Беглянка

Глава 1

Резеда Ширкунова

Беглянка

Светлана (Кити)

Раздирающая мозг головная боль увеличивалась с каждым криком, всхлипом, плачем и непонятным свистящим звуком.

— Кити, вставай, иначе вновь получишь плетей, — услышала я словно сквозь вату девичий голос, в котором чувствовались истерические нотки.

Я не знаю, кто такая Кити, но обращались вроде бы ко мне, потому что за рукав дергали именно меня.

С трудом разлепила веки и поняла, что оказалась на съемках исторического фильма. В большом помещении, похожем на сарай, вповалку лежали люди: мужчины, женщины и дети всех возрастов и, судя по всему, разных сословий. Одежда на некоторых была пусть и грязная, но добротная, на других же висела лохмотьями, прикрывающими лишь стратегические места. Кроме того, стоял запах испражнений, давно немытых тел и еще чего-то кислого.

— Боже, что это?! — пискнула я. К горлу подступила тошнота.

— Кити, что с тобой? Очнись уже! И вставай, а то опять накажут, как вчера.

— А что случилось вчера?

— Ты чувствовала себя плохо и не смогла удержаться на ногах, вот по тебе и прошлись плетью два раза.

— Значит, поэтому болит спина? — спросила у склонившейся надо мной голубоглазой светловолосой девочки. Та, не отпуская мою руку, кивнула. — Как тебя зовут?

— Ты меня не помнишь? — удивленно вытаращилась девочка. При ее худобе глаза казались слишком большими. — Я — Лисандра, но ты меня звала Лиси.

— Я ничего не помню, — ответила ей и едва слышно озвучила мелькнувшую мысль: — Может, это развод, и действительно просто снимают фильм?

— Что такое «фильм»? — она внимательно посмотрела на меня.

— Потом объясню, — буркнула невнятно.

М-да, видимо, не развод. Выходит, я каким-то образом очутилась непонятно где. Страха и паники, как ни странно, не было, больше беспокоила сильная головная боль.

Встать, хоть и с помощью новой знакомой, удалось, но ноги совсем не держали. Тело норовило лечь и не двигаться.

Я огляделась. Окружающие люди тоже поднимались, а конвоир, кривоватый на один глаз бородатый мужик, постукивающий рукояткой кнута о голенища кожаных сапог, ехидно улыбался.

— Кто не встал, я не виноват. Не обижайтесь, предупреждал же: за непослушание забью до смерти, — он расхохотался. Нестерпимо захотелось дать ему промеж кривых зенок. Глядишь, и кривизна пропадет.

И все же, как я здесь очутилась?

То, что я — это я, пусть изрядно похудевшая, ни секунды не сомневалась. Руки-ноги точно мои, разве что куда-то пропал шрам на икре левой ноги. Но об этом позже подумаю.

Сегодня, а может, и не сегодня, мы с подругой Иринкой поехали в горы: две неугомонные, любящие путешествовать по заповедным местам необъятной родины девушки решили заняться альпинизмом. Большинство занятий по альпинизму проводились на скалодроме, и мы, посоветовавшись, отдали предпочтение именно скалолазанию. В особенности на наш выбор повлияло то, что многие скалолазные маршруты можно пройти за день, а некоторые — и за несколько часов. А скал у нас, на Урале, в городе Первоуральске, где мы жили, несметное количество. И не надо ехать в специальный альплагерь на две недели. К тому же мне нравилось, что не нужно натягивать тяжелые ботинки, надевать теплую одежду и таскать с собой тяжеленное снаряжение. Терпеть не могу носить тяжести.

Иринка перед выездом посмотрела на меня каким-то особенно тревожным взглядом.

— Знаешь, Светик, на душе как-то муторно. Чует мое сердце — что-то должно произойти.

Светик — это я, Светлана Викторовна Боженкова, двадцати пяти лет от роду, не замужем, детей нет, не привлекалась. Работаю, вернее, теперь уже работала в туристическом агентстве, а Иришка была библиотекарем. Жили мы в одном дворе и дружили с детства.

Я в ответ на заявление подруги только хмыкнула. И пусть сама чувствовала что-то подобное, вдаваться в панику не хотела. А стоило бы.

Пройти мы собирались по сложному маршруту. Добрались, проверили снаряжение, сделали разминку и полезли покорять скалу. А что дальше произошло — не помню. В памяти остался лишь крик Иринки, сильный удар по голове… Пришла в себя я в этом грязном сарае.

Лиси дернула меня, и я еле устояла на ногах, что заставило очнуться от воспоминаний. Оказалось, кривой конвоир смотрел на нас, замерших у стены. Окружающие уже по двое направлялись к выходу.

— Видящая, тебе непонятно то, что я сказал?

— Все понятно, господин, — ответила девочка, стараясь прикрыть меня. Затем прошептала одними губами уже мне: — Идем, иначе несдобровать.

Я, еле поднимая ноги, двинулась за людьми, выходящими из помещения.

На улице солнечный свет резанул по глазам. Охнув, я зажмурилась, а потом и вовсе закрыла лицо ладонями. Видимо, еще и остановилась, но толчок в спину быстро привел в чувства. Благо, Лиси успела меня подхватить, и я не пропахала носом песчаную дорожку.

— Это что? — проморгавшись, спросила я, заметив немного в стороне телеги с большими клетками, и вцепилась в руку своей сопровождающей.

— Нас везут на невольничий рынок на продажу, — хмуро ответила девушка.

— И ты так спокойно об этом говоришь? Удивляюсь твоему отношению. Да и сил у тебя как у здорового мужчины, а по виду не скажешь.

— Я перевертыш. Точнее, ирбис — смущенно ответила Лисандра. Незаметно осмотрелась и приложила палец к губам. — Но — тс-с-с! — никто не должен узнать. Если меня продадут нашим врагам, я никогда не вырвусь из плена. У меня вторая ипостась очень сильная, я как-никак дочь вождя, поэтому мне намного легче. Надеюсь, отец все же развернул поиски, и не я пропаду, как другие женщины.

— И это в порядке вещей — продавать людей в рабство? — попыталась возмутиться я, но ладошка новой знакомой мгновенно прижалась к моему рту.

— Тихо! Не здесь и не сейчас.

Она со значением глянула на меня и, удостоверившись, что я все услышала и приняла к сведению, медленно опустила руку.

Тут подошла наша очередь забираться в клетку. Рабов туда затолкали много, пришлось ехать стоя, словно в метро в час пик. Сверху на решетку набросили плотную и ужасно грязную вонючую ткань, через которую с трудом проникал солнечный свет.

Ехали недолго, минут пятнадцать. То, что добрались до пункта назначения, стало понятно, когда телега остановилась и ткань убрали.

Все клетки на рынке представляли собой прямоугольные коробки, с одной стороны забранные решеткой. Какие-то большого размера, другие чуть меньше, но в каждой лежала прогнившая солома и стояло несколько ведер, видимо, служащих отхожим местом.

Многие клетки уже заполнили. Там находились мужчины и женщины всех возрастов, а также,

Тут же стояли клетки с животными, в глухой ярости бросавшимися на прутья, но при малейшем соприкосновении их било короткими молниями, больше похожими на электрические разряды. После попадания молнии зверь, скуля, отползал и долго зализывал раны.

— Это мои сородичи, перевертыши, — всхлипнула Лиси.

— Не смей показывать слезы! — прошипела я. — Наших пленителей они только обрадуют. Тем более помочь ты сейчас не сможешь. Лучше подумай о себе: мертвой ты не нужна никому. Надо вгрызаться в жизнь! И найти способ наказать тех, кто осмелился сотворить такое с тобой! — да, грубо, но это единственный вариант остановить слезоразлив.

Раздался громкий крик Кривого, как я назвала главного надсмотрщика, и послышался хлесткий звук удара кнутом, прошедшимся в порядке устрашения по чьему-то телу. Все вздрогнули и ниже опустили головы, а помощники Кривого стали раскидывать невольников по своеобразным камерам-решеткам.

Нас с Лиси хотели разъединить, но девчонка вцепилась в меня стальной хваткой. Стражник злобно зыркнул, тем не менее отправил нашу парочку вместе. По его угрюмому взгляду было понятно, что инцидент он не забудет и в ближайшее время отыграется.

Часа через два появились первые покупатели. Любой из них мог подойти и пальцем указать на раба в клетке. Того тут же раздевали догола, и клиент осматривал будущую покупку: проверял отсутствие кожных заболеваний, щупал мышцы, заглядывал в рот.

«Словно лошадь покупает», — подумала я, рассматривая мужика у клетки напротив, и хмыкнула.

Но и представить не могла, что в этот момент за мной наблюдает Кривой, разговаривавший с каким-то худым высоким господином. Он не отрывал от меня взгляда, и его лицо становилось все недовольнее. Неожиданно главный надзиратель схватил собеседника за грудки, и тот, даже не попытавшись убрать его руку, повис, еле доставая ногами до земли. Отбросив худого так, что он, не удержавшись, полетел в грязь, Кривой направился прямиком к нашей решетке.

— С чего ты такая довольная, видящая? Думаешь, я упущу возможность на тебе заработать? Ошибаешься. Я постараюсь за тебя получить столько же, сколько за видящую, но будешь не своим даром пользоваться, а развлекать клиентов в доме мамочки Роситы, — расхохоталось это чудовище в человеческом обличии.

Лиси испуганно охнула и прикрыла рукой рот, а когда главный работорговец отошел, увела меня вглубь клетки.

— Выходит, ты действительно видящая? — изумленно прошептала она. — А я думала, что он просто так говорит. Но тогда как ты попала на тот корабль? Ведь видящих осталось настолько мало, что найти вас и узнать судьбу непросто даже богачам.

— Лиси, у меня ни на один из твоих вопросов нет ответа. Я ничего не помню: ни корабль, о котором ты говоришь, ни жизнь до него. Даже не имею представления, кто это — видящие.

— О Всесильный, защити нас! — ошарашенно произнесла Лиси и провела тремя пальцами от левого виска к правому. Видимо, так выглядел знак защиты в этом мире. — Как же тебе выжить, если забыла даже простые вещи?

Я промолчала. Просто не знала, что ответить. В голове было пусто. Там не завалялось ни одной умной мысли, лишь кружились сотни вопросов, разных предположений и рассуждений о том, где я и что со мной.

Глава 2

Светлана (Кити)

Дневное светило зависло в зените и жарило немилосердно. Пот катился ручьем, попадая на раны, и они начинали довольно сильно щипать, доставляя дополнительный дискомфорт. Если учесть, что пить не давали, чтобы не бегали часто в туалет, при такой жаре нам грозило обезвоживание, ведь вся вода выходила потом.

Большинство пленников валилось с ног от усталости, кое-кто и вовсе потерял сознание. Мужчины, у которых тело выше пояса было открытым и не защищено от палящих лучей, обгорели на солнце и покрылись волдырями.

Мы с Лиси забились в уголок, чтобы поменьше привлекать к себе внимания. Вначале на рынке посетителей было мало. Мимо нас проходили то одиночки, то по двое, но они больше интересовались магическими животными, чем нами. Я не имею в виду перевертышей, беснующихся в своих клетках, к ним кто-либо подходить просто-напросто боялся. Покупатели животных шли дальше, стараясь даже не смотреть в сторону рабов.

Но когда дневная жара начала спадать, на «смотрины для выбора личного раба» собралось несколько групп по три — пять человек. Периодически кто-то о чем-то долго беседовал с Кривым. Тот часто указывал на нашу клетку, но покупатели качали головами. Видимо, он пытался меня продать. Тщетно.

Я долго не могла понять, почему он так на меня взъелся, хотя рядом были девушки намного симпатичнее. Потом Лиси рассказала, что случайно услышала разговор на непайцком. Этот язык она изучала с детства как дочь вождя.

— Ты, Кити, из благородных, только в древних родах рождаются видящие. На тебя пришел заказ от очень влиятельного аристократа, но тот внезапно скончался. Помнишь мужчину, которого сегодня ударил Кривой? Он — представитель этого заказчика, управляющий. Пират планировал получить за видящую большие деньги, а теперь весь его план рухнул. Вот и вымещает на тебе недовольство.

— Ясно, почему он злой. Упоминал еще какую-то мамочку Роситу, ты не зна…

Лиси не дала мне закончить предложение — опять закрыта рот ладонью и огляделась, проверяя, не услышал ли кто нас.

— Так зовут владелицу увеселительных заведений в этом городе, — прошептала она. — Их у нее три. Самый дорогой носит название «Жемчужина», второй — «Ласковая ночь», он более скромный, предназначен для мужчин среднего сословия. Ну а третий, для матросов и обычных работяг, называется «Услада». Туда привозят либо женщин средних лет, не сумевших выплатить долг, либо постаревших и не пользующихся спросом из двух первых заведений. Ну и таких, как и мы, — захваченных пиратами и проданных в рабство. Там долго не живут, от силы года три. Затем умирают или от болезней, — Лиси густо покраснела, — или же от ран, если не повезло попасть в руки безжалостного монстра, любящего жестокость. Да и вообще бедняжкам приходится за день обслуживать огромное количество мужчин, и многие просто не выдерживают.

— Значит, Кривой хочет сделать из меня проститутку? — подытожила я.

— Кого? — удивилась Лисандра.

— Ну, девушку легкого поведения, — ответила я, смутившись. И твердо решила хоть в лепешку разбиться, но сделать все по-своему. Я же себя не на помойке нашла, и если уж на Земле выжила одна в мегаполисе, то и здесь смогу. Но, конечно, таким образом лишь успокаивала нервы, чтобы не окунуться с головой в затягивающую пучину

— Кити, мамочка Росита — единственная, кто сможет заплатить за тебя столько, сколько запросит Кривой, — Лиси посмотрела с сочувствуем.

— А тебе откуда все это известно? Ты же плыла со мной на корабле и, вообще-то, не должна ничего знать о местных жителях.

— Дело в том, что здесь мой дом. Я возвращалась от бабушки с дедушкой, живущих в другом клане. Кристоф, мой телохранитель, погиб, защищая меня от пиратов. Но, уверена, отец уже ищет. Надеюсь, он догадается, что я могу быть здесь, на невольничьем рынке.

Тут на площадке, где «парковали» свой транспорт высокородные покупатели, приехавшие за живым товаром, остановилась дорогая карета, украшенная серебряными витыми узорами и окруженная шестью всадниками. Площадка находилась недалеко от прямоугольных ангаров, в которых нас держали, и я хорошо рассмотрела, как из кареты вышла среднего возраста высокая худощавая женщина, а всадники спешились и встали рядом с хозяйкой. На шести амбалах, ростом около двух метров каждый, были только кожаные брюки и сапоги, на верхней же части тела одежда отсутствовала, если не считать ремней, пересекающих натренированные торсы бойцов крест-накрест. То, что это охрана, становилось понятно сразу.

— Вот это и есть мамочка Росита, — шепнула Кити.

Женщина выглядела крайне эффектно в ярко-красном декольтированном платье, плотно облегающем грудь и плавно стекающем от талии вниз. Помада в тон платью делала ее пухлые губы еще более чувственными. Правда, впечатление портили слишком раскосые сине-зеленые глаза и драгоценности, которых на незнакомке было неприлично много. У меня она вызвала крайне неприятные чувства. От одного взгляда на нее хотелось бежать как можно быстрее и дальше.

— Критон, дружок, я так рада тебя видеть! — пропела мамочка Росита, подходя к главному надзирателю. Теперь мы узнали, что Кривого зовут Критон.

— Мадам, вы как всегда очаровательны, — он склонился и губами коснулся ее пальчиков.

— Льстишь, шельмец, — промурлыкала женщина и довольно улыбнулась.

— Ну что вы, дорогая! От вашего очарования мужчины неизменно теряют головы.

— И кошельки, — усмехнулась она, а потом посерьезнела. — Я по делу, Критон. Мне нужны три девицы в «Жемчужину».

— О-о-о, специально для вас я привез настоящее сокровище. Девушка — аристократка, но не из наших краев. И она видящая. Я хочу за нее тысячу рупанов*.

— Ну ты и цену заломил! Нет, милый, даже связываться не желаю. Тем более тебе прекрасно известно, что видящих слишком мало. Ее будут искать, это однозначно.

— Уважаемая Росита, уверяю вас, что судно, на котором плыла девушка, лежит на морском дне, а его команда кормит рыб. К тому же это произошло в тот самый день, когда начался двухдневный шторм. Но хорошо, скину сотню рупанов.

— Пятьсот, — прищурившись, ответила Росита.

— Мадам, это не серьезно! — застонал пират. — Восемьсот.

Так начался торг за мое тело. Стало противно. Эти нелюди, иначе и не назовешь, из прихоти были готовы сломать жизнь человеку.

Я, сжавшись, словно мышь, сидела на полу своеобразной камеры и пыталась спрятаться ото всех. Душу терзал ужас, но я старалась остановить панику. «Все проходит, и это пройдет», — точно мантру мысленно повторяла раз за разом.

Голову подняла только тогда, когда открылась дверь клетки. Кривой остановился возле входа, а двое его помощников подошли ко мне и попытались поднять, но не вышло: мои ноги не слушались. Крепко выругавшись, один из мужчин подхватил меня на руки. И его недовольство я понимала: от моего тела шла такая вонь, что все мухи вокруг уже сдохли.

Надзиратель вытащил меня и бросил перед ангаром. За дальнейшими событиями я наблюдала отрешенно, словно смотрела американский блокбастер.

Мужчина, стоявший возле клетки, обернулся ирбисом и с одного прыжка повалил Кривого на землю, мертвой хваткой вцепившись в горло. Главный работорговец захрипел и обмяк. Через несколько секунд и его помощник рухнул в пыль. До второго помощника дошло, что и он сейчас ляжет рядом с товарищами, если ничего не предпримет. Пират попытался вытащить из ножен саблю, но не успел: с перегрызенным горлом не повоюешь.

Когда ирбис закончил с холодным расчетом убивать пиратов, к нему выскочила Лиси. И в тот же самый момент со всех сторон показались люди, вооруженные мечами, саблями, ножами, топорами, в общем, кто чем мог, и побежали к нам. Увидев воинственно настроенную толпу, ирбис громко рыкнул. Прозвучал ответный рык, и с прилегающих улочек, из-за тюремных ангаров, из-за кустов появились ирбисы и еще какие-то хищники, похожие на волков, но гораздо крупнее.

Лиси тем временем выхватила ключи из руки бездыханного Критона и открыла двери клеток, где сидели перевертыши. Затем подскочила ко мне и попыталась поднять, чтобы усадить на ирбиса.

— Быстрее, Лиси! А то мы не успеем до прихода основной охраны, — поторопил ее сородич.

— Беги, Лисандра, — оттолкнула я руки девушки. — Мое тело не слушается, и я буду вас лишь задерживать. Беги, пока не поздно. Хоть кто-то из нас должен оказаться на свободе.

Она посмотрела на меня с отчаянием, а потом прошептала:

— Я вернусь, — и превратилась в белоснежного прекрасного котенка ирбиса. Спасатель мордой подтолкнул ее, и все перевертыши за считанные мгновения исчезли с рынка. Позже я выяснила, что им удалось вырваться, и голубоглазая девочка спаслась.

Сидящие в клетках рабы не упустили шанс. Они принялись выскакивать и разбегаться в разные стороны. Не знаю, кому удалось ускользнуть, а кому нет, было не до этого. Душили слезы, но я старалась их не показывать, глядя в глаза усмехающейся мамочки Роситы.

Один из ее амбалов подошел и, схватив поперек тела, словно пушинку понес меня к женщине. Я уже могла двигать руками и ногами, пусть и с трудом: организм из-за недоедания и наказания плетью сильно ослаб.

— Сегодня явно мой день, раз я бесплатно получила видящую! — радостно воскликнула Росита. — Это надо отметить. Мальчики, грузите ее. Только не в карету, не хочу, чтобы там все провоняло, — она поморщилась. — Наймите телегу.

Женщина развернулась, плавной походкой подошла к карете и забралась в нее. Вскоре карета в сопровождении четырех всадников исчезла из вида, а двое оставшихся охранников быстро раздобыли телегу, бросили меня на сено и поехали следом за хозяйкой.

* Рупан — золотая монета.

Волун — серебряная монета. 100 волунов = 1 рупан

Мидан — медная монета. 50 миданов = 1 волун

Мидлон — половина мидана (медная монета могла разламываться напополам).

Глава 3

Светлана (Кити)

Загрузив мое безвольное тело в телегу, один из охранников накинул сверху дерюгу. Она так воняла конским по́том, что меня чуть не вывернуло наизнанку. Наконец удалось отвернуться, и я чуть-чуть отдышалась. К счастью, пока ехали, стало

Ехали мы примерно полчаса. Наконец телега остановилась, и тот же охранник вновь перехватил меня и потащил в дом. Я успела увидеть, что здание двухэтажное, красного цвета и обнесено высоким забором.

Меня сгрузили на пол маленькой комнатки, где стояли лишь узкая кровать и небольшая тумбочка.

— Лура! — крикнул мужчина.

В комнату зашла средних лет женщина в длинном темном платье, довольно-таки красивая. Особенно поражали серые в коричневую крапинку большие внимательные глаза. Только один недостаток портил ее внешность: от края левого глаза и до рта через всю щеку тянулся длинный шрам, отчего край губы сильно оттягивался вниз.

— Принимай новенькую, — отдал указания мужчина. — Но сначала искупай, а то она с корабля работорговцев, и от нее несет как от выгребной ямы. Потом положишь здесь.

— Почему здесь? — удивилась Лура, смотря не меня не просто с брезгливостью, а с отвращением. Жалость, возникшая к ней при виде шрама, сразу же исчезла.

— Хозяйка велела, — пояснил охранник. — Критон перед смертью успел сообщить, что она видящая, но мамочка Росита еще не определилась, как ее лучше использовать.

— Хорошо, Чарт, я поняла, — кивнула женщина и, открыв дверь, крикнула в темноту: — Вожина, Марги, принесите в комнату для слуг бадью и ведра с водой! Надо отмыть эту немощь! — а потом уже тише буркнула: — Воды понадобится много.

Вскоре, невзирая на возмущение и попытки вывернуться, я оказалась полностью раздетой. Увидев голое тело, охранник замер, того и гляди по подбородку слюна потечет. И на что там смотреть? Сейчас я напоминала скелет, обтянутый кожей. Чтобы в нужных местах появились округлости, меня придется откармливать не один день.

— Чарт, выйди! Иначе мы спокойно ее не помоем, — велела Лура. Мужчина кивнул и захлопнул за собой дверь, а женщина бросила мне: — Что ты корчишь из себя девственницу? Как будто инициацию до сих пор не прошла! Но меня-то не обманешь.

— Какую еще инициацию? — возмутилась я и, разозлившись, ударила по воде так, что во все стороны полетели брызги. Естественно, девушки полностью промокли.

Осознав, что натворила, я втянула голову в плечи. Но, услышав смех Луры, подняла глаза. Служанки, мывшие меня, улыбались, а эта хохотала во все горло.

— Вот так подарочек для нашей мамочки Роситы! Кто бы подумал, а? А ведь видящие теряют девственность уже лет в четырнадцать. За тебя она получит несколько тысяч рупанов. Ты что же, совсем ничего не знаешь? Но чему-то же учили родители?

— Во время нападения пиратов я упала и потеряла память. Ничего не помню, — буркнула я в ответ, но полученную информацию в голове отложила. Луре, похоже, известно много полезного, и следует по максимуму это из нее вытянуть.

Никакой видящей я себя не чувствовала. Лиси объяснила, что видящие — это люди, умеющие предсказывать будущее, и не только отдельных лиц, но и целых королевств. Даже способны предотвратить войны, которые периодически здесь случаются. Ох, надеюсь, голубоглазой девчушке все же удалось сбежать со своими сородичами.

— Почему важно пройти инициацию? — поинтересовалась я. Правда, не имела понятия, ответит женщина или нет. — И отчего видящая стоит так дорого?

— Ну, прежде всего, многие клиенты заведения желают вспомнить молодость и стать первыми мужчинами, поэтому девственность, соответственно, стоит больших денег, — начала словоохотливо объяснять Лура. — А после бурной ночи и лишения девственности у тебя откроются все магические потоки, и твой первый мужчина первым же услышит пророчество. Поверь той, кто с семнадцати лет живет в этом доме: мадам за ночь с тобой попросит заоблачную цену, ее сможет осилить только очень богатый человек, вероятнее всего — приближенный к королю, — она улыбнулась. Но улыбка получилась кривая и больше похожая на оскал, и я приструнила свое любопытство, хотя в голове вопросов крутилось воз и маленькая тележка.

Закончив с мытьем, мое тело ополоснули и накрыли простыней, благоухающей какими-то цветами, а затем позвали Чарта. Он поднял меня и положил на кровать. Потом провел по моим губам указательным пальцем. Видимо, собирался еще что-нибудь потрогать, но его остановила Лура.

— Она нераскрытая видящая, — пояснила служанка.

— Девственница? — удивился охранник и посмотрел уже совсем по-другому.

Стало противно, что они беззастенчиво обсуждают такие интимные подробности. Постаралась передать взглядом всю ненависть, злость и отвращение, испытываемые в данный момент.

— Я подожду, — усмехнулся Чарт, с вожделением блестя карими глазами. — Можно поразвлекаться и после продажи твоей девственности, — он похабно подмигнул и вышел из комнаты.

Минут через пять одна из девушек, купавших меня, принесла кашу с фруктами и сливочным маслом, кусок хлеба и кофе. Я все смела подчистую. Если планирую бежать отсюда, то мне нужно набрать вес и привести себя в ту форму, в которой я находилась в своем мире. А еще я ни в коем случае не собиралась терять девственность непонятно с кем и непонятно где, пусть это будет хоть сам король.

Тут сознание словно пронзило молнией. Да, я девственница, но таковой была на Земле, а здесь еще неизвестно, может, меня давно инициировали. Вот вляпалась!

После сытного ужина, точнее, судя по болтовне девочек мадам Роситы, завтрака, начало нестерпимо клонить в сон. Эта кровать показалась мне лучшей из всего, на чем приходилось спать в новом мире. Но не успела я закрыть глаза, как дверь распахнулась, и в комнату вошла хозяйка публичного дома. За ней следовал кругленький мужичок с большой лысиной на темени, которую он периодически вытирал левой рукой. В правой толстячок держал маленький кожаный чемоданчик.

— Мистер Айдон, осмотрите новенькую, — приказала Росита и пояснила: — Я купила ее сегодня на невольничьем рынке, и хочется удостовериться, что у девицы нет проблем со здоровьем. Да, и вот еще что. Скажите точно, он девственна или нет.

В груди все сжалось, и прошиб холодный пот. А вдруг окажусь не девственницей? Меня, вероятнее всего, тут же под кого-нибудь подложат. Кормить просто так в этом заведении явно никто никого не собирается, каждый кусок придется отрабатывать.

Мужичок, перекатываясь, словно колобок, подошел ближе и вытянул надо мной обе руки. Я почувствовала, как по телу прошлась теплая волна. Спать захотелось еще сильнее.

— Девушка совершенно здорова, мадам, не считая упадка сил от недоедания. Даже удивительно, как она еще жива. Маг, а тем более сильный маг, должен есть хорошо, желательно употреблять побольше мяса, чтобы восполнять расходы энергии. Мои рекомендации таковы: не подниматься с постели неделю, усиленно питаться. Я пропишу отвар. Заваривать и давать пить по

Глаза мамочки Роситы алчно блеснули, но больше она радости никак не показала.

— Спасибо, мистер Айдон, — женщина сунула в руку лекаря монетку. Жаль, я не рассмотрела какую. Впрочем, неважно, все равно в них еще не разбираюсь.

Доктор вышел, а главная распутница города уставилась на меня.

— Гляди-ка, не соврала Лура. А я поначалу решила, что она напридумывала. Сколько тебе лет?

— Не знаю, мадам. Я уже говорила вашей служанке, что потеряла память. Не помню ничего до попадания на пиратский корабль.

— Это хорошо, — усмехнулась Росита. — Для меня, но не для тебя. По виду тебе чуть больше семнадцати, и я до сих пор не могу поверить, что ты еще не прошла инициацию.

— Может, родители хотели, чтобы я жила жизнью обычного человека?

— Вряд ли, — она хмыкнула. — Каждая видящая на счету, им бы не позволили тебя скрывать. А вдруг?.. Да нет, абсурдное предположение, — пробормотала мадам, не отводя раскосых глаз.

Она обежала взглядом мое тело, отчего я ощутила не столько страх, сколько брезгливость. Даже одно ее присутствие в комнате вызывало отвращение.

— Вы что-то предположили? — стараясь не поддаваться панике, поинтересовалась я, не особо надеясь на ответ. Но Росита заговорила:

— Давно, лет двести назад, когда я была маленькой девочкой, — от этих слов у меня глаза полезли на лоб. Это сколько же ей сейчас лет? А она продолжила: — в одном из королевств случилось кое-что странное. Мужчина погиб на войне, затем очнулся, но ничего не помнил. И если раньше он обладал стихийным даром огня, то после смерти этот дар исчез, а вместо него проявился ментальный. Кто-то из целителей предположил, что в теле графа другая душа, но официально об этом никто не осмелился заявить. Сплетни ходили еще долго, — Росита прищурилась и снова обвела меня взглядом. — И я подумала: вдруг ты ничего не помнишь из-за того, что умерла, а тело заняла другая душа?

— Не может быть! — попыталась я доказать, что приведенный пример ко мне не относится. — Я, конечно, болела после ударов кнутом и очнулась, не помня своей жизни, но подругу по несчастью вспомнила сразу.

— Ты про девочку-перевертыша, пытавшуюся тебя спасти?

— Да. Лиси сказала бы мне, что я умерла, а потом очнулась.

— Может, догадалась обо всем, вот и промолчала?

Я не ответила, но твердо решила поскорее делать отсюда ноги.

Глава 4

Светлана (Кити)

С тех пор как я попала в публичный дом, или, как его все называли, дом развлечений мамочки Роситы, прошло пять дней. Основное мое занятие заключалось в том, что я ела и спала.

Это для окружающих.

На самом деле я уже со второго дня начала понемногу вставать и пытаться делать физические упражнения. Правда, после первой пары приседаний шлепнулась пятой точкой на пол, но это не умерило мой пыл: я стала делать упражнения лежа, потом сидя. В итоге, хоть и по капле, но сил прибывало.

Как там сказал мистер Айдон? Я — сильная магичка? А если верить прочитанным книгам о попаданках, то магия должна помочь мне быстро вернуться в строй. К сожалению, магии в себе я не ощущала от слова совсем.

Неделя, которую дал на выздоровление целитель, близилась к концу, и я со дня на день ожидала прихода мадам. В том, что она скоро появится на горизонте, я не сомневалась, и действительно, вечером шестого дня дверь отворилась, и зашла хозяйка борделя. Вместе с мистером Айдоном. Дежавю прямо какое-то!

— Осмотрите ее, — велела лекарю мамочка Росита, а мне бросила: — Потом мы с тобой пообщаемся.

Все прошло так же, как и в первый раз. Разве что целитель сегодня был немногословен. Он вынес вердикт, что я совершенно здорова и мое недоедание не принесет больше проблем ни мне, ни хозяйке, и поспешно удалился. А мадам приступила к разговору:

— Пока ты разлеживалась и отъедалась, я навела справки. Выяснилось, что тебя нашли без сознания недалеко от сожженной рыбацкой деревни, одетую в простую одежду, которую обычно носят рыбаки или крестьяне. Но я точно знаю, что видящие рождаются только у аристократов, и это подтверждает мою версию, что ты стала видящей после переселения души, — она улыбнулась.

И эта улыбка для меня значила одно: я попала. Ведь аристократы наверняка искали бы дочь, крестьяне же или рыбаки явно этим заниматься не будут. Погорюют о пропавшей девочке, если сами не погибли, и продолжат жить дальше. Зато у мадам теперь развязаны руки. Раньше она, как мне кажется, немного боялась наказания за сокрытие видящей, сейчас же ее ничего не останавливает, и хозяйка борделя начнет использовать новую девочку по полной.

И тут до меня дошла одна вещь, которая после речи мадам зудела в мозгу. Я внимательно посмотрела на Роситу, представила в красках рассказанное ею, и поняла, почему зациклилась на этом.

— Подождите! — воскликнула ошарашенно. — Но если меня обнаружили в рыбацком поселке одну и в бедной одежде, то откуда пиратам известно, что я видящая?!

Женщина целую минуту смотрела в мои глаза, потом резко развернулась и молча вышла из комнаты. Я с облегчением выдохнула. Аура некоторых людей чересчур давит, даже порой вызывает животный страх. К таким относилась и Росита. Позже я узнала, что у нее в предках были вампиры.

С хозяйкой заведения в следующий раз мы встретились через день. Она вновь зашла в комнату без стука, видимо, здесь так принято, но сегодня одна, без целителя. И, не заморачиваясь предисловиями, приступила к делу:

— Завтра приезжает мужчина, приближенный к королю. Он купил твою девственность. И ты должна быть благодарна, что ляжешь под благородного, а не под какого-то мужлана из подворотни. К тому же, судя по словам тех, кто тебя забрал из той деревни, ты валялась среди трупов жителей поселка. Если бы не Критон, то неизвестно еще, кто бы на тебя наткнулся и что бы с тобой сделал.

Я не стала доказывать, что озвученное — лишь один из возможных вариантов событий. Вместо этого поинтересовалась:

— Получается, все, что говорил работорговец про видящую, ложь?

— Не скажу точно, сама не в курсе. А спросить не у кого: тех, кто мог бы ответить на этот вопрос, в тот день убил перевертыш. Но пока оставим эту тему, — ее голос звучал так, словно она вбивала в мою голову гвозди. — Портниха уже сшила платье. В шесть

Что иначе — она не сказала, но и без слов ясно, что ничего хорошего.

После того как мадам удалилась, мозг начал работать активнее. Я совершенно не готова к побегу. Во-первых, организм еще не восстановился, и я периодически чувствовала слабость. А во-вторых, мне нечего надеть. Старое платье давно унесли и выбросили, последние дни одежду мне заменяла простыня. С каждой минутой паника все больше захватывала сознание, и что-то с ней сделать не получалось. На словах-то все сильные, а вот на деле…

Тут распахнулась дверь, и зашла одна из служанок, которая помогала Луре с моим купанием. Вроде бы ее имя Марги. Она поставила передо мной обед, а я решила действовать.

— Тебя же Марги зовут? — улыбнулась я девушке. Она кивнула, не отводя внимательных глаз. — У меня к тебе просьба. Дело в том, что у меня совсем нет одежды. Не могла бы ты принести платье, неважно какое, чтобы прикрыть эти прелести? — я указала на свою грудь.

— Хорошо, госпожа. Попробую что-нибудь подобрать, — без споров согласилась Марги.

— Да какая я госпожа! — я махнула рукой. — Обычная, такая же, как все.

— Нет, госпожа, не обычная. Про вас тут слухи ходят…

— Это какие же?

Девушка оглянулась на дверь и быстро зашептала:

— Говорят, вы — видящая, и стоит герцогу переспать с вами, дар тут же откроется. Я принесу платье, госпожа, а вы посмотрите мою судьбу? — неожиданно закончила она.

Врать не хотелось, и в то же время себя было жаль. А доверять я не могла никому. Вот, спрашивается, что делает в подобном заведении совсем молодая девчонка? Одна из «ночных бабочек»? Поэтому я пообещала:

— Посмотрю обязательно, Марги. И, пожалуйста, кроме одежды, если получится, принеси еще и обувь.

— Хорошо, госпожа, — она снова кивнула и ушла.

Буквально через пару минут в комнату влетела Лура. За ее спиной, опустив голову, стояла Марги. Старшая служанка уперла руки в боки и с прищуром взглянула на меня.

— Зачем тебе одежда и обувь?

— А что, мне по заведению ходить в таком виде?! — возмутилась я, мысленно нахваливая себя за предусмотрительность, и сбросила простыню с одеялом, оставшись в чем мать родила. — Я даже в туалет не могу нормально сходить, лишь в горшок под кроватью! У вас и при клиентах в горшок ходят? Или мне мадам пожаловаться? А купаться перед завтрашней встречей с герцогом предлагаете в лохани? Только не надо говорить, что в доме нет ванны!

Вообще-то, с последним утверждением я рисковала, и рисковала по-крупному. Кто знает, есть ли в этом мире ванны в принципе?

Лура немного помолчала, о чем-то раздумывая. И наконец выдала:

— Хорошо, я поняла. Сейчас спрошу разрешения у мадам и вернусь.

— Я надеялась, что тебе можно доверять, а ты побежала докладывать, — поморщившись, сказала я Марги, весь наш разговор с Лурой простоявшей с опущенной головой. — Пошла вон отсюда.

Девушка выскочила из комнаты. Мне казалось, будто на душе кошки нагадили. Думать о ее предательстве, пусть я и не питала особых надежд на помощь, было неприятно.

Через полчаса в комнату зашла другая служанка и молча положила на кровать серое платье обслуживающего персонала и обувь, напоминающую домашние тапочки. Я быстро оделась. Конечно, без нижнего белья чувствовала себя некомфортно, но спасибо, что принесли хотя бы это.

Из любопытства выглянула за дверь и тут же услышала разговор двух служанок.

— Дура ты, Марги! Тебе подвернулся шанс узнать у видящей о своем будущем, а ты его профукала. Глядишь, она посоветовала бы, как выбраться отсюда и устроить успешно жизнь. Или хочешь, как твоя мать, сначала ложиться под аристократов, а потом, потеряв красоту и молодость, оказаться в «Усладе» и обслуживать всякий сброд? И долго ты там проживешь, а? — Марги заплакала, а вторая служанка продолжила: — Попроси видящая что-то для нее сделать, я бы наизнанку вывернулась, а помогла.

— Я не хотела, — сквозь всхлипы ответила Марги. — Меня Лура увидела, остановила, принялась расспрашивать, отчего я такая довольная. Вот я без задней мысли ей и рассказала. А она сразу ринулась к госпоже требовать ответов.

Я не стала им мешать и вернулась в комнату. Следовало решить, что делать дальше. Насколько я помню, ранним утром здесь все спят, как обслуга, так и девчонки, умаявшиеся за ночь с клиентами. Тогда-то я и должна попытаться сбежать.

Глава 5

Светлана (Кити)

Сегодня была последняя ночь, когда я еще могла вырваться из этого места распущенности и разврата.

Стараясь вести себя незаметно, хоть порой и ловила косые взгляды, решила пройтись по первому этажу. Клиенты начали уже собираться, и мне удалось понаблюдать, как покупателям показывают «товар». Коротенькое платьице на каждой из девочек еле прикрывало ягодицы, а глубокое декольте почти не прятало груди, и казалось, что та вот-вот вывалится. При виде такого «богатства» глаза мужчин, жаждущих удовольствий, наполнялись чувственными огоньками, из приоткрытых ртов едва не капали слюни, а бугры в штанах прямо демонстрировали, как они мечтают утолить свои бесстыдные желания.

Я — дитя просвещенного века, и многое видела во всемирной паутине, то бишь в интернете. Но здесь, где воздух буквально пропитан похотью, становилось душно.

Нет, нет и нет! Меня подобное не устраивает! И лучше я умру повторно, чем буду жить как эти несчастные женщины!

Я вернулась в свою комнату и прямо в одежде завалилась в постель, словно пришибленная мешком. Спать не получалось: мешали музыка, крики, смех и стоны, доносящиеся со второго этажа.

Веселье затихло ближе к рассвету. Дождавшись, пока все звуки растают в предутренней мгле, я тихо встала с постели. Еще днем узнала, где находится кухня, и в первую очередь направилась именно туда. Надо же чем-то питаться в дороге, вновь падать без сил совершенно не хотелось. Жаль, времени совсем нет, а то можно было попробовать разжиться несколькими монетами. Хозяйка борделя уж точно не обеднела бы.

Почему-то вспомнился странный случай, произошедший вчера со мной возле кухни.

Я стояла и смотрела, как девушка отрубает головы курам, когда одна птица вырвалась и принялась с отрубленной головой носиться по всей кухне. Я перехватила курицу, передала ее девушке и зашла за перегородку, чтобы ополоснуть пальцы от крови.

— Новенькую никто не видел? — прозвучал внезапно юношеский голос.

Наверное, кто-то указал на перегородку, так как из-за нее сначала появилась голова, а затем и сам молодой человек с русыми кудрями

— Ты что тут делаешь? Я тебя обыскался, — недовольно буркнул он и подошел ближе.

— Пальцы в крови испачкала, вот, собиралась помыть, — ответила я, недоуменно рассматривая юношу.

— Не нужно. Колоть лишний раз не придется, — проворчал парень и схватил меня за руку. Потом приложил к пальцу, испачканному куриной кровью больше других, маленькую трубочку, нажал на кнопочку на ее верху, и кровь втянулась внутрь.

— Ничего себе! — удивилась я.

Мальчишка довольно хмыкнул, радуясь, что произвел впечатление, и улыбнулся.

— Теперь можешь мыть, — разрешил он и, насвистывая, вышел из-за перегородки.

И сейчас, пока я пробиралась на кухню, интуиция нашептывала, что все, произошедшее тогда, к лучшему.

Наконец открыла дверь в святую святых царства еды и осмотрелась. На столе стояли кувшин с компотом и тарелка с обветренными кусками вареного мяса и парой ломтиков изрядно подсохшего хлеба с сыром. Остальные продукты, видимо, были закрыты в шкафах, на которых висели огромные амбарные замки. Да уж, своеобразная защита от воров.

Схватила чистое полотенце и завернула туда все, что лежало на тарелке. После отыскала пустой кувшин и потянулась, чтобы налить чистой воды. И нечаянно задела бокал, стоявший на краю стола. Он полетел на пол и с грохотом раскололся.

— Кто там? — услышала я сонный крик одной из служанок и замерла, готовая вылететь из кухни, надумай женщина подняться с постели. Но та лишь пробурчала: — Тьфу ты, опять крысы разбегались, — и вновь наступила тишина.

Я, постояв еще пару минут, перевела дух, схватила узелок с добычей и метнулась в холл, а оттуда — к двери, ведущей на улицу. Но выяснилось, что она закрыта на замок. Меня пробила нервная дрожь. И что делать? Как выбраться из дома?

«Не все потеряно. Должен найтись другой выход», — мысленно постаралась успокоить себя и задумалась, что же предпринять.

Центральная входная дверь наверняка закрыта до вечера, но продукты-то и все остальное привозят утром, значит, есть еще одна дверь. И пусть время поджимает, а минуты тают на глазах, ничего не остается, кроме как искать выход. Как же тяжело, когда не знаешь планировки дома!

Пожалуй, начать лучше с кухни, ведь продукты доставляют именно сюда.

Осмотрела помещение и вскоре обнаружила в углу за печкой неприметную дверцу. Открыв ее, увидела коридор, а дальше — деревянную старую дверь, через окошко в которой пробивался лунный свет. Кстати, в этом мире было две луны: одна — большая, даже огромная, желтая, словно головка сыра, а вторая — гораздо меньше, оранжево-красная. Света они давали достаточно, поэтому на улице было не так темно, как, например, в ночном лесу на Земле.

Отодвинув засов, я вышла во двор и очутилась позади борделя. Чтобы пробраться на улицу, придется обойти весь дом, и есть вероятность, что меня кто-нибудь заметит. Может, попытаться перелезть через забор? Тело, конечно, не то, что в прошлой жизни, но немного мышцы я все же подкачала, хотя, положа руку на сердце, это капля в море.

Прокралась вдоль забора и почти перед самыми воротами нашла дерево, по которому можно перебраться на ту сторону. Но имелось одно но: я оказалась бы на виду у охранника, мерно посапывающего, укрывшись тулупом, на стульчике возле будки.

Где-то прокричал петух или кто-то на него похожий, и я решилась. Скрутила подол длинного платья, к нему привязала узелок с едой, благо, кувшин закрыт плотной крышкой, и стала карабкаться на дерево. Осталось проползти по широкой ветке до забора — а там уже на воле.

Подъем прошел удачно, но когда я собиралась спрыгнуть, охранник проснулся. Я отшатнулась и постаралась слиться с веткой. Как назло, еще и луны светили так, что, догадайся мужчина поднять голову, он непременно меня бы заметил.

К счастью, охранник голову задирать не собирался. Вынул из-за пазухи бутылку, глотнул из нее несколько раз, убрал обратно и снова захрапел.

Выдохнув с облегчением, я отлипла от ветки и перескочила на забор, а следом — на землю.

Оглядевшись, замерла, не зная, куда бежать. И тут какая-то сила потянула влево, где в тумане вырисовывались очертания леса. Впрочем, разницы нет, лишь бы подальше отсюда, и я рванула туда, куда так необъяснимо тянуло.

Бежала долго, не чувствуя под собой ног, и только когда солнце поднялось высоко, остановилась, чтобы подкрепиться. Я надеялась, что оторвалась от преследователей, если мое исчезновение уже обнаружили.

Лес, в котором я очутилась, казался бескрайним. Он шуршал кронами огромных деревьев и выглядел зловещим и недружелюбным. Сразу же подумалось о наверняка водящихся здесь хищниках. Но какой выбор? Лучше уж пусть меня разорвут лесные звери, чем жизнь в доме развлечений, уготованная мамочкой Роситой.

Поев, я осознала, что двигаться дальше не получится: слишком хотелось спать. Найдя под корнями большого дерева кем-то вырытую нору, я залезла внутрь и тут же отключилась.

Проснулась не сама, а словно кто-то толкнул. С минуту лежала, соображая, где нахожусь, и тут услышала знакомый голос — парнишки, бравшего недавно у меня кровь. Он разговаривал с мужчиной, я его не видела, но слышала грубый бас.

— Как ты ухитрился вместо крови новенькой собрать кровь убитой курицы?! Это просто не укладывается в голове! — возмущался мужчина, отчитывая юношу. — А я вначале даже не сообразил, почему нас тянет на кухню. Хорошо, та кухарка подсказала, что девушка ловила курицу и испачкалась. Таких бездарей, как ты, Всесильный нам еще не посылал!

— Я решил, что она поранилась, и, чтобы, лишний раз не причинять боль, взял кровь с пальца, — ответил недовольный юноша и засопел от обиды.

— А объясни-ка мне, Дерек, почему ты этого не сделал раньше?

— Господин целитель сказал, что пока девушка не придет в норму, ее лучше не трогать. Вот я и подумал, что никуда она не денется, позже возьму.

— А позже что помешало? — уточнил мужчина. Ехидство так и сквозило в его вопросе.

— Я забыл, — буркнул парень.

— И таким образом лишил всех премии, а себя еще и зарплаты. Ох, Дерек, давно пора перестать жалеть этих распутниц.

— Она не такая! Она чистая и нежная, — встал юноша на мою защиту. Было приятно, что хоть кто-то на моей стороне.

— Ладно, возвращаемся, — велел «бас». — Искать ее, тем более в этом лесу, — дохлый номер. Умный человек сюда не сунется: территория принадлежит перевертышам, изгнанным из стай.

По моему телу от страха побежали мурашки. Похоже, об этих перевертышах говорила Лиси, когда рассказывала про своих врагов.

Зато стало ясно, что кровь понадобилась для того, чтобы в случае побега найти меня через поисковик. Не стоит забывать, что это магический мир.

Итак, какие выводы? Я избежала поиска по крови из-за неосмотрительности юноши. К тому же, если идти по лесу, за мной никто не сунется. Это хорошо. Из плохого — есть вероятность нарваться на перевертышей. А они, как я поняла, могут не только причинить боль, но и убить.

Так что же делать?

Похоже, идти придется днем, а ночью прятаться на дереве. Впрочем, учитывая звериный нюх хозяев леса, это вряд ли поможет. Значит, надо выйти на дорогу и напроситься в обоз. Страшно? Бесспорно. Но выхода нет. Это лучше, чем смерть.

И я, стараясь держаться ближе к дороге, пошла вперед.

Интерлюдия

Герцог Арнес Айжонский молча сидел в кабинете хозяйки борделя, слушал блеяние женщины и отрешенно ее разглядывал. Красота Роситы издалека казалась совершенной, если не брать в расчет слишком раскосые глаза, вблизи же она напоминала старуху с толстым слоем небрежно наложенного макияжа.

— Итак, вы не знаете, где девушка, — бесстрастно произнес мужчина. Он выглядел ледяной статуей, хотя внутри все кипело, словно лава вулкана.

— Увы, лорд. Поиски оказались безуспешны, — поежившись от холодного тона посетителя, тихо ответила мадам.

— Ваш лекарь сказал, что она чувствовала себя очень плохо, когда ее привезли сюда, даже не могла двигаться. Такое состояние возможно в двух случаях: либо при сильном ранении, либо при внезапном открытии дара, когда магия лавиной проносится по неподготовленным магическим каналам и обездвиживает тело. Неужели вы, наученная опытом женщина, подобное не предвидели?

— Я, конечно, ощутила в ней магию. Да и мистер Айдон подтвердил, что она сильная магичка. Но мы даже не предполагали, что у нее идет открытие каналов, — попыталась оправдаться Росита.

— Вы выпустили в мир необученную магичку с сильным даром, — прервал ее герцог. — Теперь ждите громких последствий. И хорошо, если обойдется без жертв. А если нет? Вы будете отвечать перед законом, мадам, и вашим покровителям в данном случае помочь не удастся. Заодно приготовьтесь объяснить, почему вы не сообщили о видящей, более того, решили на ней заработать, продав девственность? Кстати, продали ее мне, поэтому отпираться не советую. И верните рупаны.

— Я не знала, что она видящая, лорд! — взвыла хозяйка борделя и бросилась на колени перед герцогом. — Ее нашли в рыбацком поселении, одетой в старое простецкое платье!

— По словам родителей, девушка шла к святой горе. Или, по-вашему, паломники у нас теперь в шелка и драгоценности рядятся? — пренебрежительно бросил Арнес Айжонский, отпихнул ногой женщину и покинул кабинет. Его ярость бурлила и требовала выхода.

Светлана (Кити)

Я двигалась по кромке леса, стараясь не заходить глубже. За это время по дороге прошли два путника, но ни одиночных телег, ни обозов не было.

Солнце уже миновало зенит, когда я присела отдохнуть. Очень хотелось есть. Сжевала последний кусочек хлеба с сыром, ненадолго успокоив таким образом желудок, встала и пошла дальше. Пусть пройду километр или чуть больше, но все же это увеличит расстояние между мной и домом развлечений.

Не имею понятия, сколько я брела, когда вдалеке послышались шум, звон метала и крики. Мгновенно юркнула за большое дерево, прислушалась. После того как все стихло, подождала минут двадцать и только тогда рискнула идти дальше. От стояния на месте храбрости не прибавится, значит, остается одно — двигаться вперед.

Вскоре я вышла на большую поляну и застыла от страха и изумления.

На поляне вперемешку лежали мужчины с рассеченными животами, окровавленные женщины, рваное тряпье, кухонная утварь и еще что-то трудноопознаваемое, пропитанное кровью. Трупы лошадей валялись чуть дальше. Стоял удушающий сладковатый запах. Он достиг моего обоняния, и меня вывернуло. Вся скудная еда оказалась возле дерева, на которое я опиралась.

— Господи, за что мне все это? Почему ты не отправил меня на перерождение? Неужели я в прошлой жизни много грешила? — пробормотала сквозь всхлипы, вытирая текущие по щекам слезы.

Выплакавшись и успокоившись, начала более-менее соображать и услышала шум воды. Отойдя шагов на тридцать от поляны, наткнулась на мелкую речушку. Ополоснула лицо и руки, набрала в кувшин чистой холодной воды. А потом села на поваленное дерево и принялась рассуждать.

Как бы меня ни воротило, но посмотреть, что в телегах есть полезного, стоит. Для борьбы за жизнь подойдут любые средства. Так что страхи прочь — и вперед.

Посидела, набираясь храбрости, затем решительно поднялась и направилась обратно к поляне.

Лишний раз не глядя по сторонам, подошла к первой телеге, ко второй, но ничего для себя не нашла. И только в третьей увидела большой мешок. Там обнаружилась чистая мужская одежда, а также спрятанные среди вороха тряпок монеты: две золотые, с десяток серебряных и несколько медных.

Обрадовавшись находке, быстро надела тонкие подштанники, сверху — кожаные брюки, накинула цветастую льняную рубашку и под цвет брюк кожаный жилет. Конечно, все на мне висело, но это в любом случае гораздо лучше, чем платье без нижнего белья. В довершение образа убрала слишком приметные светлые волосы под шапку и вымазала землей лицо, чтобы не светить нежной девичьей кожей.

Сапоги пришлось снять с юноши, лежащего недалеко от телеги. Как бы ни брезговала, но тут уж никуда не денешься. Во время Великой Отечественной, как рассказывал дед, солдаты поступали так же. Живому нужнее.

Я уже натягивала второй сапог, как неожиданно шею сзади обдало теплым воздухом, и нечто уткнулось в волосы. В страхе вскочила и заверещала на весь лес, а от меня отпрыгнул жеребец черной масти, глядя с какой-то обидой.

Переведя дыхание, подошла к нему и погладила, извиняясь за то, что напугала. Хотя сама наверняка испугалась больше: сердце отчаянно билось о грудную клетку, готовое вырваться наружу. А ведь минуту назад, когда я осознала, что кто-то стоит за моей спиной, оно, казалось, просто провалилось в пятки, резко и с грохотом.

Коню я обрадовалась: можно продолжить путь верхом. Но жеребец был расседлан, а седлать я не умела, да и, честно сказать, верхом отродясь не ездила.

Оглядевшись, увидела стоявшую в сторонке телегу и с радостью потерла руки. Уж в этом-то я разбиралась. Запрягать лошадь в телегу меня научил еще в детстве деда Леня. В итоге через час я отправилась в дорогу на теперь уже своей телеге.

Жеребец шел неспешно, и я успела задремать. Проснулась от шума. Сердце в очередной раз часто и гулко забилось. Меня догонял обоз, который я так ждала, пока шла пешком.

Главный возчик притормозил и обратился ко мне:

— Ты куда едешь, малец?

— До Громызи или дальше?

— Еще не определился, дядечка. Родители померли, а в деревне народу мало, работы нет. Вот, пришлось уехать.

— Давай с нами. Чего одному-то? На дорогах неспокойно, перевертыши балуют. Видел, что с караваном Милохи сделали? Всех подчистую порешили.

— Нет, не видел. Может, я то место раньше проехал?

— Повезло тебе, парень, что не попал перевертышам под горячую руку. Ну как, присоединишься? Если собираешься с нами питаться, то сдай пять миданов. И зови меня дядькой Амиром.

Я вынула из кармана пять монет, отдала их старшему обоза и пристроилась за последней, десятой, телегой. Кони в обозе были приручены идти друг за другом, и следить за моим жеребцом не требовалось, поэтому я собралась немного поспать. Откинулась на спину. И тут в поясницу что-то уперлось. Пришлось сесть и осмотреть телегу. На поляне-то она в стороне стояла, до нее очередь и не дошла. Вспомнив это, я принялась шарить в поисках полезных предметов.

Отыскала мешок с кормом для лошади, два узелка и кожаный баул. С него-то я и начала осмотр. Там находились продукты: несколько кусков вяленого мяса, сыр, каравай хлеба и крупа, которую я видела впервые. Дальше принялась за узелки. В том, что побольше, лежали женские вещи, и все, к моей радости, новые. Видимо, хозяин телеги вез их или жене, или дочери в подарок. Во втором узелке обнаружилось несколько мужских рубашек и штанов, но по-настоящему интересной находкой оказался ларец, его-то угол и уперся мне в спину.

Я надеялась, что в нем будут драгоценности, а на самом деле там покоился непонятный предмет: металлическая палочка, один конец которой состоял из металлического шара с шестью клинками или, сказать иначе, острыми пластинами-перьями. В целом по форме походило на шестопер — разновидность булавы, которую я однажды видела в историческом музее, — только длиной сантиметров пятнадцать.

Попыталась дотронуться до предмета, но по пальцам ощутимо ударило током — или магией, разве разберешь. Захлопнула крышку и подумала, что, пока не найду об этом «шестопере» информации, даже не стану пытаться открыть ларец.

Я все же задремала и проспала неизвестно сколько часов. Проснулась от того, что мы заворачивали на стоянку возле трактира, расположенного недалеко от деревни. Солнце уже клонилось к горизонту. Ну я горазда спать!

Коней распрягли и увели под большой навес. Там за ними присмотрят работники таверны, заодно покормят и дадут воды. Обозники заказали обед и выпивку, а я только еды. И попросила трактирщика сдать мне комнату.

— Может, кого-то из наших возьмешь к себе? — спросил караванщик. Я собралась возмутиться, но сообразила, что сейчас выгляжу не девчонкой, а юношей. — Так дешевле обойдется.

— Не, дядька Амир. Храплю я во сне, не хочу парням мешать спать.

— Не слышал никакого храпа, — удивился старший возница. — Ну, дело твое, малой. Я-то хотел тебе помочь сэкономить.

Я поблагодарила мужчину и пошла осматривать выделенную мне комнатку. Она оказалась крошечной, с минимумом мебели: узкая кровать, застеленная старым, штопанным-перештопанным, но чистым бельем, тумбочка и стул. За неприметной дверкой располагались унитаз, похожий на земного «белого друга», и раковина с краном, откуда текла холодная вода. Условия, приближенные к цивилизации, порадовали.

Ночью я не спала, крутилась и крутилась с бока на бок, и поэтому перед началом следующего дня услышала, как к таверне подъехали всадники. Через несколько минут в коридоре второго этажа раздался топот множества ног. Я резко села на кровати.

— Показывай, хозяин, где поселилась девушка! — прозвучал незнакомый мужской голос.

— Так нет в трактире ни женщин, ни девушек, если не считать моих жены и дочери, — ответил трактирщик. — Только возничие с пришедшего недавно обоза, но там одни мужчины.

— Ладно. Мы останемся до утра. Проверим ауры постояльцев. Найди нам комнаты, — скомандовал незнакомец.

— Хорошо, мистер. Сейчас все сделаю.

Голоса удалились, а я замерла на кровати ни жива ни мертва. То, что ищут меня, было очевидно.

Глава 7

Светлана (Кити)

Когда в коридоре все затихло, я встала с постели и, подойдя к двери, тихо ее открыла. Требовалось разведать, осталась ли внизу охрана.

С первого этажа слышались голоса. Разговаривали двое мужчин.

— Ты думаешь, мы найдем девчонку?

— Насколько я знаю герцога, а знаю я его давно, он всегда находит то, что ищет. И с видящей будет то же самое.

— Но почему он уверен, что она здесь?

— Помнишь, на месте бойни нашли платье служанки, в которое обрядили девицу еще в борделе? Господин Арнес тогда провел ритуал и создал поисковик. Эх, найдись там хоть капля крови, забот было бы намного меньше, сейчас же поисковик действует на незначительное расстояние. А завтра он планирует проверить каждого постояльца. Артефакт установит, что это именно она, даже если девушка спрячется за иллюзией.

— А вдруг уже уехала?

— По его расчетам, видящая точно здесь. Если верхом на лошади, она до темноты успела бы доехать только до этой таверны.

Услышанного мне хватило, и я вернулась в комнату. Надо до утра исчезнуть из трактира. Хорошо, догадалась все вещи из телеги взять с собой.

Сев на кровать, несколько раз вдохнула и выдохнула, чтобы унять нервозность, как частенько делала перед восхождением. Да уж, проблема. Прежней мне преодолеть расстояние в два этажа ничего не стоило, но это изнеженное тело еще тренировать и тренировать. На данный момент остается надеяться лишь на удачу и на полученные в предыдущей жизни навыки по скалолазанию.

Собрала свои вещи и спустила их на веревке, сделанной из порванной на лоскуты простыни, на землю, чтобы при падении они не издали шума. Села на подоконник и посмотрела вниз, изучая стену, по которой предстояло спускаться. Второй этаж таверны по высоте оказался примерно как третий в современных домах моего прошлого мира.

— И где, спрашивается, эта магия, когда она так нужна? — пробурчала себе под нос, стараясь унять бешено колотящееся сердце. — Ладно, прорвемся.

Оглядевшись, поняла, что все не слишком плохо. Требуется пройти по межэтажному карнизу шириной сантиметров пятнадцать, добраться до парапетной плиты, после, держась за балюстрады, спуститься чуть ниже и оттуда спрыгнуть на газон. Я знала, что земля там мягкая, так как видела вчера служанку, сажавшую в этом месте цветы. Самым сложным выглядело путешествие по межэтажному карнизу. Чтобы добраться до парапета, придется как-то незаметно проскользнуть под окнами двух комнат, где наверняка спали постояльцы.

Помучившись, я наконец смогла спуститься на землю незамеченной, но от стресса дрожали ноги. Да и для этого тела лазание по стенам — еще

Схватила вещи и собиралась ломануться к дороге, когда услышала ржание. И отчего-то я ни капли не сомневалась, что голос подал мой жеребец.

Нет, брать его с собой незачем. Все равно ездить верхом не умею.

Только решила поступить именно так и прошла несколько шагов в сторону дороги, как ржание повторилось. Показалось, что в нем слышатся обида и разочарование, и я сама не сообразила, как ноги понесли меня к конюшне.

К моему облегчению, черный жеребец стоял недалеко от входа.

— Будешь шуметь — оставлю, — пригрозила, и мой мальчик притих, словно понял, что я ему сказала.

Быстро размотав привязь, я вывела его на дорогу.

— И что мне с тобой делать? Даже седла нет. Да какая разница, я и с седлом ни разу не ездила.

И тут мой Черныш, как я его назвала из-за окраса, опустился передними ногами на колени и тихо всхрапнул. Я мгновение изумленно смотрела на коня, а затем привязала к себе баул и взобралась на своего спасителя, обхватив его шею двумя руками. Жеребец поднялся и медленным шагом пошел по тракту. И это, конечно, было намного лучше, чем идти пешком.

Не знаю, сколько мы проехали, когда я почувствовала, что ужасно натерла промежность. Пришлось спешиться и в раскорячку добраться до небольшого озерца, которое находилось в ста метрах от дороги.

— Как жаль, Черныш, что ты не умеешь разговаривать, — посетовала я. И в этот момент померещилось, будто жеребец улыбнулся. Помотала головой. От усталости и не такое привидится!

Искупалась в озере, чтобы смыть дорожную пыль, а заодно дать отдых пострадавшему от езды телу. До крови, к счастью, кожа не натерлась, но надо бы обмотать чистой тряпкой.

Сделав необходимые дела, отломила хлеб, достала из кожаной сумки вяленое мясо и сыр и принялась жевать, запивая еду холодной водой из бегущего неподалеку ручейка. Кувшин я оставила в таверне, и так слишком много вещей приходится тащить на собственном горбу.

Уже заканчивая немудреный перекус, услышала тревожное ржание. Резко обернулась и увидела крупного зверя, похожего на волка. Его желтые глаза, казалось, горели огнем, длинный хвост бил по веткам, огромное светло-серое гибкое тело прижималось к земле. Зверь готовился к прыжку.

Я замерла в ступоре, глядя на перевертыша, а что это именно он, не было сомнений. И в тот момент, когда перевертыш прыгнул, Черныш увеличился в размерах, на его голове появились рога, и он встал между мной и зверем. Перевертыш не успел изменить траекторию и прямо в полете напоролся на рога моего мальчика. А я сглотнула и упала в обморок.

Очнулась от того, что жеребец мягкими губами слюнявил мое лицо.

— Черныш, фу! Я вся мокрая от твоих ласк, — возмутилась я. Конь всхрапнул как-то по-особому, и сразу стало ясно, что я обидела своего спасителя. Пришлось исправлять ситуацию. — Извини, пожалуйста, я не хотела тебя оскорбить. Спасибо большое, что выручил. Снова. С меня вкусняшка.

Погладила Черныша по морде, а потом мой взгляд зацепился за валявшегося неподалеку перевертыша. Всякое желание задерживаться на этой поляне моментально исчезло. Слава богу, зверь дышал. Не хотелось бы становиться причиной убийства двуликого, независимо от того, хороший он или плохой.

— Раз ты такой смелый, может, нам не стоит выбираться на дорогу? Поедем по лесу, подальше от тракта, чтобы нас не заметили, — обратилась к, наверное, уже другу.

Как бы это глупо ни звучало, но конь понял. Он снова опустился на колени, дождался, пока я взберусь к нему на спину, и повез меня сквозь лес.

Где-то через полчаса мы выбрались на обычную проселочную дорогу. Куда она вела, я не знала. Да это и неважно, главное — подальше от преследователей.

Двигались по дороге долго. Только к позднему вечеру выехали к деревушке дворов на тридцать. Постояв в раздумьях, я все же решила постучаться в самый крайний.

— Заходите, открыто! — услышала и, толкнув дверь, очутилась в просторной комнате.

На кровати лежала старушка в платке, из-под которого торчали несколько седых прядок. Судя по глубоким морщинам, жила она на белом свете очень долго.

— Проходи, милая, — радушно пригласила хозяйка. — Вижу, ты не из наших краев.

— Да. Нельзя ли остановиться у вас ненадолго?

— Я бы с радостью. Но, видишь ли, какая оказия, сломала ногу. Соседи приходят, помогают, еду готовят. Куда уж мне гостей?

— Вы не беспокойтесь, я все умею делать! Прошу вас, разрешите остаться. У меня и монеты есть, я заплачу!

— О чем ты говоришь? Какие монеты? Оставайся, коли уж тебе приспичило. Вижу, ты девица хорошая. Поможешь с хозяйством — и квиты.

Я довольно улыбнулась. Глядишь, приживусь здесь, а в городе обо мне и забудут. Ну а впоследствии и вовсе уеду куда подальше.

Бабушка Таяна, как представилась старушка, жила одна. Ее дети давно выросли и разъехались по всему королевству. Справлялась с хозяйством она сама, но недавно, собирая в лесу ягоды, наступила в чью-то нору и сломала ногу.

Как я позже узнала, практически все жители этого мира, за редким исключением, имели магию. Вот и хозяйка моего нового дома владела небольшим даром огня.

— Обладай я даром воды, уже бы бегала, а дар огня в этом не помощник. Целителей в нашей глуши нет, да и травниц в последнее время не встретишь. Люди боятся ходить в лес из-за перевертышей, а император ничего не предпринимает, — нахмурившись, пожаловалась она. — Хорошо, немного владею бытовым даром. Хоть убираюсь, чтобы дом мхом не порос. Да себя очищаю магией, ведь в туалет же ходить не могу самостоятельно.

— Как-нибудь справимся, бабушка Таяна. Не переживайте.

Жеребца я пристроила в сарай и по утрам выпускала на волю. Он уходил в лес, а возвращался оттуда ужасно довольным, словно его накормили вкусными пирожками. Однажды, заметив на губах коня кровь, я поняла, что мой Черныш не так уж и прост. А вскоре выяснилось, что он совсем не обычный жеребец, а помесь лошади и магически выведенного зверя. Об этом мне рассказал через неделю проживания Чарин, староста деревни — крепкий темноволосый пятидесятилетний мужчина, работающий кузнецом. А понимал меня Черныш, потому что такие, как он, относятся к полуразумным существам. При должной тренировке они способны общаться с хозяином ментально. Хозяина же это чудо выбирает само и на всю жизнь. Мой мальчик выбрал меня, и теперь моя задача — ухаживать за редким животным и кормить его не только сеном или овсом, но и свежим мясом.

Интерлюдия

Все дни, пока герцог Айжонский гонялся за девушкой,

Господин герцог не сомневался, что она в трактире, и расслабился. А беглянка оказалась не так проста, как о ней отзывались родители. По их словам, девчонка немного боязлива и обладает спокойным характером. Но что-то Арнес не заметил в видящей никакой боязливости, а уж ее умение уходить от слежки и вовсе поражало.

Взять хотя бы прошедшую ночь. Она мало того что умудрилась спуститься со второго этажа и не пораниться, но еще и увела своего мэргана. Эти выведенные магически полуразумные звери стоили неимоверно дорого, и заплатить за них могли только очень богатые существа королевства. Откуда взяться мэргану у беглой рабыни? Лишь из того каравана, на который напали перевертыши. Те убивают всех, кто попадется им на пути, но умное животное поняло, что ему грозит, сумело спрятаться и не привлечь к себе внимания.

Наверняка конь принял ее как хозяйку, и теперь они неразделимы. Выхода нет: придется продолжать поиски, а не радоваться раньше времени, что добыча уже в руках. От этой девицы чего угодно можно ждать.

Негромкий кашель вернул погруженного в свои мысли мужчину к действительности. Герцог поморщился. Пора заканчивать писать докладную императору и отправляться на поиски дальше. Ну попадись девчонка ему в руки — лично отшлепает!

— Говори, Дорк, — велел Арнес старому слуге, приставленному к нему еще отцом. Дорк до сих пор так и продолжал служить, не обзаведясь ни женой, ни детьми. Он считал своей главной задачей присмотр за герцогом.

— Ваше сиятельство, как я слышал, видящих буквально притягивает магической силой к той самой горе, куда девушка и совершала паломничество. Вероятно, не стоит нам тратить время, а поспешить прямо туда?

— Думаю, ты прав. Артефакт не подает никаких сигналов, значит, девушка слишком далеко уехала. А если учитывать, что она на мэргане, то наверняка не побоялась отправиться через лес.

Светлана (Кити)

— Кити, деточка, отдохни хоть. Совсем не вылезаешь с огорода. Пойдем лучше перекусим. Я испекла яблочный пирог.

— Сейчас, бабуля, только руки помою!

Бабушка Таяна была права: я действительно большую часть дня проводила на грядках, очень уж соскучилась по обычной работе. При виде деревенского хозяйства сразу вспомнилось детство, когда частенько приходилось помогать бабушке с дедушкой следить за огородом, смотреть за курами и кормить их, полоть и окучивать картошку и многое другое.

Закончилось все, когда мне исполнилось шестнадцать. Вначале умер дед, через полгода — бабушка. Дом мы заколотили: мама не захотела продавать. Да и кто купит жилье в деревне, где заняты всего семь домов, и в них доживают свой век старики и старухи?

Мама, моя милая мамочка, умерла ровно через пять лет, у нее нашли онкологию. А папу я не знала. В моем детстве мама всегда уходила от разговора о нем, став же взрослой, я уже сама не задавала ей вопросы. Нам и без отца жилось хорошо.

Вот так я и оказалась одна на всем белом свете — ни родственников, ни мужа, ни детей. Была лишь подруга Иринка, такая же одиночка.

Сев за стол, я подвинула чашку поближе.

— Бабушка Таяна, как нога? Не беспокоит?

— Ох, дочка, по сравнению с людьми, у которых нет магии, поправляюсь я гораздо быстрее. Прошедших двух недель вполне достаточно, чтобы сломанная кость зажила.

— Будьте осторожнее, — предупредила я.

— Буду, буду, — усмехнулась моя хозяйка и поинтересовалась: — Чем ты там, в огороде, занималась?

— Грядки полола. Теперь почищу курятник, и на этом пока все.

— Труженица моя, — погладила бабуля меня по голове. — Что бы я без тебя делала? Силы-то уже не те, согнусь — попробуй разогнуться. Ты ешь, ешь. А то худющая! И как ветром до сих пор не унесло?

— Кстати, сегодня Черныш принес зайца. Можно его потушить или сварить суп. Правда, я не умею шкуру снимать.

Я как-то попросила Черныша не просто самому охотиться, но и нам что-то приносить к столу. И он ухитрился поймать несколько птиц, похожих на земных куропаток, а сегодня — вот, притащил в зубах зайца. Но если птиц я хотя бы представляла, как ощипывать, то с зайцем никогда дела не имела. Да и не только с ним.

— Не переживай, я скажу Чарину, справит как надо, — успокоила Таяна. — Он частенько охотой промышляет.

Староста действительно очень ловко освежевал зайца — снял шкуру как перчатку.

— Ну и улов! Это кто же вам принес? — поинтересовался мужчина, сверкнув любопытно глазами.

Я догадалась, что вопрос Чарин задал лишь для того чтобы проверить, правду скажу или же солгу. Ведь кто такой Черныш, он давно понял.

— И сам знаешь, что это за зверь. Нечего девчонке морочить голову, — пробурчала бабушка Таяна. В ответ староста рассмеялся. Причем настолько звонко и задорно, что я не удержалась и тоже улыбнулась.

Хозяйка замариновала нашу добычу с травами и сделала к вечеру рагу. Я наелась, как говорят, от пуза, встала из-за стола чуть ли не враскорячку. Давно так вкусно не ужинала. Дорвалась, называется.

* * *

Пролетело еще две недели.

По моей просьбе староста приступил к изготовлению клеток для разведения зайцев, чтобы бабушка Таяна после моего отъезда не осталась без мяса. А то, что скоро придется покинуть эту деревню, я чувствовала.

— Вам клетки или вольеры? — прищурился Чарин.

— А они чем-то отличаются? — удивилась я.

— Если вы не собираетесь выделывать шкурки, а лишь использовать мясо, то подойдут и вольеры. Если же хотите заняться продажей шкур, то лучше изготовить клетки да выносить их или переставлять в зависимости от погоды. Они более удобные.

Сошлись на вольерах. Вряд ли бабушка решит продавать шкурки, ей бы мяса вдосталь. Стоит оно дорого, а монеты не всегда есть. Судя по одобрительному взгляду старушки, думали мы в одном направлении.

Пока я расставила силки для поимки зайцев и собрала травы, Чарин соорудил вольер. Вскоре первыми его жителями стали заяц-самец и две самки, причем одна из них беременная. Спасибо деду за науку.

Стараясь сделать для бабули побольше, я ощущала все сильнее — время поджимает. А что оно совсем истекло, выяснилось, когда я услышала зов и почувствовала непреодолимую тягу следовать за ним. Не соображая, что делаю, пошла на зов, такой же, как и тот, который в прошлый раз потянул к лесу.

Остановил меня Черныш, схватив зубами за платье. Вот тогда-то я очнулась и огляделась. В общем, из леса мы благополучно вышли благодаря моему питомцу, и то через два часа.

А

С утра пораньше я сообщила бабушке Таяне о своих планах и начала собираться в дорогу. Старушка всплеснула руками и медленно опустилась на стул. Она сильно привязалась к постоялице, и отпускать меня непонятно куда не хотела. Но все же хозяйка сумела взять себя в руки и принялась помогать собирать котомку.

Позавтракав, я села верхом на свое сокровище и выехала из деревни. Спасибо старосте, седло дал. Все же на нем ехать намного комфортнее, чем без него.

Конечно, тяжело было покидать это место, но пришла пора двигаться дальше. Правда, где это «дальше», я и сама не ведала.

Глава 9

Светлана (Кити)

Ехали мы с Чернышом уже вторые сутки. Путь наш лежал через необъятные луга, сменяющиеся лесом, мимо реки, текущей среди холмов и впадающей в озеро, но не встретилось ни одной деревни или поселка, где можно было бы достать еды. И если проблем с водой я не знала, так как мой питомец ее чуял и сразу плелся в ту сторону, то еда закончилась к вечеру первого дня.

Не выдержав, попросила Черныша остановиться возле озера. Хотелось отдохнуть от тряски и чем-нибудь перекусить. Надежда, что выйдем к поселению, где получится разжиться продуктами на дорогу, пропала: то ли мой жеребец шел такими странными тропами, то ли на самом деле в этих местах люди предпочитали не селиться. Впрочем, теперь неважно.

— Черныш, я есть хочу, — заканючила, уверенная, что без еды точно не останусь.

Специальный порошок для розжига я взяла с собой. Достаточно бросить его на сухие поленья, и тут же загорится огонь, величина которого зависит от количества порошка.

Я спустилась к озеру и, раздевшись, окунулась в воду, теплую, словно парное молоко. Побултыхавшись немного, почувствовала себя заново родившейся и вышла на берег, отжимая длинные волосы. И тут увидела перед собой босые мужские ноги. А подняв медленно голову, встретилась взглядом с прекрасными синими, словно небо, глазами светловолосого юноши.

Мы замерли, смотря друг на друга.

— Ты кто? — наконец прорезался у меня голос.

— А ты?

— Я первая спросила, — ответила, нахмурившись. Отчего-то страха я не ощущала.

— Кас. Вернее, Кассиан, но все обычно называют сокращенным именем. А тебя как зовут?

— Кити, Китана, — я улыбнулась. — Ты откуда взялся? За два дня мне не встретилось ни одного населенного пункта.

— Я живу в сторожке, в бывшем охотничьем домике. Раньше жил с дедом, но недавно он умер, теперь я один.

В этот момент Черныш фыркнул, и Кас резко обернулся. А увидев моего питомца, отпрянул и, споткнувшись, плюхнулся пятой точкой на прибрежный песок. Черныш снова фыркнул.

— Это же?.. — пролепетал удивленно юноша.

— Да, мэрган. А ты раньше встречался с подобными ему? Они же большая редкость!

Парень насупился и резко отвернулся. Под длинными волосами мелькнули остроконечные уши. Тут до меня дошло, что не зря Кассиан с дедом жили в отдельном домике в лесу. Таких, как он, полукровок, пусть и не гнали, но относились к ним как к существам второго сорта.

— Извини, Кас, я не хотела тебя обидеть.

— Да ладно, я уже привык, — мальчишка махнул рукой. — Ты, наверное, голодная? Идем покормлю. Заодно расскажешь куда едешь. Мне скучно одному, после смерти деда и поговорить не с кем. Порой, чтобы не забыть человеческую речь, начинаю разговаривать сам с собой. Даже может показаться, что сошел с ума, — в его словах проскользнула искренняя душевная боль.

Поддавшись порыву, я села возле него, приобняла за плечи. И неожиданно очутилась в странной одежде на вершине горы, продуваемой со всех сторон ветрами, а рядом со мной стоял Кас. Он что-то говорил и успокаивал, а я смотрела в темноту пещеры и сильно чего-то боялась.

Тут меня кто-то толкнул, и я вернулась на берег озера, к юноше, смотрящему с осторожностью и восхищением.

— Что произошло? — спросила, особо не надеясь на пояснения.

— Ты видящая? — вопросом на вопрос ответил Кас.

— С чего ты взял?

— Моя мать была видящей. Ее выдали замуж за эльфа, чтобы в клане появилась своя видящая. А он через три года встретил истинную, и мама стала не нужна. Отец отправил ее обратно к родителям вместе со мной, а сам женился на другой.

— Погоди, я слышала, что видящие рождаются лишь у аристократов.

— Это правда, — вздохнул юноша. — Моя семья когда-то была богата, но после того как дед решил восстановить справедливость и мешками раздавал рупаны, осталась без денег. Наемники брали монеты и ничего не предпринимали, только обещали. Мама после тех событий замкнулась в себе и через год умерла. И остались мы с дедом вдвоем. Теперь и деда нет.

— Получается, что ты совсем-совсем один?

— Есть двоюродная тетка по материнской линии, но она не хочет видеть меня, так как я не человек и не эльф. «Незнамо кто», как она заявила на похоронах деда. Его похоронили в склепе в родовой усадьбе.

— Ого, у тебя есть усадьба?

— Да, — усмехнулся он. — Сейчас за нее идет жестокая драка, ведь никому неизвестно, что последние рупаны дед спрятал, а усадьбу и земли по завещанию оставил мне. Но до вступления в наследство еще четыре года ждать.

— Не понимаю! — возмутилась я. — Если у тебя есть дом, то почему ты не живешь в нормальных условиях, плюнув на сплетни?

— Дед сказал, что после его смерти мне придется бороться за свою жизнь и помощи ждать неоткуда. Поэтому и увез в сторожку, где мы жили как обычные люди, а не амбициозные аристократы. Дед обучал меня всему, даже владению оружием. И я рад, что провел это время здесь, по крайней мере, не видел ухмылок и сморщенных лиц недоброжелателей.

— Как же это знакомо, — усмехнулась я. — Ну что, приглашение в силе? А то есть хочется.

Юноша рассмеялся, а потом с опаской подошел к Чернышу и что-то прошептал ему на ухо. В ответ мой питомец, внимательно посмотрев на Каса, слегка боднул его головой.

— Кити, прислонись лбом ко лбу мэргана, — попросил парень.

— Зачем? — удивилась я, переводя взгляд с Каса на Черныша.

— Так надо. Скоро поймешь.

Я подошла к Чернышу, прислонила голову к его и будто почувствовала взрыв сверхновой. Перед глазами пронеслись картины из жизни мэргана, словно кадры немого кино. Я узнала, где он вырос, как попал к обозникам, каким образом спасся, когда все люди и животные погибли, и как встретил меня. Моя аура ему понравилась, поэтому он решил стать моим питомцем и

Я крепче обняла мэргана. Любовь, которую он посылал мне, ласкала душу.

«Теперь связь полностью закрепилась», — раздался в голове довольный мужской голос.

«Черныш, это что, ты сказал?»

«Ну а кто ж еще, хозяйка?» — заржал жеребец, пританцовывая на месте.

Я внимательно посмотрела на Каса.

— И как это понимать?

— Я наполовину эльф, и от отца мне передался дар разговаривать с любыми животными и растениями, — пояснил юноша.

— Класс! — выскочило само собой. Но, заметив недоуменный взгляд Каса, быстро исправилась: — То есть, здорово.

«Хозяйка, осторожнее, — вновь услышала в голове голос Черныша. — Ты не из этого мира, можешь невзначай выдать себя».

«А ты откуда знаешь?»

«Ты прочитала мою память, а я — твою. Так всегда происходит при связке».

«Да уж, к ментальному разговору еще привыкать и привыкать», — подумала я и услышала сзади веселое фырканье жеребца.

Идти пришлось совсем недалеко. Кас провел нас по незаметной тропинке, и через пять минут мы вышли к большому двухэтажному деревянному дому.

— Вот, это моя сторожка.

— Почему-то она представлялась мне маленькой избушкой, в которой одна комната и посередине стоит печка, — удивленно разглядывая пристанище нового друга, пробормотала я.

— Мы, конечно, сами топили баню….

— У тебя есть баня?! — восторженно перебила я Каса.

— Да, она сзади дома. Если хочешь, затопим.

— Хочу! Очень хочу! — взмолилась я, глядя в глаза юноши.

— Ладно. Но я не договорил. Мы сами топили баню, смотрели за огородом и держали несколько кур, но жить хотели с комфортом. Раньше это был семейный охотничий домик, а сейчас — мое имущество.

— Хм-м… Овощи, фрукты с огорода, с мясом тоже нет проблем — лес под боком. А как же крупы и мука?

— Крупы, молоко и молочные продукты, а также муку дед закупал в селе, находящемся в сутках езды верхом на лошади.

Мы зашли внутрь. Я быстро пробежалась по дому и заглянула в комнату, выделенную мне Касом, рядом с ней обнаружила настоящую ванну и туалет, и, довольная, спустилась к хозяину всего этого добра.

— Ой, я же забыла про Черныша! Где можно его покормить?

— В стойле все есть, он не заблудится, — усмехнулся Кассиан. — Тем более там стоит Малышка.

— Малышка?

— Да, моя лошадь.

Но я все же решила проверить, и как раз открыла дверь на задний двор, когда услышала шум в сарае напротив. Вскоре оттуда выскочил Черныш с обиженным выражением на морде.

— Что с тобой? — поинтересовалась у него, и тут же получила мысленную картинку: жеребец попытался пообщаться с Малышкой, а она его не только выгнала из стойла, а укусила и демонстративно повернулась задом.

— Да, милый мой, девочки и такими бывают. Если нравится, то добивайся, а если просто планировал познакомиться, то оставь в покое. Не каждая достойна тебя, красавца и умницу, поверь.

В ответ Черныш глянул так жалостливо, что стало понятно — с ним никто раньше подобным образом не обращался, и для него это оказалось серьезным ударом по самолюбию. Поцеловав его в лоб, я отправилась в дом.

— Твоя Малышка обидела моего мальчика, — с порога заявила Касу.

— Она спокойная девочка, но иногда нрав проявляется, у нее же в роду отметились мэрганы, — улыбнулся юноша. — Давай за стол, я уже все приготовил.

Вымыв руки, я последовала приглашению, и через миг передо мной появилась тарелка с овощным рагу с мясом и грибами. Оноа издавало такой аромат, что непроизвольно потекли слюни. Как же было вкусно! Давно я не ела горяченького. Даже не заметила, как проглотила всю тарелку.

— Еще? — подмигнул Кас.

— Нет, иначе лопну, — отказалась я, схватившись обеими руками за живот.

— Тогда выпей ягодного взвара. У меня он хорошо получается.

— У тебя и рагу замечательно получается.

Юноша засмущался, покраснел и пояснил:

— Люблю готовить.

— И это отличное умение!

* * *

Мы два дня погостили у Каса, но пришлось снова собираться в дорогу: я опять почувствовала зов.

— Я с тобой поеду, Кити, — решил Кассиан. — И не спорь. Я же мужчина, тебе со мной путешествовать легче.

— Не уговаривай, Кас, я и так не откажусь от помощи. К тому же в видении я стояла возле входа в пещеру на вершине какой-то горы, и ты стоял рядом.

— Неужели на горе святой Йоны?

— Это кто?

— Видящая. Йона увидела, что начнется война, которая унесет в могилу всех ее близких. Виновата в их смерти косвенно будет она, поэтому женщина, чтобы спасти семью, ушла в пещеру. Увы, уход не помог ее родным, они погибли, как и предсказало видение. Возвращаться Йоне было не к кому, и она осталась жить в пещере. Люди приходили к ней узнать судьбу, но принимала она не всех и не всегда, а потом и вовсе исчезла. Дед рассказывал, что Йона уже лет двадцать не появлялась.

На следующий день мы отправились в дорогу. И теперь я приблизительно представляла, куда держать путь.

Интерлюдия

Герцог Арнес Айжонский и его команда из двадцати хорошо вооруженных бойцов вышли к горе святой Йоны ранним утром. Оставив подчиненных в тридцати шагах от пещеры, мужчина направился на площадку, магически оборудованную еще в те времена, когда видящая принимала большое количество посетителей. Внутрь можно было зайти только по приглашению святой, поэтому герцог лишь подошел ближе. Из черной каменной пасти веяло холодом, чем-то потусторонним и непонятным, отчего по коже пробежали мурашки. И это у него, мага с огромным потенциалом, а что почувствуют остальные?

Вчера утром герцог отправил шестерых магов в те стороны, откуда ведут дороги к пещере. В их задачу входило найти видящую и следить за ней издалека, показываясь исключительно в том случае, если девушке будет грозить опасность. Арнес решил сменить тактику и главным образом наблюдать.

Днем пришло сообщение от третьей группы, что Китана едет вместе с неизвестным юношей к горам.

Ну что же, когда они доберутся до Трансбурга, а это произойдет примерно через три дня, люди герцога уже подготовятся к встрече. А пока мужчина собирался дать отдых себе и своим воинам.

Прямо напротив входа в пещеру, но чуть ниже, лежало круглое горное озеро с каменистыми берегами, в котором отражались проплывающие по небу облака. Поговаривали, что видящая сама его создала, оттого оно считалось лечебным. На берегу озера Айжонский и приказал разбить походный лагерь.

Светлана (Кити)

Чем дальше мы продвигались на север, тем холоднее становилось, поэтому решили в ближайшем городе купить теплую одежду.

Дорога в сопровождении Касса не казалась уже такой тяжелой и скучной, да и вообще я чувствовала

Мир Тарон представлял собой огромный материк, окруженный россыпью мелких островов, на котором расположилась Ликонская империя. Лет двести пятьдесят назад существовало четыре королевства: Патон, Родуна, Итако и Непайя. Но после Великой войны между расами, чуть не приведший к их уничтожению, собрался совет из представителей четырех королевств, и договорись об объединении территорий.

Сейчас в каждом королевстве правил наместник, выбиравшийся раз в пятьдесят лет. В этом мире минимальный срок жизни составлял триста пятьдесят лет, так что период в полвека не считался большим. Наместники подчинялись императору Валиасу Менжийскому, правящему уже более двухсот лет.

Я, конечно, догадывалась, что попала в магический мир, но что здесь окажется столько рас и магических животных, даже не предполагала.

О некоторых расах я уже слышала. Например, о перевертышах. Еще мне «посчастливилось» встретить непайцев и огров.

Непайцы — внешне похожая на людей раса, но при этом очень агрессивная. Во второй ипостаси они имели рога и хвосты. Именно к ним я и попала в плен. Огры, крупные, ростом около двух метров, отличающиеся крепким здоровьем и огромной силой, если я правильно поняла, служили охранниками в публичном доме.

Также на материке существовали знакомые по земному фэнтези расы: гномы, жившие в горах, эльфы, водные жители — тритоны, русалки водяные. В лесах встречались лешие и болотницы. В отдельную касту выделялись ведьмы и колдуны, наводящие на всех ужас. Ну и конечно же люди.

И это я не стала расспрашивать о магических животных, а их разновидностей, по словам Каса, насчитывалось более пятидесяти.

Так мы и ехали, ночуя иногда в тавернах, иногда на свежем воздухе. Через какое-то время, миновав с десяток сел, добрались до города. Огороженный каменной стеной, он насчитывал около сорока тысяч жителей и состоял в основном из малоэтажных домов. Из высоких зданий вызывал любопытство замок, при виде которого хотелось поежиться: он напоминал замок вампира из фильма о Дракуле. Казалось, над ним разливается темнота.

— Кас, нам долго добираться до пещеры? — спросила я, разглядывая с холма городские ворота.

— Не особо. Это город Тавильда. Нам лучше купить в нем теплую одежду, потому что дорога дальше пойдет через перевал, а в горах холодно. Затем выйдем к Трансбургу. Оттуда до пещеры святой Йоны час пути.

Едва мы заехали в ворота, сразу же услышали крики, кудахтанье, мычание, ржание, голоса глашатаев и торговцев, зазывающих покупателей. Все же городской рынок в магическом мире — это что-то невообразимое и страшное. На вечеринке в каком-нибудь баре на Земле и то шуму, думаю, было бы меньше. Приходилось нагибаться к уху напарника, чтобы он меня услышал.

Ряды, где продавали скотину и птицу, соседствовали с прилавками с овощами и фруктами, дальше шла бойкая продажа тканей, галантереи и многого другого. Добравшись наконец до торговцев одеждой, мы купили два утепленных плаща черного цвета, теплые кофты, шапки из шкуры неизвестного зверя и сапоги, отороченные мехом. Кроме того, я выбрала два платья из тонкой шерсти. Купец постоянно ко мне приглядывался, видимо, не мог сообразить, кто перед ним. Но, увидев злой взгляд Каса, опустил голову.

Хорошо закупившись, мы решили найти таверну и остановиться там на один день, чтобы помыться и привести себя в порядок, а на следующий отправиться в дорогу. Перевал планировали проехать примерно за двенадцать часов, и выезжать требовалось ранним утром, как только забрезжит рассвет.

Выбравшись с рынка, увидели вывеску «Источники Тавильды», а за ней — двухэтажную таверну «У огра». Туда и направились.

Таверна привлекала чистотой, ухоженностью и обилием света. С левой стороны находилась барная стойка, справа вдоль стены стояли деревянные столы со стульями, напротив входной двери расположилась небольшая сцена. Видимо, по вечерам на ней выступали музыканты.

— Добрый день. Можно ли снять у вас две комнаты? Одну для меня, а другую для моего друга, — вступил в переговоры Кас.

— Конечно, мистер, — приветливо улыбнулся мужчина, стоящий за барной стойкой. — Вы надолго к нам?

— Завтра на рассвете уезжаем.

— Тогда за две комнаты десять волунов.

— Дороговато, — нахмурился Кас, но все же вынул из кармана серебряные монеты и положил на столешницу.

— Господа желают ужинать?

— Да. Принесите второе и что-нибудь попить.

— У нас хороший эль, мистер.

— Нет, что-нибудь безалкогольное. Я в дороге не пью.

Мы сели за свободный столик, и через несколько минут девушка-подавальщица принесла кашу из какой-то ярко-желтой крупы, к ней жареные ребрышки, на десерт — два куска пирога и травяной чай.

Уже заканчивая трапезу, я почувствовала панику питомца. Ни слова не говоря, вскочила и кинулась в конюшню.

Черныш стоял в трансформации, наставив длинный острые рога на двух мужчин.

— Что здесь происходит?! — крикнула я, привлекая внимание. Через миг в конюшню вбежал Кас.

— Ничего, госпожа. Я всего лишь пытался почистить вашего жеребца, а он среагировал неадекватно. Я буду жаловаться! — тонким девчачьим голосом завизжал конюх.

— А может, это сделаю я? — спросила, прищурившись. Затем посмотрела на Черныша и погладила его, успокаиваясь сама и успокаивая мэргана.

Питомец прислонился лбом к моему, и я увидела, как мужчина в черной одежде подошел к конюху и о чем-то с ним долго разговаривал. Вскоре из рук в руки перекочевал тугой кошель. Конюх, спрятав деньги в сено, схватил уздечку и подвел моего мальчика к этому мужчине. Тогда Черныш понял, что его вот-вот заберут, запаниковал, словно маленький ребенок, и трансформировался, испугав обоих мошенников.

— Кас, этот, в черном, собирался увести Черныша. Конюх в доле. Выкуп за коня он спрятал в копну.

Юноша, не мешкая, подошел к «черному», но не успел что-либо сделать: тот бросил что-то в лицо моему другу и выскочил за дверь. Глаза полуэльфа тут же сильно покраснели, потом еще в течение двух часов слезились, и парень практически не видел. А мэргана успокоила Малышка. Она подошла к Чернышу и потерлась об него.

Конюх с отчаянием смотрел на выход, но сделать ничего не мог: мы стояли возле двери.

Неожиданно откуда-то вынырнул мальчишка-помощник конюха, которому мы оставляли своих питомцев.

— Если ты сейчас позовешь главного из трактира, то получишь монетку, — сказал я ребенку.

Мальчуган кивнул, и через пару минут привел трактирщика, сдавшего нам комнаты. Я вкратце сообщила, что произошло.

— Вокас, я говорил, что дружба с криминальными личностями до добра не доведет? — покачал головой трактирщик. — Но ты не внял моему предупреждению, так что теперь сидеть тебе за твои делишки.

Он вынул из

— Господа, прошу прощения за то, что мой слуга едва не украл вашего жеребца, — с досадой произнес мужчина. — В знак примирения даю вам билеты в купальни. Это природные источники. Сюда многие приезжают ради того, чтобы окунуться в целебные ванны. Купальни держу я, поэтому можете расслабляться там сколько угодно.

Мы не стали отказываться — после долгой дороги смыть грязь и утомление хотелось неимоверно — и, поблагодарив хозяина, отправились отдыхать.

Глава 11

Светлана (Кити)

Мы зашли в огромное фойе, стены которого украшали изразцы, изображающие парусное судно на океанских просторах. Прямо посередине располагалась стойка, за ней находился высокий сухопарый мужчина. Двери с левой и с правой стороны от стойки вели в купальни, женскую и мужскую соответственно. По периметру зала стояли мягкие диванчики в нежно-голубой обивке и столики, похожие на журнальные.

Кас подошел к стойке и показал два билета. Увидев их, мужчина слегка побледнел и, забрав картонные прямоугольники, уверил, что все услуги для высокородных гостей бесплатно.

— Вы можете пользоваться не только купальнями, но и термами, а также вызвать массажиста, мастера маникюра и педикюра или парикмахера. Если нужна новая одежда, девочки предоставят ее, а грязную постирают и принесут в номер трактира, — сообщил он, ставя на билеты красную печать.

— Спасибо, мы воспользуемся всем, что вы предлагаете, — ответила я и пошла к левой двери.

— Э-э-э, простите, мистер, это женские купальни, — остановил меня мужчина и отчего-то покраснел.

— Я и есть женщина. А одета в мужскую одежду потому, что в ней удобнее путешествовать верхом, — улыбнулась я.

Лицо работника купален удивленно вытянулось, а Кас рассмеялся и дружески похлопал его по плечу.

Тем временем я открыла дверь и оказалась в восточной сказке. Меня встретила девушка в зеленом топике и широких шароварах, украшенных витиеватой вышивкой различных оттенков зеленого. Она посмотрела на билет, точнее, на печать, поставленную мужчиной за стойкой, и потрясенно ахнула.

— Вам в единоличное пользование предоставлена купальня, мисс, — поклонилась она и провела меня в термы, по-простому — в парилку. Там работница как следует меня попарила, а затем я отправилась в купальню.

Стены здесь также украшали изображения на морскую тематику. Кроме этого, бассейн окружали изящные резные колонны. Их голубой цвет красиво сочетался с темно-синим мрамором полов, а сама чаша была выложена камнем персикового цвета.

Я резвилась, словно русалка, плавая от одного бортика до другого и обратно, ныряла и, фыркая, выныривала. Служанка терпеливо стояла в ожидании, чтобы при выходе накинуть на тело мягкую ткань, используемую вместо полотенца.

Вышла из купальни уставшая, но удовлетворенная, в тонком шерстяном зеленом платье. Так я не отдыхала даже на Земле.

Кас нашелся в фойе, сидящим за столиком и попивающим травяной отвар.

— Вижу, купальня пришлась тебе по душе? — улыбнулся юноша.

— Не то слово! Я довольна как никогда. Если бы не этот несостоявшийся похититель, мы не смогли бы так хорошо отдохнуть.

Вернувшись в таверну и поблагодарив огра за отличный подарок, мы отправились по своим номерам. Я думала, что, увидев меня в платье, хозяин таверны вытаращит глаза, но он хитро улыбнулся и подмигнул.

Ужин ждал нас в комнатах. Перекусив, я завалилась на кровать. Кажется, моя голова успела лишь коснуться подушки, как раздался тихий стук в дверь, заставляя поднять тяжелые от сна веки.

— Кто там? — пробормотала недовольно.

— Кити, поднимайся! Нам пора! — прозвучал бодрый голос Кассиана.

— Еще чуть-чуть, — заканючила я.

— Уже рассвет, нужно отправляться в дорогу. Вставай, иначе я попрошу принести холодной воды, чтобы разбудить тебя, — пригрозил Кас.

— Злыдень! Тебе в радость поиздеваться надо мной несчастной. Нет чтобы пожалеть и дать полежать еще минут десять.

— Кити, десять минут не решат твою проблему. Обещаю, как перейдем через перевал, дам поспать столько, сколько пожелаешь.

— Слово даешь?

— Даю. Собирайся. Завтрак ждет.

* * *

Нам осталось пройти совсем немного и начать подъем в гору, когда Черныш занервничал, и как бы я ни старалась, успокоить его не получалось. Попробовала связаться с ним мысленно, но натолкнулась на панику. Соскочила с жеребца и обняла его мощную шею, переживая, что не получается сосредоточиться и достучаться до него.

— Не пойму, что происходит, Кас, — пожаловалась попутчику. — Я не слышу ментально Черныша.

— Это странно. А чувствуешь себя как? Мне показалось ненормальным, что ты сегодня тяжело вставала. Обычно сама просыпаешься, и довольно рано.

Я задумалась. Внезапно Черныш ударил меня лбом в область желудка. Не ожидая пакости от питомца, я не устояла и отлетела на два метра, рухнув на землю.

И тут началось самое страшное. Меня выворачивало минут десять. Да я столько не съела, сколько выплюнула за ближайшим кустом!

Когда слегка отпустило, я с возмущением глянула на мэргана.

— Черныш, ты что себе позволяешь? — спросила недовольно.

Вдруг тишину пронзил звук взрыва, раздавшийся со стороны перевала, грохот камнепада, треск ломающихся деревьев, сопровождающиеся криками, стонами раненных и ругательствами тех, кому удалось спастись.

«Прости, хозяйка, но тебя отравили, — покаянно склонил голову жеребец. — Еще вчера, а сегодня добавили. Если бы я не остановил, то ты лежала бы там, среди тех, кто навсегда остался на перевале».

— А как ты понял, что отравили?

«Как магическое существо, я чувствую все, что связано с магией. А свойства сонной травы увеличили магически, потому и не получалось общаться ментально. Пришлось придумать, как вытащить эту дрянь».

Я встала и обняла Черныша.

— Ты сказала, что тебя отравили? — Кассиан смотрел на меня внимательно, словно сканировал.

— Да, Кас. Мне Черныш поведал занимательную историю, — и я пересказала нашу беседу с питомцем.

— Надо вернуться и спросить у Торка, кто это мог сделать, — заключил парень.

— Кто такой Торк?

— Огр, в чьей таверне мы ночевали.

— А я и не озаботилась его именем, — сокрушенно опустила я плечи. — Но знаешь, меня сейчас волнует другое: как попасть в пещеру?

— Есть второй путь, но он идет по окружной дороге. Давай вернемся в Тавильду и поинтересуемся.

Трактир оказался забит под завязку. Тут были и мужчины, и женщины, и дети. Разговоры шли об одном — о случае на перевале. Предположительно, под завалами осталось около пятидесяти существ.

Увидев нас, хозяин трактира облегченно выдохнул.

— Если желаете, то ваши комнаты еще свободны. На всякий случай я, услышав о несчастье, решил их не сдавать.

— А

Судя по всему, у огра слух такой же чуткий, как у перевертышей, поэтому что он нас услышал и пояснил:

— Еще до вашего приезда ко мне пришел знакомый дознаватель и попросил принять на высшем уровне двух путешественников, описав внешность. А вот обвинение, что вас отравили в моем трактире, — крайне серьезное.

Кас пересказал все, что случилось со мной, и каким образом Черныш помог мне частично избавиться от отравления.

— Я не оставлю это просто так! Обязательно выясню, кто это сделал! — возмутился хозяин трактира. — А пока идите в комнаты. Пусть те, кто травил вас, считают, что вы погибли.

— Мы в одной поспим, а вы вторую сдайте нуждающимся, — ответил Кас. — Перекусить можем?

— Можете, мистер. Правда, мест в зале нет. Но обед принесут в комнату.

Мы зашли в тот номер, где раньше ночевал Кас. Кровать здесь стояла большая, надеюсь, не спихнем ночью друг друга на пол. Видимо поняв, о чем я думаю, парень посмотрел на кровать, хмыкнул и обнадежил:

— Не бойся, я сплю спокойно. Ты даже не заметишь моего присутствия. Единственное, что меня смущает, — незамужней девушке придется спать с мужчиной. По закону я буду обязан на тебе женится.

— А ты против? — приподняла бровь, желая смутить мальчишку.

— Кити-и-и, я же серьезно, — надул он полненькие губы.

— Да я на твою тушку и не претендую, успокойся. Ты для меня вроде брата, а в том, что я сплю с братом, ничего зазорного нет.

Кас с облегчением выдохнул.

Тут в дверь постучали. Юноша открыл, и вошла подавальщица с полным подносом. По комнате мгновенно распространился аромат еды, мой желудок требовательно заурчал, а за ним следом и желудок полуэльфа.

Поев, мы спустились в зал, чтобы выспросить у огра, как добраться до Трансбурга. Во всех углах судачили о сегодняшнем происшествии.

— Что ты несешь, Гас? Я живу в Тавильде давно, и вот что тебе скажу: ни я, ни мои предки не помнят ни одного случая, чтобы на перевале начался камнепад. Это сделали враги! — заявил мужчина, сидевший недалеко от барной стойки.

С другой стороны молодые люди обсуждали, что дознаватели поднимались выше в горы и увидели следы, оставленные преступниками.

— Не поверишь, Юмат, нападение было специально организованно! Ты знаешь, что мой брат работает у дознавателей? Так вот, он намекнул — охотились за кем-то и планировали не просто убить, а сравнять с землей, чтобы никто и следов не нашел.

Услышав это, я передернулась. Отчего-то показалось, что охотились на меня, а моя чуйка обычно работала исправно и выручала не раз.

Пока рассматривала народ, присутствующий в зале таверны, Кас успел поговорить с хозяином и купить у него план местности, где Торк обозначил дорогу в Трансбург. Как выяснилось, вместо двенадцати часов нам придется провести в пути два дня. М-да, вот уж «подфартило».

Интерлюдия

Герцог Айжонский отложил сообщение агента, присматривающего за видящей. Тот писал, что рядом с ней находится юноша-полуэльф, сын предыдущей видящей, графини Маржон.

Ее выдали замуж за эльфа, герцога Авилье, указом его императорского величества, и она родила сына Кассиана. Но судьба иногда преподносит сюрпризы: герцог встретил истинную. По закону нашедший истинную остается с ней, а предыдущий брак аннулируется.

Граф Маржон забрал дочь обратно и в сердцах проклял герцога. Говорят, что именно из-за этого проклятия в семье Авилье нет детей. Впрочем, жизнь у эльфов длинная, может, что-то у супругов и получится.

Молодая графиня, любившая мужа, потеряла интерес к жизни, и даже маленький сын не мог привести ее в чувства. Она сильно тосковала и желала уйти за грань.

Так в итоге и произошло, а старый граф взялся за воспитание внука. К сожалению, мальчик стал изгоем: народ всегда был против межрасовых браков и недолюбливал детей-полукровок, считая их существами второго сорта. Тогда граф Маржон забрал ребенка и поселился с ним на отшибе, в охотничьей сторожке. Там он обучил внука всему, что умел сам, и Кассиан вполне мог защитить спутницу.

Но сейчас Айжонского волновала не давно прошедшая история, а то, что его люди предотвратили уже два покушения на видящую, а вот отравление предупредить не успели. О нем бойцы узнали совершенно случайно, когда Кассиан об этом рассказывал хозяину таверны. И только благодаря реакции мэргана девушка не осталась лежать под завалами на перевале. Воины передали дело дознавателям, а сами продолжили следить за путешественниками, держа их в поле зрения.

«Надо выяснить, кто покушался на жизнь видящей, и послать письмо главному дознавателю. Пусть учитывает, что ситуация под контролем императора», — дал себе команду герцог и отправился выполнять план на ближайший час. Вечером он собирался встретиться с той, которая сбежала из притона и принесла много хлопот и бессонных ночей.

Светлана (Кити)

Ехали медленно, никуда не торопясь. Отдых в таверне Торка восстановил наши силы, и мы с Касом, окрыленные тем, что скоро будем в Трансбурге, беспечно болтали, шутили и поддразнивали друг друга.

Продукты закупали во встречающихся изредка деревнях, а на ночлег останавливались возле озера или речки. Спать на природе не боялись: Черныш даст фору любому охраннику. Но, видимо, хищники чувствовали более сильного зверя, поэтому близко не подходили.

И дважды за все время мы становились свидетелями странных, по моему мнению, событий.

У кромки леса суетились люди в форме, убирая с дороги трупы. Мужчину, на груди которого висел внушительный кулон, судя по всему, сильный артефакт, я посчитала главным. Он разговаривал с двумя невзрачными на вид путниками.

Вскоре стало ясно, что напали именно на них, и они отбивались. Более молодой, стоящий к нам спиной, был слегка ранен в руку, ее уже успели перевязать. Я передернулась, вспомнив бойню, где погибли все люди из обоза Милохи.

Проехав место происшествия, я внезапно ощутила взгляд и резко обернулась. Старший из потрепанной в бою парочки пристально наблюдал за нами. Заметив, что я смотрю на него, мужчина быстро опустил глаза, но я его узнала. Эти двое сидели за одним из столиков, когда мы приехали обратно в таверну Торка. Молодой человек еще похвалился, что его брат работает дознавателем. Странное совпадение.

— Испугалась? — заботливо спросил Кассиан.

— Чего? — удивилась я.

— Как чего? По-видимому, разбойники напали на путников и поплатились за это жизнью.

— Помнишь, я рассказывала, как нашла Черныша? Так вот, увиденное сейчас не идет ни в какое сравнение с тем, что произошло на привале. Даже

— Что же тут странного, Кити? Наверное, им нужно туда же, куда и нам. Ты же знаешь, что мне передался дар не только отца, но и матери. Я, конечно, не видящий, да и не стану им никогда, ведь это привилегия женщин, но у меня сильно развито чувство опасности. И от них опасности я не ощущаю.

— В том то и дело, что я тоже не ощущаю. Но прими как данность: странно, что они попадаются нам так часто.

— Успокойся, сестренка, — Кас обнял меня за плечи. — Все будет хорошо.

Сестренкой полуэльф начал меня звать после того как мы ночевали в одной кровати. Он тогда заснул, стоило коснуться подушки, а я еще долго думала о своей новой жизни и об Иринке. Где, интересно, она? Смогла ли переместиться сюда, в мир Тарон, или же ушла на перерождение?

С этими мыслями я заснула и впервые увидела ее во сне. Девушка, сильно похожая на мою подругу, стояла за прилавком и продавала маленькие бутылочки. Это утвердило меня в подозрении, что она тоже оказалась в теле двойника.

— Смотри, — Кас неожиданно дернул меня за руку, выводя из задумчивости. Я подняла голову и увидела высокую зубчатую городскую стену, сложенную из серого камня. — Это Трансбург. Дошли, — довольно улыбнулся парень.

— Уверен, что это именно он?

— Да, мы с дедом приезжали сюда однажды. В этом городе на воротах дежурят стражники в броне — дань традиции. В других же городах они одеты в кожаные жилеты, обработанные специальным магическим раствором, защищающим от повреждений.

«Своеобразный бронежилет», — ухмыльнулась я, но вслух произнесла другое:

— Как интересно!

— Еще интереснее в самом городе. Поехали.

Народу в Трансбурге жило много, и нам пришлось спешиться.

— А долго добираться до пещеры? — уточнила я, ведя Малыша в поводу.

— Здесь большой рынок. Если желаешь, сходим, купим что-нибудь. Затем пойдем к западным воротам, оттуда дорога ведет к пещере святой Йоны. Верхом до нее около часа. Не хочешь отдохнуть?

— Лучше не задерживаться, потому что зов нарастает. Давай поедим, отдохнем часа два и отправимся дальше. Ночевать в городе не стоит, а то приду, словно зомби, в твою комнату и потащу к горе, — со всей возможной серьезностью сказала я.

Кассиан, видимо, представил, как я буду выглядеть в образе зомби, и лицо его вытянулось. Я же, не выдержав, расхохоталась.

— Ну и как?

— Да ну тебя, Кити. Лишь бы посмеяться надо мной, — надул губы парень.

— Ну расскажи, какая я там, в твоих фантазиях? — веселилась я.

— Отстань, ненормальная! — отмахнулся Кас и нечаянно ударил горожанина, стоявшего в двух шагах от нас.

Неприятный мужчина, темноволосый, с одутловатым лоснящимся лицом, бросил на меня злой взгляд и постарался спрятаться в толпе, но полуэльф подставил ему подножку. Мужчина всем телом грохнулся на мостовую и смачно выругался. Кассиан тут же подскочил, наступил ногой на его правое запястье. В толпе кто-то принялся возмущаться, кто-то громко звал стражу.

— Расступились! — услышала я и схватила Каса, намереваясь увести его, но он замер статуей, не давая мужчине вытащить руку.

— Вы кто? Почему нарушаете закон и нападаете безосновательно на людей? — задал вопрос охранник, краем глаза поглядывая на лежащего. Складывалось впечатление, что они знакомы.

— Я граф Кассиан Авилье, — холодно произнес Кас. — Прошу вас представиться.

Стражник побледнел.

— Старший смены охраны городских ворот Мирк Самол, мистер. Вы можете подтвердить свою принадлежность к графскому роду?

— Да, — парень вытянул руку, и на его пальце появилось кольцо с крупным зеленым камнем.

Стражник приложил небольшую палочку к камню, и вокруг нее взвился сноп искр. Я не разобралась, что произошло, но Мирк Самол вежливо склонился перед полуэльфом.

— Простите, граф. Скажите, что совершил этот человек?

— Он собирался причинить вред моей названой сестре. Под рукой у него лежит артефакт. Именно им он хотел все провернуть.

— Я понял, — стражник кивнул двоим воинам, стоявшим в сторонке.

Один из них надел перчатку и вытащил артефакт, а второй нацепил браслет на руку задержанного. По браслету прошла искра и тут же исчезла.

Глава 13

Светлана (Кити)

Я безучастно смотрела на мужчину, пытавшегося навредить мне, и пазл никак не складывался.

Чем девчонка с даром предвидения могла насолить и кому? Этот дар даже не проявился ни разу. Я знала со слов Роситы и Кривого, что он есть, вот и все. Лишь зов постоянно тянул куда-то, и я, как овца на поводке, следовала за ним. А иначе, если не шла сама, он заставлял меня, словно зомби, двигаться вперед.

Как-то раньше не задумывалась об этом, но произошедшие события отчетливо намекали — дело не только в том, что я сбежала из дома развлечений. И, уверена, догадки мне не придутся по вкусу. Не просто же так в теле совсем юной девушки поселилась моя душа, не особо старая, но все же гораздо старше и в житейских вопросах опытнее.

Ладно, подумаю об этом позже. Я подняла глаза и встретилась с хмурым взглядом Каса.

— С тобой все в порядке? — поинтересовался парень после недолгого молчания.

— Да. Устала, правда, сильно, — я виновато улыбнулась. — Как считаешь, что это сейчас было?

— Хотелось бы обмануть тебя и успокоить, но, признаюсь, ситуация мне совершенно не нравится.

— Знаешь, что я думаю, Кас? Надо где-то перекусить и отдохнуть, а лучше взять еды с собой и отправиться к пещере. Надеюсь, там никто не будет покушаться на меня. Или ты думаешь по-другому?

— Если ты о еде и отдыхе, то я согласен. А насчет нападения… Бесспорно, это покушение.

— Но почему?

— Кому-то не по душе, что ты получишь полную силу видящей, и тебя стараются задержать любыми способами.

— Если принять твои слова за истину, то становится жутко, — я пристально посмотрела в синие глаза друга.

— Пещера уже близко, и дойти до нее нужно как можно быстрее. Принявшая дар становится намного сильнее, у нее есть защита мира — он позаботится о ней. К счастью, пока тебе сказочно везет.

А ведь он прав. Взять хотя бы побег или путешествие по лесу. Но самая лучшая удача — появление

— О чем задумалась? Прав я или нет? — рассмеялся Кас. Я кивнула и смутилась. — Давай помогу сесть на мэргана и дальше поедем верхом. Как-то неприветливо встретил нас Трансбург.

«Давно пора», — пробурчал в моей голове Черныш. Я улыбнулась и погладила питомца по шее.

«Ты мой красавец и умница», — прошептала ему на ухо.

«Я знаю!» — ответил мэрган, не страдая от чрезмерной скромности.

Мы доехали до ближайшей ресторации, и Кас, оставив меня на улице и предупредив, чтобы я ни в коем случае не спускалась на землю, так как главным защитником остается Черныш, пошел за покупками. Мой питомец на эту отповедь недовольно фыркнул, но комментировать не стал. Он знал, что Кас не услышит, и его ворчание достанется мне. Но со временем обязательно отомстит, он злопамятен, как и все мэрганы.

Полуэльф скрылся за дверью ресторации, а я погладила жеребца по роскошной гриве.

«И отчего ты так близко к сердцу принял слова Кассиана? — спросила у него. — Меня действительно необходимо защищать, к чему обижаться? Он же хочет как лучше».

«Я не на него злюсь, а на себя. До сих пор удивляюсь, как пропустил того мужчину», — расстроенно покаялся Черныш.

«Я тоже пропустила. По сути, горожанин ничего не делал, стоял в сторонке, вот мы и не восприняли его как нападающего».

«А зря! В его руке был очень сильный артефакт, от него веяло темной магией, а это крайне опасно: с ее помощью можно навести порчу или проклятье, сделать калекой и даже убить».

«Тогда зачем изготавливают такие артефакты?» — удивилась я.

«Хозяйка, они тоже нужны. Их используют целители для сращивания конечностей и внутренностей, а также для оживления, если душа пациента еще не ушла за грань. Это только те функции, о которых мне известно, но большинство из них доступно исключительно магистрам магии».

«Откуда ты все это знаешь?»

«В семьях мэрганов между ближайшими родственниками существует особая ментальная связь: старшие передают знания младшим, и так из поколения в поколение. Я общаюсь с тобой или думаю о тебе, и мои близкие сразу присылают ответы на возникающие вопросы. Они моими глазами увидели артефакт и тут же рассказали про него».

«Да, страшная вещь. Неужели и правда меня хотели им убить?» — спросила Черныша, но тут на улицу вышел Кас с огромным бумажным пакетом, и мэрган замолчал.

От пакета шел умопомрачительный аромат свежих булочек и жареного мяса. Я невольно потянула носом и уставилась на Кассиана.

— Потерпи еще чуть-чуть, Кити, — попросил парень. — Выедем из Трансбурга и в лесочке перекусим. Заодно и отдохнем.

— Хорошо, — не стала спорить я. Есть хотелось сильно, но Кас прав, лучше побыстрее выехать из города.

Вскоре мы сидели на берегу озера и поедали купленные Кассианом вкусности. Затем, немного вздремнув, сели на своих питомцев и направились к дороге, узким серпантином поднимающейся в гору. Там, наверху, и была конечная точка нашего пути.

Я подняла голову и присвистнула. Меня, как скалолазку с опытом, горы не пугали, но я чувствовала, что приходит конец моему путешествию. Но не истории. Нечто загадочное и мистическое, какая-то тайна ждала впереди, и неизвестность пугала.

Вдохнув и выдохнув, я постаралась успокоить сильно бьющееся от страха сердце и первая ступила на тропу.

Кто-то считает, что горы — это нагромождение камней, где растет лишь пожухлая трава, но он в корне неправ. На самом деле горная местность летом покрыта цветущими лугами, лесами с ярко-зеленой листвой, а порой встречаются участки с растительностью синего или бордового цвета — особые виды деревьев и кустарников, которые произрастают только здесь, как пояснил мэрган. Речки и озера отличаются прозрачностью и чистотой, а горные вершины белеют снежным покровом. И вся эта красота сейчас простиралась перед нами.

Мы проехали удивительно красивое озеро и остановились у входа в пещеру, заросшего кустарниками. Невдалеке виднелся лагерь, и наверняка там ждали именно нас.

Магию, рвущуюся из пещеры, я уже ощущала всем телом. Она, словно игривый ребенок, взъерошивала мне волосы, подхватывала горсть песка и, делая воронки, бросала им то в меня, то в Каса. И одновременно выказывала недовольство тем, что я задержалась. Это было понятно по дважды ущипнувшим руку мелким искрам — не больно, но неприятно. Досталось и Кассиану.

Когда мы спешились на площадке, нас моментально окружило несколько воинов. Один из них, высокий и широкоплечий, с карими глазами, находился ближе всех к входу в пещеру, и обмундирование выдавало в нем командира. Впоследствии Кас это подтвердил.

— Рады приветствовать вас, миссис, и графа Авилье. Заставили же вы побегать, — произнес он и недовольно прищурился.

«Какой красавец!» — подумала я, но услышав в его голосе неприязнь и увидев брезгливо сморщенное лицо, отбросила эту мысль. Передо мной стоял напыщенный индюк, считающий, что его статус позволяет смотреть на окружающих сверху вниз. К тому же избалованный женским вниманием.

Я не ответила, хмыкнула и шагнула к пещере. Красавец попытался меня остановить, но замер, способный лишь злобно сверкать глазами, а я услышала шепот:

— Входи, видящая, не бойся. Я не причиню тебе вреда.

Тело пробила нервная дрожь, и я, схватив за руку Каса, потянула его за собой.

Резко стало темно, но через миг вновь посветлело. Мы оказались в большой пещере. Удивленно огляделись. Кроме черной глыбы посередине зала и сверкающих камней, усыпавших свод, здесь ничего не привлекало внимание.

— Подойди, видящая, к камню, и опусти ладони в выемки, — снова донесся откуда-то шепот.

Я посмотрела на Каса. Он одобрительно кивнул. Опасности в этом приказе парень не чувствовал.

Медленно подойдя к глыбе, я еще раз оглянулась на друга и положила обе руки на камень. Сначала ничего не происходило, а потом я ощутила сильную боль, и моя голова едва не взорвалась от информации, льющейся из камня.

Не выдержав, я потеряла сознание.

Интерлюдия

В кабинете одного из особняков столицы друг напротив друга сидели два мага — высокие, статные, с бросающейся в глаза военной выправкой. Хозяин кабинета, герцог Кадор Энемноген, седой, но еще крепкий мужчина с серыми глазами, внимательно слушал отчет графа Дорея Лиссимаха. Блондин с окладистой бородкой четко докладывал последние новости о девушке, в документах значившейся как «видящая номер двадцать». При каждом упоминании ее имени синие глаза графа сверкали от предвкушения. Но не любовных игр, а убийства. Он представлял, как воткнет кинжал в ее теплую плоть и будет наслаждаться агонией жертвы.

— Почему вновь произошла осечка? — выдернул его из мечтаний вопрос герцога.

— С ней полуэльф, а они способны на расстоянии

— Вы, граф, понимаете серьезность нашего дела? — прошипел Энемноген. — Не смотрите, что она слабая девушка, в первую очередь она — видящая, и после инициации получит информацию о готовящемся перевороте. Или вы желаете продолжать жить такой жизнью, какой живете, — под постоянным наблюдением людей императора? И молитесь Всесильному, чтобы ваши деяния не стали достоянием общественности. Тогда за вашу жизнь я не дам даже мидлона: аристократы обязательно отомстят за дочерей. К тому же наш монарх не привык, когда его распоряжения о домашнем аресте игнорируются. — Граф недовольно засопел, но не ответил. — Из-за вас, лорд Лиссимах, вся моя работа пошла насмарку. Я договорился, чтобы на судно напали, взяли в рабство графиню Китану Скаурин и продали при первом же удобном случае, и нанял людей, чтобы организовать на нее множество покушений. А наемники за спасибо работать не станут, им нужны рупаны, и чем больше, тем лучше. И кто их возместит? Вы, граф?! — герцог все сильнее распалялся и повышал голос. — Если видящая пробудит в себе дар, мы не сможем ничего с ней сделать, она перейдет под защиту мира! И если вы не прикончите девчонку в ближайшее время, на глаза не показывайтесь!

Светлана (Кити)

Боль прошла, но чувство, что еще не все закончилось и главное впереди, не отпускало.

Я открыла глаза. Вокруг была та же пещера, но теперь я парила под ее сводом. Огляделась в поисках Кассиана. Тот нашелся неподалеку. Он стоял в прозрачном колпаке, упершись обеими ладонями в его стену, и что-то кричал, но звук до меня не доносился.

Вот и конец мне пришел. Как глупо — умереть в своем мире, а затем и в новом. Что же так не везет-то?

Не успела я пожалеть себя, как услышала за спиной хихиканье. Резко развернулась и увидела симпатичную девушку лет восемнадцати — двадцати на вид.

— Не бойся, еще немного, и ты очнешься, — произнесла незнакомка. — А пока твое тело принимает информацию, спокойно поговорим.

— Ты кто? — спросила я, отойдя от шока.

— Еще не догадалась? — лукаво улыбнулась она. — Я — Йона, бывшая видящая, а теперь просто призрак, дожидающийся твоего прибытия, Китана. Не удивляйся, твое имя мне известно из видений.

— Святая Йона, ушедшая в пещеру, чтобы спасти от смерти родных! — вспомнила я слова Каса. — Но они все равно погибли, — прошептала чуть слышно, заметив расстроенное лицо девушки. Или женщины, уже не поймешь. — Извините, пожалуйста.

— Дело прошлое. Скоро я присоединюсь к ним, но сначала мне надо кое-что рассказать и показать. Пойдем со мной, тебе необходимо пройти арку времени, тогда ты сможешь пользоваться информацией, которая вливается сейчас в твой мозг.

— А моя голова не взорвется? — уточнила я. — Уж очень она болела.

— Нет, — рассмеялась Йона, и ее смех звонким колокольчиком разлетелся по залу. — Голова болит оттого, что у тебя раскрываются магические каналы. Дар сильный, потому и воздействие магии мощное. Не переживай, это только первый раз, дальше боли не будет. Ну же, иди! — и она слегка подтолкнула меня к каменному диску, внутри которого светился голубым непроглядный туман.

Я внимательно осмотрела вырезанные на камне знаки и руны. Что они означают, я не ведала, но страха не чувствовала. Интуиция подсказывала — мне не хотят причинить вред.

Немного поколебавшись, протянула руку. Та моментально исчезла в голубом свечении, и я, решившись, шагнула внутрь.

Передо мной распахнулся бесконечный космос. Нет, я четко ощущала, что по-прежнему нахожусь в каменной нише, но при этом меня окружали миллиарды сверкающих звезд. И это недосягаемое, прекрасное и всеобъемлющее пространство завораживало. А под ногами веером развернулась планета, та самая, где я появилась.

Обернувшись влево, я увидела словно записанные на кинопленку сцены из моей жизни. Как каратели, прискакавшие в деревню, еще не зная, что видящая там не появлялась, в бешенстве сожгли все дома вместе с жителями. Китана пришла туда чуть позже, и сразу же нарвалась на врагов. Как ее пытались выкрасть, убив близкого друга семьи. Как бездыханное теперь уже мое тело закинули в лодку и привезли на корабль, где его принял помощник Кривого и бросил в трюм к остальным пленникам.

Передернув плечами, я повернула голову вправо.

Тут оказалось интереснее — на черной стене показывалось будущее. Оно имело несколько вариантов развития событий, и все они мне не нравились.

Один из бойцов, дежуривших возле пещеры, получит ментальный приказ убить видящую, что и сделает. В двух других вариантах я оставалась живой. В первом мужчина, стоявший у входа, спасает меня, но его серьезно ранят, а во втором — убивают нападавшего.

Тут я ощутила, что каменный диск меня буквально выталкивает. Шагнула назад и оказалась возле призрака Йоны.

— Я видела свою смерть, — пожаловалась ей.

— Предупреди друга, — предложила девушка. — Пусть он выйдет первым и укажет на убийцу. Увы, нападений тебе не избежать, потому что на императора готовится покушение и намечается переворот. Будь осторожна, — она невесомо дотронулась до моей руки и сообщила: — Передача информации закончилась, возвращайся в тело.

— А ты?

— Я выполнила предназначение и отправляюсь за грань к своим близким, — улыбнулась Йона, и ее силуэт стал растворяться.

— А кто будет пещеру защищать? — спросила я, но мой вопрос затерялся в пустоте.

Сильно потянуло назад и я, открыв глаза, увидела обеспокоенное лицо Каса. Схватила его за руку, передала видение, как меня убивают, и уплыла в темноту. Слишком много событий и впечатлений обрушилось на мое уставшее тело, оно настойчиво требовало отдыха.

* * *

Проснулась я в мягкой постели под легким одеялом. Не открывая глаз, погладила шелковую ткань, легла на спину и раскинула руки. Люблю кровати, где можно улечься в виде звездочки и не бояться слететь на пол.

Опять погладила простыню, и тут до затуманенного сном сознания начало доходить, что происходит нечто неправильное. В трактирах обычно нет таких больших кроватей, как нет и шелкового постельного белья.

Резко открыла глаза и огляделась. Меня окружали богатство и роскошь: на полу лежал кофейного цвета коврик, возле старинного серванта стояли два кресла, обитые кремовым непайским бархатом под цвет тканевых обоев, а потолок украшала позолоченная лепнина, сверкающая в лучах солнца.

— Мамочки, где я? — пробормотала, стараясь сообразить, куда попала.

— Вы в гостевых покоях императорского дворца, графиня, — раздался знакомый голос. И откуда этот красавчик, встретившийся мне у входа в пещеру, взялся в моей комнате?

Подтянула повыше одеяло и внимательно посмотрела на нежданного гостя. Я не боялась его, но он вызывал во мне противоречивые чувства.

— Как

— Герцог Арнес Айжонский, правая рука его величества Валиаса Менжийского. Я перенес вас порталом.

— Как порталом? А Кас и Черныш? — я встревоженно вскочила с кровати. Одеяло сползло, приоткрыв глубокое декольте полупрозрачной сорочки.

— Кхм, кхм, — прокашлялся мужчина, отводя глаза. Пискнув, я тут же натянула одеяло до шеи. — Не переживайте, графиня, ваши друзья тоже прошли через портал. Мистер Авилье сейчас отдыхает, а мэргана поставили в стойло и накормили.

«Черныш!» — позвала я мысленно.

«Все хорошо, хозяйка, я в порядке. И Малышка рядом со мной», — бодро отозвался жеребец, и я облегченно выдохнула.

— Раз вы очнулись, то я пришлю служанку, — тем временем продолжил герцог. — Пообедайте, а через два часа за вами зайдет мой слуга и проводит на аудиенцию к императору.

— Мне не в чем появится перед его величеством, — призналась с досадой. Ну в самом деле, не в грязной же дорожной одежде общаться с правителем!

— В гардеробе есть вещи вашего размера, — уведомил Айжонский. — До встречи, графиня.

Мужчина удалился, а я никак не могла понять, что со мной творится. Мне не терпелось, чтобы он ушел, и мечталось, чтобы остался. Хотелось смотреть на это лицо и фигуру, не отрываясь, но вспоминались его надменность и ехидство, и это желание затухало. Короче, полный душевный раздрай.

Глава 15

Светлана (Кити)

Через несколько минут после ухода Арнеса в комнату зашла темноволосая сероглазая девушка в синем платье до щиколоток и белом кружевном фартуке.

— Добрый день. Меня прислал герцог Айжонский. Я помогу вам одеться.

— Как тебя зовут?

— Лиока, миссис.

— А я графиня Китана Скаурин. Скажи, Лиока, а я успею принять ванну?

— Конечно, миссис, не волнуйтесь, — улыбнулась девушка. — Я во дворце работаю три года, и привыкла делать все быстро. Пройдемте в ванную.

— Спасибо.

Ванная комната в роскоши не уступала спальне. В облицовке стен преобладал светло-голубой цвет, иногда разбавленный белым и темно-синим, образуя абстрактные узоры, с левой стороны от входа стояло что-то наподобие джакузи, за ним располагалась маленькая дверца, видимо, в туалет, а справа манил прозрачной водой настоящий бассейн, выложенный белой плиткой.

— Госпожа, вам помочь искупаться? — отвлекла меня от разглядывания интерьера служанка.

— Нет, спасибо, я сама справлюсь.

— И с волосами? — улыбнулась девушка.

— А что с ними? — я подошла к зеркалу и только сейчас заметила, что мои локоны спускаются немного ниже талии, а их цвет изменился с золотистого на платиновый блонд. Да и глаза изменились — из серо-синих превратились в насыщенно-синие. — Хм, пожалуй, Лиока, ты права, твоя помощь понадобится.

Искупалась я, как и хотела, сама, а вот волосами занималась служанка, при этом массируя голову. Я всегда любила, когда мне делали прическу или перебирали пряди, и теперь буквально урчала от блаженства.

Наконец смыв мыло, девушка подала мне большое полотенце, в которое я завернулась полностью, и мы покинули ванную комнату.

Лиока провела по моим влажным волосам специальным гребнем, отчего они быстро высохли и стали волнистыми. Затем выудила из недр гардероба чулки на завязках, трусики, похожие на шорты, и что-то вроде топика, как ни странно, хорошо поддерживающего грудь, и положила все это на кровать, где уже ждало красивое васильковое платье в стиле ампир, не слишком вычурное, но выглядящее изысканно и богато.

Одевшись, я покрутилась возле зеркала. Отражение мне нравилось. Но тут Лиока разворчалась, что время идет, а опаздывать непозволительно, тем самым можно нанести оскорбление императору, усадила меня на пуфик и принялась за сооружение высокой прически.

Через полчаса я была полностью готова. И даже успела проглотить булочку и выпить взвара, до того как дверь без стука открылась, и на пороге появился герцог Айжонский в белоснежной рубашке и в темно-синем сюртуке, удивительно подходящим расцветкой к моему платью.

Сердце екнуло и пустилось вскачь. Пришлось прикусить нижнюю губу, чтобы скрыть эмоции.

— Графиня, прошу следовать за мной, — Арнес подошел и протянул мне руку.

Я встала, положила пальчики на его ладонь, и тут меня накрыло. Я словно провалилась в какой-то туман, из которого наблюдала за развивающимися событиями.

В кабинете за столом сидел полноватый мужчина среднего возраста. Он держал самописец, в этом мире заменяющий ручку, и, опустив голову, читал договор.

— Граф, вы не сможете защитить ее, у вас не хватит ни сил, ни статуса, — прозвучал голос герцога Айжонского. — А учитывая, что вы практически разорены, то отдадите ее в жены любому, кто предложит более-менее крупную сумму.

— Я никогда не предам дочь!

— Вы — возможно. Но вот ваша жена ненавидит падчерицу, считая соперницей за ваше внимание, ее бесит все, что связано с Китаной. Вам достаточно уехать по делам на продолжительное время, как графиня быстро договорится с аристократом побогаче.

Мужчина бросил самописец, его лицо пошло красными пятнами, он открыл рот, чтобы возразить, но герцог не дал ему сказать и слова.

— Бросьте, граф Скаурин, всем известно ваше отношение к жене. Неделя незабываемых постельных утех — и вы сдадитесь, уж себя-то не обманывайте. Или, как аристократ выше вас титулом, я не подхожу в зятья?

Граф вновь сел за стол.

— Я обещал ей, что выдам замуж за того, кого она полюбит, — сделал он еще одну попытку.

Герцог поморщился и неожиданно резко рявкнул:

— Подписывайте!

* * *

Тяжело дыша, я очнулась в комнате в императорском дворце.

— Значит, вы мой жених? — спросила устало.

— Вы так говорите, словно забыли об этом. Или снова играете? — едко ответил Арнес.

— Господин герцог, я помню свою жизнь лишь с того момента, как оказалась на судне. Остальное прошлое увидела в процессе прохождения инициации, — уведомила холодно.

— Хм, это подтверждает и рассказ графа Авилье, — кивнул Айжонский. — А я-то удивился, что у входа в пещеру вы меня не узнали. Подумал, что вновь решили игнорировать, как тогда, в доме вашего отца.

— Что было в доме отца, я не помню, поэтому ни оправдываться, ни извиняться за прошлые поступки не намерена. Кто знает, может, вы вели себя неподобающе, и в таком случае вас игнорировала бы любая воспитанная девушка.

В глазах герцога появился ледяной блеск, он выпрямился, холодно произнес:

— Нас ждет император, графиня, — и предложил локоть.

Поежившись, все же ухватилась за него. К счастью, на этот раз ничего не произошло, и я с облегчением выдохнула.

Мы шли по длинному коридору, но навстречу нам никто не попадался. Заметив мой удивленный взгляд, герцог соизволил сообщить, что это коридор для слуг.

— Не нужно, чтобы сплетни о вас разнеслись по дворцу, — пояснил он.

— Но они же все

— Разнесутся, но чем позже, тем лучше.

Я хотела спросить про Каса, но герцог распахнул неприметную дверь, и мы вошли в маленькую комнатку, где обнаружились двое охранников в черных мундирах. Не останавливаясь, Арнес повел меня дальше, ко второй двери. Подождал, пока я войду, зашел следом и повернул в замке ключ.

А я посмотрела на рыжеволосого мужчину, сидящего за массивным столом и что-то быстро пишущего, и в моей душе шевельнулась жалость. Рано лишившийся родителей принц остался под присмотром няни и опекуна, который однажды просто предал воспитанника. Валиасу, тогда еще шестнадцатилетнему юноше, пришлось спасаться бегством. Если бы не верные его отцу люди, нынешнего императора не было бы в живых

— Вот вы какая, видящая. Очень рад наконец-то с вами познакомиться, — улыбнулся мне правитель Ликонской империи, заставив вынырнуть из его же прошлого. Видимо, дар увеличился, и теперь я считывала будущее и прошлое не только через прикосновение, но и через взгляд на объект интереса.

— Добрый день, ваше величество, — я присела в книксене, и сама поразилась этому. Похоже, мышечная память сработала. Хм, а я ведь даже не задумывалась о том, что совершенно не знаю этикета.

— Прошу, располагайтесь, — хозяин кабинета радушно указал на мягкие кресла.

Я присела на самый край, чтобы не утонуть, как это случилось с герцогом Айжонским.

— Валиас, Китана не помнит меня, — не стал ходить вокруг да около Арнес. — Я сначала решил, что девушка играет со мной, как делала это при сватовстве, но она говорит, что потеряла память.

— Не переживай, Арнес, она вспомнит, — отмахнулся император. — Инициированной видящей восстановить себе память совершенно не сложно.

— Уже вспомнила, как он принудил отца подписать брачный договор, — улучив момент, пожаловалась я.

— Я не солгал графу. Мачеха действительно ужасно с вами обращалась, — сурово сдвинул брови герцог. — Но вы не верили в ее хитрость и изворотливость и старались защитить.

Видя, что я собираюсь возразить Айжонскому, хозяин кабинета быстро перевел разговор:

— Графиня, я хочу попросить вас о маленькой услуге. Вы не могли бы что-нибудь узнать о готовящемся перевороте?

— При инициации я кое-что видела, — кивнула я. — Но, к сожалению, лиц участников рассмотреть не удалось.

— Наверняка использовали артефакты, — пробурчал герцог.

— Одно я знаю точно, — продолжила, не обращая не него внимания, — человек, желающий сместить вас с престола, затеял это еще много лет назад.

— Но мы тогда поймали всех заговорщиков! — удивился Валиас.

— Получается, не всех. Я слышала, как они говорили о том, что лишь благодаря ближайшему родственнику вы еще не лежите под слоем земли. Извините, ваше величество, но, похоже, этот мужчина смог перехитрить следствие. Ваш дядя раскрыл всех заговорщиков, кроме него.

— Да-а, не ожидал, — император откинулся на спинку кресла и посмотрел на герцога. — Твое мнение, Арнес?

— Видящие не ошибаются, — серьезно ответил тот. — Значит, мы на самом деле тогда упустили главаря. И теперь я понимаю, почему они пытались убить Китану, — боятся, что их планы сорвутся.

— Еще хотела добавить, — я подняла руку и, дождавшись, пока оба аристократа повернутся ко мне, продолжила: — Ваш недоброжелатель работает или живет во дворце.

— С чего ты так решила? — вскинулся Айжонский.

— Тот мужчина сказал, что на следующей неделе ему назначена аудиенция.

— Арнес, ты, думаю, понял, что надо делать, — со значением посмотрела на друга император.

Интерлюдия

Граф Лиссимах стоял перед герцогом, склонив голову. Он прекрасно понимал, что срыв давно подготовленной операции ведет не только к гибели видящей, но и к наказанию его самого и его людей. Хорошо, если все обойдется чисткой памяти. Но, вполне вероятно, его изуродованное тело найдут где-нибудь за городом в вонючей канаве. От таких перспектив графа передернуло.

— Почему стражник не напал на девушку? — строго спросил Кадор Энемноген.

— Напал, — вздохнул Дорей Лиссимах. — Даже успел кинуть атакующее заклинание, прежде чем его убил герцог Айжонский. Тело унесли подальше и бросили на растерзание хищникам. Айжонский поставил на пещеру свои заклинания, чтобы посторонние не смогли зайти внутрь. Мы нашли тело и по остаткам памяти прочитали все, о чем я вам доложил. Также удалось выяснить, что о нападении на видящую предупредил полуэльф.

— Речь идет о графеныше Авилье?

— Да, мой лорд. Он сначала вышел сам, о чем-то поговорил с Айжонским, а потом вынес из пещеры девушку. Она была без сознания.

— Уверен, видящая узнала о покушении в момент инициации и успела рассказать о нем Авилье. Что известно о ней не этот час?

— Китана пришла в себя, и скоро у нее встреча с императором.

— Я знаю, — отмахнулся герцог Энемноген. — Но вряд ли император в первый же день начнет задавать ей вопросы. Она еще слишком слаба. Надеюсь, вы подготовились?

— О да, господин, — усмехнулся граф.

Светлана (Кити)

Айжонский остался в кабинете с его величеством, а меня отправили обратно в покои, попросив, чтобы я их не покидала.

— Если вы правы, то главный преступник наверняка захочет навредить вам, — произнес на прощание Арнес. — Впрочем, я думаю, он не рискнет. Испугается, что его заметят.

Император вызвал одного из охранников и приказал проводить меня. Я снова на автомате сделала книксен и вышла за дверь.

Охранник говорил, куда поворачивать, а я следовала его указаниям. Но после очередного поворота услышала за спиной шум и вскрик. Не успела обернуться, как получила укол в шею, и меня накрыла тьма.

Сознание возвращалось медленно и урывками, подташнивало, а то место, где я ощутила укол, сильно жгло. Через какое-то время наконец удалось открыть глаза, и холодная волна плохого предчувствия вызвала мурашки по всему телу.

Огляделась, стараясь меньше ворочать головой. Я находилась в комнатке размером примерно два на три метра. Кроме односпальной кровати, на которой я лежала, здесь стояла тумбочка, а рядом с ней гордо красовался ночной горшок. Увидев его, я сжала кулаки от бессилия.

— Вечно тебе, Светка, везет, как утопленнику, — пробурчала обреченно.

Приподнявшись на локтях, попробовала встать, но звук открываемой двери заставил плюхнуться обратно, вызвав стон боли.

— Очухалась, девка, — в произнесенной хромым стариком с перекошенным налево лицом фразе не было вопроса. Один его глаз с любопытством смотрел на меня, а второй, неподвижный, просверливал во мне дырку. Такое ощущение создавалось оттого, что его наполовину закрывало веко.

Я не ответила. А смысл? Уговаривать отпустить? Бесполезно. Наверняка этого ущербного терпят за его помощь, поэтому он пойдет на все, чтобы заработать кусок хлеба.

Старик хотел поправить одеяло, и я автоматически ухватилась за узловатое запястье, не давая дотронуться. А от увиденного задохнулась и вновь чуть не потеряла сознание.

— Зачем? — спросила

— Зачем что? — он нахмурил густые брови.

— Зачем вы до сих пор работаете на этого изверга? Ведь на его руках кровь ваших близких. Как можно простить подобное? В чем вина того младенца?

В этот момент старик сжал мою шею с такой силой, что я едва могла дышать. Все усилия сбросить его цепкую хватку не увенчались успехом. От боли и недостатка воздуха я уже практически отключилась, когда он зловеще прошептал мне в ухо:

— Кто ты такая, чтобы рассуждать, что правильно сделал граф, а что нет? — и выпустил меня из плена своих рук.

Я закашлялась. По щекам безостановочно текли слезы, которые я безуспешно стирала рукавом.

— Я — видящая, и все, что скрыто, открывается мне, — прохрипела с трудом и вновь раскашлялась. Похоже, горло он повредил сильно.

— На, выпей отвар, станет полегче. Скоро принесу ужин, — произнес старик глухо и, дождавшись, пока кружка опустеет, вышел из комнаты.

Есть хотелось невыносимо. Сколько, интересно, я нахожусь в заточении?

Попыталась посмотреть варианты освобождения… и ничего не вышло. Но я же недавно смотрела старика! Почему же не получается посмотреть себя?

Запаниковав, резко встала, отчего голова закружилась сильнее. И тут проскочила мысль, что это неспроста. Может, старик заблокировал мой дар своим отваром? Но он же сказал, что отвар облегчит боль. А голова как болела, так и продолжает болеть. И если сравнить с теми отварами, которые мне давали в развлекательном доме Роситы, то это небо и земля. Делаем выводы: вероятнее всего, именно отвар блокирует мою магию. Не пить его не получится. Откажусь пить сама — вольют в рот насильно.

Что же делать? Бежать!

Для начала нужно осмотреться. Единственно окно в каморке находилось на уровне моей макушки. Кровать была прикреплена к полу, и я не сдвинула ее ни на миллиметр, а вот тумбочку притащила без проблем. Пододвинув ее ближе к стене, залезла на кровать, затем взобралась на тумбочку и выглянула в окно.

Как выяснилось, находилась я примерно на уровне третьего этажа обычной хрущевки. Смогу ли спрыгнуть с такой высоты? Конечно, организм сильно ослаб, но если учитывать, что меня и дальше будут пичкать травой, от которой пропадает дар, то выхода нет. А разобьюсь — такова, значит, судьба.

Я порвала на полоски простыню и связала из них веревку. Ее, конечно, не хватит до земли, но все же прыгать с третьего этажа или со второго — разница большая. Один конец намотала на себя, а другой привязала к кровати.

Лишь бы никто не заметил моего побега! Чую, требуется поторопиться!

Тихо открыла окно и, подтянувшись, вылезла наружу. Холодный ветерок пробежался по волосам. Ночь вступала в свои права, погружая землю во мрак, через час на небосводе должно появиться ночное светило, поэтому времени в обрез.

Аккуратно начала спускаться, и тут откуда-то слева из приоткрытого окна услышала мужские голоса.

— Сейчас девчонка поужинает, и вы зайдете к ней, побеседуете. Нам надо хотя бы примерно знать, что она собой представляет и удастся ли договориться о сотрудничестве.

— Да что она может собой представлять? Такая же, как и все, — изнеженная аристократка.

— Не умеете вы, граф, делать выводы. Ей удалось сбежать от Роситы, а у той охрана не чета вашей, и добраться до пещеры. Значит, она не такая уж избалованная аристократка, как вы считаете.

Дальше я не стала слушать, а продолжила проворно перебирать ногами.

До земли оставалась пара метров, когда импровизированная веревка из лоскутов простыни закончилась. Пришлось рискнуть и спрыгнуть, так как ухватиться было не за что. Приземлилась удачно, если не считать слегка отбитые пятки, но не успела подняться, как неподалеку упал мешок. Резко подняла голову и заметила старика, мгновенно скрывшегося в окне.

Подобрав мешок, развязала его и заглянула внутрь, опасаясь, что туда засунули артефакт слежения. К счастью, обнаружила только хлеб, сыр и кусок холодного вареного мяса, завернутый в вощеную бумагу. Конечно же, следилку могли прикрепить и на меня, но вряд ли — ведь никто не предполагал, что я соберусь сбежать.

Успокоившись, закинула мешок с едой на плечо и поторопилась уйти подальше от этого дома.

Через час вышла луна, освещая дорогу, и я остановилась. Местность была мне совершенно незнакома. Я понятия не имела, в какой части империи нахожусь: слишком отличалась природа от виденной мной раньше. Правда, стало очевидно, что дом, в котором меня держали, располагался явно не в городе и даже не в пригороде.

Глава 17

Светлана (Кити)

Дрожа от холода и страха, я продиралась сквозь заросли кустов и деревьев. Острые ветки нещадно хлестали по лицу и царапали кожу. И как я не выколола себе глаза?

Неожиданно ноги зависли в пустоте, но тут же всем телом я больно ударилась об землю. Воздух мгновенно вышибло из легких, и, перевернувшись, я куда-то покатилась. Успела понять, что нахожусь в овраге, на дне которого текла речушка, и потеряла сознание.

Очнулась от холода и сырости. Тело сотрясала крупная дрожь, а стук зубов, казалось, разносился по всей округе.

— Тут тоже нет! — услышала наверху и замерла.

— А что ей здесь делать? Вряд ли полезла в воду в такой-то холод, — раздался другой голос.

— Я тоже так думаю. Продолжим поиски?

— Бесполезно. Ей деваться некуда: или вернется, или погибнет, в последнее время перевертыши лютуют. Впрочем, туда ей и дорога, по ее вине весь план едва не рухнул. Хватит болтовни! Возвращаемся!

Голоса удалились, а я продолжала сидеть как мышка, боялась выйти из своего укрытия. Снова попробовала призвать дар, но опять не вышло.

Когда первые лучи солнца разогнали мглу, огляделась. Необходимо двигаться дальше.

Зная, что погони теперь нет, медленно побрела через лес, все сильнее убеждаясь в том, что нахожусь неизвестно где: слишком незнакомая природа, хотя преследователи разговаривали на всеобщем языке. К тому же в этой местности было намного холоднее, чем в Родуне, где располагался дворец императора. Надеюсь, они начали поиски? Или, выяснив, что готовится переворот, потеряли ко мне интерес?

Сколько я шла, не имею понятия. Периодически останавливалась, перекусывала тем, что сбросил в мешке старик, и продолжала путь. Причем двигалась на юг. Интуиция подсказывала, что направление я взяла верное.

Внезапно передо мной появилась тропинка, только неизвестно, протоптанная зверями или людьми. Не раздумывая, я пошла по ней. Ноги уже давно переставляла механически, боль в теле и страх за свою жизнь отступили на второй план. Боязнь перевертышей к тому времени тоже исчезла.

Шла-шла, пока в какой-то момент не упала и встать больше не смогла.

Вокруг бушевал огонь. Я горела. Пламя с радостью пожирало мою плоть. Не в силах вынести эту боль, я закричала, и тут кто-то накрыл меня колпаком, а в горло полилась живительная влага. Огонь отступил, но вскоре вернулся, и все началось заново.

Казалось, пытка длилась вечность, но однажды я открыла глаза и осознала, что огня нет. Боль исчезла, остались лишь слабость и легкое головокружение. Я лежала в светлой комнате в деревенской избе на двухспальной кровати. Неподалеку стоял громоздкий шкаф, рядом с ним — стол и два стула. В стене напротив находились две двери. В воздухе витал пряный запах трав.

Одна из дверей открылась, и в комнату вошла рыжеволосая женщина с неестественно яркими зелеными глазами.

— Как ты себя чувствуешь, милая? — спросила она, подойдя ближе.

— Хорошо. А где я? И кто вы? — засыпала я вопросами незнакомку.

— Я-то здешняя ведьма, и зовут меня Тануса. А тебя как, дитя?

— Китана.

— Нет, — она усмехнулась. — Это имя ты взяла, очутившись здесь. А в том мире как звали? — заметив мой испуг, женщина погладила меня по плечу. — Не бойся, я тебе ничего не сделаю, наоборот, помогу. Меня в наказание отправили сюда, чтобы ждать видящую из другого мира. Я нашла тебя умирающей в лесу. Еще немного — и спасти не удалось бы.

— В другом мире меня звали Светлана, — призналась со вздохом. — Но там я погибла, упав со скалы. И оказалась в теле этой девушки.

— Она все равно не выполнила бы ту миссию, которую ей отвел Всесильный. Слишком была слаба, причем и телом, и духом. Поэтому сюда и перекинули тебя. Как вижу, ты справляешься, — улыбнулась женщина. Потрогала мой лоб и удовлетворенно хмыкнула. — Жар спал, надо поесть. Пока бульон, а позже перейдем на каши.

Упоминание о еде словно дало толчок желудку, и он протяжно завыл, жалуясь на нерадивую хозяйку.

— Вот об этом я и говорю, — рассмеялась ведьма, выходя из комнаты, а я покраснела.

Через пару минут Тануса вернулась и принесла миску и кружку. Поставила все на стол, приподняла меня и подложила под спину подушку. Затем поставила передо мной поднос, а на него — миску с бульоном. Какой же он был вкусный!

Доев, жалобно посмотрела на хозяйку дома. Но она покачала головой и пояснила:

— Ты пролежала без сознания пять суток, опасно сразу давать организму нагрузку. Часа через два еще налью бульончика, а пока выпей укрепляющий отвар.

Я послушно опустошила кружку, и меня вновь стало клонить ко сну.

Глаза я открыла в сумерках. Тануса сидела за столом и читала большую книгу. Почувствовав, что я проснулась, она отложила талмуд и спросила:

— Поешь еще?

— Да, — не отказалась я. — Есть ужасно хочется.

— Значит, идешь на поправку. Лихорадки нет, поэтому я положу в бульон отварные овощи, чтобы ты набиралась сил.

И вновь я проглотила все в один миг.

— Теперь поговорим, — сказала ведьма, подсаживаясь ближе. — Как ты оказалась в лесах Патона?

— После аудиенции у императора я вышла из его кабинета. По пути в покои меня оглушили. Очнулась в постели в маленькой комнате в двухэтажном доме. За мной присматривал старик, кривой на одну сторону. Он давал мне отвар, блокирующий дар видящей. Тогда и решила бежать.

— Похоже, тебя держали в охотничьем домике графа Дорея Лиссимаха. Граф уже давно не появляется в свете, с тех пор как начал негласную войну с перевертышами за территорию. А кривой на одну сторону старик… Думаю, называть его стариком неправильно. Этому мужчине сорок восемь лет, и у него погибла вся семья: жена и двое детей, младшему не исполнилось и года.

— Я успела посмотреть, схватив его за запястье, — кивнула, подтверждая слова Танусы. — Вот и спросила, почему он служит убийце своей семьи. Но старик разозлился и едва не задушил меня. Правда, позже очень удивил: заметив мое отсутствие, не поднял тревогу, а наоборот, когда я спрыгнула на землю, скинул мешок с едой.

— Он неплохой человек, всю жизнь добросовестно служил графу Лиссимаху. А доказательств, что граф повинен в смерти его близких, нет. И вдруг появилась видящая, махом нашла ответ на мучающий его вопрос и подтвердила догадки, которые он, вероятнее всего, скрывал даже от самого себя. А потом что было?

— Я убежала как можно дальше от дома, но, споткнувшись, скатилась по склону оврага. Исключительно благодаря кустарнику, остановившему падение, я не бултыхнулась в ледяную воду. А вскоре услышала голоса похитителей и затаилась. Видимо, тогда и простудилась, когда сидела, боясь шевельнуться и выдать себя.

— Простудилась, да. Но не только, — нахмурилась ведьма. — Инициация еще не завершилась, когда тебя напоили отваром из чарнета. Он вначале притупляет, а при длительном употреблении и вовсе убивает дар, буквально выжигая магические узлы. Это сродни тому, если в костер плеснуть воды. Огонь то вспыхивает, то гаснет, вода превращается в пар, костер шипит, трещит и разваливается. Примерно то же происходило и с твоим организмом. Сейчас опасность позади, но использовать дар рано.

— Сидя в овраге, я слышала, как один из преследующих сказал, что поблизости нет населенных пунктов, а в лесах хозяйничают перевертыши.

— Это так, но не бойся, перевертышами лишь пугают. На самом деле они отличные ребята, просто с графом Лиссимахом никак не найдут общий язык. Будто земли на всех не хватит! — фыркнула ведьма.

— Хорошие ребята?! Но я свидетельница того, с какой жестокостью они расправились с целым обозом!

Тануса недоверчиво глянула на меня, и пришлось ей рассказать про то, как я попала в этот мир, как сбежала из дома утех и про место, где напали на караван. Там не осталось ни одного живого существа, даже животных. Спастись удалось только Чернышу.

Эх, где же мой мэрган, мой любимый мальчик? Попробовала достучаться до него, но опять наткнулась на тишину.

— Ни разу не слышала, чтобы перевертыши так поступали, — удивилась женщина.

— Как мне удалось узнать у одного караванщика, в ту банду входят перевертыши, изгнанные их своих стай.

— Поговорим позже, — остановила меня Тануса. — Отдыхай. Завтра решим, когда отправляться в путь.

— Ты со мной? — уточнила я с надеждой.

— Конечно, — уверенно ответила ведьма. — Обязательство по спасению видящей я исполнила, а значит, искупила вину. Теперь необходимо передать тебя в надежные руки.

— Расскажешь, за что тебя наказали? — спросила, борясь со сном.

— Непременно, — улыбнулась она, поправляя не мне одеяло. — А теперь спи.

Интерлюдия

Совещание в кабинете императора подходило к концу, а герцог Кадор Энемноген не находил себе места.

Ночью его разбудила трель переговорного устройства,

— Надеюсь, у вас приятные новости? — холодно поинтересовался герцог, прекрасно понимая, что ночью обычно приходят лишь плохие известия.

— Простите, лорд, что потревожил, но… — граф потупился. — Видящая сбежала.

— Примерно так я и думал. Вы же не потрудились построить логическую цепочку, порассуждать и удивиться тому, что девушке постоянно удается сбегать не только от врагов, но и от судьбы, уготованной нами. Я частенько говорил вам и повторю еще раз — видящая под защитой мира. Китана не обычная избалованная аристократка, от которой угрозами легко добиться чего угодно. Она, как говорится, не от мира сего.

Граф поднял голову:

— Что вы хотите сказать, лорд?

— Исключительно то, что сказал, — поморщился герцог и продолжил деловым тоном: — Во дворце за каждым ведется пристальное наблюдение, и помочь сейчас я не смогу. Обратитесь к перевертышу по имени Дэн. Это мой человек. Со мной не связывайтесь, я найду вас сам.

Дэн был третьим сыном альфы. Пока что ему выделялось денежное содержание, но в ближайшем будущем предстоял выбор работы по душе. Старший брат, Крис, наследник отца, считался сильным перевертышем, второй брат, Коган, лишь немногим слабее, и с уверенностью можно утверждать, что он займет место беты, а вот Дэну так не повезло, и это его совершенно не устраивало.

Избалованный матерью младшенький полагал, что судьба посмеялась над ним, не дав силы, поэтому он решил исправить столь вопиющую несправедливость. И не придумал ничего лучше как шпионить за отцом и братьями, докладывая обо всем герцогу Энемногену. Как член семьи альфы, тайны мальчишка узнавал одним из первых, и для герцога он был просто находкой.

Полученное в этот раз задание Дэну совершенно не нравилось. Но герцог платил полновесными рупанами, и все сомнения отпали.

Вскоре в лесной чаще нашли останки Дорея Лиссимаха. Горло графу перегрыз какой-то крупный зверь, а мелкие хищники доделали остальное. И лишь благодаря поиску по крови удалось выяснить личность несчастного.

Герцог Арнес Айжонский

После исчезновения видящей Арнес долго не мог прийти в себя.

И как они просмотрели в окружении императора предателя? Того, кто улыбается и лебезит перед Валиасом и при этом строит планы по его устранению? Наверняка надеется на то, что у государя пока нет детей, а значит, после его смерти на престол сядет ближайший родственник. Но кто? Родственников, как со стороны отца, так и со стороны матери, у Валиаса множество, но все дальние. Разве что у императрицы есть кузина, с которой они довольно дружны.

Кто же решился на такое святотатство, как убийство? И это еще никому неизвестно, что императрица беременна и ждет сына, об этом принято молчать даже в близком кругу. А чтобы враги не догадались о ее интересном положении, Амира одевается в свободные платья с завышенной талией.

— Где же ты, моя девочка? — прошептал с тоской герцог.

Он уже давно признался себе, что влюбился в Китану с первого взгляда. Даже любовницы раньше не приносили ему столько радости, как встречи с ней, и сейчас все его мысли крутились вокруг нее.

Во сне он видел, что она находится в небольшом домике в лесу. Причем, судя по окружающей природе, не в Родуне, а в Патоне: только там растут широколистные деревья с фиолетовым оттенком. Проснувшись, Айжонский хотел ринуться на ее поиски, но вспомнил голос, прозвучавший в голове перед пробуждением: «Остановись. Не время. Ей ничего не грозит», и отступился.

После совещания император пригласил герцога в свой кабинет.

— Ты уверен, что графиня Скаурин на самом деле видящая? — неожиданно спросил он.

— Отчего такое недоверие к девушке? — удивился Арнес. — Не забывайте, Китана рассказала, как я вытянул из ее отца брачный договор. А ведь свидетелей того инцидента не было.

— Помнишь, она сказала, что на следующей неделе моему врагу назначена аудиенция? Так вот, никакой аудиенции я не назначал, а неделя-то на исходе.

Айжонский медленно поднял взгляд, какая-то мысль пронеслась в голове, но он не успел ухватить ее за хвост. Зато о чем-то догадался император.

— Если только... — пробормотал Валиас, вскочил и побежал к покоям императрицы. Герцог поторопился за ним.

Амира сидела в гостиной и беседовала с одной из фрейлейн, остальные фрейлины занимались кто шитьем, кто рисованием.

— Ваше величество, что случилось? — взволнованно спросила императрица, увидев мужа. — Вы так встревожены!

— Оставьте нас, — холодно приказал император, подходя ближе и целуя руку жене. Фрейлины послушно выбежали из комнаты. — Амира, дорогая, как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, мой император, — нежным голосом произнесла девушка. — Но, мне кажется, вы хотите о чем-то спросить?

— Ты как всегда наблюдательна, милая. Да, я хотел узнать, кому на этой неделе ты назначала аудиенцию. Я имею в виду приближенных мужчин.

— Мой император ревнует? — она недоуменно и в то же время заинтересованно приподняла бровь.

— Поверь, дорогая, я спрашиваю для дела. Нет, я, конечно, ревную, но не из-за того, что не доверяю тебе. Просто завидую тем, кто находится рядом, когда я работаю, — выкрутился Валиас.

Айжонский, стоящий неподалеку, хмыкнул. Он прекрасно знал об отношении императора к супруге: тот ее боготворил, но и жутко ревновал.

— На этой неделе из мужчин на аудиенцию приходил герцог Энемноген. Я просила, чтобы он привез во дворец свою супругу. Кузина Элиза давно не появлялась при дворе, а мне очень хочется с ней пообщаться, — императрица по-детски надула губы.

— Спасибо, дорогая, — император вновь взял руку девушки и поцеловал каждый пальчик. — Я обязательно напомню герцогу о твоей просьбе.

Выйдя из покоев императрицы, Валиас открыл портал сразу в кабинет.

— Арнес, что скажешь?

— Думаю, именно о нем говорила Китана. Но доказательств нет, ему нечего предъявить. Хотя все сходится: уничтожив ваш род, Энемноген, как ближайший родственник, может претендовать на престол, ведь более близких родственников ни у вас, ни у императрицы нет.

— Нет доказательств, говоришь? — протянул император. — А если попробовать выйти на его людей? Кто чаще всего с ним общался?

— Насколько я помню из отчетов, в последнее время его обычно видели с графом Лиссимахом.

— Еще одна темная личность, — недовольно поджал губы Валиас. — Его отец принимал участие в перевороте, но домочадцы доказали, что не знали о делах главы рода, который занимался подготовкой свержения законной власти.

— Выходит, все же знали, — пожал плечами Айжонский. — И младший сын пошел по стопам отца.

Тут в дверь постучали, и на пороге показался стражник.

— Зови. И сам останься, — велел император. Стражник открыл дверь, кому-то кивнул, и в кабинет вошел взмыленный темноволосый мужчина. — Представьтесь, — сухо произнес Валиас.

— Я десятник барон Вильям Мраузе, к вам с письмом меня отправил командир личной охраны графа Лиссимаха Серг Вильсан, — мужчина покачнулся, но стражник успел схватить его за локоть. — Прошу прощения, я без остановки гнал трое суток из Патона, лишь менял лошадей.

— Рассказывайте, барон. Потом пойдете отдыхать.

— Благодарю, ваше величество. К сожалению, известия печальные. Граф Дорей Лиссимах погиб. Его обнаружили с перегрызенным горлом в домике охотника, в имении, доставшемся его сиятельству в наследство от матери. Каким образом он оказался в лесу, неизвестно.

Император посмотрел на Айжонского, и тот кивнул. Оба они эту ситуацию рассматривали в одном ключе: Лиссимаха убрали, так как слишком много знал.

Интерлюдия

Поздним вечером герцогу Кадору Энемногену пришло сообщение от младшего сына альфы с отчетом о проделанной работе — устранении графа Лиссимаха. Также Дэн упомянул, что его средний брат собирается сопровождать видящую во дворец императора.

Прочитав письмо, герцог погрузился в размышления, меряя шагами кабинет. В его душе поселились страх и безысходность.

Если не убрать всех, так или иначе связанных с видящей, то рано или поздно выйдут на него. Значит, необходимо избавляться от девушки. У молодого перевертыша хорошо получилось замести следы после убийства графа, отсюда следует, что и с устранением Китаны он справится без проблем.

Кадор подошел к столу, быстро начеркал на листе бумаги несколько слов и прошептал заклинание. Листок превратился в белую птичку и полетел к адресату.

В этот самый момент Дэн сидел с закрытыми глазами в кресле возле камина. В мечтах он был далеко, в окружении красавиц, не спускавших с него томных взглядов и откровенно предлагавших себя. Задание герцога он выполнил, осталось получить гонорар. А потом — валить из стаи. Обычно наниматель не обманывал, но все же тревога не оставляла молодого перевертыша.

Магическая птичка упала в руки юноши. От неожиданности он дернулся и чуть не свалился с кресла-качалки. Успокоив дыхание, Дэн раскрыл письмо, и брови парня поползли вверх. Такого он точно не ожидал.

— Да герцог сошел с ума! — вырвалось у него. — Как я это сделаю, если ее собирается охранять брат?! У Когана дар сильный, он меня просто размажет по земле магией!

Юноша в отчаянии застонал. Дэн совершенно не знал, как поступить. Деньги всегда манили его и искушали, вот и сейчас он не мог отказаться от заработка. Но и за жизнь свою сильно боялся. Что же делать?

Если только…

Светлана (Кити)

С каждым днем мне становилось все лучше, но проблемы с даром еще оставались. Тануса отпаивала меня отваром из сбора трав и убеждала, что магия восстановится, нужно лишь подождать.

Честно сказать, о даре я и не беспокоилась. Нет, будь я из этого мира, то наверняка бы нервничала и переживала. Но я-то с Земли, жила там спокойно и даже не предполагала, что существуют перевертыши, маги, ведьмы. Впрочем, с ведьмами я погорячилась, встречалась однажды. Так вот, жила я, никого не трогала, а меня вдруг решили отправить на Тарон спасать императора. Никогда не была публичным человеком, и угораздило же!

— Китана, — позвала Тануса, — к нам гости.

Я вышла из комнаты и нос к носу столкнулась с двумя красавцами, невероятно похожими друг на друга. Широкоплечие харизматичные мужчины с карими глазами и с нереально густыми длинными ресницами мгновенно завладели моим вниманием.

Неосознанно я потянула руку, чтобы дотронуться до темно-русых коротко стриженных топорщащихся волос одного из незнакомцев, но, очнувшись, резко одернула себя. Гладко выбритый подбородок дрогнул, словно мужчина сдерживал смех. Я сконфуженно опустила голову.

Перевертыши молча рассматривали меня, как куклу на прилавке в магазине игрушек. Они сильно возвышались надо мной — хрупкой, маленькой, ростом чуть выше ста пятидесяти пяти сантиметров. Еще и за время болезни я похудела и весила, по моим прикидкам, около пятидесяти килограммов.

— Кити, это старший сын альфы, на территории которого мы находимся, Кристофер, — представила Тануса. — А рядом — его брат Коган. Они будущие альфа и бета стаи перевертышей.

— Графиня Китана Скаурин. Очень приятно с вами познакомиться, — произнесла я тихо.

— Неужели вы — та девушка, которая в одиночку прошла полкоролевства и самостоятельно добралась до пещеры святой Йоны? — поинтересовался Кристофер красивым мурлыкающим голосом. Странно, я всегда считала, что такие мужчины должны говорить басом, и никак иначе.

— Я не одна, мне Кас помогал, — возразила я и засмущалась, а парни отчего-то расхохотались.

— Проходите к столу, — пригласила ведьма. — Мы с Китаной как раз собирались обедать.

Ну-ну. А я-то гадала, почему Тануса попросила потерпеть, при этом то и дело выглядывая в окно. Ее «потерпи немножко» вылилось почти в два часа, и теперь ясна причина запоздания обеда.

Ели молча, а по окончании трапезы перевертыши без промедления перешли к делу.

— Выходим завтра на рассвете, вам желательно хорошо выспаться, — сообщил Коган. — Ехать до столицы почти трое суток, но не переживайте: будем останавливаться в тавернах, там есть приличные комнаты, где можно умыться и отдохнуть.

Дальше разговор перешел на отвлеченные темы. Ребята шутили и развлекали нас байками, но сейчас я не была способна просто так болтать или смеяться. После принятия отваров того кривого старика, мои силы быстро уходили, и я могла завалиться там, где стояла. Поэтому я посидела немного и ушла, а ведьма осталась с перевертышами.

В своей комнате я легла на кровать и задумалась о прошлой жизни, об увлечениях, о девчонках из туристического агентства. Я там отпахала почти десять лет, успев несколько раз съездить за рубеж. Побывала в Италии, Аргентине, Индии, Австрии, но мечтала еще посетить Байкал и Карелию. Увы, эти мечты так и не исполнились. И, положа руку на сердце, я бы с удовольствием обменяла магию и редкий дар на то, чтобы вернуться на Землю, в Россию. Не сдержавшись, всхлипнула, и слезы предательски покатились по щекам.

Ребята давно ушли, я слышала, как Тануса помыла посуду и затихла, видимо, тоже прилегла, но уснуть никак не получалось. Я посчитала овец, вспомнила молитву, которую дома частенько читала перед сном, затем с час лежала с закрытыми глазами — бесполезно. И лишь ближе к рассвету сон незаметно все же подкрался ко мне.

Я еще не спала, находилась в какой-то полудреме, когда услышала скрип открывающегося окна. И не успела разобраться, происходит ли это наяву, как на меня навалились и начали душить

В голове промелькнула мысль, что и в этой жизни я умру молодой. Стало до такой степени обидно, что с непонятно откуда взявшимися силами я схватила убийцу за руку.

Он заорал и отскочил, а я отбросила подушку и резко встала с кровати, отыскивая взглядом незнакомца. Удовлетворенно улыбнулась, заметив на его запястьях следы от ожогов.

Перевертыш бросился к окну, но я успела вцепиться ему в ногу. По комнате поплыл запах паленой шерсти и горелого мяса, а передо мной очутился зверь, скаливший клыки и старавшийся укусить за руку.

Тут у меня прорезался голос. Преодолевая боль в горле, я завопила и замолчала только тогда, когда в комнату ворвалась Тануса в ночной сорочке, опустила ладонь мне на плечо и что-то прошептала. Страх как рукой сняло.

— Китана, что случилось? — взволнованно спросила ведьма, и я тут же ей выложила все произошедшее со мной в течение последнего часа.

* * *

Приехавших утром ребят мы с Танусой встретили за столом и с чашками чая в руках.

— Доброе утро. Почему вы не готовы? — нахмурился Кристофер.

— Доброе утро, — сдержанно ответила ведьма. — А не готовы мы потому, что Китану ночью пытались убить, точнее — задушить. Она обожгла руки нападавшего, и когда он обернулся — да-да, это кто-то из ваших, — успела прожечь ему ногу до кости. Регенерация у перевертышей стремительная, и если хотите найти злодея, то лучше немедленно начинать поиски.

— Стая большая, и, вы правы, регенерация у нас работает быстро, — задумчиво проговорил Коган. — Графиня, а вы не заметили каких-либо особых примет? Это сильно облегчило бы дело.

— Примет? Хм-м, — я сосредоточенно порылась в памяти. — Знаете, когда я схватила его за запястье, то наткнулась на браслет. Нападающий отшатнулся от моего огня, и украшение пару раз сверкнуло красным. А лица я не видела: он был в капюшоне и в маске.

Услышав о браслете, парни переглянулись и вскочили, явно собираясь бежать на поиски преступника.

— А как же поездка? — поинтересовалась я. Оставаться в доме, где едва не умерла, не хотелось. Во дворце, по крайней мере, меня только похитили, а здесь собирались убить.

Снова перебрав в уме случившееся ночью, я поняла, что меня спасла не удача. Более чем уверена — меня спас мир.

Интерлюдия

Братья ехали молча, пока старший не спросил:

— Ты подумал о том же, о чем и я?

— Да, Крис, — вздохнул средний. — Такие браслеты есть лишь у сыновей альф. Чужаки на нашей территории не появлялись давно. И даже если бы забрели, кто-то из своих наверняка их бы заметил. Остается одно — девушку пытался убить брат.

— Как бы это неприятно ни звучало, но я поддерживаю твое предположение. Слишком мама опекала младшенького, защищала его в любой ситуации, и вот результат: он привык, что за ним стоят братья, которые не дадут в обиду. В итоге настолько обнаглел, что хамил всем подряд.

— Подозреваю, братец исполнял чье-то поручение. Иначе зачем ему избавляться от видящей? Перейти дорогу она ему не могла, раз нездешняя, — задумчиво ответил Коган.

— Надо выяснить, где носит этого пострела, и поговорить наконец-то с ним по-мужски. Пусть отвечает за свои поступки. Но ни дома, ни у друзей его нет.

— Может, мама в курсе?

— Давай спросим, — предложил наследник.

Мать они нашли во дворе, где супруга альфы отчитывала девушку-перевертыша за плохую, по ее мнению, работу.

— Мам, — привлек внимание родительницы Кристофер.

— Крис, Коган? Вы же собирались уехать еще на рассвете? — удивилась та.

— Мы хотели взять с собой Дэна. Пусть мир посмотрит, а то все за твою юбку прячется, — хмыкнул Крис. — Ты случайно не знаешь, где он?

— Слышала, что пришел под утро. Сначала повозился на кухне, а потом затих. Когда позже зашла в его комнату, Дэна там не было, — пожала плечами женщина. —Братьяпереглянулись и молча повернулись к выходу. — А что случилось-то? — поинтересовалась мать, при этом заметно нервничая. Видимо, поняла по вопросам старшего сына, что младшенький что-то натворил.

— Ничего, мам. Все хорошо, — успокоил ее Коган, и они с Крисом выскочили за ворота.

— Отправляемся, — без раздумий заявил наследник. — Чем раньше выедем, тем лучше. Моя чуйка буквально кричит, что нужно быстрее увозить видящую.

— Согласен. Твое предчувствие ни разу не подводило.

Светлана (Кити)

Как только братья ушли, Тануса взялась печь пироги.

— Вчера так внезапно решили отправиться в дорогу, ничего не успела приготовить, — пожаловалась она. — С одной стороны, хорошо, что отъезд отложился: сегодня я смогу нормально собраться. Но с другой — плохо. А вдруг попытка нападения на тебя повторится?

Я и сама еще не отошла от ночного происшествия, в носу до сих пор стоял запах паленой шерсти и обугленного мяса, а от воспоминаний подкатывала тошнота. Поэтому всеми силами старалась отвлечься.

Для начала попыталась помочь ведьме. Правда, как мне показалось, своей болтовней больше ей мешала. Но очень уж хотелось узнать, за что ее наказали и почему отправили в глухомань. Интуиция подсказывала — эта информация в будущем пригодится.

— О-о-о, это интересная история. Нас три сестры, — начала рассказ Тануса, при этом замешивая тесто. — Старшая и самая сильная — Равона, она главная ведьма в ковене. За ней по силе иду я, а третьей — младшая, Иргана. После смерти матери нам с Марианной приходилось постоянно присматривать за непоседливой сестрой. Иногда кажется, что у нее, как бы сказать помягче, шило в пятой точке, Иргана частенько попадает в какие-нибудь неприятности.

— Моя подруга была такой же непоседливой и вечно находила приключения на свои нижние девяносто, — улыбнулась я, вспоминая Иришку.

— Почему была? — удивилась ведьма.

— Погибла, — хмуро буркнула я.

— Извини.

Мы немного помолчали, затем она продолжила:

— Так вот, Иргана оказалась замешанной в одном неприглядном деле. Как-то в лавку зашла женщина, судя по одежде — аристократка. Вела она себя вызывающе и смотрела свысока, но не зарывалась, все же ведьмы обид не прощают. Она попросила изготовить ей приворотное зелье. Известно тебе или нет, но подобные зелья в империи запрещены, заказчика и изготовителя ждет серьезное наказание. Ирэн поначалу категорически отказалась, но посетительница пообещала ей сумму, которой хватило бы для оплаты учебы в академии на факультете ведьмачества. Сестра согласилась, правда, нам не сказала ни слова. Видимо, боялась, что отговорим. И мы бы действительно запретили.

— И, по закону жанра, Иргану вычислили? — усмехнулась я.

— Понятия не имею, кто такой Жанр, но ты наполовину права. Вычислили не ее, а аристократку. Она подлила приворотное второму человеку

— Что?! Моему жениху?!

— Так, так, так, получается, я не все знаю? — хитро подмигнула подруга.

— Я, конечно, особо на него не претендую, но подлить приворотное моему жениху равнозначно тому, что мне в лицо бросить грязную тряпку, — я зло прищурилась. — Рассказывай дальше.

— Эта аристократка оказалась любовницей Айжонского, вернее, бывшей любовницей. Она долгое время грела его постель, а как на горизонте появилась невеста, герцог дал ей отставку. Мисс Береника Ансульская взбесилась и заказала приворотное зелье, а когда ее поймали, указала на мою сестру. Отец отставной фаворитки занимает высокое положение при дворе, естественно, она выкрутилась. А вот наша младшенькая… — Тануса покачала головой и ненадолго замолчала. — Конечно, мы с Равоной решили вытаскивать ее из этой зад… ситуации. Однажды я помогла императору — тогда ему влили в еду зелье, тоже приворотное, между прочим, а какая-то трава вызвала отторжение, и он стал задыхаться, лицо и руки отекли.

— Аллергия, — я кивнула. — Она вызывает отечность, и пациент задыхается.

— Странное название, — хмыкнула ведьма. — Но дело не в этом. Я сварила зелье обратного воздействия, и таким образом спасла Валиаса. Это произошло еще до его женитьбы

— Ого! А сколько тебе лет?

— Ц-ц-ц, некрасиво у женщины спрашивать о возрасте, — Тануса погрозила мне пальчиком, сурово нахмурив брови, но в ее глазах плясали бесенята.

— Я не мужчина, мне можно, — возразила я и поторопила: — Ну так сколько?

— Сто двадцать восемь.

Я удивленно выпучила глаза. Если бы не сидела, точно рухнула бы на пол.

— Я — ведьма. Это для нас не возраст, — она неопределенно махнула рукой.

— А дальше?

— В ковен сообщили про сестричку, император назначил мне аудиенцию и сам предложил этот выход. Я согласилась. Вот и вся история.

— Так Иргана осталась безнаказанной?

— Не совсем. Ей на три года заблокировали половину силы, — пояснила Тануса. — Она сейчас одна заправляет в нашей городской лавке. А лавка-то живая, и постоянно строит козни против сестренки. Что-то они не поделили между собой.

— Я всегда считала, что лавка ведьмы находится в лесу, — я обескураженно похлопала ресницами. — Или хотя бы на опушке.

— Так оно и было, — кивнула подруга. — Это дом прапрабабушки, и раньше он действительно стоял на окраине леса. Но постепенно город разросся, да и не перестает расти, в итоге мы очутились едва ли не в центре. Конечно, в таком расположении есть плюсы, к примеру, хорошие продажи. А вот за травами далековато ездить, приходится специально заказывать экипаж.

За разговорами незаметно прошло три часа. Тануса приготовила один мясной пирог и два с местными фруктами. И только она вынула из печи последний, четвертый, к нам заявились оба брата-перевертыша.

— У-у-у, как у вас тут вкусно пахнет! — потянул носом старший.

— Но-но, это в дорогу, — спустила размечтавшегося Кристофера на землю Тануса.

— Мы как раз по этому вопросу, — заявил тот. — Собирайтесь. Вещи оставьте в доме, сами же возьмите корзинки и идите в лес. Оттуда мы вас заберем. Надо уезжать.

— Крис, что случилось? — запаниковала я, посмотрев на наследника альфы. Нахмуренные брови, настороженный взгляд и крепко сжатые губы говорили о том, что его что-то сильно волнует.

— Пока ничего. А чтобы так продолжалось и дальше, отправимся сегодня. За вещи не переживайте — их заберет отряд. С ними же поедут иллюзии вас двоих, пусть все думают, будто мы выезжаем завтра.

— Сколько у нас времени на сборы? — деловито уточнила Тануса.

— Десять-пятнадцать минут.

— Хорошо, — кивнула ведьма и принялась распоряжаться: — Китана, неси из кладовой корзины. В одну положим пироги и бутыль с водой, а во вторую — сменную одежду, без нее женщине никак. Остальное кидай в сумку.

Парни уехали через пять минут. То есть сделали вид. А еще через десять вышли с корзинками мы и направились в лес. Зайдя как можно дальше, свернули на едва заметную тропинку и добрались до развилки, где нас встречали Кристофер и Коган.

Глава 21

Светлана (Кити)

— Придется до ближайшей таверны ехать верхом, а там будем думать, как выходить из положения. Надолго наших скакунов не хватит, эта порода выведена не для ношения тяжестей на спине, — сообщил мне Коган. — Зато с всадником они могут преодолеть за день гораздо большее расстояние, чем обычные лошади. Их даже закупают для императорской курьерской службы

Наши спутники ехали молча и явно наслаждались поездкой. Взгляды сквозь полуопущенные ресницы, намеки и улыбки Танусы говорили о том, что ей небезразличен старший сын альфы. И тот отвечал ведьме взаимностью.

До таверны добрались только к вечеру. Коган слез с коня, помог спрыгнуть мне. Ноги не держали, и я схватилась за руку мужчины.

— Ничего, так бывает, — подбодрил он. — Из-за невозможности сменить положение мышцы затекают. Не переживай, скоро они восстановятся, и станет легче.

И действительно, минут через десять я почувствовала себя достаточно хорошо, чтобы самостоятельно зайти в одноэтажное деревянное здание. И на миг замерла, разглядывая зал. Такое расположение в таверне я видела впервые. Вдоль стен с правой и с левой стороны шли ряды столов со скамейками, напротив двери находилась барная стойка, а сбоку от нее — лестница.

Едва мы уселись за стол, к нам подскочила блондинка с красиво уложенными в корзиночку волосами.

— Мистер Кристофер, вам как обычно? — прощебетала подавальщица.

— Да, Илона, — кивнул наследник альфы. — И такую же еду всем остальным. Еще принеси ягодного взвара и спроси у отца, есть ли свободные комнаты.

— Есть, мистер. Я сама знаю.

— Хорошо, тогда две комнаты. Одну нам с братом, а вторую — девушкам.

Илона осмотрела нас с Танусой и сморщила носик. А наткнувшись на пристальный взгляд Криса, умчалась выполнять заказ.

— Чем-то мы ей не понравились, раз она так сморщилась, — заметила я.

— Ну как же, Китана! Ясно же, что девушка влюблена в Криса, а нас считает соперницами, — ухмыльнулась ведьма, искоса глядя на Кристофера.

— Меня мелкота не интересует, Тануса, — фыркнул тот. — Поэтому язвительные высказывания оставь при себе. Ты прекрасно знаешь, что мне, кроме тебя, никто не нужен.

— Если бы еще это понимал твой отец, — тихо пробормотала подруга. О-о-о, какие, оказывается, здесь бушуют роковые страсти! А я и не догадывалась. — Пожалуй, следует отдохнуть. День выдался тяжелым, а прошлая ночь и того хуже, — она поднялась и взяла меня за руку. Я не стала сопротивляться: и сама мечтала лечь и расслабиться.

Как выяснилось, выделенные нам комнаты находились напротив друг друга. Крис зашел в одну из них, проверил окна, затем велел закрыться и никого не пускать до утра, даже если услышим

После ведьмы водными процедурами занялась я. Вдоволь наплескавшись, укуталась в простыню, распаренная и разморенная вернулась в комнату — подруга к тому времени уже спала, — села на кровать и задумалась.

Платье, в котором я выехала из домика, требовало стирки. Заморачиваться этим сегодня не хотелось, но, по старой привычке, решила проверить карманы. С тех пор как однажды закинула папины брюки в стирку, и его паспорт с остальными документами пришлось сушить, я всегда так делала.

В правом кармане что-то было. Нахмурившись, вытащила предмет, напоминающий обычную монету. Тут платье начало сползать на пол, и я одной рукой схватила одежду, а второй непроизвольно сжала предмет. Что произошло, сообразила позже, когда очутилась напротив своего несостоявшегося убийцы.

— Наконец-то активировала портал, — усмехнулся тот, замахнувшись. Я еще успела увидеть летящий в лицо пудовый кулак, а потом в голове взорвался фейерверк, и реальность погасла.

* * *

Сознание то возвращалось, то отключалось вновь. Не знаю, сколько я пробыла в таком состоянии, очнулась уже в маленькой комнатке. Примерно на восьми квадратных метрах площади размещались печурка, топчан, на котором я лежала, стол и два стула — вот и все убранство. М-да, и не развернешься.

Зов природы стал просто нестерпимым, пришлось встать и подойти к двери. Та оказалась заперта снаружи. Я принялась стучать — сначала руками, а потом и ногами, — пока за дверью не послышался недовольный мужской голос:

— Чего дебоширишь? Прекращай давай, а то плетей получишь!

— Я в туалет хочу, — проныла жалобно в ответ.

— Не положено, — пробурчал мужчина.

И никакие уговоры не могли его заставить открыть дверь, пока я не сказала, что наверняка это чей-то дом, и хозяину не понравится испачканный мной пол. Незнакомец, проклиная привередливых девиц на чем свет стоит, все же открыл дверь и наставил на меня какую-то палку. И это был не мой похититель. С виду грозный, но худощавый высокий мужчина напоминал Дуремара из фильма «Приключения Буратино».

— Руки протяни, — приказал «Дуремар». Я без возражений сделала как он просил. Охранник надел на меня браслеты и довольно улыбнулся. — Теперь идем. Вздумаешь бежать, учти, что ближайший населенный пункт в трех днях пути отсюда. А учитывая хищников, кишащих в округе, жить тебе тогда не больше полусуток.

От такой «радостной» перспективы я поморщилась, но промолчала.

Сделав свое дело, понаглела еще немного и попросила поесть. В шутку пожаловалась, что от голода готова съесть на ужин их всех, и подмигнула. Кто же знал, что они посчитают меня людоедкой, за которой специально отправили самых сильных перевертышей, чтобы доставить в королевские казематы. Было бы смешно, если бы не было так грустно.

Когда закрывал за мной дверь, предварительно сняв браслеты, охранник, расслабившись, облегченно выдохнул. Что же происходит? И где похитивший меня молодой перевертыш? Я уже ничего не понимала.

От усиливающегося голода злость нарастала. К счастью, через полчаса меня попросили отойти подальше, пригрозив ошпарить горячей похлебкой. Не стала спорить и села на кровать.

Дверь открылась, и на пороге появились двое мужчин. Один, тот, который водил меня в туалет, нес тарелку с едой и кусок хлеба, а второй, с бородой, которого я увидела впервые, держал перед собой ту же палку. Может, она волшебная?

Дальше время тянулось невыносимо медленно, казалось, день никогда не закончится. А стоило солнцу опуститься за горизонт, за окном послышались крики и топот. Похоже, кто-то прибыл. Вполне возможно, по мою душу.

И действительно, вскоре дверь распахнулась, и передо мной появился довольно симпатичный молодой человек с ярко-рыжими волосами, усыпанным веснушкам лицом и зелеными внимательными глазами.

— Вот, значит, какая ты, видящая, — протянул он, окинув меня взглядом. — Как зовут тебя, я знаю, а меня называй Аларис. Мне необходимо с тобой поговорить, и от результата нашей беседы зависит твоя жизнь.

— Интересное начало, — фыркнула я.

— Неужели не боишься смерти? — удивился рыжий.

— Смерти боятся все. А я к ней готова, и она не пугает. Меня столько раз убивали, что иногда сама удивляюсь, до чего я живучая. Просто устала бояться.

— Да ты настоящая загадка! — хмыкнул он. — И очень хочется, чтобы я не ошибся в своих выводах.

Аларис опять оглядел меня с ног до головы и вновь хмыкнул. Впрочем, если считать, что стояла я перед ним в той же простыне, в которой вышла из душа, только и остается хмыкать.

— Пытавшийся убить тебя герцог все же нашел перевертыша, согласного на такую работу, — приступил к делу рыжий. — Хотя я бы на его месте за это не взялся: тебе благоволит император, герцог Айжонский является твоим женихом, а они сильные враги. Надо совсем лишиться мозгов, чтобы пойти против них, — он пренебрежительно скривился. — Не скрою, я тоже раньше поддерживал герцога. Его супруга — кузина императрицы, и…

— Простите, что перебиваю, но почему вы решили перейти на сторону императора?

— Я по молодости сделал много такого, за что сейчас стыдно, — мужчина поморщился. — А из-за одной истории меня и вовсе сослали на свои земли и запретили появляться при дворе. Женщина, из-за которой я впал в немилость, сама приходила в мои покои во дворце, когда муж уезжал, а потом заявила, что я ее изнасиловал. Впрочем, это старая обида, и не хочется о ней вспоминать, — Аларис махнул рукой. — В то время герцог Энемноген вербовал людей, недовольных императором и его приближенными, и я примкнул к нему. А недавно получил задание избавиться от третьего сына альфы. Тот должен был загрызть тебя, и герцог планировал вину за твою смерть возложить на его клан, ведь именно братья Дэна вызвались отвезти видящую к императору. Так что, — он усмехнулся, — я спас тебя от смерти, уничтожив этого перевертыша. Кстати, совсем скоро Крис и Коган наткнутся на тело брата.

— Ваша задача убить меня или вернуть герцогу? — поинтересовалась невозмутимо, хотя в груди все сжималось.

— Я привез приказ от герцога. В нем разбойникам предписывается изнасиловать тебя и убить, — рыжий вытянул из-за пазухи уголок свитка. — Но я не собираюсь отдавать им бумагу. Зачем губить жизнь такой красавицы? — он чарующе улыбнулся.

— Но разбойники наверняка при поимке расскажут, что исполняли приказ!

— Не расскажут. Их должен убить я. Но делать этого не буду. Вернее, не отдам им тебя, Китана, их же обязательно уничтожу. А мы с тобой поедем во дворец, где ты все расскажешь императору. Я хочу возвратиться в столицу.

— Хорошо, я согласна. Но бандитов лучше не трогать, а забрать с

Интерлюдия

Ночью Тануса сквозь сон ощутила в комнате сильный магический всплеск. Ведьмы очень восприимчивы к таким потокам, поэтому она мгновенно распахнула глаза. Увидев, что вещи Китаны лежат на кровати, а самой видящей нет, быстро оделась и, выйдя из комнаты, постучалась к парням.

Дверь открыл Крис, одетый лишь в домашние штаны и держащий в руке меч.

— Тануса? — удивился наследник альфы. — Что случилось?

В другой обстановке ведьма полюбовалась бы телом возлюбленного, но сейчас выдохнула:

— Похитили! — и это слово привело в чувства обоих.

Прихватив уже проснувшегося Когана, они вернулись в комнату девушек.

Отработанный портал нашелся под кроватью. Судя по всему, Китане его подсунули обманом, и она сама телепортировалась в руки похитителей. По остаточному следу удалось выяснить, что перенос рассчитан на короткое расстояние, и друзья, не мешкая, поспешили за видящей.

Через полчаса они наткнулись на Дэна. Кристофер ментально передал отцу, где находится тело младшего брата, и повел свой маленький отряд на поиски убийц. Теперь ситуация с похищением приняла другой оборот — братьям бросили вызов.

Светлана (Кити)

Добирались мы до столицы какими-то непонятными тропами. Почему непонятными? Потому что за все это время на нашем пути никто не встретился, хотя братья уже должны были обнаружить, что меня похитили.

Но, как мне показалось, на мои поиски никто не торопился. Самое обидное — даже Тануса. Все же она — сильная ведьма, и наверняка знает способ, как выйти на мой след. А ведь я считала ее подругой.

От этих мыслей в душе царил раздрай и хотелось плакать. Заметив мое далеко не радужное настроение, Аларис подъехал к телеге, где я сидела. Рядом лежали связанными оба моих бывших охранника, которых прихватили как свидетелей. Разбойники старались отодвинуться подальше от меня, но, к их сожалению, размер телеги не позволял.

— Китана, что случилось? О чем ты переживаешь?

— Ни о чем, — буркнула, глядя на него честными-пречестными глазами.

Аларис хмыкнул и, видимо, догадавшись о причинах моего уныния, пояснил:

— Мы немного вернулись, а затем поехали по параллельной дороге. Конкретнее — по старому тракту, где мало кто ездит.

— А почему им не пользуются?

— В здешних местах водятся дикие перевертыши, потерявшие человеческий облик, и никто не рискует попасться им в лапы.

— Но вы же рискнули? Неужели не боитесь нападения? — спросила с вызовом. Знала, что нарываюсь, но смолчать не смогла.

— Никакого риска, — покачал головой рыжий. — Мне и моим людям бояться нечего. У меня есть артефакт, отгоняющий любого зверя, неважно, обычного или когда-то бывшего перевертышем. Ты же об этом хотела узнать? Точнее, о том, где же твои спасатели? — он лукаво усмехнулся.

Я кивнула. А к чему скрывать? Аларис читает меня, словно открытую книгу, а врать нужно так, чтобы самой верить, что говоришь правду. Этот принцип я усвоила еще в прошлой жизни.

Через двое суток мы выехали на основной тракт, и стало понятно, почему до сих пор двигались по другой дороге. Перед ярмаркой здесь скопилось столько народу, что приходилось периодически останавливаться. Как выяснилось, даже если в стране основной транспорт гужевой — от пробок никуда не деться. Скажи мне кто об этом раньше, я, вероятнее всего, покрутила бы пальцем у виска.

В какой-то момент телеги ехавшего впереди длинного обоза разошлись, и показались всадники в форме королевских гвардейцев. А когда они подъехали ближе, я не успела моргнуть, как ко мне вихрем кто-то подлетел, стащил с телеги и закружил. Я схватилась за мужские плечи, боясь, рухнуть на пыльную дорогу, и отчаянно завопила.

Тогда меня наконец поставили на землю, но из объятий не выпустили. Я слушала сопение над головой, чувствовала запах можжевельника, шедший от незнакомца, и до меня стало доходить, что это мой Кассиан. А он прижимал к себе все сильнее, боясь отпустить.

— Кити, я поражаюсь твоему таланту влипать в неприятности, — слегка успокоившись, пробормотал полуэльф.

Стало обидно до слез, словно я специально сама себя похищаю! Возмущенно запыхтела и попыталась вырваться из загребущих рук друга, но кто бы мне дал!

И внезапно заметила стоявшего поодаль мужчину. С потемневшим, словно грозовая туча, лицом, сверкающим от злости взглядом и едва ли не шедшим из носа дымом, Арнес Айжонский буквально пожирал меня глазами. И вот что я сделала ему плохого? Невесту, по идее, надо успокоить, пожалеть и накормить, а он скрипит зубами!

— Прошу прощения, герцог, не сдержал эмоций, — склонил голову полуэльф и отошел в сторону, а Айжонский подошел ближе и, хмуро оглядев меня, произнес:

— Рад, что с вами все в порядке, графиня, — а потом — уж не знаю, поведение Каса сыграло роль или что-то другое — обнял и прижал к груди. — Привяжу к себе, и никуда больше не денешься, — прошептал лихорадочно, и меня словно обдало жаром.

— Я сама привяжусь, — буркнула и крепче прижалась к Арнесу. — Устала от всяких похищений и побегов, хочу спокойной жизни.

В этот момент сквозь меня будто пропустили ток, и пришло видение.

Я стояла в огромном бальном зале. И пусть в последние посещение, кроме своей комнаты и кабинета императора, ничего не видела, но не сомневалась — нахожусь я именно во дворце.

Бальный зал вызывал ощущение свободы и простора. Интерьер был выполнен в двух цветах — белом и золотом, а для того, чтобы зрительно увеличить пространство, на стенах по всему периметру висели зеркала. Свет лился из витражных стрельчатых окон, а дополнительное освещение обеспечивали магические артефакты в люстрах и канделябрах, развешанных между окнами.

Я была в светло-кремовом платье, рядом со мной с одной стороны стоял Кассиан, с другой — герцог Айжонский, а к нам, не спуская с меня карих глаз, шел темноволосый мужчина лет тридцати. Я чувствовала в нем опасность, но отчего-то не боялась.

Не доходя шагов пяти, он вскинул руку и бросил какое-то заклятье. Я стояла и смотрела, как в меня летит смертельный луч, не в силах сдвинуться с места. Неожиданно ощутила рывок, а между мной и лучом встал герцог. И через миг, обмякнув, Арнес уже лежал у моих ног.

Резкий толчок — и я судорожно вздохнула, с трудом проталкивая воздух в легкие, словно долгое время не дышала.

— Китана! Китана, что с тобой?! — видимо, не в первый раз встряхнул меня герцог. Наконец он увидел, что я очнулась, и вновь прижал к груди. — Как же ты напугала! Что произошло?

— Дар проснулся, — пояснила я, отдышавшись. — После похищения из дворца меня напоили какой-то травой, и

— Кто же покусился на мою жизнь? — нахмурился Айжонский. — Ты его хорошо разглядела?

— Не на твою, Арнес, на мою. Смертельное заклятье бросили в меня на балу, но ты успел встать передо мной и упал, получив удар, — я всхлипнула.

— Мне приятно, что ты назвала меня по имени, — он погладил мои вздрагивающие плечи. — Но где же то жеманство, которое ты демонстрировала каждый раз при встрече? — спросил, стараясь отвлечь.

— Если тебе понравилось, то могу снова вести себя так же, — улыбнулась я, но тревога не отпустила.

— Лорд, нам пора, — напомнил один из гвардейцев.

— Китана, поедешь со мной, — приказал герцог. — Остальные доберутся самостоятельно.

Я кивнула и посмотрела на молчаливого Алариса.

— Свое обещание помню и обязательно выполню, — произнесла спокойно, а заметив вопросительно поднятые брови жениха, шепнула: — Позже.

Вскоре я уже сидела впереди Арнеса, прислонившись к его груди, и размышляла об одном странном и напрягающем факте. Без разрешения я бы никогда не перешла на «ты», а в разговоре с герцогом это вышло само собой. К тому же сегодня мы с ним встретились, как двое влюбленных после долгой разлуки. А ведь последняя наша встреча была совсем не из приятных, о предпоследней и говорить нечего. Уж не применил ли Айжонский ко мне свои магические способности?

Интерлюдия

Герцог Кадор Энемноген сейчас напоминал загнанного зверя. Он с отчаянием ждал, когда на связь выйдет его человек, который называл себя Аларисом, не желая светить настоящее имя — граф Раган Менжийский. Раган, в свое время изгнанный из столицы, являлся очень дальним родственником ныне правящего императора по мужской линии. Как утверждал граф, прадед Валиаса и его прадед были родными братьями, а как бы выразился герцог: «Нашему забору двоюродный плетень».

Аларис на связь так и не вышел, зато один из соглядатаев сообщил, что тот убил младшего сына альфы и освободил видящую. И тогда старый маг осознал — приближается его конец. И чутье его еще ни разу не подводило.

Энемноген метался по комнате, пытаясь придумать, что предпринять в данной ситуации. Учитывая скопившиеся за его душой грехи, ему грозила смертная казнь, поэтому герцог был взвинчен, суетлив и больше обычного агрессивен. В голове интригана крутилась единственная мысль — отомстить всем. Но если раньше он тщательно обдумывал каждый шаг, то теперь действовал уже не столь расчетливо и изящно, порой даже неуклюже и опрометчиво. И с упорством загнанного хищника старался спастись, прибегая к привычному способу — устранению тех, кто хотя бы на миг встал на его пути.

— Я еще достаточно силен, чтобы поставить вас на колени! — наконец остановился Кадор, грозя кулаком потолку. А после уселся в кресло и принялся вспоминать всех должников, на которых мог бы надавить. Для них у герцога имелось только одно задание — убить тех, на кого он укажет.

Светлана (Кити)

Я думала, что в дороге придется провести еще сутки, но, доехав до ближайшей таверны, герцог Айжонский спрыгнул с коня, потом ссадил меня и, обняв за талию, повел внутрь здания.

В зале витал аромат еды, и я жалобно посмотрела на столы посетителей.

— Дорогая, потерпи полчаса, — шепнул Арнес, заводя меня в каморку под лестницей, — и поедим в нормальной обстановке.

С изумлением глянула на него, а герцог бросил на пол предмет, недавно уже мной виденный, — портал с определенным местом назначения. Мгновение невесомости — и мы возле моей спальни в императорском дворце.

Айжонский первым вошел в комнату, внимательно все осмотрел, не забыв и ванную. Затем подошел к стоящей, опустив глаза в пол, Лиоке.

— Графиня должна быть готова через полчаса, — дал он указание служанке. — Обед в малой столовой с его величеством, — пояснил мне и, поцеловав в макушку, быстро вышел.

— Миссис, как я рада, что вы вернулись! — защебетала горничная. — После вашей пропажи во дворце начался ужасный переполох! Многих слуг повыгоняли!

Вскоре я уже знала все последние сплетни. К счастью, за разговорами девушка о своих обязанностях не забывала. Она, непрестанно болтая, помогла мне принять душ, высушила магией волосы и облачила в нежно-голубое платье, вышитое синенькими цветочками, похожими на земные незабудки.

Когда герцог, постучавшись, открыл дверь, я встала с кресла полностью готовая к встрече с императором. Увидев меня, жених застыл, не отводя глаз от моего декольте. В себя он пришел, наверное, через минуту, сглотнул и восхищенно произнес:

— Китана, ты выглядишь божественно!

И пусть комплимент был банальный, но стало приятно.

Обед прошел в молчании. И лишь когда подали десерт, император поинтересовался:

— Как ваше самочувствие, графиня?

— Спасибо, ваше величество, хорошо. Разве что немного устала.

— Тогда вы не против побеседовать? — Валиас довольно улыбнулся.

— Конечно, ваше величество, — вежливо склонила я голову.

На самом деле мне хотелось отдохнуть с дороги, да и обильная еда подействовала на организм как снотворное, но императору не отказывают — чревато. Эх, когда же в моей жизни наступит спокойствие и стабильность? Мечты, мечты...

Войдя в уже знакомый мне кабинет императора, герцог уселся на диван, рядом посадил меня и взял за руку. Не знаю, что произошло с Айжонским за то время, пока я была в плену, но он в корне изменился. Или это просто игра?

Император, глядя на нас, усмехнулся, но никак не прокомментировал, видимо, чтобы не смущать меня еще сильнее.

— Примите мои извинения, графиня, — через секунду посерьезнел он, — за то, что ваше похищение произошло именно во дворце. Виновные в столь беспрецедентном происшествии выявлены и наказаны.

— Но вашей вины в этом нет, — возразила я. — Действовали враги, каким-то образом пробравшиеся во дворец.

— Увы, не каким-то образом пробравшиеся, а затаившиеся в моем близком окружении, — император зло стукнул кулаком по столу. — Я даже предположить не мог, что те, кому я верил как самому себе, предадут ради денег, трона и власти! Непонятно только, на что они надеялись, ведь после моего устранения собрались бы представители всех королевств и избрали нового правителя.

— А может, предатель этого не знал? — предположила я с сомнением.

— Все он знал, — недовольно махнул рукой Валиас. — К сожалению, пока его не поймали. Но хорошо, что хотя бы известно имя, — он замолчал, а через несколько секунд вновь посмотрел на меня, уже спокойнее. — Кристофер Волван, наследник альфы патонских земель, сообщил, что вас опоили травой, убивающей дар. Это правда?

— Да, ваше величество. В том доме, откуда я сбежала, за мной присматривал кривой мужчина. Он же «не заметил» мой побег, более того — подкинул продуктов. Кроме

Так, надо срочно выяснить, почему поменялось мое отношение к герцогу!

Мельком глянув на наши руки и опять усмехнувшись, император продолжил:

— Получается, действие травы закончилось, и дар проснулся. Расскажете, что вы увидели?

Конечно же, я рассказала. Тогда, после видения, меня накрыла паника, мешавшая трезво мыслить, сейчас же, по прошествии некоторого времени, мозг работал более рационально. И до меня стала доходить истина — зная о намерениях преступников, я могу предотвратить смерть Арнеса.

— Как интересно, — задумчиво пробормотал император. — Получается, мой родственник все же предпримет попытку вас убить. Странно, что он сразу не покончил с вами, а чего-то выжидал.

— Меня тоже это удивляло, — я кивнула. — Но постоянно выходило так, что, когда я оказывалась в каком-то месте, сам хозяин или его приспешники были далеко. Поэтому наемники меня не трогали в ожидании дальнейших распоряжений, а позже я сбегала. Единственный раз мне не посчастливилось — портал вынес прямо в лапы перевертыша, моего несостоявшегося убийцы. И если бы Аларис опоздал хоть на минуту, то я бы здесь с вами не сидела.

— Вряд ли он опоздал бы. Скорее всего, получил от хозяина приказ избавиться от перевертыша после вашей смерти и во всем обвинить их клан, — предположил правитель. — Но Аларис начал свою игру, абсолютно противоположную планам герцога Кадора Энемногена, — он помолчал пару секунд и велел: — Идите отдыхать, Китана. Мы с Арнесом дождемся приезда Кристофера с братом и заодно поговорим с вашим спасителем. И да, через неделю назначен бал, где вас представят как видящую.

Я встала и сделала книксен. Все же память тела — большое подспорье, позволяющее с легкостью справляться с такими элементами этикета.

Как и обещал, герцог проводил меня до комнаты, поцеловал на прощание руку и ушел. Я же, перекусив, нырнула в постель. Мне катастрофически требовался отдых. И пусть весь мир подождет!

Интерлюдия

Китана сдержала данное Аларису обещание и все, о чем помнила, рассказала императору, в том числе и о спасении от младшего сына альфы.

Рагана Менжийского сразу же взяла в оборот тайная канцелярия. Граф без утайки выложил главному дознавателю и герцогу Айжонскому все о своей жизни и о герцоге Энемногене и замолчал в ожидании приговора.

— А где сейчас ваш бывший покровитель? — уточнил Арнес Айжонский.

— Герцог Энемноген всегда рассчитывает свои действия на несколько шагов вперед. Думаю, ему уже сообщили о моем предательстве, так как на него работает множество соглядатаев по всей империи, поэтому он наверняка скрылся. А где он может прятаться, я не знаю и, честно говоря, никогда этим не интересовался, — пожал плечами Раган. — Но все же время на то, чтобы собраться с силами, ему необходимо. Одно я могу сказать точно — поставив цель, герцог будет добиваться ее осуществления любым способом.

— Значит, вы считаете, что он не скоро появится в наших краях? И обязательно постарается убить видящую?

— Теперь дело чести для него — отомстить тому, кто сорвал его планы по устранению императорской семьи. А это графиня Китана Скаурин.

Айжонский слушал Алариса и удивлялся, как хорошо тот разбирается в людях. Выходит, в изгнании граф Менжийский поднабрался ума-разума.

Правда, как стало известно позже, Раган ошибся. Герцог Энемноген не собирался отсиживаться долго. Предчувствуя, что от императорского правосудия не скрыться, он решил действовать кардинально.

Кристофер Волван

Ночью, когда Тануса разбудила его, Крис долго не мог прийти себя. Видеть девушку во сне и вдруг ощутить ее рядом, такую живую, близкую, желанную… Голову снесло и ему самому, и его зверю. И лишь спустя целую минуту он взял себя в руки и наконец-то заметил волнение ведьмочки.

Выяснив, в чем дело, Крис позвал Когана, и они поспешили в комнату девчат. И тут его зверь почуял родственный запах. А при осмотре комнаты нашелся портал, которым по незнанию воспользовалась видящая и перенеслась к их младшенькому.

Увы, с фактами не поспоришь — в кругу самых близких оказался предатель. Умение распознавать родичей, даже если в них имеется совсем малая часть родственной крови, отлично развито у альф и их наследников. А при таком сильном магическом даре, как у Криса, ничего не препятствовало понять — нападавшим был Дэн.

А Коган молодец, сразу сообразил, что младший брат играет в незаконные игры.

Скрипнув зубами от охватившего душу раздражения, Кристофер приказал собираться и седлать коней. Требовалось срочно спасать видящую, брата и репутацию клана, подпорченную Дэном. Если в стае узнают о том, что творил младший сын альфы, то начнутся разборки с отцом. Обязательно отыщутся желающие вызывать его на бой, чтобы сменить лидера. И тогда Крису, как наследнику, придется принять все на себя. Иногда его посещали мысли, что лучше бы он родился в обычной семье перевертышей. Но родителей не выбирают.

Ехали по лесу молча. Коган не тревожил старшего разговорами, зная, что тот настроился на браслет Дэна. Брата они обнаружили недалеко от таверны, в которой остановились на отдых. Его тело лежало под кустом, а в глазах застыло безмерное удивление и вопрос: за что?

— А ведь он не ожидал такого исхода, — задумчиво произнес Коган. — Хотя я уверен, что после убийства видящей от него бы в любом случае избавились. Слишком много знал.

— Согласен, — кивнул Кристофер. — Но меня больше всего волнует, как сообщить родителям о его смерти. Мать сойдет с ума. Из нас троих Дэн был ее любимцем.

Тяжело вздохнув, он вызвал по ментальной связи отца, рассказал ему о последних событиях и через себя разрешил посмотреть на тело младшенького.

«Найди того, кто это сделал, — приказал альфа. — Но не марай руки, я сам с ним разберусь. Можете отправляться, я определил ориентиры и скоро буду на месте убийства».

Как позже выяснил Крис, отец взял с собой портал и нескольких сородичей. До таверны они добрались во второй ипостаси примерно за пять часов, а потом с помощью портала переправили тело Дэна в стаю. Мать, узнав о гибели младшего сына, замкнулась и не разговаривала ни с кем до самой смерти.

* * *

В поисках лесного домика плутали они долго, и лишь ближе к ночи удалось напасть на след. Тот, кто

В этот момент пришло известие от герцога Айжонского. Тот сообщил, что Китана с ним, и велел прекратить поиски. Зверю Криса такой приказ пришелся не по нраву. Он бесился внутри, требуя наказать того, кто покусился на жизнь брата. И в какой-то степени наследник альфы был с ним согласен, неистово желая обернуться и бежать следом за убийцей. Но не мог себе этого позволить. Во-первых, не планировал оставлять Танусу в таверне, все же это не слишком подходящее место для девушки, пусть она и умеет постоять за себя. Во-вторых, вероятнее всего, они догнали бы его только в столице, уставшие и измотанные поисками. А там за преследование аристократа и самим легко попасть в тюремные казематы.

Тануса металась по комнате, в которой ее оставили. Увидев братьев, она бросилась к Кристоферу и заглянула зелеными глазами прямо в душу.

— Я знаю, о чем ты хочешь спросить, — взял ведьму за руку он. — Не переживай, мы успели вовремя. Герцог Айжонский сообщил, что с твоей подругой все в порядке. Они уже во дворце.

Тануса улыбнулась, но вопросительного взгляда не отвела.

— Это же не все, Крис, — произнесла с укором. — Что-то еще произошло. Что-то страшное.

— Дэна убили. Мы с Коганом нашли его тело, — процедил Кристофер и отвернулся, не желая в данный момент ничего объяснять любимой. Его переполнял гнев, и он готов был разрушить все вокруг, чтобы успокоить свою звериную сущность.

— Прости, — опустила взгляд ведьма. — Я догадывалась, что именно он играет не на вашей стороне.

— Ты что-то знала? — перевертыш схватил девушку за плечи и слегка встряхнул.

— Нет. Но я узнала описанный Китаной браслет, — Тануса замолчала. Крис чувствовал, что она хочет еще что-то сообщить, но раздумывает. Наконец ведьма решилась: — Когда я приезжала во дворец на аудиенцию к императору по поводу сестры, случайно увидела графа Лиссимаха. Он одно время работал на герцога Энемногена и считался его другом, — девушка вновь замялась.

— Милая, если сказала «а», то говори и «б», — подтолкнул ее Кристофер.

— Ты же знаешь, я в лесу как у себя дома, потому что использую ведьминские силы. И когда ходила за травами, нужными для лечения видящей, услышала разговор твоего брата и Кадора Энемногена. Герцог приказывал Дэну следить за домом. Тогда я не придала этому значения, но сейчас все предстает в другом свете.

— Значит, герцог Энемноген, — тихо произнес Крис, но прозвучало это так зловеще, что у девушки по спине пробежал холодок, хотя она не считала себя трусихой. — Спасибо, Тануса, ты очень помогла.

Интерлюдия

Двое мужчин — представитель эльфийской аристократии, граф Авилье, и обедневший барон — сидели в ресторации на границе с эльфийским лесом. От прослушивания их защищал сильнейший щит, поставленный графом.

— Вы уверены, барон? — прищурился эльф. Новости на самом деле ошеломляли.

— Я расскажу все по порядку, а вы уж решите, правда это или нет, — усмехнулся барон и приступил к рассказу: — Когда похитили видящую, Айжонский ринулся в конюшню, намереваясь отправиться за похитителями. Мальчишка бежал следом за ним, пытаясь задержать, но тот не слушал. И тогда граф Авилье-Маржон крикнул, что все видел, и если герцог сунется в лес, то видящей не поздоровится. Пусть все идет своим ходом. С ней ничего плохого не случится. Айжонский сразу же остановился, передал коня конюху и поставил щит от прослушки. Я в последний момент успел подсунуть жучка. Кассиан подтвердил, что у него есть дар, но слабый, и пусть нечасто, но видения к нему приходят.

— Вы, барон, сейчас дадите магическую клятву, что никому об этом не расскажете, — с угрозой произнес граф Авилье.

— А вы заплатите в два раза больше рупанов, чем обещали, — не стушевался его собеседник. Эльф поморщился, но согласился.

Светлана (Кити)

Герцог Айжонский старался не оставлять меня одну ни на минуту, а если уходил по делам, то рядом всегда был Кас. И сегодня вечером я собиралась вывести жениха на чистую воду. Очень уж не нравилось мне чувствовать себя влюбленной дурой, заглядывающей в глаза объекту обожания в поисках одобрения своих поступков.

Я ведь действительно не узнавала себя. Нет, когда Арнес отсутствовал, все было нормально, но стоило ему появиться — мозги снова застилал розовый туман.

Перед таким серьезным разговором я решила посоветоваться с Касом. Тот искренне расхохотался, а отсмеявшись, спросил:

— Кити, вот скажи, почему ты, неглупая девушка и сильный маг, закончивший магическую школу в столице, забываешь ставить щиты? Герцог же ментальный маг, и он, сам того не замечая, на ментальном уровне проецирует на тебя свои чувства. Соответственно, они отзеркаливаются.

— Получается, то, что я чувствую, это его чувства ко мне? — ошарашено захлопала глазами я.

— Ну да. Удивляюсь, как ты сама не сообразила.

И тут я разозлилась. Откуда мне знать такие вещи, если с магией я познакомилась несколько месяцев назад?! Конечно, об этом не будешь кричать на каждом шагу, но одно-то обстоятельство Касу все же известно!

— А ты не забыл, что я потеряла память? — я надулась и отвернулась от друга.

Он мгновенно посерьезнел, обнял меня за плечи и хотел что-то сказать, но в этот момент открылась дверь, и появился Арнес Айжонский.

— Я не помешал? — спросил мой жених ехидно, неприязненно зыркнув на полуэльфа.

— Помешали! — ответила я грубо. Злость отчего-то усилилась, в груди вспыхнул безумный огонь ярости. — Вас не учили стучаться?!

Неожиданно поняла, что это не мои чувства, но остановиться уже не могла.

— Кити, я зайду позже, — искоса поглядывая на взбешенного герцога, буркнул Кас и быстро ретировался.

— Скажите, милая невеста, и чем же я вам помешал? — проводив Кассиана мрачным взглядом, прошипел Арнес.

— Тем, что зашли не вовремя! — я не дала ему осмыслить до конца свое заявление и продолжила: — Почему вы не сказали, что я не закрыта от вашей ментальной магии?! Прекрасно же осведомлены о том, что ничего не помню! Или это какой-то план моей дрессировки?!

С каждым словом я повышала и повышала голос, неумолимо надвигаясь на опешившего от моего агрессивного настроя жениха. Он отступал, но в какой-то момент, видимо, решил все же принять удар и впился в мои губы своими.

Поцелуй мужчины подействовал на меня с сокрушительной

Когда герцог отпустил меня, мы оба шумно дышали.

— Девочка моя, иди в ванную, — прошептал жених, ласково поглаживая меня по щеке. — Слишком ты желанна, а я не хочу вот так, хочу сделать все по правилам.

Я покорно развернулась и ушла в ванную комнату. Замерла возле раковины и посмотрела в зеркало. Там отражалась светловолосая растрепанная девица с мечтательными глазами и блуждающей на припухших губах улыбкой.

— Дожила, Светка: пропала от одного поцелуя! — прошептала сердито, а в душе играл марш Мендельсона.

Приведя себя в порядок, я вернулась в гостиную. Герцог подхватил меня на руки, сел в кресло, посадил меня к себе на колени и вновь обнял.

— Прости, не сдержался, — произнес виновато. — Как увидел тебя в обнимку с полуэльфом, меня словно обухом по голове ударили, — я хихикнула и крепче прижалась к жениху, а он продолжил: — Извини, что не предупредил и не поставил щиты. Хотелось, чтобы ты почувствовала то же, что чувствую я. Но как бы ты ни кричала и как бы ни ругалась, я не жалею, что рискнул это проделать.

— Но зачем?

— На совершенно равнодушную ко мне девушку моя магия подействовала бы по-другому. Она бы стала раздражительной, не в силах долго сдерживать гнев в моем присутствии. Прости еще раз.

Он посмотрел на меня глазами кота из «Шрека». Не знай я, что мы находимся в другом мире, была бы уверена — он его скопировал.

— Просто не делай так больше. Я голову сломала, не понимая, что со мной происходит.

— Обещаю, — Арнес поцеловал меня в висок. — Но я на самом деле пришел с тобой посоветоваться.

— Говори, чем смогу — помогу.

— Это по поводу полуэльфа.

— Ты опять со своей ревностью! — фыркнула я.

— Нет, дело в другом. Императору пришло письмо от лорда Гаскона Авилье. Он просит аудиенцию. И, по моим данным, хочет забрать сына в эльфийский лес.

— Зачем?

— Если бы я знал, — вздохнул герцог, но я видела — жених явно недоговаривает.

— Арнес! — воскликнула возмущенно.

— Я не могу тебе сказать, Китана, — отвел глаза он.

— Проблема-то! Сама посмотрю! — злорадно ухмыльнулась я.

— Ты из меня веревки вьешь, — с притворной печалью посетовал герцог. — А что же будет, когда мы поженимся?

Услышав это, я обиделась.

— Раз не хочешь говорить, зачем спрашивал совета?

— Хорошо, — наконец сдался Айжонский. — Дело в том, что раньше видящими рождались лишь женщины, а мать Кассиана передала дар сыну. Отчего это произошло — никому не известно. Информация держалась в секрете, но каким-то образом дошла до эльфийского леса.

— Вряд ли Кас согласится уехать, — покачала я головой. — Слишком часто слышал негативные высказывания, связанные с его рождением. К тому же он обижен на отца из-за матери… — и тут меня осенило: — Подожди, но ведь его отец нашел истинную, как я слышала, и на ней женился!

— Но родились у него только девочки. Поэтому и просит вернуть наследника.

— Ой, что-то не верится, будто дело в наследстве. Скорее, сыграл роль дар видящего.

— Ты, как всегда, права, — кивнул Арнес и чмокнул меня в щеку.

— А Кассиана вы уже проверили?

— Да. У него преобладает стихийный дар. Но и небольшой дар видящего все же есть.

— Попробую посмотреть, — предупредила и сосредоточилась на друге, стараясь рассмотреть его будущее.

Когда я «вернулась», на журнальном столике стоял поднос с супницей и несколько тарелок, накрытых крышками. Благодарно взглянула на герцога. После применения дара нужно обязательно поесть, чтобы восполнить потерю энергии.

Утолив голод, я вернулась к разговору:

— Есть несколько вариантов будущего. Первый — Кас остается здесь и становится твоим помощником. Женится, но жизнь не сложится: жена начнет гулять, и он попросит императора о разводе. Второй вариант — он едет к отцу, купившись на его посулы. Ничего из обещанного, конечно же, не получит, а превратится в марионетку в его руках. Свою вторую половинку Кассиан встретит случайно, но к тому времени отец уже женит его на эльфийке, которая всю жизнь будет попрекать мужа нечистокровностью. У них родятся две девочки, но дар видящего никому не перейдет. Третий — опять же, он едет с отцом и там встречается со своей половинкой. А когда граф попытается женить сына на другой, они сбегут. Их поймают. Девушку убьют, а Каса все равно женят. И четвертый вариант — все то же самое, но после побега ты помогаешь им и увозишь во дворец. От этого брака родятся мальчик и девочка. Девочка унаследует дар видящей.

— Получается, его спасет только моя помощь? — задумался герцог.

— Да, мой дорогой жених. И я считаю, что мы должны все ему рассказать. А также разработать план отхода на случай их побега.

— Но сделать это так, чтобы никто не догадался о нашем участии, — одобрительно кивнул Айжонский. Встал, пересадил меня в кресло и направился к двери. — Пришлю к тебе Каса, а сам — к императору.

Я молча ему улыбнулась. Ни к чему Арнесу пока знать, что первенец Кассиана станет нашим зятем. Это у людей нет истинных, а эльфы чувствуют их сразу. И моей еще не рожденной девочке очень повезет в этом отношении.

Глава 26

Светлана (Кити)

Кассиана отец забрал в тот же день, когда получил разрешение императора. А накануне герцог Айжонский обсудил с полуэльфом пути отхода и его побег будущей женой.

Я желала другу счастья, а не судьбу марионетки под властной рукой отца. Но, увы, не все зависит от нас, немало — от тех, кто окружает на данный момент. К тому же время изменчиво, каждый поступок тянет за собой целую цепочку следствий, каждый шаг в сторону приводит к переменам, поэтому и вырисовываются несколько вариантов событий. Впрочем, жизнь все расставит по местам, а пока надо думать о предстоящем бале.

Подготовка к балу началась с раннего утра. Лиока и две помогавшие ей служанки дважды намазали мое тело какими-то вонючими мазями, затем смыли и повторили действие уже с кремами. Не проигнорировали и волосы с лицом. После третьего захода я ощущала себя ужасно слабой, словно пробежала несколько километров, зато выглядела прекрасно: глаза сверкали, фарфоровая кожа светилась изнутри, а на щеках играл румянец.

Помощницы дали мне перекусить овощным салатом без хлеба, и пытки продолжились.

Когда все закончилось, и я вышла из ванной комнаты, завернутая

Одна из девочек предложила сделать высокую прическу, но Лиока настояла на элегантной простоте — поднятых и сколотых на затылке локонах. Но завершенным образ стал только тогда, когда служанка застегнула на моей шее сапфировое ожерелье, подарок герцога, и надела мне на голову маленькую сапфировую диадему. На моих платиновых волосах она смотрелась завораживающе, и в целом наряд вместе с подарком Айжонского отлично подчеркивал мои серо-синие глаза и хрупкую фигуру.

За сборами я и не заметила, как пролетело несколько часов. В комнату, постучав, вошел мой жених. В голубом сюртуке, расшитым серебряной нитью, белой рубашке и темно-синих узких брюках герцог Айжонский был невероятно красив. Если бы я не влюбилась в него раньше, то наверняка сделала бы это сейчас.

Он хищно улыбнулся. На мгновение я почувствовала себя добычей охотника, и мне… понравилось.

— Графиня, вы обворожительны, — промурлыкал Арнес, протягивая руку.

— Благодарю, герцог, — смутилась я от комплимента и вложила пальцы в его ладонь.

Чем ближе мы подходили к залу, тем сильнее я паниковала. Вскоре я уже казалась себе бомбой замедленного действия: ткни — и взорвется. Все звуки — звон посуды, разговоры и смех — слились в разноголосый гам, действовавший на нервы. Я не замечала красоты и обновленного интерьера бального зала, перед внутренним взором стоял тот самый момент, когда враг бросает смертельное заклятье.

И лишь сейчас до меня дошло, что мы одеты именно так, как в моем видении.

Холодок пробежал по спине, и я запаниковала с новой силой. Герцог, почувствовав мое состояние, крепко сжал мою руку.

Наконец церемониймейстер объявил выход императора, и зал затих. Валиас Менжийский чинно вошел в открывшиеся двери, ведя под руку супругу. Среди гостей тут же побежали шепотки. Многие, будучи сильными магами, моментально заметили изменения в ауре императрицы Амиры. То, что Всесильный одарил супругов, и на свет скоро появится наследник, теперь ни для кого не было секретом. Все же, как бы ни желал император скрыть беременность любимой, он не хотел разжигать слухи о бесплодии жены.

— Да начнется бал! — громкий голос Валиаса прокатился по залу.

Зазвучали звуки вальса, с которого всегда начинаются подобные мероприятия, и Арнес, наклонившись ко мне, шепнул:

— Император не хочет оставлять супругу, поэтому открывать бал выпала честь нам.

— Почему не предупредил?

— Тогда ты нервничала бы еще больше, — улыбнулся герцог и подмигнул.

Спустя три танца правитель вновь взял слово и, объявив о нашей с герцогом Айжонским помолвке, первым нас поздравил. Придворные опять зашептались, а я, обведя глазами толпу, поймала множество злых взглядов. Ну конечно, самый завидный жених империи — и достался какой-то там графине! Нет, некоторые искренне радовались, кого-то новость оставила равнодушным, но все же резко возненавидевших меня было большинство.

Мы станцевали еще два танца — жениху и невесте разрешалось по этикету станцевать в паре три раза — когда кто-то меня окликнул. Я повернулась на голос и увидела его, точно такого же, как в видении: молодого и напористого. Не доходя несколько шагов, мужчина вскинул руку, и смертельное заклинание расползлось по защитному полю.

Я присмотрелась к своему убийце и поняла, что он под ментальным воздействием. Юноша и сам ужасался тому, что делал, но продолжал кидать заклинание за заклинанием. А потом, вынув из кармана кинжал, направил лезвие себе в сердце.

Музыка резко прервалась, неожиданно откуда-то выскочило несколько магов в черной одежде, один из них вывернул парню кисть, заставив выронить холодное оружие, а двое других подхватили под руки потерявшего сознание аристократа и исчезли. Все случилось так быстро, что почти никто из присутствующих не обратил на произошедшее внимания, а кто обратил — те промолчали.

Через пару минут к нам пробился невысокий мужчина и, оттолкнув герцога, крепко меня обнял. Видимо, это и есть отец настоящей Китаны. Эмоции буквально захлестнули, слезы непроизвольно потекли по щекам, и я прижалась к надежной груди теснее. Похоже, активизировалась память тела: маленькая девочка, которой я была на данный момент, искала утешение и поддержку в объятиях отца.

— Лорд, объяснитесь! Из-за чего моя дочь подверглась нападению?! — громко произнес мужчина, повернувшись к Айжонскому, а стоявшая рядом с графом Скаурин полноватая низкорослая женщина прожгла меня ненавидящим взглядом.

«А вот и мачеха», — подумала я, но пальцы с лацканов сюртука отца не убрала.

Чуть позже, придя немного в себя, вернулась к герцогу и бросилась на его защиту:

— Отец, Арнес тут ни при чем! Это видение пришло ко мне задолго до бала, и сегодня лорд меня спас от похитителей, которым удалось не так давно продать твою дочь в рабство.

— В рабство?! — неподдельный шок на лице графа ввел меня в ступор. Неужели Скаурин не знал, что случилось с тех пор, как он отправил дочь к пещере? Зато в глазах мачехи мелькнуло злорадство, хотя она, быстро вернув самообладание, скромно потупилась.

— Милый, я устала. Может, покинем бал? — тихо произнесла я, смотря на жениха побитой собакой.

— Конечно, дорогая, — ответил Арнес, извинился перед графом, резко развернулся и повел меня к выходу. — Ты что-то заметила? — спросил он, стоило двери в бальный зал закрыться за нашими спинами.

— Моя мачеха однозначно замешана в похищении. Я видела ее торжество, — призналась, обхватив себя руками. После всех событий меня изрядно потряхивало.

— Уверена, что торжество?

— Думаю, она убеждена — я лишилась девичьей чести в доме развлечений Роситы. Наверняка жена отца даже не предполагала, что, прежде чем пустить меня по рукам, хозяйка борделя решит дорого продать мою девственность.

Айжонский взял меня под локоть, и мы медленно пошли к моей комнате. Рядом с ним я чувствовала себя комфортно, и страх, державший душу в цепких лапах с самого начала бала, потихоньку отступил.

— Ты на удивление спокойно разговариваешь о таких вещах с мужчиной, — усмехнулся Арнес. — Другие девицы от одной только мысли о брачной ночи краснеют.

— А что остается делать? Хочешь жить — умей вертеться, — пожала я плечами.

Глава 27

Светлана (Кити)

Все же бал помотал нервы, и по возвращении я поспешила залезть в ванну, торопясь смыть с себя негатив. А потом со спокойной душой легла спать.

Я стояла в тумане. Осознание, что путешествую в собственном сне, не отпускало. Покрутилась, стараясь понять, где нахожусь, а услышав голоса, направилась в ту сторону.

Через пять шагов

— Как я сказал, так и будет, — холодный, словно лед, голос мужчины, вальяжно развалившегося в кресле, прожигал душу насквозь.

— Я совершеннолетний, и сам решу, что делать! Когда мне требовалась поддержка, тебя рядом не было, и вдруг ты играешь роль любящего папочки, заботящегося о статусе сына?! — вспылил его собеседник. Приглядевшись, в молодом симпатичном юноше я узнала Кассиана. За две недели, прошедшие с нашей последней встречи, он заметно возмужал и похорошел.

Получается, мне удалось во сне переместиться к тому, о ком болела душа все эти дни?

— Замолчи, щенок! — возмутился мужчина и кулаком ударил по столу. — Я женился на твоей матери по прихоти короля-наместника. Мне всегда было наплевать и на нее, и на тебя. Для меня существует лишь одна семья — моя истинная и дети, рожденные от нее. Ты же просто ошибка.

Видя, какое воздействие произвели слова эльфа на Каса, я взбеленилась. Но, к сожалению, ничего сделать не могла, хотя обида за друга сжимала сердце.

— Раз я — ошибка, значит, и говорить не о чем. Моя жизнь — это моя жизнь, и не тебе указывать, с кем мне общаться и на ком жениться, — ровно произнес Кассиан, вставая.

— Ну уж нет! — взъярился граф Авилье. — Ты женишься на Альвонии! Мне нужен этот брак: ее отец скоро оставит пост, и должность министра финансов достанется мне. Должен же я получить какую-то пользу от рождения сына!

— Удивляюсь, как мама тебя полюбила. Еще и страдала о подобном ничтожестве, — слова юноши звучали с горечью и обидой. — Из-за тебя она так рано ушла за грань. Ненавижу!

— Не обольщайся, это взаимно. А сейчас, — мужчина щелкнул пальцами, и в комнату зашли четыре воина, — ты отправишься в казематы и будешь сидеть там до дня бракосочетания. А ушлой девке я покажу ее место.

— Не смей ее трогать! — успел крикнуть Кассиан, прежде чем путы подчинения обхватили его со всех сторон и заклятье немоты закрыло рот.

Я стояла и смотрела, не в силах сдвинуться с места, а спектакль для одного зрителя продолжался.

В комнату вошла красивая молодая эльфийка, выглядящая невероятно хрупкой и нежной. Подняв подбородок мужа ладошкой, она взглянула на него огромными небесно-голубыми глазищами с дивными густыми ресницами.

— Как ты, милый? — эльфийка кокетливо провела пальчиком по щеке мужчины, наклонилась и прошептала в губы: — Убей ее, и проблема с браком Кассиана исчезнет.

— Вот же дьяволица во плоти! — ругнулась я и отчаянно пожелала переместиться к любимой Касса.

Миг — и я стою возле маленького домика на краю эльфийского поселения. Через секунду на крыльцо вышла миловидная девушка.

Замахала руками, стараясь привлечь ее внимание, но она не отреагировала. Тогда я подошла ближе и в отчаянии крикнула ей в ухо:

— Очнись! За тобой вот-вот придут убийцы! Спасай Кассиана!

— Кто здесь? — девушка шарахнулась в сторону, словно с ней заговорило привидение. Впрочем, на данный момент я и была привидением-невидимкой.

— Делай, что сказала! Освободишь Кассиана — и бегите из эльфийского леса! — рявкнула я…

…и подскочила на постели, тяжело дыша. Мокрая и липкая от пота ночная рубашка закрутилась вокруг бедер, а одеяло с подушкой валялись на полу.

Дрожащими руками схватила кувшин, налила в стакан воды. Выпила залпом.

Если я правильно поняла, у меня была одна из разновидностей видений. Похоже, открылся такой же дар, как и у Эдгара Кейси, которого на Земле называли спящим пророком из-за того, что откровения приходили к нему в глубоком трансе. Честно признаться, открытие мне очень не понравилось. С утра пораньше надо бы найти жениха и все ему рассказать.

Приняв это решение, я успокоилась и заснула. К счастью, без сновидений.

Проснулась намного позже обычного. Пока занималась водными процедурами и приводила себя в порядок, Лиока приготовила платье кремового цвета. К тому времени, как она закончила с прической, раздался стук в дверь.

На пороге появился герцог Айжонский.

— Доброе утро, милая графиня, — ласково улыбнулся он.

— Доброе утро, дорогой герцог, — улыбнулась я в ответ. — У меня к вам просьба. Не позавтракаете ли со мной в моей гостиной?

— Как пожелаете, моя дорогая невеста, — Арнес Айжонский поцеловал мне руку, затем приказал Лиоке принести завтрак, а сам сел рядом на кресло и отбросил шутливый тон: — Кити, что-то случилось? — в его голосе звучала тревога.

— И да, и нет, — пожала я плечами и пересказала сон, который сильно повлиял на мою еще не успокоившуюся психику.

Минут через десять Лиока вкатила сервировочный столик. Аромат свежеприготовленной еды вызвал урчание в животе, и мы с герцогом, дождавшись, пока служанка сервирует стол, без слов принялись за еду.

— Девочка моя, мне придется уехать в эльфийский лес, — закончив завтракать, сообщил неприятную новость жених. — Мы обещали графу Кассиану Авилье помощь, и это время настало.

Я кивнула, но проситься в поездку не стала. Моему организму хотя бы ненадолго требовался отдых от побегов, путешествий и ночевок в тавернах. Кроме того, удивляло отсутствие известий от братьев-перевертышей и Танусы. Не верю, будто ведьма меня забыла. Я сердцем чувствовала, что у них все непросто, и, мне казалось, ребята обязательно появятся во дворце. Поэтому пусть отъезду жениха я не обрадовалась, но особо и не расстроилась.

* * *

Проводив Арнеса, я, желая чем-то себя занять, отправилась в библиотеку.

Библиотека для любителей книг — волшебное место. Осмотрев окружающее меня богатство, я восхищенно замерла. Здесь даже пахло по-особенному: пылью, старыми переплетами, чернилами, иногда к знакомому запаху присоединялся новый — типографской краски, исходящий от недавно напечатанных книг.

Подойдя ближе к стеллажам, я поискала глазами что-нибудь об истории мира, но книг оказалось слишком много.

— И где же искать «Историю Тарона»? — поинтересовалась задумчиво. Вопрос был риторический, и я не ожидала ответа, но внезапно с одной из полок соскочил приличных размеров талмуд и спокойно опустился на стол, стоявший недалеко от входа.

Я усмехнулась — постоянно забываю, что нахожусь в магическом мире — взяла книгу, и села на диванчик, который располагался в небольшой нише.

Погрузившись в чтение, совершенно потеряла счет времени, и голос Лиоки стал полной неожиданностью.

— Графиня, а я вас везде ищу! — недовольно произнесла стоящая на пороге девушка. — Вы пропустили обед, уже подошел ужин, а вас все нет и нет!

— Извини, зачиталась. Очень интересная книга попалась.

Лиока подошла, заглянула в текст и скривилась.

— Вы считаете это интересным, миссис?

— Мне нравится читать, — я кивнула. — А если заинтересует какая-то история, могу,

Девушка покачала головой и всплеснула руками:

— Нам следует поторопиться. Скоро вернется герцог, а вы в таком виде!

Вообще-то, мне совершенно не нравилось, как предписывает этикет, переодеваться по три раза в день. Но ради встречи Арнеса придется переодеться, поэтому поторопилась следом за служанкой в свою комнату.

— Я принесу ужин, — сообщила девушка. — А потом мы с вами поменяем платье и освежим прическу.

Лиока вышла, а я заметила, что дверь гардеробную слегка приоткрыта. Это удивило: и я, и моя служанка всегда плотно закрываем двери.

Подойдя ближе, толкнула дверцу и огляделась. Вроде бы все на месте, ничего не изменилось, но в душе почему-то появился страх. Рука непроизвольно потянулась к лазурного цвета платью, которое я собиралась надеть. Страх моментально усилился. Я отдернула руку и, сделав несколько шагов назад, плюхнулась на кровать.

— Миссис, что с вами? — всполошилась успевшая вернуться Лиока.

Я подняла на нее глаза.

— Ты знаешь, где сейчас императорский маг?

— Знаю, графиня.

— Срочно позови его сюда.

Девушка, быстро сообразив, что с хозяйкой что-то произошло, выскочила из комнаты.

И только теперь я осознала, что, когда возвращалась из библиотеки, не заметила возле своей двери стражников. А ведь меня должны охранять и днем и ночью — так обещал жених и до сих пор выполнял обещание. Выходит, после отъезда герцога стража не появилась. Невольно напрашивался вопрос: куда же они делись?

Глава 28

Светлана (Кити)

Через пять минут в мою комнату буквально влетел незнакомый мужчина. За его спиной маячила Лиока.

— Графиня, к сожалению, мы не были представлены друг другу. Я архимаг Эдит Кристанский, — вежливо поклонился он. — Недавно прибыл из Итако. С вами все в порядке?

— Лорд, возможно, я слишком накручиваю себя, но, прошу вас, проверьте мои вещи. Потом я вам все объясню.

— Конечно, графиня.

Маг вошел в гардеробную и сделал несколько пассов. Лицо мужчины внезапно побелело. Он еще пару раз взмахнул руками и велел моей служанке послать за императором.

Его величество Валиас Менжийский появился слишком быстро для того, кто вечно занят, и это делало ему честь. Все же жизнь невесты лучшего друга ему небезразлична.

— Эдит, что случилось? — нахмурился император. — Я еще не видел тебя таким встревоженным.

— На все вещи, — архимаг указал на дверь гардеробной, — наложены заклятия смерти и забвения. Кроме того, нижнее белье пропитано ядом скуры. А этот яд изготавливают в Непайе.

При упоминании нижнего белья я покраснела. Неприятно, когда о столь интимных вещах говорят во всеуслышание.

— Ты уверен? — посуровел Валиас.

— Так же, как и в том, что вы истинный император.

— Подожди! — вскинул руку правитель, резко повернулся и посмотрел на меня. — Графиня, а где стражники, которые должны охранять ваши покои?

— Не знаю. Почему-то после отъезда герцога никто из них не появился, — я пожала плечами. — Я вернулась минут десять назад, а до этого долго сидела в библиотеке.

— Может, и хорошо, что вы отсутствовали, — тихо произнес император и обратился к архимагу: — Что скажешь, Эдит? Предполагаю, ты уже пришел к каким-то выводам?

Тот кивнул.

— Здесь поработали две личности, и обе — женщины. На одежду вначале повесили заклятие, а позже разбрызгали яд.

— По ауре можешь определить, кто это? — прищурился император.

— Использовавшую яд могу. Но, чтобы не допустить ошибки, должен кое-что проверить. С заклятием хуже. Узнать, кому принадлежит эта аура, не удалось.

— Значит, меня хотели убить? — я застонала от бессилия. Мои нервы дали сбой, и вот-вот грозила начаться банальная истерика. — И когда же это все закончится?!

Почувствовав мое состояние, архимаг послал мне волну спокойствия, и вскоре я уже не переживала, убьют меня или дадут еще пожить.

— Вещи ни в коем случае носить нельзя, поэтому я их уничтожу, — заявил Эдит Кристанский. — Пусть служанка пока подберет что-нибудь из имеющегося в наличии во дворце.

Лиока убежала исполнять поручение архимага, а Валиас послал слугу за командиром гвардейцев.

— Ваше величество, это прямой приказ герцога Айжонского — снять охрану с покоев графини, — отрапортовал явившейся через несколько минут немолодой представительный мужчина.

Я удивленно вскинула голову и уточнила:

— Когда это было?

— Сразу по окончании завтрака. Его светлость вышел из большой столовой и, увидев меня, приказал…

— Он не мог этого сделать, — прервала я мужчину. — Мы с ним завтракали в моих покоях. Моя служанка тому свидетель.

— Интере-е-есно, — потер подбородок император. Валиас всегда так делал, если чего-то не понимал или же сильно нервничал. — А вам не показалось что-либо странным в поведении герцога? — спросил он у командира гвардейцев.

— В целом нет. Правда, бросилась в глаза одна деталь.

— Какая же? — поторопил монарх. — Говорите, капитан, не бойтесь.

— На груди герцога висел медальон, — слегка неуверенно ответил гвардеец. — Я знаю его светлость не один год, и всегда считал, что он не любит подобные украшения. Обычно, если ему требуется артефакт, он надевает браслет или перстень. Но не медальон.

— Спасибо, капитан. Вы свободны, — махнул рукой император. — Но прежде организуйте круглосуточное дежурство возле двери в покои графини Скаурин. Этот приказ может быть отменен только мной лично.

— Слушаюсь.

Я одним ухом прислушивалась к разговору императора с капитаном, а сама наблюдала за архимагом. Тот магией открыл ящики в гардеробной, вынул оттуда одежду и обувь, бросил какое-то заклинание и тут же прикрыл все щитом. Миг — и от моих вещей остался лишь пепел.

* * *

Через час моя комната наконец-то опустела, и я без сил завалилась на кровать.

Служанка моментально оказалась рядом.

— Миссис, разрешите помочь вам снять платье? Я попросила повариху приготовить успокоительный отвар. Вам надо прийти в себя.

— Спасибо, Лиока, но успокоительного на сегодня достаточно. Архимаг постарался. Благодаря ему я теперь, наверное, несколько дней буду ходить словно замороженная. Просто помоги раздеться. Этот день вытянул из меня все жилы.

Закончив с переодеванием, я легла, но сон не шел. Я думала об Арнесе, надеясь скоро его увидеть.

Увы, герцог Айжонский не вернулся ни ночью, ни утром. Не появился он и через два дня.

* * *

Архимаг Эдит Кристанский

Приход служанки графини Китаны Скаурин оказался для архимага полной неожиданностью. Всего несколько часов назад он прибыл во дворец после двухнедельного путешествия и еще не знал, что творится в кулуарах.

— Лорд, моя госпожа срочно просит вас прийти! — заявила с порога девица.

— Очередной каприз истеричной аристократки? — ухмыльнулся маг.

Эдит из-за сильного магического дара считался очень перспективным женихом, к тому же его отец, герцог Кристанский, был одним из богатейших людей Тарона. Многие женщины, ищущие партию повыгоднее, любыми способами старались

— Что вы, лорд! Моя хозяйка совсем не такая! — мгновенно ринулась на защиту госпожи служанка. — Она предана своему жениху герцогу Айжонскому!

Услышав, чьей невестой является графиня, архимаг поспешил к ее покоям. Ведь именно из-за этой девушки он так рано возвратился во дворец. Еще в Патоне король сообщил ему, что она видящая.

Графиня сидела в спальне на кровати и безучастно смотрела в одну точку. Чтобы привлечь ее внимание, Эдит сначала представился, а затем приступил к делу. И довольно быстро сообразил, что в гардеробной поработали два мага, причем оба — со средним магическим уровнем. А главное, стало совершенно очевидно — девочку приговорили. Архимаг попросил служанку позвать императора и приступил к делу.

Позже они с императором расположились в его кабинете, и Валиас подробно рассказывал о приключениях, выпавших на долю видящей.

— Может, не стоило тянуть ее во дворец, в этот рассадник змей? — от всей души пожалел архимаг хрупкую девушку.

— Эдит, ты забываешься! — рыкнул монарх и уже мягче продолжил: — Я понимаю, тебе чаще всего приходится общаться с охотницами за богатством, но не нужно считать весь дворец серпентарием.

— Простите, ваше величество, но вы и без меня знаете, что он собой представляет, — улыбнулся маг. Император зло зыркнул на собеседника, но промолчал, а Эдит перешел на серьезный тон: — Не стал говорить при графине. Смертельное заклятье — дело рук бывшей любовницы герцога Айжонского графини Береники Ансульской.

— Подожди-ка. Насколько мне известно, графиня Ансульская и графиня Скаурин, мачеха видящей, подруги, — побарабанил пальцами по столу правитель.

— Да. К тому же именно старшая Скаурин познакомила Ансульскую с герцогом.

— То есть ты намекаешь, что мачеха нашей видящей в сговоре с бывшей любовницей Арнеса?

— Нельзя утверждать наверняка, прямых доказательств нет, — пожал плечами архимаг. — Но мое чутье кричит, что вы правы, ваше величество.

— Но кто же тогда пропитал ядом одежду?

— А тут совершенно другой расклад. Яд скуры можно достать только в Непайе, к нам он попадает с контрабандным товаром. И если учесть, что именно непайцы причастны к похищению видящей, то вывод однозначен: от нее хотят избавиться те, кто готовит переворот. Точнее — герцог Энемноген, — Эдит сокрушенно вздохнул. — Их попытка удалась бы, не заметь графиня, что дверь гардеробной приоткрыта. Она машинально схватилась за рукав ближайшего платья, увидела свою смерть и тем самым избежала страшной участи. Видение четко показало: жить девушке осталось от силы три дня. И никто бы не догадался, отчего умерла видящая: проникнув в организм, яд останавливает сердце и растворяется.

— До возвращения герцога необходимо узнать, кто так крупно подставил его с охраной, — отметил император. — Мужчина с медальоном явно был под иллюзией, но на кого он работает?

— Это головная боль главного дознавателя, — отмахнулся архимаг.

— Можно подумать, ты останешься в стороне, — ухмыльнулся император.

— Нет конечно. Я проведу собственное расследование, — заявил Эдит с улыбкой.

Глава 29

Арнес Айжонский

Герцог понемногу приручал бедовую невесту, и процесс ему по-настоящему нравился. Впервые все получилось совершенно случайно, когда Арнес хотел успокоить девушку и дать понять, что именно он — ее опора и поддержка. Но чем больше ее узнавал, тем сильнее привязывался.

Несомненно, у герцога, как и у любого молодого мужчины, были любовницы, но ни одна не затронула так душу, как синеглазая видящая. Только с ней он чувствовал, что живет не зря. И именно эта хрупкая на вид девушка показала себя бесстрашным воином, умеющим постоять за свою свободу и жизнь. Некоторым мужчинам не мешало бы поучиться у нее стойкости и силе духа.

Так, в размышлениях, Айжонский добрался до эльфийского леса, который находился в двух днях пути от столицы империи. Вообще-то он надеялся решить все за два дня: требовалось лишь забрать Кассиана с девушкой и вернуться порталом. Но Всесильный распорядился по-другому, и пришлось застрять у эльфов надолго.

Как выяснилось по приезде, лорд Авилье отослал наследника по каким-то делам, и герцог оказался вынужден коротать время, проводя учебные бои со своими людьми, или же на вечеринках, устраиваемых графиней Авилье.

Спустя неделю Арнес не выдержал.

— Лорд, прошу простить за назойливость, но я должен знать, где сейчас Кассиан Авилье-Маржон, — заявил он, входя в кабинет хозяина замка. — У меня нет возможности засиживаться здесь дальше, ваш сын мне очень нужен. Кассиана по крайне важному вопросу ожидает его императорское величество.

Граф Авилье в кабинете находился вместе с супругой. Увидев гостя, она опустила голову, пряча глаза. Ложь буквально витала в воздухе. Увы, Айжонский ничего не мог им предъявить из-за отсутствия каких-либо доказательств.

— Извините, герцог, мне неизвестно, когда он вернется, — вежливо ответил эльф, пожав плечами. — Но если вы так заняты, то не смею задерживать. Как только сын появится, я, не мешкая, отправлю его к императору.

— Его величество Валиас велел привезти Кассиана мне лично, а я не привык идти против приказов правителя, — нахмурился Арнес, и граф моментально пошел на попятную:

— О, конечно. Тогда я свяжусь с ним сегодня же и попрошу поторопиться.

Эльф улыбнулся, но его улыбка напоминала оскал загнанного в угол хищника. Герцога передернуло от отвращения, но он постарался сдержать рефлексы и покинул кабинет. Естественно, перед этим запустив прослушку — им самим придуманное заклинание, которое не мог распознать ни один другой маг. Оно забирало мало энергии, поэтому магические волны не создавали завихрений, и поле воздействия оставалось чистым. Жаль, поздно спохватился. Надо было раньше так сделать, но Арнес слишком верил хозяину дома.

Выйдя из кабинета эльфа, герцог спрятался от взглядов слуг за гобеленом неподалеку, активировал заклинание и превратился в слух.

— Что планируешь предпринять? — поинтересовалась у супруга Ансиниэль.

— Можно было бы по-тихому женить Кассиана. Но, боюсь, отец Альвонии желает для дочери пышную красивую свадьбу, и простым бракосочетанием отделаться не удастся. Значит, еще месяц, а то и два уйдет на подготовку. Не представляю, любимая, что делать, — граф тяжело вздохнул.

— Он в казематах?

— Да, сидит там. Его девицу не нашли. Едва она увидела воинов, тут же сбежала в лес и словно сгинула.

— А кто она?

— Дочь лесника. Как понимаешь, ей известны все тропы, даже звериные, найти ее будет сложно. Зовут Валиэль, — с пренебрежением ответил Гаскон и пожаловался: — Пока у нас гостит герцог, у меня связаны руки.

На этом моменте Айжонский отключил прослушку и вышел из-за гобелена. Услышанного было достаточно, чтобы сделать выводы. В его голове уже нарисовался план действий.

Наверняка лесник знает, где прячется дочь, не может же она оставаться

Конечно, Айжонский осознавал, что вряд ли кто-то из аристократов расскажет, где находится дом лесника, поэтому он пошел к конюху. Похвалил его за усердие, за чистоту в конюшне и ухоженных животных, как бы невзначай обратил внимание на красоту леса и потом задал вопрос о леснике. Конюх, довольный тем, что лорду понравилась его работа, охотно рассказал, как добраться до домика лесника.

— Смотрю, ты часто там бываешь, — усмехнулся герцог.

Молодой эльф покраснел.

— У Станиэля есть дочь — красавица, каких свет не видывал, — смущенно пояснил он. — А уж работящая! Весь дом на ней, мать-то давно в родах умерла. Я хочу попросить руки Валиэль у ее отца.

— Хорошее дело! Тебе обязательно повезет, — хлопнул конюха по плечу герцог, а сам подумал: «Нет, дружок, эта птичка не твоего полета».

* * *

Айжонский проехался вдоль замковой ограды и направил коня на тропинку, ведущую в сторону от дома лесника, чтобы охранники со стены не вычислили, куда именно он собрался. А заехав поглубже в лес, повернул куда нужно.

Через полчаса Арнес спешился у небольшого, но добротного дома.

Станиэль что-то делал на кухне. Услышав звук открывающейся двери, он выглянул и замер на месте.

— Добрый день, — вежливо поздоровался герцог. — Я первый советник императора, зовут меня Арнес Айжонский и у меня к вам срочное дело.

— Я лесник Станиэль. Чем могу помочь, лорд?

— Где ваша дочь Валиэль? — не стал ходить вокруг да около гость. На лицо эльфа набежала тень, и он промолчал, кусая от переживания губы. Чтобы успокоить мужчину, герцог поднял руку и произнес: — Я, Арнес Айжонский, даю магическую клятву леснику Станиэлю, что не желаю плохого его дочери Валиэли и ни действием, ни бездействием не собираюсь причинять ей вред.

Яркая вспышка сообщила о принятии магической клятвы, в комнате запахло грозовой свежестью, а лесник облегченно выдохнул и признался:

— Прячется она. Ее пытались убить люди графа Авилье, и я велел ей скрыться в лесу.

— А план казематов у вас есть?

— Откуда?! — огорошенно хлопнул ресницами Станиэль. — Я всю жизнь провожу в лесу. Правда, в замке работает охранником мой племянник…

— Отлично! — кивнул герцог и сообщил: — Мне необходимо увезти Кассиана и вашу дочь во дворец. Иначе, по словам моей невесты, — а она, между прочим, видящая — девушке грозит смерть, а графа насильно женят на выбранной отцом эльфийке. Надеюсь, вам не надо объяснять, кто такой Кассиан?

— Я знаю, — покачал головой лесник. — Граф Авилье-Маржон просил руки моей дочери. Но ответа я еще не давал.

— Тогда, если вы собираетесь вместе со мной спасать Кассиана, предупредите Валиэль. Мы исчезнем с этих земель сразу по окончании операции по спасению юноши.

— Я понял. Что от меня требуется?

— После встречи с дочерью, как стемнеет, ждите меня возле стен замка. Не вздумайте действовать самостоятельно, — герцог строго нахмурился. — В противном случае я за вашу жизнь и мидлона не дам.

— Ворота в полночь закрываются, но мне известен ход в стороне от основного, — активно включился в обсуждение Станиэль. — Там, в паре десятков метров влево, растет большое раскидистое дерево, а рядом — замаскированная кустами калитка.

— Ваш родственник сегодня работает?

— Хм… У него смены по четным дням. Значит, сегодня он заканчивает как раз в полночь.

— Интересный график дежурств, — усмехнулся Арнес.

— Обычный. Через день с полудня до полуночи, — пояснил лесник. — У нас многие так работают.

Герцог попрощался со Станиэлем и двинулся в обратный путь. А на выезде из леса на дороге приметил двух эльфов, явно спешащих к дому лесника. К сожалению, проследить за ними не представлялось невозможным: дети леса отличались острым слухом, и даже заклинание невидимости не помогало скрыться от их глаз. Арнесу оставалось лишь надеяться, что встреча лесника с эльфами пройдет без эксцессов. Проводив парочку взглядом, он направился в противоположную сторону, стараясь запутать следы.

В замке, маясь от безделья, он провел с начальником охраны разминку, затем — тренировочный бой на мечах, в котором, к своему стыду, потерпел поражение.

Так незаметно пролетел день и наступила ночь.

Глава 30

Арнес Айжонский

Незадолго до полуночи герцог накинул на себя заклинание невидимости и стал спускаться по лестнице, стараясь не столкнуться с патрулями, периодически делающими обход замка. Ему удалось незаметно выйти, добраться до внешней стены и спрятаться в густых зарослях кустарников.

Через несколько минут со стороны раскидистого дерева раздался условный сигнал. Пройдя навстречу, Арнес столкнулся с лесником и красивой эльфийкой с зелеными глазами. Валиэль с детской непосредственностью уставилась на герцога, пришлось отцу дернуть ее за рукав платья.

Айжонскому девушка понравилась. Обычно эльфийки ведут себя более чем нагло, прекрасно осознавая, какое действие оказывают на мужчин. Но это создание, от силы семнадцати лет, смотрело на мир с любопытством, пытаясь изучить его как можно лучше. Видимо, нечасто ей удавалось без опеки отца оказываться далеко от дома. По мнению Арнеса, супругой графа Кассиана Авилье-Маржона и должна стать именно такая девушка, с такой же чистой душой, как у него.

— Дочь, это лорд Арнес Айжонский, — представил герцога Станиэль. — Он поможет нам спасти твоего жениха и сбежать из этих мест.

Валиэль зарделась и прошептала:

— Спасибо, ваша светлость, за помощь.

Айжонский кивнул и повернулся к леснику:

— Станиэль, как вы планируете действовать?

— Я знаю, по какой дороге племянник возвращается со смены. Постараюсь его перехватить, а если не получится, то схожу к нему домой, — изложил свой план эльф.

— А он не откажет в помощи? — засомневался герцог. Лесник ненадолго задумался, но в итоге уверенно заявил:

— Не откажет. Во-первых, он мне должен. В свое время я вытащил его из одной скверной ситуации. А во-вторых, его тут ничего не держит. Хэлиель давно живет бобылем, и если ему хорошо заплатить, спокойно плюнет на службу графу Авилье и наймется к другому господину.

— Сколько попросит, на эту сумму и соглашайтесь, — предупредил Арнес. — И пусть Всесильный защитит вас.

Станиэль исчез в темноте, а Валиэль обхватила себя руками, словно прячась в скорлупу, и с тревогой вгляделась в черноту ночи. Герцог тоже прислушался к шорохам и скрипам, доносившимся отовсюду, настраиваясь на предстоящие события.

Минуты ожидания текли неимоверно долго. А может, это только казалось, слишком уж сильно давило бездействие и нервное напряжение. Наконец послышался мужской шепот и просьба откликнуться. Арнес узнал голос лесника и тихо ответил. Через миг перед ним появились Станиэль и его

«А он не так и прост, этот родственник лесника», — решил Айжонский.

— Ваша светлость, это мой племянник Хэлиель, он согласен нам помочь, — произнес Станиэль. — Хэлиель, это герцог Арнес Айжонский, он пришел спасать жениха моей дочери.

При этих словах Валиэль всхлипнула. Хэлиель мельком на нее глянул и поклонился герцогу:

— Очень приятно с вами познакомиться, лорд. Я много слышал о вас. К тому же я хорошо знал видящую, мать молодого графа, и считаю честью помочь ее сыну.

— Мне также приятно познакомиться с вами, Хэлиель, — кивнул Арнес и перешел к делу: — Я мало что знаю о нынешнем местоположении и состоянии Каса. У вас есть предложения?

— Этот вопрос мы уже обсуждали со Станиэлем. Я предлагаю дяде с дочерью остаться здесь, а нам с вами отправиться на выручку Кассиану. Правда, я не слишком сильный маг, поэтому именно вам, лорд, придется закрыть нас заклинанием невидимости. Камера графа — предпоследняя от входа и самая приличная. Чувствует он себя неплохо, еды ему приносят достаточно и охрана относится к нему гораздо лучше, чем к другим заключенным. Так что особых сложностей я не предвижу, — пожал плечами стражник.

— Но все же необходимо соблюдать осторожность, — нахмурился герцог. — Провалим дело — сюда не сможем вернуться ни при каких обстоятельствах. Итак, сколько охранников в казематах? — начал он собирать информацию.

— Четверо. Двое наверху, на улице возле входа, двое внизу, в специальной караулке, где отдыхает смена, — по-военному четко доложил Хэлиель. — Вход вниз преграждает двойная дверь, дальше — лестница, ведущая в подвал. Потом снова дверь, всегда закрытая на замок, а уже за ней караулка и камеры преступников. Этих камер не так много, всего пять.

— Кроме Кассиана, кто еще там сидит?

— Три заняты девушками, которые чем-то не угодили хозяйке дома, и она спрятала их от супруга, а вот кто в четвертой — мы и сами не знаем. Этот мужчина находится в камере довольно давно. Когда я пришел наниматься на работу, он уже сидел там. С тех пор прошло более десяти лет.

— Освобождаем всех, — решил герцог.

— Но с такой толпой не выбраться из эльфийских земель! — вскинулся охранник.

— Освободим всех и дадим им выбор. Вряд ли девушки последуют за нами.

— И неизвестного мужчину? — удивился Хэлиель.

— Конечно.

— Но мистер Айжонский, вдруг это преступник?

— Преступников отправляют в империю на императорский суд, — возразил Арнес. — А раз узник сидит в тюрьме замка, значит он — личный враг хозяина дома. Учитывая характер графа Авилье, сомневаюсь, что пленник действительно в чем-то виноват.

— Хорошо. Я полностью доверяю вам, герцог, — прекратил споры эльф.

— Тогда вперед! Время не ждет! — приказал Айжонский и повернулся к леснику с дочерью. — А вы, если вдруг что-то пойдет не по плану, сразу убегайте через калитку, и чем дальше, тем лучше.

— На стражников не действует заклятье сна, на них специальные артефакты, — предупредил Хэлиель, вспомнив о защите охраны.

— В таком случае придется применить силу, — усмехнулся герцог и поставил заклятье невидимости.

* * *

Перейти площадь перед замком, скрываясь от слуг, охраняющих конюшни, хлев и другие хозяйственные постройки, не составило труда. Кое-кто еще не спал, они сидели на улице возле разожженного костра, о чем-то беседуя. Мимо них спасатели крались очень осторожно.

Наконец показалось здание тюрьмы. Как и говорил Хэлиель, на улице несли службу двое стражников. Герцог заметил невдалеке сложенные в ряд дрова и шепнул на ухо спутнику, что охрану можно вырубить поленом. Хитринки, появившиеся в его глазах, намекали — жалеть о применении такого оружия он не будет.

Один из стражников стоял, а другой — сидел на скамейке и что-то рассказывал товарищу. Остаток фразы застрял у него в горле, а лицо вытянулось, когда напарник завалился к его ногам. Но не успел он открыть рот, чтобы позвать на помощь, как удар поленом унес в мир тьмы и его.

— Следуйте за мной, лорд, — прошептал Хэлиель и, вынув из кармана лежавшего эльфа ключи, открыл дверь.

За ней находился узкий коридор и лестница, заканчивающаяся небольшой площадкой. Туда сообщники и затащили двух стражников, сняв с них артефакты и скрутив им руки магическими путами.

Быстро отперев замок, спасатели пробрались внутрь. Но как бы ни старались двигаться тише, их все же услышали.

— Кого там принесло? — раздался из сторожевой грубый голос.

— Томас, дружище, я тут забыл кое-что, — отозвался Хэлиель. — Не откроешь дверь?

— Хэлиель, это ты? Но твоя смена закончилась час назад.

— Да вот, понимаешь, какая оказия случилась: я перстень свой потерял. А кроме как в караулку, никуда не заходил.

— Что-то я у тебя никогда перстней на руках не видел, — подозрительно протянул охранник за стенкой.

— То, что ты его не видел, не означает, что его у меня не было! — вспылил Хэлиель, а герцог, наклонившись, спросил:

— В связке в ваших руках есть ключи от камер?

Вначале племянник лесника недоуменно посмотрел на спутника, затем хлопнул себя по лбу.

— Это нервы, ваше сиятельство, — сокрушенно покачал он головой. — Конечно есть. Значит, надо сделать так, чтобы эти, — эльф кивком указал на дверь, — не вышли наружу.

Быстро сориентировавшись, Айжонский бросил заклинание под названием «стенка». Оно забирает много сил, зато продержится целый час, за который им нужно успеть освободить узников и скрыться.

Обезвредив караул, напарники прошли чуть дальше по коридору и остановились возле первой двери.

— Эй, есть кто живой? — спросил стражник. К свету магических светильников вышла девушка в грязной порванной одежде: совсем еще девчонка, худая, изможденная, одни кости да кожа. Она щурилась, не в силах сообразить, что происходит. — Сейчас мы всех освободим и выведем за ворота. Ты найдешь, где спрятаться? — Девушка молча кивнула. — Там есть еще кто? — Она вновь кивнула.

— Девушки не могут говорить, они сорвали голос, — пояснил Хэлиель герцогу. — Прежде чем запереть их здесь, хозяйка приказала избить всех розгами. Вот они тогда и накричались.

У Арнеса от злости сжались кулаки.

Спасатели открыли двери и выпустили пленниц, за ними — Кассиана. На пороге камеры неизвестного мужчины герцог замешкался, услышав:

— Лорд Айжонский, все эти годы я верил — когда-нибудь вы поймете, что мое место занимает совершенно другой человек!

— Э-э-э, прошу прощения?.. — недоуменно протянул Арнес.

— А я думал, вы пришли спасать мою душу, — грустно произнес мужчина и горько вздохнул.

— Вы мне кого-то напоминаете, но точно сказать не могу. Кто же вы?

— Я — герцог Кадор Энемноген

Глава 31

Арнес Айжонский

Немая сцена длилась

— Все вопросы, ваша светлость, придется решать в другом месте. К утру нам нужно быть как можно дальше отсюда. Хозяин — не тот эльф, который простит вторжение в казематы и освобождение пленников.

— Ты прав, — согласился Арнес. — Сейчас не место и не время.

То, что перед ним не давно знакомый герцог Энемноген, он понял сразу. Да, очень похожий, но различия все же имелись, и довольно существенные.

Из тюрьмы выбирались с максимальной осторожностью. Впереди шел Хэлиель, за ним Кассиан, затем освобожденные эльфийки и замыкал колонну герцог Айжонский. До калитки в стене добрались без приключений.

Увидев любимую, Кассиан подскочил к ней и крепко обнял. Валиэль прижалась всем телом к юноше и беззвучно расплакалась. Граф погладил по вздрагивающую девушку по спине и что-то тихо прошептал на ушко.

Станиэль недовольно взглянул на молодую пару, но промолчал, смирившись с действительностью. Ему явно было тяжело видеть дочь в объятиях совершенно постороннего мужчины.

Не выдержав, Арнес положил руку на плечо леснику.

— Не переживайте, она под защитой жениха, и с ней ничего не случится. Они любят друг друга и счастливы, так порадуйтесь за молодых.

Лесник лишь тяжело вздохнул.

* * *

Беглецы постарались как можно дальше отойти от владений лорда Авилье-старшего. Хэлиель предупредил, что о побеге заключенных узнают довольно быстро: ранним утром в тюрьму приходит паренек и приносит еду сначала для стражников, а вторым заходом — для пленников.

Остановившись на очередной привал, герцог поинтересовался у юных эльфиек, почему они попали в казематы. Девушки молчали недолго, вскоре заговорила наиболее смелая из них.

Удалось выяснить, что Ансиниэль на самом деле не истинная лорда Авилье. Она была его любовницей еще до женитьбы и продолжила ею оставаться после появления супруги. Ей очень хотелось стать графиней и полноправной хозяйкой замка и земель, и она принялась искать способ как притянуть к себе мужчину, чтобы это притяжение все считали любовью истинной пары. Ей повезло: в старинном фолианте нашелся рецепт особой настойки и способ ее приготовления.

Одной из освобожденных девушек и оказалась та травница, которую Ансиниэль попросила приготовить снадобье. Конечно, для чего оно нужно, любовница графа не сообщила. Подумав, что травы, использующиеся при изготовлении настойки, не ядовиты и не опасны, травница согласилась. Она даже не догадывалась, что сочетание вроде бы безобидных ингредиентов приведет к созданию мощнейшего приворотного средства, и тот, кто пьет его регулярно, рискует навсегда потерять светлую часть души. Об этом травница узнала позже, когда заметила, что хозяин стал не просто нервным, а злым и агрессивным. Промолчала Ансиниэль и о том, что дети в таком союзе не рождаются.

— Подождите! А как же две дочери отца? — удивился Кассиан.

— Они тебе не родные. Это сразу понятно при знакомстве, — хмыкнул герцог.

Вспомнив тот момент, когда впервые увидел сестер Авилье, он непроизвольно передернулся. Вели девицы себя слишком чопорно и жеманно, но это не могло скрыть их недалекость и глупость.

— Хорошо, травница помогла приворожить графа. А остальных за что бросили в тюрьму? — продолжил расспросы Кас.

— Мы пришли рассказать хозяину правду про его супругу и дочерей, — ответила одна из двух оставшихся девушек. — За это он велел отправить нас на конюшню, а хозяйка приказала отходить розгами и бросить в камеру.

— А сейчас вы куда пойдете? — озаботился герцог.

— Здесь недалеко есть город, не принадлежащий лорду Авилье. Пока остановимся там и попытаемся подать весточку родным. А дальше — как Всесильный решит.

— Что же, девушки, вот вам несколько рупанов, — Арнес опустил в ладонь эльфийки кошель. — Первое время продержаться должно хватить. И постарайтесь не попасться стражникам лорда.

Естественно, больше пары-тройки золотых он дать не мог. Им самим требовались деньги, чтобы благополучно вернуться в столицу.

Попрощавшись с эльфийками, Айжонский бросил на землю портальный камень, настроенный до города Птуфен на границе с Родуной — ближайшее место, куда хватало мощности портала. От него до столицы империи нужно было добираться еще двое суток.

Остановившись на постоялом дворе, герцог попросил сына хозяина сбегать на рынок и купить для двух потрепанных жизнью мужчин одежду. К тому времени, как юноша принес обновки, беглецы уже покончили с трапезой и, сидя за столом в дальнем от двери углу заведения, вели беседу.

— Кассиан, о твоем разговоре с отцом я знаю, — сообщил Арнес. — Это Китана попросила меня помочь. Она увидела, что иначе Валиэль убьют, а тебе придется жениться на той, на которую укажет Гаскон. Предотвратить непоправимое нам удалось. Надеюсь, теперь у вас все будет в порядке. А вот с вами, герцог, — он повернулся к Энемногену, — непонятная история.

— Честно признаться, мне и самому не до конца все ясно, — развел руками Кадор. — За пятнадцать лет в темнице уже стало казаться, что я вовсе не герцог, это лишь мои больные фантазии. Но родовой перстень-печатка Энемногенов, который возможно снять с главы рода только после смерти, убеждал в обратном. Я надеялся, что игру моего брата-бастарда кто-то все же распознает, но не думал, что это продлится так долго. Впрочем, наверное, лучше рассказать все с начала.

И герцог приступил к рассказу.

Потеряв жену, его отец никого не желал видеть с собой рядом и долго не подпускал к себе женщин. И его решение оставалось неизменным до тех пор, пока он не встретил женщину, похожую на почившую супругу. Тогда-то он и сдался.

Рушана происходила из семьи зажиточного торговца и умела достойно держаться в аристократическом обществе. Правда, на поклонника ей было плевать, она любила только себя. Но когда поняла, что беременна, стала уговаривать его оформить отношения официально. И встретила отказ.

Однажды ночью двенадцатилетний Кадор проснулся от того, что кто-то пристально на него смотрел. Как выяснилось, это отец зашел в спальню к сыну и сел на стоящее неподалеку кресло.

— Извини, Кадор, я не хотел тебя будить, но мне необходимо, чтобы в данный момент кто-то находился рядом, — устало произнес Энемноген-старший.

— Что-то случилось, отец?

— Рушана родила ночью мальчика. Я назвал его Фатьяном. И знаешь, сын, он невероятно похож на тебя, — усмехнувшись, произнес герцог, но в его голосе не слышалось радости. — Сама она умерла.

Увидев вытянувшееся лицо сына, герцог тут же успокоил, что считает его единственным своим наследником и не признает бастарда.

Тем не менее Фатьян остался жить в герцогском родовом замке. Он учился вместе с законным наследником, при этом был очень умным и изворотливым. И постоянно врал и на всех клеветал. Кадору клеветал на отца, отцу — на Кадора и слуг, отчего тем

— Но как получилось, что он заменил вас? — поинтересовался Арнес, когда Энемноген замолчал.

— Все началось с моей женитьбы. Родители заключили помолвку между нами еще в нашем детстве. Отец, женив меня, буквально за год сильно сдал и ушел в чертоги Всесильного, — вздохнул Кадор. — Жену я всегда считал тупоголовой дурой, хотя она королевских кровей. Фатьян же был без ума от нее. Или виртуозно играл, — он презрительно скривился. — Я уверен, они договорились избавиться от меня.

— Считаете, замена произошла, когда вы стали догадываться об их отношениях? — уточнил Айжонский.

— Нет, герцог, раньше, — покачал головой Энемноген. — Однажды я взял на работу не те документы, и пришлось разворачиваться и ехать обратно. Кстати, управляющий намекал на то, что моя супруга слишком часто бывает с Фатьяном наедине, а я, дурак, не обратил на его слова внимания, — Кадор на миг прикрыл глаза. — Так вот, я вернулся и случайно подслушал их разговор. К сожалению, то, что брат хочет устроить переворот, используя мою жену, я понял, лишь оказавшись за решеткой. А тогда, услышав льющуюся в мой адрес и в адрес моего отца грязь, распахнул дверь и прошипел: «Вон из моего дома!». Фатьян медленно поднял глаза, усмехнулся, а потом бросил заклинание сна. Очнулся я уже в камере.

— И вы не поняли, что находитесь в эльфийском лесу у местного аристократа? — удивился Кассиан.

— Нет. Что казематы принадлежат лорду Авилье, я узнал гораздо позже.

— Но почему же вас не убили? — озадаченно спросил Арнес.

— Сам до сих пор задаюсь этим вопросом, — пожал плечами спасенный пленник.

— А у меня есть одно предположение, — произнес Кассиан. — Помнится, когда мы разговаривали с дедом по поводу моего наследства, — а на тот момент я еще не достиг совершеннолетия, — он пригласил мою тетку и заставил ее дать магическую клятву. Не смотрите так, ваша светлость, — хмыкнул он. — Я знаю, что магическая клятва дается добровольно. Дед просто припугнул ее, что в противном случае лишит наследства. Тетя дала клятву, что она никогда не будет угрожать моей жизни и жизни моих близких, иначе ее ждет смерть. За согласие дед дал ей тысячу рупанов.

— Считаешь, что отец герцога Энемногена обезопасил сына так же, как тебя дед? — прищурился Арнес.

— Да, — уверенно кивнул полуэльф.

Глава 32

Кристофер Волван

Неделю назад Крис бросил клич тем перевертышам, кто живет самостоятельно, но до сих пор предан клану. Обычно отделялись семьи, где кто-то из пары другой расы, но были и те перевертыши, кого изгнали по каким-либо причинам. Таким изгнанникам, чтобы вернуться, требовалось что-то сделать для стаи. Вот среди них старший сын альфы и нашел Эрхана — того, кто многое слышал о герцоге Энемногене. Дал ему магическую клятву, что вернет в клан, если тот найдет герцога, а сам вместе с братом и любимой девушкой направился во дворец.

Их приезд совпал с возвращением герцога Айжонского.

Его величество находился в малой столовой, куда допускались только члены ближайшего круга императора. И пусть Крис не относился к ним, но, когда попросил об аудиенции, его и сопровождающих привели именно сюда.

В комнате обнаружились знакомые лица — Арнес и Китана, а еще за столом сидели архимаг, начальник стражи и молодой полуэльф.

— Подходите ближе, располагайтесь, — пригласил монарх. — Дослушаем рассказ герцога, а затем послушаем вас.

Тануса тут же метнулась к Китане и села справа от нее. Крис и не сомневался, что любимая девушка поступит именно так: всю дорогу ведьма ужасно переживала за подопечную. Она под столом сжала руку видящей, и та в ответ улыбнулась.

Братья-перевертыши сели рядом со своей спутницей.

— Как и предупреждал Хэлиель, хватились нас быстро — через несколько часов, — продолжил прерванный доклад герцог. — Ночью меня разбудил стук в дверь. Оказалось, это пришел хозяин трактира. Он не хотел проблем, вот и предупредил о появлении воинов лорда Авилье. Трактирщик сокрушался, что пригрел врага на груди, но, к счастью, не догадался, кого именно, — Арнес шкодливо подмигнул, а потом посерьезнел: — Но то, что не обошлось без предателя, ясно как день. Пришлось до следующего города идти ночью пешком. Там мы купили артефакты переноса и через два прыжка очутились, наконец, в городе, где имелся стационарный портал.

— Как вы думаете, кто вас предал? — поинтересовался архимаг.

— Во время визита я особо близко ни с кем из эльфов не общался, поэтому у меня один ответ: попались освобожденные девушки. А вот кто донес, что мы остановились в таверне, — вопрос, — герцог пожал плечами и посмотрел на невесту.

Она правильно поняла его взгляд. На пару секунд прикрыла глаза и с уверенностью сообщила:

— Сын трактирщика. Он смекнул, что сможет неплохо заработать на подозрительных постояльцах, и начал прислушиваться к вашим разговорам. Хорошо, личная стража лорда решила отдохнуть после тяжелой бессонной ночи, потому не сразу кинулась в погоню, и хозяин успел вас предупредить.

— Прошу прощения, ваше величество, а где тот мужчина, которого мы вытащили из застенков? — задал неожиданный вопрос Кассиан.

— Герцог Энемноген? — уточнил правитель. — Отдыхает. Ему пришлось пройти процедуру считывания мыслей. Знаю, что это чревато, но оставлять за спиной вероятного врага желания нет.

— Герцог Энемноген? Так вы его поймали?! — сделал стойку Кристофер.

— К сожалению, нет, — покачал головой император. — Тот, кого мы считали Кадором Энемногеном, на самом деле его брат-бастард. Настоящий лорд Энемноген провел в тюрьме Гаскона Авилье более пятнадцати лет.

От услышанного Крис испытал шок. Его словно выбросили из действительности, он не мог принять изменений.

— Сам был неприятно удивлен, — усмехнулся Валиас Менжийский. — Кстати, теперь ваша очередь. С чем пожаловали?

Наследник альфы пересказал, что произошло с ними после похищения видящей, и упомянул о выданном одному из перевертышей-изгнанников поручении: узнать, где прячется герцог, вернее, как теперь обнаружилось, его брат-бастард.

— Ваше величество, я хотел бы забрать в клан графа Рагана Менжийского, известного под именем Аларис.

— Нет! — резко отказал император, затем соизволил пояснить: — Понимаете, Кристофер, прежде чем Раган рассказал о делах и планах фальшивого герцога, он попросил дать ему магическую клятву о защите. Так что, кроме прочего, я не имею права отдавать его в чьи-либо руки. Граф хорошо обезопасил себя. А если оценить ситуацию с другой стороны, он спас видящую от смерти. Ведь вы наверняка подозревали младшего брата в пособничестве тому, кто называл себя герцогом Энемногеном?

Крис молча кивнул. Да и что тут ответишь? Клан действительно ничего не мог требовать, тем более граф Менжийский сам пришел с повинной.

— Я даже не предполагал, что угроза моей

После слов монарха, в которых ощущалась вся его боль и обида за свой народ, на столовую опустилась невыносимая, давящая тишина. Никто из присутствующих не смел поднять глаза.

— Ваше величество, — разбила тягостную атмосферу графиня, — я только что вновь попыталась увидеть, где прячется брат-бастард герцога. Он закрыт какой-то пеленой, но в каждом видении рядом с ним находится хромой седовласый старик.

— Китана, постарайся передать изображение этого старика мне, — предложил герцог Айжонский. — Дело в том, что видящие раньше умели передавать видения тем, чьи способности позволяли их получить, — заметив удивление на лице невесты, он успокаивающе сжал ее руку. — Я знаю, ты еще не до конца овладела своей магией, но хотя бы попробуй. И тогда я смогу настроить на него портал.

— Герцог! — грозно нахмурился император.

— Я помню, что прежде, чем предпринимать какие-то действия, необходимо проверить, куда вывел портал, — Айжонский посмотрел прямо в глаза сюзерену и другу. Помедлив, тот все же кивнул.

— Извините, но почему такая осторожность? — непонимающе захлопала ресницами Китана. — Ведь вы — правитель всего материка.

— Видите ли, графиня, — Валиас потер подбородок, — есть места, где моя власть является номинальной. Я не стану их называть: государственная тайна. И предупреждал я Арнеса именно о них.

— То есть моему жениху грозит опасность?

— Это будет известно лишь когда познакомимся с хромым стариком, — развел руками император.

— А может, Аларис ответит на этот вопрос? — вмешался в разговор Крис.

— Вполне вероятно. И его непременно спросят. А вот по поводу тех территорий, Китана, где моя власть и не власть вовсе, — монарх улыбнулся. — Мне известно два места, где разыскиваемого нами бастарда принимают лучше, чем меня. В этом-то и заключается опасность.

— Если жена герцога Энемногена на стороне его брата, то она наверняка знает, где сейчас Фатьян, — предположил Кассиан.

— Для того чтобы не спугнуть остальных, ее не трогают, но она под постоянным наблюдением. И все же мне больше нравится вариант с передачей изображения видящей. Так, довольно, — правитель легонько хлопнул ладонью по столу, — размышлять можно долго, а вам нужно отдохнуть: все с дороги, уставшие. Ферди, — окликнул он слугу, стоявшего недалеко от двери, — размести гостей. К сожалению, Арнес, — повернулся император к Айжонскому, — вам с видящей я могу дать всего пару часов на отдых. А потом приступайте к тренировкам. Учитесь находить общий язык.

В этих словах не было ничего похабного или язвительного, но Китана покраснела и опустила голову, чтобы скрыть смущение.

Глава 33

Кристофер Волван

Была еще ночь, когда завибрировал переговорник Криса. Он вынул его из кармана рядом лежащего сюртука, включил.

Появившийся перед ним Эрхан имел жалкий вид: весь перепачканный в грязи, под глазами залегли темные круги, а в волосах застряла сухая трава. Но изгнанник буквально лучился от удовольствия, и широкая улыбка расползалась по его лицу.

— Наследник, я нашел герцога! — торжествующе произнес он.

— Далеко от столицы?

— Нет, в небольшом провинциальном городишке Нортос. Живет у хромого старика во флигеле. Я прощен?

— Да, как я и обещал, — твердо кивнул Кристофер. — Дождись нас в Нортосе, и можешь возвращаться в клан. Предупреждаю, если герцог захочет выйти из дома, не останавливай, но проследи за ним. Он сильный маг, зря не подставляйся.

— Я понял, — веселье Эрхана слегка поутихло.

Переговорник отключился, и Кристофер опустил руку. Вчера он долго размышлял, почему этот перевертыш так стремится вернуться в клан. И наконец вспомнил, что там осталась девушка, с которой Эрхан хотел заключить брак.

Аниса была гаанной*, и многие обхаживали привлекательную во всех отношениях девицу, надеясь создать с ней пару. Закономерно однажды возле ее дома завязалась драка. Неизвестно, кто же из набежавших женихов стал убийцей, но двое были мертвы, трое — ранены. После суда оставшихся в живых изгнали.

Отбросив воспоминания, всплывшие совершенно не ко времени, Крис переключился на проблемы насущные. Он планировал найти покои герцога Айжонского и действовать через него.

Наследник альфы вышел из комнаты, остановил один из отрядов стражников, периодически обходящих коридоры дворца, и попросил позвать начальника охраны.

Сонный и недовольный капитан пришел через несколько минут. На слова приветствия он поморщился, но ответил вежливо. Крис не стал ничего объяснять, просто включил запись разговора с соклановцем: его переговорник записывал все вызовы автоматически.

Сонливость капитана как рукой сняло. И спустя четверть часа группа, состоявшая из герцога Айжонского, начальника стражи, главного дознавателя и нескольких гвардейцев, прошла через портал и оказалась в Нортосе.

Ночной город спал безмятежным сном, здесь царили тишина и покой. Лишь изредка раздавался звук стучащих по камням каблуков стражников, делающих обход.

Вскоре группа подошла к дому, где прятался преступник. Айжонский, как всегда, ринулся вперед, за ним поторопились остальные. В два счета дом был окружен, все расслабились, решив, что Фатьян еще спит.

И никто не ожидал, что с безоблачного неба прямо в жилой дом ударит молния.

Здание вспыхнуло ярко-синим пламенем в одно мгновение.

Вначале от неожиданности опытные воины открыли рты. Заставил их прийти в себя прозвучавший из дома крик женщины. Гвардейцы кинулись спасать жильцов из огня, но герцог не поддался на уловку. Он побежал к флигелю, за ним бросились Кристофер и капитан охраны.

На полу флигеля, рыча по-звериному, сплелись в клубок двое мужчин. Наследник альфы подскочил к дерущимся и, схватив за шкирку перевертыша, откинул его подальше. На Фатьяна, не успевшего сориентироваться, надел антимагические наручники Арнес.

Тяжело дышащий бастард огляделся и поник, будто из него выкачали весь воздух.

— Эрхан, живой? — обеспокоенно спросил Крис.

— Да, я в порядке, — ответил изгнанник и поморщился. Видимо, ему все же сильно досталось. Впрочем, его состояние не вызывало опасений: регенерация перевертышей творит чудеса.

Неожиданно дверь распахнулась, и в комнату ворвался хромой старик, крича бастарду оскорбления. Он ударил кулаком в челюсть задержанного. Тот завалился, и старик даже успел пнуть Фатьяна в бок несколько раз, пока Кристофер не оттолкнул его и не остановил избиение.

Айжонский щелкнул пальцами, и крики стихли. Старик еще немного пошевелил губами, и наконец до него дошло, что его никто не слышит. Он показал на свой рот, потом на герцога.

— Мне кажется, он вам что-то хочет сообщить, лорд, — произнес Эрхан.

Хромой быстро-быстро закивал, словно игрушка с болтающейся

— Лорд, прошу простить мое неподобающее поведение, — заговорил, едва вернув голос, старик. — Но у этого гада в заложниках моя семья. А теперь он и дом поджег, в качестве предупреждения, что не потерпит измены.

— Вы знаете, где держат ваших родственников? — осведомился вошедший в помещение главный дознаватель тайной канцелярии.

— В столовой флигеля есть старый подвал, им давно не пользуются. Там он и держит мою жену и внуков. А сына с невесткой отправил подальше отсюда, — старик горестно вздохнул. — И там напихано множество заклинаний, вполне может что-то взорваться.

Капитан охраны сразу же вышел из комнаты, а дознаватель поинтересовался:

— А почему Фатьян пришел именно к вам, мистер?..

— Меня зовут Юрас Ментикар. Я родной брат его матери.

— Значит, вы в курсе, что Фатьян везде представляется как герцог Энемноген? — лорд Айжонский хмуро посмотрел на старика.

— Не-е-ет, не может быть, — удивился Юрас. — Он же бастард, и родовое имя у него осталось от матери, так как герцог не женился на ней. Э-э-эх, — он махнул рукой, — сколько раз я говорил Рушане, что эта связь ни к чему хорошему не приведет, а она все отмахивалась. Вот и домахалась, бестолковая.

— Кода племянник к вам приехал? — продолжил допрос дознаватель.

— Недели две назад. А последние дни как с ума сошел, во всех окружающих видел врагов.

В этот момент в комнату в сопровождении капитана стражи и его людей вошла дородная женщина с седыми волосами, держащая за руки двух мальчишек. Увидев мужа, она обняла его и разрыдалась. Дети, видя, что бабушка плачет, тоже тихонечко завыли. Малыши — а старшему из них было от силы года четыре — не понимали, что происходит.

— Все успокоились! — рявкнул герцог и повернулся к гвардейцам. — Что там с пожаром?

— Потушен, ваша светлость. Никто не пострадал, успели вовремя, — отрапортовал капитан.

— Магией тушили? — хмыкнул Айжонский.

— Пришлось магией. Этот пожар из тех, которые только так и тушатся, вода им нипочем, — подтвердил начальник охраны.

Арнес кивнул ему и обратился к Юрасу:

— Проводите супругу и внуков отдыхать, дети достаточно настрадались. А сами следуйте за мной, — увидев, как побледнел хозяин дома, постарался его успокоить: — Если вы не причастны к деятельности племянника, то с вами лишь побеседуют и отправят порталом домой. Заодно узнаете, где Фатьян держит вашего сына. — Услышав это, бастард фыркнул и криво улыбнулся, а герцог распорядился: — Выходим на улицу.

Через пару минут вся компания вышла из портала на цокольном этаже дворца, где располагались кабинеты главного дознавателя, начальника стражи и их замов, а также размещалась охрана императора. Айжонский незамедлительно приказал гвардейцам отвести Фатьяна в допросную.

— Ваша светлость, что вы собираетесь делать с бастардом? — поинтересовался архимаг, вышедший им навстречу.

— Пока допросить, — пожал плечами Арнес. — А дальше решать императору. Сейчас его величество в благодушном настроении из-за того, что его родственник не оказался предателем и тем, кто позарился на власть.

— Зато кузина жены собиралась примерить корону, — заметил дознаватель.

— Валиас, чтобы не расстраивать императрицу в такое, — архимаг многозначительно посмотрел на герцога, а Крис навострил уши, — время, отлучил Элизу от двора и отослал в дальнее имение, запретив появляться даже на балах. Их брак с герцогом Энемногеном расторгнут, ей возвращен титул графини, который она носила до замужества. К тому же кузине ее величества назначили опекуна. Не знаю кого, все же ближайших родственников мужского пола у нее нет.

— Если только император? — подмигнул Айжонский.

— Как бы то ни было, Элиза до самой смерти не сможет пользоваться деньгами без его разрешения.

— О, поверь, она выкрутится, — усмехнулся его светлость. — Эта особа своего не упустит.

* * *

Фатьян Ментикар был хитрым и изворотливым типом, промышляющим незаконными делишками. Так что на допросе, открывая свои секреты, он хватался за любой шанс, пытаясь выбить то одно послабление, то другое.

В конце концов императору это надоело, и он велел считать у него память. Тогда, поняв, что заигрался, интриган попытался броситься в ноги его величеству, но охрана среагировала оперативно.

— Как считывать? — уточнил архимаг.

— Незачем жалеть, все равно его ждет смерть, — безразлично махнул рукой правитель. — Записи после процедуры мне на стол.

И начался долгий процесс изъятия воспоминаний. В первую очередь Эдит узнал, где держат пленников — детей старика Юраса, а затем приступил к выяснению личностей тех, кто помогал бастарду.

Колеса машины государственного правосудия закрутились, по империи прокатилась волна арестов. Допросы шли один за другим, информация потоком стекалась в закрепляющие камни, стоящие на столе в кабинете императора.

Аристократию лихорадило еще не один месяц.

Гаанна* — белоснежный зверь с зелеными глазами, похожий на рысь.

Глава 34

Светлана (Кити)

Только сейчас, сидя в объятьях своего мужчины, я наконец осознала, что все позади, что тот, кто желал моей смерти, пойман и находится в тюрьме. По словам Арнеса, его ждет казнь. Впрочем, для бастарда это лучший вариант.

— Процедура считывания не так и безобидна, — пояснил герцог. — Копание в мозгах влечет крайне неприятные последствия, включая полное уничтожение памяти. Теперь Фатьян Ментикар больше похож на овощ, он даже не способен самостоятельно справить нужду. А оставшаяся в нем магия может принести вред окружающим, потому ее изымут. Для этого Эдиту Кристанскому придется провести запрещенный ритуал, который используют в исключительных случаях.

— Знаешь, Арнес, а мне Фатьяна совсем не жалко, — поморщилась я. — И не потому, что он меня продал в рабство или пытался убить. Просто этот человек никому не принес счастья, разве что бывшей супруге герцога Энемногена. Хотя и тут есть сомнения. Настоящую любовь, как я считаю, не построить на одном желании переспать, это более глубокое чувство.

Вспомнила момент знакомства с истинным Кадором Энемногеном. Впервые увидев его — высокого, но крайне худого, — и услышав имя, я вздрогнула и спряталась за жениха.

— Миссис, мне очень жаль, что вам пришлось пройти через нешуточные испытания и не раз оказаться на грани смерти, — с грустью произнес бывший узник графа Авилье. — Я прошу прощения за брата и считаю виноватым в том числе и себя. Если бы в юности я не старался спасать Фатьяна от наказаний за далеко не безобидные шалости — а он и мошенничество, и убийство животных называл озорством, — то, возможно, брат и не вырос бы таким эгоистом. В том, что Фатьян стал жестоким человеком, есть и моя вина.

А у меня сердце защемило от жалости к этому сильному духом мужчине.

— Не вините себя, лорд, — подбодрила его, выходя из-за спины Арнеса. — Вы воспитывались в той же среде,

— Может быть, миссис, — задумался герцог.

Легкий поцелуй в висок отвлек от воспоминаний.

— Милая, я хочу предупредить, что на ужине будет присутствовать моя семья. Нужно обсудить подготовку к свадьбе. Надеюсь, ты не передумала? — и вроде спросил Арнес спокойно, почти отстраненно, но я ощутила, как он напрягся.

— Нет, я тебя никуда не отпущу. Пока ты ездил за Касом, я чуть с ума не сошла.

— Ты могла заглянуть в будущее, — рассмеялся довольно герцог.

— Могла. Но не забывай, что про себя смотреть намного тяжелее. К тому же я была на взводе, и у меня вряд ли бы получилось, — покачала я головой, а жених порывисто развернул меня и впился в губы жадным поцелуем, вкладывая в него всю свою любовь и страсть.

Идиллию нарушил тихий стук в дверь. Мы резко отпрянули друг от друга, тяжело дыша. Под хмурым взглядом Арнеса я быстро привела одежду в порядок и, отдышавшись, спокойно сказала:

— Входите.

На пороге появилась Тануса. Она оглядела нашу взъерошенную пару и довольно хмыкнула.

— Добрый день, миссис. Располагайтесь, я попрошу служанку принести чаю со сладостями. А мне, к сожалению, пора, — внезапно заторопился Айжонский. — Дела сами не сделаются, — развел он руками и вышел из комнаты.

— Сбежал? — хитро прищурилась ведьма.

Я с нарочитой грустью кивнула, и мы расхохотались.

— Тануса, как я рада тебя видеть! — я встала, обняла подругу и потянула ее к дивану.

— Ты наверняка обиделась, что мы не поехали за тобой? — заглянула мне в глаза она, усаживаясь рядом со мной.

— Вначале обиделась, не скрою. Но Аларис быстро довез меня до дворца и вручил в руки жениху, а затем сообщил, что вы уже знаете о моем спасении, и я успокоилась.

— Да, подружка, напугала ты нас тогда сильно. Мы же нашли портал, перенесший тебя к Дэну. О чем это говорит? — спросила она, грозно наставив на меня палец. — О том, что нельзя подбирать незнакомые предметы. Как маленькая хватаешь всякую каку, честное слово!

— Не ругайся, Тануса, — я обняла ведьмочку, положила голову ей на плечо. — Каюсь, сглупила. В следующий раз буду осторожней.

— Надеюсь, следующий раз не наступит, — пробурчала она. — А знаешь, почему я зашла? Хотела пригласить тебя в нашу лавку. От дворца это всего в десяти минутах езды на экипаже.

— Хорошо. Только не сегодня и не завтра. Сегодня у меня ужин с родителями герцога Айжонского. Речь пойдет о свадьбе.

Подруга уверила, что подождет, и дальше мы принялись болтать как в старые добрые времена. Обсудили мое похищение, нашу с Арнесом грядущую свадьбу и, конечно, отношения Танусы и Кристофера. Подруга с горечью поведала, что альфа не дает разрешение на их брак, надеясь женить сына на одной из девиц клана, а Крис сопротивляется. К чему приведет такое противостояние — неизвестно, но ведьма совершенно не хотела вставать между двумя близкими людьми. Тем более после смерти младшенького, которая очень сильно отразилась на родителях Криса.

За разговорами время пролетело незаметно. Появление служанки с сообщением, что до ужина остался час, стало для нас неожиданностью.

— Кити, я пойду, — быстро сориентировалась Тануса. — Встретимся позже. Удачи! — она подмигнула и вышла из комнаты.

— Лиока, скажи, пожалуйста, а где будет проходить ужин? — уточнила я.

— В малой столовой, миссис. Кроме родителей герцога Айжонского, на нем планирует присутствовать император с супругой. На правах родственника он может чем-то помочь или дать совет касательно подготовки к вашей свадьбе.

— Император — родственник моего жениха? — я удивленно распахнула глаза.

— Дальний. Бабушка герцога Айжонского была родной сестрой деда его величества Валиаса Менжийского, — ответила Лиока, помогая мне снять платье.

— Получается, Арнес и Валиас — троюродные братья?

— Получается так, миссис.

* * *

Накрытый к ужину стол буквально ломился от всевозможных яств. Одних закусок я насчитала пятнадцать разновидностей! В столовой витал аромат запеченных блюд.

Когда мы с Арнесом вошли, мой взгляд сразу же прикипел к уже находящейся здесь паре: крепкому, атлетически сложенному темноволосому мужчине с темно-карими глазами и хрупкой светловолосой женщине с эффектной внешностью. Они стояли возле резного столика, на котором красовалась большая ваза с букетом ярко-розовых цветов.

Две пары глаз уставились на нас, точнее, на меня, явно изучающе и оценивающе.

— Мама, папа, познакомьтесь, моя невеста графиня Китана Скаурин, — взял слово Арнес. — Дорогая, эта милая и добрая женщина — герцогиня Мариса Айжонская, моя горячо любимая мать. А рядом с ней — герцог Ансель Айжонский, мой отец.

— Мы рады принять тебя в семью, дитя, — улыбнулась герцогиня. И тогда сковывающее меня напряжение отпустило. Я чувствовала, что мать Арнеса не лицемерит, она действительно рада.

Дождавшись, пока появятся император с супругой, все сели за стол. Меня посадили рядом с Валиасом и напротив жениха. С другой стороны сел мой будущий свекор, напротив — его жена. Такое распределение мест мне показалось странным, но я промолчала: как известно, со своим уставом в чужой монастырь не ходят.

Периодически я ловила на себе изучающие взгляды, поэтому лишь ковырялась в еде и в итоге практически ничего не съела. За десертом разговор зашел о свадьбе. Надолго обсуждение не затянулось. Узнав, что моя мачеха отказалась принимать участие в подготовке к торжеству, все заботы на себя взяла герцогиня.

— Это даже хорошо, что твоя мачеха отказалась, — шепнул мне жених после ужина, сев рядышком.

— Отчего же?

— Оттого, что та, кого ты всегда так рьяно защищала, хотя она не скрывала ненависти к тебе, замешана в покушении на убийство, — ледяным тоном сообщил герцог. — Но поговорим об этом позже.

В покоях я зажала жениха в углу и потребовала ответов на все свои вопросы. Айжонский, сдаваясь, поднял обе руки, а затем подхватил меня и вместе со мной уселся на диван.

— Я готов, дорогая. Но предупреждаю: государственные тайны не выдаю, — шепнул он и опустил взгляд на мои губы.

Ну уж нет! Если я сейчас дам слабину, точно ничего не узнаю!

Приподняла пальчиком голову любимого и задала первый вопрос:

— О каком покушении шла речь?

— Девочка моя, я не хочу врать, но и говорить правду неприятно, — герцог тяжело вздохнул и продолжил: — Жена твоего отца дружила с моей бывшей любовницей графиней Береникой Ансульской. Именно графиня Скаурин нас и познакомила, надеясь, что, увлекшись, я не стану подписывать с тобой брачный договор. А когда план провалился, они решили убить тебя, навесив на твою одежду смертельные заклинания. Это выяснил Эдит после того как ты пригласила его осмотреть свою

— Архимаг? Не дознаватели?

— Именно, — кивнул Арнес. — Я не знаю, как он повлиял на графиню Скаурин и чем ее припугнул, но она все выложила как на духу. После нашей свадьбы ее отправят в тюрьму, где она и сгинет. Наказание отложили, чтобы не портить твоему отцу праздник, — он неожиданно прижал меня крепче и прошептал: — Прости, что в то время я не был с тобой рядом.

Вместо ответа я потянулась за поцелуем, чем и воспользовался нахальный, но такой любимый герцог.

Глава 35

Светлана (Кити)

После нашего с герцогом Айжонским бракосочетания прошла неделя.

Я, вспоминая это мероприятие, лишь морщу нос. Нет, безусловно, свадьба — знаковое событие, особенно для новобрачных, но, положа руку на сердце, второй я бы не вынесла.

Мы были опустошены до такой степени, что, зайдя в спальню герцога и раздевшись, сразу завалились спать. Утром нас разбудил тихий стук в дверь. Супругу пришлось жертвовать своей ладонью, все же слуги обязательно разнесут сплетни о невинности невесты. Наблюдая за тем, как он делает надрез и капает несколько капель крови на простыню, я закрывала рот обеими ладонями, чтобы не расхохотаться.

— Если я вчера пожалел тебя, то не значит, что не воспользуюсь своим правом, — улыбнулся Арнес, вгоняя меня в краску. И ведь не бросил слов на ветер, только произошло это на вторую ночь.

Зато моя Лиока ходила довольная.

— Ты чего такая счастливая? — удивилась я, заметив, как буквально цветет служанка.

— Когда вас выкрали из дворца, все считали, что похитители над вами надругались. Особенно усердно чесали языками служанки, обслуживающие мечтающих о браке с герцогом девиц. На их лицах отразился неподдельный шок, стоило им увидеть следы крови на простыне! — Лиока аж зажмурилась от избытка чувств. — А нечего про мою госпожу гадости болтать! — на эмоциях она резко дернула мои волосы, которые в данный момент укладывала в прическу. Но я ее не стала упрекать, чтобы не сбивать с боевого настроя.

— А разве ты не одна пошла убирать постель?

Естественно, такое положение вещей смущало. А кому приятно, когда во всеуслышание обсуждают его интимную жизнь?

— Нет. Кроме меня, присутствовали старшая горничная и служанка герцогини Айжонской.

— Еще и они! — я прижала ладони к покрасневшим щекам.

— Не переживайте, госпожа. Зато именно герцогиня отогнала всех от вашей спальни.

— Но сейчас-то сплетни прекратились?

— Пока молчат. До очередного происшествия, — улыбнулась Лиока.

Что же касается дела о покушениях на меня и смене власти...

Не знаю, кто проговорился, но до императрицы дошли слухи о предательстве ее кузины. Его величество ожидал всего — криков, истерики, слез, но ничего этого не было. Чуть позже Амира призналась супругу, что предполагала нечто подобное. Кроме стихийного дара, она обладала способностью чувствовать ложь, и частенько замечала, что кузина ей врет. Естественно, императрицу очень расстроило, что смену власти затеяла ее родственница, с которой они вместе росли.

Да и непонятно, на что преступники рассчитывали. Во-первых, ни герцогиня Энемноген, ни Фатьян Ментикар к императорскому роду не имели никакого отношения. А во-вторых, их поддерживали только обиженные на власть аристократы, но таких в Ликонской империи набралось крайне мало.

* * *

Сегодня мы наконец собрались посетить лавку травницы.

В гостиную вошла Тануса в теплом зеленом платье из тонкой шерсти, красиво обтягивающем ее точеную фигурку. В руках она держала такого же цвета плащ.

— Готова? — спросила подруга.

— Да. Но герцог отпустил лишь на три часа: надо собираться в дорогу, завтра выезжаем. Хотела попрощаться с Чернышом, но ему не до меня. Пока я бегала от врагов, этот негодник все же охмурил кобылку Кассиана, и они ждут малыша. Мэрган изредка связывается со мной ментально, но зная, что рядом муж, уже не рвется ко мне, как раньше.

— Неудивительно, — Тануса успокаивающе похлопала меня по руке. — Для этих магических животных потомство важнее всего. Жеребята у них рождаются редко, и в первое время они очень болезненные и слабые, — я улыбнулась, а подруга продолжила: — Счастливая! Побываешь в одном из самых романтических мест! По слухам, на этом острове посреди океана такая красота, что посетившие его хоть раз непременно стремятся вернуться, — она мечтательно закатила глаза, а потом скептически фыркнула. — И аренда апартаментов на месяц равна стоимости особняка возле императорского дворца.

— Может, уговорить Арнеса на покупку там дома? Будем ездить на остров отдыхать. Тем более, я еще не выбрала себе подарок на свадьбу.

— А ты, оказывается, хитрая и алчная натура. Почти как настоящая ведьма, — усмехнулась подруга, обнимая меня.

— Как поется в юмористической песенке: «Все мы, бабы, стервы», — я пропела хорошо известные на Земле строчки и рассмеялась. — А от стервы до ведьмы — один шаг. Так что никаких секретов ты не открыла.

— Ладно, пойдем уж, ведьмочка доморощенная. И не забудь перчатки.

— Точно! — спохватилась я.

Напоминание о перчатках было нелишним. За последний месяц мой дар возрос, и, касаясь кого-либо голой рукой, я тут же уходила в транс. Это реально выматывало. Супруг, обнаруживший, что я к вечеру остаюсь совсем без сил, зачаровал несколько пар перчаток, подходящих по цвету к выходным платьям. Теперь я хожу спокойно, не боясь незапланированных видений.

Выйдя из дворца, я задержалась на ступеньках, наслаждаясь чистым осенним воздухом. Глубоко вдохнула аромат опавшей листвы, щурясь от ласкающих лицо солнечных лучей.

Нас уже ждал экипаж с гербом рода Айжонских на дверцах. Рядом с ним на лоснящихся конях гарцевали шесть гвардейцев, явно красуясь перед служанками. Вышедшая проводить меня Лиока хмуро посмотрела на них и отвернулась, но некоторые девушки с удовольствием кокетничали с бравыми парнями.

Как только я подошла, один из охранников спешился и предложил мне руку, чтобы помочь забраться в карету. Таким же образом он помог и Танусе, а после захлопнул дверь. Через миг экипаж тронулся.

Как и упоминала подруга, мы доехали за десять минут.

Лавка травницы располагалась возле моста, отделявшего район богатых от района ремесленников. Первый этаж двухэтажного дома был каменным, с высокими потолками и большими окнами, а второй — деревянным. На доме висела красочная вывеска: «Лавка городской ведьмы».

— Проходи, не стесняйся, — пригласила Тануса, когда мы покинули карету, и легонько подтолкнула меня к входу.

Я вошла и обомлела.

За стойкой стояла рыжая девчонка, очень похожая на Танусу, но с желтыми, словно янтарь, глазами. И главное — я чувствовала что-то близкое и родное в этой ведьмочке.

— Добрый день. Чего желаете? — проговорила она, с любопытством меня разглядывая.

Тут из-за моей спины вышла Тануса, и девчонка, взвизгнув, повисла у нее на

— Ну все, все! Я тоже соскучилась, малышка, — рассмеялась подруга и повернулась ко мне. — Китана, познакомься с Ирганой, моей бедовой сестричкой.

Я подошла ближе и встала перед ней, всматриваясь в глаза. Иргана же сначала вежливо улыбнулась, но через пару секунд ее лицо вытянулось от удивления, она вцепилась в меня и разревелась.

— Светик, это действительно ты? — с надеждой уточнила ведьмочка.

— Я, Ириш, — я погладила ее по спине, тоже не удержавшись от слез.

Тануса перевела взгляд с меня на сестру и обратно.

— Девочки, что происходит? — с недоумением спросила она.

Мы с Иришкой оторвались друг от друга и поняли, что выдали себя. И выкрутиться никак не получится.

— Давай мы тебе все объясним наверху? — взволновано предложила младшая ведьма. — Лавку я закрою.

Пока Ирина закрывала на замок входную дверь, мы поднялись на второй этаж. Тануса казалась окаменевшей, а в ее глазах плескались боль и тоска. Я попыталась подойти ближе, но она закрылась от меня щитом. Так же поступила и с сестрой, стоило той появиться на лестничной площадке второго этажа.

— Пройдемте в гостиную, — произнесла Ирина. Мы втроем молча вошли, я и старшая ведьма сели в кресла. — Я сейчас сделаю чай, и спокойно побеседуем.

— Нет, ты сейчас сядешь и все расскажешь, — холодно приказала Тануса. — Равона знает? — Ирина покачала головой. — Приступай.

— Давайте сперва я расскажу, как мы очутились в Лиокской империи, — вмешалась я. А потом, приняв молчание Танусы за согласие и собравшись с духом, выпалила: —Ты знаешь, что я пришлая и в том мире меня звали Светланой. Мы об этом уже говорили с тобой. Я упоминала о своей лучшей подруге Ирине, с которой жили в мире под названием Земля и там погибли в один день.

— Все же это тело моей сестры, а не ее полная замена? — нахмурилась Тануса.

— Да, — я кивнула и продолжила рассказ: — Мы увлекались скалолазанием, и последний поход в горы выдался неудачным. Когда мы поднялись довольно высоко, начался камнепад. Я услышала предупреждающий крик Ирины, но не успела отреагировать: на меня свалился большущий камень. Я сорвалась в пропасть. Очнулась на судне рабовладельцев уже в этом теле. Видимо, душа Китаны не выдержала издевательств и ушла за грань, а на ее место притянулась моя.

— Почему именно твоя?

— Если я правильно поняла, то графиня Китана Скаурин — моя половинка. Во внешности, конечно, есть небольшие различия, но ведь любое существо со временем меняется, правда?

— Ты сообщила герцогу? — встревоженно посмотрела на меня Тануса.

— Он сильно занят — сдает дела перед отъездом на целый месяц. К тому же я подумала, что лучше признаться на острове, наедине.

Тануса кивнула и перевела взгляд на сестру. Ее брови вновь нахмурились, а губы сжались.

— Очнулась я в лавке, — приступила к изложению своей части истории Ирина. — Помню, как Равона отпаивала меня травами и ругала, что наказание пришлось понести тебе, а не мне. Потом долго отчитывала. Я ей пожаловалась, что потеряла память. Она прочитала надо мной заклинание, затем влила в рот какую-то гадость. Небольшая часть памяти вернулась, но исключительно связанная с травами и их использованием.

— Ты еще что-то помнишь? — Тануса так свирепо уставилась на младшенькую, что та пискнула:

— Больше ничего, — и вся сжалась.

— Здесь я могу помочь, — встряла я. — Когда искала подругу, ко мне пришло видение об обеих — Ирине и Ирганне. То, что мы, две землянки, очутились на Тароне — игра Всесильного, об этом еще в пещере сказала святая Йона. А в трансе я видела, как в вашей лавке появился мужчина, одетый во все черное. Он схватил твою сестру за шею и с размаху закинул за стойку. Душа девушки отлетела мгновенно, а «черный», подождав пару минут, спокойно ушел. Чуть позже над телом несчастной появилось свечение, из него шагнул мужчина, держащий за руку девушку. Это была Ирина. Мужчина, словно видя меня, произнес: «Вы все поймете позже».

Я замолчала, а Тануса медленно поднялась и вышла из комнаты. Вскоре хлопнула дверь лавки.

— Светик, и что теперь? — жалобно пролепетала Иринка.

— Будем жить дальше, — я пожала плечами.

Внезапно в гостиную забежал белоснежный кот с ярко-синими глазами и запрыгнул на руки ведьмочке.

— Это мой фамильяр. Я назвала его Беляк, — подруга ласково погладила животное. Кот внимательно осмотрел меня и кивнул, будто одобрил знакомство хозяйки со мной.

* * *

На следующий день мы с супругом — как же приятно звучат эти слова! — отправились на остров. Как и собиралась, я все рассказала Арнесу. В ответ тот огорошил, что догадывался о чем-то подобном, просто ждал, пока я сама решусь признаться.

А через месяц после возвращения мне удалось связаться с Иринкой. Выяснилось, что они с Танусой помирились, но тех отношений, какие были между ними раньше, увы, нет. Да и старшая сестра, Равона, оставила ее в покое и не появлялась уже давно.

А Черныш, мой друг и помощник вернется ко мне через полгода. Всё это время он будет рядом со своей семьей. Связку убрать невозможно, поэтому мы хотя бы изредка, но будем встречаться и резвиться на просторах своих обширных земель.

Конец.

Историю Ирганы (Ирины) вы сможете прочитать в книге "Лавка городской ведьмы". Попав в тело молодой ведьмы, девушка получает сильную магию и обретает себе фамильяра, старого питомца её прабабушки. Встреча на рынке двух сирот кардинально меняет её жизнь. Кроме этого убийцы Ирганы не оставляют попыток добраться до ведьмы, угроза жизни продолжает висеть над её головой. Что ждет молодую девушку? Как обезопасить детей? Все ответы в романе "Лавка городской ведьмы.