Сингулярность на Сливках

Глава 1

Забегаловка №5, что парила на орбите черной дыры «Желудок Скруджа», сегодня была закрыта на спецобслуживание.

Мастер Квон стоял посреди кухни, которая больше напоминала лабораторию алхимика-ядерщика. На нем был белоснежный китель (выстиранный лично Глашей в слезах завистливых богов) и поварской колпак, от которого исходило легкое радиоактивное свечение.

На алтаре из чистого нейтрония покоилась Священная Фрикаделька. Та самая, размером с небольшой астероид, политая соусом Эволюции. Она тихо гудела, поддерживая вращение спиральных рукавов галактики М-33.

Но сегодня Мастер нарушил баланс. Перед фрикаделькой стояла крошечная фарфоровая пиала. В ней пузырилась жидкость цвета грозового заката. — Ионная Подливка версии 2.0, — прохрипел Квон, протирая очки замызганным полотенцем. — Я назвал её... «Сингулярность на Сливках». АКТ I: ПРЕЗЕНТАЦИЯ ДЛЯ ИЗБРАННЫХ

В зал вошли двое. Генерал Аксель чеканил шаг так, что вибрировали ложки в пустых тарелках. Его оптический имплантат переключился в режим «Дегустация», анализируя молекулярный состав воздуха. За ним шла Сиротка Хуанита. Она зевала, прикрывая рот рукой, и выглядела так, словно её подняли с дивана ради конца света.

— Ну? — буркнула она, падая на стул, который жалобно скрипнул. — Если это не вкуснее, чем сон до обеда, я скормлю тебя твоему же Борщу.

Квон откашлялся. Он нажал кнопку на пульте. Над Священной Фрикаделькой зависло силовое поле. Повара-голограммы вокруг начали петь гимн Картофельной Ботве. — Ваше Величество! Генерал! Сегодня мы совершаем прорыв! — голос Квона дрожал от восторга и перегрева процессора. — Обычные соусы лишь дополняют мясо. Но мой новый продукт... он вступает в симбиоз!

Он взял серебряную ложечку (которую благословил лично Архикулинар Разделыватель Миров). Зачерпнул каплю «Сингулярности на Сливках». Капля светилась изнутри собственным отчаянием. — Приготовьтесь к аннигиляции вкусовых сосочков, — предупредил Квон.

Он медленно, театрально вылил подливку на край Священной Фрикадельки. АКТ II: ХИМИЯ ВКУСА

Как только ионная жидкость коснулась мясной плоти, произошло невозможное. Фрикаделька перестала просто гудеть. Она запела. Это была нота такой чистоты, что у Генерала Акселя сработал протокол защиты от удовольствия, и его левое ухо сложилось в трансформер, чтобы не лопнуть.

Хуанита прищурилась. Аромат ударил по обонянию. Это был запах озона после удара молнии прямо в стадо коров, смешанный с ароматом первого поцелуя и легкой ноткой паленой резины. — Что ты туда намешал, жестянка? — подозрительно спросила она.

— Техническая спецификация! — выпалил Квон, надевая защитный шлем сварщика. — Основа — конденсат плача черных дыр. Для густоты — плазма новорожденных звезд, стабилизированная гравитонами. А главный секрет... — он сделал драматическую паузу, снимая шлем. — ...прах того самого хомяка-зомби, Великого Хомло. Мы пропустили его через циклотрон! Получилась идеальная текстура умами с оттенком вины!

Генерал Аксель, чьи системы охлаждения текли от сенсорной перегрузки, поднял палец. — Эпика зашкаливает, мой Император, — прохрипел он. — Накал вкуса превысил предел прочности моих датчиков радости. Я чувствую... я чувствую потребность написать стихотворение о бренности котлет.

Хуанита взяла вилку. Ту самую, погнутую, алюминиевую, из сиротского приюта. Она вонзила зубья в самый центр фрикадельки, зачерпнув кусок вместе с новой подливкой. Она отправила порцию в рот.

Мир замер. Черная дыра за окном Забегаловки на секунду сменила цвет с фиолетового на розовый. Гравитация в секторе Дзета дала сбой. Все долги во Вселенной внезапно показались не такими уж важными.

Лицо Императрицы изменилось. Исчезла маска вечной усталости. Появилось выражение чистого, незамутненного детского восторга. — Квон... — прошептала она с набитым ртом. — Ты больной ублюдок. Дай еще. АКТ III: ПОБОЧНЫЙ ЭФФЕКТ

— Осторожно, Хозяйка! — всполошился Квон. — Эта подливка имеет побочный эффект! Каждая ложка увеличивает массу объекта на величину съеденного наслаждения! Если вы съедите всё, Забегаловка превратится в новую сверхновую!

— Плевать, — ответила Хуанita, уже сама черпая соус

ложкой. — Объявляю Планету-Кафе официальным статусом. Будем самой тяжелой точкой общепита в космосе. Туристы прилетят посмотреть на нашу гравитацию.

Внезапно раздался звук сирены. Красный свет заполнил кухню. — Нарушение пространственного континуума! — прогудел механический голос. — Приближается объект класса «Разъяренная Уборщица»!

Двери распахнулись. В облаке хлорки и праведного гнева возникла Глаша. В руках она держала сканер чистоты. — Так я и знала! — взвизгнула она. — Вы тут устроили термоядерный синтез без вытяжки! От этой подливки на потолке образовалась новая форма жизни! И она оставляет липкие пятна!

Она ткнула пальцем в угол, где действительно начала формироваться маленькая, радостно булькающая галактика, пахнущая сливками.

Хуанита вздохнула, откладывая вилку. Восторг прошел, вернулась головная боль. — Закрой галактику крышкой, Квон, — приказала она. — И скажи уборщице, что если она тронет мою фрикадельку шваброй, я скормлю ей эту подливку. Посмотрим, как она запоет сингулярностью.

Генерал Аксель продолжал смотреть в одну точку. Из его плечевого сустава сочился дым. — Мне нужно прилечь, — простонал киборг. — Кажется, моя душа только что достигла идеальной степени прожарки medium rare.

Мастер Квон счастливо улыбнулся. Ради этого стоило расщеплять мертвых биомехов.