О моем перерождении в голубя I: Становление

Глава 1. Смерть

Утро вторника, как обычно, началось с того, что Александр Мудрев проклял будильник, будильник проклял Александра, и оба остались недовольны друг другом.

— Вот жеж… — протянул Александр, хлопая ладонью по тумбочке в поисках телефона. Нащупав вибрирующее устройство, он нажал «отложить» и уставился в потолок.

Тридцать шесть лет. Тридцать шесть лет жизни, и что он успел? Окончил университет с красным дипломом магистра экономических наук. Родители гордились. Преподаватели пророчили большое будущее. А будущее оказалось риелторской конторой «Уютный дом» в спальном районе, где его задача заключалась в том, чтобы впаривать квартиры, в которые он сам не мог бы въехать даже при всём желании.

— Саня, вставай! — донеслось из-за стены. Соседка баба Нина, как всегда, барабанила по радиатору. — На работу опоздаешь, безработным будешь!

— Я уже безработным быть не могу, баб Нин, — буркнул Александр, натягивая подушку на голову. — У меня работа есть. Плохая, но есть.

Он всё-таки поднялся, прошлёпал босыми ногами на кухню, включил чайник и уставился в окно. Обычный двор. Обычные деревья. Обычные голуби на карнизе. Один из них, особенно наглый, сидел прямо напротив окна и смотрел на Александра с таким выражением, будто оценивал его потребительскую стоимость.

— Иди на хрен, пернатый, — лениво сказал Александр, наливая кипяток в кружку.

Голубь наклонил голову. Александру показалось, или птица правда смотрела с вызовом?

— Серьёзно? — Александр отхлебнул кофе. — Ты сейчас меня оцениваешь? Я человек, в конце концов. Венец эволюции. У меня большой мозг. Работа. Кредит. Бывшая жена. А ты — птица. Твой мозг размером с горошину.

Голубь моргнул. Медленно. С достоинством.

— Ладно, — Александр махнул рукой. — Спорить с голубями — это уже дно.

Он собрался, надел свой единственный более-менее приличный костюм (купленный на распродаже три года назад) и вышел из квартиры. Лифт не работал — как обычно. Третий этаж. Почти спорт.

— Саня, здорово! — крикнул ему вдогонку дворник дядя Вася, подметавший тротуар. — Чего такой кислый? Зарплату задержали?

— Когда её задерживать, если её и так нет, дядь Вась, — отозвался Александр, поправляя галстук.

— Ничего, прорвёмся! — дядя Вася подмигнул. — Главное — здоровье!

«Здоровье — это да, — подумал Александр, идя к остановке. — А ещё деньги были бы неплохо. И нормальный начальник. И смысл жизни. И…»

Мысли текли своим чередом, пока он стоял на остановке в толпе таких же сонных людей с такими же скучающими лицами. Город просыпался. Машины гудели. Где-то играла музыка. Жизнь текла своим чередом.

Александр достал телефон, открыл свою любимую MMORPG — «Эпоха Теней». Там он был не Александром Мудревым, тридцатишестилетним риелтором с ипотекой и проблемами со спиной. Там он был Элианом Тенеловом, эльфом-лучником семьдесят восьмого уровня, владельцем легендарного лука «Пронзающий Сумрак». Там у него были друзья, клан и цель: пройти рейд на Властелина Бездны.

— Элиан, выходи! — написал в чат его клан-лидер. — Собираем рейд!

— Я на работе, — ответил Александр. — Буду через час.

— Ты всегда на работе! Когда ты уже бросишь эту свою… работу?

— Когда она меня бросит, — усмехнулся Александр и убрал телефон в карман, потому что подошёл автобус.

В конторе было тихо. Три менеджера, секретарша Леночка (которая только и делала, что красила губы и листала ленту в телефоне), и начальник — Пётр Иванович Козловский, мужчина пятидесяти пяти лет с лицом, выражавшим перманентное недовольство всем мирозданием.

— Мудрев! — рявкнул Козловский, едва Александр переступил порог. — Ко мне!

— Доброе утро, Пётр Иваныч, — сказал Александр, входя в кабинет начальника.

— Доброе утро? — Козловский тряхнул газетой. — Ты Тихомирову обзванивал?

— Она сказала, что подумает.

— Она сказала «подумает» две недели назад! Мне не нужно, чтобы она думала, Мудрев! Мне нужно, чтобы она купила! Ты понимаешь разницу?

— Понимаю.

— Вот иди и делай! Убеди её! Сделай что хочешь! Спой ей! Спляши! Женись на ней, в конце концов!

— Она на пять лет старше моей мамы, — заметил Александр.

— Тем более! — Козловский стукнул кулаком по столу. — У неё деньги есть, значит, она привлекательная! Всё, иди работай.

Александр вышел из кабинета, сел за свой стол и уставился в монитор. Клиентов не было. Звонков не было. Даже спамеры будто взяли выходной.

— Леночка, чай будешь? — спросил он секретаршу.

— Ага, — она оторвалась от телефона на секунду. — Зелёный, без сахара. Я на диете.

— Ты всегда на диете.

— И что? — она фыркнула. — Ты на мою диету не надейся. Это я для себя стараюсь.

Александр вздохнул и пошёл набирать чайник. В коридоре он столкнулся с Козловским, который нёсся куда-то с папкой в руках, бормоча под нос:

— Квартиру продать, квартиру купить, ипотека, проценты, документы, печати… — он остановился и посмотрел на Александра. — Ты чего стоишь?

— Чай пью, — ответил Александр, поднимая кружку.

— Рабочее время, между прочим! — рявкнул Козловский и умчался дальше.

— Рабочее, — согласился Александр и сделал глоток. — И какой смысл во всём этом?

Он вернулся за стол, открыл «Эпоху Теней» в фоновом режиме. Пока начальник носится, можно быстренько зафармить несколько мобов. На экране замелькали пиксели: Элиан Тенелов бежал по Тёмному лесу, выпуская стрелы в лесных троллей.

— Вот это жизнь, — мечтательно сказал Александр. — Тролли хотя бы честные. У них написано «тролль» — значит, тролль. А в реальной жизни написано «риелтор» — а ты на самом деле и грузчик, и психолог, и уборщик, и козёл отпущения.

Время тянулось медленно. Александр обзвонил трёх потенциальных клиентов. Один не взял трубку. Второй сказал, что уже купил квартиру через другого агента. Третья — та самая Тихомирова — снова сказала, что «подумает».

— Думайте, — обречённо сказал Александр в трубку. — Думать полезно.

Он повесил трубку и посмотрел в окно. За стеклом было серое небо, деревья качались от ветра, и те же голуби сидели на карнизе. Тот самый наглый голубь снова смотрел на него.

— Ты меня преследуешь? — спросил Александр.

Голубь не ответил. Но взгляд у него был многозначительный.

— Ладно, — Александр отвернулся. — Я разговариваю с голубем. Это новый уровень деградации.

День тянулся бесконечно. В обед Александр съел сомнительную шаурму в ларьке рядом с офисом, и теперь его желудок подавал сигналы SOS.

— Надо было брать с собой еду, — простонал он, сидя на корточках возле урны. — Мама всегда говорила: «Саша, бери с собой контейнер». Нет, я же умный, я же взрослый.

Он вернулся в офис, где его ждал свежий нагоняй от Козловского. Потом ещё один. Потом ему позвонила бывшая жена с требованием алиментов (хотя детей у них не было, она требовала алименты «на себя»).

— Ты серьёзно? — спросил Александр.

— Иск о взыскании алиментов я уже подала, — холодно ответила она и повесила трубку.

— Каких алиментов? У нас же детей нет! — крикнул Александр в уже замолчавшую трубку. — Ты за что с меня алименты хочешь? За то, что я женился на тебе? Так это ты на мне женилась! То есть вышла замуж. Сама. По своей воле. Никто не заставлял.

Телефон молчал.

— Вот же сука, — выдохнул Александр, откидываясь на спинку стула. — Мало того, что жизнь дерьмо, так ещё и бывшая решила напоследок додавить.

Он сидел и смотрел в одну точку. Ему было тридцать шесть. У него не было ни машины, ни квартиры (снимал), ни сбережений. Бывшая жена подала на алименты, хотя у них не было детей. Начальник — самодур. Единственная радость в жизни — виртуальный эльф, который бегает по виртуальному лесу и стреляет в виртуальных троллей.

— Что я делаю со своей жизнью? — спросил он пустоту.

Пустота не ответила.

Часы показывали 17:45. До конца рабочего дня оставалось пятнадцать минут. Александр уже начал собираться, когда почувствовал странную вибрацию.

Сначала он подумал, что это поезд метро. Но метро было далеко. Потом — что это он сам дрожит. Но нет, дрожал пол.

— Что за… — начал он.

И тут земля ушла из-под ног.

Здание тряхнуло так, что монитор упал со стола. С потолка посыпалась штукатурка. Леночка закричала. Козловский вылетел из кабинета с лицом цвета свежего снега.

— Что происходит?! — заорал он.

Александр попытался встать, но его швырнуло к стене. За окном творилось что-то невообразимое: небо разрывалось на части. Буквально разрывалось. Огромная трещина — фиолетовая, пульсирующая, светящаяся — расколола небосвод от земли до самого неба.

— Разлом, — выдохнул Александр, глядя в окно.

Он был геймером. Он читал книги. Он знал, что такое разлом. Это врата. Врата в другой мир. И оттуда лезут…

Твари.

Первая тварь вывалилась из разлома над соседним зданием. Огромная, чёрная, с множеством ног и горящими красными глазами. Она рухнула на крышу и проломила её, как картонную.

— БЕЖИМ! — закричал кто-то.

Офис охватила паника. Все ломанулись к выходу. Александр побежал вместе со всеми. Лестница тряслась. Стены трескались. Сверху падали куски бетона.

— Быстрее! — крикнул кто-то впереди.

Александр спотыкался, но продолжал бежать. Второй этаж. Первый этаж. Входная дверь. Улица!

Он выбежал на улицу и остановился, глядя на небо. Разломов было много. Десятки. Сотни. Они открывались повсюду. Из них сыпались монстры. Одни — огромные, другие — размером с кошку. Они падали на город, крушили здания, убивали людей.

— Господи… — прошептал Александр.

Кто-то толкнул его в спину. Толпа бежала, не разбирая дороги. Александр побежал тоже. Он не знал, куда. Просто подальше от этого кошмара.

Земля снова содрогнулась. Рядом с ним рухнул столб. Потом ещё один. А потом Александр услышал звук. Низкий, гулкий, нарастающий. Он поднял голову и увидел, как соседнее здание — двадцатиэтажка, где он бывал сто раз, показывая квартиры — начало наклоняться.

— Нет, — сказал он.

Здание падало прямо на него.

Время замедлилось. Александр смотрел на приближающуюся стену и думал о странных вещах. О том, что не допил тот чай. О том, что не дофармил троллей. О том, что забыл выключить утюг. О том, что на столе осталась недоеденная шоколадка.

— Вот жеж, — успел сказать он.

Удар был такой силы, что он не почувствовал боли. Просто темнота. Тепло. Тишина.

А потом — абсолютное ничто.

***

Александр не знал, сколько времени прошло. Мгновение? Вечность? Он не чувствовал тела. Не чувствовал времени. Он просто… существовал в пустоте.

Это напоминало то состояние, когда ты уже проснулся, но ещё не открыл глаза, и пытаешься понять, какой сегодня день, кто ты, где ты и почему вообще существуешь. Только в сто раз страннее. Потому что обычно в таком состоянии у тебя хотя бы есть тело. А тут — ничего. Ни рук, ни ног, ни головы. Только сознание, парящее в бесконечной пустоте.

— Я умер, — осознал Александр. — Вот так тупо и умер. Под обломками здания. Даже не в бою с драконом. Даже не от героической смерти. Просто — бах, и нет риелтора.

Эта мысль была настолько обидной, что если бы у него было тело, он бы, наверное, заплакал. Но тела не было, поэтому он просто мысленно возмущался.

— Твою ж дивизию. Тридцать шесть лет жизни. Университет, диплом, работа, ипотека, развод, одиночество — и всё это ради того, чтобы меня придавило зданием? Даже не дракон. Даже не демон. Здание. Обычное, бетонное, советское здание. У него, наверное, ещё и срок эксплуатации вышел, между прочим. Крыша текла, подвал сырой. И это здание меня убило. Позорная смерть.

Он хотел бы ещё понегодовать, но тут что-то изменилось.

— Ну и дерьмовый же день, — подумал он, если это можно было назвать мыслью.

А потом что-то произошло. Что-то щёлкнуло. Что-то включилось.

В пустоте загорелись слова. Огромные, светящиеся буквы, сложившиеся в текст.

**[ВНИМАНИЕ]**

**[Обнаружен новый носитель]**

**[Идёт привязка…]**

**[Привязка завершена на 0%… 15%… 43%… 78%… 100%]**

**[Поздравляем! Вы выбраны для перерождения!]**

**[Причина: смерть до истечения срока естественной жизни]**

**[Класс: выбран случайно]**

**[Класс: ГОЛУБЬ]**

**[Уровень: 1]**

**[Начальные характеристики:]**

**[Сила: 2]**

**[Ловкость: 3]**

**[Интеллект: 5]**

**[Мудрость: 3]**

**[Выносливость: 2]**

**[Удача: 5]**

**[Базовый навык разблокирован: Падальщик]**

**[Падальщик: вы можете питаться остатками монстров, повышая свои характеристики. Шанс получения +1 к случайной характеристике при питании: 30%]**

**[Первая цель: выжить]**

— Чего? — мысленно спросил Александр. — Голубь? Какой, к чёрту, голубь? Я хочу быть эльфом! У меня семьдесят восьмой уровень! У меня лук «Пронзающий Сумрак»!

**[Выбор класса окончательный. Изменению не подлежит.]**

**[Перерождение через 3… 2… 1…]**

Александр хотел закричать, но вместо этого…

***

— Курлык?

Он открыл глаза.

Сначала Александр ничего не понял. Он видел что-то странное. Мир был… другой. Цвета были ярче. Детали — чётче. Он видел каждый камешек на асфальте, каждую трещинку, каждую пылинку.

— Что за… — попытался сказать он, но из горла вырвалось только:

— Курлык.

Александр замер.

Он медленно опустил взгляд. Вместо рук — серые перья. Вместо ног — тонкие птичьи лапки с коготками. Вместо привычного тела — комок перьев.

— КУРЛЫК?! — возмущённо выдал он.

Он попытался поднять руку. Вместо этого поднялось крыло. Он попытался сделать шаг. Вместо этого он подпрыгнул. Он попытался закричать от отчаяния. Вместо этого издал серию гортанных голубиных звуков.

Александр Мудрев, тридцатишестилетний риелтор, заядлый геймер и магистр экономических наук, превратился в голубя.

— Курлык-курлык-курлык! — проговорил он, и это, по всей видимости, было птичьим аналогом отборного русского мата.

Он сидел на асфальте посреди разрушенной улицы. Вокруг были руины. Обломки зданий, перевёрнутые машины, битое стекло. Небо было фиолетовым от разломов. Где-то вдалеке слышались крики и рёв монстров.

— Ну и денёк, — мысленно подвёл итог Александр. — Сначала умер. Потом переродился. Потом переродился голубем. Что дальше?

Он попробовал встать. Это оказалось сложнее, чем он думал. Тело голубя было лёгким, но непривычным. Баланс — совсем другой. Он переваливался с лапки на лапку, пытаясь удержать равновесие.

— Да как вы вообще ходите, птицы? — возмутился он, чуть не упав на бок.

Рядом что-то хрустнуло. Александр резко повернул голову — и чуть не упал снова, потому что шея у голубя оказалась настолько гибкой, что он чуть не посмотрел себе на спину.

Из-под обломков вылезла крыса. Не обычная крыса. Эта была размером с кошку, с красными глазами и шипами на спине. Она уставилась на Александра, облизнулась.

**[Крыса-мутант. Уровень 2]**

— О, нет, — Александр попятился (насколько это возможно на птичьих лапках). — Нет-нет-нет.

Крыса прыгнула.

Инстинкты сработали раньше, чем Александр успел подумать. Он взмахнул крыльями — и взлетел. Прямо вверх. Рывком.

— КУРЛЫК! — испуганно закричал он, оказавшись в воздухе.

Это было странное чувство. Он летел. Он, Александр Мудрев, человек, который боялся высоты (да, иронично), сейчас летел. Птицей. Голубем.

— ААААА! — мысленно орал он, хаотично махая крыльями.

Он врезался в стену. Потом в дерево. Потом в фонарный столб.

— Да твою ж… — не успел додумать он, как снова во что-то врезался.

Но постепенно, очень постепенно, он начал понимать механику. Взмах — подъём. Опустить крылья — снижение. Поворот корпуса — смена направления.

Он выровнялся и повис в воздухе, тяжело дыша (насколько голубь вообще может тяжело дышать).

— Я лечу, — ошеломлённо подумал он. — Я, блин, лечу!

Это было… круто. Оказывается, когда не боишься высоты (потому что тело не понимает, что такое страх высоты), полёт — это невероятно.

Он посмотрел вниз. Город был разрушен. Здания лежали в руинах. Улицы были усеяны обломками. Среди них бродили монстры — разных форм, размеров и степеней уродства. Кое-где мелькали люди — живые, бегущие, прячущиеся.

Александр почувствовал странный укол. Он больше не был одним из них. Он был голубем. Пернатым. Птицей. Крылатым созданием, которое люди обычно гоняют с площадей.

Он медленно приземлился на крышу уцелевшей девятиэтажки. Лапки коснулись края крыши — и на этот раз он удержал равновесие. Прогресс.

Он оглядел горизонт. Разломы пульсировали фиолетовым светом. Монстры заполоняли улицы. Где-то горел пожар. Город умирал.

— Ну и что мне теперь делать? — спросил он себя.

**[Новое задание: Выжить. Прогресс: 0%.]**

— Ага, спасибо, система. Очень помогла.

**[Доступен навык: Падальщик. Используйте его, чтобы получать характеристики.]**

— Падальщик? — переспросил Александр. — Я должен жрать остатки монстров?

**[Да.]**

— Фу.

**[Альтернативы нет.]**

— Ну, — философски заметил Александр, — я в своей жизни ел и шаурму в сомнительных ларьках. Хуже уже не будет.

Он посмотрел вниз, на улицу. Там валялся труп крысы-мутанта, которую кто-то убил (или она сама умерла от разрыва сердца, узрев Александровы навыки пилотирования).

— Выглядит неаппетитно, — заметил Александр. — Но, видимо, это мой новый рацион. Вчера я ел шаурму. Сегодня я буду есть… крысу. Прогресс.

С другой стороны, подумал он, если подумать как геймер: падаль в играх — это же бесплатные ресурсы. В той же «Эпохе Теней» он подбирал всякий хлам с трупов, и это помогало. Может, тут так же? Жрёшь монстра — получаешь статы. По сути, это как есть витаминки. Только витаминки вкуснее.

Он заметил, как из-за угла выбежал человек. Мужчина в разорванной рубашке, с окровавленным лицом, бежал так, будто за ним гнались все демоны Преисподней. Следом за ним выскочило нечто — существо, напоминавшее помесь собаки и осьминога. Мужчина споткнулся об обломок стены и упал. Существо прыгнуло.

Александр отвернулся. Он ничего не мог сделать. Он был голубем. Голубь против осьминога-собаки? Шансы не в его пользу.

— Прости, мужик, — мысленно сказал он. — Если бы у меня был лук «Пронзающий Сумрак», я бы тебя прикрыл. Но у меня даже клюв как следует не заточен.

Существо доело свою добычу и уползло обратно за угол. Александр поёжился. Мир сошёл с ума. Разломы, монстры, смерть, перерождение — это было слишком для одного дня. Особенно для дня, который начался с недопитого кофе и бывшей жены, требующей алименты.

— Ладно, — сказал он сам себе. — Я голубь. Я вижу, как монстры выходят из разломов. У меня есть система прокачки, как в моей любимой RPG. Первый навык — есть падаль.

Он глубоко вздохнул (птицы глубоко вздыхают? Оказывается, да).

— Что ж, Александр. Теперь ты не риелтор. Ты голубь. Добро пожаловать в новую жизнь. Или смерть. Скорее, жизнь. Наверное.

Курлык.

Глава 2. Осознание

Первые десять минут своего существования в качестве голубя Александр потратил на то, чтобы психануть.

Это был не просто псих. Это было эпичное, многоуровневое отторжение реальности, сопровождающееся курлыканьем, хаотичным бегом по кругу (насколько это возможно на двух тонких лапках) и попытками взлететь без разрешения.

— Курлык! Курлык-курлык! КУРЛЫК! — взывал он к небесам, но небеса, занятые фиолетовыми разломами, не отвечали.

Он остановился только тогда, когда понял, что устал. Не как человек — как голубь. Его маленькое птичье сердце колотилось с бешеной скоростью, а грудь (или что там у голубей вместо груди) ходила ходуном.

— Уф, — выдохнул он. Выдох получился с присвистом. Или с чириканьем. Александр уже не различал.

Он сидел на трубе вентиляции на крыше и смотрел на свои лапки. Тонкие, серые, с четырьмя коготками. Он попробовал пошевелить ими. Одна лапка поднялась. Потом опустилась.

— Я могу шевелить лапками, — констатировал он. — Это… приятно?

Он попробовал кивнуть — и случайно клюнул себе в грудь.

— Ай! — мысленно вскрикнул он. — То есть курлык!

Клюв оказался твёрдым и острым. Александр прикоснулся им к крылу. Перья были мягкими, тёплыми. Он почистил одно перо, потом другое. Это оказалось инстинктивным — он просто начал чиститься, даже не думая об этом.

— Это что, груминг? — удивился он. — Я себя вылизываю? Я кошка, что ли? Я голубь!

Но остановиться не мог. Перья нужно было чистить. Это было правильно. Это было естественно. Он провёл клювом по груди, по крыльям, по хвосту.

— Ладно, — сказал он сам себе, закончив с чисткой. — Я голубь. Вопрос закрыт. Я голубь, у меня есть крылья, клюв и желание чистить перья. Примем это как данность.

Он посмотрел на небо. Разломов стало меньше — или они просто сместились. Один из них, самый большой, пульсировал на горизонте. Александр почувствовал странное притяжение — лёгкое, как зуд в подкорке. Там было что-то важное.

— Потом разберусь, — решил он. — Сначала надо выжить.

Он снова посмотрел вниз. Город был неузнаваем. Улицы, которые он знал как свои пять пальцев, превратились в лабиринт из обломков. Вот магазин, где он покупал продукты. Теперь от него осталась груда бетона и торчащая вывеска «Проду». Вот остановка, где он ждал автобус каждое утро. Автобус лежал на боку, перегородив дорогу. Вот его дом. Точнее, то, что от него осталось. Пятиэтажка сложилась, как карточный домик.

— Баба Нина, — вспомнил Александр. — Она… она на первом этаже жила. Может, успела выбежать?

Он почувствовал укол совести. Он переживал из-за того, что стал голубем, а в это время его соседка, возможно, погибла. Целый город погиб.

— Нет, — сказал он себе. — Не думай об этом. Если начнёшь думать обо всех, кто погиб, сойдёшь с ума. Сосредоточься на выживании.

Он посмотрел на систему. Она висела в углу его зрения, как полупрозрачная панель.

**[Александр Мудрев. Уровень 1. Класс: Голубь.]**

**[HP: 20/20. MP: 5/5.]**

**[Активный навык: Падальщик (готов к использованию)]**

— Падальщик, — прочитал Александр. — Это мой единственный навык. Жрать трупы.

Он сплюнул (насколько это возможно с клювом). Сплюнуться получилось плохо — слюны у голубей, видимо, было мало, и вместо плевка вышла какая-то жижа.

— Фу, — поморщился он. — Ладно. Надо что-то есть. Я голоден.

Голод пришёл внезапно. Тело голубя требовало энергии. Александр вспомнил, что не завтракал сегодня. Вернее, он выпил кофе, но кофе — это не еда. К тому же он умер, переродился и потратил кучу энергии на истерику. Естественно, он был голоден.

— Что едят голуби? — задумался он. — Хлебные крошки? Семечки? Чипсы с дивана?

Он оглядел горизонт. Хлебных крошек не было. Семечек тоже. Зато там, внизу, валялся труп крысы-мутанта.

— Ну уж нет, — твёрдо сказал Александр. — Я не буду жрать крысу. Я человек! То есть голубь! То есть я голубь-человек! Я найду нормальную еду!

Он подпрыгнул и взмахнул крыльями. В этот раз получилось лучше. Он взлетел — неуклюже, но целенаправленно. Держась в воздухе, он полетел вдоль улицы, высматривая хоть какой-нибудь продуктовый магазин, который уцелел.

Внизу мелькали руины. Где-то горел пожар, дым поднимался к небу. Александр пролетел мимо перевёрнутой машины, из которой торчала рука. Он отвернулся. Не смотреть. Не думать.

Через три минуты полёта он нашёл супермаркет. Точнее, то, что от него осталось: здание устояло, витрины были выбиты, но внутри всё ещё были полки.

Александр приземлился на входе. Приземление вышло жёстким: он врезался в дверной косяк, кувыркнулся и приземлился на спину, задрав лапки кверху.

— Вот же… — проворчал он, с трудом переворачиваясь.

Внутри супермаркета было темно и пусто. Света не было, электричество вырубили. Александр прошёл внутрь (клюв вперёд, как радар). Система давала ему отличное зрение — он видел в темноте лучше, чем человек. Ещё один плюс голубиной жизни.

Полки были разграблены. Кто-то уже побывал здесь до него и унёс всё ценное: консервы, крупы, воду. Остались только товары, которые мародёры побрезговали брать: приправы, соусы, какие-то диетические хлебцы.

— Да вы издеваетесь, — простонал Александр. — Я голоден, а тут только уксус и кинза.

Он прошёлся по магазину. На полу валялись упаковки чипсов, раздавленные печенья, рассыпанные макароны. Видимо, кто-то в спешке обронил. Александр клюнул чипсину. Вкус был… странным. Чипсы на вкус были какими-то металлическими. Но он был голоден, поэтому съел ещё несколько.

— Ну хоть что-то, — пробормотал он.

Он клевал рассыпанную еду, пока не наелся. Чипсы, немного печенья, даже кусок шоколадки, который кто-то уронил. Система никак не реагировала на эту еду — видимо, она считалась обычной, а не «монстровой», и навык Падальщик не активировался.

— Значит, Падальщик работает только на монстрах, — сделал вывод Александр. — Логично. Система хочет, чтобы я рисковал жизнью ради прокачки.

Он прислушался к своим ощущениям. В супермаркете было тихо. Слишком тихо.

— Это подозрительно, — подумал Александр.

И тут он услышал звук. Шуршание. Тяжёлое, влажное шуршание. Из подсобки.

— Ой, — сказал он.

Дверь подсобки распахнулась. Оттуда выкатилось нечто. Большой комок слизи, размером с колесо от грузовика. Оно было полупрозрачным, внутри плавали кости и какие-то предметы. Оно издавало звук, похожий на хлюпанье.

**[Слизень-мусорщик. Уровень 3]**

— О нет, — Александр попятился. — Нет-нет-нет.

Слизень заметил его и ускорился. Он двигался не быстро, но уверенно. Александр развернулся и побежал. Потом вспомнил, что у него есть крылья, и взлетел.

Слизень остановился. Он не мог атаковать вверх. Он просто стоял и хлюпал, глядя на Александра (если у слизи вообще были глаза).

— Ага, — сказал Александр с высоты. — Слабо, слизень? Летать не умеешь? А я умею!

Он сделал круг над магазином и приземлился на верхнюю полку. Слизень постоял немного и уполз обратно в подсобку.

— Так, — сказал Александр, переводя дух. — Вывод: у слизня нет дальних атак, но он опасен вблизи. Если я упаду в него — всё, прощай, голубиная жизнь.

Он посмотрел на выход. Ему нужно было убираться из магазина. Но слизень караулил в подсобке, а вход был свободен. Александр спланировал к двери и вылетел на улицу.

— Жив, — констатировал он. — Уже хорошо.

Он пролетел дальше по улице. Вокруг царила разруха. Несколько раз он видел людей — они бежали, прятались, сражались. Один человек, здоровенный мужик с монтировкой, отбивался от гончей Хаоса. Гончая была размером с ротвейлера, с чёрной шерстью и горящими красными глазами. Мужик орудовал монтировкой как мечом.

Александр хотел помочь, но чем? Клюнуть гончую? Она его разжуёт и не заметит.

— Прости, мужик, — мысленно сказал он и полетел дальше.

Он летел минут двадцать, пока не нашёл относительно безопасное место: крышу девятиэтажки, с которой открывался отличный обзор. Сел, осмотрелся.

Город был не мёртв. В некоторых окнах горел свет — свечи, фонарики. Люди прятались в подвалах, в уцелевших зданиях. Кое-где виднелись баррикады. Выжившие пытались организоваться.

— А что я? — спросил себя Александр. — Я голубь. Голубь с системой. Что я могу сделать? Я даже слизня победить не могу.

**[Новое задание: Найти безопасное укрытие. Прогресс: 0%]**

— Система, я уже его нашёл! — возразил Александр. — Я на крыше!

**[Убежище не обнаружено.]**

— Крыша — не убежище?

**[Крыша не является безопасным убежищем. Вы уязвимы для летающих монстров.]**

Александр посмотрел на небо. В вышине кружили какие-то тени. Хищные птицы? Или монстры?

— Блин, — сказал он. — Мне нужно место, куда не долетят монстры, где есть вода и еда. И где я могу поспать.

Он задумался. Пока он думал, взгляд упал на голубиную стаю, сидящую на соседней крыше. Обычные голуби. Они ворковали, кивали, что-то обсуждали.

— Хм, — сказал Александр. — А они выжили. Обычные голуби. Без системы. Может, у них есть секрет?

Он подлетел к стае. Голуби посмотрели на него. Один из них, самый большой, наклонил голову и издал вопросительное «курлык».

— Привет, — сказал Александр. — Я, кхм, тоже голубь. Не подскажете, где тут можно переночевать?

Голуби переглянулись. Они явно не понимали его. Ну, то есть, они понимали голубиный язык, но явно не ожидали, что кто-то заговорит с ними так… человечно.

— Курлык? — спросил главный голубь.

— Ага, курлык, — ответил Александр. — В общем, мне нужно укрытие. Еда. Вода. Где тут у вас принято… голубить?

Голуби переглянулись ещё раз, потом главный кивнул в сторону старой водонапорной башни на соседнем здании. Она была разрушена, но внутри, судя по всему, было сухо.

— Спасибо, мужики, — сказал Александр. — Век не забуду.

Он полетел к башне. Внутри и правда было сухо и относительно чисто. Даже солома была — видимо, когда-то здесь гнездились птицы. Сейчас гнездо было пустым.

Александр залез внутрь. Тепло. Сухо. Безопасно.

— Ну вот, — сказал он сам себе. — У меня есть жильё. Правда, это водонапорная башня, и я голубь, но… начало положено.

Он почистил перья (опять этот рефлекс!), устроился поудобнее и закрыл глаза.

**[Убежище обнаружено. Прогресс: 100%.]**

**[Задание выполнено. Награда: 50 опыта.]**

**[Опыт: 50/100]**

— Ура, я получил опыт за то, что нашёл хату, — саркастично подумал Александр. — Осталось ещё пятьдесят, и я получу второй уровень. Как в игре. Жизнь — это MMORPG. Только графика — ультра-реализм, а начальный класс — «Голубь».

Он уснул. Сон был странным: ему снилось, что он летит над бескрайним полем, а вокруг порхают другие голуби, и все они играют в преферанс.

— Пас, — сказал во сне Александр. — Курлык.

***

Он проснулся от того, что кто-то тряс башню.

— Что за? — встрепенулся Александр.

Снаружи доносился грохот. Кто-то ломился в башню. Александр выглянул из гнезда. Внизу, у входа, стоял человек. Нет, не человек. Существо в человеческом облике, но с явными признаками мутации: его руки были покрыты чешуёй, а из спины торчали шипы.

Мутант долбил кулаком по двери башни.

— Вылезай! — рычал он. — Я знаю, ты там! Я чувствую систему!

— Систему? — удивился Александр. — Он чувствует систему?

Мутант был перерождёнцем. Не животным, а человеком, который получил систему, но мутировал. Видимо, не все перерождения проходили гладко.

— Выходи! — продолжал мутант. — Я убью тебя и получу твой опыт!

— Так, — сказал Александр. — Он хочет меня убить ради опыта. Это как PvP. Только в реальной жизни.

Мутант выбил дверь и шагнул внутрь. Александр видел его сверху. Мутант был крупным, с чешуёй на руках и лице. Уровень — 4.

— Ну что, голубок, — осклабился мутант. — Попался?

Александр лихорадочно соображал. У него не было атакующих навыков, кроме клюва. Мутант был сильнее, больше, и явно имел боевой опыт. В лобовую не победить.

— Эй! — крикнул Александр. — Ты кто вообще?

— Я? — мутант удивился, что голубь говорит. — Я… Серёга. Серёга-чешуйчатый.

— Серёга, — повторил Александр. — Серьёзно? Серёга-чешуйчатый? Ты сам себе прозвище придумал?

— Заткнись! — рявкнул Серёга. — Я тебя сейчас на перья пущу!

— Слушай, Серёга, — Александр попятился к краю гнезда. — А ты не думал, что убивать перерождённых — это как-то… неправильно? Мы все в одной лодке. Мир рухнул. Может, стоит объединиться?

— Мне плевать на мир! — заорал Серёга. — Мне нужен опыт! Я хочу стать сильнее!

— Это ты от страха, — сказал Александр. — Ты боишься, что не выживешь, и хочешь набрать уровни любой ценой. Я понимаю. Но PvP в начале игры — это плохая стратегия. Сначала надо прокачать базовые навыки, потом уже идти в PvP.

— Что ты несёшь? — опешил Серёга.

— Я говорю, что ты не прав, — сказал Александр. — Давай договоримся: я улетаю, ты ищешь другую жертву. Все счастливы.

— НЕТ! — Серёга прыгнул.

Александр взлетел. Прямо перед носом Серёги. Мутант проломил головой гнездо и врезался в стену.

— Ай! — вскрикнул он.

Александр вылетел из башни и закружил над ней. Серёга вылез наружу, потирая ушибленную голову.

— Слезай! — заорал он.

— Не слезу, — ответил Александр. — Я голубь. Я летаю. А ты — чешуйчатый идиот, который не умеет летать. Пока, Серёга!

И Александр полетел прочь, оставив Серёгу-чешуйчатого ругаться внизу. Тот метал камни, но не попал.

— Вот так, — сказал себе Александр. — Навык номер один для голубя — всегда быть выше своего врага. В прямом смысле.

Он летел над городом и чувствовал себя немного увереннее. Да, он был голубем. Да, у него не было боевых навыков. Но у него были крылья, система и мозг опытного геймера. А это уже что-то.

— Ладно, — сказал он. — План такой: качаться, исследовать мир, найти других разумных перерождёнцев. И никогда больше не ночевать в водонапорных башнях.

Он посмотрел на горизонт. Фиолетовый разлом пульсировал, притягивая взгляд. Там, вдалеке, было что-то важное. Александр чувствовал это.

— Скоро я туда доберусь, — пообещал он сам себе. — Но сначала — пожрать.

И он спикировал вниз, к очередному разрушенному магазину, надеясь найти хоть что-то съедобное, желательно — не монстров.

В этом магазине, судя по всему, уже побывали мародёры. Но они не заметили подсобку с запасом питьевой воды и протеиновыми батончиками. Александр нашёл три бутылки воды и целую коробку батончиков.

— О, спортивное питание, — обрадовался он. — Раньше я думал, что это для качков. А теперь я голубь, которому нужны силы. Время протеина!

Он с трудом открыл бутылку воды — клюв не очень подходил для откручивания крышек. Пришлось использовать комбинацию клюва и лап. На это ушло пять минут. Потом ещё три — чтобы налить воду в импровизированную поилку (крышку от бутылки).

Вода была тёплой, но чистой. Александр напился, чувствуя, как жизнь возвращается в его маленькое тельце. Протеиновый батончик оказался сложнее: он был твёрдым, и клевать его приходилось по кусочкам.

— Ещё бы кофе, — мечтательно сказал Александр. — Я бы сейчас убил за чашку американо. Но, видимо, кофе-машины в новом мире — роскошь.

Он запасся батончиками (засунул несколько под крыло, как в сумку) и полетел дальше. Время шло к вечеру. Солнце клонилось к закату, окрашивая фиолетовые разломы в оранжевые и красные оттенки. Это было красиво. И пугающе.

— Нужно найти нормальное место для ночлега, — решил он. — Башня отпала. Нужно что-то с узким входом, где не пролезет Серёга-чешуйчатый и ему подобные.

Он присмотрел вентиляционную шахту на крыше офисного здания. Шахта была узкой, с решёткой, которая чудом уцелела. Александр протиснулся внутрь. Там было тесно, но безопасно. И тепло — от работающей (или всё ещё тёплой) вентиляции.

— Идеально, — сказал он, укладываясь. — Узкий вход, стены бетонные, крыша надо мной. Никто не достанет.

Он устроился, свернувшись калачиком. Птичье тело было лёгким, и спать на твёрдом бетоне оказалось неожиданно удобно — перья служили подушкой.

— Вот так, — пробормотал он. — День прошёл. Я жив. Я не съеден. Я даже нашёл укрытие. Считай, прогресс.

**[Ночь. Убежище: безопасно. Режим отдыха активирован.]**

— О, система даже режим сна отслеживает, — удивился Александр. — Удобно.

**[Восстановление HP: +2/час]**

**[Восстановление MP: +1/час]**

— А неплохо. Утром буду полон сил.

Он закрыл глаза. Завтра будет новый день. Завтра он продолжит исследовать новый мир. Завтра он найдёт других перерождёнцев и, возможно, заведёт союзников. А сегодня — сегодня он просто голубь, который выжил.

— Курлык, — сказал он на прощание сам себе. И уснул.

Снились ему чипсы. Много чипсов. Целый бассейн чипсов. И он, Александр, плавает в этом бассейне, как утка. Только он не утка. Он голубь.

— А в принципе, — сказал он во сне, — могло быть и хуже. Я мог переродиться тараканом.

И даже во сне он содрогнулся от этой мысли.

Глава 3. Первый уровень

Утро началось с того, что Александр проснулся и понял: он голубь. Он надеялся, что всё это — страшный сон, и он откроет глаза и увидит свой серый потолок, но нет. Вентиляционная шахта, серые перья, клюв. Реальность.

— Доброе утро, — сказал он сам себе. — Ты голубь. Привыкай.

Высунув голову из шахты, он осмотрел окрестности. Солнце только вставало, окрашивая небо в розовые тона. Разломы никуда не делись — они висели в небе, пульсируя фиолетовым светом. Вдалеке слышался рёв монстров.

— Рабочий день начинается, — вздохнул Александр. — Раньше я вставал на работу. Теперь я встаю на выживание.

Он вылез из шахты, размял крылья. После сна тело затекло — спать в позе голубя было непривычно. Он потянулся, зевнул (клюв открылся широко-широко) и почистил перья.

— Ладно, план на сегодня: набрать опыта, поднять уровень, получить новый навык. И, желательно, не умереть.

Он посмотрел на системную панель.

**[Александр Мудрев. Уровень 1. Опыт: 50/100]**

**[HP: 20/20. MP: 5/5]**

— Пятьдесят опыта есть. Нужно ещё пятьдесят. Как их получить? Убийство монстров даёт опыт. Выполнение заданий — тоже. Исследование — возможно.

Он вспомнил слизня из магазина. Слизень был третьего уровня. Если победить его, опыта должно хватить.

— С другой стороны, — задумался Александр, — слизень может меня убить. Одно касание — и меня растворит кислотой. Нужен план.

Он полетел к тому же супермаркету. Слизень по-прежнему был там. Александр залетел внутрь через разбитое окно и сел на верхнюю полку. Слизень был в подсобке — слышалось влажное шуршание.

— Так, — сказал Александр. — Мне нужно выманить его и атаковать с безопасного расстояния. Вопрос: чем? У меня есть клюв и крылья. Клюв — это ближний бой. Крылья — для полёта. Ничего дальнобойного.

**[Совет системы: используйте окружение.]**

— Окружение? — Александр огляделся. Вокруг были полки, товары, обломки. Его взгляд упал на стеклянные банки с консервацией. — А вот это идея!

Он подлетел к банке с тушёнкой. Банка была тяжёлой. Александр попробовал клюнуть её, чтобы сдвинуть с полки. Банка качнулась, но не упала.

— Ещё раз!

Он клюнул сильнее. Банка покачнулась, потом ещё раз — и рухнула вниз. Прямо на пол. Звук был такой, будто взорвалась небольшая бомба. Слизень в подсобке зашевелился.

— Ага, — сказал Александр. — Работает.

Он скинул ещё одну банку. Потом ещё одну. Слизень выполз из подсобки, раздражённый шумом.

— Сюда, желеобразное недоразумение! — крикнул Александр. — Попробуй достань меня!

Слизень двинулся к нему, но Александр сидел высоко. Слизень не умел лазать. Он остановился под полкой, хлюпая.

— Вот ты и попался, — сказал Александр. — А теперь — бомбардировка!

Он начал скидывать на слизня всё, что попадалось под клюв: банки, бутылки, упаковки. Большая часть просто отскакивала от слизистой поверхности, но некоторые банки разбивались, нанося урон.

**[Урон: 2 HP]**

**[Урон: 1 HP]**

**[Урон: 3 HP]**

— Работает! — обрадовался Александр. — Потихоньку, но работает!

Слизень пытался уворачиваться, но был слишком медленным. Александр скинул на него полку с консервами. Раздался грохот, и слизень издал звук, похожий на предсмертный вздох.

**[Слизень-мусорщик. Уровень 3. HP: 0]**

**[Победа!]**

**[Получено опыта: 60]**

**[Уровень повышен! Теперь вы 2 уровень.]**

**[Получен новый навык: Клевок]**

**[HP восстановлено]**

**[MP восстановлено]**

— ДА! — закричал Александр. — Я сделал это! Я убил слизня! Я красавчик!

Он спрыгнул вниз и подбежал к трупу слизня. Или, точнее, к луже слизи, в которой плавали куски банок.

**[Обнаружен труп: Слизень-мусорщик. Можно использовать навык Падальщик.]**

— О, точно. Падальщик. Я должен это съесть?

Он посмотрел на лужу слизи с кусками металла. Его голубиный желудок сжался.

— Фу. Но если это даст характеристики… Ладно, закрываю глаза и…

Он клюнул слизь. На вкус она была… никакой. Просто желе без вкуса. Он проглотил небольшой кусок.

**[Навык Падальщик активирован. Шанс +1 к характеристике: 30%…]**

**[…Успешно!]**

**[+1 к Выносливости]**

— Ого! — удивился Александр. — Реально работает! Я съел слизь и получил выносливость! Это как витамины, только отвратительные.

Он съел ещё немного слизи. И ещё. Система молчала — сработал лимит или просто повезло только один раз. Но Александр был доволен.

— Так, — сказал он, вытирая клюв о крыло. — Новый уровень. Давай посмотрим, что у меня есть.

**[Александр Мудрев. Уровень 2. Класс: Голубь.]**

**[Опыт: 10/200]**

**[HP: 25/25. MP: 8/8]**

**[Сила: 2. Ловкость: 3. Интеллект: 5. Мудрость: 3. Выносливость: 3. Удача: 5]**

**[Навыки: Падальщик (ур. 1), Клевок (ур. 1)]**

— Клевок! — Александр попробовал активировать навык.

Его клюв на мгновение засветился, и он клюнул пустую банку. Банка пробилась насквозь.

— Ничего себе! — восхитился он. — Это не просто клюв. Это ОРУЖИЕ! Пять единиц урона! С этим можно работать!

Он посмотрел на опыт. Десять из двухсот. До третьего уровня далеко, но начало положено.

— Ладно, — сказал он. — С одним слизнем разобрался. Кто следующий?

Он выглянул из магазина. На улице никого не было. Видимо, монстры не любили солнечный свет. Или просто ещё спали.

— У меня есть время на разведку, — решил Александр. — Нужно найти других выживших. Или перерождёнцев. Или просто безопасное место с запасами.

Он взлетел. Теперь полёт давался легче. Он уже привык к управлению крыльями, к балансу, к ощущению ветра. Он даже начал получать от этого удовольствие.

— Лечу, — сказал он, паря над крышами. — Я, блин, лечу! Круто!

Он пролетел над центром города. Разрушения были ужасными. Здания, которые он помнил, лежали в руинах. Улицы были усеяны обломками, перевёрнутыми машинами, трупами. Александр старался не смотреть вниз.

На площади перед городской администрацией он заметил движение. Несколько человек строили баррикаду. Они тащили доски, ящики, мешки с песком.

Александр приземлился на фонарный столб неподалёку и наблюдал. Людей было четверо: двое мужчин, женщина и парень лет двадцати. Они выглядели измотанными, но живыми.

— Надо поговорить с ними, — решил Александр. — Но как? Я голубь. Говорящий голубь. Они или испугаются, или примут за монстра.

Он задумался. В книгах и играх говорящие животные обычно вызывали шок. Но в мире, где открылись разломы и монстры вылезли из порталов, говорящий голубь, возможно, не был самым странным явлением.

— Ладно, рискну, — сказал он и подлетел ближе.

Он приземлился на ящик рядом с баррикадой. Люди заметили его.

— Смотрите, голубь, — сказал парень.

— Голубь, — повторила женщина. — Обычный голубь. Ешь его, Шурик! Я есть хочу!

Шурик — здоровый мужик с топором — посмотрел на Александра. Александр поднял клюв.

— Эй, — сказал Шурик. — Этот голубь странный. Он смотрит на меня.

— Голуби всегда так смотрят, — ответил второй мужчина, с биноклем на шее. — Они наглые.

— Я не просто голубь, — сказал Александр. — Я перерождённый. Я человек.

Тишина.

Шурик выронил топор. Женщина открыла рот. Парень побледнел. Мужчина с биноклем поправил бинокль.

— Ты… — начал Шурик. — Ты говоришь?

— Да, — ответил Александр. — И я не монстр. Я переродился голубем. Долгая история. Смерть под обломками, система, всё такое.

— Система? — переспросил мужчина с биноклем. — У тебя есть система?

— Ага. Уровень два. Навык — Клевок.

— У меня тоже есть система! — сказал парень. — Я переродился. Остался человеком, но…

— И у меня, — сказал мужчина с биноклем. — Мы все, кто выжил после разломов, получили систему. Ты первый перерождённый не-человек, которого мы встретили.

— Так вы все с системой? — удивился Александр.

— Все, кто умер и вернулся, — подтвердила женщина. — Меня зовут Анна. Это Шурик, это Петрович, это Максим.

— Я — Александр. Можно просто Алекс. Или… Голубь. Как удобнее.

— Голубь-Александр, — усмехнулась Анна. — Звучит как название фильма.

— В моей ситуации — вполне, — вздохнул Александр.

Шурик подошёл ближе, рассматривая его.

— А ты правда человек? — спросил он. — В смысле, у тебя есть человеческое сознание?

— Ага. Я был риелтором. Теперь я голубь. Так что я прошёл карьерный путь от продаж до пернатых.

Шурик рассмеялся. Смех у него был громкий, раскатистый.

— Риелтор! — повторил он. — Голубь-риелтор! Я думал, я видел всё после того, как из разлома вылез демон с тремя головами, но говорящий голубь-риелтор — это новое слово в… в этом всём!

— Рад, что развеселил, — сказал Александр. — Что у вас тут? Как выживаете?

— Плохо, — честно ответил Петрович. — Воды мало, еды — почти нет. Монстры атакуют каждый вечер. Мы держим оборону, но долго не протянем.

— Есть план? — спросил Александр.

— Есть, — сказал Максим. — Мы слышали, что в Новосибирске есть большой разлом. И что там собираются выжившие. Может, там безопаснее.

— Новосибирск, — повторил Александр. — Я чувствую притяжение к тому разлому. Там что-то важное.

— Ты чувствуешь разлом? — удивилась Анна.

— Да. Как зуд. Как будто оттуда идёт сигнал.

— Это странно, — заметил Петрович. — Мы не чувствуем разломы. Только видим.

— Может, потому что я не человек? — предположил Александр. — Может, звери чувствуют то, что люди не чувствуют.

— Возможно, — согласился Петрович. — Слушай, Голубь. У нас есть предложение. Ты летаешь. Ты можешь быть нашим разведчиком. С воздуха видно лучше. А мы тебя защитим и поделимся едой.

— Звучит как сделка, — сказал Александр. — Но мне нужно идти к разлому. Я чувствую, что это важно.

— Мы все пойдём к разлому, — сказал Шурик. — Рано или поздно. Там, говорят, ключ к закрытию всех порталов.

— Правда? — Александр оживился.

— Говорят, — пожал плечами Шурик. — Но кто эти «говорят» — непонятно. Слухи из разных групп выживших.

— Значит, у нас одна цель, — подытожил Александр. — Добраться до Новосибирска, закрыть разлом.

— А пока — выжить, — добавила Анна. — Оставаться в живых — это главный квест.

— Согласен. Ладно, — Александр расправил крылья. — Я согласен быть разведчиком. Облетаю окрестности, ищу ресурсы, предупреждаю об опасности. Вы даёте мне еду и защиту.

— Договорились, — кивнул Петрович.

— Отлично, — сказал Александр. — Тогда я в воздух. Осмотрюсь.

Он взлетел, делая круги над баррикадой. С высоты было лучше видно. Он заметил несколько групп монстров: стая гончих Хаоса в трёх кварталах к северу, одинокий цербер у разрушенного моста, и…

— Что это? — Александр присмотрелся.

На востоке, в нескольких километрах от города, из земли торчала огромная фиолетовая структура. Она напоминала кристалл, но пульсировала, как живая. Вокруг неё роились монстры.

— Это что-то новое, — сказал он себе. — Надо рассказать группе.

Он спикировал вниз, к баррикаде.

— Там, на востоке, — сказал он, приземляясь. — Что-то странное. Фиолетовый кристалл. Вокруг него монстры.

— Кристалл? — переспросила Анна. — Покажи.

— Я могу провести тебя. С воздуха.

— Идём, — решила Анна. Она взяла карабин и кивнула Шурику. — Прикрой.

Они пошли по улице. Александр летел впереди, указывая путь. Через десять минут они вышли на позицию, откуда было видно кристалл.

— Ничего себе, — выдохнула Анна. — Это что, генератор разломов?

— Похоже на то, — ответил Александр. — Если мы его уничтожим, может, разломы закроются?

— Не знаю. Но это наша цель. Нужно подготовиться.

— Я тоже так думаю, — сказал Александр. — Но сначала — разведка. Я подлечу ближе, посмотрю, что там.

— Рискованно, — предупредила Анна.

— Я голубь, — усмехнулся Александр. — Кто заподозрит голубя?

Он взлетел и направился к кристаллу. Полёт был плавным. Ветер дул в спину, помогая двигаться быстрее. Александр поймал поток воздуха и расправил крылья, паря без единого взмаха.

— Вот это кайф, — подумал он. — Никогда бы не подумал, что полёт — это настолько круто. Люди строят самолёты, чтобы чувствовать это. А у меня это бесплатно. Ну, с учётом того, что я умер, конечно.

Он подлетел к кристаллу на расстояние ста метров. Кристалл был огромным — метров двадцать в высоту. Он пульсировал, издавая низкий гул, от которого вибрировали перья. Вокруг кристалла суетились монстры — мелкие, размером с собаку, похожие на помесь ящерицы и таракана.

**[Кристалл разлома. Неизвестный объект.]**

**[Уровень опасности: ???]**

— Система не знает, что это, — удивился Александр. — Значит, это что-то новое. Или древнее.

Он заметил, что монстры не отходят от кристалла дальше, чем на пятьдесят метров. Они кружили вокруг него в странном ритмичном танце.

— Что вы делаете? — спросил он вслух.

Один из монстров поднял голову и посмотрел на Александра. У него не было глаз — только впадины, но он явно чувствовал присутствие голубя. Он зашипел.

— Ладно-ладно, — сказал Александр, отлетая подальше. — Я ухожу.

— Они охраняют кристалл, — сказал он, вернувшись к группе. — И их много.

— Много — это сколько? — спросил Шурик.

— Примерно двадцать-тридцать тварей. Плюс, возможно, есть более сильные внутри или рядом.

— Тридцать, — присвистнул Максим. — Нас четверо и голубь. Не самые хорошие шансы.

— Шансы — это не про нас, — сказал Петрович. — Шансы — это для тех, кто не хочет выжить. А мы хотим. Значит, у нас есть план.

— И какой план? — спросила Анна.

— Зачистка периметра, — ответил Петрович. — Выманиваем монстров по одному, убиваем, отходим. Медленно, но верно. Александр будет нашим корректировщиком с воздуха.

— Звучит как хороший план, — согласился Александр. — А когда зачистим периметр, взорвём кристалл. Чем, кстати, будем взрывать?

— У меня есть граната, — сказал Шурик и достал из рюкзака гранату Ф-1. — Одна, но мощная.

— Одна — это рискованно, — заметил Александр. — Если не сработает, второго шанса не будет.

— Значит, надо, чтобы сработала, — твёрдо сказал Шурик.

Александр кивнул. Клюв его блеснул на солнце.

— Тогда приступим к зачистке.

Первая цель — одиночный монстр, который отошёл от кристалла дальше всех. Александр подлетел к нему и приземлился прямо перед ним. Монстр — таракано-ящерица — уставился на голубя.

— А кто это у нас тут? — пропел Александр. — Маленький, зелёный, противный. Ты чей, мальчик?

Монстр зашипел и бросился на Александра. Александр взлетел, и монстр врезался головой в землю. Из-за укрытия выскочил Шурик с топором и одним ударом разрубил монстра пополам.

**[Убито: Личинка стража кристалла. Уровень 2]**

**[Получено опыта: 15]**

— Неплохо! — сказал Александр. — Синхронно сработали.

— Работает, — кивнул Шурик. — Давай следующего.

Так они и работали: Александр выманивал монстров, Шурик или Анна убивали. Петрович и Максим прикрывали тыл. За полчаса они уничтожили десять монстров. Александр получил ещё 150 опыта и поднялся до третьего уровня.

**[Уровень повышен! Теперь вы 3 уровень.]**

**[Получен новый навык: Визг]**

**[Визг: оглушение на 1 секунду. Перезарядка: 10 секунд.]**

— О, оглушение! — обрадовался Александр. — Это полезно!

— Что там? — крикнула Анна.

— Новый навык получил! Визг! Могу оглушать монстров!

— Отлично! Тогда давай дальше!

Следующего монстра Александр решил испытать навыком в деле. Он подлетел к монстру, завис в воздухе и активировал Визг.

**[Визг активирован]**

Из его клюва вырвался пронзительный звук — такой громкий, что Александр сам чуть не оглох. Монстр замер, схватившись за голову (если у него была голова). Шурик не растерялся и зарубил его.

— Работает! — крикнул Александр. — Полная секунда паралича!

— Крутая способность! — оценил Максим. — У меня такого нет. У меня только усиление силы.

— У каждого свой класс, — сказал Александр. — Ты, видимо, воин. Я — саппорт с элементами контроля.

— Саппорт-голубь, — усмехнулась Анна. — Кто бы мог подумать.

Они продолжили зачистку. Ещё пятнадцать минут — и все монстры в периметре были уничтожены. Александр получил достаточно опыта, чтобы почти достичь четвёртого уровня.

**[Опыт: 380/400]**

— Ещё немного, — сказал он. — И будет четвёртый уровень.

— Успеешь, — ответил Петрович. — Сейчас главное — кристалл.

Они подошли к кристаллу. Вблизи он выглядел ещё более внушительно. Поверхность его переливалась фиолетовым, внутри что-то двигалось — тени, образы.

— Красиво, — сказал Максим. — И жутко.

— Шурик, готовь гранату, — скомандовал Петрович. — Мы отходим. Александр, ты с нами?

— Я на крыше, — сказал Александр, садясь на соседнее здание. — Отсюда видно идеально.

Шурик поставил гранату на растяжку рядом с кристаллом и отошёл. Все укрылись.

— Огонь! — крикнул Петрович.

Граната взорвалась. Звук был оглушительным. Взрывная волна разнесла кристалл на куски. Фиолетовый свет вспыхнул и погас. На месте кристалла осталась только дымящаяся воронка.

**[Кристалл разлома уничтожен]**

**[Получено опыта: 300]**

**[Уровень повышен! Теперь вы 4 уровень.]**

— Есть! — закричал Александр. — Четвёртый уровень! И кристалл уничтожен!

— Сработало! — Шурик вылез из укрытия. — Смотрите, разломы…

Александр поднял голову. Один из разломов — тот, что был прямо над кристаллом — начал сжиматься. Он пульсировал, уменьшался и, наконец, исчез.

— Один закрылся! — воскликнула Анна.

— Значит, кристаллы — это якоря разломов, — сделал вывод Петрович. — Уничтожаем кристалл — закрывается разлом.

— Но у нас есть только один кристалл в этом районе, — сказал Максим. — Остальные разломы висят. Наверное, у каждого есть свой кристалл.

— И где-то есть главный, — добавил Александр. — Тот, что в Новосибирске. Если закрыть его, закроются все.

— Значит, — сказал Шурик, — нам точно нужно в Новосибирск.

Они вернулись к баррикаде. Настроение было приподнятым. Первая победа над системой разломов. Первый уничтоженный кристалл. Первый шаг к спасению мира.

— Завтра выступаем, — сказал Петрович. — Собираем припасы, готовимся к долгому пути.

— А сегодня? — спросил Максим.

— Сегодня отдыхаем, — улыбнулся Шурик. — Мы это заслужили.

Александр сел на крышу и посмотрел на закат. Солнце садилось, окрашивая небо в тёплые тона. Разломов стало меньше — один закрылся. Но остальные ещё были. И где-то вдалеке, в Новосибирске, ждал главный бой.

— Курлык, — сказал он сам себе. — Я иду.

Глава 4. Падальщик

Утром Александр проснулся с чувством голода. Не просто «хочется есть», а звериного, голубиного голода, когда кажется, что желудок вот-вот переварится сам себя.

— Я чего-то не понимаю, — сказал он, глядя на системную панель. — Вчера я нормально поел протеиновых батончиков. Почему я снова голоден?

**[Расход энергии зависит от активности. Полёт — энергозатратный процесс.]**

— А, ну да. Логично. Летать — это вам не в офисе сидеть. Там я тратил калории только на то, чтобы не уснуть.

Он вылез из вентиляции и размял крылья. Солнце уже взошло. День обещал быть жарким. Александр посмотрел на свой статус.

**[Александр Мудрев. Уровень 4. Класс: Голубь.]**

**[HP: 35/35. MP: 15/15]**

**[Навыки: Падальщик (ур. 1), Клевок (ур. 1), Визг (ур. 1)]**

— Четвёртый уровень. Хорошо. Но для дальней прокачки нужно больше опыта. А опыт дают только монстры и квесты. Квестов у меня пока нет. Значит — монстры.

Он подлетел к баррикаде, где уже проснулась группа.

— Доброе утро, — сказал он, приземляясь на ящик. — Чем займёмся?

— Доброе, Голубь, — ответила Анна, поправляя перевязь с патронами. — Мы решили: сегодня идём на разведку в соседний район. Там есть аптека. Нужны лекарства.

— Аптека, — повторил Александр. — Полезно. Я с вами. С воздуха буду прикрывать.

— Отлично, — кивнул Шурик. — Собираемся через пять минут.

Группа выдвинулась. Александр летел над ними, осматривая окрестности. Улицы были пустынны. Монстры, видимо, отдыхали после ночной активности.

— Чисто, — крикнул он вниз. — Двигайтесь.

Они прошли несколько кварталов. В одном месте Шурик нашёл ящик с консервами — тушёнка, сгущёнка, рыба. Запасли.

— Клад! — обрадовался Максим. — Мы неделю можем не думать о еде.

— Неделя — это хорошо, — сказал Петрович. — Но аптека — важнее. Лекарства сейчас на вес золота.

Аптека была разграблена, как и всё вокруг, но кое-что уцелело. Анна нашла антибиотики и обезболивающие. Шурик — бинты и жгуты.

— Уходим, — скомандовал Петрович. — Здесь опасно.

Но было поздно. Из-за угла выскочила стая гончих Хаоса. Пять тварей, каждая размером с ротвейлера.

— В круг! — крикнул Шурик.

Группа встала спиной к спине. Александр взлетел повыше, оценивая ситуацию.

— Пять тварей, уровень 6-7, — сообщил он. — Я могу задержать одну или две, но остальных придётся вам.

— Работаем! — рявкнул Шурик, взмахнув топором.

Первая гончая прыгнула. Александр спикировал и активировал Визг прямо ей в ухо. Гончая на мгновение замерла, Шурик разрубил её.

— Одна есть!

Вторая гончая напала на Анну. Она выстрелила из карабина, но пуля лишь оцарапала тварь. Гончая прыгнула. Анна уклонилась, но гончая задела её плечо когтями.

— Анна! — крикнул Максим.

Он бросился на гончую с ножом, но тварь была быстрее. Александр спикировал снова, клюнув гончую в голову.

**[Клевок. Урон: 5]**

— Клюй её! — крикнул Шурик.

Александр атаковал снова и снова. Визг, Клевок, отлёт, снова Визг, снова Клевок. Он действовал как надоедливая муха, но это работало: гончая отвлеклась на него, и Шурик добил её.

— Ещё две!

Третью гончую Анна застрелила. Четвёртую Максим зарезал, пока Шурик держал её.

— Пятая! — крикнул Петрович.

Пятая гончая стояла и смотрела на них. Она не атаковала. Она просто стояла и смотрела. Потом она развернулась и убежала.

— Убежала, — выдохнул Шурик. — Доложит остальным.

— Надо уходить, — сказал Петрович. — Быстро.

— Анна ранена, — заметил Максим.

— Пустяк, — сказала Анна, заматывая плечо бинтом. — Царапина. Идём.

Они вернулись к баррикаде без приключений. Анна обработала рану, приняла антибиотик. Александр сидел на ящике и смотрел на трофеи: консервы, лекарства. Жизнь налаживалась.

Но голод никуда не делся. Александр посмотрел на трупы гончих, которые остались на улице. В голове всплыло описание навыка Падальщик.

— Я должен это сделать, — сказал он себе. — Ради прокачки.

Он полетел обратно на место боя. Трупы гончих ещё были там. Они смердели, но Александр заставил себя подойти.

— Это во имя науки, — сказал он, зажмурился и клюнул труп.

**[Навык Падальщик активирован. Шанс +1 к характеристике: 30%…]**

**[Неудача.]**

— Ничего. Попробуем ещё.

Он клюнул второй труп.

**[Навык Падальщик активирован. Шанс +1 к характеристике: 30%…]**

**[+1 к Силе]**

— Есть! Сила! Теперь я не просто голубь, я СИЛЬНЫЙ голубь!

Он клюнул третий труп. И четвёртый.

**[+1 к Удаче]**

**[Неудача.]**

— Два повышения за четыре попытки. Неплохой результат. Продолжим.

Он хотел клюнуть пятый труп, но заметил, что к нему приближается какой-то монстр. Побольше, пострашнее. Уровень — 8.

— Не, это уже перебор, — сказал Александр и улетел.

Вернувшись к баррикаде, он почувствовал прилив сил. Система показывала изменения.

**[Сила: 3. Удача: 6]**

— Я расту, — улыбнулся он. — В прямом смысле.

— Ты чего такой довольный? — спросил Шурик.

— Падальщик сработал, — ответил Александр. — Я съел трупы монстров и получил характеристики.

— Фу, — поморщилась Анна. — Ты серьёзно?

— Серьёзно. Навык такой. Я и сам не в восторге, но прокачка есть прокачка.

— Странная у тебя система, — заметил Петрович. — Моя система даёт мне навыки за медитацию.

— А моя — за убийства, — добавил Максим.

— А моя — за то, что я жру мертвечину, — усмехнулся Александр. — У всех свои тараканы. У меня — буквально.

Вечером они сидели у костра, разведённого внутри разрушенного здания. Александр чистил перья и слушал разговоры.

— Завтра двинемся дальше, — сказал Петрович. — К Новосибирску. Дорога долгая.

— Сколько километров? — спросил Александр.

— Отсюда — около трёхсот. Если по трассе — дня три-четыре пешком. С твоей скоростью — быстрее.

— Я могу разведывать путь, — предложил Александр. — Лечу, смотрю, что впереди, возвращаюсь, докладываю.

— Это сэкономит время, — согласилась Анна. — Но не отвлекайся надолго. Если попадёшь в беду, мы не сможем быстро прийти на помощь.

— Я голубь, — усмехнулся Александр. — Если что — улечу. Я быстрый.

— Ладно, — сказал Шурик. — Завтра в путь. А сейчас — спать.

Александр устроился на балке под потолком. Спать на высоте было безопаснее. Он закрыл глаза, но сон не шёл.

Он думал о своём навыке. Падальщик — мерзкий, но эффективный. Если качаться на трупах монстров, можно быстро поднять характеристики. Но для этого нужно много трупов. А для трупов нужно много убитых монстров.

— Замкнутый круг, — пробормотал он. — Чтобы качаться, нужны трупы. Чтобы были трупы, нужно убивать. Чтобы убивать, нужно быть сильным. Чтобы быть сильным, нужно качаться.

— Ты чего бормочешь? — спросил сонный голос Максима.

— Философствую, — ответил Александр. — Спи.

— Угу, — Максим отвернулся и захрапел.

Александр ещё некоторое время смотрел в потолок, потом уснул.

***

Утро началось со сборов. Группа упаковала припасы: консервы, воду, патроны, лекарства. Александр проверил свои навыки: Клевок, Визг, Падальщик. Всё было готово.

— Выдвигаемся, — сказал Петрович.

Они пошли по шоссе, ведущему на восток. Александр летел впереди. С высоты он видел всё: разрушенные деревни, сгоревшие машины, редкие фигуры выживших. Один раз он заметил засаду — группа монстров пряталась в лесу у дороги.

— Стойте, — крикнул он, приземляясь. — Впереди засада. Метров пятьсот. Пять тварей.

— Обойдём, — решил Петрович. — Слева лес, справа поле. По полю опасно — открытое пространство. Идём через лес, в обход.

— В лесу могут быть другие монстры, — предупредил Максим.

— Но там есть укрытия, — возразил Петрович. — Риск меньше.

Группа свернула в лес. Александр летел над кронами, пробивая путь. В лесу было сумрачно и тихо.

— Чисто, — сказал он.

Внезапно из-за дерева выскочил огромный паук. Он был размером со свинью, с мохнатыми лапами и множеством глаз.

**[Лесной паук. Уровень 9]**

— ПАУК! — заорал Александр.

Шурик отреагировал мгновенно: развернулся и рубанул топором по лапе паука. Лапа отлетела. Паук завизжал и отступил. Анна выстрелила — пуля попала в глаз. Паук дёрнулся и убежал в чащу.

— Тварь, — выдохнул Шурик. — Ненавижу пауков.

— Все ненавидят пауков, — сказал Максим. — Это аксиома.

— Труп остался, — заметил Александр, глядя на отрубленную лапу.

— Ты не будешь это есть, — твёрдо сказала Анна.

— Буду, — сказал Александр.

— Не будешь.

— Буду.

— Фу.

— Прокачка, — возразил Александр. — Мне нужны характеристики. Прости, Анна, но законы жанра требуют жертв.

Он подошёл к лапе и клюнул. На вкус — как варёный краб, только гаже.

**[Падальщик активирован. Шанс +1 к характеристике: 30%…]**

**[+1 к Выносливости]**

— Ради этого стоило, — сказал Александр, вытирая клюв. — Выносливость повысилась.

— Фу, — повторила Анна, но уже с уважением.

Они продолжили путь. За день прошли около тридцати километров. К вечеру нашли заброшенную ферму. Устроились на ночлег в сарае.

— Нормально, — сказал Шурик, оглядываясь. — Стены крепкие, крыша есть. Заночуем.

— Я проверил окрестности, — доложил Александр. — Чисто. Монстров нет. Пару км отсюда — небольшая деревня. Там, кажется, есть люди.

— Завтра проверим, — решил Петрович.

Ночью Александр снова тренировал Падальщик: нашёл труп монстра, которого кто-то убил раньше, и поклевал его.

**[+1 к Интеллекту]**

— Интеллект, — удивился он. — Падальщик повысил интеллект. Значит, я умнею от тухлого мяса. Интересно, что бы сказали мои преподаватели в университете?

Он лёг спать с чувством выполненного долга. Прогресс шёл медленно, но уверенно.

На следующее утро группа двинулась к деревне. Это была маленькая деревенька — домов двадцать. Она чудом уцелела: ни разломов, ни монстров рядом не было.

Въезд в деревню преграждал забор из кольев и колючей проволоки. На воротах висела табличка: «Добро пожаловать в Берёзовку. Просьба стучать».

— Берёзовка, — прочитал Александр. — Мило.

— Стучим, — сказал Петрович и постучал в ворота.

Из-за забора выглянул мужчина с ружьём.

— Кто такие? — спросил он.

— Выжившие, — ответил Петрович. — Идём в Новосибирск. Можно переночевать?

Мужчина осмотрел их. Его взгляд задержался на Александре.

— У вас голубь говорящий? — спросил он.

— Долгая история, — сказал Александр. — Переродился.

— Переродился, — повторил мужчина. — Ну бывает. У нас тут кот переродился. Тоже говорит.

— Кот? — оживился Александр. — Говорящий кот?

— Ага. Сидит на печи, командует. Деревня в шоке.

— Я должен с ним познакомиться, — сказал Александр.

Ворота открылись. Группа вошла в деревню. Берёзовка была ухоженной: чистые улицы, покрашенные дома, огороды. Люди занимались своими делами, дети играли в мяч.

— Как будто и не было апокалипсиса, — удивилась Анна.

— Глава деревни — бывший военный, — объяснил мужчина с ружьём. — Он организовал оборону. У нас есть колодец, огороды, скотина. Живём.

— Везёт вам, — сказал Максим.

— Сами выживаем, — пожал плечами мужчина. — Ладно, проходите. Вечером будет общий ужин. Познакомитесь с народом.

— А где кот? — спросил Александр.

— В доме главы, — мужчина указал на большой дом в центре. — Там же и глава, дед Матвей.

Александр поспешил к дому. Его переполняло любопытство. Другой перерождённый зверь. Говорящий кот. Это было важно.

Он влетел в открытое окно. Внутри было тепло, пахло пирогами. На печи сидел огромный рыжий кот и ел сметану из миски.

— Привет, — сказал Александр. — Я слышал, ты говоришь.

Кот поднял голову. Его зелёные глаза сузились.

— Голубь? — сказал кот. — Серьёзно? Голубь?

— А ты кот. Рыжий. Со сметаной. Мы оба не в идеальной форме.

Кот усмехнулся. Буквально усмехнулся — его кошачьи усы дрогнули.

— Меня зовут Борис, — сказал кот. — Был бухгалтером. Теперь кот. Судьба — злодейка.

— Александр. Был риелтором. Теперь голубь. Рад познакомиться.

— Взаимно, — Борис слизнул сметану с лапы. — Как мир?

— Полный хаос. Монстры, разломы, система. Я иду в Новосибирск закрывать главный разлом.

— Один?

— С группой.

— Хм, — Борис задумался. — Я тоже думал уйти. Но тут спокойно. Дед Матвей — хороший мужик. Оборона крепкая. Еда есть.

— Но разломы не закроются сами, — возразил Александр. — Если ничего не делать, монстры будут плодиться.

— Понимаю, — вздохнул Борис. — Понимаю. Но я не герой. Я бухгалтер. Я умею считать налоги, а не сражаться с монстрами.

— Я тоже не герой, — сказал Александр. — Я офисный клерк. Но система дала мне навыки, и я чувствую, что должен что-то сделать.

Борис посмотрел на него долгим взглядом.

— Ты рискуешь, — сказал он. — Ты можешь погибнуть по-настоящему. Второго перерождения не будет.

— Знаю. Но если я не рискну, кто закроет разломы?

Борис долго молчал. Потом спрыгнул с печи.

— Ладно, — сказал он. — Уговорил. Я пойду с тобой.

— Правда? — обрадовался Александр.

— Правда. Но только до Новосибирска. Дальше — разберёмся.

— Согласен. Добро пожаловать в команду, Борис.

— Команда, — фыркнул кот. — Команда из людей, голубя и кота. Звучит как начало анекдота.

— Зато не скучно, — усмехнулся Александр.

В дом вошёл дед Матвей — высокий старик с седой бородой и хитрыми глазами. Он посмотрел на Александра, потом на Бориса и улыбнулся.

— Стало быть, Боря решил уйти с вами? — спросил он.

— Решил, — ответил Борис. — Надоело сидеть на печи. Нужно и совесть иметь.

— Совесть — это хорошо, — сказал дед Матвей. — Но без подготовки не уйдёте. Запасы вам нужны. И карта.

— Карта у нас есть, — сказал Александр.

— Моя карта лучше, — дед Матвей достал из шкафа свёрток и развернул его. Это была подробная карта области, с пометками: где какие монстры водятся, где есть убежища, где источники воды.

— Ничего себе, — восхитился Александр. — Это же настоящая карта выживания!

— Я её три недели составлял, — гордо сказал дед Матвей. — Разведчиков отправлял, сам ходил. Всё проверил. Вот, смотрите: здесь трасса, тут заправка — там есть запасы топлива, но там гнездо церберов. Обходить лучше лесом, вот здесь.

— Спасибо, дед, — искренне сказал Александр. — Это бесценно.

— Бесценного ничего не бывает, — усмехнулся дед Матвей. — Вы мне пообещаете, что закроете этот разлом. А я вам за это — карту и припасы.

— Обещаю, — твёрдо сказал Александр. — Мы закроем разлом. Или умрём, пытаясь.

— Умирать не надо, — сказал дед Матвей. — Живите. Вы молоды. У вас всё впереди. Даже если ты голубь.

— Спасибо, — повторил Александр.

Вечером в деревне устроили ужин. Жители Берёзовки вынесли столы на улицу, зажгли фонари. Пахло свежим хлебом, тушёным мясом, травами. Александр сидел на столе и клевал гречку из миски.

— Вкусно, — сказал он. — Давно я так не ел.

— Последний раз ты нормально ел, когда был человеком, — заметил Борис, сидящий рядом и вылизывающий миску со сметаной.

— Точно. В то утро я только кофе выпил. А потом — смерть, перерождение, чипсы, слизни…

— Жизнь риелтора, — фыркнул Борис.

— Жизнь бухгалтера не лучше.

Они помолчали, глядя на звёзды. Небо было чистым — разломы на ночь исчезали или становились невидимыми. Звёзды сияли ярко.

— Красиво, — сказал Александр.

— Ага, — согласился Борис. — Слышал историю про то, как бухгалтер, голубь и люди пошли закрывать разлом?

— Нет. И как она заканчивается?

— Пока не знаю. Но надеюсь, что хорошо.

— Я тоже надеюсь, — сказал Александр. — Я тоже.

Утром они покинули Берёзовку. Дед Матвей стоял у ворот и махал им вслед. Жители деревни вышли проводить отряд — кто-то крестил их, кто-то желал удачи, кто-то просто смотрел с надеждой.

— На нас вся надежда, — сказал Максим, оглядываясь на деревню.

— Не дави, — ответил Шурик. — И без того тошно.

— Дойдём, — сказал Петрович. — Не в первый раз.

Александр взлетел и сделал круг над деревней. С высоты она выглядела маленькой, уютной, беззащитной. Если они не закроют разлом, рано или поздно монстры доберутся и сюда.

— Не допущу, — пообещал он сам себе. — Я закрою этот разлом. Я — голубь. Магистр экономических наук. Риелтор. Птица. Мне терять нечего, кроме своей жизни.

Система показала сообщение:

**[Новое задание: Достичь Новосибирска. Прогресс: 5%.]**

— Прогресс идёт, — сказал Александр. — Медленно, но верно.

— Курлык! — крикнул он в небо, разбудив эхо в пустых зданиях. — Я иду, разлом! Держись!

Он догнал группу и полетел вперёд, разведывая путь. Впереди был Новосибирск. Впереди был главный разлом. Впереди была битва, которая решит судьбу мира — или, по крайней мере, судьбу одного голубя, который когда-то был риелтором.

Глава 5. Полёт

— Я кот, а не попугай, — заявил Борис на втором часу пути. — Я не собираюсь сидеть в этой тележке, как мешок с картошкой. Я хочу идти сам.

— Иди, — пожал плечами Шурик. — Никто тебя не держит.

Борис спрыгнул с тележки, потянулся, выпустив когти, и гордо зашагал рядом с людьми.

— Я кот. Коты ходят сами по себе. Это закон природы.

— Как скажешь, — ответил Александр, паря над группой. — Только не ной, когда лапки устанут.

— Мои лапки не устают. Они у меня тренированные.

Через двадцать минут Борис сидел обратно в тележке.

— Я пересмотрел свои взгляды на жизнь, — заявил он. — Тележка — это транспорт будущего. Экологично, удобно, демократично.

— Тренированные лапки, — усмехнулся Александр.

— Заткнись.

Дорога шла через холмистую местность. Александр с высоты видел всё: бескрайние поля, перелески, разрушенные деревни. Где-то вдалеке дымился пожар. Жизнь теплилась, но едва-едва.

Он экспериментировал с полётом: пробовал разные углы атаки, скорости, манёвры. Тело голубя оказалось удивительно приспособленным для воздушной акробатики. Он обнаружил, что может зависать на месте, если быстро махать крыльями. Может пикировать под углом в девяносто градусов, развивая приличную скорость. Может парить, используя восходящие потоки.

— Красота, — сказал он вслух.

Внизу Борис шёл пешком. Точнее, пытался идти пешком, но быстро устал и теперь сидел на тележке, недовольно ворча.

— Почему голуби летают, а коты должны тащиться по земле? — спросил он у Анны.

— Потому что у голубей есть крылья.

— Несправедливо.

— Жизнь несправедлива.

— В моей прошлой жизни у меня была машина. Хорошая машина. «Тойота». Я её три года копил. А теперь я еду в тележке.

— Сочувствую, — без тени сочувствия ответила Анна.

— Эй, Александр! — крикнул снизу Максим. — Покажи что-нибудь!

— Держитесь! — крикнул Александр и активировал навык Полёт.

Он почувствовал, как тело наполнилось энергией. Крылья стали сильнее, движения — быстрее. Он взмыл вверх свечой, сделал мёртвую петлю, два переворота и спикировал вниз, едва не коснувшись земли.

— Вау! — восхитились люди.

— Неплохо, — признал Борис, хотя в его голосе слышалась зависть. — Для птицы.

— А ты можешь так? — подколол его Александр.

— Я могу загрызть мышь, — ответил Борис. — Сравнимо по крутости.

— Безусловно.

К вечеру они добрались до заброшенной заправки. Судя по карте деда Матвея, это был последний безопасный пункт перед зоной активного заражения монстрами.

— Ночуем здесь, — сказал Петрович. — Завтра войдём в зону разломов. Дальше будет опасно.

Заправка была пуста. Бензин давно испарился, магазин разграблен. Но крыша была целой, двери закрывались — идеальное укрытие.

— Я проверю окрестности, — сказал Александр и взлетел.

Он облетел заправку по кругу, расширяя радиус. Вокруг было тихо. Ни монстров, ни людей. Только ветер и заходящее солнце.

— Чисто, — доложил он, вернувшись.

— Хорошо, — кивнул Петрович. — Выставляем караул. Шурик — первая смена, Максим — вторая, я — третья.

— А я? — спросил Александр.

— А ты — наш воздушный патруль. Если что — поднимай тревогу.

— Понял.

Внутри заправки было тихо. Шурик сидел у входа с топором на коленях и всматривался в темноту. Анна спала на куче старых курток, накрывшись плащом. Максим перебирал патроны, проверяя каждый. Петрович изучал карту при свете фонарика.

— Сколько осталось до Новосибирска? — спросил Максим.

— Если форсировать — день, — ответил Петрович. — Если осторожно — два.

— Мы должны торопиться, — сказал Александр. — Разлом пульсирует сильнее, чем вчера. Что-то меняется.

— Откуда знаешь? — спросил Шурик.

— Чувствую. Система, наверное.

Петрович задумался.

— Завтра ускоримся, — решил он. — Пойдём налегке. Тележку бросим, возьмём только самое нужное.

— А как же Борис? — спросил Максим.

— Борис — кот. Он быстрый. Догонит.

— Я всё слышал! — донеслось из угла, где спал Борис. — Я не собака, чтобы бежать за вами! Я кот!

— Спи, Боря, — сказал Александр. — Завтра разберёмся.

— Я не могу спать, когда обсуждают мою транспортировку, — проворчал Борис, но замолчал и через минуту засопел.

Ночью Александр не спал. Он сидел на крыше заправки и смотрел на звёзды. Вдалеке пульсировал фиолетовый свет — разломы. Их было видно даже ночью.

К нему на крышу забрался Борис.

— Не спится? — спросил кот.

— Думаю, — ответил Александр. — О том, что мы делаем. О том, что ждёт впереди.

— Страшно?

— Есть немного, — признался Александр. — Я же не герой. Я обычный парень, который случайно умер и переродился птицей. А теперь я должен спасать мир.

— Героями не рождаются, — философски заметил Борис. — Героями становятся. Или их назначают. Тебя, считай, назначила система.

— Система, — усмехнулся Александр. — Кстати, а какая у тебя система? Ты не рассказывал.

Борис замялся.

— Система у меня… специфическая, — сказал он. — Я получил навык: Бухгалтерский учёт.

— Чего?

— Я вижу числовые значения всего, что вижу. Стоимость предметов, количество ресурсов, урон монстров. Я как живой калькулятор.

— Это же круто! — воскликнул Александр. — Ты можешь оценить силу врага до боя!

— Могу. Но в бою я бесполезен. Я кот, который умеет считать. Мои когти и зубы — стандартные, кошачьи. Навык на них не влияет.

— Зато ты можешь быть стратегом, — сказал Александр. — Считать ресурсы, планировать расходы. Нам это нужно.

— Думаешь?

— Уверен. Каждой команде нужен бухгалтер. Даже в апокалипсисе.

Борис задумался. Потом легонько толкнул Александра головой.

— Спасибо, — тихо сказал он. — Ты первый, кто сказал, что мой навык полезен.

— Он полезен. Просто не для всех очевидно.

Они сидели на крыше, глядя на разломы. Кот и голубь. Странная пара. Но в мире после апокалипсиса странность была нормой.

Утром их разбудил шум. Шурик, стоявший на карауле, заметил движение.

— Тревога! — крикнул он.

Александр мгновенно проснулся и взлетел. С высоты он увидел: к заправке приближалась группа монстров. Пять гончих Хаоса и один крупный — мини-босс.

**[Гончая Хаоса. Уровень 6] х5**

**[Гончая-вожак. Уровень 10]**

— Шесть тварей! — крикнул Александр. — Вожак десятого уровня!

— Сколько у нас времени? — спросил Петрович.

— Минута, может, меньше. Они бегут быстро.

— Принимаем бой! — скомандовал Петрович. — Шурик, ты на передовой. Анна, поддерживаешь огнём. Максим, заходи с фланга. Борис, охраняй тележку с припасами.

— Я кот, а не сторожевой пёс, — возмутился Борис, но занял позицию у тележки.

— Александр, — Петрович посмотрел на голубя. — Ты наш козырь. Ты быстрее всех. Отвлекай вожака, не давай ему атаковать.

— Понял.

Шурик взял топор, Анна перезарядила карабин, Максим достал ножи. Борис выпустил когти и занял позицию.

— Я отвлеку вожака, — сказал Александр. — Вы разбирайтесь с мелкими.

— Рискованно, — сказала Анна.

— Я быстрый.

Александр спикировал на вожака и активировал Визг. Визг ударил монстра по ушам, но вожак только мотнул головой — его уровень был слишком высок, чтобы оглушить его полностью.

— Дерьмо, — сказал Александр.

Вожак прыгнул. Александр едва увернулся, чувствуя, как когти монстра прошли в миллиметре от его крыла.

— Осторожнее! — крикнул Борис снизу.

— Стараюсь!

Александр активировал Полёт. Скорость увеличилась. Он закружил вокруг вожака, нанося Клевок за Клевком.

**[Клевок. Урон: 5]**

**[Клевок. Урон: 5]**

**[Клевок. Урон: 5]**

Вожак рычал, пытаясь достать его, но Александр был слишком быстрым.

Внизу группа сражалась с гончими. Шурик уже убил двух, Анна ранила третью, Максим сражался с четвёртой. Борис прыгнул на пятую, вцепившись ей в морду.

— Давай, Боря! — крикнул Александр.

— Я стараюсь! — прорычал кот, царапая монстра. — У него шкура толстая!

— Царапай в морду! — крикнул Александр. — Там слабое место!

Борис вцепился когтями в мору гончей. Монстр взвизгнул и отшатнулся. Кровь брызнула на траву.

— Работает! — заорал кот. — Ему больно!

Максим добил раненую гончую ударом ножа в шею. Анна выстрелила в четвёртую — пуля попала в глаз. Гончая рухнула.

— Остался вожак! — крикнул Шурик.

Вожак, поняв, что не может достать Александра, переключился на группу. Он прыгнул вниз, целясь в Шурика.

— Шурик, сзади! — заорал Александр.

Шурик развернулся, но было поздно. Вожак летел на него.

Александр принял решение за долю секунды. Он спикировал и врезался в вожака сбоку. Удар сбил монстра с траектории. Вожак кувыркнулся в воздухе и приземлился неудачно. Александр отлетел в сторону, боль пронзила крыло.

— Ай!

**[Получен урон: 8 HP. HP: 27/35]**

— Александр! — крикнула Анна.

— Жив! — прохрипел он. — Добивайте его!

Шурик не упустил момент. Он прыгнул на вожака и вонзил топор ему в голову. Монтр дёрнулся и замер.

**[Победа!]**

**[Гончая-вожак убит. Получено опыта: 200]**

**[Уровень повышен! Теперь вы 7 уровень.]**

Александр лежал на земле, потирая ушибленное крыло. К нему подбежали Максим и Борис.

— Живой? — спросил Максим.

— Вроде да, — ответил Александр. — Крыло болит, но не сломано.

— Ты идиот, — сказал Борис. — Броситься на вожака, чтобы спасти Шурика? Ты мог погибнуть.

— Но не погиб, — усмехнулся Александр. — К тому же, я получил новый уровень. Седьмой.

— Герой, — фыркнул Борис, но в его голосе слышалось уважение.

— Вставай, — сказал подошедший Шурик, протягивая руку. — Спасибо. Ты спас мне жизнь.

— Обращайся, — сказал Александр, принимая помощь. — Мы команда. Команда не бросает своих.

После боя они перегруппировались. Борис, используя свой навык Бухгалтерского учёта, оценил оставшиеся ресурсы.

— Еды — на три дня. Воды — на два. Патронов — пятнадцать штук. Медикаментов — минимум.

— Маловато, — сказал Петрович. — До Новосибирска ещё как минимум полтора дня пути.

— Надо пополнить запасы, — решила Анна.

— На карте деда Матвея есть отметка, — вспомнил Александр. — В пяти километрах отсюда — военный склад. Если он не разграблен, там есть всё.

— Рискованно, — сказал Шурик. — Склад мог быть захвачен монстрами.

— Я разведаю, — предложил Александр. — Крыло уже не болит.

Он взлетел. Полёт был болезненным, но терпимым. Он направился к складу.

Склад оказался целым: большое бетонное здание с железными воротами. Вокруг — ни одного монстра.

— Чисто, — сказал Александр, вернувшись. — Склад охраняется, но монстров рядом нет. Может, повезло.

— Не бывает такого везения, — сказал Петрович. — Но проверить надо.

Группа двинулась к складу. Александр летел впереди, готовый предупредить об опасности.

Ворота склада были заперты. Шурик попробовал взломать их ломом, но безуспешно.

— Нужен ключ, или резак, — сказал он.

— Может, есть другой вход? — предположил Максим.

— Я проверю, — сказал Александр.

Он облетел здание. С тыла была маленькая дверь — технический вход. Она была приоткрыта.

— Нашёл! — крикнул он. — Сюда!

Группа вошла внутрь. Склад был огромным. Ящики, стеллажи, военное оборудование. И — ни души.

— Ничего не понимаю, — сказала Анна. — Почему склад не охраняется?

— Потому что я его охраняю, — раздался голос из темноты.

Из-за ящика вышел человек. Высокий, в камуфляже, с автоматом в руках. Его глаза светились жёлтым — верный признак перерождённого.

— Ты кто? — спросил Петрович, поднимая руки.

— Сержант Денис Соколов, — представился мужчина. — Бывший военный. Теперь — хранитель склада.

— Хранитель? — удивился Александр.

— Система дала мне задание: охранять этот склад до прибытия того, кто закроет разломы. Если вы идёте к разлому — склад ваш.

— Идём, — сказал Александр. — Мы идём в Новосибирск закрывать главный разлом.

Сержант посмотрел на него. Голубь. Кот. Четверо людей. Команда.

— Странная у вас группа, — сказал он.

— Привыкайте, — усмехнулся Борис. — Мы странные.

— И давно вы тут? — спросил Александр, подлетая к сержанту поближе.

— Две недели. С тех пор, как открылся разлом в Новосибирске. Система дала задание: охранять склад. Я охраняю. Кормлюсь тем, что есть. Иногда отбиваю атаки одиночных монстров.

— Одиночных?

— Да. Стаями не ходят. Видимо, их основная масса — в Новосибирске. Там центральный разлом, там их главные силы.

— Значит, у нас есть шанс дойти до города без серьёзных боёв, — сказал Петрович.

— С шансом, да. Но в самом городе — там ад. Я видел с крыши: разлом огромный. Из него лезут твари постоянно. И там есть кто-то большой.

— Предвестник, — сказал Александр.

— Не знаю, как его называют, но он сильный. Очень сильный. Я чувствую его ауру даже отсюда.

— Справимся, — сказал Шурик. — Не в первый раз.

— Хорошо. Ладно, сержант убрал автомат. — Запасы ваши. Берите всё, что нужно. Удачи вам.

— Спасибо, — сказал Александр.

Группа загрузилась припасами: консервы, патроны, медикаменты, тёплые вещи. Александр нашёл себе флягу — повесил на шею. Борис нашёл банку тушёнки и тут же вскрыл её.

— Закусим перед дорогой, — сказал он.

Сержант смотрел на них с лёгкой улыбкой.

— Давно я не видел таких живых людей, — сказал он. — Остальные или мёртвы, или сломаны. А вы — живые.

— Мы стараемся, — ответил Александр.

— Идите, — сказал сержант. — Закройте разлом. И возвращайтесь живыми.

— Обещаем.

Группа покинула склад. Александр взлетел, чувствуя прилив сил. Запасы пополнены, уровни повышены, мораль высока. Впереди — последний рывок к Новосибирску.

— Кроме припасов, — сказал Борис, проверив мешки, — я рекомендую двигаться быстрее. У нас есть три дня еды, два дня воды и полтора дня пути. Жёстко, но выполнимо.

— Согласен, — кивнул Петрович. — Ускоряемся.

— Я могу найти короткий путь, — предложил Александр. — С воздуха видно больше.

— Веди.

Александр взлетел и оглядел местность. Слева — лес, справа — поле. Прямо — трасса. По трассе было ближе, но там было открытое пространство — легко заметить, легко атаковать.

— Давайте лесом, — сказал Александр, приземлившись. — Дольше, но безопаснее. В лесу есть укрытия, и там меньше монстров.

— Лесом так лесом, — согласился Шурик.

Они углубились в лес. В лесу было сумрачно. Ветви переплетались, создавая плотный полог. Александр летел между деревьями, лавируя. Борис шёл по земле, чутко вслушиваясь.

— Опасно, — сказал кот. — Я чувствую запах монстров.

— Сколько? — спросил Александр.

— Много.

Из-за деревьев вышли монстры. Не гончие, а что-то другое: высокие, тощие, с длинными руками и бледной кожей.

**[Лесной бродяга. Уровень 8] х4**

— Мутанты, — сказал Петрович. — Готовимся.

— У меня идея, — сказал Александр. — Борис, ты видишь их числовые значения?

— Да. У каждого уровень восемь, здоровье — около ста. Опасны.

— А если мы разделим их? Я отвлеку двоих, вы убьёте двоих, потом наоборот.

— Рискованно, — сказала Анна.

— Зато быстро.

— Делаем, — решил Петрович.

Александр спикировал на двух монстров, клюнув одного в голову. Монстры взвыли и бросились за ним. Александр увёл их вглубь леса, петляя между деревьями. Он использовал Полёт, чтобы ускориться, и Визг, чтобы оглушить одного из них на секунду.

Группа быстро расправилась с оставшимися двумя. Шурик и Максим работали слаженно: Шурик отвлекал, Максим наносил точные удары ножом. Анна прикрывала тыл.

Александр вернулся через пять минут, запыхавшийся, но живой.

— Ушли, — сказал он. — Я их запутал в чаще. Они потеряли меня.

— Молодец, — сказал Шурик. — Ещё один такой манёвр, и мы можем потерять тебя.

— Не потеряете.

Они вышли из леса к вечеру. Перед ними открылся вид на Новосибирск. Город был разрушен. Здания лежали в руинах. В центре, пронзая небо, пульсировал фиолетовый разлом — огромный, свечением на полнеба. Вокруг разлома копошились монстры. Тысячи.

— Ничего себе, — выдохнул Максим.

— Это не просто город, — сказал Петрович. — Это их столица.

Александр смотрел на разлом и чувствовал, как система внутри него вибрирует. Разлом звал его.

— Я чувствую его, — сказал он. — Он живёт. Дышит. И там, внутри — кто-то сильный.

— Предвестник, — сказала Анна. — Тот, кто открыл разлом.

— Мы должны остановить его.

— Мы — маленькая группа, — заметил Борис. — Против армии монстров. Шансов мало.

— Шансов нет, — поправил его Александр. — Есть только цель. И мы достигнем её.

— Новосибирск, мы идём, — сказал он ветру.

Ветер подхватил его слова и понёс их вдаль, к фиолетовому сиянию разлома, где их ждала битва, которая решит всё.

Александр посмотрел на свой статус. Седьмой уровень. Три навыка. Восемьдесят пять единиц здоровья. Мало. Слишком мало для битвы с Предвестником. Но у него была команда. И была цель.

— Курлык, — сказал он. — Завтра мы входим в Новосибирск.

Глава 6. Первый бой

Рассвет застал группу на окраине Новосибирска. Город лежал перед ними — огромный, разрушенный, пульсирующий фиолетовым светом. Разлом в центре города был похож на рану в небе.

— Красиво, — сказал Максим без тени восхищения.

— Страшно, — поправила Анна.

— И то, и другое, — добавил Петрович. — Но нам туда.

— Нам нужно пройти через окраины, — сказал Александр, сверившись с картой. — Тут есть несколько путей. Центральная магистраль — самая быстрая, но там открыто. Я предлагаю двигаться по развалинам, перебежками. Дольше, но безопаснее.

— Согласен, — кивнул Шурик. — В развалинах есть где укрыться.

— Мой навык говорит, что впереди, на магистрали, скопление монстров, — сказал Борис, прищурившись. — Много. Уровни от пяти до двенадцати.

— Значит, идём через развалины, — решил Петрович.

Они двинулись в путь. Первые часы прошли спокойно. Развалины давали хорошее укрытие. Александр летел низко, между стенами, готовый предупредить об опасности.

— Слева, — сказал он, заметив движение. — Три монстра, уровни шесть-семь.

Группа замерла. Из-за стены вышли три гончих. Они не заметили людей — нюхали землю в поисках добычи.

— Проскочим? — шёпотом спросил Максим.

— Нет, — ответил Петрович. — Учуют. Придётся убрать.

Шурик бесшумно подкрался к первой гончей и одним ударом топора снёс ей голову. Вторая гончая обернулась, но Анна выстрелила ей в бок. Третья взвизгнула и побежала — прямо на Максима. Максим пригнулся, пропуская её над собой, и вонзил нож ей в брюхо.

— Чисто, — сказал Шурик, вытирая топор.

— Чисто, — подтвердил Борис, проверяя числовые показатели. — Других поблизости нет.

— Хорошо, — выдохнул Петрович. — Идём дальше.

Они углубились в город. Вокруг были руины — то, что когда-то было жилыми домами, магазинами, офисами. Теперь — скелеты зданий, чёрные от копоти.

— Здесь был бой, — сказала Анна, показывая на гильзы на земле. — Много гильз. Люди пытались обороняться.

— Не помогло, — мрачно заметил Шурик.

Через час они вышли к площади. В центре площади стоял кристалл — не такой огромный, как главный, но всё ещё внушительный. Вокруг него — десяток монстров, а между ними — фигура в чёрном.

— Кто это? — спросил Александр.

Борис прищурился.

— Человек. Или… не совсем человек. Уровень пятнадцать. У него чёрная аура.

— Чёрная аура? — переспросил Максим.

— У монстров аура красная. У людей — белая или жёлтая. У него — чёрная. И он смотрит на нас.

Фигура в чёрном повернулась. Это был мужчина — когда-то, видимо, человек. Теперь его лицо было покрыто чёрными венами, глаза горели красным.

— Выжившие? — крикнул он. — Или перерождённые? Какая разница. Вы все умрёте.

— Кто ты? — крикнул Петрович.

— Я — Глеб. Слуга Владыки. И вы не пройдёте.

— Слуга Владыки? — переспросил Александр. — А кто твой Владыка?

— Великий Хуйс, — ответил Глеб с благоговением в голосе. — Он придёт в этот мир и поглотит его. А я — его первый слуга. Его рука.

— Рука Владыки Хуйса, — повторил Борис. — Звучит как-то… несерьёзно.

— Заткнись, кот! — взревел Глеб. — Вы не смеётесь над моим господином!

— Есть кто-то, кто хочет поговорить? — спросил Борис. — Или сразу драться?

— Я предпочитаю драться, — сказал Глеб и прыгнул.

Он двигался с неестественной скоростью. В руке у него появился чёрный клинок.

— Врассыпную! — крикнул Петрович.

Шурик встретил Глеба топором. Клинок ударился о топор — высеклись искры. Глеб отпрыгнул, сделал финт и атаковал сбоку. Шурик едва успел заблокировать.

— Он быстрый! — крикнул Шурик.

— Я вижу! — Александр спикировал и активировал Визг прямо в лицо Глеба. Глеб поморщился, но не остановился.

— Слабый голубь, — усмехнулся он. — Твой визг — комариный писк.

— Сейчас проверим! — Александр активировал Клевок, целясь в глаз Глеба.

Глеб уклонился, но Клевок задел его щёку. Потекла чёрная кровь.

— Ты заплатишь за это, птица! — взревел Глеб.

Он взмахнул рукой, и из его ладони вылетел сгусток тьмы. Александр едва увернулся — сгусток пролетел в сантиметре от крыла.

— Ого! — сказал Александр. — Магия!

— Тёмная магия, — поправил Борис. — Его показатель тёмной энергии — высокий.

— Как нам его победить? — спросила Анна, перезаряжая карабин.

— Нужно сбить его концентрацию, — сказал Борис. — Он использует тёмную энергию для ускорения. Если заставить его тратить её на защиту, он выдохнется.

— Понял! — Александр активировал Полёт и закружился вокруг Глеба, нанося быстрые удары клювом.

Глеб пытался достать его, но Александр был слишком быстрым. Он нырял, уворачивался, атаковал.

— Мельчайшая тварь! — рычал Глеб. — Прекрати!

— Не-а! — ответил Александр.

Шурик воспользовался моментом: подскочил к Глебу сзади и рубанул топором по спине. Глеб пошатнулся. Анна выстрелила — пуля попала в плечо. Максим метнул нож — нож вонзился в ногу Глеба.

— А-а-а! — закричал Глеб. — Вы все умрёте!

Он взмахнул руками, выпуская волну тьмы. Всех отбросило к стенам.

Александр ударился спиной о кирпич и почувствовал, как из лёгких выбило воздух. Мир закружился перед глазами. Он услышал, как где-то рядом застонал Максим, как выругался Шурик.

— Это было больно, — прохрипел Александр, пытаясь встать.

Крылья болели. Одно перо выпало и теперь лежало на земле. Александр посмотрел на него — своё перо. Настоящее голубиное перо. — Я теряю перья, — констатировал он. — Это плохой знак. У птиц потеря перьев — признак стресса.

**[Получен урон: 12 HP. HP: 25/37]**

Александр врезался в стену и сполз на землю. Голова кружилась, перед глазами всё плыло.

— Вставай, — услышал он голос Бориса. — Вставай, голубь! Он заряжается для финальной атаки!

Александр поднял голову. Глеб стоял в центре площади, его тело пульсировало чёрной энергией. Вокруг него собиралась тьма — она сгущалась в шар над его головой.

— Это его ультимейт! — крикнул Борис. — Если он выпустит это — мы все умрём!

— Нужно прервать его! — крикнул Александр, поднимаясь.

— Чем?

Александр посмотрел на свои навыки. Клевок. Визг. Полёт. Ничего мощного. Но у него была голова. И он был геймером.

— Активирую всё, что есть! — сказал он. — Прикройте меня!

Александр взлетел — шатаясь, но взлетел. Он активировал Полёт на максимум, затем Визг, затем — прямо перед лицом Глеба — он открыл клюв и клюнул его прямо в глаз.

— АААА! — заорал Глеб.

Концентрация прервалась. Чёрный шар взорвался, не долетев до цели. Взрывная волна ударила по всем. Глеб упал на колени, держась за лицо. Чёрная кровь текла сквозь пальцы.

— Добиваем! — крикнул Шурик.

Он подбежал к Глебу и рубанул топором. Анна выстрелила. Максим вонзил нож. Глеб дёрнулся и замер. Его тело начало светиться и рассыпаться чёрным пеплом.

**[Победа!]**

**[Глеб, слуга Владыки, убит. Получено опыта: 800]**

**[Уровень повышен! Теперь вы 8 уровень.]**

— Восьмой, — выдохнул Александр. — Наконец-то.

— Он был непрост, — сказал Шурик, вытирая пот со лба. — Если бы не ты…

— Я знаю. Я красавчик.

— Ты идиот, который рискует жизнью, — поправил Борис. — Но эффективный идиот.

После боя группа обыскала место. За телом Глеба, на постаменте, они нашли ключ. Большой, металлический, с гравировкой в виде разлома.

— Что это? — спросил Максим.

— Ключ, — ответил Александр. — От чего-то важного.

— От ворот к центральному разлому, — сказал Борис, проанализировав ключ. — Мои числовые данные показывают: ключ активирует мост через защитное поле вокруг разлома.

— Без ключа мы бы не прошли, — понял Петрович. — Он охранял ключ.

— Значит, мы на правильном пути, — сказал Александр.

— Угу, — буркнул Шурик. — Осталось только пройти через армию монстров, добраться до разлома и победить Предвестника. Пустяк.

— Жизнь — это квест, — усмехнулся Александр. — Сложный, но проходимый.

Они двинулись дальше. Путь к центру города становился всё опаснее. Монстров было больше. Воздух стал тяжёлым, насыщенным фиолетовой дымкой.

— Мы близко, — сказал Александр. — Я чувствую разлом. Он совсем рядом.

— Я тоже чувствую, — сказала Анна. — Как будто давление в ушах.

— Привыкайте, — сказал Петрович. — Дальше будет только хуже.

Они вышли к реке. За рекой — центральная часть города, где находился разлом. Мост был разрушен.

— Как переправимся? — спросил Максим.

— Вплавь? — предложил Борис. — Я не умею плавать.

— Я — тем более, — сказал Александр. — Я голубь. Голуби не плавают.

— Ваши предложения? — спросил Петрович.

— Есть другой мост, в километре к северу, — сказал Александр, вспоминая карту. — Но он может быть под охраной.

— Альтернатив нет, — сказал Шурик. — Идём к мосту.

Через полчаса они дошли до второго моста. И он действительно охранялся — двумя огромными монстрами, похожими на каменных големов.

**[Каменный страж. Уровень 14] х2**

— Четырнадцатый уровень, — присвистнул Максим. — Двое.

— Мы справились с Глебом, — сказала Анна. — Справимся и с ними.

— Глеб был хитрым, но слабым в защите, — сказал Борис. — Эти — медленные, но крепкие. У них броня.

— Броню нужно пробивать, — сказал Шурик. — У меня топор. Я пробью.

— Я помогу, — сказал Александр. — Буду бить в глаза и щели в броне.

— План такой: Шурик и Максим — в лоб, — скомандовал Петрович. — Анна — прикрытие. Александр — поддержка с воздуха. Борис — бухгалтерия.

— Я могу больше, чем считать! — возмутился Борис. — Я кот, чёрт возьми! У меня есть инстинкты!

— Твои инстинкты подскажут, когда они готовятся к атаке, — сказал Петрович. — Ты — наша система раннего предупреждения.

Борис хотел возразить, но передумал.

— Ладно. Буду вашим «радаром». Но если кто-то из вас погибнет, я буду говорить «я же говорил» на ваших похоронах.

— Знаю. Но твой навык — наше преимущество. Следи за их здоровьем и предупреждай об атаках.

Бой с големами был тяжёлым. Шурик бил топором, но каждый удар отскакивал от каменной брони с искрами. Максим пытался найти щели в броне, но големы двигались синхронно, прикрывая друг друга.

— У них координация! — крикнул Максим. — Они работают как одно целое!

— Значит, нужно нарушить их синхронность! — сказал Александр.

— Как? — спросил Максим. — Они же как будто связаны!

— Если бить одного, второй должен защищать его, — сказал Александр. — Если я займу одного, второй останется без прикрытия с моей стороны.

— Рискованно, — сказала Анна.

— А что в этом мире не рискованно?

Он спикировал на одного голема и клюнул его в глаз. Голем дёрнулся, закрывая лицо рукой. Его напарник, запрограммированный защищать, повернулся к нему, открывая спину.

На секунду между ними образовался разрыв. Второй голем, оставшись без напарника, замешкался.

— Сейчас! — крикнул Шурик.

— У первого голема осталось двадцать процентов здоровья! — крикнул Борис. — Бейте в одно место!

Он прыгнул на первого голема и вонзил топор в ту же щель между каменными плитами, куда бил до этого. Голем застонал и пошатнулся.

— Ещё! — крикнул Максим, нанося удар ножом в ту же точку.

Александр спикировал и клюнул голема в глаз, ослепляя его на секунду. Этой секунды хватило: Шурик рубанул по щели ещё раз — и голем рухнул на колени, а затем завалился на бок.

**[Каменный страж. HP: 20%]**

— Ещё немного! — крикнул Борис. — У второго — 80% здоровья!

— Переключаемся на второго! — скомандовал Петрович.

Анна выстрелила второму голему в затылок. Пуля отскочила. Александр атаковал его с воздуха, отвлекая. Максим подкатился под ноги голема и полоснул ножом по сухожилию. Голем пошатнулся.

— Шурик, сейчас!

Шурик, разбежавшись, прыгнул и обрушил топор на голову второго голема. Топор пробил камень, и голем рухнул.

Первый голем, оставшись один, попытался атаковать, но Александр ослепил его Визгом, и Шурик добил его вторым ударом.

**[Победа!]**

**[Каменные стражи убиты. Получено опыта: 600]**

**[Уровень повышен! Теперь вы 9 уровень.]**

— Девятый! — радостно сказал Александр. — Ещё один — и эволюция!

— Какая эволюция? — спросил Максим.

— На десятом уровне я могу эволюционировать. Стать сильнее. Новые навыки, новая форма.

— Круто, — сказал Максим. — А что будет?

— Не знаю. Система сказала, что на десятом уровне — эволюция.

— Будем надеяться, что ты не превратишься в курицу, — сказал Борис.

— Спасибо за оптимизм, Боря.

— Всегда пожалуйста.

Они перешли мост и оказались в центральной части города. Здесь разрушения были самыми сильными. Здания были снесены под ноль. В центре площади, где когда-то стоял оперный театр, теперь зияла огромная воронка. Из неё поднимался разлом — пульсирующий, живой, дышащий.

— Вот он, — сказал Александр. — Главный разлом.

— И там, внутри — Предвестник, — сказал Петрович.

— Нам нужно отдохнуть и подготовиться, — сказала Анна. — Мы все на пределе.

— У нас нет времени, — возразил Александр. — Разлом растёт. Каждый час промедления — новые монстры.

— Несколько часов ничего не решат, — сказал Шурик. — А мы без отдыха — лёгкая добыча.

— Шурик прав, — сказал Петрович. — Найдём укрытие, отдохнём, восстановим силы. И завтра — финальный бой.

— Хорошо, — нехотя согласился Александр. — Завтра. Но не позже.

Они нашли подвал уцелевшего дома. Шурик забаррикадировал вход. Анна перевязала раны. Максим выставил банки с тушёнкой.

— Ужин, — сказал он. — Последний ужин перед битвой.

— Не последний, — поправил его Александр. — А предпоследний.

Все усмехнулись. Напряжение спало.

— Спой мне, — попросил Борис, сворачиваясь калачиком. — Или расскажи сказку.

— Сказку? — удивился Александр.

— Ну да. Я кот. Котам перед сном рассказывают сказки.

— Жил-был бухгалтер, который стал котом, — начал Александр. — И он был самым ворчливым котом в мире.

— Это не сказка. Это документалистика.

— Хорошо. Жил-был голубь, который мечтал стать орлом. Но однажды он понял, что быть голубем — тоже неплохо. Главное — иметь друзей.

— Уже лучше, — сказал Борис, закрывая глаза. — Продолжай.

И Александр рассказывал. О приключениях, о битвах, о мире, который можно спасти. О том, что даже самый маленький голубь может изменить всё. Борис уснул под его рассказ. За ним — Максим. Потом — Анна. Шурик и Петрович сидели у входа на карауле.

— Ты хороший лидер, — сказал Шурик.

— Я? — удивился Александр. — Я просто голубь.

— Ты — не просто голубь, — сказал Петрович. — Ты тот, кто ведёт нас. Тот, кто не сдаётся. Это и делает тебя лидером.

Александр задумался. Он никогда не считал себя лидером. Он просто делал то, что считал нужным. Выжить. Помочь другим. Закрыть разлом.

— Спасибо, — сказал он. — Я постараюсь оправдать ваше доверие.

— Ты уже оправдал, — сказал Шурик. — Спи. Завтра тяжёлый день.

Александр устроился на балке под потолком и закрыл глаза. Система показала статус.

**[Александр Мудрев. Уровень 9. Класс: Голубь.]**

**[HP: 45/45. MP: 25/25]**

**[Опыт: 820/1000]**

**[Доступна эволюция при достижении 10 уровня.]**

— Десятый уровень. Эволюция. Завтра, — прошептал он. — Завтра я стану сильнее.

— Спи, — сказал Борис из своего угла. — Завтра нам всем понадобятся силы.

— А ты почему не спишь?

— Я кот. Мы спим, когда захотим. Сейчас я хочу думать.

— О чём?

— О том, что я, бухгалтер, иду в бой с Предвестником. О том, что моя жизнь изменилась до неузнаваемости. О том, что я познакомился с говорящим голубем, и это стало самым нормальным событием за последнюю неделю.

— Жизнь — странная штука, — согласился Александр.

— Очень странная, — подтвердил Борис.

Они замолчали. Где-то вдалеке выли монстры. С потолка капала вода. Было холодно, сыро и страшно. Но они были вместе. И это придавало сил.

— Спокойной ночи, Боря.

— Ты думаешь, мы справимся? — спросил вдруг Борис.

— Должны, — ответил Александр. — Если нет, то миру конец. А мир, как ни крути, наш дом. Даже если в нём теперь фиолетовые разломы и монстры.

— Философски мыслишь для голубя.

— Я магистр экономических наук. Умею мыслить философски.

— Спокойной ночи, Голубь.

— Я Александр.

— Я знаю. Но Голубь — звучит эпичнее.

— Как знаешь.

Александр закрыл глаза. Завтра — битва с Предвестником. Завтра — всё решится. Но сегодня, в этом сыром подвале, он был не один. У него была команда. У него была цель. И у него был клюв, острый клюв, который пробивал монстров.

— Курлык, — сказал он засыпая, медленно закрывая глаза. — Я иду за тобой, Предвестник. Берегись, тварь.

Его дыхание выровнялось, и он провалился в сон, полный фиолетовых снов и золотых перьев, обещающих эволюцию.

Глава 7. Встреча с другими

Александр проснулся от того, что кто-то лизал его в голову.

— Фу! — он подскочил и врезался головой в балку. — Ай! Что за?

— Это я, — раздался голос Бориса снизу. — Я проверял, жив ли ты. Ты не шевелился пять минут, я подумал, что ты умер.

— Я спал, Боря. Коты спят двадцать часов в сутки. Голуби спят часов восемь. У нас разные режимы.

— Надо было предупредить.

— Обязательно, — Александр потёр ушибленную голову крылом. — В следующий раз я повешу табличку «Голубь спит. Не будить».

— А что писать на обороте? — поинтересовался Борис.

— «Голубь проснулся. Бегите».

— Одобряю.

Завтрак был быстрым: консервы, галеты, вода. Группа собралась в круг, обсуждая план.

— Мы на месте, — сказал Петрович, разворачивая карту. — Вот наша позиция. Вот центральная площадь. Вот разлом.

— Расстояние — полтора километра, — сказал Борис, глядя на карту. — Через завалы, но проходимо.

— Сколько монстров на пути? — спросил Шурик.

— Точно не знаю, — ответил Борис. — Мой навык не видит так далеко. Но я чувствую много источников тёмной энергии.

— Значит, будет жарко, — подытожил Максим.

— Я разведаю путь, — сказал Александр. — С воздуха видно больше, чем с земли.

— Будь осторожен, — сказала Анна. — Нас без тебя не атакуют, а ты — наша главная воздушная сила.

— Я мигом.

Александр вылетел из подвала и поднялся в воздух. Солнце только взошло, окрашивая руины в золотистые тона. Контраст между красотой рассвета и ужасом разрушенного города был разрывающим.

С высоты город открывался как на ладони. Разлом в центре пульсировал, испуская фиолетовые молнии, которые били в землю, оставляя чёрные отметины. Вокруг него копошились монстры — не сотни, а тысячи. Они двигались как муравьи, синхронно, организованно.

— Армия, — присвистнул Александр. — Настоящая армия.

Он заметил несколько групп монстров разных типов: гончие Хаоса, какие-то огромные жуки, летающие твари, ползающие твари. Каждый вид занимал свою зону.

— У них есть структура, — понял он. — Это не просто стая. Это военная организация.

Он заметил, что монстры не просто стоят — они патрулируют. Обходят периметр, сменяют друг друга, сигнализируют звуками.

— Кто-то ими командует, — сказал он. — Предвестник.

Александр сделал круг над площадью, запоминая расположение. Потом его взгляд упал на соседнюю крышу, где сидели голуби. Обычные, серые, городские голуби, которые каким-то образом выжили в этом аду.

— Курлык? — раздалось сбоку.

Александр повернул голову. Рядом с ним, на соседнем здании, сидел голубь. Обычный, серый, городской голубь. Он смотрел на Александра с любопытством.

— Привет, — сказал Александр. — Ты тут один?

Голубь наклонил голову. Потом издал серию звуков, которые явно что-то значили на голубином языке.

— Я не понимаю, — признался Александр. — Я голубь, но говорю по-человечьи.

Голубь моргнул.

— Наверное, я особенный.

Голубь кивнул и улетел. Александр проследил за ним взглядом и заметил, что голубь летит к стае — на крыше соседнего здания сидели десятки голубей. Они ворковали, чистили перья, смотрели на город.

— Голубиная стая, — сказал Александр. — Интересно.

Он подлетел к стае. Голуби встревожились, но когда Александр приземлился рядом, успокоились.

— Привет, — сказал Александр. — Я свой.

Один из голубей, старый, с белыми пятнами на крыльях, подошёл к нему и что-то проговорил.

— Я не понимаю, — повторил Александр. — Но я чувствую, что вы — не монстры. Вы — просто птицы.

Старый голубь кивнул и коснулся клювом крыла Александра. Александр почувствовал тепло.

**[Новый навык разблокирован: Голубиная связь]**

**[Голубиная связь: вы можете общаться с обычными голубями и просить их о помощи. Чем выше уровень, тем больше голубей откликаются на ваш зов.]**

— Ого! — воскликнул Александр. — Я получил навык! Спасибо!

Старый голубь кивнул и отошёл, давая понять, что теперь Александр — часть стаи.

— Я польщён, — сказал Александр. — Честно.

Он попробовал навык: мысленно позвал голубей. Несколько птиц подняли головы и посмотрели на него. Потом одна из них подлетела и села рядом.

— Курлык? — спросила она.

— Привет, — сказал Александр. — Ты меня понимаешь?

Голубка наклонила голову. Она не говорила словами, но Александр чувствовал её эмоции: любопытство, дружелюбие, немного страха.

— Всё хорошо, — сказал он. — Я свой. Я тоже голубь. Немного странный, но голубь.

Голубка ткнулась клювом в его крыло и взлетела обратно к стае.

— Работает! — обрадовался он. — Я могу общаться с голубями! Я могу звать их на помощь!

Александр вернулся к группе, переполненный энтузиазмом.

Он вернулся к группе и рассказал о навыке.

— Ты можешь управлять голубями? — удивился Максим.

— Не управлять. Общаться и просить о помощи. Это как… дружить с ними.

— Приятный навык, — сказал Борис. — Но в битве с Предвестником он вряд ли поможет.

— Поможет, — уверенно сказал Александр. — Голуби — глаза и уши города. Они видят всё.

— Ладно, — сказал Петрович. — Что ты видел сверху?

— Армия монстров. Тысячи. Они окружают разлом. Пробиться в лоб — самоубийство.

— Значит, нужен другой путь.

— Есть подземные коммуникации, — сказала Анна. — Метро. Если оно не обрушилось, можно пройти под землёй.

— Рискованно, — сказал Шурик. — В темноте мы уязвимы.

— Но там нет тысяч монстров, — возразил Александр. — В худшем случае — пауки или крысы.

— Решено, — сказал Петрович. — Идём через метро.

Вход в метро находился в двух кварталах от их убежища. Станция была разрушена, но тоннель уцелел. Группа вошла в темноту.

Александр летел впереди, используя голубиное зрение, чтобы видеть в темноте. Борис шёл рядом, насторожив уши. Люди держались сзади, освещая путь фонариками.

— Тишина, — сказал Максим. — Слишком тихо.

— Монстры не любят подземелья, — предположил Александр. — Им нужен открытый разлом.

— Или они ждут нас в засаде, — сказал Борис.

— Спасибо за оптимизм, Боря.

— Я бухгалтер. Бухгалтеры всегда готовятся к худшему сценарию.

— Какая здесь глубина? — спросил Максим. — Если тоннель обрушится, нас заживо похоронят.

— Хороший вопрос, — сказал Петрович. — Борис, твой навык может определить прочность перекрытий?

— Могу попробовать, — Борис прищурился, глядя на потолок. — Бетон держит. Есть микротрещины, но они не критические.

— Веди, — сказал Петрович.

Они углубились в тоннель. Вокруг было темно и сыро. С потолка капала вода. В воздухе пахло плесенью и чем-то металлическим.

— Здесь недавно кто-то был, — сказала Анна, показывая на следы на полу. — Следы свежие.

— Люди или монстры? — спросил Шурик.

— Судя по отпечаткам — люди. Или человекоподобные.

— Могут быть другие выжившие, — предположил Максим.

— Или засада, — добавил Борис.

— Оптимист, — вздохнул Александр.

Они прошли ещё метров двести. Впереди показался свет — тусклый, дрожащий. Свеча.

— Кто-то есть, — шёпотом сказал Петрович. — Приготовьтесь.

Из-за поворота вышел человек. Худой, бородатый, с винтовкой в руках. Он увидел группу и замер.

— Вы кто? — спросил он хрипло.

— Выжившие, — ответил Петрович. — Идём к разлому.

— К разлому? — человек усмехнулся. — Вы с ума сошли? Там тысячи тварей.

— Мы знаем. Но мы должны закрыть его.

— Чем вы его закроете? Молитвами?

— У нас есть план, — сказал Александр. — И ключ.

Человек посмотрел на голубя. Его глаза расширились.

— Говорящий голубь? — переспросил он. — Я думал, я сошёл с ума, но, видимо, нет.

— Всё в порядке, — сказал Александр. — Мы — команда. Разношёрстная, но команда.

Человек представился — дядя Гриша, слесарь метро, выживший в катастрофе чудом. Он жил в тоннеле две недели, питался запасами из технических помещений.

— Я могу провести вас дальше, — сказал дядя Гриша. — Я знаю все ходы. Есть путь к разлому через старый коллектор. Монстры туда не суются — там вода.

— Вода? — переспросил Борис. — Я кот. Я не люблю воду.

— Придётся потерпеть, — сказал Александр. — Это наш лучший шанс.

Дядя Гриша провёл их через лабиринт тоннелей. Путь был сложным: узкие проходы, ржавые лестницы, тёмные колодцы. Но дядя Гриша знал дорогу.

— Здесь, — сказал он, останавливаясь у решётки. — За ней — коллектор. Выход прямо под площадью.

— Спасибо, дядя Гриша, — сказал Александр. — Ты спас нас.

— Я ничего не спас, — ответил дядя Гриша. — Я просто показал дорогу. Дальше вы сами.

— Идём с нами, — предложил Петрович.

— Нет, — дядя Гриша покачал головой. — Я слишком стар для геройств. Я останусь здесь. Если вы закроете разлом — мир спасётся. Если нет — я хотя бы умру в знакомом месте.

— Понимаю, — сказал Александр. — Спасибо.

— Удачи, голубь. Может, вы и правда сможете. Я буду молиться за вас.

— Молись, дядя Гриша. Молитвы тоже могут быть оружием.

— Буду. Идите. Разлом ждёт.

— Пошли, — сказал Петрович. — У нас мало времени.

Где-то в глубине тоннеля раздался звук. Шуршание. Множество ног.

— Что это? — спросила Анна.

— Бежим, — сказал Борис. — Быстро.

— Что там?

— Пауки. Мелкие, но их много. Очень много.

Группа побежала. Сзади нарастал шум — тысячи лап стучали по бетону.

— Сюда! — крикнул Александр, заметив боковой тоннель.

Они свернули в технический проход, забежали за угол и затаились. Мимо пробежала волна пауков — каждый размером с кулак, с блестящими глазками, покрытыми хитином. Они пробежали мимо, не заметив людей.

— Фу, — сказал Максим. — Ненавижу пауков. Ими меня в детстве пугали. Теперь они реальны.

— Это не боевые монстры, — сказал Борис. — Просто мутировавшая живность. Они не опасны, если их не трогать.

— Я не собираюсь их трогать, — твёрдо сказал Шурик.

Когда пауки пробежали, группа продолжила путь. Через полчаса они вышли к станции, которая находилась прямо под центральной площадью. Сверху доносился гул голосов монстров и низкая вибрация разлома.

— Мы на месте, — сказал Петрович. — Наверху — разлом.

— Как выйдем? — спросил Максим.

— Там, — Александр указал клювом на лестницу. — Выход на площадь.

— Монстры?

— Много. Но они не ждут нас снизу.

— Значит, у нас есть элемент внезапности.

Подготовка к выходу заняла десять минут. Шурик проверил топор, провёл пальцем по лезвию — острое. Анна перезарядила карабин, проверила обойму — осталось восемнадцать патронов. Максим наточил ножи о камень — лезвия блестели. Петрович проверил аптечку: бинты, антисептик, обезболивающее.

— У нас есть один ключ, — сказал Борис, — одна граната, восемнадцать патронов и острое желание выжить. По бухгалтерским меркам — активов хватает.

— А ты оптимист, — усмехнулся Максим.

— Я реалист. Если мы выживем — я буду считать это чудом.

— Я голубь, — сказал Александр. — В моей жизни уже было одно чудо. Будет и второе.

— Все готовы? — спросил Петрович.

— Готовы, — ответил за всех Александр.

— Тогда — вперёд.

Они вышли на поверхность.

Площадь была заполнена монстрами. Сотни тварей сновали между руин. В центре, совсем рядом, пульсировал разлом. А перед разломом, на возвышении из обломков, стоял ОН.

Предвестник.

Огромный, чёрный, с крыльями как у стрекозы и горящими красными глазами. Его тело было покрыто хитиновой бронёй, из спины торчали шипы.

— Владыка ждёт, — произнёс Предвестник голосом, похожим на скрежет металла. — Вы опоздали.

— Мы не опоздали, — сказал Александр, выходя вперёд. — Мы пришли ровно тогда, когда нужно.

— Птица, — усмехнулся Предвестник. — У тебя есть клюв, но нет силы. Ты умрёшь первым.

— Посмотрим.

— Ты не знаешь, с кем связался, — сказал предвестник. — Я — авангард Владыки Хуйса. Я уничтожал миры покрупнее вашего. Вы — всего лишь люди, звери и одна глупая птица.

— Мы — не просто люди и звери, — сказал Александр. — Мы — те, кто выжил. Те, кто не сдался. И мы не дадим тебе уничтожить наш мир.

— Ваш мир уже уничтожен. Разломы открыты. Владыка идёт.

— Тогда мы закроем разломы и отправим вашего Владыку обратно в ад, из которого он выполз.

Предвестник усмехнулся — скрежещущий звук, похожий на трение металла о камень.

— Храбрая птица. Но храбрость не спасёт тебя от моего гнева.

Он взмахнул рукой, и монстры бросились в атаку.

— В круг! — крикнул Шурик.

Группа встала спиной к спине. Первая волна монстров накатила — и разбилась о топоры, пули и когти.

— Держаться! — крикнул Петрович.

— Я держусь! — ответил Максим, отбиваясь ножом от двух тварей одновременно.

Александр взлетел и активировал Голубиную связь.

— Голуби! — мысленно позвал он. — Помогите мне! Атакуйте монстров!

Из-за крыш взметнулась стая. Сотни голубей обрушились на монстров, клюя их, отвлекая, заставляя ошибаться.

— Что за? — удивился Предвестник.

— Это мои друзья! — крикнул Александр. — И они не дадут тебе победить!

Голуби атаковали согласованно. Они пикировали на монстров, выклёвывая им глаза, отвлекая, создавая хаос. Монстры пытались отбиваться, но птиц было слишком много.

— Работает! — крикнул Максим, добивая дезориентированного монстра.

Борис прыгнул на спину гончей и вцепился когтями ей в шею. Гончая взвыла и рухнула.

— Есть контакт! — крикнул кот.

Шурик рубил монстров как капусту. Анна стреляла без промаха. Петрович прикрывал фланги.

— Они не ожидали атаки с воздуха! — крикнул Александр.

Но Предвестник не был монстром. Он был командиром. Он взревел, и часть монстров переключилась на голубей. В воздухе началась битва: птицы против летающих тварей.

— Нет! — крикнул Александр, видя, как голуби падают вниз.

Он понимал: обычные голуби не могут сражаться с монстрами. Они могут только отвлекать. И каждое отвлечение — это чья-то жизнь.

Предвестник взревел и прыгнул вперёд, сбивая голубей крыльями, как мух. Александр встретил его в воздухе.

— Я задержу его! — крикнул он. — Вы зачищайте площадь!

— Ты погибнешь! — крикнул Борис. — У тебя нет шансов против него!

— Может быть, — ответил Александр, не оборачиваясь. — Но если я его отвлеку — у вас появится шанс закрыть разлом. Это того стоит.

— Александр! — крикнула Анна.

— Не умирай! — крикнул Максим.

— Постараюсь, — сказал он, хотя сам не был уверен.

Александр активировал все свои навыки: Полёт, Визг, Клевок. Он взмыл вверх, облетел Предвестника сзади и врезался ему в шею.

— Ах ты, мелкая тварь! — взревел Предвестник, хватаясь за шею.

— Я не тварь! — крикнул Александр. — Я — голубь! Магистр экономических наук! И я не дам тебе разрушить наш мир!

Предвестник взмахнул крыльями. Воздушный поток сбил Александра с траектории. Он кувыркнулся в воздухе, едва успев выровняться.

— Сильный, — признал он. — Очень сильный.

— Ты — ничто, — сказал Предвестник, поднимаясь в воздух. — Я сотру тебя в пыль.

И он бросился на Александра.

Александр едва увернулся — когти Предвестника пропороли воздух в сантиметре от его крыла. Он перевернулся в воздухе и клюнул Предвестника в плечо. Клюв отскочил от хитиновой брони, оставив только царапину.

— Бесполезно, — усмехнулся Предвестник. — Моя броня непробиваема.

— Я найду способ, — сказал Александр, уклоняясь от очередной атаки.

— Мне нужно найти слабое место, — думал Александр, уходя от серии ударов. — Глаза, шея, суставы. Всё, что не защищено бронёй.

Он сменил тактику: вместо прямых атак начал кружить вокруг Предвестника, выискивая бреши. Заметил, что подмышки не защищены — хитин там тоньше.

— Есть! — крикнул он и спикировал вниз, целясь клювом в подмышку Предвестника.

Клюв вошёл в плоть. Предвестник взревел от боли.

— Ты поплатишься за это, птица!

— Я уже начал! — крикнул Александр, нанося ещё один удар.

Внизу Шурик активировал ключ. Вокруг разлома начало формироваться силовое поле — оно сжималось, уменьшая разрыв в пространстве.

— Разлом закрывается! — крикнул Максим.

— НЕТ! — заорал Предвестник. — ВЫ НЕ ЗАКРОЕТЕ ЕГО!

Он выпустил волну чистой тёмной энергии, отбросив всех к стенам зданий. Александр врезался в стену и потерял сознание на мгновение.

Когда он пришёл в себя, Предвестник стоял над ним, занося лапу для последнего удара.

— Прощай, птица.

Александр смотрел в горящие красные глаза Предвестника. Это был конец. Всё, ради чего он прошёл — смерть, перерождение, боль, битвы — всё заканчивалось здесь. Но он хотя бы попытался. Он сделал всё, что мог.

— Курлык, — сказал он.

— ОТВЕРНИСЬ ОТ НЕГО! — раздался крик.

Борис в прыжке вцепился в морду Предвестника. Кот выпустил когти и вонзил их в глаза монстра. Предвестник закричал и отшатнулся, пытаясь сбросить кота.

— БЕГИ! — крикнул Борис, царапая монстра.

Александр вскочил и взлетел. У него не было времени на благодарность. Разлом закрывался. Оставалось всего несколько секунд.

— Ловите меня! — крикнул он, бросаясь к команде.

Группа уже отступала к выходу из зоны разлома. Борис спрыгнул с Предвестника и побежал за ними. Предвестник, ослеплённый, метался, сбивая всё вокруг.

— СЮДА! — крикнул Шурик, указывая на проход.

Все нырнули в разбитое здание за секунду до того, как разлом закрылся с оглушительным хлопком.

Фиолетовый свет погас. Тишина.

— Мы… мы сделали это? — спросил Максим, тяжело дыша.

— Кажется, да, — сказал Александр, глядя на чистое небо. Разлома больше не было. — Мы закрыли его.

— Но Предвестник… — начала Анна.

— Он остался там. Его поглотило закрытие разлома. Или он сбежал. Не знаю. Но разлом закрыт.

— Ура, — тихо сказал Борис, падая на пол. — Победа.

Усталые, израненные, они сидели в руинах и смотрели, как над Новосибирском восходит солнце. Чистое солнце. Без фиолетовых отблесков.

— Мы победили, — сказал Александр. — Мы реально победили.

— Ага, — согласился Борис. — Теперь бы ещё поесть. И поспать. И не видеть монстров хотя бы день.

— Это мы можем организовать, — улыбнулся Александр.

Впервые за долгое время он чувствовал покой. Разлом закрыт. Предвестник повержен. Его команда жива.

— Курлык, — сказал он. — Хороший день.

Глава 8. Зов разлома

Тишина. После дней непрерывного шума битв, криков монстров и гула разлома тишина казалась неестественной. Она давила на уши, заставляя прислушиваться, ожидая подвоха. Александр сидел на краю разрушенной стены и смотрел на место, где ещё час назад пульсировал фиолетовый портал. Теперь там был только чистый воздух, лёгкий ветерок и остывающий пепел.

Борис подошёл и сел рядом, свесив хвост вниз.

— Красиво, — сказал он. — Без фиолетового свечения мир выглядит лучше.

— Согласен, — кивнул Александр. — Серый, пыльный, разрушенный — но лучше.

— Удивительно, как быстро привыкаешь к ужасу. Ещё неделю назад я сидел на печи, пил сметану и обсуждал с дедом Матвеем погоду. Теперь я — герой войны с монстрами.

— Война с монстрами, — повторил Александр. — Звучит как название плохого фильма.

— Или отличной книги. Смотря кто пишет.

— Если бы я писал книгу о своей жизни, никто бы не поверил. «Офисный клерк умер, переродился голубем, спас мир». Звучит как бред сумасшедшего.

— Поэтому книги и пишут. Чтобы люди верили в невозможное.

— Ты философ, Боря.

— Я бухгалтер. Бухгалтеры — скрытые философы. Мы работаем с числами, а числа — это язык вселенной.

— Странно, — сказал он. — Я думал, будет сложнее.

— Ты серьёзно? — спросил Борис, отдыхающий на груде кирпичей. — Мы чуть не погибли раз двадцать. Какой «сложнее»?

— Я думал, будет эпичная битва. С жертвами. С драмой. А мы просто закрыли разлом ключом.

— Жизнь — не кино, — философски заметил Борис. — В жизни побеждают не красиво, а эффективно.

— Ты прав, наверное.

— Я всегда прав. Я бухгалтер.

Вдалеке завыли сирены. Звук шёл из центра города — импровизированный штаб выживших подавал сигнал сбора.

— Нас зовут, — сказал Петрович, подходя к ним. — Нужно вернуться в штаб, доложить о закрытии разлома.

— Я полечу, — сказал Александр. — Быстрее.

— Будь осторожен. В городе ещё остались монстры.

— Я знаю.

Александр взлетел. Тишина после битвы была обманчивой. С высоты он видел, как монстры, лишившись источника силы, теряли координацию. Одни забивались в тёмные углы, другие бесцельно бродили, третьи дрались между собой. Без разлома их армия распадалась.

— Значит, разлом был их центром управления, — понял Александр. — Как улей.

— Голубиная связь активирована.

«Голуби, — мысленно позвал он. — Как вы?»

Стая откликнулась. Многие погибли, но стая выжила. Старый голубь с белыми пятнами всё ещё был жив.

«Мы в порядке, — пришёл ответ. — Разлом закрыт. Спасибо».

— Спасибо вам, — сказал Александр.

Александр приземлился у штаба — бывшей мэрии. Здание было укреплено мешками с песком, на входе стояли вооружённые люди. Они узнали его — говорящий голубь уже был легендой среди выживших.

— Голубь! — крикнул один из охранников. — Вы закрыли разлом?!

— Закрыли, — ответил Александр. — Можете расслабиться.

— Ура! — закричали люди.

Из здания выбежали люди. Кто-то плакал, кто-то смеялся, кто-то просто стоял и смотрел на небо — чистое, без фиолетовых трещин. Мужчина в рваной куртке упал на колени и перекрестился. Женщина с ребёнком на руках целовала малыша в макушку, повторяя: «Всё закончилось, сынок, всё закончилось».

Новость разнеслась мгновенно. Выжившие выходили из укрытий, обнимались, плакали, смеялись. Александр сидел на крыльце мэрии и наблюдал за этим. Ему было странно: эти люди праздновали победу, которую он помог одержать. К нему подходили, жали крыло, гладили по голове, благодарили.

— Спасибо, Голубь! — сказал парень с перевязанной рукой.

— Ты спас нас! — крикнула девушка.

— Я просто делал свою работу, — отвечал Александр.

Но внутри он чувствовал гордость. Ему было приятно.

К нему подошёл командир штаба — полковник Сергей Иванович, мужчина лет пятидесяти, с седыми висками и усталыми глазами.

— Спасибо, — сказал он, пожимая Александру крыло. У полковника хватило такта не удивиться тому, что он жмёт крыло голубю.

— Мы сделали это не одни, — сказал Александр. — У меня была команда.

— Я знаю. Все знают. Вы — герои.

— Я не герой. Я просто делал свою работу.

— Работу? — полковник улыбнулся. — Какая у тебя была работа до всего этого?

— Риелтор.

— Риелтор, — повторил полковник, и в голосе его слышалось искреннее удивление. — Кто бы мог подумать, что риелтор спасёт мир.

— Я сам в шоке, — признался Александр. — Если честно, я до сих пор не до конца осознал, что произошло. Кажется, что это сон.

— Не сон, — полковник положил руку ему на спину (там, где у голубя плечо). — Реальность. И ты в ней — герой. Привыкай.

— Постараюсь.

— Знаешь, я всю жизнь прослужил в армии. Видел много храбрых людей, много героев. Но ты — первый герой-птица. Запомни этот день.

Через час к штабу подошла вся группа. Шурик нёс на плече Бориса, который делал вид, что спит, но на самом деле наслаждался вниманием. Анна перевязывала руку — царапина, пустяк. Максим выглядел уставшим, но счастливым. Петрович, как всегда, был спокоен, хотя в глазах читалось облегчение.

— Все живы? — спросил Александр, слетая с крыльца им навстречу.

— Живы, — ответил за всех Петрович. — Побиты, но живы.

— Это главное.

— А ты как? — спросила Анна, осматривая Александра. — Не ранен?

— Пару перьев потерял, — усмехнулся Александр. — Но в целом — цел.

— Хорошо, — она улыбнулась. — А то я переживала.

— Серьёзно? За голубя переживала?

— Ты не просто голубь. Ты — наш голубь.

— Тронут, — сказал Александр. — Честно.

Подошёл Шурик и хлопнул Александра по спине — чуть не сбив его с ног.

— Молодец, Голубь! — прогудел он. — Я думал, нам конец, когда ты на Предвестника бросился!

— Я сам так думал, — признался Александр. — Но как-то выкрутился.

— Ты вообще молодец, — сказал Максим. — Риелтор, спасший мир. Это надо запомнить.

— Запомнят, — пообещал Борис. — Если я напишу мемуары, ты будешь главным героем.

— А ты?

— А я — котом-рассказчиком. С объективной точки зрения.

— Бухгалтерской точки зрения, — поправил Александр.

— И это тоже.

Вечером в штабе устроили праздник. Выжившие достали запасы еды, алкоголя (кто-то нашёл склад с коньяком), играла музыка на аккумуляторных колонках. Люди танцевали прямо на улице, среди руин, под открытым небом.

— Танцуй, Голубь! — крикнул Максим.

— Голуби не танцуют, — ответил Александр. — Голуби воркуют и едят семечки.

— У нас есть семечки! — крикнул кто-то.

— Тогда другое дело.

Александр клевал семечки на столе, наслаждаясь моментом. Рядом с ним сидел Борис с миской сметаны.

— Хороший день, — сказал кот.

— Лучший день с момента моей смерти, — согласился Александр.

— Это низкая планка.

— Ты прав, — согласился Александр. — Но знаешь, что странно?

— Что?

— Я чувствую себя… живым. По-настоящему живым. Когда я был человеком, я просто существовал. Работа, дом, работа. А теперь — каждый день битва, каждый день выбор. И я чувствую, что моя жизнь имеет значение.

— Философия от голубя, — усмехнулся Борис. — Кто бы мог подумать.

— А ты? Ты чувствуешь себя живым?

Борис задумался. Его усы дёрнулись.

— Чувствую. Когда я был бухгалтером, я считал чужие деньги. Теперь я считаю свои дни. И это, как ни странно, makes sense.

— Makes sense?

— Английский. Я изучал его в школе. Забыл уже почти всё, но «makes sense» запомнил.

— Ты — кот, который знает английский?

— Бухгалтер, который знает английский. Кот — это просто моя текущая форма.

Подошла Анна с двумя кружками чая. Одну поставила перед Александром, вторую — перед Борисом.

— Тебе с молоком, — сказала она коту.

— Я кот. Я пью сливки.

— Сливок нет. Есть молоко.

— Ладно. Компромисс — это основа цивилизации.

Анна улыбнулась и села рядом.

— Что будешь делать теперь? — спросила она Александра.

— Не знаю, — честно ответил Александр. — Разлом закрыт. Миссия выполнена. Можно было бы осесть где-нибудь, жить спокойно.

— Но?

— Но я не уверен, что всё кончено. Разлом в Новосибирске закрыт. Но другие разломы? И Владыка Хуйс? Он не исчез, я уверен.

— Думаешь, будет продолжение?

— Чувствую.

— Тогда мы с тобой, — сказал подошедший Шурик. — Если будет ещё один разлом — мы его закроем.

— И я, — сказал Максим.

— И я, — добавил Петрович.

— Я подумаю, — сказал Борис. — У меня лапки. Но, скорее всего, пойду с вами. Кому я нужен, кот-бухгалтер?

— Ты нам нужен, — сказал Александр. — Ты — наша совесть.

— И калькулятор, — добавил Борис.

Все рассмеялись. Тёплый, искренний, человеческий смех — как будто и не было апокалипсиса, монстров и разрушенного города.

— Слушайте, — сказал Максим, — а ведь мы не знаем, что дальше. Я имею в виду — весь мир. Как мы будем восстанавливаться?

— Постепенно, — ответил Петрович. — Сначала — еда, вода, кров, медикаменты. Потом — связь с другими городами, координация усилий, восстановление инфраструктуры. Мы не одни выжили. По всему миру есть люди, которые борются.

— В Москве есть штаб временного правительства, — сказал полковник, присаживаясь к костру. — Мы получили сигнал на третьи сутки после открытия разломов. Там организовали временное правительство. Они координируют выживших.

— А что с другими разломами? — спросил Александр.

— Их много по стране. По всему миру. Мы закрыли новосибирский — самый большой. Но остались ещё десятки.

— Я пойду к ним, — сказал Александр. — У меня есть навык, есть команда. Я не могу сидеть здесь.

— Я знал, что ты так скажешь, — кивнул полковник. — Поэтому я подготовил для вас кое-что.

Он достал планшет и показал карту мира. На ней были отмечены красные точки — активные разломы.

— Вот, — полковник ткнул пальцем в одну из точек. — Это Москва. Там небольшой разлом, но он мешает восстановлению. Если закрыть его — столица сможет стать центром возрождения.

— Значит, наш следующий путь — Москва? — спросил Шурик, потирая руки.

— Если вы готовы, — ответил полковник.

— Всегда готовы, — сказал Александр.

— Тогда завтра обсудим детали, — полковник поднялся. — А сейчас — отдыхайте. Вы заслужили.

— Так точно, — улыбнулся Александр.

Он проводил полковника взглядом и повернулся к команде:

— Ну что, народ? Москва?

— Москва так Москва, — пожал плечами Шурик. — Мне всё равно, где бить монстров.

— Я в деле! — сказал Максим, поднимая кулак.

— Я тоже, — кивнула Анна.

— Я с вами, — сказал Петрович.

— А я подумаю, — сказал Борис. — Но, скорее всего, поеду. Кот в Москве — звучит статусно. К тому же, московская сметана, говорят, самая вкусная.

— Сметана везде одинаковая, — сказал Максим.

— Не скажи. В каждой деревне свой вкус. Надо дегустировать.

— Договорились, — улыбнулся Александр. — Тогда завтра — в путь. А сегодня — праздник! Последний мирный вечер перед новой дорогой!

Музыка заиграла громче. Кто-то пустил самодельный фейерверк — банка с бензином взлетела в воздух и взорвалась разноцветными искрами.

— Ура! — закричали люди.

— Знаете, — сказал Александр, глядя на салют, — я, может, потерял человеческое тело, но приобрёл нечто большее.

— Что? — спросила Анна.

— Семью, — ответил он. — Вы — моя семья. Странная, пернатая, пушистая, но моя.

— Ой, растрогал, — Борис шмыгнул носом. — У меня просто пылинка в глаз попала.

— Ты кот. У тебя нет слёзных протоков.

— Значит, соринка.

— Ладно, Боря, — Александр обнял кота крылом. — Ты прав. Это была соринка.

Ночью Александр лежал на подоконнике в здании штаба и смотрел на звёзды. Обычные звёзды, без фиолетового отсвета. Мир возвращался к норме. Внизу ещё слышались голоса празднующих, но постепенно они затихали — люди расходились спать.

Александр размышлял о том, что произошло. Он начал эту неделю как офисный клерк с ипотекой. Закончил неделю как герой-голубь, закрывший разлом в Новосибирске. Если бы кто-то сказал ему об этом месяц назад, он бы покрутил пальцем у виска.

— Не спишь? — к нему подошёл полковник Сергей Иванович. В руках у него была кружка с чаем. Он протянул вторую кружку Александру.

— Не сплю, — ответил Александр, принимая кружку. — Слишком много адреналина в крови.

— Понимаю. Я после каждого боя не могу уснуть до утра. Привычка.

— Сколько вы уже воюете?

— С первого дня разломов. Когда открылся портал, я был в штабе округа. Мы пытались организовать оборону, но… сами видели, что вышло.

— Видел.

— Мы потеряли восемьдесят процентов личного состава в первый же день. Остальные разбежались или погибли в следующие дни. Остались только те, кому некуда было идти.

— Как вы выжили?

— Злость, — улыбнулся полковник. — Чистая, белая злость. Я не мог позволить этим тварям уничтожить мой город. Я здесь родился, здесь служил, здесь состарился. Это мой дом.

— Я понимаю. У каждого из нас есть то, за что мы готовы сражаться.

— А у тебя? — спросил полковник. — За что сражаешься ты?

— За будущее, — ответил Александр, глядя вдаль. — За возможность жить, а не существовать. За то, чтобы у людей был новый день, неделя, год. За то, чтобы голуби могли ворковать на площадях, а не сражаться с монстрами.

— Достойная цель, — кивнул полковник.

— Я стараюсь.

— Ты из Новосибирска?

— Нет. Я из другого города. Работал в риелторской конторе. Потом — разломы, смерть, перерождение.

— Тяжело, наверное, — полковник посмотрел на него. — Потерять человеческое тело.

— Сначала было тяжело. А потом я понял, что тело — это просто инструмент. Главное — кто ты внутри.

— Мудрые слова.

— Я магистр экономических наук. Мы, экономисты, любим мудрить.

Полковник рассмеялся.

— Я тоже. Слишком много мыслей.

— О чём?

— О том, что мы потеряли. О том, что нашли. О том, что ждёт впереди. Ты знаешь, говорят, что разломы открывались не только в Новосибирске. Они по всему миру.

— Знаю.

— Мы закрыли только один. Самый большой, но один.

— Я пойду к другим разломам, — сказал Александр. — У меня есть навыки, есть команда. Я не могу сидеть сложа крылья, пока мир гибнет.

— Я знал, что ты так ответишь, — улыбнулся полковник. — У тебя глаза горят. Такие глаза бывают только у тех, кто нашёл своё призвание.

— Моё призвание — голубь?

— Твоё призвание — герой. Неважно, в каком теле.

Александр задумался. Он никогда не считал себя героем. Он был риелтором. Обычным, скучным, тридцатишестилетним мужиком с ипотекой и проблемами. Но за последние дни он изменился. Он стал кем-то другим.

— Спасибо, полковник. За всё. За доверие, за поддержку, за карту.

— Не за что, — полковник улыбнулся. — Ты заслужил. Все вы заслужили. И знаешь что?

— Что?

— Я горжусь тобой. Серьёзно. Если бы мне кто-то сказал, что я буду гордиться голубем, я бы рассмеялся. Но сейчас — я серьёзно.

— Это много для меня значит, — тихо сказал Александр. — Спасибо.

— Отдыхай. Завтра будет новый день.

— Завтра, — повторил Александр. — Интересно, что он нам принесёт.

— Что-то хорошее, я надеюсь.

Полковник ушёл. Александр остался один. Где-то вдалеке выли собаки. Ветер шелестел листвой. И в этом шуме Александр услышал его. Тихий, едва уловимый зов. Такой же, как от разлома в Новосибирске, только слабее.

— Есть другие разломы, — прошептал он. — И они зовут меня.

— Я слышу их, — сказал он пустоте. — Я слышу зов.

— Кто тебя зовёт? — спросил сонный голос Бориса, который улёгся рядом на подоконник.

— Разломы, — ответил Александр. — Они существуют. Они зовут меня.

— И ты пойдёшь?

— Да.

— Тогда я с тобой. Кому-то нужно следить, чтобы ты не вляпался в неприятности.

— Спасибо, Боря.

— Не за что. Ты — мой единственный друг-голубь. Больше у меня таких нет.

Они лежали на подоконнике, кот и голубь, и смотрели на звёзды. Завтра начнётся новое приключение. Но сегодня — сегодня была победа.

— Курлык, — сказал Александр.

— Мур, — ответил Борис.

— Как думаешь, — спросил Александр, глядя в небо, — у нас получится? Закрыть все разломы?

— Получится, — сказал Борис. — Если ты, голубь-риелтор, смог закрыть разлом в Новосибирске, то ты сможешь всё.

— Ты прав, — улыбнулся Александр. — Я смогу.

— И я помогу. Чисто из бухгалтерского интереса.

— Спасибо, друг.

— Не за что.

И они уснули, уставшие, но счастливые, под тихое мурлыканье Бориса. Кот свернулся клубком, прижавшись к голубю, согревая его в прохладную ночь. Завтра начнётся новый день. Новый путь. Новые приключения. Завтра они узнают, какие ещё разломы остались в мире. Завтра они снова будут сражаться.

Но сегодня — сегодня они спали под чистыми звёздами, и это было прекрасно. Самый настоящий, заслуженный покой после великой битвы.

Глава 9. Эволюция

Утро началось с того, что Александр проснулся и понял: он больше не хочет быть обычным голубем.

— Чего? — спросил он сам себя, чистя перья и чувствуя странный зуд во всём теле. — С чего вдруг такие мысли?

Зуд был не физический — он шёл изнутри, из самой системы. Тело требовало изменений. Каждая клетка голубиного организма словно настраивалась на что-то новое.

Он открыл системное меню и увидел уведомление, которое пульсировало ярким золотым светом:

**[Внимание! Вы достигли 9 уровня. Для эволюции на 10 уровень необходимо выполнить задание: Поглотить энергию кристалла разлома.]**

**[Задание: Найдите осколок кристалла разлома и поглотите его энергию.]**

— Поглотить энергию кристалла? — переспросил Александр. — Где я найду кристалл? Мы же закрыли разлом.

— Ты чего бормочешь? — спросил Борис, потягиваясь на подоконнике.

— Система дала задание на эволюцию. Нужно найти осколок кристалла разлома и поглотить его энергию.

— Осколок кристалла, — повторил Борис. — Думаю, у полковника есть что-то. Они собирали образцы после закрытия разлома.

— Точно!

Александр слетел вниз и направился к полковнику. Сергей Иванович сидел в своём кабинете, изучая карты.

— Полковник, — сказал Александр, влетая в окно. — У вас есть осколки кристалла разлома?

— Есть, — удивлённо ответил полковник. — Мы собрали несколько образцов для изучения. А зачем тебе?

— Мне нужно поглотить его энергию для эволюции.

— Эволюции? — полковник поднял бровь. — Ты можешь эволюционировать?

— Да. На десятом уровне. Я стану сильнее, получу новые навыки.

— Это интересно, — полковник встал и подошёл к сейфу. — Мы ещё не изучали осколки. Если они могут помочь тебе — бери.

Он достал из сейфа небольшой фиолетовый камень. Он пульсировал слабым светом.

— Держи. Только осторожно. Мы не знаем, как эта энергия влияет на живые организмы.

— Узнаем, — сказал Александр, принимая камень.

Он прикоснулся клювом к осколку. Камень вспыхнул фиолетовым светом. Энергия потекла в тело Александра. Это было странное ощущение — тепло, покалывание, лёгкая эйфория.

**[Энергия кристалла поглощена. Задание выполнено.]**

**[Вы достигли 10 уровня! Эволюция доступна.]**

**[Желаете эволюционировать? Да / Нет]**

— Да! — сказал Александр, чувствуя, как решение принято.

В тот же миг его тело окуталось ярким синим светом. Свет был настолько интенсивным, что полковник зажмурился. Александр почувствовал, как каждая косточка, каждое пёрышко, каждая клетка его тела начала трансформироваться.

Это было больно. Не адски больно, а — странно. Как будто кто-то перестраивал его внутренности, не спрашивая разрешения. Кости трещали, перья выпадали и вырастали заново, клюв удлинялся и менял форму.

— Терпи, — сказал он себе. — Терпи, это ради силы.

Процесс длился, казалось, вечность. Но на самом деле — всего несколько секунд.

**[Эволюция завершена!]

Свет погас. Александр стоял на полу, тяжело дыша. Его новое тело дрожало от перенапряжения. Полковник подошёл ближе, рассматривая его.

— Ты изменился, — сказал он. — Цвет, размер, даже глаза светятся. Как ты себя чувствуешь?

— Странно, — ответил Александр. — Как будто я всегда был таким, но не знал об этом.**

**[Обычный голубь → Синий голубь]**

**[+Интеллект: 5 → 10]**

**[+Удача: 5 → 10]**

**[+Мана: 5 → 15]**

**[Размер увеличен на 30%]**

**[Новые навыки: Хвостовая атака (ур. 1), Усиленный Визг (ур. 1)]**

**[Пассивный эффект: Голубиная аура — привлекает обычных голубей в радиусе 100 м]**

Александр открыл глаза. Мир выглядел иначе. Цвета стали ярче. Детали — чётче. Он видел каждую пылинку в воздухе, каждую трещину на стене.

Он посмотрел на себя. Перья отливали синевой — глубокой, насыщенной, как вечернее небо. Глаза светились мягким голубым светом. Размер увеличился: раньше он был с кулак, теперь — с небольшую ворону.

— Ничего себе, — сказал полковник, отступая на шаг. — Ты стал… другим. Серьёзно другим.

— Я чувствую силу, — сказал Александр, рассматривая свои новые перья. — Я стал больше, быстрее, сильнее. У меня новые навыки.

— Какие?

— Хвостовая атака — могу стрелять перьями, как дротиками. И Усиленный Визг — оглушает на две секунды.

— Это впечатляет, — полковник покачал головой. — Первый эволюционировавший голубь в истории.

— Спасибо за осколок, полковник. Без вас я бы не справился.

— Не за что. Ты — наше секретное оружие. Птица-герой.

— Звучит как название фильма.

— Я бы посмотрел.

Александр улыбнулся (насколько это возможно с клювом) и вышел из кабинета. На улице его ждала команда. Они уже слышали о его эволюции и собрались посмотреть на нового Александра.

— Красавчик, — сказал Шурик, оглядывая его. — Настоящий синий голубь.

— Я теперь не просто голубь, — сказал Александр. — Я — Синий голубь. Звучит гордо.

— Звучит как покемон, — сказал Борис.

— Ты просто завидуешь, что у тебя нет эволюции.

— У котов нет эволюции. У котов есть девять жизней. Это круче.

— Спорно.

Александр расправил крылья. Размах увеличился вдвое — теперь он чувствовал себя настоящей птицей, а не просто пернатым комочком. Он взлетел и сделал круг над двором, проверяя новые возможности. Полёт стал легче, быстрее, манёвреннее.

Когда Александр вернулся к команде, его встретили изумлёнными взглядами.

— Ты… — начал Максим. — Ты изменился.

— Эволюционировал, — гордо сказал Александр. — Десятый уровень. Синий голубь.

— Круто! — Максим подошёл поближе, рассматривая его. — Цвет другой, размер другой. Ты выглядишь внушительно. Прямо как орёл, только синий.

— Орлы — орлами, а я — Синий голубь. Это свой уникальный класс.

— Мне нравится твой настрой.

— Я чувствую себя внушительно.

— Покажи, что умеешь, — попросил Шурик.

Александр кивнул, взлетел и активировал Хвостовую атаку. Он резко махнул хвостом, выпуская веер синих перьев, которые вонзились в деревянный столб.

— Ого! — восхитилась Анна. — Это дальняя атака!

— Да, — сказал Александр. — И Усиленный Визг теперь оглушает на две секунды вместо одной.

— Это изменит тактику, — сказал Петрович. — Теперь ты — полноценный боец дальнего боя.

— Я и был бойцом, — усмехнулся Александр. — Просто теперь я ещё и красивый.

— Красивый — спорно, — заметил Борис. — Для кота ты всё ещё птица. Но для птицы — вполне.

— Спасибо, Боря. Ты, как всегда, поддерживаешь.

— Я бухгалтер. Мы поддерживаем только цифрами.

После эволюции группа собралась на совет. Полковник развернул карту.

— Итак, — начал он. — Ситуация в стране: центральный разлом в Новосибирске закрыт. Но остались малые разломы. Самый ближайший — в Кемерово.

— Кемерово, — повторил Александр. — Сколько километров?

— Около трёхсот. Если на машине — день пути.

— У нас есть машина? — спросил Максим.

— Есть. Армейский УАЗ. На ходу, с запасом топлива.

— Тогда едем, — сказал Александр. — Время не ждёт. Пока мы тут прохлаждаемся, монстры плодятся.

— Между прочим, — сказал Борис, — я подсчитал: если каждый разлом даёт нам примерно по два уровня, то после закрытия всех разломов в Сибири Александр будет примерно двадцатого уровня. А двадцатый уровень — это вторая эволюция.

— Вторая эволюция? — переспросил Максим.

— Система показала, — сказал Александр. — На двадцатом уровне я могу снова эволюционировать. Стать Грозовым голубем.

— Грозовой голубь? — переспросил Шурик. — Это с молниями?

— С молниями, — подтвердил Александр. — Электрические атаки, повышенная скорость, новый облик.

— Я хочу увидеть голубя, который стреляет молниями, — сказал Максим. — Это будет эпично.

— Тогда вперёд. Чем быстрее мы закроем разломы, тем быстрее я стану Грозовым голубем.

— Мы поедем с вами, — сказал полковник. — Не всем отрядом, но я выделю двух бойцов для сопровождения.

— Спасибо, полковник. Мы принимаем помощь.

Группа готовилась к выезду. Александр проверил новые навыки. Хвостовая атака — урон десять единиц по области. Усиленный Визг — оглушение на две секунды. Плюс его базовая скорость и манёвренность после эволюции увеличились.

— Я готов, — сказал он. — А вы?

— Всегда готов, — ответил Шурик, проверяя топор.

— Патроны пересчитала, — сказала Анна. — Восемьдесят штук. Должно хватить.

— Аптечка укомплектована, — добавил Петрович.

— Я наточил ножи, — сказал Максим.

— Я — кот, — сказал Борис. — Я всегда готов. Особенно к обеду.

— Обед будет в Кемерово, — пообещал Александр. — После закрытия разлома.

— Жестоко, — вздохнул Борис. — Но справедливо.

УАЗ выехал из Новосибирска в полдень. Машина была старой, военной, с брезентовым верхом и большими колёсами. Двигатель работал с натугой, но уверенно.

Александр сидел на крыше, вцепившись лапками в багажник. Ветер трепал его новые синие перья. Он наслаждался скоростью — впервые за долгое время он не летел, а ехал.

Борис сидел в салоне, на коленях у Анны, и делал вид, что ему не нравится, но на самом деле мурлыкал.

— Мы как в старом фильме про апокалипсис, — сказал Максим. — Едем по пустой трассе, спасаем мир.

— В фильмах обычно всё заканчивается хорошо, — заметил Шурик.

— Значит, и у нас будет хорошо, — ответил Александр с крыши.

— Когда мы последний раз ехали на машине? — спросил Максим.

— В прошлой жизни, — ответил Шурик. — В прошлой, нормальной жизни.

— Скучаю по ней, — сказала Анна. — По нормальной жизни.

— Я тоже, — сказал Александр с крыши. — Но знаете что? Эта жизнь — тоже нормальная. Просто другая.

— Философия от голубя, — усмехнулся Борис. — Бесплатно и в каждой главе.

Все рассмеялись. Машина мчалась по пустой трассе. Мимо проносились поля, леса, разрушенные деревни. Мир изменился, но он всё ещё был прекрасен.

На подъезде к Кемерово они наткнулись на засаду. Из леса выскочила группа монстров — пять тварей, похожих на помесь волка и ящерицы.

— Тормози! — крикнул Петрович.

Шурик резко затормозил. Монстры окружили машину.

— Я выйду, — сказал Александр. — Проверю новые навыки.

— Один? — спросила Анна.

— Один.

Он взлетел и завис в воздухе, глядя на монстров. Они были уровня 6-7 — не серьёзный противник для эволюционировавшего голубя.

— Эй, уроды! — крикнул Александр. — Смотрите сюда!

Он активировал Хвостовую атаку. Веер синих перьев вонзился в двух монстров. Они взвыли. Александр спикировал и клюнул третьего Усиленным Клевком — клюв пробил шкуру монстра насквозь.

— Ого, — сказал Максим из машины. — Он их как масло режет!

— У меня ещё есть Визг, — сказал Александр и активировал Усиленный Визг.

Звуковая волна ударила по оставшимся монстрам. Они замерли на две секунды. За это время Шурик выскочил из машины и добил их топором.

— Чисто, — сказал Александр, приземляясь на крышу УАЗа. — Поехали дальше.

— Ты реально крут, — сказал Максим. — Я впечатлён.

— Я сам впечатлён, — признался Александр. — Не знал, что так смогу.

— Эволюция — это сила, — сказал Борис. — Запомните: следующая эволюция — в двадцатый уровень.

— Двадцатый, — повторил Александр. — Далеко. Но мы дойдём.

Через полчаса они въехали в Кемерово.

— Чувствуете? — спросил Александр, оглядывая город.

— Что? — спросила Анна.

— Разлом. Я чувствую его. Он близко.

— Я тоже что-то чувствую, — сказал Борис. — Давление в ушах.

— Это энергия разлома, — объяснил Александр. — Она давит на психику.

— Приятного мало, — поморщился Максим.

К вечеру они въехали в Кемерово. Город был разрушен, но не так сильно, как Новосибирск. Разлом здесь был меньше — он висел над центром города, пульсируя тусклым фиолетовым светом.

— Малый разлом, — сказал полковник, который ехал с ними. — Уровень опасности — средний.

— Мы справимся, — сказал Александр. — Я чувствую себя сильным. Эволюция дала мне сил.

— Не зазнавайся, — предупредил Борис. — Зазнайство — путь к падению.

— Я помню. Скромность — это по-бухгалтерски.

— Именно.

Группа высадилась у разлома. Монстров было немного — несколько десятков. Они охраняли небольшой кристалл, который поддерживал разлом.

— Стратегия та же, — сказал Петрович. — Александр отвлекает с воздуха, мы пробиваемся к кристаллу.

— У меня есть новая стратегия, — сказал Александр. — Я атакую Хвостовой атакой с дальней дистанции, вы добиваете раненых.

— Рискованно, но эффективно, — оценил Шурик.

— Начали!

Александр взлетел, активировал Хвостовую атаку и выпустил веер перьев. Три монстра получили урон. Шурик и Максим добили их.

— Работает! — крикнул Максим.

— Продолжаем!

За десять минут они зачистили площадь. Кристалл остался без охраны.

— Шурик, давай гранату, — сказал Петрович.

— Нет, — сказал Александр. — Я попробую поглотить этот кристалл. Как тот осколок.

— Рискованно, — сказала Анна.

— Если я стану сильнее, мы быстрее закроем все разломы.

Александр подлетел к кристаллу и прикоснулся к нему клювом. Энергия хлынула в него потоком. Она была мощнее осколка раз в десять — фиолетовые разряды побежали по его телу, пронизывая каждое перо.

— А-а-а! — закричал Александр, не в силах сдержать боль.

— Александр! — крикнула Анна.

— Держись! — крикнул Борис.

Энергия разлома вливалась в него, смешиваясь с его собственной. Система показывала шкалу поглощения: 10%… 30%… 60%… 80%… 100%.

**[Поглощение завершено.]

**[Энергия кристалла поглощена!]**

**[Опыт: +500]**

**[Вы достигли 12 уровня!]**

— Двенадцатый! — крикнул Александр, чувствуя, как энергия растекается по телу, наполняя каждую клетку новой силой. — Сразу два уровня за один кристалл! И система пишет, что мой навык «Падальщик» улучшился — теперь шанс получить характеристику не 30%, а 50%!

— Развиваешься, — сказал Борис. — Бухгалтерский учёт одобряет. Более высокая эффективность — меньше затрат времени на прокачку.

— Именно!

Александр проверил статус. Уровень 12, характеристики выросли, новый навык разблокировался: Усиленный Клевок!

Он попробовал новый навык: клюв на мгновение засветился синим, и он клюнул бетонный блок. Блок треснул.

— Ничего себе, — присвистнул Максим. — Ты бетон пробиваешь!

— Синий голубь — это вам не шутки, — гордо сказал Александр.

— Кажется, я могу не просто закрывать разломы, — сказал Александр. — Я могу поглощать их энергию.

— Это меняет всё, — сказал Петрович. — Если ты можешь поглощать энергию разломов, ты можешь становиться сильнее с каждым закрытым разломом.

— Именно.

Разлом закрылся. Фиолетовое свечение погасло, оставив только чистый воздух и тишину. Кемерово было спасено. Из разрушенных зданий начали выходить люди — выжившие. Они смотрели на чистое небо, некоторые плакали.

— Спасибо, — сказал пожилой мужчина, подходя к Александру. — Ты спас наш город.

— Не я один, — ответил Александр, показывая на команду. — Мы все.

— Спасибо вам, люди. И птица. И кот.

— Я не просто кот, — сказал Борис. — Я бухгалтер.

— Бухгалтер-кот, спасший город, — улыбнулся мужчина. — Я всё видел. Буду рассказывать внукам.

— Рассказывайте, — ответил Александр. — Пусть люди знают, что надежда есть.

Мужчина поклонился и ушёл в темноту.

— Один разлом закрыт, — сказал Александр, провожая его взглядом. — Остались ещё десятки. — Остались ещё десятки. В Томске, Омске, Красноярске, Иркутске. И мы закроем их все.

— По одному, — добавил Борис. — Как счета в бухгалтерии.

— Как счета, — согласился Александр. — Только вместо денег — энергия разломов. И проценты тут — смертельные.

— Хорошая метафора, — одобрил Борис. — Я запишу.

— Записывай. Это войдёт в историю.

Они вернулись в машину. Путь лежал к следующему разлому — в Томске. Александр сидел на крыше УАЗа и смотрел на закат. Он эволюционировал. Стал сильнее. И чувствовал, что это только начало.

— Курлык, — сказал он ветру. — Я иду дальше. К следующему разлому. К следующей битве.

Он посмотрел на системное меню. Уровень 12. Синий голубь. Четыре активных навыка. Путь только начинался.

В салоне Борис уснул и видел сны о сметане. Анна смотрела на закат и о чём-то думала. Шурик крутил баранку и напевал старую армейскую песню.

«Вот она, моя команда, — подумал Александр. — Странная, разношёрстная, но моя. И с ней я закрою все разломы в мире».

— Следующая остановка — Томск, — сказал он, глядя на карту. — Там следующий разлом. По данным полковника — небольшой, уровня опасности четыре.

— Четыре — это легко, — сказал Максим.

— После Новосибирска любой разлом — лёгкая прогулка.

— Не расслабляйтесь, — предупредил Петрович. — Расслабление — путь к смерти.

— Поняли, — ответил Шурик, выжимая газ. — Работаем.

— Есть, командир, — ответил Шурик, выкручивая руль.

И УАЗ унёсся в темноту, к новым приключениям, новым битвам и новым разломам.

Глава 10. Дорога

Дорога до Томска заняла шесть часов. Шесть часов тряски в старом УАЗе по разбитой трассе, среди разрушенных деревень и мёртвых городов. Александр сидел на крыше, вцепившись лапками в багажник, и смотрел на бескрайние сибирские просторы.

За это время он успел изучить свои новые способности досконально. Синий голубь — это вам не обычная городская птица. Это была машина для убийства, замаскированная под пернатого.

— Хвостовая атака, — бормотал он, тренируясь на лету, выпуская веер синих перьев в пустоту. — Десять единиц урона по области. Перезарядка — пять секунд. Усиленный Визг — оглушение на две секунды. Клевок — восемь единиц урона. Усиленный Клевок — пятнадцать единиц, пробивает броню.

— Ты сам с собой разговариваешь? — спросил Борис, высунув голову из окна машины. Ветер трепал его рыжие усы.

— Изучаю свои навыки. Надо знать все параметры, чтобы использовать их максимально эффективно.

— Ты как заучка перед экзаменом. Повторяешь билеты.

— В каком-то смысле так и есть. Экзамен — это разломы. Билеты — монстры. И если я выучу всё неправильно, меня убьют.

— Сдашь, — сказал Борис. — Ты у нас отличник. Красный диплом, магистр экономики. Если ты смог выучить макроэкономику, то и монстров одолеешь.

— Макроэкономику я выучил, а монстров — просто бью клювом. Разница есть.

— В чём-то ты прав.

Машина ехала через бескрайние поля. Александр смотрел на горизонт. Солнце клонилось к закату. В этом мире закаты были красивее — без смога, без городской суеты.

— Красиво, — сказал он.

— Ага, — согласился Борис. — Красиво. И голодно. Когда мы будем есть?

— После Томска.

— Ты говорил то же самое после Новосибирска.

— И я был прав. Мы поели.

— Консервы — это не еда. Консервы — это выживание. Еда — это сметана.

— Ты кот. Тебе сметана снится.

— И что? У каждого свои мечты. Ты мечтаешь закрыть разломы. Я — о сметане. Мы не равны, но мы вместе.

Александр улыбнулся (насколько это возможно клювом) и продолжил наблюдение.

Вдалеке он заметил движение. Несколько фигур на дороге. Люди? Монстры? И те, и другие были возможны.

— Тормози! — крикнул он. — Впереди кто-то есть.

Шурик затормозил. Все приготовились к бою. Александр взлетел и подлетел ближе.

Это были люди. Четверо — двое мужчин, женщина, подросток. Они толкали тележку с вещами. Увидев машину, они остановились и подняли руки.

— Мирные! — крикнул один из мужчин. — Не стреляйте!

— Мы не стреляем, — ответил Александр, приземляясь перед ними. — Вы откуда?

— Из Томска, — ответила женщина. — Мы уходим оттуда. Там разлом. Монстры.

— Мы как раз туда едем, — сказал Александр. — Чтобы закрыть его.

— Закрыть? — мужчина недоверчиво посмотрел на него. — Ты — голубь. Как ты закроешь разлом?

— Долгая история, — ответил Александр. — Но мы закрыли разлом в Новосибирске. Закроем и в Томске.

— Новосибирск? — женщина ахнула. — Вы те самые? О вас слухи ходят. Голубь, кот, люди… Вы?

— Мы.

Женщина расплакалась. Она упала на колени.

— Спасибо вам, — сказала она. — Спасибо. Мы думали, всё кончено. А вы…

— Не надо, — сказал Александр, чувствуя себя неловко. — Вставайте. Мы просто делаем свою работу.

— Возьмите нас с собой, — попросил подросток.

— Нам в Томск, — сказал Шурик. — Там опасно.

— Мы знаем. Но там наш дом. Мы хотим вернуться, когда разлом закроется.

— Садитесь, — сказал Петрович. — Места мало, но поместимся.

Так в машине стало тесно. Но настроение поднялось. Люди верили в них. Это придавало сил.

— Слышишь? — сказал Борис Александру. — Они верят в нас. Не подведи.

— Не подведу.

Они въехали в Томск под вечер. Город был красивым — даже разрушенный, он сохранял дух старинного сибирского города. Деревянные дома, резные наличники, широкие улицы. И над всем этим — фиолетовая трещина в небе над университетом.

— Красивый город, — сказала Анна. — Жалко, что разрушен.

— Восстановим, — пообещал Шурик. — Когда закроем все разломы, будем восстанавливать.

— Оптимист, — усмехнулся Петрович.

— Жизнь заставляет. Если не верить в лучшее — зачем тогда жить?

— Мудро, — сказал Александр. — Я запомню.

Разлом охраняла группа монстров. Не такая большая, как в Новосибирске, но всё же внушительная — около двадцати тварей разных форм и уровней.

— Борис, сколько их? — спросил Александр.

— Двадцать три, — ответил кот, прищурившись. — Двенадцатый уровень — один, десятый — три, остальные — от пятого до восьмого.

— Справимся, — сказал Максим.

— Атакуем с двух сторон, — скомандовал Петрович. — Александр — с воздуха, мы — с земли. Борис — страхуешь.

— Я кот, а не страховка.

— Ты — наша страховка. Если кто-то попытается зайти с тыла — ты его встретишь.

— Ладно, — нехотя согласился Борис. — Буду вашим запасным аэродромом.

Александр взлетел. Сердце билось ровно — он привык к боям. Он завис над монстрами, выбирая цель.

— Начинаем, — сказал он.

Хвостовая атака — веер синих перьев вонзился в трёх монстров. Они заверещали от боли. Усиленный Визг — ещё двое оглушены. Александр спикировал и добил одного Усиленным Клевком.

— Работает!

Внизу Шурик рубил топором монстра за монстром. Анна стреляла без промаха — каждая пуля находила цель. Максим работал ножами, уворачиваясь от атак. Петрович держал строй, командуя передвижениями.

Борис охранял тыл. Два монстра попытались зайти сзади — кот встретил их когтями и зубами.

— А ну пошли отсюда! — рычал он, царапая морду монстра. — Не подкрадываться к бухгалтеру!

— Есть контакт! — крикнул он через минуту. — Двое neutralized.

— Чисто! — крикнул Шурик через пять минут, убив последнего монстра.

Александр приземлился. Бой занял пять минут, но вымотал всех.

— Есть потери? — спросил он.

— У меня царапина, — сказал Максим, показывая порез на руке. — Пустяк.

— Перевяжи. Инфекция в этом мире — смертный приговор.

— Уже, — Максим показал перевязанную руку. — Я знаю.

Александр подошёл к кристаллу. Он был меньше новосибирского, но всё равно внушительный. Энергия в нём пульсировала, маня.

— Поглощаю, — сказал он, прикоснувшись клювом.

Энергия хлынула в него. Меньше боли, чем в первый раз — видимо, организм привык к процессу. Он чувствовал, как сила растекается по телу.

**[Энергия кристалла поглощена. Опыт: +300]**

**[Уровень повышен! Теперь вы 14 уровень.]**

**[HP: 65/65. MP: 35/35]**

— Четырнадцатый! — объявил Александр, открывая глаза. — Уровень растёт.

— Два уровня до второй эволюции, — сказал Борис, посчитав. — Шесть уровней до максимума.

— Максимум — двадцать девятый?

— Двадцать девятый. Так написано в системных файлах.

— Откуда ты знаешь?

— Я бухгалтер. Я умею читать мелкий шрифт.

Разлом закрылся. Фиолетовое свечение погасло. Томск был спасён.

— Можно остаться? — спросили люди, которых они подвезли.

— Оставайтесь, — ответил Александр. — Город теперь безопасен. Монстры без разлома потеряют силу.

— Спасибо вам.

— Мы поехали дальше. Нам в Омск.

Так они и путешествовали: от города к городу, от разлома к разлому. Дорога стала их домом. УАЗ — их убежищем. Команда — семьёй.

В Омске их ждал разлом побольше. Александр справился с ним за час. Энергия кристалла подняла его до 16 уровня.

— Шестнадцатый, — сказал он. — Половина пути.

— Треть, — поправил Борис. — Двадцать девятый — максимум. Шестнадцать — это 55%. Чуть больше половины.

— Бухгалтерия, — улыбнулся Александр. — Она никогда не спит.

— Бухгалтеры не спят. Они ждут.

В Красноярске разлом охранялся сильнее. Пришлось использовать все навыки. Александр впервые применил комбо: Усиленный Визг → Хвостовая атака → Усиленный Клевок. Три монстра погибли за три секунды.

— Эффективно, — оценил Шурик.

— Я тренировался, — ответил Александр.

Красноярский кристалл дал ему 18 уровень.

— Ещё два, и будет эволюция, — сказал он, глядя на системное меню. — Восемнадцатый. Грозовой голубь всё ближе.

— До двадцатого остался один крупный разлом, — сказал Борис, изучая карту. — Иркутск. Если там кристалл такого же размера, как в новосибирском, ты получишь сразу два-три уровня.

— Иркутск, — повторил Александр. — Далеко. Но надо.

— Зато после него — эволюция и, возможно, финальный бой.

— Ты думаешь, Предвестник выжил?

— Не знаю. Но если выжил — он будет ждать нас в Иркутске. Или в Новосибирске. Или где-то ещё.

— Пусть ждёт, — сказал Александр. — Мы идём.

Дорога до Иркутска была долгой — почти сутки. За это время Александр изучил все свои навыки, придумал новые комбинации и даже научился использовать Хвостовую атаку в полёте на полной скорости.

Несколько раз они попадали в засады. Однажды — на группу из десяти монвров, которая заблокировала трассу. Александр действовал как истребитель: заходил с флангов, атаковал, уходил, снова заходил.

— Ты как снайпер с перьями, — сказал Максим после боя.

— Я — Синий голубь, — гордо сказал Александр. — Синие голуби не сдаются. Синие голуби атакуют.

— Синие голуби не существуют в природе, — заметил Борис. — Ты — мутант. Эволюционировавший мутант.

— Я — эволюция. Будущее голубиного рода.

— Голубиного рода не существует как таксона, — сказал Борис. — Есть семейство голубиных, но род…

— Заткнись, Боря. Ты портишь момент.

— Я бухгалтер. Мы портим моменты фактами.

В Иркутск они въехали на рассвете. Солнце вставало над Ангарой, окрашивая воду в золотой цвет. И над всем этим — разлом. Огромный, пульсирующий, почти как новосибирский.

— Вот он, — сказал Александр. — Последний крупный разлом перед финалом.

— Там что-то есть, — сказал Борис, насторожившись. — Я чувствую чёрную ауру. Знакомую.

— Предвестник?

— Не знаю. Но аура сильная. Уровень двадцатый или выше.

— Двадцатый? — переспросил Максим. — Но мы только восемнадцатые.

— Я восемнадцатый, — сказал Александр. — Если я поглощу этот кристалл, стану двадцатым и эволюционирую. Тогда у нас будут шансы.

— А если нет? — спросила Анна.

— Если нет — мы всё равно будем сражаться. Мы не отступаем.

— Не отступаем, — повторил Шурик. — Это наш путь.

— Тогда — вперёд.

Александр взлетел. Синее оперение блестело в лучах восходящего солнца. Восемнадцатый уровень. Почти двадцатый. Почти эволюция. Почти финал.

— За мной, — сказал он. — Мы закрываем Иркутск.

И они двинулись в бой.

— Сколько их? — спросил Максим, выглядывая из-за разбитого автобуса.

— Много, — ответил Борис, прищурившись. — Около сорока монстров. И один крупный — уровень двадцать. Он сидит в центре, рядом с кристаллом.

— Значит, надо зачистить периметр, — сказал Петрович. — Потом прорываться к кристаллу, потом — к боссу.

— План простой, — согласился Александр. — Но другие нам не нужны.

— Начинаем.

Александр взлетел. Разлом был огромен — фиолетовая пасть, разверзшаяся над центром города. Из неё лезли монстры — твари всех форм и размеров. Крылатые, ползающие, прыгающие.

— Боже, сколько их, — прошептала Анна.

— Держись, — сказал Шурик. — Мы справимся.

— Атакуем с трёх сторон, — скомандовал Александр. — Шурик и Петрович — с левого фланга. Анна и Максим — с правого. Я — сверху. Борис — центр, страхует.

— Я кот, а не центр, — проворчал Борис. — Но ладно.

Атака началась. Александр зашёл со стороны солнца — слепящий свет мешал монстрам. Он активировал Хвостовую атаку — веер синих перьев вонзился в пятерых тварей.

— Есть контакт! — крикнул он.

Машина влетела на площадь. Шурик выпрыгнул на ходу, размахивая топором. Анна стреляла из карабина, прикрывая его. Максим работал ножами, уворачиваясь от атак. Петрович держал строй, отдавая команды.

— Левее! — кричал он. — Заходи с тыла! Прикрой!

Александр работал сверху — Хвостовая атака, Усиленный Визг, Клевок, Усиленный Клевок. Он переключался между навыками, не давая монстрам опомниться.

— У меня кончаются патроны! — крикнула Анна через десять минут.

— Экономь! — крикнул Петрович.

— Я экономлю!

— Держитесь! — крикнул Александр. — Я сейчас!

Он спикировал в гущу монстров, активировал Усиленный Визг. Пятеро тварей замерли, оглушённые. Александр добил их одного за другим Усиленным Клевком.

— Чисто! — крикнул он. — Продвигаемся к центру!

Они пробивались к разлому. Монстры лезли со всех сторон — казалось, им нет конца. Но команда держалась. Каждый знал свою роль, каждый прикрывал другого.

— Я ранен! — крикнул Максим. Монстр пропорол ему плечо когтями.

— Держись! — крикнул Александр. Он ударил Молнией — первый раз использовал навык на полную мощность.

Электрический разряд вырвался из его клюва и ударил в монстра, который ранил Максима. Тварь взорвалась, разлетевшись на куски.

— Молния! — изумился Максим. — Откуда?!

— Долгая история! — крикнул Александр. — Потом расскажу!

— Ты что, эволюционировал?

— Почти! Надо добраться до кристалла!

— Прорываемся! — скомандовал Петрович. — Все к Александру!

Команда сплотилась вокруг Александра. Он бил молниями направо и налево, прокладывая путь к кристаллу.

— Я вижу его! — крикнул он. — Кристалл прямо в центре!

— Там босс! — крикнул Борис. — Двадцатый уровень! Осторожно!

— Я знаю!

Александр подлетел к кристаллу. Он был огромным — почти два метра в высоту. Энергия била из него ключом.

— Поглощаю! — крикнул он, прикоснувшись клювом.

Энергия хлынула в него потоком. Он закричал от боли и восторга. Тело начало меняться — перья потемнели, по ним побежали электрические искры. Глаза вспыхнули голубым светом. Крылья увеличились, на кончиках появились острые перья, похожие на лезвия.

**[Энергия кристалла поглощена!]**

**[Получено опыта: 1800]**

**[Уровень повышен! Теперь вы 19 уровень.]**

**[Уровень повышен! Теперь вы 20 уровень!]**

**[Эволюция доступна!]**

**[Желаете эволюционировать? Да/Нет]**

— ДА! — заорал Александр.

**[Эволюция началась...]**

Свет окутал его. Мир исчез. Осталась только боль и трансформация.

**[Эволюция завершена!]**

**[Синий голубь → Грозовой голубь]**

**[+Сила: +5]**

**[+Ловкость: +10]**

**[+Интеллект: +3]**

**[+Выносливость: +7]**

**[HP: 120/120]**

**[MP: 60/60]**

**[Новые навыки: Молния, Электрический заряд, Голубиный щит]**

Александр открыл глаза. Он стоял на четырёх лапах — нет, на двух. Он был выше. Сильнее. Быстрее.

Он посмотрел на свои крылья — по ним бегали электрические разряды. Перья были серебристо-чёрными, с голубым отливом. Глаза светились.

— Грозовой голубь, — прошептал он.

— Ничего себе, — сказал Максим. — Ты... ты вырос.

— Я эволюционировал, — сказал Александр. Его голос звучал глубже, увереннее. — Теперь я Грозовой голубь.

— Выглядит круто, — сказал Шурик.

— Работает ещё круче, — ответил Александр.

Он взлетел — взлетел быстрее, чем раньше. Ветер свистел в новых перьях. Он видел дальше, чувствовал больше. Мир стал ярче.

— А теперь — за дело, — сказал он.

Монстры всё ещё лезли из разлома. Но теперь они не казались такими страшными. Александр ударил Молнией — электрический разряд пронзил трёх тварей сразу. Они упали замертво.

— Один выстрел — три убийства, — сказал он. — Эффективно.

Внезапно разлом потемнел. Фиолетовое свечение сменилось чёрным. Из центра вылетела фигура — знакомая, ненавистная.

— Предвестник! — крикнул Александр.

— Ты! — заорал Предвестник, узнав голубя. — Ты снова здесь! Ты испортил Новосибирск! Ты не дашь мне открыть портал!

— Я закрою все твои разломы, тварь, — сказал Александр. — Один за другим.

— Ты слаб!

— Посмотрим.

Предвестник был крупнее, чем в прошлый раз — двадцатый уровень, почти два с половиной метра ростом. Чёрные доспехи, горящие красные глаза, когтистые руки.

— Я вырасту, — сказал Предвестник. — Я стану сильнее. И когда Владыка Хуйс придёт — ты будешь первым, кого он убьёт.

— Владыка Хуйс, — усмехнулся Александр. — Глупое имя для бога.

— Не смей оскорблять Владыку!

— Я буду оскорблять его сколько захочу. Он — идиот, который отправил своего слугу умирать.

— Я не умру! — закричал Предвестник. — Я убью тебя!

— Все назад! — крикнул Александр своей команде. — Я принимаю бой!

— Ты с ума сошёл?! — крикнул Борис. — Он двадцатого уровня!

— Я тоже двадцатого! — крикнул Александр. — И я эволюционировал! Доверьтесь мне!

Команда отступила к машине. Александр и Предвестник остались на площади одни. Вокруг них горели обломки, искрил воздух.

— Ну что, птица, — сказал Предвестник, выпуская когти. — Покажи, на что ты способен.

— Покажу, — ответил Александр. — Ты пожалеешь, что выжил в Новосибирске.

Он взлетел, активировал Молнию и ударил Предвестника в грудь. Тот отлетел на несколько метров, но устоял.

— Хороший удар, — признал Предвестник. — Но недостаточно сильный.

— Это был первый, — сказал Александр. — Дальше будет хуже.

— Для тебя.

— Посмотрим.

Бой начался.

Глава 11. Разумные монстры

Бой с Предвестником оказался самым сложным в жизни Александра. Не потому, что враг был сильнее физически — он был умнее. Каждый удар Предвестника был просчитан, каждая атака — спланирована. Он не просто дрался — он играл с Александром, как кот с мышкой, изучая его слабости, запоминая паттерны, ища брешь в защите.

— Ты думаешь, эволюция сделала тебя непобедимым? — смеялся Предвестник, уворачиваясь от молний Александра с грациозностью опытного танцора. Его чёрные доспехи блестели в фиолетовом свете разлома. — Ты всего лишь голубь. Птица. Еда для ястребов. Тысячи лет люди охотились на твоих сородичей ради забавы, ради еды, ради спортивного интереса. И теперь ты думаешь, что можешь бросить вызов слуге самого Владыки?

— А ты — глист, — ответил Александр, выпуская ещё одну молнию. Разряд ударил в землю рядом с Предвестником, выжигая чёрный круг на асфальте. — Паразит, который думает, что он бог. Ты даже не понимаешь, насколько ты жалок в своей преданности.

— Я — слуга Владыки. Я — его правая рука. Его глаз. Его голос в этом мире.

— Ты — никто. Ты — расходный материал. Владыка отправил тебя умирать, а сам спрятался за разломом, как трус. Он использует тебя, и когда ты станешь бесполезен — выбросит, как мусор.

— Не смей!

— Смею. И буду. Потому что я — не слуга. Я — свободный голубь.

Александр атаковал снова. Молния ударила Предвестника прямо в плечо, пробив чёрные доспехи, словно они были сделаны из картона. Тот зашипел от боли, пошатнулся, но устоял на ногах.

— Хорошо, — признал он, потирая рану, из которой сочилась чёрная жидкость. — Ты действительно сильнее, чем я думал. Но этого недостаточно, чтобы победить меня. Я сражаюсь уже триста лет, мальчик. Ты — всего лишь муха, которая научилась кусаться.

— Посмотрим, кто из нас муха.

— Ты знаешь, сколько мне лет? — спросил Предвестник, медленно обходя Александра по кругу, сверля его горящими красными глазами. — Я сражаюсь уже триста лет. Я убивал демонов, рыцарей, магов. Я разрушал города. Я видел, как империи падают на колени перед моим господином.

— А я — риелтор, — ответил Александр, не моргнув глазом. — Я продавал квартиры. И знаешь что? Продать квартиру в хрущёвке с убитым ремонтом и соседями-алкоголиками сложнее, чем убить демона. Клиенты — вот настоящие монстры. Они торгуются за каждую копейку, требуют скидку, а потом пропадают в последний момент. Ты хоть раз пытался продать квартиру с видом на помойку?

— Ты шутишь?

— Я серьёзен. Риелторская работа закаляет характер похлеще любой войны.

Предвестник нахмурился. Он не понимал юмора. Это было его слабостью — он воспринимал всё слишком серьёзно.

— Ты странный, — сказал он.

— Я — голубь. Странность — моя суперсила. А ты — скучный. Триста лет, а шуток так и не выучил.

— Шутки — удел слабых.

— Шутки — удел умных. Сильные шутят, чтобы показать, что им не страшно. А ты боишься. Я вижу это.

— Я ничего не боюсь.

— Врёшь. Ты боишься, что Владыка Хуйс тебя бросит. Ты боишься, что ты не нужен. Ты боишься, что вся твоя жизнь — бессмысленна.

— ЗАТКНИСЬ!

Предвестник атаковал первым. Чёрная энергия ударила в Александра, но тот увернулся и ответил серией молний. Три разряда — один за другим. Первый Предвестник блокировал, второй отбил в сторону, но третий попал в цель — прямо в лицо.

— А-а-а! — закричал он, закрывая глаза руками.

— Это за Новосибирск! — крикнул Александр.

Он взмахнул крыльями и выпустил Электрический заряд — волна энергии прошла по площади, поднимая пыль, обломки и разбрасывая мелкие камни. Волна ударила Предвестника, отбросив его на несколько метров.

— Хорошо, — прошипел Предвестник, медленно вставая. Его доспехи были повреждены, из многочисленных ран сочилась чёрная жижа. — Ты хочешь серьёзного боя? Ты его получишь. Я покажу тебе, почему меня боятся в трёх мирах.

Он взмахнул рукой, и из разлома вылетела стая тварей — десятки, нет, сотни крылатых монстров с острыми клювами и когтями. Они заполнили небо, каркая и крича, заслоняя собой свет. Солнце исчезло за чёрной тучей перьев.

— Вороны? — удивился Александр, оглядывая стаю.

— Не просто вороны, — усмехнулся Предвестник, вытирая чёрную кровь с разбитого лица. — Разумные вороны. Мои шпионы. Они следили за тобой от самого Новосибирска. Каждое твоё движение, каждое слово, каждый вздох — я знал всё. Ты думал, что действуешь скрытно? Я читал твои мысли через их глаза.

— Ты следил за мной?

— Каждую секунду. Я видел, как ты эволюционировал. Видел, как ты убивал моих монстров. Видел, как ты плакал по ночам, думая, что никто не смотрит.

— Я не плакал.

— Плакал. Я запомнил каждую твою слабость.

И тут Александр услышал голос. Не в ушах — прямо в голове. Чужой, хриплый, каркающий, с металлическими нотками, от которых по спине побежали мурашки.

— Маленький голубь, — сказал голос. — Ты думаешь, ты один такой умный? Ты думаешь, ты единственный, кто получил дар разума после Открытия? Какая наивность.

— Кто это? — спросил Александр вслух, оглядываясь.

Из стаи вылетел огромный чёрный ворон. Он был крупнее остальных — размером с орла. Его глаза светились красным, а на груди был символ — такой же, как у Предвестника.

— Я — Карл, — представился ворон, приземляясь на обломок стены. — Главный разведчик армии Владыки. Командир Воздушного Легиона. Я следил за тобой от самого Новосибирска. Каждый твой бой, каждое твоё поражение, каждую твою победу.

— Ты... разумный? — переспросил Александр, не веря своим ушам. — Как я? Тоже переродился после Открытия?

— Не как ты, — ворон каркнул — это было похоже на издевательский смех. — Я был разумным всегда. Ещё до Открытия. Просто вы, люди, не замечали этого. Вы думали, мы просто тупые птицы, которые клюют зерно и каркают на проводах. А мы наблюдали. Мы ждали. Мы планировали пришествие Владыки тысячи лет.

— Планировали что?

— Ты думаешь, Открытие разломов — случайность? — Карл наклонил голову, сверкая красным глазом. — Нет. Это результат тысячелетней работы. Мы, древние птицы, готовили этот день. Мы искали слабые места в ткани реальности, изучали магию, накапливали знания. Мы нашли проход. Мы позвали Владыку. И он ответил.

— Зачем вам Владыка? — спросил Александр, чувствуя, как внутри закипает злость. — Вы были свободны. Зачем продавать свободу?

— Свобода — иллюзия, — ответил Карл. — Владыка даст нам порядок. Он даст нам силу. Он даст нам мир, где птицы — на вершине пищевой цепи. Где люди — корм для воронов. Где голуби — рабы.

— Я не буду рабом.

— Ты уже раб. Раб своей системы. Раб своих уровней. Раб своей человеческой сущности, запертой в птичьем теле.

— Я — не раб. Я — воин.

— Ты — еда, — отрезал Карл. — Разница только во времени.

Карл взмахнул крыльями, и стая атаковала. Сотни воронов ринулись на Александра со всех сторон, целясь клювами в глаза, когтями — в крылья.

Александр еле успел активировать Голубиный щит — электрический кокон окружил его, отражая первые атаки. Вороны бились о щит, падали замертво, но на их место прилетали новые.

— Хороший навык, — оценил Карл, наблюдая со стороны. — Грозовой голубь — редкая эволюция. Я впечатлён. Но надолго ли хватит твоей маны? Щит жрёт энергию, а ты уже устал после боя с Предвестником.

— Надолго, — ответил Александр сквозь зубы, хотя знал, что врёт. Мана таяла с каждой секундой — 60, 50, 40 единиц. Он чувствовал, как силы уходят.

Внизу команда отбивалась от воронов, которые атаковали их со всех сторон. Шурик рубил топором направо и налево, разбрасывая птичьи туши. Анна стреляла из карабина без промаха — каждая пуля находила цель. Максим работал ножами, уворачиваясь от острых клювов. Борис прыгал, ловя воронов когтями и зубами.

— Сколько их?! — крикнул Максим, отбиваясь от трёх воронов сразу.

— Много! — ответил Борис, разрывая очередную птицу. — Очень много! Сотни! Может, тысячи!

— Держитесь! — крикнул Александр сверху. — Я сейчас!

— Давай быстрее! — крикнула Анна, перезаряжая карабин. — У меня патроны кончаются!

— И у меня! — добавил Максим.

— Держитесь, я сказал!

Александр сосредоточился, игнорируя боль от ударов клювов о щит. Он закрыл глаза и начал накапливать энергию. Электричество загремело вокруг него, воздух запах озоном. Он использовал Голубиный щит не для защиты, а наоборот — как накопитель.

— Что ты делаешь? — встревожился Карл, чувствуя нарастающую мощь.

— Финальный удар, — ответил Александр.

— Остановите его! — закричал Карл воронам. — Не дайте ему накопить энергию!

Вороны атаковали с утроенной силой, но было поздно. Александр открыл глаза — они светились ярко-голубым светом. Он развёл крылья в стороны и выпустил всю накопленную энергию одним гигантским разрядом.

Молния ударила в центр стаи, разрывая воронов на куски. Сотни тварей погибли мгновенно, их обугленные тела дождём посыпались на землю. Небо очистилось. Солнце снова засияло.

— НЕТ! — заорал Карл, глядя на уничтоженный легион. — МОИ ПТИЦЫ! ТЫ УНИЧТОЖИЛ ИХ!

— ДА! — крикнул Александр, тяжело дыша. Его мана была на нуле, HP едва превышало треть. Но он стоял.

— Ты заплатишь за это, голубь, — прошипел Карл. — Владыка узнает о тебе. Он придёт за тобой.

— Пусть приходит, — ответил Александр. — Я буду ждать.

Карл взмахнул крыльями и исчез в разломе, оставив Александра и команду на поле боя.

Александр опустился на землю, тяжело дыша. Перья были растрёпаны, на теле — несколько ран. Но он был жив.

Предвестник стоял в центре площади, наблюдая за уничтожением своей армии с каменным лицом.

— Ты уничтожил моих шпионов, — сказал он спокойно, без эмоций. — Но это ничего не меняет. Владыка всё равно придёт. Карл передаст ему сообщение, и он придёт.

— Он не придёт, — сказал Александр, делая шаг вперёд. — Потому что я закрою все разломы. Один за другим. И твой Владыка Хуйс останется в своей дыре навсегда.

— Ты не сможешь. Их сотни по всему миру. В Нью-Йорке, в Токио, в Лондоне, в Пекине. Они повсюду.

— Я закрою каждый. Даже если это займёт всю мою жизнь.

— Ты глуп. Ты не понимаешь, с чем связался.

— Может быть. Но я знаю одно: я не сдамся.

Александр ударил Предвестника Молнией прямо в грудь. Тот пошатнулся, но устоял. Чёрные доспехи треснули.

— Ты силён, — признал Предвестник. — Я не ожидал, что ты сможешь победить Карла. Но этого всё равно недостаточно.

— Хватит болтать.

Он взмахнул рукой, и чёрная энергия ударила в Александра. Тот отлетел на несколько метров, ударившись о стену разрушенного здания. Штукатурка посыпалась на голову.

— Саша! — крикнул Шурик.

— Я в порядке, — ответил Александр, с трудом вставая. — Это просто царапина.

— Ты врёшь, — сказал Предвестник. — Я вижу твои показатели. HP — 45 из 130. Мана — ноль. Ты на пределе.

— Я не сдамся.

— Ты умрёшь. Я убью тебя, выпью твою энергию и открою портал для Владыки.

— Может быть, — сказал Александр, собирая остатки сил. — Но не сегодня.

Он активировал всё, что у него осталось. Молния — не сработала, маны не было. Электрический заряд — тоже пусто. Голубиный щит — тишина.

— У тебя ничего не осталось, — усмехнулся Предвестник.

— У меня есть клюв, — ответил Александр.

Он подпрыгнул и ударил Предвестника клювом прямо в лицо. Усиленный Клевок не сработал — маны не было. Но обычный удар клювом всё равно был болезненным.

— А-а-а! — закричал Предвестник, отшатнувшись. — Ты... ты ударил меня клювом? Как курица?

— Я — не курица, — ответил Александр. — Я — Грозовой голубь. И я никогда не сдаюсь.

Он ударил снова. И снова. Клюв вонзался в чёрные доспехи, оставляя царапины. Предвестник пытался блокировать, но Александр был быстрее. Он прыгал, клевал, бил крыльями — как бешеный.

— Хватит! — закричал Предвестник. — ХВАТИТ!

— НЕТ! — закричал Александр в ответ. — ЭТО ЗА ВСЕХ!

Он собрал последние силы и ударил клювом прямо в трещину на доспехах. Клюв пробил броню и вошёл в тело Предвестника.

— А-а-а-а-а! — заорал тот, падая на колени.

— Прощай, Предвестник, — сказал Александр. — Передай привет Владыке Хуйсу. Скажи ему, что я иду.

Он выдернул клюв. Предвестник рухнул лицом вниз и замер.

**[Победа!]**

**[Предвестник (ур. 20) повержен!]**

**[Опыт: +500]**

**[Уровень повышен! Теперь вы 21 уровень.]**

**[HP: 75/140. MP: 15/70]**

— Двадцать первый, — прошептал Александр, глядя на системное сообщение. — Ещё восемь до максимума.

— Ты сделал это! — крикнул Максим, подбегая к нему.

— Мы сделали, — ответил Александр, тяжело дыша. — Без вас я бы не справился. Вы держали оборону, пока я бился с боссом.

— Ты был великолепен, — сказал Шурик, хлопая его по спине (по крылу — это было странно, но приятно). — Я никогда не видел, чтобы голубь так дрался.

— Я тоже не видел, — усмехнулась Анна, убирая карабин за спину. — Ты клювом пробил доспехи. Клювом!

— Голубиный клюв — страшное оружие, — пошутил Александр. — Если им правильно пользоваться.

— Скромный голубь, — усмехнулся Борис, вылизывая лапу. — Это что-то новое.

— Я всегда был скромным.

— Нет, не был. Ты — тот ещё хвастун.

— Я — риелтор с амбициями. Это другое.

Разлом закрылся. Фиолетовое свечение погасло, небо стало чистым. Иркутск был спасён. Но Александр знал — это только начало. Предвестник говорил о других разломах. О Владыке. О том, что война только начинается.

Он подошёл к краю обрыва и посмотрел на город. Разрушенный, но живой. Люди начинали выходить из укрытий.

— Нам нужно в Новосибирск, — сказал он, поворачиваясь к команде. — Центральный разлом. Если мы закроем его — возможно, закроются и остальные.

— А если нет? — спросила Анна.

— Тогда мы закроем каждый разлом по одному. Будем путешествовать по миру, закрывать их один за другим, пока не останется ни одного.

— Это займёт годы, — сказал Максим.

— У нас есть годы.

— У нас есть месяц, — сказал Борис, почёсывая лапой за ухом. — Я проверил системные логи. Они доступны любому, кто умеет читать магический код.

— И что там написано?

— Центральный разлом растёт. С каждым днём он становится больше. Через месяц он достигнет критической массы.

— И что будет, когда он достигнет критической массы?

— Владыка Хуйс войдёт в наш мир. Полностью, а не через проекцию. И тогда — всё.

— Месяц, — повторил Шурик. — Маловато.

— Значит, будем работать быстрее, — сказал Александр. — У нас нет времени на отдых.

— У нас есть время на отдых, — возразил Борис. — Ты ранен, мана на нуле, команда вымотана. Если мы поедем в Новосибирск сейчас — мы умрём.

— Борис прав, — сказал Петрович, который до этого молчал. — Нам нужно восстановиться. Хотя бы день.

— День, — согласился Александр. — Один день. И потом — в Новосибирск.

Они нашли убежище — уцелевший подвал жилого дома. Анна перевязала раны Александра (непросто перевязывать голубя, но она справилась). Максим нашёл консервы и воду. Шурик выставил охрану.

Сидели в подвале, при свечах, и молчали. Каждый думал о своём.

— Карл говорил, что есть и другие разумные монстры, — нарушил тишину Александр. — Не только вороны. Воробьи, вороны, может, даже хищные птицы.

— И что ты предлагаешь? — спросил Максим.

— Попробовать договориться с ними. Перетянуть на свою сторону.

— Ты хочешь создать армию животных? — усмехнулся Шурик.

— Почему бы и нет? Мы не сможем воевать с Владыкой в одиночку. Нам нужны союзники. Люди, животные, птицы — все, кто может держать строй.

— Птицы не держат строй, — заметил Борис. — Они клюют зерно и гадят на памятники.

— Ты — кот. Ты тоже должен гадить на памятники, но ты сидишь здесь и разговариваешь.

— Я — бухгалтер. У меня иммунитет к стереотипам.

Все засмеялись. Напряжение спало.

— Ты странный лидер, — сказал Петрович, глядя на Александра. — Но, кажется, правильный.

— Спасибо, — ответил Александр. — Я стараюсь.

— Ты веришь в то, что делаешь?

— Верю.

— Этого достаточно.

Они поели, отдохнули и легли спать. Завтра — новый день. Завтра — дорога в Новосибирск.

Александр лежал на подушке, которую ему дала Анна, и смотрел в потолок. Двадцать первый уровень. Грозовой голубь. Предвестник повержен. Но впереди — главный бой.

— Справимся, — сказал он себе. — Мы справимся. Я справлюсь.

Он вспомнил свою прошлую жизнь. Офис, клиенты, сделки, бесконечные звонки. Тогда ему казалось, что это сложно. Теперь он понял — сложно — это когда ты один против армии монстров, а у тебя только клюв и молнии.

— Но у меня есть команда, — прошептал он. — И это главное.

Он закрыл глаза и провалился в сон без сновидений.

Глава 12. Тайна системы

Они ехали обратно в Новосибирск уже второй день. Дорога тянулась через бескрайние сибирские леса, разрушенные деревни и сожжённые города. Александр сидел на крыше УАЗа, вцепившись лапками в багажник, и смотрел на бесконечную серую ленту асфальта.

— Долго ещё? — спросил он, наклонив голову к окну.

— По карте — ещё полдня, — ответил Петрович, сверяясь с бумажной картой. — Но если будут пробки из монстров — больше.

— Пробки из монстров, — усмехнулся Максим. — Звучит как название группы. «Монстры и пробки». Гастроли по России.

— У них уже были гастроли, — сказал Борис, вылизывая лапу. — Они нам всё разнесли.

— А мы им — ответный тур, — сказал Шурик. — С закрытием разломов.

— Оптимист, — фыркнул Борис.

— Реалист.

Александр улыбнулся и снова уставился на дорогу. Он думал о Карле. Разумные вороны. Тысячи лет подготовки. Владыка Хуйс. Сколько ещё тайн скрывает этот мир?

— Тормозите! — крикнула Анна.

Машина остановилась. Впереди, посреди дороги, стояло здание. Необычное — круглое, с куполом, обнесённое высоким забором с колючей проволокой.

— Что это? — спросил Александр.

— Похоже на НИИ, — сказал Петрович, глядя в бинокль. — Научно-исследовательский институт. Вывеска: «Институт прикладной метафизики».

— Прикладной метафизики? — переспросил Максим. — Это что за хрень?

— Наука о том, что за гранью науки, — ответил Петрович. — Я слышал о них. Они изучали параллельные миры, теории мультивселенной, всякое такое.

— Думаешь, они знали о разломах? — спросила Анна.

— Есть только один способ узнать, — сказал Александр. — Зайти.

— Рискованно, — сказал Борис. — Там может быть что угодно. Монстры, ловушки, злые учёные.

— Или ответы, — сказал Александр. — Я за ответы.

— Ты за ответы, я за то, чтобы не сдохнуть. Но мы в одной лодке.

— Хорошая лодка, — усмехнулся Шурик. — Кот, голубь, псих с топором и женщина с ружьём.

— И парень с ножами, — добавил Максим.

— И дед с биноклем, — сказал Петрович.

— Команда мечты, — подытожил Борис.

Они подъехали к воротам. Они были распахнуты — кто-то (или что-то) уже входил сюда до них.

— Следы, — сказал Максим, спрыгивая на землю. — Монстры. Несколько дней назад.

— Значит, тут опасно, — сказала Анна.

— Значит, нам точно сюда, — сказал Александр. — Если монстры что-то искали — значит, тут есть что-то важное.

Они вошли внутрь. Институт выглядел так, будто его покинули в спешке. Столы перевёрнуты, бумаги разбросаны, компьютеры разбиты. Но не монстрами — люди сами уничтожали данные перед эвакуацией. Кто-то заметал следы.

— Похоже, они не хотели, чтобы это кто-то нашёл, — сказал Максим, поднимая с пола стопку бумаг. — Смотрите, здесь явно рвали и жгли.

— Может, не хотели, чтобы монстры нашли? — предположила Анна.

— Или не хотели, чтобы мы нашли, — сказал Борис.

— Кто — мы? — спросил Шурик.

— Люди. Перерождённые. Те, кто не должен знать правду.

— Ты параноик, — сказал Максим.

— Я бухгалтер. Мы видим скрытые смыслы там, где нормальные люди видят просто цифры.

— Ищите что-нибудь полезное, — сказал Петрович. — Файлы, записи, жёсткие диски. Что-то должно было остаться.

Александр взлетел и начал осматривать здание сверху. Кабинеты, лаборатории, серверная. В серверной он заметил что-то необычное — большой металлический шкаф, который не был повреждён. Он подлетел ближе.

— Тут что-то есть! — крикнул он. — Шкаф с кодовым замком!

Команда собралась. Замок был электронный, но без питания — ищик.

— Вскрыть? — спросил Шурик, поднимая топор.

— Подожди, — сказал Максим. Он подошёл к замку, поковырялся — и открыл его скрепкой. — Старая школа.

— Ты был медвежатником? — спросил Борис.

— Я был курьером. Иногда нужно было вскрывать подъезды, когда забывал ключи.

— Логично.

Шкаф открылся. Внутри были папки. Много папок. И несколько жёстких дисков в антистатических пакетах.

— Это то, что нужно, — сказал Александр. — Выносим всё.

Они выгрузили содержимое в машину и поехали дальше. Подальше от института — безопасное место для чтения документов.

— Найдём поляну, — сказал Петрович. — Разобьём лагерь, изучим бумаги.

— А если там ничего нет? — спросила Анна.

— Тогда мы просто потеряли день, — ответил Александр. — Лучше потерять день, чем умереть от незнания.

Они нашли поляну в километре от дороги, спрятанную между холмами. Развели костёр. Петрович разложил бумаги на брезенте.

— Ну, — сказал Александр, садясь на камень. — Что там?

Петрович надел очки и начал читать.

— Это отчёты, — сказал он через минуту. — Научные отчёты. Исследования разломов. Они знали.

— Знали что? — спросил Максим.

— Они обнаружили разломы за пять лет до того, как они открылись. Задокументировали, проанализировали, предсказали.

— Предсказали? — удивилась Анна.

— Да. Они определили паттерн — точки, где реальность истончается. Они знали, что разломы откроются. И знали, кто их откроет.

— Кто? — спросил Александр, хотя уже догадывался.

— Птицы, — сказал Петрович. — Разумные птицы. В документе написано: «Наблюдается организованная активность врановых на местах потенциальных разломов. Птицы действуют скоординированно, демонстрируют признаки коллективного разума. Предположительно — агенты внешнего воздействия».

— Карл не врал, — сказал Александр. — Они правда готовили это тысячи лет.

— Птицы не живут тысячи лет, — сказал Максим.

— Вороны живут до трёхсот лет в природе, — сказал Борис. — Если они разумны и используют магию — могут жить и дольше. Передавать знания поколениями.

— Ты прав, — сказал Петрович. — В документе есть упоминание: «Передача информации между поколениями птиц подтверждена. Культурная память вида».

— Ладно, — сказал Александр. — Что ещё? Что насчёт Системы?

Петрович перелистнул несколько страниц.

— Есть, — сказал он. — Отдельный раздел. «Феномен перерождения».

— Читай.

— «В момент открытия разломов происходит выброс энергии, который взаимодействует с биополем погибших в радиусе поражения. Энергия перестраивает структуру души по принципу…» Много научного жаргона. Суть: Система — это не случайность. Она была запрограммирована.

— Запрограммирована? — переспросила Анна.

— Да. Кем-то. Или чем-то. Система — это интерфейс. Адаптер. Она позволяет перерождённым использовать энергию разломов и прокачиваться. Но она не наша.

— Она принадлежит Владыке, — тихо сказал Александр.

— Похоже на то.

— Значит, мы качаемся на энергии врага? — спросил Шурик.

— Получается, да.

— И чем выше уровень, тем больше мы зависим от Системы?

— Тоже да.

— А когда мы достигаем максимума — что происходит? — спросил Максим.

Петрович перелистнул ещё несколько страниц. Его лицо побледнело.

— Я не уверен, что вам стоит это слышать, — сказал он.

— Говори, — сказал Александр. — Мы имеем право знать.

— Исследователи предполагали, — начал Петрович, и голос его дрогнул, — что максимальный уровень — это не предел силы. Это предел адаптации. После него организм перерождённого становится совместимым с энергией другого мира.

— Совместимым? Для чего?

— Для переноса, — Петрович поправил очки. — Когда перерождённый достигает 29 уровня, его тело становится… вратами. Физическим порталом. Его можно использовать как якорь для Владыки. Ему не нужно будет открывать разлом — он просто войдёт через тело носителя.

Тишина повисла над поляной. Даже костёр, казалось, перестал трещать. Александр смотрел на свои лапки — обычные голубиные лапки, которые всего несколько дней назад научились бить молниями.

— То есть, — медленно сказал он, — чем больше я качаюсь, тем лучше становлюсь как консервная банка для Владыки?

— Теоретически, да. Чем выше уровень, тем выше совместимость.

— А на 29 уровне я становлюсь идеальным сосудом?

— Если верить документам — да.

— И Владыка может войти в меня в любой момент?

— Только если рядом есть активный разлом. Или если провести ритуал.

— Ритуал, — повторил Борис. — Потому что без ритуала никак. Конечно. Потому что мы в фэнтези-мире, где у злых богов есть ритуалы.

— Это не фэнтези, — сказал Александр. — Это наша реальность. И нам с этим жить.

— Или умереть, — добавил Максим.

— Отличная новость, — сказал Борис, дёргая ухом. — Просто отличная. Наш герой качается, чтобы стать дверью для злого бога. Прямо как в том анекдоте про москвича, который копил на «Волгу», а купил «Запорожец».

— Я не стану дверью, — сказал Александр.

— А если система принудительно активирует портал? — спросила Анна.

— Значит, мы должны закрыть все разломы до того, как я достигну 29 уровня, — сказал Александр. — Или найти способ отключить Систему.

— В документах есть что-нибудь об отключении? — спросил Максим.

Петрович покачал головой.

— Нет. Есть только предположение, что если уничтожить центральный кристалл — источник энергии — Система отключится.

— Центральный кристалл в Новосибирске, — сказал Шурик.

— Да.

— Тогда у нас есть цель, — сказал Александр. — Уничтожить кристалл до того, как я дойду до 29. Или на 29 — но до того, как Владыка успеет использовать меня как портал.

— Ты на 21, — сказал Борис. — 8 уровней до максимума. При нашей скорости — недели две-три.

— Значит, укладываемся в месяц.

— Если не подохнем раньше.

— Оптимизм — наше всё.

— Я кот. Моя работа — быть реалистом.

Александр посмотрел на костёр. Пламя танцевало, отражаясь в его голубых глазах. Система — вражеская технология. Каждый уровень — шаг к тому, чтобы стать марионеткой. Но деваться некуда — без уровней он не победит.

— Значит, будем играть по их правилам, — сказал он. — До определённого момента.

— Красивое заявление, — сказал Борис. — Надеюсь, ты успеешь сказать «шах и мат» до того, как Владыка скажет «твой ход».

— Успею.

Ночь прошла спокойно. Утром они собрали лагерь и поехали дальше. Александр снова сидел на крыше, но теперь он думал не о навыках и уровнях — он думал о цене.

Вечером следующего дня они въехали в Новосибирск.

Город изменился. Линия обороны была укреплена — мешки с песком, бетонные блоки, колючая проволока. На улицах патрули — вооружённые люди в камуфляже. В небе барражировали военные вертолёты.

— Ого, — сказал Максим. — Тут стало серьёзно.

— В прошлый раз было не так, — сказала Анна.

— В прошлый раз разлом был закрыт, — сказал Петрович. — Теперь он открылся снова, да ещё и больше.

— Как он мог открыться? — спросил Шурик. — Мы же закрыли его.

— Видимо, Владыка восстановил через Карла, — сказал Александр. — Борис говорил, что кристалл регенерирует.

— Регенерирует, — подтвердил Борис. — Я видел логи. Кристалл не был уничтожен полностью — он восстановился за счёт энергии из разлома.

— Умно, — сказал Александр. — Очень умно.

— Владыка не дурак.

— Я заметил.

Их остановил патруль на въезде. Солдаты с автоматами, напряжённые лица.

— Стоять! Кто такие? — крикнул сержант.

— Мы — команда, которая закрыла разлом в прошлый раз, — сказал Петрович, выходя из машины с поднятыми руками. — Мы были здесь месяц назад. Говорили с полковником Сергеем Ивановичем.

— Полковник? — сержант нахмурился. — Полковник Сергей Иванович отстранён. Командование перешло к генералу Комарову из Москвы.

— Из Москвы? Зачем?

— Централизация власти. Все разломы теперь координируются из столицы.

— А полковник где?

— В штабе. Под домашним арестом, — сержант пожал плечами. — Я не лезу в политику. Моё дело — стрелять в монстров.

— Нам нужно в штаб, — сказал Александр, выходя вперёд. — Мы пришли помочь.

Сержант посмотрел на говорящего голубя. Его глаза расширились.

— Ты… тот самый голубь? — спросил он.

— Тот самый.

— О вас легенды ходят. Говорящий голубь, кот-бухгалтер, команда героев.

— Мы не герои, — сказал Александр. — Мы просто хотим, чтобы этот кошмар закончился.

— Пропустите их, — сказал сержант своим людям. — Этих я знаю.

Они проехали через блокпост. Город был разрушен сильнее, чем в прошлый раз. Многие здания превратились в руины. На улицах — следы боёв.

— Плохо, — сказала Анна. — Очень плохо.

— Мы успеем, — сказал Александр. — Должны успеть.

Они подъехали к штабу — бывшей мэрии. Здание было укреплено мешками с песком, на крыше — пулемётные гнёзда. Вход охраняли двое солдат с автоматами.

— Мы к генералу Комарову, — сказал Петрович.

— У вас назначено? — спросил солдат.

— Нет. Но мы закрыли разлом в прошлый раз. Мы — та самая команда.

Солдат переглянулся с напарником.

— Подождите, — сказал он и скрылся внутри.

Через пять минут вышел офицер — высокий, седой, с жёстким лицом. Генеральские погоны.

— Кто тут голубь? — спросил он, оглядывая группу.

— Я, — сказал Александр, выходя вперёд.

Генерал Комаров посмотрел на него. Долго. Изучающе.

— Говорящий голубь, — сказал он. — Я думал, это байки.

— Не байки, — ответил Александр. — Реальность.

— И что ты можешь?

— Летать. Стрелять молниями. Командовать стаей птиц. И закрывать разломы.

— Молниями?

— Да.

Александр взлетел и выпустил небольшую молнию в пустой контейнер во дворе. Тот взорвался.

Генерал поднял бровь.

— Впечатляет, — сказал он. — Для голубя.

— Я не просто голубь, — сказал Александр. — Я — Грозовой голубь. 21 уровень. И я здесь, чтобы помочь закрыть этот разлом.

— Грозовой голубь, — повторил генерал. — Звучит пафосно.

— Зато работает.

Генерал усмехнулся.

— Проходите, — сказал он. — Есть разговор.

Они прошли в штаб. Внутри было шумно — офицеры, карты, радиостанции, беготня. Война шла полным ходом.

Генерал привёл их в отдельный кабинет. Закрыл дверь.

— Садитесь, — сказал он. — Точнее, садитесь, кто может. Голубь — на подоконник.

Александр запрыгнул на подоконник. Борис улёгся на стул. Остальные сели на стулья.

— Ситуация хуже, чем вы думаете, — начал генерал. — Разлом открылся неделю назад. Снова. И он больше. В два раза больше.

— Мы знаем, — сказал Александр. — Мы чувствовали.

— Чувствовали?

— Зов разлома. Я слышу его. Все перерождённые слышат.

Генерал нахмурился.

— И что он говорит?

— Что хочет нас поглотить.

— Приятно.

— Не очень.

— У нас есть план? — спросил Шурик.

— Есть. Держать оборону и ждать подкрепления, — сказал генерал. — Из Москвы обещали прислать тяжёлую артиллерию и отряд перерождённых спецназовцев.

— Когда?

— Через две недели.

— У нас нет двух недель, — сказал Александр. — Разлом растёт. Через месяц Владыка войдёт.

— Владыка?

— Хозяин разломов. Владыка Хуйс. Он — главная угроза. Эти твари — просто его солдаты.

Генерал посмотрел на Александра долгим взглядом.

— Откуда ты знаешь?

— Мы нашли документы в институте прикладной метафизики, — сказал Петрович. — Они изучали разломы годами. Всё подтверждено.

— Институт метафизики, — генерал покачал головой. — Я считал их шарлатанами.

— Они были правы, — сказал Александр. — И если мы будем ждать две недели — будет поздно.

— Что ты предлагаешь?

— Атаковать. Собрать всех, кто может сражаться, и ударить по разлому. Уничтожить кристалл.

— У меня три тысячи солдат, — сказал генерал. — Против десяти тысяч монстров. Плюс босс — мы видели его. Пятиметровый, четыре руки, чёрная броня. Уровень 29.

— Предвестник, — сказал Александр.

— Ты знаешь его?

— Я убил его копию в Иркутске. Настоящий — здесь.

— И как ты его убил?

— Тактикой. Хитростью. И молниями.

Генерал задумался.

— Допустим, я соглашусь, — сказал он. — Допустим, мы атакуем. Каков план?

— Мы готовим удар, — сказал Александр. — Я проведу разведку с воздуха, оценю расположение сил. Потом нанесём превентивный удар — диверсия, чтобы ослабить их. И после — генеральное сражение.

— И когда?

— Через три дня.

— Три дня? Мы не успеем подготовиться.

— Время — не на нашей стороне, — сказал Александр. — Каждый день разлом растёт. Каждый день монстров становится больше. Чем дольше мы ждём — тем сложнее будет.

Генерал смотрел на него. Долго. Потом кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Три дня. Но если твой план провалится — я прикажу отступать.

— Не провалится, — сказал Александр. — Я обещаю.

— Ты уверен?

— Я — голубь. Голуби не дают пустых обещаний.

— Ладно. Размещайтесь. Завтра начнём подготовку.

Они вышли из кабинета. На улице было уже темно.

— Три дня, — сказал Максим. — Ты серьёзно?

— Серьёзнее некуда, — ответил Александр.

— Ты хоть знаешь, как мы будем атаковать?

— Пока нет. Но я придумаю.

Александр взлетел на крышу штаба. Сел на край и посмотрел на разлом. Он был огромен — фиолетовая трещина в небе, пульсирующая, живая. Вокруг неё роились монстры.

— Я закрою тебя, — сказал он разлому. — Чего бы это ни стоило.

Он не знал, что эти слова станут пророческими.

Глава 13. Контроль стаи

Утром Александр проснулся с чётким пониманием: ему нужно больше птиц.

Система показывала, что навык «Голубиная связь» можно развить. Он открыл меню и посмотрел на описание.

**[Голубиная связь (ур. 1)]**

*Позволяет общаться с обычными голубями и просить о помощи.*

*Дальность: 500 м. Макс. целей: 10.*

— Десять голубей, — пробормотал Александр. — Против армии Карла. Смешно.

— Ты снова разговариваешь сам с собой? — спросил Борис, входя в комнату.

— Я изучаю меню.

— И что там?

— Мне нужно прокачать Голубиную связь. Сделать из неё полноценный навык управления стаей.

— И как?

— Наверное, через использование. Чем больше я общаюсь с птицами, тем сильнее становится навык.

— Звучит логично. Как прокачка мышц — чем больше тренируешь, тем сильнее.

— Именно.

— Тогда нам нужно найти птиц, — сказал Борис. — Много птиц.

— Я знаю, где их искать.

После завтрака Александр собрал команду.

— Мне нужно в город, — сказал он. — Найти птиц. Прокачать навык.

— Мы с тобой, — сказал Шурик.

— Нет. Вы нужны здесь. Помогайте генералу с подготовкой. Я справлюсь один.

— Один — опасно, — сказала Анна.

— Я — Грозовой голубь. Я могу за себя постоять.

— Борис с ним, — сказал Петрович. — Если что — кот прикроет.

— Кот прикроет, — проворчал Борис. — Я не прикрываю. Я — стратегический резерв.

— Ты — кот на подстраховке, — сказал Максим.

— Ладно. Но я буду мурлыкать, если что.

Александр взлетел. Борис побежал за ним по крышам.

— Ты уверен, что это сработает? — спросил кот, перепрыгивая с одного здания на другое.

— Не знаю. Но попробовать стоит.

— А если Карл устроил засаду?

— Тогда мы дадим бой.

— Ты и я против стаи разумных воронов?

— Я, ты и голуби, которых я найду.

— Оптимист.

— Реалист.

Они добрались до центральной площади. Там, среди руин, сидела стая голубей — обычных, серых, городских. Они ворковали, клевали что-то на земле и не обращали внимания на Александра.

— Привет, — сказал Александр, подходя ближе.

Голуби подняли головы. Посмотрели на него. Один — старый, с белыми пятнами на крыльях — наклонил голову и моргнул.

— Ты — тот самый, — сказал голубь.

— Тот самый?

— Синий голубь. Потом — Грозовой. Мы слышали о тебе. Ты закрыл разлом в Новосибирске.

— Я, — сказал Александр. — Но разлом открылся снова.

— Мы знаем.

— Мне нужна ваша помощь. Мне нужна армия птиц.

Старый голубь засмеялся — сухое, каркающее воркование.

— Армия? Ты хочешь, чтобы мы воевали?

— Да.

— Мы — голуби. Мы не воюем. Мы едим семечки, воркуем и гадим на памятники.

— Война меняет планы, — сказал Александр. — Если мы не остановим разломы — ни семечек, ни памятников не останется.

Старый голубь задумался.

— Ты говоришь как пророк, — сказал он. — Но ты просто голубь. Как и мы.

— Я — Грозовой голубь, — сказал Александр. — Я — эволюция. Я — будущее вашего вида. И я говорю вам: присоединяйтесь ко мне. Вместе мы сможем остановить Владыку.

— Владыку?

— Хозяина разломов. Того, кто послал монстров.

Голуби заворковали, переглядываясь. Старый голубь поднял крыло, призывая к тишине.

— Мы подумаем, — сказал он.

— У нас нет времени думать.

— У голубей всегда есть время подумать. Мы не люди.

Александр вздохнул. Он понимал — уговаривать бесполезно.

— Хорошо, — сказал он. — Я буду ждать. Но недолго.

— Ты думаешь, они согласятся? — спросил Борис.

— Должны.

— Должны — это не то же самое, что сделают.

— Я знаю. Но выбора у них нет. Если Владыка войдёт — голубям тоже конец.

— Голуби не думают о конце света, — сказал Борис. — Они думают о том, где найти еду.

— Значит, я должен заставить их думать о большем.

— Удачи.

— Спасибо.

Он отшёл в сторону, сел на обломок стены.

— Они не пойдут, — сказал Борис, присаживаясь рядом.

— Пойдут. Я чувствую.

— Ты оптимист.

— Я верю в голубей.

— Голуби — тупые птицы, которые едят всё подряд и размножаются как кролики.

— Их сила — в числе.

— Их слабость — в тупости.

— Увидим.

Через час старый голубь подлетел к Александру.

— Мы поговорили, — сказал он. — Решили помочь.

— Правда? — обрадовался Александр.

— Да. Но на наших условиях.

— Каких?

— Мы не будем сражаться в первой линии, — сказал старый голубь. — Мы — разведчики и поддерживающая сила. Мы будем отвлекать, дезориентировать, засирать врага. Но в прямой бой не полезем.

— Договорились, — сказал Александр. — Мне и нужно, чтобы вы отвлекали.

— И ещё: ты должен нас защищать. Если мы погибнем — помощи больше не жди.

— Я защищу вас. Обещаю.

— Хорошо.

Старый голубь повернулся к стае и громко заворковал. Голуби поднялись в воздух — сотня, может, больше. Они кружили над площадью, образуя спираль.

— Красиво, — сказал Борис.

— Эффективно, — сказал Александр.

Он закрыл глаза и сосредоточился. Навык Голубиная связь начал пульсировать — он чувствовал каждого голубя в стае. Их эмоции: страх, любопытство, недоверие. Но и надежду.

**[Навык «Голубиная связь» повышен до ур. 2!]**

**[Дальность: 1 км. Макс. целей: 50.]**

— Работает! — крикнул Александр. — Я чувствую их!

— Тренируйся, — сказал Борис. — Развивай навык.

Александр начал тренировку. Он отдавал голубям простые команды: «взлететь», «сесть», «круг», «разворот». Сначала стая путалась — голуби сталкивались в воздухе, не понимали направления, путали право и лево.

— Я врезался! — крикнул один.

— Куда ты летишь?! — крикнул другой.

— Я не вижу!

— Открой глаза!

— Они открыты!

— Значит, смотри!

— Я смотрю! Но я не понимаю, куда лететь!

— Лети за мной! — крикнул Александр.

— А ты куда летишь?

— Вперёд!

— А где впереди?

— Там, куда я смотрю!

— А я смотрю на тебя!

— Тогда для тебя впереди — это туда, где мой хвост!

— А если я смотрю сбоку?

Александр вздохнул. Командовать голубями было сложнее, чем он думал.

— Лево — это куда? — спросил один голубь.

— Туда, где хвост, — ответил другой.

— У меня хвост сзади.

— Значит, лево — это вбок.

— В какой бок?

— Не знаю. Спроси у вожака.

— Я вожак! — крикнул Александр. — Лево — это направо от меня!

— А если я смотрю на тебя?

— Тогда для тебя лево — это моё право!

— Я запутался.

— Просто лети за мной!

— А, понял. За тобой — легко.

— Тогда полетели!

Постепенно стая начала понимать. Голуби — не глупые птицы, просто им нужно время, чтобы привыкнуть к командам.

**[Навык «Голубиная связь» повышен до ур. 3!]**

**[Дальность: 2 км. Макс. целей: 150.]**

— Три уровня за час, — сказал Александр, открывая глаза. — Неплохо.

— У тебя природный талант командовать, — сказал старый голубь. — Ты вожак.

— Я был риелтором. Я умею убеждать.

— Ты умеешь вести. Это другое.

Александр продолжил тренировку. К обеду он достиг 5 уровня навыка. Максимальная дальность — 5 км. Количество целей — 500.

**[Навык «Голубиная связь» → «Контроль стаи»]**

*Позволяет управлять стаей птиц, передавать сложные команды и видеть их глазами.*

*Дальность: 5 км. Макс. целей: 500.*

— Контроль стаи, — прочитал Александр. — Теперь я могу видеть их глазами.

— Полезно, — сказал Борис. — Разведка стаей.

— Очень полезно.

Александр закрыл глаза и подключился к одному из голубей. Мир перевернулся — он видел город сверху, но под другим углом. Чувствовал ветер в перьях, слышал звуки острее.

— Невероятно, — прошептал он.

— Ты как? — спросил Борис.

— Я — в другом голубе. Я вижу его глазами. Чувствую ветер под крыльями. Слышу, как бьётся его сердце.

— Жутковато. Ты теперь как шпионская сеть.

— Полезно.

— А ты можешь видеть глазами нескольких сразу?

— Не знаю. Попробую.

Александр закрыл глаза и попытался подключиться к двум голубям одновременно. Голову пронзила боль — картинки накладывались друг на друга, дезориентируя.

— Ай! — он открыл глаза.

— Не вышло?

— Больно. Нужно тренироваться.

Он попробовал снова. Медленно, постепенно. Сначала два голубя — держать фокус. Потом три. Потом пять.

**[Навык «Контроль стаи» повышен до ур. 6!]**

**[Мульти-видение: до 5 целей одновременно.]**

— Получилось! — крикнул он. — Я вижу пятью парами глаз одновременно!

— Как это? — спросил Борис.

— Как смотреть в пять телевизоров сразу. Но я привыкаю.

— Ты — чудо природы, — сказал Борис. — Голубь-телепат.

— Я — эволюция.

Он отключился и открыл глаза.

— У нас есть преимущество, — сказал он, открывая глаза. — Теперь я могу видеть всё, что видят мои голуби. Каждое движение врага, каждую засаду, каждую лазейку.

— Как спутник-шпион, — сказал Борис.

— Именно.

— Теперь мы можем следить за монстрами, не рискуя людьми.

— Хорошо, — сказал Борис. — Тогда давай проверим, что делает Карл.

— Я как раз собирался.

Александр подключился к стае и отправил несколько голубей в разведку к разлому. Они пролетели над линией обороны, над полем боя, над руинами города.

И увидели их. Воронов. Сотни. Тысячи. Они сидели на крышах разрушенных зданий, на проводах, на карнизах. Карл собрал армию.

— Чёрт, — сказал Александр.

— Что?

— Воронов много. Очень много.

— Сколько?

— Больше, чем у нас голубей.

— Плохо.

— Очень плохо.

Внезапно один из голубей-разведчиков заметил движение. Из тени вылетел ворон — крупный, чёрный, с красными глазами.

— Карл, — прошептал Александр.

Карл посмотрел прямо на голубя — и улыбнулся. Он знал, что за ним наблюдают.

— Привет, маленький голубь, — сказал Карл, и Александр услышал его голос в голове. — Я ждал тебя.

— Карл, — ответил Александр. — Ты снова собираешь армию.

— А ты собираешь голубей. Мы квиты.

— Зачем ты это делаешь? Ты был свободен. Зачем продался Владыке?

— Свобода — иллюзия, — сказал Карл. — Владыка даёт порядок. Владыка даёт цель. А что даёшь ты? Хаос? Разрушение? Надежду?

— Я даю шанс.

— Шанс на что?

— На жизнь.

— Смешно. Ты — голубь. Твоя жизнь — еда, сон и размножение. Владыка дал нам разум. Владыка дал нам цель.

— Владыка сделал вас рабами.

— Владыка сделал нас богами, — ответил Карл. — Ты — мутант. Я — эволюция.

— Мы — одно и то же.

— Нет. Я выбрал сторону силы. Ты выбрал сторону слабых.

— Слабые — это те, кто подчиняется, — сказал Александр. — Сильные — те, кто выбирает сам.

— Красивые слова, — усмехнулся Карл. — Но слова не остановят моих воронов. Твоя армия голубей против моих разумных воронов? Смешно. Голуби — низшая раса. Они тупые, трусливые, слабые. Они годятся только на корм.

— Они — живые существа, — сказал Александр. — Как и я. Как и ты когда-то.

— Я — ворон. Я — высшая раса. Мы — древние. Мы видели рождение империй и их падение. Мы строили заговоры, свергали царей, меняли ход истории. А голуби — они просто были. Ели, спали, размножались. Бесполезные и жалкие.

— Может быть. Но они — свободные. А ты — раб.

— Свобода без цели — бессмысленна.

— Цель без свободы — тюрьма.

— Ты философ, голубь. Но философия не спасёт тебя, когда мои вороны выклюют тебе глаза.

— Увидим.

— Увидим, — согласился Карл. — Но помни: я предупредил тебя. Я не буду брать пленных.

Связь прервалась. Голубь-разведчик был атакован — ворон пробил ему голову клювом.

Александр открыл глаза.

— Карл знает, — сказал он. — Он знает, что мы собираем армию.

— И что мы будем делать? — спросил Борис.

— Мы будем тренироваться. Быстро. У нас меньше времени, чем я думал.

Он посмотрел на системное меню. Навык «Контроль стаи» теперь был доступен для прокачки до 10 уровня. Каждый уровень давал +500 м дальности и +200 целей. Десятый уровень — 5 км и 2000 целей.

— Мне нужно дойти до максимума, — сказал он.

— Сколько времени?

— День, может, два.

— У нас есть два дня?

— Должны быть.

Он повернулся к старому голубю.

— Сколько голубей ты можешь собрать?

— В городе — около двух тысяч.

— Мало.

— Могу позвать из окрестностей. Ещё тысячи три-четыре.

— Хорошо. Зови всех.

— Всех?

— Всех. У нас будет битва. И нам нужно численное преимущество.

Старый голубь кивнул и взлетел, чтобы передать приказ.

Александр посмотрел на небо. Где-то там, за облаками, Карл собирал свою армию. Ворон против голубя. Разум против инстинкта. Раб против свободного.

— Я не проиграю, — сказал он. — Я не имею права.

— Слышал я это уже, — сказал Борис. — Обычно перед этим люди умирают.

— Я — не люди.

— Ты — голубь. Голуби тоже умирают.

— Но не сегодня.

— Ладно. Я с тобой.

— Спасибо, Боря.

— Не за что. Ты — мой единственный друг-голубь. Больше у меня таких нет.

Александр улыбнулся и продолжил тренировку. К вечеру его навык «Контроль стаи» достиг 7 уровня. Он мог управлять тысячью птиц и видеть глазами каждой.

— Завтра начинаем подготовку к битве, — сказал он. — А сегодня — отдых.

Он вернулся в штаб. Команда уже ждала его.

— Как успехи? — спросил Шурик.

— Есть армия, — сказал Александр. — Почти три тысячи голубей.

— Три тысячи? — удивился Максим.

— Да. Это немного, но для начала сойдёт.

— А у Карла?

— Тысячи воронов. И они разумные.

— Плохо.

— Не очень. У нас есть тактика. У нас есть молнии. И у нас есть вы.

— И кот, — добавил Борис.

— И кот.

— Я всё ещё не понимаю, чем я могу помочь против армии воронов, — сказал Борис. — Я — кот. Я ловлю мышей, а не воюю с птицами.

— Ты — бухгалтер, — сказал Александр. — Ты считаешь. А в бою нужен тот, кто считает.

— Считает что?

— Потери. Ресурсы. Время. Ты — наш стратег.

— Я — кот-стратег?

— Почему нет?

— Ладно, — вздохнул Борис. — Буду котом-стратегом. Но сметану вперёд.

— Договорились.

— И чтобы почёсывали за ухом после каждой битвы.

— Это тоже.

— И чтобы в каске. Кот-стратег должен быть в каске.

— Найдём тебе каску.

— Оранжевую. Чтобы меня было видно.

— Всё, что хочешь.

— Тогда я согласен.

— Завтра начинаем, — сказал Александр. — А пока — отдыхать. Завтра будет тяжёлый день.

Он пошёл к выходу, но остановился у двери.

— И ещё, — сказал он, поворачиваясь. — Спасибо. За то, что вы со мной. Я знаю, что я — голубь. Маленький, пернатый, странный. Но вы поверили в меня. Это много значит.

— Ты — не просто голубь, — сказал Шурик. — Ты — наш голубь.

— Наш, — подтвердил Максим.

— Команда, — сказала Анна.

— Не плачь, — сказал Борис. — Ты размажешь перья.

— Не буду. Но спасибо.

Он вышел.

Ночь прошла спокойно. Александр лежал на подоконнике и смотрел на звёзды. Миллионы огней в бескрайней темноте. И где-то там, за горизонтом, мерцал разлом — фиолетовый, пульсирующий, живой.

— Я закрою тебя, — сказал он. — Или умру.

— Не умирай, — сказал Борис, входя в комнату. — Ты мне должен за услуги.

— Какие услуги?

— Я — кот-стратег. Это платная должность.

— Сколько я тебе должен?

— Пожизненный запас сметаны.

— Договорились.

— Тогда живи.

— Постараюсь.

— Не старайся. Просто живи.

Борис улёгся рядом, и они смотрели на звёзды в тишине. Александр думал о том, что ждёт их завтра. Воздушный бой. Стая против стаи. Голуби против воронов. Свобода против рабства.

— Боря?

— М?

— Ты боишься?

— Конечно, — ответил Борис. — Я кот. Мы боимся всего. Воды, пылесосов, огурцов.

— Огурцов?

— Долгая история. Не спрашивай.

— Понял.

— А ты боишься?

— Боюсь, — признался Александр. — Боюсь, что не справлюсь. Что подведу команду. Что Владыка войдёт, и всё будет зря.

— Это нормально, — сказал Борис. — Страх — это то, что отличает живого от мёртвого.

— Философия от кота?

— Бесплатно и в каждой главе.

— Я ценю.

— Знаю.

Они замолчали. Ветер шелестел листьями. Где-то вдалеке выл монстр. Ночь была тёплой и спокойной — затишье перед бурей.

— Знаешь, — сказал Александр, — если бы мне сказали месяц назад, что я буду лежать на крыше и разговаривать с котом о страхе, я бы покрутил пальцем у виска.

— А если бы мне сказали, что я буду дружить с голубем, я бы попросил налить, — ответил Борис. — Но жизнь — странная штука.

— Странная, — согласился Александр. — Но хорошая.

— Бывает и получше.

— Но и это неплохо. Я бы не променял эту жизнь на ту, что была. Офис, ипотека, бесконечные звонки клиентам... Это была не жизнь. Это было существование.

— А сейчас?

— А сейчас я — голубь. Я стреляю молниями, командую стаей и готовлюсь к битве с древним злом. Звучит безумно, но мне нравится.

— Ты сошёл с ума, — сказал Борис.

— Возможно. Но это лучшее безумие в моей жизни.

— Неплохо, — согласился Борис.

— Неплохо, — согласился Борис.

— Спокойной ночи, Боря.

— Спокойной ночи, Саша.

Они замолчали. Каждый думал о своём. Завтра — новый день. Завтра — новый бой. А сегодня — тишина и звёзды.

И этого было вполне достаточно.

Глава 14. Переговоры с людьми

Утром Александр проснулся от шума. За окном штаба было оживлённо — генерал Комаров собирал военный совет.

— Подъём, — сказал он, вставая с подоконника. — Сегодня важный день.

— Каждый день важный, — проворчал Борис, не открывая глаз. — Дай поспать.

— Не дам. Ты — кот-стратег. Тебе нужно быть на совете.

— Я — кот. Моя стратегия — лежать и ждать, пока еда упадёт с неба.

— Сегодня еда не упадёт. Сегодня мы планируем битву.

— Ненавижу битвы.

— Я знаю. Вставай.

Борис нехотя открыл глаза, зевнул и потянулся.

— Ладно. Но если там не будет сметаны — я ухожу.

Будет тебе сметана.

Они спустились в зал совета. Там уже собрались офицеры — человек двадцать в камуфляже, с картами и планшетами. Генерал Комаров сидел во главе стола.

— А, наш голубь, — сказал он, увидев Александра. — Заходи. Ты как раз вовремя. Мы как раз обсуждали, как будем выигрывать эту войну.

— Не выигрывать, — поправил Александр, запрыгивая на стол. — Выживать. Победа — это когда враг мёртв, а ты жив. Выживание — когда ты жив, а враг думает, что ты мёртв.

— Мудро, — сказал генерал.

— Я читал книжки.

Борис уселся рядом, демонстративно сложив лапы.

— И кот, — добавил генерал. — У нас теперь кот на совете.

— Кот-стратег, — поправил Борис. — Я буду записывать ваши ошибки.

Офицеры засмеялись. Не все — некоторые смотрели на говорящего кота с подозрением.

— Итак, — начал генерал, — представим нашего союзника. Это Александр, он же Грозовой голубь. 21 уровень. Умеет стрелять молниями. И, по его словам, может командовать стаей птиц.

— Птиц? — переспросил полковник с нашивкой артиллериста. — Вы хотите сказать, что мы будем воевать вместе с голубями?

— Да, — сказал Александр. — Я собрал армию из трёх тысяч голубей. Они будут поддерживать нас с воздуха.

— Голуби не воюют, — сказал полковник. — Голуби — это… голуби. Они клюют зерно и гадят на головы. Я не собираюсь доверять свою жизнь птицам.

— А кому вы доверяете? — спросил Александр. — Своей артиллерии, которая не может пробить защитное поле разлома? Своей авиации, которую сбивают разумные вороны? Своей пехоте, которая гибнет сотнями каждый день?

— У нас есть план.

— Ваш план не сработал. Мой — сработает.

— Они будут гадить на головы монстрам, — сказал Александр. — И отвлекать их. И разведывать. И передавать информацию.

— Я слышал, что ты закрыл разлом в прошлый раз, — сказал другой офицер. — Но мы — военные. Мы привыкли работать по проверенным методам. Артиллерия, авиация, пехота. А не… голуби.

— Проверенные методы не сработали, — сказал Александр. — Разлом открылся снова. И стал больше. Если мы будем делать то же самое — получим тот же результат.

— И что ты предлагаешь?

— Я предлагаю атаковать, а не обороняться, — сказал Александр, обводя взглядом офицеров. — Ударить по разлому, уничтожить кристалл, пока Владыка не вошёл в наш мир. Мы не выиграем эту войну в обороне. Оборона — это отсрочка неизбежного. Атака — это шанс.

— Шанс на что? — спросил молодой капитан с нашивкой разведчика.

— Шанс закончить это раз и навсегда.

— Атаковать? — усмехнулся полковник. — У нас три тысячи солдат против десяти тысяч монстров. Атака — самоубийство.

— Если мы будем сидеть в обороне — мы проиграем, — сказал Александр. — У нас есть месяц до прибытия Владыки. Каждый день разлом растёт. Чем дольше ждём — тем сложнее будет.

Генерал Комаров слушал молча, постукивая пальцами по столу.

— Есть и другой вопрос, — сказал он. — Откуда мы знаем, что ты — не шпион?

Тишина повисла в зале. Александр посмотрел на генерала.

— Шпион?

— Да. Ты — птица. Вороны — шпионы Владыки. Откуда нам знать, что ты — не такой же?

— Я — голубь, — сказал Александр. — Голуби не служат Владыке. Голуби — свободные птицы.

— Вороны тоже были свободными, пока не перешли на сторону врага.

— Я закрыл разлом в прошлый раз, — сказал Александр. — Я убил аватара Предвестника. Я потерял друзей в бою. Если бы я был шпионом — зачем мне это?

— Может быть, чтобы войти в доверие, — сказал полковник. — Классическая тактика разведки.

— С логической точки зрения, — вмешался Борис, — если бы Александр был шпионом, он бы не стал собирать армию против своих же. Он бы просто сидел в штабе и ждал, пока Владыка войдёт. А он тренируется, рискует жизнью, собирает птиц. Это не похоже на поведение шпиона.

— Кот прав, — сказал генерал. — Но вопрос остаётся: почему мы должны доверять голубю?

— Потому что у вас нет выбора, — сказал Александр, обводя взглядом каждого офицера. — Вы не можете победить без меня. Ваша артиллерия не пробивает защитное поле. Ваша авиация не может прорваться сквозь воронов. Ваша пехота гибнет каждый день. Я — единственный, кто может командовать птицами. Я — единственный, кто знает слабые места Предвестника. И я — единственный, кто готов рискнуть всем, чтобы закончить это.

— Ты предлагаешь нам поверить голубю? — спросил полковник-артиллерист.

— Я предлагаю вам поверить союзнику, — ответил Александр. — Не важно, голубь я, кот или человек. Важно то, что я на вашей стороне.

— Откуда нам знать, что ты на нашей стороне?

— Я закрыл разлом в прошлый раз, — сказал Александр. — Я потерял друзей. Я рисковал жизнью. Если этого недостаточно — я не знаю, что ещё нужно.

— Самоуверенность, — сказал полковник, но в его голосе уже не было прежней уверенности.

— Уверенность, — поправил Александр. — Я знаю, на что способен.

Он взлетел и выпустил небольшую молнию в пепельницу на столе. Та расплавилась.

— Я — Грозовой голубь. 21 уровень. Я — эволюция обычного голубя. Я умею то, чего не умеет ни один человек. И я здесь, чтобы помочь. Не потому, что мне нужно — потому что я хочу.

— Хочешь?

— Хочу, чтобы этот мир выжил. Хочу, чтобы люди могли жить, работать, растить детей. Хочу, чтобы голуби могли ворковать на площадях, а не умирать от когтей монстров.

— Ты говоришь как человек, — сказал генерал.

— Я был человеком, — ответил Александр. — Я помню, каково это — быть человеком. Я помню запах утреннего кофе, звук клавиатуры, чувство, когда закрываешь сделку. И я хочу, чтобы у людей была возможность снова это почувствовать.

Генерал смотрел на него долго. Потом кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Мы готовим атаку. Через два дня.

— Два дня — мало, — сказал полковник.

— Два дня — всё, что у нас есть, — ответил генерал. — Голубь прав. Каждый день разлом растёт. Если мы будем ждать — мы проиграем.

— Но план?

— План составим сегодня. У нас есть голубь с армией птиц, у нас есть кот-стратег, у нас есть отряд перерождённых. И у нас есть три тысячи солдат, которые хотят вернуться домой.

— Которые хотят выжить, — поправил полковник.

— Выжить — это вернуться домой, — сказал генерал. — Объявляю совещание закрытым. Вот план: Александр и его стая работают с воздуха — разведка, отвлечение, поддержка. Пехота зачищает периметр после артподготовки. Отряд перерождённых прорывается к разлому. Александр берёт на себя Предвестника.

— А если мы не прорвёмся? — спросил капитан.

— Тогда мы умрём, — сказал генерал. — Но мы умрём, сражаясь. У нас нет другого выбора.

— Завтра в шесть утра — построение, — добавил он. — Послезавтра — атака. Вопросы есть?

Вопросов не было.

Офицеры начали расходиться. Некоторые косились на Александра — с недоверием, с любопытством, с надеждой.

— Неплохо, — сказал Борис, когда они остались одни. — Ты убедил их.

— Я старался.

— Ты говорил как настоящий лидер.

— Я был риелтором. Риелторы умеют убеждать.

— Риелторы продают квартиры. Ты продал им надежду. Это сложнее.

— Спасибо, Боря.

— Не за что.

После совета Александр вышел на улицу. Солдаты готовились к атаке — чистили оружие, грузили боеприпасы, проверяли технику. В воздухе пахло порохом и страхом. Он увидел Анну, сидящую на ящике с патронами. Она чистила карабин.

— Присаживайся, — сказала она, похлопав по ящику рядом.

Александр приземлился рядом.

— Как ты? — спросила она.

— Нормально. Устал.

— Ты много на себя взял.

— Кто-то должен.

— Не обязательно ты.

— Я — единственный, кто может командовать птицами, — сказал Александр. — Единственный, кто знает, где слабые места Предвестника. Если не я — то кто?

— Ты говоришь как Шурик, — улыбнулась Анна. — Он тоже всегда считал, что только он может разрубить монстра.

— А я и есть Шурик, только в перьях.

— Ты — больше, чем Шурик. Ты — наш лидер.

— Я — голубь.

— Наш голубь, — поправила она. — Ты не просто птица. Ты — символ. Люди смотрят на тебя и видят надежду.

— Это страшно.

— Это ответственно, — сказала Анна. — Но я верю, что ты справишься.

— Спасибо.

Они посидели молча. Анна закончила чистить карабин и встала.

— Мне нужно проверить боеприпасы, — сказала она. — Увидимся на поле боя.

— Увидимся.

Александр пошёл дальше. Вокруг солдаты готовились к атаке — чистили оружие, грузили боеприпасы, проверяли технику. В воздухе пахло порохом и страхом.

— Эй, голубь! — крикнул кто-то.

Александр обернулся. К нему подошёл молодой солдат, лет двадцати, с автоматом на плече.

— Ты правда умеешь стрелять молниями? — спросил он.

— Правда.

— Покажешь?

Александр взлетел и выпустил молнию в пустую бочку. Та взорвалась.

— Ничего себе, — сказал солдат. — Круто.

— Работает, — сказал Александр.

— Слушай, — солдат понизил голос. — Я хотел сказать спасибо. За то, что ты делаешь. Моя семья была в Новосибирске, когда открылся разлом. Я думал, они погибли. А потом пришла весть, что ты закрыл разлом в прошлый раз. Они выжили благодаря тебе.

— Я не один, — сказал Александр. — Со мной команда.

— Всё равно. Ты — герой.

— Я — голубь.

— Героический голубь.

— Спасибо, — сказал Александр. — Это много значит.

— Нет, это ты спасибо, — сказал солдат и ушёл.

Александр пошёл дальше. К нему подходили солдаты — жали крыло, гладили по голове, благодарили. Кто-то просил автограф (на что? на гильзе?). Кто-то хотел сфотографироваться (как? на кнопочный телефон?). Александр чувствовал себя неловко — он не привык к вниманию.

Возле штаба он увидел знакомое лицо — полковник Сергей Иванович, тот самый, который командовал гарнизоном в прошлый раз. Он сидел на скамейке, усталый, с сигаретой в руке.

— Сергей Иванович! — окликнул его Александр.

Полковник поднял голову и улыбнулся.

— А, легенда, — сказал он. — Я слышал, ты вернулся.

— Я слышал, вас отстранили.

— Отстранили, — полковник вздохнул. — Москва решила, что я не справился. Назначили Комарова.

— Комаров — нормальный, — сказал Александр. — Я с ним говорил.

— Комаров — солдат. Он умеет воевать. Но он не знает города. Не знает людей. Не знает, как мы выживали всё это время.

— А вы знаете.

— Знаю. Я здесь родился. Я знаю каждую улицу, каждый подвал, каждую крышу. Если кто-то и может провести войска через город — это я.

— Тогда почему вы сидите здесь?

— Потому что я — старик, который не угодил начальству.

Александр посмотрел на полковника. В его глазах была горечь — и решимость.

— Завтра я иду в разведку, — сказал Александр. — Мне нужен кто-то, кто знает город. Пойдёте со мной?

— Я под арестом.

— Я договорюсь с генералом.

— Ты — голубь. Генерал тебя не послушает.

— Послушает. Я умею убеждать.

Полковник посмотрел на Александра. Долго. Потом кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Если генерал разрешит — я с тобой.

— Разрешит, — сказал Александр. — Я договорюсь.

— Ты — удивительный голубь, — сказал полковник. — Я думал, что видел всё за двадцать лет службы. Но говорящий голубь, который договаривается с генералами — это новое слово в военном деле.

— Я — риелтор, — улыбнулся Александр. — Договариваться — моя профессия.

— Тогда договорись о победе.

— Постараюсь.

— Ты теперь звезда, — сказал Борис, когда они отошли.

— Я не хочу быть звездой, — ответил Александр. — Я хочу закрыть разлом.

— Иногда одно не исключает другого.

Александр нашёл свою команду в казарме. Шурик чистил топор, Максим точил ножи, Анна раскладывала патроны по магазинам, Петрович изучал карту.

— Как совет? — спросил Шурик.

— Уговорил, — сказал Александр. — Послезавтра атакуем.

— Все согласны?

— Не все. Но генерал — да.

— Этого достаточно, — сказал Петрович. — Солдаты выполнят приказ.

— А если они не верят в нас?

— Они поверят, когда увидят тебя в бою, — сказала Анна. — Ты — не просто голубь. Ты — символ.

— Я устал быть символом.

— Привыкай.

Александр вздохнул и посмотрел на карту. Петрович показал точки прорыва.

— Здесь — самое слабое место обороны монстров, — сказал он. — Если ударить отсюда — можно прорваться к разлому за час.

— А что насчёт воронов?

— Вороны прикроют небо. Твоя стая должна будет их отвлечь.

— Стая справится, — сказал Александр. — Я тренировал их.

— Надеюсь.

— Я тоже.

Он пошёл к выходу, но остановился у двери.

— Знаете, — сказал он, оборачиваясь, — если бы мне кто-то сказал месяц назад, что я буду планировать военную операцию с котом, топором и карабином — я бы рассмеялся.

— А сейчас? — спросил Максим.

— А сейчас я понимаю, что это — лучшее, что случилось в моей жизни.

— Даже лучше, чем продать квартиру?

— Намного лучше.

Все засмеялись. Впервые за долгое время — искренне.

— Отдыхайте, — сказал Александр. — Завтра тяжёлый день.

Он вышел. Нашёл генерала в кабинете.

— Он под следствием.

— Мне плевать. Если мы проиграем — следствие никому не понадобится.

Генерал посмотрел на Александра. Потом кивнул.

— Хорошо. Я сниму арест. Но если он подведёт — ответишь ты.

— Я отвечу.

— Ты уверен в нём?

— Да.

— Тогда договорились.

— Спасибо.

— Не за что. Мне тоже нужны люди, которые знают город.

Александр вышел от генерала и нашёл полковника.

— Есть разговор, — сказал он.

— Слушаю.

— Завтра я проведу разведку с воздуха, — сказал Александр. — Посмотрю, что делает Карл и где стоит Предвестник.

— Опасно.

— Знаю. Но нужно знать, куда наносить удар.

— Хорошо. Но будь осторожен.

— Я всегда осторожен.

— Врёшь, — усмехнулся генерал. — Но я ценю попытку.

Александр вышел на крышу и посмотрел на разлом. Он пульсировал в небе, как живой организм. Вокруг него кружили вороны — чёрные точки на фиолетовом фоне.

— Завтра, — сказал он. — Завтра я узнаю всё. Где стоит Карл, где прячется Предвестник, где слабые места в обороне.

— А если попадёшь в плен?

— Не попадусь. Я — голубь. Меня трудно поймать.

— А если собьют?

— Тогда ты будешь командовать стаей.

— Я — кот. Я не умею командовать птицами.

— Научишься.

— Не хочу учиться. Хочу, чтобы ты вернулся.

— Вернусь.

— Обещаешь?

— Обещаю.

— А послезавтра — мы ударим, — сказал Борис, подходя сзади.

— Ты уверен, что мы победим?

— Нет, — честно ответил Борис. — Но я уверен, что мы должны попробовать.

— Этого достаточно?

— Иногда — да.

Александр кивнул и продолжил смотреть на разлом. Завтра — разведка. Послезавтра — битва. А после битвы — либо победа, либо всё.

— Я не подведу, — сказал он. — Ни тебя. Ни команду. Ни город.

— Знаю, — ответил Борис. — Если бы я не знал — я бы не сидел здесь с тобой. Я бы сидел в подвале и жрал консервы.

— А так ты сидишь на крыше и разговариваешь с голубем.

— Это повышение.

— Ага.

— Знаешь, — сказал Александр, — я думал, что после перерождения моя жизнь станет проще.

— Проще? — удивился Борис. — Ты голубь с молниями, который воюет с древним злом. Это не проще. Это сложнее.

— Я знаю. Но в этом есть смысл.

— Есть, — согласился Борис. — Когда я был бухгалтером, я считал чужие деньги. Теперь я считаю чужие жизни. Это тяжелее. Но важнее.

— Ты жалеешь?

— О чём?

— О том, что переродился котом.

— Нет, — сказал Борис. — Если бы я остался человеком, я бы сидел в офисе, считал чужие деньги и ненавидел свою жизнь. А теперь я сижу на крыше, смотрю на фиолетовый разлом и разговариваю с голубем о смысле бытия. Это странно. Но это — моя жизнь. И я не променяю её ни на что.

— Даже на сметану?

— Кроме сметаны. Сметану я бы променял.

— Понял.

— А если серьёзно, — продолжил Борис, — то я бы никогда не встретил тебя. А ты — единственный голубь, которого я уважаю. И единственный друг, который у меня есть.

— Я тронут, Боря.

— Не надо. Я не люблю сантименты.

— Знаю.

— Спокойной ночи, Боря.

— Спокойной ночи, Саша. Увидимся утром.

— Увидимся.

Они стояли на крыше — голубь и кот — и смотрели в будущее. Будущее было тёмным. Но в нём был свет. И этого было достаточно, чтобы продолжать.

Глава 15. Прибытие

Утром Александр проснулся от звука сирены. Военная база оживала — солдаты строились, двигатели ревели, в воздухе пахло соляркой и порохом.

— День разведки, — сказал он, вставая с подоконника, на котором провёл ночь.

— Удачи, — сказал Борис, не открывая глаз. Он лежал на соседнем стуле, свернувшись калачиком. — Принеси мне ворона на завтрак. Жареного, с кетчупом.

— Вороны с кетчупом — это извращение.

— Я кот. Я люблю извращения.

— Я принесу тебе информацию.

— Информацию я не ем.

— Придётся.

— Ты не умеешь шутить по утрам, — пробормотал Борис. — Это твой главный недостаток.

— В шесть утра шутить невозможно по определению.

— Отмазка.

— Умойся.

— Я кот. Я умываюсь языком. У тебя нет языка?

— Есть. Но я не буду умываться при тебе.

— Стеснительный голубь.

— Я — гигиеничный голубь. Есть разница.

Борис фыркнул, но ничего не ответил.

Александр вышел на улицу. Солнце только вставало, окрашивая небо в розовые и оранжевые тона. Над городом всё ещё висел разлом — фиолетовый, пульсирующий, живой. Вокруг него кружили вороны — чёрные точки на светлеющем небе.

Его уже ждала стая — три тысячи голубей сидели на крышах, проводах, карнизах. Они ворковали, чистили перья, переминались с лапки на лапку. Обычные городские голуби, которые стали армией.

— Красивое зрелище, — сказал полковник Сергей Иванович, подходя сзади. Он был в камуфляже, с автоматом на плече. — Никогда не думал, что буду воевать бок о бок с птицами.

— Война меняет всё, — сказал Александр.

— Меняет, — согласился полковник. — Сто лет назад люди воевали с саблями и пушками. Пятьдесят — с автоматами и танками. Теперь — с голубями и молниями. Прогресс.

— Прогресс, — усмехнулся Александр. — Или деградация.

— Зависит от того, кто победит.

— Тогда будем побеждать.

— План разведки? — спросил полковник.

— Я лечу смотреть небо. Ты смотришь землю. Сверяемся через час.

— Договорились.

— Готовы? — спросил он старого голубя.

— Готовы, — ответил тот. — Куда лететь?

— К разлому. Нужно разведать расположение врага.

— Опасно.

— Знаю. Но кто-то должен.

— Почему ты?

— Потому что я — вожак. Вожаки идут первыми.

Старый голубь кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Мы прикроем тебя. Ты — вожак. Если вожак падает — стая разбивается. Не падай.

— Не упаду.

— Обещай.

— Обещаю.

Александр глубоко вздохнул, расправил крылья и взлетел. Воздух ударил в лицо — привычный, родной. Он набирал высоту, и с каждым метром земля становилась всё меньше, а небо — всё больше. Стая поднялась за ним — три тысячи птиц взмыли в небо единым облаком, закрыв солнце. Тени птиц бежали по земле, как волны.

Снизу это выглядело как чудо — армия птиц, летящих под командованием одного голубя. Солдаты на позициях задрали головы.

— Ничего себе, — сказал один. — Это же целая армия.

— Голубиная армия, — сказал другой. — Кто бы мог подумать, что мы доживём до такого.

— Война меняет всё, — ответил первый.

Александр летел впереди стаи. Ветер свистел в перьях, раздувая их, заставляя вибрировать. Он чувствовал каждого голубя позади себя — их сердца бились в унисон с его собственным. Три тысячи сердец — три тысячи жизней, доверенных ему.

— Держите строй, — передал он мысленно.

— Держите строй, — передал он мысленно. — Не отставайте. Держитесь вместе, не рассредотачивайтесь. Если кто-то попадёт в беду — соседний прикроет.

— Держим, — ответил старый голубь. — Мы поняли.

Александр летел впереди, чувствуя каждого голубя позади. Он мог видеть их глазами — картинка накладывалась на его собственное зрение, создавая объёмную картину мира. Это было странно, но полезно.

Они приблизились к разлому. Он был огромен — фиолетовая пасть шириной полкилометра, пульсирующая, живая, полная энергии. Из неё вылетали искры, похожие на молнии. Воздух вокруг дрожал от напряжения.

— Боже, — прошептал Александр. — Как мы это победим? Это не разлом — это ворота в ад.

— По одному, — ответил старый голубь. — Как и всё в жизни. Ешь слона по кусочку.

— Слона?

— Голубиная мудрость.

— Понял.

Александр начал разведку. Он поднялся выше, чтобы видеть всё поле боя. Внизу раскинулся лагерь монстров — укрепления из камня и металла, патрули, костры. Сотни, нет — тысячи тварей. Они были организованы: одни стояли в карауле, другие тренировались, третьи строили новые укрепления.

— Это не просто орда, — сказал Александр. — Это армия. С дисциплиной и командованием.

— Карл, — сказал старый голубь. — Он организовал их.

— Он умный ворон. Умнее, чем я думал.

В центре лагеря стоял кристалл — огромный, размером с пятиэтажный дом. Он пульсировал фиолетовым светом, разбрасывая искры. Вокруг кристалла мерцало защитное поле — полупрозрачный купол, который покрывал всю центральную часть.

— Кристалл защищён, — передал Александр. — Поле. Нужно отключить, чтобы подобраться.

— Как? — спросил старый голубь.

— Не знаю. Ищу слабые места. Источник питания.

Он присмотрелся. Поле питалось от двух малых кристаллов по бокам от основного. Они были меньше, но излучали ту же энергию.

— Два малых кристалла, — сказал Александр. — Если их уничтожить — поле может отключиться.

— Или взорваться.

— Или взорваться, — согласился Александр. — Но выбора нет.

Он летел дальше, запоминая расположение сил. Слева — отряд крылатых тварей, похожих на гигантских стрекоз с острыми жалами. Справа — батальон бронированных ящеров, похожих на помесь крокодила и танка. В центре — элитные монстры — гуманоиды в чёрных доспехах, с мечами и копьями.

— Есть иерархия, — сказал Александр. — Стрекозы — воздух, ящеры — земля, элита — центр.

— Обычная тактика, — сказал старый голубь. — Разделение на роды войск.

— Карл знает, что делает.

— Давно готовился.

— Карла не видно, — сказал Александр, оглядывая небо. — Но он здесь. Я чувствую его запах.

— Он ждёт, — сказал старый голубь. — Он знает, что мы придём. Он знает, что ты не сможешь не прийти.

— Пусть ждёт. Я приду.

Александр продолжал наблюдение, записывая каждую деталь в память. Три поста охраны. Два малых кристалла, питающих поле. Маршруты патрулей. Смены караула — он заметил, что каждые четыре часа происходит пересменка. Окно в пятнадцать минут, когда оборона ослабевает.

— Четыре часа, — пробормотал он. — Если атаковать в момент смены караула — можно прорваться с меньшими потерями.

— Умно, — сказал старый голубь. — Ты думаешь как стратег.

— Я играл в стратегии.

— Жизнь — не игра.

— Я знаю. Но принципы те же.

Он сделал ещё один круг, заходя с другой стороны. Внизу он заметил склад — груды металла, камня, странных артефактов. Монстры свозили туда ресурсы.

— Склад ресурсов, — передал Александр. — Если уничтожить его — они останутся без припасов.

— Диверсия? — спросил старый голубь.

— Диверсия. Но не сегодня. Сегодня — только разведка.

Внезапно Александр заметил движение внизу. Из тени за кристаллом вылетела фигура — огромная, чёрная, с четырьмя руками.

— Предвестник, — прошептал он.

Настоящий Предвестник был впечатляющим — пятиметровый гуманоид в чёрных доспехах, с четырьмя руками, вооружённых мечами. Его лицо скрывал шлем с двумя красными огоньками — глазами.

— Я вижу его, — передал Александр. — Он прямо под кристаллом.

— Он тебя видит? — спросил старый голубь.

— Не знаю.

Но Предвестник поднял голову и посмотрел прямо на Александра. Два красных огонька зажглись в темноте шлема.

— Он видит меня, — сказал Александр.

— Уходи.

— Поздно.

Из разлома вылетели вороны — сотни, тысячи. Они неслись прямо на стаю, с дикими криками.

— Воздушный бой! — крикнул Александр. — Держать строй!

Стая голубей развернулась, готовясь к атаке. Вороны врезались в них — началась мясорубка.

Александр выпустил молнию — разряд ударил в трёх воронов сразу, превращая их в обугленные тушки. Они посыпались вниз, как камни.

— Есть! — крикнул он.

Рядом голубь врезался в ворона, сбивая его клювом в воздухе. Другой голубь увернулся от атаки и ударил врага крылом по голове. Третий — просто схватил ворона лапками и сбросил его вниз, как мешок с картошкой.

— Держитесь! — крикнул Александр. — Не рассредотачивайтесь! Держите строй!

— Они повсюду! — крикнул голубь слева.

— Бей их! — крикнул другой.

— Я стараюсь!

— Старайся лучше!

Ворон спикировал на Александра сверху, целясь клювом в голову. Александр увернулся в последний момент и ударил его молнией в ответ. Ворон закричал и рухнул вниз.

— Работаем! — крикнул Александр.

— Их слишком много! — крикнул старый голубь.

— Держитесь, я сказал!

Александр выпустил Электрический заряд — волна энергии прошла по стае воронов, сбивая десятки. Но на их место прилетали новые.

— Нужно отступать! — крикнул старый голубь.

— Мы не можем!

— Если мы останемся — мы все умрём!

Александр посмотрел вниз. Предвестник стоял и смотрел на него. В его взгляде было превосходство.

— Чёрт, — сказал Александр. — Отступаем!

Стая развернулась и полетела назад. Вороны преследовали их до линии обороны — чёрная туча, готовая поглотить отставших. Но у линии обороны включились ПВО — зенитные установки открыли огонь, разрывая воронов в клочья.

— Не пересекут, — выдохнул Александр.

— Они боятся, — подтвердил старый голубь.

— Сейчас они боятся. Завтра они преодолеют страх.

— Завтра мы умрём или победим. Третьего не дано.

— Третьего не дано, — повторил Александр.

Он летел назад, чувствуя, как силы покидают его. Адреналин схлынул, и на его место пришла усталость. Крылья гудели, голова раскалывалась от перенапряжения — он управлял стаей три часа без перерыва.

Александр приземлился на крыше штаба, еле устояв на лапках. Сердце колотилось как бешеное, готовое выпрыгнуть из груди. Перья были растрёпаны, всклокочены, на правом крыле — глубокая царапина от вороньего клюва, из которой сочилась кровь, капая на крышу.

— Ты ранен, — сказал старый голубь, приземляясь рядом.

— Царапина, — ответил Александр. — Бывало и хуже.

— Потеря крови.

— Переживу. Сколько потерь?

Старый голубь помолчал. Потом опустил голову.

— Триста, — сказал он. — Триста голубей не вернулось. Раненых — ещё двести.

— Триста? — Александр почувствовал, как земля уходит из-под лапок. — Триста за один вылет?

— Вороны знали, что мы придём. — Старый голубь покачал головой. — Это была засада. Карл ждал нас. Он специально подставил Предвестника как приманку.

— Я повелся.

— Ты сделал единственное, что мог — пошёл на разведку. Это твоя работа.

— Моя работа — привести всех назад.

— Ты привёл большинство.

— Большинство — это не все.

— В войне не бывает «всех», — сказал старый голубь. — Война — это потери. Чем быстрее ты это примешь, тем легче тебе будет командовать.

— Я не хочу принимать потери.

— Тогда не командуй. Но кто-то должен.

Александр закрыл глаза. Он видел лица погибших голубей — обычных птиц, которые просто хотели жить. Они погибли из-за него. Из-за его приказа.

— Мы отомстим за них, — сказал он. — Обещаю. Каждый погибший голубь будет отомщён.

— Я знаю, — сказал старый голубь. — Поэтому мы и пошли за тобой.

Александр спустился в штаб. Генерал ждал его.

— Ну? — спросил он.

— Плохие новости, — сказал Александр. — Предвестник — пятиметровый, четыре руки, уровень 29. Кристалл защищён полем. Воронов — тысячи. И они знают, что мы готовим атаку.

— А хорошие новости? — спросил генерал, подаваясь вперёд.

— Я знаю, где слабые места, — сказал Александр. — Во-первых, у них есть смена караула каждые четыре часа. Окно — пятнадцать минут. В это время оборона ослабевает. Во-вторых, у них есть склад ресурсов — если подорвать его, они останутся без припасов. В-третьих, защитное поле питается от двух малых кристаллов. Если уничтожить их — поле отключится.

— Атаковать на смене караула, — повторил генерал. — Это разумно.

— Если ударить с флангов и отвлечь воронов — можно прорваться к основному кристаллу.

— Как именно?

— Моя стая отвлечёт воронов в воздухе, — сказал Александр, подходя к карте. — Ваши солдаты атакуют с двух сторон — с востока и запада. Отряд перерождённых под командованием полковника Сергея Ивановича прорывается в центр, уничтожает малые кристаллы, а затем — основной.

— А Предвестник?

— Предвестник — мой. Я отвлеку его, пока отряд работает.

— Ты уверен, что продержишься против него?

— Продержусь. Я не должен его победить — я должен его задержать.

— На сколько?

— На десять минут.

— Десять минут — это вечность в бою, — сказал генерал.

— Я знаю. Но больше я не вытяну.

— Хорошо. Десять минут. Потом мы уходим, с кристаллом или без.

— Если я умру — уходите без меня.

— Не умрёшь.

— Посмотрим.

— А Предвестник?

— Предвестник — мой.

— Ты уверен, что справишься?

— Нет, — честно ответил Александр. — Но я попробую.

Генерал посмотрел на него.

— Ты — странный солдат, — сказал он. — Но ты — солдат. И я горжусь, что ты на моей стороне.

— Спасибо.

— Готовься. Завтра — атака. Мы выступаем на рассвете.

— Я буду готов.

— Хорошо. Иди. Отдохни.

Александр вышел из штаба. В коридоре его ждала команда — Шурик, Анна, Максим, Петрович, Борис.

— Ну? — спросил Шурик.

— Завтра, — сказал Александр. — На рассвете. Атакуем.

— Мы готовы, — сказала Анна. — Патроны, снаряжение, план — всё готово.

— А ты? — спросил Максим. — Ты готов?

— Не знаю, — честно ответил Александр. — Предвестник — монстр. Он сильнее меня. Намного.

— Но ты всё равно пойдёшь, — сказал Петрович.

— Пойду.

— Почему? — спросил Шурик. — Ты мог бы улететь. Спрятаться. Переждать.

— Мог бы, — сказал Александр. — Но тогда я не смог бы смотреть вам в глаза.

— Мы бы поняли, — сказала Анна.

— Я бы не понял, — ответил Александр. — Я — ваш лидер. Лидеры не убегают.

— Лидеры иногда умирают, — тихо сказала Анна.

— Знаю. Но умирают с честью, а не в подвале.

— Ты — дурак, — сказал Борис. — Героический дурак.

— Спасибо, Боря.

— Не за что.

Александр вышел на улицу. Ночь была тёплой, летней. Где-то в траве стрекотали кузнечики — мирные звуки мирной жизни. Звёзды сияли ярко, и разлом — фиолетовая трещина в небе — казался неестественным, чужим, будто кто-то разрезал небо ножом.

Он обошёл штаб, проверяя посты. Солдаты не спали — кто-то чистил оружие, кто-то писал письма, кто-то просто сидел и смотрел в пустоту. Завтра многие из них умрут. Они знали это. И всё равно оставались на своих постах.

— Мужественные люди, — сказал Александр.

— Они просто делают свою работу, — ответил старый голубь, бесшумно приземляясь рядом.

— Завтра, — сказал Александр. — Завтра решающий бой.

— Мы готовы, — сказал старый голубь. — Потери большие, но оставшиеся — самые лучшие. Они не подведут.

— Я знаю. Спасибо тебе. За то, что поверил в меня.

— Ты — вожак, — сказал старый голубь. — Вожаки не просят прощения. Они ведут.

— Я веду.

— Тогда веди нас к победе.

— Приведу.

Александр посмотрел на разлом. Он пульсировал в темноте, как сердце гигантского зверя. Где-то там, внутри, ждал Предвестник. А за ним, глубже, в темноте другого мира — Владыка Хуйс. Александр чувствовал его присутствие — давящее, тяжёлое, как груда камней на груди.

— Завтра, — сказал он. — Завтра всё закончится. Или мы победим, или умрём. Но закончится.

— Мы победим, — сказал старый голубь. — Я верю.

— Почему?

— Потому что ты — вожак. А вожаки не проигрывают.

— Иногда проигрывают.

— Но не ты.

— Откуда ты знаешь?

— Я вижу это в твоих глазах, — сказал старый голубь. — Ты не сдашься. Даже если все умрут, даже если не останется надежды — ты будешь сражаться до конца.

— Потому что я — риелтор?

— Потому что ты — герой.

Александр улыбнулся — насколько это возможно клювом.

— Спасибо, — сказал он. — Я постараюсь оправдать твоё доверие.

— Ты уже оправдал. Ты привёл нас сюда. Ты дал нам надежду. Теперь осталось только победить.

— Я не подведу.

— Я знаю.

Александр постоял ещё минуту, глядя на звёзды и на разлом. Где-то там, за фиолетовой завесой, его ждала судьба. Он не знал, победит или умрёт. Но знал одно: он сделает всё, чтобы защитить тех, кто в него поверил.

— Завтра, — сказал он. — Завтра я закрою этот разлом. Или умру.

— Ты не умрёшь, — сказал старый голубь. — Я не дам.

— Спасибо.

— Не за что.

Александр развернулся и пошёл готовиться к последней битве. Завтра — всё решится. Завтра — победа или смерть, третьего не дано. Но он был готов к любому исходу. Абсолютно к любому.

Глава 16. Разведка с воздуха

После обеда Александр собрал команду в штабе. Солнце уже клонилось к закату, и длинные тени ложились на разрушенный город.

— Лечу во второй раз, — сказал он, расправляя крылья. — Нужно понять, как подобраться к кристаллу. В прошлый раз мы видели общую картину. Сегодня — детали. Слабые места, маршруты патрулей, расположение малых кристаллов.

— Малых кристаллов? — переспросил полковник. — Их два?

— Два, — подтвердил Александр. — Питают защитное поле главного. Если уничтожить их — поле отключится.

— Сколько нужно времени, чтобы уничтожить один?

— Один хороший удар молнией. Может, два.

— А если не получится с первого раза?

— Значит, будем бить, пока не получится.

— Я с тобой, — сказал полковник Сергей Иванович. — С земли я вижу больше.

— Хорошо. Борис, ты со мной?

— Я — кот, а не разведчик.

— Ты — стратег. Мне нужен твой взгляд со стороны.

— Ладно. Но если я умру — я вернусь призраком и буду кусать тебя за лапки вечность.

— Договорились. Если умрёшь — будешь кусать.

— И не только за лапки.

— Понял. Будем избегать твоей смерти.

— Старайтесь.

Они вышли из штаба. Солнце клонилось к закату — через несколько часов стемнеет. Разведка на закате — плохая идея. Но другой возможности не было.

— Взлетаем, — сказал Александр стае. — Идём низко, прячемся за зданиями. Не высовываться.

— Поняли, — ответил старый голубь.

— Возвращаемся через час, — сказал Александр. — Если меня не будет через полтора — улетайте без меня.

— Не улетим.

— Улетите, — сказал Александр. — Это приказ.

Они вышли на крышу. Александр взлетел. Борис побежал по крышам — кот легко перепрыгивал с здания на здание. Полковник остался на земле, двигаясь от укрытия к укрытию.

— Докладывайте, — передал Александр по мысленной связи.

— Вижу патруль из трёх ящеров, — сказал полковник снизу. — Двигаются на юг, к площади.

— Принял. Обходим слева.

— Справа — группа стрекоз, — добавил Борис, прыгая по крышам. — Метров триста. Не заметили.

— Хорошо. Держимся левее.

Александр вёл стаю низко, используя навык Контроля стаи на полную мощность. Он видел глазами каждого голубя — картинка накладывалась на его зрение, создавая объёмную карту местности. Это было тяжело — держать в голове двести точек зрения одновременно.

— Устал? — спросил старый голубь.

— Есть немного.

— Отдохни. Я поведу.

— Не могу. Я — вожак.

— Вожаки тоже отдыхают.

— Вожаки отдыхают после победы.

— Ты упрямый, — сказал старый голубь.

— Я — голубь. Упрямство — наша вторая натура.

Они летели низко, прячась за разрушенными зданиями. Каждый метр давался с трудом — монстры были повсюду. Патрули, посты, засады — Карл организовал настоящую систему обороны.

— Нас слишком много для скрытой разведки, — сказал старый голубь. — Вороны заметят.

— Знаю. Но без стаи я не пробьюсь к кристаллу.

— Ты — вожак. Тебе решать.

— Рискнуть — это не решение, — сказал Александр. — Рискнуть — это осознанный выбор. Я выбираю рискнуть ради шанса закрыть разлом.

— Тогда я с тобой.

— А стая?

— Стая пойдёт за тобой. Ты — вожак.

— Спасибо.

— Не за что.

Александр развернулся к стае. Двести голубей ждали его команды, сидя на крышах и проводах.

— Сегодня мы идём в самое сердце врага, — сказал он. — Мы увидим кристалл вблизи. Мы запомним каждую деталь. Мы вернёмся и расскажем остальным. И завтра — мы ударим.

— Держитесь ближе, — передал он. — Сегодня мы идём глубже.

— Опасно, — ответил старый голубь. — Вороны заметят.

— Знаю. Но если мы не узнаем, как подобраться к кристаллу — завтра мы умрём.

Стая летела низко, прячась за разрушенными зданиями. Александр вёл их через лабиринт улиц, обходя патрули монстров.

— Слева — группа ящеров, — передал он. — Обходим справа.

— Поняли.

Они пролетели через руины универмага, через разбитый парк, через сгоревший жилой квартал. Каждый метр давался с трудом — монстры были повсюду.

— Стойте, — сказал Александр, зависая в воздухе и поднимая крыло.

Стая остановилась. Тишина повисла над руинами — только ветер шелестел обломками.

Впереди был лагерь воронов. Сотни, нет — тысячи чёрных птиц сидели на крышах, проводах, заборах, карнизах. Они чистили перья, дремали, переговаривались гортанными криками. В центре, на верхушке разрушенной водонапорной башни, сидел Карл — огромный чёрный ворон размером с орла, командующий воздушным легионом Владыки. Его красные глаза горели в темноте, клюв был испачкан кровью.

— Он здесь, — прошептал Александр. — Карл. Ждёт нас.

— Откуда он знал? — спросил старый голубь.

— Он всегда знает. Он — шпион. Он видит всё, что происходит в этом городе.

— Тогда зачем мы пришли?

— Чтобы показать ему, что мы не боимся.

— Он здесь, — сказал Александр. — Карл.

— Вижу, — сказал старый голубь. — Что будем делать?

— Обойдём его.

— Не выйдет. Он перекрыл все подступы к кристаллу.

— Значит, придётся прорываться.

— Это самоубийство.

— Я знаю. Но выбора нет.

Александр глубоко вздохнул и полетел вперёд. Стая — за ним. Вороны заметили их сразу — воздух наполнился карканьем.

— Атака! — крикнул Карл, заметив Александра.

Вороны взлетели — сотни, тысячи. Они неслись на стаю, с дикими криками.

— Держать строй! — крикнул Александр. — Не рассредотачиваться!

Стая врезалась в тучу воронов. Александр выпустил молнию — пятеро воронов рухнули вниз. Рядом голубь врезался в ворона, сбивая его клювом.

— Прорываемся! — крикнул Александр.

— Они повсюду! — крикнул голубь слева.

— Бей их!

— Я стараюсь!

Александр продолжал лететь вперёд, пробиваясь сквозь строй воронов. Молнии били направо и налево, но воронов не становилось меньше.

Внезапно воздух вокруг Александра сгустился. Из тени вылетела фигура — огромный чёрный ворон с красными глазами, горящими в темноте. Карл.

— Александр, — сказал Карл. — Я ждал тебя.

— Карл, — ответил Александр, зависая в воздухе. — Ты всё ещё служишь Владыке?

— Я служу себе, — ответил Карл. — А Владыка — мой инструмент.

— Инструмент?

— Да. Когда он войдёт в этот мир — я стану его правой рукой. Я буду править этим миром от его имени.

— Ты — предатель, — сказал Александр. — Ты предал свой вид.

— Я — реалист, — ответил Карл. — Я выбрал сторону силы.

— Сила не в подчинении, — сказал Александр. — Сила — в свободе.

— Красивые слова, — усмехнулся Карл. — Но слова не остановят моих воронов.

— А молнии?

Александр выпустил молнию прямо в Карла. Тот увернулся, но не успел — второй разряд попал ему в крыло.

— А-а-а! — закричал Карл. — Ты заплатишь за это, голубь!

— Уже заплатил, — ответил Александр. — И буду платить дальше.

Карл взмахнул здоровым крылом и атаковал. Александр еле увернулся — клюв Карла прошёл в миллиметре от головы.

— Медленный, — сказал Карл.

— А ты — старый, — ответил Александр.

Они сошлись в ближнем бою. Клюв против клюва, когти против когтей. Александр был меньше, но быстрее. Карл — крупнее, но медлительнее.

— Ты не победишь, — сказал Карл, нанося удар клювом.

— Увидим, — ответил Александр, уворачиваясь и отвечая молнией.

Карл отлетел на несколько метров, тяжело дыша.

— Хорошо, — сказал Карл, вытирая кровь с клюва. — Ты силён. Я не ожидал, что обычный голубь сможет противостоять мне.

— Я — не обычный голубь, — ответил Александр. — Я — Грозовой голубь. Эволюция. Будущее птиц.

— Ты — мутант, — усмехнулся Карл. — Не более.

— Достаточно, чтобы выбить тебе зуб.

— Это был старый зуб. Мне не жалко.

— А если я выбью тебе второй?

— Попробуй.

— Обязательно.

— Но не сегодня, — сказал Карл, оскалив клюв. — Сегодня ты просто разведчик. Смотри, запоминай, докладывай своему генералу. А завтра — я выклюю тебе глаза.

— Посмотрим, — ответил Александр, не сводя взгляда с Карла.

— Ты храбрый, — сказал Карл. — Я уважаю храбрость. Но храбрость не спасёт тебя от моего клюва.

— А молнии?

— Молнии — это сила, — признал Карл. — Но сила без мудрости — пуста. Ты силён, голубь. Но ты не мудр.

— Мудрость придёт с опытом.

— Опыт придёт со смертью.

— Посмотрим, — согласился Карл. — Но запомни мои слова: я тебя предупредил. Завтра ты умрёшь. И твои голуби умрут. И твои люди умрут. Все, кого ты любишь, умрут. Потому что Владыка не проигрывает.

— Запомню.

— Ты думаешь, что сможешь победить Владыку? — спросил Карл, и в его голосе появились нотки любопытства.

— Я думаю, что могу попробовать. Этого достаточно.

— Этого недостаточно, — сказал Карл. — Чтобы победить Владыку, нужно быть богом. Ты — просто птица.

— Я не собираюсь побеждать Владыку сегодня. Сегодня я просто хочу посмотреть на кристалл.

— Не подпущу.

— Посмотрим.

Александр выпустил Электрический заряд — волна энергии отбросила Карла и воронов вокруг. На секунду образовался коридор — пустой, чистый.

— Вперёд! — крикнул Александр.

Стая рванула в коридор. Александр — за ней. Они пролетели над разрушенным кварталом и вылетели прямо к разлому.

— Я вижу кристалл! — крикнул Александр.

Кристалл был огромным — метров двадцать в высоту, пульсирующий фиолетовым светом. Вокруг него мерцало защитное поле, а по периметру стояли элитные монстры — гуманоиды в чёрных доспехах.

— Ничего себе, — сказал старый голубь. — Это не кристалл, это целая крепость.

— Есть два малых кристалла, — сказал Александр, указывая крылом. — Слева и справа. Если их уничтожить — поле отключится.

— А кто будет уничтожать?

— Я.

— Ты не пройдёшь через охрану.

— Пройду. Мне нужно всего несколько секунд.

— Вижу цель, — передал Александр стае. — Левый малый кристалл. Атакую.

— Прикройте его! — крикнул старый голубь голубям.

Десять голубей спикировали вместе с Александром, создавая живой щит. Монстры заметили их — элитные гуманоиды подняли головы и открыли огонь из магических пушек.

— Уворачивайтесь! — крикнул Александр.

Два голубя погибли — их пронзили чёрные лучи. Но остальные прорвались.

Александр выпустил молнию прямо в малый кристалл. Разряд ударил в фиолетовую поверхность — поле замерцало, но выдержало.

— Ещё! — крикнул он.

Он ударил снова — кристалл треснул, пошли разводы, но он не разбился.

— Чёрт! — выругался Александр. — Он слишком прочный!

— Бей в одно место! — крикнул старый голубь. — Концентрируй удар!

— Понял!

Александр прицелился в трещину, которую сам же и оставил. Молния ударила точно в цель — кристалл взорвался, разлетевшись на тысячи осколков.

— Есть! — крикнул Александр. — Один готов!

Защитное поле вокруг главного кристалла замерцало и потускнело — но не исчезло.

— Нужен второй! — крикнул Борис снизу. — Поле не отключилось до конца!

— Работаю!

Александр развернулся к правому кристаллу — но путь перекрыли вороны. Карл восстановился и снова атаковал.

— Уходи! — крикнул старый голубь сверху. — Слишком рискованно!

Александр посмотрел назад — Карл и его вороны были в нескольких метрах.

— Отступаем! — крикнул он. — Все назад!

Стая развернулась и полетела назад. Вороны преследовали их до линии обороны, но не рискнули пересечь.

Александр приземлился на крыше штаба, тяжело дыша.

— Ну? — спросил Борис, подбегая.

— Видел, — сказал Александр. — Кристалл огромный. Поле питается от двух малых кристаллов. Если их уничтожить — поле отключится.

— Сколько времени нужно, чтобы уничтожить один?

— Один хороший удар.

— Тогда завтра мы ударим двумя группами, — сказал генерал, подходя. — Одна — левый кристалл, вторая — правый.

— А основная группа — в центр, — добавил Александр. — К главному кристаллу.

— План — дерьмо, — сказал Борис, усаживаясь на карту. — Слишком много переменных. Если вороны перехватят — мы не пробьёмся. Если Предвестник выйдет раньше времени — мы умрём. Если кристалл не разобьётся с первого удара — мы проиграли.

— То есть ты хочешь сказать, что у нас нет шансов? — спросил генерал.

— Я хочу сказать, что шансы — тридцать процентов, — ответил Борис. — Но тридцать процентов — лучше, чем ноль.

— Ты — оптимист, — усмехнулся Александр.

— Я — бухгалтер. Мы умеем считать риски.

— Тогда давай сделаем так, — сказал Александр, подходя к карте. — Первая волна — мы со стаей отвлекаем воронов. Вторая волна — полковник Сергей Иванович ведёт отряд к малым кристаллам. Третья волна — основная группа прорывается к главному кристаллу.

— А Предвестник? — спросил полковник.

— Предвестник — мой, — сказал Александр. — Я задержу его на десять минут.

— Десять минут — это мало.

— Это всё, что я могу дать.

— Если ты умрёшь — мы все умрём, — сказал генерал.

— Если я умру — вы отступаете. Без меня.

— Мы не бросим тебя.

— Бросите, — сказал Александр твёрдо. — Если я умру — не пытайтесь меня спасать, — сказал Александр, глядя каждому в глаза. — Моя смерть должна быть не напрасной. Вы должны закрыть разлом. Любой ценой.

— А если ты не умрёшь? — спросил Максим.

— Тогда мы закроем разлом и пойдём пить пиво.

— Я буду держать тебя за слово.

— Держи.

— Я не оставлю тебя там, — сказал Шурик.

— Оставишь, — сказал Александр. — Это приказ.

Шурик посмотрел на него. В его глазах была боль, но он кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Как скажешь.

— Так и скажу.

Александр посмотрел на разлом. Он пульсировал в вечернем небе, как живой организм. Где-то там, внутри, ждал Карл. Где-то там — Предвестник. А за ними — Владыка.

— Разведка подтвердила: левый малый кристалл уничтожен на треть, — сказал он, поворачиваясь к генералу. — Ещё два-три хороших удара — и он рассыплется.

— Сколько времени займёт полное уничтожение обоих? — спросил генерал.

— Если я пробьюсь к правому — минут пять на кристалл. Но вороны будут мешать.

— Мы можем отвлечь воронов артиллерией, — сказал полковник Сергей Иванович. — Зенитки создадут коридор.

— На сколько?

— На минуту. Может, две.

— Две минуты — это всё, что мне нужно.

— Тогда завтра в шесть утра начинаем, — сказал генерал. — Артподготовка — полчаса. Потом — атака.

— Я буду готов. Ровно в шесть — я подниму стаю.

— Хорошо, — генерал пожал ему крыло. Человек, пожимающий крыло голубю — зрелище, которое Александр никогда не мог представить в своей прошлой жизни. — Удачи, голубь.

— И вам, генерал.

Александр посмотрел на карту, разложенную на столе. Точки атаки, маршруты отхода, резервы. Всё было готово. Завтра — решающий бой. Завтра — всё решится. Он повернулся к Борису.

— Ты заметил, как он смотрел на меня?

— Кто?

— Карл. Он смотрел на меня не как на врага. Как на… равного.

— Может, он уважает тебя.

— Или боится.

— Или боится, — согласился Борис. — В любом случае — это хорошо. Страх — слабость.

— Согласен.

— Карл, — сказал он тихо, глядя на фиолетовое зарево разлома. — Ты ещё пожалеешь, что не убил меня сегодня. Потому что завтра я приду за тобой. И на этот раз — я не уйду без победы.

Борис подошёл и сел рядом, положив голову на лапы.

— Ты говоришь сам с собой, — сказал он.

— Я планирую.

— Планируй вслух. Мне тоже интересно. Я же кот-стратег, забыл?

— Я планирую, как завтра не умереть.

— Простой план: не подставляйся, бей первым, уворачивайся.

— Звучит как хорошая стратегия.

— Лучшая, — сказал Борис. — Я — кот-стратег. Я знаю.

— Завтра, — сказал Александр. — Завтра всё закончится.

— Знаю. Мне страшно.

— Мне тоже.

— Но мы справимся.

— Справимся. Мы — команда. Мы не проигрываем.

— Боря?

— М?

— Спасибо. За то, что ты со мной.

— Не за что, — ответил Борис. — Ты — мой вожак. Я иду за тобой.

— Даже в бой?

— Даже в бой. Даже в ад. Даже к Владыке Хуйсу.

— Ты — лучший кот на свете.

— Я знаю.

— Иди спать, — сказал Александр. — Завтра рано вставать.

— А ты?

— Я ещё посижу.

— Не засиживайся.

— Не буду.

— Спокойной ночи, Боря.

— Спокойной ночи, Саша.

Борис ушёл, мягко ступая по крыше, и скрылся в люке. Александр остался один, глядя на фиолетовое свечение разлома. Он думал о том, что ждёт его завтра. О людях, которые пойдут за ним. О голубях, которые доверились ему. О команде, которая стала его семьёй.

— Я не подведу вас, — сказал он тихо. — Клянусь.

Ветер шелестел перьями. Где-то вдалеке выл монстр. Ночь была тёплой и спокойной — затишье перед бурей. Завтра — решающий день. Завтра — либо победа, либо смерть. Александр Мудрев, бывший риелтор, а ныне Грозовой голубь, двадцать шестого уровня, командующий стаей из двух тысяч птиц, был готов к любому исходу. К любому, какой бы ни ждал его впереди. Даже если этот исход — смерть. Особенно если этот исход — смерть. Потому что умереть за то, во что веришь — это не поражение. Это победа.

Глава 17. Диверсия

— У нас есть два часа до рассвета, — сказал генерал, глядя на карту, разложенную на столе. Штаб гудел — офицеры бегали с бумагами, радисты переговаривались по связи, в углу кто-то заряжал магазины. — Отряд диверсантов выдвигается прямо сейчас. Цель — склад ресурсов в торговом центре «Сибирский». Если мы уничтожим его — монстры останутся без припасов на сутки минимум.

— А что на складе? — спросил Максим, точа нож о точильный камень.

— Оружие, еда, магические компоненты для призыва подкреплений, — сказал полковник Сергей Иванович. — Сердце логистики врага.

— Звучит как хорошая цель, — сказал Шурик, поднимая топор на плечо. — Когда выдвигаемся?

— Сейчас.

— Сейчас? — переспросил Максим. — Мы даже не подготовились.

— Время — не наш союзник, — сказал генерал. — Склад охраняется, но не слишком сильно. Они не ждут нападения — они думают, что мы запёрлись в обороне и боимся носа высунуть.

— Они ошибаются, — усмехнулся Шурик.

— Да, — сказал генерал. — Они ошибаются. И мы покажем им это.

— Кто идёт? — спросил Александр, подходя ближе.

— Я, — сказал Шурик. — И мои ребята.

— Я с вами, — сказал Александр.

Шурик кивнул и начал собирать отряд. Двадцать человек — добровольцы из числа перерождённых и опытных солдат. Лучшие из лучших. Максим пошёл с ним — его ножи нужны были в ближнем бою. Анна осталась — она должна была прикрывать отход с линии обороны.

— Удачи, брат, — сказал Максим, пожимая Шурику руку перед выходом.

— Не брат, — усмехнулся Шурик. — Брат — это по крови. Мы — по духу.

— Тоже братья.

— Тоже.

— Вернутся? — спросил старый голубь, приземляясь рядом на крыше.

— Должны, — ответил Александр. — Если я всё правильно рассчитал.

— А если нет?

— Тогда мы потеряем лучших.

— Война — это потери.

— Я знаю. Но это не делает их легче.

— Нет, — сказал генерал, твёрдо глядя на Александра. — Ты — воздушное прикрытие. Если что-то пойдёт не так — ты вытащишь их. Ты видишь поле боя лучше любого человека. Ты — наш глаз в небе.

— А если они попадут в засаду?

— Тогда ты обеспечишь их отход. Это важнее, чем ещё один клюв в ближнем бою.

— Генерал прав, — сказал Шурик. — Ты нужен в воздухе. Там ты принесёшь больше пользы.

— Ладно, — нехотя согласился Александр. — Я буду сверху. Но если что — я спущусь.

— Если что — ты уводишь стаю и спасаешь отряд, — поправил генерал. — Ввязываться в бой — только если нет другого выхода.

— А если не вытащу?

— Вытащишь.

Отряд диверсантов — двадцать человек во главе с Шуриком — выдвинулся в тыл врага. Их задача была проста: уничтожить склад ресурсов, который Александр заметил во время разведки. Склад находился в километре за линией обороны, в старом торговом центре.

— Почему я не иду с ними? — спросил Борис, глядя на уходящий отряд.

— Потому что ты — стратег, — ответил Александр. — Стратеги не ходят в диверсии.

— Стратеги сидят в штабе и смотрят на карту?

— И дают умные советы.

— Я могу давать умные советы и на месте.

— Нет. Ты — мой заместитель. Если меня убьют — ты должен командовать.

— Командовать кем? Птицами?

— Птицами, людьми, кем придётся. Ты — единственный, кому я доверяю.

— Давление.

— Я знаю. Но ты справишься.

— Ладно, — вздохнул Борис. — Буду твоим запасным. Но я надеюсь, что ты не умрёшь, и мне не придётся командовать.

— Я тоже надеюсь.

Александр похлопал Бориса по голове крылом и вышел на улицу. Ночь была тёмной — луна спряталась за облаками. Идеальные условия для диверсии.

— Стая, — передал он мысленно. — Взлетаем. Идём низко, молча, без лишнего шума.

— Поняли, — ответил старый голубь.

Двести голубей поднялись в воздух, не издав ни звука. Александр повёл их к торговому центру, ориентируясь по карте в голове. Он летел низко, прячась за зданиями. Впереди — отряд Шурика, двигающийся тенями.

— Они на подходе, — передал Александр. — Минута до цели.

— Принял, — ответил Шурик. — Мы готовы.

Отряд подошёл к торговому центру. Внутри — склад ресурсов. Снаружи — охрана из двух десятков монстров.

— Атакуем, — скомандовал Шурик.

Первые выстрелы прозвучали синхронно — часовые упали, не успев издать ни звука. Диверсанты ворвались в здание через разбитые витрины.

— Первый этаж чисто! — передал кто-то по рации.

— Второй этаж — охрана! — передал другой. — Десять монстров!

— Принял, — ответил Шурик. — Зачищаем.

Из торгового центра послышались выстрелы, крики, звон металла. Александр кружил над зданием, следя за небом. Пока было чисто.

— Как у вас? — спросил Александр, кружа над зданием.

— Есть потери, — ответил Шурик. — Двое раненых. Но мы пробиваемся к складу. Этот этаж — настоящая крепость. Монстры укрепились здесь основательно.

— Сколько их?

— Ещё около пятнадцати. Плюс один крупный — похож на командира.

— Справитесь?

— Должны. Максим пошёл в обход слева. Если он зайдёт с тыла — мы зажмём их.

— Хорошо. Я прикрою снаружи.

— Время?

— Три минуты до возможного прибытия воронов. У вас почти нет времени.

— Мы успеем.

Александр смотрел на горизонт. Там, в темноте, он заметил движение — чёрные точки на фоне звёзд.

— Вороны, — сказал он. — Летят к вам. Минута-две.

— Чёрт! — выругался Шурик. — Мы почти у склада!

— Работайте быстрее, ребята! — крикнул Александр.

Из здания послышалась стрельба — автоматные очереди смешались с рёвом монстров. Потом — взрыв. Первый. Второй. Третий. Пламя вырвалось из окон второго этажа, освещая ночь оранжевым светом.

— Готово! — крикнул Шурик, выбегая из здания с дымящимся топором в руке. Его лицо было в копоти, куртка дымилась. — Склад уничтожен! Всё полыхает!

— Все живы? — спросил Александр, спикировав к нему.

— Я цел, — ответил Шурик. — Максим ранен в руку, но на ногах. Ещё трое лёгких. Тяжёлых нет.

— Отлично. Отходим! Вороны уже близко!

— Вороны в тридцати секундах! — крикнул Александр. — Бегите!

Отряд побежал к линии обороны. Но вороны уже были рядом — чёрная туча спикировала на диверсантов.

— Прикройте их! — крикнул Александр стае.

Голуби бросились на воронов, задерживая их. Александр выпустил молнию — трое воронов упали. Ещё одна молния — ещё двое.

— Не останавливайтесь! — крикнул он диверсантам. — Бегите!

— Мы бежим! — крикнул Шурик, таща на плече раненого солдата.

Вороны прорвались сквозь строй голубей и атаковали отряд. Александр спикировал вниз и ударил Электрическим зарядом — волна разбросала воронов, давая отряду несколько секунд передышки.

— Есть! — крикнул он. — Вперёд!

Отряд пересёк линию обороны за секунду до того, как вороны восстановили строй. Зенитки открыли огонь — вороны отступили.

На горизонте показалась чёрная туча — Карл вёл своих воронов. Александр узнал его по белому пятну на груди и по тому, как он летел — уверенно, агрессивно, как настоящий лидер.

— Карл, — прошептал Александр. — Вовремя ты.

— Прикройте отход! — крикнул он стае.

Голуби бросились на воронов, задерживая их. Александр бил молниями, не давая приблизиться. Карл нырнул вниз, пытаясь достать Александра клювом, но тот увернулся в последний момент.

— Держись, голубь! — каркнул Карл. — Завтра я с тебя перья по одному выдеру!

— Мечтай, — ответил Александр, выпуская молнию прямо в Карла. Тот уклонился, но потерял скорость.

— Уходим! — крикнул Шурик.

Отряд бежал к линии обороны, перепрыгивая через обломки. Вороны преследовали, но Александр и стая сдерживали их, не давая приблизиться к людям. Карл пытался прорваться, но каждый раз натыкался на молнии Александра.

— Все в укрытие! — крикнул Александр, когда отряд был уже в десяти метрах от линии обороны.

Последний диверсант пересёк линию обороны. Вороны остановились — зенитки открыли огонь, заставив их отступить. Карл в ярости развернулся и улетел, но перед этим крикнул:

— Завтра, голубь! Завтра ты умрёшь!

— Посмотрим, — ответил Александр.

— Потери? — спросил Александр, приземлившись рядом с Шуриком. Голубь тяжело дышал — молнии высасывали много сил.

— Трое раненых, один тяжёлый, — ответил Шурик, вытирая пот с лица. Топор в его руке всё ещё дымился. — Но склад — готов. Всё, что там было — в пепел.

— Отлично. Монстры остались без припасов.

— А что это за чёрная туча была над нами? — спросил Максим, подходя с перевязанной рукой. — Я видел, как ты с ними дрался.

— Карл, — ответил Александр. — Лидер воронов. Мы с ним уже встречались.

— Серьёзный противник?

— Очень. Умный, быстрый и злой как тысяча чертей.

— Весело, — усмехнулся Максим. — Завтра, значит, встретимся с ним лицом к лицу.

— Если повезёт — нет, — сказал Александр. — Если не повезёт — да.

— На сколько?

— На день-два. Потом восстановят.

— День — это всё, что нам нужно, — сказал генерал, подходя. — Завтра — решающий бой.

— Завтра, — повторил Александр.

Он посмотрел на разлом. Завтра всё решится. Сегодня — диверсия, которая дала им небольшое преимущество. Завтра — генеральное сражение, которое определит судьбу города.

Возвращаясь в штаб, Александр заметил что-то странное — фиолетовое свечение разлома изменилось. Оно стало ярче, пульсировало чаще, будто разлом дышал глубже, готовясь к чему-то.

— Что происходит? — спросил он Бориса, зависая в воздухе, чтобы лучше рассмотреть разлом.

— Не знаю, — ответил кот, тоже глядя наверх. — Но мне это не нравится. Он никогда так не пульсировал.

— Может, это реакция на уничтожение склада?

— Может. А может, Владыка готовится к выходу.

— Мы успеем до его выхода?

— Если завтра — успеем. Если он выйдет сегодня — нет.

Они вошли в штаб. Генерал стоял у карты, окружённый офицерами.

— Диверсия удалась, — сказал он, увидев Александра. — Склад уничтожен. Монстры в панике.

— Это хорошо, — сказал Александр. — Но разлом… он меняется.

— Я заметил, — сказал генерал, хмурясь. — Наши наблюдатели доложили: интенсивность свечения выросла на тридцать процентов.

— Что это значит?

— Возможно, Владыка чувствует угрозу. Или он готовится к прорыву.

— Мы успеем?

— Должны, — сказал генерал. — Артподготовка начнётся ровно в шесть утра. Через час после рассвета.

— А пехота? — спросил Александр.

— Пехота пойдёт сразу после артподготовки. Мы прорываемся к разлому, устанавливаем заряды и взрываем его.

— Сколько зарядов?

— Пятьдесят килограмм взрывчатки. Этого достаточно, чтобы разнести полгорода, не то что разлом.

— А если не сработает?

— Тогда мы все умрём, — сказал генерал спокойно. — Но я предпочитаю не думать об этом.

— Я тоже.

— У тебя есть план для твоей стаи?

— Да, — сказал Александр. — Я поведу голубей в атаку с воздуха. Мы будем отвлекать воронов и Предвестника, пока люди устанавливают заряды.

— А если Предвестник слишком силён?

— Тогда я задержу его настолько, насколько смогу.

— Ценой своей жизни?

— Если потребуется.

Генерал посмотрел на Александра долгим взглядом.

— Ты — необычный голубь, — сказал он.

— Я знаю.

— Ты — герой, Александр.

— Я — голубь. Герои — это люди, которые идут в бой, зная, что могут не вернуться.

— Ты тоже идёшь в бой.

— Потому что я — голубь. А голуби не бросают своих.

Генерал улыбнулся:

— Иди отдыхай. Завтра будет тяжёлый день.

— Я не усну, — сказал Александр.

— Попробуй.

Перед тем как подняться на крышу, Александр зашёл в лазарет проведать раненых. Шестеро солдат лежали на койках — двое лёгких, трое средних, один тяжёлый. Тот самый, которого Шурик вытащил из торгового центра.

— Как он? — спросил Александр у медсестры.

— Стабилен, — ответила она. — Потерял много крови, но мы перелили. Должен выкарабкаться.

— Хорошо.

Александр подошёл к раненому. Тот открыл глаза и посмотрел на голубя.

— Ты... тот самый голубь? — прошептал он.

— Я.

— Слышал о тебе. Думал, байки.

— Не байки.

— Спасибо, — сказал солдат. — За то, что прикрыл нас.

— Не за что. Вы — герои.

— Мы — солдаты, — ответил он. — Солдаты делают свою работу.

— Тогда делайте её хорошо, чтобы завтра мы все вернулись домой.

— Постараемся.

Александр вышел из лазарета и направился к голубятне — временному укрытию, которое люди соорудили для его стаи. Двести голубей сидели на насестах, чистили перья, дремали. Старый голубь встретил его у входа.

— Как диверсия? — спросил старый голубь.

— Удалась, — ответил Александр. — Склад уничтожен.

— А потери?

— Трое раненых у людей. У нас — десять погибших.

— Десять, — повторил старый голубь. — Это много.

— Да. Но они погибли не зря.

— Я знаю. Но от этого не легче.

— Знаю, — сказал Александр. — Завтра будет ещё больше потерь. Завтра — решающий бой.

— Мы готовы, — сказал старый голубь. — Стая готова идти за тобой.

— Я знаю. И я горжусь каждым из вас.

— Ты — хороший лидер, Александр.

— Я — голубь, который пытается выжить и защитить тех, кто мне дорог.

— Это и делает тебя хорошим лидером. Ты не ведёшь нас на смерть — ты ведёшь нас к жизни.

Александр посмотрел на стаю. Птицы смотрели на него — в их глазах была уверенность. Они верили ему.

— Завтра, — сказал он. — Завтра мы победим.

— Завтра, — повторил старый голубь.

Александр вышел из голубятни и поднялся на крышу. Ночь была тёмной. Разлом пульсировал быстрее, чем раньше. Ему казалось, что оттуда кто-то смотрит на него.

— Владыка, — прошептал он. — Ты знаешь, что я иду.

— Конечно, знает, — сказал Борис, подходя сзади. — Он — не дурак.

— Я знаю. Но всё равно пойду.

— Я знаю. Потому что ты — герой.

— Я — не герой. Я — голубь, который хочет жить.

— Это и делает тебя героем.

Александр улыбнулся.

— Ты — странный кот, Боря.

— Я — лучший кот на свете.

— Спорно.

— Не спорно. Факт.

Они сидели на крыше в тишине. Завтра — битва. Завтра — финал. Завтра — или победа, или смерть.

— Я рад, что встретил тебя, Боря, — сказал Александр.

— Я тоже, Саша.

— Если завтра я не вернусь… — начал Александр, но Борис перебил его.

— Ты вернёшься, — сказал кот. — Я же сказал.

— Но если…

— Ты вернёшься, — сказал Борис твёрдо. — Я не разрешаю тебе умирать.

— Понял. Раз ты не разрешаешь — значит, вернусь. Обещаю.

— Вот и правильно.

Они замолчали. Ночь тянулась бесконечно долго. Где-то вдалеке горел торговый центр — дым поднимался к небу, закрывая звёзды. Диверсия удалась, но впереди было главное испытание.

— Что ты чувствуешь? — спросил Борис, когда они снова остались одни на крыше.

— Усталость, — ответил Александр. — И страх.

— Страх — это нормально.

— Я знаю. Но я не могу показать это команде. Они смотрят на меня и ждут, что я скажу им, что всё будет хорошо.

— А ты скажешь?

— Скажу. Потому что если я не скажу — кто скажет?

— Ты — лидер, — сказал Борис. — Лидеры говорят то, что нужно сказать. Даже если это неправда.

— Ты циник, Боря.

— Я реалист. Есть разница.

— Завтра утром я скажу им, что мы победим, — сказал Александр. — И я сделаю всё, чтобы это стало правдой.

— Я знаю.

— Завтра, — сказал Александр, снова глядя на разлом.

— Завтра, — повторил Борис. — Ты думаешь, мы победим?

— Не знаю. Но я знаю, что мы сделаем всё, что можем.

— Этого достаточно?

— Иногда — да.

— А если нет?

— Тогда мы хотя бы попробовали.

— Философия от голубя.

— Бесплатно и в каждой главе.

— Я запомню.

— Запоминай. Может, пригодится во второй книге.

— Во второй книге? — удивился Борис.

— Шучу. Или нет.

— Ты странный, Саша.

— Я — голубь. Странность — моя суперсила.

Они замолчали. Александр смотрел на разлом, пульсирующий в темноте. Он думал о Шурике, который тащил раненого бойца под огнём воронов. Об Анне, которая прикрывала отход, стреляя без промаха. О Максиме, который прикрывал её спину. О Петровиче, который координировал операцию.

О Борисе, который сидел рядом и не уходил, хотя мог бы спрятаться и переждать.

— Спасибо, Боря, — сказал он.

— За что?

— За то, что ты есть.

— Не начинай. Я не люблю сантименты.

— Знаю. Но всё равно спасибо.

— Ладно. Принято.

Они ждали рассвета. Рассвет, который должен был стать последним днём войны. Или последним днём их жизней. Но они были вместе, а это значило больше, чем победа или поражение.

Где-то вдалеке догорал торговый центр — пламя постепенно угасало, оставляя после себя только пепел и дым. Диверсия удалась. Завтра — генеральное сражение.

Александр закрыл глаза и попытался уснуть. Но перед его взором стояли лица погибших голубей, раненых солдат, искажённая яростью морда Карла. И разлом. Пульсирующий, зовущий, обещающий смерть.

— Я приду за тобой, Владыка, — прошептал он в темноту. — Я приду.

Глава 18. Настоящий Предвестник

Рассвет наступил слишком быстро. Александр не спал — он сидел на крыше, глядя на разлом, который пульсировал всё быстрее. Казалось, что сама земля дышит в ожидании битвы.

— Пора, — сказал Борис, появляясь рядом.

— Пора, — ответил Александр.

Они спустились в штаб. Генерал уже построил войска — триста человек, двадцать перерождённых, пять единиц бронетехники и стая из двухсот голубей. Мало. Смехотворно мало против того, что ждало их в разломе.

— Войска готовы, — сказал генерал. — Артподготовка через пять минут.

— А пехота?

— Пойдёт сразу после залпа. Три волны. Первая — прорыв к разлому. Вторая — установка зарядов. Третья — прикрытие отхода.

— А если первая волна не пробьётся?

— Тогда второй волны не будет, — ответил генерал мрачно.

— Оптимистично.

— Реалистично. Я не буду врать своим солдатам.

— А как же боевой дух?

— Боевой дух держится на правде, а не на сказках. Солдаты знают, что могут умереть. Они приняли это.

— А Предвестник?

— Предвестник — твоя задача, Александр. Ты и твои голуби должны отвлечь его, пока люди устанавливают заряды.

— Я понял.

— Если не справишься — мы все умрём.

— Я знаю, — сказал Александр. — Я справлюсь.

— У тебя есть план? — спросил Шурик, подходя ближе. На нём был бронежилет, за спиной висел топор.

— Отвлечь и выжить, — ответил Александр.

— Плохой план.

— Лучшего нет.

— Тогда я пойду с тобой.

— Нет. Ты нужен на земле.

— А ты — в воздухе, — сказал Шурик. — Если что — я прикрою.

— Спасибо, брат.

— Не брат, — усмехнулся Шурик. — По духу.

Он вышел из штаба и поднялся в воздух. Стая ждала его — двести голубей, выстроившихся в идеальном строю. Старый голубь стоял впереди, готовый к бою.

— Стая, — сказал Александр. — Сегодня — решающий бой. Сегодня мы или победим, или умрём. Но мы умрём, сражаясь за свой дом, за своих близких, за свою землю.

— За дом! — ответили голуби хором.

— Вперёд!

Стая поднялась в воздух. Снизу заревели двигатели бронетехники. Пехота построилась в боевые порядки. Артиллерия открыла огонь — первые снаряды ушли в сторону разлома, разнося укрепления монстров в щепки.

— Красиво, — сказал Борис, сидя на плече у Александра.

— Красиво, — согласился Александр. — Но это только начало.

Артподготовка длилась двадцать минут. Снаряды рвались среди зданий, превращая укрепления монстров в руины. Когда последний снаряд упал, генерал отдал приказ:

— Вперёд!

Пехота двинулась к разлому. Первая волна — сто человек, лучшие бойцы. Шурик шёл впереди с топором в руках. Анна прикрывала его с фланга, Максим — с тыла. Бронетехника ползла по развалинам, прокладывая дорогу.

Александр летел над ними, сопровождаемый стаей. Впереди показался разлом — фиолетовая трещина в небе, пульсирующая энергией. А у его основания стоял ОН.

Настоящий Предвестник.

Александр видел его аватар в Иркутске — тот был ростом с двухэтажный дом и внушал ужас. Но настоящий Предвестник был другим. Он был компактнее — метра четыре, не больше. Его тело было человекообразным, но покрытым чёрной чешуёй, которая переливалась фиолетовым. Глаза горели зелёным огнём. На спине — два огромных крыла, как у летучей мыши. В руках — длинный меч из чистого фиолетового кристалла.

И он улыбался.

— Ну, здравствуй, голубь, — сказал Предвестник голосом, похожим на скрежет металла. — Я ждал тебя.

— Мы знакомы? — спросил Александр, зависая в воздухе.

— Я знаю о тебе всё. Ты убил моего аватара в Иркутске. Ты уничтожил склад ресурсов. Ты — единственная угроза в этом городе.

— Рад, что обо мне говорят.

— Говорят. Но это не спасёт тебя.

Предвестник взмахнул крыльями и взлетел. Его скорость была нечеловеческой — за долю секунды он оказался рядом с Александром и ударил мечом. Александр едва успел уклониться — меч прошёл в миллиметре от его крыла.

— Быстро, — сказал Предвестник. — Но недостаточно быстро.

Он ударил снова. Александр блокировал удар молнией — искра разряда прошла по мечу, но не причинила Предвестнику вреда.

— Молнии? — усмехнулся Предвестник. — Мило. Но я — Предвестник. Молнии — моя стихия.

Он щёлкнул пальцами, и из разлома вырвался фиолетовый разряд, ударив прямо в Александра. Боль была невыносимой — Александр закричал и рухнул на землю.

— Саша! — крикнул Борис, бросаясь к нему.

— Не подходи! — крикнул Александр, вставая. — Он слишком силён!

— Я знаю, — сказал Борис. — Но я не брошу тебя.

Внизу разворачивалась битва. Пехота вступила в бой с монстрами, охранявшими подходы к разлому. Стреляли автоматы, рвались гранаты, кричали раненые. Шурик рубил монстров топором, пробивая дорогу к разлому. Анна прикрывала его, стреляя с двух рук.

— Прорываемся! — крикнул Шурик. — Ещё сто метров!

— Принял! — ответил Александр, отвлекая Предвестника. — Держись!

Он выпустил серию молний — Предвестник блокировал их, но был вынужден отвлечься от пехоты.

— Хитрый голубь, — сказал Предвестник. — Но хитрость не спасёт твоих друзей.

Он взмахнул рукой, и из земли вырвались фиолетовые шипы. Один из них пронзил бронетранспортёр — машина взорвалась, разбрасывая обломки. Другой шип ударил в группу пехотинцев — трое погибли мгновенно.

— Нет! — крикнул Александр.

— Да, — ответил Предвестник. — Смотри, как умирают твои друзья. Смотри и запоминай.

Шурик продолжал пробиваться вперёд. Он был уже в пятидесяти метрах от разлома, когда Предвестник заметил его.

— Ах, ещё один храбрец, — сказал Предвестник. — Получай.

Он щёлкнул пальцами, и фиолетовый шип вырвался из земли прямо под ногами Шурика. Тот не успел уклониться — шип пронзил его насквозь.

— Шурик! — закричала Анна.

Шурик упал. Из раны хлестала кровь. Он был ещё жив, но терял сознание.

— Нет! — крикнул Александр, бросаясь к Шурику.

Но Предвестник преградил ему путь.

— Ты никуда не пойдёшь, голубь. Твоя задача — смотреть, как умирают твои друзья.

— Я убью тебя!

— Попробуй.

Александр бросился на Предвестника, выпуская молнии одну за другой. Но Предвестник блокировал их все, даже не шевелясь. Его защита была абсолютной.

— Ты слаб, голубь, — сказал Предвестник. — Ты думал, что уровень 27 — это сила? Нет. Это — ничто.

Он ударил Александра мечом плашмя — тот отлетел на двадцать метров, врезавшись в стену здания. Боль пронзила всё тело.

— Саша! — крикнул Борис, подбегая.

— Я... я в порядке, — прохрипел Александр, пытаясь встать. Из клюва текла кровь, крылья были сломаны.

— Ты не в порядке, — сказал Борис. — Ты проигрываешь.

— Я знаю.

— Тогда отступай.

— Я не могу. Шурик там.

— Он уже мёртв, Саша.

— Он жив. Я чувствую.

— Ты не спасёшь его, если умрёшь сам.

— Если я не попробую — я никогда себе не прощу.

— Саша, если ты не отступишь — ты умрёшь.

— Тогда я умру.

Александр встал, несмотря на боль. Крылья не слушались, несколько перьев вырваны, из клюва текла кровь. Но он стоял.

— Ты упрямый, — сказал Предвестник, подходя ближе. — Я уважаю это. Но уважение не спасёт тебя.

Он занёс меч для последнего удара.

— Прощай, голубь.

— Нет, — сказал Борис, бросаясь вперёд.

Кот прыгнул на Предвестника, вцепившись когтями ему в лицо. Предвестник закричал от неожиданности — Борис отвлёк его на секунду. Секунду, которой Александру хватило, чтобы встать и выпустить последнюю молнию — прямо в глаз Предвестнику.

— А-а-а! — закричал Предвестник, отпуская Бориса. — Ты заплатишь за это!

— Отступаем! — крикнул Александр. — Все назад! Анна, хватай Шурика!

Анна подбежала к Шурику, взвалила его на плечо и побежала к линии обороны. Пехота отступила, прикрываясь огнём. Голуби летели назад, неся потери. Александр нёс Бориса на спине — кот был без сознания, но жив.

Они перешли линию обороны за минуту до того, как Предвестник восстановил строй. Зенитки открыли огонь, но Предвестник даже не обратил на них внимания — он стоял у разлома и смотрел на Александра.

— В следующий раз, голубь, — сказал он. — В следующий раз ты умрёшь.

— Посмотрим, — ответил Александр. — Посмотрим.

— Как Шурик? — спросил генерал, подбегая.

— Тяжёлый, — ответила Анна, укладывая Шурика на носилки. — Шип прошёл через лёгкое. Он теряет кровь.

— В лазарет, быстро! — крикнул генерал.

Санитары подхватили Шурика и побежали к медпункту. Анна побежала за ними, не отрывая взгляда от его бледного лица.

— Потери? — спросил Александр, приземляясь рядом с генералом.

— Сорок пять человек убитыми, семьдесят ранеными, — ответил генерал. — Две единицы бронетехники уничтожены. У тебя?

— Половина стаи. Сорок голубей погибли, ещё тридцать ранены.

— Мы проиграли.

— Нет, — сказал Александр. — Мы отступили. Это не одно и то же.

— Потери? — спросил генерал, когда Александр приземлился.

— Половина стаи, — ответил Александр. — И Шурик... он ранен.

— Как?

— Предвестник ударил его шипом. Он в коме.

Генерал помолчал.

— Мы проиграли, — сказал он.

— Нет, — сказал Александр. — Мы отступили. Это не одно и то же.

— Ты видел его силу. Он неуязвим.

— Никто не неуязвим. У него есть слабость — глаз. Я попал в него.

— Одного глаза мало.

— Я знаю. Мне нужно больше силы.

— У тебя есть время до завтра. Завтра он выйдет из разлома.

— Завтра я буду готов.

— Как?

— Не знаю. Но я буду готов.

— Мы потеряли слишком многих, — сказал генерал, глядя на список потерь. — Сорок пять убитых. Семьдесят раненых. Половина техники. Если завтра мы проиграем — в городе некому будет защищать civilians.

— Мы не проиграем, — сказал Александр. — Я не позволю.

— Ты не можешь контролировать всё.

— Я знаю. Но я могу контролировать себя.

— Иди в лазарет, — сказал генерал. — Проведай своих.

Александр кивнул и направился в лазарет. Там было тесно от раненых — солдаты лежали на койках, на полу, на носилках. Врачи и медсёстры бегали между ними, делая перевязки, вводя обезболивающее, борясь за каждую жизнь.

Шурик лежал в отдельной палате — у него было проникающее ранение грудной клетки. Рядом сидела Анна, держа его за руку. Глаза у неё были красными от слёз.

— Он очнётся? — спросил Александр, подходя ближе.

— Врачи не знают, — ответила Анна, не отрывая взгляда от Шурика. — Они говорят, что он в глубокой коме. Шип повредил лёгкое и задел позвоночник.

— Но он жив.

— Да. Но надолго ли?

— Он сильный, Анна. Он выкарабкается.

— Я знаю. Но я боюсь.

— Я тоже боюсь, — сказал Александр, садясь рядом. — Каждый день я боюсь. Боюсь за себя, за стаю, за вас. Но страх — это не причина сдаваться.

— Ты никогда не сдаёшься, да?

— Пока есть те, за кого стоит бороться.

— Ты — хороший друг, Саша.

— Я — голубь, который пытается не облажаться и не умереть в процессе.

— Ты не облажался. Ты спас нас всех сегодня. Без твоей воздушной поддержки мы бы не прорвались к разлому.

— Я не спас Шурика.

— Ты спас его, — сказала Анна. — Если бы не ты — он бы умер там, у разлома. Я видела, как ты отвлёк Предвестника. Ты дал мне несколько секунд, чтобы вытащить его.

— Я просто отвлёк Предвестника.

— Ты отвлёк его ровно настолько, чтобы я успела вытащить Шурика. Этого достаточно.

— Спасибо, Анна.

— Не за что.

Они замолчали. В палате тихо гудел монитор, отслеживая сердцебиение Шурика. Ритм был слабым, но стабильным.

— Завтра, — сказал Александр. — Завтра я закончу это.

— Ты уверен?

— Нет. Но я сделаю всё, что смогу.

— Это всё, что мы можем сделать.

Александр вышел из лазарета и поднялся на крышу. Солнце садилось за горизонт, окрашивая небо в оранжевый и красный. Разлом пульсировал быстрее, чем когда-либо. Предвестник стоял у его основания, глядя на город.

— Завтра, — сказал Александр. — Завтра я вернусь.

— Ты уверен? — спросил Борис, подходя сзади. Кот был бледен, на его боку виднелась широкая полоса пластыря — след от когтей Предвестника.

— Нет. Но другого выхода нет.

— Мы можем уйти, Саша. Взять уцелевших и уйти в другой город. Там есть другие разломы, другие люди, другие голуби.

— Куда? Война придёт везде. Если мы не остановим Предвестника здесь — он пойдёт дальше. Сначала Новосибирск, потом Омск, потом Москва. Рано или поздно он доберётся до всех.

— Ты не можешь спасти всех.

— Я знаю. Но я могу попробовать.

— Ты — идиот, Саша.

— Я знаю.

— Но я с тобой.

— Я знаю, — сказал Александр и улыбнулся. — Спасибо, Боря.

— Не за что. Кстати, я проверил логи Системы, пока ты был в лазарете.

— И что?

— Ты можешь подняться до 28 уровня. Там есть навыки, которые могут помочь против Предвестника.

— Какие?

— Усиление молнии. Увеличение скорости полёта. И один навык, который называется «Голубиная кара».

— Голубиная кара? Звучит пафосно.

— Это финальный навык. Двести единиц урона. Если попадёшь — Предвестник почувствует.

— Двести? Это много.

— Достаточно, чтобы пробить его защиту. Но для этого тебе нужно достичь 29 уровня.

— А 28?

— 28 даст тебе усиление. 29 — кару.

— Тогда завтра я должен стать сильнее.

— Завтра, — повторил Борис. — Завтра мы победим.

— Или умрём.

— Или умрём. Но вместе.

— Вместе, — сказал Александр.

Они сидели на крыше в тишине. Ночь опускалась на город, принося с собой холод и страх. Завтра — решающий бой. Завтра — или победа, или смерть.

Александр смотрел на разлом и думал о том, что ему нужно стать сильнее. Уровень 27 — это не предел. Он мог подняться выше. Он должен был подняться выше.

— Боря, — сказал он. — Как мне подняться до 29 уровня за одну ночь?

— Никак, — ответил Борис. — Даже если убить всех монстров в городе — не хватит опыта. Система не даёт столько за слабых врагов.

— Но должен же быть способ.

— Есть только один способ — убить сильного врага. Например, Предвестника.

— Но чтобы победить Предвестника — мне нужен 29 уровень.

— Замкнутый круг.

— Именно.

— Тогда тебе нужно стать умнее, а не сильнее.

— Умнее?

— Да. Предвестник сильнее тебя. Но если ты будешь действовать не в лоб, а хитростью — у тебя есть шанс.

— Например?

— Например, использовать окружение. Разлом уязвим — если ударить по кристаллу внутри него, Предвестник ослабнет.

— Откуда ты знаешь?

— Я прочитал в логах Системы, — сказал Борис. — Кристалл — источник силы Предвестника. Если его разрушить — Предвестник потеряет большую часть своей магии.

— Тогда завтра мы ударим по кристаллу, — сказал Александр. — Отвлечём Предвестника, проберёмся к разлому и разнесём кристалл вдребезги.

— Не совсем, — сказал Борис. — Лучше сделать наоборот. Мы ударим по Предвестнику, создадим видимость, что цель — он. А в это время отряд людей проберётся к кристаллу и уничтожит его.

— А кто пойдёт к кристаллу?

— Анна, — сказал Борис. — Она — лучший стрелок. Максим — прикрытие. И несколько добровольцев.

— А если их поймают?

— Тогда мы их прикроем. Ты и стая.

— А если мы не успеем?

— Тогда они умрут.

— Жёстко.

— Война — это жёстко, Саша.

— Хороший план, — сказал Александр после паузы. — Я согласен.

— Ты — гений, Боря.

— Я — кот. Это почти одно и то же.

Александр улыбнулся. Впервые за весь день он чувствовал, что у них есть шанс.

— Завтра, — сказал он. — Завтра мы победим.

— Завтра, — повторил Борис. — Завтра мы победим. Или умрём.

— Или умрём. Но вместе.

— Вместе.

Они сидели на крыше в тишине. Ночь опускалась на город, принося с собой холод и страх. Завтра — решающий бой. Завтра — или победа, или смерть.

Александр смотрел на разлом и думал о том, что ему нужно стать сильнее. Не уровнем — умом. Предвестник сильнее, но он — всего лишь монстр. А Александр — человек в теле голубя. И у него есть то, чего нет у Предвестника — способность думать, планировать, надеяться.

— Завтра, — прошептал он. — Завтра я докажу, что уровень — не главное.

— Завтра, — ответил Борис. — Завтра ты станешь легендой.

— Или трупом.

— Или трупом. Но трупом, который боролся до конца.

— Это утешает.

— Это единственное, что у нас есть.

Они замолчали. Где-то вдалеке завыли сирены — монстры готовились к новому штурму. Но Александр не обращал на них внимания. Он думал только о завтрашнем дне. О дне, когда всё решится.

Он думал о Шурике, который лежал в коме. Об Анне, которая не отходила от него. О Максиме, который потерял руку, но продолжал сражаться. О старом голубе, который погиб, прикрывая отход стаи.

О тех, кто уже не вернётся.

— Я не подведу вас, — сказал он. — Я обещаю.

— Я знаю, — сказал Борис, кладя голову ему на крыло. — Ты никогда не подводишь.

— Спасибо, Боря.

— Спи, Саша. Завтра будет тяжёлый день.

— Спокойной ночи, Боря.

— Спокойной ночи, Саша.

Они уснули под пульсацию разлома. Завтра — решающий бой. Завтра — финал. Завтра — или победа, или смерть.

Глава 18. Конец.

Глава 19. После поражения

Александр проснулся от холода. Рассвет только начинался, но небо было серым и тяжёлым — собирался дождь. Разлом пульсировал вдалеке, напоминая о вчерашнем поражении.

— Ты проснулся, — сказал Борис, сидя рядом.

— Да, — ответил Александр, пытаясь встать. Всё тело болело — крылья, лапы, спина. Каждое движение отдавалось болью.

— Как ты?

— Как будто меня переехал грузовик. А потом ещё раз.

— Примерно так оно и было.

— Шурик?

— Без изменений. В коме.

— А остальные?

— Мы потеряли сорок пять человек. Сорок голубей. Максим потерял руку — ему ампутировали.

— Максим?

— Да. Осколок шипа попал в плечо. Спасти руку не удалось.

— Чёрт.

— Я знаю.

Александр закрыл глаза. Вчерашний день был катастрофой. Он думал, что они готовы. Он думал, что уровень 27 даст им преимущество. Но Предвестник размазал их как котят.

— Мне нужно стать сильнее, — сказал он.

— Я знаю.

— Как?

— Охота на монстров. Мелкие разломы. Кристаллы.

— У меня нет времени.

— У тебя есть один день. Завтра Предвестник выйдет из разлома и начнёт штурм города. Если мы не остановим его до этого — город падет.

— Один день.

— Один день.

— Тогда пошли.

— Куда?

— На охоту.

Александр встал, несмотря на боль. Крылья болели, но он должен был лететь. Должен был стать сильнее.

— Подожди, — сказал Борис. — Сначала нужно перекусить.

— Некогда.

— Если ты умрёшь от голода — какой толк от твоей силы?

— Ты — зануда, Боря.

— Я — реалист.

Они спустились в столовую. Там было пусто — только несколько солдат сидели за столами, молча жуя кашу. Настроение было подавленным.

— Саша, — сказал кто-то.

Александр обернулся. Это был Максим — его правая рука была перевязана, рукав пустовал.

— Макс, — сказал Александр. — Как ты?

— Жить буду, — ответил Максим, криво усмехнувшись. — Руки нет, но голова на месте.

— Я соболезную.

— Не надо. Я сам выбрал этот путь. Знал, на что иду.

— Ты — герой.

— Я — солдат, — сказал Максим. — Солдаты теряют руки. Это работа.

— Ты не бросишь нас?

— Нет. Я буду сражаться до конца. Даже без руки.

— Спасибо.

— Не за что.

— Знаешь, — сказал Максим, садясь рядом, — я думал, что после потери руки меня спишут. Скажут: «Ты бесполезен, иди домой».

— А что сказали?

— Сказали: «Ты всё ещё можешь держать нож. Иди в строй».

— И ты пошёл?

— А что мне оставалось? Сидеть и жалеть себя?

— Ты — сильный человек, Макс.

— Я — солдат. Солдаты не жалеют себя. Они делают свою работу.

— Ты прав.

— Конечно, прав. Я всегда прав.

— Скромность тебя украшает.

— Скромность — для монахов. Я — солдат.

Александр улыбнулся и сел за стол. Каша была пресной, но он съел всё — нужно было восстанавливать силы.

— Я иду на охоту, — сказал он Максиму. — Буду поднимать уровень.

— Удачи, — сказал Максим. — Если нужна помощь — зови.

— Спасибо.

Александр вышел из столовой и взлетел. Первые взмахи крыльев были болезненными, но постепенно боль утихла. Он направился к ближайшему мелкому разлому.

Мелкие разломы были разбросаны по всему городу — небольшие трещины в реальности, из которых вылезали слабые монстры. Обычно их игнорировали — слишком мало опыта. Но сейчас каждый опыт был на счету.

Первая цель — разлом в парке. Александр приземлился рядом и вошёл внутрь. Внутри было темно и сыро. Пахло гнилью и магией.

— Есть кто живой? — спросил он.

В ответ из темноты выскочил монстр — похожий на большую крысу, но с фиолетовыми глазами.

— Крыса, — сказал Александр. — Серьёзно? Уровень 5?

Крыса пискнула и бросилась на него. Александр уклонился и ударил молнией. Крыса упала замертво.

— Опыт: 15 единиц, — сказала Система.

— Пятнадцать, — вздохнул Александр. — Мне нужно три тысячи до 28 уровня.

— Будешь жаловаться или работать? — спросил Борис, заглядывая в разлом.

— Работать.

Александр углубился в разлом. Там было ещё несколько крыс, пара слизней и один монстр покрупнее — уровень 10.

— Не густо, — сказал Александр, убив последнего монстра. — Триста опыта за весь разлом.

— Лучше, чем ничего.

— Да.

Он вышел из разлома и полетел к следующему. Второй разлом находился в старом универмаге — когда-то здесь продавали одежду, а теперь гнездились монстры.

— Аккуратно, — сказал Борис. — Здесь могут быть ловушки.

— Какие ловушки могут быть у монстров? — усмехнулся Александр.

— Разумные, — ответил Борис. — Карл мог оставить сюрпризы.

— Карл?

— Он знает, что ты будешь охотиться. Он мог подготовиться.

— Тогда я буду осторожен.

Александр вошёл в здание. Внутри было темно — витрины разбиты, манекены валяются на полу. В центре зала стоял монстр — уровень 12, похожий на человека, но с щупальцами вместо рук.

— Мутант, — сказал Александр. — Быстро и смертельно.

— Ты справишься.

— Я знаю.

Мутант атаковал первым — щупальца выстрелили в Александра, пытаясь схватить. Александр уклонился и ударил молнией. Мутант закричал, но не остановился.

— Живучий, — сказал Александр.

— Бей в голову! — крикнул Борис.

Александр спикировал и выпустил молнию прямо в голову мутанта. Тот рухнул на пол.

— Опыт: 200 единиц, — сказала Система.

— Двести. Маловато.

— Маловато, но лучше, чем ничего.

— Да.

За час он зачистил три разлома — получил тысячу опыта. До 28 уровня оставалось две тысячи.

— Медленно, — сказал он.

— Быстро не получится, — ответил Борис. — Система не любит, когда качаются слишком быстро.

— Я знаю. Но у меня нет времени.

— Время — единственное, что у тебя есть.

— Цинично.

— Реалистично.

Четвёртый разлом был больше остальных — вход в старую станцию метро. Александр вошёл внутрь и сразу почувствовал опасность.

— Здесь кто-то крупный, — сказал он.

— Я тоже чувствую, — сказал Борис. — Уровень 15, минимум.

— Хорошо. Мне нужен опыт.

Он пошёл вглубь. Станция была разрушена — стены обвалились, рельсы торчали вверх. В центре зала стоял монстр — огромный паук с фиолетовыми узорами на спине.

— Паук, — сказал Александр. — Уровень 16. Нормально.

— Осторожно, — сказал Борис. — Пауки — хитрые твари.

— Я справлюсь.

Александр взлетел и выпустил молнию. Паук уклонился и выпустил паутину — сеть накрыла Александра, прижав его к стене.

— Чёрт! — выругался он.

— Я же говорил, — сказал Борис.

— Помоги!

— Чем? Я — кот.

— Отвлеки его!

Борис вздохнул и прыгнул на паука, вцепившись когтями ему в лапу. Паук зашипел и попытался сбросить кота. Этой секунды Александру хватило, чтобы разорвать паутину и выпустить молнию прямо в голову паука.

— Критическое попадание! — сказала Система. — Паук уровня 16 побеждён. Опыт: 500 единиц.

— Пятьсот, — сказал Александр. — Неплохо.

— Я чуть не погиб! — возмутился Борис.

— Но не погиб.

— В следующий раз — сам.

— В следующий раз — я.

Александр продолжил охоту. Следующий разлом находился на стройке — недостроенное здание, где обосновались монстры. Он влетел внутрь и сразу попал под обстрел — мелкие твари, похожие на обезьян, швырялись в него камнями.

— Обезьяны? — удивился Александр. — Серьёзно?

— Не обезьяны, — поправил Борис. — Скороходы. Опасные твари, быстрые и злые.

— Вижу.

Александр уклонился от камня и выпустил молнию — один скороход упал. Второй прыгнул на него с потолка — Александр едва увернулся.

— Их много, — сказал он.

— Я заметил.

— Помоги!

— Чем?

— Отвлекай!

Борис вздохнул и прыгнул на одного из скороходов, вцепившись ему в морду. Пока тот пытался сбросить кота, Александр зачищал остальных молниями. Через пять минут всё было кончено.

— Опыт: 400 единиц, — сказала Система.

— Четыреста. Маловато, но хоть что-то.

— Ты теряешь время, — сказал Борис, отплёвываясь от шерсти монстра.

— Я знаю.

К полудню он зачистил ещё пять разломов — его опыт достиг 2700 из 3000. До 28 уровня оставалось 300 единиц.

— Ещё один разлом, — сказал он. — И я на 28.

— Ты устал, — сказал Борис. — Тебе нужно отдохнуть.

— Некогда.

— Саша, если ты упадёшь от истощения — какой толк?

— Я успею.

— Ты — упрямый придурок.

— Я знаю.

Он полетел к последнему разлому. Это была старая библиотека — здание с выбитыми окнами и провалившейся крышей. Александр приземлился перед входом. Изнутри доносился низкий рык.

— Крупный, — сказал он. — Хорошо.

— Осторожно, — сказал Борис.

— Всегда.

Александр вошёл внутрь. В центре читального зала стоял монстр — похожий на медведя, но покрытый фиолетовой чешуёй. Глаза горели зелёным.

— Уровень 18, — сказала Система. — Берсерк.

— Берсерк, — повторил Александр. — Не слышал о таких.

— Они сильные, — сказал Борис. — И злые.

— Я справлюсь.

Александр выпустил молнию. Берсерк заревел и бросился вперёд, не обращая внимания на удар. Он был быстрее, чем казался — его когти почти достали Александра.

— Уклоняйся! — крикнул Борис.

— Я пытаюсь!

Александр взлетел под потолок, но берсерк прыгнул за ним, проломив потолок. Александр едва увернулся от обломков.

— Он разрушает здание! — крикнул Борис.

— Я вижу!

Александр вылетел на улицу, преследуемый берсерком. На открытом пространстве у него было преимущество — он мог маневрировать.

— Давай, — сказал он. — Покажи, на что ты способен.

Берсерк заревел и бросился вперёд. Александр уклонился и выпустил молнию — прямо в глаз. Берсерк закричал, но не остановился.

— Живучий, — сказал Александр.

— Бей в голову! — крикнул Борис.

Александр спикировал и выпустил молнию прямо в макушку берсерка. Молния ударила с такой силой, что земля вокруг вспучилась. Берсерк замер на секунду, потом рухнул на землю, подняв облако пыли.

— Есть! — крикнул Александр. — Получилось!

— Я чуть не обделался, — сказал Борис, вылезая из-за куста. — Ты хоть представляешь, как это страшно — смотреть, как голубь дерется с медведем?

— Примерно так же страшно, как смотреть, как кот дерется с пауком, — усмехнулся Александр.

— Кот хотя бы знает, что делает.

— А голубь — нет?

— Голубь — импровизирует.

— Берсерк уровня 18 побеждён, — сказала Система. — Опыт: 700 единиц. Поздравляем! Вы достигли 28 уровня.

— Есть, — сказал Александр, приземляясь. — Я на 28.

— Поздравляю, — сказал Борис. — Теперь ты официально на один уровень ближе к смерти.

— Оптимист.

— Я реалист. Между оптимистом и реалистом есть разница: оптимист думает, что всё будет хорошо, а реалист знает, что может быть плохо, но делает всё, чтобы стало хорошо.

— А ты кто?

— Я — кот, который хочет жить. Это выше любой философии.

— Мудро.

— Я — мудрый кот. К тому же единственный кот, который дружит с голубем.

— Гордишься?

— Немного.

Александр улыбнулся и открыл окно навыков. Новые способности: Усиление молнии — увеличивает урон молнии на 50%. Ускорение полёта — увеличивает скорость на 30%.

— Неплохо, — сказал он. — С этими навыками у меня есть шанс против Предвестника?

— Больше, чем вчера, — ответил Борис. — Но не намного.

— Мне нужно до 29.

— Ты знаешь, что для этого нужно.

— Убить Предвестника.

— Именно.

— Тогда завтра я убью его.

— Завтра, — повторил Борис.

Они вернулись в штаб. Генерал ждал их с новостями.

— Предвестник начал выдвигаться, — сказал генерал. — Он идёт к городу. У нас есть несколько часов.

— Я готов, — сказал Александр.

— Ты поднял уровень?

— До 28.

— Мало.

— Я знаю. Но это лучше, чем 27.

— Это верно.

— У меня есть план, — сказал Александр. — Борис придумал.

— Я слушаю.

— Мы ударим по Предвестнику с воздуха. Я и стая. Отвлечём его, создадим видимость атаки. А в это время отряд людей проберётся к разлому и уничтожит кристалл — источник его силы.

— А если не получится?

— Тогда мы все умрём.

— Оптимистично.

— Реалистично.

— Кто пойдёт к кристаллу? — спросил генерал.

— Анна и Максим, — сказал Александр. — И несколько добровольцев.

— Анна согласна?

— Спросим.

Они пошли к Анне. Она сидела в палате рядом с Шуриком, держа его за руку. Её глаза были красными.

— Анна, — сказал Александр. — Нам нужна твоя помощь.

— Какая? — спросила она, не оборачиваясь.

— Завтра — решающий бой. Нам нужно, чтобы ты проникла к разлому и уничтожила кристалл.

— А Шурик?

— За ним присмотрят.

— Я не могу оставить его.

— Если мы не уничтожим кристалл — Шурик умрёт вместе со всеми нами.

Анна замолчала. Потом повернулась и посмотрела на Александра.

— Хорошо, — сказала она после долгой паузы. — Я сделаю это. Но если я не вернусь — присмотри за ним.

— Ты вернёшься, — сказал Александр. — Я обещаю.

— Не давай обещаний, которые не сможешь выполнить.

— Я никогда не даю таких обещаний.

— Хорошо, — она вытерла слёзы и встала. — Когда выступаем?

— На рассвете.

— Я буду готова.

— Спасибо, Анна.

— Не за что.

Александр посмотрел на Шурика — тот лежал бледный, но дыхание было ровным. Монитор показывал стабильный пульс.

— Ты слышал, Шурик? — сказал Александр. — Твоя девушка идёт в бой. Будь жив, когда она вернётся.

Монитор пикнул — пульс участился на секунду. Будто Шурик услышал.

— Он слышит, — сказала Анна.

— Значит, он борется.

— Спасибо, Саша.

— Не за что.

Александр вышел из палаты. Генерал ждал в коридоре.

— Я тоже, — сказала она, вытирая слёзы. — Спасибо, Саша.

Александр вышел из палаты. В коридоре его ждал генерал с несколькими офицерами.

— План утверждён, — сказал генерал. — Артподготовка начнётся на рассвете. Через час после этого — атака.

— А отряд к разлому?

— Анна и Максим пойдут с группой прикрытия. Пять человек — лучшие из оставшихся.

— Этого достаточно?

— Должно быть.

— А если нет?

— Тогда мы все умрём, — сказал генерал. — Но я предпочитаю не думать об этом.

— Я тоже.

— Иди отдыхай, Александр. Завтра — тяжёлый день.

— Я не усну.

— Попробуй.

Александр вышел на улицу. Ночь была звёздной — луна освещала разбитый город. Вдалеке горели костры — солдаты грелись, готовясь к завтрашнему бою.

— Рассказы у костра, — сказал Борис, появляясь из темноты. — Как в старые времена.

— В старые времена я был риелтором, — сказал Александр. — Мои рассказы у костра были о ценах на квартиры.

— Скучно.

— Очень. Теперь я рассказываю о том, как убил Предвестника.

— Пока не убил.

— Пока.

— Завтра — убьёшь.

— Завтра, — повторил Александр.

Они подошли к костру. Вокруг сидели солдаты — кто-то чистил оружие, кто-то просто молча смотрел в огонь. Максим сидел в углу, прижимая к груди пустой рукав.

— Садись, голубь, — сказал кто-то из солдат. — Расскажи историю.

— Какую?

— О том, как ты стал голубем.

— Долгая история.

— У нас есть время.

Александр сел у костра и начал рассказывать. О своей смерти, о перерождении, о том, как он учился летать. Солдаты слушали, иногда смеялись, иногда кивали.

— А ты не такой уж и плохой, для голубя, — сказал один из солдат.

— Спасибо, — ответил Александр. — Ты тоже неплох, для человека.

Все засмеялись.

Завтра — решающий бой. Завтра — или победа, или смерть. Но сейчас, сидя у костра с солдатами, Александр чувствовал, что всё будет хорошо.

— Завтра мы победим, — сказал он.

— Завтра, — ответили солдаты.

Александр поднялся и отошёл от костра. Борис последовал за ним.

— Зачем ты это сделал? — спросил Борис.

— Что?

— Рассказал историю. Поднял боевой дух.

— Потому что они должны знать, за что сражаются.

— Они знают. Они сражаются за свои дома, за свои семьи.

— Этого недостаточно. Они должны знать, что я — один из них. Что я тоже прошёл через дерьмо.

— Ты — странный лидер, Саша.

— Я — голубь. Странность — моя суперсила.

Завтра — решающий бой. И теперь у них был план. И у Александра был 28 уровень.

— Завтра, — сказал он. — Завтра всё решится.

— Завтра, — ответил Борис. — Завтра мы или победим, или умрём.

— Я выбираю победу.

— Я тоже.

Александр поднялся на крышу и посмотрел на разлом. Предвестник вышел из него и направлялся к городу. За ним шла армия монстров — тысячи тварей, готовых уничтожить всё на своём пути.

— Красиво, — сказал Борис, садясь рядом. — В смысле — страшно, но красиво.

— Армия тьмы. Как в кино.

— Только в кино герои всегда побеждают.

— А в жизни?

— В жизни — как повезёт.

— Мне везёт.

— Тебе — да. Ты — голубь с молниями. Это уже везение.

— А ты — кот, который дружит с голубем. Это ещё большее везение.

— Спорно.

— Не спорно. Факт.

Они замолчали. Где-то вдалеке завыли монстры — армия двигалась к городу.

— Завтра, — сказал Александр. — Завтра всё закончится.

— Завтра, — ответил Борис. — Завтра мы или победим, или умрём.

— Я выбираю первое.

— Я тоже.

— Ты будешь моим, Предвестник, — сказал Александр, глядя на разлом. — Я обещаю.

— Посмотрим, — ответил ему ветер.

— Посмотрим, — повторил Александр. — Завтра.

Глава 20. Объединение сил

Утро началось с сирены. Александр открыл глаза и сразу понял — время пришло.

— Подъём, — сказал Борис, сидя рядом. — Предвестник вышел на окраину города.

— Сколько у нас времени?

— День, может, два. Он не спешит. Он знает, что мы никуда не денемся.

— Значит, у нас есть время.

— Время для чего?

— Для того чтобы собрать всех.

— Всех?

— Всех, кто ещё может сражаться.

Александр встал и подошёл к краю крыши. Ветер дул с востока, принося запах дыма и магии. Город просыпался — солдаты строились, бронетехника заводила двигатели, артиллерия готовилась к залпу. Вдалеке, на фоне серого неба, медленно двигалась чёрная масса — армия Предвестника, тысячи монстров, готовых к атаке.

— Красиво, — сказал Александр. — В смысле — ужасно, но красиво.

— Согласен.

— Где генерал?

— В штабе. Ждёт тебя.

Александр спустился в штаб. Там было людно — офицеры, командиры отрядов, несколько перерождённых. Генерал стоял у карты, окружённый советниками.

— Александр, — сказал генерал, увидев его. — Хорошо, что ты здесь.

— Что за собрание?

— Мы решаем, что делать дальше, — сказал генерал. — У нас есть два варианта: сидеть в обороне и ждать штурма, или ударить первыми.

— Если мы ударим первыми — мы можем проиграть.

— Если мы будем сидеть в обороне — мы точно проиграем.

— Есть третий вариант.

— Какой?

— Объединить силы. Собрать всех, кто может сражаться. Перерождённых, солдат, добровольцев. Даже гражданских.

— Гражданские не умеют воевать.

— Научить.

— У нас нет времени.

— Время есть, — сказал Александр. — Мы потратим один день на подготовку. Завтра — атака.

— Один день — это много.

— Один день — это всё, что у нас есть.

Генерал задумался.

— Хорошо, — сказал он. — Один день. Но если завтра мы не атакуем — город падет.

— Мы атакуем.

— Обещаешь?

— Обещаю.

— Тогда действуй.

Александр вышел из штаба и подошёл к голубятне. Стая сидела на насестах, чистила перья, отдыхала. Старого голубя не было — он погиб вчера.

— Друзья, — сказал Александр, обращаясь к голубям, которые выстроились перед ним. — Я знаю, что многие из вас потеряли близких. Я знаю, что многие из вас боятся. Но я прошу вас: не сдавайтесь. Сегодня — день подготовки. Мы ищем союзников.

— Каких союзников? — спросил один из голубей.

— Птиц. Других животных. Всех, кто может сражаться против монстров.

— А они согласятся?

— Мы предложим им выбор: сражаться или умереть.

— Жёстко.

— Война — это жёстко.

Александр взлетел и направился к окраине города. Он знал, что в лесах за городом живут разумные птицы — не все служили Владыке. Некоторые сохранили нейтралитет. Некоторые даже помогали людям.

— Куда мы? — спросил Борис, сидя на спине.

— В лес. Там есть поселение разумных птиц.

— Откуда ты знаешь?

— Карл рассказывал. Он говорил, что не все птицы поддержали Владыку. Некоторые отказались.

— И ты думаешь, они помогут?

— Попытка — не пытка.

Они приземлились в лесу. Вокруг было тихо — ни звука, ни движения. Только ветер шумел в кронах деревьев.

— Есть кто живой? — крикнул Александр.

Тишина.

— Я знаю, что вы здесь, — сказал он. — Я — Александр, лидер стаи голубей из Новосибирска. Мы сражаемся против Владыки. Нам нужна помощь.

— Помощь? — раздался голос сверху.

Александр поднял голову. На ветке сидела большая сова — серая, с жёлтыми глазами.

— Ты — предводитель сов? — спросил Александр.

— Я — староста, — ответила сова. — Меня зовут Ульрика.

— Ульрика?

— Мои родители любили странные имена.

— Понятно.

— Зачем ты пришёл, голубь?

— Я пришёл просить о помощи. Владыка скоро уничтожит наш город. Если он уничтожит его — следующим будет ваш лес.

— Наш лес он не тронет. У нас договор.

— Договор с Владыкой? — удивился Александр.

— Мы не поддерживаем его, но и не мешаем. Мы — нейтралы.

— Нейтралитет не спасёт вас. Когда Владыка победит — он уничтожит всех, кто не с ним.

— Ты не знаешь Владыку.

— Я знаю его достаточно, чтобы понимать: он не оставит в живых тех, кто ему не подчиняется.

Сова задумалась.

— Что ты предлагаешь? — спросила она.

— Присоединяйтесь к нам. Сражайтесь вместе с нами. После победы — вы будете свободны.

— А если мы проиграем?

— Тогда мы все умрём. Но лучше умереть, сражаясь, чем ждать смерти в своём гнезде.

Сова посмотрела на Александра долгим взглядом.

— Ты — странный голубь, — сказала она.

— Я знаю.

— Ты веришь в победу?

— Я верю, что мы можем победить.

— Этого достаточно?

— Этого должно быть достаточно.

— Хорошо, — сказала сова. — Мы поможем. Но не потому, что ты попросил. А потому, что я тоже хочу жить в мире без Владыки.

— Спасибо, Ульрика.

— Но у меня есть условия.

— Какие?

— Первое: после войны вы не будете охотиться на сов.

— Договорились.

— Второе: вы предоставите нам место для проживания в городе.

— Найдём.

— Третье: ты лично будешь отвечать за выполнение этих условий.

— Я согласен.

— Тогда по рукам.

— По крыльям.

Они пожали друг другу крылья. Сова повернулась к лесу и издала низкий гортанный крик. Из темноты вылетели совы — одна за другой, тридцать штук.

— Моя стая, — сказала Ульрика. — Лучшие охотники леса.

— Впечатляет, — сказал Александр.

— Посмотрим, как они покажут себя в бою.

— Я верю в них.

— Я тоже.

Александр вернулся в город с подкреплением — тридцать сов, готовых сражаться. Совы присоединились к стае, увеличив её численность. Голуби смотрели на новых союзников с любопытством — никогда раньше они не сражались бок о бок.

— Неплохо, — сказал Борис. — Тридцать сов — это сила.

— Тридцать сов — это капля в море, — сказал Александр. — Нам нужно больше.

— Где мы найдём больше?

— В городе. Там есть отряды перерождённых, которые прячутся по подвалам.

— Откуда ты знаешь?

— Я — голубь. Я вижу всё.

Александр полетел в центр города. Там, в подвалах разрушенных зданий, прятались люди — перерождённые, выжившие, те, кто не хотел сражаться.

— Эй, — крикнул он, подлетая к одному из подвалов. — Есть кто живой?

Из подвала выглянул мужчина — лет сорока, с автоматом в руках.

— Кто ты? — спросил он.

— Я — голубь. Александр. Лидер стаи.

— Голубь лидер стаи? — усмехнулся мужчина. — Забавно.

— Не забавно. Реально.

— Чего тебе?

— Мне нужны бойцы. Завтра — решающий бой. Те, кто останутся в подвалах — умрут, когда монстры придут за ними.

— А если мы выйдем — мы умрём быстрее.

— Если вы выйдете — у вас будет шанс. Шанс выжить. Шанс победить.

Мужчина задумался.

— Сколько нас? — спросил он.

— Триста человек. Перерождённые, солдаты, добровольцы.

— Мало.

— Очень мало. Поэтому я и прошу вас присоединиться.

— А что мы получим?

— Жизнь.

Мужчина посмотрел на Александра. Потом повернулся к подвалу и крикнул:

— Эй, народ! Собирайтесь! У нас есть шанс!

Из подвала вышли люди — десять, двадцать, тридцать. Все с оружием, все готовые к бою.

— Мы с вами, голубь, — сказал мужчина. — Веди нас.

— Спасибо, — сказал Александр.

— Не за что.

Александр привёл отряд в штаб. Генерал был удивлён — он не ожидал, что Александр найдёт столько добровольцев.

— Тридцать человек, — сказал генерал. — И тридцать сов. Неплохо.

— Неплохо, — согласился Александр. — Но мне нужно больше.

— Где ты найдёшь больше?

— В других подвалах. В других городах.

— У тебя нет времени.

— Время есть.

Александр продолжил поиски. Следующий подвал находился в старом заводском цехе — там прятались двадцать человек, в основном рабочие с завода.

— Вы кто? — спросил их лидер, мужчина в каске.

— Я — голубь. Иду собирать армию.

— Армию? Против чего?

— Против монстров. Против Владыки.

— Мы — рабочие, не солдаты.

— Завтра это не будет иметь значения. Монстры придут за всеми.

— У нас нет оружия.

— Возьмите лопаты, молотки, трубы. Всё, что может бить.

— Это безнадёжно.

— Всё безнадёжно, пока мы не попробуем.

Мужчина посмотрел на своих людей. Потом кивнул.

— Мы с вами.

— Спасибо.

— Не за что.

Они присоединились к отряду. Александр летел дальше. Он нашёл группу перерождённых в школе — десять человек с уникальными способностями.

— Вы — перерождённые? — спросил Александр.

— Да, — ответил их лидер, парень лет двадцати. — Мы слышали о тебе. Ты — тот самый голубь.

— Тот самый.

— Мы хотим сражаться.

— Тогда идёмте.

— У нас есть одно условие.

— Какое?

— Мы хотим, чтобы ты сказал речь.

— Речь?

— Да. Перед боем. Чтобы мы знали, за что сражаемся.

— Хорошо. Я скажу речь.

— Тогда мы с вами.

— Спасибо.

— Не за что.

— А это кто? — спросил Борис, когда мимо пробежала белка с огромными глазами.

— Наш новый союзник, — ответил Александр.

— Белка?

— Она сказала, что хочет помочь.

— Чем может помочь белка?

— Не знаю. Но она настаивала.

— Странная у нас армия.

— Самая странная на свете. И самая лучшая.

Белка запрыгнула на ветку и начала что-то быстро рассказывать на своём языке.

— Она говорит, что знает, где прячутся ещё люди, — перевёл Борис.

— Где?

— В старом бомбоубежище под вокзалом.

— Веди.

Белка повела их к вокзалу. Там, в подземном убежище, прятались сорок человек — женщины, дети, старики. Но среди них было десять мужчин с оружием.

— Мы не военные, — сказал их лидер. — Но мы умеем стрелять.

— Этого достаточно, — ответил Александр.

— Мы с вами.

— Спасибо.

К вечеру его армия выросла до четырёхсот человек, двухсот голубей, тридцати сов и десятка других животных — белок, енотов, даже одну лису.

— Никогда не думал, что буду командовать белками, — сказал Александр, глядя на нового союзника.

— Белки — отличные разведчики, — ответил Борис. — Они быстрые, маленькие и везде пролезут.

— А еноты?

— Еноты — диверсанты. Они могут открыть любой замок.

— А лиса?

— Лиса — стратег. Она умнее любого генерала.

— Откуда ты всё это знаешь?

— Я — кот. Мы знаем всё о других животных.

— Полезно.

— Очень.

Лиса подошла к Александру и посмотрела на него хитрыми глазами.

— Ты — тот самый голубь? — спросила она.

— Тот самый.

— Я слышала о тебе. Ты убил аватара Предвестника в Иркутске.

— Это было несложно.

— А теперь ты собираешься убить настоящего.

— Планирую.

— Я помогу тебе, голубь. Но у меня есть одно условие.

— Какое?

— После войны ты должен будешь прийти ко мне в лес и выслушать мою историю.

— Договорились.

— Тогда я с вами.

Лиса отошла, а Борис посмотрел на Александра с подозрением.

— Ты только что заключил сделку с лисой, — сказал он. — Это всегда плохая идея.

— Почему?

— Потому что лисы хитрые. Она обязательно попросит что-то взамен.

— Я знаю. Но сейчас нам нужна любая помощь.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

— Я тоже.

— Неплохая армия, — сказал Борис.

— Неплохая, — согласился Александр. — Но всё равно мало.

— Мало — это всё, что у нас есть.

— Я знаю.

Перед вечерним сбором Александр зашёл в лазарет. Ему нужно было увидеть Шурика. Тот лежал всё так же — бледный, неподвижный, подключённый к аппаратам.

— Привет, Шурик, — сказал Александр, садясь рядом. — Я привёл подкрепление. Совы из леса, люди из подвалов. Завтра — решающий бой.

Шурик не отвечал. Монитор пикал ровно.

— Я знаю, что ты слышишь меня, — продолжил Александр. — Ты всегда меня слышал. Ты — сильный человек. Ты выкарабкаешься.

Монитор пикнул — пульс участился на долю секунды.

— Я вернусь завтра, — сказал Александр. — И ты будешь жив, когда я вернусь. Обещаешь?

Тишина.

— Я принимаю твоё молчание как согласие.

Он похлопал Шурика крылом по руке и вышел. В коридоре его ждала Анна.

— Спасибо, что навестил его, — сказала она.

— Он — мой друг.

— Я знаю.

— Ты готова к завтрашнему?

— Готова.

— Не боишься?

— Боюсь. Но Шурик бы не простил мне, если бы я струсила.

— Он бы гордился тобой.

— Я знаю.

— Завтра мы победим, Анна. Я обещаю.

— Я верю тебе.

— Спасибо.

Вечером они собрались у костра. Солдаты сидели вокруг, чистили оружие, рассказывали истории. Александр сидел в центре, чувствуя себя частью чего-то большого.

— Товарищи, — сказал Александр, поднимаясь на импровизированную трибуну — ящик из-под патронов. — Завтра — решающий бой. Завтра мы или победим, или умрём. Но я хочу, чтобы вы знали: я горжусь каждым из вас.

Солдаты затихли. Даже костёр перестал трещать.

— Я — голубь, — продолжил Александр. — Год назад я был риелтором. Я продавал квартиры и думал, что жизнь — это ипотека и кредиты. А теперь я стою здесь, перед вами, и говорю: мы — армия. Мы — те, кто не сдаётся.

— Мы с тобой! — крикнул кто-то из толпы.

— Я верю в каждого из вас, — ответил Александр. — Я знаю, что вы не подведёте. Я знаю, что завтра мы войдём в историю как те, кто остановил вторжение.

— Спасибо, голубь! — крикнул кто-то.

— Не за что, — ответил Александр. — И я благодарен вам. Завтра мы покажем Владыке, что люди и птицы — не игрушки. Мы — сила. И мы победим.

— Победим! — закричали солдаты.

Александр спрыгнул с ящика. К нему подошёл Максим.

— Хорошая речь, — сказал он. — Я почти поверил.

— Ты не веришь?

— Я верю. Но страх всё равно есть.

— Страх — это нормально. Главное — не дать ему управлять тобой.

— Мудро.

— Я — мудрый голубь.

Максим усмехнулся и сел у костра.

— Саша, — сказал он. — У меня есть идея.

— Какая?

— Завтра, когда начнётся бой, я пойду с Анной к кристаллу.

— Ты уверен?

— Я никогда не был так уверен.

— Тогда иди.

— Спасибо.

— Не за что.

К костру подошла Ульрика. Сова выглядела величественно в свете огня — её перья отливали серебром.

— Какие планы на завтра? — спросила она.

— Атака, — ответил Александр. — Мы ударим с двух сторон: основная армия идёт в лоб, а отряд через подземелья — к кристаллу.

— А мои совы?

— Вы будете прикрывать фланги. И охотиться на воронов Карла.

— Карла? — переспросила Ульрика. — Я знаю его. Он — опасный противник.

— Ты справишься?

— Я — сова. Совы охотятся на воронов.

— Тогда договорились.

— Договорились.

К костру подошёл ещё один человек — пожилой мужчина с седой бородой и охотничьим ружьём.

— Я — Пётр, — сказал он. — Охотник. Я слышал, вы собираете армию.

— Да, — ответил Александр. — Вы хотите присоединиться?

— Я хочу защитить свой дом. У меня внуки.

— Сколько вам лет?

— Шестьдесят три.

— Вы уверены, что справитесь?

— Я охотился всю жизнь. Я убью больше монстров, чем любой из ваших молодых солдат.

— Я верю.

— Спасибо, голубь.

— Не за что.

Пётр сел у костра и начал чистить ружьё. Александр смотрел на него и думал о том, сколько разных людей собрала эта война.

— Ты потерял руку.

— Я знаю. Но я всё ещё могу держать нож.

— Это опасно.

— Всё, что мы делаем — опасно.

— Ты прав.

— Тогда я иду.

— Хорошо.

Максим кивнул и отошёл. Александр смотрел на него и думал о том, как сильно изменились люди за время войны.

— О чём думаешь? — спросил Борис, садясь рядом.

— О том, что мы — странная компания. Голубь, кот, люди, совы.

— И все вместе мы — сила.

— Ты веришь в это?

— Я верю в тебя.

— Спасибо, Боря.

— Не за что.

— Боря, — сказал Александр. — Если завтра я не вернусь — ты должен знать…

— Ты вернёшься, — перебил его Борис. — Мы открываем бар. Ты — бармен. Я — вышибала. Это план.

— Бар?

— Да. Бар для перерождённых. Назовём «У голубя и кота».

— Звучит неплохо.

— Это лучший план на свете.

— Тогда договорились.

— Договорились.

Они пожали друг другу лапу и крыло. Луна осветила их силуэты — голубь и кот, два друга, готовые к последнему бою.

— Завтра, — сказал Александр.

— Завтра, — ответил Борис.

— Боря, — сказал Александр. — Спасибо, что ты был со мной всё это время.

— Ты — мой друг, — ответил Борис. — Куда бы ты ни пошёл — я пойду за тобой.

— Даже в ад?

— Даже в ад. Там, наверное, тепло.

— Ты — лучший кот на свете.

— Я знаю.

— Иди спать, Боря. Завтра будет тяжёлый день.

— Ты тоже иди.

— Я ещё посижу немного. Нужно подумать.

— О чём?

— О завтрашнем дне. О том, что мы будем делать, если победим.

— Мы откроем бар, — сказал Борис. — Ты забыл?

— Не забыл. Просто хочу убедиться, что у нас будет завтра.

— Будет. Я обещаю.

— Хорошо.

— Не замерзай.

— Не замёрзну.

Борис ушёл в штаб, а Александр остался у костра. Он смотрел на огонь и думал о завтрашнем дне. О Предвестнике. О Владыке. О том, что будет, если они проиграют.

Но он не имел права проигрывать. Слишком многие верили в него.

— Завтра, — сказал он. — Завтра всё закончится.

Ночь опустилась на город. Завтра — решающий бой. Завтра — или победа, или смерть.

— Завтра, — сказал Александр, глядя на звёзды.

— Завтра, — повторил Борис.

Глава 21. Голубиная кара

Ночь была короткой. Александр почти не спал — он сидел на крыше, глядя на разлом, который пульсировал в темноте. Завтра — решающий бой. Завтра — или победа, или смерть.

— Ты не спишь? — спросил Борис, подходя сзади.

— Не могу, — ответил Александр. — Слишком много мыслей.

— О чём думаешь?

— О завтрашнем дне. О Предвестнике. О том, что будет, если мы проиграем.

— Мы не проиграем.

— Откуда такая уверенность?

— Потому что я — кот. Коты всегда знают.

— Убедительно.

— Я стараюсь.

Александр улыбнулся и посмотрел на звёзды. В детстве он любил смотреть на ночное небо — тогда, в прошлой жизни, когда он был человеком. Он мечтал стать космонавтом, пилотом, кем-то, кто покоряет небо.

— Ирония судьбы, — сказал он вслух.

— О чём ты? — спросил Борис.

— Я мечтал летать, когда был человеком. А теперь я — голубь. Мечта сбылась.

— И как тебе?

— Страшно. Но красиво.

— Так бывает.

— Я думаю, что каждый человек мечтает летать. Это — наша самая древняя мечта. Подняться в небо, увидеть мир сверху.

— А теперь ты можешь.

— Теперь могу. И знаешь что? Это не так круто, как я думал.

— Почему?

— Потому что в небе холодно. И ветер сильный. И хищники.

— Как и в жизни.

— Как и в жизни.

Они замолчали. Где-то вдалеке завыли монстры — ночной патруль Предвестника.

— Боря, — сказал он. — Мне нужно подняться до 29 уровня. Это единственный способ победить Предвестника.

— Я знаю.

— Как?

— Ты знаешь ответ, — сказал Борис. — Убей сильного врага. Система не даёт много опыта за слабаков. Тебе нужен монстр уровня 20 или выше.

— Где мне найти такого в два часа ночи?

— Где мне найти сильного врага в два часа ночи?

— В лесу. Там есть монстры, оставшиеся после первой волны. Ульрика говорила про старого монстра в овраге — уровень 22.

— Почему она не уничтожила его?

— Он слишком силён для сов. Они держат нейтралитет.

— Значит, сегодня я нарушу нейтралитет.

— Идём.

Александр взлетел. Борис побежал по крышам, не отставая. Они направились к лесу, где, по словам Ульрики, остался старый разлом с монстром.

— Ты уверен, что справишься? — спросил Борис.

— Нет. Но попробовать стоит.

— Ты — идиот, Саша.

— Я знаю.

— Но я с тобой.

— Спасибо.

Они приземлились у старого разлома. Вход в него находился в овраге — тёмное пятно, пульсирующее фиолетовым светом. Изнутри доносился низкий рык.

— Крупный, — сказал Александр.

— Очень, — согласился Борис.

— Я войду один.

— Я с тобой.

— Боря, если я погибну — ты должен вернуться в город.

— Ты не погибнешь.

— Но если…

— Ты не погибнешь, — сказал Борис твёрдо. — Я иду с тобой.

— Упрямый кот.

— Я знаю.

Вместе они вошли в разлом. Внутри было темно и сыро. Пахло гнилью и магией. Стены были покрыты фиолетовыми кристаллами — они светились в темноте, создавая жуткую атмосферу.

— Красиво, — сказал Борис.

— Страшно, — ответил Александр.

— Красиво и страшно — одно и то же.

— Цинично.

— Реалистично.

Они прошли глубже. В центре зала сидел монстр — похожий на огромную ящерицу, но с тремя головами. Чешуя переливалась фиолетовым. Три пары глаз уставились на непрошеных гостей.

— Гидра, — сказал Александр. — Уровень 22.

— Трёхголовая, — добавил Борис. — Опасная.

— Я справлюсь.

— Надеюсь.

Гидра атаковала первой. Одна голова выплюнула струю кислоты — Александр едва увернулся. Вторая попыталась укусить — он уклонился. Третья атаковала сбоку — он блокировал молнией.

— Она быстрая! — крикнул Борис.

— Я вижу!

— Какой план?

— Убить её!

— Хороший план!

Александр взлетел под потолок и атаковал молниями. Гидра закричала, но не остановилась — три головы продолжали атаковать, не давая ему приблизиться. Он пытался найти уязвимое место, но гидра была покрыта толстой чешуёй.

— Мне нужно попасть в центр! — крикнул Александр, уклоняясь от очередной струи кислоты.

— Туда, где сходятся все три головы! — крикнул Борис. — Это самое уязвимое место!

— Откуда ты знаешь?

— Я читал мифы! У гидр всегда слабое место в центре!

— Мифы? — Александр едва увернулся от клыков второй головы. — Ты серьёзно?

— А у тебя есть другие идеи?

— Нет!

— Тогда слушайся кота!

Александр спикировал вниз, уклоняясь от кислоты и клыков. Первая голова плюнула кислотой — он нырнул под струю. Вторая попыталась укусить — он перевернулся в воздухе. Третья атаковала сбоку — он блокировал крылом, чувствуя, как клыки скользят по перьям.

— Близко! — крикнул он.

— Ещё немного!

Александр выпустил молнию прямо в центр туловища гидры — туда, где сходились три шеи. Молния ударила с оглушительным треском. Гидра замерла на секунду. Все три головы дёрнулись одновременно. Глаза потускнели.

— Работает! — крикнул Борис.

Александр ударил снова. И снова. Три молнии в одно место. Гидра зашаталась. Из центра туловища пошёл дым. Затем монстр рухнул на землю, сотрясая пол разлома.

— Гидра уровня 22 побеждена, — сказала Система. — Опыт: 2000 единиц.

— Уф, — выдохнул Александр, приземляясь. — Это было тяжело.

— Но ты справился, — сказал Борис, вылезая из укрытия.

— Почти, — сказал Александр, сверяясь с Системой. — До 29 уровня осталась тысяча опыта.

— Отлично. Осталась мелочь.

— Мелочь?

— Ну да. Тысяча опыта — это десять монстров 10 уровня или пять монстров 15 уровня.

— Это час работы.

— Или меньше, если поторопиться.

— Где они?

— Внутри. — Борис указал хвостом вглубь разлома. — Там должны быть боковые туннели. Мелкие твари любят гнездиться рядом с крупными.

— Откуда ты знаешь?

— Я — кот. Мы знаем такие вещи.

— Убедительно.

— Я стараюсь.

Они углубились в разлом. В боковых туннелях действительно гнездились мелкие монстры — уровень 10-15. Крысоподобные твари, мелкие слизни, пара летающих шипастых шаров.

— Вечеринка, — сказал Александр.

— Работа, — поправил Борис.

Александр начал зачистку. Первый туннель — пятеро крыс. Второй — трое слизней. Третий — четвёрка летунов. Он работал методично, не останавливаясь, не давая себе передышки. Каждая молния приносила опыт. Каждый убитый монстр приближал его к цели.

Через сорок минут он убил последнего монстра. Система обновила статус.

— Поздравляем! — сказала Система. — Вы достигли 29 уровня. Открыт навык: Голубиная кара — 200 единиц урона. Внимание: это максимальный уровень для данного региона.

— Поздравляем! — сказала Система. — Вы достигли 29 уровня. Открыт навык: Голубиная кара — 200 единиц урона. Внимание: это максимальный уровень для данного региона.

— Есть, — сказал Александр, чувствуя, как сила наполняет его тело. Перья засветились голубоватым светом, по крыльям побежали искры. — Я на 29 уровне.

— Поздравляю, — сказал Борис. — Теперь ты официально самый сильный голубь на планете.

— Самый сильный голубь — это звучит странно.

— Но это факт.

Александр открыл окно навыков. Новое умение — «Голубиная кара» — обещало 200 единиц урона. В сочетании с усилением молнии это могло пробить защиту Предвестника.

— С этим навыком я могу победить, — сказал он.

— Ты можешь победить, — подтвердил Борис.

— Но не только силой, — задумчиво сказал Александр. — Я думал об этом, пока охотился. Уровень — это цифры. Но победа — это не только цифры. Это стратегия, хитрость, воля.

— Ты стал философом?

— Я стал голубем 29 уровня. Это обязывает.

— К чему?

— К мудрости, наверное.

— Ты — странный, Саша.

— Я знаю.

Они вышли из разлома. Начинался рассвет — небо окрашивалось в розовый и оранжевый. Солнце поднималось над горизонтом, освещая город, разлом и армию монстров вдалеке.

— Красиво, — сказал Александр.

— Очень, — ответил Борис.

— Боря, — сказал Александр, глядя на восход. — Можно мне протестировать новый навык?

— На чём?

— Вон на том камне, — Александр указал на большой валун метрах в двадцати.

— Давай. Только не взорви полгорода.

— Постараюсь.

Александр сосредоточился, чувствуя, как энергия собирается в груди. Система подсветила навык: «Голубиная кара». Он активировал его.

Из его тела вырвался столб голубого света, ударивший в валун. Камень взорвался — осколки разлетелись во все стороны. На месте валуна осталась только дымящаяся воронка.

— Ничего себе, — сказал Борис, отряхиваясь от пыли. — Это было мощно.

— 200 единиц урона, — сказал Александр, рассматривая результат. — Не шутка.

— С этим навыком ты можешь пробить защиту Предвестника.

— Я знаю.

— Но у него есть ограничение?

— Да, — сказал Александр, проверяя описание. — Перезарядка — десять минут. Я могу использовать его только один раз за бой.

— Один раз?

— Один. Но если попаду — Предвестник умрёт.

— Или умрёшь ты.

— Или умрёшь я.

— Оптимистично.

— Реалистично.

— Я надеюсь, ты попадёшь.

— Я тоже.

Они помолчали, глядя на дымящуюся воронку. Сила была впечатляющей, но цена ошибки — смертельной.

— Как думаешь, Боря, — спросил Александр, не отрывая взгляда от воронки. — Я всё ещё человек? Или уже голубь?

— А ты сам как считаешь?

— Не знаю. Внутри я чувствую себя человеком. Я мыслю, как человек. Я принимаю решения, как человек. Но моё тело — голубя. Мои инстинкты — голубя. Я могу летать, видеть в темноте, чувствовать ветер. Это — не человеческое.

— Может, ты — и то, и другое?

— Может.

— Это делает тебя уникальным. Ты — мост между двумя мирами.

— Я — голубь с душой человека.

— Или человек с телом голубя.

— Какая разница?

— Никакой. Главное — кто ты внутри.

— Но если я — голубь с памятью человека, — сказал Александр. — То что я такое на самом деле? Моя личность — это мои воспоминания? Или моя душа? Или что-то другое?

— Философский вопрос, — сказал Борис. — На который нет ответа.

— А если подумать?

— Я думаю, что ты — это ты. Саша. Александр. Голубь. Человек. Неважно, как назвать. Важно то, что ты делаешь.

— А что я делаю?

— Ты спасаешь мир. Ты собираешь армию. Ты дерёшься с монстрами. Ты — герой.

— Я — не герой.

— Герои не считают себя героями. Они просто делают то, что нужно.

— Ты — философ, Боря.

— Я — кот, который много читал.

— Какие книги?

— Дюма, Толстой, Стругацкие. Ещё детективы.

— Ты — образованный кот.

— Самый образованный на планете.

— Я рад, что встретил тебя, Боря.

— Я тоже, Саша.

Они помолчали, глядя на восход. Солнце поднималось всё выше, окрашивая небо в золотой цвет.

— Знаешь, Боря, — сказал Александр. — Я вспомнил свою человеческую жизнь. Я был риелтором. Продавал квартиры. Думал, что это важно.

— А теперь?

— Теперь я понимаю, что важно совсем другое. Друзья. Семья. Возможность защитить тех, кто дорог.

— Ты изменился.

— Да. Я стал голубем, но нашёл себя настоящего.

— Может, для этого нужно было умереть?

— Может, — сказал Александр. — Может, смерть — это единственный способ понять, что действительно важно.

— Слишком философски для раннего утра.

— Слишком философски для голубя.

— Ты — не обычный голубь.

— Я знаю.

— Надо возвращаться, — сказал Александр. — Скоро рассвет.

— Да, — согласился Борис. — У нас есть час до атаки.

— Успеем?

— Должны.

Они полетели обратно. Город просыпался — внизу зажигались огни, солдаты выходили из казарм, техника выезжала на позиции.

— Сколько у нас людей? — спросил Александр, глядя на приготовления.

— Четыреста, — ответил Борис. — Плюс голуби, совы, белки, лиса, еноты.

— Странная армия.

— Самая странная в мире. Но наша.

— Я горжусь ей.

— Я тоже.

Они приземлились у штаба. Армия готовилась к бою — солдаты строились, бронетехника выезжала на позиции, артиллерия наводила орудия.

— Александр, — сказал генерал, увидев его. — Где ты был?

— Охотился, — ответил Александр. — Я достиг 29 уровня.

— 29? — удивился генерал. — Это максимальный уровень.

— Я знаю.

— Теперь у нас есть шанс.

— Шанс был всегда. Теперь у нас есть сила, чтобы его реализовать.

— Тогда готовься. Через час — атака.

— Я буду готов.

Александр подошёл к стае. Голуби сидели на насестах, чистили перья, готовились к бою. Старый голубь погиб, но его место занял молодой — сильный и быстрый.

— Мои друзья, — сказал Александр, подходя к стае. Голуби сидели молча, глядя на него. В их глазах была решимость. — Сегодня — решающий день. Сегодня мы или победим, или умрём. Но я хочу, чтобы вы знали: я горжусь каждым из вас.

Он обвёл взглядом стаю. Молодой голубь, занявший место старого, сидел в первом ряду. Рядом — голубка, которая потеряла пару вчера. Ещё несколько — с перевязанными крыльями, но готовых лететь.

— Вы — не просто голуби, — продолжил Александр. — Вы — моя семья. Мы прошли вместе через ад. Мы потеряли друзей. Но мы выжили. И сегодня мы докажем, что даже голуби могут изменить мир.

— За дом! — крикнул молодой голубь.

— За дом! — подхватила стая.

— За жизнь! — добавил Александр. — За будущее! За тех, кто не дожил до этого дня!

— За них! — ответили голуби.

— Вперёд!

Голуби заворковали в ответ, хлопая крыльями. К ним присоединились совы — Ульрика выстроила своих птиц рядом. Лиса стояла в стороне, наблюдая. Белки запрыгивали на ветки, готовясь к разведке.

— Я не подведу вас, — сказал Александр. — Я обещаю.

Он подошёл к каждому голубю, коснулся крылом, посмотрел в глаза. Он запоминал их — каждого, кто летел с ним в этот последний бой. Некоторые были с ним с самого начала — с первой главы. Некоторые присоединились только вчера. Но все они были его семьёй.

— Прощайте, друзья, — тихо сказал он. — Если я не вернусь — знайте, что вы были лучшими.

Голуби заворковали в ответ, провожая его взглядами.

— Александр, — сказала Ульрика, подходя. — Мои совы готовы.

— Спасибо, Ульрика.

— Не за что. Мы хотим жить в мире без Владыки.

— Я сделаю всё, чтобы этот мир наступил.

— Я знаю. Ты — необычный голубь.

— Я знаю.

Ульрика кивнула и отошла. К Александру подошла Анна.

— Саша, — сказала она. — Мы с Максимом готовы идти в коллектор.

— У вас есть карта?

— Да. Борис нарисовал.

— Хорошо. Помните: ваша цель — кристалл. Всё остальное — второстепенно.

— Мы поняли.

— Удачи, Анна.

— Спасибо.

Она обняла его — осторожно, чтобы не помять крылья.

— Ты — хороший друг, — сказала она.

— Ты тоже.

— Я вернусь.

— Я знаю.

— Время, Александр, — сказал генерал, подходя и протягивая ему рацию. — Артподготовка через пять минут. Пора занимать позиции. Возьми рацию — будешь на связи.

— Я готов.

— Удачи.

— Спасибо, генерал. Спасибо за всё, что вы сделали.

— Не за что, — сказал генерал. — Ты — лучший голубь, с которым я когда-либо воевал. Лучший солдат. Лучший друг.

— А ты — лучший генерал.

— Я — всего лишь старый солдат.

— Этого достаточно.

Они пожали друг другу руку и крыло. Генерал ушёл командовать войсками. Александр поднялся на крышу и посмотрел на разлом. Предвестник стоял у его основания, глядя на город. За ним стояла армия монстров — тысячи тварей, готовых к атаке. В небе кружили вороны — Карл готовил своих птиц.

— Красиво, — сказал Александр.

— Ужасно, — поправил Борис.

— Красиво и ужасно.

— Как и вся эта война.

— Скоро всё закончится.

— Я знаю.

— Ты готов?

— Готов.

— Я тоже.

— Тогда — вперёд.

— Постой, — сказал Борис. — Я хочу сказать тебе кое-что.

— Что?

— Если сегодня мы не вернёмся… Я хочу, чтобы ты знал: ты был лучшим другом, который когда-либо был у кота. И я горжусь, что мы познакомились.

— Я тоже горжусь, — ответил Александр. — Ты научил меня тому, что дружба не зависит от вида. Что голубь и кот могут быть братьями.

— Мы — братья по духу, — сказал Борис.

— Именно.

— А ты — лучшим другом, который когда-либо был у голубя.

— Мы — странная пара.

— Лучшая странная пара на свете.

— Согласен. Мы — братья навсегда.

— Навсегда, — подтвердил Борис. — Тогда — вперёд.

— Подожди-ка, — сказал Александр. — Я хочу ещё раз проверить навык перед боем.

— У нас нет времени.

— Это быстро, я мигом.

Александр активировал «Голубиную кару» ещё раз — голубой свет вырвался из его тела, ударив в пустой участок земли. Воронка стала глубже.

— Работает, — сказал он. — Я готов.

— Тогда — вперёд.

— Вперёд.

Они посмотрели на разлом. Первые снаряды ушли в сторону армии монстров — артподготовка начиналась. Земля содрогнулась от взрывов. Небо окрасилось в оранжевый от зарева пожаров.

— Красиво, — сказал Александр.

— Очень, — ответил Борис.

— Пора.

— Пора.

Александр взлетел. За ним поднялась стая — двести голубей, тридцать сов, десяток других птиц. Они летели к разлому, к Предвестнику, к финалу.

Битва за Новосибирск начиналась.

Глава 22. Накануне

Вечер опустился на город. Армия расположилась на привал — последний привал перед решающим боем. Солдаты сидели у костров, чистили оружие, рассказывали истории. Завтра — битва. А сегодня — последняя ночь перед финалом.

Александр сидел у главного костра в центре лагеря. Вокруг него собрались те, кто прошёл весь путь с ним до конца. Борис — кот-бухгалтер, ставший стратегом. Анна — снайпер, потерявшая любимого, но не потерявшая надежду. Максим — солдат, потерявший руку, но не потерявший волю. Генерал — старый вояка, который видел слишком много войн. Ульрика — сова, которая решила нарушить нейтралитет. Даже лиса — хитрая, но верная.

— Красивая ночь, — сказал Борис, глядя на звёзды.

— Красивая, — согласился Александр. — Жалко, что завтра может стать последней.

— Не каркай, — сказал Борис. — Ты — голубь. Ты не должен каркать.

— А кто должен?

— Вороны. А голуби должны ворковать.

— Я воркую: вор-вор-вор.

— Ужасно.

— Я стараюсь.

— Садист.

Все засмеялись. Напряжение спало.

— Знаете, — сказал Максим, подбрасывая дрова в костёр. — Я вспомнил, как мы познакомились с Сашей. Это было в Кемерово. Он ворвался в штаб и начал что-то объяснять про разломы и кристаллы. Мы думали, что он сумасшедший.

— Я и был сумасшедшим, — сказал Александр.

— А теперь ты — наш главнокомандующий, — сказал генерал.

— Голубь-главнокомандующий. Звучит как анекдот.

— Жизнь — анекдот, — сказал Борис. — Просто с плохими шутками.

— А ты расскажи анекдот, — предложила лиса.

— Какие анекдоты могут быть у кота? — спросил Борис.

— Например, про голубя и кота.

— Ладно, — сказал Борис. — Идёт голубь по улице. Встречает кота. Кот спрашивает: «Ты куда?» Голубь отвечает: «На войну». Кот говорит: «Я с тобой». Идут они вместе. Встречают монстра. Голубь убивает монстра молнией. Кот говорит: «А я?» Голубь отвечает: «А ты — моральная поддержка».

— Это не анекдот, — сказал Максим.

— Это — история моей жизни, — ответил Борис.

— А ты что делал до войны, Боря? — спросила Анна.

— Был бухгалтером, — сказал Борис. — Сидел в офисе, считал чужие деньги. Ненавидел свою работу, но терпел. А потом началось вторжение.

— И ты стал героем, — сказал Александр.

— Я стал котом, который дружит с голубем. Это почти герой.

— А ты, Ульрика? — спросил Александр.

Сова задумалась. Её жёлтые глаза отражали огонь костра.

— Я была учителем, — сказала она. — В другом мире. Учила молодых сов охотиться, летать, выживать.

— В другом мире? — удивился Максим.

— Да. Я — не из этого мира. Я переродилась здесь, как и вы.

— Ты — перерождённая? — удивился Александр.

— Да. Только я — сова, а не человек.

— Почему ты не сказала раньше?

— Ты не спрашивал.

— А что ты помнишь о прошлой жизни? — спросила Анна.

— Мало, — сказала Ульрика. — Я помню лес. Большой, тёмный, с высокими деревьями. Помню, как учила птенцов. А потом — тьма. И пробуждение здесь, в этом мире.

— То есть перерождаются не только люди? — спросил Александр.

— Все, кто умирает рядом с разломом, — сказала Ульрика. — Люди, животные, птицы. Система не выбирает.

— Я не знал этого.

— Теперь знаешь.

Тишина. Все переваривали информацию.

— А ты, лиса? — спросил Борис.

— Я — просто лиса, — ответила та. — Хитрая, умная, красивая.

— Скромная.

— Я — лиса. Скромность — не моё качество.

— А что ты делала до войны? — спросил Александр.

— Жила в лесу. Охотилась на мышей. Пряталась от людей. А потом пришли монстры — и я поняла, что прятаться больше не получится.

— И ты решила сражаться?

— Я решила выжить. Сражаться — это способ выжить.

— Мудро.

— Я — лиса. Мы мудрые.

— А ты, генерал? — спросил Максим.

— Я — старый солдат, — сказал генерал. — Воевал в Чечне, в Сирии, здесь. Война — моя профессия.

— Ты не устал? — спросила Анна.

— Устал, — признался генерал. — Но кто-то должен командовать.

— А кто был твоим самым странным подчинённым? — спросил Борис.

— Ты, — сказал генерал, глядя на Александра.

— Почему я? — удивился Александр.

— Потому что ты — голубь. Я никогда не командовал голубями.

— А какой я — подчинённый?

— Непослушный, — сказал генерал. — Но эффективный.

— Это комплимент?

— Это факт.

— Принимаю.

— После войны? — переспросил Александр. — Я об этом не думал.

— А ты подумай.

— Ну… — Александр задумался. — Наверное, открою свой бизнес.

— Бизнес? — удивилась Анна. — Какой?

— Агентство недвижимости, — сказал Александр и улыбнулся. — Шучу. Наверное, просто буду жить. Летать. Помогать людям.

— Звучит неплохо, — сказал генерал.

— А ты, Боря? — спросил Максим.

— Я открою бар, — сказал Борис. — «У голубя и кота». Александр будет барменом. Я — вышибалой.

— Вышибалой? — усмехнулась Анна. — Ты — кот.

— Коты — отличные вышибалы. Мы шипим, царапаемся и выглядим угрожающе.

— Ты выглядишь как пушистый комок, — сказал Александр.

— Это моё боевое обличье, — ответил Борис.

Все засмеялись.

— А ты, Анна? — спросил Александр.

— Я… — Анна задумалась. — Я буду ждать Шурика. Когда он очнётся — мы уедем из города. Куда-нибудь к морю.

— К морю — это хорошо, — сказал генерал. — Я тоже думал о море после войны.

— Ты — генерал, — сказал Максим. — Ты не можешь просто уйти на пенсию.

— Могу, — ответил генерал. — После этой войны я заслужил отдых.

— А кто будет командовать армией?

— Найдём кого-нибудь помоложе.

— А если не найдём?

— Тогда армия будет командовать сама собой. Солдаты — умные люди. Они разберутся.

— Ты — оптимист, — сказала лиса.

— Я — реалист, — ответил генерал. — Оптимисты думают, что всё будет хорошо. Реалисты знают, что может быть плохо, но делают всё, чтобы стало хорошо.

— Мудро, — сказала сова.

— Я — старый солдат. Мудрость приходит с возрастом.

— И с опытом, — добавил Борис.

— И с опытом.

— Саша, — сказал Максим. — Расскажи, как ты научился летать. В смысле — по-настоящему.

— Это было в Томске, — начал Александр. — Я только переродился, ничего не умел. Летал как... как голубь, который не умеет летать.

— А как это — летать как голубь, который не умеет летать? — спросила лиса.

— Это страшно, — признался Александр. — Ты падаешь, машешь крыльями, снова падаешь. А потом — раз! — и взлетаешь. И понимаешь, что небо — это твой дом.

— Красиво сказал, — сказала Анна.

— Я — поэт в душе.

— В душе голубя?

— В душе голубя-поэта.

— Есть разница? — спросил Борис.

— Огромная, — ответил Александр. — Голубь-поэт воркует с рифмой.

— Покажи, — попросила лиса.

— Вор-вор-вор. Рифма — топор. Не очень.

— Ужасно, — сказал Борис.

— Я предупреждал.

— А расскажи, как ты первый раз убил монстра, — сказал Максим.

— Это был слизень, — сказал Александр. — Уровень 3. Я долго думал, как его убить. Потом просто клюнул в глаз. Он умер.

— И всё? — разочарованно спросила лиса.

— Всё. Первый бой — всегда простой. Сложные начинаются потом.

— Когда ты впервые встретил Предвестника? — спросила Анна.

— В Иркутске, — сказал Александр. — Это был аватар, уровень 20. Он был огромным — метра три высотой. Мы еле справились.

— А теперь ты собираешься убить настоящего, — сказал генерал.

— Теперь — да.

— Он сильнее.

— Я знаю.

— Но ты всё равно идёшь.

— Иду.

— Почему?

— Потому что если не я — то кто? — ответил Александр. — Если каждый будет бояться — мир никогда не изменится.

— Ты — настоящий герой, Саша, — сказала Анна.

— Я — голубь, который делает свою работу.

— Это и есть герой, — сказал Борис.

Все замолчали. Костер трещал, искры улетали в небо. Где-то вдалеке слышались голоса солдат — они пели песню. Александр вслушался — это была старая военная песня, которую он слышал в прошлой жизни.

— Хорошая песня, — сказал он.

— Солдаты поют, — сказал генерал. — Это хороший знак. Значит, у них есть дух.

— А если бы они не пели?

— Тогда бы я волновался.

— А ты не волнуешься?

— Волнуюсь, — признался генерал. — Но когда солдаты поют — волнение меньше.

— Я запомню.

— Запоминай. Это может пригодиться.

— Если мы переживём завтра.

— Когда мы переживём завтра, — поправил Борис.

— Когда, — согласился Александр.

К костру подошёл молодой солдат с гитарой.

— Разрешите? — спросил он.

— Садись, — сказал генерал. — Спой нам.

Солдат сел и заиграл. Песня была грустной — о доме, о семье, о тех, кого не дождались. Но в ней была надежда.

— Хорошая песня, — сказал Александр, когда солдат закончил.

— Спасибо, — ответил солдат. — Я сам написал.

— Ты — талант.

— Я — солдат, — сказал он. — Солдаты пишут песни, чтобы не сойти с ума.

— Мудро.

— Спасибо.

Солдат отошёл. Александр смотрел на него и думал о том, сколько талантливых людей забрала эта война. Сколько песен не будет спето. Сколько книг не будет написано.

— О чём думаешь? — спросил Борис.

— О том, что после войны мир станет другим, — ответил Александр. — Мы все изменились. Мы стали сильнее. Но мы потеряли что-то важное.

— Что?

— Невинность, — сказал Александр. — До войны я думал, что мир — это безопасное место. Что плохие вещи случаются только с другими. Теперь я знаю, что это не так.

— Это называется взросление, — сказал генерал.

— Слишком жестокое взросление.

— Война — это жестоко. Но она учит ценить жизнь.

— Ты прав.

— Я всегда прав.

— Скромность тебя украшает, генерал.

— Я — генерал. Скромность — не моя профессия.

Все засмеялись.

— Знаете, — сказал Александр. — Я хочу сказать вам спасибо. Каждому из вас. За то, что вы были со мной. За то, что не бросили.

— Мы — одна команда, — сказал Максим.

— Одна семья, — добавила Анна.

— Одна стая, — сказала Ульрика.

— Одна армия, — сказал генерал.

— Одна куча, — сказал Борис и чихнул.

Все засмеялись.

— Боря, ты — единственный, кто может испортить серьёзный момент, — сказал Александр.

— Это мой талант, — ответил Борис.

— Ты — талантливый кот.

— Я знаю.

— Я хочу сказать тост, — сказал Александр, вставая. Он поднял кружку с водой — спиртного в лагере не было.

— За что? — спросил Максим.

— За тех, кого с нами нет, — сказал Александр. — За старого голубя, который погиб, прикрывая стаю. За солдат, которые пали в первой атаке. За Шурика, который лежит в коме, но борется. За всех, кто не дожил до этого вечера.

— За них, — сказали все хором, поднимая кружки.

— Они не умерли зря, — сказал Александр. — Их смерть дала нам шанс. Шанс победить.

— Мы победим ради них, — сказал генерал.

— Ради них.

— Я помню каждого из них, — сказала Анна тихо. — Я видела, как они умирали. Я не хочу, чтобы их смерть была напрасной.

— Она не будет напрасной, — сказал Александр. — Я обещаю.

— Я верю тебе.

Тишина. Каждый думал о своём. О тех, кого потерял. О тех, кого мог потерять завтра.

— А теперь — давайте споём что-нибудь весёлое, — сказал Борис. — А то мы раскисли.

— Что ты предлагаешь? — спросил Максим.

— Есть одна песня, — сказал Борис и запел: — «Мы едем, едем, едем в далёкие края…»

— Это детская песня! — возмутилась лиса.

— Детская — значит, весёлая.

— Поддерживаю, — сказал Александр и подхватил: — «Хорошие соседи, счастливые друзья!»

Все засмеялись и начали подпевать. Даже генерал — хотя делал вид, что не поёт. Песня разнеслась по лагерю, и к ней присоединились солдаты у других костров.

— Вот это — боевой дух, — сказал генерал, когда песня закончилась.

— Лучший боевой дух — это когда солдаты смеются, — сказал Александр.

— Ты — хороший командир, Саша.

— Я — голубь, который любит петь.

— Это одно и то же.

Ночь тянулась медленно. Костер догорал, но никто не хотел расходиться. Все знали, что завтра — последний бой. Завтра — или победа, или смерть.

— А помнишь, Саша, — сказал Максим, — как мы впервые встретились в Кемерово? Ты тогда влетел в штаб и начал кричать про разлом.

— Помню, — улыбнулся Александр. — Вы смотрели на меня как на сумасшедшего.

— Мы и смотрели. Голубь, который разговаривает — это ненормально.

— А теперь — нормально?

— Теперь — да. Привыкли.

— Вы — странные люди.

— Мы — выжившие. Это ещё более странные люди.

— Я хочу сказать тост, — сказал генерал, поднимая кружку.

— За что? — спросил Александр.

— За жизнь, — сказал генерал. — За тех, кто с нами. За тех, кто не дожил. И за тех, кто будет жить после нас.

— За жизнь! — повторили все.

— Я хочу добавить, — сказала Ульрика. — За тех, кто придёт после нас. За наших детей. За будущее, которое мы строим.

— За будущее! — сказали все.

— А я хочу выпить за Александра, — сказал Борис. — За самого странного, самого упрямого, самого храброго голубя, которого я когда-либо встречал.

— Ты встречал других голубей? — спросил Александр.

— Ты — первый.

— Тогда я — лучший по определению.

— Лучший. Но странный.

— Это моя профессия.

— Твоя профессия — быть героем.

— Моя профессия — быть голубем. Герой — это просто хобби.

— Хобби у тебя опасное.

— Я знаю. Но мне нравится.

— Ты — ненормальный.

— Я — голубь. Ненормальность — моя суперсила.

— Я люблю тебя, Саша, — сказал Борис.

— Я тебя тоже, Боря.

Они обнялись. Крылья Александра обхватили пушистое тело кота.

— Вы — странная пара, — сказала лиса.

— Лучшая странная пара на свете.

— Спорно, — сказал Борис.

— Не спорно, — ответил Александр. — Факт.

Все засмеялись. Где-то в лагере кто-то заиграл на гармошке — весёлую, плясовую.

— Вот это я понимаю — настроение, — сказал генерал, довольно улыбаясь.

— Солдаты танцуют, улыбаются, — сказал Максим, прислушиваясь к гармошке.

— Значит, завтра будет победа.

— Откуда ты знаешь?

— Солдаты всегда чувствуют, — сказал генерал. — Когда они танцуют накануне боя — значит, они готовы.

— Я запомню.

— Запоминай.

— Завтра мы победим, — сказал Александр, поднимая кружку.

— Завтра мы победим, — ответили все хором.

— А теперь — спать, — сказал генерал. — Завтра рано вставать.

Все начали расходиться. Александр остался у костра один. Он смотрел на огонь и думал о завтрашнем дне.

— Не спишь? — спросил Борис, возвращаясь.

— Не могу.

— Я тоже.

— Садись.

Борис сел рядом. Они молча смотрели на огонь. Угли тлели, освещая их лица. Где-то в лагере догорали другие костры, солдаты укладывались спать. Тишина опускалась на землю.

— Красивая ночь, — сказал Борис.

— Красивая, — ответил Александр.

— Ты помнишь, как мы встретились? — спросил Борис.

— В Кемерово, — сказал Александр. — Ты сидел на помойке и смотрел на меня, как на врага.

— Я думал, ты — шпион.

— А теперь?

— Теперь я знаю, что ты — просто ненормальный голубь.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

— Я рад, что мы встретились, Боря.

— Я тоже, Саша.

— Если бы не ты — я бы не справился.

— Справился бы. Ты — сильный.

— Но с тобой — проще.

— Я — кот. Мы облегчаем жизнь.

— Особенно когда не шипим.

— Я шиплю только на врагов.

— А на друзей?

— На друзей — мурлыкаю.

— Я не слышал, чтобы ты мурлыкал.

— Я мурлыкаю внутри. Ты просто не слышишь.

— Может, я просто глухой на мурлыканье.

— Может. Но я всё равно мурлычу. Для себя.

— Я верю.

— Завтра, — сказал Александр.

— Завтра, — ответил Борис.

— Ты боишься?

— Нет.

— Врёшь.

— Вру, — признался Борис. — Боюсь.

— Я тоже.

— Но мы справимся.

— Я знаю.

— Потому что мы — команда.

— Потому что мы — семья.

— Потому что мы — голубь и кот, которые собираются изменить мир.

— Звучит как название фильма.

— «Голубь и кот: Миссия Невозможна».

— Я бы посмотрел.

— Я бы снял.

— Ты — режиссёр?

— Я — кот. Я всё могу.

— Скромно.

— Реалистично.

Они засмеялись. Костер догорал, но в душе у них горел огонь надежды.

— Знаешь, — сказал Александр. — Если завтра я не вернусь — я хочу, чтобы ты знал: ты был лучшим другом, которого я когда-либо имел.

— Ты вернёшься, — сказал Борис. — У нас бар. Ты — бармен. Я — вышибала.

— Договорились.

— Это не обсуждается.

— Хорошо.

— Тогда — спать.

— Подожди. Я хочу сказать тебе кое-что.

— Что?

— Я люблю тебя, Боря.

— Я тебя тоже, Саша. Больше всех на свете. А теперь — спи.

— Слушаюсь.

— Вот и правильно.

— Завтра, — сказал Александр.

— Завтра, — ответил Борис.

— Спокойной ночи, Боря.

— Спокойной ночи, Саша.

Они устроились на земле. Звёзды светили ярко. Луна освещала лагерь. Где-то вдалеке завыл монстр — последний патруль Предвестника. Но здесь, у костра, было тепло и безопасно.

Они легли спать под открытым небом. Звёзды светили ярко, обещая хороший день. Завтра — решающий бой. Завтра — или победа, или смерть.

Но они были вместе. А это значило больше, чем победа.

Глава 23. Битва за Нск

Рассвет наступил внезапно. Солнце вырвалось из-за горизонта, окрашивая небо в оранжевый и розовый. Армия проснулась — солдаты вставали, проверяли оружие, строились в боевые порядки.

— Сегодня, — сказал Александр, глядя на разлом.

— Сегодня, — ответил Борис.

Артподготовка началась ровно в шесть утра. Первые снаряды с воем ушли в сторону армии Предвестника, разнося строй монстров. Взрывы поднимали землю в воздух, монстры разбегались в панике. Земля содрогалась от каждого залпа.

— Красиво, — сказал Александр.

— Ужасно, — ответил Борис.

— Красиво и ужасно.

— Как вся эта война.

— Пора.

— Пора.

— Прощай, крыша штаба, — сказал Александр, отрываясь от карниза. — Ты была моим домом.

— Ты разговариваешь со зданием, — заметил Борис.

— Я прощаюсь с прошлым.

— Ты — странный, Саша.

— Я — голубь-философ.

— Ты — голубь-идиот.

— Это одно и то же.

Александр поднялся в воздух. За ним поднялась стая — двести голубей, тридцать сов, десяток других птиц. Они летели к разлому, к Предвестнику, к финалу. Солнце освещало их крылья, превращая стаю в живое облако.

— Стая, — передал Александр мысленно. — Держим строй. Не отрываемся. Работаем по моей команде.

— Поняли, — ответили голуби.

— Совы, — сказала Ульрика. — Фланги. Прикрываем от воронов.

— Принято.

Александр посмотрел вниз. Пехота двигалась к разлому, рассредоточившись по улицам. Бронетехника ползла по развалинам, прикрывая солдат.

— Первая волна пошла, — сказал генерал по рации. — Встречаем сопротивление.

— Потери?

— Пока минимальные. Но монстров много.

— Держитесь.

— Держимся.

Александр спикировал вниз, атакуя монстров молниями. Он бил точно, выверено — каждый удар находил цель. Голуби следовали за ним, зачищая улицы от врагов. Крылатые твари пикировали с неба — совы Ульрики перехватывали их, не давая атаковать пехоту.

Внизу солдаты продвигались к разлому. Бронетехника ползла по развалинам, поливая монстров огнём. Взрывы сотрясали землю. Крики раненых смешивались с рёвом монстров.

— Они отступают! — крикнул кто-то из солдат внизу.

— Не расслабляйтесь! — крикнул генерал. — Это только начало! Вторая волна монстров уже на подходе!

Александр посмотрел вдаль. Генерал был прав — из-за разлома выходили новые монстры. Десятки, сотни тварей, готовых к бою.

— Сколько их? — спросил Борис.

— Много, — ответил Александр. — Очень много.

— У нас есть шанс?

— Всегда есть шанс.

— Ты — оптимист.

— Я — реалист. Оптимисты надеются на лучшее. Реалисты делают лучшее.

— Александр, — сказал генерал по рации. — Мы пробились к центральной площади. Предвестник прямо перед нами. Видимость — отличная.

— Вижу, — ответил Александр. — Он ждёт нас.

— Какой план?

— Старый добрый план: отвлечь и ударить.

— Звучит как-то несерьёзно.

— Серьёзные планы редко срабатывают. Импровизация — наше всё.

— Ты — странный командир, Александр.

— Странный, но эффективный.

— Это да.

— Я — голубь-командир. Импровизация — моя суперсила.

Вдалеке показался Предвестник. Он стоял у основания разлома, возвышаясь над полем боя. Рядом с ним стоял Карл — ворон с белым пятном на груди, готовый к бою.

— Карл здесь, — сказал Александр.

— Я вижу, — ответил Борис.

— Он пойдёт за стаей.

— А ты?

— Я пойду за Предвестником.

— Ты уверен?

— Нет. Но другого выбора нет.

— Тогда удачи.

— Спасибо.

Александр отделился от стаи и полетел к Предвестнику. Внизу пехота продолжала наступление — солдаты продвигались под огнём, теряя людей, но не сбавляя темпа. Генерал перебрасывал отряды, закрывая прорывы, поддерживая атакующих.

Карл взлетел с земли, преграждая Александру путь, расправив чёрные крылья.

— Куда ты, голубь? — спросил Карл, и в его голосе слышалась насмешка.

— К твоему хозяину.

— Хозяин занят. Он готовит тебе сюрприз.

— Я люблю сюрпризы.

— Этот тебе не понравится.

— Посмотрим.

Карл атаковал — клюв целился в глаз. Александр уклонился и ответил молнией. Карл блокировал крылом, но искра прошла сквозь перья.

— Ты стал сильнее, — удивился Карл.

— Я качался.

— Это ничего не изменит.

— Посмотрим.

Они закружились в воздухе. Александр бил молниями, Карл уклонялся и контратаковал. Каждый удар был точным, каждая атака — смертельной. Внизу разворачивалась битва — люди сражались с монстрами, голуби — с воронами, совы прикрывали фланги, белки разведывали пути отхода, лиса координировала действия животных.

— Саша, — сказал генерал по рации. — Третья волна пошла. Мы несём потери.

— Сколько?

— Сорок убитых, шестьдесят раненых. Половина бронетехники уничтожена.

— Держитесь.

— Держимся. Но долго не продержимся.

— Я знаю.

Александр посмотрел на стаю. Голуби гибли — вороны Карла выкашивали их десятками. Ульрика пыталась прикрыть их, но сов было слишком мало.

— Стая, — передал Александр. — Держитесь. Ещё немного.

— Мы стараемся, — ответил молодой голубь. Но его голос дрожал.

— Саша! — крикнул Борис снизу. — Я иду!

— Куда? — удивился Александр.

— Помогать!

— Ты — кот!

— Я — стратег! Я вижу слабые места!

Борис запрыгнул на спину Карла и вцепился когтями ему в шею. Карл закричал, пытаясь сбросить кота. Александр воспользовался моментом и выпустил молнию — прямо в крыло.

Карл рухнул на землю, увлекая Бориса за собой. Кот кубарем покатился по земле, но встал, отряхиваясь.

— Ты в порядке? — спросил Александр, приземляясь рядом.

— Я — кот, — ответил Борис, отряхиваясь от пыли. — Коты всегда в порядке, и это факт.

— Карл?

— Без сознания. Но жив.

— Хорошо. Он нам ещё пригодится.

— А теперь — Предвестник.

— Да.

Александр поднял голову. Предвестник смотрел на него с высоты разлома.

— Ты убил моего ворона, — сказал Предвестник.

— Он жив.

— Но он бесполезен.

— Для тебя — может быть. Для меня — нет.

— Какая разница?

— Ты не поймёшь.

— Объясни.

— Ты — монстр. Ты не понимаешь ценность жизни.

— Я понимаю ценность силы.

— Сила без цели — пустота.

— Философия от голубя.

— Философия от того, кто видел смерть.

Предвестник спрыгнул с разлома, приземлившись перед Александром. Его рост — четыре метра, чёрная чешуя, глаза горят зелёным.

— Сегодня ты умрёшь, голубь.

— Посмотрим.

Предвестник атаковал. Его меч описал дугу — Александр едва увернулся. Он ответил молнией, но Предвестник блокировал.

— Ты слаб, — сказал Предвестник.

— Я — голубь. Голуби не сильные. Они хитрые.

— Хитрость не спасёт тебя.

— Посмотрим.

Александр взлетел, уклоняясь от ударов. Он не атаковал — он ждал. Ждал, когда Анна и Максим доберутся до кристалла.

— Анна, — сказал он по рации. — Как у вас?

— Мы в коллекторе, — ответила Анна. — Почти у цели.

— Сколько времени?

— Десять минут.

— У вас десять минут, — передал Александр. — Я задержу его.

— Ты справишься?

— Должен.

Александр продолжал уклоняться. Он не вступал в прямой бой — только уходил от атак, изматывая Предвестника.

— Ты — трус! — крикнул Предвестник.

— Я — тактик, — ответил Александр.

— Тактик должен атаковать!

— Тактик должен побеждать. Атака — не единственный способ.

— Ты бесишь меня.

— Это и есть моя тактика.

Внизу бой продолжался. Люди гибли, но не отступали. Монстры наседали, но солдаты держали строй. Генерал командовал, перебрасывая отряды с фланга на фланг.

— Потери растут, — сказал генерал по рации. — Нам нужно подкрепление.

— У нас нет подкрепления, — ответил Александр. — Мы — всё, что есть.

— Тогда мы будем держаться.

— Держитесь.

— Саша, — сказал Борис. — Я вижу, что Анна и Максим вышли из коллектора.

— Они у кристалла?

— Почти. Ещё пара минут.

— Держись, Боря.

— Держусь.

Внезапно из рядов монстров вырвался огромный зверь — похожий на медведя, но покрытый фиолетовой чешуёй. Он нёсся прямо на строй солдат.

— Полкан! — крикнул кто-то. — Берегись!

— Кто это? — спросил Александр.

— Полкан, — ответил Борис. — Личный телохранитель Предвестника.

— Чёрт.

Полкан врезался в строй, разбрасывая солдат. Несколько человек погибли сразу. Остальные попытались отступить, но монстр преследовал их.

— Я должен помочь, — сказал Александр.

— Нет, — сказал Борис. — Предвестник — твоя цель.

— Но люди гибнут!

— Если ты отвлечёшься — все умрут.

— Боря…

— Я помогу, — сказал Борис и побежал к Полкану.

— Боря, стой! — крикнул Александр.

Но кот уже был в бою. Он запрыгнул на спину Полкану и вцепился когтями. Медведь заревел, пытаясь сбросить кота. Солдаты воспользовались моментом и атаковали.

— Уходите! — крикнул Борис. — Я задержу его!

— Боря! — крикнул Александр.

— Делай свою работу, Саша! Я справлюсь!

Александр колебался. Но Предвестник атаковал снова — меч прошёл в миллиметре от его крыла.

— Твой друг умрёт, — сказал Предвестник.

— Нет.

— Да. Смотри.

Полкан сбросил Бориса на землю и занёс лапу для удара. Александр закричал:

— Нет!

Но было поздно. Лапа опустилась. Удар был сокрушительным.

— Боря! — закричал Александр.

— Я… живу, — прохрипел Борис, вставая.

— Ты жив?

— Я — кот. Котов трудно убить.

— Держись!

— Держусь. Но Полкан… он сильный.

— Я иду.

— Нет, Саша. Предвестник.

— К чёрту Предвестника!

Александр спикировал вниз и выпустил усиленную молнию прямо в голову Полкану. Молния ударила с оглушительным треском. Медведь замер на секунду — его глаза потускнели. Затем он рухнул на землю, подняв облако пыли.

— Полкан побеждён, — сказала Система. — Опыт: 1500 единиц.

— Есть, — сказал Александр, приземляясь рядом с Борисом. Кот лежал на земле, тяжело дыша. Его бок был в крови.

— Ты… ты бросил Предвестника, — прохрипел Борис. — Чтобы спасти меня?

— Ты важнее, — ответил Александр, осматривая рану кота. — Ты важнее любой битвы.

— Я всего лишь кот.

— Ты — мой друг. Это важнее.

— Ты — идиот, Саша. Самый лучший идиот на свете.

— Я знаю.

— Но я тебя люблю. Больше всех на свете.

— Я тебя тоже, Боря. Ты — мой самый лучший друг.

— Ты важнее.

— Ты — идиот, Саша.

— Я знаю.

— Но я тебя люблю.

— Я тебя тоже, Боря. Ты — лучший друг, который когда-либо был у голубя.

— А ты — лучший голубь, который когда-либо был у кота.

— Мы — лучшие.

— Лучшие, — подтвердил Борис.

— Анна, — сказал Александр в рацию. — Как у вас?

— Мы у кристалла! — ответила Анна. — Устанавливаем заряд!

— Сколько?

— Пять минут!

— У вас пять минут! — крикнул Александр.

Он поднял голову. Предвестник смотрел на него с высоты.

— Ты спас кота, — сказал он. — Но проиграл битву.

— Ещё нет.

— Уже да.

Предвестник взмахнул рукой — и из земли вырвались фиолетовые шипы. Они пронзили нескольких солдат, бронетранспортёр, одно из орудий. Люди закричали. Машина взорвалась.

— Нет! — крикнул Александр.

— Да, — ответил Предвестник, улыбаясь. — Смотри, как гибнут твои друзья. Я хочу, чтобы ты запомнил этот момент. Момент, когда ты проиграл.

— Я ещё не проиграл.

— Уже проиграл. Твой кот умирает. Твоя стая гибнет. Твои люди отступают.

— Они не отступают. Они держатся.

— Долго не продержатся.

— Достаточно.

— Я устал от твоей самоуверенности.

— Я устал от твоего высокомерия.

— Мы оба устали, — сказал Предвестник. — Так давай закончим это.

— Давай.

— Три минуты, — сказала Анна по рации.

— Держитесь, — ответил Александр. — Я иду.

Александр рванул вперёд, уклоняясь от фиолетовых шипов, которые вырывались из земли один за другим. Он нырял, переворачивался в воздухе, уходил от атак. Предвестник продолжал атаковать магией, не давая приблизиться.

— Ты не сможешь уклоняться вечно! — крикнул Предвестник.

— Мне не нужно вечно, — ответил Александр. — Мне нужно ещё немного.

Внизу Анна и Максим выбирались из коллектора. Максим нёс на плече раненого солдата — кого-то из отряда прикрытия.

— Анна, вы целы? — спросил Александр.

— Да, — ответила она. — Заряд установлен. Взрыв через минуту.

— Отходите! — крикнул Александр. — Укройтесь!

— Принято.

Александр продолжал уклоняться. Он чувствовал, как силы заканчиваются. Крылья болели, дыхание сбивалось, каждая атака давалась всё тяжелее.

— Ты устал, — сказал Предвестник. — Я чувствую твою слабость.

— Я — голубь. Голуби не устают. Они просто становятся злее.

— Врёшь. Я чувствую твою усталость.

— Может быть.

— Саша, — сказал Борис, поднимаясь на лапы. — Я с тобой.

— Ты ранен.

— Я — кот. Я справлюсь.

— Боря…

— Я с тобой, Саша. До конца.

Александр посмотрел на кота. Глаза Бориса горели решимостью.

— Хорошо, — сказал Александр. — Вместе.

— Вместе.

Они взлетели — голубь на крыльях, кот на его спине. Предвестник ждал их.

— Два друга, — сказал Предвестник. — Как трогательно.

— Заткнись, — сказал Борис.

— А кот умеет говорить? — удивился Предвестник.

— Кот умеет много чего, — ответил Борис. — Например, кусаться.

— Посмотрим.

— Две минуты, — сказала Анна.

— Держитесь! — крикнул Александр.

Он атаковал. Молния за молнией — он бил без остановки, используя всё усиление, которое давал 29 уровень. Предвестник блокировал, но каждая атака пробивала его защиту всё сильнее.

— Ты… ты сильнее, чем я думал, — сказал Предвестник.

— Я — голубь 29 уровня. Я — максимальный уровень в этом регионе.

— Это ничего не значит.

— Посмотрим.

— Одна минута! — крикнула Анна.

— Взрывайте! — крикнул Александр в рацию.

Разлом содрогнулся. Фиолетовый свет мигнул, но не погас. Кристалл был повреждён, но не разрушен. Земля под ногами дрогнула.

— Что случилось? — спросил Александр.

— Заряд был недостаточным! — ответила Анна. — Кристалл повреждён, но цел!

— Чёрт!

— Ха-ха-ха! — засмеялся Предвестник. — Ваша диверсия провалилась! Кристалл жив! Моя сила всё ещё со мной!

— Анна, вы можете повторить?

— Нет, — ответила она. — У нас нет больше взрывчатки.

— Тогда…

— Тогда я пойду один, — сказал Александр.

— Саша, это безумие!

— Другого выхода нет.

— Ты не сможешь!

— Смогу. У меня есть Голубиная кара.

— Один удар?

— Один удар, который должен попасть в цель.

— А если не попадёшь?

— Тогда мы все умрём.

— Ты — идиот, Саша.

— Я знаю.

— Но я с тобой.

— Я знаю, Боря. Я знаю.

Александр посмотрел на Предвестника. Тот стоял, опираясь на меч, но всё ещё был силён.

— Ты хочешь сразиться со мной один на один? — спросил Предвестник.

— Да.

— Ты умрёшь.

— Может быть.

— Нет, — сказал Борис. — Мы умрём вместе.

— Боря, нет.

— Я с тобой, Саша. До конца.

— Боря…

— Я сказал — до конца.

Александр посмотрел на кота. Потом на Предвестника.

— Хорошо, — сказал он. — Вместе.

— Вместе, — повторил Борис.

— Я убью тебя, голубь, — сказал Предвестник.

— Ты уже пытался, — ответил Александр.

— В этот раз — получится.

— В этот раз — нет.

— Почему ты так уверен?

— Потому что я — голубь. Голуби не сдаются.

— Голуби — еда для ястребов.

— Сегодня ястребом буду я.

— Смешно.

— Я — комик в свободное время.

— Жаль, что у тебя не будет свободного времени.

— Посмотрим.

Предвестник взмахнул крыльями и взлетел. Александр поднялся следом. Они кружили в воздухе, оценивая друг друга. Внизу битва затихала — монстры отступали, люди перегруппировывались.

Финальная дуэль начиналась.

— Сегодня, — сказал Александр, чувствуя, как энергия Голубиной кары собирается в груди.

— Сегодня, — ответил Предвестник, поднимая меч.

— Сегодня один из нас умрёт.

— Да, — сказал Александр. — Сегодня.

— Но ты не сможешь меня убить, голубь, — сказал Предвестник. — Я — Предвестник. Я — вестник конца. Моя смерть — это только начало.

— Мне всё равно.

— Ты не понимаешь. Если я умру — Владыка придёт сам. Он будет сильнее, злее, безжалостнее.

— Тогда я убью и его.

— Ты — самоуверенный дурак.

— Я — голубь, который устал бояться.

— Страх — это нормально, — сказал Предвестник. — Даже я боюсь Владыку. Он не прощает ошибок.

— Тогда мы оба чего-то боимся, — ответил Александр. — Но разница в том, что я боюсь за других. А ты — только за себя.

— Ты — философ, голубь.

— Я — голубь, который понял, что жизнь — это не только борьба. Это ещё и любовь, и дружба, и надежда.

— Слишком сложно для меня.

— Я знаю. Поэтому ты проиграешь.

— Я знаю. Но сегодня я не буду бояться. Сегодня я буду сражаться.

— Тогда сражайся.

— Сражаюсь.

Он выпустил молнию. Предвестник блокировал. Искры разлетелись во все стороны, освещая поле боя. Солдаты внизу смотрели на них — на голубя и монстра, кружащих в воздухе.

Разлом пульсировал вдалеке, ожидая своего часа. Владыка приближался. Но сначала нужно было закончить с Предвестником.

Битва продолжалась.

Глава 24. Дуэль с Предвестником

Небо потемнело. Тучи сгустились над разломом, закрывая солнце. Ветер усиливался, разнося запах магии и смерти. Александр и Предвестник кружили в воздухе, оценивая друг друга.

Внизу битва затихала. Монстры без лидера теряли строй, и люди добивали оставшихся. Анна командовала отрядом магов, Шурик координировал оборону периметра. Генерал Топорков руководил эвакуацией и подсчётом потерь. Но все они смотрели в небо — на главное сражение.

— Ты думаешь, что сможешь победить меня? — спросил Предвестник.

— Я знаю, что смогу, — ответил Александр.

— Откуда такая уверенность?

— Потому что я — голубь. А голуби всегда возвращаются домой.

— Твой дом — это могила.

— Мой дом — это небо. И я не собираюсь умирать сегодня.

— Красиво сказано. Но слова не убивают.

— Знаю. Поэтому я использую молнии.

Александр атаковал первым. Молния ударила в Предвестника — тот блокировал, но искра прошла сквозь защиту, оставив ожог на чешуе. Чёрный дым поднялся от места удара.

— Ты стал сильнее, — признал Предвестник.

— Я — 29 уровень. Максимум для этого региона.

— Максимум — это не предел.

— Для этого региона — предел. И я его достиг.

— Ты прав, — сказал Предвестник, поигрывая мечом. — Но я тоже 29 уровень. С той лишь разницей, что я века оттачивал свое мастерство. Я сражался тысячи лет. Моя сила — не в уровне. Моя сила — в опыте.

— У меня тоже есть опыт.

— Какой? Ты — голубь, который прожил несколько месяцев.

— Я — человек, который переродился голубем. У меня есть опыт двух жизней. А ещё — я риелтор. А риелторы умеют находить слабые места.

— Слабые места?

— Да. У всего есть слабые места. Даже у тебя.

— Интересно. И где же моё слабое место?

— Твоя самоуверенность, — сказал Александр. — Ты считаешь себя непобедимым. Но каждый может быть побеждён. Даже владыки. Даже боги.

— Ты — философ, голубь.

— Я — голубь, который хочет жить. И защитить тех, кто дорог.

— Трогательно, — усмехнулся Предвестник. — Но трогательность не спасёт тебя.

— Посмотрим.

Александр атаковал снова. Молния за молнией — он бил без остановки, используя усиление на максимум. Каждая молния была сильнее предыдущей. Предвестник блокировал, но каждая атака пробивала его защиту всё глубже. Чешуя трескалась, чёрная кровь капала на землю.

— Ты — упрямый, — сказал Предвестник, отступая.

— Я — настойчивый. Это разные вещи.

— Объясни разницу.

— Упрямство — это делать одно и то же, надеясь на другой результат. Настойчивость — это менять тактику, пока не добьёшься успеха.

— И какую тактику ты выбрал сейчас?

— Измотать тебя. Ты сильный, но не бесконечный. Твоя защита требует энергии. Когда она закончится — я ударю.

— Умно, — признал Предвестник. — Но у тебя самого энергия закончится раньше. Ты — голубь. Твой запас маны ограничен.

— Я знаю. Но я готов рискнуть.

— Зря.

Предвестник контратаковал. Меч описал дугу в воздухе, чуть не задев крыло Александра. Голубь едва успел увернуться, кувыркнувшись в воздухе.

— Ты медленный, — сказал Предвестник.

— Я — голубь. Мы не созданы для скорости.

— Тогда для чего вы созданы?

— Для выживания.

— Но ты — не обычный голубь.

— Я — риелтор.

— Это я понял. Но ты — не просто риелтор. Ты — лидер. Ты — командир.

— Я — голубь, который взял ответственность.

— Это — редкое качество, — сказал Предвестник. — Я встречал многих. Людей, монстров, богов. Но таких, как ты — единицы.

— Спасибо за комплимент.

— Это не комплимент. Это — констатация факта. Ты — уникальный экземпляр.

— И поэтому ты хочешь меня убить?

— Поэтому я хочу тебя уничтожить, — сказал Предвестник. — Такие, как ты — опасны. Вы вдохновляете других. Вы меняете мир.

— Мир нужно менять.

— Мир идеален таким, какой он есть.

— Мир полон страданий.

— Страдания — это часть порядка.

— Порядок — это часть контроля. А контроль — это не свобода.

— Свобода — это иллюзия, — сказал Предвестник.

— Иллюзия — это то, во что ты веришь.

— Ты — опасный философ, голубь.

— Я — голубь, который философствует. Это разные вещи.

— Для меня — одинаковые.

— Значит, ты — не способен видеть разницу.

— Я способен видеть только смерть, — сказал Предвестник. — И сегодня я вижу твою.

— Посмотрим.

Предвестник взмахнул мечом, выпуская волну тёмной энергии. Александр едва успел увернуться — волна пролетела в сантиметре от крыла.

— Ты — быстрый, — признал Предвестник.

— Я — мотивированный.

— Мотивация не спасёт от силы.

— Сила не спасёт от хитрости.

Александр нырнул вниз, скрывшись за дымом от разрушенного здания. Предвестник потерял его из виду на мгновение — и этого мгновения хватило. Голубь вылетел сбоку, ударив молнией прямо в бок Предвестника. Тот зарычал от боли.

— Хитрый голубь!

— Хитрость — моя профессия.

— Ты — надоедливый!

— Я — старательный.

Александр снова атаковал. Теперь он бил не одной молнией, а серией — три быстрых удара подряд. Предвестник блокировал первый, второй, но третий прошёл сквозь защиту, ударив в плечо.

— А-а! — крикнул Предвестник, пошатнувшись.

— Три — магическое число, — сказал Александр.

— Ты — хитрый.

— Я — риелтор. Убедить клиента — это искусство. Убедить монстра — тоже.

— Ты сравниваешь меня с клиентом?

— Ты — клиент, который хочет убить меня. Я — риелтор, который продаёт тебе смерть.

— Ха-ха-ха, — засмеялся Предвестник. — Ты — забавный. Жаль, что ты умрёшь.

— Я тоже жалею. Но не сегодня.

— Сегодня.

— Посмотрим.

Они продолжали кружить. Александр атаковал, Предвестник блокировал. Иногда Предвестник контратаковал — и Александр едва успевал уклоняться от меча. Бой затягивался на минуты, которые казались часами.

Внизу Анна смотрела на небо, сжимая посох побелевшими пальцами.

— Саша… — прошептала она.

— Он справится, — сказал Шурик, подходя к ней. — Он — голубь. Он всегда справляется.

— Но Предвестник — это не обычный монстр, — ответила Анна. — Это — генерал Владыки. Он сильнее всего, с чем мы сталкивались.

— Саша — тоже не обычный.

— Я знаю. Но я боюсь за него.

— Мы все боимся. Но вера — это то, что делает нас сильнее.

— Когда ты стал таким мудрым?

— Когда увидел, как голубь ведёт нас в бой, — улыбнулся Шурик. — Если смог он — смогу и я.

Генерал Топорков подошёл к ним, тяжело опираясь на трость.

— Как там наш пернатый герой? — спросил он.

— Держится, — ответила Анна.

— Хорошо. Если он победит — мы выиграли войну.

— А если нет?

— Не думай об этом, — сказал генерал. — Солдаты не думают о поражении. Солдаты думают о победе.

— Вы правы.

— Я всегда прав. Я — генерал.

Они снова посмотрели на небо. Александр и Предвестник кружили, обмениваясь ударами. Бой продолжался.

— Саша, — сказал Борис по рации. — Ты справляешься?

— Пока да.

— У тебя есть план?

— Измотать и ударить Голубиной карой.

— А если не попадёшь?

— Тогда попробую снова.

— У тебя будет только один шанс. Перезарядка навыка — десять минут.

— Я знаю.

— Тогда не промахнись.

— Постараюсь.

— Как там внизу? — спросил Александр.

— Мы держимся. Анна выдохлась, но не сдаётся. Шурик командует обороной. Генерал координирует эвакуацию.

— Потери?

— Есть. Но мы выстоим.

— Хорошо.

— Только ты там… не умирай.

— Постараюсь.

— Я серьёзно, Саша. Ты — мой лучший друг. Если ты умрёшь — я буду очень злым.

— Я знаю, Боря. Я постараюсь.

— Не старайся. Сделай.

— Хорошо.

Александр отключился и снова сосредоточился на бое.

— Ты говоришь с друзьями? — спросил Предвестник.

— Да.

— Трогательно. Скоро ты присоединишься к ним… в загробном мире.

— Не сегодня.

Александр атаковал с новой силой. Молнии били одну за другой, заставляя Предвестника отступать. Тот не ожидал такого напора — Александр вкладывал в атаки все оставшиеся силы.

Каждая молния прожигала воздух. Каждая искра оставляла ожог на чешуе врага. Александр чувствовал, как мана уходит капля за каплей. Ещё немного — и он выдохнется окончательно.

«Ещё чуть-чуть, — подумал он. — Ещё один рывок».

— Ты — безумец! — крикнул Предвестник, блокируя очередную молнию.

— Я — голубь!

— Одно и то же!

— Нет. Безумец — это тот, кто не знает, что делает. Я — знаю.

— Что ты знаешь?

— Я знаю, что умру, если проиграю. Но я также знаю, что если я проиграю — умрут все, кого я люблю.

— И?

— И я не могу этого допустить.

— Ты не сможешь защитить всех.

— Я попробую.

— Ты умрёшь, пытаясь.

— Лучше умереть, пытаясь, чем жить, зная, что ты не попробовал.

— Красиво. Но глупо.

— Глупость — это не бояться. Смелость — это бояться, но делать.

Александр чувствовал, что силы заканчиваются. Мана была на нуле. Крылья болели, каждое движение давалось с трудом.

— Ты устал, — сказал Предвестник. — Я чувствую твою слабость.

— Я — голубь. Голуби не устают. Они просто становятся злее.

— Врёшь. Я вижу, как ты дрожишь.

— Может быть. Но дрожь — это не слабость. Это — адреналин.

— Адреналин не спасёт тебя.

— Посмотрим.

— Чего ты ждёшь? — спросил Предвестник. — Ты не можешь победить меня в честном бою. Ты — голубь. Я — Предвестник. Я создан для войны. Ты — создан для подоконников и крошек.

— Я — создан для выживания, — ответил Александр.

— Выживание — это не победа. Выживание — это отсрочка смерти.

— Достаточная отсрочка, чтобы найти способ победить.

— Ты не найдёшь. Твоя Голубиная кара — единственное, что может ранить меня серьёзно. Но ты не можешь её использовать — у тебя нет энергии.

— Я знаю.

— Тогда сдавайся. Я убью тебя быстро.

— Нет.

— Ты — упрямый дурак.

— Я — голубь. И у меня есть преимущество.

— Какое?

— Я — не один.

Александр свистнул. В небе раздался ответный свист. Из-за развалин вылетела стая сов. Ульрика вела их в атаку — тридцать крылатых теней, готовых к бою.

— Что?! — крикнул Предвестник.

— Это — мои друзья, — сказал Александр. — Они прикрывают меня.

— Трусливая тактика!

— Это — тактика. Ты думал, что я буду драться один? Я — командир стаи. Моя стая — моя сила.

Совы атаковали. Они набросились на Предвестника со всех сторон, заставляя его отмахиваться мечом. Ульрика была впереди, целясь в глаза врага.

— Прочь! — крикнул Предвестник, размахивая мечом.

— Держите его! — крикнула Ульрика. — Саша, бей!

— Мне нужно время!

— У тебя есть время! Мы держим!

Совы кружили вокруг Предвестника, атакуя и отступая. Каждая атака оставляла царапину на его чешуе. Предвестник рычал от злости, но не мог сосредоточиться — совы были слишком быстрыми.

— Вы — мухи! — крикнул он.

— Мы — совы, — ответила Ульрика, нанося удар когтями. — И мы — смертельны. Запомни это, монстр.

Она клюнула его в глаз. Предвестник закричал, закрывая лицо руками.

— Сейчас! — крикнула Ульрика.

Александр сосредоточился. Он собрал остатки маны и активировал Голубиную кару.

Из его тела вырвался столб голубого света. Свет сгустился в шар и ударил прямо в грудь Предвестника.

— А-а-а! — закричал Предвестник.

Шар пробил его защиту. Чешуя треснула, разлетевшись осколками. Из раны хлынула чёрная кровь. Предвестник рухнул на землю, подняв облако пыли. Стая земляных големов окаменела, замерла на месте.

— Попал! — крикнул Борис по рации.

— Есть, — выдохнул Александр, камнем падая на землю.

— Саша! Ты жив?

— Жив, — прохрипел Александр. — Жив… еле-еле… но жив.

Александр лежал на земле, глядя в небо. Тело не слушалось. Крылья были разбиты. Мана — на нуле.

Рядом с ним лежал Предвестник. Он тоже не мог двигаться — рана от Голубиной кары была смертельной.

— Ты… сильнее, чем я думал, — прохрипел Предвестник.

— Ты тоже, — ответил Александр.

— Но ты не убил меня.

— Я знаю.

— У тебя нет сил добить меня.

— Нет.

— Тогда — ничья.

— Нет, — сказал Александр, собирая последние силы. — Не ничья.

Он встал. Лапы дрожали, крылья висели плетьми, но он стоял.

— Как? — удивился Предвестник. — Ты должен быть без сил.

— Я — голубь. Голуби не сдаются.

— Ты — не голубь. Ты — человек в теле голубя.

— Я — голубь, который помнит, что был человеком. И это даёт мне силу, которой у тебя нет.

— Какую?

— Силу любить. Силу надеяться. Силу верить.

— Слабость, а не сила.

— Для тебя — слабость. Для меня — сила.

— Объясни.

— Ты сражаешься, потому что должен. Я сражаюсь, потому что хочу защитить.

— Одно и то же.

— Нет. Когда ты сражаешься по долгу — ты не боишься проиграть. Когда сражаешься за любовь — страх проиграть делает тебя сильнее.

— Странная логика.

— Это — жизнь.

Александр подошёл к Предвестнику. Тот лежал на земле, глядя на него зелёными глазами.

— Прощай, Предвестник, — сказал Александр.

— Мы ещё встретимся, голубь. Владыка отомстит за меня.

— Может быть. Но не сегодня.

— Ты не понимаешь. Владыка — это не просто монстр. Владыка — это сила, которая поглощает миры. Он — тьма, которая пожирает свет. Ты не сможешь остановить его.

— Я попробую.

— Ты умрёшь.

— Все умирают. Но некоторые умирают, сражаясь за то, во что верят.

— Ты — безумец.

— Я — голубь. А голуби не боятся смерти.

— Врёшь. Ты боишься.

— Да, — признал Александр. — Я боюсь. Но страх — это не причина останавливаться. Страх — это причина идти вперёд.

— Странный ты.

— Я — риелтор, который стал голубем. Странность — моё второе имя.

Александр выпустил последнюю молнию — слабую, едва заметную, но достаточную, чтобы добить врага. Она ударила Предвестнику прямо в сердце.

Тот замер на секунду, потом глаза потухли. Чёрное тело начало распадаться на частицы тьмы.

— Предвестник уровня 29 побеждён, — сказала Система. — Кристалл разлома повреждён. Разлом нестабилен. Внимание: Владыка приближается.

— Сделано, — прошептал Александр и рухнул на землю.

— Саша! — крикнул Борис, подбегая.

— Я… жив…

— Ты сделал это! Ты победил его!

— Мы… мы победили. Не только я. Все. Стая. Ульрика. Ты.

— Я только отвлекал.

— Ты был моей опорой. Без тебя я бы не справился.

Борис помог Александру сесть. Голубь тяжело дышал, но в глазах был огонь победы.

— Ты — герой, Саша, — сказал Борис.

— Я — голубь, который сделал свою работу.

— Твоя работа — выжить.

— Я выжил.

— Да. Ты выжил.

Анна подбежала к ним. Её глаза блестели от слёз.

— Саша! Ты жив!

— Жив, — прохрипел Александр. — Еле-еле, но жив.

— Я думала… Я боялась, что…

— Я знаю. Я тоже боялся. Но я обещал вернуться.

— Ты — дурак, — сказала Анна, обнимая его.

— Я — голубь. Это одно и то же.

Шурик подошёл следом, улыбаясь.

— Ты — легенда, Саша, — сказал он. — Настоящая легенда.

— Я — голубь, который не умеет проигрывать.

— Это — лучшее определение героя, которое я слышал, — сказал генерал Топорков. — Ты — молодец, птица.

— Спасибо, товарищ генерал.

— Но не расслабляйся, — добавил генерал серьёзно. — Разлом всё ещё активен.

— Я знаю.

Но радоваться было рано. Разлом не закрылся — он продолжал пульсировать, хотя и слабее. Из его глубины доносился гул — низкий, вибрирующий, проникающий в самое сердце.

— Владыка, — прошептал Александр, глядя на пульсирующий разлом.

— Он идёт, — сказал Борис, насторожив уши.

— Я знаю.

Александр попытался встать, но не смог. Слишком много сил ушло на битву. Тело отказывалось слушаться.

— Ты не сможешь сражаться дальше, — сказал Борис.

— Я знаю.

— Но Владыка… он идёт.

— Я знаю.

— Ты должен встать.

— Я знаю.

— Я помогу тебе.

Борис подставил спину, и Александр, опираясь на кота, поднялся. Вместе они пошли к разлому. Тьма внутри него сгущалась. Гул усиливался с каждым шагом.

— Владыка выходит, — сказал Александр.

— Мы готовы, — сказал Борис.

— Нет. Мы не готовы. Но у нас нет выбора.

— Нет.

Они остановились перед разломом. Тьма пульсировала в такт сердцебиению. Гул становился всё громче, переходя в рёв.

— Владыка близко, — сказал Александр.

— Я слышу, — ответил Борис.

— Ты готов?

— Я — кот. Коты готовы ко всему.

— Хорошо.

— Боря, — сказал Александр.

— Да, Саша?

— Спасибо тебе.

— За что?

— За то, что ты был рядом. За то, что ты — мой друг.

— Ты тоже, Саша. Ты — мой лучший друг.

— Если я не вернусь…

— Ты вернёшься.

— Но если…

— Ты вернёшься, — перебил Борис. — Я не приму другой вариант.

— Хорошо.

— Ты — голубь. Голуби всегда возвращаются домой. Ты сам говорил.

— Я говорил.

— Тогда возвращайся.

— Я постараюсь.

— Не старайся. Сделай.

— Хорошо.

Александр посмотрел на разлом. Тьма пульсировала, приглашая войти.

— Идём, — сказал он.

— Идём, — ответил Борис.

— Вместе.

— Вместе.

— До конца.

— До конца.

Они шагнули в разлом. Тьма поглотила их.

Глава 25. Финал

Разлом схлопывался.

Фиолетовый свет мерцал, сжимаясь в точку. Гул затихал. Земля перестала дрожать. Там, где только что бушевала битва, опускалась тишина.

— Закрывается, — выдохнул Шурик, падая на колени. — Он закрывается.

— Саша сделал это, — прошептала Анна, глядя на угасающее сияние.

Борис стоял, тяжело дыша, и смотрел, как разлом исчезает. Тьма сворачивалась, словно её втягивали обратно. Края разлома смыкались, оставляя лишь тонкую полоску фиолетового света.

— Мы сделали это, — сказал генерал Топорков, опираясь на меч. — Мы победили.

— Не мы, — поправил Борис. — Саша. Он победил.

— Где он? — спросила Анна, оглядываясь.

— Там, — Борис кивнул в сторону разлома. — Он упал там.

Они побежали к месту, где последний раз видели Александра. Пыль оседала, открывая поле боя. Трупы монстров. Разрушенные здания. Трещины в земле.

Но Александра не было.

— Саша! — крикнул Борис. — Саша, ты где?!

— Здесь! — раздался слабый голос.

Борис обернулся. Александр лежал в воронке — грязный, израненный, но живой. Крылья были сломаны, из клюва текла кровь.

— Живой, — выдохнул Борис, подбегая. — Живой, зараза такая!

— Живой, — прохрипел Александр, пытаясь улыбнуться. — Еле-еле, но живой.

— Ты — идиот, — сказал Борис, обнимая его. — Ты — героический идиот.

— Я — голубь. Это одно и то же.

Анна подбежала и упала рядом на колени. Слёзы текли по её лицу.

— Саша! Ты жив! Я думала… я боялась…

— Я знаю, — сказал Александр. — Я тоже боялся. Но я обещал вернуться.

— Ты — дурак, — сказала она, обнимая его.

— Я — голубь, — ответил он. — Дурак — это побочный эффект.

Шурик подошёл, улыбаясь сквозь слёзы. Генерал стоял рядом, опираясь на меч. Ульрика кружила в небе с совами.

— Ты — легенда, Саша, — сказал Шурик. — Настоящая легенда.

— Я — голубь, который просто хотел жить.

— Ты — больше, чем голубь, — сказал генерал. — Ты — герой.

— Спасибо, товарищ генерал.

Александр закрыл глаза. Всё тело болело. Он чувствовал, что мана на нуле, здоровье на нуле. Но он был жив. Он был свободен.

И тут заговорила Система.

**«Поздравляем, носитель!»** — голос Системы звучал торжественно, переливаясь золотом. **«Предвестник уровня 29 побеждён. Угроза региону нейтрализована. За выдающиеся заслуги и превышение регионального лимита присваивается аварийный 30 уровень.»**

— Что? — удивился Александр. — Тридцатый? Но максимум — двадцать девятый…

**«Исключительный случай. Носитель продемонстрировал выдающиеся боевые качества. HP и MP восстановлены на 50% в честь победы.»**

Александр почувствовал, как тепло разливается по телу. Раны начали затягиваться. Крылья перестали болеть. Он смог встать.

— Ничего себе, — сказал он. — Я — тридцатый уровень.

— Тридцатый?! — удивился Борис. — Такого не бывает!

— Система сказала — исключительный случай.

— И что ты получил?

— Пока не знаю. Жду.

Экран выбора навыка открылся перед ним. Четыре варианта, подсвеченные золотом:

**1. МЕТАМОРФОЗА** — временно принять человеческую форму. Все характеристики x3. Доступны человеческие атаки.

**2. ТАРАН** — укрепить тело и совершить рывок на максимальной скорости. Сбивает цель любого размера. Игнорирует защиту. Цена — потеря сознания после активации.

**3. КРЫЛЬЯ СВЕТА** — световой щит, поглощающий тёмную магию. Ответная волна света по области.

**4. ЗОВ СТАИ** — призвать призраков павших союзников для массированной атаки.

— Ого, — сказал Александр, разглядывая варианты. — Боря, ты это видишь? Четыре навыка. Легендарные. Система говорит, что я могу выбрать один.

— Вижу, — сказал Борис, подходя ближе. Краем глаза он тоже видел светящееся окно. — Хороший выбор. Что думаешь?

— Метаморфоза — стать человеком. На тридцать секунд.

— Заманчиво, — сказал Борис.

— Но бесполезно. Тридцать секунд — мало. Я даже не успею ничего сделать.

— А Таран?

— Сбить врага. Игнорирует защиту. Цена — потеря сознания.

— Звучит рискованно.

— Все навыки рискованные.

— Это точно. Ну, выбирай. Время идёт.

Александр ещё раз пробежался по списку. Метаморфоза — заманчиво, но тридцать секунд — слишком мало. Крылья света — защита, но против Владыки щит не поможет. Зов стаи — массовая атака, но павших не так много.

— Думаю, Таран — самый полезный, — сказал он. — Если что-то пойдёт не так, смогу сбить врага с ног.

— Разумно, — кивнул Борис. — Бери и идём. Надо помочь с зачисткой.

Но подумать не дали.

Разлом, который уже почти закрылся, вдруг замер. Фиолетовая нить остановилась. Потом дрогнула.

— Что это? — спросила Анна.

— Не знаю, — ответил Александр.

Разлом взорвался.

Фиолетовая вспышка ослепила всех. Ударная волна сбила с ног. Когда пыль осела, разлом снова был открыт — и из него лезло ЧТО-ТО.

Огромная рука — метров пять длиной, покрытая чёрной чешуёй и фиолетовыми венами — ухватилась за край разлома. Пальцы с когтями впились в землю. Вторая рука появилась следом. А потом — голова.

Голова была размером с автомобиль. Красные глаза горели, как два солнца. Пасть — полная острых зубов. На голове — корона из чёрного металла, пульсирующая тьмой.

Владыка Хуйс выползал из разлома.

**«ОШИБКА, — заговорила Система, и голос её исказился. — ОШИБКА. УГРОЗА НЕ НЕЙТРАЛИЗОВАНА. ПЕРЕСЧЁТ СТАТУСА…»**

Уведомление о 30 уровне мигнуло и исчезло. Вместо него появилось:

**«УРОВЕНЬ: 29. СТАТУС: АВАРИЯ. РЕКОМЕНДАЦИЯ: НЕМЕДЛЕННОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ.»**

— Чё за хуйня?! — крикнул Александр. — Это что за хрень?!

**«Владыка Хуйс. Уровень: ???. Классификация: Абсолютная угроза. Рекомендация: бежать.»**

— Бежать? — переспросил Александр. — Куда, блять, бежать?!

Владыка выбрался наполовину. Он нависал над полем боя, заслоняя небо. Каждое его движение сотрясало землю. Чешуя переливалась фиолетовым, глаза горели красным огнём. От него исходила сила — древняя, подавляющая, абсолютная.

— Боже, — прошептал Шурик. — Какой же он огромный…

— Это конец, — сказал кто-то из бойцов.

— Нет, — отрезал генерал. — Мы не сдаёмся.

Его голос прозвучал как раскат грома:

— **НИЧТОЖНЫЕ ТВАРИ!** — заревел он, и воздух задрожал. — **КАК ВЫ ПОСМЕЛИ БРОСИТЬ ВЫЗОВ ВЛАДЫКЕ?! КАК ВЫ ПОСМЕЛИ УБИТЬ МОЕГО ПРЕДВЕСТНИКА?!**

— Охренеть, — прошептал Борис. — Он большой.

— Очень большой, — кивнул Шурик.

— Блять, — сказал Александр. — Блять, блять, блять…

Владыка вытащил вторую ногу. Он почти выбрался. Под ним земля плавилась. Воздух горел.

— В атаку! — крикнул генерал. — Не дайте ему выйти!

Люди бросились вперёд. Маги выпускали заклинания, лучники стреляли, бойцы рубились. Но удары отскакивали от чешуи Владыки, как горох от стены.

Один из магов — молодой парень, недавно получивший класс — запустил огненный шар. Он ударил Владыку в плечо и рассыпался искрами, не оставив даже следа.

— Бесполезно, — сказала Анна, выпуская молнию, которая даже не оставила царапины. — Он непробиваем!

— Нужно бить сильнее! — крикнул Шурик, собирая остатки маны.

— У нас нет сил! Мы на нуле!

Шурик всё равно атаковал — ледяная стрела врезалась в колено Владыки. Тот даже не посмотрел.

— Нужно бить сильнее! — повторил Шурик, но голос его дрожал.

— У нас нет сил! Мы на нуле! — ответила Анна, падая на колени. — Я почти без маны. Ещё одна заклинание — и меня не станет.

Кто-то из магов попытался создать барьер — Владыка просто перешагнул через него, раздавив невидимую стену, как стекло. Ульрика с совами атаковала сверху — Владыка смахнул их рукой, разбросав в стороны, как мух. Совы покатились по земле, крича от боли.

— Ульрика! — крикнул Александр.

— Жива, — прохрипела сова, пытаясь подняться. — Но… бесполезно. Он слишком силён.

Владыка выпрямился во весь рост. Десять метров тьмы и злобы. Он оглядел поле боя, и его губы растянулись в улыбке.

— **Я ПОЧУВСТВОВАЛ ВАШИ УДАРЫ, —** сказал он. — **ОНИ ЩЕКОЧУТ.**

— Он слишком силён, — сказал Борис. — Мы не остановим его.

— Мы не можем отступить, — ответил Александр. — Если он выйдет — всё кончено. Новосибирск падёт. Потом страна. Потом мир. Мы прошли через всё это — разломы, монстров, Предвестника — чтобы сдаться сейчас?

— Я не говорю сдаться. Я говорю — мы бессильны.

— Я знаю. Но я — нет.

— Что?

Александр посмотрел на экран выбора навыка. Он всё ещё висел перед ним. Четыре варианта. Система глючила, уровень сбросился до 29, но окно выбора никуда не делось.

— Система дала мне выбор, — сказал он. — Пока вы сражались с Предвестником, я получил 30 уровень. Система начислила награду. А когда Владыка вылез — всё пошло прахом. Уровень сбросился, но навык всё ещё можно выбрать.

Владыка рвался наружу. Он уже почти выбрался — только плечи и голова оставались в разломе.

— Саша, — сказала Анна, падая от истощения. — Я больше не могу.

— Я тоже, — сказал Шурик, у которого села мана.

Генерал стоял на коленях, опираясь на сломанный меч. Борис тяжело дышал. Ульрика была контужена.

Все были на нуле.

И только Александр получил половину здоровья и маны благодаря Системе.

— Блять, — сказал он. — Опять я.

— Что? — не понял Борис.

— Опять я должен быть героем.

— Ты — голубь.

— Знаю.

Он посмотрел на варианты навыков.

Метаморфоза — стать человеком. Было бы круто. В последний раз почувствовать себя человеком. Но что это даст? Тридцать секунд. Мало.

Крылья света — защита. Не поможет. Владыка слишком силён.

Зов стаи — призвать павших. Их не так много. Не хватит.

Александр перевёл взгляд на ТАРАН.

Укрепить тело. Рывок на максимальной скорости. Сбить цель любого размера. Цена — потеря сознания.

«Или смерть», — подумал он.

— Братцы, — сказал Александр, поворачиваясь к остальным. Лицо его было серьёзным. — Ладно, братцы. С вами было весело.

— Саша, что ты задумал? — спросила Анна с тревогой.

— Я знаю, что делать.

— Саша, нет! — крикнул Борис. — Ты не можешь!

— Я — голубь, — сказал Александр. — Я могу всё.

Он ткнул клювом в экран.

**«Выбран навык: ТАРАН. Активация…»**

Тело Александра вспыхнуло голубым огнём. Перья засветились. Каждое перо было пронизано энергией. Глаза засияли белым светом.

— Прощайте, — сказал он.

— Саша! — закричала Анна.

— Не смей! — крикнул Борис.

— Я вернусь, — пообещал Александр. — Я всегда возвращаюсь.

— Врёшь! — крикнул Борис. — Ты не вернёшься!

— Тогда — умирать так умирать.

Александр взлетел.

Его тело ускорилось. Ветер взвыл вокруг него. Голубой свет оставлял след в воздухе.

Владыка заметил его.

— **ТЫ? —** прорычал он. — **ГОЛУБЬ? ТЫ ДУМАЕШЬ ОСТАНОВИТЬ МЕНЯ?**

— Я не думаю, — сказал Александр. — Я делаю.

— **ГЛУПЕЦ!**

— ДА!

Александр врезался в Владыку.

Удар был такой силы, что Владыка пошатнулся. Он не ожидал такой мощи от маленькой птицы. Александр протаранил ему грудь, ломая чешую, пробивая броню.

— **ЧТО?!** — вскрикнул Владыка.

— ТАРАН!

Александр толкал Владыку назад. Огромное тело начало заваливаться обратно в разлом. Владыка цеплялся за края, но Александр не отпускал.

— **НЕТ!** — заорал Владыка. — **ТЫ НЕ ЗАКРОЕШЬ РАЗЛОМ!**

— ЗАКРОЮ!

Владыка падал. Александр летел вместе с ним. Разлом схлопывался за их спинами.

— **ТЫ УМРЁШЬ ВМЕСТО СО МНОЙ!** — крикнул Владыка.

— ЗНАЮ!

— **ЗАЧЕМ?!**

— ПОТОМУ ЧТО Я — ГОЛУБЬ!

— **ГЛУПЕЦ!**

— ВОЗМОЖНО!

Разлом закрылся за ними.

Всё потемнело.

Александр летел сквозь мерцающий туннель. Вокруг мелькали искры фиолетового и голубого света. Стены туннеля пульсировали, словно живые. Они сжимались с каждой секундой — разлом закрывался, и туннель исчезал вместе с ним.

Он не чувствовал тела. Не чувствовал крыльев. Только движение — вперёд, вперёд, вперёд. И холод. Лютый, пробирающий до костей холод пустоты между мирами.

Позади вход в туннель сужался, как зрачок. Последние лучи света проникали внутрь, окрашивая стены в золото. Там, за закрывающимся входом, оставался его мир. Его друзья. Его дом.

«Я сделал это, — подумал он. — Я защитил их. Боря. Анна. Шурик. Генерал. Ульрика. Все они… будут жить».

Туннель темнел. Воздух становился густым, как вода. Двигаться было всё тяжелее.

«Интересно, — подумал он, — что там, на другом конце? Другой мир? Тьма? Ничего?»

Сознание ускользало. Мысли путались. Он попытался удержаться, но тьма была сильнее.

«Я обещал вернуться…»

Вспышка.

И тишина.

***

В реальном мире разлом схлопнулся окончательно. Фиолетовая вспышка — и тишина. Там, где только что бушевал портал, осталась лишь трещина в земле — шрам, напоминающий о битве.

— Саша, — прошептал Борис, падая на колени.

— Нет, — сказала Анна. — Нет, нет, нет, нет…

— Он сделал это, — тихо сказал Шурик. — Он закрыл разлом. Он спас нас.

— Ценой своей жизни, — сказал генерал Топорков, снимая фуражку.

— Он не умер, — сказал Борис, и голос его дрожал. — Он не мог умереть. Он обещал.

— Боря…

— Он обещал, Анна! Он сказал, что вернётся!

Борис подбежал к краю разлома. Там был только ровный камень со следами ожогов. Ни дыма. Ни магии. Ничего.

— Саша! — закричал Борис, стуча лапой по камню. — Саша, вернись! Ты не можешь уйти просто так! Ты — подлец! Ты — трус! Ты — лучший друг, который бросает меня одного!

— Он не бросил, — сказала Анна, подходя к нему. — Он спас нас. Он сделал выбор.

— Выбор — умереть?

— Выбор — защитить тех, кого любит.

— Я не хотел, чтобы он защищал меня ценой своей жизни! — крикнул Борис. Слёзы текли по его пушистой морде. — Я хотел, чтобы он жил!

— Я знаю, Боря. Я знаю.

— Я построю ему памятник, — сказал Шурик, глядя на шрам разлома. — Самый большой. Из бронзы.

— Он бы сказал, что не заслуживает, — сказала Анна.

— А я бы настоял, — ответил Шурик. — Он — герой. Он спас миллионы.

— Он — голубь, — сказал Борис, вытирая слёзы. — Он просто голубь. Но для меня он был всем.

— За Сашу, — сказал генерал Топорков, доставая флягу. Он открутил крышку и поднял её.

— За Сашу, — повторил Шурик.

— За Сашу, — сказала Анна сквозь слёзы.

— Нет, — сказал Борис. — За Александра. За голубя, который не побоялся бросить вызов тьме.

Они подняли фляги, кружки, чашки.

— За героя, — сказал генерал.

— За друга, — сказал Шурик.

— За любовь, — прошептала Анна.

— За брата, — сказал Борис, и голос его сорвался.

Они выпили. Где-то в небе Ульрика с совами закричала, прощаясь. Ветер подхватил крик и унёс вдаль.

Ульрика спустилась и села рядом с ними. Её перья были изранены, одно крыло сломано, но она держалась.

— Он дал мне второй шанс, — сказала Ульрика тихо. — Когда он попросил сов помочь — я думала, что это безумие. Голубь, командующий совами. Но он был прав. Он был всё время прав.

— Он — такой, — кивнул Борис. — Он умеет убеждать.

— Я хочу сказать тост, — сказала Ульрика. — За Александра. За голубя, который научил меня, что храбрость — это не отсутствие страха. Это действие вопреки страху.

— Хорошо сказано, — сказал генерал.

— За Александра, — повторила Ульрика.

Они подняли то, что осталось в кружках и флягах.

— Знаете, — сказал Шурик, — я напишу книгу. О нём. О голубе, который спас мир. О том, как он начинал — один, на улице, без друзей. И как закончил — в окружении тех, кто его любил.

— Как назовёшь? — спросила Анна.

— «О моём перерождении в голубя», — ответил Шурик. — Это звучит как хорошая история.

— Звучит как бред, — усмехнулся Борис. — Но жизнь — это бред. Красивый бред.

— Жизнь — это то, что мы из неё делаем, — сказала Анна. — А Саша сделал из своей жизнь шедевр.

— Он бы сказал, что шедевр — это преувеличение, — сказал Борис.

— Он бы сказал: «Я — голубь, который просто хотел есть крошки».

— И был бы неправ, — сказал генерал. — Он был героем. И точка.

Они замолчали, глядя на восход. Солнце поднималось над разрушенным городом. Дым рассеивался. Где-то вдалеке послышался птичий крик — голубь. Обычный, серый, ничем не примечательный голубь сидел на карнизе и ворковал.

Борис поднял голову и посмотрел на него.

— Ты слышишь меня? — спросил он тихо.

Голубь наклонил голову и уставился на кота.

— Если ты его встретишь — передай, что мы его ждём. Что мы его помним. Что мы… — Борис запнулся. — Что мы его любим.

Голубь взмахнул крыльями и улетел в рассветное небо.

— Я найду тебя, Саша, — сказал Борис, глядя на шрам. — Я — кот. Я всегда нахожу, что ищу.

— Мы найдём, — поправила Анна. — Вместе.

— Вместе, — кивнул Шурик.

— Вместе, — согласился генерал.

Они стояли на краю разлома, глядя в небо. Восход окрашивал облака в розовый и золотой. Новый день начинался.

А где-то в темноте, сквозь мерцающий туннель, летел голубь. Он не знал, куда летит. Он не знал, жив ли он. Но он знал одно — он обещал вернуться.

Голуби всегда возвращаются домой.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ