Война за Средиземье Online. Сборник рассказов

Одинокий Волк

Автор: Михаил Ермолин

Рассказ "Одинокий Волк"

Внимание путника привлек смутный звук, похожий на приглушенных хруст ветки. Горький опыт множества смертей и перерождений сделал его крайне осторожным. Он отпрыгнул в сторону и укрылся за поросшим мхом валуном, не выпуская из глаз кустарников. Nell недавно добрался до Фангорна. Здесь он искал знаменитые настойки энтов. Он делал привязку в последний раз еще в Шире, возле знаменитого трактира Зеленый Дракон и умирать совсем не входило в его планы. В то же время, он отдавал себе отчет в том, что вряд ли выживет в серьезной схватке. У него не было боевых навыков, ни реальных, ни виртуальных, доспехи его были из вываренной кожи, а единственным оружием была длинная пика, старая и со следами ржавчины.

Интуиция странника не подвела. Он заметил среди зелени и листвы ник игрока. Это был некто игрок Rey, харадрим по фракции. Похоже, он был слишком глуп, или слишком самоуверен, чтобы скрываться. По камню чиркнул арбалетный болт. Раздраженный промахом южанин перезаряжать арбалет не стал. Вместо этого он выхватил ятаган и кинулся к укрытию своей жертвы.

Нелл за считанные секунды оценив свои шансы, бросился бежать. Неподалеку было озеро, в котором, может быть, он сумеет скрыться от преследователя... Харадрим не отставал, благо времени, для того чтобы остановиться и перезарядить дальнобойное оружие у него не было. Нелл бегал очень шустро, и, наверняка, успел бы скрыться в дебрях. Он привык, что многие опытные игроки воспринимали не имеющих фракции странников, как ходячие консервы с опытом и монетой, поэтому не был особо удивлен, происходящему. В игре он был одиночкой, как и в реальной жизни. Так и не став за первые дни теста сильным бойцом, он пустил все силы на мирные ремесла и торговлю. Он имел маленький домик и лавку в глухом месте, куда чаще забредали мутного вида странствующие НПС, чем игроки.

Когда впереди показались воды озера, Нелл ускорился, чтобы увеличить разрыв, и с ходу нырнул. Вода оказалась не то чтобы холодной... Ледяной. В спешке он даже не успел как следует вдохнуть, и всего через какой-то десяток секунд, был вынужден вынырнуть в паре метров от берега. Путник обернулся достаточно своевременно, чтобы увидеть смуглого южанина, натягивающего тетиву арбалета. Он вновь нырнул, но было уже поздно. Болт нашел его и в воде, раньше, чем он ушел на большую глубину. Болт ударил куда-то под правую лопатку, пробив потрепанный доспех, как лист бумаги и вошел в плоть по самое древко. Нелл почувствовал как слабеет, сознание стремительно уходило. И вот уже белая вспышка...

Странник поднялся с алтаря. Вид у него был слегка очумевший, как всегда после респауна. В раздражении парень пнул ногой камень, и реалистичная болевая система весьма красочно передала ему букет ощущений от этого действия, так что пару секунд этот герой прыгал на одной ноге и завывал.

– Нервишки, а? – весело спросил грубый голос. Нелл обернулся, никого не увидел, догадался опустить взгляд ниже и увидел близко подошедшего гнома-игрока. – Что случилось, братишка?

– Только дошагал до Фангорна и какой-то упырь-харадрим меня подстрелил.

– Не Рей случайно? Редкий ублюдок, я на него охочусь.

– Он самый. Ищи в окрестностях Фангорна. Хватит с меня лесов и харадримов.

Считая разговор оконченным, Нелл зашагал прочь от алтаря.

– Эй! Постой! Не хочешь присоединиться к кланам Синих Гор. Оденем, обуем, накор...

– Не интересно, – отчеканил Нелл, даже не притормозив.

Гном быстро потерял к нему интерес, погрузившись в карту, выстрел видимо был наудачу. Странник тут же забыл о встрече. Он решил отправиться к своему дому. Ему предстоял хороший марш-бросок. В конюшне можно было бы арендовать лошадь, но все его деньги теперь покоились в могилке на дне озера. Да даже если бы они у него были, Нелл предпочел бы идти пешком, это была привычка еще из старой жизни. Ходьба успокаивала нервы и позволяла хорошенько все обдумать.

Этот парень был из тех, кто по-настоящему увлекался Толкиным. Он цитировал по памяти Сильмариллион, в шесть лет прочитал Хоббита, в десять трилогию. Еще в совсем детском возрасте он умел читать, в отличие от многих других молодых людей его поколения. В общем, Нелл был очень одинок. Он выиграл шанс на тестирование, победой в сложнейшей викторине по Толкину. Тогда возможность полностью погрузиться в мир Средиземья казалась ему чем-то невероятным.

Но реальность оказалась куда более суровой. С первых же минут он столкнулся с неадекватностью, жестокостью, незнанием игроками лора. В лучшем случае, они смотрели старые-старые фильмы Питера Джексона, которые ныне поносились как "древний хлам с убогой графикой". Сказка слегка дала трещину, и Нелл предпочел общество НПС компании игроков, но еще чаще и вовсе был в одиночестве.

Он обустроил себе уютную берлогу из старой заброшенной хижины. В подвале стояли десятки бочек с разнообразным алкоголем, собранным со всех уголков Средиземья через НПС-торговцев. Рядом была пасека, речка, где он мог порыбачить, в маленьком безымянном поселке старый гном кузнец. Тот в обмен на некоторую помощь по хозяйству разрешал ему пользоваться своей кузницей и инструментами, даже научил добывать болотную руду, о которой Нелл раньше только читал в книгах про быт Древней Руси.

Основной же массе игроков было лень возиться с ремеслами, особенно прикладными и приносящими мало практической пользы, вроде резки по дереву. Этот контент был мало востребован, так как больше создавал антураж. Однако Нелл обнаруживал в нем разные мелкие баги. О бесполезных и мешающих он сообщал администрации, а вот полезные приберегал для себя. Он мог бы, наверное, вылететь за это с теста, но ему нравился этот риск, своеобразная игра внутри игры.

Последнее время, впрочем, он все больше размышлял и философствовал про себя, чем занимался реальным делом. Постоянный самоанализ был еще одной его старой привычкой. И сегодняшний случай заставил парня придти к неутешительным выводам. Даже здесь, в сказочно мире, с возможностями практически безграничными, он стал обычным неудачником, закрывшимся от мира. Чего он ждет? Пока мир сам упадет к его ногам, или на пороге появится волшебник Гендальф с невероятным предложением? Так Бильбо такой случай представился, когда ему было уже пятьдесят...

Впереди показалось жилище Нелла, и игрок сразу сообразил, что что-то не так. Домишко встречал его взглядом разбитого окна. Соблюдая осторожность, он подошел ближе, но вместо того, чтобы ломиться в двери, заглянул в окошко, через которое мог видеть помещение, оборудованное под торговую лавку. Его взгляду открылись разбитые черепки горшков, сломанный стул, лежащая на полу шкатулка для драгоценностей с отломанной крышкой и пустые стенды, где ранее были выставлены несколько лучших из выкованных им самим мечей. Крышка от сундука с инструментами валялась в углу, а содержимое было разбросано по полу.

Весь созданный им уют, этот мирный уголок был разрушен и разграблен. Не веря своим глазам, утратив всю предусмотрительность, Нелл зашел в дом, прошел через помещение лавки в гостиную, в кухню, в свою комнату. Везде был такой же разгром... И вот, он вдруг услышал шум из подвала. Глаза Нелла вспыхнули яростью. Он взялся покрепче за пику и спустился вниз. Среди бочек с винами, накачивался алкоголем бритоголовый амбал-непись, судя по всему, один из забредших сюда разбойников, какие нередко встречались в пустошах. Вандал настолько увлекся дегустацией, что не замечал вокруг себя ничего.

– Вот же свинья! – прошипел сквозь зубы Нелл и, прежде, чем успел сообразить, что он, собственно, делает, одновременно с резким рывком вперед вогнал пику глубоко в спину бандита.

Однако это был действительно могучий человек, а алкоголь, должно быть, несколько притупил его восприятие действительности. Раненный взревел, подобно медведю, схватился за свою, такую же огромную, как он сам, секиру, и развернулся, вырывая древко оружия из рук Нелла. Его налитые кровью глаза, затуманенные болью и приближающейся смертью, были самым ужасным, что странник видел за свою недолгую жизнь. В испуге Нелл рванул к выходу, но всё же его хладнокровия хватило для того, чтобы остановиться, услышав звук падения тела.

Никто долго не протянет с такой раной, какую нанес вору хозяин дома в порыве ярости. Разбойник, сделав пару шагов, с грохотом рухнул на пол. Несколько секунд он еще тяжело и прерывисто дышал. Розоватая кровь пузырилась на его губах — Нелл где-то слышал, что так бывает при ранении легкого, но вскоре затих окончательно. Отвратительно!

Просто куски кода. Просто игра! Так успокаивал себя странник каждый раз, когда ему приходилось переживать нечто подобное. На пол натекла порядочная лужа теплой крови. Поборов некоторую природную брезгливость, Нелл обшарил карманы трупа, а затем и лежащий неподалеку заплечный мешок.

Сотня-другая монет, чуть больше, чем было украдено из его шкатулки, пара мутных не ограненных опалов, хлеб и сало, завернутые в чистую тряпицу, фляга, огниво, маленький топорик, удобный для рубки веток... В общем, довольно обычный набор серьезного бандита-путешественника, кроме одной, весьма интересной вещицы - маленькой, чуть меньше половины ладони, статуэтки медведицы, вырезанной с большим искусством и любовью, из очень массивного черного камня. Глаза — маленькие зеленые самоцветы, в оскаленной пасти, виднелись зубы из какого-то желтовато-белого материала, каждый отдельный зуб можно было рассмотреть. Нелл зачарованно провел по челюсти пальцем. Работа ювелирной точности!

Указательный палец неосторожно ткнулся в выступающий клык. Тот так глубоко воткнулся, что Неллу не сразу удалось вытащить палец из пасти медведицы, будто бы она... держала его! Струйка крови стекала вниз, по шерсти могучего зверя, придавая ему еще более свирепый вид.

Внезапный хлопок и неожиданная вспышка заставили Нелла зажмуриться. Он удержался от того, чтобы отбросить статуэтку прочь, но ничего страшного не случилось. Теперь странник мог лицезреть ряд таинственных символов, которые шли от челюсти фигурки по широкой груди и доходили до живота. Нелл считал себя знатоком лора, но на гномьи руны и уж тем более эльфийские письмена они не походили! Более грубые, резкие линии, отсутствуют связи между отдельными символами. Пока Нелл гадал, что это все значит, раздался резкий звук системного уведомления.

Получено задание: «Таинственная реликвия»

Узнайте о происхождении таинственной статуэтки.

Награда: неизвестно

Штраф за невыполнение: отсутствует

Оставшееся время: не ограничено

Вот-те раз! Иди туда, не знаю куда, ищи то, не знаю что, затем, не знаю зачем...

Нелл рассеянно осматривал обстановку, когда вдруг его внимание привлек топор разбойника. Это была огромная двусторонняя секира вороненой стали, с наконечником в виде шипа. Грозное оружие, но важно было не это, а руны, покрывавшие лезвие по кругу. Некоторые из них совпадали с теми, которые были на статуэтке.

Задание «Таинственная реликвия» обновлено

Узнайте о происхождении таинственной статуэтки и ритуальной секиры

Награда: неизвестно

Штраф за невыполнение: отсутствует

Оставшееся время: не ограничено

Целей добавилось, задача яснее не стала. Но, может быть, вот он знак, которого стоило ждать? Это, конечно, не волшебник, явившийся к дверям дом, но всё-таки уникальный квест, с неизвестной, но наверняка очень любопытной наградой!

В любом случае, случившееся перевернуло воззрения Нелла. Здесь нельзя жить мирно. Рано или поздно в твой уютный угол ворвется кто-то извне и перевернет все вверх дном. Так может быть лучше быть тем, кто сам способен нанести удар? Тварь я дрожащая, или право имею?!

Нелл горько усмехнулся. Излишний пафос его внутренних диалогов частенько удивлял даже его самого. Что поделать, он больше общался с книгами, чем с людьми.

Оторвавшись от воспоминаний о великой и беспощадной книжной классики, он еще раз обошел дом и собрал всё, что может пригодится в дороге. Свою старую пику он оставил в теле разбойника, решив заменить ее квестовым топором. Любым оружием Нелл владел одинаково плохо, но он здраво рассудил, что эта секира будет значительно лучше, чем тот хлам, который он собирал по развалинам или ковал сам. К тому же, выглядит это оружие крайне грозно. Уходя, странник провел ладонью по любовно вырезанному дверному молотку в виде львиной лапы, будто бы прощался со старым другом, с которым больше никогда не увидится.

***

Кузнец-непись Айви был очень стар, даже по меркам долгожителей-гномов. Совершенно седой, свою роскошную бороду, предмет гордости любого представителя подгорного народа, он заплетал в множество кос и украшал медными кольцами. Кузнец хромал на одну ногу, слегка сутулился, его руки покрывали старческие пятна, а лицо, изборожденное морщинами, загорелое, с вечно подпаленными бровями, напоминало старое сморщенное яблоко. Но когда он работал у наковальни, старик совершенно преображался, превращаясь в сущего демона. Отблески пламени кузнечного горна, плясали на его лице, придавая ему новые, ужасающие черты.

Несмотря на возраст, Айви успевал везде в своей кузнице. Здесь он был богом. Четко вымеряя силу и место очередного удара молота по заготовке, он, не отвлекаясь, ругал на чем свет стоит недостаточно расторопных подмастерьев, работающих с мехами.

Отвлекать мастера, когда он работал в своей кузнице было бы настоящим святотатством и верным способом испортить с ним отношения. Потому Нелл терпеливо ждал у входа, пока старик закончит работу и выйдет по своему обыкновению во двор - освежиться водой из колодца и забить трубочку крепкого ширского табачку. За то время, что странник выполнял поручения Айви и учился у него азам кузнечного ремесла, он успел в совершенстве изучить его привычки и порядки.

Долгожданный момент наступил. Угрюмый кузнец показался в дверях старой кузницы. Он скинул фартук и перчатки из грубой кожи на низенькую лавку, оставшись в длинной домотканой рубахе и подпоясанных веревкой штанах, подошел к колодцу, набрал воды и долго пил прямо из ведра. Струйки влаги стекали по его подбородку и мощной широкой шее. Затем он тщательно умылся, отфыркиваясь от удовольствия, и только после этого соблаговолил обратить свое внимание на гостя.

– Ну? – спросил Айви нетерпеливо.

Его голос напоминал скрежет плохо смазанных металлических петель. Нелл уже привык к своеобразной манере общения мастера. Он был груб, немногословен, даже немного заносчив.

– Доброго дня, почтенный наставник Айви. Да не погаснет огонь в твоем горне!

– Чего хотел? – голос кузнеца если и потеплел, то лишь на какую-то сотую долю градуса. Впрочем, Нелл знал, что на самом деле все эти традиции очень важны для сварливого непися, а ему было совсем не сложно общаться в подобном тоне. Все благодаря начитанности и некоторому опыту текстовых ролевых игр.

– Ко мне в руки попало очень странное оружие, с незнакомыми символами на нем. И я подумал, кто, если не столь прославленный кузнец сможет пролить свет на эту тайну.

– Хмпф! – Недовольно хмыкнул Айви, но в глубине его глаз читался живой интерес. Хоть он уже и много лет не ковал оружия, за исключением охотничьих ножей и наконечников стрел с тех пор, как осел в этой глуши, но его натуру было не переделать.

Когда-то он был знаменитым мастером-оружейником, по крайней мере, так он сам утверждал.

– Уверен, что это самая обычная железка, выкованная каким-нибудь людским простофилей, не знающим, с какой стороны взяться за молот, чтобы не уронить его себе на ногу. Давай, показывай!

Нелл протянул гному трофейную секиру и поразился, как резко кузнец выхватил её, у него из рук. Айви долго крутил её в руках, водил своими узловатыми мозолистыми пальцами по лезвию и рукояти, выполненной из того же темного металла.

– Кажется... – начал он, вдруг, каким-то совершенно иным, надломленным от волнения голосом. – Кажется, сама судьба привела тебя, возможно, к единственному кузнецу, способному тебе помочь! Эта секира без сомнения гномьей работы. Скажу тебе больше, это оружие знакомо мне по семейным хроникам! Его ковал мой далекий предок, для вождя одного из варварских племен Дунланда. Эти дикари всегда враждовали с коневодами-роханцами, но гномы Эребора вели с ними торговлю и пользовались правом беспрепятственного прохода через их земли. Позже, когда Одинокая Гора была захвачена Смаугом, мы смогли даже найти прибежище в этом негостеприимном краю. Что бы ни говорили, а честь и чувство благодарности дунландцам не чужды. Но эта секира из гораздо более давних времен... Она была выкована в подарок, в качестве символа дружбы и доброй воли, для вождя племени Волка, самого сильного на тот момент в их лесной стране! Неудивительно, что тебе не знакомы эти руны. Это древний и священный язык, который сейчас их народ использует только в религиозных обрядах и хорошо знаком он, только жрецам. Это великолепное оружие! Думаю ты заметил, что он весит гораздо меньше, чем должен по его размеру. И можешь мне поверить, это лезвие до сих пор настолько острое, что разрежет на лету шелковый платок! Знаешь... У меня остался сундучок с золотом и драгоценными камнями, от старых времен. Я мог бы выкупить у тебя это оружие, как ценную реликвию моего рода...

Задание «Таинственная реликвия» обновлено

Гном Айви рассказал, что обнаруженные вами предметы, являются священными реликвиями народа Дунланда. Вы можете вернуть их законным владельцам, совершив опасное путешествие с неизвестным исходом, или же продать мастеру-кузнецу и завершить задание.

Награда: неизвестно

Штраф за невыполнение: отсутствует

Оставшееся время: не ограничено

Странно все это... Будто бы кто-то ведет меня, подталкивая к нужным персонажам и решениям! Не лучше ли будет отделаться от этого странного влияния прямо сейчас?

Нелл потряс головой. Не следовало забывать, что, не смотря ни на что, это всё еще игра, хоть и очень сложного устройства. Разумеется ИскИн пытается вовлечь его в события, продвигая по цепочке квестов, хотя обычно его работа до этого была более грубой и понятной! А тут, обычный странник, на пустом месте получил уникальный квест со скрытой наградой! В любом случае, он уже слишком увлекся, чтобы сдаваться, не одолев даже половины пути.

– Прошу прощения, мастер. Но я вынужден отказаться. Если это важный религиозный предмет, я хотел бы вернуть его владельцам.

Айви несколько помрачнел, хотя по его лицу вообще сложно было угадать какие-либо эмоции. Его выражение лица почти никогда не менялось.

– Возможно, так и вправду будет лучше. Это благородная цель, и я вижу, что тебя ведут благородные чувства, а не слепая алчность. Желаю тебе удачи на этом пути.

Айви неожиданно зашел в дом, но вернулся раньше, чем Нелл решил, что разговор окончен, и ему следует уходить. Гном держал в руках пыльный, ветхий свиток пергамента. Он протянул его страннику с торжественным видом.

– Это старая карта лесных земель. С тех пор, должно быть, многое изменилось, но, возможно большие поселения все еще находятся на прежних местах, а ни на какой другой карте даже примерного расположения дунландских сел не найти.

Получен предмет: Древняя карта Дунланда

Нелл с благодарностью принял карту и учтиво попрощался с мастером. Если сначала квест казался сплошным темным лесом, то теперь же, напротив, выглядел почти легкой прогулкой, если, конечно, забыть о том, что путь неблизкий и лежит через опасные дикие земли. Да и неизвестно, как примут его дунландцы с первой встречи. Тут познания лора не могли особо помочь.

У Толкина народ дунландцев упоминался мало, меньше информации было только о таинственных гномах Красных Гор, следовательно их быт, культура, язык и обычаи почти полностью созданы разработчиками и ИскИном. Об игроках, взявших фракцию Дунланд, Нелл тоже ничего никогда не слышал. Из своих обширных познаний истории Средиземья, он выудил сведения о том, что дунландцев много веков притесняли «добрые» нуменорцы и роханцы, и что они были страшно озлоблены на последних. Еще была мутная история про то, как один авантюрист, еще при роханском короле Хельме Молоторуком, захватил почти весь Рохан, объединив дунландские племена, но подробностей Нелл не мог вспомнить, как ни старался. В любом случае, его ждала встреча с неизведанным.

***

Недостаток опыта сказался на всем процессе путешествия. Первым неприятным открытием для Нелла стало то, что мест по пути к Дунланду, где можно пополнить запасы за твердую монету, практически нет, а того фуража, который он закупил совершенно не хватает.

Поголодав немного, он принял тяжелое решение, и забил на мясо кроткого пони по кличке Билл, на котором выехал из Шира. Особенных познаний в обработке и заготовке мяса, кроме каких-то мутных историй о кочевниках, привязывающих ломти конины под седло, где они пропитывались солью и успешно вялились, в процессе пути у него не было. Поэтому он просто зажарил на костре столько мяса, сколько он мог съесть за день-два, до того как оно испортится. Понятно, что этим проблема с провизией на остаток пути - а ковылять пешком ему предстояло практически через весь Энедвайт - решена не была.

Нелл пытался охотиться, но большой и тяжелый двуручный топор показал себя, как не самое лучшее средство для этих целей. Метать его было слишком тяжело и неудобно, а бегать с ним за кроликами - другой дичи на равнинах он пока что не встречал - было совсем уж безумно. Приходилось довольствоваться знакомыми ягодами, которые иногда удавалось найти, да жеванием зеленых стебельков травы.

Наученный горьким опытом, Нелл прятался от всех встречных игроков, благо таковых почти не было. На третий день пути, после того, как закончились припасы, он наткнулся на раненого следопыта НПС, к которому подбирались с недобрыми намерениями трое бродяг. Они были не слишком уверены в себе и вооружены только лишь длинными ножами, поэтому, когда из-за обломков старой крепостной стены появился Нелл, вооруженный огромным топором, порядком струхнули. На это странник и рассчитывал. Первого разбойника он убил одним ударом, вовсю пользуясь эффектом неожиданности и длиной своего оружия. К его удивлению, при помощи чудо-секиры легендарного уровня это оказалось не намного сложнее, чем рубить дрова! Оттолкнув от себя мертвое тело, Нелл отогнал оставшихся бандитов парой взмахов секиры, заставив их отступить. Те переглянулись, поняли, что добыча им совсем не по зубам и ринулись убегать. Преследовать их не имело никакого смысла.

Следопыт поведал, что эти оборванцы напали на него из засады и тяжело ранили раньше, чем он даже успел достать меч. Он просил Нелла о достойном погребении для себя, сокрушаясь, что отплатить ему нечем, кроме как скромным имуществом из котомки. Игрок честно выполнил свой долг и выслушивал умирающего, пока у него хватало сил на разговоры. У него не хватало цинизма добить следопыта, или просто забрать его припасы и уйти. Впрочем, квест по поиску родных умершего в городе Бри он разумно отклонил.

Когда раненный наконец скончался, Нелл стал счастливым обладателем нескольких лепешек эльфийского лембаса, кожаной фляги с сильно разбавленным вином и солидного запаса сушеного мяса, питательного, но жесткого, как подошва.

Рассудив, что потратил слишком много времени, странник ограничился тем, что срубил сухой куст неподалеку и организовал павшему небольшой погребальный костер. Копать могилу топором было бы слишком долго, тем более, что много дней стояла засуха и земля была тверже камня. Все же у Нелла мелькнула мысль, что стараний слишком много для одного из «кусков кода», тем более, что за этот короткий квест, в который игра быстро обратила просьбу следопыта, не полагалось награды, кроме крупиц опыта. Но он быстро выбросил это из головы. Игрок просто чувствовал, что поступает правильно, и этого было достаточно.

Долгие вечера у походного костра вновь пробуждали в страннике его тягу к бесконечному самоанализу. Нелл всю свою сознательную жизнь был человеком, который действует только когда безоговорочно уверен в успехе. В том то и дело, что этой уверенности ему зачастую не хватало. Осторожность в любом деле хороша четко до определенного момента, но уловить этот момент парню никак не удавалось, и таким образом он часто оставался в дураках, слишком затягивая принятие важных решений. Даже сейчас, спустя почти год, в подобные минуты, ему чудилось знакомое лицо, среди языков пламени. И стоило лишь поднять голову к небу, сотни звезд смотрели на него голубыми льдинками её глаз. Среди ошибок и потерь, счет которым он уже и не вел, эта была самой значительной.

Нелл резко поднялся на ноги, в порыве, будто бы собирался немедленно куда-то идти или даже бежать. Но подобные вспышки у него оканчивались так же неожиданно, как и начинались. Странник подбросил в костер несколько веток и снова сел к огню. В очередной раз его захлестнула яростная жажда перемен, которой он всегда противился, с помощью холодного потока аргументов, защитной реакции подсознания, предпочитающего покой, всем возможным потрясениям. Но сейчас ему хотелось совершенно другого.

До конца тестирования оставалось не так уж много времени. Если он хочет как-то преуспеть и проявить себя, за что разрабы обещали неплохую прибавку к гонорару за тестирование, то эта квестовая линия с Дунландом - его единственный, хоть и очень скромный шанс. А если сейчас все получится, то можно будет подумать и о будущем.

Эти вечера повторялись, и Нелл поймал себя на том, что сознательно оттягивает тот момент, когда ему придется ступить под сень диких лесов Дунланда и приступить к выполнению задания и собственных замыслов. К тому моменту он уже твердо определил для себя, чего хочет добиться. Он слышал об игроках, занимающих высокие посты, управляющих целыми фракциями. Все самые лакомые куски были уже поделены, самые интересные на первый, непритязательный взгляд фракции заняты, но вот здесь, под носом у цивилизованного мира, находился Дунланд. Страна варваров, до которой никому не было дела. У Нелла здесь не будет ни одного соперника. Неписей он, правда, в расчет не брал.

В таком состоянии, воодушевленный, но вместе с тем и немного испуганный собственными амбициями, Нелл добрался до границы. Первое впечатление было довольно мрачным, стояла пасмурная погода. Вот-вот, кажется, польет долгожданный дождь, а впереди высился величественной громадой угрюмый и неприветливый сосновый лес. Клубы утреннего тумана между деревьями придавали этой картине мистический оттенок, легко было представить, как между соснами ковыляют неуклюжие фигуры мертвецов, жаждущих горячей человеческой крови. Нелл тряхнул головой, как бы желая сбросить это наваждение, и сделал первый шаг к негостеприимным деревьям.

Мертвецов он действительно вскоре встретил. Ближе к полудню немного распогодилось. Солнце вышло из-за туч и стало разгонять туман. В лучах солнца, сосновый лес выглядел совершенно по-другому, будто бы небесное светило, вместе с туманом, рассеивало и все предрассудки.

Нелл почти расслабился. Становилось теплее, сырость уходила, отогрелись и запели лесные птицы. Но установившуюся гармонию, как это часто бывает, нарушило вопиющее вторжение реальности. На небольшой лесной поляне, до которой дошел игрок, всего несколько часов назад разыгралась битва не на жизнь, а насмерть!

По следам и пятнам крови, неожиданно ярким, на чуть пожухшей осенней траве можно было определить, что победители унесли с собой тела своих погибших. Побежденные же навсегда остались на тихой лесной поляне. Они были все как на подбор, крупные, жилистые, темноволосые, без сомнения уроженцы Дунланда. Два тела лежали на краю поляны. Они были одеты в грубые доспехи из кожи, с пластинчатыми вставками, и в шлемы с полумаской.

Один воин все еще сжимал в руках две половины сломанного трезубца. Рядом со вторым на траве лежал короткий меч наподобие сакса. А ближе к центру поляны лежал крупный мужчина, настоящий великан, ростом выше двух метров, могучий, как скала. Не один раз его пришлось ранить, чтобы сбить с ног. Судя по следам, он один одолел нескольких нападавших своим боевым топором, но их было слишком много.

Однако на могучем воине почти не было защиты. Шкура с волчьей головой, которая играла роль и шлема, и накидки на плечи, набедренная повязка, нагрудник из костяных пластин, скрепленных между собой, а так же наручи и наголенники из того же материала. Похоже, что эта «броня» не столько защищала, сколько несла некий сакральный смысл в верованиях местных народов. Об этом же говорил узор из татуировок, все открытые части тела воина.

Нелл заметил, что руны-татуировки были те же, что и на квестовых предметах. На небольшом возвышении, в центре поляны, покоилось двое лучников. Эти были одеты в грубоватую, но добротную одежду из шкур. Складывалась такая картина: дунландцы знали о приближении врагов и успели приготовиться к обороне, но противники задавили их числом.

Не нужно было быть опытным следопытом для того, чтобы заметить следы большой группы людей, уходящие вглубь леса. Сверившись с картой, Нелл убедился, что они шли в направлении той же самой приграничной деревни, которую он собирался посетить в первую очередь. Странник сперва пошел по тропе, протоптанной отрядом, но ближе к деревне свернул в сторону, сделал небольшой крюк и вышел к селению с другой стороны.

Нападавшие уже сломили сопротивление немногочисленных жителей деревни и вовсю занялись грабежом. Некоторые солдаты сваливали за околицей тела погибших дунландцев, другие сновали по домам в поисках добычи. Четверо солдат развели огромный костер на площади возле колодца и жарили на нем целую свиную тушу.

Подобравшись ближе, Нелл опознал в грабителях доблестных воинов Рохана! На его глазах двое дюжих мужиков вытащили из подвала молодую женщину. Она кричала и упорно пыталась укусить одного из воинов за руку. Один со смехом сунул руку ей за пазуху. В ответ она со злобой плюнула в него, за что поплатилась сильным ударом по лицу и ничком рухнула на землю. Второй солдат ее не удержал или даже не пытался.

Нелл напряженно наблюдал за происходящим. Вмешательство было бы сродни самоубийству, но он был уже почти готов сорваться с места, когда вдруг рука несчастной нырнула куда-то в недра её просторного мехового одеяния и в тонких пальцах блеснуло лезвие кинжала.

От неожиданности тот роханец, что стоял ближе, отшатнулся и потянулся к своему мечу. Но женщина и не думала нападать! Чуть наклонив голову вперед, она резким движением резанула себе по горлу, и кровь брызнула на траву.

Нелл поспешно отвернулся. Во всех художественных фильмах его всегда больше всего пугали такие моменты. Самоубийство казалось ему столь мерзким и противоестественным процессом, что, даже закалив свой разум игрой, где зачастую приходилось наблюдать различные мерзости, он не мог спокойно смотреть на подобную картину. Когда парень, сделав пару глубоких вдохов, вернулся к наблюдению, один солдат уже оттаскивал тело к общей куче, а второй пошел к костру.

Лицо войны — искаженное жуткой предсмертной гримасой лицо этой женщины. И какое имеет значение разделение на добрых и злых, свет и тьму, пока в этом мире происходят подобные вещи?! Тот, кто разработал игру, должно быть, страшный безумец и садист! Как это все было непохоже на старые добрые поделки разработчиков, эпохи десятых и нулевых! Что уж говорить о произведениях Толкина? Сложно представить себе концепцию мира, который еще более четко разделен на черных и белых. У Профессора все ужасы военного противостояния, которых ему, вероятно, хватило в жизни, оставались за кадром, и даже фильмы не позволяли себе той мерзости, которая творилась на сервере!

Нелл уже не мог оторваться, от развернувшегося перед ним зрелища. Все больше роханских солдат стекались к костру. Доносился смех, обрывки громких разговоров. Они все были молоды и вели себя крайне самоуверенно. Так что появление справедливого возмездия в виде отряда дунландцев стало для них полной неожиданностью.

Варваров вел человек, одетый так же, как и тот мертвый великан, тело которого Нелл обнаружил на поляне. Они вышли из леса бесшумно, подобно призракам, а в следующий миг тишину разорвали громогласные боевые кличи и эта безумная, разномастно вооруженная толпа обрушилась на захватчиков.

Силы были количественно равны, но происходящее стало напоминать скорее резню, чем настоящую битву. Часть перепуганных до полусмерти роханцев бросилась бежать, другие сплотились вокруг командира, но были буквально сметены этим звериным напором и яростью.

Вожак дунландцев на поле боя напоминал скандинавского бога войны. Несмотря на свою незащищенность, он мчался впереди всего отряда, размахивая топором. С ходу ворвавшись в то подобие строя, которое роханцы сумели организовать, он отбросил одного в сторону ударом щита, другому враз снес голову. Еще несколько солдат обратились в бегство, но в своих тяжелых доспехах они бегали куда медленнее, чем преследующие их дунландцы, и ни одному не удалось уйти! Даже рядовой, находящийся в подчинении у бандитского атамана, роханец-игрок с ником Joker не смог противостоять могучему вожаку, оказавшимся Хранителем! Слишком увлекшись наблюдением, Нелл очнулся, когда понял, что прямо на него бежит последний уцелевший солдат Рохана, а за ним, всего в нескольких метрах от него, гонится молодой дунландец.

Нелл выскочил из кустов. Момент показался ему удачным для эффектного появления, и ударом тяжеловесной рукояти, его секира была полностью металлической, свалил роханца с ног, а следующим ударом же и прикончил. Дунландский парнишка - на вид он был не старше двадцати лет - оскалил зубы и направил на Нелла свой трезубец.

– Ты, сын собаки! Украл мой трофей! – выпалил варвар.

Он еще не отдышался после погони, наверное, поэтому говорил такими короткими рублеными фразами. В любом случае, он был не на шутку разозлен вмешательством игрока. Тем временем, к месту встречи подоспели и его товарищи, среди которых был и предводитель отряда.

Нелл теперь смог рассмотреть его получше. Уже немолодой, с проседью в волосах, могучий воин-Хранитель. Его татуировки и одежда подтверждали, что он принадлежит к некоей особой касте. Он не сводил тяжелого взгляда с ритуального топора, которым был вооружен Нелл.

– Медведь тебя раздери! Кто ты такой и откуда у тебя это оружие?

Игрок смутно представлял, как следует вести себя с дунландцами, но, учитывая явные нравы этого племени, решил принять как можно более уверенный и воинственный тон.

– Какое тебе дело до моего топора? Я вам не враг и, кажется, ясно это показал! Я пришел с миром. Где же ваша учтивость и уважение к гостю? Меня зовут Нелл, и я человек дороги!

– Что ты с ним разговариваешь, Дунгар? – нетерпеливо выпалил тот вспыльчивый юноша, обвинивший Нелла в присвоении его победы. – Обычный бродяга! Он один из тех проходимцев, которые нас обокрали, или их дружок!

– Придержи свой язык, когда старшие беседуют, Фрека! – приструнил его предводитель. – К путникам, если они не желают нам зла, мы и вправду относились раньше с уважением. Но это не раз выходило нам боком. Меня зовут Дунгар, я ульфхеднар и глава Волчьей Стражи, верный слуга славного ярла Йоргена. Два месяца тому назад мы приняли у себя нескольких бродяг, накормили и дали кров. В благодарность эти бандиты выкрали топор Ульвара, ценную реликвию и могучее оружие! Он принадлежал нашему прародителю, и с тех пор его носили многие великие воины, в том числе, сам великий ярл Вульф, гроза соломоголовых форгойл. Гром на их головы! И это священное оружие сейчас в твоих руках. Как это понимать?

– Я убил того, кто вас ограбил, и пришел к вам, как друг и гость, чтобы вернуть то, что принадлежит вам по праву!

По толпе дунландцев прошел шепот. Что-то было в его словах такое, что взволновало их всех. Дунгар нахмурился. Его испытующий взгляд скользил по лицу и одежде Нелла. Что-то было у него на уме, у этого явно неглупого вояки. Игрок обратил внимание, что, в отличие от всех дунландцев, угрюмый воевода был рыжеволосым. В конце-концов, когда молчание затянулось неприлично долго, Дунгар сделал несколько шагов к Неллу и тихо, так что его люди вряд ли могли слышать, произнес:

– Нам нужно поговорить наедине, бродяга. Мы можем оказаться друг другу очень и очень полезными. Подожди до вечера и не слишком много болтай.

Не давая времени на размышления, берсерк дружески похлопал его по плечу и объявил своим, что благородный странник проследует с ними к двору ярла Йоргена. Что бы ни происходило, Нелл чувствовал себя так, будто его берут в плен. Этот странный дунландец определенно хочет использовать его в своих целях, какими бы они ни были!

Странник вознамерился было бежать с наступлением темноты, но быстро сообразил, что это ничего не даст. Убивать его никто не собирается. Более того, варвары проявили неожиданное дружелюбие и гостеприимство, за исключением, конечно явно затаившего на него зуб Фреки. Но и этот ограничивался угрюмыми взглядами исподлобья.

Дунгар - явно важный человек среди дунландского общества. Если Нелл хочет реализовать свои амбиции, ему явно стоит заиметь его на своей стороне, поэтому лучшим выходом будет выслушать его предложение, вероятно, очень выгодное. И Нелл не прогадал! Более того, предложение берсерка превысило все его ожидания. Его в очередной раз посетила мысль, что кто-то явно подталкивает его к нужным ходам и решениям и делает это чересчур явно.

Вечером, после ужина, состоявшего в основном из жареной свинины, все воины занялись устройством большого погребального костра для своих павших сородичей. Роханцев они просто побросали в наспех вырытую яму и присыпали землей. Позже Нелл узнал, что по их поверьям душа может найти покой и встретиться с предками только после сожжения. Таким образом, они обрекали души своих врагов на мучения и скитания до тех пор, пока их останки не истлеют.

Все собрались для ритуала, говорились положенные в таких случаях речи. Дунгар, после того как сказал свое слово, отвел Нелла в один из опустевших домов для обещанной беседы. Речь он вел долгую и крайне интересную. Страннику оставалось только удивляться его хитрости и уму.

Берсерк поведал, что дунландцы - крайне суеверный народ. У каждого из их объединений есть с древних времен зверь-покровитель, от которого они ведут родство. Самыми могучими всегда были Медведи и Волки, их силы примерно равны. Единого правителя у Дунланда нет со времен Вульфа, объединившего всех ярлов для борьбы с подлыми рохиррим. Этот конунг, несмотря на то, что потерпел в конце своей военной кампании сокрушительное поражение, стал в Дунланде национальным героем и даже более того - варвары его обожествляют и верят в его возвращение скорое возвращение.

Шаманы изрекают пророчества, о триумфальном приходе великого конунга, который поведет Дунланд в светлое будущее. А тем временем, ярл Волков Йорген стар, немощен и почти что впал в маразм. И тут появляется чужестранец, в котором Хранитель каким-то образом узнал бессмертного игрока, вооруженный легендарным топором! Допустим, шаман признает его аватаром легендарного конунга и чужеземец, тем самым получает право бросить вызов текущему ярлу. Разумеется, немощный Йорген не может сражаться, вместо него на поединок выходит его амбициозный сын Лейв. Чужестранец его побеждает и получает власть, которая ему и не снилась. Власть ярла, власть целого племени!

– Очень интересно. А какой тебе в том прок, почтенный? – Нелл прервал поток мысли Дунгара. – Это все, знаешь ли, выглядит, как дикая авантюра. И ты, я так думаю, поддержав меня рискуешь не меньше, а может даже и больше моего. Как у вас наказывают тех, кто выступает против законного ярла?

– Ты не глуп, чужеземец. Взгляни на меня, я — полукровка. Сын безродного бродяги. Сила и воинские навыки позволили мне занять высокий пост, но я знаю, что никогда не смогу прыгнуть выше, а Лейв, когда Йорген умрет, первым делом найдет кого-нибудь мне на замену. Я хочу достойного будущего для себя и своих детей. Ты можешь высоко вознестись с моей помощью. Разумеется, это опасно. Но ты - намат, как говорят у орков. Ты - бессмертный, поэтому рисковать тебе нечем! Любой из ваших стоит целой армии. Вы по факту своего существования подобны богам, поэтому по праву забираете себе всю славу и власть! И мне тоже нужна своя доля власти и почета. Я стану твоей дланью, вторым человеком среди всех кланов Дунланда, и никто больше не осмелится смеяться за моей спиной.

– Вот значит как. А не предашь ли ты меня с той же легкостью, как уже предал своего ярла? Первым быть приятнее, чем вторым.

Репутация с персонажем Дунгар повышена.

– Я буду верен тебе больше любого другого воина в этих лесах! – горячо заверил его берсерк. – Видишь ли, у меня нет никаких прав претендовать на место ярла, а традиции и суеверия слишком важны для народа Дунланда. Если ты будешь стоять за мной, никто не усомнится в моих силах. А если я выступлю против тебя, когда ты станешь для дунландцев воплощением всех их вер и надежд, они разорвут меня на части. Я готов рискнуть ради славы.

– А этот Лейв, которого мне предстоит одолеть... Он могучий воин?

– Силен, очень силен, но не слишком поворотлив, чересчур самоуверен. Ты вряд ли справишься с ним в честном бою...

– Значит, нужна какая-то хитрость. У тебя уже есть план?

– Всему свое время, бессмертный. Я обеспечу тебе хорошие шансы на победу, если, конечно, ты согласишься.

Верность этого человека, похоже, не стоит и выеденного яйца. Так думал Нелл, предатели всегда были ему не по нутру. Наверняка Дунгар рассчитывает превратить обязанного ему конунга в послушную марионетку. Однако этот шанс на данный момент был единственным преподнесенным судьбой на серебряном блюдечке с золотой каемочкой! Может это и есть тот риск, на который стоит решиться, чтобы сорвать джекпот? Игра становится все интереснее!

– Я принимаю твое предложение, Дунгар.

Получено задание «Борьба за Власть»!

Бросьте вызов ярлу Йоргену и одолейте в поединке его сына Лейва.

Награда:

- Пересоздание персонажа.

- Уникальный титул: Ярл Дунланда

- Повышение репутации с фракцией Дунланд

- Уникальный класс.

На следующий день Дунгар объявил своим людям, что таинственный чужестранец – воплощение великого конунга Вульфа. Осталось загадкой, как он убедил верховного шамана племени, присутствующего в отряде, но тот при всех подтвердил слова берсерка, и у варваров не осталось никаких сомнений. На пути ко двору ярла Йоргена новоявленного конунга окружили почетом и уважением, он сменил свою старую дорожную одежду на одеяние из шкур и в самом деле стал несколько похож на дунландца.

К полудню их отряд достиг городища, Дунгар прозвонил в колокол, на главной площади, вызывая всех жителей на сбор и было разыграно то же представление, только в большем масштабе. Неллу оставалось только подтверждать все слова берсерка и шамана Мортена, проявивших себя великолепными ораторами и лицедеями. Впрочем, бесхитростный и религиозный народ Дунланда, похоже, был готов поверить во что угодно, если это изрекал и верховный шаман.

Страннику выделили лучший дом и приставили нескольких рабов, обязанных прислуживать ему за столом. В общем, все так завертелось, что к концу дня у Нелла по-настоящему кружилась голова. Но он не позволял быстрому успеху слишком его расслабить. Текущий ярл, Йорген, действительно был стариком, почти выжившим из ума, но он из последних сил цеплялся за власть своими скрюченными пальцами. Как и говорил Дунгар, сын ярла Лейв бросил вызов Неллу, и внешний вид этого молодчика вызывал беспокойство. Он выглядел внушительно, даже рядом с самыми могучими воинами Дунланда. Стоит ли говорить, что Нелл рядом с этим зверем казался почти что хрупким подростком?

Беспокойство терзало странника. Он ходил из угла в угол, чувствуя себя в новом доме, как в тюрьме. Именно в таком состоянии его застал неожиданно явившийся верховный шаман. Мортен, в отличие от Дунгара выглядел типичным уроженцем Дунланда, с некоторыми лишь отличиями. Например, бороды он не носил, а длинные волосы аккуратно заплетал в косу. Одевался шаман, как берсерк или ульфхеднар, разве что волчья шкура на нем была белая, а не серая.

Нелл все еще недоумевал, как Дунгар склонил его к сотрудничеству, но он уверял, что этому человеку можно полностью доверять.

– Завтра великий день, ярл. Всё, или ничего, – произнес шаман вместо приветствия. То, что он с ходу начал называть Нелла ярлом, несколько раздражало. – Ты не похож на сильного воина. Дунгар сейчас с Лейвом. Он обвиняет во всем меня и говорит, что не верит на самом деле во всю эту чушь.

– Что? Дунгар предал нас?

– Я этого не говорил. Сейчас он играет на самолюбии сына ярла, а скоро они начнут праздновать еще не свершившуюся победу. Лейв будет пить медовуху до поздней ночи, и он завтра будет не в лучшей форме. Но даже в таком состоянии он прихлопнет тебя как муху.

– Ты пришел, чтобы напугать меня, заставить сбежать поджав хвост?

– Нет. Я пришел, чтобы помочь тебе победить.

– Каким же образом?

– Я не могу сделать из тебя великого воина за одну ночь, каким бы я ни был великим шаманом. Но я могу научить тебя боевому трансу, в который впадают берсерки. Ты сможешь на какое-то время становиться сильнее, быстрее и не будешь чувствовать боли.

Нелл вспомнил, как немолодой Дунгар в бою опередил всех своих воинов и одним ударом щита отбросил врага в тяжелом вооружении на несколько метров. Если то, чему учит шаман дает подобные возможности, у него действительно появится некоторый шанс в бою с Лейвом!

Мортен выложил на стол плотно запечатанную склянку с мутно-белой жидкостью.

– Выпей, мой ярл.

– Что это?

– Вытяжка из мухоморов.

– Что?

– Это поможет в обучении, ну, или ты просто умрешь. Ты бессмертный, тебе нечего бояться. Пей, – невозмутимо сообщил шаман таким тоном, каким предлагают чашечку чая.

Смерть, конечно, не могла напугать игрока, а вот перспектива завалить квест была куда более серьезной. Он взвесил бутылочку на ладони, жидкость внутри была очень густой и почти не перекатывалась. Выглядело мерзко, запах оказался еще хуже. Скорчив недовольную гримасу, Нелл одним резким движением опрокинул снадобье в глотку. К счастью, его не могло стошнить, во всяком случае, в игре с ним такого не случалось. Но по ощущениям он был близок.

Действие эликсира не заставило себя долго ждать. Сперва он почувствовал жар в груди, сердце забилось сильнее и он вдруг почувствовал, как потеют ладони. Зрение затуманилось, будто бы он смотрел на все окружающее, сквозь багровый туман. Характеристики взлетели как минимум втрое - в этом Вульф почему-то не сомневался. Затем он вдруг почувствовал жуткую ненависть к Мортену, поднимающуюся откуда-то из звериных глубин его естества. Не ту ненависть, которую человек может испытывать к другому человеку, к личности, скорее то, что чувствуют хищники, вынужденные бороться за территорию. Голос шамана с трудом пробивался откуда-то издалека, будто бы он стоял не прямо перед ним, а кричал с другого конца людной и шумной площади.

– Концентрируй свою ярость на мне. Нападай!

Вряд ли Неллу требовалась какая-то команда, он уже едва себя сдерживал. Одной рукой отбросив в сторону массивный дубовый стол, он преодолел разделяющие их несколько шагов. Но лишь для того, чтобы его пальцы, готовые вцепиться во вражеское горло, сомкнулись на пустом месте. Фигура Мортена стала расплываться, пока не превратилась в клубы безобидного дыма. На этот короткий рывок ушли почти все запасы выносливости. Нелл обессиленный рухнул на одно колено, будучи уже не в состоянии ни на кого напасть, а целый и невредимый шаман, как ни в чем ни бывало, спустился по лестнице со второго этажа.

Получено новое умение: Ярость Берсерка, 1 уровень

Увеличение характеристик: х3

Время действия: 00:00:15

Перезарядка: 02:30:00

Побочный эффект: снижение характеристик х2 (время действия: 00:45:00)

– Получилось, ярл, – кивнул колдун. Его спокойствию позавидовал бы и камень, – Советую хорошо выспаться перед битвой.

Не прощаясь, Мортен поспешил к дверям, предоставляя Нелла самому себе. Странник какое-то время смотрел ему вслед, пока переводил дыхание и приходил в себя. Когда дверь за шаманом захлопнулась, он медленно поднялся на ноги. Это удалось ему сразу, несмотря на то, что голова слегка кружилась. Походкой пьяного он направился к кровати и рухнул на нее без сил.

Грохот барабанов и звон колокола на главной площади ознаменовали наступление утра. Бледный как смерть Нелл совсем не напоминал того героя, каким его видела эта толпа варваров. Он шагал нетвердо и сжимал топор до посинения костяшек пальцев, и знобило его не только от сырости и холода.

Ареной служил дворик перед чертогами ярла, монументальным строением, напоминающим старорусский княжеский терем. Лейв был уверен, сыпал язвительными шуточками, разминался и даже разрубил пополам большую дубовую колоду. Толпа была явно не на его стороне, но суеверный народ Дунланда чтил право поединка выше любого другого суда. То есть, как бы громко они ни кричали: «Слава конунгу Вульфу!», эти дикари примут любой итог. Победа Лейва будет означать его правоту в глазах духов великих предков. Примерно такие объяснения Нелл слышал от Дунгара перед началом боя. Все должно решиться, сейчас или никогда!

Зрители освободили круг, диаметром добрый десяток метров, Мортен благословил Нелла на бой, вызвав бурную реакцию публики. Но не более. Мог бы и бафф какой-нибудь подкинуть, чертов шаман!

Нелл сделал несколько глубоких вдохов и встал в боевую стойку, полный угрюмой решимости. Сын ярла посмеивался над ним из своего угла. Он предпочел вооружиться впечатляющих размеров двуручным мечом, судя по его цвету, выкованный из того же металла, что и древняя секира Вульфа.

Шаман дал сигнал к началу боя. Противники сблизились, но не слишком. Порядочная длина оружия позволяла им сохранять хорошую дистанцию. Нелл экономил свой скромный запас выносливости и выбирал подходящий момент для активации Ярости, намереваясь закончить бой одним рывком. Второго шанса здесь не будет.

Лейв оказался довольно подвижным для своих габаритов, разница в уровнях остро ощущалась. Нелл в основном уклонялся от его атак, все же он был легче и немного быстрее. Но наступил момент, когда страшный клинок оказался прямо над его головой. Он выставил свою секиру, мысленно поблагодарив неизвестного мастера за прочную металлическую рукоять. Удар обрушился на него с невероятной силой, он отступил на шаг, с трудом устоял на ногах и лишь каким-то невероятным усилием воли не выронил топор, удар отозвался дикой болью в запястьях.

Была, не была! Нелл активировал ярость, мир покрылся уже знакомой багровой дымкой, из его груди вырвалось совершенно чуждое ему звериное рычание. Он сумел отвести меч Лейва, все еще упирающийся в его оружие, в сторону, заставив того повернуться к нему боком, и бросился вперед, очень слабо соображая, что собственно делает.

Один удар. Кажется, он успел почувствовать, как топор прорубается сквозь плоть, но уже в следующий миг кулак Лейва с зажатым в в нём мечом встретил его лицо и отбросил далеко в сторону, заставив пропахать жесткую землю носом. Удивительно, как он не сломал игроку шею.

Рот наполнился кровью. Нелл сплюнул какие-то противные твердые комочки, которые вдруг оказались его зубами. Никаких сил сопротивляться дальше не было, даже если забыть про опустошенный Яростью запас выносливости. Но по крайней мере, он еще был жив и мог встретить врага стоя. Никогда еще таких порывов гордости у него не случалось, но сейчас ему вдруг показалось крайним позором, просто позволить противнику добить его. Последствия сильного удара по голове не заставили себя долго ждать. Едва он, опираясь на секиру как на посох, встал, его понесло куда-то в сторону. Он с трудом удержался на ногах. Подумалось, что Лейв слишком медлит, должно быть, хочет поиздеваться.

Но сын ярла не мог уже издеваться ни над кем. Его кишки стали живописным украшением двора. Он смотрел вперед отсутствующим взглядом и предпринимал нелепые попытки затолкать их обратно. Это было последним, что Нелл увидел перед тем, как его сознание померкло.

Задание выполнено!

Процесс перерождения запущен.

10...

9...

8...

7...

6...

5...

4...

3...

2...

1...

Пересоздание персонажа завершено! Ваш новый никнейм: Wulf

Ваш класс: Дунландский Берсерк

Получен новый титул Ярл Дунланда

Репутация с фракцией Дунланд повышена до уровня: Живая Легенда

Получено задание «Великий Конунг Вульф»!

Объедините племена Дунланда под своей рукой, прославившись своими подвигами или начните войну с другими ярлами за право стать конунгом!

Награда:

- Уникальный титул: Конунг Дунланда

- Повышение репутации с фракцией Дунланд

- Опыт: 250000

Первым, что Вульф заметил, открыв глаза - изменение угла обзора. Он определенно стал выше. Здоровье и выносливость полностью восстановились, он чувствовал себя здоровее и сильнее, чем когда-либо!

Вся его внешность была переделана! С четвертого странник Нелл перепрыгнул на тридцать восьмой в роли высокого, брутального, бородатого конунга Вульфа с чудовищно прокачанными характеристиками!

У него вырвался смешок, который перерос в долгий приступ истерического смеха, и эта неожиданность будто бы пробудила весь город ото сна. Толпа скандировала его имя. Мортен поднес ему роскошный меховой плащ, вроде того, который он видел ранее на старом ярле. Видимо, символ власти. Вульф позволил шаману его застегнуть, а затем, под удивленные взгляды и оклики, вдруг рванулся к входу в чертоги ярла. Ему нужна была короткая передышка. Кто-то вошел в пустой главный зал вслед за ним.

– Ярл! – Это определенно был голос Дунгара. – Мы не можем все потерять в шаге от цели. Нужно действовать! Люди ждут, что ты поговоришь с ними. Что ты поведешь их в бой. Теперь, когда они увидели воочию возвращение великого Вульфа, они как никогда полны жаждой мести и крови!

– Ты хочешь, чтобы я прямо сейчас повел их в бой? Без плана и подготовки?

– Этого хочет твой народ. Если ты знаешь, как их сдержать – я отступлюсь. Но я ведь знаю их гораздо лучше тебя. Не забывай, что ты только лишь безродный бродяга...

– Это ты не забывайся, Дунгар! – вспыхнул Вульф. – Не смей так разговаривать со своим ярлом! Напомнить про твою грязную кровь? Если ты будешь попрекать меня каждый раз, когда я делаю что-то не по-твоему, мы не сойдемся! Они хотят на войну? Что же, будет им война! Но не сейчас.

Однако решимость конунга - а точнее, нового ярла, ведь конунгом Вульф был лишь на словах, и в легендах - значительно упала, когда он вышел к толпе. Что он мог сказать орде дикарей? Чтобы превратить их в настоящее войско и привить немного культуры нужно время, много времени. Он хочет воззвать к их разуму, которого у них пока еще нет.

Личности вроде Мортена, или Дунгара — скорее исключение чем правило, результаты вливания чужой, свежей крови в это застоявшееся болото. Дунландцы размахивали оружием, от трезубцев и боевых секир до охотничьих ножей и дубинок. Сейчас это не народ и не общество - это стадо. Благо, ярл вовремя это понял, невольно признав правоту Дунгара. Когда старый берсерк слушал его проникновенную речь, он самодовольно улыбался...

Реформы подождут. Вульф решил сперва влезть в шкуру предводителя орды варваров, чтобы силой и удалью - единственным, что здесь ценили - заставить себя уважать. Они огнем и мечом прошлись по окраинам Рохана, грабили и убивали, сжигали деревни и даже взяли штурмом небольшую крепость. Этот поход принес Вульфу славу жестокого и сильного воина, но настоящую ярость он испытывал не в пылу битвы, а когда подсчитывал потери, которых можно было бы избежать, но при своих людях он уверенно играл свою роль, вспомнив старый опыт ролевых игр. Он безрассудно бросался в гущу боя, участвовал в грабежах и казнях, а после - на шумных пирах ел и пил за десятерых. Но ни на секунду он не прекращал вынашивать свои планы.

Когда эта вакханалия, праздник бессмысленной жестокости, подошла к концу, перед Вульфом встали новые заботы. В первую очередь, это объединение всего Дунланда, под его рукой. Ярлы маленьких кланов, лояльных к Волкам, присягнули ему на верность и принесли дары, едва он вернулся из похода. Но оставался еще второй по силе клан, известно было, что они поклонялись Медведю.

Задание гласило, что стать конунгом можно было двумя путями - мирным, за счет славы и уважения, и не очень - за счет братоубийственной резни. Племя Медведя, как и Волка, тоже славилось не только своими воинами, но и своим ярлом, поэтому просто уже завоеванной славы игроку было явно недостаточно. Однако все же, чтобы избежать кровопролития, рассудительный дунландец решил пойти на переговоры.

Вульф прибыл к соседям с дарами, в сопровождении трех десятков отборных ульфхеднаров и берсерков, а главным даром, знаком доброй воли, была статуэтка медведя, про которую он уже почти успел забыть. Ярл Хрольф Одноглазый, закаленный в боях вояка, принял его радушно. Начался очередной пир, продлившийся весь день и до глубокой ночи. И наконец в ходе переговоров, ярл сделал Вульфу предложение, которое поставило его в тупик.

Хрольф растерял всех сыновей в бесконечных войнах, и чтобы его великий род не прервался на нем, он сватал ярлу Вульфу свою единственную дочь Гею. Взамен он был готов немедленно поклясться ему в верности и привести к присяге все малые кланы в Северном Дунланде, тем более - свой собственный. Тем самым, преподнеся Вульфу звание конунга!

Когда удача сама идет в руки, грех отказываться. Несмотря на то, что предложение ярла сперва смутило Вульфа, он почти сразу дал положительный ответ и принял заверения в верности от ярла Медведей. После чего, его власть над Дунландом стала воистину безграничной. Задание было выполнено, звание Конунга - получено. С легкой руки верховного шамана Вульфа нарекли Отцом Кланов.

Подобные браки, когда невеста даже никогда не видела жениха, были нормой жизни в обществе Дунланда, потому Гея отнеслась к решению отца с молчаливой покорностью.

Сложно было угадать ее настоящие чувства. Вульф, конечно, не мог полюбить ее по-настоящему, да и не собирался, это было бы форменным безумием. Но он проникся жалостью к этому тихому и забитому существу. Гея вскоре немного осмелела и, кажется, стала проявлять какие-то чувства к нему, во всяком случае ее поведение все меньше напоминало акт самопожертвования в угоду отцовской воле. Иногда она даже высказывала свое мнение на определенные события, когда они оставались наедине, и Вульф приятно удивился, обнаружив в ней весьма незаурядный для дунландского общества ум.

Первым изданным Вульфом указом стало нечто вроде древней ассизы о вооружении. Он обязал каждого мужчину, способного сражаться и имеющего достаточный доход приобрести комплект доспехов, оружие и явиться ко двору конунга при первом изъявлении его воли. Тем же, кто не имеет достаточных средств, бондам и освобожденным скалям, прибыть для получения вооружения из оружейной Дунланда. Это помогло избавиться от практически бесполезных горе-солдат, облаченных в шкуры и вооруженных дубинами.

Приличные запасы доспехов и оружия отчасти перешли к Вульфу от старого ярла Йоргена, имеющего большую страсть к коллекционированию, отчасти были его боевыми трофеями после похода на Рохан. Ему удалось облачить в приличные доспехи даже элитную пехоту Дунланда – берсерков, несмотря на некоторое сопротивление со стороны консервативно настроенных шаманов, во главе с Мортеном.

Дунгар и Мортен получили власть, к которой они так стремились. Вульф не проявлял к ним открытой враждебности и даже следовал некоторым их советам, стремясь усыпить бдительность потенциальных предателей. Своего мнения о них он так и не изменил, тем более, что они оба обладали опасным знанием правды, а учитывая суеверность его новых подданных, вполне возможно, что Мортен мог обернуть ситуацию против Вульфа.

Сперва Дунгар погиб от клыков матерого кабана, отправившись на охоту вместе с конунгом. Нелепая случайность - так думали все при дворе конунга. Дунландцы были народом совершенно неискушенным в интригах, цивилизация их еще не достигла. Никто особо не протестовал, когда внезапно обнаружилось, что верховный шаман Мортен поклоняется неким ужасным демонам. Доказательств у него был полон дом. Манускрипты, написанные кровью, таинственные идолы. Некому было обратить внимание на то, что все эти странные вещи выглядели слишком новыми, все эти принадлежности для темной магии были захоронены в земле вместе с их еще живым на момент погребения владельцем. На этом конечно, заботы конунга не кончались. Нужно было развивать в Дунланде собственное производство разных товаров и оружия, не все же полагаться на грабеж.

Что касается грабежа и военных действий... Вульф планировал новый поход на Рохан, чтобы испытать свою обновленную армию и пополнить казну. Еще ходили слухи о том, что какая-то банда урук-хай с Мглистых Гор присвоила себе кусок их исконной земли. Оставлять такое безнаказанным было нельзя, хоть они, как темная фракция и числились союзниками Дунланда. Тестирование все больше приближалось к концу, а время Вульфа еще только начиналось...

Красный - цвет крови

Автор: Михаил Королев

Рассказ "Красный - цвет крови"

Неизвестный промежуток времени. Сервер уже долгое время отключен от реального мира. Много кто успел умереть. Умереть, по всей видимости, по—настоящему.

Он сидел один, весь облаченный в некогда белый плащ, который ныне представлял собой лишь жалкие лохмотья темно-багрового цвета. Сколько крови пришлось ему впитать в себя? Кровь владельца, его друзей и врагов. Алый — цвет Харада, как раз ему под стать.

На давно не чищеной броне обсидианового цвета играли отблески языков пламени. Костер догорал. Рассвет был близок, но сон, как обычно, так и не пришел к игроку.

Он сидел, и мрачные думы одолевали его. Сколько еще людей должно умереть ради вымышленной власти?

***

Реальный мир. За 2 недели до начала тестирования.

Он лежал на кровати в общежитии. Именно такие «общаги» показывают в американских фильмах про жизнь студентов в колледже. Почему его не заселили в апартаменты получше, скажем, в гостиницу? Ответ прост. Ни одному из участников грядущего тестирования не обещали оплату проживания на территории США, как и билеты на авиа-рейсы. Поэтому каждый располагался согласно своему материальному положению.

На стенах висели плакаты, что потускнели уже от времени. На них изображены герои различных фильмов, персонажи игр. Наш герой знал их всех поименно. Это были его любимые плакаты, которые он решил взять с собой с родины и расположить их здесь. Нет, он не задрот, не гик или хикка. Самый обычный, среднестатистический парень лет 20. Ему повезло, очень повезло. Он смог выиграть в глобальном международном конкурсе и теперь находился в Соединенных Штатах Америки. Остался последний рубеж — дождаться результатов всевозможных анализов, по которым и решится его судьба.

Но мысли о родных, друзьях и девушке не покидали его, они лишь с каждым часом взращивали в нем идеи об отказе в этом мероприятии. Но от такого шанса нельзя повернуться спиной. Он не станет из-за непонятных предубеждений останавливаться прямо перед злачным финишем.

Но стоило бы…

***

Первый день тестирования.

Темно. Но ни холода, ни тепла не чувствуется.

Что-то громкое ударило по ушам, он хотел скривиться, но не смог. Пред его взором, наконец, что-то появилось, нечто огромное. Ах да, меню. Но он видел иконку не глазами, а будто с камеры, от третьего лица. Странные ощущения, отзывались спазмами где-то в животе.

Создание персонажа прошло довольно быстро. Всевозможные варианты редактуры внешности прокручивались у него в голове, выливаясь в мужчину, что стоял перед ним с тупым взглядом. Только через 10 минут до игрока дошло, что ползунков редактирования нет, но они и не нужны — воображение и есть ползунок редактирования.

Закончив с созданием персонажа, пришло время выбрать ник-нейм. Игрок, недолго думая, ввел имя персонажа.

Подключение… Добро пожаловать, Ensade! Спасибо, что приняли участие в нашем тестировании! Наслаждайтесь миром, что мы создали для вас, преданных ценителей творчества профессора Дж. Р. Р. Толкина!

***

«Тол Фуин» — гласила вывеска над вратами островного города. Столько людей окружало Энсэйда, гул и вопль бил по ушам. Толчок, еще и еще, они не прекращались. Жарко. Теперь он его ощущал, но ощущение не приносило радости. От жары игроки начали потеть, пот вонять. Боже, как же это уже невыносимо! Только все началось, но все вокруг уже было слишком реально!

Первый шажок вперед — и игрок упал. Ха-ха. Конечно, он же забыл, что центр тяжести изменился, ведь он выбрал персонажа выше его самого на пару голов. Руки цвета бронзы уперлись в пол. Поднявшись и кое-как отойдя от места своего появления, Ensade оказался у океана.На фоне красивейшего заката могучего солнца в темно-синих волнах бескрайнего моря, его обдуло соленым ветром. Блаженство!

Но он убрался подальше от столпотворения людей не просто так. Ему надо было сперва попривыкнуть к своему новому телу. В ход пошли стандартные упражнения физкультуры, потом растяжка, бег и плавание.

К концу тренировки Энсэйд более-менее привык к своему новому телу. Но вот к отражению своего лица в воде пока еще все же не смог. Слишком уж оно отличалось от настоящего. Ощущения были совершенно иные, нежели от игры за компьютером. Одно дело — все происходит на экране. Совершенно другое, когда ты сам смотришь в свои глаза и видишь в отражении совсем иную картинку, чем ту, которую привык невольно наблюдать изо дня в день.

Энсэйд осмотрел себя. Голова сильно вытянута по сравнению с настоящим. Глаза цвета ночи. Нос ровный, а не смотрит в правую сторону. Губы пухловаты.

Игрок не выдержал и попытался зачитать пару строчек из любимых треков. От звука собственного голоса голова закружилась. Это был даже не искаженный голос — это был звук совершенно другого человека!

«Все это неправильно» — подумалось игроку.

***

Третий день тестирования.

Визг, плавно переходящий в мягкое шипение. Звонкий рык, томные вздохи. Толчок, потом еще толчок, еще и еще. Ногти вонзились в спину, ноги девушки запутались в его собственных. Ее кожа цвета молока контрастировала с его бронзовой. Смотря на нее сверху, слыша ее сладостный стон, что лишь сильнее возбуждал и не давал остановиться, в голову Энсэйду опять пришла мысль, что все это неправильно. У него есть девушка, но он занимается любовью с другой. Хотя и любовью это нельзя назвать! Это просто секс, ничем особым не отличающийся от реального… Да, все это в игре, да и девушка ли это в реальности, он не знает. Но разве это может остановить его, когда он зашел уже так далеко?!

— Ах-х… — проворковала девушка, приподнявшись на локтях, и резко укусила его за губы до крови.

Почувствовав боль, все мысли словно молотом вышибло из головы парня. Вкус собственной крови вскружил голову, последовал безумный рык. Руки сомкнулись на шее девушки.

— Да, еще… силь… нее… — тихо, почти неслышно проговорила девушка. Она пыталась произнести еще одно слово, но звука не последовало.

Ensade прочитал по губам это слово — задуши.

Он так и сделал. В момент накала, когда уже вот-вот он закончит, достигнув истинного наслаждения, руки начали сильнее сжимать горло. Девушка не сопротивлялась по началу. Однако спустя пару секунд она начала брыкаться, вырываться, лицо ее исказилось гримасой ужаса. Слезы потекли рекой, а руки начали царапать лицо ее партнера. Но было поздно. Он сломал ей шею. Зеленые глаза, на фоне красного лица, закатились вовнутрь, а слюна вытекала без остановки и стекала по подбородку.

Неприятный звук ударил по ушам возбужденного игрока. И вот, вместо девушки уже находилось надгробие. Ensade собрал слюну, смешанную со своей кровью, и смачно харкнул на могилу.

Уже успокоившись, игрок подошел к столику, где стояла дрянная выпивка. Совершенно верно. Он намеренно убил своего партнера во время секса. Да и какая разница? Это все только игра! Он уже сбился со счета, в который раз убивая девушку-игрока в постели по их собственному же выбору. Но, как и всегда, в самый последний момент, они передумывают, начинают пытаться выбраться, брыкаются, боясь смерти и ее последствий. Да, игроки не могут умереть, но страхи перед неизведанностью и болью не дают им на все 100% отдаться в руки девушке с косой.

«А вдруг это окажется твоей последней смертью?» — эта мысль вечно крутилась у игроков, не давая им нормально расслабиться. Поэтому, чтобы и дальше спокойно заниматься развратом и убийствами друг друга по обоюдному желанию, они вкачивают в себя неимоверное количество спиртного и различные препараты, привезенные в Тол Фуин с Умбара и Харада.

Выпив залпом все содержимое бутылки, Энсэйд схватил резким движением, будто от этого зависела его собственная жизнь, следующую маленькую бутылочку с темной вязкой жидкостью.

«Ха-ха! Это лучший галлюциноген, что я когда-либо видел! Его приготовили из ядов скорпидов и змей юга. Даже в реале такого действенного дерьма не найти! Бери, отдаю почти по дешевке…» — измывался перед ним торгаш. И ведь не обманул!!!

Мысли стали путаться. Голова пошла ходуном. Руки побелели, а сам он будто стал меньше ростом. Комната начала отплясывать дьявольский танец под песни группы Rammstein. Кто-то смеялся, сидя на мягком, порванном во многих местах, кресле. Смех из детского и безобидно лучезарного резко превратился в безумный, полный отчаяния и страха. Смеялся в реальности, конечно, только сам Энсэйд.

Слезы невольно потекли из его опухших глаз. Перед глазами стали появляться перекошенные лица всех девушек-игроков, что он убил в порыве дикого возбуждения, заставляя игрока еще сильнее смеяться.

***

Утро следующего дня не принесло ничего хорошего. Ensade очнулся все на том же кресле от стука в дверь и неразборчивых выкриков. Голова не болела, но туман в ней все еще сидел. Встав с кресла и дойдя до двери, он вдруг осознал, будто гром среди ясного поля, что он голый. Выругавшись про себя, побрел к кровати искать свои вещи. Уже почти одевшись, выкрики за дверью переросли в вопли и визг.

И вот они стихли. Ни единого звука. Туман все продолжал плавать в голове у игрока, отметая все сомнения.

И вот, Энсэйд открыл дверь. Таких вещей, как тошнота и необходимость ходить в туалет, ни у неписей, ни у игроков не было. И, тем не менее, от увиденного игроку стало очень плохо... Вся тошнота, если бы она была, непременно попала бы на изрубленные тела неписей. Обрубки рук и ног валялись то тут, то там. Кровь залила весь пол, превратившись в алое море. Кишки висели на стенах, словно гирлянды на Новый год.

Вдалеке послышался вопль, похожий на животный вой ужаса. Запоздало обернувшись, игрок лишь краем глаза успел заметить расплывчатый силуэт.Дурман сыграл свою роль, довольно отвратную. Энсэйд упал, боль от тупого удара накатила лишь в тот момент, когда короткий меч занесся над игроком. Последовал удар наискось, но защититься от него игрок не смог — одной руки у него уже не было, она очертила в воздухе идеально ровные круги. Что-то красное брызнуло в лицо. Кровь, его собственная. Страх, боль, отчаяние — эти чувства резко хлынули на игрока, но вместо крика, что застрял комом в горле, вырвался лишь жалкий хрип.

Холод от металла на шее, как ни странно, приятно охладил кожу.

Всплеск света. Осознание случившегося пришло не сразу.

Вы умерли! Ваш уровень снизился до 1!

Вы будете возрождены в Тол Фуине через: 3… 2… 1…

Пока проходило ожидание воскрешения, лицо маньяка-игрока стояло перед глазами Ensade’а. Он уловил схожесть со своим, во время всего этого разврата. Что с ним стало за эти три дня?

— Эй, тебя тоже убили? — послышался голос со спины, когда игрок появился у камня воскрешения.

Обернувшись к незнакомцу, Энсэйд увидел паренька с жиденькой бородкой на лице. Действие дурмана после смерти спало и, к своему удивлению, игрок соображал уже довольно легко.

— Ага, — все что смог выдавить из себя игрок.

— Если хочешь разобраться с тем поехавшим, то скорее беги и становись в очередь, потому что мы не единственные, кого он убил, — размял он плечи, словно собирался и сам мстить обидчику. Однако ничего подобного – это была просто разминка. — Правда, я не думаю, что есть смысл тратить время на этого козла. Я уже накатал на него жалобу админам. Должны забанить или, по крайней мере, сделать выговор и оштрафовать на реальные доллары. Нападение на нейтральной территории, прямо в таверне, как-никак.

Повисла тишина. Над незнакомцем висела надпись:

Terrador

«Странник»

Игрок

— Нет, спасибо, мне это не интересно.

Энсэйд развернулся и пошел в сторону своей комнаты, надеясь поскорее выпить крепкого алкоголя.

— Эй! Меня Terrador звать, не хочешь со мной отправиться в путешествие?

Что? Он пригласил незнакомца с собой, даже после того, как был убит? Ему что, не страшно? Он не боится, что во сне его задушат или пырнут ножом в спину? Или еще как убьют, когда он не будет этого ожидать! Доверие – вот, пожалуй, единственная вещь, которой нет на сервере. Энсэйд был в этом уверен на все сто процентов.

— Ты не боишься, что я тебя убью в спину? — остановившись и скривив лицо от удивления, сказал он, смотря на паренька.

— Да нет, это же игра, — указательный палец несколько раз постучал по виску. — Тут главное не потерять себя и развлекаться. Правда, развлечения на Тол Шлю… Кхм, извиняюсь, на Тол Фуине, мне не по душе. Хочется отправиться в путешествие, знаешь, как в фильме Джексона. Забраться на скалы, пересечь великие реки, выпить с аборигенами, сидя у костра, рассказывать байки друг другу, — все это время Terrador рьяно жестикулировал.

— Хм, — задумался Энсэйд. — Ну… Звучит довольно интересно…

***

Третья неделя тестирования. Рохан.

—Ну что, господа, вы готовы к представлению? — деловито спросил King Wolfmare.

— Давай уже быстрее закончим и уйдем отсюда, — нетерпеливо ответил Zager.

— Как только Альтаир вернется, мы отправимся, — вставил свои пять копеек VolBoy, пафосно выпуская колечко табачного дыма изо рта.

— Как вы могли отправить Альтаира в разведку? Он же импульсивный! Как бы его нрав не сыграл на руку неписям… — раздосадовано сказал Террадор.

— Пф, а кого по-твоему мы должны были отправить? Загер мог бы пропустить что из виду – он невнимателен, да и навык слежения у него на минималке. ВолБой опять вляпался бы в какую-нибудь дрянь со своей нулевой скрытностью и в итоге начал бы без нас. А вот Альтаир идеально подходит для этого дела, — парировал ему Вольфмар. Уж кто-то, а этот главарь разбойной шайки следопытов прекрасно разбирался в военной стратегии.

Послышался звон колокола поселения.

— Почти идеально. Так. Начали, парни! — и все, по команде своего лидера, рванули вперед, на поселение. — Террадор, передай Энсэйду, чтобы начинал.

Террадору не надо было повторять дважды. Когда все уже побежали на поселение, будучи в инвизе, игрок наиграл короткую мелодию. Сигнал был получен.

Стражники на стенах, что окружали деревню, ничего не подозревали о наступающих следопытах. Один из стражников булькнул. Арбалетный болт пробил ему шею, правда, только со второй попытки. Бедняга упал со стены. Его компаньон это заметил, но не успел ничего предпринять — следующий болт вонзился чуть левее переносицы. Энсэйд, довольный своей работой, убрал арбалет и направился к главному входу.

Подобие врат открылось. Это сделал Альтаир. Другие следопыты ворвались внутрь. Появился небольшой дымок и запах горящего дерева. Стена стала полыхать огнем.

Началась вакханалия. Следопыты в инвизе убивали мужчин и стариков, иногда прилетало и детям с женщинами.Крики, вопли о помощи разносились над долиной. Воняло горелым деревом и кожей.

Энсэйд удостоверился, что все горит так, как нужно, довольно причмокнул и отправился на бойню к остальным. Но когда он увидел все происходящее своими глазами, то невольно почувствовал желание сблевать свой завтрак. Пока он стоял, смотря на происходящее, как баран на новые ворота, к нему подскочил мальчишка с коротким ржавым мечом в руках. По его щекам текли слезы. Но он не успел добежать. Стрела Террадора пронзила его в спину, а следующая – добила паренька.

Кое-как поднявшись на ноги, игрок достал свой меч. Перешагнув через паренька, он бубнил себе под нос, что это всего лишь программный код. Идя дальше, вглубь сражения, игрок видел, как люди суетились и не понимали, откуда наступает враг. Их осталось уже не так много. Бой подходил к концу.

Один из воинов, уже с сединой на голове и усах, обратил внимание на приближающегося парня с кожей цвета бронзы. Трудно такого не заметить. Он взревел и побежал на Ensade’а. Все так же продолжая убеждать себя, что жители – это всего лишь строки кода, игрок схватился с неписем. Было ясно, что силы не равны, что мужчина более опытен, сильнее, даже физические показатели, не смотря на возраст, превосходят. Удивившись силище непися, игрок ужаснулся. Это был Хранитель! Здесь, в захолустной деревеньке! Но отступать было уже некуда.

Их дуэль перешла в борьбу. У Энсэйда было преимущество в виде роста, веса и навыках, благо, Хранитель оказался крайне низкого уровня. Игрок опрокинул своего оппонента на землю. Борьба в горизонтальном положении начала давать свои плоды, но старик врезал по носу своим шлемом. Игрок ухнул и машинально отпустил врага. Морщинистые пальцы сомкнулись на его шее. Во рту появился металлический привкус. Энсэйд пытался вырваться, но у него не получалось. И тут он вспомнил о кинжале. Достать его, пока тебя душат – дело непростое, но вполне осуществимое.

Лезвие вонзилось в бок непися. Хранитель издал хрип, хватка ослабла, и Энсэйд смог, наконец, вдохнуть полной грудью. Ох, эта блаженная имитация кислорода! Как же приятно ему было вдыхать его, чтобы он мог и дальше окислять его «клетки»!

Еще удар в бочину неприятеля. У Хранителя подогнулись руки в локтях. Испытывая невероятную злобу к врагу и ярость, которой он никогда в жизни не ощущал, Энсэйд быстрым взмахом головы приблизился к лицу старика. Челюсти сомкнулись на носу старика. Раздалось булькующее сопение из горла непися.

Неприятные ощущения из-за хрящей, крови и соплей во рту Энсэйда отдались повторными позывами прочистить желудок. Быстро отхаркнувшись от всей этой мешанины во рту, игрок оттолкнул старика с себя. Все в том же порыве ярости Энсэйд напрыгнул на врага и стал протыкать его все тем же кинжалом. Кровь темными пятнами окрашивала грязно—серую рубашку пожилого Хранителя-землепашца.

Оставив орудие убийства в мертвеце, игрок поднялся и чуть не упал из-за ослабших ног.

Он оглянулся. Все уже было законченно. Деревню устилало поле смердящих трупов. Где-то это были лишь обрубки частей тела, даже непонятно, каких именно. Огонь пожирал уже каждый дом, каждую постройку, сделанную из дерева. Где-то вдалеке слышался детский плачь, женские стоны.

Ноги Энсэйда подогнулись, и он рухнул на колени. «Это безумие» — думалось ему. Так он пытался думать, хотел думать. Однако, несмотря на это, он слышал, как следопыты насилуют женщин, убивают их после своих грязных дел на глазах неписей-детей. И в сердце у игрока ничего не ёкнуло. Он ничего не почувствовал, лишь зияющую пустоту, которая требовала дурмана или выпивки.

Террадор стоял у горящего входа. Балка, сжираемая всепоглощающими красными языками, упала в паре метрах от него. Он грустно взглянул на нее, сделал пару шагов вперед. Споткнувшись о руку, до сих пор сжимающую меч, Террадор скривился и прошел вглубь деревни, обходя трупы.

Проходя мимо Энсэйда, сидящего с пустыми глазами, он похлопал его по плечу и двинулся дальше. Это всего лишь игра, потому Террадор и согласился на такую авантюру. Но от испытанного, увиденного и услышанного, кровь у игрока стыла в жилах. Да, он делал вид, что все хорошо, но руки тряслись неимоверно сильно, а потому он спрятал их в карманцах. «Так бы сказал Голлум» — взбрело в голову игроку, но мысль быстро уплыла, унесенная течением тошнотворных событий сегодняшнего дня.

Стоны и крики усилились, а значит, он был уже рядом со следопытами. Один дом был намеренно потушен, огонь больше на него не перекидывался, поскольку он находился поодаль от остальных. Дверь открыта нараспашку, но что происходит внутри – не видно для глаз. Да и видеть, что происходит, нет нужды — все слышно.

Тихо вздохнув, Terrador перешагнул злополучный проход. Глаза стали привыкать к темноте, а потому, хоть это и игра, он отвел взгляд в пол, дабы не видеть грязных дел своих компаньонов. Ноги стали подкашиваться, голова пошла кругом, а крыша чуть ли не съехала.

Что делает человека тем, кто он есть? Что влияет на его личность? Определенно его окружение, среда обитания. Террадор думал об этом, казалось, целую вечность, но все что он успел за эту вечность сделать — один шаг. Он пришел к выводу, что если его будет окружать безумие, то он и сам станет ее частью, болтиком в бесконечном механизме шестеренок хаоса и дикой анархии.

В углу здания — бывшей таверны — сидели связанными дети, одни девочки. Их было всего три.

— Эй, Кинг, а где мальчуганы? — еле выдавил из себя Terrador.

— Их нет, — краткий ответ лидера следопытов без каких-либо намеков на эмоции расставил все на свои места.

— А где остальные? — все не унимался лучник. — Их так мало…

— Да какая разница?! Тебе не насрать? — рыком перебил Террадора Альтаир, на секунду перестав шевелить своими бедрами.

Долго стоял лучник и пялился на следопытов. Очень. Альтаир успел закончить, а за ним и ВолБой. Он рассматривал лица детей, на лицах которых отчетливо читался страх.

— Я их забираю. Это моя награда, — озвучил свои мысли Terrador.

Все следопыты переглянулись, удивленно взглянули на лучника и заржали словно кони.

— Любишь помоложе? Ну ладно, забирай! — гаркнул Загер, вытирая свой нож от крови.

Террадор нагнулся, чтобы забрать девочек с собой, но те лишь сильнее вжались в стену и закричали, что было сил. Он не знал, как их успокоить, да и не получилось бы, а потому он просто показал им свое злое лицо и прошипел на ухо, чтобы вели себя тихо. Это сработало.

Выходя из таверны с маленькими девочками, которым на вид около 10 лет, Террадор завязал им глаза и руки. Проходя мимо одного из уже сгоревших домов, лучник услышал какие-то непонятные звуки, обернулся в ту сторону и увидел, как Ensade рылся в вещах, что-то нашел. Бульк! Пробка отскочила, и горькая хмельная жидкость начала вливаться в горло игрока.

Стоя напротив входа, Террадор, отпустил веревку, которой обвязал девочек, и направился в сторону Энсэйда. Последний, стоя на коленях и жадно глотая алкоголь, даже не заметил приближающегося игрока.

— Эй, ты останешься с ними, со следопытами? — заговорил Террадор.

На одно мгновение Энсэйд остановился, задумался, но ничего не ответил, продолжил пить, обжигая свое горло.

— Скажи, тебе все это по душе? Я понимаю, конечно, что повышение опыта и прочее очень важно в игре, но стоит ли оно того? Я согласился на это, не зная о последствиях, а теперь жалею. Это же капец! После того, что здесь случилось, эти неписи – больше настоящие люди, чем мы!

В ответ лишь молчание. Энсэйд выбросил бутылку, но с колен так и не встал.

— Это уже не те неписи, которыми они были еще недели назад, когда отвечали стандартными, заложенными в программу фразами по типу «Чего желаете выпить?» или «Здравствуй, путник! Не сможешь ли мне помочь с одной проблемой?», — продолжал свой монолог Террадор. — Да, я понимаю, что это всего лишь набор дрянных символов, но и мы состоим из чертовых клеток! Они развиваются! Я не знаю как, но и ты должен это понимать, это же очевидно! — начал жестикулировать игрок.

Опять молчание. Казалось, что Энсэйд даже и не дышит. Тяжело вздохнув, Террадор продолжил:

— Я не хочу больше заниматься подобным, да и ты тоже, как я погляжу. Ты же не такой, как они… Пошли со мной, а? Мне одному не справиться…

Лучник протянул руку Энсэйду, но тот так и продолжал стоять на коленях, отводя взгляд. Террадор убрал руку.

— Знаешь, эти три девочки только и выжили во всем этом хаосе. Ну, пару девушек, наверное, еще живы, — на последнем предложении голос лучника дрогнул, а глаза заполнились соленой влагой. — Я хочу отвести их в безопасное место, в Бри или хотя бы в Шир, подальше от Рохана и этих следопытов. Чувствую, здесь, да и в Гондоре тоже уже не безопасно… Игроки потоком начали наполнять эти земли. Скоро тут будет очередь за убийствами неписей.

Ответа не последовало.

— Ответь хоть что-нибудь уже! — нервы сдали у Террадора. Но опять ни звука в ответ. — Ну и фиг с тобой, сам справлюсь! — сказал, уже остыв, игрок.

Террадор развернулся и сгорбленной походкой отправился к своим сокровищам — маленьким девочкам.

Бац! Высветился квест.

«Доставить детей в приют Бри»

Приведите детей в приют для сирот в Бри

Награда: неизвестно

Штраф за невыполнение: неизвестно

Времени осталось: неограниченно

Бац! Следом еще один квест.

«Доставить детей в Шир»

Приведите детей в Шир и найдите кому их передать

Награда: неизвестно

Штраф за невыполнение: неизвестно

Времени осталось: неограниченно

Бац! И третий квест!

«Худшая няня в мире»

Оставьте детей себе, воспитайте и обучите их. Не дайте им убить себя. Не дайте им самим умереть

Награда: неизвестно

Штраф за невыполнение: неизвестно

Времени осталось: неограниченно

«Твою ж…» — все, что и смог подумать игрок. Эти три квеста выбели Террадора из колеи. И что же выбрать? Если принять один, то два других исчезнут? Игрок попробовал выбрать «Доставить детей в приют Бри», но два других не исчезли. Фух! Какое облегчение, что не нужно выбирать один из трех. Выбрал и два других на всякий случай.

Теперь, с легкой улыбкой на лице, Террадор направился к детям. Подойдя к ним, он заметил, что у девочки помладше образовалось небольшое темное пятно на штанцах.

Игрок застыл на месте. Это что… Моча?!.. Каким образом?! Нет, неписи же как и игроки – не могут испражняться… Хотя, недавно было обновление сервера.

Малышки стояли и боялись, это страх от незнания происходящего вокруг них. Убьют ли их, как остальных? Сделают с ними тоже, что и с взрослыми девушками? Продадут? Лица матерей, что пытались их защитить, то, как с ними поступили следопыты, навсегда оставило свой след, как на психике детей, так и в памяти.

Террадор легонько потрепал за волосы девочку с обмоченными штанами, но та лишь вскрикнула и будто выпала из оцепенения. Она рванулась вперед, испугав и побудив к действию двух других малышек, но веревка, к которой они были привязаны, не дала далеко убежать. Они упали на пятые точки и принялись реветь. Игрок про себя подумал, что доставить их что-то делать будет куда сложнее, чем просто убить непися. Или игрока.

Энсэйд не знал, сколько прошло времени с момента грабежа деревушки. Сначала ушел Террадор, а потом и следопыты.

Он корил себя за то, что у него не хватило сил пойти с новообретенным другом, что и звук не смог вырваться из его горла от опустошения. Точно. Он опустошен и морально истощен… Он запутался. Вот как он чувствовал себя. Ему надо было пойти с Террадором, помочь ему с теми девочками, хоть что-то сделать, но… Всегда это «но» все портит. Иногда даже нет причины для этого «но», просто нет желания что-либо делать…

Когда мимо проходили следопыты, то они лишь посмеялись над бронзовокожим игроком. Не с той компанией он связался, теперь приходится пожинать плоды своих трудов.

Успело стемнеть, а игрок так и сидел в сгоревшем доме. Он помнил, в какую сторону ушли следопыты, но за ними идти не хотел. Однако убираться от этого места подальше однозначно надо было. Только он собрался с мыслями и встал, как услышал ржание и топот коней.

Ах да, он же отпустил одного паренька, совсем молодого, не убил, когда мог, а теперь он вернулся и не один. Игрок пришел к выводу, что если убиваешь, то убивай всех. Пол действия вызывают большие последствия.

Энсэйд рассмеялся, что было сил. Во те на! Не убив одного, придется отнять жизнь у большего количества неписей. Смешная ситуация.

Конники, конечно же, услышали смех игрока, а потому, к моменту, когда Энсэйд вышел из домишки, то был уже окружен.

«Будет тяжело убить девятерых конников» — без сомнений подумалось Ensade’у. Он даже не сомневался, что сможет их всех убить. Держа в одной руке потрепанный меч, а в другой кинжал, покрытый кровью, Энсэйд кинулся на рохиррим.

Замах, второй, третий. Все мимо. Но зато противник одним лишь взмахом обезоружил игрока, отрубил ему кисть. Ну вот и все.

— Взять его живым! — успел услышать игрок, завывая, как проклятый, перед тем, как его сильно огрели по голове.

***

Луна смотрела безмолвным наблюдателем за четырьмя путниками. Они были словно немыми — никто не произнес ни звука. Девочки перестали даже шмыгать носом и стучать зубами.

Террадор успел развести костер и поджарить свои небольшие запасы кроличьего мяса, но, как ему казалось, этого должно было хватить им на пару дней, а когда кончится — настреляет дичи.

Повязки с глаз малышек были сняты, но от этого им лучше не стало — они сидели, прижавшись друг к другу, держась за потные ладошки, и не отводили глаз с их похитителя.

Террадор хотел бы им все объяснить, да не мог, он ведь убийца, монстр в глазах этих детей. Когда кролик был приготовлен, игрок протянул девочкам их порции, но они лишь косо взглянули на мясо. Неудивительно. Тогда он предпринял вторую попытку, встав и направившись в их сторону, но остановился, когда они рванули от него вглубь леса. Сообразив, что произошло, игрок выругался про себя трехэтажным матом, коим неплохо владел, и побежал за детьми.

Догнал их быстро — у девочек все-таки ноги коротки еще для того, чтобы они могли соревноваться со взрослым парнем. Террадор снова начал их связывать, но в этот раз последовало сопротивление со стороны детей — они кусались и царапались так рьяно, что у игрока остался один зуб в руке.

Но вот дело сделано, они снова у костра, но в этот раз малышки связаны. «Если бы взглядом можно было бы убить, то я уже превратился бы в пепел» — думал Террадор. Детки прям сверлили его взглядом.

— Эй, вам поесть надо… — начал было игрок.

— Да пошел ты! — прервала его девочка, чей зуб еще долго выковыривал Террадор. Следом она показала ему язык, а вторая начала имитировать звук пердежа.

«Лучше бы я оставил их следопытам. Наглые мелкие морды» — сомнения начали вкрадываться в голову игрока.

— А ну цыц! Ешьте! — не выдержав парочки оскорблений от детей, Террадор кинул в них мясом.

Крольчатина ударила малышек по лицу и упало на землю. Девочки сначала переглянулись, посмотрели на мясо, опять переглянусь и направили свой наглый взор на игрока.

— Руки, — сказала малышка с хвостиком и челкой на лбу.

— Что руки? — спросил удивленный игрок.

— Связаны, — ответила вторая девочка с косичками.

И тут до игрока дошло. Ему стало смешно от своей тупости так сильно, что он засмеялся в голос. Детишки не поняли причину его смеха, страх опять завладел им. Если до этого они почувствовали свое превосходство над похитителем, несмотря на всю ситуацию, то сейчас его лицо, искаженное смехом и тенями, что отплясывали вальс, вернуло все как было.

Перестав смеяться, Террадор сделал суровое лицо, стараясь выглядеть более угрожающим.

— Так-с, юные люди, давайте проясним ситуацию, ладушки? — прокашлявшись, он продолжил. — Я развяжу вас, это без проблем, но в этом случае у вас будет два выбора: убежать или остаться.

На лицах девочек пробежала легонькая тень надежды.

— Но, если вы убежите — я уже не стану вас догонять. Кто знает, на кого вы наткнетесь, дикие звери вас растерзают или… следопыты? — Террадор замолчал и стал наблюдать за реакцией девочек.

Сначала радость, затем непонимание,страх и отчаяние заполнили сердца детишек.

— А теперь про второй вариант — вы можете остаться со мной. У вас будет еда, вы будете… в безопасности. Я доведу вас до Бри, а дальше мы с вами разойдемся и бо-о-ольше никогда не увидимся. Ну, что выберете?

***

Дети успели поесть и улеглись спать, прижавшись друг к другу. Террадор лежал на противоположной стороне костра, он не мог уснуть — день выдался насыщенным. Постепенно, чувство вины стало пропадать, Террадор не старался спрятать его глубоко в душе, а оно просто растворялось.

Ночь оказалась прекрасной — луна была такой яркой, как никогда за эти недели теста. Звезды расстилались прекрасными жемчужинами, что услаждали взор путников.

Террадор прокручивал в голове события сегодняшнего дня. Мысли о трех девочках, что ему удалось спасти, грели игроку сердце. Губы самовольно растянулись в улыбке.

Он услышал какой-то шорох, обернулся и увидел гневное лицо маленькой девочки. Она нависла над игроком, держа что—то в руке. Сталь блеснула размытым бликом. Нож. Она вскрикнула и опустила руку так сильно и быстро, что даже Террадор был удивлен ее прыткостью.

И вот, нож приближается к груди игрока. Все ближе и ближе, а крик все громче. Но кровь сегодня не прольется — Террадор одной рукой поймал маленькую ручку девочки-непися, а другой дал ей пощечину.

Девочка бы упала, но игрок держал ее за руку. Тело непися обмякло, щека покраснела, а на глазах выступили слезы. На фоне кричали двое других детей. Террадор отпустил девочку, она упала на пятую точку и потупила свой взор.

Игрок встал над ней, держа нож в руке. Опустился на корточки и легонько потрепал по волосам. Когда он дотронулся до девочки, то она вздрогнула и, казалось, задержала дыхание.

— Послушай, вы тоже слушайте, кхм, дело в том, что я… бессмертен, так что, убив меня, я вернусь и буду мстить. Вам это надо? — чуть отдышавшись, игрок продолжил. — Кстати, следопыты, с которыми я был, тоже бессмертны, так что, девочки, забудьте о мести, забудьте вообще обо всем и начинайте жить по-новому. Ну, или зациклитесь на мести, прожгите свою чудом уцелевшую жизнь ни на что и умрите. Все просто, не правда ли? — Террадор выбрал стратегию плохого парня, что ему еще остается то?

Он убрал руку с головы девочки, еще раз потрепав ее светлые волосы, и протянул нож ручкой вперед. Малышка взяла сверкающую сталь, молча смотрела на нее.

— Б…бессмертных не б-бывает, — процедила сквозь зубы девочка с красной щекой.

Проклиная всех Богов, которых Террадор вспомнил, вздохнул. Он посмотрел девочке в глаза, она даже не отвела взгляда. Она вырастет сильной женщиной. Если не станет сама для себя погибелью.

— Да ну? Невидимых людей тоже, но почему-то следопыты не видимы обычному взору, — Они стояли молча, не отводя взгляда, лишь вторая малышка, прижавшись к третьей девочке, нервно всхлипывала. — Когда мы доберемся до Бри, я позволю тебе убить меня. Вот этим ножом. Но до того момента тебе придется пообещать мне, что будешь слушаться меня. Идет?

Террадор протянул девочке руку. Время текло для них двоих медленно, настолько, что казалось, будто оно совсем остановилось.

— Г-гольда…

— Что?

— Гольда. Мое имя, — девочка пожала руку игрока с огнем в глазах. Видимо, что уже представляет, как будет прибавлять дырки в теле игрока.

— Террадор.

***

В мыслях заключенного

Открыл глаза, но ничего не видно — кромешная тьма. Попытался пошевелиться — звон металла. А что произошло то вообще? Стараясь вспомнить события минувшего дня, у игрока разболелась голова. Как же больно.

А, точно. Грабеж деревни, конница рохиррим и вот, он тут.

Глаза немного привыкли к темноте. Энсэйд увидел, что помещение маленькое, очень, а сам он прикован цепями к стене.

«Я в дерьме…» — подумалось игроку.

Послышался шорох. В комнате появился небольшой огонек. Словно солнце, вокруг которого вращаются планеты, но тут, здесь и сейчас, комната вращается вокруг него.

— Так это он, тот ублюдок? — послышался первый голос со стальными нотками.

— Да, этот черножопый был там один. Он настоящий слабак. Никого даже не ранил, — второй, более молодой, судя по голосу, отхаркнулся в сторону игрока.

— Ну что ж, тогда начнем.

Звон бьющихся ключей друг о друга отдавался эхом. Раздался треск и что—то распахнулось, скорее всего, железная решетка, так думал Энсэйд.

— Эй, черномордый, ты нас понимаешь?

— Да с чего ему понимать нас? Он же дикарь с песков. Тьфу!

— Я… вас... прекрасно понимаю, — голос игрока дрожал, а сердце билось так быстро и сильно, что казалось оно не выдержит такой нагрузки.

— Так даже проще будет. Мы зададим тебе пару вопросов, надеюсь, ты не против.

— Да у него и выбора то нет!

— Успокойся, — серьезным тоном произнес мужчина со сталью в голосе. — Ну вот, теперь мы продолжим. Ты атаковал ту деревню, в которой тебя нашли?

— Нет… — еле выдавил из себя игрок.

— Точно? Ты уверен?

— Да.

— Эдон, подай мне инструмент, — в руки мужчины попало что—то очень длинное.

И крепкое. Мужчина ударил Энсэйда в ребра, да так, что они завыли громче игрока.

— Эдон, разожги печь. Итак, повторим, ты был среди тех, кто разграбил нашу деревню?

— Отвечай, мразь! — молодой парень подошел к печи, но обстановку накаливал он лучше.

Энсэйд молчал, его ребра горели от боли, а глаза щипало от накатившихся слез. Он не знал, продолжать настаивать на своей лжи или сказать правду.

Удар. Но уже он пришелся по коленной чашечке. Нога подогнулась, казалось, неестественным образом. Крик вырвался из груди игрока, отдавшись в больных ребрах.

— Я не слышу ответа. Следующим ударо…

— Да! Да-да-да! — не выдержав, закричал Энсэйд.

— Вот так бы сразу. Пойми, мне и самому не приносит это удовольствие, но мы должны во всем разобраться.

— Убейте меня, пожалуйста… — сдерживаясь от всхлипа, сказал игрок.

— Убить? Нет, мы тебя не убьем, не бойся, но тебе нужно нам помочь понять что произошло. Кто был еще с тобой?

— Следопыты. Следопыты и я, — о Террадоре энсэйд умолчал.

— Так, хорошо. Видишь, тебя никто не будет бить, если ты будешь отвечать на наши простые вопросы.

Чуть вдали от мужчины, огонек разлился, стал больше и яростнее. Печь. Паренек засунул в нее железную палку. Все нутро игрока сжалось, представляя, как будет гореть его плоть.

— Следующий вопрос: где остальные?

— Я… я не знаю. Правда! Прошу, поверьте! Я не хотел в этом участвовать! Я не знал, что будет! Они ушли оставив меня! Пожалуйста! Это правда!

— Да-да, я верю тебе. Выжившие есть?

Игрок вспомнил маленьких девочек.

— Да, есть. Три девочки, они со следопытами! Я могу помочь найти их!

— Ага, ясно. Ну вот, видишь, ничего страшного не случилось.

Мужчина развернулся и пошел к выходу. Энсэйд обрадовался, боль будто бы прошла от этого.

Дверь закрылась за мужчиной.

— Эдон, делай что хочешь.

— Ага.

Что? Почему парень не ушел? Что значит, делай что хочешь?

Эдон достал железный прут из печи. Его кончик был раскаленным до красного цвета.

— Знаешь, в той деревне жили мои родные.

Раскаленный прут вонзился в правый глаз игрока. Запахло мясом, потекли слюни. Игрок кричал, как никогда в своей жизни.

***

Время. Как же оно относительно! Эта камера стала для меня такой же естественной, как клетка для хомяка или какой еще другой живности… Столько времени прошло, что из моей памяти стали пропадать картины изумительных пейзажей этого выдуманного мира… и моего. Моего мира? Ах да, это же игра. Игра ведь?

— Эй, кусок мяса, пора обедать.

Эдон. Это его голос, его силуэт мерцает от огня в печке. Сначала он кормил меня едой для свиней, какой-то травой, мерзкой на вкус, от нее хотелось блевать. «Но теперь он кормит меня мясом. Моим собственным мясом…»

***

Темнота окутывала камеру, и лишь негромкие завывания игрока пронизывали ее. После завывания пошел скулеж. Эдон постоянно смеялся над Энсэйдом, что даже псы так не могут скулить. Но его насмешки были самым безобидным, что происходило в этом замкнутом пространстве.

После того, как глаз игрока был выжжен, надзиратель стал вырывать ногти и забивать в мягкие ткани, то щепки, то гвозди. Когда все 20 пальцев были, таким образом, изуродованы, то он стал их резать, рубить, кромсать. Но это было еще не все, Эдон стал вырезать куски мяса из его рук, сдирать кожу.

Энсэйд, чтобы не сойти с ума от этой боли, вспоминал свой дом, родных, перечислял имена всех его друзей и знакомых. А когда они закончились, то стал перечислять города. Но и они не бесконечны. Что же бесконечно? Цифры! Он перешел и на них.

— Что ты там мямлишь? А? Говори громче!

Раскаленный прут соприкоснулся с еще одной окровавленной частью тела игрока. Игрок не сразу понял для чего это нужно, почему именно в кровоточащие раны он бил огнем, но под пытками мозг начинает работать так, как не работал до этого никогда. С толикой безумия. Эдон пытал и спасал его таким образом. Раны переставали течь кровью, что увеличивало шансы на его выживание. Он не хочет убить его так быстро. Это слишком легко.

— Два…двадцать пяаать… тыс-с-сяч..

— Что? Я не слышу, громче!

Прут вознесся к потолку, будто к Богу, взывая покарать грешника, а потом опустился так быстро, будто Всевышний и вправду помог ему.

— А-а-а! — после крика было слышно лишь негромкое шипение, которое раздавалось от кожи, булькание и скулеж игрока.

— Сколько ты там насчитал? — невозмутимый голос Эдона казался самым громким, что когда-либо слышал игрок.

— семь…со-о-от… пя-а-ать...

— Молодец, завтра мы побьем этот рекорд.

На этом и закончился первый день пыток. Надзиратель был покрыт кровью игрока, а с его лица не сходила улыбка безумца, что получает от этого удовольствия.

— Го…госпо-о-оди!..

На следующий день никто не пришел.

***

Лишь на третьи сутки, после пыток пришел Эдон. До этого игрока посещал лишь мужчина, что подкармливал его блевотной травой и водой не первой свежести.

Спустя сутки, боль стала слабой, почти неощущаемой. Даже его глаз, казалось, перестал болеть фантомной болью.

На вторые сутки боль совсем ушла. Игрока начал сходить с ума, это точно, иначе никак не объяснить то, что он может шевелить своими отрубленными пальцами.

— Ха-ха-ха! — словно торнадо, раздался смех игрока.

Вот и настали третьи сутки…

***

— Ты только посмотри на эту тварь, Гарл, он отрастил себе пальцы, — Эдон схватил за волосы игрока и подтянул к факелу. — Да он даже глазом новым обзавелся! Вот же урод! Не зря вы, черножопые, поклоняетесь своей ящерице! Тьфу! — плевок попал прям в отрегеневший глаз.

— Будет тебе, Эдон. Кончай с ним уже и дело с концом, — поморщившись, сказал Гарл. Он был тогда с Эдоном, это он проводил допрос. Он хотел покончить с Энсэйдом не для блага игрока, но для Эдона. Он считал, что тот сходит с ума еще хуже, чем их пленный. Это было видно по его взгляду.

Не зря же говорят, что глаза — это зеркало души? А что в таком случае отражается в глазах игрока?

— Ну уж не-ет. Я так просто не дам ему умереть. Это слишком легко для него.

«Я был прав. Смерть для меня это слишком легко, в его понимании, но… Я так хочу умереть! Я же возрожусь и все! Проснусь снова в Тол Фуине и забуду это, как ночной кошмар! Да, смерть — это мое спасение!» — отчаянно думал Энсэйд.

— Что ты делаешь, Эдон?

— Как что? Готовлю ему обед.

— Из… пальцев?

— О да! Его пальцев! Его мяса и его проклятой кожи!

***

После этого он и начал кормить меня мною. Он приходил раз в три дня. В три ли? Не знаю, я уже не понимаю. Время стало течь для меня по—другому. Или, быть может, оно всегда было таким, просто я тогда этого не мог понять.

Моменты, когда я был один, казалось, проходят за минуты, но когда приходил мой надзиратель, то они длились годы. Годы пыток и мучений. Все повторялось из раза в раз: глаза, о да, теперь он выжигал мне оба глаза, отрезал нос и уши, выдирал зубы и ногти, кромсал и резал меня где только мог, а потом все мои раны обрабатывал огнем.

И все, что он мог зажарить в печи, он жарил, а потом скармливал мне. Это было ужасно! Как я могу есть сам себя?! Сначала я так и думал, но желудку не прикажешь. От запаха жаренного мяса у меня текли слюны, ныл живот. Я хотел это побороть, но… не смог.

В первый раз я не чувствовал вкуса, но с каждым последующим, я стал понимать, что мясо отдает сладким…

— Ха-ха-ха! — кто-то засмеялся в этой темнице. Энсейд огляделся по сторонам, но кроме меня и Эдона никого не было. Это Эдон смеялся? Нет. Он смотрит на меня, как на сумасшедшего. Почему? А-а-а, я понял! Это я смеюсь.

— Чего смеешься, урод?

— Я сладкий! Ха-ха-ха! — мое мясо застряло у меня в горле, а потому мне пришлось начать откашливаться. А надо ли? Не-ет. Точно нет! Лучше уж я задохнусь и умру.

Удар пришелся по спине и кусок вылетел. Но избиение продолжилось…

Тогда на меня наконец—то снизошло озарение! Если меня не хотят убить, то я должен убить себя сам!

Но я же связан оковами, двигаться никак не могу…

Язык! Да, верно! Когда зубы снова отрастут, то я просто откушу себе язык, задохнусь и умру! Легче легкого!

***

У меня ничего не вышло… После этого, Эдон стал сам отрезать мне язык, чтобы я больше не пытался покончить с собой. Теперь я не мог больше считать…

Но должен сказать, что мы дошли до ста семидесяти восьми тысяч!

***

Кто-то опять пришел. Эдон, наверное. Но он ли это? Силуэт человека более высокий… Да и мантия до пола. И шляпа. Нет, это не Эдон…

Да и плевать, раз это не Эдон, то я могу хоть немного вздремнуть…

— Так это ты тот самый игрок. Я соболезную, что с тобой произошло… такое.

А? Он мне соболезнует? Он знает, что я игрок?

— Ты кто? — вырвался незнакомы голос из моего горла. Разве так звучит мой голос?

— Я Гэндальф Белый, Хранитель Мудрости, а заодно и Администратор. Я видел твою просьбу… это ужасно, что с тобой такое случилось…

Администратор?! Значит, я не зря написал админам!

— …Ты здесь находишься уже почти две недели, я и не предполагаю какие муки, испытания ты вынес, но…

Но? Всегда это но!

— … Я не могу вмешиваться в игровой процесс в качестве Администратора, приношу свои глубочайшие извинения…

Что?! Ты, гнида, не шутишь?! Ты пришел сюда, чтобы тупо извиниться передом мной и уйти?!

— …Но, в качестве обычного игрока, как и ты, я имею полное право вмешаться. Я смог воспользоваться своим статусом Истари, чтобы договориться с ними… о тебе.

Да ладно…

— Правда, это было очень тяжело даже для меня… Скажу честно, без утаек, они тебя не отпустят… Но, они убьют тебя. Сегодня. Так что, твои муки, считай, закончены. Поэтому, пожалуйста, не устраивай больше геноцид целых деревень.

***

Маг ушел также быстро, как и пришел. Ну, вот и все. Энсэйд так долго мечтал о смерти, но теперь, когда дата его казни была назначена, он не желал умирать.

Но что-то не так…

Бац!

«Красный — цвет крови»

Выберетесь из темницы и избежите казни.

Дополнительное задание: убейте надзирателей.

Дополнительное задание: убейте всех жителей деревни.

Награда: +100 к репутации Изенгарда

+100 к репутации Ангмара

+100 к репутации Мордора

+100 к репутации Харада

—500 к репутации Рохана

Штраф за невыполнение: смерть, обнуление пассивных навыков.

Времени осталось: 07:59:46

Что? Квест? Конечно же принять! Выбраться? А это возможно? Так, почему репутация к Хараду? Из-за моего цвета кожи, скорее всего.

Пассивные навыки? Да ну! Все это время они развивались у меня, но я не замечал их…

«Невосприимчивость к боли». Видимо, из-за частых пыток у меня выработался этот навык. Но как проверить?

Энсэйд начал пытаться вытащить руку из кандалов, что прибиты к потолку. Хрум. Получилось! Игрок, осмотрел свою руку. Она прямо перед ним, больше она не в цепях! Ха-ха-ха! Но есть и минус — пальцы переломались. Да это и не беда, после этих дней… Неужто прошло только 2 недели? Тоже самое он проделал и со второй рукой и двумя ногами. Свобода! Что там говорилось про надзирателей?

«Невосприимчивость к ядам». Скорее всего, этот навык выработался из-за травы, которой меня кормили, ацелас, вроде бы, и моего собственного мяса…

«Усиленные физические способности». Тоже из-за ацеласа… Что же это за трава для свиней такая?!

«Увеличенное здоровье и выносливость». Из-за постоянного снижения здоровья, оно увеличилось. Кто бы мог подумать, что пытки могут принести свои плоды?

«Ночное зрение». Из-за частой регенерации глаз и постоянного нахождения в темноте, теперь я вижу всегда как днем. Это очень полезно.

***

Игрок висел на кандалах, когда Эдон зашел в темницу.

— Пф, тебе, уроду, повезло. Ты так часто молил меня о смерти, что твой чешуйчатый Бог услышал твои мольбы. Сегодня ты умрешь, но до этого у нас есть еще пару часиков, чтобы повеселиться. Это так здорово, не правда ли?!

Надзиратель приблизился почти вплотную к игроку. Он смотрел в измученное лицо своего пленного, запоминаю каждый изгиб его лица, чтобы после того, как его повесят, сравнить. Будет ли на лице убитого гримаса радости?

Но не прошло и двух секунд, как игрок высвободился руками из кандалов и схватил Эдона так сильно, что у того перехватило дыхание. Сильнее. Еще и еще. В конце концов, меньше чем за минуту, рохиррим потерял сознание.

Когда Эдон очнулся, то в кандалах уже был он, со сломанными пальцами. Энсэйд сидел на карточках у печи, держа в руке железный прут.

— Что происходит? — рохиррим еще не до конца смог осознать произошедшее.

— Эдон, ты сказал, что у нас есть еще пару часов, чтобы повеселиться, я правильно же помню?

Тут до паренька и дошло. Он стал кричать и звать на помощь, но ведь итак очевидно…

— Никто не придет тебе на помощь, ты же знаешь это.

Энсэйд достал уже раскаленный прутик из печи, направился в сторону своего мучителя.

— Но знаешь, чтобы не сойти с ума, достаточно лишь считать. Мне это помогало, но ты взял и отрезал мне язык. Тебя же я лишать такой радости не стану.

Прутик вонзился в глаз Эдона, создавая клубы пара, выжигая находящееся внутри глазницы.

— Знаешь, запах горелой кожи вызывает у меня аппетит. Я тут знаю один рецепт приготовления мяса…

***

— Руку вплотную к подбородку, да, вот так. Мы же с тобой это уже столько раз все проделывали. Вот! Мышцы то помнят! Отлично, ты молодец. Левую руку чутка выше. Не-ет! Это правая. Ах…

— Вот так? — напряженно спросила Гольда.

— О, теперь все правильно. Просто не забывай, что право с той стороны, где у тебя рука ведущая. Ты же помнишь значение этого слова?

— Да! — уже раздраженно ответила Гольда.

— Ой, да не злись ты. Я же тебя тренирую, так что слушай, что я говорю, запоминай и делай. Все просто. Так, хорошенько прицелься. Задержи дыхание, сконцентрируйся. Во-о-от. А теперь стреляй! — скомандовал Террадор.

Стрела взревела, полетела к цели — оленю. Но что-то пошло не так, и Гольда лишь ранила зверя.

— Черт… — пробубнила девочка с внешностью шестнадцатилетки.

— Ты немного ошиблась. Ты должна быламгновенно, одновременно и полностью расслабить пальцы, удерживающие тетиву. При соблюдении этого условия тетива, как бы сама, раскрывает полностью расслабленные пальцы и сходит с них с минимальным отклонением от плоскости выстрела.

— Что?

— Эх… Просто не забывай так делать в следующий раз. Я про пальцы. Ладно, пошли искать оленя.

— А? Мы за ним пойдем?!

— Ага, кушать же что-то нужно.

Террадор шел спереди, а Гольда, чуть позади, следила за тем, что делает игрок, и как он это делает. Он обучал ее охоте и выслеживанию. Это был последний этап тренировок.

— Гольда, — позвал девочку игрок. — Смотри. Что ты видишь?

— Ну-у, ничего, — неуверенно ответила девочка.

Игрок вздохнул, вспомнил день, когда взял квесты на этих малышек, что уже успели подрасти, и пожалел о своем решении.

— Ну смотри, тут ничего сложного, — чуть помолчав, игрок продолжил — Первое, на земле небольшой след от его копыта остался. Видишь эту грязь? Да, она самая. Это след нашего оленя.

— А с чего ты решил, что нашего? Вдруг второй, целехонький, пробегал?

— А вот тут мы перетекаем плавно ко второму: видишь на листьях и травах небольшие капельки крови? Вот они и указывают на то, что зверек наш.

Они отправились дальше за зверем, по его следам. По началу Гольда молчала, когда Террадор ее начал снова спрашивать о следах и других зацепках, но с каждым разом ее глаз видел все больше и больше. Ближе к концу своего похода, девушка и сама все объясняла, не дожидаясь вопросов от игрока.

— Далековато мы ушли, — Заметила Гольда.

— Не страшно, еще только утром. И помни: завтрак — это…

— …самый важный прием пищи. Бла-бла-бла.

Игрок остановился, серьезным взглядом посмотрел на девушку, которая просто не понимает, что сейчас произойдет. Она незаметно приготовила охотничий нож.

Но Террадор не стал ничего такого, что могло бы причинить ей вред, делать. Вместо этого, он положил свою руку ей на голову.

«Сильная…» — подумалось Гольде.

Потрепал ее волосы цвета золота, они были собраны в хвостик. Девочка, в этом возрасте, напоминала Террадору его сестрёнку. Маленького непоседливого дьяволенка. Может, из-за почти одинакового характера с ней, он и смог с ней так хорошо поладить, ведь с двумя другими нет таких отношений. Он не может просто взять и потрепать их волосы вот так нежно, словно родную сестру.

— Ты молодец, Гольда, — игрок по-доброму улыбнулся ей.

Он пошел дальше, не оглядываясь на подростка. Она была удивлена. Она готовилась к сражению, кровавой бойне. Да даже к самому худшему!

Бр-р… Воспоминания о доме и маме нахлынули. Даже к этому она была готова.

А тут… Это выбило ее из колеи. Она всегда знала, что Террадор относится к ней не так, как к ее подругам, но все же. И что ей теперь чувствовать? Как ей относиться к игроку? Она не знала…

— Так, Гольда, смотри внимательно. Вот он, твой первый олень. Тебе придется добить его.

— ЧТО?!

— Ты должна уметь убить, хотя бы животное.

***

Они шли молча. Гольда с опустошенным взглядом и сердцем, а игрок с полной сумкой оленьего мяса, самых лучших его частей.

— Знаешь, а ты неплохо справилась для первого раза. Правда, если бы ты не рыдала, как девочка, бубня «Прости», то было бы лучше, — Террадор решил прервать молчание и пошутить на эту тему, надеясь, что так сможет разрядить обстановку.

— Да пошел ты знаешь куда?! — взревела на него Гольда, выхватив охотничий нож.

— Воу-воу, понял. Никаких шуток, — они уже продолжили идти дальше, как он решил добавить. — Прости.

Подросток посмотрел на игрока взглядом росомахи, что вот—вот накинется на свою жертву, чтобы растерзать ее.

Почти весь остаток пути они шли молча, даже не смотря в сторону друг друга.

— Гольда, подожди, давай сделаем привал, — в самом конце пути, сказал игрок.

— Ты совсем уже, что ли, спятил?! Тут осталось то идти! Давай-давай, шевелись! — кричала на него девочка.

Но как только она увидела его серьезное лицо, этот серьезный взгляд, то поняла, что сейчас не время для таких слов. Сейчас он опасен больше всего. Надо быть готовой!

Террадор снял сумку и положил ее под ближайшее дерево, а сам сел неподалеку от него в тенек. Также поступила и Гольда.

— Знаешь, я хочу у тебя уже последние пару дней спросить кое—что. Можно?

— Просто задавай уже.

Игрок вздохнул, глубоко вздохнул и начал:

— Почему я еще жив? Я научил тебя и твоих сестер охоте, сражениям. Научил выживать в лесу, ориентироваться по звездам, да даже мху!

Он опять замолчал. Глубоко вздохнул.

— Вы уже можете прожить самодостаточно и без меня, так вам, наверное, даже лучше будет. Так почему? Почему я ещ…

— Еще жив? — этот вопрос был для нее еще большей неожиданностью. Что ж сегодня за день откровений такой?

А ведь правда, почему? Гольда и сама не знала почему. Да, он был причастен к аннигиляции ее деревни, но он взял ее и двух других девочек, можно сказать, что спас. Все это время он был рядом. Оберегал, учил их. Можно сказать, что заменил отца.

Но он был причастен ко всему тому дерьму!

Так что же ей чувствовать?

— У нас… уговор, — точно, он жив из—за уговора! Вот так ниточка, за которую она может ухватиться. Нет у нее никакой привязанности к убийце ее родителей.

— Вот как.

***

Вчетвером они продолжали путь. Оставалось совсем немного — дней 5-6 пути. И квест выполнен, детишки спасены, а он отправится дальше блуждать по этому нереальному, но чертовски реальному миру.

Интересно, как там Энсэйд? Ну, этот парень точно не пропадет.

А что насчет следопытов? Наверняка, эти доходяги уже не одну деревню разорили. Да и черт с ними, кто-нибудь да разберется с ними.

Погода, на удивление, была сегодня прекрасна! До этого шли лишь одни дожди, но сезон гроз кончился. Лужи уже все высохли близ дороги, но ближе к лесу начали образовываться небольшие болотца. Но и они не будут долгожителями.

Только подумать, за такое короткое время три малышки превратились в своенравных подростков, каким был и сам игрок. Но есть одно но — он не переживал то, что случилось с ними. Такого и близко не было.

Он привязался к ним, а их голоса были мягкими, словно бархат. Эдра, Гольда и Рона. Гольда была старшей среди них и больше всех общалась с Террадором, а Эдра…

— И куда это вы путь держите? — его думы прервал басистый голос полуголого мужика. Куда ни глянь, а у него отовсюду торчали клинки самых разных размеров.

— Да так, домой идем с охоты, — ответил игрок, схватившись за кинжал за спиной. Девочки это заметили и сделали то же самое.

— А где дичь? — усмехнулся головорез. Только сейчас игрок заметил, что он не один.

Над их головами нет ни ник-неймов, ни фракций. Неписи, значит.

— Да не повезло нам как-то, сезон неудачный.

— Да, понимаю. У нас также.

— Тоже охотники?

— Почти, но у нас своя охота. Разбойники. Мародеры. Убийцы. Вот, стоим то тут, то там, ждем дичи.

— А, понятно.

Наступило молчание.

— Вы нас не пропустите? — поинтересовался игрок, заранее зная ответ.

— Не-е, не получится. Мы тут уже давно стоим, надо хоть что—то заработать.

— У меня есть немного монет…

— Да тут и не в монетах дело, — взгляд разбойника обратился к девушкам, а на лице выступила отвратительная улыбка, что обнажала его коричневые зубы.

— Ясно.

Игрок, быстрым движением, кинул кинжал в мужика. Это было так быстро, что последний даже и не понял, что произошло, когда он вошел в его плоть по рукоять в районе плеча. Промазал. Опять. Ну, ему не привыкать. Благо он косит лишь с оружием, а другое его «оружие» всегда попадает в цель. Хех. Он посмеялся про себя от такой шутки, что привело в недоумение его противников.

Как он может шутить, хоть и в голове, в такой момент?

Завязался бой. Четыре на четыре, так что и девушкам пришлось сражаться. Да, они слабее физически, опыта у них нет в таких делах, да и нервы могут сдать… Черт! Надо поскорее покончить со здоровяком!

Одна рука того, благо, была уже дееспособной. Отлично! Не все потеряно! Времени на стрельбу из лука не было, поэтому пришлось обнажить клинок. Выпад, второй, парирование, отскок назад. Сильный малый ему попался. Даже с одной рукой он мог легко заставить его отступать. Но он слишком неуклюжий.

Террадор дождался, когда здоровяк будет наиболее неповоротлив. Нанес колющий удар прямо в живот. Меч прошел его насквозь, проливая лужи красной жидкости на землю. Брызги запачкали его. Мерзость.

Тут ему вспомнился запах горелого дерева, горелых трупов. Желудок начал подниматься к его горлу…

— А-а-а! — кто-то вскрикнул. Игрок обернулся в сторону крика и увидел Эдру лежащую на земле с окровавленной рукой, а на дней, словно грифон, наседал разбойник.

Игрок, не думая, ринулся к ней на помощь. Здоровяк обмяк и упал на землю. Клинок так и остался торчать у него из живота.

Он подоспел в тот самый момент, когда бандит уже заносил меч для последнего удара. Бах! Они с ним уже на земле, меч улетел куда-то вдаль. Террадор, со всей яростью, которую только смог отыскать в глубинах своей души, принялся превращать лицо своего оппонента в кашу.

Гольда быстро разобралась со своим дуэлянтом. Игрок хорошо ее обучил, а она его слушала. Все те уроки, что он преподал ей, не пропали даром. Все те замечания, на которые она так бурно реагировала, вспоминались очень быстро.

Она направилась на помощь к Роне, но и та была уже в победителях. Рона самая пластичная и вертлявая среди них. Любая акробатка бы позавидовала бы ей.

— А-а-а! — вскрикнула Эдра.

Две девушки оглянулись на нее, но увидели лишь то, как Террадор месил последнего разбойника. Брызги крови и мозгов обагрили лицо игрока, что лишь наполнило и без того неспокойные души воспоминаниями…

Гольда сбевала. Она надеялась, что вместе с рвотой ее покинут и воспоминания. Как бы не так! Вместо этого она осознала, что только что и сама стала убийцей, тем, кого так ненавидела и презирала в своей душе.

Рона в этот момент помогала Эдре сесть, чтобы можно было хоть как-нибудь ей оказать первую помощь.

Террадор, не оставив от головы своего оппонента ничего, пришел в себя, пытался нормализировать дыхание, чтобы очистить свою голову от пагубных мыслей.

Он взглянул на Эдру. У той была рассечена рука до кости в области предплечья.

— Сейчас бы сюда Энсэйда…

***

Свет ворвался в мрачную каменную комнату. Вместе со светом сюда прибыл и звук шагов. Топ-топ, топ-топ. Мужчина, вошедший в темницу, был крупненьким, так, чуть-чуть.

Гарл отворил решетчатую дверь, зашел в королевство темноты. Он пока что различал лишь два силуэта: надзиратель и, как обычно, пленный. Но было что-то странное в них.

— Эдон, время поджимает, заканчивай.

В ответ на это Гарл услышал лишь слабый писк.

— Эдон? — в голосе мужчины чувствовалась настороженность.

— Эдон уже закончил, Гарл, — голос казался незнакомым. Это выбило старика из колеи.

— Кто…ты? — рохиррим боялся задать вопрос, поскольку знал ответ.

— Черножопый, — Энсэйд встал на ноги и повернулся к старику.

Гарл попятился назад. Он был не в силах что-либо выдавить из себя. Да и время сейчас не для слов, но для дел. Надо бежать, предупредить об этом и с подмогой уже завалить гада! Да, именно так.

— Стоять! — холодным, словно сталь, голосом приказал игрок. — Сейчас у тебя имеется лишь два пути — подвергнуть всех Великой каре моего Божества, либо выполнить мои требования. При втором варианте погибнет лишь один мученик — герой — Эдон.

Бронзовокожий пленник, некогда, опасен. Его нельзя ранить — он восстановится. И после пыток, что Эдон с ним провел, он изменился и не в лучшую сторону. Гарл это понимал. Он буквально чувствовал каждой клеткой… кодом своего тела.

— Что тебе нужно? — подчиниться, точнее, сделать вид, лучшее решение. Обыграть противника в его же игре.

— Мы тут немного посекретничали с Эдоном… — игрок подошел к своему мучителю, обошел его сзади, проведя ладонью по отсутствующей щеке. Последний лишь издал писк и попытался съежиться, но цепи ему этого не позволили, издав звонкое цоканье. — Он поделился со мной, по секрету, что его сестра обладает великолепными данными. Он меня уверяет, что ее лицо так великолепно, что ослепляет своей красотой словно солнце, а фигуру без мата и не опишешь.

— Синэхильда? — неуверенно спросил Гарл.

— Абсолютно верно! Приведи ее, и остальные выживут. Даю слово.

— Какие гарантии того, что остальные выживут?

— Никаких. Но я не стал бы после всего пережитого заниматься скучным враньем.

Молчание. Гарл уже было собрался отправиться наверх, как холод пробрал его с головы до пят.

— По секрету и тебе скажу — я бессмертен. Я пророк Божий, его перст наказующий! А потому сам Великий Змий исцеляет мои плоть и душу! — голос игрока перешел на высокие ноты, а затем снова на бас. — На Юге меня называют Праведным Мечом Разящий Неверных.

«Что за бред?» — думалось Гарлу.

— Ну а теперь ступай, да поможет тебе Великий Змий.

Гарл развернулся и направился к выходу. Он весь трясся от страха. Вот оно, безумие.

— Только смотри, не ошибись в своем выборе, — уже на выходе игрок окликнул старика.

«Не ошибись в своем выборе» — будто он способен мысли читать! Черт, и что же делать? Как поступить в данной ситуации?

А что если толпой пойти на него? Нет, у него будет преимущество в узком пространстве. Дождаться пока он поднимется? Нет, без Синэхильды он будет сидеть внизу. Устроить засаду на него снаружи? Но тогда придется отдать ему Синэхильду. Он безумец, так что вряд ли сдержит свое слово. Расстрелять его с луков? Тоже не вариант. Там слишком темно, да и он всегда может прикрыться Эдоном. А если пожертвовать им? Нет, он там хоть недели может сидеть, поедая рохиррима!

А если он блефует и все это лишь приманка, на которую он собирается ловить своих жертв? Что же делать, какое решение будет правильным?

Гарл понял, что он слишком туп, чтобы принимать такие решения в одиночку. Потому он направился к Хранителю.

***

Энсэйд уже закончил с Эдоном, когда двое вошли в темницу. Благодаря своей пассивке, игрок увидел, что это Гарл и юная девушка. Истинная красавица!

— Ох, ты поступил мудро, Гарл. Сегодня Великий день! Но для начала закрой решетку, а ключи отдай мне.

Гарл так и поступил.

— Что ж, отлично, — игрок встал сзади Эдона, взял его голову за клок поседевших волос и приподнял, чтобы бывший мучитель смог увидеть, кто стоит перед ним. — Узри же, мученик Эдон! Пред тобой два героя, что готовы отдать за тебя жизнь! Ты должен быть благодарен им!

Раны рохиррима уже почти затянулись. Кожа покрылась мерзкими рубцами, небрежно залатывая кровоточащие раны. Хоть тело и лишилось лишних дыр, но недостающих частей не прибавилось.

— Э-эдон… Что здесь происходит, Гарл?! — вскрикнула Синэхильда. Она вцепилась в старика так сильно, что тому пришлось приложить усилия, дабы освободиться от ее хватки.

— Все будет хорошо, просто поверь мне, ладно? — ласковым голосом пропел Гарл.

Эдон промычал что-то невнятное.

Энсэйд обошел вокруг своего пленника круг, прошел к парочке новоприбывших и встал позади них, держа наготове небольшой топорик, которым Эдон отрубал ему пальцы фаланга за фалангой.

— Эдон, кого мне убить из них?

Этот вопрос поверг в шок всех находящихся внутри.

Гарл потерял дар речи. Энсэйд, видя замешательство старика, ударил его лбом по носу. Когда мужчина нагнулся, держась за нос, резким движением обошел его и вогнал топор тому в спину.

— А-а-а! — крикнула Синэхильда.

Эта девушка была настоящим олицетворением женственности, а ее руки были нежными, будто самый дорогой шелк. Сразу видно, что она никогда не поднимала ничего тяжелее столовых приборов.

Энсэйд отвесил ей такую сильную пощечину, которую только мог. Синэхильда упала на четвереньки, держась за рот. Одним лишь ударом игрок разбил ей губы и выбил пару зубов. Девушка отхаркала их с каплями своей крови. Все тело так дрожало у нее от боли и страха, что она не смогла сдержать свой мочевой пузырь.

— Эдон, слушай меня! Прямо сейчас я убью одного из них, а потом примусь за остальных жителей твоей проклятой деревни! Так что отвечай мне! Живо!

— Ублюдок! Меня! Убей меня, если тебе так хочется! Не тронь их! Прошу!

— Ты же, обещал… — собрав всю силу, что у него была, сказал Гарл.

— Ха-ха! Я не собирался заниматься скучным враньем! Ты посмотри как это весело! — игрок развел руки в стороны состроил безумную гримасу.

— Меня! Меня! Не их! Прошу тебя! — все не унимался Эдон.

— Эдон—Эдон… ты разочаровал меня. Эх. Не для этого я тебе не вырвал все зубы, не для этого, — грустно сказал игрок. Через мгновение продолжил. — Гарл сейчас на грани смерти, чуть промедлишь с ответом, и он умрет. Твоя сестра не в лучшем положении. Выбирай.

— Меня! Пожалуйста! Хоть всю деревню, но не их!

Энсэйд вздохнул. Слишком легко.

— Что ж, специально для тебя перефразирую. Кого ты спасешь?

— Убей меня! Убей меня! Убей мен…

— Надоело. Время вышло! — прервал его игрок.

Сначала Энсэйд решил прикончить старика. Он подошел к нему. Может оставить его так умирать? Он взглянул на Эдона, на его отчаянное лицо. Игрок улыбнулся. Нет, так дела не делаются.

Ensade вынул топор промеж лопаток Гарла и занес руку для удара.

«Малое исцеление». У игрока был класс жреца — хиллер. Этот навык он применил на Гарле. Его раны слегка исцелились. То же самое он проделал и с Эдоном до их прихода, но тогда ему пришлось применить «Среднее исцеление».

Гарл сделал громкий глубокий вдох, глаза широко раскрылись. Что это было?

— Я тебе солгал. Никакой я не перст Бога, — прошептал на ухо неписю игрок.

«Что?»

Но дальше порассуждать старик не смог. Удар. Еще удар. Голова Гарла покатилась к ногам Эдона. Тот лишь стонал на все это действие.

Энсэйд откинул окровавленный топорик в сторону и не спеша направился к Синэхильде. Он ждал реакции пленника, закованного в цепи.

Тот заметил это действие, а потому он выкрикнул первое, что пришло ему в голову.

— Оставь ее! Ты уже убил Гарла! Прошу тебя!

— Не-а, — пропел игрок. — Время да-авно уже вышло. Так что, тебе остается лишь пожинать плоды своих деяний.

Фиолетовые глаза уставились на девушку. Та все также стояла на четвереньках в луже собственной мочи, боясь даже двинуться. Ей казалось, что стоя неподвижно, этот монстр в человеческом облике ее не заметит, пройдет мимо.

Эдон продолжал что-то кричать, но уже неразборчиво.

— Хотя, знаешь, я сначала ее изнасилую, а потом убью. Да, так будет веселее, правда, Эдон?

— Нет, не смей! Ублюдок! Ублюдок!!! — не останавливаясь продолжал кричать рохиррим.

Синэхильда, понимая, что сейчас сама смерть дышит ей в затылок, собралась с силами и, достав кухонный нож с лодыжки, кинулась на игрока.

«Интересно» — подумал Энсэйд, прежде чем она смогла как-либо его ранить.

Движения девушки были слишком медленными, неровными, дрожащими. Она боялась и очень сильно. Но смогла превозмочь себя.

— А ты не так просто, мисс женственность, — словно танцуя с ней, уворачивался игрок.

И вот наступил роковой момент. Он схватил ее сзади, одной рукой держа обе ее руки, а второй, как нежный любовник, обнял своей сильной хваткой.

В такой позе они доковыляли до Эдона. Энсэйд поразился ее силе, было нелегко одновременно сдерживать обе ее руки.

Рохиррим смог увидеть лицо своей сестры. Слезы стекали ручьями по еще румяным щекам. Даже плачущей она прекрасна. На мгновение Эдон потерял дар речи.

— Кха-кха… — закашляла Синэхильда. Из ее рта брызнули капельки крови на лицо брата.

Девушка опустила голову, чтобы посмотреть, почему у нее так болит живот. А, это всего лишь рука игрока обнимает ее. Но Энсэйд убрал свою руку, и Синэхильда увидела торчащую рукоятку кухонного ножа в своем животе. Это увидел и Эдон.

Тело девушки стало невыносимо тяжелым. Игрок отпустил ее. Синэхильда упала на каменный пол. Ее зеленое платье окрасилось в алый цвет. Цвет крови.

— Нет! Нет! Нет!!! — кричал Эдон со слезами на глазах.

Игрок грустно взглянул на девушку, она была еще жива, мучилась. Он мог ее спасти, нужно лишь применить один навык. Ведь она ни в чем не была виновата. Но вместо этого он со всей силы ударил ее ступней по шее, сломав шею. Так тоже можно облегчить муки.

— Мир не справедлив, правда, в моем мире несправедливость немного другая, но не менее жестокая, — Энсэйд говорил это, сам не зная кому адресовывая эти слова, себе или Эдону, который не слушал его и продолжал нечленораздельно кричать.

Пора с этим кончать, время квеста на исходе. Лишь одним ударом он проломил грудную клетку непися. Тот закашлял кровью и умер.

Теперь пора и с деревней покончить.

***

— Ей все хуже и хуже. У нее жар, слабость. Почти не ходит уже… — глаза обволокли соленые слезы, Гольда еле сдерживалась.

— Придется ампутировать руку, иначе она умрет.

— Нет! — вклинилась в разговор Рона. — Не надо! Можно же что-то еще сделать! Пожалуйста!

Рона и Эдра сестры, а потому такая реакция вполне ожидаема. Рона старшая из них двух, но разница у них в минуты. Близняшки.

— Рона, выбора нет. Она либо умрет от заражения, либо лишится всего лишь руки.

Уже вечерело. После того, как Эдра получила рану, ей оказали первую помощь, но это не сильно помогло, поскольку никто из присутствующих не обладает необходимыми навыками. С каждым днем ей становилось все хуже.

За день до этого момента, она почти что не ходила уже. Террадор поочередно с девушками таскали ее. А сегодня ей стало совсем плохо. Надо поскорее решать эту проблему.

Розовый закат нежно покрывал равнину своим алым свечением. Погода просто прекрасна! Слабый ветерок приятно охлаждал потные и разгоряченные тела путников.

— Рона, посмотри на Эдру, нам осталось идти чуть больше дня, но если она до утра доживет, будет уже хорошо, — пытался убедить девушку игрок. Ему порядком надоело это, но что ему еще оставалось делать?

Точно! В его голове зародилась одна идея!

— Нет! Я не позволю вам ее искромсать! Особенно тебе!

— А если это сделает Гольда?

Взгляд насыщенных голубых глаз остановился на Гольде. Рона долго раздумывала над этим вариантом. Жесткий взор не давал Гольде покоя. А что если она согласится? Тогда ей придется заниматься этим… Нет, хоть бы она отказалась!

«Только не я, только не я, только не я….» — проговаривала про себя Гольда.

— Хорошо, — согласилась Рона.

«Нет!» — отчаялась Гольда.

Нет, она хотела помочь Эдре, но тогда придется отрезать ей руку. Гольда боялась. Лицо парнишки, которого она убила, приходило ей во сне. Каждый волосок, каждая родинка, синяк или фингал — все это она отчетливо помнила.

Девушка боялась того, что она сделает что-то неправильно, что Эдра умрет. Из-за нее. Тогда она тоже будет приходить ей во сне ради мести?

— Я… Я не могу! — выдавила Гольда.

— Если не ты, то никто этого не сделает! — все стояла на своем Рона.

Игрок вздохнул и понял, что пора действовать. Он подошел к приунывшей Гольде. Ее плечи сжались, а голова опустилась так низко, что могла бы носом достать земли. Террадор прошептал ей что-то на ухо.

Рона стояла с ножом наготове. Они что-то замыслили против нее. Ей не нравилось это.

После того, как игрок договорил, он вернулся обратно на свое место, к костру. Но Гольда изменилась — она улыбалась.

***

Прошел час, прежде чем они начали действовать.

Рона сидела рядом с Эдрой, протирая ее лоб от соленого пота. Гольда незаметно подкралась к ней и схватила сзади.

— А? Что ты делаешь? А ну отпусти меня! — Рона пыталась вырваться, но у нее не получалось.

В это время Террадор уже вливал алкоголь, который он забрал у бандитов, в Эдру. Это послужит хоть каким-то обезболивающим. А из инструмента лишь меч.

— Будет больно, потерпи, пожалуйста, Эдра, — мягким голосом сказал Террадор.

Та лишь промычала что-то невнятное в ответ.

— Нет! Не смей! — слышался крик Роны.

***

Уже стемнело, лишь языки пламени освещали их импровизированный лагерь. Ветер совсем стих. Ночь будет долгой и теплой.

Гольда сидела у костра и опустила голову между ног. Слезы текли рекой по ее милому лицу. Террадор находился напротив нее, лежал и глотал остатки спиртного, мерзкого спиртного. Лишь Рона сидела рядом с Эдрой в луже ее крови. Она кричала и плакала.

Рона что-то говорила своей сестре, но ни ее спутники, ни она сама не могли разобрать что именно. Своими стеклянными глазами Эдра пронзала темноту. Если кто-нибудь посмотрел на нее, то можно было бы подумать, что девушка пытается разглядеть далекие звезды. Но она не пыталась. Она больше ничего не видела, не слышала. Ее жизнь прервалась почти сразу после того, как она лишилась руки.

Попытаться стоило, хоть ничего и не вышло. Террадор стремился заполнить образовавшуюся пустоту у себя на сердце последними каплями алкоголя, но это все равно, что пытаться осушить океан.

— Это все из-за тебя! Из-за тебя! Ты убил ее! Мразь! — Рона встала и повернулась к игроку. Вся ее одежда была перепачкана кровью. — Ты смог забрать у меня даже Эдру! Ненавижу! — в руке девушке блестел металл. Нож.

Рона направилась к нему уверенной походкой. Гольда, сидевшая и проливающая слезы, все это видела и слышала. Что ей делать? Террадор продолжал и дальше развалившись смотреть в костер. Бутылка опустошена. Он что, ничего не собирается делать? Тогда же Рона его убьет! Надо что-то делать, надо…

— Гольда, ничего не делай, — раздался сильный голос игрока в тот момент, когда девушка уже вскочила на ноги.

«Что? Когда я успела встать?» — все свои действия Гольда будто бы не контролировала. Она опять не знает должна чувствовать.

Игрок нехотя встал и подошел к Гольде. Рона, видя это, застыла на месте, ожидая дальнейших его действий. Террадор приобнял Гольду за плечи, поворошил ее волосы цвета золота и прошептал на ухо:

— Ты выросла сильной. Я рад. Надеюсь, что я больше не смогу отравлять вам жизни. Прости за все.

«Что он несет?» — Гольда не понимала происходящего, все вокруг казалось лишь кошмаром.

Террадор отпустил девушку, выпрямился во весь рост, слегка показушно размялся, а после сложил руки на бока.

— Ну, я готов. Хочешь убить — убивай, только вот я бессмертный и смогу вернуться за тобой. Но это уже другая история… — игрок нарочно стал говорить в такой манере, чтобы Рона наверняка его отправила к точке возрождения.

Вот она уже идет к нему с ножом наготове. Сейчас Террадор умрет во второй раз. Как же он не хотел умирать! Это ужасное чувство пустоты во время возрождения, боль, что постоянно идет нога в ногу со старушкой смертью, холод… Бр-р-р!

Рона была чуть ниже игрока, но спокойно дотягивалась до горла Террадора. Именно так она и прикончит его — перережет горло. Взмах. Огоньки пламени играли на стали, преображая его в необыкновенно красивую вещь.

Гольда прыгнула на свою подругу. Вот они вместе лежат, одна на другой.

— Ты что творишь, дура?! А ну слезь с меня! — истерила Рона.

Гольда улыбнулась. Она поняла, наконец-то, что не смотря на все то зло, что причинил ей Террадор, она не хочет его смерти! Он провел с ней столько времени, столькому научил. Да, это глупо, тупо. Девушка прекрасно понимала, что совершает глупость, но что ей делать, если от мысли о смерти игрока у нее болит сердце?

— Кха… — хрип достиг уха Гольды.

Она обернулась посмотреть, откуда он исходит. Ее взоры предстала картина как игрок плюхается наземь держась руками за горло.

«Нет!» — радость сменилась страхом.

Она посмотрел на оружие. Адреналин ударил ей в голову, тело затряслось, а зубы отплясывали чечетку. Нож был покрыт кровью.

Гольда отпустила Рону и быстрыми движениями метнулась к игроку. Столько крови вытекло из горла игрока. Рохирримка плюхнулась на колени прямо в лужу алой вязкой жидкости. Она что-то кричала игроку. Какая-то бессвязная речь лишь вылетала из ее уст. Слезы текли не переставая, окрашивая в красный цвет глаза.

Рона смотрела на свою подругу с неприязнью, отвращением и… жалостью. Гольда с самого начала активнее всех общалась с игроком, постоянно была рядом с ним, а потому такой исход ее нисколько не удивил. Но ей было противно от того, что она смогла привязаться к игроку, к убийце их семей. Но только ли она привязалась к нему? Думается ей, что Гольда и сама не знает еще.

Гольда сидела и дальше рядом с игроком, но его глаза стали похожи на рыбьи. Прошла секунда, не больше, как на месте трупа образовалось небольшое надгробие с мечом игрока.

Девушка вскочила на ноги с криком. Но они подкосились, и она опять упала наземь. Как никогда до этого, ее тело обмякло от горечи сожаления.

— Давай похороним Эдру, — поднявшись на ноги холодно сказала Рона.

Гольда взялась за клинок Террадора…

***

Вы умерли! Ваш уровень снизился до 14!

Вы будете возрождены в Тол Фуине через: 3… 2… 1…

Вернувшись на Тол Фуин, Террадор пал ниц.

— А-а-а!

Он пытался отдышаться после возрождения. Никогда не сможет привыкнуть к этому. Никогда.

«Лишь бы они не переубивали друг друга…»

Бац!

Задание: «Доставить детей в приют Бри» провалено!

Бац!

Задание: «Доставить детей в Шир» провалено!

Бац!

Задание: «Худшая няня в мире» провалено!

Штраф за невыполнение: снижение уровня.

Внимание! Ваш уровень снизился до 9!

«Только этого еще не хватало…»

— И ты здесь, — голос сзади заставил Террадора невольно обернуться.

***

Топор, весь покрытый рыжиками — ржавчиной — различных размеров, от пару миллиметров до тридцати сантиметров, пронзил плачущие небеса своим бойком. Секундой позже, так стремительно опустился, будто сама молния. Лезвие вонзилось в голову, расколов ее пополам и до груди вонзившись в грудную клетку.

Надпись над головой «Хранитель» исчезла сразу после его смерти. Каша из мозгов и черной, как смола, крови разбрызгалась во все стороны, окатив игрока своей теплотой.

Тело непися с вонзенным топором сделалось мягким, как сено, и распласталось по полю смерти.

Это был сильный и опасный противник. Энсэйд выдохнул, по привычки оперся на левую ногу, но он упал. Ах да, игрок лишился своей икры со ступней во время сражения. А что насчет остального?Энсэйд осмотрелся. Не хватало еще левого предплечья.

Если бы не навык «Малого исцеления», которое остановило кровотечение и слегка подлечило его более мелкие раны, то даже с повышенными статами, он умер.

Какофония криков и визгов различных тональностей окутали поле смерти, покрытое внутренностями, конечностями и, конечно же, мертвыми надеждами на лучшую жизнь. Энсэйд повернул голову в сторону шума. Амбар, в котором воины рохиррим спрятали своих детей, не способных сражаться, и жен, горел.

Заметив этот уже почерневший от сажи и всепожирающего огня кусок деревянной коробки, игрок почуял запах жареного бекона.

Он убил их всех. Могучего Хранителя, что нанес ему большинство ран, некоторые из которых были бы смертельны для обычных игроков. Воинов. А также обычных фермеров, которые в жизни не держали оружия, но по долгу своего патриотического духа, или же ради любимых, выступивших против него с примитивных оружием.

А теперь еще и дети с женщинами. Все они умрут совсем скоро либо от пламени, либо от дыма. Да и плевать на них, это всего лишь кучка необразованных дикарей.

«Наконец-то они заткнулись» — радовался про себя Энсэйд.

Он хотел применить навык «Среднего исцеления», но выносливость уже была на пределе. А умирать он не хотел. Хватало и того, что кровоточащих ран у него не имеется. Надо отдохнуть.

Ах, как же дождь хорошо остужает разгоряченное тело!

Послышался какой-то грохот. А, это всего лишь амбар обвалился. Как же хорошо, что дождик мелкий, иначе всех этих бесполезных существ состоящих из кода ему пришлось бы убивать вручную.

Бац!

Задание: «Красный — цвет крови» выполнено!

Дополнительное задание: убейте надзирателей выполнено!

Дополнительное задание: убейте всех жителей деревни выполнено!

Получена награда: +100 к репутации Изенгарда

+100 к репутации Ангмара

+100 к репутации Мордора

+100 к репутации Харада

—500 к репутации Рохана

Ваши приобретенные пассивные навыки закрепились за персонажем.

О как. Значит, это были все его враги. Ну что ж, это замечательная новость. Лицо игрока расплылось в счастливой улыбке, однако…

«Что?!» — он услышал топот копыт. — «Только не снова! Нет! Я отказываюсь в это верить! Чертова программа! Проклятые строчки проклятых кодов в этой злое...»

Его раздумья, его отрицания происходящего прервали всадники рохиррим. Да это какие-то круги ада! Видать, Хранитель заранее весточку своим собратьям…

Снова придется проходить через все эти мучения! Нет, так не пойдет.

Всадники окружили чернокожего, о чем-то переговариваясь между собой, наставив на лежачего игрока свои копья.

Энсэйд уже собрался откусить себе язык и задохнуться таким незамысловатым образом, как коневоды начали падать один за другим, разбрасываясь своими фонтанирующими головами, словно домино.

Все стало на свои места, когда словно из воздуха стали материализовываться следопыты. Те самые, с которыми он разрушил первую деревню.

«А?» — не уж то он поехал своей кукухой? — «Интересно, как сладко было бы вот так сойти с ума?»

— Кого же я вижу! Мой бронзовый друг! — в деловитой манере поприветствовал King_Wolfmare.

— Ну, теперь он не совсем бронзовый, — преподнеся руку к подбородку, оценивающим взглядом истинного ювелира, изрек VolBoy и добавил. — Макушка-то седая!

— Ага… — тихо произнес игрок.

— Че это? — вопросил Альтаир.

— Я слышал, что королева Франции за одну ночь перед казнью тоже поседела. Может что-то подобное и здесь? — не остался в стороне и Zager.

— Вполне возможно. Только посмотри, что с ним сталось! — усмехнулся Кинг.

— Ха-ха… — иронизировал Энсэйд. — А вы-то сами что тут забыли?

— Да так, выпал нам квест на разорение 50 деревень Рохана. Ну и рабов с Хельмовой Пади надо захапать…

— И сколько уже разорили?

— Ни много ни мало, тринадцать. Эта должна была стать четырнадцатой.

— Хм, интересно...

— Это ты сам все учинил? В одну рожу?

— Ага.

— Ну ты зверь, конечно.

— Поможете?

— Что?

Все звуки разом стихли. Даже дождь перестал тараторить свою излюбленную песню. И разом все следопыты засмеялись.

— Ну нет уж, ты сам от нас ушел, так что, вини только самого себя, — холод так и веял со взгляда King_Wolfmare.

— Да пошел ты! — Энсэйд харкнул кровью и, если бы мог соплями, в лицо Кинга. На удивление всех, плевок долетел.

Следопыты забеспокоились за происходящее. Они отошли подальше от своего негласного лидера. Последний вытер со своего лица кровь. Презрительный взгляд пронзал своей ядовитостью Энсэйда. Если бы не пытки, то он бы забоялся Кинга, но в данный момент из них двоих страхом окутан именно следопыт. Странная атмосфера окутывала бронзовокожего игрока.

Это лишь еще сильнее разозлило Кинга. Страх перешел в ярость и гнев. С криком следопыт принялся чуть ли не скакать на лице Энсэйда, вкладывая в каждый пинок всю свою силу. Естественно, что голова игрока разбилась, словно спелый арбуз, а сам он умер, оставив на своем месте лишь надгробие.

***

Вы умерли! Ваш уровень снизился до 26!

Вы будете возрождены в Тол Фуине через: 3… 2… 1…

Черт! Как же не хотелось умирать! Это мерзкое чувство ничего, реальной пустоты. Но та боль, что была причинена игроку — ничто по сравнению с тем, что ему довелось пережить.

Ох этот Тол Фуин! Энсэйд скучал по нему во времена своего заточения. Тогда казалось все это для него таким родным… Ха-ха. Это так глупо! Но лица родных всегда всплывали во время пыток. Лишь сейчас Энсэйд подумал, что, возможно, именно они не позволили ему сойти с ума.

Игрок уселся у камня, полностью целый: рука и нога были на своем изначальном месте. Лишь черные рубцовые шрамы напоминали о произошедшем. Он мог их убрать в меню в редакторе персонажа, но решил оставить на память. Седая макушка слегка покачалась от ветерка, что принес с собой солоно-сладкий запах океана.

Глубоко вдохнув, Энсэйд неосознанно погрузился в мир грез. Ему снился родной дом, тот самый, из детства.

Бац!

Окно оповещения о новом квесте разбудил игрока, оторвал от сладости сна.

«Холодное блюдо»

Размозжите голову King_Wolfmare.

Дополнительное задание: убейте его приспешников.

Награда: + 100 к Хараду

Карта сокровищ.

Штраф за невыполнение: не имеется.

Времени осталось: не ограничено.

Что? Новый квест? Только этого не хватало. Так хочется просто отдохнуть.

Кто—то возродился. Знакомый силуэт. Этот незнакомец почему то упал на четвереньки и начал кричать:

— А-а-а! — знакомый голос услышал Энсэйд.

Игрок увидел очертания лица возродившегося. Тут до него дошло. Что же за ирония судьбы!

— И ты здесь, — проговорил монотонным голосом Энсэйд

Террадор обернулся и побледнел от увиденного.

— Ты… Энсэйд?

Terrador узнал Ensade’а лишь по ник-нейму. Его нынешнее тело было совсем другим, не таким, как при последней встрече. Одни лишь глаза, не излучающие ничего, кроме безразличия, чего стоят. А его седина с черными, словно обсидиан, рубцовыми шрамами, что блестели на солнце, по сравнению с его бронзовой кожей вгоняли душу игрока в пятки.

— Ага. Отрастил бороду?

Террадор забыл о ней, в путешествии с девочками он и не обращал внимания на нее. Засосало под ложечкой. Только бы Гольда не натворила глупостей.

— Да, так, немножко. В реале она не растет, так девственные усики, как говорится, но не больше.

Террадор услышал смех. Смех его друга. Друга же? Энсэйд смеялся не притворно, как никогда на этом сервере, в этом мире. Смеялся так сильно, что его челюсть свело, а щеки с животом начали болеть от непривычки.

— Пошли в таверну. Я пару монет запрятал у себя в комнате.

— Комнаты не снимаются по истечению срока? — удивился Террадор.

— Они даются каждому тестеру на безвременное пользование. А самое главное, что они под приватом. Хех. Помоги мне встать.

***

Таверна ничем не изменилась за все то время, что два игрока отсутствовало. Только людей стало чутка меньше. Но все тот звон и гул стоял, все те же стоны звучали со второго этажа.

Энсэйд и Террадор заказали себе по стакану пива. Они разговаривали обо всем и ни о чем одновременно. Делились байками и слухами, что до них доходили. Хохот от них исходил громким, как ни от кого другого. На них начали поглядывать другие игроки с явным раздражением. Но никто не решался к ним подойти.

Когда закончилось пиво, они заказали себе еще, потом еще, потом еще. Но деньги имеют свойство заканчиваться, это и произошло.

— Так, какие у тебя планы? — поинтересовался Энсэйд. Из-за «Невосприимчивости к ядам» он не смог опьянеет даже после нескольких кружек пива.

— В Бри отправлюсь, хочу кое-что проверить… — Террадор отвел глаза в сторону. Его напарник узнал этот грустный взгляд в никуда.

— Мне отправиться с тобой? — поинтересовался Энсэйд с надеждой на нормальное путешествие.

— Нет-нет, спасибо. Хах! Я и сам могу справиться с этими делишками, за кого ты меня держишь, черный?! — со смехом прикрикнул Террадор.

— Да страшно вот за тебя, пушок! — Энсэйд залился хохотом.

Террадор покраснел, но засмеялся.

— Пушок? Ха-ха-ха! Это из-за моих девственных усиков?

— Конечно, как же иначе?

— Ах, спать хочется уже. Не обидишься, если я пойду уже?

— Конечно, иди. Горшок звенит, — подмигнул Энсэйд и обнял своего товарища. Они попрощались, и Террадор отправился в свою комнату.

Какое-то время Энсэйд еще сидел и глотал остатки своего алкоголя. Улыбка так и не сходила с его искореженного лица.

Зоркому глазу игрока предстала картина, как один полутролль сидел за столиком. Все на него оглядывались, перешептывались. Постоянно все обходили. Странная картина. Но прочитав его ник-нейм, Энсэйд все понял.

Ну, была не была. Бронзовокожий игрок подсел к Sauron’у. Бывший лидер Тьмы посмотрел исподлобья на Энсэйда. Он тихонечко сидел и попивал своего пива, а тут незнакомец подсел к нему. Что ему нужно?

— Ты тот самый Саурон, что начал всю эту войну?

Полутролль молчал, но не сводил своих крохотных глаз от подсевшего.

— Посчитаю, что да. Для чего ты все это начал? В чем смысл этих войн? Они бессмысленны.

— Иди отсюда. Пей, развлекайся. Не донимай меня, парень, — кратко и ясно, что Саурон не настроен на диалог.

— Ты конченный, в курсе? Ну, даже если ты не знал, то теперь…

— Пошел прочь! — перебил его бывший Темный Властелин.

— Заниматься такой бессмысленной вещью, как захват власти в этом… мире. Аж тошнит от твоего надменного лица.

Энсэйд встал из-за столика и харкнул в сторону Саурона, проговорив:

— Надеюсь, ты получишь, что заслужил.

***

Последний день тестирования.

Хоббитон, деревня хоббитов в Шире, оказалась вся наполнена игроками...

Силы Свободных Народов не образовали единого стола. Боромир и его свита из всех гондорцев да и нескольких следопытов. Дималунгма с гномами. Гэндальф. Этот треклятый кусок лицемерия сидел со своими жополизами. Ну, да и черт с ним. Остальные расселись, кто куда, небольшими кучками, а некоторые даже сидели в одиночестве.

Среди таких одиночек и находился Энсэйд. Игрок ничего не ел и не пил. Не было праздничного настроения, учитывая недавние события на сервере — войну, что развязал этот никчемный Саурон. Даже на Тол Фуине стало жить не так приятно. Игроки устраивали потасовки между собой во время пьянок, потому что одни придерживались стороны Витча, другие же Свободных Народов. Их дискуссии всегда оборачивались возрождениями.

Прибыли игроки Тьмы. От взгляда фиолетовых глаз Энсэйда не скрылось и то, как представители Свободных Народов скосились на темные фракции.

Тьма переговаривалась между собой, шепталась. Энсэйд сидел вдали от них и потому не смог услышать их речей, но они и не были для него важны.

Бронзовокожий игрок затупил взгляд, ему не были интересны ни светлые, ни темные. Так их называли на Тол Фуине. Как прекрасно сегодня небо!

Внимание! До конца тестирования и выхода в реальный мир осталось: 5... 4... 3... 2... 1...

Внимание! Возникла системная ошибка ?219de3! Выполнить команду "GF000832e«relate" невозможно!

Внимание! Неопознанный системный сбой! Запущен режим карантина! Возможности администратора временно заблокированы. Выход в реальный мир временно невозможен. До конца автовосстановления осталось: неизвестно.

Что? Какого хрена!

— Это че еще за фигня?.. — первым из всех подал голос Тутучка.

Голос урук-хая, лидера фракции Изенгард, вывел оцепеневшую от системных сообщений толпу из шока.

Стоит ли говорить, что паника поднялась такая могучая, что могла снести целые горы, закрыв собой целое солнце.

Энсэйд старался сохранить спокойствие. Нельзя поддаваться панике. Он стал рассматривать всех буйствующих игроков, что здесь собрались. Витч. Лидер Тьмы явно получал удовольствия от происходящего. Об этом говорила его поза, то, как он сидел.

Ползая взглядом и дальше по лицам присутствующих, он понял, что администрацией тут и не пахнет. Они смотались! Лизоблюды.

Взгляд Энсэйда упал на Боромира. Этот вызывающий уважения игрок был напряжен. Чересчур. Его рука лежала на эфесе меча.

«Не миновать боя» — подумалось жрецу.

Но кто больше всего удивил Энсэйда, так это игрок с ником Галадриэль. Она была счастлива, хоть и пыталась скрыть это, закрыв лицо тарелкой. Ненормальная. Радоваться возможности навсегда остаться в этом проклятом мире…

Витч встал, вальяжно направился через игроков. Херумор и Вульф, два других лидера фракций Тьмы, что тоже сохранили свое благоразумие, последовали за своим Императором.

— Друзья… — начал было Витч свою речь.

Но Энсэйд заметил здесь того, кого не ждал — VolBoy. Этот кусок говно набрался смелости и пришел сюда?! Ему крышка, прямо сейчас он отправится на точку возрождения самым болезненным способом.

Игрок так долго сверлил своим взглядом ВолБоя, что не заметил, как началась потасовка! Светлые начали биться с Темными! Следопыт, конечно, тоже принял в этом участие, сражаюсь за всех и ни за кого одновременно. Трудно было разобрать, кто с кем бьется. Просто все были на взводе, на панике, им нужно было выпустить свой пар. Полетели головы даже тех, кто придерживался нейтралитета.

Но что-то было не так…

Внимание! Файл Mouth_of_Sauron удален! Прогресс восстановления сервера: 0,2%

Хм?

— Г… Глашатай?.. — недоуменно спросил Тутучка.

— Что. Ты. Сделал? — поднял на Боромира глаза Витч.

— Я… — отшатнулся Боромир, выронив из рук оружие и упав на землю. — Я не знаю!.. Я же просто убил!.. Как раньше…

Все смолкли. Взгляды всех игроков, собравшихся здесь, были направлены в центр поле боя.

— Не как раньше… В таком же свете исчезали Горгон и остальные, когда их банили на сервере… — произнес Фарамир, подойдя ближе.

— Да, его профиля нет в сети, — задумчиво проговорил Вульф, покопавшись в профилях соклановцев. — Так значит… он так вышел из игры?..

— Когда банили, никаких «файл удален» не было! — взревел Тутучка. — Мразь, ты его убил!!! По-настоящему убил!!!

— Заткнись!!! — прокричал Боромир, схватившись за голову.

Наступила тишина. Сидящих на земле, впервые по-настоящему не знающих, что делать, Боромира и Короля-Чародея окружили кольцом игроки.

— Ну нахрен… — судорожно сглотнув, сказал Фарамир и бросил свой меч на землю.

Воины, и темные, и светлые, вслед за ним стали бросать оружие. Никто не остался при потенциальном орудии убийства.

С трудом поднявшись и взяв в руку горстку пепла Глашатая, Витч оглядел своих темных и сухо сказал:

— Уходим отсюда.

Темные один за другим поплелись за своим предводителем к телепортатору.

— Это ты виноват… — хрипло проговорил Боромир

Витч остановился и из-за плеча глянул на гондорца, но потом повел дальше, сгорбившись, свой легион.

Так и закончилось их противостояние в этот день. Но кроме Глашатая никто не растаял этим, словно насмехающимся, светом. По всему полю боя, вокруг и между столов со стульями, которые были перевернуты или сломаны, повтыкались надгробия.

Энсэйд, что стоял до этого в стороне, не привлекая к себе внимания, решил действовать. Холодное блюдо… Что обычное подают холодным? Правильно, месть!

— Проклятье! — прокричал Боромир от опустошения своего чересчур доброго, нежного сердца, в ярости кидая Гуртанг куда-то в сторону.

VolBoy увидел куда приземлилось легендарное оружие и поспешил к нему. Он рассматривал его со всех возможных сторон, взвешивал и ехидно ухмылялся. Конечно, он не станет забирать его себе, но… Это же легендарное оружие!

Энсэйд спокойным шагом подошел со спины к ВолБою, который был всецело поглощен изучением Гуртанга. Светлые начали собираться вокруг Боромира, что-то говорили ему. Кто-то отправился на поиски легендарного оружия Наместника Гондора.

— Ну привет, «друг» — услышал следопыт над ухом.

— А? — ВолБой развернулся и увидел как над ним навис двухметровый жрец.

— Время умирать.

Энсэйд схватил его за запястья молниеносным движением и ударил лбом по носу с такой силой, что тело следопыта обмякло, словно губка. Когда жрец понял, что его противник не будет больше сопротивляться, то отпустил его запястья, ухватившись двумя руками за шею.

Лишь руки бронзовокожего игрока не давали следопыту упасть наземь. Последовала череда ударов головой, от которых все тело ВолБоя затряслось в конвульсиях и судорогах. Сначала следопыт кричал, потом стонал. Но когда его лицо превратилось в месиво из крови и соплей с остатками зубов, звуки перестали выходить из его горла.

Удостоверившись, что VolBoy не встанет, что никакого сопротивления от него ждать не стоит, Энсэйд огляделся по сторонам. Ах, как прекрасен был Гуртанг! Взяв его в руки, жрец заметил, что все взгляды уставлены на него. Толпа светлых и нейтральных игроков замерла то ли от волнения, то ли от предвкушения. Острие клинка вонзилось в череп следопыта с приятным для слуха хрустом.

Внимание! Файл VolBoy удален! Прогресс восстановления сервера: 0,2%

— Ты что творишь?! — неуверенно, будто сам у себя, вопрошал Боромир уже во всю несясь в сторону Энсэйда. — Ты убил его!!!

— И что с того? Ты же тоже убийца, так в чем проблема? — жрец плавным движением достал Гуртанг из земли. Тело следопыта к этому моменту уже исчезло, будто его и не было никогда.

— Ты… Да ты..! — Боромир одним лишь взмахом кисти выхватил свой меч из рук жреца. Да так, что сама черная мамба чувствовала бы себя ущербно! Уже собираясь рубануть также стремительно, гондорцы вовремя остановили своего лидера от возможной ошибки, что мучила бы его в кошмарах.

— Он заслуживал этого, — удаляясь с кровавого пира, крикнул вслед Энсэйд.

К шайке столпившихся гондорцев, что облепили Боромира, как мухи свое излюбленное дерьмо, подошел неизвестный в закутанном плаще. Или тряпье?

Над головой в воздухе висел ник-нейм Sauron. Фарамир и другие его побратимы не позволили Темному Властелину подойти к и так уже морально израненному Боромиру.

— Я хочу только поговорить, Боромир…

***

Прошло пару дней после отключения сервера от реального мира. Игроки заперты здесь. Они в отчаянии. Многие побросали вражду между фракциями, кто-то, наоборот, от паники, что засела в их сердцах, отправились на подмогу тем или иным фракциям.

Третьи же, не выдержали того накала, что на них навалился и наложили на себя руки. Но вот незадача — никто из них не был «удален».

Но все, кто был на Тол Фуине, перестали беспробудно бухать, да и вообще, мало кто появлялся теперь на улице. Словно чума прошлась тайфуном по острову. Скорее всего, во всем Средиземье обстоит такая же ситуация.

Энсэйд собрал все свои пожитки, откопал пару монет угрозами у тех, кто боялся за свою жизнь. Весь сервер видел, как игрок убил следопыта с крайней жестокостью, потому это было не проблемно.

Игрок выдвинулся в путь. Оставаться на острове больше не имело смысла. Но куда отправиться? Этого он не знал. Может, отправиться на другой край света? Почему бы и нет? Все равно местоположение остальных следопытов неизвестно. Экзотические джунгли стали его целью.

Дни сменялись ночью. Шир,Бри, Минхириат, Энедвайт. Именно в Энедвайте, на подъезде к Рохану, игрок краем уха услышал неведомо что. А потом в его лошадь прилетела стрела. Забрыкавшись, кобыла попыталась скинуть с себя седока, но вторая стрела, вонзившаяся в морду, остановила эти хаотичные попытки.

Конь замертво упал, а вместе с ним и Энсэйд. Но чтобы не быть убитым тяжестью кобылы, игрок выпрыгнул с седла, но приземлился лицом к земле. Приподняв испачканную голову, игрок заметил, как к нему приближалось 7 человек, еще 3 стояли поодаль с луками наготове.

«Только этих дикарей мне не хватало. Ну правильно, сначала коневоды, теперь волколюбы» — иронизировал жрец.

Удар о землю не слабо отдавался в голове, но спустя уже секунду тупая боль пропала из-за пассивного навыка. Подняться на ноги для игрока не составило труда.

Семь воинов и все с мечами, а из брони шкуры с железными вставками в жизненно важных местах. Лучники приняли стойки, готовые в любой момент отпустить тетиву.

Проблемно. Но не критично. Вытащив меч из ножен, игрок встал в стойку и приготовился к битве. Видимо дикари решили, что бронзовокожий странник — легкая добыча, поскольку на бой с ним вышел только один.

Одного стремительного удара на опережение хватило, чтобы дунландец отправился к праотцам. Остальные переглянулись и одновременно вступили в противостояние. Лучники стреляли по очереди, боясь задеть своих.

Хватило лишь 5 секунд сражения, как пал второй с размозженной головой. Третий был здоровым малым. Он выбросил меч и достал большой топор со спины. Словно в танце, уклоняясь от мощных, но медленных взмахов топора и стрел, увиливал игрок. Четвертый заходил со спины, перегораживая путь к отступлению. Стрелы перестали сыпаться градом на Энсэйда.

Четвертый дикарь замахнулся с животным воплем, но жрец легко кувыркнулся в сторону, рассчитав подходящий момент так, что топор здоровяка разрубил дунландца пополам. Дунландец с топором такого не ожидал, а потому замешкал. Эти пару секунд «тормозов» стоили ему распоротого брюха.

Но уже с других трех сторон на него летели воины. Схватившись с одним, приходилось считаться и с двумя другими. Плохо. Игрок совсем потерял себя, увлекшись битвой. Стрела стала его наказанием и спасением, что вернула в реальность. Она вонзилась в голень. Засмотревшись на нее, не от боли, ведь ее Энсэйд уже не чувствует, а от удивления, игрок получил порез на животе. Пару миллиметров не хватило, чтобы достать кишечник.

Уже в предвкушении победы, дунландцы завопили победные возгласы.

В один момент половина головы пятого дикаря отправилась в полет, возможно, к восходящему солнцу. Лица двоих оставшихся в живых мечников перекосило лицо — от ран на игроке не осталось и следа.

Но быстро собравшись, они напали на игрока. Последний, собираясь уйти от атаки одно и убив второго, получил сразу три стрелы в грудь.

«Дрянь!»

Излечив также быстро и эти раны, игрок получил рубящий удар в плечо, прошедший до соска. Кости раздробились, а кровь хлынула водопадом с раны.

— А? — все что смог выдавить из себя Энсэйд вместе с кровью.

Второй мечник нанес игроку колющий удар в живот, пробил тело насквозь. Взял всю силу и волю в кулак, жрец разрубил пополам стоящего перед собой дикаря. Резко развернувшись, хотел рубануть и первого, но тот был уже на приличном расстоянии.

Забив на него, игрок вытащил меч из живота.

«Черт, я же так умру!» — чувство бесконечной пустоты охладило ему голову.

Еще три стрелы вонзились в спину и икры. Использовал «Большое исцеление». Обернулся к метким крысам, что посмели стрелять ему в спину и упал. Выживший милик воспользовался ситуацией и рубанул по ноге игрока, так что она теперь лежит прямо перед лицом Энсэйда. А вот и вторая нога улетела вслед за головой дунландца — к восходящему солнцу. Новая партия стрел вонзилась в спину, за ними и меч пробил легкое игрока.

«А они… сильнее… рохирримов…» — с этими мыслями Энсэйд потерял сознание.

***

Очнулся игрок связанным, весь покрытый засохшей кровью принадлежащей ему и убитым им дикарям. Было темно и холодно. Опять клетка. Злость пробрала жреца до костей.

— Наконец-то ты очнулся! — раздался голос из темноты, но игрок прекрасно видел говорящего. Великолепные пассивки! Это был тот самый берсерк, с которым ему довелось сражаться. Тот самый, пробивший ему одно легкое.

Игрок набросился на него, хоть и связанный. Ударился об решетку, но это не помешало ему гневно смотреть в глаза берсерка. Тот оставался спокойным.

Теперь игрок мог хорошенько его рассмотреть. Шкура медведя со вставками металла для защиты жизненно важных органов, средней длины борода рыжего цвета, хмурое лицо умного человека.

Дунландец вышел из помещения. Энсэйд продолжал стоять у решетки, не способный успокоиться. Игрок не знал, сколько времени он так простоял, прежде чем в темницу спустился этот самый берсерк с кем-то новым.

Этот непись совсем молодой, на вид 16 лет. Худой, впалые щеки, черные, как смоль, волосы, с озорными глазами. На нем не было медвежьей шкуры или какой-либо брони, лишь какая-то палка.

— Это он? — раздался высокий голос мальчишки сильно смахивающий на девчачий.

— Да, — скрестив руки на груди ответил берсерк.

— Давай проверим, не особо верится. А что у него с кожей?

— Он с южных земель.

Подойдя ближе к клетке, мальчишка озадаченно осмотрел игрока.

— У южных народов белые волосы?

— Нет.

Берсерк отворил дверцу решетки. Энсэйд набросился на него, все также связанный. Дунландец проворно отскочил в сторону. Быстро достав меч, вогнал меч в ляжку. Достал меч из мягкого мяса и пнул по ней. Энсэйд упал на одно колено, но использовал «Малое исцеление» и снова кинулся на надзирателей. Неудачно, поскольку мальчишка ударил его посохом по лицу, да так, что жрец упал спиной на каменную кладку.

— Да, он определенно подходит! — мальчишка нагнулся. — Эй, ты меня понимаешь? Кивни, если да.

Игрок кивнул.

— Отлично! Сейчас мы тебя развяжем, вреда тебе причинять не собираемся, поэтому и ты нас не бей, договорились?

Кивок. Мальчишка перерезал веревки ножом, что дал ему берсерк. Энсэйд поднялся и стал разминать свои затекшие мышцы. Он не спускал глаз с дунландцев, как и они с него.

— У нас к тебе дело, — берсерк не выглядел враждебным, лишь слегка напряженным, ведь еще вчера они сражались на смерть, где погибли его друзья.

— Точно! Видишь ли, меня зовут Хальмар, я шаман, а это… — указал на берсерка. — Сын нашего Ярла. Зовут его…

— Ильвар Железнокостный! — перебив мальчишку-шамана, представился берсерк.

Они вышли их темницы и направились в покои Ярла. Ильвар рассказал, что, когда объявился легендарный герой, ярл Вульф, он объединил все кланы и стал конунгом. Впервые за долгое время народ Дунланда стал объединенным. Отец Ильвира был этому несказанно рад, поскольку считал, что общими силами они смогут забрать свое по праву. Ярл выступал в первых рядах в сражении с силами Света. В одном из таких он и получил ранение, что губит его тело все сильнее с каждым днем.

— И вы хотите, чтобы я его вылечил? — осматривая тело умирающего ярла спросил игрок.

— Да, если не поздно.

Высветился квест «Ярл», но игрок не спешил за него браться.

— Что я получу за это?

— Ты получишь свою жизнь! Будешь свободным! Разве этого не достаточно? — вопросил Хальмар.

— Я отдам тебе своё оружие, — спокойно сказал Ильвар, заметил взгляд игрока на своем фамильном оружии.

— Он же легендарный? — удостовериться решил Энсэйд. Было в нем что-то похожее на Гуртанг… Что-то пугающее.

— Да.

Энсэйд принял квест, наградой за который будет репутация и легендарное оружие. Ярл был ранен в живот, рана начала гноиться. Заражение крови пошло. Также, у Ярла отсутствовало пару пальцев. Раны недавние.

Подойдя к ярлу, игрок использовал «Большое исцеление». Гной начал рассасываться, а рана затягиваться. Мелкие шрамы и рубцы стали затягиваться до первоначального состояния. Пальцы отрасли заново так же, как и у игрока.

Единственное, что отличалось между исцелением непися и игрока — то, что шрамы затягивались. Игроки могу убрать их в меню в любой момент.

— Все, давай меч сюда! — протянул руку игрок в ожидании награды.

Ильвар прошел рядом с игроком к своему отцу. Наклонившись к нему, берсерк послушал его сердцебиение. Стабильное. Потрогал лоб — жара нет.

Берсерк улыбнулся. Подойдя к игроку, он достал своё оружие. Смерив его своим тяжелым взглядом.

— Держи, ты заслужил. Его имя Ансуз, — Ильвар передал клинок Энсэйду.

Меч выглядел ухоженным. На кровостоке были вырезаны различные руны, значения которых игрок не знал. Репутация к Дунланду выросла на 200 очков. Какой легкий квест! И злачный… Легендарка ведь стоит целого состояния!!!

***

— Ах, какая сегодня чудесная погода, ты так не считаешь? — шаман все говорил и говорил. Сначала игрок его игнорил, но это не спасло его уши от словесного поноса. Потом он начал мельком сухо отвечать. Это сделало ситуацию только хуже.

— Ага, — буркнул Энсэйд. — Так чего ты увязался за мной?

— Ну, я не единственный шаман в деревне, они и без меня справятся, а я хочу мир поведать! Родители мне рассказывали как-то давно… Что есть песчаное море. Песчаное! Только представь себе эти волны из песка! Хотя бы ради них стоит выпорхнуть из родных краёв.

Игрок промолчал, не став как-то комментировать слова своего нерадивого компаньона.

— Ты же как раз с тех земель? Я слышал, что чернокожие живут в домах из песков, а в качестве домашних животных используют скорпидов. У тебя тоже есть свой песочный дом со скорпидом?

— Нет. Я из далека.

— А-а-а. Ну знаешь…

Шаман не затыкался до самой ночи. Они шли пешком к границе Дунланда. Куда дальше направится, игрок не знал. Он все пытался подумать, куда направится, но постоянные разговоры надоедливого мальчишки не давали сосредоточиться.

Костер развели без проблем. В дорогу с собой, Хальмар взял типичную для той деревни шкуру медведя. Укутавшись, словно домашний котик, шаман сидел у костра, поглощая каждым участком своего тело каждую крупинку тепла.

— На что способны шаманы? — раздался, как гром с небес, голос игрока.

— Ну, ничего особенного, — Хальмар был удивлен, что игрок сам начал разговор, но был рад такому исходу. — Старик мой рассказывал, что с помощью обрядов шаманы могут видеть будущее. Как он там называл это? «Глубокий взор»… или что-то такое. Я не помню. Но скажу со всей честностью, честь мое второе имя, я в это не верю, слишком все расплывчато это…

Дальше его рассказ о «Глубоком взоре» игрок не слушал. Он вдался в думы. Если подумать хорошенько, то машина, в которой игроки лежат, чисто теоретически, может улавливать импульсы в мозгу, следить за действиями игрока. Основываясь лишь на этих данных, можно предположить, что предсказывание будущего в этом виртуальном мире одним из неписей не выглядит так уж нереалистично.

— …красятся как шуты во дворцах Гондора, дышат какими-то травами, что-то выпивают, подозреваю, что они…

— Что еще могут шаманы? — бестактно перебил Энсэйд своего болтливого компаньона.

Но Хальмара это нисколько не задело, ему лишь бы поговорить.

— Хм… — было видно, как у парнишки напрягается каждый мускул на лице. Еще бы чуть-чуть, и пар повалил бы из ушей. — Скажу прямо — ничего воинственного. Но мой старик может вызывать дождь, отзывать дождь. Или наоборот устроить засушливое жарево. Ух, сколько раз мой клан побеждал в битвах лишь благодаря его умениям, ах, он просто невероятен! А еще…

— Что можешь ТЫ?

— Ну, как бы сказать… — лицо мальчишки побагровело, словно от обжигающего до костей сухого пара хамама. — Я… я…

— Ты бесполезен, — констатировал факт игрок.

— Ну не совсем так… Я… я могу обнаруживать других людей. Узнать, где они находятся. Увидеть мир их глазами. В такие моменты их мысли сплетаются с моими… Ну, это все интимно, ха-ха!

— Вот как, — Энсэйд был действительно удивлен такому повороту событий. Игра будто бы сама давала в руки все то, что ему было необходимо. В голове сломленного человека зародился план.

— Что тебе для этого нужно.

— А?

— Что нужно, чтобы определить местоположение конкретных людей?

— Ну, так-то если подумать, то все нужное, почти, у меня с собой. Надо лишь… Так-так, а зачем тебе это? — взглядом полным сомнения, как воды в океане, он буравил Энсэйда.

— Надо найти парочку людей.

— Хм, понял. Для этого нужна будет плата кровью. Ты готов к этому?

— Абсолютно.

— Ну да, с твоими-то возможностями отращивать конечности, как ящерка, ха-ха! Иди погуляй, я тебя позову.

***

Время пришло. Пока Энсэйд блуждал, ждавши приготовления к ритуалу, он смог наловить немного дичи. Это было трудно, но парой кроликов, которые совсем недавно занимались продолжением своего рода, игрок обзавелся. Выходя из леса, услышал, мельком, что Хальмар зовет его.

Какие-то палки, что валялись неподалеку, были выставлены в форме квадрата вокруг непися, смазанные чем-то опьяняющим, они полыхали розоватым огоньком, испуская сладостный дым. Сам шаман сидел на черном покрывале, видавший не одно поколение его семьи. Хальмар сидел на коленях, весь измалеванный белой и красной краской. На голове, где обычно у правителей находится корона, у непися была костяная шляпа. Энсэйд не был уверен, что она принадлежала когда-то давно животному. Хальмар пил мутную, вязкую жидкость из деревянного блюдца. По углам покрывала аккуратно лежали серебряные изделия различных животных. Размером они были не больше двух пальцев.

Жестом шаман позвал игрока сесть на колени перед собой.

— О нуждающийся во мне, друге природы, её укротителя и слуги главнейшем, взываю к твоему нутру, к основам природы, что таятся глубоко в тебе. Ты заблудился не столько в мире, сколько в самом себе. Я дарую тебе нахождение. Я дарую тебе свободу.

Глаза шамана закатились в конвульсиях назад, пытаясь рассмотреть содержимое своей черепной коробки. При монологе у Хальмара потекла кровь изо рта, не один раз он прикусил язык, выговаривая заранее заученный текст. Непись поднял перед лицом игрока блюдце, из которого до этого испил нечто и продолжил:

— Но у всего есть цена. Вложи все свои воспоминания, эмоции и амбиции в кровь, что ты прольешь сюда.

Ветер не на шутку разыгрался, загудел.

Энсэйд отнесся к этому со всей серьезностью. Ему казалось, или нет, что у непися начался припадок.

Жрец достал из ножен свое оружие и перерезал себе вены им, напоив оружие кровью его хозяина.

Темная жидкость потекла в блюдце, наполняя его доверху бурлящим проводником жизни.

Хальмар жестом приказал игроку перестать. Энсэйд использовал исцеление. Черт, как же кружилась голова!

Шаман испил крови игрока, оставляя темные реки на своем лице, что текли по шее и пропадали под одеждами непися.

Откинув блюдце в сторону резким, дерганым движением, непись с конвульсиями упал на спину, весь изогнутый, как кошка. Мышцы сводило, заставляя шамана кричать от боли.

Энсэйд не знал, что нужно делать, не знал, что случится, если он решит помочь шаману. Потому он просто сидел и ждал, когда страдания парня закончатся.

***

На карте игрока появилась нужная ему точка, указывающая местонахождение игрока. Энсэйд думал, что делать, что сказать ему.

— У меня голова болит. И мышцы сводит. Все это твоя вина. — стонал Хальмар.

— Тебя никто не заставлял со мной идти.

— А еще, тебя хотели казнить после исцеления ярла. Но лишь из-за Ильвара пощадили! Во имя Всеотца! Он тебе даже свой фамильный меч отдал!

— Что?

— Что слышал! Ух. Он тебя уважает. Это звучит странно, но с этим не поспоришь.

— Вот как.

— Именно! Чертовски верно! Он сказал, что ты любитель в битвах. Что нет подготовки. Слишком медленный, слишком импульсивный. Нет тактики. Или стратегии, я уже не помню, что он сказал.

— Ясно.

— Но при всем этом, ты смог заинтересовать его. Почти всех его подчиненных ТЫ убил, но он не в обиде. Что-то он смог в тебе найти…

Дальше игрок не слушал Хальмара. Бри. Туда надо Энсэйду.

***

Вот они уже и в Бри. Расспросили местных жителей, дали пару монет трактирщику, чтобы развязать его жадный длинный язык, но информации им особо не помогли. Уже отчаявшись, Энсэйд решил переночевать здесь пару дней, авось и повезет.

Первая ночь прошла довольно спокойно. Встав рано утром, первым делом игрок умылся и направился на поиски простенького квеста, чтобы было на что пообедать.

Ему повезло. Игроки в Бри по залазали по своим конурам и выходить не намеревались. Работы было много, от колки дров, до выгула скота. Такие рутинные задания увлекли игрока, и он провел за ними весь день.

Хальмар выполнял все квесты вместе с Энсэйдом. Он ныл весь день напролет, говорил, что физический труд не для него, что стал шаманом ради этого. Но, хоть Хальмар и делал, что брюзжал от недовольства, к работе подходил ответственно.

Шаман подрос немного к тому моменту, как они вошли в Бри. Теперь у него сияла жидкая бородка под губой и на подбородке, а бакенбарды создавали контур его лица с завивающимися черными волосками.

Если бы не ежедневные тренировки на Тол Фуине, после Рохана, то сейчас бы Энсэйд валился с ног. Он устал, но ведь счастье состоит из маленьких таких вот радостей. Может ли игрок назвать такую жизнь счастливой? Вполне.

Второй день практически ничем не отличался от первого. Единственное, глаза, что наблюдали за заморским приключенцем, было меньше. Но одна девушка, что следила за ним полдня, не выходила из головы. Она показалась ему знакомой. Но Энсэйду было не до нее, а потому игрок не обращал внимания.

Третий день был идентичен первым двум, за одним исключением — лишь девушка с волосами цвета золота наблюдала за ним. К концу дня, она все-таки решилась подойти к игроку.

— Вы… вы Энсэйд? — она смотрела на игрока с непонятной для Энсэйда тоской и… страхом?

— Да, а что такое? Нужно с чем-то помочь? Не беспокойтесь, много за работу свою я не возьму.

— Нет, дело не в этом. Террадор ждет вас.

— А? — удивлению жреца не было предела.

— Следуйте за мной.

Они шли быстро, темнело уже. Вот они подошли к воротам, вышли из Бри. Ее путь лежал к лесу, что был тут неподалеку.

«Ловушка?» — игрок подготовился к возможному варианту развития событий, не выпуская с глаз каждое движение девушки. Шаман тоже что-то подозревал, но все свое волнение переводил в пустую болтовню ни о чем.

Тропинка, по которой пошла блондинка, была истоптанной до грязи. Значит, дорога часто используемая. Но хорошо ли это?

Долго идти им не пришлось, лишь в районе 15 минут. К этому моменту стемнело, лишь луна освещала этот скромный мир. Но что-то попало в поле зрения Энсэйда. Свет.

Это был домик, обычный такой, деревянный. Из окошка приятным свечением лилось нежное сияние.

— Дорогой, это я. С твоим другом, — бархатным голоском, которой пробирал до мурашек, промурлыкала девушка.

Дверь отворилась, и из нее вышел Террадор с подстриженной бородой.

— Давно не виделись, друг! — грустным взглядом он посмотрел на гостя.

***

Они сидели в этом рукотворном доме вчетвером. Энсэйд поведал о Дунланде, о легендарном оружии и, конечно же, о VolBoy. А также выдвинул свою маленькую теорию.

— Так значит, это ты убил его... — Террадор сидел с поникшим лицом. — Ради мести ты пришел ко мне? — затупивший взгляд игрок не поднимал со стола.

В девушке, что стояла за ним, было что—то необычное. По ней стал течь пот, а глаза… Вспомнил! Энсэйд понял, кто это.

— Ты ведь из Рохана? — вопрос попал в цель.

Глаза Гольды округлились донемыслимого предела. Террадор встал со своего места и обнял девушку так нежно, будто боялся сломать ее, словно она из хрусталя.

— Уходите, — грозный голос Террадора прозвучал, как удар молнии.

— Ты что, не можешь понять? Мы можем избавиться от них! — взорвался игрок. — Эти ублюдки, они испортили не только наши жизни. После всего этого, как мы вернемся, думаешь, что мы будем прежними? Что забудем обо всем, что с нами здесь было? Да хрена-с два! Это все треклятое безумие, что они устроили!

— Тебя никто не заставлял участвовать во всем этом. Ты добровольно присоединился. Так что не смей говорить, что это ИХ вина! — парировал Террадор.

Энсэйд замялся, не знал, что ответить. Он посмотрел на Хальмара в ожидании помощи, но тот лишь пожал костлявыми плечами.

— Гольда, я ведь правильно услышал? Разве ты не хочешь убить раз и навсегда тех, кто сотворил с тобой все это? Из-за кого погибли твои родные, друзья и близки? — это был последний аргумент, слабое место в обороне Террадора от отказа в мести.

Гольда взглянула бешеными глазами на Энсэйда. Быстро и сильно вонзила в игрока кухонный нож, прямо в глаз. Энсэйд лишь рассмеялся. Ни страха, ни боли. Он вытащил уже темный от крови металл.

— Ну что, стало легче? А теперь представь, как тебе будет спокойнее житься, если следопыты умрут. Вам даже самим убивать не надо будет — я сам перережу им глотки! — рана исцелилась, но алые подтеки остались сохнуть на лице.

— Пошли, Хальмар, — стоя уже возле двери, игрок добавил. — Я буду ждать в Бри еще неделю.

***

Шестой месяц тестирования.

— Ты уверена, что она придет? — Террадор нервничал.

— Да, — кратко ответила Гольда.

Хальмар и Энсэйд стояли поодаль от Террадора и его подруги. Кто-то еще должен был прийти. Хальмар разыскал этого человека, но осекся, что больше никогда так не будет делать.

«Судороги — не то, что я люблю» — сказал он, пытаясь встать на ноги, но каждый раз падая с новой попыткой.

Неожиданно для всех кто ожидал, из-за кустов вышла прекрасная голубоглазая девушка. Она была великолепна даже со шрамом на щеке, который уже зажил. Ее волосы были завязаны в хвостик. Ржавая броня окутывала ее так, как платье аристократки на балу. Вооружена была девушка мечом не первой свежести.

— Это она? — спросил жрец.

— Да, — промямлил Террадор, вспомнив свою не очень приятную смерть.

— Рона? — Гольда отправилась на встречу к своей подруге.

— Гольда? Что ты здесь делаешь? — осмотрев свою подругу, голубоглазка окинула взором остальных. Дунландец… Что он здесь делает?! Этот мерзкий дикарь, что не знает даже о гигиене! Так, стоп. Террадор?! — Ты! Ублюдок! Так ты все-таки один из Бессмертных?! — накинувшись на игрока, кричала Рона. Она уже замахнулась, чтобы еще раз отправить в грязь этого урода, но клинок был пойман другим человеком.

— А ты еще кто?! — гнев управлял ей. Это и понятно. Рона пронизывала всем своим существом чернокожего парня.

— Я тоже тогда был там. Когда напали на деревню.

Тут до нее дошло. В то время, лишь один человек такого же цвета кожи был в деревни. Но он совсем на себя не похож!

— Успокойся, Рона. У нас к тебе разговор, — Гольда обняла сзади свою подругу.

Руки рохирримки задрожали от слабости и боли, резко вызванные воспоминаниями из прошлого, что так и не отпустило девушку. Меч вывалился из непослушных рук, загремело при падении о землю.

***

Шесть месяцев и две недели после начала тестирования.

— Ох! Этот эль шикарен! — Zager отхлебнул пенистый напиток.

— Ага. Когда же все это кончится? — на риторический вопрос King_Wolfmare не стоило отвечать.

— Надеюсь, поскорее. Эти неписи мне не нравятся все больше с каждым днем.

Таверна, где они сидели, находилась в Лебенине, части Гондора. Небольшая деревушка, не знавшая войн. Два следопыта сидел и пили, отдыхали. Они были вымотаны, уставшие.

— Пойду прогуляюсь. Жопа затекла уже, — Загер вышел.

Выйдя, он начал разминать свои онемевшие ноги. Будто они и не его. Ах! Как же хорошо. Неписи, эти строчки кода совсем, как люди! Бр-р-р. Аж тошнит. Немного отдохнуть, и можно разграбить эту деревню!

Он закурил. Ему вспомнилось, какие времена были раньше! Да какая реальность? Им и тут было в кайф! Грабеж, убийства – все это наполняло следопытов чувством власти, превосходства над чужими жизнями… Хах! Они даже умудрились как-то раз продать контрабандисту пленного игрока! Черт, как же его имя?... На «н» начиналось… Найс? Найс Гай, вроде бы. Вот умора! Вспылил, лишился рассудка из-за бабы-непися. И поделом! Нечего путать реальных людей и эту программные строчки… Влюбиться в непися! Ха-ха-ха!!!

Мысли Загера прервал какой-то шум. Кто-то идет в сторону Загера. Один. Может мимо? Да нет, прямо на него. И что ему нужно? Так. Ник-нейм над головой. Игрок. Далековато он, не видно фракции и ника.

— Кха! — стрела вонзилась следопыту в ногу. Неписи-гондорцы удивились и прекратили свои работы. Они насторожились. Кто-то открыл окна или двери, держа на готов либо ржавые орудия убийств, либо то, чем их можно заменить.

«Энсэйд», странник. Вот же ж черт!

— Ты че творишь, скотина?! — взвизгнул Загер. — Нафига ты это сделал?!

— Это не я, — подходя к своей цели медленным уверенным шагом, сказал жрец.

Тут же прилетела вторая стрела, но уже в другую ногу. Колени подогнулись, и Загер рухнул на четвереньки, крикнув от боли. Гондорцы всегда считали следопытов своими братьями, а потому они, не раздумывая, кинулись на Энсэйда. Это явно удивило игрока.

Неписи были низкоуровневыми, но количеством они начали оттеснять игрока. Да даже они были сильнее тех рохиррим, что он покромсал в одиночку. Ага. Еще и стрелы стали вонзаться в его бронзовую плоть, давая начало алым рекам.

Рона и Гольда присоединились, помогая Энсэйду не умереть. Они получали множество ран, но жрец вовремя исцелял. Но самое трудное было не убить неписей. Энсэйду пришлось исцелять и их тоже. Хоть выносливость пригодилась!

Террадор сидел в засаде чуть поодаль, так чтобы вся местность ему была видна. Иначе что же это за лучник такой бесполезный?

Если кто и сидел без дела, так это Хальмар. «Я не воин, бейтесь сами» — так он сказал. Необычный Дунландец. Чтобы о нем сказал Ильвар, узнай он об этом?

Казалось бы, неписей становилось все меньше. Они падали, поднимались исцеленными, тут же их отравляли паралитическим ядом, чтобы не мешались. Так их и не осталось вовсе.

— Ну вот и все, пора умирать! — подойдя к уползающему Загеру сказал Энсэйд. Тот кряхтел и ныл от боли, но убегал.

— А-а-а! — раздался девичий крик.

Жрец обернулся и увидел, как тело Гольды улетело в полет в отрыве от ног. «Что?» — Энсэйд не сразу понял, что произошло. Никого не было. Жрец обернулся на Загера, но и того не было видно, хотя точка на миникарте никуда не делась.

«Инвиз!» — как же он мог забыть об это?!

— Нет! — от отчаяния вскричал Террадор. Он спускал одну стрелу за другой, стреляя, куда глаза глядят.

Энсэйд попытался применить «Большое исцеление», но… Гольда была уже мертва. Он не может воскрешать мертвых — лишь лечить живых.

Рона отскочила в сторону, но получила ножевое ранение в живот. Исцеление Энсэйда помогло ей.

— Кинг, ублюдок!!! — крикнул жрец, доставая легендарное оружие.

Что-то невидимое вошло ему в бок, пройдя до середины живота, оставаясь в нескольких сантиметрах от пупка. Попался!

Жрец схватил невидимое оружие за рукоять, не успев ухватить руку следопыта. Затупившийся меч он откинул в сторону. Выносливости еще на много исцелений хватит.

— Посмотри, что ты наделал. Сначала та деревня, теперь эта. Да ты хуже, чем мы! — раздался голос лидера следопытов. Террадор выпустил в то место не одну стрелу. Он не мог сдержать слез.

— Террадор, Рона, схватите Загера! — Рону просить дважды не стоило. Она смотрела на Гольду. Теперь она одна осталась… Родители, друзья… да даже Эдра, а теперь еще и Гольда. Сдерживая свои слезы и эмоции, побежала к Террадору.

— Что, думаешь, что справишься со мной? Ты такой наивный. Тебе что, 11 лет? Или может еще меньше? — дразнил Кинг. — Хотя, таких тупых бы не допустили к тестированию…

Следопыта не было видно. Но и оружия он лишен. Стоп, оружия тут полным-полно лежит…

Множество различных клинков, да даже вилы, вонзались, разрывая плоть, состоящую из кода. Энсэйд видел, как орудия поднимались с пола, позванивая, и исчезали, будто растворяясь.

Вот! Это то, как его найти. Энсэйд встал в стойку, исцеляясь от ранений. Интересно, если ему отрубят голову, то «Большое исцеление» спасет?

Еще одно оружие поднялось с земли. Быстро, словно гепард, Энсэйд кинулся в ту сторону, размахнувшись так, чтобы обхватить большую площадь. Попал! Капли крови разбрызгало во все стороны, обдав своим теплом.

Кинг вышел из инвиза, держась за рану на груди.

— Да пусть будет так. Я сражусь с тобой, вот только мы бессмертны, ты забыл? — злорадства у Кинга было не занимать.

— VolBoy тоже возродился? — уже опьяненный предстоящим буйством, Энсэйд не мог устоять. Кровь в его жилах начинала закипать.

Кинг нахмурился, представляя, насколько угроза реальна. И вот, она набросились друг на друга. Вальсируя по всей деревне гондорцев, они пытались нанести друг другу смертельные раны. Да хотя бы просто задеть! Кинг был хорош в фехтовании.

Энсэйду вспомнилось, что говорил про него Ильвар. Плох в сражении. Значит, надо давить его силой! Выносливостью! А, есть идея.

Видя все движения следопыта, жрец ничего не предпринял. Клинок вонзился в плечо. Исцеление. Меч остался зажат в теле Энсэйда, но остальная часть зажила. Быстро схватил его за запястье.

Удар в под дых сломал кости следопыта. Да, он же так проделал с Эдоном. Исцелил его, дабы тот не умер от такой раны. Гоняться за ним нет желания. King Wolfmare вздохнул с облегчением, как жрец отсек ему ноги Ансузом. Последовал долгий вопль.

— А теперь проверим, верна ли моя теория… — с дрожью от предвкушения, Энсэйд вонзил легендарное оружие в следопыта, расколов череп и пробив грудную клетку.

Внимание! Файл King_Wolfmare удален! Прогресс восстановления сервера: 0,2%

Тело следопыта в мерцающем нежном сиянии растворилось.

***

Загер стоял на коленях, покрытый кровью. Террадор и Рона хорошенько на нем отыгрались, выпустили свой пар, но это им не помогло. Следопыт даже говорить уже не мог. Связанный, стоял, постоянно облокачиваясь о что-то или кого-то.

Взмах меча — и человека уже нет. Он умер.

Внимание! Файл Zager удален! Прогресс восстановления сервера: 0,2%

Остался последний, Альтаир. Дел не много — Хальмар нашел, а ты идешь за ним.

Террадор и Рона уже роняли слезы по Гольде. Энсэйд почувствовал, что виноват, что это произошло из-за него. Сердце начало болеть. Подойдя к ним, Террадор с ним заговорил:

— Ничего не говори, пожалуйста.

— Я лишь хотел сказать, что… — начал было жрец.

— Нет, не говори. Мы сами… я сам виноват, что позволил ей пойти с нами. Да и вообще, что согласились на это. Жизнь ничему меня не учит.

— Эти гондорцы будут еще часов шесть валяться без сознания, давай похороним ее. — Рона хоть и ненавидела Террадора, но он был важен для ее подруги. Абсурдная ситуация сбивала с ног, все ее жизненные ориентиры рушились буквально на руках. Может, она сходит с ума?

Террадор молча кивнул, поднялся с телом своей любимой на руках. Не только с телом. Все они, от дунландца до жреца отправились в лес, подальше от деревни.

***

Террадор и Рона сказали свои слова, все то, что не успели сказать при ее жизни, ведь казалось, что она будет всегда с ними. Всегда будет время ей сказать, подобрать те самые нужные слова, что смогут передать все чувства и эмоции.

Но вот теперь ее нет. И больше не будет. Гольда одна лежит глубоко в грязи. Они — неписи — точно просто строчки кода в какой-то программе?!

Энсэйд, вместе с Хальмаром, который впервые за все время молчит в тряпочку, стоял поодаль от горюющих.

Вот маленькие похороны и кончились. Никто о ней не вспомнит кроме них двоих. Рона это понимала. Она набросилась на Энсэйда, пытаясь убить его, целя в жизненно важные органы. Когда не знаешь, что чувствуешь, то гнев становится спасительным маяком в зияющей пустоте под названием горе.

Все попытки Роны были тщетны. Энсэйд лучше любого знает, что в гневе твои движения и атаки предсказуемы. Знает, но и сам не может ничего с этим поделать.

Вот уже голубоглазка лежит на земле, а на ней, оседлав, сидит игрок.

— Еще не все мертвы. Соберись! — прилетела пощечина такой силы, что зубы чуть не повылетали.

— Хочешь убить меня — пожалуйста, я дам тебе такую возможность. Но для начала надо закончить с этими козлами...

Пощечина дала нужный эффект, Рона больше не дергалась, а соленые реки слез застыли на красных глазах.

— Не переживай, я дам тебе возможность отомстить за свою подругу и за всех кого ты хочешь. Я омою тебя в море крови.

«Это все безумие…нескончаемый ад наяву».

Когда ты в отчаянии, в буре смятения, путь, который тебе предлагают, кажется самым желанным и нужны, легким. Но идя по нему, ты лишь больше углубляешься в хаос. Как там было про бездну?

Энсэйд отпустил Рону, поднялся на ноги и посмотрел на Террадора.

—Я пас, надеюсь, ты поймешь, — поняв мысли Энсэйда, сразу сказал лучник. — Пойду куда-нибудь.

— Хорошо. Удачи, — они пожали друг другу руки. Оба потрепанные, но каждый по-своему. У каждого свой путь.

— А ты? — Энсэйд уставился на Хальмара.

— Я с тобой. Интересно, чем все это закончится. Хоть потом старику своему расскажу.

— Кто еще? — глухим писком спросила Рона, то ли от страха, то ли от злости.

— Остался только Альтаир, — обращаясь к Хальмару продолжил. — найдешь?

— Ох, как же я это ненавижу… Ладно. Только для тебя, в последний раз!