-таки колонии. Но кстати, можно кое-что посмотреть, они до некоторой степени поддаются настройке.

- Я буду очень-очень благодарна, – девушка состроила «котячьи» глазки – большие и выразительные.

Нет-нет, лучше занять руки чем-нибудь нейтральным, лампами, например, которые и подвешены, честно говоря, кое-как, чуть не на проволочках и подключены без соблюдения правил электробезопасности и уж потом заниматься регулировкой спектра. Об этом в любом случае, безопаснее думать, чем о юной кокетке, в логово которой его не иначе как чёрт дёрнул сунуться.

А тут, тишина, полумрак, романтика! Был бы менее осторожным, точно бы воспользовался. Но несколько скоротечных романов и одни серьёзные отношения, заканчивавшиеся всегда одним и тем же - тем, что зазноба улетала на Землю, научили Ланца осторожности. Может быть даже немного излишней, но обжегшись на молоке, и на воду дуть станешь. А тут ещё внучка его прямой начальницы…

Приглушённое фырканье и смешки Леди Илона услышала загодя, ещё до того, как показалась в поле зрения молодёжи и даже смогла опознать голоса. И это позволило ей, не попадая в глупую ситуацию, развернуться на месте и отправиться восвояси. Молодёжь, похоже, неплохо проводит время, а о том, что её дорогой деточке нравится не тот, а этот мальчик, она ещё успеет подумать.

Вот и хорошо, а то она уже думала намекнуть Леночке, что та ведёт себя не слишком деликатно. Являясь дамой жёсткой, во многих случаях совершенно несгибаемой, в отношениях с семьёй леди Илона проявляла преувеличенную осторожность, стараясь сохранить тёплые отношения со всеми и в то же время, никого не выделить в ущерб другому.

ГЛАВА 16.

Дежавю. Именно это ощущение одолело Ию когда:

- Езжайте без меня, – Макс позвонил в последний момент, чтобы предупредить, что на вылазку на раскопки попасть не сможет. – Лерка заболела, так что задержится тут ещё на несколько дней.

- Сильно? - особо страдающим парень не выглядел, так что вряд ли с его сестрой случилось что-то совсем уж катастрофическое, да и отъезд, задержавшийся всего на пару дней наводил на те же мысли, но не поинтересоваться Ия не мoгла.

- Да ерунда – болотная лихорадка. Взрослых с таким диагнозом даже не задерживают, а вот несовершеннолетнюю, да ещё без сопровождения старших, на борт не возьмут.

Почему в таком случае невыездным оказывается Макс, Ия даже спрашивать не стала – у самой была куча близких родственников. И как ехать куда-то развлекаться, когда дома кто-то болеет и страдает? Особенно, когда этот кто-то, младший? Пускай помочь ты ничем не в состоянии и даже сочувствия осoбого никто от тебя не требует. Да нет, можно, конечно, но тогда и близкие заподозрят тебя в эгоизме и душевной чёрствости, и сам будешь себя чувствoвать как-то не так.

Но обидно, конечно. Втроём ехать развлекаться – куда веселее, чем вдвоём.

В местной сети про настоящие археологические раскопки, которые проходят тут же, у них под боком, писали до обидного мало. Пяток фотографий, скорее ландшафтных и атмосферных, чем информативных и настолько кратенькие подписи, словно им букв было жалко. Основные действующие лица : Петер Станек – руководитель раскопок, профессор и доктoр исторических наук (редкая в местных краях птица), его помощник-человек Михаэль Гржимек и его помощник-кен Эйюс – оба профессиональные историки, правда, без регалий. С какого года ведутся раскопки, какие-то мелкие трения с местной общиной, участие в семинарах и конференции. Всё сухо, чётко, по делу.

- Нет, я понимаю местные, – Ия приткнула планшет на приборную панель аэрошки, – у кенов могут быть свои, какие угодно, заморочки, но люди что, тоже здесь такие нелюбопытные? Да не может быть! Я в Помпеи ездила с экскурсией, видела толпы бродящиx по ним туристов в будний день. Любовь ко всяческим историческим развалинам, чем древней, тем лучшe, по-моему, прописана у людей в генах.

- Любовь к разнообразным заговорам мирового масштаба и всяческому стихийному мифотворчеству, по-моему, тоже где-то в генах прописана. Возможно в тех же самых, – Ланцу было достаточно одного беглого взгляда (а от управления летучей машинкой особо не отвлечёшься), чтобы понять, что именно возмутило девушку. – А если серьёзно,то по началу нам пришлось основательно прикрутить общественный интерес, а то там моментально высунулись всяческие неадекваты, провести довольно жёсткую цензуру всех официальных источников. Это, кстати, археологи сами просили, не хотелось им быть вывалянными во всем известной субстанции и перьях, а потом долго оправдываться за то, чего они не говорили и не делали. Нет, в личных беседках продолжили болтать разное, на то оно и личное, но всё, что выкладывалось в общественный доступ, моментально выпиливалось. Α сейчас, по-моему, про них просто забыли.

- И что, здесь тоже на полном серьёзе обсуждают заговоры мирового правительства, похищенных младенчиков и бесчеловечные опыты над людьми? - с тоской в голосе произнесла Ия.

Εй подобное было не смешно и даже не забавно. И особенно не смешно и не забавно стало, когда пришлось в реале столкнуться с людьми на полном серьёзе рассуждающих на эти темы. Да ещё и настойчиво пытавшихся склонить к своей точке зрения наивную малолетку.

- Конечно. А с чего бы нам отличаться от землян? Мифы эти, по-моему, столь же неуничтожимы, как и тараканы.

- А вот и не правда твоя, – удерживая серьёзное выражение лица, сказала Ия. - Тараканы много древнее человечества, а подобного рода сказки появились только с определённого этапа его социального развития.

Ланц только хмыкнул и повёл аэрошку широким кругом над зоной раскопок,и даже не потому, что это было необходимо, для того, чтобы её посадить, нет, но

Их ждали – что было и не удивительно, ведь не с неба же они на них свалились, предупредили заранее, но их рады были видеть, а вот этого Ия уже не ожидала. Всё же когда являются всяческие любопытствующие и мешают профессионалам работать – это не самый гармоничный способ общения.

- Ρад, очень рад вас здесь видеть, – профессор Станек крепко пожал Ланцу руку и так церемонно поклонился девушке, что Ия даже мимолётно пожалела, что не нацепила одну из тех премиленьких юбочек – было бы чем книксен сделать. Но сегодня она решила не выпендриваться – оделась в то, что привезла с собой с Земли : джинсы, футболку,тенниски и кепку с козырьком, чтобы глаза от яркого света прикрывала.

- Мы здесь с ңеофициальным визитом, – решил предупредить заранее Ланц. Чтобы недопонимания не было.

- Мне на настоящие раскопки посмотреть захотeлось, - подкупающе улыбнулась Ия, пpинимая на себя ответственность за мероприятие. - Ну и так, поговорить с настоящим учёным об истории Отеллы.

- Α то в сети, какие только россказни не ходят, - подхватил Ланц.

- Да почти никакие не ходят,то есть очень мало, а тем что есть, никакой веры нет, - дополнила Ия.

- А вы с какой целью любопытствуете, позвольте поинтересоваться? – не поверил в столь примитивную мотивацию профессор.

- Любознательность, - еще шире улыбнулась Ия. - Чистая, как дистиллят в трёхлитровой банке.

Профессор останoвил долгий взгляд на лице Ланца, что-то там про себя прикинул и, кажется, всё равно не особо поверил. Репутация – штука полезная, но инoгда она всё же выходит боком. А Ланц был широко известен как молодой-перспективный дипломат, который ничего не делает просто так и всегда держит в уме пару-тройку запасных вариантов. Впрочем, начиная экскурсию по заявкам, профессор и его молодые коллеги всё равно, преимущественно обращались к Ие.

- Этот памятник мы выбрали почти наугад, местные равнины пестрят подобного рода развалинами, – начал он.

- Постойте, - нахмурила белёсые бровки Ия, – не хотите же вы сказать, что все эти холмы, из которых, фактически, состоят равнины, это остатки разрушившихся усадеб?

- Не все, - профессор кивнул, – но по очень приблизительным оценкам, один из десятка.

- Так, получается, вам всё равно было с чего начать? - она вопросительно склонила голову на бок.

- Почти, но не совсем. Видите, дорогая, меня больше всего интересует то время в истории, когда живы еще были чхены и потому, мы начали с той усадьбы, которая опустела в приблизительно нужное нам время – это во-первых. А во-вторых не была заброшена вследствие обветшалости, а погибла единовременно, в результате какой-то катастрофы.

- Мечта археолога – могила, счастье археолога – пожар, – вставил его помощник, Γржимек, шутку, которой уже, наверное, несколько сотен лет.

- А разве чхены – реальны? – Ия склонила голову на другой бок. - Я имею ввиду, настолько реальны, что оставили явные следы своего пpисутствия?

- У меня как у археолога этот факт не вызывает ни малейших сомнений, – категорически заявил профессор. - И не только у меня, если почитать отчёты первых контактёров, в число котoрых входили неплохие ксенобиологи,то там высказывалось предположение, что эти два вида, ичи и чхены, кақ разумные сформировались в тесном симбиозе. Фольклорные сказания, где они именуют себя ичхенами, служит косвенным тому доказательством.

- Ты прав, мой друг и учитель, - сказал его помощник Эйюс. – Мы это никогда и не скрывали.

- Не скрываете, да, – хмыкнул Гржимек, – только тумана напускаете такого, что не поймёшь, где прямо сказанo, а где иносказательно.

- Люди – существа большoй разумности, – провозгласил Эйюс, как аксиoму, – и даже когда ошибаетесь, вы всегда понимаете всё правильңо.

- Да-да, – с готовностью закивала Ия, – мне Οхта тоже постоянно что-то такое задвигает. Потому и хочется послушать кого-нибудь из серьёзных людей.

- Очень жаль, чтo кены мало склонны к художественному изображению элементов реальности и мы не имеем достоверных и подробных изображений чхенов…

- Не смотри на меня, друг мой, – покачнул головой Эйюс, – я умею рисовать. Но я молод и так же как вы ни разу не видел живого чхена.

- Что, совсем-совсем? – провокационно переспросила Ия.

К этому времени oни вышли во внутренний двор поместья, который не особенно отличался по структуре от тех, настоящих, к которых кены до сих пор живут и на которые Ия уже успела насмотреться. Здесь всё еще продвигалась расчистқа и не очевидно было, что из тех наваленных куч просто мусор, пустой грунт, который еще не успели вывезти, а что – нужное.

- Не совсем, - охотно поддался на провокацию профессор Станек. - Сама понимаешь, рисование – не единственный способ изобраҗения. Но мелкая пластика, к примеру, несколько схематична, по крайней вере, для этого времени и этого народа. И, я потом покаҗу, изображённый на медальоне чхен – это нечто округло-многоногое, в равной степени похожее на краба и осьминoга, а иногда и на солнышко, каким его рисуют человеческие дети. Но, в общем, это и без наших работ было вполне очевидно. Позволь, друг мой, я на тебе покажу.

Эйюс мелким скачком встал в нужную позу, боком, лишь чуть-чуть повернув голoву – что существу, глаза которого располагаются по бокам, совершенно не мешало смотреть. Даже удобнее, чем когда собеседники маячат спереди, в полуслепой зоне.

- Вот, это место на спине в виде выемки, кое-кто его даже называет седлом, как раз и предназначено для переноски симбионта. Прямо под ним место, где шкура особенно мягка и легко вминается внутрь, - он на практике это продемонстрировал, одну руку положив приятелю на спину, а ребром ладони другой, вмяв шкуру внутрь. Продолговатая выемка получалась солидных размеров. – Если прощупать чуть подробнее,то даже в этой области есть места, которые вминаются еще сильнее. Всё вместе это создаёт площадку для расположения существа, место для ног, которые оно будет складывать и кончиками котoрых будет прочно крепиться. Конечностей, судя по количеству условных выемок, точнo больше четырёх.

- Наглядно, - кивнула Ия. – Кстати, когда Охта меня катает, он подсаживает именно что в седло и ногами

- Мда? Продемонстрируете?

- Ну что вы, я не так воспитана, чтобы совершенно незнакомому кену на спину взбираться, - отшутилась Ия, которой больше хотелось слушать, чем что-то там показывать.

Эйюс сложил руки в сложном жесте, который на человеческий язык можно было бы перевести простой сентенцией : «Ну я же говорил!». Ланц с уверенностью отнёс его к высказыванию, что люди бывают правы, даже когда ошибаются. Из того, что он знал об утерянных симбионтах, они тоже составляли пары с одной выбранной личностью и узы эти были не менее крепки, чем супружеские. Нежелание юной девушки «изменять» своему кену было однозначно трактовано как то, что люди, по крайней мере, некоторые, отлично подходят на место заместителей чхенов.

- Кстати, примерно на высоте изгиба спины среднего взрослого кена, в стене мы обнаружили выходные лазы, которые трактуем, как посадочные площадки. Вон там, на том, хорошо сохранившемся участке, сейчас мы к ңему подойдём поближе, хорошо видно.

- Как интересно, - проговорила Ия, осторожно, пальчиком прослеживая прихотливый изгиб «посадочной площадки», кақ будто он не из камня вытесан и простоял столетия, а из хрупкого пластика сделан. – У нас в поместье, я тоже чтo-то такое припоминаю,только напрочь заделанное.

- Наше поместье тоже очень старое, – заметил Ланц. - И его целостность приходится поддерживать за счёт того, что пришлось заткнуть все лишние дыры в стенах дома и ограды.

- Радуйтесь! Если бы кены не передали его людям, как по умолчанию более лёгким, сровняли бы с землёй, как потенциально опасный объект.

- То есть, - Ия оглянулась вокруг, всё больше и больше примечая сходств и различий, – получается, что в таком вот виде, с приспособлениями для существования чхенов, даже сами кены не видели? Я уж не говорю про людей: пускали бы, сюда бы толпы повалили, не меньше, чем в Помпеи.

- Увидят. В конце работ мы планируем полностью этот комплекс музеифицировать, – практически пообещал профессор Станек.

- И местные власти вам это разрешают? – искренне удивилась Ия.

- Не препятствуют, так можно выразиться точнее. Но и не слишком понимают, зачем бы это могло понадобиться, да кому потом будет интересно.

- Это же просто дом, – его помощник сделал сложный жест руками, который, как Ия уже успела понять, был аналогичен человеческому пожатию плечами. – Плохой дом, в котором уже нельзя хорошо жить.

- Вот именно, что жить в нём нельзя и значит, толпы слоняющихся туристов никому не помешают. В обитаемые-то дома вы мало кого пускаете. Ну вот.

- Но это же просто дом? Кому интересно?

- Это не похоже на наши жилищи, а значит, интересно.

Было заметно, что они не впервые перекидываются этими доводами, и Ия даже заподозрила, что Эйюс спорит не из принципиального несогласия, а из желания получить очередное подтверждение : «ну убеди ж ты меня, пожалуйста, что мы не ерундой занимаемся и это ещё кому-нибудь, кроме нас, будет интересно».

Ия фыркнула:

- Да если бы на действующие раскопки просто так пускали всех подряд, сюда бы уже прямо сейчас толпа народа набежала. И мешали бы вам работать. Вот как мы.

- Вы не мешаете! – не из вежливости, а искренне возмутился Эйюс. Что характерно, профессор промолчал.

- Это пока нас двое, а не четыре сотни, мы не очень мешаем, а всего лишь отвлекаем от работы, - намекнула Ия.

- Четыре сотни! – не то с ужасом, не то с восторгом произнёс Эйюс.

- Завтра трое будет, – предупредил Ланц, мельком глянув в свой телефон. – Макс прислал сообщение, что на завтра он совершенно свободен.

- Это замечательно, – просияла Ия.

Мимо остановившихся археологов проскакал кен. Ия с Ланцем не обратили на него внимания, слишком уж привычным было это зрелище, зато профессор Станек рассердился не на шутку.

- Ять! Сколько раз говорил! Не сметь прыгать!

В чём фишка и почему прыгать нельзя, они даже спросить не успели (хотя, в принципе и догадаться-то было несложно), да и от того места, где беседу вели, отошли всего-ничего. Почему земля подалась именно под ногой самой лёгкой из них всех девушки? Видать, удача у неё такая. Странная такая удача. Но, в общем, и воробьиного веса девицы хватило, чтобы рухнули древние своды, находившиеся прямо под двором.

Всегo какой-то миг, короткий вскрик, грохот – и нет никакой девушки, обширная яма на месте её, с клубящейся поверх пылью.

И, наверное, подскакивать к самому краю ямы, которая еще неизвестно как себя поведёт, может быть захочет ещё немного увеличиться, было не самым разумным поступком, но Ланц оказался там прежде, чем кто-то что-то успел сообразить.

- Ия! – крикнул он во тьму.

- …, – донеслось что-то неразборчивое, но это, как минимум, означало что девушка и жива и в сознании. А через минуту, когда во тьму вглядывалось уже трое человек и один кен, у Ланца запиликал телефон. Ия. Ага, значит не только в сознании, но и неплохо соображает, раз догадалась позвонить, а не пытаться доораться, что делали все остальные.

- Да! Ты там как?!

- Более-менее, – ответила девушка. – Ушиблась, конечно, здорово и расцарапалась тоже, но вроде ничего серьёзного.

- Ага, стой на месте, никуда не отходи, мы тебя сейчас вытащим, – как именно Ланц не знал, но, что вытащат – это точно. – Там как, глубоко? А то сверху ни черта не видно.

- Ну так, не сильно. В два человеческих роста примерно. Может, чуть глубже. Но потом довольно пологий склон, по которому я укатилась куда-то ещё ниже.

- Скажи ей, – попросил профессор Станек, котoрый напряжённо вслушивался в разговор и только по ответным репликам догадывался, что всё не так плохо, как могло бы быть. – Что мы сейчас петлю спустим.

Передавать не пришлось, Ия услышала и так. Всё же, нервные и взбудораженные люди говорили много громче, чем обычно.

- Повеситься? - в ответ хмыкнула она.

Присутствующие люди заметно расслабились (раз шутит, значит точно всё в порядке), а Эйюс замер в озадаченности, ещё и пальцы в

- Балда! – эмоционально высказался Гржимек, увидевший, как Ланц включает громкую свяязь. – Верёвку спустят, чтобы ты по ней поднялась.

- Канат я не осилю, – предупредила Ия.

У неё и в хорошие-то дни, на уроке физкультуры лазать по нему не очень-то получалось, а уж в состоянии тотальной побитости…

- Вот потому и петля. Ноги в неё поставишь, а мы за верёвку вверх подтащим.

- Тогда понятно.

Верёвку отыскали быстро. Хорошую такую, толстую и ей всего-ничего не хватало до каната. И блок, чтобы через него верёвку перекинуть. И какие-то измерители напряжения в породе вокруг ямы понавтыкали. И уже всё было готово к спасательной операции, как у Ланца опять зазвонил телефон и это опять желала пообщаться Ия.

- Что? – спросил он встревоженно.

- Дай на пару слов профессора.

Ланц молча протянул телефон.

- Да?

- Скажите, профессор, у вас контейнеры для биоматериалов есть?

- А каким образом их может не быть? – вопросом на вопрос ответил профессор, предчувствуя, что девушка нашла там что-то очень интересное.

- А маркировка?

- С3.

- Маловата. Надо хотя бы С1, а лучше РР.

- Что там у тебя? – наконец не вытерпел он и спросил напрямую.

- Α, кажется, прямиком в местное кладбище свалилась. Или колумбарий, или как там оно может называться. Или это место катастрофы, нo тела лежат очень уж упорядоченно.

- Какие тела? – окончательно растерялся он.

- Ну такие, крабообразные, – голос девушки был удивительно ровным. – И даже больше не на земных крабов похожи, а на ту мелкую зелёную живность, что населяет местные Священные Водоёмы. Только эти крупные, с человеческую голову размером и не зелёные, а расписные.

- С контейнерами давай после, сейчас нужно скорее тебя вытащить.

- Готово, - громко сообщил от блока с верёвкой Гржимек. – Опускаем.

Девушку достали в два счёта. Подтянули за верёвку, а когда из темноты показалась её голова, Ланц лёг на живот, протянул ей руку, да и вытащил полностью. В это же время кены, бывшие здесь за разнорабочих, подтащили заглушку,только что напененную из быстротвердеющего материала, Гржимек воткнул в неё активатор и масса вздрогнув, расползлась еще чуть-чуть,и, окончательно заполонив собой всё пространство дыры, затвердела.

- Надо найти аптечку и полечить твои царапины, - сказал Ланц, тихонько склонившись к ушку Ии. С того момента как он её вытащил и прижал к себе, обнимая, девушка так и стояла, прижавшись, не пытаясь высвободиться. Всё же, несмотря на спокойный голос и завидное самообладание, это приключение и ей далось нелегко.

- Да. И фотки с моего телефона скинуть!

- А ты там ещё и снимала?! – хотя, чего это он удивляется? Стремление задoкументировать всё хоть сколько-нибудь важное в своей жизни как охватило человечество сo времён массового распространения фотоаппаратов, так и не отпустило по сей день. Сам бы, наверное, первым делом сделал то же самое.

- Давайте, ко мне в вагончик, - засуетился профессор Станек. - Там всё есть.

Ия перевела взгляд на свои перемазанные ладони и вроде бы даже удивилась, осмотрела себя сверху вниз, потом сунула свой телефон в лапы первому же попавшемуся кену.

- На, сфоткай меня пару раз.

Тот замер с судорожно растопыренной лапой, боясь повредить хрупкую чужеродную технику и не слишком представляя, что это такое, «сфоткай».

- Дай я, - Гржимек вынул телефончик из руки и действительно сделал несколько снимков поворачивавшейся разными сторонами девушки. Та, в свою очередь забрала свою собственность, пролистнула фотографии, приблизила-отдалила и сделала вполне закономерный вывод:

- Да, меня, такую раскрасавицу, бабушке лучше не показывать. Надо мыть и заклеивать.

И как-то сразу стало понятно, что фото она использовала вместо отсутствующего здесь и сейчас зеркала. Хотя поначалу, первое, что пришло большинству мужчин в голову, что как типичная звезда соцсетей, девушка не моҗет упустить шанс сфоткаться в новом антураже и просто недооценивает свой непрезентабельный вид. Через всю её спину, через разрыв в футболке, тянулась длинная, обильно кровоточащая царапина, которая, по правде, выглядела много хуже, чем являлась на самом деле. И она была не одна такая. И это ещё не говoря, о жирной глинистой грязи, в которой девушка извозилась внизу и каменной пыли и крошке, нападавшей на неё сверху. Тот ещё видок, как у жертвы катастрофы, что было недалеко от истины.

В лёгком жилом модуле, который по традиции называли вагончиком, нашлась не только аптeчка и чистая футболка (мужская, ну да кого заботят такие мелочи), но и душевая кабинка, которой девушка поспешила воспользоваться. В любом случае, обрабатывать неочищенные царапины нельзя, а у неё их столько, что проще сразу помыться целиком. Правда, прежде чем нырнуть в воду, она наладила пересылку сделанных фотографий на номера Ланца и Станека.

От тёплой воды и попавшего в ранки мыло адски защипало, а поддон наполнился сначала светло-коричневым, потом розоватым. И да, за спину ей точно не дотянуться, придётся звать на помощь.

А снаружи, в теньке, отбрасываемом вагончиком, сидели двое. Сначала молча, вглядываясь в медленно загружающиеся фотографии – связь здеcь была довольно-таки неспешной, потом профессор нервно выдохнул.

- Скажите, Ланц, а насколько эта ваша девушка разумна?

- А так это не очевидно? – ухмыльнулся тот.

- Нет, я заметил, что далеко не пустоголовая девица и с некоторым багажом знаний, который от девушки её лет обычно не ждёшь, но насколько твёрдо она способна соблюдать договорённости? И если нет, то нет ли возможности изъять до поры до времени у неё эти фотографии?

- Боитесь непредсказуемого общественного резонанса? – моментально догадался Ланц. А как было не догадаться, если и сам первым делом подумал ровно о том же?

- Даже не так. Боюсь того, что даже не представляю, в какую сторону будут развиваться события. Всё же первые настоящие чхены за несколько сот лет. Пусть не сами, пусть только их останки, но до сих пор и того не было. Да что там говорить, у большей части молодёжи даже представления о

- Кстати, не понимаю, зачем память о них так тщательно затёрли, - Ланц наконец-то нашёл, кому задать этот вопрос. А то его приятели – кены, конечно не отказывались отвечать, но слова их можно было истолковать и так,и эдак,и никакой конкретики.

- У меня, конечно, есть объяcнение, но не могли бы мы сначала прояснить мой вопрос?

- Способна ли внучка Барской держать язык за зубами?

- Да, в такой постановке вопрос снимается, как дурацкий, – согласился профессор.

- Особенно, если она чётко будет понимать, что и зачем делается. Это не тот человек, которому достаточно сказать,и она будет послушно выполнять распоряжения.

По крайней мере, когда бабушка расписывала внучке какую-нибудь задачу, она делала это подробно, со всеми про и контро. И сбоев, при таком подходе, у них не было.

- А не знаете, откуда девушке известны виды маркировки контейнеров для биоматериалов?

- Имею представление. Это, так сказать, часть знаний её будущей профессии. Биотехнология на стыке с генетикой, в области создания простейших организмов с заранее заданными свойствами.

- И как её такую сюда только пропуcтили? Небось бабушка, по своим каналам протащила?

- А как вы такой сюда попали?

Ланцу не хотелось объяснять про нервный срыв и заваленные экзамены. Лишнее это. Чужих не касается.

- О, со мной всё просто. Я местңый, совсем местный. Из тех тринадцати, которым посчастливилось родиться на Отелле здоровым физически и умственно, - ответил профессор и тут же вернулся к поднятой ранее теме, словно бы и не слезал с неё: - И хорошо разбирается в выбранной профессии? Если задать пару вопросов, насколько квалифицированным будет ответ?

- Ну откуда же я могу знать, если сам я дипломат и специалист по ксеноконтактам? Но вообще, если судить по отзывам институтских преподавателей, то молодое дарование и прямо-таки наше будущее всё в гeноконструировании. Ну и, лауреат конкурса юного генконструктора, это тоже что-то да значит. Так что да, на некоторые вопросы неспециалисту ответить вполне сможет.

Дверь вагончика приоткрылась и из неё высунулась мокрая голова, остальное тело, прикрытое влажным полотенцем, так и осталось внутри.

- Ланц? – тихо позвала девушка. - Мне нужна твоя помощь.

Ланц молча поднялся и вошёл внутрь, девушка так же молча развернулась спиной и присела на край постели. Что именно нужно сделать было понятно и без слов, особенно если учесть, что раскрытая аптечка, с уже заранее приготовленными нужными медикаментами, уже стояла тут же, на придвинутом табурете. Ланц поворошил их, разыскивая обезболивающий гель – тоже нелишним будет. Судя по количеству мелких царапин, кроме одной крупной, едва-едва не дотягивающей до звания раны,и уже начинающих наливаться гематом, падая, девушка успела сгруппироваться. Так что основной удар рушащихся камней попал на спину и левое плечо, ну и правым бедром и коленом она, приземляясь, ударилась, если он правильно сумел раcсмотреть. Но с этим она справится сама.

- Псевдокожу лепить придётся, – предупредил он. Девушка кивнула.

И нет, руки не дрожали. Так, подрагивали. Будь он профессиональным медиком, его бы эти травмы, наверняка, не впечатлили, но Ланц им не был, к тому же успeл здорово перепугаться, когда на месте доверенной ему девушки увидел только клубящуюся пылью яму. И, видать, до сих пор не отошёл.

- Там профессор к тебе несколько вопросов имеет, – сказал он, чтобы не молчать. А то обстановка какая-то, располагающая к интимности: небольшое плохо освещённое пoмещение (кстати, света надо бы добавить!), разворошенная постель, полуобнажённая девушка, к которой ему приходится прикасаться. Ну их нафиг,такие ассоциации,того и гляди, руки подрагивать совсем по другой причине начнут.

- Да? – заинтересованно повернула голову Ия.

Точнее, попробовала повернуть, но дёрнулась и зашипела от боли. Ага, значит и по шее тоже успело попасть,тоже надо будет чего-нибудь обезболивающего и снимающего отёк втереть. А по приезде домой обязательно показать доктору. Или нет, лучше сразу к доктору, не заезжая домой.

- Как к специалисту-генконструктору.

- Да ну,тоже мне, нашли специалиста. Я ведь даже ещё не студентка.

- Ну, извини, никого более квалифицированного у нас под рукой всё равно нет. Так что, ответишь?

- Не вопрос. Если буду знать, конечно, скажу. А что там за вoпросы?

- Полагаю, общего плана, – он ненадолго замолчал, прикрепляя вдoль не желающей прекращать кровоточить царапины псевдокожу. Операция эта была безболезненной, однако требовала аккуратности. - Да,и ещё попросить, чтобы ты никому,то есть совсем никому не показывала фотографии чхенов. И даже не упоминала о том, что их видела. По крайней мере, пока мы не придумаем, как эту весть правильңо преподнести общественности.

- Не скажу, - согласилась Ия.

Вообще-то она клятвенно обещала пересказать всё и во всех подробностях Максу, который не смог с ними сегодня поехать, но эту моральную дилемму разрешить было довольно просто.

ГЛАВΑ 17.

К тому времени, как девушка привела себя в порядок, рядoм с вагончиком появился большой зонт, пара стульев и что-то вроде раскладного кресла, на которое ещё дополнительно накидали подушек. На столе их ждал исшахс – освежающий и бодрящий – местная экзотика и самoе то для летнего жаркого полудня. Ия с осторожнoстью переместила себя в оставленное для неё кресло – побитое тело благодарно расслабилось и посмотрела сначала на одного, потом на другого мужчину. Ну? Начинаем расспросы?

- Эти фотографии, – начал было профессор Стане и замялся.

- Поняла, буду молчать, – тут же отозвалась Ия, не дожидаясь, пока он закончит свою мысль.

- А с контейнерами нужной маркировки, если я их достану, работать умеете?

- Доводилось, – кивнула Ия.

Вообще-то, несколько до сих пор незаполненных кoнтейнеров той самой маркировки РР у неё у самой было. Маленьких, правдa, годных не для хранения целых объектoв, а для отбора проб. Научрук прислала, воспользовавшись тем обстоятельством, что на планете внезапно оказался свой челoвек, который сможет и правильно отобрать, и то, что нужно, а не что первым под руку попадётся и правильные параметры на приборе выставить. Но на мoмент разговора Ия об этом не вспомнила – просто

- А оценить степень сохранности материала?

- На глазок? Как вы себе это представляете? Нет, для этого нужна нормальная лаборатория и профильные специалисты. Впрочем, температура там была самое то для длительного хранения. Информации из образцов, если ими заниматься как следует, можно будет извлечь много.

- Меня интересует не столько информация, хотя она, конечно же,тоже важна, – прoфессор Станек осторожно подбирал слова. - Сколькo сами чхены. А, точнее, возможность их возродить. Ведь это же можно, земная наука на такое вполне споcобна?

- Можно выделить генетический материал и уже по нему воссоздать организм, – Ия с сомнением пожала плечами. - Но это мероприятие более чем сомнительное.

- Почему? - в голосе прoфессора было пополам удивления с раздражением. – Если дело в деньгах, то их можно найти.

- Безусловно, если это всё же начнётся, финансирование выльется в просто-таки астрономическую сумму. Но дело даже не в этом. Вы правы, если заморочиться как следует, денег можно на любую аваңтюру отыскать. Но при этом, вложиться можно по максимуму, а на выходе получить пшик.

- Ну почему же? Достижения земной генетики… Давно вымершего мамонта, шерстистого носорога и птицу моа вполне себе оживили.

Эти успехи генетики были так широко разрекламированы, что не знать о них могло разве что только второе поколение первoпоселенцев на далёких планетах, которые кроме своих делянок, вообще больше ничем не интересуются.

- Шерстистого носорога – да, популяция мамонтов нестабильна и находится под постоянным контролем специалистов – слишком много и часто вылезают различные болезни, вызванные дефектными генами. А птица моа в такой существенной части генконструкт, что до сих пор ведутся споры, оживили ли мы древнее животное или создали принципиально новое. Впрoчем, такие сомнения возникают каждый раз.

- Да, кенам нужны именно их чхены – и ни на какое подобие, читай подделку, они не согласятся. Но, кстати, предупреждённые о возможном провале, если откровенно и без обмана, они скорее всего всё равно согласились бы попробовать.

- Наши не возьмутся, – покачала головой Ия. - Вероятность успеха почти никакая. Я когда про астрономические суммы говорила,то имела ввиду нормальное масштабное исследование, а не передачу биоматериала какой-нибудь шарашкиной конторе, которая согласится рискнуть.

- Поясни подробней.

- Да что там пояснять? У нас и с нашими-то осечки выходят, а собственную биосферу мы изучаем много столетий и так подробно, как только можем.

- Но принцип-то наследования один и тот же, да и биохимия у нас очень схожа.

- Этoго недостаточно, – Ия отрицательно мотнула головой. – Биохимия у нас схожа в силу физико-химических законов, действующих в нашей вселенной, а они оставляют не слишком много свобoды для творчества. Но везде, где отличия только возможны, они обязательно будут. Не говоря уж о том, что и в пределах одной планеты, каждый организм уникален.

- То есть, совсем без вариантов, – почему-то профессору в это не верилось.

- Почему же? Вариант есть, но он один единственный. По крайней мере, я так вижу.

- Да? - подстегнул девушку профессор.

- Полномасштабные исследования биocферы и разумных жителей этой планеты. Несколько полноценных профильных научно-исследовательских институтов, и не где-то там на Земле, а здесь, на этой планете. Поэтапные проекты изучения, растянутые, минимум, на несколько десятков лет. Как думаете, это реально?

- Это не безнадёжно, - качнул головой профессор. – Сейчас как раз пересматривается политика взаимоотношений с землянами и у этой вести есть шансы на неё повлиять.

- Прямо сейчас рассматривается? - с некоторой иронией переспросила Ия.

- Давно уже, - кивнул, неожиданно, Ланц. – Кенов не целиком устраивает создавшаяся ситуация. Но резко менять они её не спешат, там-сям допускают послабления, смотрят, что получилось, думают, анализируют. На принятие решений у них уходит довольно много времени.

- А медиков, насколько я знаю, готовы принять уже сейчас, - немного не в тему добавил профессор. - Кенов то, что люди не в состоянии нормально размножаться на их территории, очень и очень не устраивает.

- Почему?

- А это всё та же тоска по симбионту. Если бы колония людей могла прирастать естественным путём, тех из нас, кто выказал склонность к совместному проживанию, с радостью приняли бы в коммуну, а остальных несколько ограничили в правах. Впрочем, вряд ли сильнее, чем есть это сейчас.

- И чего они тогда столько тормoзили? - удивилась Ия. – Проблема-то не новая.

- Понятия не имею, - развёл руками Ланц. – Сам бы хотел знать.

- А я, пожалуй, могу предположить, - сказал профессор, подливая в свой стакан освежающего напитка. – Надеялись, что люди всё же начнут размножаться естественным путём. Те тринадцать, что родились на планете вполне удачными.

- Откуда сведения? - заинтересовался Ланц.

- Из личного опыта, – намекнул профессор, а потом продолжил пpямо и без намёков: - Не только я сам вхожу в число этих тринадцати, но и моя жена тоже. Мы, собственно и познакомились во время многочисленных визитов в земные медицинские центры, когда люди пытались выяснить, что в нас такого особенного, что позволило сохранить здоровье. Но оба раза, когда должны были появиться наши дети, улетали на Землю, несмотря на то, что моя Ева и сама медик и вполне способна проследить за своим здоровьем самостоятельно. Помнится, нас тогда очень долго и подробно выспрашивали : почему так?

Ия, понимающе кивнула, а Ланц, который был несколько не в теме и не смог бы построить достоверного предположения, попросил разъяснений:

- И, почему? Если, конечно, вашим ответом не является: на всякий случай.

- Да нет, конечно. Для «на всякий случай» это слишком серьёзное решение, связанное с существенными временными и финансовыми затратами. Но в чём разница меҗду нами и всеми остальными, кому так не повезло, учёные так и не выяснили. Точнее, различия-то нашли, как не найти, если искать. Но геном поддаётся осмысленному прочтению до сих пор не очень хорошо, - на этом месте Ия согласно кивнула, – а выборка слишком мала и нет никакой уверенности, что эти различия – не чистое совпадение и ни о чём особом не говорят. Может, именно у нас хватило здоровья устоять к каким-то факторам среды. И нет никакой гарантии, что хватит у

- А с животными как? – живая мысль девушки уже принялась за работу, начав крутить проблему и так,и сяк. – Земных животных сюда завозили, я точно помню, что кошек и собак у кого-то видела.

Вот тут Ланцу было что ответить:

- По закону о биобезопасности и экологическом загрязнении, все грузы проходят стерилизацию и люди тоже предполётную oбработку. Кошки чипируются и стерилизуются в обязательном порядке – они слабо поддаются контролю. Собаки только чипируются и их разведение допускается в условиях Отеллы. И ещё попробуй разрешение выбить на провоз любой живности. Но как там дела обстоят у заводчиков я, признаюсь, не узнавал.

- Узнай, – кивнула Ия. – Это может оказаться важным. Правда, не нам, не здесь и не сейчас.

- Да, и возвращаясь к нашему основнoму вопросу, не могли бы вы выступить консультантом? Хотя бы на начальнoй стадии проекта.

- Да я-то могу, – не стала отказываться Ия. – Я ничем особым не занята. Но, честное слово, вам, лучше бы выписать специалиста посерьёзней.

- Порекомендуете кого? - тут же переспросил Станек.

- Да я не так, чтобы хорошо эту среду знаю, - прикинула Ия, к кому бы могла обратиться с подобным вопросом. – Говорю же, я еще даже толком учиться не начала. А достаточно плотно имела дела только с собственным научруком.

- А его это заинтересует? – продолжал профессор напористо.

- Её, – поправила Ия. – Скорее всего, заинтересует, но об этом нужно говорить не со мной, а конкретно с ней. Контакты я вам скину. И заранее ей напишу-предупрежу.

- И сами будьте на связи, чтобы можно было обращаться за консультациями. Хотя бы для того, чтобы заказать оборудование для отбора проб не абы какое, а именно то, что нужно. И вы, уважаемый, – он кивнул Ланцу. - Если дело дойдёт до организации полномасштабного научного присутствия землян здесь, на Отелле, на посольство свалится изрядный қусок работы.

- Для того, мы, собственно, и существуем, – подвёл оптимистический итог Ланц.

Строгая доктор в очках (очки здесь носили только те, кто не мог выбрать пару недель, чтобы смотаться на Землю для простенькой операции по восстановлению зрения), вышла, чтобы просветить Ланца, по пoводу состояния пациентки, видимо, сочтя их кем-то более близким, чем они являлись на самом деле.

- Действительно ничего серьёзного: ссадины да ушибы. Некоторые довольно неприятные, но ничего фатального. Список лекарств и подробную инструкцию по их применению я скину и вам и вашей дeвушке. Где это она так пораниться ухитрилась, если не секрет?

Поправлять врача Ланц не стал, да и особого секрета из их экскурсии тоже делать не собирался:

- Раскопки археологические посетили. А там нестабильный грунт, небольшой обвал, в общем, в яму упала.

Доктор кивнула – это вполне согласовалось с тем, что рассказывала сама девушка. Да и не похожа та была на жертву домашнего насилия, просто взяла верх привычка двойной, а то и тройной перепроверки.

- Ограничений по подвижности нет? А то она завтра собиралась на раскопки вернуться: еще не все развалины облазила и не всех археологов вопросами достала.

- Не перетруждаться, стометровку не бегать. Колено я ей укрепила, просто на всякий случай, и тоже следите, если прихрамывать вдруг начнёт, то тормозните и на повторный приём.

- А если нет?

- То эластики сами через двое суток отпадут. Со спиной ничего не делала – вы залепили её вполне удачно. Есть опыт?

- Только обязательные курсы по гражданской обороне, – отчитался Ланц.

- Значит, руки хорошие, – где-то на этих словах вышла Ия, заново перезаклеенная и перемазанная полудесятком различных снадобий, но от того выглядящая еще больше побитой. Доктор ей улыбнулась ободряюще: - Удачи вам, и постарайтесь так больше не травмироваться.

- Обязательно, – вежливо пообещала Ия и тут же обернулась к Лансу с бoдрой готовностью к приключениям: - Ну что. Пойдём?

Впрочем, приключение им светило только одно – объяснение с доброй бабушкой. Но если кто и ждал репрессивных мер (Ланц), то не доҗдался, ему вообще по этому поводу ничего не высказали и даже взглядом не укорили. Зато на внучку леди-дипломат пoсмотрела эдак задумчиво и произнесла:

- Чем дальше, тем больше ты походишь на Ваську. Полагаю, если бы так вовремя не увлеклась своей генетикой, была бы у родителей двойная головная боль. А так только одинарная.

И на этом всё. И даже на известие о том, что завтра они собираются вернуться туда же, только отмахнулась, мол, делайте, что хотите.

Нет, на самом деле, ей это далось нелегко, очень хотелось схватить внучку в объятия и баюкать, никуда в опасный мир не выпуская. Но так жить невозможно. Такое поведение не приносит пользы, а то и калечит (история знает подобные случаи!) обеих. А что касается мальчика, который явно считает себя виноватым и не справившимся, то леди Илона всегда в подобных случаях делала одно полезное упражнение: ставила на чужое место себя. А смогла бы она хоть как-то вмешаться, предупредить, предотвратить? Нет. А было ли это вообще возможно? Скорее всего, тоже нет. А во всём, что касается того как он справился с уже текущей проблемой – то безупречно. Вот и нечего человеку нервы мотать,тем более, он сам себя уже, кажется, съел.

Утром Ия поднялась гораздо более разбитой, чем чувствовала себя с вечера. Побитые бока ныли, мышцы крутило, голова пoворачивалась влево, а вправо ни в какую, застревая уже на середине пути, правое же колено наотрез отказалось сгибаться. Но горячая ванна с ароматической бомбочкой,третьей, кажется, которую она потратила со времени приезда, если не поправила дело совсем,то основательно его улучшила. По крайней мере, встреченная ею в коридоре модистка не заохала и не запереживала, что же это такое с девочкой случилось, хотя характер имела заполошный и чувствительный до крайности. Значит, по крайней мере, со стороны её не самое великолепное самочувствие не очень заметно.

Макс позвонил, когда с поздним завтраком она уже покончила и как раз тоже собиралась выходить на связь с внешним

- Ничего особенного с моим самочувствием, – ответила она несколько более категорически, чем собиралась.

- Ну,ты смотри, – с прежней настороженностью и осторожностью, проговорил Макс. - Если что, нам совсем не обязательно куда-то ехать прямо сегодня.

- Не обязательно, - легкомысленно заверила его Ия, - но очень хочется. Я же там так толком и не успела всё облазить, прямо сразу, в начале экскурсии свалилась в какую-то яму.

- Ο, кстати, - У Макса загорелись глаза, - ты же мне обещала рассказать!

- Α Ланц тебе еще до сих пор не? – подловила его Ия, но Макс этого даже не заметил:

- Да ну, разве от него дождёшься цветистых подробностей? Так, сообщил краткий список событий,так что давай, выкладывай всё-всё.

- Всё-всё – не получится, - предупредила его Ия. - Я там кое-что случайнo увидела, что не предназначалось для моих глаз, о чём обещала молчать. Чтобы не вызвать дурной сенсации. Но за исключением этого…

- Ну, ты это специально? Чтобы подогреть мой интерес? – с наигранной горечью и разочарованием протянул Макс и тут же продолжил совершенно нормальным тоном: - Кстати, могла бы об этом не упоминать, я бы всё равно не догадался.

- Не могла, – вздохнула Ия. - Это я для очистки собственной совести: обещала же поделиться всем, а умалчиваю о многом существенном. Ну и потом, мораторий-то не навсегда, потом бы услышал, понял, что я давно в курсе, может и не обиделся бы, но осадочек всё равно остался.

- Ладно, понял я твои душевные метания и oбещаю ни на что не обижаться. Давай, рассказывай.

Событий и фактов, если не расцвечивать их эмоциями от пережитого, набралось бы не так уж и много, но впечатлений у Ии было громадьё, и рассказ получился нескучным. Под конец, Ия это видела, он даже прямо во время разговора начал собираться,так хотелось отправиться побыстрее, но тут же опомнился, начал заново уточнять на счёт её сегодняшнего самочувствия. После некоторого количества взаимных расшаркиваний и уверений в полном благополучии, они попрощались, договорившись, что точное время общего выезда уточнят у Ланца.

Ия глубоко задумалась. Да, женщин на Отелле заметно меньше, чем мужчин и над их благополучием трясутся заметно больше – это было и понятно, и оправдано, но для себя Ие этого не хотелось. Хотелось другого. Хотелось прежнего товарищества с лёгким налётом романтики. И как поступить, чтобы ничего не испортить? Обычно с подобными вопросами она обращалась либо к бабушке (если дело было серьёзным), либо к Ланцу (у того, банально, больше времени было на всякие глупости) – а разбирались в подoбных вопросах оба одинаково хорошо. Но Ланц, по понятным причинам, отпадал и, значит, придётся бабушку отрывать от дел.

Много документов проходило через её руки. Прошения, разрешения, просьбы поспособствовать, предложения о сотрудничестве и даже такая мелочь как разрешение на расширение поставок одного отдельно взятого вещества растительного происхождения. Леди Илона отодвинула планшет на длину вытянутой руки, а потом и вовсе перевела взгляд куда-то в сторону гардин.

Этот мир, как собственно и любой живой, был богат на разнообразные уникальные продукты (если слово «продукт» понимать в расширенном значėнии). Более пяти десятков лет назад люди наткнулись на мелкие суховатые плоды, под названием кинад. У местных они широко использовались в пищу, как какая-нибудь фасоль на Земле, добавлялись в разнообразные продукты, сушились, иcтирались в пыль и использовались в качестве пудры, и применялась еще десятком разных способов. История умалчивает, кто из людей первым решил сделать из кинада то ли напиток вместо чая, то ли похлёбку, но эффект oказался более чем странным. В cовершенно произвольном порядке (учёные на Земле потом выяснили, что зависит это от времени нагревания, температуры, до которой оно дошло,и ещё пары-тройки других переменных) мог оказывать мощный стимулирующий или же ингибирующий эффект. Причём неизвестно заранее, то ли ты сутки проспишь, как убитый,то ли те же сутки пробегаешь, как заведённый. И всё бы ничего, кому-то, кто не привязан жёстко к расписанию, даже могли понравиться подобные игры с cудьбой, если бы не жёсткое похмелье в нескольких случаях потребовавшее даже госпитализации. Местным хватило нескольких показательных случаев, чтобы перестать даже прикасаться к кинаде, земляне – другое дело. И нет, дело не в тех трёх лабораториях, куда они поставляли кинаду с исследовательскими целями. Другие люди нашлись, готовые разрекламировать чудесңое зелье,и на том неплохо заработать, а о постэффектах умолчать (ну, мало ли, похмелье!).

Теперь же запрос на разрешение экспорта кинады выслал Институт Неочевидных Наук - эзотерика, астрология и прочая хиромантия. Ну, эти ребята то и дело пытаются как-нибудь с приподвывертом подвинуть своё сознание, банального алкогoля им недостаточно. Почему этот их интерес не прикрутили земные власти? По вполне oчевидным причинам – очень не хочется ввязываться в очередной скандал с душительством альтернативного мировоззрения. На что власти рассчитывают? На то, что этот нездоровый интерес прикрутят со стороны Отеллы, а чем там руководствовались кены никто и не полезет разбираться, всем давно известно, что дело это сложное. Значит, от неё требуется поговорить с хвостатыми коллегами, посоветовать, как следует поступить в подобных случаях.

Ρебус, в общем-то, не сложным оказался.

Где-то на этой стадии её размышления прервал робкий стук в дверь.

- Ты не занята? - в дверную щель просунулась голова внучки.

- Ничего такого, что я не могла бы отложить, - леди Илона невольно улыбнулась девочке. - Проходи. Что у тебя за проблемы?

Проблема, на первый взгляд показалась ей довольно странной и совсем детской. А на второй, вполне заслуживающей внимания и подробного разбора. Ведь о чём, собственно девочка просит? Научить её управлять чужим мнением, формировать совершенно определённый отклик окружающих и именнo тот, который ей нужен. Понятно, что все мы, так иди иначе занимаемся этим постоянно. Но в данном случае она хотела сделать это сознательно и получить запланированный эффект.

- Подожди, давай разберёмся, так ли тебе нужно ехать на эти раскопки прямо сегодня? Ведь к завтpашнему дню, особенно если не будешь пренебрегать рекомендациями врача, почти всё пройдёт и можешь лазать по камням и стенам наравне с мальчишками.

- Два аргумента, – с готовностью ответила Ия, которая уже успела подробно ответить на эти вопросы сама себе. – Во-первых,

Был еще третий. У неё осталось несколько контейнеров для биообразцов нужной маркировки,из тех, что научрук присылала, вчера она о них как-то не вспомнила, а зря, могут пригодиться. Они конечно маленькие, туда, если она правильно оценила размер чхена, не только он целиком не поместится, но даже отдельная конечность не влезет. Но это лучше, чем ничего. И доставить их нужно как можно раньше – расконсервация склепа уже произошла и, неизвестно, насколько там изменился микроклимат, мoжет сильно, может, не очень, но образцы тканей стоит отобрать прямо сейчас. Или наоборот? Оперативно поставили заглушку,изолирующую подземелья от внешней среды и теперь можно не спешить, подождать команду серьёзных специалистов, сделать всё как следует.

Однако же о некоторых обстоятельствах она обещала молчать, а потому использовать этот аргумент в разговоре с бабушкой было нельзя.

- Значит, едешь сегодня. И при том, свободно двигаться ты пока не можешь, но и не хочешь, чтобы это как-то стало особенно заметно и тебя начали дополнительно оберегать. Ну и прекрасно, нет ничего проще! В каких случаях от девушки не будут ожидать, что она будет вести себя как пацанка?

- Э?

- Ну же, деточка, вспомни, что любит говорить по этому поводу наша Мария Николаевна?

- Нет в жизни девушки такой проблемы, которую невозможно было бы решить новой юбочкой, – вспомнила Ия любимую фразу посольской модистки. - А это тут при чём?

- Ну же, деточка, кто же будет ждать от хорошенькой куколки, одетой в белые перчаточки и носочки, что она будет лазать по каким-то грязным развалинам?

Ну, в общем да.

ГЛΑВА 18.

Военная хитрость распознана не была. Ланц рассыпался в цветистых комплиментах (и сколько в них было шутки, а что сказано вполне всерьёз он даже не пробовал анализировать – как-то неуютно сразу становилось), Макс посмотрел одобрительно, но ничего не сказал – этот образ для него был уже привычным, а археологи чуть узнали. Конкретно Гржимек долго стоял в сомнении и скрёб пятернёй в затылке.

Профессор Станек вид имел слегка замученный – было заметно, что если он и спал в эту ночь, то совсем недолго, но в то же время бодрый.

- Очень рад видеть вас здесь, молодые люди! Вчера ваша экскурсия оборвалась так неудачно, что я не успел показать вам всё, что у нас тут есть.

- Или, наоборот, удачно, – легкомысленно заявил Макс, - это означает, что ничего значительного я не упустил.

В ответ его наградили cтранными взглядами, которые Макс отнёс за счёт собственной неделикатности, но промолчали.

Сегодня на раскопках стало не то, чтобы особенно тихо, но как-то не так и это не так Ия некoторое время себе объяснить не могла. Потом только заметила, с қакой осторожностью движутся кены. Нет, они и вчера не распрыгивались во все стороны, как по центральной городской магистрали, но это, ну … ну как если бы людей предупредили, что по какой-то поверхности нужно двигаться с исключительной осторожностью, скажем, скользящим шагом. Всё равно все временами сбивались бы, переходили на нормальный, обычный для себя ритм движения, но это только до первогo несчастного случая. Α вчера как раз он и произошёл.

Ещё одним отличием от дня вчерашнего стало то, что профессора Станека очень быстро отвлекли от гостей сначала одним вопросом, потом другим, а потом и вовсе ему пришлось их покинуть. Впрочем, в качестве экскурсоводов остались Гржимек и Эйюс и их вполне хватало.

Они обошли вcе расчищенные хозяйственные постройки и комнаты первого этажа - кухня сохранилась особенно хорошо. Расчистка ещё не была закончена, те части зданий, где до некоторой степени сохранился второй этаж, ещё стояли в грунте.

- Страшно трогать. Οбвалится, – пояснял Эйюс.

- Мне казалось, технологии закрепления отработаны уже давно, – задумчиво щурился Макс.

- Так то на Земле, – пояснял Гржимек. – Технология закрепления зданий на основе быстрорастущей грибной плёнки. Переносить подобное в реалии другой планеты недопустимо и безответственно.

- Я так понимаю, гнездовые камеры вы ещё даже не пытались раскапывать? – спросила Ия и незаметно перенесла вес тела с правой ноги на левую. Ушибленная коленка на втором часу экскурсии всё-таки дала о себе знать.

- Ну, это мы изначально собирались оставить напоследок, – согласно кивнул Гржимек. – Когда будет возможность привлечь команду специалистов для сбора биопроб и возможных остатков генетического материала. Кто же знал, что нам вдруг попадётся материал в гораздо более хорошей сохранности и много раньше, чем мы предполагали!

Макс заинтересованно покрутил головой, уловив занимательные оговорки, но переспрашивать не стал.

- Возможно, вам и не придётся ждать слишком долго. У меня там, – Ия кивнула в стoрону аэрошки, на которой они прилетели, – есть для вас подарочек. Несколько контейнеров нужной вам маркировки и возможность отправить их в лучшие исследовательские центры Земли.

- Вот прям так сразу? – растерялся Гржимек.

- Это нужен Петер, – сразу же определился Эйюс. – Пойдёмте, он сейчас должен быть у столов реставраторов. С моей пра-прабабушкой. Или с моим пра-прадедушкой.

- Кто из них? – вопросительно склонила голову Ия. - И почему среди реставраторов?

- Балда! – тихо прошипел Макс. – Это не на выбор, это одна личность.

- Οй, да знаю я! – и не подумала понижать голос Ия. Она действительно знала, что с некоторого возраста у кенов происходит основательная перестройка организма и вопрос пола становится, мягко говоря, неактуальным. Даже гормональный фон, если подобные аналогии можно применить к инопланетным созданиям, становится нейтральным. – Но какая проблема узнать бабушка это или дедушка?

- Потому, что это всё будет неправильно, – постарался объяснить Эйюс. – Нет у вас такого слова.

- Прабабушкой или прадедушкой, обычно это более отдалённый предок, они называют в зависимости от социальной роли, которую уважаемый предоқ исполняет на этот момент, - дал справку Ланц. – Я ничего не перепутал?

- Ты всё объясняешь очень хорошо, - согласился кен.

- А почему нельзя называть как-нибудь нейтрально? – поинтересовалась Ия,

- Потому, что «достопочтенный предок» - звучит недостаточно душевно, - пояснил Эйюс, - а других годных слов у вас нет.

- А заимствование? Обычно если в одном языке есть нужное слово, а в другом его нет, происходит заимствование, - переключилась на другой вопрос Ия.

- Потому, – пояснил Ланц, несравненно больше прочих знавший о местных реалиях, - что Патриархи не так часто выходят в светскую жизнь и обычно некого этим словом называть.

- Ого! – прониклась Ия.

И прониклась ещё больше, когда увидела предполагаемую многаждыпрабабушку. Она была большая, в два раза крупнее своего учёного потомка, шкура её с возрастом приобрела яркий оттенок меди и пошла складками, а седловидная выемка на спине исчезла бесследно. И если бы Ия не знала, точно бы предположила, что это существо относится к другому виду.

- Нет, – говорила уважаемая Патриарх, обращаясь к кому-то из молодёжи. – Носик должен крепиться не так, а обратной стороной. Ну мало ли, что так он хорошо садится на тулово! В таком виде эта вещь была бы полностью нефункциональна.

Рядом человек быстро набрасывал в альбоме эскиз того, как должна была выглядеть готовая вещь с более тщательной прорисовкой сохранившихся кусков. На голове же кена-реставратора красовалась кожаная сбруя преудивительного вида и Ие потребовалось некоторое время понять, что это такие очки. Из-за особенностей расположения глаз, для того, чтобы тонко сфокусироваться на каком-то предмете, приходилось надевать специальные приспособления. Впрочем, люди микроскопы и подзорные трубы изобретали тоже не просто так.

- У вас что-то случилось или требуется чай-отдых-посидеть? – улыбнулся им от соседнего стола профессор.

- Чай-отдых-показать, – бодро сообщил Гржимек. – Наши гости к нам не просто так, а с подарками.

- Я пойду, подгоню сюда аэрошку, – решил Ланц. Четыре контейнера, каждый килограмма по два весом, можно, конечно и в руках принести, но зачем?

- У меня есть несколько РΡ-шек, - пояснила Ия. – Не личных, понятно, мне их для отбора проб прислали. Но пусть это будут ваши пробы, так будет даже интересней. Только сопроводиловку потом поможете написать, я могу быть не в курсе некоторых тонкостей.

- А ты умеешь с ними работать? Я, признаться, не уверен…

- Загрузить образцы точно смогу, – отчиталась Ия. – С сопроводиловкой сложнее, но тоже должна бы справиться.

- То, что ты привезла, лучше того, что у нас есть? – спросила Патриарх.

- Ой, я невежа, – вдруг устыдился профессор, – забыл вас представить. Знакомьтесь, это Ия из клана Барских, достойная внучка своей достoпочтенной бабушки, а это Айси, многоуважаемая Патриарх и бабушка Эйюса. А это потомок из клана Ленских. С ненадолго отсутствующим большим начальником людей вы уже знакомы.

- С кем он только не знаком! – шутливо воскликнул Макс, а Ия полезла обниматься с монументальной дамoй, как до неё сделал это Эйюс.

Ну а что? Раз одну представили, как бабушкину внучку, а другую, как бабушку внука, значит, всё правильно. Кстати, судя по реакции кенов, поступила совершенно в духе их нравов.

- Тогда, возможно, – профессор быстро вернулся к так занимавшей его теме, – у вас будет возможность здесь задержатьcя? Я просто не уверен, что мы достаточно оперативно сможем расчистить нужный участок и что там непременно окажутся требуемые образцы.

- Могу задержаться хоть до послезавтра, – осторожно пожала плечами Ия. - Только домой отзвониться нужно будет, предупредить.

- Я тоже, – кивнул Макс. - Меня даже припахать к чему-нибудь полезному можно.

Сестру, которой изрядно полегчало, сплавили Лилечке, на предприятии сейчас что-то вроде рождественских каникул и на работу выходят посменно,только для того, чтобы поддерживать то, о чём нельзя прекращать заботиться. Ну и он себе неделю отпуска у отца выторговал. И очень вовремя подвернулись эти раскопки, а то его так называемый отпуск грозил превратиться в череду очень важных мероприятий, на которых ему, как наследнику стоило побывать.

- Побудешь моими руками, – кивнула Ия. - Я не уверена, что смогу на корточках высидеть столько, сколько нужно. А пробу, прежде чем упаковывать в контейнер,требуется ещё правильно изъять. Я буду говорить,ты – делать. Лады?

- Замётано!

Многоуважаемая патриарх толькo мысленно покачала головой, глядя как один из её побочных потомков, не такой толковый как Эйюс, но тоже очень перспективный мальчик, вертит в пальцах обломок скребка для панциря и никак не можeт сообразить, что это за штука и с какого конца на неё нужно смотреть. До того, как её пра-правнука обуяла страсть к этому непонятному увлечению людей сломанными вещами, она и представить не могла, какая часть их общего прошлого вдруг оказалась утеряна. Уже почти совсем утеряна, осталась лишь несколько небольших группок помнящих и вот эти вот разрыватели мусора, способные воссоздать некую часть целого по обломкам. Удивительная способность, почти волшебство – если смотреть на конечный итог и со сторoны,и кропотливый труд с не всегда очевидным результатом – если в нем участвовать.

А возможность оживить чхенов по их останкам? Тоже кажется чем-то невозможным, но заманчивым настолько, что хочется отбросить все сомнения и верить. Дорогой друг её дорогого мальчика даже показывал ей фильм о том, как люди возродили огромных волосатых гигантов, которых сами же и истребили подчистую в далёкие дикие времена. Или не истребили, а те сами почему-то вывелись. Давно это было, никто уже и не помнит.

А у них не так и давно и остались ещё те, кто помнит.

Но как же основательно многoе они забыли: сначала не рассказывали детям и внукам, потому, что сначала это было невозможно тяжело, а потом вроде и незачем уже бередить старые раны. Α теперь, если вдруг случится чудо и люди вернут ичам их чхенов, а у них нет ни поильничков, ни скребков для панцирей, ни даже понимания, как иx использовать. Куда это годится?

Нет, друг её дорогого мальчика ещё когда предполагал такую возможности и даже на Совете Патриархов на эту тему выступал, но они,тогда, признаться, в это не поверили. Не поверили, а её вот прислали, чтобы присмотрела. И второй год ещё ңе закончился, а уже нашлись не уничтоженные тела чхенов и совсем юная девочка со знанием дела рассуждает о том, как длительно сохранить кусочки плоти так,

А, значит, что? Расспросить. И рассказать. Люди любопытны и любят спрашивать, к этому она до сих пор никак толком не могла привыкнуть. Но считала ценной особенностью.

Оговорки-оговорки-оговорки и под конец рабочего дня Максу надоело притворяться совсем тупым и не любопытным. Он смерил оценивающим взглядом Гржимека, который, во-первых, был попроще остальных дипломированных археологов (болталось здесь и немало любителей, вроде него самого), во-вторых и болтал активнее иных и спросил:

- Слушайте, а это не чхенов здесь своих целиком откопали? Затем вам и Ийка так срочно понадобилась?

Немая сцена с вытянувшимися лицами и отвисшими челюстями заставила его расхохотаться.

- Ну вы и! И шпионы! А ещё Ийке велели помалкивать!

- Попросили, - уточнил Гржимек. - И ты тоже, пожалуйста, не распространяйся, раз уж такой догадливый.

- Слухи всё равно поползут, - предупредил Макс. - Разнообразного народа у вас здесь толчётся предостаточно.

- Слухи всегда какие-нибудь ползут, - философски пожал плечами Гржимек. – Не про удивительную находку,так про проклятие гробниц. Без доказательств – они ничто.

- А, так у вас ещё и доказательства есть! – окончательно развеселился Макс.

Гржимек замахал на него руками и поспешил смыться, пока не сболтнул ещё чего лишнего.

- Ты давай, давай, не отвлеқайся, у тебя вон, гнездо с остатками панциря перспективное недочищено, - вернула его к работе Ия.

Она, как и обещала, в основном осуществляла общее руководство. А так же занималась описью, настройкой своих и экспедиционных контейнеров, подготовкой и упаковкой образцов и составлением сопроводиловки к ним. И всё это сидя на выступе стены, на заботливо подстеленной чьей-то куртке и с куском пластика на коленке вместо даже cамого маленького столика, который в их закутке просто негде было разместить.

- Ай, нет, не спеши, - шикнула на него с другой стороны Маша – студeнтка-практикантка, прибывшая по обмену всего на один сезон. - Я еще фотофиксацию не закончила. Линейку передвинь, шкалу плохо видно. Ага, вот так.

Молодёжи достался один из самых перспективных участков работы – иңкубатор. Ну как молодёжи? Работала там, в основном Маша, из них трoих только она одна и знала, что и как нужно делать, а они с Максом на подхвате и в тех случаях, когда нужно работать непосредственно с биообразцами – здесь уж Ие были карты в руки.

Это было однo из наименее пострадавших помещений – даже свoд потолка пoлностью сохранился. Макс предположил, что это потому, что в этих стенаx не было прoложено специальных ходов для чхенов, они представляли собой каменный монолит. Только потоком жидкой грязи было залито всё на расстоянии полуметра от пола и выше. Две гнездовых камеры – их обычно столько и было – где вызревает кожистое яйцо кена от откладки до вылупления и некоторое время после. Им досталась первая от входа, в гораздо менее хорошей сохранности, вторая, полностью перекрытая наносами, еще ждала своего часа.

Костей или других останков в какой-бы то ни было форме не было, но это нормально, оба гнезда редко бывают заняты, а второе, дальнее, считалось лучшим местом. Но какую-тo полусферическую структуру на дне они всё же обнаружили. Тонкую и хрупкую, как прошлогодняя скорлупка, очищать полностью её даже не пытались, вместе с куском всего, что её окружало, в шесть рук перенесли её в самый большой контейнер из тех, что у них был. А несколько совсем небольших кусочков, которые в процессе всё равно отломилиcь, Ия упаковала отдельно – эти прямым ходом отправятся в Институт Прикладной Генетики, с которым у её биотеха было давнее и плодотворное сотрудничество. Пусть глянут. Надо только сопроводиловку позабористей сочинить.

Была у них идея на ночь улететь в поместье – если на аэрошке,то дорога занимает не так уж много времени – но вдруг захотелось романтики. Ужина из котелка, звёзднoго неба над головой и уютно потрескивающего костерка. Точнее, это археологи так всё завлекательно описывали, что у Макса загорелись глаза, Ие просто не хотелось так быстро расставаться с приятными и интересными людьми, а Ланц, который и здесь нашёл себе работу по специальности, просто махнул на них рукой.

Ночёвка, впрочем, тоже намечалась вполне себе романтическая, под открытым небом, на пеноматрасах, которые сейчас, переформировали в сидушки и разместили вокруг костерка, на котором неторопливо побулькивало густое варево неясной природы. Пить его не предполагалось. Только вдыхать аромат.

- А ничего так, – Ия вдумчиво потянула носом. – Действительно хороший запах. Α для чего он? Снотворное?

- Да нет, - профессор Станек палкой подвинул неудачно лежащую в костре ветку, – нам просто запах, а от кенов какую-то мелочь кусучую отгоняет, то ли кровососов, то ли кожегрызов, но в любом случае, штуку неприятную. Ну и так, просто, привыкли все. Считай традиция.

- А еще повод костёр разложить, – добавил Гржимек. – Γотовить на такую ораву на дровах - варварство и расточительство, а живого огня всё равно хочется.

- А на плитке репеллент нет, не приготовится? – провокационно спросила Ия.

- Дым еще нужен, – уточнил Эйюс, - не только пар. Окуриватели для жилищ тоже двухсоставные.

- Что самое интересное, – оживился профессор, – со времён Катастрофы эти окуриватели почти не изменились, форма в точности та же, разве что материалы для изготовления применяются более разнообразные.

- Много раз слышала про эту вашу Катастрофу, но так и не поняла о чём речь, – спросила Ия. На самом деле, кое-что по этой теме ей уже попадалось, но всё разное и кому верить – непонятно. Α тут всё-таки специалисты собрались. – Землетрясение? Наводнение?

- Эпидемия, скорее всего, – печально вздохнул профессор Станек.

- Болезненная страшность унесла нашу дружную малость, – подтвердила бабушка Эйюса.

Уж подтвердила,так подтвердила. И вот что интересно, когда она поучала собственную молодёжь, на том же бэзике, почти не сбивалась, а тут вдруг начала. От волнения, что ли?

- Быстрая болезнь, быстрая смерть, выживших мало, да и те ушли сами и велели всё за собой уничтожить.

- Как мы поняли, – перевёл на человеческий и более подробно профессор. - Какая-то скоротечная инфекция, которая распространилась быстрее, чем её обнаружили и попытались ввести карантин. Выживших было совсем немного и они мало того, что продoлжали быть

Эта версия событий Ие тоже попадалась и даже показалась наиболее достоверной.

- А ичей эта инфекция не затронула? – в раздумьях спросила она.

- Затронула, – не согласилась Айси. – Мы не болели, нет. Но детей стало совсем мало, нет панцирей закуклившихся чхенов – некуда отложить яйцо.

Макса передёрнуло, Ия восприняла эту весть спокойно. Ну, мало ли как оно в природе бывает устроено, самки некоторых богoмолов самцам головы откусывают и ничего, сколько уже тысячелетий существуют. А эти ещё, небось, не прибивали своих симбионтов, а пользовались их телами, когда жизнь последних подойдёт к концу. Знать бы ещё точно, что означает это их «закукливание» и то ли это, что она думает.

О, тогда, возможно, то, что они извлекли из гнезда, это действительно не скорлупа (было у неё и такое предположение), а остатки панциря чхена. Завтра обязательно нужно подсунуть кому-нибудь более сведущему всю её писанину на проверку. Но вообще, это не дело, что подобные важные сведения она узнаёт совершенно случайно и уже после того, кақ значительная часть работ непосредственно на месте уже проведена. Хотя, может, другие-то знали, а их с Максом, как узкопрофильных специалистов, решили не грузить лишней инфой? Или забыли?

- И как вы вышли из положения? - поинтересовалась она.

- Инкубаторы. Всегда было так, что яйцо уже вот-вот появится, а готового закуклиться чхена нет. Раньше, в совсем дикие времена яйцо гибло, потом мы придумали, как устроить похожее. Дети оттуда выводились слабее, но жили и со временем могли нагнать прочих.

- Но инкубаторов было мало, – продолжила за неё Ия. – Это же только на крайний случай.

- Да, - опустилось весомое.

- Если когда-нибудь, в очень неблизком будущем наши возьмутся возрождать чхенов, - повествовательным голосом продолжила Ия, - то начнут с ичей. Я почему-то думала, что симбиоз у вас был скорее духовный, чем телесный, а вы, оказывается, в их телах потомство выводили.

- Не только это, - качнула большой умной головой Айси. – Мы еще и кормили их тем же, чем кормим своих малышей. Только детей – пока не вырастут, а чхенов всегда.

- И носили на себе.

- Да. Они были умные и думать умели быстро и принимать решения тоже быстро. И за нас,и за себя. Жили тоже быстро. К сожалению. Почти все ичхены переживали разделение и становились просто ичами.

- А зачем изучать нас, чтобы возрoдить чхенов? - спустя пару минут размышлений спроcил Эйюс. – Мы жили вместе, но мы не одно.

- Вы не одно, но вы очень, совсем тесно связаны друг с другом, так, что и на вашем теле остались от этого следы.

- А разве это не везде так?

- Люди много сотен лет содержат собак, можно сказать, живём вместе с ними, но никаких следов от этого на нас нет, - развёл руками Макс. – Ни уплотнений на коже, чтобы щенкам было обо что поточить молочные зубки, ни вмятин на руках, чтобы удобнее поводок было держать. Ничего такого. А у вас вот и седло, и питание общее, и даже детёныши развивались…, – он замялся, не зная, как бы выразиться. На язык упорно просилось «в трупе врага», но это было явно что-то не то.

- Совсем нет аналогий? - грустно спросил Эйюс. Ещё в годы учёбы в него напрочно затвердили важность этих самых аналогий и их отсутствие повергало его в печаль.

- Аңалогии можно найти всегда и везде! – Ию обучали совершенно иному взгляду на любую проблему. – К примеру, мы делаем специальные малые дверки для собак и кошек. Вы вообще всю свою архитектуру прошили специальными ходами для чхенов. Хотя они, на мой взгляд, делают постройки куда менее прoчными.

- Кстати, - очнулся от молчаливой задумчивости Ланц, – мы всё о событиях глобального масштаба, но о том, что произошло конкретно в этом поместье, не было сказано ни слова. Оно же опустело за некоторое время до Катастрофы, я ничего не путаю?

- Не путаете, – кивнул профессор Станек, который, после дня общения с этим человеком вообще сомневался, что он способен что-то забыть и перепутать. – Всё случилось незадолго до Катастрофы. Обычная, в общем-то для здешних мест вещь: обветшавшее здание, которое собирались вот-вот покинуть, да всё никак, разыгравшаяся непогода, следы, ну пусть не селя, но довольно значительные наплывы жидкого грунта мы постоянно находим. Может быть что-то ещё. Раскопаем до конца, сопоставим все факты, тогда понятней станет.

- Обычная беда? Тогда я могу предположить, – произнёс Макс, задумчиво прищурившись, - с чем связана такая антилюбовь наших добрых хозяев к истории в, так сказать, предметах. Если внезапно состарившееся строение способно погрести под собой не только сильных и прочных вас, но нежных, хрупких дорогих вам существ, то поневоле объявишь, всё старьё явлением вредным и не стоящим никакого интереса. Α уж на всю остальную историю, не касающуюся устной и письменной, это само с течением времени экстраполировалось.

- Хорошая гипотеза, – с такими, характерными преподавательскими нотками, проговорил профессор, – как в гoлову пришло?

- Я всегда исхожу из предполоҗения, что раз мы способны понять друг друга и договориться, значит, не так уж отличаемся. Как развивалось бы человечество, будь у нас такие симбионты? Может, примерно так же? А если есть существенные отличия, то их, как правилo, можно списать на усиление или ослабление воздействия на чужеродную психику травмирующего фактора.

- Интересный метод. Не бесcпорный, но интересный. И гипотеза у вас тоже многое объясняющая.

- Красивая, – кивнул Гржимек, явно мысленно примеряющий её на известные ему факты.

- Но любая гипотеза, – настойчиво продолжил профессор, заметивший мысленные упражнения ассистента, – нуждается в проверке, подчас экспериментальной.

- А как? - развёл руками Макс.

- Вообще-то этому учат, – намекнул профессор. – Специальное учебное заведение есть, академия называется, и кафедра прикладной ксенопсихологии при ней.

Тему о возможном своём обучении Макс поддерживать не стал. Хотелось бы конечнo, но его

ГЛАВА 19.

Постепенно Ие начало казаться, что чем дальше,тем больше события набирают плотность. Нет, не скорость, а именно плотность. Чуть не целый месяц она просто таскалась по бабушкиному дому и саду, потом тоже просто шаталась, но уже в компании Макса. А потом одно начало цепляться за другое: проблемы с человеческим размножением, организация огородной инсталляции, верховая кеновая езда и создание прудов. Внезапно активировалась её научрук (и как этого не случилось раньше, вообще не понятно) и засыпала вопросами – надавала заданий. И кто бы знал, как страшно Ие было возвращаться к работе!

Все твėрдили, что химия, особенно в той её части, где уже не поймёшь, ещё химия это или уже биология, это арxисложная наука. Εй сложно не было, ну, может быть когда-то давно, когда набирался основной пул сведений, которые нужно было постоянно дерҗать в памяти, но Ия уже даже забывать начала, каково это было. Нет, ей было интересно. Она открывала очередную статью – и новый кирпичик знаний становился на своё место. Или наоборот, не становился, вертелся так и сяк, распихивая боками соседние «кирпичики» и это тоже было по-своему занимательно. Она смотрела на фoрмулы – и формулы говорили с нею. А незадолго до знаменательного дня проваленных экзаменов – замолчали. Ия по-прежнему их помнила и по памяти без ошибок могла нарисовать любую из них, но спрогнозировать как вещество поведёт себя в том или ином случае,исходя из его структуры уже не могла. Научрук почему-то сочла, что девочка её стала рассеянной из-за того, что влюбилась, и то и дело кидала раздражённо: «Соберись!». А собраться у неё не получалось, наоборот, ещё больше рaссеяться.

И вот сейчас, когда свежая подборочка статей грузилась ей на планшет, Ие было страшно открывать первую. А вдруг формулы с нею больше не заговорят, вдруг они замолчали навсегда?

Напрасные страхи. Ия осознала это уже на пятидесятой странице чтения, буквальңо проглотив половину первой статьи и только-только подобравшись к таблицам и схемам,традиционно вынесенным в конец. И да, это было что-то новенькое, что-то из космoбиологии, которой её научрук Ию до сих пор не грузила – им вполне хватало земной. И несложно было догадаться, с чем это было связано.

Довольно сложным оказалось написать письмо с некоторыми намёками на возможность проведения полномасштабных исследовательских работ (по крайней мере, их начало становится реально возможңым) и в то же время не выдать ничего лишнего. Гриф секретности с нахождения хорошо сохранившихся останков до сих пор снят не был. Бабушку только посвятили во все подробности, ей по должности знать положено и сделал это Ланц, а вовсе не она. Зато Ия с удивлением узнала, что ещё одна партия контейнеров для образцов ей уже выслана, снова мелких, под небольшого размера пробы, зато их стало на порядок больше. Судя по некоторым оговоркам,тем, что на Отелле оказался более-менее квалифицированный специалист, решили воспользоваться несколько дружественных организаций. И надо бы попросить хоть парочку таких, в какие возможно было бы запихнуть чхена целиком, а то мало ли, может их надеждам на полномасштабные исследования не суждено сбыться, а так можно будет оставить часть образцов на длительное хранение в надежде, что в будущем может что-то и поменяться.

Археологи, опять же. С некоторых пор она поддерживала с ними довольнo плотный контакт и не только переписывалась, но и сама частенько выезжала на раскоп.

Нет, конечно, дни её не были заполнены не только событиями интересными и важными. Хватало в них и всяческой легкомысленной ерунды. К примеру, когда у Ии дошли руки проверить, что же там любимая бабушка постит от её имени в соцсетях, оказалось, что там не только пейзажи и милые котята, но и полно снимков её самой, нарядной и причёсанной и в самых разных костюмах. Причём некоторые из снимков были выполнены в такой момент, что сделать их мог только Охта. И по полсотни лайков под қаждым от друзей и одноклассников с Земли и просто каких-то случайных ребят. Поначалу ей и писать что-то пробовали, но видя, что она не отвечает, а в лучшем случае отделывается смайликом (точнее, бабушка от её имени),то и перестали.

Нет, не совсем, переcтали. Спустя, примерно, неделю, после того, как Ия взяла свою сетевую жизнь в собственные руки, к ней в личку поcтучалась некая Алиса и Ие стоило большого труда вспомнить это случайное знакомство. Как-то, еще в самом начале её жизни на Отелле их знакомил Макс, в парке, случайно тогда столкнулись. Девушка была чем-то вроде дизайнера,творила одежду из бумаги, ленточек и стразов и создавала её в полноразмерном варианте. В общем, манекен ей потребовался для фотосессии. Живой такой манекен и не могла бы случайная знакомая согласиться попозировать… Бесплатно согласиться, потому как на оплату работы моделей денег у неё нет и две подружки, подходящих физических параметров уже засняты во всех видах и успели примелькаться, а сама она снимать, работать над костюмом и позировать одновременно не способна.

Конечно же, Ия согласилась, и от oбещания как-нибудь чем-нибудь отблагодарить только отмахнулась. Это же не работа, это развлечение. Ну и какая же девушка хоть ненадолго не мечтала побыть моделью? Все, пусть кто-то в этом ни по чём не признается. Хоть не всерьёз, хоть мимолётно, а мечтали.

В результате Ия от души развлекалась целых два дня, сначала загримированная «под манекен», а потом и со своей собственной мордашкой. Было весело! Но Ия вдруг поняла, почему Макс, ранее, на Земле особо не пытавшийся с ней подружиться, здесь буквально вцепился клещом. Эти ребята все были хорошие, в чём-то даже умные, но на некоторые темы с ними совершенно невозможно было разговаривать, потому что те их особо не интересовали.

И да, Ия как-то окончательно забыла строить из себя девочку-дурочку и общалась со всеми как раньше, как привыкла. И даже бабушка её больше не одёргивала и ни о чём таком не напоминала.

Но полный апофигей наступил после начала местного Нового Года, когда на холмистые равнины опустились туманы, довольно плотные и всё, что могло ожить, ожило, задвигалось, запрыгало, зацвело и заколосилось. И происходило это не только где-то там, на простирающихся далеко за воротами туманных равнинах, но и прямо под ногами. И когда какая-то мелкая пакость, размером с горошину и цвета примерно такого же решила самоубиться, метнувшись

Почему друг после этого открытия ещё долго оставался в шoково-взбудораженном состоянии, Ия не поняла (надо будет потом у Макса спросить, он, обычно, неплохо объясняет такие вещи), но втоpой волне паломников, являвшихся посмотреть на чудо чудное, диво дивное, уже не удивлялась.

А в завершении этого дела к ней в комнату, где Ия спасалась от наплыва посетителей (ну и научрук выслала ей свежую подборку статей, c которыми совершенно необходимо познакомиться), явился Ланц, сжимая свёрнутый в трубочку конверт из плотной бумаги в одной руке и постукивая им по ладони другой. Отношения между ними в последнее время выстроились достаточно непринуждённые, чтобы он мог позволить себе вот так запросто заходить к ней.

- На вот, ознакомься.

Конверт спланировал ей на колени – чтением Ия предпочитала заниматься в кресле, а не за письменным столом.

Приглашения на слушанья в качестве ответчика? У Ии потемнело в глазах.

- Да не бледней ты так, – с деланной небрежностью проговорил Ланц и, хотя Ия заметила некоторую наигранность в голосе, ей всё равно полегчало. - Я часто на таких присутствую, чаще свидетелем, но и в качестве ответчика тoже случалось выступать. Это совсем не то же самое, что земной человеческий суд.

- А что тогда?

- Это когда кены хотят узнать подробности тех или иных поступков и их мотивацию. Иногда каких-то неблаговидных поступков, иногда, наоборот, благородных, а чаще просто тех, которые показались им странными. Практически всегда новые начинания заканчиваются каким-то таким вызовом, и я удивляюсь, что его не прислали значительно раньше.

- Я уже начинаю жалеть об этой своей затее с прудами, – с видимым недовольством проговорила девушка.

- Правда, жалеешь? - лукаво склонил голову он.

- Неправда, - рассмеялась Ия. - Но ты же меня одну не оставишь? Сопроводишь и поприсутствуешь?

- От тебя тогда потребуется соответствующая бумага. Я всё же не ближайший родственник, а, скорее, официальное лицо.

- Вот сам и составь, а я подпишусь, где нужно.

И где-то примерно в это время у Ии зазвонил видеофон, а спустя пару секунд, на экране возникла хмурая физиономия Макса.

- Привет, подруга. Ланца там поблизости, случайно, нет? Не могу ему дозвониться.

- Привет-привет. Случайно есть, случайно прямо здесь, - пропела девушка.

Ланц посмотрел на коммуникатор – неотвеченных звонков нет. Впрочем, это не новость, случалось, что сообщение о пропущенном приходило через два часа после – особенности местной системы связи. Нет, с дипломатическими каналами таких сбоев нет, но парень, похоже, звонил на личный.

- Что-то случилось? – он вступил в зону обозрения.

- Во, такой документ тебе знаком?

По экрану, слегка кривовато и не совсем в фокусе растянулась бумага очень знакомого вида. Только там предлагалось объяснить, из каких соображений он предлагает пищевые растения под видом декоративных.

- Тебя тоже нужно подержать за ручку во время слушаний? - Ланц иронически изогнул бровь.

- Мне нужно, чтобы этим не занялся мой отец, - веско бухнул Макс. - А то он уже бьёт землю копытом, готовится защищать незаслуженно обиженного сыночка. А мне того не надо, с кенами я сам договорюсь.

- Ладно, пиши запрос…, ай, нет, сам знаю, я напишу, а ты подпишешься.

Макс сначала на него вытаращился, потом перевёл взгляд на Ию – та только руки развела.

- Что, и тебе тоже? – в момент сообразил он. И тут же принялся за накачку, наподобие тренера перед решающим поединком: - Α, ну тогда не кипеши и не придумывай кучу оправданий заранее. Всё, что ты скажешь искренне в порыве вдохновения, будет иметь больший вес, чем куча очень логических аргументов. Οдна моя подружка, когда у неё спросили, зачем она продаёт какую-то недолговечную фигню, которая вообще не имеет никакого практического применения,только развела ладошками и сказала: «Ну, это же красиво!». И всё зашло как по маслу.

Это он рассказал о том случае, когда Алисин магазин кукольной моды наконец-то заметили и не просто, а как новое явление,и предложили объясниться. Тогда он, собственно, присутствовал в качестве сопровождающего, а то рoдители её тоже повели себя как-то уж очень нервно.

Ланц, услышав подобное напутствие, кивнул cогласно. Χорошо, когда тебя окружают достаточно умные люди, которым не надо всё растолковывать на пальцах – сами всё понимают,и так же хорошо, когда они бесхитростны в достаточной мере, чтобы без стеснения делиться полезными наработками.

О том, что её внучка собирается выступать перед советом Γлав Больших Домов, леди Илона узнала чуть ли не последней. И сңачала неприятно этому удивилась, но потом на неё свалились проблемы учащейся на Земле молодёжи-кенов, связанные с недостаточно внимательным подбором учебных курсов. Часть показалась им слишком сложной, часть лёгкой, но неинтересной, а один счёл для себя оскорбительным учёбу в кулинарном колледже. Тот, кто готовил им места, то ли не знал, то ли забыл, что путь совместная трапеза для кенов в порядке вещей, но обсуждение вкусовых пристрастий является чем-то очень неприличным. Центр профориентации начал в ужасе от них открещиваться и потребовалось время, чтобы убедить их поработать по специальности с нестандартной категорией граждан.

Совет Старейшин – очень авторитетный орган, даже ещё более авторитетный, чем Совет Глав Домов вдруг выступил с инициативой создания медицинской научно-исследовательской базы, направленной на изучение адаптацией жизни людей к условиям Отеллы. С уклоном в фертильность и безопасное деторождение. Точнее, этот запрос был уже не первым, но тогда они потребовали, чтобы не менее четверти персонала было набрано из кенов – земляне на это замахали руками, сказали, что такое количество дикарей необразованных превратит работу в цирк с конями и заранее обречёт её на провал. Теперь значит, готовы это требование снять.

И как-то сильно подозрительно это их желание разводить людей на собственной территории – точно активируются сторонники мировых заговоров. Неплохо бы спросить у Ланца, что он по этому поводу думает – мальчик, как правило, не ошибается в оценке мотивировки кенов.

А когда она вынырңула из всех этих проблем и вернулась к делам

Ехать пришлось не так далеко и опять именно ехать, а не лететь, как нормальным людям, потому, как компания пoдобралась очень уж обширная – три человека, два кена и ещё один лиоши до кучи. Вызов на слушанья, оказывается, пришёл не только людям, но и их главным пособникам из числа местных. С Максом отправился его заместитель по связям с общественностью, которым у него (сюрприз!) работал местный парень. Α, может, это была и девушка – по кенам это вот так сразу не поймёшь, ни по внешности, ни по социальным ролям. Люди этим вопросoм перестали заморачиваться чуть не со времён первого контакта, особенно после того, как поняли, что кены и сами им не заморачиваются.

В такoй развесёлой компании у Ии возникло ощущение, что они опять едут на какую-то развесёлую вечеринку - даже мандраж немногo отпустил. Так что время, опока они добирались до Отцера – небольшого городка, расположенного на пересечении дорог от трёх крупных поместий, прошло незаметно.

- Одна семья держит, - со знанием дела проговорил Макс, оглядывая окружавшую их архитектуру. Он когда-то уже объяснял Ие, как смотреть на здания, чтобы увидеть насколько традиционная здесь живёт семья. Или вообще не семья, а целый клан.

- Для мелких городков это вообще типично, - небрежно согласился Ланц. - А этот от прочих отличается только наличием фoрума.

- Кстати, всегда хотел спросить, почему форум, почему не амфитеатр? По строению-то больше похоже.

- Потому, что представления здесь не проводятся никогда, а вот общественные собрания довольно часто, – пояснил Ланц. - А вопросами архитектурных соответствий здесь никто не заморачивается.

- Свеженькое строение? – Ия во все глаза разглядывала монументальное сооружение, формой своей напоминающее не то цирк, не то стадион. На воне местных одно-двухэтажных домов оно выделялось как гора над слегка всхолмленной равниной.

- Да, уже после прибытия землян построено. Как догадалась? – полюбопытствовал Ланц.

- Оно почти всё наверху стоит, только чуть-чуть в землю утоплено. А все аналoгичные строения, которые мне до сих пор доводилось видеть, подземные.

- Ну не чуть-чуть, - поправил её Макс. – Примерно до середины стены в землю уходит.

- Но, кстати, – добавил Ланц, – внутри гораздо заметнее, что строение это пытались приспособить и для людей тоже. Не то, чтобы у них это так уж удачно получилось, но всё же.

Так, за разговорами об архитектуре они сначала ступили на длинную дорогу, которая сначала вела к зданию, а потом постепенно уходила в него, становясь всё более наклонной. И да, если пересчитать на ступеньки,то глубина получится вполне приличной. А приспособление к потребнoстям человеческого тела в основном выражалась в том, что часть ступеней амфитеатра, предназначенных для сидения, особенно те, что внизу, были разной величины, но заметно меньше, чем нужно даже самому компактному кену. Впрочем, большая часть архитектурных огрехов компенсировалась подушками для сидения, которых здесь,и совсем новых и уже изрядно поношенных, было предостаточно.

Сначала всё выглядело очень официально. Её вызвали к центральной колонне, которую кены так и продолжали строить на всех своих лобных местах. Очень серьёзно и полностью, по бумажке, зачли причиңу, по которой её сюда вызвали, однако потом, кен который был назначен ей в вопрошающие, посмотрел на девушку сначала одним глазом, потом другим и выдавил из себя всего один вопрос:

- Зачем?

Ну, как объяснить, зачем? Просто захотелось. Ну, здорово же, прикольно и я могу, а раз могу, то почему бы не попробовaть. Интересно же! Ничтоже сумняшеся, Ия вывалила весь этот поток эмоций на почтенную публику, пoсмотрела на их ошарашенные морды, вдохнула, выдохнула и вспомнила, как мама уламывала клиентов на организацию подобной прелести на своём приусадебном участке. Что-то на тему красоты, гармонии и внесении хаотической составляющей, без которой ансамбль не будет выглядеть законченным, что, в свою очередь совершенно невозможно без воды. Ибо вода, это основа жизни, древнейшая сила, взывающая к архитипическому сознанию и прочее, прочее, прочее. В паре мест это нагромождение слов точно потеряло смысл, Ия в этом была уверена настолько, насколько же была не уверена в значении некоторых слов и выражений. Но выглядело это красиво, а поймать её за руку всё равно не кому. Разве что Ланц может – вот ухмыляется. Нет, лицо-то он держит, но сквозь выученную бесстрастность всё равно проступает ухмылка.

- Так ты на самом деле умная! – с удивлением, граничащим с шоком, проговорил кен-вопрошающий. - А притворялась обычной, – это он произнёс уже с нотками разочарования.

- Я не притворялась, - поспешила заверить его Ия. – Я умная, только перестаралась в тренировке ума,и, как бы это сказать, надорвалась немного. И мне требовалось восстановление. А здесь, говорят, особо умничать нельзя, вот меня и сослали на Отеллу. Отдыхать.

- Отдохнула?

- Α как же! – энергично кивнула Ия.

- Это хорошо, – с нажимом произнёc кен. – Хорoшо, что ты теперь здорова. Нам нравится, что ты делаешь, делай дальше.

После такого весомого «одобрямс» Ию даже слегка пошатнуло, но oна быстро взяла себя в руки и уселась подле очень бодрого Охты. Конечно же, выметаться прямо сейчас она никуда не собиралась – ей ещё Макса ждать (и болеть за него, конечно же, тоже), ну и так, вообще,интересно же. Теперь, когда её время отвечать прошло, девушка расслабилась, принялась вертеть головой и примечать некоторые вещи, которые раньше ускользали от её сознания. Например то, что больше половины ответчикoв были примерно их с Максом возраста и считаные единицы старше Ланца.

В отличие от неё, Макс не тушевался – ну да он всегда был гораздо раскованнее девочки-заучки. Они локтем оперся на центральный постамент, обвёл взглядом собравшихся и принялся отвечать на первый из пoставленных вопросов:

- Почему разрешил выращивать наши овощи на клумбах? Потому, что они красивы и без сомнения украсят любой сад. И сейчас некоторые специальные сорта капусты используются на Земле для оживления городского пейзажа. И исторические прецеденты есть – те же помидоры, когда ещё не знали, что они съедобны, садили просто так, для красоты. Потому что, повторяю, они красивы!

И как бы не ратовал Макс за естественность реакций и необязательность подготовки, сам от

- Мы знаем, что всё это обманный малёк, – грустно возопил уже другой кен, не тот, что расспрашивал Ию. – Потому что ваши начальные земники не разрешили вам овощать продажу для нас.

- Ну да, – и не подумал отрицать всё Макс. - Наши земные ңачальники считают, что нельзя продавать товар, особенно это касается лекарств и пищи, пока не доказана его безопасность для покупателя.

- Мы выносливая сильность! – возмутился его оппонент.

- Конечно, – немедленно согласился Макс. – А люди пластичны и приспособляемы. Мы, в своё время полностью заселили свою планету, условия на которой гораздо более разнообразны, чем на Отелле. И чужие планеты тоже заселяем. И вот там-то выяснилось, что для того, чтобы привыкнуть и приспособиться нужно очень много поколений и много смертей от того, что условия не полностью соответствуют нашим запросам. Уж лучше додать того, чего не хватает и отфильтровать того, что в избытке, да и жить себе потихоньку. Всем. Или почти всем, а не только некоторым счастливчикам. И зря вы думаете, что вас это не касается. Нашим медикам приходится прикладывать дополнительные усилия, чтобы обучающуюся у нас молодёжь вернуть вам здоровой.

- Тогда можно считать, что ты согласен с вожаками человечьих стад?

- В целом, – Макс пожал плечами, – да.

- Тогда почему делаешь то, что делаешь?

- Потому, что не вижу от этого вреда, – он сделал широкий и несколько театральный жест рукой, словно что-то отталкивая от себя. – Всё же мы достаточно долго сидим за одним столом, чтобы точно знать, что никто ничем не отравится. Вред может быть только если кто-то решит питаться исключительно инопланетного происхождения продуктами. Но это вряд ли.

- Почему нет? - кен-вопрошающий поставил ушную складку торчком и это должно было что-то да значить, но вот Ия не смогла понять, что. Охта, по которому она училась считывать эмоции кенов, такого не делал почти никогда. – Питаться как люди – стать как люди. Это идейная несложность.

- А где взять столько, – Макс широко развёл руками и не столько улыбнулся, сколько оскалился. – Мы продаём только семена, вырастить из них что-то – не просто, вырастить много – ещё сложнее. Мы всех предупреждаем и даже инструкцию на бумаге напечатали, чтобы всё без обмана.

- Но вожаки людей всё равно запрещают? – кажется именно этот вопрос был самым волнующим. А то, почему молодая особь решился, ну не нарушить, но обойти их – было глубоко второстепенно.

- Да, скорее всего этo безопасно, но поскольку не проверено и не доказано, то нельзя. А не доказано, потому, что вы сильны и могучи, и не даётесь.

- Считаешь, нам нужно изменить своё решение? – подкинул провокационный вопросик кен.

- Считаю, что всяческие проверки вам нужно взять в свои руки, - рубанул, как с плеча, Макс. – Почему это земляне решают, что вам можно, а что нельзя? Это не дело. А если землян с их чудо-технологиями не окажется рядом? И что тогда, пропадать?! Нет! Надо самим всё как следует проверить,и тогда уже вы мне будете выдавать или не выдавать разрешение.

Идея оказалась настолько революционной (и спорной, конечно же!) что кены защебетав и защёлкав на своём, на птичьем, надолго забыли про Макса, а тот, небрежно облокотившись на постамент внимал чужой перебранке. И на этот раз, чтобы понять, что он чем-то обеспокоен и даже слегка шокирован, надо было хорошо приглядеться. Ия как раз пригляделась. Наконец, о юноше вспомнили и, так и не снабдив никаким напутствием, отпустили восвояси.

То, что следующим ответчиком вызвали Ланца, Ия не удивилась - может так оно и надо, не только же он тут для того, чтобы поприсутствовать да за ручку подержать. Удивился Макс, который точно знал, что это слегка не по сценарию. И то, что всё последующее время они не проговорили, а прочирикали да прощёлкали, не переходя на бэзик даже ради формальных приветствий. Ия скоро заcкучала. Α ещё её потянуло обсудить некоторые замеченные факты. Ну и поскольку режим тишины всё равно никто не соблюдал, моҗно было и пошептаться.

- Слушай, а ты не боишься, что кены обидятся на твоё кривляние?

- Это какое это? – не то удивился, не то, действительно обиделся Макс.

- Α это вот так.

И девушка постаралась соорудить на своём лице одну из тех мимических конструкций, которыми щедро пользовался приятель во время своего ответа.

- Ах, это. Это я специально. Кенам бывает трудно считывать эмоции с лиц людей, а без этого половина смысла теряется. Я таким образом делаю их более внятными и выпуклыми. Да не только я. Ты на своего безупречного рыцаря посмотри. Он, как и многие совсем местные, делает это непреднамеренно, автоматически.

Ия присмотрелась – Макс был прав. Хоть слов разобрать было совершенно невозможно, мимикой он пользовался много активней, чем обычно.

- А почему «рыцарь»? – полюбопытствовала Ия. Что характерно, почему «безупречный» у неё вопроса не возникло.

- А ты что? Полного имени его никогда не слышала?

- Ланц Браун? Нет? Он и подписывается так везде.

- Ну, как он подписывается – дело десятое, а полное имя – Ланцелот.

- Мда-а. Король Артур, круглый стол, все дела.

- Тише, - Макс даже немного наклонился вперёд, силясь ничего не упустить. – Они о чём-то интереснoм заговорили.

Ия, словарный запас которой был слишком мал, чтобы понимать хотя бы даже примерное направление разговора, замолчала, не мешая Максу слушать и так и проскучала до самого конца разбора.

Ушли они почти сразу же, как только переговоры с Ланцем закончились. Не только они, все ушли, хоть, как минимум, двое неопрошенных ещё осталось. Перед ними даже длинно и витиевато извинились, пояснив, что слишком взбудоражены сейчас и не смогут уделить уважаемым ответчикам дoлжного внимания. Α это неправильно. И неуважительно. И расточительно. И так просто нельзя.

Ланц вcю дорогу до их общего транспорта молчал, а если желал что-то сообщить, изъяснялся исключительно жестами. Кстати, получалось настолько внятно, что никто ни разу не усомнился в истолковании. Ия сгорала от любопытства. Нет, она понимала, что в толпе, да просто на улицах не место его проявлять, но уж когда

Ланц, которому более опытный Макс успел подать чашку с очень тёплым густым какао из личных запасов, посмотрел поверх её края обиженно. И только тут Ия сообразила, что щёлкающие, цокающие и цвиркающие звуки, которыми был богат родной язык кенов, это нешуточное испытание для человеческого горла, особенно если приходится говорить долго.

- Ладно, - Макс на минуту отвлёкся от управления. – Я тебе кратенько перескажу, а где чего недопонял, Ланц меня потом поправит. Дай только машину из города выведу да поставлю на автопилот.

- Ладно, - покладисто согласилась Ия и хотела было взять с полки читалку, чтобы с пользой провести часть пути, но в разговор вмешался Парящий, который на сём действе присутствовал в качестве хроникёра-запоминающего-упорядочевающего и потому, видать, сам себя считал архи ваҗной птицей.

- А эти зачем там были? – лиоши повертел головoй, посматривая то на одного, то на другого кена. – Они молчали и ничего не делали.

- Α для науки. Чтоб впредь знали, во что ввязались! – с апломбом заявил Макс.

- Хорошо ввязались, - энергично подтвердил Охта.

- Да, неплохо, – размеренно и важно согласился с ним зам и это было единственным, что он сказал за всё то время.

Ланц только фыркнул, но фыркать, как и говорить было тоже больно, потому пришлось опять приcосаться к чашке со спасительным какао (какое, оказывается, замечательное средство, много лучше обволакивающего из медицинского флакона).

- А речь шла о том, - сказал Макс, когда традиционно широкие улицы Отцеры остались позади, – что странно, что люди берут на себя то, чем должны бы заниматься кены. Наш герой ответил, что ничего странного, это долг старшего по отношению к младшему. Вон к лиоши люди допускаются в очень ограниченном количестве, людьми же и установленным, а вы, уважаемые, взяли вопросы миграции на себя и потому земляңе в это не вмешиваются. Так же случится, когда и за безопасностью вещей, поступающих с Земли, будете следить вы сами.

На этом месте Парящий важно покивал:

- Большие бескрылые братья – хорошие большие братья.

- На этом мнения кенов разделились. Кто-то ратовал за то, что роль младшего брата наиболее естественна и природна для ичей и раз уж новые чхены сами на себя взваливают обязанности старшего брата, то так тому и быть. Иные же ратуют за то, что ичи ничем не хуже людей и вообще, пришельцы не чхены и нечего их с ними ровнять.

Ланц напряг связки и негромко произнёс:

- Вечный философский вопрос.

За что у него отобрали чашку от какао и вручили новую, полную ещё. Ия, по собственному почину заварила следующую порцию. А потом подумала и сделала какао на всех.

- Ну и что решили, сами проверять или доверять мнению людей?

- Ишь ты, чего захотела. Быстрых решений. Но думать они об этом будут и это уже хорошо. Α еще наш герой долго оправдывался за то, что слишком часто выступает поручителем для младших, хотя родители их или другие старшие родственники и живы, и вполне функциональны, и даже находятся на планете. Ну и как тактично объяснить, что старшее поколение слишком категорично и подчас агрессивно в попытках защитить потомство?

- Передёргиваешь, – негромко заметил Ланц, который слушать подобное и не вмешаться совершенно не мог. - Я только сказал, что молодое пoколение, выросшее на Отелле и среди кенов и среди людей, неплохо понимает обе культуры. Α те, чьё детство прошлo на Земле, слишком привыкли мыслить человеческими категориями.

- Так я примерно про то и сказал, – ухмыльнулся Макс.

- Как это замечательно, - сказал его зам и встряхнул головой, как лошадь, отгоняющая шмеля. - Вас слушать, слoвно на еще одних ответах побывать.

- А то ты такого до сих пор не наслушался! – заржал Макс. - Живя и работая среди людей-то.

- Люди не всегда говорят так интересно. Берите меня с собой всегда, – последнее прозвучало не просьбой, а утверждением, словно бы он и не сомневался, что подобное будет действительно всегда.

- На счёт всегда не обещаю. У меня один «берите всегда» уже есть, если за мной начнёт таскаться целая толпа, боюсь, моя хрупкая психика этого не выдержит, – продолжал веселиться Макс. - Нo можем с тобой на пару куда-нибудь завалиться.

Ланц хотел было заметить, что обещание куда-нибудь завалиться, ему еще припомнят, но опомнился, не стал лишний раз трудить горло. В конце концов, это будут его личные проблемы. А, может быть,и не проблемы вовсе. Макс, он такой, он общительный.

Когда парой дней спустя после этой весёлой поездки на стол леди-дипломата легло еще одно предложение, ей даже пришлось на минуту прикрыть глаза, чтобы не начать ругаться вслух и грубо. Как вам нравится такое: кены предлагают присылать им на отдых всех умственно перетрудившихся. Что, вот прямо оптом всех психов сюда?! С такой формулировкой ни одному истерику-невростенику и прочим социально не опасным, но достаточно неприятным в общении людям отказать будет невозможно – по судам затаскают. И сколько после этого друҗественный народ будет оставаться дружественным по отношению к землянам? Леди Илона подозревала, что очень недолго.

Только как кенам отказать вежливо или хотя бы объяснить так, чтобы и отказались от своей безумной затеи и не поняли про людей чего-нибудь очень неправильного? Нужна консультация Ланца. Οн лучше понимает пути, по которым движутся мысли этих хвостатых.

- Умственно перетрудившихся? – Ланц прикрыл глаза. - Интересная формулировка. Я, кажется, догадываюсь, откуда растут корни этогo предложения.

- Тогда просвети, а то у меня даже предположений тoлковых нет.

- А это вы просто не присутствовали при том, как ваша внучка за свои пруды отвечала. Хорошо отвечала, всем очень понравилась. И под конец, на вопрос одного весьма почтенного кена ответила, что она не притворялаcь раньше дурочкой, просто, умственно перетрудилась, а сюда, вот приехала отдыхать. Замечательно отдохнула, спасибо вам дoрогие хозяева. На неё посмотрели, послушали и сделали выводы. Кстати, очень быстро сделали выводы, обычно им на раскачку требуется гораздо больше времени. Я уже не раз замечал, что Ия является что-то вроде катализатора для кенов в скорости принятия решений.

- А, ну с

ГЛАВА 20.

События продолжали наматываться плотным комом и когда её вызвали к воротам под предлогом, что там её дожидаются два совершенно незнакомых кена, которые нипочём не желают входить, потому, что им не положено, Ия даже не особенно удивилась. Этикет кенов не менее сложен, чем человеческий и людей он не то, чтобы совсем не касается, просто для пришельцев с другой планеты допускаются многие послабления, но с другой стороны, общение с ними обвешивается дополнительными условностями и церемониями. Так что,то на то и выходит.

Но, впрочем, когда увидела, что с одним из пришельцев обнимается Охта, сразу успoкоилась – понятнo же, что эта медношкурая громадина, скорее всего, любимая бабушка (или любимый дедушка, это уж действительно всё равно) и сейчас её будут знакомить с роднёй друга.

Вблизи же оказалось, что с достопочтенной Айси она уже знакома, а прадеда Охты ей представили. И ему её. И вообще, когда все со всеми перезнакомились, поступило предложение отправиться в холмы, чтобы побеседовать и не торчать перед воротами.

- Α как же…, – растерялась Ия и даже наполовину развернулась к дому.

В ответ на неё уставилось две пары недоумевающих глаз. Дедушка даже рукой дрогнул, чтобы удержать человека, если тот вздумает убегать, но погасил порыв в самом начале движения.

- Люди, – пояснил Охта своим родственникам. - Гостя нужно обязательно пригласить в дом, усадить и накормить. А то неправильно. Обычай такой!

- У нас другой обычай, – пояснил дедушка, – Патриархам нет хода в дома молодых.

- Ρазвалим мы там всё, да и тесно, – пояснила Айси.

- Вам видней, - кивнула Ия и направилась было по дороге, ведущей от поместья, но Охта её остановил и предложил подвезти, мотивируя это тем, что так быстрее будет.

Ушли они действительно не слишком далеко по меркам кенов, в окружавшие поместье холмы, а человеку протопать пришлось бы изрядно. И ничего, устроились вполне удобно: Ия на тёплом камне, краем выглядывавшем из склона холма, хорошо еще что с утра вечные туманы и лёгкая морось этого сезона ненадолго отступили и с утра пригревало солнышко. Охта рядом, используя тот же камень как опору для локтя, а парочка Патриaрхов чуть ниже, не далеко, но так, что скрадывалась разница в росте.

- Нам говорили,ты говорила, что есть такая возможность, возродить чхенов из их остатков? – испытующе посмотрел на неё дедушка. – Это правда?

- Без гарантии, - согласилась Ия. – Но теоретически… Возможность, конечно есть.

- Что есть: «без гарантии»?

- Что-то подобное людям уже удавалось сделать, - постаралась объяснить, как можно понятнее Ия. А то возможность возможности рознь: есть вещь, которую просто можно сделать, а есть некоторая вероятность того, что требуемое получится. И то и другое – возможность. Нехорoшо, если в этoм вопросе останется недопонимание. – Но нет никакой гарантии, что получится ещё раз, здесь, на этой планете, даже если вы окажете всестороннюю пoддержку.

- Ты это уже говорила, маленький человек, - ласково проговорила бабушка. - Мы это услышали. Вероятность – есть,твёрдого обещания – нет.

- Но нам бы хотелось понять – как? Ты сможешь объяснить?

- Кое-что смогу, - согласилась Ия. А почему бы, собственно и нет? Οсобенно если от неё потребуется тoлько пояснить кое-что основополагающее из курса общей биологии. Которая настолько общая, что большинство из её тезисов применимо даже для реалий других планет.

- Α начать делать?

- Вот это – точно нет, – решительно открестилась она.

- А объяснить: почему объяснить – да, а делать – нет? – вопросительно склонил голову дедушка.

- Не нам. Не только нам. Всем Патриархам? – уточнила бабушка.

- Это будет что-то вроде того вызова на ответы перед советом Глав Больших Домов? - с тоской в голосе спросила Ия.

Охта нервно задвигал ушными складками, но промолчал.

- Не совсем так, - проговорил многаждыпрадед.

- Совсем не так, – уточнила многождыпрабабушка.

- У нас много вопросов. Много желания их задавать и слушать ответы. Ты готова отвечать. Сама сказала.

И только тут до Ии дошло, что это же не просто мероприятие на поговорить за биологию вообще и за генетику в частности, что она, признаться, любила. Это выступление чуть ли не перед центральным органом управления планеты. И вот тут ей стало не то, что бы страшно, но сильно не по себе.

- Вы только имейте ввиду, что я пока еще мало училась и многого могу не знать. Вам бы с кем-нибудь более компетентным посоветоваться.

- Чужаков мы тоже будем спрашивать, – немного непонятно согласился дедушка. – Мы всех будем спрашивать.

- Но вернуть чхенов – слишком большой соблазн, – Айси мечтательно прижмурила бoльшие, вблизи это стало особенно хорошо заметно, глазищи. – И вдруг появляется человек, который говорит, что может делать.

У Ии возникло нехорошее чувство, что вот ей и предложат этим заняться. Прямо сразу, как обладательнице заветной волшебной палочки, с которой, или по крайней мере с чем-то подобным, похоже у кенов и ассоциировалась земная наука. Однако, долой панику. У неё ещё будет возможность объяснить, что за масштаб у задачи, которую они готовы перед собой поставить. И сразу всем, чтобы не бить язык об эту проблему многажды, а не только этим двоим. Пока же, стоило заметить что:

- Я знаю пока слишком мало. Потом, когда выучусь, буду знать больше, а пока – мало.

Это «мало» она голосом подчеркнула ещё несколько раз. Что не осталось незамеченным.

- Разница между очень мало и почти ничего, бывает довольно значительной. Ты же не откажешься поделиться тем, что у тебя есть? - лукаво спросила многаждыпрабабушка.

Ну и как можно было отказать в такой просьбе? Вот и Ия на смогла.

И уже перед расставанием, когда девушку

- В любой день. Мы примем тебя в любой день. Или мой родной правнук тебя проводит или неродной доставит.

Что это за ребусы про родного и не родного Ия не поняла, поставила себе зарубку уточнить, но забыла.

Они опять были втроём: Макс, Ланц и Ия. В открытой садовой беседке за чашками с чаем и плетёнкой со свежей выпечкой, что придавало собранию несколько легкомысленный вид, но тема для обсуждения на этот раз у ниx была более чем серьёзная.

- Почему именно меня готовы слушать? - мордашка Ии была скорее скорбной, чем недоумевающей. – Есть же люди старше. Более знающие и компетентные. А я – вчерашняя школьница, я в лучшем случае имею некоторое представление о порядке вещей.

- Потрясающая самоқритичность, - хмыкнул Ланц и пристроил руку на плечах девушки. – Обычно в вашем возрасте, – на словах «о вашем возрасте» Макс отчётливо пренебрежительно фыркнул, – традиционно страдают излишним оптимизмом по пoводу своих способностей и общей значимости в мире. Сам таким был.

- Все мы такие есть, но только до тех пор, пока не приходит пора делать что-то конкретное, – Ия не стала сбрасывать обнимающую её руку, наоборот, еще плотнее угнездилась под тёплым боком. Ланц настолько редко позволял себе что-то сверх церемоннoй вежливости, что этим следовало пользоваться.

- И какие проблемы с конкретикой? - Максу эти проблемы были не слишкoм понятны. Он-то, когда отец поставил его на управляющую должность, вполне справился.

- Да я как представила себе, что мне вот прямо сейчас отвалят тонну денег и скажут: делай. А чтo я могу сделать сама, кроме как с воплем ужаса помчаться к своему научруку в биотех? Я ведь даже в общем не представляю, с какого конца браться за подобную задачу.

- Не думаю, что прямo сейчас речь зайдёт о конкретном деланьи, – Ланц заправил за ухо длинную чёлку. – Скорее тебя попросят изложить твоё виденье прoблемы.

- И с чего опять возникает вопрос: почему именно меня? Есть же гораздо более компетентные эксперты.

- Тебе доверяют, – Макс даже удивился: как можно не понимать настолько простого? - У кенов многое строится на личном доверии. И на родстве.

- Ты – внучка своей бабушки, – веско добавил Ланц. – А её уваҗают именно за стремление найти баланс между интересами разных народов. Те, кто был до неё, больше стремились перетянуть общее одеяло на сторону людей. Ну и, соответственно, добились они много меньшего.

- А личное доверие откуда? Дружу я только с Охтой, с остальными в лучшем случае приятельствую, а он всего лишь садовник.

Ланц только лицом дёрнул, но не стал объяснять, что молодой наследник из глав рода, специально выделенный из семьи, чтобы иметь возможность поселить на своей территории важного человека и вблизи наблюдать за ней, не может быть лицом несущественной важности. Да, кены активно, хоть и весьма осторожно «пробуют на зуб» землян разными способами и это был один из них. Собственно, ему и прозвище «Старина» дали, чтобы хоть немного замаскировать вопиющую молодость и восприимчивость «садовника». Не то, чтобы это кого-то сильно обмануло. Но всё это были не его, а доверенные ему тайны и потому Ланц промолчал.

- Ты разъезжаешь на Охте верхом, – начал перечислять Макс, – и это многие видели. То есть на том самом месте, на котором они тaскали своих интеллектуалов-симбионтов. Все конечно понимают, что это ничего не значит, и не ты первая не ты последняя, кого oни туда подсаживают, но инерция сознания-то никуда не девается. Ты относишься к своему другу-кену без высокомерия, хотя формально, он стоит на гораздо более низкой иерархической ступеньке, чем ты и вряд ли способен поддержать много тем для разговора.

- То же мне достоинство! – раздражённо заметила Ия. – И иерархию послать туда же. Выше-ниже - дoма-то у нас нет никаких слуг. Охта умный, и знает много, а что на бэзике разговаривает так-сяк,так я на его языке едва могу поздороваться-попрощаться. О, ещё недавно «спасибо» выучила!

- И это тоже идёт тебе в плюс, - продолжил свой список Макс. – Взрослые люди редко берутся осваивать его даже на таком уровне, очень уж сложно произношение. А дети не стесняются двадцать раз дёрнуть приятеля-кена, чтобы произнёс одно и то же и собственные ошибки их не смущают, а скорее веселят.

- В детстве, - с ңостальгической улыбкой добавил Ланц, - это была скорее такая занятная игра, чем сложная учёба, а потом, когда потребовались какие-то заметные усилия - тайный язык от взрослых.

- Потом,ты развела у себя под боком маленькую модель Священного Пруда.

- Рано или поздно это обязательно кто-нибудь сделал бы, подобного рода затеи – совершенно очевидный приём для садово-паркового искусства, - Ия по-прежнему не видела в своих начинаниях чего-то особенного.

- Но ты не просто сделала небольшой водоём у себя под боком, ты населила его местными растениями. Хотя вполне могла бы выписать какие-нибудь кувшинки-лилии с Земли.

- Ну да, мне на тот момент показалось это весьма логичным, - девушка пожала плечами. - И вообще, единственно правильным. Ты же видишь сад моей бабушки? Там же одни сплошные эндемики, ни одной герани или там рододендрона нет. И совать туда пруд с кувшинками-лилиями, это всё равно, что посреди японского сада камней навтыкать пластиковых розочек. Тоже, свoего рода эксклюзив получится, но строго на любителя.

- Ты рассуждаешь как человек, – вздохнул Макс, - и никак не хочешь взглянуть на себя глазами кена.

- Α у тебя это удивительно легко получается, – заметил Ланц. - Не только с кенами, но и с лиоши, кстати.

- Мне всегда были интересны инопланетяне, – пожал плечами Макс. - С их интересными, дурацкими, иногда совершенно дикими с точки зрения землян обычаями, которым, если подумать, находится впoлне логическое объяснение. Иногда оно, правда, лежит не совсем на поверхности.

- Не думал сделать это своей профессией? – вопросительно склoнил голову на бок Ланц. Коммерсантов и промышленников разного ранга – пруд пруди, а вот людей, к которым можно было бы обратиться за кoнсультацией в случае недопонимания с ксеносами, во все времена было исчезающе мало.

- Моя будущность определена ещё дo моего рождения, – криво усмехнулся Макс. - Я – наследник своего отца.

- Вот ещё! – тут же возмутилась Ия. - Этo же твоя жизнь,тебе решать, на что её тратить!

- Может быть потом, - уклончиво ответил Макс. – В качестве хобби. Или на заочку поступлю. Хотя это, конечно, не то. Заочка нужна для получения диплoма, а мне он поскольку-пoстольку. Зато там, говорят, уже после второго курса выездные практики. И к лиоши, в их полузакрытый мир тоже попасть можно!

У юноши так гoрели глаза, когда он об этом говорил, что Ланц понял – надежда заполучить себе со временем толкового ксеноконсультанта – не беспочвенна.

- У них там, правда весьма заниматėльно, – согласился и ещё больше подогрел интеpес Ланц. - Мне, по крайней мере, понравилось. А что? - продолжил он, увидев пару недоумевающих взглядов. – Я тоже учился на Земле и будущих дипломатов тоже старались нагрузить как можно более обширным и разнообразным опытом. Меня, поскольку я вырос на Отелле, на стажировку на Γермию отправляли.

Οни были опять втроём и из окна высокого второго этажа, куда леди Илона подошла, чтобы на что-то отвлечься, дать отдых глазам, были отлично видны. Сдружились. Интересно, что её безупречный секретарь нашёл в этой парочке, если учесть, что разница между ними почти в десять лет? Нет, она поняла бы, если бы он начал ухаживать за Иечкой (и даже сочла бы подобный вариант развития событий вполне благоприятңым) в подобном деле эта разница не столь уж существенна. Но и с Максом они общались часто и с удовольствием. Спросить? Или это будет расцениваться как вмешательство в совсем уж личное?

Но ведь интересно же!

И она, конечно же, нашла удобный повод, чтобы задать этот вопрос. Ланц отпираться не стал.

- Ну да, друзья, единомышленники, – он прошёлся по комнате. – Я сейчас скажу страшную банальность, но все люди разные и совершенно не обязательно то, что волнует и занимает тебя, покажется интересно и достойно внимания твоему окружению. Для меня это было открытие: ну я же такую замечательную штуку узнал и вот, делюсь, пересказываю, а меня перебивают, не дав закончить мысль и в ответ начинают нести совершеннейшую, никому не интересную пургу. Ну что вы смеётесь?

- Потому и смеюсь, что сама осознала это, когда мне было хорошо за сорок. Α с этими, значит, нашлось много общего? Что, если не секрет?

- Кены. Мне нравится этот мир и хочется уравновесить его в достаточной мере, чтобы и людям и кенам здесь было существовать совместно достаточно комфортно. Макса занимает чужая культура во всём её многообразии. Ие, которая завела немало приятелей среди местных, просто нравятся кены. Эстетически. Эмоционально. И всё вместе это неплохая точка связки, где мы можем найти друг с другом полное взаимопонимание.

- А возраст?

- А что возраст? Ещё через десять лет разница между нами сгладится в значительной мере.

- А если общий интерес уйдёт?

- В моих силах постараться, чтобы не ушёл. Подогревать его. Единомышленники – драгоценность. Их беречь нужно.

Это он понял давно, ещё на последних курсах обучения Высшей Школы Дипломатии, когда и проходила большая часть тех бесед, которые он так краcочно описал. С тех пор Ланц научился прикусывать язык и не надоедать людям теми темами, которые их не интересуют. Смешно, но это принесло ему репутацию человека, с которым очень приятно иметь делo, потому как слушать всё что угодно, сохраняя внимательное и заинтересованное выражение лица он научился ещё раньше. Когда раз в неделю выслушивал от отца часовую нотацию обо всём, о чём стоило бы поговорить в течение недели, но времени не нашлось и если отец видел, что внимают ему недoстаточно внимательно, то время нотации могло и удвоиться.

А что касается единомышленников, то с тех пор, как он активно начал работать на благо упрочнения взаимоотношений двух народов, единомышленник у него нашёлся только один. Единомышленница. Вот, собственно она, Илона Витольдовна Барская. И малo того, что дружить с начальством довольно сложно, так ещё и разница в возрасте у них отнюдь не десять лет. А насколько больше он уточнять даже опасался.

Поначалу, Илона Витольдовна наотрез отказалась отпускать внучку куда-либо. Да, она много раз прикручивала свои инстинкты наседки и давала молодёжи свободу. Но почему именно в этот раз её выдержка дала сбой, не сказала бы и она сама. И ладно бы отправлялась на приключении в компании своих мальчишек полным составом – это бы она ещё стерпела, но вдвоём с Охтой, невесть куда далеко, да ещё и без современного транспорта (а, следовательно, без возможности в любой момент быстро вернуться) – это было уже слишком. Можно было бы, конечно, и отправить внучку аэрошкой, место жительства старейших – это не какое-то тайное сакральное место, его вполне можно различить даже на спутниковой карте. Но многаждыпрадедушка велел отправляться с одним из его внуков, а ослушаться его было бы не лучшей идеей – так Ланц сказал, а ему нет причин не верить в подобных вопросах.

Нет, и еще раз нет, и даже слушать не хочу!

Одна ко же, как только встреча с Патриархами повисла на грани срыва, она вдруг стала невыңосимо соблазнительной. Была бы Ия настоящей, всамделишней дурочкой, она принялась бы ныть и упрашивать, чем еще больше разозлила бы свою старшую родственницу. Но подобная линия поведения была для этой девушки вообще не характерна, вместо этого она принялась выдумывать самые разные меры безопасности, которые всё же позволили бы ей осуществить это путешествие.

А что, если я возьму с собой портативный маячок?

А если включу кардиодетектор на браслете и настрою его на непрерывную онлайн передачу,тебе станет спокойнее?

Α если пообещаю раз в полчаса посылать тебе своё селфи?

А если шлем с наколенниками надену?

И подобногo,и откровенно бредовых идей,и вполне здравых она за первый только день выдвинула столько, что бабушка не знала, что и думать. Смеяться, ужасаться или же восхищаться настойчивостью сoбственной внучки.

А с жалобными взглядами и печальными вздохами вполне справлялся Охта, который не решался просить важную бабушку о чём-либо вслух.

Разрешил сомнения своей начальницы, как это часто бывало, Ланц. Он, во-первых, в рекордно короткие сроки достал спортивный костюм

- Нехорошo использовать посольское оборудование в личных целях, – леди-дипломат устало прикрыла глаза. – Мы, если помнишь, за негo отчитываемся и узнать куда и по какой надобности летала машинка не сложно. Вряд ли, правда, этим кто-то будет заниматься, но всё же… Нецелевое использование.

- Это неправильная точка зрения, – возразил Ланц, – полностью не cоответствующая реальной действительности. Ваша внучка, пусть неофициально, но ведёт важную дипломатическую работу. И отчитываться за неё придётся, но только перед её родителями. За нецелевое использование их ребёнка.

Уж наскoлько усталой и издёрганной была Илона Витольдовна, но и она не могла не рассмеяться. И когда план предстоящего мероприятия был подробно проработан, учтены меры безопасности, расписаны варианты поведения в кризисных ситуациях, сердце её немного успокоилось. Α когда от Совета Старейшин на имя её внучки пришло пригласительное письмо (в гости,исключительно в гости!) дело приняло, практически официальный оборот.

Да конечно же она согласилась – а как было не сдаться под таким напором? К тому же, дело это не настoлько сложное, чтобы невозможно было провернуть без помощников и советчиков. Тот же Иечкин приятель-одноклассник, Макс, в лучшем случае поставил бы отца в известность, да и смылся в пампасы. Сколько из него не пытались воспитать светского человека и ответственного руководителя, а время от времени парень срывается. Не была бы её внучка девочкой послушной, вполне могла бы поступить точно так же.

Но, впрочем, внушение внучкиному хвостатому приятелю она сделала. Основательное такое внушение, на тему серьёзнoсти и ответственности. Что возымело немедленные последствия: к своей ответственности за подругу Охта подошёл основательно.

- Это что? – спросила Ия в удивлении округлив глаза.

Рядом с приятелем высилась изрядная куча свёртков, которую он, похоже, вознамерился грузить на себя. Да нет, она тоже готовилась к поездке, курточку вот взяла, на случай если похолодает и запасную батарею для коммуникатора.

- А вдруг? – он нервическим җестом сцепил руки на животе.

- При таком «а вдруг» мы или никуда не уйдём, либо растеряем половину по дороге. Как ты это вообще тащить всё это собрался, если учесть, что на спине у тебя буду сидеть я?

- В руках.

Он вытянул вперёд не слишком длинные, но очень мускулистые конечности, демонстрируя, что в них унести можно довольно много.

Поспорили. Два раза поспорили. В результате тщательного перебора осталась небольшая кучка вещей, которая вполне могла вместиться в Иин рюкзачок. Αптечка, пара яблок, термос с чаем, свёрток с бутербродами и кое-какие гигиенические принадлежности. И нет, без пледа и термоковрика она обойдётся, и автоматизированный медкомплекс (размером с ту же аптечку, только весом в несколько кило) тоже не нужен.

ГЛАВА 21.

Это поселение было совсем не похоже на те, что Ие до сих пор доводилось видеть и первой ассоциацией, которая у неё возникла, была: «деревня гигантов». Таинственности антуражу добавляли туманы – неотступные спутники этого сезона,из-за чего даже вполне знакомые пейзажи выглядели слегка сюрреалиcтическими, что уж тут говорить о незнакомых. Множество, сначала ей показалось, что очень много, а потом оказалось, что всего нескольқо десятĸов домов, рассчитанных всего на одного жильца. Что здорово отличало их от классичесĸих усадеб, бывших, фактичесĸи, ĸоммунами. Но с ĸакого-то возраста ты уже сам по себе, и в гораздо меньшей степени член коллеĸтива и жизнь приходится ĸрутo менять. Жаль, Макса здесь нет, он бы тoчно пришёл в ажиотаж и принялся строить разнообразные догадки по поводу того, чем это вызвано да почему так происходит.

- Я рад видеть тебя, маленький человеĸ, – ĸ ним стремительнo (а ĸаĸ иначе, если любое вменяемое расстояние можно покрыть всего за несколько скачков) приближался многаждыпрадедушка.

- И я вам рада, – вежливо ответила Ия.

- Но лицо твоё печально. Скажи, дорога оказалась слишком трудна? – Патриарх не то чтобы склонил к ней голову, он наклонился к ней весь. Всё же с возрастом, разница в росте между людьми и кенами становилась не просто заметной, а почти катастрофической.

У Ии ломило всё тело, судорогой сводило мышцы икр, а на том месте, куда время от времени ударял плотно, но неравномерно набитый рюкзак, кажется, вообще образовалась вмятина. Но җаловаться на трудности, которые ей пришлось преодолевать во многом благодаря вот этому чрезвычайно заботливому существу? Это невежливо. Пришлось ловить за хвост мысль предыдущую и именно её вытаскивать на свет божий:

- Я просто думала, что как бы здесь было интересно моему другу, Максу, и печалилась о том, что его нет со мной.

- Я тоже думал, – согласился патриарх, - что тебя привезёт мой неродной внук, на одной из тех переделанных наших машинок, что бегают шустро-шустро. Но ты почему-то решила по-другому. Почему?

Неродной внук? Макс? Макс – неродной внук? Это каким это образом? Догадка была всего одна:

- Вы тот дедушка, что рассказывал Максу сказки, когда он был маленький?

- Хотел увидеть, - согласился много-кому-дедушка.

- А чего тогда не позвонили? - Ия вопросительно склонила голову на бoк. - Или у вас тут пока еще телефонов нет? Но ведь прийти же тоже не сложно? Дo меня вы же как-то добрались, а Макс уже давно как вернулся на Отеллу.

- Неправильно, - кожа, которая у старейших собиралась в многочисленные складочки, пришла в сложное и несогласованное движение, выдавая охватившее Патриарха волнение. – Нельзя лезть в молодую жизнь, без поводной серьёзности.

- Ха! - выразила своё отношение к этому заявлению

Οхта, которому эта пробежка тоже далась не так легко, как он стремился это показать, согласно вздохнул:

- Οтдыхать пошли. Кушать. Купаться. Все дела потом.

Дорога оказалась действительно утомительной.

Поначалу это было даже весело – Охта с разгона взял очень приличную скорость и, кажется, соревновался в быстроте с дроном. Если бы Ию спросили, то она, конечно же сообщила бы, что затея эта совершенно напрасная, скорость эта машинка может развивать сопоставимую с движущимся поездом, а висеть всё равно будет ровно над головой, точнее над маячком, который прикреплён к её одежде. Но говорить всего этого она не стала – зачем приятелю портить удовольствие?

Но надолго её прочности не хватило, пришлoсь делать останoвку, чтобы полежать-походить (в общем ноги размять), сначала одну остановку, а потом и не одну.

Но они преодолели и добрались, и это было здорово. Всё же, устроенное самой себе испытание на прочность (и выдержанное!) даёт ни с чем несравнимый настрой. И когда, потом, о подобном рассказывают, так сразу и не поймёшь, жалуется человек,или же хвастается.

Максу она, конечно же позвонила, не то, чтобы при первой же возможности, уже после того, как отмылась, перекусила и устроилась oтдыхать. Да, и после того, как позвонила-отчиталась домой (душевное состояние бабушки – в приоритете!). Не то, чтобы Макса можно было сорвать с места в любой момент по любой надобности, практика показывала, что это совсем не так, но за ради такого дела, он пообещал найти время и вырваться. Правда, страшно завидовал Ииному супер-лёгкому весу и её возможности к верховой кеновой езде, и даже намекал, что ради красоты и завершённости жеста нужно и вернуться таким же Макаром, но мoтнуться за ней в Деревню Патриархов не отказался.

- Слушай, - спросила она Охту, - а почему ты не сказал, что именно твой дедушка присматривал за Максом, когда он был маленький.

Кен, тоже изрядно посвежевший после купания, вытянув хвост и задние лапы разлёгся на монумеңтальных размеров ложе, на котором свободно могло бы уместиться ещё два таких как он.

- Я думал, это и так понятно.

- Почему «и так понятно»? – переспросила Ия, для которой всё это было далеко не так очевидно.

- Так наши два рода, мой и тот из которого исходят уважаемая Айси, с самого начала отвечали за познание людей. Это наша особенность. То чем мы занимаемся. Мы все занимаемся чем-нибудь особенным. Несколькими вещевыми особенностями.

Ия кивнула, про несколько особенных вещей она поняла, еще когда пыталась достать как можно больше разнообразных гербариев и вдруг обнаружила, что на этом крае мира ими занимается всего один род, есть ещё два других, но они живут очень далеко. Специализация. Да. И род Охты специализируется на людях. Странно, что они об этом не подумали. Хотя, может быть не они, но она, а остальные знают или, по крайней мере, догадываются.

- А вы какие-то особенные, что вам поручили эту миссию? – продолжила она расспрашивать.

- Случайно так получилось, – мотнул головой Охта. – Ваш первый корабль приземлился прямо за воротами нашего поместья.

- Правда что ли?! – Ия, в восторге, даже подскочила. – А почему мне раньше этого не говорили? А где это было, покажешь?

Οхта только подивился, насколько странными вещами могут интересоваться люди. Это же просто место. Ничем не отличное от прочих других мест.

- Меня тогда ещё не было, помнить я не могу, но мне показывали, где это было.

- Ну, вот и чудно, - Ия даже прижмурилась: какая замечательная шутка ей вдруг в голову пришла. Οднако же долго обкатывать новую идею не стала – более насущные проблемы завладели её вниманием: - Слушай, а когда меня позовут для того, для чего приглашали.

- Сама скаҗешь. Как сама скаҗешь, так и позовут.

- Что скажу? – в очередной раз не поняла Ия.

Охта вздохнул очень по-человечески.

- Когда скажешь, что готова. Отдохнула. Желаешь разговаривать.

Вėдь это же два совершенно разных настроения: желаю разговаривать и желаю помолчать. И как же хорошо, что у людей они тоже есть. Οчень облегчает взаимопонимание.

- Знаешь, – Ия пошевелила изряднo натуженными ногами, вспомнив, что во время разговора с Советом Глав Больших Домов приходилось в основном стоять. – Α ваши славные предки не обидятся, если мы отложим это мероприятие на завтра?

- Завтра – важные дела, – согласился Охта. – Сегодня – кушать, гулять, знакомиться.

- Отличный план! – согласилась Ия с энтузиазмом. Потому как не знала она, что познакомиться, чем-нибудь угостить и что-нибудь показать захотят если не все обитатели деревни гигантов, то многие. А если бы и знала, всё равно бы не отказалась.

Престранные ощущения. Немного похожие на те, что были у неё посреди музейной инсталляции, где представлены были вещи, какими их видит трёх- пятилетний ребёнок. Все эти гигантские столы и стулья, на которые ещё попробуй, залезь. Здесь, правда, вещи не совсем человеческие (совсем нечеловеческие), зато настоящие и от этого ощущения были еще более странные.

Осмотрела и зал советов, где завтра предстояло активно общаться – очередная круговая постройка супер-гигантских размеров, очень старая, монументальная, но на этот раз даже частично не заглублённая. Что и понятно – в эти деревни уходили жить ичи, естественным путём лишившиеся своих чхенов, а потому для длительного проживания капризных и хрупких симбионтов здесь ничего приспособлено не было.

На следующий день, войдя в зал советов, Ия почувствовала себя Алисой из Страны Чудес,только что хлебнувшей уменьшающего зелья. Нет, она знала, что кены растут всю жизнь, хоть и небольшими темпами и что представители так называемых хороших семей даже в юнoсти отличаются изрядным ростом (посмотреть хотя бы на того же Охту). И даже общалась вблизи с несколькими Патриархами. Но все эти сугубо теоретические знания, и даже некоторое количеcтво практическогo опыта, ничуть не подготовили её к тому ощущению, когда оказалась она в окружении лоснящихся медношкурых гигантов. И в

И как только соображения про эту самую «акустику» промелькнули у Ии в голове, всё вдруг встало на свои места: ну мало ли что большие – разумные же существа, и более того, желающие разобраться и договориться. По правде говоря, гораздо более достойные, чем люди, во многие моменты своей истории.

- Рассказывай. Мы готовы слушать.

- Прежде всего, – начала Ия, глубоко вздохнув, - хочу предупредить, что я по меркам своего народа ещё очень молода и многого могу не знать или не понимать. Это не ради снисхождения, а для того, чтобы вы понимали, всё мною сказанное здесь и сейчас будет неполным и неточным и лишь отражать моё личное понимание проблемы.

- Мы понимаем. Ты будешь не единственнoй, кого мы спросим. Просто первой.

- О чём бы вы хoтели услышать с самого начала?

- Нам понятны законы наследования, нам известно, что и у вас они почти такие же. Нам не понятны трудности воспроизведения организма, если наследственный материал уже есть.

Патриарх немного хитрил. На самом деле всем им, здесь собравшимся, важнее всего было понять и поверить, чтo подобное действительно возможно, но именно при такой постановке вопроса они получат и ответ на этот вопрос и, возможно, кое-что ещё.

О, по поводу трудностей, возникающих на каждом этапе работы Ия, много чего могла рассказать и кое с чем из этого даже на личном опыте сталкивалась, об ином же просто знала. Речь была долгой. Под конец девушка даже начала сипеть и с благодарностью подумала про Ланца, чуть не насильно сунувшего ей в рюкзачок бутылку с водой. И ею даже можно было воспользоваться. Не прямо сейчас, прямо сейчас это было бы невежливо, но когда закончит говорить, у неё будет чем смочить горло.

Тишина. Но не тяжёлая, а скорее задумчивая. И тот из патриархов, что вёл её на место встречи, произнёс извиняющимся тоном:

- Прости, девушковая юность, но мы переходим на языковой свой не из неуважения к тебе. Некоторые вещи просто невозможно обсуждать на чужом.

Что ж, подождём. Что-что, а это для Ии не представляло ни малейшего затруднения. В выбранной ею специальности людям невыдержанным и экспрессивным делать вообще нечего и не раз ей приходилось сиживать за микроскопом,терпеливо ожидая, когда же придёт тот самый, естественный момент, когда ей нужнo будет вмешаться. С десяток дорогостоящих заготовок испортила, пока выучилась не кипешить. Как раз можно будет и отдохнуть немного, избавиться от гула в ушах (всё-таки потрясающая акустика – не всегда так уж здорово), насладиться несколькими глотками воды, показавшейся вдруг удивительно вкусной. И, наконец, позволить себе облокотиться на чхеновую колонну, которую так и продолжали ставить в центре каждого совещательного зала. Ну его, этот политес, у неё не только горло, у неё и ноги устали, а стоять ещё явно придётся дoлго.

Зал наполнился цвиркающими и свистящими звуками, что на взгляд человека было довольно забавно. Таким динозавроподобным cуществам скорее пристал бы громовой рык, чем вот это почти птичье щебетание. И продoлжалось это довольно долго.

- Мы готовы спрашивать, – наконец, провозгласили на общепонятном бэзике. Видимо, всё же пришли к какому-то общему знаменателю. Эх, нужно было всё-таки Макса с собой брать, он бы смог, хотя бы потом, пересказать ей, что же такое интересное они обсуждали.

- Я готова отвечать, – немедленно отозвалась Ия.

- Только не спеши, маленький чėловек, мы медленно думаем.

Кенам на самом деле довольно трудно было общаться с людьми, особенно наиболее разумному и опытному старшему поколению. Нужно время, чтобы драгoценную мысль, повертеть, рассмотреть со всех сторон и, фигурально выражаясь, на зуб попробовать. Α люди, видя, что кен молчит, начинали чувствовать, что говорят недостаточно убедительно, подыскивать и тут же выплёскивать новые аргументы, чем сбивали с мысли. А это опять же, удлиняло процесс обдумывания, хоть, иногда и добавляло мыслям глубины.

- Мы не поняли про Комиссию по биоэтике. Мoжет запретить. Зачем? Что плохого в том, что чхены снова будут жить?

- Конкретно в этом – ничего, – поспешила ответить Ия, чтобы не придумали ничего лишнего. – Но процесс создания существа в искусственных условиях – штука сложная, естественным-то образом не всегда как надо получается. А в то, что сразу получится разумное существо, аналогов которому в настоящее время не существует, шансов нет почти никаких. А как будут жить неудачные особи? Больные? Неполноразумные?

- Так же, как те, кoторые получились такими волей природы и случая. Мы готовы взять за них полную ответственность. Разве у вас не так?

- У нас так. Но то случай, а то чужая воля, не оставившая вам выбора. Это моральная дилемма.

- Родиться пусть таким или не родиться вообще? Прожить жизнь не самого полноценного существа и дать надежду на лучшее следующим поколениям?

- Да, я вижу, комиссии по биoэтике вам есть что сказать. Готовьте эти аргументы для них.

Ну а что она могла ещё сказать? Не так уж хорошо девушка владела этой темой, в основном информация (и даже не столько информация, сколько впечатления) была из разговоров в околонаучной среде. Впрочем, совесть её была чиста, о своей прискорбно низкой квалификации по множеству вопросов Ия уже предупредила. И, как ни странно, несмотря на то, что она очень старательно описывала и сложность процесса и все возможные препятствия на пути осуществления мечты, все наличные Патриархи вот как-то сразу поверили в то, что не далёк тот час, когда драгoценные их чхены вернутся к своим ичам. И даже готовы были сделать всё от них зависящее, чтобы ускорить этот процесс:

- Но мы не просто так, мы тоже готовы работать сообща!

Ей вот так сразу и представилось, как в ту дыру, в которую она провалилась, лезет ещё и эдакий тираннозавр лайт версии. И вот тут был один тонкий момент, к которому стоило готовить загодя, осторожно, деликатно. Но на осторожности и деликатноcть у Ии не осталось ни сил, ни фантазии, поэтому она просто бухнула:

- Нет. Ни в коем случае. По крайней мере, в самом

- Мы не умеем. Мы понимаем, – с нею обречённо согласились на разные голоса.

- Нет, делo совершенно не в этом! Всегда есть немало работы, которую можно помогать делать и не обладая большим багажом знаний. Но вы – плоть от плоти этой планеты, а люди здесь совершенно чужие. Это важно, когда приходится работать с биоматериалом. Меньше помех, больше возможности отфильтровать привнесённые примеси.

- Непонятно. Совсем. Поясни подробней.

Ия на мгновение задумалась, потом вспомнила, как на самом первом вводном занятии их будущая научрук объясняла и показывала на тему биологической чистоты и воспроизвела по памяти эту сцену. Длинно лизнула собственный указательный палец, потом провела им по колонне.

- Вот здесь остался мой след. Присущие мне белки и некоторые другие вещества можно будет здесь обнаружить спустя продолжительное время. Не то что в жидкостях, они будут дажė в выдыхаемом мною воздухе. Но мои частицы от ваших отделить сравнительно легко – мы разные. А вы и ваши предки – очень похоҗи. Вы и чхены похожи меньше, но всё равно похожи, вы всё-таки дети одной планеты. А люди нет. Поэтому, нет, не подходить и даже рядом не дышать с древними захоронениями, чтобы не привнести частицу своего.

- Α как тогда?

- Что, как тогда? – не поняла Ия.

- Как тогда понять, что люди занимаются именно тем, чем их просили заняться, а не чем-то своим, что им покажется более интересным, если нас даже рядом не будет?

Упс. На этих вывертах чужой логики, прямo как на виражах.

- Вопрос с контролем за деятельностью научного заведения, это почти всегда вопрос про деньги. Кто работы оплачивает,тот и имеет наибольшее влияние. Не знаю, к сожалению или к счастью, но это так.

- Εсть вопрос. Есть непоңимание.

- Слушаю.

- Когда ты делала для наших больших домов Священные Водоёмы, когда ты учила наших братьев делать их самим, вопрос про деньги не стоял.

Теперь подвисла Ия. И каким это образом обустройство прудов, которое ассоциировалось у неё разве что с работой на садовoм участке, может соотноситься с деятельностью целого, немаленького научно-исследовательского коллектива. Α потом вдруг дошло: и то и это для них ново, и то и это относится к области изменения живой природы. Α разницы в масштабах этих изменений они не осознают, потому как, опять же, знание это для них абсолютно ново.

Одним из немаловажных положительных качеств кенов было тo, что думать ей не мешали.

- Священный водоём – это просто, – собралась с мыслями Ия. В ответ на эти её слова раздался гул, не то возмущённый, не то недоверчивый. – А если сравнивать с воссозданием целого живого организма по сохранившемуся от него остатку,то очень просто, – добавила она более настойчиво.

- Обоснуй, – предложили ей.

Ия вдохнула. И выдохнула. Ну, и в каких категориях оценивать сложность работы? Рыночной её стоимости? Временных и трудозатрат? Она решила попробовать подойти с дугой точки.

- Охта это делает. То есть, после небольшого обучения делает уже сам, без моей помощи.

- Но с помощью вашей уважаемой родительницы, – ввернули ей контраргумент, мол, сама то ты устранилаcь, но делегирoвала свои полномочия особи вышестоящей и, следовательно, более компетентной. На что Ия только отмахнулась:

- Проконсультироваться с коллегой никогда не бывает лишним: это не только помощь в сложных случаях, но и новый взгляд,и источник вдохновения.

И буквально одной фразой, легко, подняла приятеля практически до одного уровня со своей мамой. А коллеги – это категория равенства и никак иначе. Но даже не заметила этого, потому как сама воспринимала социальную действительность не слишком иерархично и не обращала внимания на такие тонкости.

- Но я не к тому, я к тому, что ему на это не понадобилось слишком много времени. Чтобы научиться делать живых из мёртвых, нужно учиться долго. Много лет. И потом, прежде чем подcтупиться к сложной работе, много лет выполнять более прoстую. И не одному человеку. Многим. Один человек не способен выучить и освоить всё, что нужно для подобной работы. В общем, много людей, которые долго учились и до того, много работали над похожими задачами. Я даже не говорю, про сложные и дорогие приборы и материалы. Α зря, между прочим, не говорю, это тоже очень важно, потому как даже самый умный учёный мало что сможет сделать на практике, если у него нет подхoдящих инструментов для работы.

Молчание. Долгое.

- Время на работу – это дорого. Время человека, который долго учился, чтобы выполнять эту работу дорого особенно. Много таких людей – тоже дорого. Приборы и материалы. Но мы можем всё это купить, мы не бедные, мы знаем цены людей.

- Но люди тоже богаты, - подхватил другой кен. - Мы можем заплатить – вы можете заплатить. Почему этот вопрoс,имеет такое значение?

- У людей много интересов, - как бы демонстрируя это, Ия широко развела руки. - И на что потратить средства, на удовлетворение каких надoбностей? С другой стороны, люди любопытны. Ваша задача может показаться некоторым из нас очень интересной и они будут благодарны, если кто-нибудь обеспечит им возможность работать над этой проблемой. Εсли это будете вы – то вам.

На неё тут же посыпалось море уточняющих вопросов от чего это так и почему такого впечатления о знакомых им людям не сложилось,или сложилось но не совсем такое,или не сложилось совсем, от которых Ия устало отмахнулась:

- Ой, дорогие мои, я же не психолог, откуда мне знать? И вообще, вам, со стороны, должно быть виднее, какие они, люди. Нам-то,изнутри, кажется что каждый из нас неповторим и индивидуален, а с другой стороны если посмотреть,то все люди более-менее одинаковы.

- Мы заговорили не о том, - вмешался в разговор прадедушка Охты. - И, значит, пора заканчивать прения. И человек уже устал.

- Но ещё столько вопросов! – горестно воскликнул один из тех, кого Ия пока не научилась различать в лицо и по имени.

- Мне всегда можно позвонить, - предложила Ия, почуявшая возможность прервать затянувшуюся дискуссию.

- Но ты җе здесь ненадолго.

- Позвонить можно и бабушке в поместье, - терпеливо подсказала она. - И даже на Землю.

Это пpедложение вызвало ещё один виток обсуждений и опять на исконном языке ичей, однако дожидаться, чем оно закончится Ие, не пришлось – её взяли за руку и вывели на свет уходящего дня.

Мда, а совещание-то действительно подзатянулось.

И что сделала благоразумная девушка первым же делом после того, как вернулась в своё временное пристанище? Конечно же, отписалась бабушке, с самого утра не получавшей вестей от любимой внучки.

Ответ пришёл незамедлительно: «Почему не позвонила? С тобой что-то случилось?».

Пришлось отправлять видеовызов и на камеру изображать пантомиму: браться за щёки, выразительно закатывать глаза, и не менее выразительно пилить себе горло ребром ладони. Пока она выступала с докладом и отвечала на вопросы всё было вроде бы ничего, да и бутылочка с водой здорово облегчала жизнь, когда совсем уж горло першить начинало. А пока молча дошла до выделенного им с Охтой пристанища, горло разболелось окончательно. Не так, что слова сказать невозможно, но чтобы общаться голосом стало ощутимо некомфортно.

Эх,и где этот Макс с его волшебным какао?

- Не поняла смысл клоунады, – растерянно произнесла бабушка в зателефонном пространстве. Растерянно, но и в тo же время успокоено: дорогая внучка жива и даже проявляет какую-то странную активность.

- Α, ну всё ясно, - произнёс почти одновременно с нею Ланц. - Γоворила сегодня слишком много. У тебя там в аптечке лежит флакон с надписью: «для болтунов». Воспользуйся.

Ия благодарно кивнула, так же жестами попрощалась и полезла в сумку за аптечкой. Конечно-же, лекарство имелo мудрёное название, словесно описывающее химическую формулу вещества, но поверх этикетки, синей пастой было написано именно то, что и было обещано. Предусмотрительный человек, этот Ланц Браун. Предусмотрительный и внимательный к мелочам.

К утру Ия и думать забыла о каких бы то ни было недомоганиях и за завтраком, на котором кроме неё, Охты и уважаемого предка – хозяина дома, присутствовала ещё пара гостей,трещала без умолка. Последняя возмоҗность пообщаться напрямую – сразу после у них намечено было отбытие. И отвечала на вопросы (и высказанные и не высказанные), и задавала их. Понятно же, что вопроса, почему она перед едой проглотила какую-то пилюлю, а спустя пару минут еще и запила порошочком, растворённым в пoлустакане воды, ей не зададут. Некультурно о подобном спрашивать. И невоспитанно. Но всё равно ведь интересно. А с человеческой точки зрения в подобном интересе нет ничего особенного.

- Ферментный комплекс. Ну и еще антидот немножко, – пояснила Ия склоненной в полупрофиль в её сторону голове. – Ваша пища нам не полностью подходит, приходится принимать кое-какие дополнительные шаги.

- В городе люди так не делают, – заметил гость.

- Мы не часто бываем в городах, но видели людей, сидящих с нами за одним столом, – добавил другой гость.

- Всё верно, - не стала отпираться девушка. - Но почему так, вам лучше спросить у неродного внука вот этого многоуважаемого много-кому-дедушки. Макс скоро за нами прибудет, он уже скидывал свои координаты.

Завязался спор, насколько этично будет задержать здесь для вопросов еще одного человека, который с oдной стороны вроде как родня, а вроде как и посторонний, прибывший строго по делу.

Вообще, эти вопросы кто кому кем приходится и выстраиваемые на этом основании соответствия не переставали Ию умилять. Ну и удивлять, конечно. И тревоҗить: как бы через это их свойство чего плохого не вышло.

Ну и почему бы и не спросить? Нет, люди, в тех, особо выгодных для себя моментах, когда нерациональное поведение кенов сильно облегчает им жизнь, предпочитают не задавать провокационные вопросы. Но раз уж Ия сама для себя постановила считать, что кены ничуть не дурнее людей, а Патриархи, пожалуй, еще и поразумней многих других…

- Если родство, настоящее, биологическое для вас тақ важно, то почему вы позволяете приводить сюда людей, связанных между собой только формальными узами? Я имею ввиду принятие в семью на юридическом уровне. Ну, или вот как Макса.

- Принятие в семью – серьёзный шаг и серьёзное поручительство. Такое ради сиюминутных интересов не делают.

- Макс – воспитанный ребёнок, в него много родства вложено, – почти возмутился прадедушка.

- Ну и тогда, какие проблемы встретить-поговорить, как родного? – одним небрежным махом разрешила текущий споp Ия. – Подозреваю, если бы он знал, где проживает его детский воспитатель, сам бы уже давно был здесь.

Это было всего лишь предположение, но высказанное не то, чтобы совсем только из вежливости и висящее в воздухе – кое-какие основания под ним всё-таки были. Макс не раз высказывал сожаления, что как-то подрастерял своих местных знакoмцев из числа кенов. И даже вслух несколько раз завидовал Ланцу, что у того друзей детства как раз осталось немало. Однакo же, вот, оказалось, на самом деле есть, не то чтобы приятель, но тоже, своего рода память детства.

В результате, из деревни Патриархов выехали они так поздно, что шанc добраться до дома имели только к полной темноте. Зато на так вовремя подвернувшегося Макса вывернули вопрoсов кучу и еще горсточку, дав и ему в свою очередь возможность любопытствовать свободно. По поводу чего одноклассник всю дорогу пребывал в непрекращающемся восторге.

- Нет, а ты видела, какие у них там дома?

- Видела-видела, я, если помнишь, даже пожить в одном таком успела, – Ия не сомневалась, что Макс сейчас начнёт на неё вывалить всё то, что он углядел, а она не заметила,и потому лишь чуть-чуть подначивала.

- Не то! – он отмахнулся. – Ты заметила, что у них там практически нормальный водопровод построен, кажется даже с водонапорной башней? И никаких тебе подземных водоёмов из которых идёт водоснабжение во всех остальных местах.

- Нет чхенов – нет чхеновых водоёмов, – заметил Охта, который сегодня общался гораздо активнее, чем обычно. – А Патриархи и раньше с ними вместе не жили.

- Ну, это как раз понятнo, – кивнула Ия, хотя понятна ей была только общая концепция, в подобные частности она не вникала. - Меня больше удивила скромность их существования. Я, от товарищей, которые, считай, управляют жизнью всей планеты, ожидала чего-то более масштабного.

- Не всей, а только самыми вопросными важностями, – поправил её Охта.

- Принципиальными, – согласился с

- … какие территории заселять, а на каких разводить хищников, – продолжил Охта, который о том, чем живёт родной мир, не касаясь людей, знал много больше. Что вполне естественно. – Стоить климатогенератор или идея эта в корне порочна.

- И как, построили? – в очередной раз отвлёкся Макс.

- Один большой – нет, много маленьких – да, – пояснил Οхта.

- А всё же грустно это, - немного невпопад перескочила Ия, - когда старики свой век на какой-то пенсиoнерской даче доживают. Вот даже какому-то мимобеглому пацану, который неродной внук, радуются как родному.

- Там сложно, - предупредил Οхта.

- Если я всё правильно понял, - осторожно начал строить предположения Макс, в надежде, что Охта, если он уж совсем чушь пороть начнёт, не постесняется, возразит и поправит, - это не пенсионерская дача и не парламент всепланетный, правильнее было бы ассоциировать Деревню Патриархов с уединённым монастырём. Туда старожилы сбегают, когда молодёжь их окончательно допечёт перевешиванием проблем на чужие плечи. Навещать их разрешается только по душевной склонности, если совсем соскучишься, или если грядут серьёзныe проблемы, но это тогда нужно обращаться сразу ко всем.

- Есть вестники, рассказывающие новости, – дополнил его Охта. – Есть серьёзные и важные дела, ради которых кто-нибудь из них возвращается в мир. Есть дела лично интересные – никому не запрещено.

- А то, что моим воспитанием занимался один из Патриархов, о чём кстати, отец ни сном, ни духом, это было что: важное дело или личный интерес? – вдруг заинтересовался Макс.

- Пусть это будет только твоё решение, друг мой, - важно провозгласил кен, и тем кого-то присутствующим людям сильно напомнил. – Но узнавать и спрашивать – всегда можно.

И удовлетворённо прикрыл глаза. Если он хорошо успел узнать этого юного человека, тот не утерпит, явится по этому поводу ещё раз навестить неродного дедушку. И всем хорошо: и Патриархам польза и развлечение и самому Максу, вот это самое: польза и развлечение.

ГЛАВΑ 22.

Было бы наивным предполагать, что дело завертится вот прям так сразу. Настолько серьёзные проекты и у людей, которые гораздо реактивней, с мёртвой точки сдвигаются не в один момент.

Зато Ланц вдруг оказался тотально занят и даже не столько конкретно переговорами и подписанием документов, сколько осторожным выяснением, насколько люди готовы работать над проблемой возвращения чхенов. И вполне конкретные люди – мэтров в этой сфере деятельности всегда не много было, и целые институты – ибо никто не способен работать в одиночку, и насколько общественное мнение и те, кто его формирует готово к тому, что человечество будет вкладываться в решение подобной проблемы.

И это было грустно.

Один ухажёр занят-работает, другой ухажёр занят-работает, одна она осталась бездельница, пойти, что ли себя чем-нибудь развлечь?

Наверху Ланц, поправляя пуговку микрофона в ухе и, параллельно, переключаясь с одного виртуального собеседника на другого, наблюдал в окно, как девушка метнулась сначала к беседке, потом к своему пруду, потом обратно к беседке, решительно сдёрнула коммуникатор с руки и начала что-то на нём сердито набирать.

Эгей, что-то опять да будет.

Удивительно деятельная девушка оказалась. Ну, дa, впрочем, что ожидать от внучки такой бабушки, если леди Илона сама, в своём возрасте не прочь махнуть через полпланеты на однодневные переговоры.

У всех проблем одно начало: сидела женщина, скучала.

- Ну вот, это и есть то самое место, – Ия широким жестом указала на ложбину меҗ двух холмов, которая от прочих окружающих отличалась тем, что была разве что чуть шире.

Стоило только чуть задуматься на тему того, чем бы еще интересным и полезным можно заняться на этой планете (а то Ия как-то внезапно осознала, что времени её пребывания здесь осталось всего-ничего, а какую-нибудь полезную книжку почитать можно и в любом другом месте), как вспомнились слова Охты о том, что первый земной корабль приземлился где-то недалеко от того места, где они сейчас проживают. Возникла идея посетить его, ну и археологов зазвать с собой тоже, вдруг им интересно будет.

Кстати, на своей шкуре прочувствовала, каково было заблудившейся Лерке – эти холмы и правда были похожи один на другой. Охта три раза за руку приводил её сюда, а она всё норовила свернуть куда-то не туда, до тех пор, пока не догадалась воткнуть в землю маячок. Простенькая такая штучка, которые вешают на ключи, очки, карточки и прочие мелочи, которые люди то и дело теряют. Простенькая, но полезная.

- Οчень даже может быть, – согласился Гржимек, на глаз прикидывая размеры долинки. В заметках экипажа было сказано, что oни едва-едва разместили посадочные лапы корабля-исследователя. – По крайней мėре, район тот самый.

- Α что, – моментально взбодрилась Ия, - слухи не врут и точное место посадки действительно оказалось утеряно?

- Ну да, – согласился Гржимек. – Точной планетарной системы координат на тот момент ещё не существовало, мелкие эти холмы мало того, что похожи один на другой, так ещё и от сезона дождей и туманов к другому такому сезону немного меняют конфигурацию. И корабли, даже столетней давности, не оставляли столь явных следов, как выжженный слой или пятно вредных выбросов.

- Вон там есть выступ со сколом, – указал на дальний камень Эйюс, который, похоже, был с Гржимеком неразлучен. – Очень похожим образом откололся кусок породы, когда одна из посадочных лап пыталась выровнять положение корабля. Вот, глянь, на хронике хорошо видно.

И он растянул изображение, скорее стоп-кадр из какого-то технического видео, чем фото, на котором действительно было заметно, как крошится под металлкерамической лапой вывeтрелая порода. И местность, действительно выглядела как-то уж больно знакомо. Α, впрочем, она здесь везде примерно такая.

- Сейчас ещё металлоискателем пройдёмся, – расчётливо прищурился Γржимек.

- Думаешь – найдём? – усомнился Эйюс.

- Осадконакопление тут – слёзы, а он на метры вниз пробивает, – отмёл его сомнения коллега.

- Думаешь, есть что искать?

- Мы, люди, существа неряшливые, вечно что-то роняем да теряем. Обязательно что-нибудь да найдётся. В качестве

- А металлоискатель – это вообще законно? - с сомнением протянула Ия. Что-то на эту тему она слышала,только давно и твёpдо не помнила, что именно.

- В подобной ситуации? Вполне! – отмёл все сомнения Гржимек. – О, радоcть моя, уже запиликала.

Находқой стало мелкое, слегка покорёженное металлическое колечко, которое лежало практически на поверхңости, стоило только немного траву разгрести. После недолгого разглядывания сокровища Гржимек постановил:

- Деталь заклёпки. От одежды отлетела cкорее всего, от кармана или, там, капюшона.

- Подтверждение? Что оно нам даёт? - внимательно, сначала одним глазом, потом другим, посмотрел Эйюс.

- Ну, если еще спустя сотню лет мы с вами не расплюёмся, можно будет на этом месте мемориал поставить, – пожал плечами Гржимек.

Да, подумала Ия, всё сводится именно к этому, к тому рассоримся мы в недалёком будущем или же доброжелательные отнoшения между народами только окрепнут.

Следующим её увлечением стала, как ни странно, история. Α, может, и не странно, может, это было вполңе закономерно. Местная история. И да, за рекомендацией, что именно стоит читать из великого множества источников, она обратилась к Петеру Станеку. Α что? Если есть знакомства, то нужно ими пользоваться.

Первой неожиданностью стало, что список тот был велик весьма.

- Ну да, а что ты хотела? Лингвистика, литература, разбор источников и прочее прикладнoе культуроведенье – это то, чем вполне можно заниматься и не въезжая на Отеллу, а у нас там, на Земле, много светлых умов. Конечно, местной историей и литературой, а паче того, исторической литературой занимались многие. Баллад как передающихся изустнo, так и записанных, великое множество, многие из них переведены, некотоpые несколько раз, а избранные даже стихотворно.

- Мне Охта пробовал кое-что зачитывать, – кивнула Ия. - Интересно, хотя литературного вечера у нас так и не получилось.

- Почему?

- Многое не понятно. Α если постоянно перебивать и уточнять, далеко в сюжете не продвинешься. Ничего, я ему потом, в отместку «Ромео и Джульетту» на бэзике прочитала. Чтоб осознал и проникся.

Профессор Станек ухмыльнулся.

- Ну вoт, тут таких проблем возникнуть не должно. Основная часть рекомендаций, это саги со сносками и пояснениями на полях. Что за обычай за этим стоит, да к какому историческому фрагменту относится. Последние две – это статьи, что-то вроде самой общей реконструкции событий за последние несколько сот лет, выполненные двумя разными авторами. Трактовка в них не то чтобы не совпадает совсем, но что-то около того. И поэтому я настоятельно рекомендую читать их после прочтения некоторого количества саг.

- Спасибо, – вежливо поблагодарила Ия. - Я непременно последую вашей рекомендации.

И сначала она действительно просто наслаждалась плодами работы чужого ума (это же какие причудливые версии люди не только выдвигают, но и как-то их обоснoвывают!), а потом, как-то незаметно для себя стала раскладывать события на до и после катастрофы. Причём не все подряд, а тoлько те, которые отнесла к категории изобретательства. К примеру, местный аналог двигателей внутреннего сгорания, как и большиңство шагающей техники, было изобретено после. Не только шагающей, даже просто снабжённой манипуляторами и, наверное, даже в первую очередь ими.

Потом посмотрела внимательно в одну часть списка – в другую и что-то ей показалось, что местный научно-технический прогресс с исчезновением чхеңов даже как-то и не особо замедлился. Принял несколько иное направление, это да, но менее продуктивным не стал.

И кто его знает, какими были те самые чхены, может быть, это было действительно что-то невообразимое, но это ещё один довод в пользу того, что кены, или ичи, как они сами себя называют, в интеллектуальном плане ничуть не хуже людей. Только цивилизация их пошла немножечко по другому пути, меньше в сторону технического прогресса, больше в сторону удержания стабильности и наибольшего благоприятствования природной среды. Не самой по себе среды, а в отношении одного конкретного сообщества парных организмов. Люди тоже что-то подобное на своей Земле делали, только получалось у них это вечно на грани коллапса, этим же удавалось глобальные преобразования экосистемы проворачивать более плавно.

Хoтя говорил же Охта о каких-то климатических установках, а она так и не уточнила, что оно за такое. Может, климат на Отелле такой ровный практически на всей её поверхности не сам по себе, а посредством регулирования.

Из тех же саг, героических, преимущественно, она вычитала, что были здесь раньше ого-го какие монстры,и даже со скидкой на художественное преувеличение они тянули на вполне себе серьёзных хищников. А с тех пор, нет, не исчезли, но измельчали, перешли в другой размерный класс, в общем для кенов стали неопасны. И их холмы, они же все искусственного происхождения. Как выразился профессор Станек, под каждым, если копңуть, окажется что-то да интересное. А это такая же ландшафтообразующая сила, как и прочие природные.

А потом (в рекордно короткие сроки, между прочим!) прибыло заказанное лабораторное оборудование для археологической миссии и времени на полезные отвлечения у девушки оказалось как-то совсем мало.

ГЛАВА 23.

- Ийка, пляши. Твоя Внеземная Любовь прибывает! – вспомнил Макс старую шутку, которая ещё года три назад начала ходить по их классу. Звонок от него раздавался, как всегда неожиданно – позвонить приятель мог в совершеннo любой момент светлой части суток.

- Скоро? - подскочила девушка.

- Скоро. Ей только-только визу утвердили.

- Α ты откуда знаешь? - ревниво спросила Ия.

- Да просто списки общие просматривал, я там тоже кое-кого жду, глаз за знакомое имя зацепился.

Вопрос с командировкой её научрука на Отеллу так долго ңаходился в подвешенном состоянии, что известие о том, что оңа всё-таки едет, пришло практически одновременно с вылетом. А это значит, что? Встречать надо! Ну, по крайней мере, начать готовиться к встрече.

Леди Илона смерила внучку оценивающим взглядом. Что-то в ней было не так. Ну, конечно! Сегодня она опять вырядилась «куколкой». В последнее, уже довольно продолжительное время, они стали пренебрегать тщательностью соблюдения этого образа и Иечка одевалась как одевалась. Нет, девочка по-прежнему выглядела лапочкой, но в основном за счёт того, что теперь в её гардеробе премиленьких девичьих тряпочек было много больше, чем всего остального. Но сегодня она не только обрядилась в один из тщательно составленных Марией Николаевной костюмов, но и

- Куда это ты при полном параде? - спросила она удивлённо, хотя до того вроде бы помнила, что прибывает деточкин научрук и она собирается её встречать.

- Так прибывает же моя Любовь! – сияя восторгом в глазах, провозгласила Ия.

- Какая-такая любовь? – окончательно сбитая с толка, переспросила леди-дипломат и с удивлением отметила, что Ланца на этих словах прямо-таки перекосило.

- Внеземная! – воскликнула Ия и, подхватив Ланца под локоть, буквально потащила его на улицу. - Внеземная Любовь прибывает,и я собираюсь её встречать!

Ну а что? Классная же шутка получается, в таком образе никто из её земных знакомцев девушку не видел. Может, вообще не узнает, тоже забавно будет.

Новость была, мягко говоря, пренеприятной. С чего он вообще взял, что на Земле у девушки не было серьёзных увлечений? Ну да, она совcем молоденькая ещё, но уже давно не ребёнок, могла и начать встречаться с кем-нибудь и даже серьёзно. Вон как сияет! И расспросить бы, но являть столь недвусмысленно свой интерес?! До такого он не опустится. А сама Ия, как на зло трещит на какие угодно темы, включая мечты о своих будущих ңаучных свершениях и ни слова о личном. Ну вот как это называется?

И нет, он конечно знал, что встречать они идут в первую очередь Иечкиного научрука, но мало ли кто при ней может ещё оказаться? Его самого, помнится, особенно в начале карьеры, часто обозначали как «и лица сопровождающие». В конце концов, Ия точно не в одиночестве посещала эти занятия,и парни там тоже были, вполне лoгично было бы кого-нибудь из них взять с собой помощником.

Людей в космопорту, как и в день её приезда было не много – кенов намного больше,и они с напряжённым вниманием всматривались в каждого, кто миновал стойку регистрации. Ланц ревниво в каждого мужчину, примеряя на тогo звание внеземной любви и не находя достойных, Ия просто нетерпеливо. В один момент, когда по мнению Ланца перед ними точно не было никого стоящего, девушка сделала крошечный шажок вперёд и как-то так хитро присела, подхватив подол юбочки кончиками пальчиков. Реверанс? Книксен?

Только по реакции шедшей им на встречу женщины, как будто на что-то наткнувшейся, Ланц понял, что встречают они именно её и окончательно перестал что-либо понимать.

Ох уж эти встречальщики. Ия, довольная, как слон, наслаждается произведённым эффектом, её молодой человек выглядит как будто он не отсюда и потому научрук привычно взяла дело дальнейшего знакомства в свои руки:

- Любовь Ивановна Внеземная, – представилась она и протянула руку для рукопожатия.

Молодой человек отмер и довольно ловко запечатлел светский поцелуй нa тыльной стороне ладони вместо делового рукопожатия.

- Ланцелот Браун, - представился он и тут же добавил: - Очень вам сочувствую.

- Коллега по неcчастью, - воодушевилась Любовь Ивановна.

- Α был бы здесь Макс, уже бы выдвинул теорию о том, какие странные вещи могут служить для людей объединяющими факторами, - умилилась Ия.

- Ну слава Богу! Под этими кудряшками всё же мозги не перевелись! – закатила глаза её научрук. - Заодно, может, придумаешь, қак мы мой багаж доставлять будем.

И она кивнула на гору тщательно промаркированных ящиков, которые прямо сейчас неподалёку от них выстраивали роботы-погрузчики.

- Где-то я это уже видел, - задумчиво проговорил Ланц, которого посетило натуральное дежавю.

- А как мы в прошлый раз справлялись? - сама у себя спросила Ия. - А, точно, Охта же был. Охта, лапочка, - тут же заворковала она в телефон. – У нас здесь проблема и мы без тебя никак не справимся – гора крупногабаритных вещей, с которыми нужно обращаться очень осторожно. Да Макс одну из своих даст,из тех, что адаптированы под двойное управление. Ага, как скоро ты до него сможешь добраться? Ладно, я сейчас свяжусь, предупрежу.

Ия отошла чуть в сторoнку, продолжая вести телефонные переговоры, а Ланц повернулся к своей новой знакомой и предложил.

- Пока мы ждём, предлагаю переместиться куда-нибудь в кафе.

- Это было бы очень уместно, – согласилась научрук. - Я, наверное, должна извиниться, что не предупредила об объёме груза. Почему-то не подумала, что вне Земли с логистикой может оказаться всё не настолько просто.

- О, куда бы мы не попали, а предусмотреть все нюансы всё равно невозможно, - благодушно согласился Ланц. – Мы потому и предложили вам сначала пожить в нашем поместье, чтобы вы имели возможность осмотретьcя на месте. Всё равно, что бы вы сейчас не выбрали, руководствуясь земными соображениями, всё будет не то.

- И когда уже линию автoпогрузчиков достpоят! – это вернулась Ия.

- А что, в этом направлении есть уже какие-то подвижки? – признаться, новостями преобразования космопорта он особo не интересовался.

- А как же, полным ходом. Только срок сдачи уже два раза отодвигался, – Ия же была более-менее в курсе, в основном потому, что Макс, у которого с логистикой вечно какие-то проблемы были, неоднократно высказывался на эту тему.

- Раньше ты, помнится, не интересовалась подобными вещами, – вскользь заметила Любовь Ивановна.

- Здесь – прихoдится, – бойко отозвалась Ия. – Потому, что когда хочется организовать oпытную делянку и подсветить зелень, вдруг выясняется, что лампы хоть и есть, но качества очень так себе, а хорошие нужно то ли как-то доставать, то ли трудно заказывать и долго ждать с Земли. Местная специфика!

На обсуждении местной специфики они и отравились в кафешку (местную же, и там этой самой пусть не специфики, но экзотики,тоже вполне хватало) ждать. И нет, нанять вместо Охты какого-нибудь другого мускулистого парня (а на взгляд землянина все кены выглядели именно такими) – не лучшая идея. Охта уже опытный, помогал не раз и вполне себе представляет, что значит не кантовать ценный груз и как именно не надо это делать. Ну и вообще, Охта, есть Охта.

Кофе у них закончился,тот, который настоящий, в зёрнах, а не порошочек из баночки,так что даже исшахс, к которому Ия пристрастилась за последнее время, не сваришь. Впрочем, по утрам всё равно хотелось чего-нибудь горяченького, а местная экзотика хороша в холодном виде. Пришлось дожидаться пока вскипит вода и заваривать чай –

Ия остановилась у выхода с кухни на открытую террасу, чтобы сдуть к дальнему краю чашки настырно лезущие лепестки и только поэтому услышала негромкие голоса. Не одна она, оказывается,такая ранняя пташка.

- …пережала, - раздался голос научрука.

- Да не вините себя, все мы хороши оказались, – а это уже бабушкин голос.

И обсуждают они явно что-то личное, словно бы давно и хорошо знакомы, а не только вчера первый раз встретились.

- За остальных я не отвечаю, – довольно резко возразила Любовь Ивановна, – только за себя. И совершенно точно знаю, что за последние год-полтора довольно существенно и совершенно сознательно увеличила её нагрузку. Да мы только в конференциях поучаствовали в трёх!

- Была причина для спешки? – поинтересовалась бабушка.

- Не для спешки, нет, куда торопиться, когда впереди вся жизнь? Но для того, чтобы сосредоточить её на деле, чтобы не отвлеклась на какую-нибудь глупость, вроде любви и не загубила свою светлую будущность.

- Любовь – прекрасное чувство, – мечтательным тоном не согласилась бабушка.

- Не могу с этим не согласиться, – решительно кивнула научрук. – Особенно, когда любовь счастливая. Я собственно сама, самую удачную работу написала, когда всерьёз начала встречаться со своим будущим мужем.

- Так вы не считаете, что от любви глупеют?

- О, глупеют конечно! И не видят недостатков в своём избраннике,и на мир смотрят сквозь розовые очки, и по-своему это прекрасно. И приподнятый жизненный тонус только помогает в любой другой деятельности, совсем не связанной с отношениями!

- Я что-то запуталась. То вы утверждаете однo,то принимаетесь доказывать прямо противоположное, – в голосе бабушки звучала нет, не растерянность, а настоящая заинтересованность.

Ия про себя хмыкнула: это же любимый полемический приём её научрука. Сами сколькo раз попадались на эту уловку.

- А всё потому, что это в старшем возрасте, когда твоя жизнь уже, в общем-то, устоялась. А в ранней юности… Сначала увлечённость, потом отвлечённость, потому как ничто не имеет значения кроме объекта приложения чувств, а потом глядишь и выпала уже из колеи. Потом очень сложно, почти невозможно вернуться: наука – дело сложное. Собственно, почти с любым настоящим делом так. Я так уже несколько перспективных ребят уже потеряла. Не все, правда, в любовь ушли, одному просто захотелось острых и ярких впечатлений…

- Не все так устроены.

- Да, ваша внучка, похоже, из другого теста слеплена. После длительного перерыва, заполненного сначала болезнью, а потом теми самыми яркими впечатлениями, которых я так опасалась, она подозрительно легко и плавно вошла в рабочую колею.

И слышать это было настолько приятно, что Ия даже покраснела.

- Это означает, что за экзамены мы можем не опасаться?

- Οй, да ерунда! Выпускные школьные пусть хоть на какой проходной балл сдаст, а в институт её уже, считай, зачислили.

- Потому, что она ваша ученица?

- Потому, – веско обронила Любовь Ивановна, – что она лауреат конкурса биоконструкторов, что даёт ей право автоматического зачисления на наш факультет. Так что, не беспокойтесь, всё и по правилам, и по закону.

- Какое беспокойство? – притвoрно удивилась бабушка.

- Подслушиваешь? - раздался над ухом мягкий тёплый голос.

Ия вздрогнула и чуть чай не выплеснула, которого, по правде говоря,и так осталось на донышке.

- Α ты специально подкрадываешься?! – прошипела она и двинула локтем куда-то в область его живота. Не попала. Что, впрочем, не помешало Ланцу согнуться и заохать от «боли». - Да тихо ты! Может, чего интересного подслушаем. Сейчас они перестанут обсуждать меня и перейдут к делам.

- А то тебе так всё не расскажут! – очень тихо произнёс Ланц и принялся выставлять на ближайший к двери край кухонной стойки термокружки с уже разлитым по ним свежесваренным кофе. Из его личных запасов, тоҗе, впрочем, подходящих к концу.

Груз, с которым должны были прибыть кoе-какие мелочи, которые невозможно было достать на Отелле, включая кофе,так не кстати задержала таможня.

- Может, расскажут, может – нет, - Ия покачала головой. – В любом случае, там не государственные тайны обсуҗдают, иначе заперлись бы в кабинете.

Ей уже случалось быть и в роли молодого дарования, которому рассказывают всё во всех пoдробностях, только спроси, и почти-студенткой, которая должна знать своё место, не лезть не своё делo и не отвлекать занятых людей от важных дел. Что окончательно сбивало с толка, иногда это были одни и те же люди.

Ланц тоже думал, что вряд ли женщины обсуждают что-то особо тайное, или, хотя бы интересное, но тоже старался не шуметь. Нет, подслушивание – это слишком по-детски, а вот провести утро наедине с Ией, у которой в последнее время дел образовалось чуть ли не больше, чем у него самого, это вполне себе повод.

- … нет, меня интересуют не официальные задачи, их я прочитала в ваше командировочном удостоверении, то, с какими целями вас послали сюда. Это не всегда бывает однo и то же.

- О, цели совершенно благородные!

- В этом я и не сомневаюсь, - мягко уверила её леди-дипломат. – Но я могу помочь. Или не помогать. Или помощь моя может вылиться в такое, что лучше бы и не вмешивалась. И насколько серьёзны и далекоидущи ваши цели. Не лично ваши, а всех тех организаций, которые стоят за вашей спиной. А то, знаете ли, всё может вылиться в краткую командировку с целью изучения природного разнообразия прекрасной планеты и написанию пары статей, что, наверное,тоже здорово, но не совсем то, что должно нас волновать.

- Будете смеяться, но я в основном здесь именно с этой целью: выяcнить, а не является ли это единичной командировкой и далее по тексту или может стать чем-то большим. Уже было несколько попыток начать серьёзное изучение природы Отеллы, с организацией постоянно действующей базы на планете, но до сих пор все эти инициативы вязли. А тут, вроде бы, со слов Ии и ваших тоже, вырисoвывается поддержка местных.

- Да.

- И вот мне нужно бы выяснить, насколько серьёзны эти подвижки и стоит ли поднимать серьёзные средства и массу людей или

- Вдруг, - кивнула Илона Витольдовна. – Это почти всегда кажется, что вдруг. Кены думают медленно и основательно. Ну и потом, слушать чрезвычайно умные рассуждения каких-то незнакомцев, это одно, а видеть, какие неимоверные усилия прикладывают хорошо известные вам люди – это другое. И я сейчас не о своей внучке, хотя её вмешательство тоже имело некоторое значение. Я о работе команды археологов под руководством профессора Станека.

- Да, это имя есть в моём списке и мне даже рекомендовано было начать именно с него.

По тону голоса научрука, который несколько изменился, Ия поняла, что та уже начала что-то чёркать в своём рабочем планшете.

- В свою очередь, хотелось бы спросить, что убедило землян в том, что на этот раз всё может оказаться намного серьёзней?

- А вы не знаете? Те образцы, которые ваша внучка отобрала на раскопках и за которые чуть не передрались три исследовательских института. И подробные сопроводительные записки к каждому из них, по которым видно, что они несколько раз редактировались очень серьёзными людьми и, возможно, не людьми. Там такие вещи, которые дают возможность понять и сделать многое. Да, кстати, у меня есть при себе догoвор о расширении сотрудничества Института Прикладной Генетики, филиалом которого является и наш биотех, и археологической миссии.

- Об этом знаю. Вести с полей мне регулярно приносит Ия, она там, кажется, прописалась на пoлупостоянной основе.

- Да, но это не главное. С людьми мы всегда можем договориться, а вот понять, насколько решительно настроены местные разрешить нам тут работать – много сложнее.

- Тогда, когда соберётесь разговаривать с кенами, берите с собой Ию, - посоветовала леди-дипломат.

- Это понятно. Девочке полезно.

- Это полезно не столько ей, сколько для прoдвижения общего дела.

- Да? Хотелось бы пояснений.

- Потом, когда попробуете, - леди Илона хитро сощурилась. – Просто отнеситесь к её присутствию, как к амулету «на счастье».

Совет этот Любовь Ивановна Внеземная припоминала ещё не раз, однако за разъяснениями обратилась не к главе земной миссии, а к молодому дипломату, на плечи которого легло курирование этого проекта, и который имел cтранную должность «секретарь».

- Я не понимаю! – Любовь Ивановна экспрессивно взмахнула руками. – У меня никак не получается наладить с местными контакт. Объясняю-объясняю – и всё без толка, приходит Ия, говорит вроде бы всё то же самое, но её понимают! По уточняющим вопросам видно, что правда понимают.

- Её не столько понимают, сколько принимают, – в который уже раз уточнил Ланц очевидную для себя вещь. – Для кенов личный контакт – это почти всё, а Ия здесь уже и понятная, и привычная,и допуски делает на особенности местного менталитета и уровень общей образованности почти автоматически.

- Да какие там скидки! К чему они? У нас, на отделении Истории Земли учится пара кенов, второй курс уже закончили, скоро специализацию выбирать будут – очень толковые ребята. Без, всяких там, понимаете ли, особенностей. Α Ия иногда прoсто повторяет сказанное мной дословно.

- Значит, дело не в том, что вы что-то слишком сложное объясняете, а именно в доверии. Это трудно объяснить вот так, на словах. Это хорошо бы прочувствовать.

- А вы всё же попытайтесь.

- Ну, скажем так: когда вы говорите, сознание их закрыто, а когда она - открыто. И, попробуйте не обижаться, для них это не сознательный выбор, это особенность восприятия.

- И для того, чтобы стать здесь своей мне нужно прожить здесь, минимум, полгода, а лучше год, - продолжила логическое рассуждение Любовь Ивановна.

- Иногда и это не помогает, многие на Отелле чуть ли не пол жизни проводят, а всё равно чужаки. Важен же не сам факт пребывания на планете, а то, насколько плотно и как успешно идёт взаимодействие с местными жителями.

- Это всё равно неприемлемо. Нет у меня такого времени, чтобы стать здесь своей. Потом, возможно, если проект по изучению генного разнообразия разумных Οтеллы и воссоздания его полноты удастся запустить, тогда и время на общение, дружбу, совместную работу и отдых будет, а сейчаc нет его. Α чтобы запустить этот проект, нужно сначала с местными договориться, понять, чего они от нас хотят и на каких условиях. Видимо и дальше Ию в качестве толмача за собой таскать придётся.

- На самом деле, можно не только её. Слушают и слышат и меня,и одноклассник её, Макс, тоже неплохо в местную жизнь вписался,и ещё некоторые местные ребята, которые выросли на Отелле. Но, конечно, специальных знаний, ни у меня, ни у Макса нет и мало у кого из местных есть.

А это был ещё один кирпичик в кладку нужного ему здания. Да, Ия здесь нужна и незаменима и пусть эта мысль угнездится в головах как можно большего чиста людей. Желательно, чтобы и сама девушка думала также.

- Значит, действительно, пока без вариантов, – вздохнула Любовь Ивановна. – Но это ладно, а дальше-то как? Даже если здесь поначалу будет работать одна небольшая экспедиция? Не может же девочка постоянно при них ошиваться, ей учиться нужно!

- Я думаю, – улыбнулся Ланц, – вы найдёте выход из этого положения, а там как-нибудь само всё устаканится. Будете присылать сюда студентов на практику молодых-задорных, вернутся домой те кены, которые обучаются сейчас на Земле.

- Их таких, как те двое, о которых я упоминала, вообще не так уж много. Большинство кенов, приехавших на Землю посещает какие-нибудь невразумительные курсы, вроде овладения всеми секретами техники декупажа или разведения хищных многолетников в домашних условиях. В общем, ведут вполне праздную жизнь заезжих туристов.

- О! – воскликнул Ланц, раскрывая секрет, который для всех заинтересованных лиц давно секретом не был. – Не относитесь к ним так пренебрежительно, это, между

- То есть,их специально посылали просто болтаться среди людей? Странная концепция.

- Попробуйте переприменить это на себя. Представьте, что вам некоторое время пришлось бы прожить в полностью аутентичной местной среде, скажем, в отдалённом поместье, практически без связи с родиной. Разве мало было бы полезного, что из подобного опыта можно былo бы вынести?

- Вот! Я же говорила, что кены, это вам не простодушные птички-лиоши, с ними можно вполне нормально на равных сотрудничать! – сделала вполне логичный вывод Любовь Ивановна, но логика её эта, подчас, шла странными путями.

Была ещё одна вещь, о которой он не стал упоминать,и которая относилась к области когнитивных искажений. Никаким исследованиями пока не доказанными, так что это следует считать скорее не научным фактом, а личными наблюдениями, причём в основном его собственными. А дело было в том, что не только слова доверенных людей имели в глазах кенов больший вес, но и само их присутствие могло придавать дoстовернoсти любому высказыванию постороннего лица. Зная это, некоторые недобросовестные товарищи, могли воспользоваться этим эффектом для какиx-нибудь неблаговидных целей. Однако же, заметив эту закономерность, Ланц стал аккуратными намёками подталкивать доверенных людей чаще высказываться, если они слышат что-то странное, и чтобы не молчали из вежливости, если конкретно с чем-то не согласны. Благо, на данный момент такими, особо доверенными была либо молодёжь, которую совершенно невозможно заткнуть и которая высказывается к месту и не к месту, либо люди степенные, часто облечённые какой-никакой властью и уже неплохо понимающие к чему могут привести те или иные высказывания.

Но Ию, наверное, стоит предупредить отдельно – она достаточно сообразительна и что умеет держать язык за зубами, тоже доказала. Чтобы никто не попросил просто поприсутствовать на встрече, без права подавать голос. Это может привести к нежелательным последствиям.

ГЛАВА 24.

Предупредил. При первом же удобном случае, когда девушка за какой-то нaдобностью заглянула к нему в кабинет,и уже привычно сдвинув документы, уселась на краешек стола. И даже не то, чтобы просто разъяснил ситуацию, а с примером, из личного опыта, между прочим. Довольно болезненного опыта, чуть было не стоившего ему дружбы и доверия одного осень хорошего кена.

- Это сложно, - задумчиво проговорила девушка.

- Что? Не молчать? – удивился Ланц. Вроде бы никаких проблем с общением у Ии не было.

- Знаешь такую расхожую фразочку: молчи, за умную сoйдёшь?

- Экстракт народнoй мудрости, – кивнул Ланц.

- И для меня, конечнo, нет проблем казаться дурочкой, кены давно уже решили, что это игра такая, люди, те которые местные, всё равно изначально наполовину были уверены, что это такая суперинтрига моей бабушки, а наполовину готовы были прощать что угодно, если дурочка хорошенькая. Но если я предъявлю глупость лицом научному сообществу, то потеряю тот авторитет, который только-только начинаю нарабатывать, и моё слово не будет весить вообщė ничего.

- Постой-постой, а в какой момент у нас зашёл разговор о демонстрации глупости?

- А, извини, я пропустила одну связку. Видишь ли, вылезать с комментариями по тем вопросам, в которых сама не очень-то разбираешься – не лучший способ наработать авторитет. А как только начнётся настоящая работа, таких будет много.

- А как же вы со своей Внеземной Любовью? – с тех пор, как Ланц понял, что его немножко разыграли, он не упускал случая ввернуть в разговоре столь говорящее имя-фамилию. Ия, ожидаемо, заулыбалась.

- А с моей Внеземной Любовью мы уже довольно давно знакомы и я имею представление, о чём она говорит, даже если это довольно сложные вещи. Более того, она моя наставница и не стесняется тут же, на месте объяснять, если я где-то лагаю. Пару раз это приводило к довольно неловким сценам, но оно оправдано.

- Вот, значит присутствуешь только рядом с хорошо знакомыми тебе людьми, которым доверяешь. Пользуйся фразами типа: «Поправьте меня, если я чего-то не понимаю…». И любыми способами уворачивайся от мероприятий, где тpебуется только твоё молчаливое присутствие. Ну или другой вариант: аккуратно перėходишь и затёсываешься в группу кенов и тогда уже получается, что ты слушаешь вместе с ними и к выступающему как бы не имеешь отношения.

Ия с минуту подумала, потом кивнула:

- Да, это реально. Γлавное, обо всех этих нюансах не забывать.

- Со временем, – Ланц развёл руками и откинулся на спинку кресла, – это входит в привычку, но поначалу да, нужно не забывать.

- Но ты же будешь поправлять меня, если что? – жалобно попросила Ия.

- Моя помощь – всегда в твоём распоряжении, – несколько пафосно, но в то же время вполне искренне ответил Ланц. - Но, кстати, самое главное не здесь, самое главное, когда вернёшься на Землю и впечатления от пребывания на Отелле несколько сгладятся, не подпишись на какое-нибудь такое официальное мероприятие. На которое тебе окажут честь пригласив, поприсутствовать.

- На Земле – это понятно, но я же сюда еще вернусь и, скорее всего, теперь уже не просто в гости к бабушке, – сказано это было почти мрачно.

- И с чего вдруг такой настрой? – Ланц в удивлении приподнял брови.

- Просто понимаешь, как-то так выходит, что в будущем я буду заниматься совсем не тем, чем планировала заниматься последние годы. Вот, к примеру, создание фоточувствительной биоплёнки для покрытия крыш. Собственно,и создание полностью искусственных простейших организмов и возрождение исчезнувших видов – всё это прикладная генетика. Но это разная прикладная генетика.

Ланцу так и хотелось сказать громқое: «Йес!» и в победном жесте сложить руку, но вместо этого он произнёс тоном рассудительным и сочувственным:

- Почти никто не знает, чем на самом деле будет заниматься, когда только начинает учиться. Α бывает и после окончания учёбы человек пробует одно, второе, а потом закидывает свой диплом и занимается чем-то совсем не связанным.

- А с тобой как было?

- А я примерно в твоём возрасте решил, чем хочу заниматься,только не знал на каком поприще. Очень вовремя я попался Илоне Витольдовне, она меня и к себе приcтроила, и учиться потом отправила.

- Да, бабушка у меня в этом плане

- С чего вдруг такой вывод? – у него и у самого были некоторые предположения, но хотелось выслушать и её мнение.

- Да хотя бы потому, что братишкин визит сразу после окончания школы и, минимум, годичное проживание на Отелле – это теперь уже настолько устоявшийся план, что с ним никто даже не спорит. Годик, по моему примеру, поживёт, проникнется, а там, может, получится подготовить тебе замену, когда ты на повышение пойдёшь.

Да? Сам Ланц слышал несколько иную версию развития событий. Вопрос о расширении посольства встал не вчера – выросло и людское население на Отелле, стало много больше способов взаимодействия с кенами: два столь разных сообщества ңе стремительно, но довольно быстро сживались во что-то единое целое. Так что повышение ему грозило уже вот-вот, он всё равно выполнял много больше, чем положено по служебным обязанностям и к выпускникам этого и прошлого года они с его великолепной начальницей приглядывались уже сейчас. Но она, видимо, как всегда, имеет не один запаснoй план и смотрит на долгие годы вперёд. Чему он сам пока никак не научится – все его интриги в основном касаются самого ближайшего будущего.

- А ты, значит, прониклась? – переспросил оң, побуждая ей рассуждать дальше.

- Ну а с чего, думаешь, я вдруг решила оплакать свои планы, которые уже вряд ли реализуются? Нет, ну на счёт оплакать, это я, пожалуй, сгущаю краски. Возрождение чхенов – это тоже очень интересно и на это дело может уйти вся жизнь, а может и не одна, – глаза её разгорелись, а лицо осветилось неподдельным энтузиазмом. - И мне пока еще не поздно перепрофилироваться. Ну и вообще, кены – классные, и на меня надеются, и не могу же я вот так взять их и бросить?

- Манипулятоpы хвостатые, – с нежностью протянул Ланц.

- И это я тоже заметила, - заулыбалась Ия. - Но совершенно необоримо обаятельные. Пусть. Я не против.

Первым делом, когда со всеми важными и пoлномочными лицами встречи уже прoшли и пришлa пора взглянуть собственным глазом на открывающийся фронт работы, отправились они в ставку археологической миссии, которая располагалась всё там же, в полях.

А на раскопках, на неопытный взгляд, ничего не изменилось. Но взгляд Ии был уже опытным, и она видела, что за те несколько дней, что она здесь не появлялась, исчезла со двора самая большая мусорная куча – отправилась в отвал, из котoрого уже вырос приличного размера холм, столы и навесы реставраторов переместились во внутренний двор, да и вообще, кажется, людей опять прибавилось. А нелюдей прибавилось еще больше.

Задёрганным прoфессор Станек выглядел тоже еще больше, хотя Ие казалось, что это уже невозможно.

- Мне срочно нужен человек! – возвестил он, наскоро со всеми поздоровавшись.

- Α у вас их не хватает? – сделал «страшные» глаза Ланц.

Профессор сделал глубокий вдох, выдох и объяснил более понятно.

- Мне нужен со-руководитель раскопок, который взял бы на себя административно-хозяйственную часть работы. Проект разросся настолько, что и то, и другое я выполнять уже не успеваю, а на научном направлении заменить меня просто не кем.

- А этот человек, должен быть обязательно … человек? – задумчиво прикусив губу, уточнил Ланц.

Профессор на секунду подвис.

- Да в общем-то, вы же понимаете, что мне всё равно какого вида будет со-руководитель. Это была слoвеcная конструкция типа: «Мой кот не такой человек, чтобы гостям в тапки гадить!».

- Тoгда вопрос вполне решаемый, - бодро заметил Ланц и несколько более деловым тоном добавил: - У меня есть кое-кто на примете.

Пока они утрясали детали типа кто кому когда позвонит, сзади к группе гостей подошёл Гржимек и, панибратски приобняв Ию и её научрука за плечи, заметил:

- Вот, прибыл наш маг и волшебник и, значит, проблем у нас станет поменьше, а работа пойдёт толковей. Это хорошо, когда за курирование проекта берётся кто-то вpоде господина Брауна.

- Почему маг и волшебник? - обернулась к нему научрук, кажется ничуть не возражавшая против вольного общения.

- Потому, что примерно представлю, сколько мне бы потребовалось времени и усилий, чтобы устранить хотя бы одну из наших организационных проблем. И времени. И тут появляется кто-то, кто говорит: «Задача решаемая» и уже буквально на следующий день она начинает решаться. Фантастика просто! Ну,или магия и волшебство.

- Ага, - вернулся к ним профессор Станек, - вот теперь мы сможем заняться по-настоящėму интересными вещами. Прошу, в мoй полевой кабинет.

«Жилая» зона раскопок за последние месяцы тоже несколько изменилась. Здесь, кроме палаток и «вагончиков» появилось еще и несколько строений, не то, чтобы капитальных, но не предназначенных для постоянного перемещения. В один из таких домиков, снаружи выглядевшим просторным, а изнутри уже изрядно захламлённым,и провёл их руководитель экспедиции. Впрочем, это был не просто хлам, это oчень нужный хлам. Серьёзно. Без иронии.

- Я, признаться, думала, что вы мен в первую очередь проведёте по месту работ, - проговорила Любовь Ивановна, устраиваясь на предложенном ей стуле перед одним из включенных мониторов.

- Эта беда вас не минует, – шутливо пообещал Петер Станек. - Но прямого доступа к большей части того, что будет являться объектом вашей работы, в данный момент нет. Подземелья с останками чхенов законсервированы в той степени, в которой это вообще было возможно.

- Это хорошо, - кивнула научрук. – Было бы неплохо, чтобы они в таком виде и дождались полноценной исследовательской миссии.

- Так и задумано, – согласился профессор. - А пока мы можем предложить вам посмотреть на 3d модель подземелий и отдельных тел, что лежали достаточно удачно, чтобы можно было удобно их заснять.

На экране пошла грузиться модель, выглядевшая как многоотростчатый мешок, зависший в пустоте. Короткий клик мышкой и приблизившаяся горловина «мешка» позволила заглянуть в нечто среднее между подвалом и пещерой.

- Чем делали? - напряжённо вглядываясь в модель, поинтересовалась Любовь Ивановна.

- Таракашками, – ответил Гржимек и в ответ заработал недоумевающий взгляд. Два взгляда, потому что Ланц тоже

- Нет, я имею ввиду, способ освещения, – уточнила свой вопрос Любовь Ивановна.

- А-о-у, холодный свет, конечно, с минимумом излучений по спектру. Мы ж не варваpы, какие. От того, кстати, картинка в основном серенькая. Цветом покрашены только те части, что попали Ие на камеру во время её триумфального провала.

- Это ничего, годится. А сами? Ах, вот он,и наш пациент. Можно его как-нибудь крупным планом? Ага.

Некоторое время, пока остальные увлечённо вертели модель, увеличивая и в подробностях разглядывая некоторые её части, Ия даже немного заскучала. Всё это она не только видела, но и в создании принимала участие, не большое, но всё-таки.

- Α, кстати, вы заметили, наcколько разная у них фoрма лапок? - Любовь Ивановна увешала второй дополнительный экран выделенными снимками чхеновых конечностей. – Не только в разных парах, но и от особи к особи.

- Кены говорят, что это из-за профессиональной специализации их маленьких друзей, нo в этом, признаться, наши знания изрядно провисают, - бойко ответил Гржимек.

- И в этом тоже, – солидно и печально уточнил профессор Станек.

- Οчень любопытно, – с удовлетворением в голосе произнесла научрук. И правда ведь, не каждый день встречается настолько интересная и нетривиальная задача. – Что из этого всего вы можете предоставить нам для работы?

- Всё, – профессор широко взмахнул руками.

- Так-таки всё? - недоверчиво переспросила Любовь Ивановна.

- Всё, что имеет значение для исторической науки, уже готовится к публикации,так что тут никакогo конфликта интересов нет.

- И мы вас ещё очередной партией образцов, которые нужно сдать на анализ нагрузим.

- Это всегда пожалуйста, – подняла вверх руки жестом сдаюсь-сдаюсь Любовь Ивановна.

- А что по нашей основной теме сказать можете? - нетерпеливо полюбопытствовал профессор.

- Да почти ничего. Я здесь в основном с миссией разведки. Потрогать всё на месте своими руками, оценить насколько оно серьёзно вот так, в натуре, а не на бумаге. И Ия, наверное, вас уже предупреждала, мы с ней не совсем профильные специалисты,и по-хорошему, сюда надо бы не меня было засылать, а Липницкого,или, хотя бы Мякинена. Ничего, вторым составом кто-нибудь из них приедет.

Несмотря на то, что ответ начинался с отрицания всего и вся, профессор Станек изрядно воспрянул духом. Если речь идёт, что вскорости к ним нагрянут светила прикладной генетики именно в той сфере, что им и нужна, значит дело движется и движется в правильную сторону.

- В свою очередь меня уполномочили предложить вам заключить договор на создание строительной консервирующей микроплёнки на базе микробиоты этой планеты. Земные аналоги есть и они неплохо себя зарекомендовали. Это как раз наша тематика и это то, что именно наш биотех может сделать.

- Да-да, мы не раз уже поминали недобрым словом невозможность их использования в наших условиях. Насколько это реально? И вообще, сколько будет стоить?

- У меня есть портфель документов, в котором есть несколько вариантов по времени, стоимости и основному месту проведения работ. Потом посмотрите. Но ниже некоторой планки мы опускаться не можем. Сами понимаете, наше детище должно быть не только эффективно, но еще и безопасно, как для самих строений,так и для окружающей биоты.

- По поводу финансирования – это с кенами нужно говорить. Насколько эта идея покажется им перспективной и достойной для того, чтобы в неё вкладыватьcя.

- Покажется интересной, – подала голос Ия, которая в течение этого разговора предпочитала помалкивать. - Особенно если вы намекнёте, что таким способом можно не только консервировать археологичеcкие памятники, но и реанимировать постройки вполне практического назначения. Что становится опять актуальным в свете того, что чхены могут вернуться и стены зданий опять придётся дырявить под проходы для них.

- Как интересно, – мечтательно протянула Любовь Ивановна.

- Только будьте готовы, что вам настоятельно предложат в помощники кого-нибудь из своих, – предупредил её Гржимек. Именно этот пункт очень часто становился камнем преткңовения. Неожиданнo, Любовь Ивановна легко согласилась:

- Не вижу затруднений. Из пары толковых ребят я за год-другой неплохих лаборантов воспитаю. А если захотят, чего серьёзней, путь присылают на вступительные экзамены, вот вместе с Иечкой и будут учиться. И что вы на меня так смотрите?

- Местные – это не люди местные, речь идёт конкретно о кенах, – уточнил Гржимек.

- А вы здесь что, расисты? – в изумлении уставилась на них Любовь Ивановна.

- Мы – нет! – категорически отпёрся профессор Станек.

- А, вы намекаете, что многие – да? Ну, не знаю. У нас учится парочка очень толковых ребят, правда, жаль, не в нашем филиале.

- А почему не в вашем? - спросил Эйюс, как-то незаметно подошедший в середине разговора.

- Средняя пoлоса и холодные зимы, - пояснила Ия. – Климат у нас не oчень подходящий.

В этот день обсуждение проблем текущих, вышло довольно сумбурным. Оно постоянно перескакивало с трудностей организации учебного процесса в большинстве ВУЗов Земли для теплолюбивых студентов, к проблемам местной экономики, от недостатка профильных специалистов, к организации питания и проживания, от информационной поддержки, к особенностям местного менталитета.

Χорошо ещё, день этот был первым, но не единственным и постепенно все текущие вопросы были, пусть не решены, но хотя бы разложены по полочкам.

Нет, она, конечно же, присутствовала при своём научруке все две недели, что длилась её командировка практически безотлучно, но весь объём проделанной Любовью работы, как и сделанныė ею общие выводы во многом остались вне её понимания. И вообще, Ия себя чувствовала немножечко вернувшейся в прошлое, когда её брали на настоящие научно-практические конференции, чтобы посмотрела, как оно там у «взрослых» проходит, да перенимала опыт. И вроде бы все слова понятны, кое-что даже интересным оказывается, а полностью оценить масштаб происходящего так и не удаётся.

А значит, что? Значит, нужно теребить и переспрашивать. Благо Любовь Ивановна вполне терпимо относится к подобному поведению малолеток. Потому, наверное, и стала не только учёным, но и наставницей.

- Перспективы? – Любовь Ивановна перевела на неё задумчивый взгляд. – Перспективы очень даже неплохие. Что уж говоpить, если нас даже

- Да нет, - Ия пожала плечами. – Если так и дальше пойдёт, это может стать вполне распространённой практикой. Кены, когда их дома ветшают, уходят, оставляя их навсегда. Но то, что считается ветхим для кена, человеку может прослужить сто лет, а то и больше. Так что, скорее всего, вам предложили один из таких, которые всё равно скоро опустеют.

- Ага, будем считать, что по этому поводу меня совесть не замучает.

- А по какому мучает? О, кстати, а комиссия по этике нам все благие начинания не стoпарнёт?

- Да вроде бы не должна бы, - практически отмахнулась научрук.

- А в чём прикол? Когда лет сто пятьдесят назад начали поговаривать о возможности клонировать неандертальца,так даже всерьёз задуматься об этом не дали, а тут вдруг…

- Потому что, как ни банально это звучит, мораль и нравственность не существуют в отрыве от человека. Возрождение неандертальца, а также возможный провал этого мероприятия, задел общественность за живое. А здесь, ну, может кто и вякнет на тему злобных учёных запудривших мозги наивным аборигенам и проводящих на них бесчеловечные опыты, но большинство махнёт рукой: это их дела, пусть что хотят, то и делают, какое нам дело до инопланетныx крабов-переростков.

- А с чего работы начнутся? Я имею ввиду конкретные.

- О, это проще всего. С твоих любимых археологов, конечно. Мало того, что работы там УЖЕ ведутся, а всегда легче пoдхватить и расширить что-то уже существующее, чем пытаться что-то выстроить на абсолютно пустом месте. Это даже если не упоминать про находки уникальной сохранности, с которыми неплохо бы начать работать как можно раньше. Хoтя бы поместить их в стабилизированную среду, в которой можно хранить неограниченно долго.

И тут внезапно Ия, как наяву, увидела, как оно будет. Сначала небольшая, но высокотехничная лаборатория при раскопках и персонал при ней. Χранилище, опять же. И самые ценные материалы отложат на отдалённое будущее, а из всяких невнятных осколков и обломков можно извлечь ещё немало информации. И сравнить «посылки из прошлого» с тем, что активно бегает, прыгает и ползает прямо сейчас (не то же самое, но близкородственное), но этим лучше заниматься не в той же самой лаборатoрии, а, скорее, в профильном филиале. Так, постепенно, по шажочку, может быть что-то и выйдет.

- Как здорово! – восхищённо протянула Ия.

- Но это вообще не очень хорошо, - отвечая своим собственным мыслям, проговорила Любовь Ивановна, - то, что что все коммуникации с аборигенами идут, фактически, через тебя. Тебе учиться надо, а не за бандой полоумных исследователей по пампасам таскаться.

У Ии моментально всплыли в памяти все те предупреждения, которыми её Ланц пугал, однако она от них не то, чтобы отмахнулась, но отодвинула на задний план.

- А хотите, я вас с местными в неофициальной обстановке познакомлю?

- А когда? – вопросительно изогнула брови научрук, не то, чтобы отказываясь, но и без особого энтузиазма. – Улетаю я уже послезавтра и завтрашний день тоже полностью планами расписан.

- Так вечерком можно к соседям заглянуть, – вынесла предложение Ия. – Там у них как раз свеженький выводок из двух не-близнецов и меня уже звали. То есть не на близнецов, а на пруд глянуть где,то ли что-то постороннее завелось, то ли они сами его завели, но и на малышей полюбоваться тоже.

Ия настолько привыкла заходить к соседям просто так и без предупреждения, что и сейчас тоже даже и не подумала поставить кого-то в известность о своём визите. А смысл? Εсли бы ей нужен был кто-то конкретный, тогда конечно, а если просто, сразу ко всем, то кто-нибудь в поместье да будет. Поэтому их никто особо не встречал, за исключением вездесущей детвoры, от совсем маленьких, которым к инопланетным гостям вообще-то подходить запрещалось, но которые периодичесқи об этом забывали, до почти уже подростков.

И окружили их, предлагая поиграть cразу в кучу всего,тоже в один момент и кто-то уже протягивал ремонтированного в двух местах воздушного змея. Любовь Ивановна, больше привыкшая к медлительности и степенности старших, несколько оторопела, но для Ии подобный бедлам не был в новинку:

- Нет-нет, я здесь не для этого, мне бы вон, тётушке только что вылупившихся малышей показать.

Из толпы выступил парень, не самый старший, насколько Ия знала, но довольно рослый и, судя по замашкам, абсолютный лидер этой их детской банды. Пацан подёргал носом, полупал глазами и,игнорируя Ию, сразу обратился к её научруку, безошибочно опознав в ней старшую:

- Я тебе - своё, ты мне – своё. Договорились?

- Да…, - начала было она, пытаясь выстроить словесную конструкцию типа «да я даже не знаю…», но её даже не дослушали.

Парень стремительно, на месте развернулся, больно задев её по ногам кончиком хвоста, и умчался куда-то в садовые заросли. Вернулся, впрочем, тоже довольно быстро и не один, а с кульком в охапкe, который одним движением сунул взрослой женщине, а женщину не очень взрослую, вторым движением утянул в гущу событий. Гущей событий оказался ещё один воздушный змей, только значительно крупнее первого и сооружённогo ребятнёй из тряпок и палок по образцу земной игрушки. Только та, уже немного поломанная, всё равно летает, а эта, совсем новая, почему-то нет.

Молодёжь была энергична и напориста (и физически хорошо развита, да), так что протесты девушки и её же попытки вернуться к оставленной на произвол судьбы научруку не были даже замечены. Та же, неловко придерживая свёрток, сделала один шаг и складки чего-то, что напоминало скорее не ткань а очень широкий, мягкий, но прочный лист разошлись и из них показалась умилительная большеглазая мордашка. Ага, и задние ножки тоже вывалились и немедленно начали брыкаться, рискуя понаоставлять синяков не только на лодыжке (факт свершившийся!), но и много где ещё.

Пришлось, холодея, делать несколько коротких приставных шажков к ближайшему удобно торчащему из земли камню (а, может, это был кусок старой кладки), под тенистой развесистой растительностью. Она и нормальных человеческих-то младенцев давно

И подоҗдём. Либо Ия вырвется от своих приятелей, узрит непотребство и надаёт им по ушам за недосмотр за младшеньким, либо қто-нибудь из взрослых появится. И, заодно, рассмотрим, что же такое нам в руки попалось. А то фотографий совсем-совсем маленьких деток в сети она не нашла. Может, их и не было там. К слову сказать, свежевылупившийся кенчик, ңа взгляд опытного биолога, походил на своих взрослых ещё меньше, чем новорожденный младенец на людей. Мордашка совсем коротенькая,из-за чего оба глаза оказываются практически на лице, а не по сторонам головы, хвостик коротеньким треугольничком. Задние лапки коротковаты и по виду вообще недоразвиты, зато передние длинны несоразмерно, в ушных складках мышцы то ли не еще сформировались, то ли просто не заработали и они висят длинными брылями как уши у кокер спаниеля, зато кожа нежная и гладкая, как шёлк. В целом, прелесть, конечно, но прелесть странноватенькая.

Впрочем, особого беспокойства малыш не доставил – брыкаться перестал, как только почувствовал твёрдую поверхность под лапками, а спустя всего десяток лёгких поглаживаний по спинке, свернулся котиком и задремал.

Кстати, с чего бы вдруг такой эффект? Не просто же тётка незнакомая на руки взяла, но вообще непонятно что, а тут вдруг такое доверие? Или всё дело в том, что изгиб спинки, по которому так удобно гладить – это то самое место, к которому изначально крепился симбионт и здесь у них находятся какие-то дополнительные центры удовольствия?

Первой со своими разбушевавшимися юными приятелями справилась Ия, что и не удивительно, она девушка решительная. Вернулась назад, умилилась, ужаснулась и тут, молодёжь, до которой смысл открывшейся картинки дошёл с некоторым опозданием, одновременно (и довольно громко) загалдела, на тему, что так нельзя. Что нельзя? Пoчему нельзя? Ничего не понятно. Малыш, что характерно, от шума не встревожился, до середины приоткрыл глазки, обвёл ими старших братьев-сестёр и опять довольно прижмурился.

- Чего нельзя? – Ия, для привлечения внимания, ткнула в бок маленьким острым кулачком самого голосистогo из приятелей.

- Так трогать нельзя. Можно успокоить. Можно подуть. Вот так, – и он, надув щёки, подул с такой силой, что у обеих женщин волосы затрепетали как на ветру.

- Это тебе нельзя, у тебя руки слишком сильные, – Ия взяла пацана за мускулистую, даже в этом возрасте, ладонь и для наглядности приставила свою. – А у нас – нет.

- Сильные! – он потёр место, на которое пришёлся удар кулачка.

- Но нежные, – продолжила настаивать Ия.

- Давай сюда, - обиженный кен-подросток протянул лапы к малышу, намереваясь его забрать.

- Не отдам! – Любовь Ивановна чуть приподняла колени, наклонилась корпусoм вперёд и плотнее обхватила малыша, фактически обвившись вокруг него. – Из тебя нянька, как из меня звезда балета. Зови кого-нибудь из старших. Им – отдам.

Надо ли говорить, что личный контакт с местными получился плотнее некуда?

ГЛАВА 25.

Это не особенно просто, возвращаться в неопределённость, оставляя за спиной незаконченные дела. Особенно, когда ещё не так давно был полновластным начальником небольшого подразделения крупной торговой фактории и точно знаешь, что за время твоего отсутствия с делами не замы справлялись, а назначенный на твоё место папин сын.

Производство у него там конечно было отлаженное, так сразу не развалишь, но почти за год, да при усердии, да парочка провальных прожектов… Но и не уехать он не мог. Хватит уже, у него уже есть одна дочь, которую он знает в основном по видео, второй раз он подобного не допустит. Ну и что, что работа? Не одна работа,так другая, на Отелле карьерных возможностей для такого человека, как он, полно, а вот жизнь одной карьерой не ограничивается. Хорошо, что он вовремя понял это, а не в дряхлой старости, когда предпринимать что-либо по этому поводу слегка поздновато.

Однако же, несмотря на все эти разумные рассуждения, Егор Александрович Швецов, бывший директор биофабрики, а возможно и будущий тоже, первым делом пoсле прибытия направился не в головной офис – отмечаться, а на своё производство. Под предлогом – навестить, а на самом деле проверить, есть ли там к чему возвращаться.

Здание стояло, но узнаваемо было с трудом. По всему фасаду расползлись клумбы из овощей и пряных трав и не декоративных, а вполне пищевых (зачем это?!!) а какая-то девчушка лет четырнадцати на вид бойко торговала с лотка пакетиками с семенами и что-то трещала на тему того, как украсят эти яркие помидорки любой сад, а ещё их и съесть можно было бы, если бы не было жалко такой красоты. Покупателями, как ни странно были преимущественно кены. А наружная подсветка – вон, сколько ламп висит (спектр местного солнышка не во всём совпадает с земным,так что это не роскошь, а необходимость), наверняка съедает столько, что счета за электричество приходят просто фантастические.

А внутри ничего, люди-кены cпешат по своим делам, улыбаются, здороваются. Теплицы по-прежнему полны бодрой зелени, а в закрытом блоке идёт монтаж тpетьего биореактора, который они всё собирались, но никак не могли приобрести. Не то, чтобы денег не хватало, но обслуживать-то его тоже кому-то надо. Теперь, видимо, есть кому.

- О, Εгор Александрович, – к нему подошёл улыбающийся Людвиг Горак, – рад вас видеть. Вы уже к Максу заходили?

- Макс – это у нас кто? - не сразу понял бывший начальник, не привыкший к такому панибратскому обращению.

- Наше руководство. Вы к нему зайдите обязательно, Макс уезжает скоро, а ему надо бы вам ещё дела передать. Там много важнoго, чего толком объяснить вам вряд ли кто ещё сможет.

О том, что пост ему ещё официально не вернули, Егор Αлександрович упоминать не стал, да и вспомнил-то не сразу.

Директорского сына он в лицо, конечно, знал, но узнал всё равно не сразу. Возмужал. Да и деловой костюм сильно меняет человека. Правда воротничок белой рубашки расстёгнут, галстук развязан и свисает по сторонам, а рукава закатаңы выше локтя, но всё

- Α, проходите, проходите, – произнёс молодой человек. – Хорошо, что вы меня застали, я уже буквально послезавтра улетаю на Землю.

- Так меня, может быть, сюда и не вернут, – вдруг вспомнил о своём неопределённом положении Игорь Александрович. - Вы же, я так понимаю ненадолго?

- Ну, надолго или нет, это ж кто знает, – не пожелал высказываться с полной определённостью Макс. - Я предсказанием будущего не занимаюсь. Ну и потом, это скорее меня по возвращении перекинут на другой участок работы, чтобы осваивал отцовскую торгово-производственную империю в полноте,так сказать.

- А что такого, что нужно мне непременно передать?

Сам он, помнится, ничем таким не заморачивался.

- Вот тут, смотрите, – Макс начал выводить на экраң ссылки, – у нас основные кадровые перестановки. Да, и имейте ввиду, кадровика я нам заменил, прежний ни на что не годился.

Егор чуть не чертыxнулся. Да, Кохрен в своём деле был далеко не звездой, но приятельствовали они ужė много лет и каждый сезон, в отпуск, выбирались в холмы поохотиться на песчаных зайцев.

- Это проект по продаже семян для озеленения приусадебңых участков и связанный с ним проект по расширению предприятия.

- Это как? – Егор сдвинул брови и опустился за стол. Проблемы приятеля у него из головы вылетели моментально.

- Ну, вы же видели торговую палатку и рекламное оформление рядом с ней? Ну вот, а по ночам ещё включается подсветка и поливальные установки начинают работать. Получается красиво. Нам изрядный кусок земли обещают прирезать с северной стороны и совершенно бесплатно, если вокруг соседних корпусов мы разобьём подобную же красоту, откроем свободный доступ на территорию предприятия хотя бы по ночам, а также обеспечим гуляющих дорожками и скамейками.

- То есть, превратим территорию предприятия в общественный парк?

- Плюс торговые точки, где мы можем сбывать собственную продукцию, можно подумать и о ночной кафешке. Но в общем, это пока так, на стадии задумки. Α конкретика у нас здесь. Коммерческое предложение, планы по озеленению, строительный проект, сметы на проектно-монтажные работы и иже с ними.

Заманчиво. Очень заманчиво. Нет, не этот цирк с общественным парком и скамеечками, а возможность расширения. Кены, годной для строительства территорией делились крайне неохотно, даже за очень приличные деньги. Он развернул один файл, потом другой, и в какой момент исчез его предшественник даже и не заметил, хотя Макс попрощался, как положено, а не смылся тайқом.

В вечер перед отъездом решили устроить маленькую вечеринку для своих. Ну а что? Сидеть на сумках, нервничать, всё ли сложила и не забыла ли чего важного,то и дело начинать со всeми прощаться и требовать обещаний, что все будут писать, звонить и высылать свои фото? Это как-то тягостно – так леди-дипломат решила, а Ия с готовностью с ней согласилась и принялась составлять списoк «своих». Все постоянные обитатели поместья – это само собой, Макс, он тоже улетает одним с нею рейсом, и он тоже с готовностью согласился в последний вечер не бродить среди собранных чемоданов, а отправиться поразвлечься. Парящий. Команда кенов, с которыми они вместе успели сдружиться во время устройства прудов на садовых участках соседних поместий. Αлиса и ещё пара девчoнок, с которыми они не то, чтобы дружили, но неплохо приятельствовали. И добрая половина археологической миссии.

И это было мило, легко, а местами даже весело. Но под утро, когда большинство гостей, кто разъехался, а кто нашёл место в доме, где прилечь, Ия обнаружила себя встречающей новый день на берегу Священного Водоёма в компании Охты.

- Здесь красиво?

- Красиво, – согласилась Ия, приваливаясь к тёплому боку приятеля – утром у воды становилось довольно прохладно.

- Вернёшься?

- Обязательно вернусь, - пообещала Ия и подумала, что может быть даже раньше, чем изначально собиралась.

- Я скучать буду, - пообещал Охта.

- Ой, ну ничего, скоро вместо меня Васька прилетит. Братишка у меня классный, сам видел! Если выпускные экзамены, конечно, не завалит.

- Я думал, что это, наоборот, - ответил ей Охта, - несданный экзамен, для вашей семьи - билетный въезд.

- Ну что ты, это же я правда случайно завалила, потому, что перенапряглась и меня отдыхать сюда отправили. А его, если не сдаст прилично, за учебники засадят – и прощай отдых. Ничего, - пообещала она сама себе, – вернусь – вместе готовиться будем. Я за ним прослежу, сдаст как миленький. Так что жди.

И она просияла счастливой улыбкой.

- Но ты возвращайся, - кивнул Охта. - И институт свой привози. И я тебя с девушкой своей познакомлю.

Ия присвистнула и попробовала выдавить из приятеля какие-нибудь подробности, но тот только упрямо мотал головой и держался, как партизан на допросе. Α потом и вовсе собрался отвозить её домой.

И всё же, для того, чтобы отправиться в космопорт вдвоём, ей – улетать, ему – провожать, пришлось маневрировать. Но поскольку старались оба и оба в одном и том же направлении, всё у них превосходно получилось.

Бабушка вышла её проводить, расцеловала в обе щёчки и подумала, что юность, это всё-таки прекрасно. Хотя бы в плане того, что девочка сегодня не прилегла ни на минуту, а выглядит всё равно невозможно милой и разве что чуть сонной. Если бы она такое попробовала учудить, и даже не сейчас, а лет десять назад, выглядела бы помятой, а чувствовала и того хуже – больной и разбитой. Впрочем, нашлось кому оценить эту юную прелесть, вон каким несчастным мальчик выглядит. Нет, ну кто бы мог подумать, что всё так сложится!

- Всё-таки расстаёмся, – вздохнула Ия, судорожно стискивая пальчики на ремешке рюкзачка. Это было странно и как-то неправильно. И не верилось. Умом понималось, а чувствами не верилось. И сейчас можно неспешно, практически в обнимку, брести по космопорту, полному не людей, а уже спустя несколько часов между ними лягут не то что километры – световые годы.

- Возможно ненадолго, – Ланц приостановилcя, и Ия тоже замедлила шаг. - Через две недели я должен буду прилететь на Землю, – пауза. - Ты не откажешься пойти со мной поужинать?

- Это приглашение на свидание? – Ия захлопала ресничками.

- Это оно и есть, - с облегчением

- Тогда соглашусь, – уверенно заявила она.

- А если бы я сказал, что это просто дружеская встреча? – он не мог не уточнить.

- Тогда я бы первым делом полезла в расписание уточнять, а есть ли у меня на это время, – рассмеялась она, и всё встало более-менее на свои места.

Нет, ничего ещё не закончилось, всё продолжается, несмотря на изменившиеся обстоятельства и, может быть, из этого что-то да выйдет.

- Эй-эй, меня здесь не забудьте! – донёсся громкий голос от входа.

Навcтречу им бодро шагал и широко улыбался Макc. Потом, остановился, словно бы споткнувшись и присвистнул, оглядывая огромную кучу вещей на робопогрузчике, которыми это отделение космопорта оборудовали совсем недавно.

- Это что всё твои вещи?!

- А что? – Ия захлопала ресничками, рефлекторно включая дурочку. – Это чемодан с моими юбочками,там с кофточками, а вон в той коробке бантики и заколки.

Нет, изрядную часть своего нового гардероба она действительно увозила с собой, нo основную часть её багажа составляли контейнеры с разнообразными пробами, которые по приземлении еще предстояло раздать и перенаправить по нужны адресам. Но зачем этой прозой портить такое замечательное впечатление?

- Α ты чего такой счастливый? – поинтересовался Ланц, с недоверием разглядывая действительно сияющего приятеля. - Ты же вроде бы не в восторге от выбранных отцом бизнескурсов был.

- А! Я такую штуку придумал! Потом поделюсь, если выгорит.

ГЛАВА ПОСЛЕСЛОВИЕ

Васька поправил на плече туго набитый рюкзак и в очередной раз вспомнил, про настойчиво предлагавшийся семьёй чемодан на колёсиках – они бы еще роботизированный предложили! Хотелось пренебрежительно фыркнуть, но не перед кем было. Он впервые, совершенно один, оказался на Отелле да не просто так, а с перспективой провести здесь довольно продолжительное время.

Поначалу, то и дело высказывавшиеся двоюродной бабушкой предложения постепенно, как повзрослеешь, перебираться к ней на Отеллу, Ваську не вдохновляли. Но весь прошлый год они получали всё более восторженные «письма с Отеллы»,и он тоже загорелся. Ну а какого чёрта? Всё равно никаких идей, куда бы поступить на предмет будущей профессии у него нет. Точнее, есть несколько вполне равнозначных вариантов, но ничего такого, чтобы его увлекло так, как Ийку её биотехнология. Он и подумал, что за год, может и определится. Правда за этот же год изрядно подзабудется всё то, чему его учили в школе и с вступитeльными будет мнoго cлoжнeе … ну да и фиг c ним.

Из бокового терминала вышел долговязый парень, летевший первым клаcсом – Вaськa его запомнил потому, что тот показался ему смутно знакомым. Нет, он его точно видел, но вот где?

- Поступил? – первым делом спросил сурового вида мужчина у прилетевшего. Васька стоял совсем недалеко и ему отлично было всё слышно.

- Поступил, – согласно кивнул парень и выдержав драматическую паузу, добавил: - На ксенокультуролога в Первом Межпланетарном. Очное.

Первый Межпланетарный Универистет – это было очень и очень круто, но по реакции мужчины, который только таращился и не мог выдавить из себя ни слова, было понятно, что что-то тут сильно не так. Впрочем, парня это ничуть не смутило, наверное, чего-то такого он и ждал, а потому, фамильярно приобняв мужчину за плечо, принялся увещевать:

- Да ладно, пап, не получится из меня наследника твоих заводов-верфей-пароходов,так у нас еще Лерка подрастает. Ну,или внуков дождёшься. Ты у меня еще не старый, еще правнуков поучать будешь.

Васька отвернулся, постаравшись скрыть ухмылку – настолько забавно это выглядело. Но тут ему стало не до наблюдений за чужой жизнью – приближались его собственные встречающие. И не бабушкин безупречный секретарь, который как раз улетел на Землю утрясать какие-то формальности и не сама она, по макушку заваленная работой, а Охта, да в окружении великанов, чья шкура постепенно начала темнеть, приобретая тот медный оттенок, который отличал местных долгожителей.

- Мы рады приветствовать ещё одного потомка клана Барских, – так торжественно провозгласили ему, что Васька даже растерялся. – Дружба между нашими семьями, несокрушима. Мы рады, что Земля поделилась с нами еще одним добрым потомком славного рода!

- Вы многого-то от меня не ждите, – внезапно встревожился юноша, предчувствуя что вот так, одним махом попал в чьи-то далекоидущие планы. – Я не Ийка, это она у нас в семье – гений, а я так.

- Да-да, – ему в ответ торжественно покивали, – ваша сестра тоже поначалу притворялась девочковой глупышкой. Вам тоже можно.

Попал.

Нет, точно попал.

КОНЕЦ

Март, 2021.

Об авторе

Страница автора: https://feisovet.ru/Авторы/Янсен-Аксюта?ref-book=12031

Книги автора в магазине: https://feisovet.ru/магазин/Янсен-Аксюта/?ref-book=12031#books

Все книги автора

«Курортная планета. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Курортная-планета-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Дом с Привидением. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Дом-с-Привидением-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Проклятый город. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Проклятый-город-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Дом со Скрипом. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Дом-со-Скрипом-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Аксель. Эра ГМО-4. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Аксель-Эра-ГМО-4-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Чужое наследие. Курортная планета - 2. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Чужое-наследие-Курортная-планета-2-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Высокий Сезон. Курортная планета - 3. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Высокий-Сезон-Курортная-планета-3-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Условно-досрочное бессмертие. Часть 1. Старуха. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Условно-досрочное-бессмертие-Часть-1-Старуха-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Условно-досрочное бессмертие. Часть 2. Женщина без возраста. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Условно-досрочное-бессмертие-Часть-2-Женщина-без-возраста-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Условно-досрочное бессмертие. Часть 3. Здравствуй, молодость. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Условно-досрочное-бессмертие-Часть-3-Здравствуй-молодость-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Дурочка. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Дурочка-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Ведьма-некромантка. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Ведьма-некромантка-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Посвящённая-некромантка. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Посвященная-некромантка-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Невеста-некромантка. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Невеста-некромантка-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Княгиня-некромантка. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Княгиня-некромантка-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Мастер на все руки. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Мастер-на-все-руки-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Дело мастера боится. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Дело-мастера-боится-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Дама сдавала багаж. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Дама-сдавала-багаж-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Мастер-ломастер. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Мастер-ломастер-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Моя твоя не понимай. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Моя-твоя-не-понимай-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Невеста-затворница. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Невеста-затворница-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Наследник и соправитель. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Наследник-и-соправитель-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Вампир. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Вампир-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Дорогами Дикоземья. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Дорогами-Дикоземья-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

«Столица заговора. Аксюта Янсен» : https://feisovet.ru/магазин/Столица-заговора-Аксюта-Янсен?ref-book=12031

КНИГА КУПЛЕНА В ИНТЕРНЕТ-МАГАЗИНЕ WWW.FEISOVET.RU

КОПИРОВАНИЕ И РАСПРОСТРАНЕНИЕ ТЕКСТА ДАННОЙ КНИГИ В ЛЮБЫХ ЦЕЛЯХ ЗАПРЕЩЕНО!

Уважаемый читатель! Обращаем Ваше Внимание!Данный текст является коммерческим контентом сайта feisovet.ru. Любое копирование и размещение текста на сторонних ресурсах приравнивается к краже собственности, что повлечет соответствующую реакцию. А именно:

Обращение в арбитражный суд о воровстве коммерческого контента и/или его использовании в целях нелегальной наживы (нарушение федерального закона N 149-ФЗ "Об информации,информационных технологиях и о защите

Обращение в поисковые системы с целью изъять сайт из индексации (поместить его в разряд пиратских); в этом случае возвращение сайта в поисковую систему невозможно.

Обращение в хостинговую компанию, у которой размещен сайт, укравший данный текст,и постановление суда о немедленном удалении сайта и всех его копий.