Сингулярная центрифуга, или Тяжелый водород для кружевной невинности.

Глава 1

Стиральная комната Императрицы не имела окон. Стены из нейтрония поглощали любой звук, способный осквернить таинство очищения. Здесь пахло озоном, грозой и абсолютной безнадегой.

Императрица Вселенной Сиротка Хуанита стояла посреди зала, скрестив руки на груди. На ней был простой банный халат, расшитый созвездиями, а лицо выражало ту степень экзистенциального страдания, которая обычно предшествует рождению сверхновой от переизбытка ярости.

Напротив нее, дрожа всем своим стерильным существом, стояла горничная Глаша. В руках она сжимала артефакт — Кружевные Труселя Абсолютной Невинности. Изделие из паутины Черных Вдов Галактики Андромеды, инкрустированное слезами девственниц с планеты Рюдель-7. Они были белее вакуума. Белее идеального порядка.

Но на них было Пятно. Маленькое, едва заметное, желтоватое пятнышко в районе кружевной резинки. Пятно Позора. След пролитого накануне элитного соуса «Тоскующий По Небу».

— Ты уничтожила их, — голос Хуаниты был тихим. Это была тишина перед ударом метеорита размером с Луну. — Ты убила шедевр. Посмотри на это, Глаша. Посмотри на эту рыхлую кромку! Разве это называется крахмалением? Это же позор всей Империи!

— Ваше Величество! — Глаша рухнула на колени прямо на идеально чистый титановый пол. От ее падения во все стороны побежали трещины идеальной геометрии. — Я использовала лучший стиральный порошок! Пыльцу фей, собранную при лунном затмении! Я полоскала их в водах реки Леты, чтобы смыть память о грехе!

— Пыльца фей?! — взвыла Хуанита, воздевая руки к потолку. Из вентиляционных отверстий посыпался пепел испуганных духов-хранителей. — Ты хочешь, чтобы мои стратегические зоны пахли лавандой и поражением?! Дипломаты Зипипикуса чуют страх через три сектора космоса! Как я буду вести переговоры о поставках фрикаделек, если моя нижняя полусфера излучает запах дешевого кондиционера для белья?!

Хуанита ткнула пальцем в панель управления. С потолка спустился прибор, который заставил бы побледнеть инженеров ЦЕРНа. Генератор Тяжелого Водорода (Дейтерия). Огромная капсула, внутри которой бушевала миниатюрная звезда.

— Мы будем стирать по-настоящему, — процедила Императрица. — Так, как стирают только в приюте Омега-9, когда нужно вывести мазут с единственной робы. Через боль. Через синтез. Через ядерный катарсис!

Она схватила труселя за одну ниточку двумя пальцами. Поднесла их к жерлу генератора. — Запускай протокол «Супердоза», — приказала она.

Генерал Аксель, наблюдавший за процессом через бронированное стекло операторской (он отказался входить внутрь, ссылаясь на аллергию на чистоту), активировал рычаг.

Из сопла ударил поток. Но это была не вода. Это был жидкий тяжелый водород. Каждая его молекула весила вдвое больше нормы. Капли падали медленно, величественно, продавливая само пространство-время своей массой.

Вода коснулась кружева. Раздался звук, похожий на плач ангела, у которого отобрали арфу. Нити паутины Черных Вдов застонали под тяжестью фундаментальной физики. Пятно встретилось с дейтерием. — Трибащ! — прошептала Хуанита древнее сиротское проклятие. — Работай, скотина!

Она начала процесс ручной стирки. Но ее руки двигались быстрее мысли. Она не терла ткань. Она месила саму материю. Каждое движение создавало локальные гравитационные аномалии. Кружево скрипело. Атомы водорода врезались в молекулы пятна с силой отчаяния брошенного ребенка.

— Трение! — командовала Хуана сама себе. — Инерция! Ваниш мне в печень, работай!

Внутри генератора начался перегрев. Тяжелый водород начал сливаться сам с собой. Процесс стирки перешел в фазу термоядерного синтеза. От ткани пошел пар. Не водяной. Пар из чистого гелия и высвобожденной энергии. Пятно начало светиться. Сначала красным. Затем белым. Затем цветом абсолютной, звенящей Правды.

— Полоскание! — крикнула Глаша, очнувшись от транса священного ужаса. Она бросилась к резервуару с Сингулярным Конденсатом.

Хуанита швырнула кружевное изделие в бездну бака. Воды там не было. Там была Идеальная Чистота — вещество, которое жаждет загрязнения так сильно, что просто вырывает грязь из реальности вместе с корнями. Труселя закружились в

воронке. Гелий, оставшийся от тяжелого водорода, втягивался в центр масс ткани, создавая идеальный, ослепительно белый ореол.

Затем наступил финал. — ОТЖИМ НА МАКСИМУМ! — заревела Хуанита, нажимая красную кнопку на панели голым кулаком.

Центрифуга включилась. Скорость вращения превысила скорость света. Время вокруг стиральной машины пошло вспять. Пространство в радиусе ста метров свернулось в трубочку. Генерал Аксель упал на одно колено в операторской — давление выходящего воздуха прижало его к полу.

Когда машина остановилась, воцарилась мертвая тишина. Дверца открылась с мелодичным звоном храмового гонга.

Глаша, рыдая от благоговения, достала их пинцетом из платино-иридиевого сплава. Она подняла их над головой.

Это было чудо. Труселя сияли собственным светом. Кружево стало тверже алмаза, но мягче вздоха матери. Они издавали низкий, утробный гул Чистой Совести. Но главное — пятно. Оно исчезло. Вместе с несколькими слоями атомов самой ткани. На месте пятна теперь зияла микроскопическая, абсолютно черная дыра, источающая легкий аромат победы и озона.

Хуанита взяла артефакт. Прижала его к лицу. Втянула воздух. — Свежесть альпийских лугов... — прохрипела она, и по ее щеке скатилась скупая слеза. — Нет. Свежесть вакуумной камеры после откачки газов. Идеально.

Она обернулась к Глаше. Лицо Императрицы было страшным и прекрасным одновременно. — Запомни этот день, девочка, — произнесла она, вешая кружевное чудо сушиться на силовые линии магнитного поля. — Сегодня ты перестала быть просто прислугой. Ты стала Оруженосцем Чистоты. Теперь иди. Погладь их антиматериальным утюгом. И если я найду хоть одну складку... я запущу тебя в эту центрифугу лично. Свободна.

Глаша поползла к выходу задом наперед, не смея повернуться к святыне спиной, шепча молитвы Бытовой Химии. Эпоха грязного белья навсегда закончилась. Началась Эра Стерильного Террора.