Ёжик 7.3. Комната правды

Глава 1

Крыса подозвал четверых выживших и внимательно оглядела их.

— Ну что, ребята, какое усиление получили?

Четверо переглянулись. Один из них принялся изучать собственные характеристики, другой пытался разобраться в появившихся обозначениях. Наконец они выяснили.

— Разум плюс пять, — сообщил один из них.

Крыс нахмурился.

— Разум? А толку-то от него? Я думал, силу дадут. Хотя… — он пожал плечами. — Ладно. Может, хоть теперь соображать будете быстрее.

Он махнул лапой и отошёл.

Несколько секунд все молчали. Потом одна из крыс, пожилая, с обломанным кончиком уха, негромко произнесла:

— Знаете, ребята, что-то мне всё это не нравится. Вот эти медведи, антланты… Или как их там называют. Мы что, теперь под ними ходить будем? Они решают, нас распределяют, нам характеристики назначают. А мы должны радоваться?

— А что ты предлагаешь? — спросил молодой крыс с тёмной шерстью. — Нас уже распределили. Тут не спрашивают, хотим мы или нет.

— Вот именно! — отозвалась крыса. — Сначала за тебя решат, потом объяснят, что так даже лучше. А если не согласен — значит, ты недостаточно разумен. Удобная система, ничего не скажешь!

— Тише ты, — предостерёг её товарищ. — Здесь стены, кажется, тоже слушают.

Четверо получивших усиление снова переглянулись. Разум плюс пять. Странный подарок. Но, может быть, именно сейчас он пригодится.

Тем временем Василиса и Кристи стояли перед входом в Комнату правды.

Рядом находились две женщины, назначенные системой в их команду. Женщины были совершенно разными.

Первая, сухощавая, с аккуратно убранными волосами и тонкими очками в металлической оправе, держалась так, словно даже в этом странном мире продолжала заседание университетского учёного совета. Её одежда была простой, но безукоризненно опрятной. Она говорила негромко, отчётливо и с той особенной уверенностью, которая появляется у человека, привыкшего считать аргументы важнее громкости голоса.

Вторая была моложе на вид, хотя определить возраст обитателей этого мира становилось всё труднее. Короткая стрижка, резкие движения, подбородок чуть приподнят. Она смотрела на окружающих с выражением человека, которому уже слишком много раз объясняли, что он должен делать, и который наконец решил выяснить, кто именно дал кому такое право.

За ними стояли две крупные женщины. Они были широкоплечими, тяжёлыми, с большими ладонями и почти одинаково неподвижными лицами. Одна держала руки скрещёнными на груди, другая безучастно рассматривала дверь.

Чуть поодаль находились два кота. Оба кастрированные, оба молчаливые, оба явно предпочитали не вмешиваться в происходящее. Один сидел, обернув хвост вокруг лап, второй принялся вылизывать плечо, будто его совершенно не касался тот факт, что впереди их ожидала Комната правды.

— Ну что, — сказала Кристи, — кто первый?

— Почему я? — немедленно отозвалась женщина в очках.

— Потому что вы старше и, судя по всему, опытнее, — ответила коротко стриженная.

— Это не основание! Мы не в викторианской Англии, где возраст и положение определяют очередность выступлений.

— А при чём здесь викторианская Англия? Мы вообще не знаем, по каким правилам эта штука работает!

— Именно поэтому нужно сначала разобраться в процедуре. В любой организованной системе существуют правила, и прежде чем действовать, необходимо…

— Необходимо что? Получить разрешение? Составить комиссию? Создать рабочую группу по изучению вопроса о том, кто должен первым войти в дверь?

Женщина в очках поджала губы.

— Ваша манера рассуждать демонстрирует типичную проблему политической культуры двадцатого века. Вы подменяете обсуждение лозунгами!

— А ваша манера рассуждать демонстрирует другую проблему! Вы так долго обсуждаете, кто должен действовать, что в конце концов никто ничего не делает!

— Простите, но именно благодаря интеллектуальной дисциплине общество избавляется от произвола!

— А благодаря бесконечным интеллектуальным дискуссиям произвол иногда успевает состариться, получить пенсию и оставить внукам наследство!

Василиса медленно повернула голову к Кристи.

— Это у них надолго?

— Не знаю, — тихо ответила Кристи. — Но, кажется, мы уже поняли, почему система выбрала именно их.

— Вы вообще понимаете, что сейчас происходит? — вмешалась женщина в очках, обращаясь уже к обеим. — Нас поставили перед неизвестным испытанием. Мы ничего не знаем о его механизме, последствиях и критериях оценки. В такой ситуации разумный человек должен прежде всего потребовать объяснений.

— От кого потребовать? — резко спросила её оппонентка. — От двери?

— От организаторов!

— А если организаторы считают, что мы сами должны сделать выбор?

— Тогда они обязаны обеспечить осознанность этого выбора!

Кристи открыла рот, собираясь что-то сказать, но передумала.

Василиса тоже молчала.

Две женщины спорили уже не о том, кто войдёт первым. Они спорили о самом устройстве мира.

Для одной свобода начиналась там, где существовали правила, защищающие человека от произвола. Она верила в просвещение, институты, право на аргумент и возможность исправить общество, если достаточно тщательно изучить его устройство.

Для другой свобода начиналась с отказа подчиняться чужой воле. Она не доверяла институтам, потому что слишком часто видела, как красивые слова превращались в удобное оправдание власти. Она хотела не реформировать клетку, а выяснить, почему все вокруг считают её естественным местом обитания.

Обе говорили о свободе.

И ни одна не замечала, что уже несколько минут не позволяет другой даже закончить предложение.

— Вы знаете, что самое страшное? — сказала наконец женщина в очках. — Люди вроде вас считают любое сомнение слабостью.

— А люди вроде вас считают любое действие без предварительного обсуждения безответственностью!

— Потому что оно часто таковым и является!

— А ваше обсуждение часто оказывается способом ничего не менять!

— Я не позволю вам…

— А я не собираюсь спрашивать у вас разрешения!

И тут произошло то, чего никто не ожидал.

Две крупные женщины одновременно шагнули вперёд.

Всё случилось настолько быстро, что ни Василиса, ни Кристи не успели даже крикнуть. Первая крупная женщина схватила женщину в очках, вторая — её коротко стриженую спутницу. Последовали два резких движения, два коротких вскрика, и спор оборвался.

Обе женщины были мертвы.

Наступила тишина.

Один из котов перестал вылизывать плечо. Второй поднялся на лапы и попятился.

Кристи застыла, глядя на двух неподвижных женщин. Ещё секунду назад те доказывали друг другу, как следует строить свободное общество. Они не успели ни войти в Комнату правды, ни узнать, что именно от них требовалось.

Василиса медленно отступила на шаг.

— Зачем? — только и смогла произнести Кристи.

Крупные женщины не ответили.

Одна поправила одежду. Другая посмотрела на дверь.

В этот момент раздался голос системы:

— Внимание. Зафиксировано ещё два убийства.

Пауза.

— Количество оставшихся участников: девяносто шесть.

Где-то далеко, за пределами комнаты, кто-то шумно выдохнул.

— Правила изменены. Режим ПВП запрещён.

Голос звучал всё так же ровно, без малейшего намёка на эмоции.

— Участникам запрещено нападать друг на друга. Допускается добровольный выход из игры посредством самоубийства. Также предусмотрены альтернативные способы разрешения ситуации.

Кристи подняла глаза.

— Альтернативные способы?..

— Четырём участникам предлагается явиться к Константину.

Система замолчала.

В комнате остались две крупные женщины, два кастрированных кота, Василиса и Кристи.

А где-то там, за дверью, их уже ждал Константин.

Четверо у Константина

Четверо вошли в комнату.

Вася и Кристи шли под ручку. У Кристи даже появился небольшой хвостик, и Васе это неожиданно очень понравилось. Он то и дело поглядывал на спутницу, словно обнаружил в ней нечто новое и чрезвычайно привлекательное.

Кристи тоже изменилась. Теперь перед ним была настоящая Люда-кошка — с кошачьими повадками, мягкими движениями и выражением лица, в котором читалось одновременно любопытство и лёгкая настороженность.

Атлант практически не изменился. Разве что Андрей обзавёлся хвостом. Впрочем, учитывая, что он и прежде был хвостатым, ничего особенно удивительного в этом не было.

Константин внимательно осмотрел вошедших. Он заметил и хвост Кристи, и то, как Вася держится рядом с ней, и то, что Андрей явно не собирался объяснять происхождение своего нового украшения.

— Садитесь, — предложил он. — Нам предстоит серьёзный разговор.

Когда все устроились, Константин некоторое время молчал, собираясь с мыслями.

— Ситуация изменилась. Система сообщила, что теперь вас девяносто шесть. Правила тоже изменились, и вам необходимо понять, что происходит.

Он сделал небольшую паузу.

— У вас будет девяносто дней на формирование коллективов. По окончании этого срока система ожидает увидеть от пятидесяти одного до пятидесяти пяти участников, оставшихся в живых. Но главное сейчас не это. Главное — ваша роль в формировании будущих команд.

Четверо переглянулись.

— Начнём с главного, — продолжил Константин. — Каждый из вас получил особое право. Вы избраны системой, и вокруг вас должны сформироваться команды. Каждому разрешено убить не более пяти существ. Кого именно — решать вам. Система не устанавливает обязательных целей и не требует от вас выбирать определённую категорию участников.

Он посмотрел на Васю, затем на Кристи.

— При этом обычные участники не могут убить вас. Вы защищены от их нападений. Однако между вами самими действуют другие правила. Если один из четверых убьёт другого, он погибнет вместе со своей жертвой.

— То есть нас защищают от остальных, но не друг от друга? — уточнил Вася.

— Именно.

— А если никто никого не убьёт?

— Тогда никто не умрёт по этой причине. Вы не обязаны пользоваться своим правом. Пять — это предел, а не план.

Кристи задумчиво погладила свой хвостик.

— Значит, система дала нам власть, но не объяснила, как ею правильно пользоваться.

— Хорошая формулировка, — ответил Константин. — Только я бы добавил: она дала вам власть и оставила ответственность за её применение на вас.

Андрей, до этого молча слушавший разговор, наконец заговорил:

— А что будет, если мы не сможем договориться? Если каждый станет строить собственную команду и начнёт перетягивать участников к себе?

— Это вполне вероятно. Именно поэтому вам необходимо понять, что произошло раньше и почему нынешняя ситуация отличается от предыдущих попыток.

Константин включил записи.

Перед ними появились фрагменты прежних испытаний.

— Посмотрите внимательно. Здесь участники пытались решить проблему силой. В другом случае всё закончилось иначе: организаторы отказались продолжать эксперимент в прежнем виде и выбрали для себя спокойное продолжение. Система учитывала оба исхода. И каждый раз делала выводы.

Он остановил изображение.

— Вы должны понять одну вещь. Система не заинтересована в том, чтобы вы просто уничтожили друг друга. Ей нужны команды. Ей необходимо, чтобы участники научились существовать в новых условиях. Но она не собирается делать за вас всю работу.

— А если мы ошибёмся? — спросила Кристи.

— Ошибки будут. Вопрос в том, какие последствия вы сумеете исправить, а какие окажутся необратимыми.

В комнате воцарилась тишина.

Вася посмотрел на Кристи. Она сидела рядом, и её хвостик слегка подрагивал. Он подумал, что прежде никогда не представлял, насколько важным может оказаться такое простое движение. Теперь даже хвост говорил о настроении больше, чем слова.

Андрей внимательно изучал записи, словно пытался обнаружить в них закономерность. Константин не торопил его.

— Хорошо, — наконец произнёс Андрей. — Допустим, мы поняли правила. Но остаётся вопрос: как нам строить команды? По видам? По способностям? По личным симпатиям?

— Вот это уже правильный вопрос, — сказал Константин. — И именно на него вам предстоит ответить самостоятельно.

Он выключил записи.

— Я могу объяснить вам правила. Могу рассказать о предыдущих попытках. Могу предупредить об ошибках, которые уже совершали другие. Но выбирать за вас я не стану.

Четверо снова замолчали.

Именно в этот момент раздался сигнал системы.

Перед Константином появилось сообщение, которого он прежде не видел.

Он прочитал его и нахмурился.

— Что там? — спросила Кристи.

— Появилась новая возможность.

Константин вывел сообщение на экран, чтобы все могли прочитать его самостоятельно.

СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ

В связи с достигнутым равенством количества убийств в соответствующих группах участникам предлагается возможность изменить распределение команд.

Изменение добровольное.

Подтвердить изменение состава команд?

ДА / НЕТ

Константин задумался.

Он не торопился нажимать ни одну из кнопок. Слишком многое зависело от того, какое решение будет принято. Новое распределение могло дать участникам шанс исправить прежние ошибки, но могло и разрушить хрупкое равновесие, которое ещё только начинало складываться.

Он смотрел на экран.

И тут ежиха, стоявшая рядом, протянула лапку и уверенно нажала «ДА».

Константин медленно повернул к ней голову.

Ежиха посмотрела на него и гордо улыбнулась.

— А чего тянуть? — сказала она.

На экране изменился статус.

ЗАПРОС ПРИНЯТ.

Константин ещё несколько секунд смотрел на ежиху.

Затем впервые за весь разговор улыбнулся.

Конец части 7.3.