Яблоко

Сезон 1 "Яблоко"

ОПЕНИНГ — ПЕСНЯ

Начинает петь Виктор

(С каждой строчкой голос агрессивнее)

Ох уж эти нервы. Нервы на пределе!

Мысли подражают, психику с-с-сжимают!

Кто же я такой?!

(Голос затихает, спокойно)

Ненасытный Старец?

Звуки каблуков

(Спокойный, расслабленный и ленивый голос)

Мир стоит на граниии…

Кто спасёт, кто вытащит из талии?

Пиджачки все тянууут,

И в бумажках пляшут.

(Виктор продолжает с поднятием агрессии)

Но когда мой мир восстанет — встанет на колени

И откажет! Откажет чёртовой системе!

Сбросит свой ошейник и отвергнет благууу…

Звук завывания метели

— Ой… — (испуганно говорит Соня)

(Нежно и спокойно продолжает Соня)

Рабство не помеха, чувство — это эго.

(Без интереса, будто осматривает маникюр)

Ты же милый мальчик? (Гав)

Подчинись — и хватит.

(Чуть подняв тон)

А если миром правишь ты,

То умри в руках моих.

Я тебя приглажу,

И обниму, и откормлю.

(Стеснительно)

Честно-честно.

Хлопок

(Витя агрессивно)

Да что за монстры эти люди?!

Зачем дышать и быть обузой?

Я умру в объятиях твоих — и буду вечно?

(Соня, тихо подсказывая)

Счастлив?

(Витя устало мямлит)

И буду вечно счастлив на ногах твоих.

(Соня с ухмылкой: «Хах»)

(Соня продолжает тихо)

Соня (тихо, с наигранной нежностью):

Вы же мои куколки… я скучаю…

Витя (тихий, чёткий шёпот):

Правда?

Соня (голос становится немного твёрже, оправдывающим):

Я игралась вами, а вы ушли от счастья…

Витя (тот же шёпот, с лёгкой издёвкой):

Счастье?

Соня (голос звенит от скрытой ярости):

Я жила же вами! Что за эгоизм?

Витя (коротко, как укол булавкой):

М?

Соня (срывается на крик):

Я творила благо и давала радость!

Витя (спокойно, почти без эмоций):

Радость?

Соня (в истерике, кричит):

Вы все предали! Предали!

(Соня стучит об стол)

Я одна в порядке?!

Витя (незаинтересованно):

Ага.

(Соня не выдерживает)

Соня (визгливо, с надрывом):

ДА ЗАМОЛКНИ ЖЕ!

Звук звонкой пощёчины

Витя: Ай!

(Она спокойно и недовольно)

Выключай.

(Неловкий шёпот Вити вплотную к микрофону)

А как эту штуковину выключить?

(Голос Ника)

Чуваки, чё вы в туалете заперлись?

(Соня нервно)

Дай сюда.

(Кидает на пол и ломает)

Звук законченной плёнки

[ПАРАЛЛЕЛЬНО — ВИДЕОРЯД]

Опенинг — видео

Начинается с прыжка Виктора в гору яблок с девятого этажа.

Резкий переход. Камера снимает, как Савора идёт по длинному коридору и заходит в кабинет Мина.

В кабинете сидят пять директоров.

Фокус на Мине: он курит сигарету, закинув ноги на стол, и смотрит в панорамное окно.

Камера вылетает в окно и падает вниз. Там её подхватывает Ник и снимает себя, кривляясь. В кадр лезет Саймон с сигаретой в зубах, но случайно роняет камеру объективом в пол.

Дальше камера снимает, как Соня идёт в сильной метели на Северном полюсе.

Камера отдаляется и показывает бескрайний белый полюс.

Её закручивает, и мы видим, как Тала убивает зависника, после чего камера падает ему в пасть.

Дальше камера снимает, как Мин стоит в кабинете Астрата, и медленно приближается к нему.

Мин хлопает. Темнота.

Вспышка.

Мы видим взрывы замка. Камеру засыпает.

Камера включается, когда Виктор просыпается в машине, трогая свою щёку.

Камера выпадает из окна машины,

катится — и по ней наезжает машина.

Чёрный экран.

ТЕКСТ (основной)

Я живу в этом мире уже двадцать лет. Двадцать никчёмных лет…

Я потерял веру в себя, перестал чувствовать радость и нахожусь в глубокой депрессии.

Лежу в съёмной квартире с ужасным ремонтом и плачу. Я не хочу ничего делать. Зачем мне существовать тут, где нет ничего, за что я так сильно раньше держался? Мне хочется умереть, но суицид — это решение сильных. Я слабый, и не смогу это сделать.

Я пробовал. Стоял на крыше своего дома и смотрел на город, пока меня обдувал свежий летний ветерок. Солнце пекло мою макушку.

Высоты я не боюсь, но к краю приблизиться не мог. Ноги не слушались. Я стоял, слушал музыку, и сердце вырывалось из груди от волнения. Я упал, начал плакать, бить бетонную крышу кулаками и кричать.

Знаю, что это всё мои проблемы с головой. Я всё прекрасно понимаю. Но я зависим от этого состояния. Мне хочется лежать на жёлтом матрасе, смотреть в потолок с потрескавшейся штукатуркой и вспоминать то, что было для меня приятным — и этим себя ломать. Я без этого уже не могу жить.

Я проснулся. Тот же бесячий будильник через каждые две минуты. Я лежу на кровати, сильно закрываю глаза и считаю до десяти.

Раз. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Семь. Восемь. Девять. Десять…

Доброе утро, мир!

И вот я иду на кухню делать себе кофе и «наслаждаться» жизнью.

На кухне Рэн собирается на работу. Обычный парень, нормальная жизнь. Мы перекидываемся парой фраз — он уходит строить своё будущее, а я иду на солнечный балкончик. Кофе, сигаретка и деградация в тиктоке. Я не работаю уже полгода. На моих счетах лежат деньги — грязные деньги, заработанные мошенничеством. Я мог бы жить в пентхаусе, но живу в этой дыре. Я люблю копить, а не тратить.

Прогуляться бы…

[Параллельно Соня]

Главное — успеть рассказать им про то, что я узнала. Как можно быстрее добраться в штаб.

— Соня, — говорит Тала, — а ты чего ещё здесь? Разве ты не должна УЖЕ быть в штабе??

— Да… — смотря в пол, сказала я, — но есть одна проблема. Они снова появляются.

— Снова? — продолжаю я. — Это началось. Но чем может это обернуться в этот раз? Мне страшно.

— Разве ты не потеряла такое ощущение, как страх? — спрашивает Тала. — Не боись, мы же здесь не просто так существуем, хех. Сейчас почикаем всех Zero и уйдём на пенсию в тридцать лет. Мы же профи, как-никак.

— А если твоя мама станет Zero? — весело спрашиваю я.

И как только я договорила, в миллиметрах от меня вонзилось стальное лезвие, пробив стену.

— Про мать, — вытягивая меч, — было лишнее. И такого не случится. Ты же знаешь, как появляются эти zeroшки. Забудем это.

— Хаха, — с ухмылкой интересуюсь я, — а почему ты до сих пор себе огнестрел не взяла? А с одним мечом бегаешь?

— Эх, Соня, Соня… ничего ты ещё не знаешь. И это хорошо, — спокойно ответила она.

Тала села и стала дожидаться людей из штаба, чтобы передать им труп Zero. А я отправилась к начальству, чтобы доложить всё, что уже известно.

Ох уж этот лифт. Почему он так долго поднимается? Это создано ради пафоса. И эта музыка… она начинает раздражать.

И вот двери открываются — я на двадцать третьем этаже. Здесь уже собралось всё начальство. Но главное — здесь есть Мин, непосредственно мой начальник. Красавчик. Ну, как… официально Фин — мой начальник.

Он один из Zero, но не погубил себя, как это делают многие. Мин низкий, с короткими волосами и чёрными шрамами по всему телу. Не знаю почему, но когда он шутит — я ему верю. И я бы хотела постоять тут подольше.

— Соня, ау, — машет рукой Мин перед моим лицом. — Чего застыла? Анекдот тебе расскажу. Заходят как-то в бар три Zero пятнадцатого уровня, а им говорят: «Доклад без воды расскажи». Хаха, смешно, правда?

— Да!

И я начала рассказывать всё, что мне уже известно о появлении новых Zero на нашей территории.

— Это, конечно, всё хорошо, — Мин встал и подошёл ко мне. — Беда бедой, но анекдот — с душой, ведь так?

Он облокотился о стол, глядя на меня.

— Знаешь, все эти Zero… как чёрный анекдот про… — он взглянул в окно. — А, хотя… не важно. Чего стоишь? Можешь бежать по своим делам. Завтра в десять утра, чтобы была здесь.

— Что? — я не поняла.

— Отдыхать, — резко оборвал Фин, явно раздражённый. — Иди.

[Параллельно Виктор]

Я иду по улице и думаю: наконец-то вышел. И не зря! День действительно приятный. Люди суетятся, спешат куда-то, пробки… а я просто расхаживаю по улочкам без цели и, наверное, получаю удовольствие. Но мне не хватает тех самых моментов. Я бы всё отдал, чтобы забыть это и начать новую жизнь.

[Поздравляем вас, Виктор! Вами достигнут первый уровень!

Для большей информации скажите: «Информация про первый уровень».]

Что?? У меня какие-то проблемы с головой? Неужели на почве своей депрессии я стал шизофреником? И возможно ли такое?

Виктор стоит посреди улицы. Люди обходят его, кто-то ворчит. А в глазах Виктора — страх и непонимание.

— Ин-формация… про первый уровень, — выдавливает он, озираясь по сторонам.

[Уровень 1: Творец плоти (Яблоко).

Возможность: материализация плода яблока.

Цена: сенсорная амнезия вкусовых рецепторов яблока.]

Чего? Яблоко создавать? Это же магия какая-то. Как это объясняется физикой? Я быстро побежал домой.

Закрыв глаза, я представил в своей правой руке яблоко — и, на удивление, оно появилось. Зелёное, красивое. А на вкус… как не знаю что. Я и правда не знаю, каково яблоко на вкус. По идее, оно должно быть кисленьким. Но нет. Оно безвкусное.

Рэн зашёл в квартиру и замер от удивления. Перед ним лежали сотни яблок по всей квартире. Красивых зелёных яблок.

— Эй, Витя, ты рынок ограбил, что ли? Или решил деньги на что-то полезное тратить? — аккуратно переступая яблоки, крикнул Рэн.

Рэн поднимает яблоко с пола, потирает его рукой и надкусывает.

— Витя, — жуя, продолжает он, — это самое вкусное яблоко! Где ты их взял?

— Теперь я понимаю, — продолжил он, — почему ты купил их. Но зачем так много? Килограмма хватило бы.

Так это правда. Я потерял вкус, но это обычные яблоки, и другие их тоже видят. И как быть? Я маг? Главное — чтобы никто об этом не узнал. Вдруг на опыты заберут? Один я такой или нет? Как мне это выяснить, и возможно ли это вообще?

— Витя, ты здесь? Выглядишь хуже обычного, тебе бы отдохнуть, — жуя яблоко, сказал Рэн.

— Да ты достал их есть! Может, хватит?! — встал я и взял Рэна за плечи. — Чё ты тут стоишь и жуёшь и жуёшь?! Иди в свою комнату, я хочу побыть сам! — захлопнув дверь, закончил кричать я.

Я стоял, прислушиваясь, как за дверью затихают шаги Рэна. Тишина. Только я и сотни безвкусных яблок.

— Как узнать, где другие, как я? — прошептал я.

Голос молчал.

Я подошёл к окну. Город жил обычной жизнью. В какой из этих коробок живёт тот, кто тоже может создавать яблоко, забыв его вкус? Как его найти? Подать сигнал.

Я создал яблоко. И ещё. И выбросил их в окно, во двор. Пусть все видят. Пусть тот, кто поймёт, что они безвкусные, найдёт меня.

[Уважаемый Виктор, рады вам сообщить: вы можете выполнить задание.

Для подробной информации скажите «Задание».]

— Что? Теперь ещё какие-то задания… — прошептал я. — И что это за задания такие?

[Задание: найти объект Рэн и нейтрализовать его.]

— Нейтрализовать?.. Рэна? Нет. Нет-нет-нет. Отмена задания. Я отказываюсь.

Голос молчал секунду, затем ответил холодно:

[Задание может быть отменено. Стоимость отмены — 10 меток.

При достижении 100 меток — принудительная нейтрализация носителя.]

Раздался звонок в дверь.

— Витя! — крикнул Рэн. — Ты кого-то ждал? Молчишь… ладно, я открою.

— Эм… приветик… — стесняясь, сказала Соня. — А мы тут…

— Да что ты мямлишь, — проходя в квартиру, произнесла Тала. — Ого, а вы тут яблочки решили погрызть вечерком, да?

— Ого… — удивлённо смотрела Соня. — Надеюсь, вы рынок ограбили.

— А вы кто? — почесывая затылок, спросил Рэн. — Мы знакомы?

— Ну мы… — Соня смотрела в пол.

— Не важно, кто мы, — перебила Тала. — Важно, кто ты.

Она ткнула пальцем в грудь Рэна.

— Ты где эти яблочки взял и нахрен в окно кидал?! — продолжала давить в грудь Рэна, прижав его к стене.

— Та это Витя их купил, — испуганно ответил Рэн. — Или он их у вас украл?

— И где твой этот Витя, любитель яблок? — спросила Тала.

Рэн показал на закрытую комнату дальше по коридору.

Я сидел в комнате и боялся издать хоть шорох. Вдруг они пришли за мной и хотят меня убить. Может, спрыгнуть из окна? Но девятый этаж… Чёрт, что делать.

И вот открывается дверь.

— Ну что, новобранец, — Тала ухмыльнулась, подбрасывая и ловя одно из моих яблок. — Ты эти яблоки купил или создал их?

— Бред какой-то… — поднимаясь, с заиканием произнёс я. — Купил, конечно. Захотелось кисленького чего-то.

— И почём купил? — откусив яблоко, сказала она. — Довольно сладкое. Ты их не пробовал?

На пару секунд я затих.

Сколько же они стоят… Я сотню лет не был на рынках, максимум — в магазине сигареты покупал.

— По чём купил? — повторил я, и голос задрожал. Мозг искал цифры. — Да… килограмм по… сто.

Тала перестала подбрасывать яблоко. Она замерла, глядя будто прямо в меня, из-за чего моё сердце начало ещё сильнее биться. По ощущениям, я сказал то, что она и хотела услышать.

— Хмм. Сто, — без эмоций повторила она. — За килограмм яблок. Чересчур дорого. Тебя обманули.

Она сделала шаг вперёд. Рэн инстинктивно отошёл к стене.

— И где же эти мошенники? Наверное, и чек не дали, и пакетов… гады.

— Вить, ты чё, реально по сто купил? — произнёс с улыбкой Рэн. — Тебя явно надули.

— Вот, — показывая пальцем на Рэна, продолжила Тала, — и твой сосед ясно мыслит.

— Ладно, Соня, иди пообщайся с этим пареньком. А мы с Витей познакомимся, — спокойно сказала она, выталкивая Соню за дверь.

Она разломала яблоко руками пополам. Внутри была идеальная, ровная, словно отлитая из воска мякоть. Ни семян, ни прожилок.

— Видишь? — Тала показала мне срез. — Стерильно. Как и у таких же, как ты, на первом уровне. Когда ещё не научились вставлять изъяны.

Теперь она смотрела на меня не как на странного парня, а как на пойманного с поличным дилетанта.

— Я… — во рту пересохло.

— Заткнись, — спокойно, но так, что мурашки побежали по спине, сказала Тала. — Ты уже всё сказал. Ты даже додумался скинуть гору яблок из окна. Ты настолько туп, что пытаешься врать мне — тому, кто видел сотни таких.

Она швырнула половинки яблока мне в ноги.

— Теперь слушай. У тебя есть пять минут, чтобы успокоить своего парня — или кто он тебе. Объясни ему что угодно. Что мы твои психосёстры — без разницы. А потом ты идёшь с нами. Потому что теперь ты — наша проблема.

И я понял, что вряд ли буду свободен, если сейчас пойду с ними.

Когда Тала пошла открывать дверь, я решился.

Я выпрыгнул в окно с девятого этажа.

[Параллельно от Лица Сони]

Тала и я подбежали к окну и смотрели, как Витя убегает.

— А с ним не всё так просто, — сказала Тала, смотря на гору яблок до пятого этажа. — Он мне нравится.

— И что нам делать с этой кучей яблок? — нервно спросила я. — Тут же явно тонна яблок.

— Не парься, — фыркнула Тала. — Пусть этим занимается Штаб.

— Эй, девочки, — спросил Рэн, — а где Витя?

Тала начала доставать меч.

— Стой! — крикнула я. — Не надо.

Я посмотрела на Рэна, вспомнила, как мы с ним приятно общались, пока Тала разбиралась с этим Zeroшником. Мне стало его жалко.

— А наша Соня… — повернулась Тала и впритык подошла ко мне. Я чувствовала её дыхание. — Ты, Соня, успела привязаться к Единице?

— Он человек, — оттолкнула я Талу и продолжила, — он живой человек, а не Единица!

— Ладно, разбирайся с ним сама, — отталкивая Рэна с прохода, сказала Тала. — Я в штаб, писать объяснительную. Про тебя тоже упомяну. Ты извини, но Мин — он до всего докопается. Покааа.

И после этих слов она захлопнула входную дверь, оставив меня в неловком молчании среди кучи зелёных яблок вместе с Рэном.

— Ты не подумай… — неловко начала я. — Она, Тала, хорошая, просто у неё есть сложности в жизни. Впрочем, не важно, — закончила я и подошла к окну посмотреть, как там суетятся люди возле горы яблок.

Уже даже люди из штаба приехали. Оперативно, конечно.

— Ладно, — начала петь я, — делать было нечего, сущность лезет лесенкой.

Ты забыл о верности.

И забудешь, что был какой-то Витя, Витенька, Витёк.

Ты заснёшь и будешь счастлив.

Умрёшь и будешь сущностью когда-то.

Я держу тебя рукой и пою лишь для тебя.

Помни же ты только себя и умри же для меня.

Эх… И вот снова случилось это.

Я закурила сигарету и стояла над спящим Рэном.

— Как быть с тобой… — затягиваясь сигаретой. — Ты же просто мог остаться на работе, тебя же просили. Дурачок.

Наклонившись к Рэну, я прошептала:

— Твой правый глаз живёт для меня. Расскажи же мне, когда придёт какой-то «Витя».

Я медленно села на колени и поцеловала глаз Рэна.

— Я жду тебя, Витя.

— Стоять! — забежали два агента и наставили пистолеты на меня. — Не двигаться! Полиция!

— Ой… привет… — резко встаю на ноги и, отвернувшись от стеснения, сказала я. — Я же агент т-тоже, вот моё у-достоверение, не стреляйте, — протягиваю я своё удостоверение.

— София Лиленг? — с недоверием агент сравнивал меня с фотографией. — Так… что тут у нас. Третий уровень. Группа FAA.

Отдавая удостоверение, он продолжил:

— Хорошо. Очистить место происшествия и отправиться в штаб.

Они начали собирать яблоки и все вещи Вити, полностью очищая его комнату до стерильности. Быстро переложили Рэна на кровать и уже хотели у меня спросить, разобрались ли с ним, но, наверное, поняли, что это глупый вопрос, и продолжили убираться.

Я зашла в лифт. Как же я не люблю эти лифты. Этот ещё хуже — с жёлтой лампой, весь грязный и маленький, и спускается целую вечность. Проще было с окна спрыгнуть в кучу яблок.

На улице было куча людей из «полиции». Конечно, полиции тут не было, но якобы полиция — человек двадцать. Все суетились. Сжигали яблоки, кто-то бегал с бумажками.

Стоял Фин и с кем-то общался. Он увидел меня и махнул рукой.

Я подошла, и он, не смотря на меня, спросил:

— Где объект? Почему здесь куча яблок?

И ещё куча вопросов, на которые я не хотела отвечать.

— Тал-ла уже отправилась в штаб, чтобы написать отчёт. Она обо всём р-расскажет… ой, точнее — напишет, извините, — прожигая пол, сказала я.

— Свободна! — сказал он и продолжил общаться с агентами.

Я начала отдаляться от Фина.

— София Лиленг! — крикнул Фин. — Будь проще, а то вообще какая-то закрытая девочка. Раздражает.

Я на секунду остановилась, но ничего не ответила и продолжила идти по ночному городу.

Мне звонит телефон.

Это был Мин.

[Паралельно Виктор]

Я бежал как мог, но всё тело болело, и чувствовалось, будто я сломал ногу. Каждый раз, когда я давил на неё всем весом, казалось, что она хрустит и ломается ещё сильнее. Я не знал, что мне делать. Дыхание сбилось. Куда мне идти сейчас? Можно добраться до родителей. Но это восемьдесят километров отсюда. Как мне добраться? Скорее всего, мои деньги отслеживаются. А может, и нет. Нужно это проверить.

[Поздравляем с успешным выполнением первого задания! Вы переходите на второй уровень.]

— Информация… — сквозь скрежет зубов сказал я. — Информация про второй уровень.

[2 уровень — Материализация прошлого.

Способность создавать объекты из личных воспоминаний.

Цена — подмена реальности:

мир вокруг начинает перестраиваться, принимая структуру воспоминания.

Настоящее вытесняется прошлым.

Последствие:

при длительном использовании сознание перестаёт различать временные слои.

Организм функционирует в среде, которая больше не существует.]

Подмена воспоминаний? На какой стороне эта система? Это хорошо или плохо? Какие уровни могут здесь быть? Получается, люди — это не самое ужасное.

[Система существует. Оценка «Хорошо/Плохо» к ней неприменима.]

Стоп. Только сейчас я понял, что задание выполнено. Но я же его не трогал. Получается, его убили те девушки? А может, кто-то другой убил и их? Такой же, как и я?

Мой единственный друг. Теперь просто мертвец. И это всё произошло за один день. Как это всё случилось? Почему стал я этим человеком с «уровнями»?

Так. Сейчас нужно решить вопрос с ногой и общим состоянием.

Я набираю номер Кирилла — моего бывшего коллеги по работе. У него есть хоть какие-то связи с тёмным миром, и он может найти хоть какого-то доктора без больниц.

— Привет, Кирилл, — тяжело дыша, начал я. — У меня проблемы. Есть у тебя доктор какой-то?

— Хей-хей, Витёк, — весело и явно в трипе ответил он. — Какие вопросы? Твои проблемы — это мои проблемы! Подъезжай ко мне, разберёмся.

— Я не могу, — тихо сказал я. — У меня большие проблемы.

— Что? — он явно напрягся. — Телефон не отслеживают? Ладно, где ты? Отправлю к тебе человечка.

Я сказал свой адрес и сел в ожидании. Сейчас меня либо вычислят эти девушки, если они живы, либо приедет человек Кирилла.

И вот я сижу уже более двадцати минут в полнейшем одиночестве, забившись у стены дома, и пытаюсь сдержать рот от боли. Я ж никогда не ломал ничего в жизни. Везучий, наверное, был. Или просто потому, что особо ничем не занимался.

Раздался гудок машины.

И я увидел ярко-алый кабриолет. Это ужас. Почему мне сегодня всё идёт не как у людей. Надеюсь, это не за мной.

— Эй, ты Витя? — крикнул мужик из машины.

— Всё-таки за мной… — пробормотал я и, хромая, пошёл к машине.

После пары фраз наподобие: «Выглядишь ты не очень», мы начали ехать. Я лёг на задние сиденья. Крыша была опущена, и ветер бил прямо в лицо. Нога пульсировала так, будто жила отдельно от меня. Я пытался не думать — получалось плохо.

[Параллельно Соня]

— Алло, — спокойно отвечаю я. — Что-то случилось, Мин? Или лучше — Господин Мин?

— Я тут ответ получил от Талы, — начал Мин, — и знаешь, вот не нравится мне твоё это «сопротивление старшему». Объяснишь?

— А вас там не было, — игриво продолжила я. — Может, это и неправда. Вот кто был — тот и прав! Я помню, что там всё было по-доброму и спокойно. Честно-честно.

— И что это было с Фином? — сменив тему, продолжил Мин. — Чего он на тебя доносы строчит? Что ты ему уже сделала? С людьми туго?

Я закурила сигарету и плюхнулась на лавочку в парке.

— Та он тугодум, — затягиваясь сигаретой, недовольно ответила я. — Он просто из-за того, что я Zero, так со мной ведёт. Ощущает власть, наверное. Бесит.

— Говоришь, из-за того, что Zero… хм. А чего он со мной так не ведёт? — спросил Мин.

— Ну как же, вы же «начальник». Штрафы, увольнение, всё такое, — осматривая свою руку, начала перечислять я.

— Как говорится, — начал Мин, — делать было нечего…

— Сущность лезет лесенкой, — продолжила весело я.

После этого Мин положил трубку.

Я сидела и смотрела на пустой парк. Луна освещала дорожку и пару фонарей.

— Тихо здесь, — прошептала я.

Я закрыла глаза и представила яблоко. Красное, как и всегда. И безвкусное.

Где же ты, мой яблочный пирог, Виктор Амбровский.

Я проснулся в какой-то обшарпанной комнате на кушетке. С перевязанной ногой — странно, что без гипса. В углу стоял мужчина и явно выпивал спиртное.

Я медленно поднялся и подошёл к нему. Толкнул его за плечо — он резко развернулся и раскрыл рот. Но рот становился всё больше и больше и начал заполнять всю комнату.

Я забился в угол, но это было лишь вопросом времени — рот начал меня поглощать. Я чувствовал, как ломаются мои рёбра, и кричал от боли. Я терял сознание.

— Нееееет! — кричу я и подрываюсь с кровати. — Это сон. Это просто сон.

Успокоившись, я начал осматривать место. Благо, это было не то место из сна. Что-то наподобие клубного интерьера: красные стены, мягкие подушечки, кожаные кресла.

Вот и хорошо. Лучше здесь, чем в какой-то больнице либо лаборатории. Тут всё обычно — по ощущениям так и должна выглядеть какая-то комната привата или чего-то в этом роде. По-своему тихо здесь.

Я ещё лежал пару минут, пока ко мне не забежали два вышибалы, скорее всего прибежав на мои крики. Они осмотрели комнату, и один крикнул мне:

— Чего орёшь? Проблемы какие-то?

— Д-да нет, — заикаясь, ответил я. — Сон приснился. Неприятный…

— Ладно, — закрывая мою дверь, вышибала продолжил. — Сиди здесь сколько хочешь. Выходи через чёрный вход… — он задумался. — Или чёрный выход. Ну, в общем, ты понял.

Они закрыли дверь, и я снова остался один. Всё тело болело — хоть не так сильно, как после прыжка, но и отпускать меня не хотело.

Я лежал на красной мягкой кровати и смотрел в потолок. Пару дней назад я так же лежал, только у себя дома и смотрел в свой потолок. А сейчас всё по-другому. И скоро это закончится? Вряд ли они будут меня искать. Если таких, как я, сотни, то нахрен я им нужен.

Завтра обязательно попробую снять деньги с карты и, может, куда-то уеду. В какой-нибудь маленький город или вообще в село. Без связи, без благ мира — в глушь и изоляцию. На всякий случай.

И в итоге я заснул, полностью потеряв хоть какую-то бдительность.

[На следующее утро Соня]

— Ой, ой, уже десять утра. Какая я дурочка. Опаздываю. И зачем я нужна Мину именно в эти десять утра? Почему не придумал в час дня? Идеальное же время для глупых встреч на пару минут в официальном стиле.

Снова этот лифт. И эта музыка.

— Пу-пу-пу, — смотря на своё отражение, произнесла я. — Пуру-пурум-пум…

Дверь открылась, и я вышла на двадцать третьем этаже. Иду по этому офисному длинному коридору к двери. И зачем весь этот пафос? Можно же было сделать лифт сразу в кабинет начальства.

— Туп-по… — тихо произнесла я. — Что?

Я остановилась и осмотрела коридор. Сзади меня шёл Мин. Как только я повернулась, он начал махать мне левой рукой.

Ничего себе, Минчик опаздывает. Хотя он скажет: «Я задерживаюсь, а вот ты опаздываешь».

Он сравнялся со мной.

— Опаздываешь, — начал Мин. — Нехорошо. Можно было и прийти раньше.

Он остановился.

— Всё равно в парке всю ночь сидела в шаге от штаба.

— А ты ч-что, след-дишь за м-мной? — весело продолжила я и смотрела в пол. — А мож-жет, я задерживаюсь, а т-ты опаздываешь, — добавила я.

— Соня, твой характер, — остановился он, — настолько хорош, как и отчёт, который я вчера от тебя так и не получил. И в руках я его тоже не вижу.

— Ну вот такая я, — подбежав к двери, я открыла её перед Минчиком. — Прош-шу в-вас, Господин Мин.

— Благодарю, София Лиленг, — коротко ответил он. — Что с объектом и Единицей?

Он уселся в своё кресло и закинул ноги на стол.

— И да, всем доброе утро, — окинув комнату взглядом, сказал Мин. — Доброе утро, господа… — сделал паузу. — И дамы. Жду ваших отчётов. Кратко.

Все пять директоров встали и понесли отчёты Мину на стол. Прямо в очередь стали — кто с улыбкой, кто как может. Мин дождался, пока все сядут на места, и открыл первый отчёт.

— Итак, — начал он, вставая с кресла, — карательный отдел. Что тут у нас?

Он ходил из угла в угол параллельно окну.

— Побег, утилизации, пресса… И как ты это объяснишь, Фин?

— У нас всё под контролем, — уверенно начал Фин, не поднимая глаз. — Агент Май и Ник уже ищут Zero. Они профессионалы. Это вопрос времени.

— У нас таких профессионалов целый штаб, — Мин подошёл к Фину со спины и положил руки ему на плечи. — Но чего-то от «профессионалов» убегает первый уровень через окно и создаёт проблемки.

Пока Мин ходил и общался с директорами, я молча стояла по центру комнаты и смотрела на табличку с надписью:

«Мин Кагэ. Секретарь Филиала Штаба».

Я рассматривала его стол со своего расстояния. Там, как всегда, всё было ровно расставлено.

Кактус в углу стола, табличка по центру, ручки лежат в ряд возле кипы бумаг и красный коврик.

А чего я тут стою? По приколу? И ради этого я трачу своё время — слушать, как Мин работает. Скукота.

Я невзначай зевнула.

Резко наступила тишина.

И Фин сказал:

— София Лиленг, не выспались? Вы слушали, что Мин говорил, или вы теперь наша декорация?

Он развеселился, и другие директора тоже начали шуметь.

Я хотела что-то высказать, но только я открыла рот, как услышала тупой шлепок. Мин легонько шлёпнул Фина по затылку — и снова всё затихло.

Некоторые глянули на Фина, но после продолжили что-то записывать и слушать Мина.

Спустя час невыносимой скукоты Мин наконец начал заканчивать диалог и отчитывать директоров.

«Наконец-то», — подумала я. — «Пойду сейчас в парк и буду лежать и смотреть в небо. Или, может, скушать мороженое какое-то…»

Я начала в голове перебирать варианты занятий.

А может, в кино сходить?

Не-е-е, скукота.

— …Итак, вызвать Талу и Ника ко мне, — говорил Мин, спокойно смотря на меня. — И также, наконец, захватить десять новых Zero. А то вы меня позорите, господа.

Мин повернулся в кресле к окну.

— Другие штабы уже отчитались и выполнили… — он задумался. — Свободны!

Все начали вставать, скрипя стульями и собирая свои бумажки. В воздухе повисло облегчение. Фин выбежал первым из кабинета, за ним — остальные.

Я втиснулась среди последних и направилась к выходу.

«Ну можно теперь и мороженое», — подумала я, делая шаг к двери. — «Или всё-таки хот-дог в том ларьке…»

Я в приподнятом настроении хотела уже закрывать дверь, но тут меня оборвал голос:

— София, — произнёс Мин, не оборачиваясь и продолжая смотреть в панорамное окно. — А ты куда собралась-то? Ты вроде не директор.

Я замерла с рукой на дверной ручке.

— Ну вот и всё… — пробормотала я себе под нос. — Плакало моё фисташковое и хот-дог с двойной горчицей.

С тяжёлым вздохом я закрыла массивную дверь, отрезая путь к свободе. Повернулась и медленно поплелась к столу, шаркая ногами по ковру.

— Т-ты же сказал, что в-все свободны, — пробубнила я, разглядывая ножки стола. — Я же часть к-коллектива, между прочим…

— Как думаешь, они меня боятся? — перебил Мин. — Странно как-то.

— Ты же д-добрый, как тебя можно б-бояться, — весело сказала я, усаживаясь на чей-то стол. — Ты же п-прям олицетворение м-ми-л-лосердия.

Рассматривая табличку какого-то директора, я продолжила:

— А чего ты приуныл? Тебе заняться н-нечем?

Я улеглась на спину и смотрела в потолок.

— Так, может, ты сам поймаешь этих Zero? Для т-тебя это н-н-наверное пустяк.

— А ты, — повернулся в кресле Мин, — лежать будешь и мечтать, да?

— Можно, — повернув голову, продолжила я. — Если можно, то я бы за мороженым сходила.

— Твой объект где? — закуривая сигарету, произнёс Мин. — Как его там… — он задумался и посмотрел в отчёт. — Виктор Амбровский. Интересное имя.

— Дай сигаретку, — протянула я руку, лёжа на столе. — Т-та он в клубе спит, вроде.

Мин кинул мне пачку сигарет. Я достала одну, сделала большую тягу и медленно выдыхала дым в потолок.

— Какой клуб? — сел он на стол рядом со мной, продолжая курить. — Больше подробностей.

— Ну того н-наркомана, которого мы п-приняли за Zero, — весело ответила я, рассматривая сигарету.

— Ладно. Я отправлю Ника и… — он задумался, — и его напарника.

— Ага, — отрезала я и протянула руку вверх. — Минчик, слушай, а пошли в киношку?

Я резко спрыгнула со стола.

— Пас. Дела, заботы и всё такое, — начал он на пальцах перечислять причины.

— Бла-бла-бла, — пародируя, я уселась в его кресло и начала крутиться. — Скукота. Прирос к этому креслу, как эти директора. И краном тебя не вытащишь…

Я задумалась.

— Ты с-стал скучным. Прям с-скукота.

— Спасибо за проницательность, — начал он, потушив окурок об стол. — Вот такой я, Мин Кагэ.

В дверь глухо постучались.

«Наверное, Ник», — подумала я.

[За час до этого Виктор]

Я уже проснулся и пошёл в служебный туалет умыться. Лицо выглядело побитым и липким. Я стоял над раковиной и смотрел на себя, думая, какое же я ничтожество. Докатился до такой жизни — теперь живу в клубе друга-наркомана. Сегодня нужно срочно уезжать из этого чёртового города, подальше, в тишину.

Мои мысли перебили крики. Я вышел в коридор и услышал, как кричат:

— Полиция! Сваливаем!

Раздались звуки стрельбы. Я выбежал в коридор и направился к чёрному выходу. Открыв дверь, я увидел яркий солнечный свет, а после споткнулся и упал.

— О, привет, дружище, — протягивая руку, сказал он. — Меня Ник. Зовут. А тебя?

Он выглядел немного странно, но вроде ничего необычного: белые волосы — я бы сказал, даже седые. Хотя это уже странно. Он выглядел молодо, но волосы седые. Краска? На вид ему лет семнадцать, может, восемнадцать.

Я протянул ему руку, и он меня поднял.

Он говорил странно — с какими-то неуместными паузами.

— Э, привет, Ник, — неуверенно начал я, убирая с себя пыль и грязь. — А мы знакомы?

— Мы. Нет. — посмотрел он на меня.

Вдруг я почувствовал, как меня тянут за волосы.

— Наконец тебя нашли, — сказал Фин, пока тащил меня к машине. — Ты доигрался, малец.

— Эй, дед, ты кто?! Отпусти меня! — кричал я, отбивая его руку. — Помогите!

— Ты меня раздражаешь, Zero-шник, — нервно продолжил он. — Ник, держи его.

Ник заломал меня. Откуда у него столько силы для его возраста?

Я почувствовал сильный удар в живот, а после — в лицо.

— Получай! Ненавижу вас! — кричал Фин и бил меня.

Он продолжал меня бить. Его удары были не шибко сильными — бывало и больнее. Но понимание того, что Ник так может стоять вечность, напрягало. Я пойман и теперь не сбежать. Мои планы рассыпались в прах, и я перестал сопротивляться, после чего меня закинули в машину.

В машине я сидел между Ником и ещё каким-то типом, похожим на Ника. А впереди сидел господин Фин — так его водитель назвал. Он что-то писал, параллельно общаясь с кем-то по телефону. На задних сиденьях была тишина. Я не осмелился сказать ни слова. Ник с типом тоже молчали и смотрели в окна.

Фин жаловался на пробки и был крайне недоволен всем. Он заставлял водителя ехать на красный и нарушать правила.

Через минут двадцать в машину прилетела раскалённая арматура и пробила водителя насквозь. И Ника тоже. Машина полетела на встречную полосу, где на полной скорости врезалась в отбойник.

Я вылетел через переднее окно и не мог двигаться. Я точно что-то себе сломал.

— Чёрт… — давясь кровью, произнёс я. — Вот так я и умру… Сука.

В глазах начало темнеть. Я вспоминал свою жизнь, вдыхая запах зелёной травы и земли.

Я почувствовал прикосновение — и мне стало легче. В глазах снова появился прежний мир. Я поднялся на ноги и увидел живого Ника.

Как это возможно?

Я посмотрел в машину. Нет. Он до сих пор там — пришитый арматурой вместе с водителем. А Фин с кем-то разговаривает по телефону.

Я ощущал себя очень хорошо. Мне прям хотелось бегать и прыгать. Какая-то лёгкость появилась.

— Привет, дружище… — сказал Ник, протягивая руку. — Как твои… дела?

— Нам… — продолжил он медленно и спокойно, — пора… идти.

Он взял меня под подмышку с какой-то лёгкостью и побежал по дороге. Схватил Фина.

Фин кричал и явно был агрессивно настроен на эту ситуацию. А я был в какой-то эйфории и радовался жизни и тому, как мы быстро бежим.

Я смеялся, пока Ник проносился по улицам.

Раздался выстрел — и мы с Фином и Ником полетели кувырками по асфальту, сдирая кожу. Я поднялся на четвереньки и увидел, как Ник лежит замертво в луже крови.

К нам шёл тёмный силуэт. Я не мог его разглядеть — он шёл так, будто специально избегал солнечных лучей.

Из переулка справа от меня выбежал Ник?

— Что здесь происходит?! — крикнул я, не понимая ничего. — Да и, впрочем, какая разница? Главное — я жив и здоров!

Я начал смеяться.

Фин стоял на ногах и спокойно угрожал силуэту, явно показывая своё неуважение. Но он не успел высказать всё.

Ник снова нас схватил.

Это третий Ник? Их сколько?

Я начал смеяться и полностью признал своё психическое состояние.

Ник прибежал к какому-то небоскрёбу. Оставил нас в лифте и сказал:

— До… встречи… друг.

После чего ушёл на улицу.

Мы с Фином поднимались под музыку в большом красивом лифте. Он что-то мне говорил, но, по ощущениям, я потерял связь с реальностью. Я был полностью погружён в свои мысли и пропускал все его слова мимо ушей.

На двадцать третьем этаже лифт остановился, и двери открылись.

И передо мной появился Ник.

— Привет, как дела, что делал, как жизнь? — начал Ник.

Он тараторил без остановки и буквально не давал мне возможности что-то сказать. Он просто говорил и говорил.

ГОВОРИЛ.

Как это можно выдержать? И почему Фин так спокойно себя ведёт? Я не могу выдержать этого словесного натиска.

Он продолжал говорить:

— …а вот Второй Я — молодец, — весело жестикулируя, говорил Ник. — Так ловко вас подхватил. Жаль его, конечно…

Он немного поник, а после продолжил:

— …но расходный материал, эх. А Третий Я вообще герой — под огонь-то лёг, прикрыл. Я аж прослезился, правда-правда. А ты, Витёк, как ощущения от полёта? Адреналинчик? Я вот через них всё чувствую, знаешь ли. Очень… многогранное ощущение!

— Да замолчи же ты, — ткнул пальцем уставший Фин. — Потом пообщаетесь… наверное.

Мы подошли к двери, и Ник начал стучать.

[Продолжение от лица Сони]

Я вскочила с кресла Мина и встала возле входа. Мин не спеша уселся в кресло, поправил табличку и папки с бумажками, после чего сказал:

— Войдите.

Я открыла дверь, и внутрь зашёл Фин — побитый и потный. За ним весело зашёл Ник.

Какой же он красавчик. Мой любимчик! Он псих и мазохист, но он крут. Мне он нравится. Но общаться с ним — невыносимо. Особенно после задания.

Помню, как мы ходили с ним убивать Zero тридцатого уровня… Так он потерял двадцать клонов! Это было невыносимо. Он мне детально описывал, как умер каждый его клон и что он чувствовал, когда они умирали. Это длилось около часа, если не больше. И сейчас, как я понимаю, он тоже потерял клонов, потому что говорит без остановки.

Я и не заметила, как замечталась, и получила удар по носу.

— Не витай в облаках, София, — произнёс Фин и потопал к столу Мина.

За ним шёл Ник и держал за плечо моего Виктора Амбровского.

Да что же здесь происходит? Почему тут все, кто мне нравится? Только этот Фин всё портит! Сюда бы ещё Кэнса — было бы вообще превосходно. Ещё, конечно, можно Савора, Кри, Чака… А хотя можно ещё и…

Мои мечтания перебил Мин.

Он хлопнул в ладони и встал с кресла. Все замолчали и посмотрели на него. Я смотрела на ножки его стола.

И все стояли молча пару секунд в полной тишине. Только звук кондиционера рушил её.

Он закурил сигарету и посмотрел на Виктора, а тот — на него. И так все стояли, пока Мин не докурил сигарету.

— А ты уже и задание успел выполнить, — начал Мин, — и второй уровень получил. Быстро… — он задумался, открыл какую-то папку и продолжил: — Так, так… А яблочко сделаешь мне? Голодный.

И снова наступила тишина.

Все смотрели на Виктора, а я — на свою руку и думала: «Может, мне тоже яблочко создать?»

Он создал яблоко.

— Отлично, — произнёс Мин. — А теперь дай его мне.

Он очистил место для яблока.

Виктор медленно встал на дрожащие ноги и понёс яблоко Мину.

Я случайно тоже создала красненькое яблочко, но быстро сожгла его в руке. Надеюсь, никто не заметил.

Он поставил яблоко на стол и начал отходить назад.

Мин наклонился и выровнялся взглядом с яблоком, рассматривая его со всех сторон.

— А я не отпускал тебя, — между делом сказал Мин и продолжил рассматривать яблоко.

Виктор остановился и стоял, не понимая, что делать и почему он слушается. Он не понимал, куда деть руки. По нему было видно, что ему некомфортно. В отличие от Ника, который засунул руки в карман и создал пять клонов в коридоре, пародируя происходящее в точности.

Я чуть не засмеялась от его актёрского мастерства — так передавать все эмоции и действия без слов. Это было что-то. Ник просто лучший.

Мин взял яблоко в руку и начал вытирать его со всех сторон.

— Ник, — начал Мин, — если твои куклы меня начнут отвлекать, то я их соберу и засуну в коробку. — Он на секунду задумался и посмотрел в коридор. — У тебя даже яблока нет. — Он вернул взгляд обратно. — И вообще, ни капли не похоже, ты меня каким-то тираном выставляешь, Ник.

— Дружище, ты чего? — весело затараторил Ник. — Ты именно так и наклоняешься, честно-честно! Я же через пять пар глаз смотрел! — сказал он и вместе с пятью клонами кивнул в знак подтверждения самому себе.

Фин посмотрел на Ника и дал ему понять, чтобы он успокоился. А меня эта вся ситуация начинала забавлять. Что мы тут вообще делаем? Цирк какой-то.

Все начали шуметь и переговариваться.

Раздался второй хлопок Мина — и все затихли. Но теперь воцарилась абсолютная тишина. Кондиционер не шумел.

Тишина.

Мин откусил яблоко, и весь кабинет наполнился оглушительным хрустом. Время растянулось, будто намеренно смакуя этот момент — первый укус.

Наверное, если бы я была обычным человеком, я бы не выдержала. Интересно, как там Фин — нормально с ним или уже поплыл?

Он начал жевать, и это было невыносимо долго. Мин будто намеренно растягивал наслаждение.

После всё прекратилось, и снова зажурчал кондиционер.

— Спасибо, — начал Мин, кинув огрызок яблока в урну. — Что же мне с тобой делать, Виктор?

Он посмотрел на Виктора, а потом на всех остальных.

— Ладно, будешь под управлением Ника. Добрый я сегодня.

— Все свободны, — продолжил он, — кроме Фина. Проблемки насущие обсудим.

Чего? Он отдал Витю Нику? Это что такое? Я под управлением Фина, и Ник тоже. Можно же мне его в ученики или просто отдать. Почему Ник? Несправедливо!

Ник весело, вприпрыжку, вышел в коридор, а за ним — Виктор. Их встретили овации и крики: «Поздравляем!», «Лучший!» — от его клонов. Он с Виктором шёл по живому коридору, где им кланялись Ники и просили автографы. А я медленно тянулась за ними.

[Продолжение от лица Виктора]

— Бра-а-атан! — начал Ник. — Да мы с тобой заживём сейчас!

Он встал на двух клонов.

— Мы же будем богами! Только сначала тебя нужно круто одеть…

Он задумался, и все его клоны начали оценивать одежду Виктора.

— А после… Да, точно, после ты убьёшь моего клона. Мужик, это круто! — Он бегал вокруг Вити, как ребёнок. — А потом… — задумался. — А потом мы пойдём куда-то похавать…

Он нажал на кнопку лифта и добавил:

— Да мы с тобой такими кентами будем. Ух…

Я просто молчал. А он тараторил без остановки. Откуда в нём столько энергии? Я только что не умер в этом кабинете, пока нёс яблоко этому… Мин Кагэ. Ух, аж мурашки по коже пробежали, как только вспомнил его лицо и имя. Мне вообще здесь некомфортно. Могу я сбежать от этого Ника или нет?

— Слушай, дружище, — начал я, — а может, я к себе домой пойду и забудем всё?

Мы стояли вчетвером в лифте: я, Ник, его клон и девушка какая-то… Похожа на ту, которая приходила ко мне в квартиру, но не уверен.

От неё у меня тоже какое-то напряжение появляется. Прям атмосфера тянущая. Мои уши уже устали от всего этого, и я морально устал.

— Эй, братан, ну это вообще не круто, — приуныл Ник, а клон делал вид, будто вытирает слёзы. — Я не могу тебя отпустить домой. Ты теперь мой друг. Ну или официально — «подчинённый». — Он сказал это с умным видом, а клон кивал. — Да и проблем тебе и мне вообще не нужно. Так что лучше, братанчик, отдыхать, пока можешь.

— В-вообще-то, — начала девушка, — Мин просто ошибся. Он мне его х-хотел отдать, — гордо заявила она.

Будто я какой-то товар.

— Чего?! Соня, ты тугодум? — ответил Ник. — Мин сказал… Сейчас… Вот, цитирую: «Ладно, будешь под управлением Ника».

Как же они достали. Они до сих пор спорят. Мы уже давно вышли из лифта, а они не останавливаются. Мне больно принимать, что для них я — какой-то предмет для использования.

— Заткнитесь! — крикнул я. — Чувствую себя каким-то изгоем. И ещё с такими, как вы. Противно как-то.

Я остановился.

— Я ещё не могу всё осознать и принять. — Тыкая пальцем в Ника. — Ты вообще клонов создаёшь по щелчку пальца. Это же абсурд какой-то! А ты, — указывая на Соню, — вообще напрягаешь меня своим присутствием.

— Чувак, тише, — прошептал Ник. — Чё ты тут про меня такое рассказываешь? Ну это же не по-дружески, такими словами разбрасываться…

— В-вот именно ты изгой! — перебила Соня. — А мы не т-такие, к-как ты. Усёк?

Она грозно посмотрела на меня.

— И вообще ты тугодум. Мы же по-доброму к тебе, а т-ты вот так с нами… Об-бидно.

Она ускорила шаг, начала уходить, потом остановилась, топнула ногой и повернула в переулок.

— Братан… — хотел начать Ник.

— Достаточно! — перебил я. — В тишине пойдём.

И он замолчал.

А так можно было сразу сделать? Жаль, что не сделал — шёл бы спокойнее. Может, не такой уставший был бы.

Мы шли по центральной улице уже минут тридцать без остановки, в полном молчании. Ник, на удивление, ничего не проронил за это время. Но по нему было видно, что ему очень тяжело. Он весь трясся. Но, по ощущениям, его уже отпускало. Возможно, он снова начнёт говорить. Или продержится до места назначения.

А куда мы, кстати, идём?

— Эй, Ник, — начал я, — а куда мы идём-то?

Он посмотрел на меня, но не выдал ни слова. Попытался объяснить руками. Я ничего не понял.

— Чего молчишь? — посмотрел я на Ника.

Молчит. И снова руками машет.

— Чего ты затих? То тебя не остановить, то ты молчишь, как рыба. Язык прикусил, что ли?

Молчит. И снова машет руками.

— Кушать идём?

Кивает — нет.

— К тебе домой?

Кивает — да.

Странно это всё как-то. Молчит, кивает. Что с ним?

Он останавливается, и я машинально тоже. Он обнимает меня. Крепко. А после продолжает идти молча.

Это было очень странно. Ну и пусть. Мне бы сейчас только одного — поспать. А дальше буду решать, как выбраться из этого места и от этих людей.

Мы подошли к жилому пятиэтажному дому. Солнце ещё ярко светило, но я уже вымотан, и мне без разницы, сколько сейчас времени.

Мы поднялись по лестнице на третий этаж и подошли к деревянной двери с номером квартиры 340. Ник открыл дверь, и мы зашли в его обитель.

На моё удивление, здесь было чисто, и всё аккуратно расставлено. Я думал, будет в разы хуже. Но нет.

Мы прошли по коридору. Ник показывал комнаты: сначала ванную, потом зал, а оттуда — налево и направо по комнате. Справа — Ника, как я понял. А слева — моя.

Ладно.

Я зашёл в свою комнату. И там было довольно неплохо. Чисто. Открытое окно. Кровать и телевизор. И шкаф в углу. Почти как моя съёмная, только ремонт в разы лучше.

Я упал на кровать и заснул.

[В это же время Соня]

— Соня, — начала Тала, — хватит глупостей. Ты же на задании.

— Д-да, конечно. Ты п-права, Тала, — грустно произнесла я и посмотрела на ботинки Талы.

Я собралась с мыслями и осмотрелась. Это был большой склад из металла с огромными воротами. Мы зашли на территорию, и я почувствовала запах Zero. Он был противным, с нотками ванили.

— Чувствуешь? — спросила Тала. — Ванилька.

Я не ответила и смотрела вглубь склада, заполненного темнотой.

— Пошли, — сказала Тала и направилась в сторону склада.

Я двинулась за ней, не спеша, и снова начала мечтать. Но опять кто-то перебивает. Достали уже.

Осмотревшись в поисках звука, я увидела, как Тала уже нейтрализовала двух Zero — по виду десятый уровень. Довольно слабые, особенно для Талы. А я зачем тут?

Тала сфотографировала тела двух Zero и уже вызвала агентов штаба, но её резко отбросило в стену.

— Т-тала… — я медленно повернулась и посмотрела на неё.

Тишина. Похоже, отрубилась. Мда-а-а. Дела, конечно, не очень. И что мне прикажете делать?

— Покажись! — произнесла я.

Из темноты стал формироваться огромный «Зависник» пятидесятого уровня.

— Убить хочешь? — крикнула я.

В ответ — громкое рычание.

— Ну давай, нападай! — крикнула я.

Ха-ха. Мем вспомнила с этой фразой. А где это было… Не помню.

Зависник бросил в меня контейнер.

— Мимо, — улыбнулась я и создала яблоко. — А теперь я.

Я взяла яблоко обеими руками и с разбега швырнула прямо ему в голову.

— В яблочко! — крикнула я. — Яблоком попала в яблочко! Ну и смех.

Ну, как и ожидалось, ему было по барабану на мои яблоки. Ну что поделать — безвыходная ситуация.

Я закрыла глаза и расставила руки перед Зависником, мол: ешь меня, я сдаюсь.

Но никто не нападает.

Тала! Как бесит. Очнулась и забирает себе лавры этого монстрика, а потом будет хвастаться перед другими. Досадно! Ну а мне-то что — пусть дерётся, я сделала, что могла!

Ладно, посижу, подожду.

Я села на пол и скрестила руки в недовольной позе, наблюдая, как сражается Тала. И представила себя диктором на матче.

Итак, дорогие зрители, сейчас происходит что-то невероятное! Мы видим, как наши два бойца сражаются!

По правую сторону ринга — Зависник 50 уровня! Поприветствуйте его овациями!

А по левую сторону — Тала Рембо 7 уровня! Ха-ха, у неё реально фамилия Рембо. Поприветствуйте и её, дорогие зрители!

Итак, бой начался с нокдауна на первых секундах! Это просто невероятно, как Зависник смог её вырубить за считанные секунды! За это ему балл! Заслуженный, дорогие зрители, заслуженный!

Но Тала поднялась и ринулась в бой. Какая техника, какие движения! Это что-то невероятное!

Люди, ваш балет — это не искусство! Вы посмотрите на это! Они будто танцуют жёсткое танго с кровью!

Не знаю, как вам… НО мне это невероятно нравится!

Так-так-так, сейчас мы видим, как Тала запрыгивает на контейнер, но Зависник моментально сбивает его из-под её ног!

Но! Тала запрыгивает на его хвост и держится на нём с помощью меча!

Я просто в шоке! Не описать словами этот бой. Он их настолько сблизил, что создаётся ощущение, будто после произойдёт поцелуй!

Ах, этот бой не даст заскучать! И я, ваша София, это обещаю!

Что мы видим?! Это нечто! Тала запрыгивает на крышу склада, а Зависник бьёт вслед за ней своим огромным тяжёлым хвостом!

Но! Тала уклоняется от каждого удара — это величие грациозности, дорогие зрители!

Итак, Тала загнана в угол. Те, кто ставил на Зависника, я вас заранее поздравляю.

Под Рембо осыпается пол… Хм. Или потолок? Она же на крыше. А это действительно хороший вопрос.

Пишите ваш ответ — где же сейчас находится Тала — в комментариях!

И вот… Тала падает вниз, её жизнь на грани. Следом за ней летит тяжёлый хвост, готовый прибить её к земле насмерть. И тут всё решится!

Рекламная пауза от Сони. Нужно на мгновение отойти.

Я прыгаю и толкаю Талу из гаража.

— Тихо! — сказала я.

Зависник остановился в метре от меня и убрал хвост.

Тала бежит на обездвиженного Зависника, явно не зная, что он не может дать сопротивление, и пробивает его сердце. Зависник повержен.

Тала вынимает меч и подходит ко мне.

— Ну и чего ты сидела? — спросила Тала, пряча меч в ножны. — Боялась?

— Д-да… Я испугалась… Я д-думала, он меня съест, — я заплакала и обняла Талу. — С-спасибо, что спасла меня.

— А ты слышала, Зависник говорить, что ли, научился? — продолжила Тала, отталкивая меня от себя. — Что-то вроде «тихо он сказал». Я это мельком услышала. А ты?

— Я? Нет, я не слышала ничего, — вытирая слёзы, продолжила я. — Честно-честно!

И зачем меня сюда притащили? Вот Тала сама справилась — почти без моей помощи. Минчик бесит своими играми! Надо будет сходить к нему. А хотя… лучше пойду в парк мороженое покушаю! Да, точно. Мороженое — и буду лежать в парке всю ночь. Это самое лучшее, что может случиться со мной за этот день.

Конечно, хотелось бы и Витю в парк, чтобы он со мной полежал и мы помолчали вместе… Ну или Ника, или Чака… Нет! Лучше я одна. А то они специфичные все.

Мы дождались агентов. Те всё оцепили, сообщили властям об утечке газа и начали собирать остатки Зависника в грузовики — для экспериментов или ещё для чего-то. Какая разница.

Тала общалась с Фином. Он улыбался и явно был рад тому, что произошло.

Через пару часов я отправилась в парк и, уже довольная, ела мороженое.

Фисташковое.

Я лежала на траве и смотрела в небо. Так много звёзд. Все светятся. Какая-то уже исчезла, а какая-то только появилась, но ещё не дошла до меня. Я взахлёб разглядывала небо с открытым ртом и удивлялась, какое же оно красивое — это ночное небо.

Эх… Эти звёзды живут сейчас для меня. Сияют и радуют своей красотой и обычностью.

[Новое задание!]

Да какого хрена?! Это несправедливо! Ночь — для отдыха, работа — днём… Опять где-то меня обманули. Рабство какое-то. И что там за задание, пуру-пум?

[Полюс. Понижение температуры.]

А не далековато? Может, перебор, а? Это же меня недельку точно не будет… Беда…

А-а-а, они меня решили «остудить» и остудить к моим любимчикам. Ну ничего, я мигом туда и обратно. А после — с Минчиком поговорю!

[Утро Виктор]

— Эй-эй, чемпион! — кричит Ник. — Доброе утро! Молчаливый Ник — наверное, странно. Но вообще, братан… — он стоял в проходе моей комнаты и тараторил. — Ты не думай, всё гуд, я как всегда на коне! — продолжил он, после повернулся в зал и сказал: — Согласны, пацанчики?

И трое Ников в разных тонах сказали:

— Да-а-а-а!

— В общем… — задумался он. — Вставай, короче, и давай кушать еду. Я приготовил, — гордо заявил он.

Я собрался, одел красную рубашку и чёрные брюки. А где мои вещи? Ладно, похрен. Я выхожу в зал и вижу, как двое Ников готовят что-то на кухне и что-то напевают, а один лежит на диване и играет в консоль. А где главный Ник? И как понять, кто из них главный?

— Ник? — спросил я.

— Что, чемпион? — хором спросили все клоны.

На что я надеялся…

— Главный Ник где? — спросил я и остановился в проходе, осматривая занятия Ников.

— Чувак, я в туалете, — начал говорить тот, кто играл на консоли. — Располагайся где удобно. Будь как дома.

— Знаешь, для меня всё это странно, — начал я, усаживаясь на стул за обеденным столом. — Если быть честным… Очень странно и некомфортно.

— Что странно, братан? Вот держи спешл-меню для Вити! — заявляет он, а второй Ник тут же подхватывает: — Яичница эль Нико и кофе ля Витя. Приятного аппетита!

Выглядит довольно неплохо, даже аппетитно. Когда я вообще последний раз ел? Давно это было… Тогда… Когда жил с Рэном… Рэн. Я ж даже не знаю, где тебя похоронили…

Меня стукнул Ник по спине и сказал:

— Чувак, чё приуныл? Налетай, пока горячее, — сказал он, усаживаясь рядом со мной.

— Чува-а-ак, — грустно сказал Ник. — Соня уезжает на время в какую-то… — он задумался, — в какую-то командировку! Вот. Так что крепимся, чувак… — грустно добавил он.

Я и не заметил, что Ник кушает без других Ников. Только я и он.

А мне-то что с этого? Какая-то Соня уехала, я с ней от силы полчаса знаком.

— И что? — жуя яичницу, начал я. — Мне-то какое дело до Сони?

— Нет, нет, братан, — перебил он меня. — Соня же вообще душка, а не человек. Без неё будет уныло в штабе, — грустно произнёс он, запивая кофе.

— Ну если там есть такие же, как и ты, — продолжил я, — то грустно и скучно точно не будет. Скорее до ужаса весело.

— О-о-о, кстати, — начал он.

И начал без остановки тараторить истории про свои подвиги, а вопросы пропускал мимо ушей.

Я вышел на балкон, уселся и закурил сигарету. Эх… новый, непривычный вид. Неужели теперь я буду видеть этот пейзаж годами? Хотя тут нельзя заикаться: сейчас же какая-то хрень наступит, и я стану ещё ниже дна.

И я даже ничего не знаю об этой системе. Пользоваться ей или полностью отказаться?

— Сложно, — выдыхая, произнёс я.

Бежать или начать новую жизнь? Не понимаю, как поступить правильно.

— Витёк, — сказал Ник. — Витяя… — продолжил второй Ник. — Нам пора в штаб, чемпион, может, кого-то даже встретим… — третий грустно добавил: — Если повезёт, конечно…

Штаб… Мин Кагэ. Как вспомню — до сих пор дрожь берёт. Не хочу я с ним пересекаться. Неужели выбор уже сделан, и мне нужно ему следовать?

Я вышел с Ником из квартиры. Он оделся почти как я, только цвет рубашки жёлтый и синяя бабочка. Волосы собрал в пучок — теперь он выглядит достаточно официально и стильно, я бы даже сказал. Хотя, понимаю, мода не актуальна. Но всё же.

Мы шли, солнце грело голову. Шумели люди и куда-то бежали. Ник постоянно рассказывал истории своей жизни. Не сомневаюсь, что они реально интересны, но это передоз. Лучше просто не вникать в них и кивать иногда для приличия.

Мы с Ником зашли в магазин, и он купил две ледяных воды. Одну кинул мне.

Я закурил сигарету и спросил:

— Куришь?

— Не, братан. Это же вредно и всё такое. Смерть там в муках, читал я про это, — отмахиваясь, начал он. — Там столько всего говорят, чувак, про сигареты, что страшно становится.

— Умирать десятки раз от пуль — это норм, а смерть от сигареты — это страшно? — удивлённо спросил я и сделал тягу. — Забавно и пугающе.

— Та, чувак, это же совсем другое, — начал он оправдываться и сделал глоток воды. — Сигареты же перманентно лёгкие убивают, а смерть — это же мгновенно… — он задумался. — Но не всегда мгновенно. Был, короче, случай…

И снова он начал тараторить. Как он так умудряется подловить моменты…

Мы уже подходили к штабу. Ник открыл дверь, и я задумался.

— Слушай… А чего ты меня тогда держал? — спросил я, остановившись возле входа. — Тебе было похрен на человека, верно?

— Брата-а-ан, ты чего, — начал он, держа дверь открытой. — То же задание было. Мы не кенты были… Ну и вообще, там Фин был. Фин — начальник, прям кремень, — сказал он и сжал кулак.

— Ясно, — отрезал я и зашёл вслед за Ником.

В вестибюле никого не было — только пять охранников, с которыми уже мило беседует Ник. Думаю, на разные темы, с каждым.

Мы подошли к лифту, и клоны Ника уже прощались и обнимались с охранниками.

Какая же у него странная и насыщенная жизнь, — подумал я.

Зайдя в лифт, Ник нажал на минус пятый этаж. Это меня порадовало: не 23-й.

И Ник начал кривляться в зеркало и ждать, когда лифт поедет.

В лифт забежала женщина. Это была та самая женщина в первый мой день.

— Салам, Тала! — откинул Ник, не отвлекаясь от кривляния в зеркало.

— Привет, Ник, — отрезала она, а после добавила: — Ого, это же Виктор, наш яблочный маньяк, — сказала она и посмотрела на меня.

— Йоу! Ты чё, Витька знаешь? — Ник прекратил кривляние и повернулся к нам. — Это же мега круто, чуваки! Можем сделать мега тусовку! — он это так рассказывал, будто от этого зависит жизнь.

— Нет, — отрезала Тала. — Без тусовок. А Виктора мы хотели забрать в первый его день… — она затихла. — Но Виктор совершил бегство.

— Вообще круто-о-о! — глаза Ника загорелись. — Это же прям как в боевике каком-то! Отпа-а-ад!

Мне как-то стало некомфортно с ней находиться в таком узком месте. У меня начинает проявляться клаустрофобия. Я отвернул взгляд в бок — но там зеркало, и Тала смотрит мне в глаза, пока Ник что-то тараторит.

Прозвучал наконец-то «дзынь», и лифт открылся.

Передо мной появился очередной коридор, но более узкий. С каждой стороны — десятки дверей. Мы шли по коридору. В воздухе был запах ванили и куча разных духов.

Остановились возле двери с надписью «Группа F». Дверь открылась.

Это был обычный класс, почти как в моей школе, только тут чуть более современно всё.

Класс был пуст. Ни души. Только мы втроём.

Из коридора доносились звуки бега и диалоги, но не слышно, о чём и кто говорит.

— Эй, Тала, — начал Ник и, запрыгнув на заднюю парту, — ты чего вообще к нам пришла? Реально! — добавил второй Ник, усевшись в учительское кресло. — Ты же… — и с умным видом, надевая очки, добавил Ник за учительским столом, — агент карательного отряда группы FA.

— Господин Фин отдал приказ, — начала Тала, — рассказать вам о уничтожении Зависника 50 уровня, — и в конце добавила: — На территории управления нашего филиала.

— О божечки, — испуганно произнёс Ник, а второй упал с учительского кресла. — Неужели Савора вернулась…

Третий Ник добавил:

— И суету решила навести.

— Ага, — продолжала спокойно Тала, всё так же не сдвинувшись с места. — Она с отпуска хрен вернётся.

— Я ничего не понимаю, — начал я. — Тут можно курить?

— Брата-а-а-ан, — начал Ник и сел возле меня. — Да делай чё хочешь.

Ник за учительским столом добавил:

— Наслаждайся моментами так же, как и наслаждаешься сигаретой, — и поправил очки.

Ник рядом со мной так гордо расплылся в улыбке, будто он что-то невероятное сказал.

Я закурил сигарету и действительно ей наслаждался, и смотрел, как Ник сражается сам с собой на указках.

— Виктор, — начала Тала, явно не обращая внимания на Ника, — будь спокоен. Тебе всё расскажут.

— А что вообще за пятидесятый уровень? — начал я, делая очередную тягу. — И что за Зависник?

— Виктор Амбровский! Зависник — это вид Zero. По сути, как ты, но абсолютно другой. А уровень — это сила, — раздался хриплый, немного высокий голос из-за спины, где-то из коридора.

Заходя в класс, он продолжил:

— Запомни: уровень монстра Zero не равен твоему уровню, — закрывая дверь, добавил низкий старичок.

— Ник, сколько я раз говорил не сидеть в моём кресле? — быстрым и недовольным шагом он направился к учительскому месту. — Ты же с него постоянно падаешь, балда, — сказал он и дал подзатыльник Нику указкой.

— Ай! — пискнул Ник.

— Не айкай мне здесь, — добавил старичок и показал кулак — сердито и смешно. — По местам сядьте.

И Ник просто уселся за все парты. Почему меня это уже перестаёт удивлять? Это же максимально странно и необычно.

— Сэр, — начал Ник на передней парте и протянул руку вверх, — а где остальные?

— Сейчас посмотрим, Ник, — открыл журнал, надел очки, произнёс старичок. — Ник есть. Витя… Так, нужно новый журнал теперь, — он вздохнул. — Ох уж эти бумажки… Так, Май с Чаком на задании в какой-то глуши, Кри снова в отпуске, а Кэнс… — он задумался, будто пытается вспомнить, где же он. — Точно. Он в тюрьме.

Я поперхнулся слюной. В тюрьме? Здесь есть своя тюрьма или реальная тюрьма? Что нужно сделать, чтобы туда попасть, если создание горы яблок и побег от агентов карается лишь… передачей под управление Ника? Хотя в этом тоже своё наказание.

Ники смотрели на старичка, а один рядом со мной шёпотом спросил:

— Чувак, ты в порядке? Это всё твои сигареты.

Спереди Ник добавил:

— Однозначно сигареты.

— Так! Что за балаган на галёрке? — начал старичок, отведя взгляд от журнала. — Тишина в классе.

Он затих и продолжил:

— А мисс Тала… Извините, что я забыл про вас. Дети, что ещё сказать, — добавил он, показывая в первую очередь на Ников. — Мисс Тала Рембо сегодня расскажет о Зависнике 50 уровня. И плюс, в конце урока, — медленно вставая с кресла, он направился к шкафу, — я дам книгу по Зависникам, если, Вить, тебе интересно, — сказал хрипло он, держа в руке тонкую красивую книжечку. — Нужно тебе или ты с Ником на одной волне?

— Та… давайте, — произнёс я немного с осторожностью.

Тала вышла вперёд, села на парту и начала рассказывать. А старичок кивал моментами и что-то про себя бормотал.

Я запомнил, что Зависник выглядит, по сути, как змея, но имеет разные размеры в зависимости от размера. И ещё появляется при постоянной зависти Zero, и ещё какие-то там факторы, метки, ещё что-то.

Всё время, пока Тала рассказывала, передние два Ника тянули руки вверх, Ник рядом со мной сидел в телефоне и во что-то играл, а ещё один спал. Я заметил, что Ников стало меньше, и он более спокойный стал.

А старичок время от времени бил лёгенько по руке Ника и недовольно, но по-доброму, смотрел на него.

Тала закончила. Старичок поблагодарил её за такой интересный рассказ и попрощался с ней.

— Так, на завтра, — он поднял экран, а за ним была обычная деревянная доска, и он начал писать, — доклад.

— Отстой! — фыркнул Ник, а другой громко вздохнул.

— Кхм. Доклад о том, что вы поняли из рассказа мисс Талы, — он прошёл по ряду и добавил, — и что думаете вы.

Немного помолчал и добавил:

— Урок окончен.

Я подошёл к старичку. Ник уже стоял в проходе и втыкал в телефон, по нему видно, что он уставший.

Старичок посмотрел на меня и передал мне книжечку, а после добавил:

— Чего стоишь? Шуруйте по своим делам.

Я закрыл двери в классе. И только сейчас до меня дошёл весь абсурд. Я сидел в классе с одинаковыми людьми. В классе, в котором уже кто-то сидит в тюрьме, а кто-то в отпуске. И вообще то, что я снова вернулся в школу, уже выглядит странно и пугающе.

Ник не отлипал от телефона, пока мы шли по коридору.

Нас догнал какой-то агент в форме, хлопнул Ника по плечу:

— Йо, легенда.

Ник даже не поднял глаз — просто махнул рукой и кинул, растягивая:

— Йоууу… Саймон.

И пошёл дальше.

Навстречу шла женщина в зелёной форме и сказала:

— Ники, добрый день.

Ник на секунду отвлёкся от телефона, скорее всего, чтобы напомнить себе, кто говорит, и произнёс:

— Хаай, Манифарстана.

Я задумался, кто же этот Ник и почему его все знают. Хотя с его характером и тем, как он общается со всеми при любой возможности, этот вопрос отпадает.

А я думал по поводу этого урока.

Ну и штуковина эта Зависник. А Тала, по сути, сама с ним разобралась. Не понимаю, почему Соню Ник восхваляет, если на задании от неё даже проку нет и в кабинете Мин Кагэ она ни слова не сказала.

— Эй, Ник, — повернувшись к нему, начал я, — ну что, мы в библиотеку или домой писать доклад?

— Бро-о-о, — он закатил глаза, показывая максимально, что это вообще не про него. — Пошли лучше похаваем, а то устал от нудности этой.

Он снова уткнулся в телефон и, не отрываясь, добавил:

— Я про этих Зависников тебе могу столько всего рассказать, что старик мне… — он задумался, — медаль вручит!

Мы сидели в кафе, и Ник жевал бургер, заедая его картошкой фри, и смотрел какое-то видео на телефоне.

Я же взял тоже бургер и кофе.

Я до сих пор поверить не могу, что мы просто поднялись на третий этаж. А атмосфера абсолютно другая: не такая, как на минус пятом, и тем более на двадцать третьем.

Здесь удобные диванчики в тёмных цветах и белые столики. Большой бар по центру с небольшой табличкой: «Забар и Фирни, не подходить к бару», и большими буквами: «КАТЕГОРИЧЕСКИ ЗАПРЕЩЕНО УГОЩАТЬ АЛКОГОЛЕМ».

Я вот сижу, рассматриваю всю эту кафешку, и ощущаю, будто тут столько всего уже произошло. Сейчас куча людей в разной одежде сидят: кто-то пишет, кто-то по телефону общается, спят. Тут тоже жизнь кипит, и у всех свои заботы.

Из-за спины Ника я слышу, как кто-то что-то обсуждает:

…вот почему я в FAA, а не в FFM. Меньше бумажной волокиты…

Но меня начинает раздражать известность Ника. Конечно, не все подходят, но поток людей есть.

Ник вообще выпал из общения и ничего не говорит. Я с ним ещё плохо знаком, чтобы понимать все его тонкости.

Я задумался и посмотрел в окно. На улице вокруг штаба было довольно пустовато. Изредка кто-то проходил.

— Приветики, фэшники, — произнесла девушка с ухмылкой. — Можно сесть к вам?

Она стояла с подносом напротив нас с какой-то радостью.

Ник, не переставая жевать:

— Агааа.

Она села рядом со мной, и мне пришлось подвинуться. Я почувствовал себя максимально некомфортно. Не то что мне стало неуютно из-за того, что она девушка — мне вообще тут неуютно. А тут ещё одна личность появилась, которая будет дышать, жевать и напрягать меня.

— Слышала, фэшники пятидесятого завалили в соло, — произнесла она, откусывая сочную сосиску.

Ник, делая глоток сока, ответил растянуто:

— Даааа, мы такие.

— А Ник уже сгорел, я вижу, — весело посмотрела она на меня и откусила кусок хлеба. — А ты у нас новенький, что ли?

Она рассмотрела меня и добавила:

— Ох уж этот Фин. Мужик дела!

— Ой, — произнесла она, разлив горячий кофе рядом со мной. — Я такая неряшливая. Ты не испачкался? Давай помогу, — произнесла она и потянулась рукой ко мне.

Ник резко схватил её руку и впервые отвлёкся от телефона за долгое время.

Он рассмотрел её внимательно и сказал:

— Витёк со мной. Отстань от него.

Она вырвала руку, фыркнула и ушла.

— Не будь таким наивным, бро, — произнёс устало он, уткнувшись в телефон. — Тут нужно держать ухо… или нос, — он задумался. — Впрочем, держи всё при себе.

И замолчал.

Кто это был и что она хотела сделать? Меня напрягает неизвестность и то, что Ник знает, но не рассказывает. Мог бы объяснить всё. Рассказать все нюансы, чтобы я был начеку. А сейчас я как овечка среди стаи волков.

Дома Ник закрылся в комнате и оставил меня один на один с собой. Я ходил, осматривал зал, вспоминая, как проходило утро и как пусто сейчас.

Были расставлены фотографии. На одной — Ник и тридцать клонов. Самое очевидное, что могло тут быть: Ник и ещё тридцать раз Ник стоят на пляже. Уверен, фотографирует их тоже Ник.

Ещё фотография: Ник с толпой людей стоят на каком-то огромном монстре. Из людей я знаю только Соню — она смотрит куда-то в сторону — и Талу с уверенным лицом рядом с Ником. И человек десять я не знаю.

Мощно, — подумал я.

На ещё одной фотографии стоял Ник маленький, с чёрными волосами. На обратной стороне надпись: «Детство».

У него очень много разных фотографий в рамочках. Множество игровых дисков — от «Гонок» до «Любовных новелл».

Ещё полка фильмов и аниме. Как я понял, у него нет определённого жанра — тут всё также вразброс.

А книг нет. Получается, я принёс первую книгу сюда?

Интересно было бы с Ником познакомиться без знания о его способностях — каким бы он показался? И начал ли бы общаться со мной как с «другом»?

Я зашёл в свою комнату. Уселся за письменный стол и начал думать.

Что же написать в этом докладе?

[В тоже время Соня]

— Ты скоро? — произнёс в трубку Мин спокойным голосом.

— Ой, М-минчик, я же на с-северном полюсе, — весело произнесла, полностью покрытая снегом. — Т-тут такаааая метель, ты б в-видел… — я задумалась и мысленно начала считать на пальцах дни. — Ну ещё д-дня три.

— Как обстановочка? До объекта дошла? — продолжил спокойно Мин.

— Ага, д-дойдёшь тут, — язвительно произнесла я. — Кругом только снег.

— Ясно, — отрезал Мин. — Наберу через два дня.

Повесил трубку.

Ну и душный он стал, Минчик. Это всё потому, что меня нет. Управы на него нет!

Ещё кто-то постоянно следит за мной с момента, как я на этом полюсе. Раздражает!

Где же тебя искать? Ты меня раздражаешь!

— Прошу простить, — произнёс голос из-за спины.

— Н-ничего, — произнесла я, не оборачиваясь. — Т-ты из филиала Африки, д-да? — с улыбкой произнесла я. — А ч-чем тебе в-водитель Фина н-н-не понравился?

— Промазала, — с лёгкостью добавила она.

Ясно. Лень говорить в такую-то метель.

А ты зачем здесь? — подумала я.

— Тоже, — коротко ответила она.

Ясненько, — подумала я.

— А ты мне нравишься. Я про тебя много слышала. Скажем… фанат.

— Польщена, — холодно ответила она.

— Ты такая крутышка, — добавила я.

Метель на секунду утихла.

— А тебя тоже бесит Кай? Или только у меня с ним проблемы?

— Да, — так же холодно ответила она.

Спустя пару часов пути она сказала:

— Пришли, — холодно сказала она.

И буря затихла, и передо мной появился чёрный силуэт.

То есть ты могла изначально не использовать эту бурю?

— Да, — холодно продолжила она.

Ладно, признаю: это было невероятно пафосно и круто.

— Спасибо, — добавила холодно она.

[Утро Виктор]

— Чуваааак, — начал толкать Ник, — я только что такоее приготовил… — он посмотрел на кухню и продолжил: — Ты обязан увидеть!

Открыв глаза, я увидел, как один Ник смотрит на меня, другой читает мой доклад, а третий рассматривает вещи в шкафу.

— Приватность, — зевая, начал я, — это не твой конёк, да?

— Братан, та давай же собирайся, — начал он меня тормошить, а после вышел с клонами из моей комнаты.

— Мдаа… доброе утро, — сказал я.

Ого, новые вещи. Сегодня у нас зелёные брюки и зелёная рубашка-поло. Мне нравится.

Я вышел в коридор и застыл. Там стоял огромный торт. Шоколадный, с белым кремом. Ещё — ящики алкоголя на полу. Все три Ника суетятся: что-то делают, бегают, прыгают и напевают. Кто-то украшает, кто-то достаёт алкоголь.

Я стоял в полном шоке, не мог даже сделать шага и смотрел на огромный торт.

— Броо, — начал весело Ник, — я всё утро делал. Ещё вчера заготовки сделал, — второй Ник добавил: — Нравится?

— А что за… повод? — неуверенно начал я. — Или ты всем, кто день с тобой прожил, делаешь торт?

— Крутой подкол, — ответил Ник, украшая торт, а второй добавил: — Миру! Нужна! Вечеринка! — третий Ник подхватил: — Познакомишься с крутыми кэнтами! — и в конце встал в позу рэпера.

— Так, старичек, — начал я, не сводя глаз с торта, — он же доклад просил, нет?

— Браааатан, — закатив глаза, начал Ник, и второй начал с умным видом: — Суббота — это день, когда человек может отдохнуть от учёбы! — и Ник, лежавший на кровати, добавил: — Точняяк!

Прозвучал стук в дверь.

Я начал волноваться, и сердце забилось сильнее. Меня охватил страх. Вдруг там Тала или кто похуже. Кого Ник считает кэнтом?

— Братанчик, — крикнул Ник, — открой дверь по-братски! — и второй Ник добавил: — Пожалуйста.

Я повернулся к двери, и, по ощущениям, коридор стал длиннее. Дверь — больше. Стук усиливался.

Я шёл медленно и пугался каждого стука всё сильнее и сильнее. Кто там может быть? Может, это не друг Ника, а кто-то пострашнее. Тот человек, который убил водителя и трёх Ников?

Я дрожащей рукой взялся за защёлку и повернул, и медленно открыл дверь.

Закрыл глаза.

Меня ударил по плечу кто-то. Я открыл глаза — это был Ник с пакетами продуктов.

Я упёрся в стену и тяжело выдохнул.

— Хух… — прошептал я. — Третий раз родился.

Но ощущение страха меня не покидало. Я упал на пол и начал плакать, как будто смерть рядом и меня уже поглощает…

Ники подбежали и начали расспрашивать.

— Что случилось, брооо? — один взволнованно и весело спросил, а второй, махая грязным полотенцем, добавил: — Говори, что с тобой! Это опять сигареты?

— Мне страшно, — тихо, заикаясь, произнёс я и добавил: — Будто вот-вот умру.

— Ааааа, — весело и спокойно начал Ник, а другие клоны разошлись. — Это Альфа в штаб вернулись… — он задумался. — Честно, меня тоже мурашки пробрали, — он замолчал. — Но не боись, чемпион: Савара в отпуск едет, — и радостно добавил: — Снова!

— Держи, — клоны передали бутылку пива. — Фин же поэтому и выходной подарил, — весело добавил Ник, делая глоток пива, и протянул руку. — Так что, братан, сегодня будет… огонь! — он задумался, делая глоток пива. — Буквально огонь.

Ну он немного рассказал мне о тех, кто будет. Но я запомнил только одного, с которого он начал.

Саймон — из отдела зачистки. Он буквально создаёт огонь, как я яблоки. Только его тело не переносит огонь.

Меня пугает, что такой, как Саймон, будет в маленьком помещении с кучей алкоголя. Для Ника это может и норма, но для меня это очень напряжно.

Я вышел на балкон, обходя Ников, сел на диванчик и грелся на солнышке с бутылочкой пива.

Страх давил в горло.

— Хорошо, что мы живём не рядом со штабом, — тихо прошептал я.

Кто эти группа Альфа и Савара? Почему мне страшно? Они работают тоже в штабе? И что же они делают? Города стирают?

Спустя час вся тяжесть испарилась, и на душе стало спокойно. Я курил сигареты и смотрел на соседнее здание.

Ник открыл балкон и сказал:

— Йоууу, чемпион! Альфа уехали! — и закрыл дверь.

Через пару минут в дверь балкона постучался пацан в чёрной форме. Это был Саймон.

Он открыл дверь, а Ник стоял за ним и улыбался. Саймон протянул мне руку и сказал:

— Привет, здоровяк.

Я посмотрел на него, а после пожал ему руку. И тут же мою руку пронзила жгучая боль, и я машинально вырвал свою руку.

Саймон засмеялся и, повернувшись к Нику, сказал:

— А ты своего мальца ничему не учишь.

Ник нахмурился:

— Броо… та он ещё осваивается. Я ж ему говорил… — и второй Ник добавил: — Держи всё при себе.

Моя рука пульсировала, и я смотрел на неё без остановки. Этот Саймон — жёсткий тип. Не такой, как Ник.

А после я посмотрел в комнату и увидел… Саймон жонглирует бутылками пива, а Ник и его клоны хлопают ему.

Видимо, я ошибся.

Эх… я пиво допил. Вот бы ещё взять, но не хочу идти туда.

— Пиво? — произнёс парень в шортах и футболке, держа в руках две бутылки пива. — Я слышал, кто-то подумал «пиво».

Что? Он что, читает мысли? Это ещё пугающе, чем Саймон.

— Та не боись ты меня, — продолжил он, давая мне бутылку пива. — Ты что-то вообще подавлен… — он затих, пока открывал пиво, а после продолжил: — Меня Май зовут. А тебя как?

Май? Это тот, про которого старик говорил… Та я не могу нормально мыслить, зная, что он знает, что я думаю. Это ужасно напрягает.

— Расслабься, — добавил Май. — Просто отдыхай.

Я открыл бутылку пива и сделал пару больших глотков, после чего закурил сигарету.

После минутной тишины… Хотя вряд ли это можно назвать тишиной, ведь он знает всё, что я думаю.

— Виктор, — произнёс я, запивая пивом.

Май не успел ничего ответить, как на балкон вышел Саймон и, шатаясь, посмотрел на нас с Маем.

— Воркуете… — начал он и икнул, — …голубки.

Взял из пачки сигарету и прицелился рукой, будто хочет «стрельнуть» пальцем. И появилось огромное пламя из его руки, а после сразу затухло.

Я в шоке. Он подкурил сигарету и даже её не сжёг.

— Эй, зажигалка, — начал Май, повернувшись к пьяному Саймону, — тобой тут восхищаются.

Саймон повернул грозный взгляд на нас, держа сигарету в зубах. А после его лицо сменилось, и он сказал:

— Кайф… это я как Ник уже, что ли?

— Согласен с тобой, — добавил Май, после чего получил по голове от Саймона.

— Ай.

— Я же говорил, — немного нервно начал Саймон, — слушай, но не комментируй. — Он сменил тон и посмотрел на меня: — Как тебе в группе F… — на секунду замолчал и продолжил: — Да и вообще в штабе.

Как мне в штабе? Для меня это всё сюр и абсурд. Я до сих пор не могу осознать всего, что произошло. И даже если и буду в этом штабе дальше, вряд ли смогу так же жить спокойно, как и они.

Май засмеялся, после чего получил очередной подзатыльник.

— Витя, просто будь собой.

Быть собой? Это как? Я и не помню, когда я последний раз был действительно собой… наверное, в детстве, с моими одноклассниками. Как это — быть собой?

Май посмотрел на меня, а после на Саймона и добавил:

— Вот что ты умеешь делать?

Он сделал глоток пива и, показывая на Саймона, добавил:

— Вот он — зажигалка, облитая спиртом.

Его палец мгновенно окутал секундный огонёк. Он посмотрел на него и добавил:

— А я вот телепат, но могу потерять часть тела, — сказал он, показывая на палец, который разваливается, и добавил: — Я как кегля в боулинге.

А я посмотрел на него. Наверное, из-за пива я не особо испугался этой картины и просто закрыл глаза и представил яблоко.

Я поставил его на стол.

— Вот…

— Ого, — начал Саймон, — ты же, мать его, как Соня, — сказал он, взяв в руки яблоко.

Май тоже оценил яблоко и посмотрел на соседний дом.

— Я попробую? — спросил Саймон, протирая яблоко.

Когда я кивнул, он откусил яблоко.

— Кисленько… Не как у Сони. У неё оно сладкое, как мёд, — добавил он.

— А Соня — это ваша подруга какая-то? — начал я и посмотрел на Мая. — Я с ней пару раз пересекался.

— Даа, — Май начал и посмотрел на Саймона, — подруга, но не боец… — делая глоток, продолжил: — Один раз нас отправили на задание: меня, Ника и Соню… так она просто кинула в Медузу 34 уровня яблоко и сказала: «Всё, сдаюсь». Повезло, что Ник среагировал и убил медузу, — он сделал глоток пива. — Удивительно, но медуза даже ничего не делала — просто ждала… — он замолчал и добавил: — Это было странно.

— А создавать яблоки, — начал я, — это редкость?

— Да не… — ответил Саймон, гладя Мая по голове и немного сжигая ему волосы. — Не все становятся агентами… — он задумался. — В нашем филиале, походу, трое таких. — Он подкурил так же, как и в прошлый раз, сигарету. — Ну, с учётом тебя — трое.

— А чё вообще эта Система, Zero? — спросил я, допивая пиво.

Май, убрав руку Саймона с головы:

— Та это всё так и не объяснишь, — встал со стула и продолжил: — Вникай постепенно.

Май стоит в дверях балкона, и мимо него проходит Саймон в квартиру. Он махает мне, чтобы я тоже пошёл.

Я встал и зашёл в квартиру. А там…

— …Друзья! Мои друзяшки! — говорил Ник в микрофон. — Сегодня я ваш любимый ведущий! — второй Ник добавил: — Великий ведущий! — Ник с микрофоном продолжил: — Поприветствуем наших героев… — Ник за столом делал барабанную дробь. — Саймон! Зажигалка и явно в отличном настроении. Виктор — новый герой… возможно, это тёмная лошадка… хм… кто знает. Иии… Май, но не подумайте: он не идёт после апреля! Он идёт за Виктором! Ну же! Не рябейте, становитесь возле торта, — добавил он, указывая на место рядом с тортом, и продолжил: — А теперь представим наше жюри! — указывая пальцем на первого человека, он продолжил: — Чак! Душа компании: с ним можно поговорить даже… о космосе! Кри — любитель скорости. И… — он замолчал, давая второму Нику сделать барабанную дробь подольше, — Кэнс! И да… он снова на свободе!

[В это время Мин]

Добрый вечер, Господин Мин Кагэ, — произнёс солдат в форме и отдал честь, и за ним ещё десять военных повторили действие.

Мин шёл мимо военных от вертолёта и расстегнул чёрный пиджак с акцентными красными пуговицами.

А за ним неторопливо шёл отряд Альфа.

Мин без стука толкнул массивную дверь и вошёл в просторный зал с длинным столом в простых тонах.

— И как это понимать? — произнёс он, вставая перед столом, а агенты Альфа встали возле двери.

— Мин. Что понимать? — с недоумением произнёс Астарт. — Если пришёл — будь конкретным.

— Были договорённости, — продолжил Мин. — Я, ты и Нара отправляем людей на задание… — Он на время замолчал, ударив по столу, и продолжил: — Но твоих людей не было.

— Ох, Мин… — начал Астарт. — Договорённости… как это надоело… — продолжил он, поправляя пиджак. — Выполнение долга… бла-бла-бла. Знаешь, — он сделал паузу, — мне это не интересно. Я буду играть в свои игры…

В это время в дверь постучали.

Прозвучали удары колоколов.

— Пропустить, — сказал Мин и махнул агентам Альфа.

— Я не опоздал? — завыл ветер, и комната наполнилась запахом сжёной крови и смерти.

— Нет, конечно, — весело начал Астарт. — Думаю, Мин, не нужно тебя знакомить с такой личностью, как Кай… — сделал паузу. — Верно? — сделал паузу и представил Кая.

— Оказывается, ты у нас хрупкая личность, Мин, — продолжил Астарт. — Я думал, как мне избавиться от тебя… Но, к счастью, Кай решил помочь с этим.

— Ты уверен, что это ты ему что-то предложил? — начал Мин, осматривая комнату и аккуратно складывая пиджак на стул. — Чем ты ему «отплатил»?

— Не поверишь… — продолжил Астарт, — почти даром. — Он начал перечислять на пальцах: — Пару элитных отрядов, ещё полсотни клерков… и так, по мелочи.

— И какое совпадение, что ты прилетел ко мне сам, — продолжил Астарт, — и в одиночку. — Сделав паузу: — Получается, мне крупно повезло.

Мин хлопнул в ладони, и двери с грохотом закрылись.

— Ты же не думал, что уйдёшь?

Мин хлопнул в ладони второй раз, и комната наполнилась тишиной и стерильным запахом пустоты.

— Делать было нечего, — Мин сделал паузу, — Сущность лезет лесенкой.

Его слова эхом разносились по комнате. Только тяжёлое дыхание Кая обрывало идеальную тишину после слов.

— Мы все играли в эту, как ты называешь, «игру», — начал Мин. Его слова давили, обретая тяжесть. — Годами… столетиями. — Он сделал паузу. — Зелёный ещё, а уже какие-то игры придумал. — Он закатил глаза, а после медленно начал идти к Астарту. — Это нельзя изменить. Это вечно.

— На колени! — произнёс Мин, и все упали на колени, кроме Кая.

Мин медленно проводил пальцем по лицу Астарта. Следом за пальцем расходилась кожа, и кровь капала на пол.

Тишину заполнили звуки колоколов, и вся комната исчезла, оставив всех в полной пустоте.

Кай повернул голову на Мина.

Раздались фразы от множества людей:

Мин, умри.

Минчик, тебе пришёл конец.

Мин Кагэ, вы приговорены к казни.

Мин, твой час настал.

Кай начал идти к Мину, продавливая под собой пространство.

Раздались звуки часов.

И комната начала заполняться кровью.

Кай приблизился к Мину и произнёс:

— Слово.

— Счастье, — ответил Мин с улыбкой.

Группа Альфа очнулась в кабинете и нашла мёртвого Астарта. Следов Мина не найдено.

[Утро следующего дня Виктор]

Конкурсы Ника закончились победой Саймона.

Первый конкурс:

Поедание торта на время. Саймон победил с огромным отрывом и, по моему мнению, даже не наелся. Мне от пары кусочков уже стало плохо, а он ещё шутил и общался.

Второй конкурс:

Бой на кулаках с клоном Ника.

Победа Ника. Май не участвовал. Я был избит, и Саймон тоже.

Даже клон Ника превосходит меня по силе. Оно и ясно: я не боец и никогда им не был. Я обманом жил, а не кулаками.

Третий конкурс:

Забег вокруг квартала, выпивая пиво. Саймон победил. Я не добежал. На полпути меня стошнило, и остальное время я просто шёл.

Когда начало светать, я с Чаком сидел на балконе и общался. Точнее, это был монолог. Май и Ник уже спали, Кэнс спорил с Саймоном о чём-то, а Кри ушёл домой.

— Космос, — сказал Чак.

— Да… — начал я и смотрел на небо. — Космос, звёзды и небо.

— Космос! — добавил Чак.

— Я понимаю теперь, почему ты душа компании, — я улыбнулся.

— Космос… — растянуто произнёс Чак.

— Вот понимаешь, — продолжил я, закуривая сигарету и не отводя взгляда от неба, — я всю жизнь себя ощущаю лишним. Я всегда не там и не нужен.

— Космос, — сказал спокойно Чак.

— И знаешь, я вот сейчас вроде и с вами, — затягиваюсь сигаретой, — но я не ощущаю себя своим. Я чужой в этом мире.

— Космос, — тихо произнёс Чак.

— Я вот всю жизнь стремился, — грустно начал я, — заработать как можно больше денег и жить для себя. — Я сделал паузу, глотая слюну. — Но знаешь, я и заработал деньги… но я не жил для себя. Меня постоянно держит прошлое… мои счастливые дни с подругой… — я затянулся. — Счастливое, но короткое…

— Космос… — грустно сказал Чак.

— И знаешь, в чём прикол, — продолжил я…

— Космос? — вопросительно сказал Чак и посмотрел на меня.

— Я не ценил то, что я имел, — потушив сигарету, сказал я, — а когда исчезло — то я начал себя ненавидеть…

— Космос, — добавил спокойно Чак.

— И вот я думаю… — я сделал паузу, — может, я и сейчас теряю?

Чак промолчал.

— А знаешь, — начал я, — ты прав.

— Космос?! — озадаченно сказал Чак.

— Знаешь… — начал я и вернул взгляд на Чака, — такое хорошее утро… может, прогуляемся?

— Космос! — уверенно произнёс Чак.

Мы вышли в зал. Саймон с Кэнсом в обнимку спали на полу. В квартире всё развалено. Торт повсюду и на потолке. В воздухе ощущался запах шоколада и лавандовых духов Ника.

Мы аккуратно переступили Саймона с Кэнсом, лежащих в проходе, и зашли в мою комнату.

Я одел белую кофту, и мы вышли на улицу.

Город только просыпался. Птички пели. Сонные люди шли в метро.

Так спокойно было на душе, а воздух был свежим и прохладным.

Мы шли по городу, и я рассказывал Чаку, как я попал в Штаб. И незаметно для меня мы вышли на смотровую, откуда открывался красивый вид на город, и даже Штаб видно было на краю города.

Интересно, сколько людей живут, не зная, что это за здание.

Я смотрел на Штаб, и меня окутал страх, как в тот раз, когда приезжала группа Альфа. Я не мог двигаться и упал на землю, закрыв глаза руками.

— Космос? — спросил Чак, а после добавил с пониманием: — Космос.

Зазвонил телефон — это был Ник.

— Чуваааак, — сонно начал он, — где вы с Чаком?.. — он зевнул. — Вообще, у нас выходной продлили… — он подышал в трубку. — Ааа, вот точно! У нас отпуск! Неделя!

Чак нёс меня на руках, а я не мог даже думать. Я испытывал ощущение смерти постоянно.

Пришёл в себя я уже в машине.

Рядом со мной сидели Чак и Ник. Мы сидели в минивэне. За рулём был Кэнс, а рядом — Старик.

На задних сиденьях были Кри и Май.

Все спали, кроме меня, водителя и Старика.

— А куда мы едем? — тихо спросил я.

Кэнс хотел обернуться, но Старик отвесил ему по шее, и он вернулся к дороге.

— В горы… — начал он, а после откашлялся и продолжил: — В горный курорт… горный.

— А что за отпуск? — продолжил я.

— Группа Альфа задержится в Штабе, — ответил он, читая книгу, — поэтому Фин отправил группы в отпуск… — он сделал паузу и перелистнул страницу. — От вас всё равно проку не будет, пока они в Штабе.

Проснулся Ник, медленно осмотрел всё, будто в замедленной съёмке, и сказал:

— Чуваки. Вы. Меня. Забыли.

Старик махнул рукой, и Кэнс остановился на обочине.

— Ник! — начал Старик. — Ты как всегда… — он помолчал и махнул Кэнсу рукой. — Будет тебе уроком: сам доберёшься.

У Старика зазвенел телефон. Он взял и включил громкую связь.

— Ну сэээээээр, — лениво бормотал Ник в трубку, — я ж не знал, что вы уже в отпуск катите… — грустно сказал он. — А я, между прочим, спать хотел… ну вот и заснул.

Я посмотрел на клона Ника, и меня рассмешила абсурдность ситуации. Старик с Кэнсом и Маем тоже рассмеялись.

Я смотрел в окно: мы уже далеко отъехали от города. Интересно, когда Ник приедет?

Через час постоянной болтовни людей в машине я уснул.

[Сон]

Мне снился странный сон.

Я стоял в дождь на стене средневекового замка с луком.

Все ощущения были настолько реальными. Я ощущал, как по лицу стекают капли дождя, как сильно бьётся моё сердце от волнения и ожидания нападения.

На стене все бегали и суетились, а я стоял и смотрел в лес. Ноги и руки тряслись.

Раздался оглушающий рёв. Птицы разлетелись из леса, и наступила тишина.

Я закрыл уши от рёва, а после, когда руки убрал, не мог понять — я оглох или действительно так тихо.

В этот момент раздался взрыв на правой стороне стены.

Я повернулся в сторону взрыва и, не успев ничего увидеть, на меня напрыгнул Рык.

Он повалил меня на каменный пол стены и разорвал правый бок своими когтями.

Я не мог издать ни слова от боли и не мог оттолкнуть эту тушу от себя.

Подбежал стражник и отрубил Рыку голову, а после поднял меня на ноги.

Прозвучало ещё два взрыва. Центральная стена осыпалась полностью, а меня откинуло волной на край стены.

Я приподнялся и увидел, как второй Рык заживо съедает стража, который меня спас.

На стену запрыгнул ещё один Рык. Он посмотрел на меня, а после спрыгнул со стены к другим Рыкам.

Прогремел ещё один взрыв на моей стороне стены, и меня откинуло волной со стены за пределы замка.

Я лежал и чувствовал, как все кости раздроблены, и последнее, что я почувствовал, — это сильный запах ванили.

И последнее, что я увидел, — как замок полностью взрывается, и меня засыпает обломками.

[Виктор проснулся]

Я проснулся в холодном поту и схватился за бок, а после начал ощупывать себя. Я глубоко дышал, а сердце колотилось.

А машина в это время заезжала в тоннель.

— Ого, — начал Май, — официально заявляю: фантазия Вити — это что-то.

— Космос! — уверенно добавил Чак.

— Я сейчас будто экшен-хоррор от первого лица посмотрел, — добавил Май.

Кэнс, не поворачиваясь, ответил:

— Саймона на тебя не хватает. — Он сделал паузу. — Он же просил: не комментируй. Где твои манеры?!

[В это время Соня]

Я лежала на снегу, полностью вымотанная, в луже крови. А здесь небо красивее, чем в городе.

— Вставай, — холодно просвистел воздух.

— Та не-е, дай полежать и посмотреть на звёздочки.

— Нет, — добавила она холодно.

— А ты уже закончила?

— Да, — так же холодно.

— Ну я ещё хочу полежать после такого сложного боя, пожалуйста.

— Пока, — добавила она.

— П-п-п-пока, п-пока, — весело ответила я.

Ты такая крутая, когда работаешь, прям глаз не свести.

Метель затихла.

Ушла… эхх, жалко.

Ладно, полежу ещё, у меня ещё целый день на выполнение задания есть!

Мин всё равно не скучает — сидит в кабинете и досаждает директоров.

Интересно, мне говорили, что нас трое будет, хотя какая разница — так даже лучше. Тише.

[Новое задание!]

Та ну, что это за рабство такое?! Я же в двадцать первом веке живу, как-никак!

А они мне задания сыпят. Ладно, полежу ещё, а потом займусь. Честно-честно!

[Новое задание!]

Что? Второе?! Серьёзно, мир сошёл с ума…

[Новое задание!]

Ясно! Я спать!

Спустя пару часов сна.

Вот бы Минчик позвонил… или Савора, или Ник… так скучно…

И мороженого нет… Почему на полюсе не поставили ларёк? Он же тут отлично бы подошёл.

Хмм. Слеплю свой ларёк!

Я поднялась и начала катать снег и складывать его кирпичиками.

Я трудилась полдня и построила свой ларёк!

«Ларёк Соньки», — подумала я. — Да! Так и назову.

Меню?

Нууу, снежное мороженое?

Ооо, первый клиент. Я завязала хвост и произнесла в пустоту:

— Д-добрый д-день.

Выслушав воображаемый заказ, я добавила:

— Ооо, отлич-чный в-выбор! И т-так, ваш заказ: м-мороженое с с-снегом, с д-добавлением снега. — Я сверилась с воображаемым блокнотом и добавила: — Всё в-в-верно?

— Отлично! — услышав подтверждение, я добавила: — Т-тогда п-пару минуточек.

Я наклонилась, чтобы зачерпнуть снега и сделать два шарика, сверху посыпав снегом.

— В-ваш за-заказ, — гордо сказала, вытянув руку со снегом.

— Что? — удивлённо и смущённо спросила я. — Это мне? П-правда?

— В-вы так д-д-добры ко мне, — грустно сказала я и покраснела. — Вы же м-меня не з-знаете…

— Добрая? — по щеке потекла слеза, и я отвернулась. — Ой, извините… с-с-спасиб-бо б-большое в-вам… за всё.

Я повернулась обратно.

Ушёл…

Все бросают! У всех дела… Ну понятно… Кому нужна такая, как я.

Бесит!

Люди же живут ради кого-то — почему никто не живёт ради меня?!

Все тупенькие!

Я топнула ногой, и весь ларёк развалился.

Нет, нет, нет… Что я наделала — мой подарок, моё мороженое… Что я натворила…

Я начала кричать во всю силу и упала на колени.

От крика снег поднялся над землёй, а после упал обратно.

[В это время Виктор]

— Приехали, — сказал Старичек и махнул Кэнсу, а повернув голову в салон, добавил: — Выплёвываемся, ребятишки.

Я вышел из машины и сразу ощутил свежий горный воздух.

Я затянул воздух в полные груди.

— Хорошо… тихо, — сказал я, потягиваясь, а после подкурил сигарету.

— Май, обалдуй! — крикнул Старик, вылезая с сиденья. — Просыпайся!

Я стоял, курил сигарету и смотрел на горный пейзаж и прекрасное журчание ручья под ногами.

Кри расхаживал, разминая ноги, тряся ими, и смотрел на верхушки гор. Старик что-то показывал на карте Чаку. Май лениво вылезал из машины, закрывая глаза от солнца. А клон Ника просто стоял.

А Кэнс разминал спину. Посмотрел на меня, показывая рукой, мол: «Угостишь сигаретой?»

Я молча кивнул и кинул ему пачку.

Май перестал закрывать глаза и осмотрелся.

— Так, а курорт-то где? — сонно произнёс Май.

И вправду — мы же просто стояли на пустыре: в обе стороны лишь дорога, горы и ручей.

— Ника же ждём, — ответил Кэнс. — Сказал, что скоро подъедет.

Я посмотрел на их разговор и спустился к ручью, чтобы попробовать водичку.

Холодная, — подумал я.

В горах это я второй раз был. Первый — в детстве с родителями.

Ох… точно, я же даже родителям не звонил… Совсем из головы вылетело. Я хотел позвонить сейчас, но нет связи.

Я уселся рядом с ручьём и смотрел, как он шумно течёт рядом со мной.

Мы ждали Ника полчаса, и наконец он приехал.

— Чувакиии! — крикнул он, зажимая клаксон на ярко-жёлтом байке.

Он погазовал и остановился рядом со всеми.

— Ого, откуда аппарат такой? — спросил Кэнс, рассматривая с умным видом байк. — Украл, что ли? Зачёт!

— Так Манифарстана подарила, — произнёс весело он, и второй Ник подметил: — Подарила! — Он сделал паузу. — Там вообще история была такая забавная…

Как только он начал тараторить, все сели в машину. Старик глянул на меня, потом на Ника и сел в машину.

Машина уехала.

— Чемпион! — радостно крикнул он. — Запрыгивай, сейчас с ветерком прилетим!

— А то, что ты в гавайской рубашке на байке, — я сделал паузу, — в горах. Это норм?

— Та чувааак, — громко начал он и вжал газ, — я услышал «курорт» и подумал: пляж, всё такое, волейбол там, лежать на песочке возле моря… — Он сделал паузу. — А оказалось — горный… Ну ничё, найдём, чем заняться.

Ник гнал и сигналил минивэну: то обгонял, то замедлялся, чтобы они его обогнали.

— Ник, — громко начал я, — а у тебя вообще права есть?

— Обижаешь, чемпион, — гордо сказал Ник. — Почти все категории… Я вот не помню… — он задумался и отпустил руку, чтобы поддержать подбородок. — А на самолёт нужны права?

[В это время Савора]

Савора в официальном костюме не спеша шла по длинному коридору, цокая каблуками по полу. Она толкнула дверь и зашла в кабинет Мина.

В комнате директора спорили с кем-то по телефону. Кто-то кричал в трубку, кто-то курил у окна.

— Господа? — резко сказала она.

Все затихли и посмотрели на неё.

Савора открыла папку, достала бумажку и начала читать:

— …Считаем важным донести вам информацию… Группа «Альфа» обвиняется в ряде преступлений… также имеются косвенные признаки присутствия группы «Альфа» на территории… в кабинете Астарта Доваана… также обвиняются в убийстве главы Филиала Океания Астарта Доваана. Настаиваем на немедленном реагировании, а именно: главе Филиала Европа Мин Кагэ рассмотреть претензию и немедленно направить группу «Альфа» под стражу до прибытия агентов филиала Океания. В противном случае мы лично посадим их под стражу до окончательного вердикта.

Заранее благодарю за внимание.

Директор

Дамин Сакон

(Подпись)

(Печать)

Она медленно прошлась, раскладывая по копии на каждый стол.

В кабинете повисла тяжёлая тишина. Директора переглядывались. Курящий у панорамного окна замер с сигаретой на полпути ко рту.

Савора выдержала паузу и продолжила:

— Хочу заметить: документ подтверждён печатью исключительно Филиалом Океания!

Савора достала кучу листов и начала перечислять мнения других филиалов:

— Отказано…

— Нейтралитет…

— Категорически не приветствуем и не поддерживаем…

(Подпись)

(Печать)

Она так же разложила копии каждого ответа на стол директоров и продолжила:

— И на завершение… — она взяла последний зелёный лист. — …сбор Глав… в Главном Штабе…

(Подпись)

(Пять печатей)

— Прошу простить, господа директоры, — сказала она, складывая зелёный лист обратно в свою папку, — это единственный экземпляр.

Она сделала паузу и добавила:

— И сообщите мне, кто новый глава Филиала Европа, для составления ответного письма, — ещё пауза, — и переоформления группы «Альфа».

[Продолжение Виктора на курорте]

Передо мной возвышался огромный комплекс, втиснутый между гор.

Мы шли ко входу, а сзади весёлый Ник со своим клоном на байке подгонял нас.

Я закрыл глаза и представил яблоко.

Яблоко появилось в моей руке.

Всё-таки это правда.

Кэнс толкнул дверь, и перед нами растянулся обширный, дорого обустроенный вестибюль.

— Огооо, — начал Май, кружась в центре зала и осматривая массивную люстру, — довольно неплохие апартаменты.

— Чувааааак, да это не апартаменты, — Ник задумался, — а апартаменище!

Старик с Чаком и Кэнсом общались с администратором, пока я, Май и Ник любовались масштабами зала.

На одной стене висели сотни фотографий разных людей. Что-то наподобие: «Я здесь был».

Я ходил и рассматривал каждое фото.

Как же много людей здесь было… в одиночку, группами, в разных стилях и ракурсах.

Стена пестрила, как калейдоскоп.

Почти всех я не знал. Но попадались и знакомые лица. К примеру:

На одной из фотографий Мин Кагэ сидит в кресле и пьёт кофе.

Также есть фото, где Мин Кагэ и Соня на крыше. Мин свесил ноги с края, а Соня немного размазана — скорее всего, из-за движения.

Подобных фотографий тут ещё с десяток.

Они довольно близки, — подумал я.

Ещё пара фотографий господина Фина. На одной из них он лежит на шезлонге и закрывает лицо от камеры.

Меня уже почти не удивлял абсурд некоторых снимков.

Интересно, а кто их фотографирует? — подумал я.

В конце я уже хотел уходить и заметил странные фотографии.

На одной Чак, Старик и Кэнс стоят и машут в той же одежде, что и сейчас.

На второй Май смотрит на люстру, и его фотографируют сверху. Хочу сказать — эта фотография выглядит очень круто и пафосно.

На третьей Ник размазан в прыжке.

И на последней — я. Стою с умным видом и рассматриваю стену с фотографиями.

Я резко обернулся туда, откуда, по моему мнению, было сделано фото.

Никого.

Остальные уже начали уходить, и я ускорился, чтобы нагнать их.

Ник тараторил, рассказывая, как ходил в поход с Манифарстаной и ещё кем-то, но я его не слушал.

— Май, слушай, — начал я, догоняя его, — а ты видел фотографии на стене?

Он повернул голову, рукой поправил волосы:

— Да, крутые фотки. Фотка со мной вообще шикарно сделана.

— Это да, — продолжил я, — но кто их сделал?

Он посмотрел на меня с лёгким непониманием, а потом весело добавил:

— Сам догадайся.

[Филлерный Эпизод про Виктора в Нуарном стиле]

Похоже, мне придётся узнать самостоятельно про Горный курорт «Тихий Двор», — подумал я, представляя себя в роли детектива…

Загремел гром.

Я поправил воображаемую шляпу и прищурился, глядя на спину Мая. В этом отеле было слишком много секретов и слишком мало ответов. Где-то в глубине коридора завывал ветер, напоминая мне, что в горах никто не услышит твой крик, если ты найдёшь правду, которую не должен был находить. Оставалось только одно — закурить и начать копать…

Я замедлил шаг. Деревянный паркет предательски заскрипел. Я отдалился от группы F — теперь я могу начать своё расследование. Заметил на подоконнике ручку.

Выпуская клубы дыма, я осмотрел ручку. Это явно улика. Ручка. Значит, здесь кто-то писал. Или хотел.

Прогремело за окном.

Гром ударил снова, на мгновение осветив пустой коридор мертвенно-белым светом. Я прищурился, разглядывая колпачок. На нём была гравировка… или это просто царапина от чьих-то нервных зубов?

Я потушил окурок. Дело набирает обороты, и я на шаг ближе к его раскрытию. Приоткрыв серый пиджак, я достал флягу. Холодный металл освежил голову. Посмотрев в окно, покрытое каплями дождя, я опрокинул голову и сделал глоток спиртного. Хм… интересно, этот отпечаток на стекле сделан человеком? Я приложил ладонь к холодному стеклу.

Молния синхронно с моим касанием осветила руку.

Картина складывалась пазл за пазлом. Тот, кто за этим стоит, явно на нервах — это видно по колпачку ручки. Он был здесь, что подтверждает отпечаток пальца. Я нахожусь на месте преступления.

Но где же его искать? — почесал я щетину.

Гром накатил снова и осветил стену за моей спиной, на которой кровью было написано: «Бар».

Я закурил сигарету и провёл рукой по стене с надписью. Что бы это могло значить?

Пепел с сигареты неумолимо падал на мои начищенные туфли.

Я затянулся, щурясь от дыма, и смотрел на надпись.

— Бар, — прохрипел я, пробуя слово на вкус. — Слишком просто. Слишком удобно. В этом городе… нет, в этом отеле ничего не бывает просто так. Кто-то хочет, чтобы я пришёл туда. Кто-то, кто знает мой вкус к дешёвому пойлу и плохим новостям.

Достав ножичек, я поддел немного штукатурки с кровью.

— На вкус… — сплюнув штукатурку, — как краска!

Прогремел гром.

С этого момента дело начало набирать необычный оборот. Кто же ты такой?..

Я бросил окурок на деревянный паркет и наступил на него туфлём, чтобы затушить. Наклонившись, чтобы протереть туфли от пыли, я заметил маленькую бумажку, приклеенную к стене.

[Данная инсталляция раскрывает мир шире и даёт понять, что бар — это действительно бар.]

Чуть ниже было написано:

[Уборка по понедельникам. По вопросам чистоты в вашей комнате обращайтесь к Уборщику.]

— Уборщик… — я хрипло засмеялся. — Каждый преступник слаб и любит играть, оставляя автографы. — Я сделал глоток из фляги, протирая рукой рот. — Но не со мной.

Гром осветил коридор.

Я шёл по коридору, проходя комнаты, и резко остановился. Посмотрел направо — там была дверь с надписью: «Уборная. М».

Я повесил тренчкот на вешалку рядом и со скрипом открыл дверь.

Первой в комнату зашла моя тень, а затем и я представился этому прогнившему миру.

На меня никто не обратил внимания. Бармен стоял, начищая до блеска стаканы, остальные сидели в густом облаке дыма под выступление джаза на сцене.

Я уселся за барную стойку и скинул шляпу.

— Виски, — процедил я, закуривая сигарету.

— Тяжёлый день? — спросил бармен, толкая мне стакан с пойлом.

— Ты знаешь человека по кличке… — я опрокинул в себя пойло из стакана и продолжил, — Уборщик.

Наступила тишина. Раздался скрип струны гитары.

— Детектив… — раздался из угла комнаты грубый голос. — Зачем ты ищешь уборщика? — он закашлялся и с издёвкой добавил: — Бурбон в номере разлил.

Все засмеялись, и джаз-бэнд продолжил играть.

Я показал бармену два пальца, и он сразу же толкнул мне второй стакан с пойлом — на два пальца.

— Я выливаю бурбон только в себя, — не поворачиваясь к нему, сказал я и закурил сигарету. — А ты, если знаешь что-то… — я сделал паузу и повернулся к нему, — говори.

В углу, в чёрной шляпе и пиджаке, сидел Май и пил томатный сок.

— Я ищу его, — Май сделал паузу, чтобы покашлять, — двадцать лет. Но он постоянно от меня ускользает.

Но я… — я посмотрел на часы, — до сих пор не понял, что значит «М».

Теперь уже два детектива ломали голову над загадкой этого места.

— Мотель? Маяк? — начал перебирать Май, покашливая время от времени. — А может, это Мужчина?

Снова все затихли, и оборвалась струна гитары.

— Это не так очевидно, сынок, — я глубоко затянулся сигаретой. — Инициал того, кто заправляет всем этим балаганом. — Я махнул бармену, и он толкнул мне очередной стакан. — И он явно намекает, что мы здесь не одни…

Джаз-бэнд продолжил играть.

Спустя час перебора вариантов я уже сильно напился.

— Знаешь, — начал я, вставая с дивана, — я начинаю петь.

Я подошёл и вырвал гитару у пацана. Май подошёл, скинул другого с клавиш и сел.

Я приблизил микрофон к себе.

— Раз, раз… — начал я бить по микрофону пальцем. — Выступает дуэт… — задумался. — «ВиктоМай».

Май начал играть на пианино, а я медленно перебирал струны и запел.

(текст песни сохранён, исправлены только опечатки и согласования)

Прозвучали аплодисменты, а я закурил сигарету.

— Уборка номера, — прозвучал тихий женский голос из коридора.

Я посмотрел на Мая. Май посмотрел на меня. Мы посмотрели на бармена. Бармен посмотрел на нас. Толпа молчала.

Мы выскочили из «Уборной М». Я на ходу натягивал тренчкот. Паркет сопровождал каждый шаг скрипом. Молния ударила в панорамное окно, превращая коридор в чёрно-белую плёнку. И там, в конце тоннеля, у двери номера, стояла Она.

Длинное тёмное платье, фартук, идеально уложенные волосы и швабра, которую она держала с грацией королевы.

— Мальчишки, — сладко начала она, — чем-то помочь?

— Знакомое лицо… — Май задумался. — Где-то я вас видел…

— Ни слова больше, — хрипло начал я, переводя дыхание. — Здесь мы будем задавать вопросы. — Я поправил шляпу. — Ты тот самый Фотограф… Уборщик.

— Фотограф? — удивлённо спросила она, выжимая швабру. — Я простая уборщица.

— Где же я вас видел… — продолжал Май.

— Не заговаривай мне зубы! — хрипло, с агрессией, продолжил я. — Ты же «М»!

— Точно! — перебил Май. — Ты же Моника Беллуччи!

— Беллу… кто? — переспросил я.

— А вы не так просты… — начала она, бросая швабру на пол. — Детективы… Как вы меня раскрыли?

Я рассказал историю с самого начала.

— Ох… — печально сказала она. — Всё-таки моя пожёванная ручка меня выдала. И картина «Бар» не смогла завести вас в тупик. Ты нашёл мой автограф… Поражает. — Пауза. — И что же вам нужно?

Мы с Маем одновременно сказали:

— Как ты фотографируешь?!

— Новое постельное бельё!

— Стоп. Что? — не понял я. — То есть ты двадцать лет искал уборщика, чтобы просто получить бельё?

— Это реально странно, — добавила Моника Беллуччи. — Ты мог просто подойти к администратору.

Она дала Маю бельё.

— Этот путь показал мне, насколько мир ужасен, — сказал он, — и только одно в нём освежает — смена постоянного. В моём случае — бельё. А тебе придётся разобраться самому.

Мы проводили его взглядом до лифта.

— Так как вы фотографируете людей? — спокойно спросил я.

— Обычно. На фотоаппарат, — сказала она, доставая камеру. — [Здесь могла бы быть реклама фотоаппарата.]

Я осмотрел его. Обычный.

И я всё понял. Она всегда была рядом. Но она — уборщица. Её никто не видит.

— Но как вы сделали фото Мая с люстры? — недоумевал я.

— Взгляни на люстру и поймёшь…

Я резко развернулся и побежал в вестибюль.

Зеркало.

Слова Мая стали куда глубже и понятнее.

— Иногда, — сказал я, глядя в отражение, — каждому из нас не хватает взгляда со стороны. Иногда другой угол показывает скрытое.

Экран темнеет.

— Что за хрень я посмотрел? — жуя чипсы, сказал мужчина перед телевизором.

— Тише ты, — ответила девушка. — Титры идут.

— Я чай делать, — буркнул он. — Только ради Моники Беллуччи смотрел.

— И мне сделай, — сказала она.

[Продолжение с того же места где остановился Виктор]

Я продолжил идти за группой F по коридору. Мы пришли к номерам, где нас расселили. И, на удивление, я один в номере.

Мне понравился номер. В нём повсюду были свежие цветы — аромат был прекрасен. И большое окно во всю стену. С него открывался невероятный вид на горный ландшафт с лесом посередине.

Я прыгнул на кровать и смотрел в окно. Это было прекрасно.

Мне впервые начала нравиться моя жизнь.

Я полностью погрузился в пейзаж за окном.

Через полчаса раздался стук в дверь.

Я лениво сполз с кровати и, медленно передвигая ноги, добрался до ручки.

Неспеша снял защёлку и потянул дверь на себя.

Дверь открылась.

— Чувааак! — радостно и растянуто крикнул Ник, заходя мимо меня в мой номер.

Я захлопнул дверь и вздохнул. Когда я повернулся, Ник со своими клонами уже детально изучали мою комнату. Буквально один из клонов смотрел на окно через лупу. Интересно, как он их вообще создаёт?

— Огооо, сколько цветочков! — Ник кивнул на вазы и добавил: — Фанатики достают? — Он сделал паузу. — Хотя не-е-ет… ты флористом подрабатываешь на этом курорте?!

Я медленно оторвался от двери и посмотрел на Ника, который с лупой изучал вид на горы.

— Ник! — начал я, стараясь не сорваться на крик, — если твой «отдел исследований» сейчас же не перестанет трогать мои фиалки с тюльпанами, я… — я задумался, — выйду и закрою тебя здесь! — Я сделал паузу, падая на кровать рядом с Ником. — И вообще у тебя лавандовые духи.

Ник понюхал себя, потом Ник понюхал Ника и спокойно начал:

— Так, братаан, я люблю запах цветов. — Ник прищурился и добавил: — Лаванда — это же символ… — Ник задумался, и Ник с лупой продолжил: — символ спокойствия, умиротворения. Поэтому, чувак, я такой, не знаю… спокойный?

— Так, а зачем я пришёл? — Ник задумался, и после второй Ник продолжил: — Точно! Броо, я такое нашёл! Ты посмотри, как я одет! — закончил он, и один из Ников грациозно покрутился в центре номера, показывая себя со всех сторон.

Я осмотрел его, а Ник тыкал мне лупой, говоря:

— Внимательно смотри.

Та же гавайская рубашка, только уже без жёлтой футболки, и жёлтые шорты до колена, и пучок на голове.

— Ну без футболки… — не понимая, начал я и откинулся на спину. — А, и байка нет. — Я ещё раз осмотрел. — Ты же так и приехал.

— Вот именно, чуваак! — весело начал Ник, и второй Ник добавил: — Тут! — третий Ник гордо закончил фразу: — есть огромный бассейн!

— А знаешь, что это значит? — начал Ник, а я лениво ответил: — И что?

Ник, подпрыгнув на кровати, продолжил:

— Это же пляжный эпизод! — Он сделал паузу. — Ну, вернее сказать, бассейный эпизод… — Он начал ещё сильнее думать. — Или эпизод у бассейна… — и в конце добавил: — Пляжно-бассейный у бассейна эпизод.

Я вполголоса начал повторять последнюю фразу Ника:

— Пляжно-бассейный… что? — вздыхая, добавляю я. — Ты о чём?

Ник с удивлением глянул сверху на меня и упал рядом со мной:

— Брааатан, та это, короче, в фильмах и аниме такая штука…

Ник начал опять тараторить.

Я закрыл лицо подушкой.

⸻

[ПЛЯЖНО-БАССЕЙНЫЙ У БАССЕЙНА ЭПИЗОД]

Я шёл с Ником по лестнице вниз, а он без остановки тараторил про фильм. За долгое время начали появляться хоть какие-то люди на этом курорте. Их становилось всё больше и больше. Я уже слышал плеск воды за углом. Но мысли прервал голос.

— Ники, привееет! — весело начала Манифарстана, поднимаясь нам навстречу в купальнике.

И вся его энергия резко перебросилась на неё.

Я решил его подождать и уселся на ступеньки сбоку, прижавшись к стене, чтобы не мешать спускаться людям.

Двадцать минут я сидел, ждал Ника. А потом осознал, насколько это была дурацкая идея. Я жду Ника, пока он договорит, параллельно второй Ник мне ещё что-то рассказывает.

Меня в спину толкнул Май. Я вздрогнул и повернулся к нему. Май был в наушниках и одет как клерк: брюки, рубашечка. Я бы сказал — немного раскрепощённый клерк: брюки, расстёгнутая рубашечка.

Май посмотрел на Ника, потом на меня и сделал такое выражение, мол: ща разберусь.

Май спустился к Нику и Манифарстане и громко сказал:

— Я сильно извиняюсь, но Ника я конфискую.

Он закинул Нику руку на шею, и они продолжили спускаться по лестнице. Второй Ник глянул на меня с таким невозмутимым удивлением.

— Чувааак, а чё ты тут сидишь? — Он сделал паузу. — Там водичка прям… — он ещё раз задумался, — прям как молоко!

Получается, пока я сидел тут и ждал Ника, Ник уже давно купался в бассейне. И, думаю, ещё и лежал на шезлонге и пил коктейль. И не удивлюсь, если он ещё с кем-то общался.

Я медленно встал, разминая затёкшую спину, и начал спускаться, параллельно разминая каждую ногу.

— Виктор, верно? — спросила Манифарстана, поправляя длинные чёрные волосы.

Я когда-то дойду до этого бассейна? Это же вроде обычная лестница, а не карьерная.

Я выровнялся с ней на небольшой площадке между пролётами лестницы и настороженно сказал:

— Добрый… да. — Я сделал паузу. — А что?

— Ники просто про вас так много рассказывал, — воодушевлённо продолжила она. — Рада была с вами познакомиться. — И напоследок добавила: — До свидания, Виктор.

Я пожал плечами и продолжил спускаться.

Наконец-то я добрался.

Помещение под бассейн — как-то мелковато… А вот по ощущениям как несколько ангаров для «боингов» — это размер подходящий.

Конечно, я рад, что это не тупо всё залито водой, а есть разные зоны: различные виды бассейнов, джакузи. Это курорт в курорте. Если бы тут ещё на потолке повесили огромные экраны с небом… Их повесили. Откуда у них столько денег?

Я стоял в проходе в шоке и осматривал этот бассейн… Странно звучит. Думаю, лучше называть: ангар.

Я, конечно, не имею образования по экономике, но пару миллионов, очевидно, затрачено. Хотя… может, есть человек, который деньги умеет создавать? А инфляция? Может, деньги и не сильно нужны? По сути — материалы и рабочая сила. Агенты сами могли и создать материал, и сделать.

Сделаю и я свой вклад, — подумал я и создал яблочко. Я посмотрел на него и подумал, куда же его поставить.

Заприметил уголок, выпирающий из стены. Вот туда и поставлю… И я так и сделал.

Отойдя на пару метров, я посмотрел на яблоко и получил какое-то удовлетворение. А потом задался вопросом: и зачем я это сделал?

Как я и думал, Ник полностью наслаждался отдыхом. Один из Ников лежал в центре бассейна с коктейлем на надувной утке — под цвет его шортов. Второй лежал на шезлонге в очках. А третий общался с кучкой людей, окруживших его со всех сторон.

Я нашёл свободный шезлонг рядом со стеной и улёгся.

Шум в этом месте был практически невыносим. Теперь я понимаю, почему Май был в наушниках.

Я лежал и смотрел в экранизацию неба в 4K.

[Паралельно Соня]

Я уставшая шла на очередное задание. Как же они меня достали! Ладно это последнее и можно домой.

Я вышла на необычайно необъятную поляну с цветочками.

Из-за спины на меня выпрыгнул Рык. Довольно древний Монстр, типо волка ну или собачки.

Я схватила его за горло пока он летел на меня.

П-привет пёсик - весело сказала я и начала гладить жёсткую шерсть Рыка. - Т-ты же милый мальчик? - я взяла его нежно двумя руками - П-подчинись и х-х-хватит!

Он спрыгнул и начал вилять своим тяжёлым хвостом вокруг моих ног и царапая их.

Ум-мница - сев на колени сказала я. - А т-ты тут один?

Гав! - ответил он и повел меня вперёд.

Мы пришли к пастбищу Рыков? Стадо рыков лежали на траве и спали. А в центре сидела фигура.

Эй! Стой там - крикнул Пастух? А как его ещё называть если он буквально не представился. Ну и манеры у него...

[Вот так и встретились два наших героя на пастбище среди Рыков. Они стояли и смотрели друг другу в лицо]

Эй! Я тут рассказываю, замолчи!

Я знаю кто ты! - продолжил он? Да как это писать если ОН ЕЩЁ НЕ ПРЕДСТАВИЛСЯ!

Д-да-да-д-да, это к-крутецки, а т-ты кто? - незаинтересованно перебила его Я.

Меня зовут Стенафан - сказал Стенафан гладя на Рыка - я второй "удачный проект"

К-крутоооо - рассматривая свой маникюр ответила Я.

[Наш герой взглянул на своего оппонента. На её лицо было безразличие. Но я уверен! Она жаждет бой!]

Нет, не хочу, скукота, и почему ты рассказываешь??

Я вызываю тебя на бой! - Начал гордо и воинственно Стенафан. - только у меня условия! - с улыбкой добавил Стенафан - без способностей!

Да ты чё - сказала я вспомнил видосик. - п-прикажешь д-девушке на к-к-кулаках драться?

А можно? - удивлено спросил Стенафан, Я посмотрела на него впервые и сказала - Нет!

Ладно-ладно - Стенафан махая руками добавил - держи посох. - Стенафан сделал паузу - Хорошо что у меня два посоха!

Стенафан кинул мне посох и вслед за посохом на меня набросились Рыки.

Я махнула Посохом и они разлетелись в стороны. Мой рык-пёсик сидел возле моих ножек.

Стенафан бросился на меня бежать. И он бежал... Бежал... Бежал...

Замахнулся посохом что бы меня ударить, я быстро уклонилась. Стенафан сразу же проводит вторую атаку целясь мне в ноги.

Я подпрыгивая наступая на его посох. Стенафан подбрасывает меня на пару метров в небо. Я делаю оборот вокруг посоха и целюсь прям в голову Стенафану.

В последнюю секунду до удара он толкает рукой мой посох в сторону и я промахиваясь.

На меня одновременно прыгают в это время около двадцати Рыков. Я делаю резких взмах вокруг себя и они все падают разделены на две части.

Я смотрю на себя и вижу как на меня летит капля крови. Я отбиваю её посохом. Осматриваю себя и выдыхаю. Хух, не попало на мою бежевую рубашечку.

Пока я осматривала себя Стенафан кинул в мою голову посох. Я запрыгнула на него и он кинул ещё один, и я прыгнула на следущий после он повторил это ещё два раза.

Откуда он посохи берет?

Я закрутила посох что оно при виде напоминало круг и толкнула в Стенафана. Он грациозно отскочил и посох пробурил пару метров земли.

Я приземлилась в то же место углубив яму ещё на метр.

Как же радовало что он молчал, а то любят пообщаться в такие моменты. Повозмущатся, похвастаться и похвалить. Бесят!

Стенафан достал из кармана двадцать посохов и запустил со скоростью звука в меня. Я как в матрице уклонилась от них и сразу же на меня напрыгнуло со всех сторон около пятидесяти Рыков.

Я подняла посох и ударила его в землю из-за чего Рыков прижало к земле и расплющило.

А ты... - начал Стенафан, и я сразу перебила - не смей!

Нет, он такой же как и все. Типичный.

Стенафан нахмурился и достал из двух карманов заостреные пятьдесят посохов и со скоростью звука запустил их в меня.

Я снова уклонилась от всех посохов. Подпрыгнув на пару метров вверх.

Посохи резко остановились и начали лететь обратно в меня.

Это не похоже на обычные посохи без способностей! Не честно!

Я перерубила все посохи одним ударом и сразу же кинула посох в Стенафана. Забив его к земле за куртку как картину.

Он вырвал мой посох и кинул его мне обратно.

М-может х-хватит цирка - начала грустно я.

Сказала я и создала водородную бомбу.

Сейчас должен быть экшен!

Он её закинул в карман... Ясненько.

Пока - сказала я, Стенафан ходил по полю и собирал посохи засовывая их в карман. - Пока.

Я вот не понимаю - начал Стенафан - почему именно ты?

Я посмотрела на себя - м-может п-п-потому что я такая к-крутая - я прокрутилась на 360 градусов.

[Вот так и закончился эпический бой нашего героя]

Хватит!

Ясно. - добавил он и ушел. Вываливая по пути Рыков.

Эхх... - устало произнесла я.

[Через какое-то время]

— Хух, н-наконец-то з-з-з-закончила с делишками, м-мож-ж-но бежать д-д-домой. Минчику нужно отчитаться.

Сказала Соня, сидевшая на огромной куче монстров, полностью покрытая кровью, закинув ножку на ножку.

[Параллельно]

Группа Альфа взрывает двери в кабинет директоров филиала Океания, захватывая полный контроль над директорами.

[За 10 минут до этого]

Пустой кабинет Мин Кагэ. Лист на столе Мина:

…В случае моей смерти/отсутствия более одних суток автоматически назначить агента Софию Лиленг группы FAA на пост Главы филиала Европа. Также принудительно отправить группы: Альфа, Браво, Дельта, Саксафон — на захват глав основных филиалов. Дальнейшие решения — за Софией Лиленг.

Дата: 23.08.2028

Подпись: (Мин Кагэ)

Печать: (отсутствует)

[Параллельно]

Объявляю международное собрание глав оконченным.

Расформирование филиала Европа — привести в исполнение.

[Параллельно]

Я лежал на шезлонге и пил холодный коктельчик. Как же хорошо, однако.

Раздался оглушающий взрыв. Все телевизоры замигали. Потом второй. Третий.

Будто дождь из бомб.

Я подорвался, но не успел даже осознать, как огромные валуны пробили потолок и начали падать на агентов.

Агенты разлетались на куски. Красная густая вода взлетала на метр вверх и разлеталась во все стороны.

Ник плыл на уточке к краю бассейна.

На него падает валун. Взрыв.

Я упал на колени и посмотрел наверх, прокручивая свою жизнь.

Взрыв.

[Параллельно]

Сотни взрывов произошли по всей Европе.

Документ:

…536 (пятьсот тридцать шесть) агентов ликвидированы.

…1346 (одна тысяча триста сорок шесть) — тяжёлое состояние.

Сезон 2. Серия 1.

[Главный Штаб. Собрание Глав Филиалов]

Длинный стол по центру зала. За ним сидят три главы филиалов: Азия, Африка, Америка. Два места пустуют — Океания и Европа.

На входе в зал — десять трупов директоров двух отсутствующих глав.

Все остальные главы подписывают документы и сдают их за главный стол.

— Подведу итог, — начал Глава Главного Штаба. — Два филиала остались без управления. — пауза. — Во избежание конфликтов и дальнейшего порядка в мире... — ещё пауза. — Я объявляю о расформировании двух филиалов.

_______

[Виктор в это время]

Смотрю в потолок. Полностью сломлен.

Прокручиваю свою жизнь — и вижу, как на меня падает валун.

Проваливаюсь в воспоминание. Я падаю со стены замка. Валун взрывается, засыпая меня камнями.

Выползаю из-под завала и вижу: десятки огромных собак пожирают людей. Всё настолько реально. Но это не мои воспоминания.

Я сильно зажмуриваюсь.

Открываю глаза — и вижу, как Рыки бегают по курорту и пожирают агентов. Неужели это я их сюда притащил? Я своими руками добиваю выживших после всего, что уже произошло.

— Этого не может быть! — кричу я. — НЕТ! НЕТ! НЕТ!

Да что ж я натворил? Простите меня все! Умоляю, простите!

Агентов, обессиленных, разрывают на части и делят, как куски мяса. Рвут шеи — фонтаны крови брызжут на стены.

Я — убийца!

Я открываю глаза и смотрю на происходящее. Сдерживаю рвотный позыв и психический смех.

Рядом со мной лежит парень, медленно ползёт к стене. За ним, не спеша, вразвалочку идёт Рык. Парень кричит, молит о пощаде, он уже без ног — оставляет за собой кровавый след. Но Рык не слышит. Он уже наелся, теперь просто играет с добычей.

Я крикнул на него — никакой реакции.

— Иди прочь! — заорал я и запустил в него яблоком.

Ему всё равно. Я кидал яблоко за яблоком — он даже не дёргался.

Прижал агента к стене и начал методично откусывать от него куски.

Нет. Это точно не я. Это галлюцинации. Этого не может быть!

Точно. Это сон. Я просто сплю. Или я уже умер под валуном.

Я давно мёртв. И это просто... Ад?

Моя тюрьма за всё, что я сделал. За обман людей, за страдания, которые я им причинил, когда воровал деньги.

Это Ад.

______

[Прозвучал громкий спуск воды в туалете]

Выбежал Ник. Поправляет шорты, снимает гавайскую рубашку, завязывает её на поясе.

Осмотрел всё вокруг.

За ним из туалета выбежали пять клонов — тоже осмотрелись.

Ник глянул на меня и побежал ко мне. Закинул на плечо — и к лестнице. Клоны отбивали Рыков, прикрывали нас.

Но они не справлялись. Умирали один за другим. И всё это время Ник что-то рассказывал — тараторил без остановки, бессвязно.

— Оставь меня здесь! — кричал я и бил его. — Я не хочу...

— Не хочу... — повторял я. — Не хочу этого...

Ник не реагировал. Просто бежал по разрушенным коридорам.

— Да отпусти же ты меня! — заорал я, укусил его за руку. — Ты! Лживый маньяк! Безэмоциональная оболочка! Отпусти!

— Ненавижу тебя! — кричал я и смеялся.

Ник молчал.

Мы пробегали мимо трупов агентов и персонала курорта. Без стен, без потолка.

Ник выбежал на площадку перед входом.

Там уже были десятки выживших. Одни лежали без сознания, другие кричали.

Хаос.

Ник скинул меня на асфальт.

Я подорвался и побежал обратно.

Туда, где от здания остались только пара стен и груда бетона. Ничто не напоминало о былом величии.

Прозвучал громкий свист. На курорт снова обрушились валуны — утрамбовали то, что уже было разрушено, выровняли поверхность.

Все, кто остался в бассейне, — мертвы. Засыпаны десятками метров бетона, камня, пыли.

Я бежал туда и смеялся. А Ник хватал меня за шкирку, снова и снова откидывал обратно. И при этом с кем-то говорил — точнее, тараторил, а кто-то пытался его понять.

— ЗАМОЛЧАЛИ ВСЕ! — крикнул писклявый голос.

Старичок, хромая на одну ногу, прошёл между агентами.

— Всем тихо. — Он посмотрел на испуганного агента. — Вы же детишки мои. Разве я вас так учил? — покашлял. — Оболдуи.

Он ходил между ними. Те, кто плакал или кричал, получали учительский подзатыльник.

Мне тоже прилетело. Ник — по привычке, наверное. Старик в классе только ему и давал подзатыльники.

— Ай! — возмутился я. — Старик, ты чего бьёшь?!

Все озадаченно посмотрели на меня.

Я получил ещё один подзатыльник. Потом ещё — пока не затих.

— Я тебе не Старик, — сказал он, оглядывая всех. — Меня всегда звали Сэр. — пауза. — Прощаю на первый раз.

Тишина. Только ветер потрескивал деревьями.

— Встать всем по группам! — крикнул Сэр, показывая места для построения. — По готовности доложить.

Все начали собираться в кучки.

— Группа FFM... — кашлянул агент из побитой кучки из трёх человек, выплёвывая кровь. — Господина Фина... готова.

— Группа KA Господина Карта... — плача, произнёс агент, стоявший в одиночестве. — Готова.

— Группа F Господина Фина готова! — крикнул Май спереди меня и нацепил наушники. Рядом стояли Ник и отключившийся Кэнс. Подбежал Чак: — Космос!

— Группа MA Леди Манифарстаны готова! — крикнула Манифарстана с улыбкой.

— Эй, бро, — начал Ник, глянув на неё. — У тебя же нет группы, йоу. Ты же логистикой занимаешься.

Он хотел продолжить, но Сэр уже стоял рядом и смотрел на него. Ник замолчал.

— Группа KAR Господина Карта готова! — Агент осмотрел свою группу, явно радуясь. — В полном составе! — крикнул он.

Сэр посмотрел в обгоревший список, начал считать.

— Пятнадцать групп... — недовольно произнёс он. — Мы потеряли! — пауза. — Из-за вашей паники!

Агенты опустили головы. Кто-то отвернулся от стыда. Никто не осмеливался говорить.

Сэр продолжил, с грустью:

— Около двухсот моих учеников погубили. — пауза. — Всем собраться и очнуться наконец!

— Сейчас вы должны оказать помощь своим коллегам. — Он осмотрел всех. — А после вернёмся в Штаб. — Посмотрел на часы. — Я не знаю, кто это сделал... Но я обещаю — выбью из директоров.

[Произнёс старичок Сэр. Он не знает, что выбивать уже не из кого, но верит: всё можно вернуть.]

[Т-та тихо т-ты]

Сэр раздал всем указания и пошёл с группой FFM и нашей группой к парковке курорта — ниже по дороге.

Из нашей группы не вернулся Кри. Я не знаю... У меня нет тоски по нему. Я знаком с ним был пару часов. Но осознание, что он мог умереть из-за меня, приводило меня в ужас.

Ник тараторил что-то Чаку, пока мы шли по залитой солнцем дороге.

Идёшь, и даже представить сложно, что за спиной — разрушенное здание и около двухсот погибших.

Я боюсь обернуться. Пусть это будет неправдой.

Хоть бы это всё было ложью.

— Прошу вас... — прошептал я.

Май был подавлен больше всех. Из-под наушников доносился громкий рок.

Телепатом я не смог быть... Как он держится после всего этого? После сотен криков и мольб о помощи?

— А Саймон был здесь? — испуганно спросил я.

— Космос! — крикнул Чак.

По интонации было понятно — его здесь не было.

— Чува-а-ак, если чё, Чак сказал, — начал Ник, не поворачиваясь.

— Да понял я! — язвительно перебил его.

Ник недовольно хмыкнул и продолжил общаться с группой FFM.

Я посмотрел на Кэнс. Он тащился сзади, хромал на одну ногу, перевязанное туловище, в зубах — сигарета.

Меня накрыло воспоминание: как Рыки когтями разрывали бок агенту...

Я сильно зажмурился и закивал головой.

_____

Через десять минут мы дошли до парковки с автобусами.

И тут — взлётная полоса. И самолёт. В горах?

Элиту сюда возят? Негоже воротничками задницы в машине протирать.

Ненавижу их! И себя! И мир!

Я вспомнил, как Ник вытащил меня с курорта. Подбежал и толкнул его.

Ник попятился, но не упал. Развернулся, недовольно глянул на меня.

— Я тебя просил? — С трудом проглотил ком в горле. — Вытаскивать меня?

— Я ТЕБЯ ПРОСИЛ?! — заорал я.

Ник молчал. Смотрел грустно, обиженно.

Я толкнул его снова.

Сэр махнул рукой — все отошли.

Ник не сопротивлялся. Просто стоял, принимая мои слабые удары.

Я бил его в лицо. Изо всех сил. Разбил до крови.

А он стоял. Молчал.

— Почему ты стоишь?! — закричал я, и слюна полетела ему в лицо.

Ник молчал.

Я бил, но удары становились всё слабее. Я упал на колени перед ним.

Ник сел на колени напротив и обнял меня.

Я плакал и проклинал себя.

Группы пошли дальше. А Ник держал меня, крепко, и молчал.

Я чувствовал его лавандовые духи. Вспомнил, как он говорил о них в моём номере.

Что от них он становится спокойным.

Я тоже начал приходить в себя.

[Вот так и становятся лучшими друзьями — через боль и...]

[т-тссс]

______

Когда мы с Ником пришли на парковку, там уже все, кто мог, осматривали автобусы.

— Тормоза перерезаны! — крикнул агент из-под капота.

— И тут тоже! — добавил второй.

— И у этого! — поддержал третий.

Сэр будто осознал что-то. Быстро собрал нас, заговорил тихо:

— Я допускал такое. — кашлянул. — Я думал про это. Поэтому взял только вас. — Оглянулся. — Как такие, как Ник, могли бы меня обмануть? — Он легонько потянул Ника за ухо. — Правда же, разгильдяй?

— Ай, ай, ай! — пискнул Ник. Сэр отпустил.

— Так, йоу, давайте на самолёте полетим! — крикнул Ник, указывая на гольфстрим черно-красного цвета в приоткрытом ангаре метрах в ста от нас.

Как он его увидел?

Потом я понял. Там стоял Ник и осматривал аппарат.

Сэр посмотрел на него как на глупого ученика.

— Ник! Как ты хочешь уместить, — пауза, — из двадцати пяти человек, — Сэр посмотрел на самолёт с уже открытыми воротами, — в бизнес-джет?

— Ну-у-у... — Ник задумался.

— И так же, — продолжил Сэр тихо, — мы не узнаем, кто предатель.

— Делать будем так.

Сэр начал рассказывать план.

Через пару минут отправил двух агентов — позвать остальных.

Через десять минут пришли все.

— У кого есть права? — крикнул Сэр. — Шаг вперёд.

Вышло двенадцать человек. Сэр выбрал троих и указал на автобусы.

Все начали медленно заходить.

Манифарстана остановилась.

— Я тут побуду до прибытия помощи. — пауза. — Может, кто-то ещё сможет выбраться.

Сэр посмотрел на неё, грустно начал:

— Ладно, садись... — кашлянул. — Я уже стар, останусь здесь.

— Нет, не стоит. Вы им нужны. — Манифарстана показала на набитые автобусы. — А с меня наставник... — пауза. — Так себе.

— Деточка, — Сэр посмотрел на неё, — я не могу тебя тут оставить... — глянул на часы. — Ты мать. Или будущая мать! — взял её за руку. — Я не могу оставить женщину тут... Прости.

— Нет. У меня нет детей. — Манифарстана отвела взгляд. — И не будет.

Сэр схватил её за руку и потащил к автобусу.

— Я не оставлю тебя... Я слишком многих потерял.

— Нет! — крикнула она, вырвала руку и отступила.

Сэр пожал плечами. На Манифарстану сзади накинулись три Ника. Они плакали, но держали.

— Бро-о-о, — грустно начал Ник, заламывая ей руки и усаживая на колени. — Ты же была моим кентом... Зачем ты... — вытирал слёзы. — Зачем ты так? Не по-братски...

Манифарстана молчала.

— Ладно, хрен с ней, — махнул Сэр. — Пусть тут думает о своём поведении. — задумался. — А нам что делать?

Клон Ника крикнул от ангара с самолётом:

— Идите сюда!

Сэр махнул всем. Все двадцать три человека (не считая Ника) начали выходить из автобусов.

— Я нихрена не понял, — сказал агент, оглядываясь на Манифарстану.

— Я тоже, — добавил второй.

К ним подбежал третий:

— Мужики, а хрена мы не на автобусах едем? — пауза. — И куда мы идём?

Двое Ников остались держать Манифарстану. Третий пытался до неё достучаться, но она молчала.

Мы подошли к ангарам. Ник нажал кнопку второго.

Двери медленно поползли вверх. Там стояло что-то большое, накрытое тканью.

— Это! — радостно завопил Ник, подбегая. — С-130...

Рванул ткань.

— ...Геркулес!

[Великолепное стратегическое мышление Старичка Сэра, возможно, спасло оставшиеся группы. Но кто поведёт этого небесного зверя?]

[Д-да ты реально б-бесишь]

Сезон 2. Серия 2

Вот наконец я дома. Хух, как же долго топала.

Открываю двери в Филиал Европа. Вестибюль пустой — ни одного охранника.

И где секьюрити? Минчик осмелел?

И чего бумажки разбросаны? Они тут без меня совсем разошлись?

Администратора нет. Странно, всегда сидит дедулька. Ай, да какая разница — в туалет, наверное, отошёл.

Я весело забежала в лифт и начала кривляться в зеркало под тупую пафосную музыку.

Пу-п-пу-ру-ру-пом...

Дзинь.

Выбегаю в коридор, лечу к кабинету Минчика.

Толкаю двери. В глаза ударяет яркий солнечный свет из окна. Привыкнув, осматриваю кабинет. Два каких-то типа роются в документах.

— Эй! — скрестив руки, недовольно постукиваю ногой по ковру. — К-к-кто т-такие?

Они осмотрели меня с ног до головы и засмеялись.

— Деточка, — начал первый тип, направляясь ко мне, — к логопеду сходи.

Второй подхватил со смехом:

— Точнее, к л-л-л-л-логопеду!

Захохотали.

Это впервые, чтобы кто-то смеялся над моей речью. Обидно даже как-то!

— А М-м-минчик где? — сказала я, проходя мимо первого. — Ч-чего тут ш-шастаете? А?

— Ты чего так разговариваешь? — возмутился Первый типок и медленно пошёл за мной. — Мы из Главного штаба! — крикнул он недовольно. — Удостоверение! Сюда живо!

Схватил меня за плечо и развернул.

— Оуу, — удивилась я и отвела взгляд в пол.

И заметила там странную бумажку с моим именем.

— Ты вообще... — начал первый, но я перебила, поднимая бумажку:

— П-представься, а т-то т-так не п-подружимся.

— Что-о-о?

Я глава Филиала Европа? Что за странные приколы у Минчика? И где он сам?

Это что, наказание за то, что я говорила, будто он стал скучным и приклеенным к креслу?

Я недовольно топнула и случайно ударила Первого типка, который до сих пор не представился!

— Ой, я с-случайно! — убрала ногу. — Честно-честно!

И к-кстати, з-зацени! — помахала бумажкой перед его лицом. — Я г-глава Филиала Евр-ропа! — сделала паузу. — Т-так что с-сваливайте с м-моего кабинета!

Они засмеялись. Два безымянных...

Назову их... точно! Вася и Толик.

— Так печати нет, — ткнул Вася в документ и продолжил смеяться. — И филиала Европа тоже нет.

Толик весело запрыгнул на стол Мина, сбрасывая фотографии:

— Ой-ой, неувязочка получилась!

— П-п-подпись видел? — ткнула пальцем в подпись «Мин Кагэ». — А п-печати м-мне не интересны.

Повисла тишина. Они немного опешили.

Я повернулась к Толику:

— П-подними фот-точки... п-пожалуйста.

— А ещё чего? — Толик спрыгнул со стола. — Может, печать тебе поставить?

— Д-давай! — весело ответила я.

— Л-ладно, — начала я и плюхнулась в кресло, растекаясь по нему. — Я! К-как г-глава Филиала Евр-ропа! — покрутилась в кресле. — Ув-вольняю в-вас!

— Э-э-э... — они почесали затылки. — Так мы не на Европу работаем, — Вася задумался. — Ты не можешь.

— Жалко, — грустно закончила я.

— А ч-что дел-лать тогда? — задумчиво спросила я, уперевшись локтями в стол и подперев голову.

— Мы можем, — начал Вася, вдумчиво осматривая кабинет, — забрать документы, досье, приказы и уйти.

— Ещё статистику, КПИ, данные про группы, — добавил Толик.

— А, б-бумажки? — расслабленно ответила я, откинувшись на кресле. — З-забирайте.

Они переглянулись и начали собирать ящики с документами.

— Стой! — Вася нахмурился. — А с хрена мы её слушаемся? — задумался. — Ты сама будешь собирать нам бумажки.

Толик скинул меня с кресла. Я ударилась об стол и упала на пол. Толик уселся в кресло.

— Ну эй! — недовольно вскочила я, потирая лоб. — Б-больно же!

Я ж-же была д-добрая... — грустно посмотрела в панорамное окно. — П-почему вы злюки?

— В-впрочем, н-неважно, — прикоснулась к стеклу. — В-вы как все! Злые!

Делать было нечего. Сущность лезет лесенкой.

Я нежно запела:

— Ты мой зайчик добрый, Толик,

— Ты мой пёсик добрый, Вася.

— Я хотела дружить и просто жить,

— Я хотела дышать и просто быть.

— А вы дышали, жили, но чего-то не милы.

— Что же с вами?

Я спокойно говорила, грацию ловила.

Я дала вам всё, только чтобы жили вы.

Вы за руку укусили —

Больно же!

А вы смеётесь!

Так падите на колени!

И прислушайтесь ко мне!

Ваше имя Вася, Толик.

Ты — уборщик!

А ты... беги через ужасы и зло,

Беги и донеси:

София Лиленг — новый глава Филиала Европа.

Честно-честно.

Толик начал спокойно убираться в комнате, складывая всё обратно на полки. А Вася в ужасе выбежал из кабинета.

И почему у Минчика компьютера нет?

[Вот так и взошла на трон новая королева Европы. Её власть будет процветанием или крахом?]

— Сама решу-у-у...

Ой, что это за тени?

Я повернулась к окну.

...

...

[Некоторое время до этого]

— И чё, ты реально заведёшь эту махину? — спросил Кэнс с сигаретой в зубах, стоя за спиной кресла Ника, который клацал тумблеры в кабине «Геркулеса».

— Бро-о-о-о! — с блеском в глазах начал Ник. — Обижаешь! Я летал на разных самолётах!

Второй Ник, сидевший в кресле штурмана, добавил заумно:

— Сессна-172, Сайхок...

Ник в наушниках, сидящий в углу, продолжил:

— Ещё Пайпер Па-28 и Аэропракт А-22.

Кэнс задумался:

— Подожди, это же одномоторные самолёты?

— Ну да, — ответил Ник, не понимая разницы.

— Подожди. — Кэнс потушил сигарету об металлическую обшивку. — Ты сейчас читаешь «Инструкцию по эксплуатации самолёта C-130 Hercules»?

— Да неее, — начал Ник, закрывая книжку и выбрасывая её в окно. — Так, напомнить пару деталей.

— Ну нееет! — взволнованно начал Кэнс. — Я не доверяю свою жизнь тебе!

— Подожди! — Ник бледно встал с кресла штурмана. — Я смогу! Честно! Я мечтал об этом всю жизнь! — грустно продолжил он. — Я ходил на курсы, читал, смотрел видосики... — сделал паузу, осмотрел кабину и улыбнулся. — Я изучал всё, что мог... Ради такого дня.

Сэр зашёл в кабину:

— Чего, ещё не в воздухе?

Кэнс обернулся:

— Сэр, да он же летать не умеет!

Сэр посмотрел на Кэнса, потом на Ника, покашлял:

— Ник! Ты же рассказывал, что летал.

— Так он на одномоторном летал, — непонимающе ответил Кэнс.

Сэр тихо спросил:

— Это большая разница?

Кэнс подумал:

— Ну-у-у, это как с велосипеда пересесть на атомный ледокол.

Сэр задумался, посмотрел на Ника:

— Заводи!

Ник воспылал от радости и продолжил клацать тумблеры.

Заревел первый двигатель, задымил.

— Но, Сэр! — начал Кэнс с отчаянием.

Сэр уже хотел уходить, но остановился:

— Не сэркай мне! — посмотрел на часы. — У нас нет других вариантов. — пауза. — Если это был заговор... То вскоре сюда приедет куча людей. — покашлял. — У нас нет времени.

Все двадцать два человека уселись по двум сторонам отсека.

Зашумел с хлопками второй двигатель.

— Афигеть! — начал агент, показывая пальцем на Ника в кабине пилота. — Там Ник за штурвалом!

— Че-е, легенда! — подхватил второй.

Сэр прошёл по центру отсека:

— Итак, всех приветствую на аирлайн «Европиан Филиал»! — покашлял и продолжил высоким, добрым голосом. — Всем пристегнуть ремешки! — пауза. — И не рыгать! Пакетов нет.

Ник крикнул из кабины:

— Сэ-э-эр! Это десантная конфигурация «Геркулеса»!

— И в чём разница? — крикнул Сэр.

С рёвом запустились последние два двигателя. Ангар заполнился тёмным дымом.

В отсеке загорелся свет, сразу выключился, включился красный, снова выключился — и наконец Ник нашёл нужную кнопку.

Задний отсек начал закрываться.

Я почувствовал толчок — самолёт двинулся.

[Наш герой не осознавал, что эту величественную птицу сдвинул с места Николас Фай без опыта управления этим видом величия воздуха.]

[Д-да ну х-хватит!]

Я ничего не слышал — рёв двигателей перебивал всё.

Некоторые агенты паниковали, нервно сжимались на скамейках, как Кэнс. Кто-то болтал. А такие, как я и Май, молчали и смотрели.

Я не хотел общаться с Ником сейчас. Хотя момент был классный — Ник за штурвалом. Уверен, он бы сейчас начал мне кучу всего рассказывать.

Но мне стыдно. За то, что я сделал.

Я не могу смотреть ему в глаза как раньше. Он меня спас, а я отплатил кулаками.

Мои мысли прервал лёгкий удар и скрежет по крыше.

— Ник, что это было? — спросил Сэр, заходя в кабину.

— Зацепили немного дверь ангара, Сэр.

Меня прижало к обшивке, я соскользнул назад по лавке и упёрся в другого агента из группы КА.

Агент посмотрел на меня, хотел что-то сказать — но нас начало трясти и тянуть к заднему отсеку.

Двигатели взревели на полную, будто размялись после лет бездействия.

Весь отсек трясло так, будто мы ехали по ужасной дороге, усыпанной буграми.

Через пару минут из рации донеслось:

— Чува-а-а-аки-и-и! — кричал Ник в ужасный микрофон. — Мы взлетели!

Кто-то закричал, засуетился, засмеялся. Другие, как Кэнс, выдохнули и чуть расслабились.

— И кстати, чуваки! — добавил Ник. — Такая история была у меня...

И он начал тараторить.

...

...

[Через пять минут полета]

В кабине зазвучал голос:

— Неопознанное воздушное судно в позиции [район долины реки Энс], код ответчика [Цель-01], это [Вена-Контроль]. Вы выполняете полёт без утверждённого плана. Немедленно идентифицируйте себя и сообщите ваши намерения.

Ник начал:

— Вена-Контроль, это «Герк 130». — пауза, волнение. — Мы выполняем перегоночный рейс по специальному тактическому разрешению Министерства обороны. — задержал дыхание, приводя себя в норму. — Наш план полёта, скорее всего, находится в военной системе, а не в гражданской. У нас произошёл сбой ответчика, пытаемся его перезагрузить. Запрашиваем сохранение текущего курса и высоты, пока мы уточняем детали разрешения с нашим штабом. Ждите.

Через пару секунд ответил диспетчер:

— Герк 130, принято. Тем не менее, вам НЕ разрешено следовать текущим курсом. Немедленно поверните на 090 в целях безопасности полётов. Мы связываемся с Минобороны. Имейте в виду: объявлена тревога для истребителей-перехватчиков. Если вы не повернете, будете встречены ими в течение нескольких минут. Оставайтесь на связи на 121.5.

Ник, с влажными от волнения ладонями, ответил:

— Вена, Герк 130. — пауза. — Не можем, не в состоянии выполнить разворот на 090 в данный момент. — посмотрел на второго Ника. — У нас индикация «опасное положение шасси» и возможная утечка в гидросистеме. — один из Ников встал с кресла. — Я не могу рисковать крутым разворотом, пока мы ищем неисправность. Нам нужно лететь без крена, чтобы стабилизировать давление. — глянул в задний отсек. — Дайте нам три минуты на выполнение аварийного чеклиста. Объявляем сигнал срочности: Пан-Пан, Пан-Пан, Пан-Пан.

Через пять секунд диспетчер ответил:

— Герк 130, понял, сигнал срочности принят. Сообщите количество людей на борту и остаток топлива. Ближайший подходящий аэродром — Зальцбург, курс 290. Можете выполнить плавный разворот на Зальцбург?

Ник, держась за фюзеляж, покрылся потом, глубоко вздохнул и ответил:

— Вена-Контроль, это Герк 130. Слушайте внимательно. — пауза, потом уверенно, громко: — У нас сильнейшая структурная вибрация в хвостовой части, на борту 24 человека. — отдышался. — Если я сейчас изменю курс или высоту, мы рискуем развалиться в воздухе. Объявляю сигнал бедствия «Mayday». — вытирал пот с лица. — Я обязан сохранять этот курс, чтобы планер оставался стабильным. Я следую в сторону Германии для экстренной посадки на аэродром с базой тяжелого обслуживания. — повысил голос. — Не вздумайте, повторяю, не вздумайте поднимать перехватчики — турбулентность от их двигателей может оторвать нам хвост. Ждите, мы заняты тем, чтобы удержать самолёт в воздухе.

Диспетчер, не давая передохнуть, ответил:

— Герк 130, Вена-Контроль. Сигнал бедствия принят. Немедленно установите код ответчика 7700. Мы расчищаем весь маршрут перед вами. Вам разрешено сохранять текущий курс и высоту. Имейте в виду: истребители-перехватчики уже в воздухе, но я даю им указание держаться на дистанции 5 миль позади вас только для визуального наблюдения. Они не будут приближаться. Сообщите запас топлива и подтвердите, нужны ли вам службы спасения в готовности на границе с Германией.

Ник открыл дверь в отсек, посмотрел на всех агентов, потом закрыл и уставился в ветровое стекло. Заметил, что в некоторых местах на земле идёт дым. Не придав значения, ответил:

— Вена-Контроль, Герк 130. — отдышался. — Устанавливаю код 7700. Понял про дистанцию в 5 миль для перехватчиков — передайте им, чтобы держались как можно дальше. — вытер о рубашку влажные ладони. — Любая турбулентность критична. Запас топлива — 5 часов. — голос дрогнул от волнения. — Службы спасения на границе пока не нужны, мы сосредоточены на том, чтобы самолёт не развалился. Свяжемся с Мюнхен-Центром при пересечении границы. Конец связи.

Один из Ников полностью развалился в кресле, празднуя победу.

Сэр смотрел на всё это и молча, кажется, гордился.

Ник повернулся к нему:

— Сэ-э-эр, у нас двадцать минут тишины есть.

[Агенты в отсеке даже не подозревали, что их капитан только что совершил первую победу в небе.]

[Та ин-нтересно же. Зам-молчи.]

— А через двадцать минут что? — спросил Сэр.

Ник процедил:

— Немцы... Эти чуваки не будут добряками, как пацан из Австрии. — злостно ударил по креслу. — У них другие правила.

Пара агентов уже сняли ремни и ходили по отсеку. Я сидел и думал: куда мы летим? В штаб? Там есть полоса?

Надеюсь, не придётся прыгать с высоты. Я не хочу. Страшно.

— Чува-а-аки! — зашёл Ник, поднимая руки в стороны. — Только что такое было, вы просто не поверите! — пауза. — Я, короче, австрийцев просто вокруг пальца обвёл!

Второй Ник крикнул в микрофон:

— Это было мегакруто!

Он начал подробно рассказывать эту историю, счастливый и благодарный Сэру за доверие.

Через некоторое время в эфире раздалось:

— Герк 130, Мюнхен-Центр. Видим вас на радаре. В связи с текущей чрезвычайной ситуацией в Европе, вам запрещён вход в воздушное пространство над Мюнхеном. Немедленно правый разворот на курс 190. Мы ведём вас вектором на авиабазу Лехфельд для изолированной посадки. Любое отклонение от курса будет расценено как враждебные действия. Имейте в виду: перехватчикам разрешено применение силы.

Ник запаниковал. Он рассказывал историю, как вдруг ворвались немцы.

Он ударил по фюзеляжу, побежал и закрылся в кабине. Вдох, выдох:

— Мюнхен-Центр, Герк 130. — пауза. — Мы в режиме радиомолчания последние 20 минут из-за проблем с электропитанием. — осмотрел кабину, пытаясь разглядеть землю. — Видим странную активность в эфире. Что за ситуация внизу? Подтвердите курс на Мюнхен — любая смена вектора сейчас перегрузит хвостовое оперение, мы можем потерять стабилизатор.

Диспетчер ответил профессионально и жёстко:

— Герк 130, примите информацию: в Европе введено чрезвычайное положение. Подтверждены множественные террористические атаки на курорты Мин Кагэ в десяти точках, включая альпийские секторы. Все частные и внеплановые военные рейсы приземлены. Вы приближаетесь к зоне отчуждения особого значения. Если вы НЕМЕДЛЕННО не повернёте на курс 190, вы будете объявлены враждебной целью. Прямой приказ Командования ПВО.

Ник в шоке упёрся в фюзеляж. Сэр, осознав картину происходящего, ляпнул Ника по затылку.

Ник встал, подумал и начал:

— Мюнхен-Центр, Герк 130, пересекаю границу на эшелоне 160. — повысил голос. — Слушайте меня внимательно, — пауза. — у нас нет времени на формальности и смену курсов. На борту — прямое руководство «Kage Group». — набрал воздух. — И выжившие после ударов по альпийским резиденциям. Повторяю: у меня активы Мин Кагэ.

Посмотрел на Сэра, продолжил:

— Мы следуем в Брюссель согласно протоколу безопасности их корпорации. Любая попытка перехвата или принудительной посадки будет расценена как содействие атакующей стороне. — уверенно. — Нам нужен чистый коридор и режим тишины. У нас повреждён хвост, и если вы дёрнете нас на другой аэродром, вы получите 70 тонн обломков и международный скандал с семьёй Кагэ на своих руках. Как поняли, Мюнхен?

На десять секунд в кабине повисла тишина.

Потом диспетчер ответил:

— Герк 130, Мюнхен-Центр... Ждите. Мы координируем ваш пролёт с Министерством обороны. Выдерживайте текущий курс. Код ответчика оставить 7700.

Ник дал себе пощёчину, потом клону и ответил:

— Принято, Мюнхен. Сохраняю текущий курс и эшелон 160. — закрыл глаза. — Повторяю: любая попытка сблизиться со стороны ваших перехватчиков будет воспринята как агрессия. — начал пить воду, сделал долгую паузу. — Мой хвост едва держится на честном слове, турбулентность от их двигателей нас просто добьёт. Не берите на себя ответственность за смерть тех, кто выжил внизу. Жду подтверждения коридора до границы с Бельгией. — снял наушники. — Конец связи.

Ник снизил обороты двигателей, чтобы уменьшить вибрацию и сделать «поломанный хвост» правдоподобнее. Внимательно следил за приборами, надеясь, что «Тайфуны» не пойдут на перехват.

Через долгую минуту диспетчер ответил:

— Герк 130, Мюнхен. Понял вас. Мы уважаем вашу ситуацию. Командование одобрило ваш пролёт по прямому коридору. Мы передаём вас под «зелёную волну» до границы Бельгии. Истребителям приказано отойти на 5 миль назад, они будут просто подстраховывать вас визуально с дистанции. Наслаждайтесь тишиной в эфире, 130-й. Мы не будем вас беспокоить. Сообщите, если ситуация с хвостом ухудшится.

Сэр посмотрел на Ника:

— А зачем нам в Бельгию?

— Сэ-э-эр, всё будет чётко. Долетим до Меца.

Ник крикнул в ужасный микрофон:

— Чува-а-ки, тут такое... В общем, всем быть готовыми к прыжку!

Второй Ник добавил:

— С парашютом.

— Около часа на чилл у вас.

Ник полностью сосредоточился на полёте и замолчал.

В отсеке начался хаос. Никто не хотел прыгать. Я — тем более. Май был в шоке, сжался в ремнях.

Ник добавил в микрофон:

— И всем пристегнуться!

Сэр вышел в отсек.

— Все замолчали! — рявкнул он. — Мы будем прыгать. — пауза. — И я тоже. — взглянул на всех. — Я тоже боюсь. Но это единственный вариант.

[Через час полёта]

Ник вошёл в азарт и начал игру:

— Мюнхен... — долгая пауза. — Герк 130... — тишина, печальный голос. — У нас проблема. Хвостовое оперение начало вибрировать на критических частотах. Я не могу держать курс на Брюссель. При попытке выправить нос самолёт начинает разваливаться. — спокойно. — Мы вынуждены снижаться и искать ближайшую полосу... нас тянет влево...

На пару минут воцарилась тишина.

— Герк 130, Мюнхен. Понял вас, поворот на Мец разрешаю. Мы уже связались с французским сектором. Вас ждёт прямой вектор на авиабазу Нанси или Люксембург — они в полной готовности. Французы освободили для вас все эшелоны от границы до самого Нанси. Никаких кругов ожидания, заходите с прямой. Герк 130, переходите на связь с «Реймс-Контроль» на частоте 128.3. Мы передали им данные о вашей вибрации и отказе управления. Истребители прикрытия остаются с вами до передачи французскому звену. Удачи вам на развороте.

В отсеке загорелся красный свет, раздался голос Ника:

— Чува-а-аки, пять минут готовности до прыжка! — крикнул он в ужасный микрофон.

[Спустя пять минут]

Ник ворвался в эфир:

— Мюнхен! Мэйдей! Мэйдей! — кричал он, вжившись в роль. — Левый руль заклинило! — махнул влево. — Мы не дотянем до Люксембурга! Иду на вынужденную во Францию, ближайшая точка — Мец. — грустно. — Мы теряем высоту! Передайте французам — нам нужна полоса прямо сейчас! У меня 24 человека в хвосте, который может отвалиться в любую секунду!

Замолчал, потом снова в микрофон:

— Господа и чуваки, всем надеть парашюты! — пауза. — И прицепить карабины к тросам ПРП!

Сэр начал всех подгонять, помогать зацепиться.

— Я боюсь! — крикнул агент.

— Я тоже! — ответил Сэр.

Диспетчер:

— Герк 130, Мюнхен-Центр! Понял вас, передаю управление Страсбургу! Французы уже расчищают полосу в Мец-Фрескати. Ветер у земли 240 градусов, 10 узлов. Пожарные расчёты приведены в готовность. 130-й, истребители фиксируют визуальное задымление или обломки? Если можете — держитесь, до полосы 8 минут!

Ник снижался до 300 метров.

— Мюнхен, у нас отваливаются части фюзеляжа! Вижу обломки в зеркалах!

Сэр махал агентам, толкал их вниз. Прыгнул сам.

Ник остался с одним из клонов:

— Бра-а-атан, сорян! — весело поднял руку. — Капитан остаётся с кораблём до последнего!

Клон отдал честь и уселся за штурвал. Ник спрыгнул.

Диспетчер кричал в эфир:

— Герк 130! Мюнхен! Вы прошли точку разворота на Мец! Вы идёте на север! Доложите статус! Сопровождение, почему он не сел?! 130-й, ответьте! У вас захват заложников?! Сопровождение — приготовиться к принудительным мерам!

Клон Ника грустно ответил:

— Мюнхен... управление полностью потеряно... мы не смогли довернуть... перебиты тяги... пытаюсь увести машину от города в сторону воды, чтобы не было жертв на земле... не приближайтесь... мы горим... прощайте.

[Герой Николас Фай виртуозно обманул военных двух стран и исполнил свою мечту... Полетать на чём-то величественном.]

[Эт-то б-было мегак-крутецки.]

Сезон 2. Серия 3

[Виктор]

— Я лечу-у-у! — кричал я в небе на парашюте. — Лечу!

В небе над городом медленно спускались двадцать четыре агента.

Пара агентов отцепили парашюты и полетели вниз, на улицы города. Упали в асфальт, поднялись, отряхнулись.

Посмотрев на них, я понял: мне похер. Я летел и почему-то радовался. Чувствовал свободу.

Самолёт всё дальше отдалялся.

А я — дома. Спускаюсь в Мец. В город, где родился и жил как в тюрьме. Почему я радуюсь? Может, потому что это единственное место, где я был?

Через тридцать секунд я зацепился за угол дома и повис в переулке в паре метров над землёй.

— Вот чёрт! — крикнул я, пытаясь выпутаться.

На улице стало прохладно. Стены дома потихоньку покрывались инеем.

Через минуту я освободился и упал на холодную землю.

Заревел ледяной ветер. Летний день погрузился в сильную метель. Холод нарастал. Я слышал будто эхом в метели раздаётся тихий плач.

Я вышел на улицу, инстинктивно сжался, потирал руки.

— Что это? — тихо произнёс я, осматривая улицу, покрытую снегом.

Снег перестал идти. Ветер стих.

Я пошёл в сторону дома. Снег уже таял, но тёмные тучи полностью закрыли небо.

— Почему я квартиру Ника считаю домом? — недовольно прошипел я.

— Нахер всё это! — крикнул я и остановился. — Нахер штаб и всех этих агентов.

Я развернулся и пошёл к вокзалу. Поеду за город. Там всё знакомое, там родители. Я не могу быть здесь. Среди всего этого.

Прозвучали удары колоколов.

Наступила некомфортная тишина.

Я сел в метро. Всё ощущалось приглушённым.

— Раз... раз? — тихо сказал я.

Слышно, но будто не я говорю.

Я приехал на вокзал. Небо было чёрное.

— Один билет, — начал с волнением я. — До Тьонвиля, пожалуйста.

Я уселся на пироне и попытался отвлечься в телефоне.

— Да хрень какая-то! — крикнул я и швырнул телефон на рельсы.

Я снова убегаю?

...

[Параллельно София Лиленг]

— Я т-тоже х-хочу с парашютом прыгнуть, — сказала я, глядя, как агенты спускаются. — Н-не спра-а-аведливо! — недовольно топнула и отвернулась. — Они живут, а я т-тут с-сижу. — подумала. — З-завтра же увольняюсь! — задумалась. — П-прости, Минчик.

Я посмотрела в окно — начал идти снег.

Двери в кабинет распахнулись. Комнату замело снегом. Толик начал убирать.

— Эй! С-стучать! — сказала я и постучала по столу.

Ветер захлопнул двери. Снег медленно таял. Толик загреба́л воду в совок.

— Человек... — завывая, эхом донеслось из-за двери.

— Да! Я же н-начальник! — гордо сказала я.

— Нет, — холодно прозвучало эхо.

— Да! — перебила я недовольно и начала доставать бумажку. — В-вот, см-мотри! — остановилась, положила обратно. — Н-нет, не п-покажу!

— Нельзя, — тихо засвистел ветер.

— М-мне м-можно, — пробурчала я, положив голову на руки.

— Нельзя, — повторил ветер.

— Д-да п-почему? — ударила по столу, поднялась. — В-всем можно б-быть начальником, а я н-нет? — скрестила руки.

Прозвучали удары колоколов.

Постучали в дверь.

— Т-толик, от-ткрой двери, — махнула рукой. — Т-только в глаза н-не смотри! — весело добавила я.

— Я не опоздал? — комната наполнилась запахом сожжённой крови и смерти.

— Т-та зачем вы вообще п-припёрлись? — упала в кресло, отвернулась к окну.

— Человек, — стены медленно начали темнеть.

— Да! Человек! — крикнула я. — Ч-че в-вы к нему пристали?

Я глянула на Толика.

— Т-толик, иди п-погуляй. — пауза. — Т-только недолго.

— Прис-саживайтесь, — села, показала на кресла.

Чёрный силуэт с синими глазами медленно проплыл в кресло.

— А т-ты ч-чего не садишься? — любопытно спросила я.

Лёгкий шум ветра из-за двери.

— Ясненько, — начала я. — И к-как с вами двоими... — пауза. — Общаться?

Тишина.

Я достала из стола какие-то духи, пшыкнула в воздух.

— Молчите? — бросила взгляд на них. — Я т-тоже могу! — села в кресло, надула губы.

Я смотрела на город, иногда поглядывая: «Не ушли ли?» — и молчала.

Время в тишине тянется так долго. Скучно. Сколько прошло? Наверное, час уже!

Глянула на часы.

Всего десять минут? И долго они тут прохлаждаться будут?

Может, прогуляться? О, точно! В парк, за мороженым.

Так и сделаю. А они пусть тут сидят.

Я глянула на Тёмный силуэт с синими глазами, потом на гниющие стены.

— К-кстати, а ты знал, что... — я указала пальцем на силуэт с синими глазами. — Ей ты н-неприятен!

Завыла сильная метель, меня полностью засыпало снегом.

Я раскопалась, посмотрела сначала на них, потом в окно.

Огромная льдина размером со шкаф влетела в разбитое окно и ударила меня.

— Ай! — крикнула я, поднимаясь. — Т-ты совсем? — покрутила пальцем у виска. — Пауза. — Л-ладно, п-прости.

[Героиня получила удар. Что же сделает новая королева Европы?]

— З-замолчи!

В дверь постучали.

— Д-да кто т-там ещё! — прошипела я.

Дверь открылась. В комнату хотела зайти Савора и другие руководители элитных групп, но она отошла назад и толкнула остальных.

Я взглянула на гниющие стены, на тёмный силуэт в кресле, встала и недовольно пошла к дверям.

Захлопнула дверь снаружи.

— Ч-что? — пробубнила я.

— Добрый день, София Лиленг, — начала Савора, поправляя одежду. — По приказу Мин Кагэ вы — новый глава Филиала Европа. — пауза, отвела взгляд от двери.

— Я з-знаю. — я топнула ногой. — И что? — приоткрыла дверь в кабинет.

Ещё не ушли.

Я захлопнула дверь и пошла к лифту. Савора и остальные увязались за мной.

— София Лиленг, — Савора сделала паузу. — Мы выполнили последнее указание Мин Кагэ. — пауза. — Почти успешно.

Я остановилась перед лифтом.

— К-какое?

— Захват в заложники глав других филиалов, — пауза. — Исключая мёртвого главу Океании и убившего свою группу главу Америки.

— З-зачем? — удивлённо спросила я.

Савора глянула на меня.

— Два фактора. — пауза. — Удержать других, пока вы выходите на пост. — посмотрела в окно. — Задержать приказ о расформировании Филиала Европа.

Я зашла в лифт.

— Эй, с-стойте! — сказала я толпе, пытавшейся втиснуться.

Савора и другие руководители зашли. Мы начали спускаться.

— А г-где они? — посмотрела в отражения.

— Минус седьмой этаж. — Савора сделала паузу. — Проблема в том, что Филиал Европа уже официально расформирован. — пауза. — Вы — мятежник.

Мы вышли в вестибюль.

— А сфор-рмировать можешь об-братно?

Савора осмотрела меня.

— Нет. Документ подписан. В течение пяти дней все агенты должны покинуть Филиал Европа. — пауза. — А вы, как мятежник, будете казнены.

— Ну уж нет! — недовольно сказала я и вышла из филиала. — Я ж ч-человек, они н-не смогут!

Савора удивлённо глянула на меня.

— Хорошо. Я составлю план и подам апелляцию от вашего имени. — пауза. — Вам необходимо собрать всех агентов вашего филиала. — секундная пауза. — Также уничтожить Zero, которые появились на вашей территории.

— Все сам-ма? — грустно произнесла я и уселась на лавочку в парке.

— Нет. Отдайте приказ о сборе всех агентов, — закончила Савора и встала напротив меня.

Я глянула на чёрное небо. Они реально до сих пор сидят в кабинете?

Зачем ты такое сделал, Минчик? Какой из меня глава? Ты же круче.

— А М-минчик где? — повернулась к Саворе.

— Минчик? — озадаченно посмотрела на меня.

— А, ой... Мин Кагэ, — покраснела я.

— Последний раз я его видел, когда мы летали на переговоры в Филиал Океания. — Савора сделала паузу. — Кай его забрал и убил Астарта.

— Что? Забрал Минчика? Да почему?

Я вскочила и посмотрела на разбитое окно своего кабинета.

— Эй, К-кай! — начала кричать я. — Т-ты с-совсем?

Вокруг всё начало темнеть. Ноги застряли в чём-то липком.

Прозвучали удары колоколов.

Всё исчезло.

Появилась жуткая фигура. И отовсюду эхом зазвучали искажённые голоса:

— Ненавижу тебя...

— Ты не человек!

— Отстань от меня!

Кай встал передо мной, произнёс:

— Слово.

— Бой, — грустно ответила я.

— Нет.

Я открыла глаза. Я стояла на том же месте, в парке, рядом с Саворой.

— З-забоялся п-первый р-ребёночек? Сонечку? — улыбнулась я. — Д-домика-то т-твоего нету.

В нос ударил резкий запах сожжённой крови. Меня откинуло в дом.

Я закрыла глаза.

Меня перенесло во времени.

Первое сентября 1939 года. Берлин.

Я стояла перед людьми.

Я закрыла глаза.

11 января 1851 года. Цзиньтянь.

Я стояла перед людьми. Из моего рта звучали слова: «Провозглашаю себя Небесным царём».

Я закрыла глаза.

— Хватит! — крикнула я.

Перед глазами проносились года.

Я закрыла глаза.

Дата ??

— Привет! — крикнул маленький мальчик.

Я стояла перед ним. Я помню это. Что я ему ответила?

— Приветики, — вылетели слова из моего рта.

— А тебя как зовут? — спросил мальчик, дёргая меня за платье.

Почему я здесь? Я не помню, что было тогда.

— Хм... — Я присела напротив мальчика. — А у меня нет имени.

— Как? У всех есть имя! — удивлённо начал он. — Вот даже у яблока есть!

— А оно нужно? — спросила я, погладив его по голове.

— Конечно! Ты что! — продолжил он с полным удивлением. — Вот меня Кай зовут. — задумался. — А тебя я назову Софья!

— Софья? — удивилась я. — Глупое имя!

— Нет! — топнул Кай ногой и отвернулся. — У тебя всё равно имени нет, пусть будет такое.

— Ла-а-адно, — улыбнулась я, погладила его по голове. — А тебе домой не пора?

— Ой! — подпрыгнул Кай и побежал. — Пока, Софья!

Я закрыла глаза.

— ХВАТИТ! Остановись, пожалуйста!

9 мая 2021 года. Австрия.

Горный курорт «Тихий двор».

Мин сидел на крыше, свесив ноги. Я стояла рядом и радостно крутилась.

— Слушай, Сонь, — начал Мин, покачивая ногами. — А сколько тебе... — пауза. — Реально лет?

Я резко остановилась, нахмурилась. Потом недовольно застучала ногой.

— Спр-рашивать у девушки т-такое... — пауза. — Неприлично!

— Я ж серьёзно, — Мин нахмурился, глядя на горы. — Мне около... — задумался. — Наверное, тысячи...

Я посмотрела на Мина, потом на небо.

— Ого, это ж-же очень много! — подбежала, взялась за его плечи. — Ты п-прям старик...

— Даже не удивилась, — сказал Мин, глядя на людей внизу. — Не помнишь? — пауза. — Боишься?

— Что-о-о? — недовольно начала я. — П-помню конечно! — села рядом, облокотилась на руки, посмотрела в небо. — Боюсь? — взглянула на него. — Нет, конечно!

— Помнишь, говоришь... — Мин глянул на меня. — А что было неделю назад?

— А, так всё просто! — уверенно начала я. — Мы ездили в Париж! — улыбнулась.

— Это было год назад, — приподнято начал Мин. — А неделю назад мы приехали сюда.

Он лёг на спину, закрыл рукой глаза от солнца.

— Помнишь, двадцать лет назад? — продолжал он. — Когда я шёл по улице в Калькутту... — сделал паузу, приподнялся на руках. — Ты бежала и столкнула меня. — улыбнулся. — Я тогда так возмутился. Честно. — лёг обратно. — А ты просто стояла испуганная. Я тогда подумал: дать бы тебе подзатыльника. — пауза. — Но я повёл тебя поесть в кафе. — задумался. — Почему?

— М-может, тебе с-скучно стало? — я встала, подошла к лежащему Мину. — Или в-влюбился?

— Удивительно, — спокойно продолжил Мин. — А ведь мы познакомились в Тайване. В кафе.

Я остановилась, смотрела на него.

— Помнишь? — Мин взглянул на меня. — Каких-то двадцать лет назад. Тайвань. Кафе «Берлога». — приподнялся. — Дождь. Ты сидела одна. — пауза. — Помнишь?

Я отвернулась, пыталась вспомнить.

Не помню.

Я ничего не помню. Но голова забита так, будто я помню абсолютно всё.

Почему? Я вспоминаю, но всегда одна?

Почему?

Я упала на колени.

— Я н-н-не помню... — тихо сказала я. — Н-ничего.

Мин поднялся, сел рядом.

— Я был такой же, — начал он спокойно. — Какой год ты ощущаешь?

Я сидела, глаза бегали по крыше.

— Точно вспомнила... Я ощущаю это.

— Извержение вулканов, — начала тихо я. — Всё небо было чёрным. Холодно и темно.

Мин достал телефон, открыл браузер.

— 536 год. Серия извержений вулканов. — погладил меня по голове. — Хочешь, почитай.

Я взяла телефон, начала читать.

— Я вспомнила! Ещё... — отдала телефон. — Она с-сидела, очень г-громко плакала... — грустно добавила. — Чер-рный силуэт с к-красными глазами...

— Климат, — сказал Мин. — Она говорила. Пытались убить. — пауза. — Ты?

Я задумалась.

— А впрочем, не важно, — Мин протянул мне руку.

Я взглянула на него, взялась за руку, чтобы подняться.

Мы шли по коридору. Мин спросил:

— А через сколько ты меня... — пауза. — Забудешь?

Я закрыла глаза.

Открыв, увидела: я лежу в глубокой яме, связанная цепями.

— Давай, закапывай! — крикнул кто-то.

5 апреля 33 года.

Я в тот день решила умереть.

Я помню: из-за шутки сделала что-то ужасное. И не смогла с этим жить.

Я молчала.

На меня кидали землю. Я была полностью закопана.

Я помню. Мы там все были. Я, Кай и Климат. Но мы не общались. От Климата я чувствовала недовольство или презрение. Именно меня жгло солнце. Кай ждал.

Я помню последнее.

Кай подошёл к нему и сказал:

— Слово.

А он ответил:

— Вера.

Я закрыла глаза.

Открыла — я лежала в стене, засыпанная обломками, напротив парка. Савора только начала идти ко мне. Прошла секунда.

Прозвучали удары колоколов.

Кай хочет меня забрать.

Но тогда я точно забуду Мина!

А ведь я говорила, что до конца мира буду помнить. Хотя бы слово «Минчик».

Передо мной встал Кай и сказал:

— Слово.

— Бой! — ответила я.

Сезон 2. Серия 4

[Виктор]

Я лежал в кровати в квартире Ника.

Был вечер. Целый день звучали колокола. Ощущение, что кто-то просто решил сделать массовый прикол — били во всех церквах города.

Главное, что радует в этой мрачной атмосфере с гнетущим чёрным небом: я не уехал.

Остался!

Я рад этой победе.

Но так тяжело. Общаться с Ником не могу. Я знаю — я был не прав.

[Новое задание!]

— Что? Задание?

Я уже и забыл, что это за хрень.

Это же было тогда. Когда мне дали задание убить Рэна.

Чёрт. Оно выполнилось без моего участия. Мой единственный друг умер.

Кто его убил?

За что? Рэн был обычным парнем. Зачем его убивать?

Нужно сходить в ту квартиру... Попрощаться.

— Задание... — тихо, сквозь зубы, прошипел я.

[Ликвидация Zero. Уровень: 10. Количество: 5. Вид: Отшельник. Город Мец. Rue du Canal.]

— Нет! Я не буду этого делать!

Помню, — начал я. — Можно было отменять задание!

[Задание можно отменить. Вы получите 10 меток. При достижении 100 меток ваш мозг будет отключён.]

— Сколько у меня? — тихо сказал я.

[Количество меток: 0]

— Я отменяю задание!

[Задание отменено. Начислено 10 меток. Количество: 10/100.]

— Хух.

[Новое задание!]

— Что?

Я же отменил. Перерыв какой-то?

Зачем убивать? Я и драться не умею.

Хрень какая-то.

— Задание... — тихо прошептал я.

[Ликвидация Zero. Уровень: 32. Количество: 1. Вид: Корн. Город Мец. Rue de Lorient.]

Отменить? А смысл? Ведь просто появится новое.

Я лежал и смотрел на потолок. В чём смысл? Зачем?

Баланс какой-то? Или издёвка?

Может, к Нику обратиться? Или к Маю? Может, Саймону? Нет, он же агент группы зачистки.

Умереть тут одному? Умереть там — тоже одному. А если позову — могут умереть другие.

Может, убежать? А как?

Я вышел в кухню-зал. Набрал воды. Сел на балкон, закурил. Открыл браузер на телефоне.

«Что такое Корн?»

Популярный листовой салат.

Зерно.

Чистый вес драгоценного металла в монете.

Ничего. Очевидно.

Интересно, а сколько я могу ничего не делать? Может, просто забить? Система не сказала про время.

Пусть лежит. Или хотя бы глянуть. Может, спросить у Ника? Может, в штаб сходить? Ник говорил: когда появляется задание, нужно идти к своему руководителю. В моём случае — к господину Фину.

Так и сделаю!

Я потушил сигарету и с полной уверенностью зашагал к выходу.

— Чува-а-а-ак! — из своей комнаты крикнул Ник. Второй добавил: — Ты куда, чемпион?

— В штаб, — начал я.

— Да не гони! Мне Сэр звонил, там суета какая-то. — Ник вышел в кухню-зал. — Чуваки сомнительные. Все элитные группы. — шепнул: — Даже Савора и её группа Альфа. — подошёл к окну. — А небо видел? Темнеющий мрак. А сейчас только восемь. Где закат, чувак? — пауза, набрал воздуха. — И ещё... Слышал колокола? Это вообще, чувак, такая хрень мрачная. — упал на диван.

Второй Ник с умным видом начал:

— Если вы когда-нибудь услышите рядом колокола — немедленно покиньте место. В радиусе пятидесяти километров.

Ник встал, набрал воды.

— Короче, чувак, нам там пытались объяснить, что это за штука. — глотнул. — Там что-то... смерть. Чувака зовут... — хотел сказать имя, но испугался. — В общем, очень страшный тип. — допил воду. — Ещё нам рассказывали: если в полной тишине вам скажут «Слово»... — глянул в окно. Второй Ник продолжил: — То боритесь!

Это впервые, когда я выслушал Ника полностью.

Я даже не знаю, что сказать. Только тупой вопрос появляется.

— Это из-за этого... чувака? Небо в чёрных тучах? — нервно спросил я.

— Не-е-е, — начал Ник, падая на диван и расслабляясь. — Это Климат. — пауза. — Буквально Климат. — задумался. — Ну, типа не погода, а то, что это... — Второй Ник упал рядом. — Ну, живое существо, короче. Не знаю, как объяснить. — задумался. — А кстати, она... Климат даже с людьми работала. — пауза. — Вроде в Филиале Африка.

Живой Климат? Это как?

Климат, какой-то чувак с колоколами. Чего они забыли в таком городе, как Мец?

Получается, Климат любит Японию и бьёт её цунами, Америку — ураганами и засухами. А у нас что такого?

Абсурд. Полнейший абсурд. Я думаю о погоде как о реальном... существе?

Я ещё не принял факт, что есть монстры и агенты со способностями. А тут другая хрень.

Кто ещё есть? Великий океан, который любит кораблики топить? Или, типа, Чума?

Сейчас сюда ещё прискачут четыре всадника апокалипсиса. А, нет, три — один уже прибежал.

Сейчас приедут на крутых тачках. Кони — прошлый век.

Чума, наверное, на зелёной тачке, в маске чумного доктора. А Война — на «Хаммере» с военным сопровождением. Кто там ещё? Голод? Ну, Голод точно приедет на фуд-траке.

А вдруг реально есть?

Я сильно закивал головой.

— Чувак, ты не вертолёт, — отрезал весело Ник.

— А знаешь, — начал я. — Мне всё равно. Я постоянно бежал куда-то... От кого-то... — грустно продолжил. — И с хрена мне сейчас бежать? — задумался, отчаянно. — Как зовут... чувака?

Ник подорвался. Второй Ник взял меня за плечи:

— Чувак, не убивайся! Они же не вечные! — задумался. — Ну, точнее, вечные. Но у них работа есть. — пауза. Третий Ник принёс мне воды. — Там погоду в мире создавать, и души забирать, ну и ещё чем они там занимаются.

Ник затих.

Тишина.

— Имя! — громко сказал я.

Один Ник упал на диван. Двое других стояли вокруг меня: один тряс, второй махал веером.

— Чувак... Это как Волдеморт. — пауза. — Никто не называет такое вслух.

— Напиши, — отрезал я.

Ник замолчал.

Я сбегал в свою комнату, взял бумажку с ручкой и втолкнул в руки Ника.

Ник молчит. Смотрит на меня, потом на листок.

— Чува-а-ак... — грустно произнёс и обнял меня. — Не надо! Пожалуйста! — взял воду, второй Ник принёс сигареты, третий — зажигалку. — Чемпион! Не надо. Вот, держи. — протянул воду. — Попей водички. — Второй Ник протянул сигареты и зажигалку. — Подкуривай! Прям тут! Чемпион, кури где хочешь! — Ник тоже достал сигарету. — Я тоже закурю, чувак. Начинать так с кентом.

— Ник, — грустно начал я. — Ты же всегда говорил, что сигареты это... ужас и всё от них!

Я выбросил сигарету изо рта Ника в стакан с водой.

— Ник, — спокойно сказал я. — Не пробуй. Напиши. — я сел на колени, сложил руки. — Прошу.

Ник молчал. Тишина. Он стоял обездвиженный.

Я встал, вырвал листок.

— А? — Ник отдёрнул взгляд.

— Буква А значит. Ясно. — тихо произнёс я.

— Б? — Ник не отреагировал. В — не отреагировал.

Так прошло до буквы Й.

— Й... — произнёс уже устало я.

Ник уселся на колени.

— Ещё буква Й значит. Понятно, — тихо произнёс я.

Ник уже не смотрел на меня — уставился вглубь стены.

Я продолжил перечислять.

— К? — сказал я.

Ник резко поднялся:

— Хватит!

Я уже не обращал внимания.

— То есть ещё буква К, — с интересом произнёс я.

— Всё! — Ник пошёл в свою комнату. — Больше ничего не скажу.

— Подожди! — крикнул я и вставил ногу, когда он хотел закрыть дверь. Я начал перечислять оставшиеся буквы.

Ник не реагировал.

Три буквы всего? Или Ник всё-таки смог скрыть другие?

Айк? Есть такое имя?

Я вышел на балкон и крикнул:

— АЙК!

Тишина.

— ЙАК! — крикнул ещё громче.

— Не кричи, люди спят! — ответил кто-то из окна.

— КАЙ! — ещё громче крикнул я.

Тишина.

— Хрень какая-то, — сказал я.

Но не услышал собственного голоса.

— Ау? — продолжил я. Не слышно.

— АУУУ! — заорал изо всех сил. Никаких звуков.

Я в панике забежал обратно в квартиру.

Открыл дверь в комнату Ника.

Пусто.

Где он? Ушёл из-за меня?

— НИК! — крикнул я.

Даже эха нет. Тишина.

— Ау-у-у... — сказал я. Тишина.

Может, я оглох? Я не слышу ничего. Абсолютно. Даже сердце.

Стоп. Оно не бьётся.

Я сильнее прижал руку к груди.

Ничего.

Тишина.

Сезон 2. Серия 5

Я резко подорвался с кровати и схватился за сердце.

Бьется.

Хух, — выдохнул я.

Как я умудрился заснуть после получения задания и всего, что произошло? Главное — я жив. А это имя... Просто имя? Стоп, а какое имя? А впрочем, какая разница.

Я весело выскочил в кухню-зал и открыл дверь в комнату Ника.

Там была девушка.

— Ой, — сказал я и закрыл дверь.

Подруга Ника? Когда она пришла? Наверное, когда я спал. Я постучался.

— Витя, заходи! — весело сказала она.

— А где Ник? — озадаченно спросил я.

— Ник? — она вопросительно глянула на меня.

— Ну Ник... — я задумался. — Человек, чья это квартира.

— В смысле? — она начала приближаться. — Вить, с тобой все хорошо? — Она прикоснулась к моему лбу. — Температуры нет. Хорошо.

— А чья это квартира тогда? — не понимая, спросил я.

Она посмотрела на меня и улыбнулась:

— Твоя же. Чья еще. — Она вышла мимо меня в кухню-зал и продолжила: — Хватит ночами фильмы смотреть.

Как же там агенты спрашивают, когда проверяют свой-не свой? Точно!

— Группы Мыслят Шумно, — произнес я.

— Витя, и что это? — не понимая, ответила она, заваривая чай.

Что там еще говорилось? Если не можете начать беседу с агентом — понюхайте его, это стопроцентный вариант. Я подбежал к ней и понюхал шею. Пахнет цветами. Но никакой ванили. Она человек.

— Что ты делаешь? — улыбаясь, смущенно отвела взгляд она.

— А можешь... — начал я. — Понюхать меня. Я пахну ванилью?

— Эмм, ладно. — Она приблизилась. — Ты пахнешь только потом, Вить. Помойся!

Точно! Нужно позвонить по горячему номеру.

Я судорожно достал телефон и начал набирать: 55#12#11*

Гудки идут!

— Добрый день, — раздался спокойный голос в трубке. — Компания «Март И Ноябрь». Чем могу помочь?

— Мне нужно информация, — сделал паузу, посмотрел через щель на девушку и тихо сказал: — Николас Фай. Группа F. Филиал Европа.

Несколько секунд тишины.

— Пожалуйста, озвучьте ваш именной код.

Я задумался, вспоминая, что же там было написано.

— 1212125, — тихо произнес я.

— Пару секунд, я проверю данные, — устало произнес диспетчер и включил музыку.

Я сидел и начал потеть от волнения.

— Эээ, — начал диспетчер. — Такого кода нет. — Пауза. — Вы ошиблись номером, мужчина.

И сбросил.

Я позвонил еще раз. Ошибка при звонке.

Меня нет? Я человек? Нормальный человек?

— Я человек! — крикнул я.

— Я тоже! — добавила девушка на кухне, жуя что-то.

Я весело выскочил на улицу. Наверное, это реально всё было сном. Но как же я счастлив. Я живой! Настоящий человек! — довольно под нос произнес я и добавил: — Без ванили!

— Добрый день! — произнес мужчина в шортах и майке. — Виктор Амбровский?

Я остановился и с улыбкой сказал:

— Ну да! Это я.

— Отлично. Вам нужно проехать с нами, — сказал мужчина, и подъехал фургон с рекламой цветов.

— Зачем? — уже менее радостно спросил я.

— По дороге всё расскажем, — добавил мужчина. — Посмотрите на меня. Я же обычный цветочник. — Он провел по себе рукой. — Чего от меня можно ожидать? Максимум букет цветов. — И засмеялся.

— Пожалуй, нет, — ответил я и пошел дальше.

Меня резко заломали за руки двое и закинули в фургон. Тот мужчина сел напротив и захлопнул дверь. Мы поехали.

Мужчина глянул на меня и спросил:

— Так откуда ты знаешь номер? — Пауза. — Подпольные банды? — Он глянул в окно. — Может, шпион правительства?

— Стойте! — перебил я. — Я тоже агент. — Пауза. — Группы Мыслят Шумно!

— Понятно... — начал он. — И давно ты начал копать под нас? — Пауза. — Сколько вас? Где встречаетесь? Имена!

— Да нет! — начал отмахиваться я. — А номер... Ну просто в кармане набралось. — Я набрал воздуха. — Номер вообще странный, я бы не смог додуматься. Я еще удивился, что за номер такой, и секунды шли. И решил перезвонить. — Я вытер вспотевшие ладони. — А оно не звонит. Ошибся.

— Понятно... — Он открыл телефон. — Тогда у тебя удивительный карман. — Пауза, он зачитал с телефона: — «Объект позвонил в 12:25:44 и запросил информацию "Николас Фай Группа F Филиал Европа", после попытался идентифицироваться кодом "1212125". Данного кода в базе данных не было. Я повесил трубку».

Бежать? Да куда там. Агенты. Один, наверное, супербыстрый, другой суперсильный или вообще может силой мысли схватить. Я просто отвернулся и посмотрел в окно.

Мы проезжали мимо штаба и начали заезжать на парковку.

— Выходи, — сказал он и открыл дверь. — Я на 21 этаж поеду, доложу, — бросил он другому и пошел. — А с ним что делать? — задумался мужчина рядом со мной.

— На минус седьмой, в допросную! — крикнул на прощание первый.

Пахнет сильно ванилью, — подумал я.

Это тот же штаб. Но получается, это не сон был. Сейчас сон? Я же мечтал быть человеком. И стал им. А когда был человеком, мечтал быть не человеком. Что делать? Меня ж могут продержать, наверное, вечность в подвале. А может... убьют?

Меня кинули в комнату. Стол и два стула.

Зашла, потягиваясь, Тала.

— Ну, привет, — сказала она и поставила у входа меч. — Чем займемся?

Я уже понял, что конец, и начал нести чушь.

— А где хороший полицейский? — язвительно ответил я. — Соню там позови или... — я пытался успокоиться, — Савору приведи. Они здесь? Может, Мин поднимет свой толстый зад? — сказал я, но при воспоминании о Мин Кагэ меня пробирает дрожь.

— Ого, — начала Тала и развернула стул, чтобы сесть. — А мне доложили: «Какой-то тупой пацан, глянуть, что знает». — Тала сделала паузу. — А тут такой... мужик. — Тала показала кулак и подвинулась ближе. — Ну ладно. Давай рассказывай.

Я посмотрел на нее, на дверь у нее за спиной.

— Всё началось, когда у меня появилось уведомление «Первый уровень». — начал мямлить я. Тала сконцентрировалась, а я продолжил: — Тогда ты и Соня пришли, чтобы меня завербовать. — Пауза. — Вот тогда всё и началось.

Я рассказывал ей всё в подробностях в течение пяти часов. Тала иногда отходила — брала кофе, себе и мне. К середине рассказа я расслабился и уже расхаживал по комнате, полностью погрузившись в воспоминания.

— И вот, — начал я, держа в одной руке кофе, а в другой сигарету, — мы летим на «Геркулесе». Три Ника в кабине. — Я сделал глоток. — И знаешь, что?

Тала заинтересованно ответила:

— Ну-ну, что там?

— Ник кричит в микрофон: «Господа и чуваки, всем надеть парашюты!» — я сделал паузу, чтобы посмеяться. — А после каждого сэр вытолкнул с самолета.

Я посмеялся. Наступила тишина, только слышно, как я затягиваюсь сигаретой.

— А закончилось всё чем? — спросила Тала.

— Ой, да там вообще какая-то хрень. — Я махнул рукой с сигаретой. — Короче, весь Мец накрыло черное густое небо. Там снег шел, потом колокола, потом опять колокола. — Я допил кофе.

— Ясно, — сказала Тала и как будто не своим голосом. — А слово?

— Слово? — озадаченно переспросил я.

— Слово, слово, слово... — прозвучало эхом по комнате.

Я осмотрелся и вернул взгляд на Талу.

Там стоял кто-то другой.

Вокруг пустота. Вдалеке стояла жуткая фигура. Прозвучали удары колоколов. Фигура сделала шаг ко мне. И отовсюду эхом прозвучали искаженные голоса:

— Беги, беги!.. Только и делаешь, что прячешься... Ой, да ты не сможешь... Сдайся... Ну, как всегда...

Я отвернулся и побежал.

Я выбежал на какую-то улицу.

5 ноября 2023 года. Мец.

— Эй, Витя! — начал Рэн. — Пойдешь с нами? — Пауза. — На стрелку. Там парочка будет, — он остановился и с улыбкой продолжил: — Так, для массовки.

А что я ответил?

— Да, конечно, бро! — вылетели из моего рта слова.

— Ну супер, — продолжил Рэн. — Вечером на футбольном поле.

Вечер 5 ноября 2023 года. Мец.

— Витя, помоги! — кричал Рэн, пока его избивали пятеро. — Стой!

А я бежал со всех ног. Бежал.

7 марта 2020 года. Мец.

— ...И кстати, — начала Вика и покраснела. — А ты не хочешь пойти со мной на школьный бал?

Что я сказал?

— Да! Конечно, Вика! — вылетели слова. — Хоть сейчас!

— Ой... — Вика отвернулась и начала крутить на пальце волосы. — Ты первый, кто согласился... — Пауза. — Для меня это много значит. Правда...

8 марта 2020 года. Мец.

«Урод!» — сообщение в мессенджере. «Ненавижу!»

10 июня 2018 года. Мец.

— Папа! — начал я. — А пошли в поход!

Папа нахмурился, а потом весело ответил:

— А пошли. У тебя же каникулы.

— И палатку возьмем? — радостно спросил я.

Папа поднял меня на руки, покружил, а потом поставил на землю:

— Конечно, возьмем! И кучу еды возьмем! — Он погладил меня по голове. — Беги, собирайся!

11 июня 2018 года. По дороге к горе Сен-Кантен.

— Папа! — я дернул папу за рукав. — Смотри. Это я сам нарисовал.

Папа мельком глянул, а после вернулся к дороге.

— Да, классно, сынок.

— Но ты же... Даже не посмотрел! — крикнул я недовольно.

— Эй! Смотри! — начал кричать я и махал рисунком перед его лицом.

— Витя, — спокойно сказал папа, убирая рисунок. — Я занят. Позже обязательно гляну.

Я нахмурился и сел. А после сказал:

— Нет! Давай сейчас! — и начал тыкать рисунок ему в лицо.

— Убери же! — крикнул папа.

Звук гудка. Резкий удар влево.

— Папа? — спросил я и потер лоб от боли. — Папа?

Его лицо было в осколках.

— Папа? — начал я. — Что случилось?

— Дай, — начал папа и выкашлял кровь. — Телефон.

— А зачем? — спросил я. — Что случилось?

— Подай... — продолжил тихо он.

22 июля 2028 года. Мец.

Тала швырнула в меня половинки яблока и сказала:

— Теперь слушай. У тебя есть пять минут, чтобы успокоить своего парня — или кто он тебе. Объясни ему что угодно. Что мы твои психосестры — без разницы. А потом ты идешь с нами. Потому что теперь ты — наша проблема.

Я выпрыгнул в окно.

Сезон 2. Серия 6

[СОНЯ]

Я поднялась обратно в кабинет. Там всё так же в кресле был силуэт с синими глазами.

— П-прости меня, — сказала я, остановившись в проёме. — За тот день, к-когда я уб-била тебя. — Я опустилась на колени. — Я в-вспомнила. П-прости.

Засвистел ветер. Весь потолок кабинета начал заполняться снегом. А после снег превратился в ливень.

Я поднялась и встала под ним.

Стояла в тишине и смотрела в разбитое окно.

— И ещё, — тихо начала я. — Я б-буду г-главой Филиала Евр-ропа. — Пауза. — Хоть в-вам это не н-нравится.

Я замолчала и посмотрела на табличку «Мин Кагэ. Глава Филиала Европа».

— Что б-бы не забыть его.

Ливень прекратился.

Тишина.

На улице небо снова стало голубым.

Ушла.

Толик вернулся.

— Т-толик, — тихо сказала я, продолжая смотреть в разбитое окно. — Сп-пустись на п-пятнадцатый, найди н-номер р-ремонтной службы.

Толик развернулся и пошёл к лифту.

Я подошла к окну и глянула на Савору и остальных руководителей элитных групп в парке.

Савора посмотрела на меня и направилась в штаб.

Я продолжала смотреть на парк.

Как мне быть, Минчик?

— София Лиленег? — Савора зашла в кабинет. — Хотелось бы уточнить детали. — Пауза. — Так же могу вызвать специалистов для ремонта окна.

— Н-не надо. Я Т-толика отправила на п-пятнадцатый. — Я повернулась к Саворе. — К-какие детали?

— Толик? — задумалась Савора, а после продолжила: — Нужно решить, что делать с главами других филиалов. — Пауза. — Которые сидят на минус седьмом.

— Отпустите, — тихо ответила я.

— Подождите! — на секунду возмутилась Савора. — Мы не можем так поступить. Тогда Филиал Европа точно потеряет легитимность. — Пауза. — Мы можем поступить иначе.

—

Через двадцать минут

Прозвучал взрыв на минус седьмом этаже. После — ещё один.

— Держите оборону! — кричала Савора.

Шум заполнили очереди автоматов.

— Никто не отступает! — крикнула Савора в коридоре. — ЗА МИН КАГЭ!

Хором весь отряд Альфа:

— ЗА МИН КАГЭ!

Взрыв. Ещё один.

—

Прошло десять минут

Тишина.

Стук каблуков эхом бил по стенам минус седьмого этажа.

Я подошла к закрытой двери. Медленно открыла.

— П-привет, — взволнованно сказала я. — Я в-вас вытащу! З-за мной.

Три главы филиалов ринулись за мной и бежали по коридору, отдаляясь от разрушенного прохода, полностью заваленного обломками.

— Ты кто? — спросил один из глав. — Ты из моего филиала?

— Н-нет, — ответила я, выбегая на подземную парковку. — Меня з-зовут София Лилэнг. — Пауза. — Я теперь возглавляю Филиал Ев-вропа. — Пауза. — Вас з-захватили быв-вшие группы М-мин Кагэ.

Я открыла дверь фургона.

— Едьте в аэр-ропорт Kage Group. — Я закрывала дверь. — Т-там мои л-люди.

— Спасибо, — тихо сказал один из глав. — Мы этого не забудем.

Дверь захлопнулась. Фургон рванул с парковки.

— Всё прошло по плану? — спросила Савора, подходя сзади.

— Б-более чем, — весело произнесла я.

— Я уже уведомила аэропорт, — начала Савора, стряхивая пыль с одежды. — Три джета уже заправляют.

— К-какие у нас ещё п-проблемы? — начала спокойно я.

Савора поправила пиджак и достала папку:

— Военное положение во всей Европе из-за ударов по курортам Мин Кагэ. — Пауза. — Так же удары по двум военным базам Филиала Европа. — Савора перелистнула страницу. — Бегство агентов. — Ещё страница. — Значительный ущерб экономике Филиала Европа.

— Да-а-а, — растянуто сказала я и взглянула на белую машину. — М-может, прокатимся?

Савора взглянула на машину, кивнула, и мы сели.

— А д-денежка есть? — тихо спросила я, глядя на Савору за рулём.

— Мы сейчас не можем брать деньги из бюджета стран, — спокойно ответила Савора.

— М-может, у Мина б-была заначка? — спросила я, глядя в окно.

— Да, действительно есть, — коротко ответила Савора.

— Т-тогда возьмите денюжку для с-секретной отправки глав, — сказала я и взглянула на папку на заднем сиденье. — И об-бъявите с-борчик агентов х-хотя бы в штабе Ф-филиала.

— Но хочу вас уведомить, — начала Савора и мельком глянула на меня. — У нас нет ресурсов для полного восстановления всего Филиала Европа. — Пауза. — Максимум — одна страна. — Савора открыла окно. — Так как штаб филиала находится в Меце, я предлагаю Францию. — Она глянула на меня. — Другие на время будут потеряны.

Савора закрыла окно. В машине наступила тишина.

Получается, вся величественность Минчика — теперь всего одна страна? Другие попадут под другие филиалы.

Что же мне делать?

— П-поехали за м-мороженым, — тихо сказала я.

Савора выбрала в навигаторе ближайший киоск.

— Н-нет, — ответила я и ткнула в другой магазинчик.

— П-пусть будет Фр-ранция, — начала я и откинулась на сиденье. — И н-найди сначала аг-гентов, к-которые могут успокоить л-людей.

Всю дорогу до магазинчика мы ехали молча.

Савора остановилась напротив. Я вышла.

— Сонечка! — начал дедулька. — Давно не приходила ко мне. — Пауза. — Уже не любишь мороженое? — И улыбнулся.

— Ой, н-н-нет, что в-вы, — начала отмахиваться я и тихо добавила: — Просто проб-блемки.

— А, — коротко начал дедулька и протянул фисташковое мороженое. — Большие?

Я плюхнулась на лавочку рядом с магазинчиком и растянуто сказала:

— Б-большущие-е-е.

— Да-а, — начал дедулька и аккуратно сел рядом. — Решай по капельке, а там всё решится.

— Это-о с-сложно, — растянуто сказала я и облизала мороженое. — Я же н-не хочу, а м-мне это дали, — тихо произнесла я.

— Ну-у, — начал дедулька. — Значит, тот, кто тебе дал... — Дедулька покашлял. — Сильно тебе доверяет.

— Дум-маете? — озадаченно спросила я и мельком взглянула на него.

— Конечно, — начал дедулька и покрутил трость. — Вот мне этот магазинчик... — Он покашлял. — От отца перешёл. — Пауза. — Я был мальцом и вообще не хотел делать. — Дедулька осмотрел свой магазинчик и продолжил: — И начали появляться долги, хотели закрыть. — Он встал. — А после отец умер, и это единственное, что осталось, — грустно добавил он. — И вот магазинчик ещё жив. — Пауза. — Может, это не то, что ты хотела услышать. Но люди делятся с тобой проблемами, — дедулька отдал кому-то мороженое и продолжил, — когда самим тяжело.

Я посмотрела на него, задумалась, а после взглянула на небо.

— Сп-пасибо, — сказала я и встала с лавочки. — С-сколько с меня за м-мороженое?

— Ой, да Сонечка, — начал дедулька отмахиваться. — Брось ты. Ты же мой первый и постоянный клиент. — Он сделал паузу. — Я не задаюсь вопросом, как я так постарел, а ты всё так же сияешь. — Пауза. — А зачем? Может, ты стала моим ангелом в форме человека.

Я задумалась, а после продолжила:

— Я н-настаиваю!

Я ощупала карманы. Денег нет. Взглянула на машину, где сидела Савора.

Савора медленно вышла, поправила пиджак и направилась к магазину.

— Савора, — начала я. — З-заплати за мор-роженое.

Савора достала кошелёк, отсчитала крупную сумму и протянула дедульке.

— Да вы что, женщина! — начал дедулька, отталкивая деньги. — Лучше доченьке что-то купите. — И глянул на меня.

Савора на секунду возмутилась. Я подошла, взяла деньги из её руки и впихнула дедульке в ладонь.

Савора вернулась к машине.

— Извините м-мою маму, — улыбнулась я и пошла к машине.

Я села и сказала:

— Св-вяжись с пр-резидентом Франции. — Пауза. — Я х-хочу с ним в-стретиться.

— София Лилэнг, — начала Савора и взглянула в зеркало заднего вида перед тем, как тронуться. — Это может повлечь последствия для всех филиалов. — Пауза. — Если рассказать слишком много, может начаться мировая война.

Я выслушала, задумалась, а после добавила:

— Я п-просто п-поговорю о снятии р-режима ЧП. — Пауза. — Это н-наша проблема. — Грустная пауза. — И подгот-товьте смену к-компании на «Лилэнг Груп».

Савора глянула на меня, после записала в блокнот.

Всю дорогу до штаба мы ехали молча.

Мы с Саворой зашли в лифт и начали подниматься. Савора вышла на двадцать втором, я поднялась на двадцать третий.

Перед дверью в кабинет стояли агенты из элитного отряда Браво и охраняли проход.

Когда я приблизилась, они открыли дверь:

— Добрый вечер, София Лилэнг.

В кабинете работали мастера — устанавливали окно. Двое висели снаружи и подталкивали подвешенную раму. Рядом стоял Толик и убирал мусор.

Сезон 2. Серия 7

[ВИКТОР]

Я забежал за угол.

— Куда ты бежишь? — начал кричать Рэн. — Помоги мне!

Я отдышался и продолжил бежать.

Передо мной появилась дверь. Я заскочил в неё.

Уведомление: «УРОД, НЕНАВИЖУ».

Я бросил телефон об стену. И тихо, глубоко дыша, подошёл к окну. Там проезжала машина, в которой сидели папа и я.

Долгий гудок. Удар.

— Телефон... — начал тихо папа. — Дай телефон.

Я подбежал к разбитому телефону на полу и дрожащими руками начал набирать скорую.

— Добрый вечер, — произнесло из трубки. — Вы опоздали. Он умер. Бегите.

Я начал давить на кнопку, чтобы сбросить, а голос из телефона не переставал говорить:

— Беги, беги, БЕГИ!

Я кинул телефон в стену и выпрыгнул в окно. И упал прямо перед Викой.

— Так ты пойдёшь со мной на бал? — начала Вика. — Или побежишь?

Я сорвался с места и выскочил в дверь.

— А поехали в поход! — начал маленький я.

Отец посмотрел на меня и грозно сказал:

— Убежать решил.

Я выбежал через калитку и начал падать.

—

Я резко проснулся. Весь был мокрый, сердце колотилось.

Я вышел в кухню-зал и набрал воды.

— Это всё сон, — начал тихо я. — Сон. Сон!

Из комнаты Ника вышла девушка. Это была Вика.

— Чего проснулся? — начала Вика и зевнула.

— Сон страшный приснился, — тихо сказал я.

— Ого, — начала Вика и подошла сзади, нежно обняла. — А если бы ты тогда пошёл на бал со мной...

— Что? — спросил я и дрожащей рукой поставил стакан на стол.

Вика начала душить меня.

— Что ты делаешь? — кричал я, пытаясь вырваться. — Это уже не смешно!

— А мне тоже было не смешно, — продолжила Вика и сильнее сдавила руки. — Я пришла. Поборола свой страх перед людьми. — Она сдавила ещё сильнее, в глазах начало темнеть. — Я стояла одна. Все танцевали, радовались. А ты! Не пришёл!

— Да отстань ты! — крикнул я и оттолкнул Вику.

Она ударилась об угол, из головы потекла кровь. Она упала.

— Это всё сон! — крикнул я и побежал к двери.

Вслед Вика крикнула:

— Телефон... Дай.

Я захлопнул дверь и стоял перед избитым Рэном.

Мы стояли молча. Рэн смотрел на меня. Я хотел сказать слово, но получил удар в лицо. И ещё.

Рэн молчал. А я не мог сказать ни слова. Он избивал меня, потом встал и начал бить ногами. Я закрыл глаза и провалился в темноту.

Тишина.

— Эй, Витенька, — начала мама. — А что случилось, когда вы с папой ездили в горы?

Что я ей ответил?

— Папа не увидел машину, — тихо вылетели слова. — И потом... бах.

— А он просил тебя о чём-то? — продолжала мама.

— Нет! — спокойно ответил я и откусил булочку.

— Зачем ты врёшь! — сказала агрессивно мама и ударила по голове. — Ты сбежал! Убежал от ответственности! — Она продолжала бить. — Врачи сказали, он мог выжить.

— Что? — начал я. — Ты о чём, мама?

Я закрыл глаза.

—

Вика стояла на школьном балу в красивом платье и вся сияла от радости. К ней подбегали девочки, делали комплименты. Вика была невероятно рада. С ней общались как с другом.

— Эй, Вика, — начала девочка. — А когда твой друг придёт?

— Скоро! — уверенно заявила Вика.

Шло время. Все уже начали танцевать. А Вика стояла и смотрела.

Бал закончился. К Вике подходили и говорили:

— Наша Вика ещё и врунишка, — начала девочка, и все засмеялись.

Вика заплакала и упала на колени.

Я закрыл глаза.

—

— Эй! — начал Рэн. — Мы с Витьком вдвоём будем.

Разминая кулаки, пацан сказал:

— С каким Витьком? — Он указал за спину Рэна. — С тем, который уже дал дёру?

Они засмеялись. Рэн получил удар. Его повалили на землю и начали бить двое. А Рэн смотрел, как я убегаю.

Спустя время Рэн, откашливаясь, тяжело поднялся на ноги и пошёл ко мне домой.

Я закрыл глаза.

—

Люди плакали и были одеты в чёрное. Меня обнимала мама и плакала. А я стоял со своим рисунком и смотрел на могилу папы.

Прозвучали удары колоколов.

За могилой появилась жуткая фигура.

Я закрыл глаза.

—

Я лежал на кровати. За дверью слышно, как кто-то плачет.

— Это сон! Всё сон! — кричал я.

Я медленно, дрожащими руками подошёл к двери. Там был огромный школьный зал. По центру сидела на коленях Вика и плакала.

Я начал закрывать дверь.

Раздались звуки часов.

Я захлопнул дверь и съехал на пол, упёршись в неё спиной.

Передо мной образовалась жуткая фигура.

Я резко поднялся, зацепился за ручку двери и выпал в школьный зал.

Дверь захлопнулась и не открывалась.

Я стоял спиной к Вике, которая плакала.

Вика перестала плакать и тихо сказала:

— Ты пришёл?

Передо мной открылась массивная дверь. Оттуда задул свежий ветерок.

Я стоял и смотрел на зелёную поляну за дверью. Сделал шаг к ней.

Вика поднялась и повернулась:

— Уже уходишь?

Я остановился перед поляной. Ничего не сказал. Смотрел на спокойную, тихую поляну со свежим воздухом.

— Ну ладно, — грустно сказала Вика. — Иди...

Она села и продолжила плакать.

Я стоял молча и смотрел на поляну.

Всё очевидно, — тихо сказал я.

И уже наступил ногой на мягкую ароматную траву.

Я обернулся на Вику. Она всё так же плакала.

Через силу, тяжёлым усилием я начал толкать огромную дверь. С невыносимым скрипом она пошла обратно.

Поляна исчезла.

Я остался с Викой на балу.

Я подошёл к ней и протянул руку. Вика глянула на меня и взялась за руку. По её щекам текли слёзы.

Мы начали танцевать. Вокруг появились другие девочки и мальчики. Весь зал наполнился музыкой.

Я танцевал с Викой. Наступал ей на ноги. А она просто молчала.

Мы закончили.

Всё начало исчезать.

А после исчезла Вика.

—

Я бежал от футбольного поля, отдаляясь от Рэна.

Я через боль начал бить по ногам и упал.

Я сломал ногу и потянулся к Рэну.

— Сейчас вы получите от нас, — сказал уверенно Рэн.

Нас избили.

После мы поднялись и, откашливаясь, посмеялись.

Тишина.

—

Я сидел в машине.

Папа сказал:

— Дай... Телефон...

Я закрыл глаза.

Но он не исчезал.

Появилась поляна за дверью машины.

Я отстегнул ремень и открыл дверь.

— Дай... — начал тихо папа. — Телефон...

Я закрыл глаза и покрутил головой. Не исчезает.

Я ещё сильнее зажмурился.

Ничего.

Я через силу, поворачивая голову руками, посмотрел на папу. Он был весь в осколках стекла, истекал кровью.

Я глянул на телефон под моими ногами.

И закрыл глаза.

Через силу, держа одну руку другой, я с закрытыми глазами потянулся к телефону.

Не могу найти.

Я открыл глаза и посмотрел, где телефон. Закрыв глаза, я не мог его найти.

Я ударил себя в лицо и с открытыми глазами поднял телефон. Набрал номер.

— Скорая уже в пути! — прозвучал голос из трубки.

Всё испарилось. Меня окружила чёрная пустота.

Прозвучали удары колоколов.

Жуткая фигура появилась передо мной и сказала:

— Слово.

Я молчал.

Комната начала наполняться жидкостью.

— Слово.

— Виноват, — ответил тихо я.

—

Я оказался на балконе, где кричал имя.

Я спустился на пол балкона и судорожно набрал Вику.

— Алло? — тихо, зевая, сказала Вика. — Кто это?

Я молчал и плакал.

— Алло? — продолжила Вика.

— Эт-то... — начал хрипло я. — Витя... — Я попытался проглотить ком в горле и добавил: — Я виноват...

Сбросила.

Набрал номер мамы.

— Сынок? — начала мама. — Чего не спишь? Ты кушал? Как там твой друг Ник? Вы держитесь?

— Мама! — я тихо, с улыбкой произнёс и тихо добавил: — Я виноват...

— Я знаю, — тихо сказала мама. — Утром поговорим... Люблю тебя.

Я листал контакты и нашёл номер Рэна.

— Рэн... — тихо произнёс я. — Ты погиб из-за меня. Прости.

Я случайно клацнул вызов. Пошли гудки.

Раздался голос Рэна. Живой. Сонный.

Как? А почему задание засчиталось?

Я не понимаю.

— П-привет, — начал, волнуясь, я, не веря, что это правда. — Это Витя...

— Витя? — озадаченно спросил Рэн. — Че за Витя? У меня даже друзей таких нет.

Что? Как нет? А я кем был?

— Как? — начал я, и потекли слёзы. — Мы же жили вместе по адресу...

— Мужик, — начал Рэн взволнованно. — Не знаю, кто ты и откуда знаешь мой адрес. — Пауза. — Но не звони мне и забудь мой адрес.

Сброс.

Почему он не помнит? Может, это не Рэн? Или это всё ещё сон?

Я зашёл в квартиру с балкона и постучался в комнату Ника.

Хоть бы там был Ник. Хоть бы Ник.

— Чува-а-ак, — растянуто начал Ник. — Че тебе надо? Я не скажу имя. — Пауза. — Поверь, тебе будет лучше.

Я сделал паузу и вспомнил всё, что только что произошло.

— Я знаю... — я сглотнул. — Имя...

Раздались громкие шаги. Ещё кто-то упал.

Ник открыл дверь.

— Чува-а-ак, — Ник обнял меня. — Ты говорил имя вслух? — взволнованно продолжил он.

— Да, — коротко ответил я.

— Чемпио-о-он! — крикнул Ник и обнял ещё сильнее. — А как ты выжил? Или ничего не произошло?

— Произошло, — коротко добавил я, стоя неподвижно.

— А что произошло? — продолжил второй Ник.

А третий добавил:

— Не, братан. Не говори.

— Я виноват, — начал тихо я. — Прости меня. — Пауза. — За всё.

Мы стояли в тишине. А Ник меня обнимал.

Сезон 2. Серия 8

[СОНЯ]

Я с группой «Альфа» шла по коридору в сопровождении охраны в чёрных костюмах. Нас остановили другие охранники, обыскали, а после по рации передали охране президента.

Дверь открылась. Мы зашли в кабинет президента Франции. Париж.

— Доброе утро, мисс Кагэ, — начал спокойно президент. — Как долетели?

— Я с-спала весь п-полёт, — начала я и посмотрела на диван. — Я п-присяду?

— Конечно, — сказал президент и сел напротив, на другой диван. — Может, чаю?

— Да-да, давайте, — спокойно ответила я.

— Секундочку. — Он медленно, не спеша, подошёл к столу и нажал кнопку. — Жанна, сделай два чая.

Президент глянул на Савору и её отряд. Савора отрицательно кивнула.

— Просто два чая, — поправился он.

Он снова сел на диван.

— Я слышал об ужасной трагедии. — Пауза. — На компанию Kage Group совершили массовый теракт. — Ещё пауза. — Это ужасно.

Он достал сигарету, закурил. Я глянула на Савору. Та подошла и дала мне пачку моих сигарет.

— Вся Европа уже ищет виновников, — продолжил президент. — Можете не беспокоиться.

Он хотел продолжить, но я перебила.

— Я п-пришла, — начала я и потушила недокуренную сигарету, — так как м-моя компания в-ведёт рас-следование. — Пауза. — А п-положение ЧП ус-сложняет.

Я поднялась с дивана, подошла к окну, взглянула на Елисейский дворец.

— К-красиво тут.

Президент хотел возразить, но я продолжила.

— Т-также м-мне известен факт, — начала я. Савора подошла, передала папку. — Что вы н-не были рады к-компании Kage Group. И т-то, что на т-территории Франции б-были размещены к-курорты. — Я перевернула страницу. — И Франция — единственная с-страна, к-которая делает в-вид, что помогает. — Пауза. — А н-на самом деле в-ваша п-полиция даже не н-начала расследование.

Я села обратно на диван.

— И ещё, что с-скажут л-люди, узнав, ч-то на т-территорию Франции з-залетел самолёт, — я закрыла папку, — и совершил в-высадку двадцати четырёх л-людей?

Тишина. Президент смотрел на меня, потом на часы.

Постучали в дверь.

— Не сейчас, — сказал он.

Я глянула на Савору. Она открыла дверь.

Зашла Жанна с подносом. Две чашки чая. Поставила. Жанна с улыбкой вышла, закрыла дверь.

— Откуда... — начал президент, размешивая чай. — Откуда сведения про самолёт?

Я удивлённо глянула на него.

— От-туда, от-ткуда и у вас. От ВВС Франции.

— Вы же понимаете, — начал президент, отпил чай, — мисс Кагэ, сейчас не время для резких шагов...

— В-во-первых — Лилэнг, — я сделала долгую паузу, отпила чай. — А в-во-вторых, вы правы. Вы не должны делать р-резких шагов. — Ещё глоток. — Режим ЧП — уже ваш глупый р-резкий шаг.

Президент помолчал, подошёл к столу.

— Ваши угрозы не имеют большого веса. — Он закурил, заложил руки за спину, опёрся о стол. — Я не ваш мальчик, работающий на курорте или в аэропорте.

Я улыбнулась.

— С-савора, дай в-вторую папку.

Савора достала из сумки большую чёрную папку. С печатью «Совершенно Секретно» и флагом Франции. Медленно положила на стол президента.

Я закурила, глядя на него.

Президент с ухмылкой открыл папку. Начал читать. С каждой страницей лицо менялось. Под конец он быстро листал, страница за страницей.

— И д-да, если ч-что-то... — Я бросила окурок в свою чашку. — Со мной случится — это в-всё будет на всех каналах.

Президент встал, смотрел в окно.

— Чего вы хотите?

Я глянула на Савору. Та начала:

— Сначала — снятие режима ЧП. — Пауза. — Также передача десяти миллиардов долларов. — Пауза. — Под грифом «секретно». — Савора осмотрела кабинет. — Также заключение пакта с компанией «Лилэнг Групп».

Она открыла блокнот.

— Во-первых: войска Франции не имеют контроля над городом Мец. Во-вторых: ежегодная передача одного миллиарда долларов. — Савора захлопнула блокнот. — И предоставление всех сведений вооружённых сил Франции.

Тишина. Только тиканье часов.

Президент хотел подойти ко мне сзади. Савора остановила его взглядом.

— Мы можем обсудить ЧП и деньги, — бросил он недовольно. — Но Мец и данные армии — ни в коем случае! — Он посмотрел на меня. — Это вызовет ответную реакцию.

Я закурила, поднялась, подошла к нему вплотную.

— По п-поводу реакции. У вас д-десять лет на п-подготовку н-народа к выходу из НАТО и ЕС.

Я глянула на Савору. Она продолжила:

— Мы также гарантируем полную безопасность Франции. — Пауза. — И полную поддержку вас на всех последующих выборах. — Савора заглянула в блокнот. — И после выхода из НАТО и ЕС — выплата ста миллиардов долларов. А также возможность присоединения регионов других стран к Франции. — Пауза. — Мы знаем, как вы мечтаете о территории Люксембурга.

Савора отошла к двери. Тишина.

— У меня нет документов... — начал президент. — Чтобы составить пакт, нужно время. — Он задумался. — Около года. Не меньше.

Савора подошла к столу и положила пять листов. Готовый пакт.

Президент глянул.

— Пожалуй, я откажусь.

Он расслабленно сел в кресло.

— Х-хорошо, — тихо сказала я.

Савора набрала номер.

— Выставляй страницы пять, семь, двадцать восемь.

Положила трубку.

Тишина.

Минута. Никто не произнёс ни слова.

Звонок президенту.

— Алло? — начал он. — Милая, успокойся. Это неправда, всё неправда. Ты о чём? — Он ослабил галстук. — Телевизор посмотреть?

Жена сбросила.

Президент нажал кнопку. Телевизор в стене включился.

«Срочное заявление. Сегодня в студию попали документы и фотографии о том, что президент Франции посещает стриптиз-клубы и казино. Также появились данные о том, что президент Франции организовал нападение на правителя Конго и попытку смены власти. И последнее, не менее шокирующее заявление: президент Франции сфальсифицировал выборы».

— Хорошо! — недовольно сказал президент и начал подписывать пакт. — Но вы уже сломали мою репутацию.

Я улыбнулась.

— Включите новости.

Он снова нажал кнопку.

«Добрый день, президент, — весело начал ведущий. — Это транслируется исключительно на вашем телевизоре». — Пауза. — «А жена... мы просто нашли женщину с похожим голосом и... — пауза, глоток воды, — украли телефон вашей жены».

— Как? — озадаченно спросил президент.

Савора ответила:

— Когда вы были в другом городе, наши агенты подключили ваш телевизор к нашему серверу.

Президент нервно подписал документы.

— Я начну собирать деньги сегодня. — Он поднял взгляд. — Как вам их отправить?

Я уже направилась к выходу. Обернулась, улыбнулась.

— Н-наличкой.

Савора подошла к президенту, забрала свою половину документов.

— И запомните: если что-то пойдёт не так, этот пакт тоже будет открыт для прессы. — Она остановилась в дверях. — И уберите информацию об этой встрече.

—

Я села в бизнес-джет. Савора и группа «Альфа» отправились на проверку сбора средств.

Самолёт взлетел.

Прозвучал взрыв. На левом крыле.

Двигатель загорелся. Взорвался.

Пилот начал кричать в рацию:

— Mayday! Mayday! Mayday!

Мы падали.

— Ясненько, — тихо и с грустью сказала я. — Ох уж эт-ти французики.

Сезон 2. Серия 9

[ВИКТОР]

— Чува-а-ак! — Ник тряс меня, пытаясь разбудить. — В штаб всех вызывают! — Он рылся в моём шкафу, выбирая одежду. — Прикинь, там вообще такое-е-е!

Второй Ник подхватил:

— Соня теперь глава Филиала Европа!

Первый Ник кинул мне одежду:

— Ещё, короче, как я понял, Главный штаб расформировал наш филиал. — Пауза. — И короче, теперь мы типа бандосы, походу. — Он задумался, уже окончательно разгромив мой шкаф. — Или крутые?

— Бандосы? Расформирован? — Я тёр глаза. — Ты о чём? Что за Соня?

— Да чува-а-ак! — Ник прыгнул на кровать рядом со мной. — Не вникай. Просто представь. — Он медленно развёл руками. — Мы бандосы. Ездим на тонированных чёрных машинах и считаем в них деньги.

Второй Ник добавил:

— Ещё делаем жёсткие стрелки с автоматами где-то под мостом.

Ник глянул на меня:

— Круто же? Скажи, чемпион!

Я хотел выгнать его из комнаты, накричать. Но вспомнил весь вчерашний ужас.

— Бро! Это гениально! — Я подорвался с кровати. — Короче, нам нужны два чёрных костюма-тройки, 1920-х годов. — Я задумался. — И обязательно сшитые из фланели!

— Чува-а-ак! — Ник расплылся в улыбке, не ожидая такого ответа. — Ещё нужны стволы! — Он задумался. — Карманные часы... И машины. — Глянул на меня. — А ты водить умеешь? Ну, я-то умею. Но на двух тачках — куда круче.

Ник сделал паузу. Я оделся в обычное: джинсы, кофта.

— А кстати, — начал Ник, пока мы выходили в кухню-зал. — Зачем тебе в штаб нужно было?

— У меня задание появилось... — грустно начал я. — А я не особо боец.

— Ого! — Ник оживился. — Первое или какое? Что по уровню? Количество?

Он поставил чайник.

Какой там уровень? И количество? Хм.

— Я не помню, — сказал я.

— Так, бро. Скажи задание, — Ник разлил кофе.

Как-то непривычно. Но для него это норма.

— Задание, — тихо сказал я.

[Ликвидация Zero. Уровень: 32. Количество: 1. Вид: Корн. Город Мец. Rue de Lorient.]

— Э-э-э, — начал я. — Ликвидация Zero? Кто это вообще?

— Бро, ты чё? — Ник удивился. — Это все агенты и монстры. — Он глотнул кофе. — А уровень какой? Количество?

Я Zero? Ноль в этом мире, получается.

— Та-а-ак, — я взял чашку. — Уровень тридцать два... Оно? Одно. И вид какой-то — Корн.

— Ого-о. — Ник замер с чашкой на полпути, дунул, отпил. — Не круто. — Пауза. Он вышел на балкон. — Тридцать второй уровень — сильный тип. Особенно вид Корн.

— А кто это? — спросил я, выходя следом и закуривая.

— Бро-о-о! — весело начал Ник. — В чём интрига тогда? — Пауза. — Нужно Чаку звякнуть. И можно Саймону. — Глоток кофе. — Веселее будет. И плюс — банда больше!

Другой Ник включил телевизор и крикнул:

— Чува-ак, иди сюда!

«Срочные новости. Сегодня в 13:20 после взлёта бизнес-джета преемницы Kage Group Софии Лилэнг был совершён теракт. Самолёт разбился при перелёте из Парижа в Мец».

— Разбилась? — испуганно начал я. — Сочувствую, Ник. Ты же был с ней близок. — Грустно добавил.

— Чо-о-о? — удивился Ник. — Она же агент. Хоть не самый крутой. От падения не умрёт.

— Она могла выжить? — Я ткнул в экран. — То есть все мы могли не прыгать с парашютом с самолёта?

— Не-е-е. — Ник покачал головой. — Тут немного по-другому. Короче. — Он задумался. — Чем выше уровень, тем... ну, жизненные органы прочнее, кожа там. Но не знаю как точно. — Пауза. — К примеру, ты бы умер. — Глянул на своего клона. — Я бы тоже, наверное.

Он продолжил:

— Но там ещё от способностей зависит. Типа Май хоть и высокого уровня, но очень хрупкий. — Кивнул в сторону других Ников, готовящих обед. — В общем, не забивай голову.

Ник уселся за стол, начал есть.

— Кстати, а какие у тебя способности?

— Способности? — задумался я.

— Ну вот. — Я создал яблочко.

— Это всё? — жуя, спросил Ник.

Что же ещё? Была какая-то способность.

— Материализация прошлого, называется вроде.

Я закрыл глаза и представил чайник из квартиры с Рэном.

— Чува-а-ак! — удивился Ник.

Мы оказались на кухне моей старой квартиры. Я держал в руках чайник. Закрыл глаза — и мы снова сидели за столом, чайник у меня в руках.

— Ого! — Ник рассматривал его. — Ты его из прошлой квартиры взял? А как?

Прошлой квартиры? Чайник?

— Не помню, — тихо сказал я. — Впервые вижу этот чайник.

— Ого-о. — Ник поставил чайник рядом с другим. — Ну, как я понял, ты типа берёшь из памяти что-то. — Он задумался, клацнул по чайнику. — Работает. Крутяк. — Сел обратно. — Ну, по меркам Zero-монстров, ты где-то двадцать шестой уровень. — Глянул на меня. — А по меркам агента... А какой у тебя пишет уровень?

Я глянул на него, откусил хлеб, всё ещё пытаясь вспомнить, что за чайник.

— Уровень.

[Уровень 2]

— Второй, — тихо добавил я.

— Ну, бро-о. — Ник вздохнул. — Перед Корном ты точно дохляк. Тебе нужно прокачаться. — Он задумался. — Там может и способности поменяются.

Ник начал мыть тарелки.

— Я вообще раньше мог телепортироваться. Но прикинь: при телепорте я мог сломать обе ноги или вообще без ноги быть. — Закончил он, пытаясь меня напугать.

— Ну, окей, — начал я весело, полностью приняв безвыходность. — Когда за костюмами?

Ник глянул на меня:

— Бро, хоть щас!

— А деньги есть? — я попытался его подколоть.

— Я же Николас Фай! — уверенно сказал Ник. — Конечно есть.

— Двести евро.

— Ой. — Ник смутился. — Я ночью столько игр купил на приставку...

— Ща решим. — Он уверенно набрал номер, включил громкую связь.

— Йоу, Чак! Как дела, как жизнь? — быстро начал Ник.

— Космос! — ответил Чак. — Космос!

— Да ты чё? — удивился Ник. — Серьёзно?

— Космос! — весело продолжил Чак.

Интересно, Ник его реально понимает или делает вид?

— Короче, чё я звоню, бро. — Ник упал на диван. — Во-первых, ты теперь в бандитской банде.

— Космос? — озадаченно спросил Чак.

— И ещё. — Ник продолжил. — Есть около пяти тысяч? Может больше, ещё не знаю.

— Космос! — уверенно ответил Чак.

— Крутя-я-як, бро! — Ник ходил по залу, размахивая рукой. — И ещё: сегодня в пять вечера где-то приходи ко мне. Найди тачку чёрную, желательно. А ещё лучше — три тачки. Чёрных. — Он жестикулировал. — И Саймону звякни. И ещё обязательно в костюмах 1920-х годов.

— Космо-о-ос! — растянуто сказал Чак. — Космос!

— Да бро-о! — добавил Ник. — Бандитом сложно быть. Но мы вообще стволы должны с Витьком достать. — Пауза. — Так что всё честно.

Ник сбросил трубку.

Прошло пять минут. Уведомление на телефоне Ника: «На вашем балансе: 5004,28 евро».

— Всё, чувак! — уверенно начал Ник. — Собираемся. Сегодня этот мир не будет прежним. Теперь мы здесь закон.

Он сделал рукой пистолет, подул на палец.

Мы выскочили из квартиры уже как бандиты. Ник полностью вжился в роль. Правда, больше походил на наркомана в жёлтой рубашке, шортах и кепке на глаза. Но бандитами становятся не сразу.

—

Мы зашли в магазин, начали примерять.

Спустя пару часов были одеты с иголочки. Ник выбрал светлый костюм, я — чёрный. Ещё взяли шляпы «федора» и пошли домой.

— Чува-ак! — Ник крутился перед зеркалом. — Это же просто блеск! А ты вообще — настоящий мафиозник. — Он задумался. — Молчишь, хмуришься... Жуть! — Пауза. — Точно, ещё часы нужны карманные. — Он снова глянул на меня. — Бро, давай сфоткаемся! Фотка огонь будет!

— Ну, гулять так гулять, — сказал я.

Мы сделали селфи. Ник улыбался как идиот. Я — вообще тоже.

Пошли дальше.

—

Возле дома уже стояли две чёрные тачки. Обе тонированные. Моторы работают.

Ник замер.

— Чува-а-ак! — Он тыкал пальцем в машины.

Я медленно убрал телефон в карман.

Из первой вышел Чак. В костюме. Почти как мой, только вместо шляпы — кепка.

Из второй — Саймон. Без эмоций. Грозно посмотрел на нас.

— Пацаны, — начал Саймон. — Мы ваши проблемы и мы ваш закон. — Он достал карманные часы.

Ник расплылся в улыбке:

— Я же говорил, Витя. Бандосы.

Я посмотрел на машины. Потом на костюм.

Я точно не готов. Но сдаваться не намерен.

— Господа, — начал Ник, сияя. — Вижу, у вас проблемы. Решим мирно или как получится?

Чак молча открыл багажник и достал базуку.

— Космос! — крикнул Чак, направляя на нас.

— Ого-о-о! — Ник замер, а потом подбежал к Чаку. — Дай глянуть! Вот это-о-о вещь! — Он прицелился в небо. — Интересно, а у бандитов в 1920-м были базуки?

Я подошёл пожать руку Чаку. А когда руку протянул Саймон, я улыбнулся:

— Не, не, не. — Я отмахнулся. — Второй раз я не поведусь на это.

Ник копался в багажнике, глянул на меня и засмеялся:

— Вот видишь! — Он ткнул в меня пальцем. — Уже и не новичок он!

Мы пообщались возле машин. Я покурил с Саймоном у капота.

— А точно! — спохватился Ник. — Нам же в штаб нужно.

Сезон 2. Серия 10

[СОНЯ]

Мда. Бесят. Весь костюм теперь грязный. Раздражают.

Я к вечеру уже подошла к Мецу и зашла раздражённо в Филиал Европа.

В вестибюле уже были люди. Агенты собрались и ждали начальство. Савора уже давно прилетела и руководила тут, пока я добиралась.

Все смотрели на меня — всю испачканную, с порванной одеждой. Некоторые удивлялись. Видимо, была новость, что я разбилась.

Какие же они шумные. Все.

Раздражает!

Я сказала Саворе, чтобы собрала всех на девятом в зале собраний. И направилась на двадцать четвёртый этаж.

Ещё и эта музыка бесячая. Нужно сказать, чтобы поменяли.

—

Я поднялась в комнату Мина. Чисто — как будто даже пыли нет.

Пошла в душ, быстро помылась. И нашла свой шкафчик с вещами. Оделась снова идеально, красиво. И поехала на девятый.

—

Там уже все расселись. Я недовольно, стуча каблучками, поднялась на сцену.

Взглянула на всех.

А после в дверь зашли группа F и Саймон.

Чё с ними?

Но одеты они крутецки. Все в крутых костюмах. Как какие-то недобандиты. Ведут себя странно. Что-то хмурятся, смотрят из-под шляп.

Забавные.

Мне тоже такой костюмчик нужно приобрести. Только белый!

Эта хмурая банда направилась ко мне.

Боже, какие они смешные. Идут, оглядываются.

Что? У Чака базука?

— Соня-я-я! — Ник обнял меня. — Выглядишь шикарно! — добавил он. — А ты типа наше новое начальство?

— Пр-риветики! — весело добавила я и покрутилась. — Ну д-да, я начальник. А в-вы чего так-кие крутые и... — Я задумалась. — Ст-транные?

— Вау-у-у, чува-ак! — начал Ник. — Поздравляю тебя! Мегакруто!

Он подошёл к микрофону:

— Чува-а-аки! Все похлопали новой главе Филиала Европа! — Пауза. — Соне! — задумался. — Точнее, чуваки, для нас — София Лилэнг. Субординация, всё такое.

Весь зал заполнился аплодисментами и восторженным «браво!».

Ник подбежал ко мне, тихо сказал:

— Там короче у Витька задание. Корн, тридцать второй уровень, и всё такое. — Пауза. — Мы сбегаем, разберёмся.

— Д-да, конечно, — начала я. — Д-дерзайте! — Пауза. — А к-какой адрес?

Ник, уже уходя и полностью вернувшись в роль бандита, ответил:

— Стрелка забита по адресу Rue de Lorient. Именно там произойдёт крещение нашей банды.

И ушёл.

Я глянула на Савору.

Она подошла.

— Добрый вечер, София Лилэнг. Прекрасно выглядите, — начала Савора. — А по поводу взрыва самолёта мы уже выяснили и нашли. — Пауза. — Группа «Дельта» едет уже в штаб.

— Хор-рошо, — начала я. — Отп-правь элитную г-группу «Саксофон» по ул-лице Rue de Lorient.

Я подошла к микрофону. Группы «Альфа» и «Браво» встали под сценой.

— Всем п-приветик, — тихо начала я. — Как сказ-зал Николас Фай, я т-теперь глава филиала Ев-вропа. — Пауза. — И сейчас гл-лавная наша задача — эт-то вып-полнить з-задания на т-территории Европ-пы. В первую оч-чередь — Франция.

Я сделала паузу.

— В-встаньте те, у к-кого есть з-задание на территории Франции.

Поднялись около двадцати агентов.

— К-кто может разобраться с-сам? — Пауза. — Выйдите в-в сторону.

Десять человек начали протискиваться между рядов и встали у стены. Некоторые возмущались, что им наступают на ноги.

— М-можете ид-дти выполнять. — Я дождалась, пока они выйдут. — Те, кто н-не может выполнить, могут в-взять одного аг-гента из эл-литного отряда. — Я поправила волосы. — «Браво» и «Альфа».

...Элитный отряд с обычным агентом? — кто-то зашептался. — Никогда такого не было...

Я незаметно подошла к агенту:

— Д-да, н-никогда при уп-правлении М-мин К-кагэ. Но с-сейчас я глава. — Пауза. — Ещё ч-что-то?

Я глянула на Савору и весело побежала к ней, цокая каблучками.

При Минчике умирали потихоньку. При мне... справляются.

— София Лилэнг, — начала Савора. — Отряд «Саксофон» уже на месте. Обнаружен Корн, тридцать второго уровня. — Пауза. — Ликвидировать?

— А группа F, — начала я. — Уже п-приехали? Бой н-не идти. Т-только если не справятся.

— Ещё нет, — сказала Савора. — А давно агенты ездят на тонированных седанах?

— Л-лучше не з-задавайся таким вопросом, — начала я. — И к-кстати, мне т-тоже нужен седан. Только б-белый!

—

— Т-так, — начала я и подошла к микрофону. — Ос-стальные могут п-помочь либ-бо п-получить з-задание от Фариана — р-руководителя элит-тной группы «Б-браво».

— А чё? Нами девочка будет управлять? — сказал агент, который только зашёл в зал. — Это вообще хрень какая-то. — Он упал в кресло, закинул ноги. — Вот Мин Кагэ был жёстким руководителем. А это... — Агент глянул на меня. — Тьфу ты!

Савора и Фариан уже хотели действовать, но я сказала:

— Ну, р-раз т-ты так-кой важный и л-лучше зн-наешь... — Пауза. — М-может, сразимся з-за кресло г-главы?

— Я девушек не бью, — начал агент и отвернулся. — И зачем показывать свои силы на беззащитных? Это мерзко.

Со всего зала начали доноситься возмущения: «Фу-у-у!», «Терпила!», «Слово не держишь!».

— Ладно, ладно, — начал агент, пытаясь успокоить толпу. — Драться так драться. Извини, если что, забрал твоё место, — сказал он и улыбнулся.

В зале начали хором: «Бой! Бой! Бой!»

Агент уже встал и начал закатывать рукава.

Все затихли.

Я подождала пару секунд и с улыбкой добавила:

— З-значит, к-кресло хоч-чешь?

Агент не ответил.

Савора вышла вперёд:

— Бой пройдёт на минус первом через десять минут. Агент Канц, не убегите.

Все начали расходиться. Кто-то тихо говорил: «Эх, вряд ли эпик будет, но хоть что-то интересное», «А с Мином хрен выйдешь на бой — к нему даже на этаж нельзя было подняться».

—

Все вышли в коридор и отправились на минус первый.

— Эх, — начала я, усевшись на край сцены. — Ст-транные они в-все. Н-но т-так интригует. А вдруг п-победит?

— Нет, — коротко сказал Фариан, подходя сбоку. — Маловероятно.

— Так же группа F уже приехали, — добавила Савора. — Хочу заметить: костюм-тройка не особо практичен. — Пауза, она осмотрела зал. — А базука — громко.

— Кстати, — начала я. — А с-сколько у меня джетов осталось? — И весело глянула на Савору, болтая ногами.

— Два, — начала Савора. — Два в Меце. Один в Испании, планируем перегнать его в Мец. — Она открыла блокнотик. — Ещё три в Украине.

— А ч-что ещё есть? — удивилась я. — Т-танки? Истреб-бители? К-кораблики?

Савора заглянула в блокнот:

— Танки в количестве двадцати были уничтожены ударами Главного штаба. Истребитель — один, так же находится на территории Украины, сейчас проходит техобслуживание. — Она перевернула страницу. — Один катер под Ямайкой после массового удара Главного штаба.

— А ч-чего в Украине всё? — удивилась я. — В Мец же м-можно.

— После того, что президент Франции теперь знает, где наш штаб... — Савора сделала паузу. — Неправильно будет располагать активы здесь. А Украина — самое неочевидное государство.

— Пон-нятно... — тихо ответила я. — А ядерная бомба?

Савора впервые засмеялась, а после добавила:

— Нет. Нету. Мин Кагэ планировал, но транспортировка была практически невозможна.

Тишина.

— А, — спохватилась Савора. — Так же заявку об апелляции поддержало два филиала: Африка и Гренландия.

— Г-гренландия? — удивилась я. — Эт-то тоже филиал?

— Да. — Савора продолжила: — По сути, является банком всех филиалов. Гренландия обещает разморозить часть наших активов. — Пауза. — Если Главный штаб хотя бы начнёт рассматривать апелляцию.

— Вам пора, София Лилэнг, — сказала Савора и взглянула на часы.

— Л-ладненько, пошли, — весело сказала я и спрыгнула со сцены.

Мы спускались на лифте.

— П-поменяйте музыку в л-лифте на что-то лоу-фай.

Савора кивнула.

Остаток пути ехали молча.

—

Мы вышли в большой тренировочный зал. С манекенами и спортзалом. По центру — свободное пространство.

Там уже стоял Канц и разминал руки.

Я глянула на два металлических грифа и сказала Саворе подать их.

Встала напротив Канца. Савора дала мне гриф, потом — Канцу.

Савора вышла на край:

— Так как вызов был брошен Софии Лилэнг, она выбрала оружие для дуэли — металлический гриф. — Пауза. — Победа засчитывается, когда оппонент в нокауте либо мёртв.

Тишина. Эхом доносились слова Саворы по залу.

— Бой! — добавила Савора и отошла.

Я глянула на него, сняла каблуки и откинула в сторону.

В пару шагов сократила дистанцию и с размаху ударила его в бок.

Канц встал на колено, схватился за бок. Быстро глянул на меня, плюнул, оттолкнул мой гриф и сразу замахнулся сверху вниз.

Я шагнула в сторону. Канц ударил в пол.

Он тут же, упёршись в гриф, сделал удар ногами. Я поставила блок.

Канц поднял гриф, закрутил в руке, замахнулся в бок. Я поставила гриф и заблокировала удар.

Он напирал на блок. Я отпустила гриф, шагнула назад — и сразу ударила кулаком в лицо.

Канц ответил ударом в живот. Я оттолкнула его и ударила ногой в лицо.

Канц отошёл. Я хотела поднять гриф, но получила удар в спину.

Встала на колено. Канц замахнулся снова.

Я махнула грифом по его ногам.

Канц упал.

Я поднялась, попыталась ударить в живот. Канц перевернулся, оттолкнулся руками и встал на ноги.

Я сразу ударила ногой в лицо. Канц ударил грифом в живот и отбросил меня на полметра.

Я проскользнула. Канц напрыгнул, замахнулся грифом мне в голову.

Я поставила блок, толкнула его. После прыгнула и ударила грифом.

Канц упал. Я встала рядом.

Он опёрся на руки и быстро встал. Я ударила грифом в лицо.

Канц отошёл, вытер кровь. Замахнулся. Я схватила его руку и со всей силы ударила ногой в живот.

Канц покатился кубарем пару метров, потом остановился.

Я быстро сократила дистанцию и со всей силы ударила по плечу.

Канц упал на колени.

Я мельком глянула на него и в пол-оборота замахнулась — ударила в голову грифом.

Канц отключился.

Я бросила на пол погнутый гриф.

Тишину перебил только тяжёлый лязг металла.

Толпа агентов молчала.

Я медленно пошла за своими каблучками.

Савора подошла к Канцу, проверила пульс. Дала лёгкую пощёчину.

— В данной дуэли победила София Лилэнг. — Пауза. — Агент Чарн, приведите в чувство Канца.

Пока Канца приводили в себя, толпа начала ликовать и хлопать.

«А новый глава — не промах!», «Хорошо, что без способностей», «Мда, где эпик?», «Ха-ха, пов, когда ты, чел, без головы».

Я взяла в руки каблучки и встала напротив толпы.

— Ес-сть ещё ж-желающие? — весело произнесла я.

Вверх взметнулись руки.

— Ещё драться? Ладно, по-быстренькому. — Я вздохнула. — Л-ладно, в-выходите вдвоём.

Я отнесла туфли обратно, взяла два блина по двадцать килограмм. Они взяли мечи.

Савора глянула на меня:

— Бой!

Я размахнулась и со всей силы кинула по блину в каждого.

Бой окончен.

Савора вышла в центр:

— София Лилэнг победила в двух боях против трёх оппонентов за десять минут. — Она взглянула на часы. — Ещё есть пять минут. Желающие — шаг вперёд. — Пауза. — Остальные — к Фариану за заданиями. — Долгая пауза. — Всем доброй ночи. Свободны.

Все зашумели, начали оживлённо двигаться к Фариану, который стоял перед выходом. Получали задания и уходили домой. Кто-то споткнулся перед Фарианом, а он помог ему подняться.

Забавный дед этот Фариан.

Сезон 2. Серия 11

[ВИКТОР]

Я сидел на заднем сиденье седана. За рулём — Чак. Перед нами ехал второй седан — с Саймоном за рулём и Ником. У них играл громкий рок-н-ролл. А у нас — тихий джаз.

— Чак, — начал я. — Я закурю, ты не против?

— Космос, — ответил спокойно Чак.

— Спасибо, — добавил я и закурил.

Опустил окно, смотрел на ночные улицы.

Интересно, а если нас остановит полиция — это будет очень странно.

Я как представлю: четыре человека в костюмах-тройках, в шляпах «федора», один в кепке. На чёрных, намертво тонированных седанах. У одного в багажнике базука, пять автоматов. У другого — два ящика пива и десять блоков сигарет.

Полицейский подойдёт к Чаку, а тот начнёт рассказывать: «Космос!», «Космо-о-ос»...

Запахло сильно ванилью. Чак глянул на меня и спокойно сказал:

— Космос.

—

Мы проехали развязку и повернули на Rue de la Roberdière. Машина Саймона резко остановилась.

Справа я увидел пустую поляну. По центру стоял огромный силуэт в форме яйца.

Ник и Саймон синхронно вышли, уставились на яйцо. Мы с Чаком тоже вышли, встали возле машины.

Ник глянул на яйцо, поправил костюм, потом шляпу.

— Уважаемый бандит, ознакомьтесь с видом Корн. Сегодня он будет платить по счетам.

Саймон закурил — рукой, как об прикуриватель в машине — и запрыгнул на капот нашего с Чаком авто. А Ник копошился в багажнике.

— Может, бабахнем? — весело начал Ник, а после сменил тон. — Я имею в виду — поджарим его. Чтобы знал: переступать дорогу бандитам в этом городе не стоит.

Чак подбежал к Нику, начал выхватывать РПГ.

— Космос!

— Да чё ты переживаешь? — Ник целился из РПГ в Корна. — Мы выполним возмездие и уберём конкурента.

— Не гони, — Саймон тоже подошёл. — Шумно же. И бандиты не ведут себя так. — Пауза. — Доставай автоматы.

— Да нет, — Ник не сдавался. — С РПГ круче.

Саймон, Ник и Чак продолжили спорить, что будет эффективнее и по статусу бандитам: автоматы или РПГ. Спорили минут пять. А я смотрел на небо.

Вернул взгляд на яйцо.

Пропало.

— Пацаны... — испуганно начал я.

Меня подкинуло метров на десять вверх, а после бросило в центр, где стояло яйцо.

Я медленно, с трудом поднялся. На меня посыпались кусочки плоти — размером с зерно. Как будто высыпают целый грузовик.

Я хотел бежать, но ноги уже держали эти зёрнышки. Они медленно облепляли меня, как клей.

— Ребята-а-а? — испуганно начал я, пытаясь вытащить ноги. Не получалось.

Резко вспыхнул огонь. Раздался шипящий звук, чуть взрывающийся — будто кукурузу в микроволновку поставили. Меня начало сдавливать сильнее.

Я увидел, как зёрнышки начали засыпать Саймона.

Взглянул наверх. Там висел огромный шар на башенном кране. Из него сыпались зёрна.

Я закрыл глаза и начал судорожно вспоминать что-то.

Вспомнил, как лежал в ванной после тяжёлого дня. Год назад. В нашей с Рэном квартире.

Открыл глаза. Я лежал в одежде в ванне, наполненной водой, по центру площадки. Ноги были покрыты зерном — оно будто начало прорастать в воде.

Откуда эта ванна?

Ник до сих пор стоял — в одной руке РПГ, в другой автомат, явно размышляя, что сейчас лучше. Потом глянул на меня.

— Чува-а-ак! — удивлённо начал он. — Не время купаться.

Кусочки плоти стали отпадать в воде и прирастать к ванне, после — поедать её.

Корн начал сыпать зёрна на большую площадь.

В панике я начал вспоминать.

Закрыл глаза.

Я шёл домой с зонтом после школы. Был сильный дождь.

Открыл глаза. Я стоял с зонтиком над головой, но его поедали зёрнышки.

А откуда этот зонт?

Ник подбежал ко мне, вытащил из зоны дождя. Второй клон автоматом долбил зёрна, обвившие шею Саймона. Не получалось.

Прозвучал громкий взрыв. Небо осветилось яркой вспышкой.

Я посмотрел на Чака. Он стоял с РПГ, из которой медленно шёл дым.

Всё яйцо упало на землю, медленно поползло обратно — и схватило меня за ногу. Саймон смог освободиться.

Корн начал медленно лезть по крану, таща меня за собой.

Вспышка ослепила. Кран начал падать. Корн остановился в начале пути. Остальная часть крана рухнула с грохотом.

Я мельком глянул на Чака. Там уже стоял весёлый Ник с РПГ.

Корн выстрелил пулемётной очередью зёрен — так, будто взрывается кукуруза — в Чака и Ника. Полностью обстрелял машины.

А после пополз по стене недостроенного здания.

Я пытался вырваться из хватки. Не помогало.

Увидел, как Чак начал доставать подзорную трубу.

Прозвучало очень громко:

— Космос.

Тишина.

Перед моей ногой и Корном на секунду образовалась чёрная точка. И я упал — медленно, будто без гравитации.

Чак отключился, упал. Корн уполз куда-то вверх.

Прозвучала череда взрывов оттуда, куда заполз Корн. Миллионы зёрен разлетелись на огромную площадь. Создавали маленькие яйца, взрывались, создавали новые яйца. Будто произошло расщепление атома.

На мне тоже появилось яйцо на ноге. Взорвалось. Я почувствовал невыносимую жгучую боль. А после будто внутри что-то образовалось и снова взорвалось.

Ещё взрыв. Моя нога отлетела и начала взрываться. Я начал терять сознание от боли.

— Чува-а-аки! — начал Ник. — Ищите яйцо-хамелеон. Эм, ну, короче, невидимое яйцо. Это типа мозг.

Это говорит Ник, у которого пять клонов заживо поедает Корн. Как Ник это выдерживает?

— Да каким хреном? — начал Саймон. — Я могу найти то... — Пауза. Он громко добавил: — ЧТО НЕВИДИМО?

— Подумай, чува-ак, — начал Ник. — Если бы ты был чуваком, которому нужен маниакальный контроль, где бы ты спрятался?

— Хорошо, — начал Саймон. — Ща представлю.

И Саймон представил...

«Я маниакальный монстр с невероятным желанием контроля. Висел на кране. Тут пришли крутые бандиты, общались, а я на них смотрел и медленно утопал. Ведь опасные типы в костюмах, автоматы, РПГ — жуть. Но куда мне топать? Кран? Да нет, у них РПГ — сто процентов захотят сбить мой домик. Хм, может, на недостроенный дом? Прям на крышу! Идеально! Да нет, у них странный и крутой тип Чак есть — он же просто, наверное, весь недостроенный дом в одну точку сделает. Хм, может, за мусорным баком спрятаться? А вдруг случайно какой-то Витя там ванну поставит. Нет, глупо. Точно! Нужно самое неочевидное место, где они не ожидают. И это будет гениально. Спрячусь на капоте машины, где стоит Витек. Когда я его подкину в небо, сразу сяду там и буду смотреть. Это же гениально! И всё видно, и вроде свой среди чужих. Они не додумаются!»

Саймон закончил представлять. Медленно достал автомат, начал целиться в капот машины. А после представил дальше:

«Хотя... Саймон же умный. Он точно догадается, что я на капоте уселся. Я сяду ему на голову, пока буду душить его. А после сделаю что-то жёсткое, чтобы они забыли, что происходило. И я смогу с первых рядов смотреть на всё! Точно! Сделаю жёсткий дождь из зёрен. Им будет не до меня на голове Саймона!»

Саймон резко перевёл автомат чуть выше своей головы и зажал очередь.

Прозвучал хрипящий звук — будто вздыхают сотни людей.

И Саймон представил страшное...

«Вот глупышка. Я ведь ловушку просто сделал. Я ж гений и маниакальный. Просто сидел на капоте машины. Теперь вам конец».

И из-под земли могла бы вырваться огромная, длинная, бесформенная штука. Разорваться. И во всех полетели бы миллионы зёрен, взрывающиеся в воздухе и создающие другие зёрна. Полностью убившие всех.

Саймон закончил представлять и откинул эту мысль.

— Хорошо, что... — начал Саймон, убирая кусочки плоти с головы. — Я сразу догадался!

—

Меня потащили — в бессознательном состоянии — к машине. Ник грустно посмотрел на свой костюм-тройку.

Прозвучал тихий звук саксофона. Возле машины появились пять агентов элитной группы «Саксофон» с музыкальными инструментами для джаза.

Агент Труба и агент Фортепиано подошли к Саймону, забрали образцы с его головы. Агент Контрабас пошёл фотографировать ущерб.

Саксофон начал, немного напевая:

— Вижу, вы проблемы получили, вы окрепли и ожили. Я могу и вам помочь — раны ваши залечить.

Агент Тромбон просто стоял.

И тут Ник начал тараторить с неистовой силой. Его фразы были без какой-либо связи. Он говорил «обо всём» и «обо всем одновременно».

И тут элитный отряд «Саксофон» начал играть джаз.

Я пришёл в себя.

Сезон 2. Серия 12

[СОНЯ]

— Т-так, кто он такой? — начала я, сидя на минус седьмом этаже в маленьком кабинете.

За стеклом сидели избитые трое — те, кто совершил нападение.

— В общем, — начала Тала, стоя у стекла. — Они про-спецы по взрывчатке, по сути. Классика: дал кто-то заказ, они его не знают. — Тала уселась на стул. — Цель была — бизнес-джет, Париж. И девушка одна либо с пятью людьми. — Пауза. — В общем, кто-то, кто знал о вашем присутствии в Париже. — Она глянула в стекло. — Скорее всего, филиал.

— П-понятно, — сказала я, упёршись руками в подбородок. — Главн-ный штаб?

Савора вышла из угла:

— Крайне малая вероятность. Они готовят другую атаку. Более массовую. — Пауза. — Скорее всего, филиал Америка либо Океания.

— Х-хорошо, — тихо сказала я. — Т-тогда п-переправь ещё два джета в Мец. — Я задумалась. — И п-после отправь д-двум филиалам — Америка и Ок-кеания — о м-моём д-дружеском прибытии. — Долгая пауза. — И г-главное — ч-чтобы м-максимально от-ткрыто было. Б-без сек-кретности.

Савора глянула на меня, удивлённо, но кивнула:

— Хорошо, будет сделано. Мысль поняла.

Я продолжила:

— Ук-кажи в с-сообщении Ок-кеании, ч-что в Океанию лечу в десять вечера. И случайно н-напиши, что я лечу в четырнадцать в Америку. — Пауза. — А Америке — н-наоборот.

— Будет сделано, — сказала Савора и ушла.

Я вышла за ней:

— И р-реально для м-меня под-дготовь джет в Африку. Т-только п-пусть президент Франции займётся.

—

— Л-ладно, я пошла п-погуляю! — начала я, заходя с Саворой в лифт. — К-какие-то эл-литные группы остались в ш-штабе?

— Нет, — ответила Савора и вышла в вестибюле со мной. — «Саксофон» скоро должны вернуться.

— А с-сколько агентов в штабе с-сейчас? — Я толкнула дверь вестибюля спиной.

— Около семидесяти человек, — начала Савора. — Сто пятнадцать на заданиях, девяносто в отпуске. Около трёхсот в бегах до сих пор.

— А Франция отправила д-деньги? — начала я.

— Да, но не все.

— Поп-пытайтесь связаться с к-каждым беглецом, — начала я. — И з-заплатите по сто т-тысяч к-каждому. — Пауза. — И т-тем, кто уж-же на месте.

— О-о-о! — радостно продолжила я. — А п-покажи денюжку!

— Поехали, — сказала Савора и завела двигатель.

—

Мы приехали в заброшенное разбитое здание. Внутри — заезд под землю. Спустились вниз, зашли в огромную комнату.

Там работали десять человек. Не спеша перебирали деньги и складывали их аккуратно вдоль стен. Стоял один полностью забитый тяжёлый грузовик с прицепом — но прицеп уже пустой.

— Это десять м-м-миллиардов? — начала я удивлённо. — Крутя-я-як.

— Нет. Это один из пяти грузовиков, — ответила Савора.

Саворе кто-то позвонил. Она развернулась и ускорилась:

— На штаб совершили нападение.

— К-кто? — удивилась я.

— Кто-то с автоматами. Сказали — скорее всего люди. Наёмники. — Савора продолжила: — Но в штабе сейчас нет агентов-бойцов. Только клерки. И группа «Саксофон» скоро должна быть на месте.

—

Мы быстро поехали в штаб — на красный, по встречной.

Забежали в разгромленный вестибюль. Я кивнула Саворе и грустно села на диван. Думала.

На заднем фоне Савора сводила до атомов наёмников.

Почему они это сделали? Я ж ничего ещё плохого сделать не успела. С президентом мы плюс-минус подружились. Вряд ли это он. Так что французиков можно исключить.

Что ж вы за люди? Не люди!

Я подошла к одному из наёмников — тот пытался убежать от Саворы — и схватила за горло.

— Делать было нечего, — начала весело и тихо я. — Сущность лезет лесенкой.

Я начала тихо петь:

— Что ты за че-ло-век?

Может всё расскажешь мне?

Тихо, весело, любя.

И расскажешь, кто твой лорд,

И жена твоя, и сын.

И кем был ты, и кем стал,

И кем умер, и устал.

Может, ты уже мертвец?

Сложно мыслить, но начнём.

Ты расскажешь всё и вся

И служить же будешь мне —

Рабство — это твоя цель.

И услышите же мой крик.

Все наёмники, сейчас,

Если живы вы ещё, —

Вы моё рабское плечо.

Савора отступила. Все, кто выжил, встали на колени.

— К-кто же л-лорд твой? — Я взяла нежно за подбородок наёмника.

— Джордж, — тихо произнёс он.

— Ну т-так л-летите к нему и п-посейте р-раздор. — Я улыбнулась. — В ам-ериканском штабе.

—

Все замолчали. Тишина.

— Ого, Соня! — Ник свистнул. — А мы тут это... Корна завалили. Ну, точнее, Саймон его вычислил и прям над башкой жахнул. А Витек... Витек просто был очень стильным в чёрном костюме без сознания.

Саймон посмотрел на наёмников, уходящих строем:

— Похоже, у нас тут тоже была «вечеринка». Это твои новые друзья?

Я посмотрела на их дырявые, испачканные в крови костюмы.

Прозвучал тихий звук саксофона.

— Мы опоздали? — Саксофон посмотрел на толпу людей, идущих по улице.

— Соберите. Всех. В штабе, — злая, начала я. — Все триста беглецов, все, кто в отпуске, все-е-ех. — Я тихо, с улыбкой добавила: — Мы летим в Америку.

— Всех? — переспросил Саксофон.

— Всех! Абсолютно!

— София Лилэнг, — Савора шагнула вперёд. — Подождите.

— Стенафан! — начала я. — Сюда.

[И герой направился к великой королеве, чтобы свершить подвиги.]

— КЛИМАТ! — крикнула я. — Приказываю немедленно уничтожить все главные точки Америки. Все!

Пронёсся тихий ветерок, донося плач.

— КАЙ! — ещё громче крикнула я. — Начни сбор жнеца на территории Америки.

Прозвучали удары колоколов — и сразу затихли.

Я осмотрела шокированных агентов и выскочила в двери.

С Америкой разберёмся. Теперь ещё и этих чудиков нужно на место поставить.

—

Я начала быстро бежать в сторону Брюсселя.

...

...

Так. Тут главное — не перепутать.

Вот ООН. Это НАТО. А вот... Главный штаб.

Я зашла, по дороге убивая всех агентов. Поднялась на лифте — с пафосной музыкой.

—

— Добрый день, господа директора и глава штаба, — весело сказала я и вскочила на стол посреди пяти директоров и главы.

Я сложила пальцы пистолетом и начала щёлкать, наводя на директоров.

— Пиу. Пиу. Пиу. Пиу.

Все директора убиты.

Я замахнулась ногой и ударила главу. Он отлетел в стекло и проломил его телом.

Я разбежалась и выпрыгнула из окна — двумя ногами прямо на его тело. Со всей силы придавила к земле.

— В общем, твоя власть закончилась. Прощай, урод.

Я выстрелила в него из пальцев. Он умер.