О тварях, извергнутых Бездной

Миньоны

Миньоны являют собой воинов, павших в битве Тысячи магов. Каждая из трех магических гильдий: агриев, авиранцев и кустогонийцев в тайне от правящих королей развивала и ширила свою личную армию. Про то стало известно лишь когда Верховный магистр гильдии агриев Эольдер поверг в хаос междоусобицы сопредельные Асагриону королевства. В назначенный час, тайно служившие магам наемники облачились в магическую броню с геральдикой гильдий и сошлись в битве за власть магистров. К счастью, все они были уничтожены в Асагрионе в момент возникновения Разлома, но как оказалось, не окончательно. Неведомо где и как обрел такую великую силу некромант Амерон, но ему удалось не только отыскать истерзанные души, но и поставить их себе на службу. Миньоны в отличие от прочей нежити, поднятой им не могут быть изничтожены полностью, поскольку являют собой более духов, нежели живую плоть и способны пребывать среди живых доколе у некроманта хватит сил удерживать магическую "узилище" - особого рода заклятие, которое позволяет призывать в мир тех, чьи тела уже истлели. От того, мечей и прочего холодного оружия миньоны не страшатся, поскольку навредить оно может лишь их оболочке, но не алчущему крови духу. Временную гибель миньону приносит лишь уничтожение "узилища", кое, подобно магическому кокону скрывается за черненой зачарованной броней. Сама броня источает черные клубы дыма, происхождение которого неведомо, но даже на храбрых воинов наводит страх и зачастую укрывает от их глаз предательские удары миньона. Некоторые мудрецы склонны считать, что дым этот наведен самим Амероном, но так же существует куда более страшная версия, широко распространенная среди тех, кто встречал миньонов лично и сумел выжить. Согласно ей дым испускает тлеющая под броней душа все еще пылающая в магическом пламени, пожравшем Асагрион.

Ливневые волки

Из всех тварей, ворвавшихся в наш мир после образования Разлома, Ливневые волки были в числе первых. Далеко не сразу бывалые следопыты опознали в этих вторженцах инородных чудовищ. Первые встречи со стаями лютых хищников не пережил никто и, как водится, эти монстры прежде всего населили фольклор и лишь когда Парсилу Ульману, загонщику герцога Легийского удалось обнаружить в чаще истерзанных огромных волков, стало ясно, что они отнюдь не сказочные персонажи. Поначалу об это находке упоминали вскользь лишь потому, что наибольший страх у людей вызывали существа, сумевшие разделаться с волками, но загадкой они были не долго и вскоре Парсил Ульман всерьез взялся за изучение своей находки. Вот, что ему удалось узнать: волки не были порождением Разлома, они обитали в королевства и прежде, но свой устрашающий облик и размер обрели благодаря магии Бездны. Как стало известно позже, Разлом, прорвав твердь земную, пронзил и небесный купол, затронув никому неизвестные процессы образования дождей. Темная магия проникла в эти процессы и теперь проливается дождем затрагивая живность своим тлетворным влиянием. Никто не может объяснить почему одних ливень наполняет силой и злобой, а других просто калечит и убивает. Есть версии, что сотворивший Разлом магистр Эольдер был в большой дружбе с волками, имел при себе фамильяра из этих животных и даже проводил опыты по созданию оборотней. Так это или нет, мы, вероятно, уже не узнаем, зато нам удалось выяснить, что магический ливень, обращающий волков в монстров ведет себя циклически, что скорее всего связано с активностью самого Разлома. Хвала Благодати, не каждый дождь сеет магию по земле и опасаться стоит лишь того, что копиться в темно зеленых тучах, будто бы подсвеченных солнцем с обратной стороны, но даже в ту пору, когда солнца на небе не предполагается. О самих ливневых волках стоит сказать, что средняя величина их достигает около полутора метров в холке, они невероятно быстры и способны совершать прыжки на высоту вдвое больше своего роста. Несмотря на то, что они восприимчивы к любому виду оружия и магии, не стоит их недооценивать, поскольку ливневые волки никогда не охотятся в одиночку. Обычная стая может насчитывать до тридцати особей, но если вдруг этого окажется мало, волки способны собираться и в более крупные стаи причем не редко в самый разгар сражения. Очевидно они имеют некую связь между собой, что позволяет предупредить союзников о битве или охоте. Лично мне с моей госпожой, несравненной миледи Санрайз, удалось пережить не одно столкновение с этими существами и даже дважды встретиться с вожаком ливневых волков. О нем стоит рассказать отдельно, но забегая вперед, скажу, что вторая встреча с нами оказалась для него смертельной. Неведомо откуда так повелось, но вожака стаи, волка в три разу крупнее остальных, в народе прозвали Гром. Вероятно это связано с тем, что прочих магических волков мы называем "ливневыми". Упомянутый ранее Парсил Ульман, увлеченный своей находкой и рассказами "очевидцев" не единожды пытался отыскать волчицу-королеву стаи, которую в глухих деревнях закономерно величали Молнией. К сожалению сведений о его успехе или неудаче я не имею, посему о волчице Молнии писать не стану. Что же касается вожака Грома тот тут нам известно не мало. Кроме утроенной величины от обычного ливневого волка, Грома отличает устойчивость к некоторым магическим эманациям, а именно: ледяным, ядовитым и даже кислотным. Но самым главным и скверным свойством Грома является то, что имя это не принадлежит одному существу. Несмотря на то, что последний Гром был убит нами, доподлинно известно, что лишившись вожака, стая "взращивает" нового. Самый большой и опытный волк после гибели Грома получает львиную часть добычи, практически не участвует в охоте и лишь наращивает массу и рост. Вся стая прислуживает ему, а он, в свою очередь, охраняет стаю в тех случаях, когда ей грозит опасность. Долгое время считалось, что ливневые волки входят в единую стаю и вожак у них один на всех, но одновременное упоминание Грома в отчетах Серебряной гвардии и гвардии Ильситера, убеждает, что на наших землях существует не менее двух Громов одновременно. Вероятно они делят территорию, и стараются не встречаться, по крайней мере о стычках между стаями доподлинно ничего не известно. Поскольку Грома уместно отнести к особой категории монстров, которую я именую "Титанами", то в будущем я еще уделю ему внимание, когда перейду к этой категории существ.

Тролли

Тролли представляют собой человекоподобных монстров, обладающих огромной силой, скоростью и выносливостью. При этом они так же отличаются значительными размерами. В среднем тролли могут достигать до трех метров в высоту, хотя по широко распространенным в Орлинге слухам бывают особи и выше. Я лично, за время своего путешествия с госпожой Санрайз, не однократно наблюдал данных тварей и смею заверить, что многие из них казались куда выше среднего роста. При этом монстры сии обладают невероятно толстой шкурой, местами покрытой костяными пластинами и практически равнодушны к холодному оружию, по крайней мере если оно оказалось не в крепких руках или не угодило в редкие уязвимые точки, к которым относятся голова монстра и его суставы. Поскольку тролли стали одной из самых многочисленных напастей, хлынувшей из Разлома, сложно понять когда именно состоялась первая встреча жителей Орлинга с этими существами. Скорее всего сразу множеству поселений не повезло столкнуться с ними.

В отличие от большинства порождений Бездны Тролли обладают хоть и примитивным, но разумом. Они ведут кочевой образ жизни и подобно множеству зверей сходятся с сородичами только в периоды размножения, случающиеся весной и ранней осенью. Все остальное время монстры, подобно медведям, пытаются нарастить массу и размер убивая и съедая все живое, с чем могут сладить, чтобы в период размножения выстоять в бою против конкурентов. Они умеют мастерить примитивные орудия, делать простую одежду из шкур, но более сложные ремесла им не даются и, впрочем, их не интересуют.

Большим знатоком троллей считался Пальтиор Эленваль - ученый и библиотекарь Ринзорской академии в Лидарии. Он был убежден, что со многими порождениями бездны люди могли бы найти общий язык и планировал доказать это с помощью троллей. Он многие годы потратил на изучение их повадок и пришел к выводу, что они вовсе не агрессивны и часто становятся жертвами предрассудков. Он был уверен, что первый конфликт с этими существами произошел по вине человека, который атаковал пугающего великана, чем вызвал всеобщую ненависть троллей к людскому роду. Дабы доказать свою теорию Пальтиор изловил силами охотников нескольких троллей и пытался наладить с ними мирный контакт. К сожалению, тролли не могли освоить ни общего языка, ни даже каких либо иных способов общения. Несмотря на наличие разума, у них совершенно отсутствует стремление к познанию. Все, что их волнует, это еда и поиск особи для размножения. Даже сложные и крайне полезные в науке и быту предметы, которые им демонстрировал Пальтиор не смогли пробудить у троллей интерес. Они остались совершенно равнодушны даже к труту и кресалу, с помощью которых Пальтиор вызывал огонь. Вкусив же приготовленной на костре пищи, они не сочли ее лучше, чем сырое мясо и с одинаковой охотой ели и то и другое. Путем схем, хитрых знаков и прочих ухищрений Пальтиор пытался выдрессировать троллей, научить их ладить с людьми, но однажды один из монстров, самый сообразительный по мнению ученого, вырвался из клетки. Это случилось когда Пальтиора не было дома и обернулось страшной трагедией. Тварь сбежала, но перед этим растерзала жену Пальтиора и словно в насмешку над человеком швырнула ее в очаг. Там ученый и нашел свою супругу: наполовину обгоревшую, наполовину обглоданную. Пальтиор обезумел от горя и предав мучительной смерти оставшихся троллей, поклялся извести из нашего мира всех монстров до последнего. В первую очередь он, разумеется, собирался выследить сбежавшего убийцу. К сожалению ему это не удалось, поскольку через полгода после произошедшей трагедии он скончался в стенах монастыря Арполи от раны, полученной после встречи с бандитами. Как закончилась жизнь сбежавшего тролля увы неизвестно, но могу заверить читателя, что твари едва ли удалось избежать возмездия. Потеряв дочь, Пальтиор не скупился на услуги охотников и вскоре они перебили всех троллей в окрестностях, надолго отбив охоту у прочих монстров появляться близ Лидарии.

Кальтерпии

Первое упоминание кальтерпиев зафиксировано в 1165 году. Тогда о жутких существах проникших в замок Артиглас, что на севере от Эглидея, писал префект Салендер. До тех пор они вероятно вели скрытный образ жизни и охотились в основном на диких животных. Скорее всего они и раньше нападали на скот и людей в окрестностях замка, однако подобные инциденты чаще списывали на известных хищников, а еще чаще просто игнорировали. Но зима 1165 года оказалась настолько суровой, что многие хищники отправились искать добычу в людских поселениях и в числе прочих оказались кальтерпии.

Примечательно, что в те времена они отличались меньшим размером (до метра в высоту, против полутора метров сейчас), что явно свидетельствует о том, что в новой среде обитания монстры из Разлома способны к быстрой эволюции. Как и все стайные хищники, кальтерпии предпочитают охотиться группой, кроме ловкости и силы, проявляя при этом изрядную хитрость. Они весьма четко разделяют роли в группе и зачастую эти роли оказываются весьма сложными: так, например, в задачи отдельных особей входит отвлечение добычи, в то время как другие преднамеренно наносят ей не фатальные повреждения, а после особи меняются ролями и берут жертву измором. Такая тактика позволяет кальтерпиям охотиться даже на сильно превосходящих их размером и численностью существ.

Гарнизон замка Артиглас почти каждую ночь на протяжении той зимы отлавливал кальтерпиев и предавал их смерти, однако твари плодились очень быстро и пережив зиму, наполнили леса снова. Встреча с людьми сделала их смелее и они уже не стремились прятаться от путников, став одной из главных проблем сперва земель Орлинга, а после расселившись по всем королевствам.

Отведав в замке человеческого мяса, кальтерпии очень быстро привыкли к его вкусу и часто стали навещать деревни и другие поселения, вынудив короля Нартагойна впервые после падения Асагриона искать помощи у немногочисленных магов. На какое-то время усиленные магами рейды вглубь лесов отвадили кальтерпиев от человеческих обиталищ, однако до сих пор эти существа не редко предпочитают селиться вблизи городов и занимать брошенные людьми постройки, словно в надежде, что люди однажды вернуться и смогут насытить их многочисленное племя своей плотью.

Несмотря на регулярные встречи с этими монстрами, скорее всего навсегда поселившимися в наших королевствах, об устройстве их общества известно не много. Уже знакомый вам ученый Пальтиор Эленваль посветил не мало времени изучению кальтерпиев, но так и не сумел обнаружить их логово, что наводит на мысль о том, что эти существа ведут кочевой образ жизни и подобно травоядным стадам, перемещаются следом за пропитанием. Также мастер Эленваль установил, что в одной стае, насчитывающей до двух десятков особей, как правило всего одна самка. Это открытие могло бы сильно помочь в истреблении монстров, однако самка никогда не принимает участия в нападениях и охоте. Она держится в стороне до тех пор, пока самцы не удостоверятся в безопасности и не позволят ей разделить с ними добычу. Кроме того, отличить самку от самца крайне не просто, что также усложняет охоту на них.

Ред. Королевской библиотеки от 14 ноября 1246 года. В дополнение к указанной мастером Мейбилостом информации сообщаем. Согласно обновленным данным, после издания указа короля Слидгарта о Великой охоте численность кальтерпиев, равно как и прочих монстров из Разлома сильно сократилась, что подтверждает факт истребления их чрезмерно плодовитых самок. В настоящее время на Юге монстры снова ведут скрытный образ жизни и предпочитают избегать поселений людей, однако в сезон размножения, приходящийся на позднюю весну и начало лета их численность порой возрастает настолько, что они появляются на обжитых землях, где встречают вольных охотников. Как правило, такие встречи заканчиваются для кальтерпиев плачевно, однако скрытный образ жизни и невероятная плодовитость вынуждают согласиться с мастером Мейбилостом в том, что истребить этих существ полностью едва ли удастся и они надолго останутся частью экосистемы нашего мира.