Последняя Заклепка

Глава 1

Космическая Верфь «Ковчег-Прайм» не вращалась по орбите. Она висела в межгалактической пустоте, затмевая собой саму идею масштаба. Это был город из хрома и плазмы, где реки расплавленного адамантия текли между континентами-эстакадами.

В самом сердце верфи, в невесомости, рождался Флагман. Его имя еще не было выгравировано на борту, но рабочие уже шепотом называли его «Несокрушимая Тоска Сиротки». Это был не корабль. Это была планета, которой придали форму кинжала. Его корпус поглощал свет ближайших звезд, а двигатели размером с луну спали, ожидая команды разорвать само мироздание.

Сегодня был День Заклепки. Момент, когда Императрица должна была лично вбить последний крепежный элемент, соединяющий Носовую Святыню с Кормовым Святилищем. ВСТРЕЧА

Когда челнок Хуаниты пронзил энергетический щит верфи, их встретил Звук. Это была не музыка сфер. Это была Симфония Трех Струн, исполняемая Великим Оркестром Механиков-Самоубийц. Тысячи существ стояли на платформах вдоль киля флагмана. У каждого был лишь один инструмент: гигантская мононити из сверхплотного углерода, натянутая между двумя гравитационными якорями.

Дирижер — слепой циклоп ростом с небоскреб — взмахнул руками, сделанными из арматуры. Три тысячи исполнителей дернули струны. Звук не имел нот. Он имел вес. Низкий, утробный гул заставил металл обшивки вибрировать в резонанс. Сварочные аппараты в руках рабочих вспыхивали от акустических ударов. Глаша, стоявшая рядом с Хуанитой, немедленно достала лазерный дальномер, чтобы проверить, не искривилась ли геометрия ее черепа.

— ОНО ПРОРЫВАЕТ БАРЬЕР ЗВУКОИЗОЛЯЦИИ! — прохрипел Генерал Аксель, чья титановая нога начала покрываться сетью трещин от вибрации. — МОИ ИМПЛАНТАТЫ ПОЮТ ГИМНЫ СТАЛИ!

Следом за ними, тяжело ступая магнитными ботинками по палубе, шел Санчо-с-ранчо. На нем была шляпа из шкуры космической черепахи, а на плече он нес моток Колючей Проволоки Истинного Владения. — Чёй-то они воют как стадо перепуганных браминов перед клеймением? — пробасил Санчо, перекрывая рев симфонии. — Небось, зарплату задерживают? Так я им сейчас вольтаж на реакторе подкручу, живо ноты найдут!

Хуанита вышла из шлюза. На ней было платье, сотканное из тишины брошенных детей. Диадема Абсолютной Власти венчала голову, но сегодня она сияла не золотом, а холодным светом ртутных ламп доков. Она подняла руку.

Оркестр замер мгновенно. Симфония Трех Струн оборвалась так резко, что вакуум вокруг корабля на мгновение стал твердым от шока. Наступила звенящая, абсолютная тишина, которая казалась громче любого взрыва.

Императрица шагнула вперед. Ее каблуки цокали по металлическому трапу. Каждый удар эхом отдавался в костях всех присутствующих. — Вы строите это корыто уже три столетия, — голос Хуаниты прокатился по ангару, заглушая даже вой стартующих тягачей. — Я вижу кривую заклепку на секторе 4-Б. Кто ответственный?

Из толпы инженеров вынесло главного конструктора. Он упал ниц, его экзоскелет заискрил от страха. — Н-наш коллектив... о Несущая Баланс... мы пытались исправить инерционный компенсатор... — Ваш компенсатор компенсирует только вашу профнепригодность, — отрезала Хуанита. — Где моя каюта? Та, с пуленепробиваемым окном в сортир? Опять поставили дешевый пластик?

Пока Император инспектировала судно, горничная Глаша отделилась от свиты. Движимая инстинктом чистоты, недоступным простым смертным, она направилась к Главному Реактору. Там, среди переплетений кабелей толщиной с дерево, стояла Главная Турбина Охлаждения. Идеально чистая. Стерильная. Отполированная до зеркального блеска тысячами роботов. Глаша присела. Достала белоснежный платок. Прислонилась щекой к кожуху турбины. — Ересь, — прошептала она. — Здесь... здесь отпечаток пальца рабочего номер 714. Датирован прошлым вторником. Он ел тушенку прямо на святилище термояда!

Она вытащила из пространственного кармана фартука атомную зубочистку и со скрежетом, который услышали даже на мостике, удалила микроскопическую частицу органики. Турбина вздохнула с облегчением, повысив КПД на 0,00001%. РИТУАЛ ЗАКЛЕПКИ

Хуанита достигла вершины дредноута — Шпиля Воли. Там, в гнезде из

уплотненной пустоты, зияло отверстие. Последняя связь. Рядом, на бархатной подушке (которую Глаша тут же протерла антистатиком), лежала Последняя Заклепка. Она была выкована из метеорита, убившего первого дракона Галактики. Внутри нее билось искусственное солнце.

Санчо-с-ранчо вышел вперед. Он снял свою огромную шляпу. — Позвольте мне, Хозяйка, — пророкотал ковбой. — Я знаю толк в том, как прибивать намертво. Он достал свой моток колючей проволоки. Одним движением он обмотал Заклепку трижды. Проволока впивалась в метеорит, высекая искры чистой магии. — Теперь никуда не денется, — кивнул Санчо. — Будет держать крепче, чем налоговая отчетность.

Хуанита взяла тяжелый пневматический молот. Он весил как совесть предателя. Она приставила острие заклепки к отверстию. — Во имя Забегаловки №5, — произнесла она ритуальную фразу. — Во имя того борща. Во имя пыли под моим первым троном. ВО ИМЯ СИРОТ!

Она занесла молот. Великий Циклоп-Дирижер снова поднял руки. Оркестр Механиков ударил по струнам. Но на этот раз это был не просто гул. Это был Аккорд Спуска. Три тысячи нитей запели в унисон частоту рождения материи. Звук стал физическим тараном. Он давил на корпус корабля, прижимая детали друг к другу силой всей веры Империи.

Молот опустился. БОМ.

Звук удара не рассеялся. Он застыл в пространстве, превратившись в медленно расширяющуюся сферу чистого резонанса. Все корабли в радиусе миллиона километров слегка подпрыгнули на своих стапелях. Заклепка вошла по самую шляпку. Проволока Санчо вспыхнула белым пламенем и превратилась в идеальный, неразрывный шов.

Флагман ожил. По его черному корпусу побежали линии плазмы. Двигатели-лунные выдохнули первое облако холодного огня. Имя, доселе невидимое, проступило на борту буквами из темной энергии: HRS HUANITA (СИР-0) (Heavy Royal Ship / His/Her Orphan)

Хуанита опустила молот. Она посмотрела на свои руки. Они были покрыты копотью и смазкой. Идеально. — Запускайте протокол крещения, — бросила она Акселю. Генерал подошел к терминалу. Его палец завис над кнопкой ввода имени. — Как назовем курс первого полета, мой Император? — прогудел он.

Хуанита посмотрела вниз, на бесконечные уровни верфи. Там, внизу, Мастер Квон уже разворачивал полевую кухню, чтобы накормить миллионную армию кораблестроителей. Рядом Глаша гонялась за роботом-уборщиком, пытаясь выбить из него признание в использовании дешевого моющего средства. А Санчо-с-ранчо деловито привязывал поводья своего кибер-мустанга к орудийной башне калибра «Судный День».

— Курс на туманность Омега-9, — сказала Императрица. Голос ее дрогнул впервые за день. — Есть там одна кафешка... Хочу проверить, дошла ли наконец наша франшиза. Полный ход. И пусть кто-нибудь даст этим лабухам четвертую струну, у меня от этой тоски уши вянут.

Эпоха строительства закончилась. Эпоха завоевания вкуса началась.