Фантазёр. День четырнадцатый.
Вступление.
За столом пили чай и мило общались несколько девушек и парней. Катя нарочито строгим голосом что-то выговаривала Матвею. Сторонний наблюдатель мог услышать обрывки фраз «голой попой», «холодная земля», «угробить почки». Матвей смущался и зачем-то прятал свои руки. Мария и Керри тихо посмеивались, наблюдая за этим. При этом, не забывая про ароматный зеленый чай с кусочками фруктов. На блюдце перед каждой из них лежали разные десерты. Дженни откровенно флиртовала с Максом, сопровождая каждый вопрос наклоном всего корпуса в его сторону таким образом, что бы он мог увидеть все мощь и глубину ее декольте. Максим смущался, пытался смотреть Дженни в глаза. Но его взгляд, как ослабевший скалолаз, лишь секунду держался за выступы ее лица, а потом в немом крике, падал в глубокую расщелину между двух полушарий. В правой руке, Максим держал эклер. Хотя правильнее было бы сказать, что он его сжимал мертвой хваткой и, как результат этого действа, из дырочки с торца измученного эклера, выделилась большая капля крема. «А скажите, Максим. Вам нравятся боевые искусства?» Джени добавляла придыхания в каждый вопрос и придвигалась к нему поближе. «Гм, кончено. Ведь я и сам занимаюсь кикбоксингом» В этот момент Максим расправил плечи и гордо поднял голову. Его взгляд вырвался из плена и устремился куда-то в даль «Прекрасно! Я тоже занимаюсь рукопашным боем. У меня даже кимоно есть, хотите покажу?» Последние слова были произнесены самым невинным голосом. На который и среагировал Максим. Его взгляд вернулся к Джени, видимо представляя ее в кимоно и уже без сопротивления исчез где-то меж ее легких. «И я бы хотела увидеть и вас в вашем кимоно. Возможно мы даже проведем с вами спа..» «Поберегись!» Не дипломатично прокричали у них за спиной. «Какого черта?!» Джени не любила, когда ее прерывали. Все развернулись на предупреждение и так и замерли. Перед ними предстала невероятная картина. На большой платформе, запряженной одной лошадью, мотоциклом и танком Т-34, двигался кусок скалы, на котором в самом верху стояла избушка на самых настоящих курьих ножках. На крыше избушки весела wi-fi антенна. Из скалы сочился маленький ручеек, который оставлял мокрый след всей процессии. На танке, мотоцикле, возле избушки и на самой платформе сидели разные персонажи. Кто-то был одет, как военный, кто-то как крестьянин, а спереди процессии шел самый настоящий маг. При чем все сразу подумали, что это Гендальф. Именно он и выкрикивал «Поберегись!» Каждые 2-3 минуты. Процессия поравнялась со столом, когда Гендальф поднял руку с сжатым кулаком, как самый настоящий спецназовец. Платформа остановилась. «Генди, мы приехали?» Выкрикнул военный, сидящий на танке. «Вроде да» Ответил маг «Ты и в прошлые три раза так говорил, а потом это твое “у меня видения, мы еще не пришли”» Военный говорил фразы с пафосом и улыбкой. «Нет служивый. В этот раз пришли. Разгружайте!» «А что здесь, собственно говоря, происходит?» Спросила Джени «Ааа, соседи» Гендельф заулыбался и щелкнул большим и указательным пальцами. В ту же секунду перед ними возник херувим с пузиком, трех дневной не бритостью, татуировкой на правой руке в виде морского штурвала. На лысоватой голове красовался красный кокошник, правое ухо украшала большая пиратская серьга. В правой руке он держал запыленный и немного надкусанный каравай. На левой, не хватало мизинца. В ней он держал вейп, от которого тянуло ладаном. «Ну че, соседушки? Со свиданьицем!» Улыбка херувима обнажила наличие одного золотого и отсутствие двух обычных зубов. «Теперь мы будем с вами рядом жить» После этих слов, он резво поставил каравай на стол и стырил пироженку. «Ккак рядом жить?» Запинающимся голосом спросила Керри. «Вот так, внученька» От теплого и доброго голоса Гендельфа можно было разогревать остывший суп. «Мы теперь тут надолго. Так как место это избранное. Мне его Сам в видении прислал. И как прислал, так мы и выдвинулись. Мног где побывали, в пути концерты давали. С большим успехом конечно же. И вот мы пришли» «А кто, все-таки, Вы?» спросила Катя. Гендельф призывно посмотрел на своих спутников, они молча собрались в ряд за его спиной и заученно вразнобой анонсировали.
«Мы первый, объеденный, трижды изгнанный цикл рассказов Фантазер. День четырнадцатый».
14.1
От новых соседей тянуло праздником. Там кто-то жарил мясо на открытом огне. Запах манил и будоражил воображение. Примерно через десять минут такой пытки Катя пошла на разведку. Когда она обошла скалу, то так и застыла, увидев херувима жарящего шашлык и поедающего бутерброд с паштетом. Это был ее бутерброд с паштетом. Это был их шашлык и разборная жаровня. «Что вы делаете?» Херувим медленно развернулся, смачно откусил бутерброд и с набитым ртом ответил: «Варю мяфо. Ем бутеврот». «Но это же мой бутевро.. тьфу, бутерброд. И это наше мясо и наша шашлычница!» «Ну, вот прям-таки ваша! Ты еще скажи, что это ваши тарелки» - рука с бутербродом указала на открытый кухонный шкаф из Катиной квартиры, в котором красовались ее же любимые тарелки. «Или же, что это ваш кетчуп» - второй рукой херувим извлек из воздуха бутылочку соуса табаско. Катя не могла сказать и слова, она переводила взгляд с соуса табаско на тарелки, потом на мясо. С мясом было что-то не так. «Оно подгорает!» «Тефлоновый самокат!!» - выругался херувим и метнулся поворачивать шампуры. Некоторое время он увлеченно переставлял шампуры, брызгал водой из бутылки и сортировал угли. Потом он взял из воздуха нож, отрезал маленький кусочек сочного мяса, подул на него и положил себе в открытый рот на язык. Закрыв глаза и сделав губы трубочкой, он шумно вдохнул воздух ртом. Слегка кивнув головой, сделал три жевательных движения и замер на полсекунды. Потом дожевал кусочек, шумно выдохнул, взял один шампур с жаровни и сказал: «Ладно, угощу тебя божественным мясом, приготовленным самим Григорием» Обернувшись, он запнулся. На него молча смотрели четыре девушки и два парня. Вперед выдвинулся Максим. «Это наше мясо и его будем есть мы» «Да что вы заладили, наше да наше?! Это все Его, а мы это можем использовать. Вон, может и те летающие острова тоже ваши?» При этом он указал шампуром с готовым мясом им за спину. Все обернулись. В лучах заходящего солнца из белых плотных облаков медленно выплывали несколько гигантских, летающих фрагментов земли. Все это происходило в абсолютной тишине. Но потом они услышали странный чавкающий звук. «Что это? Откуда идет этот ужасный звук?» Мария обернулась к Матвею и ее лицо исказила гримаса злости «Да как ты в такой ситуации еще можешь есть?!» Обернувшись, все увидели херувима, который методично уничтожал шашлык. «А что вы предлагаете? Бегать вокруг этих островов и кричать: «О боже, о боже!? Это Он фантазирует. Сейчас, может, станет чуть понятней и придется поработать, а может само рассосётся» «Кто Он?» - спросила Катя. «Тю, ну ты даешь. Сама, значит, общается с Фантазером и прикидывается дурочкой» «Яя общаюсь?» «Ну да. Скил у тебя такой заложен. Можешь с ним общаться. Вот я не могу. Генди иногда может, но больше он ему, как и всем нам может что-то сказать. Вот сейчас, если очень интересно, можешь у него спросить, почему вот эти летающие острова разделяются на фрагменты». При этом все снова посмотрели в небо. До этого четыре острова, плывшие параллельными курсами, немного отделились друг от друга и один из них медленно и беззвучно начал разделятся на два отдельных. Происходило это с какой-то зловещей неотвратимостью от одного края к другому, как будто-бы невидимые ножницы или нож разрезали его. Разделенные острова продолжали плыть параллельными курсами, но между ними теперь была пропасть. В срезе виднелись торчащие корни деревьев, где-то осыпались комья земли.
«Ффантазер? Блин, ну как это у меня получалось? Фантазер. Фан-та-зер!» «Да. Кто это?» «Урра! Это я, Катя, Кетти, Катенька» «А. Хорошо. Так, это вот тут зайдет. Гм. А что ты хочешь?» «А что ты там делаешь?» «Долблюсь с ковриком, а что?» «Ну, просто у нас тут острова летающие и они беззвучно разделяются. Иии» «А, гм. Ну да. Есть такое. Коврик подрезаю, что бы в туалете его положить, вот и нафантазировал. Ну, а то что беззвучно, то да. Согласен. Не порядок» Через секунду Катя услышала страшный грохот. Еще один летающий остров начал терять небольшой свой выступ. Но теперь он слышали, как плотно лежавшая земля рвалась на части, трещали ломающиеся деревья, взрывались каменные глыбы, вынужденные делится между двумя частями. «Аааа. Не надо!!» «Ну что там еще не так?!» В этот момент разделение острова остановилось, как и все процессы и звук. Как будто видео поставили на паузу. «Не надо со звуком. Нам просто было интересно. А тут теперь так все шумит, что становится страшно. Вон даже херувим шашлыком поперхнулся» «Ааа, Гарий Ефимович! Да, шашлыком давится не стоит. Ладно. Нафантазирую чего-нибудь другого». За одно мгновение острова исчезли. А перед ребятами появился стол, на котором стояли стопка одноразовой посуды, две бутылки красного сухого вина и большое блюдо. На нем лежал большой лаваш, завязанный в форме мешочка. Даже без развязывания этого мешочка, по запаху можно было определить, что внутри был горячий, сочный шашлык. «Таак. Чур я на разливе!» Херувим по-свойски открывал вино. Ребята взялись сервировать стол. «А почему тебя зовут Гарий Ефимович, а ты себя называешь Георгий?» - спросила Джени. Херувим задумчиво сделал глоток вина, посмотрел сквозь пластиковый стаканчик на Джени и ответил: «Потому что имя Георгий нравится мне. А почему я Гарий Ефимович, Фантазер еще не придумал»
14.2
Путник шел по небольшой, еле видной тропинке. Кто-нибудь другой мог и вовсе не заметить этого пути, но путник ходил по нему часто. И хотя тропинка была с хитрецой, потому что каждый раз она могла вильнуть в незнакомое место, в конце она все равно выходила к основной дороге. Эта дорога проходила в горах и в одном месте пересекала маленький горный ручеек. Путник переступал его даже не замечая, не слыша его журчания, не видя, как маленькие камушки и песчинки неторопливо движутся по дну. Сегодня путник заметил ручеек. Последнюю неделю шли затяжные дожди и ручеек вырос в веселую, молодую, полную энергии и драйва реку. Надежная дорога скрывалась под его мощным потоком и неуверенно всплывала через добрых пять метров. Что ж, придется пересекать этот молодой поток. Путник еще некоторое время стоял в нерешительности, его взгляд исследовал дальний берег в поисках лучшей точки выхода. Вода в потоке оставалась достаточно прозрачной и сквозь ее неспокойную гладь путник рассмотрел возвышающиеся точки дна, на которые можно будет поставить ноги. Все выглядело так, что можно было не промочить даже ботинки. Решительности в пересечении путнику придал раскат грома и быстро приближающиеся тучи.
Путник сделал аккуратный шаг в поток воды, потом еще один на удачно расположенный камень. Потом, встав на цыпочки и слегка балансируя руками, он наметил место для приземления и совершил красивейший балетный прыжок с вытянутой в носке ногой. По крайней мере именно так он для себя выглядел со стороны. Но видимо только представления балетного прыжка было недостаточно или же сила притяжения с ним была не согласна. Нога в ботинке, изящно вытянутая в носке, не долетела до предполагаемого возвышения добрых сантиметров двадцать и с хлюпающим звуком вошла в воду по щиколотку. Позже путник кончено же винил силу потока, скользкое каменистое дно и вообще «происки врага», но инерция его балетного прыжка не погашенная об предполагаемую опору, уверенно увела его тело в веселый поток. Видели ли вы как падает шкаф? А в воду? Пожалуй, для полноты картины не хватало звука падающего рояля. Путник буквально взорвался из воды. Простой человеческий страх, замешанный с обидой и злостью за полсекунды, сделал из него вездеход-амфибию. Мощный танк пер сквозь поток, не замечая камней, песка и самой воды.
Путник стоял на другом берегу и тяжело дышал. Вода стекала с его одежды и ботинок. Вокруг него собралась маленькая лужица, она крепла и искала способ вернутся домой – в поток, из которого ее так бесцеремонно вырвали. Коктейль чувств, дававший энергию, закончился, закончились и силы. Он медленно снял с себя рубашку и выжал ее. Лужа вокруг его ног наконец нашла ложбинку и начала свой извилистый путь вниз к потоку. Сначала спуск был медленным, но вот в нее добавилась новая струя – путник выжал штаны. Дальше дело дошло и до ботинок. Путник содрал правый ботинок, не развязывая шнурков и вылил воду в лужу. Второй кроссовок последовал его примеру. «Так, выжмем носки, кроссовки поставим в ноги к пассажиру. Педали чистые? Вроде да. Ну да бог с ними, все равно носки стирать. Обдув на стекло и в ноги. Температуру на максимум. Слава богу, что не упал, чертова гравитация» Фантазер переключил коробку в положение «драйв», включил сигнал поворота и непривычно нажал ногой в мокром носке на газ.
Матвей стоял мокрый в одних трусах недалеко от избушки на курьих ножках. В одной руке он держал мокрый белый кроссовок, в другой такой же мокрый коричневый ботинок. Он медленно переводил взгляд с одной руки на другую. «Спокойно, все под контролем!!» К нему подлетел херувим. Он накинул на него банное полотенце «Вытирайся, а то простудишься. Давай подержу» И он ловко выхватил из его рук мокрую обувь «О, как раз мой размерчик» С этими словами обувь мгновенно исчезла из его рук. «Так, вот тебе для сугреву» С этими словами херувим достал из воздуха граненный стакан и бутылку вискаря, по-барменски с плеча налил янтарной жидкости в стакан и ловко вставил его ошарашенному Матвею в руку. Сам он взялся за бутылку и чокнулся с Матвеем «Ну, с крещением тебя. Первый раз он трудный самый. Потом легче пойдет» И опрокинул в себя бутылку на долгие три секунды «Что это было?» Слова давались Матвею с трудом «Не что, а кто» Прохрипел херувим и приложился к бутылке снова «Это что за пьянство на производстве?!» От властного окрика Гендельфа херувим поперхнулся и спешно спрятал бутылку за спину «Провожу оперативные мероприятия по приведению штатного сотрудника в чувство после первой фантазии» Заученно отрапортовал херувим указывая на Матвея «Ты себя приводишь в стадию фантазии. Да что с тобой говорить?! Короче, завязывай с бухлом. Хотя бы на сегодня. Таак.» Гендельф осмотрел Матвея «Все на месте. Конечности не повреждены. Полотенцем сам вытрешься или помочь?» «Сам. А что все-таки произошло?» Матвей поставил на пол стакан с виски и начал вытираться «Ты стал участником Его фантазии. В реальности он перебегал дорогу после дождя, там текло и он неудачно перепрыгнул поток. Ну ты в курсе как оно произошло. Намочил оба кроссовка. Хорошо, что к машине шел. А еще лучше, что ты в фантазию попал. А то служивый раньше за всех отдувался. Сейчас хоть отдохнет. Ты выпей. И тебе полегчает, и Григорий сегодня потрезвее будет. Правда, Гриша?» Все взоры обратились на херувима, который как заправский кот крался к оставленному стакану. Виски был великолепный, первый глоток слегка обжог горло, второй лишь щекотал его, третий дал вкус, а на четвертом в животе взорвалось пламя, которое начало растекаться приятным теплом по всем конечностям. Фантазер смаковал его вместе с Матвеем.
14.3
Катя проснулась из-за какого-то шума. Вокруг носились херувим, Гендельф. Бегал встревоженный служивый. Они громко ругались. «Да я тебе оставлял твои перчатки», - орал херувим, с натугой волоча за собой большой мешок с надписью “реквизит”. «А почему тогда их у меня нет?!» Мимо пробежал служивый. Он держал в одной руке бронешлем-сферу, а во второй футуристического вида бластер. «Вечно у вас на посту неразбериха, Григорий», - Гендальф щелкнул пальцами и перед ним материализовался большой стол. Сам он достал из складок плаща планшет и начал тыкать по нему одним пальцем: «Укладывайте все на стол, а я буду отмечать наличие. И найдите уже эти долбанные Перчатки плюс двадцать к ловкости. В фантазии он фигурируют в явной форме». Григорий высыпал содержимое мешка на стол. Там был набор толи, футуристической брони, толи космического скафандра. Гендельф сверял и отмечал наличие с планшетом. Когда служивый положил шлем и бластер в общую кучу, Гендельф отодвинул их посохом и сказал: «Эти позиции пока не подтверждены. Где перчатки?» «Не знаю, может новые сделаем?», - Григорий смотрел с надеждой. «Нет. Новые простые – не проблема. Но вот новые с увеличением параметра ловкости на целых двадцать пунктов – это дня два. А у нас фантазия формируется. Вон уже тип транспортного средства начал появляться». «А как выглядят эти перчатки?» Все вздрогнули, Катю никто не заметил. «Да как обычные зимние кожаные перчатки. Слегка поношенные, черного цвета, на левой перчатке в районе сгиба мизинца небольшой порез», - Гендельф читал с планшета. «О, Григорий, а разве это не в них ты был, когда приглашал меня покататься на мотоцикле?» «Так-так», - Гендельф строго посмотрел на херувима, точнее на то место, где секунду назад он был. Все удивленно моргнули. Служивый открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут за их спиной раздался хлопок и из синего портала вывалился запыхавшийся херувим: «Кккааакккой мооосссоссыкл? Ничего не было. А я вот перчатки нашел». При этом он горделиво показал измазанные маслом две черные тряпочки. «Григорий! Самовольное использование инвентаря, да еще и с ущербом! Это тянет на четыре дежурства сверху!» Секунду херувим что-то подсчитывал в голове, потом беззастенчиво вытер перчатки о робу служивого, положил их на стол и сказал: «Согласен на два с половой. И вообще у нас фантазия загружается». У Кати поплыло все перед глазами.
«Доброе утро, последний герой. Доброе утро тебе и таким как ты!», - бессмертный голос Цоя вырывал Корбана из мягкой ваты сна. Это был обычный ритуал с уже известным заранее концом. Разработчики интеллектуального самообучающегося будильника давали гарантию, что он разбудит и мертвого. И, как утверждала молва, такие случаи были. Корбан не сомневался ни минуты, что такое реально. А еще он подозревал, что разработчики будильника ранее работали в спецслужбах в качестве дознавателей и были садистами и редкими сволочами. «Беги, Форест беги!», - разрывалась Луна под ритмичный бит ударных инструментов. Корбан поймал себя на том, что лежит в кровати, подпевает и подтанцовывает одной ногой. Ну вот, будильник профессионально вытянул его из сна. Он встал с кровати и потянулся. Драйв от музыки подвиг его к отжиманиям. На втором щелкнула поясница, на третьем появилась отдышка, на пятом в ушах начали бить барабаны. На шестом «Ты что, завел любовницу?!», - вопросили розовые тапки с искусственным мехом. Корбану хватило сил только на то, чтобы присесть и посмотреть на самую прекрасную владелицу розовых тапок в галактике. Лилу была одета в розовый махровый халат, тапки и носки – она мерзла в прохладной квартире. Ярко рыжие волосы были собраны в две игривые косички. «Ну…Фф… Ну.. эх. Ну, элементик мой, ну какая любовница? Ты в своем уме? Ну и когда мне этим заниматься? Я же то на работе, то дома. И от куда в твоей милой головке могла появится такая идея?» На последних словах Корбан смог встать и смотрел Лилу в глаза. «Ты вчера вечером ел брокколи вместо свиных ребрышек, а сегодня отжимаешься. Я других причин не вижу. Смотри, Корбан Даллас, мне отжиматься не надо. Я расс!» Последнюю фразу она произнесла, сделав небольшой шаг назад и ее стройная нога легко взлетела вверх. Пятка, одетая в носочек, пролетела в миллиметрах от его носа и разместилась на плече. «И не нужен мультипасс!... Кстати, зацени мои носочки с медвежатами!» Корбан скосил взгляд на ступню любимой, немного придавливающую его плечо – ему мило улыбался плюшевый медвежонок. «Какой милый малютка. Тебе идет». Он взял ее за щиколотку и немного приблизился. В этот момент интеллектуальный будильник включил медляк “The Color of the Night”. «Ты мой пятый элемент, и я люблю только тебя. И стараюсь тоже только для тебя». С этими словами он сделал с ней несколько круговых движений и аккуратно уложил ее на кровать. В долгий и страстный поцелуй вплетался какой-то новый звук – что-то гремело на кухне. Они замерли. «На столе есть что-нибудь ценное?», - голос Корбана был игрив. «Только твой завтрак», - не менее игривым голосом сказала Лилу. «Ччерт. Бармалей!! Брысь со стола!!», - слова слились в боевой клич, с которым Корбан ворвался на кухню. Бармалей, он же Пират, он же Бандит, он же Горшочек зла, он же обычный пепельный котяра величаво спрыгнул со стола. Если бы в кухне присутствовала бригада судей, то они бы поставили Бармалею 10.0 по всем статьям – прыжок был совершен с предъявлением большой пушистой попы с поднятым хвостом. Все презрение к Корбану и его крику было вложено в ленивый и вальяжный прыжок, сопровождаемый обиженным мяу. А количественное несовпадение теоретического и физического наличия котлет на тарелке являлось оплатой за тот аристократический вид, с которым он не спешно удалился под диван. «Послезавтра у Руди день рождения. Он приглашает к себе на субботу». Лилу уже справилась со своей первой котлетой и наблюдала, как Корбан поглощает ее вторую. «Может не пойдем? Там эта его особая тусовка. Я в нее не вписываюсь, да и у меня работа. И вспомни, как тебе не нравился прошлогодний балаган». Корбан собрал посуду в мойку, включил воду и взялся за мытье. «Ну мы и так не куда не ходим. Так что планируй время и отпросись с работы». «Хорошо, любимая». На выходе из ванной на Корбана напал кот. Годы в армии, космическом спецназе, орден за спасение мира – ни дают никакого эффекта, когда из-за угла тебе под ноги кидается когтистый хищник. Корбана спасли только лишь часы с повышением параметра уворота на 50% и хорошо прокачанная ловкость. Тройное сальто по коридору, получилось не хуже, чем у Лилу. «А ты хорош», - она оценивающе смотрела на него. У ее ног сидел кот, формируя своим пышным тельцем идеальный кувшин. В его зеленых глазах читалось большое сомнение в последнем заявлении. «Да. Я такой, я могу!!», - сказал Корбан, после чего перевел дух и пошел к шкафу с броней.
Он натянул бронежилет. Сверху надел броню космического десантника – утепленную версию, обычной пластичной брони, способной выдерживать огонь из энергетического оружия. Прицепил кобуру с бластером. Надел свои любимые перчатки +20 к ловкости. Попрыгал, проверяя как сидит броня и не звенит ли что-нибудь. Услышал шорох за спиной и повернулся. Перед ним стоял ангел во плоти, его звезда, любовь и смысл жизни. «Ты сегодня особенно прекрасна». Лилу стояла в своем спец костюме от пулевой защиты. Он создавал ощущение мнимой хрупкости ее стройной фигуры. Рюкзачок на плечах с торчащими оттуда сложенными крыльями реактивной установки только дополнял образ ангела – хрупкого, но смертоносного. Лилу мило улыбнулась. Подошла к Корбану и поцеловала его. «Пошли, десантник. Спасение мира ждет», - она шлепнула его по заднице. Корбан улыбнулся, открыл дверь, поймал кота, метнувшегося на свободу, передал его Лилу и вышел в подъезд. Лилу нежно потормошила Бармалея и поставив его на пол, закрыла дверь ключом. Во дворе, забитом припаркованными флайерами, стояла типичная, бесснежная зима. Система безопасности флайера определила наличие ключа у Корбана и отключила защиту. Двери пилота и пассажира мягко вышли из пазов и поплыли вверх, открывая доступ в салон. Корбан сел в удобное кожаное кресло c боковой поддержкой. Рядом села Лилу. Он нажал кнопку запуска систем. Панель управления засветилась как новогодняя елка, отображая состояние систем, заряда батарей, уровня топлива. Тихо зашелестела климатическая система, подогревающая салон. С легким щелчком закрылись двери и в этот же момент флайер вздрогнул и начал чуть слышно вибрировать, как зверь, пробудившийся ото сна. Основной двигатель вышел на рабочую температуру примерно к середине трека Whishmaster. Корбан и Лилу пристегнулись. Под его управлением, флайер медленно катился к стартовой позиции. «Тебя сразу на работу?» «Нет, любимый. Закинь в супермаркет, куплю чего-нибудь на обед. Спасение мира штука сложная, на голодный желудок не делается». Корбан улыбнулся. Через десять минут, флайер приземлился на парковку супермаркета. «Когда закончишь спасать мир – набери. Я заберу тебя и вместе поедем домой, что бы ты не добиралась в общественном транспорте», - сказал Фантазер, целуя любимую женщину на прощанье. «Хорошо. Если я освобожусь раньше, то приду к тебе на работу, любимый. Не балуйся там!» Фантазер улыбнулся ей в след, включил положение драйв и покатил по парковке супермаркета. Его ждал целый мир, который нужно было спасать.
14.4
Посреди темноты вспыхнула зеленая точка. Она быстро приближалась и вскоре стало ясно, что это стол покрытый зеленым сукном. Через мгновение он сидел за этим столом и перед ним лежала пара карт. За столом сидело еще 5 игроков и крупье. Начальные ставки уже сделаны. Он приподнял карты и увидел пятерку треф и бубновый туз. “Фиговый расклад. Ну ничего, попробуем на старшую карту” - пронеслось у него в голове. Крупье положил на стол первые три карты - четверка пик, валет бубен и десятка червей. Игроки воздержались от ставок. Он тоже. Следующей картой оказалась двойка червей. Один игрок в футболке с ярко красной надписью “Honda” нагло повысил ставку в два раза. “Врешь”, - подумал он, - “Сейчас мы тебя сделаем”. Он поддержал ставку. Один игрок сбросил карты. И вот на сукно легла последняя карта - тройка треф. Honda поднял ставку, еще один игрок сбросил карты. “Ну вот ты и спекся, касатик”, - ехидно подумал он и удвоил ставку Hondы. Секунду тот сверлил его взглядом, потом зачем-то посмотрел направо и налево, дал по газам и проскочив перед автобусом едущим на встречу унесся в левый поворот. Фантазер хмыкнул. Когда он подъезжал к светофору, это выглядело безнадежной комбинацией. Медленно ехавшая машина с бочкой воды, из которой текло в трех местах, две старенькие шестерки, закипающие в жару на каждом светофоре, самосвал ритмично рычащий дизелем и наглец на хонде красного цвета. Но кто-то свернул налево по стрелке, кто-то пропустил его “звездолет”, кого-то он объехал сам. Наглец на хонде стоящий с ним параллельным курсом как на стартовой решетке, в последний момент тоже ушёл с дистанции. И его “звездолет” плавно тронулся первым по сигналу зеленого светофора.
Катя вздрогнула, когда прямо перед ней мгновенно появился большой стол покрытый зеленым сукном. За ним сидел Георгий. На столе лежали карты и стояли ровные столбики фишек. Секунду херувим смотрел сквозь Катю, потом он сфокусировал взгляд на ней, перевел его на карты на столе, а потом на свою руку, в которой он держал еще две карты. “Так это же стрит! Можно было такой банк сорвать!” - воскликнул он. “Официант, виски!” - прокричал херувим и щелкнул пальцами. Потом он достал из воздуха широкий бокал и бутылку с янтарной жидкостью. “Ты будешь?” - спросил он у Кати. “А можно? А то дядя Гэндальф ругается”, - Катя глазами поискала Гэндальфа, но его нигде не было видно. “Сейчас - можно. И даже нужно. Так предписывает инструкция”, - с этими словами Григорий достал из воздуха второй бокал, поставил его на стол рядом со своим и наполнил каждый на половину. “Тост. За удачную игру, достойных противников и безопасность на дороге!” - прокричал херувим, быстро чокнулся с Катей и залпом осушил свой бокал. Катя пригубила виски. Он огнем пробежал по ее пищеводу и взорвался шариком тепла в животе. “Григорий, а откуда вы все достаете? И что за инструкция? И как тут оказался этот стол?” - Катя наконец-то решилась задать давно мучающие ее вопросы. “Тю, а ты не вкурсе? Генди тебе не довел до сведения?” Катя отрицательно замотала головой, отчего ее немного качнуло и она ухватилась за стол. Виски давал о себе знать. “Так, красавица. Присядь за стол, а я тебе все объясню”, - херувим подставил Кате стул, сел на другой рядом и налил себе в бокал еще виски. “Вот это все”, - он провел рукой вокруг себя, - “это мир фантазии. То место в котором собираются, материализуются и хранятся Его фантазии” “Кого?” - Катя не понимала. “Ну Фантазера жеж! Ты же с ним даже разговаривать можешь! И он с тобой тоже говорит. Да и наши действия и характеры - это все его чувства, идеи и фантазии. Тут мы храним осколки или правильней будет сказать остатки его фантазий. Делаем инвентаризацию, повторное использование элементов фантазии. Проводим профилактические мероприятия по выводу персонажа из постфантазийного шока”, - последнюю фразу он произнес заученным и официальным тоном. “Когда кто-то из нас участвует в фантазии, то потом может быть шок или же непонимание, что фантазия уже закончилась, ну или какие другие побочные эффекты. Ну и для выведения из такого состояния мы, исключительно в профилактических целях, практикуем уринотерапию! ” - после этих слов Георгий засмеялся, но глянув на удивленную Катю, он быстро замолчал. “Мда, с чувством юмора у тебя проблемы. Бухаем мы после фантазий. А то задержится у тебя в голове, часть того что крутится у Фантазера и все - пиши пропало. Так что за фантазиями мы следим. Есть официальный дежурный, который следит за фантазиями и за их осколками. И принимает необходимые меры по окончании фантазии. Понятно?” - он вопросительно посмотрел на Катю. “Н-наверное”, - неуверенно протянула Катя. “А откуда ты вытаскиваешь виски?” “Из инвентаря”, - сказал Григорий, деловито собирая бокалы. В его руках они исчезали. Потом настал черед и бутылки. “Какого инвентаря?” - Катя заворожено наблюдала, как из рук херувима исчезла бутылка, две стопки фишек, колода карт. “Ну из стандартного инвентаря. У каждого уважающего себя персонажа есть инвентарь. Мысленно скажи ‘инвентарь’ или представь, что ты нажимаешь кнопку ‘i’ и должно появится окно с сеткой ячеек. Там можно хранить кучу всего. Попробуй.” Катя пробовала по-всякому, но ничего не происходило. “Смотри не пукни от натуги” - посоветовал Григорий - “ой, ну не надо на меня так смотреть. Может не заложено у тебя такой функции. Ну, не нужна она тебе. Оно же и лучше - не придется дежурить. Да! Дежурить.” - он хлопнул себя по лбу и рванул в избушку. Катя некоторое время сидела на стуле в одиночестве. Потом встала и тоже пошла в избушку. Внутри избушка оказалась значительно больше, чем казалась снаружи. Там был большой просторный зал с неплохим евроремонтом. От входа вдоль обеих стен тянулись столы на которых стояли клавиатуры, мыши и пульты с множеством кнопок и джойстиков. На самих же стенах висели мониторы и телевизоры. Некоторые были выключены. Но на нескольких показывалась белая картинка. Именно на них внимательно смотрел Георгий, сидя в удобном кожанном кресле. “Что это у тебя тут такое белое?” - спросила Катя, встав за спинкой кресла. “А, это следующая фантазия. Слава богу без участников. Неспешно движется с западного направления. Скорость приближения - медленная. Высота - десять метров над землей. Угроза - минимальная”, - Георгий говорил заученные фразы, параллельно набирая их с клавиатуры в какой-то файл. “Так. С обязаловкой справились. Поехали делать визуальный осмотр, а также инвентаризацию возможных осколков”. Катя с сомнение посмотрела на Георгия. “А мне надо ехать? У меня и инвентаря нет”, - с грустью сказала она. “Поехали. Там в инвентарь не влезет. А выглядит красиво. Поехали пока не рассосалось”, - и он потянул ее за руку в сторону двери. Они сели на припаркованный у подножия скалы мотоцикл. “Держись за крылья - тебе так удобней будет. И ничего не бойся”, - сказал херувим, заняв место водителя. Мотоцикл достаточно быстро набрал неплохую скорость. Двигатель работал не очень громко и достаточно размеренно. Из-за слегка упитанной фигуры херувима и его крыльев Кате было ничего не видно, поэтому он решила посмотреть по сторонам и неожиданно поняла, что он движутся не только вперед, но и вверх. Колеса мотоцикла исправно крутились, мотор работал, но при этом они парили над землей. “Не бойся. Все под контролем. Сейчас поднимемся метров на тридцать, чтобы было красивее.” - Георгий повернулся к ней, не отпуская руля. На удивление, шума практически не было и Катя слышала Георгия очень хорошо. “Таак. Небольшой маневр иии смотри” - мотоцикл немного вильнул и остановился, точнее завис в воздухе. Но это уже было не важно, так как Катя заворожено смотрела вниз.
Перед ее взором открывалась невероятная картина. В воздухе парил большой фрагмент земли овальной формы. Примерно десяти километров длиной. В центре находилась небольшая водная гладь, темно синего цвета. Вода была спокойная, но в ней чувствовалась глубина и мощь. Берег и часть воды были скрыты изломанной линией льда, покрытого белоснежной шапкой. Снежная шапка создавала сплошную белую полосу шириной в двадцать метров по обе стороны воды, а потом очень быстро сходила на нет, обнажая шелковистый слой песка. Все оставшееся пространство представляло собой идеально ровный слой песка почти белого с коричневатым оттенком. Визуально казалось, что прикосновение к этому песку будет очень нежным, приятным и теплым. “Такого не может быть” - прошептала Катя. “А такого?” - херувим показал ей на появившуюся трещину на льду. Большой фрагмент льда медленно и величаво отделился и выплыл на середину водной глади. Снежная шапка продолжала накрывать, выделившуюся льдину. Угол, появившийся после отсоединения льдины, начал мелко дрожать и даже как-то приподниматься вверх. Создавалось ощущение, что кто-то невидимый поддевает этот угол гигантским ногтем. И вот, не выдержав такого давления, еще один фрагмент льда отделился от основной массы. Он медленно дрейфовал в сторону первой, когда на поверхности пронесся мощнейший порыв ветра, который в момент погрузил обе льдины в темную воду так, что их было не видно. Ветер прекратился, но льдины не всплывали. Пару мгновений ничего не происходило, а потом они услышали громкий шлепок, как будто кто то уронил на асфальт только что слепленное туловище снеговика. “Держись” - крикнул Георгий и они быстро начали снижаться и приближаться к краю парящего фрагмента. Когда они отлетели на километр от фрагмента и почти коснулись земли, то увидели как из черной водной глади, парящей на уровне песка и составляющей днище всего фрагмента фантазии вывалился очередной фрагмент мокрого льда, покрытого кашей снега. Он падал с высоты десяти метров на землю и при приземлении издавал чавкающий звук, разваливался и превращался в кашу из снега и льда. “Ага, понятно” - херувим что-то записывал в блокнот. “Что понятно?” - Катя попыталась заглянуть, что он пишет. “Понятно, что в этом секторе будет много снега и воды. Фантазия рассосется сама, а вот эти льдины, чем бы они не были в реальности, утилизируются сугубо простым способом - сдуваются. А потом вываливаются снизу” Он что-то деловито щелкал на калькуляторе. При этом посматривая то на скалу видневшуюся вдалеке, то на фрагмент, медленно дрейфующий в его сторону. “Таак. Давай поднимемся и посмотрим, сколько осталось льда” - сказал он, пряча калькулятор и блокнот в инвентарь. Они быстро взлетели вверх и вернулись в предыдущую точку наблюдения. Тут царил хаос. В двух местах с правого берега остались два небольших островка льда, которые просто стояли в воде. Остальная часть берега была освобождена от льда и снега. На левом берегу отделялся поистине гигантский фрагмент льда. Весь процесс сопровождался звуком, как будто отрывают скотч. Григорий осмотрел остатки льдов и резюмировал - “Нормально. До базы не долетит. А так сможем на лыжах покататься. Уже почти все закончилось. Так что полетели на базу писать отчет.” Через минуту, когда до улетающего мотоцикла донесся грандиозный чавкающий звук, Катя обернулась. Она увидела, что последние два фрагмента льда отделились от песчаного берега и собрались в центре темной глади воды. Там было еще несколько фрагментов разных размеров. Фантазер сдул белоснежные ледышки ободранной кожи и критически осмотрел плечо любимой женщины. “Ну вот, все что облезло, все содрал. Когда будешь принимать душ - потри еще мочалкой и будет идеал” Он провел рукой по шелковистой, белой с коричневатым загаром коже и поцеловал любимую. Она улыбнулась.
14.5
В театральном зале погас свет и гомон посетителей быстро сошел на нет. Несколько прожекторов осветили сцену. На нее вышел херувим. На нем был черный фрак и бабочка. Он наигранно шаркнул ножкой и сообщил - “Дамы и господа, следующая фантазия носит особый, я бы даже сказал извращенный подтекст. Возможно после нее вы не сможете нормально есть. Далее читаете на свой страх и риск! Но помните, что это всего лишь фантазия.”
Их мир формировался в результате взрыва ядра, покрытого слоем соединений кальция. Прошло невероятное количество времени, чтобы в результате этого под действием излучения светила получилось пригодное для жизни пространство. И жизнь зародилась, росла, совершенствовалась и развивалась. Они назвали себя и свой мир Ним. Их ученые утверждали, что в результате влияния внешних гравитационных полей, а также попадания чужеродных космических тел в процессе формирования, их мир и имел такую странную для нашего взгляда форму. Их мир состоял из круглых и овальных плато. Край каждого был приподнят над остальной поверхностью на добрые сто-сто пятьдесят лимов, формируя подобие стены, опоясывающей плато. Плато соприкасались друг с другом в разной степени, некоторые лежали поверх других. В общей сложности было 31 плато, лежащие тремя слоями друг на друге и формирующие общую форму в виде горки. На самом верху красовались три небольших плато. Там селились лидеры и бизнесмены Ним, на внешних плато, спускаясь кругами к основному уровню жили и работали ученые, бизнесмены и зажиточные нимы. На внутренних плато жили обычные работяги и размещались производства. Ученые отмечали, что несмотря на постоянное освещение их мира светилом, плато продолжали остывать и прогнозировали затяжную зиму. В обществе росла нервозность. Нимы волновались и готовились к худшему. В какой-то момент в их обществе появилась секта судного дня. Ее лидер - одержимый ним, предвещал неминуемую гибель всего их мира. Позже сформировалось еще одно движение, представители которого утверждали, что стоит готовится к переходу с одного энергетического уровня к другому. Государство утверждало, что все это чушь и по их расчетам впереди лучшие годы развития.
В тот момент, когда толпы нимов собрались на внешних уровнях, держа плакаты с требованиями предоставить доступ к засекреченным материалам по реальному состоянию дел, а государственные деятели вышли на трибуны, чтобы их успокоить, случилось это. Гигантского вида щупальца явились с небес, обхватили одно из трех плато и легко, как пушинку подняли и унесли из поля зрения вверх. На несколько секунд все замолкли. Но вот щупальца появились вновь. Видя как они молниеносно обхватывают второе из трех верхних плато, нимы кинулись врассыпную. Завыли сирены. Военные спешно бежали к технике. Второе плато только поднималось в воздух, когда появились еще одни щупальца, чуть меньшего размера и захватили третье плато. ”Государства больше нет! Теперь никто не отберет у нас правду!” - закричал представитель оппозиции. И в этот момент с небес обрушилась вязкая жижа. Она просто таки состояла из чистой энергии. Нимы могли бы существовать сотни тысяч нон, потребляя эту вязкую жижу, при этом она была удивительно вкусна. Жижа полностью залила пять плато по самые края и немного зацепила еще четыре плато. Нимы ликовали. Проповедники кричали о даре для перехода на следующий энергетический уровень. Нимы в экстазе потребляли жижу. Каждый ушел в получение своего удовольствия и более ничто не волновало их. Более никто не замечал, как плато залитые жижой по одному начали исчезать, ведомые щупальцами. Нимы оставшиеся на нижних слоях плато, смотрели на происходящее с ужасом. Они ринулись покупать методички и книги секты судного дня. Но там не было никакой инструкции по действиям. Нимы были испуганы и потеряны. Но тут случилось чудо. Последнее из унесшихся ввысь плато, неожиданно вернулось. Щупальца разместили его в другом месте и так же молниеносно унеслись ввысь. С этого плато пришел пророк, который рассказывал, про высшую расу, которая переведет их в другое энергетическое состояние. И они смогут долго и счастливо служить этой расе. Что это был первый исход.
“Это был первый подход, но я больше не могу. Прекрасные оладики, любимая! Спасибо. Ты чудо!” - Фантазер отодвинулся от стола, вытирая руки салфеткой. “Спасибо. Мне приятно тебя побаловать.” - его женщина улыбнулась. “Они прямо тают во рту. И вкусны как в чистом виде, так и с клубничным вареньем! Просто класс.” - Фантазер встал, вымыл руки и посмотрел на кота, который клянчил вкусненькое у его ног. Он оценивающе посмотрел на горку оладьев на тарелке. “Так. Давай я их поставлю повыше, чтобы Бармалей их не попробовал. Вечером сделаем еще один подход, а если что-то останется, то закинем в холодильник”
Занавес задвигал все тот же херувим. При этом он держал ткань одной рукой, а второй уплетал оладик. Зажегшийся свет обнажил пустой зал. Лишь на крайнем кресле последнего ряда сидел человек. Глядя на его внешний вид и манеру с которой он встал и направился к херувиму, его можно было назвать человек в штатском. “Что, расхищаем социалистическую собственность?” - сухим официальным тоном поинтересовался он у Григория, указывая на исчезающий оладик. “Пфф” - из набитого рта вылетело несколько фрагментов теста. “Это оплата за труд. И вообще я помогаю беднягам поскорее перейти куда-то там.” При этом Георгий быстро дожевал, вытер жирную руку об фрак и обратился к человеку в штатском. “А вы собственно по какому делу, уважаемый?” Человек в штатском приосанился и заученно выдал “Я по делу расследования нарушений в фантазиях, перегибов и несанкционированных реализаций. Старший у вас кто?” “Ты документ сначала покажи, а то сразу тебе старшего звать” - Георгий пытался скрыть за бурчанием и напускной важностью свое удивление. “Пфф” - человек в штатском передразнил херувима - “это ж фантазия. Какой тебе документ показать? Хочешь ФБР или ФСБ? Может КГБ или людей в черном? Могу даже читательский абонемент на журнал Мурзилка за июнь 2020-го. Тебе хватит? Так что давай старшего сюда.” “Ну предположим, абонемент на журнал Мурзилка я бы и посмотрел” - человек в штатском вздрогнул и обернулся на холодный и властный голос Гендельфа. “Там в журнале и почитаю о вашем перегибе”. Гендель приблизился к человеку в штатском и внимательно его осмотрел. “Ну перегиб то как раз не наш, а ваш. Но то такое. Не получается у меня по инструкциям действовать. Не идете вы на контакт. Давайте по простому, а?” При этом он с надеждой посмотрел сначала на херувима, а потом на Гендельфа. “Ну давай по простому. Расскажи что за отдел и как ты тут оказался вообще?” - Гендельф смотрел настороженно. Человек в штатском расстегнул пиджак, присел на спинку кресла и начал рассказывать - “Вы находитесь в мире вашего фантазера и тут происходят его фантазии. То что вы тут следите за этим - уже большой прогресс. Дело в том, что ваш фантазер не один. В мире существуют миллиарды фантазеров. И у каждого есть свои фантазии. Не у всех есть свой мир, где эти фантазии реализуются. И такие фантазии засоряют общий эфирный фон. От этого бывают дикие помехи при фантазиях и другие побочные эффекты. Но это не основная проблема. Основная проблема, это такие творческие личности, как ваш фантазер. Мысль, знаете ли, материальна. И некоторые особо сильные фантазии, в которые вложено много энергии и веры, тоже могут стать реальностью - реализоваться. И вот после нескольких таких очень неприятных реализаций, был создан совет фантазеров, который в свою очередь, совместными усилиями создал наш отдел. Мы пытаемся предотвращать опасные реализации, а так же ведем связь с личными ячейками, такими как ваша.Координируем деятельность, разрабатываем новые методы противодействия и т.д. Собственно все. Теперь вопросы” - он вопросительно посмотрел на затихших Гендельфа и Григория. “Гм, ну вопросов много” - Гендельф присел и закурил трубку. “В чем опасность реализаций?” Человек в штатском закинул ногу на ногу и начал объяснять - “Вот у вас сейчас было про отдельный мир, катаклизм и ..” “И оладьи” вклинился довольный Григорий, доставая из инвентаря очередной оладушек и запихивая его себе в рот. “Кхм, да. И оладьи тоже. Так вот. Вроде все нормально. Но стоит фантазеру поверить в эту фантазию. И вложить в нее частицу своей силы. Или еще поделится ей с другими людьми, которые тоже поверят, то пиши пропало. То катаклизм какой произойдет, то пророк очередной нагрянет.” Некоторое время все молчали. Потом человек в штатском продолжил - “Обычно все спрашивают про противодействие. Так вот. Мы проводим тренинги и даже практические занятия. Учим вас абстрагироваться от роли в фантазии и добавлять в нее элемент неправдоподобности, что в свою очередь сделает более сложным ее реализовать. Вот как-то так.” На последних словах Гендельф особенно сильно затянулся, задумался и поперхнулся. - “Кха. Кхм. Как-то это все сложно. Надо все это обдумать. Ты приходи чуть позже. Мы с остальными поговорим. А то у нас дежурство. Да и дел по горло ” Человек в штатском понимающе закивал головой. “Хорошо, поговорите. Дело это не простое. Я загляну к вам через пару фантазий - дел и у меня по горло. Сейчас пойду отчет о проведенной разъяснительной работе писать.” С этим словами он встал, застегнул пиджак, потом удивленно посмотрел мимо Гендельфа и указав ему за спину воскликнул - “Дельфины!” Гендельф и Григорий резко развернулись в указанном направлении и хором крикнули “Где?”. Но дельфинов нигде не было видно. Только остатки театрального зала медленно исчезали, проявляя обычный серый пейзаж их мира. “Что за шутки? Какие… Ага, развел как маленьких котят!” Констатировал Гендельф. Человек в штатском исчез. “Да. Профи своего дела и даже оладушек спер!” - восхищенно сказал Григорий.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
